Джезебел, Акирэ: другие произведения.

Дети Стихий. Общий файл

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Проект заморожен до тех пор, пока не найдём третьего соавтора


Выигравший никогда не скажет: "Это всего лишь игра!"

Пролог

До начала начал по летосчислению спиритов

  
   - Мне скучно, - спокойно констатирует факт Стихия Огня. Не в первый и отнюдь не в сотый раз за вечность. Всполохи пламени охватывают пустоту ярким кружевом, заполняя неохваченное пространство асимметричным рисунком.
   - А нам прикажешь развлекать тебя?! - раздражённо шипит Квинтэссенция Воды на своего извечного врага и собрата.
   - Было бы не плохо, - вызывающая улыбка, дикий свист необузданного пламени в шуме неистового шторма. Всё бы как всегда закончилось безобразной схваткой, способной распылить на мельчайшие частицы некстати подвернувшиеся миры, но тут вмешивается невозмутимая и спокойная Земля, единственная Стихия, способная утихомирить извечных спорщиков.
   - Есть гораздо более приятные и безопасные для окружающих способы развеять скуку.
   Уже готовые сцепиться Стихии приостанавливаются, задумываясь над этой качественно новой для них идеей.
   - И какие же? - вежливо интересуется Вода, создав ажурный эмпатический рисунок лёгкой заинтересованности.
   Загадочная полуулыбка и безмолвное предложение подумать самой. Свистящий смех Огня снова обрывается разъярённым шипением.
   Беспечные вихри Воздуха танцуют беспрерывный, одному ему понятный танец. Стихии Воздуха безразличны вечные склоки Огня и Воды, странные идеи Земли. Всё суета, - смеётся Воздух, не желая прерывать плетение вихрей.
   - Игра, - с непоколебимым спокойствием отвечает Стихия Земли. Уверенность в ментальном голосе Земли сияет самодовольством и предвкушением.
   И даже Воздух на миг прерывает свой танец, чтобы взглянуть на неё. Всем им известно, что если Земля что-то задумала, то она добьётся исполнения своих планов.
   Не дождавшись одобрения остальных Стихий, Земля начинает творить. Как всегда, остальные приближаются к ней, заворожённые процессом.
   Ровный шар после скептического фырканья Воды забракован:
   - Ну хоть раз дай людям не ошибиться в плоскости мира!
   Тихий смех.
   Гигантский, по меркам миров, но ничтожно маленький и хрупкий в пустоте каменный остров с огненными корнями, заключается Воздухом в непроницаемую сферу сияющего бирюзового цвета, заполненную лазоревой гладью океана. Умиротворённый ландшафт на востоке сменяется на севере каменной грядой вспарывающих облака гор. Россыпь вулканов в южной долине гейзеров контрастирует с западной сетью рек.
   Стихии склоняются над своим творением.
   Восхищённый, но быстро сменяющийся мученическим стон.
   - И мы опять доверим это чудо людям?
   Стихии мрачно переглядываются, вспоминая остальные миры, изуродованные этой расой.
   - Нет, - одновременно произносят Воздух и Вода, которым досталось там больше всех. Земля мрачно кивает, а Огонь кривится. Пока остальные релаксируют над своими воспоминаниями, он начинает создавать из своего пламенного дыхания изящных существ, похожих на людей, но переполненных внутренним, негасимым огнём. Некоторое время понаблюдав за своим собратом, остальные тоже начинают творить жителей для нового мира.
   Удивительно разные, но внутренне цельные и гармоничные, существа покоятся в пустоте, ещё не пробуждённые от небытия.
   - Духи, - весело улыбается Воздух.
   - Спириты, - соглашается Вода. Обводит Стихии пронизывающим глубоким, как океан, взглядом. - Я не позволю, чтоб моим детям причинили вред!
   - Никто не позволит, - на памяти Стихий это был единственный случай, когда Огонь и Вода пришли к единому мнению.
   - Договор?
   Светящиеся письмена вспыхивают в пустоте, запечатлевая соглашение Квинтэссенций, правила Игры...
  
   Глава 1
   115 год Ветра третьей эры Огня
  
   В тесной келье было не продохнуть от запаха мокрой плесени и старых чернил. Затхлый неподвижный воздух обволакивал вещи коконом пыли, как дорогой бумагой. Коричневые стены комнаты в углах покрылись сеточками паутин, хоть как-то оживлявших унылый интерьер.
   На крепком столе высились стопки древних книг, заботливо сложенных на самом краю. Одна из них, явный лидер по древности, лежала раскрытой на середине. На посеревших страницах змеилась танцующая вязь золотистых письмен, в безмолвной тишине живущих собственной жизнью.
   Но безмолвная тишина оказалась грубо нарушена раздражённым пинком в дверь. Дверь, не привыкшая к такому вандализму, распахнулась, стукнулась об стенку и понеслась обратно, вознамерившись припечатать входящего по носу. И то, что ей это не удалось, чудом вовсе не являлось. Предусмотрительный мужчина тащил в руках опасно шатающуюся гору литературы, которую ему очень не хотелось бы потом собирать с пола, и поэтому подлетающая дверь была удостоена ещё одного пинка, уже послабее.
   Покачиваясь под тяжестью древних книг, он дошёл до стола и предельно осторожно сгрузил свою ношу на единственный чистый участок. А уже потом облегчённо перевёл дыхание, поблагодарив Стихии за то что в библиотеке не было смотрителя, а большую часть книг он сам не нашёл.
   Под потолком лениво замигал осветительный шар, реагирующий на наличие живых существ в комнате. Хозяин кельи недовольно покосился на хитроумное изобретение огненных и щёлкнул по толстому стеклу ногтем, пробуждая дремлющую внутри силу. Вспыхнувшее с некоторой заминкой золотистое сияние осветило высокого юношу с бледной голубоватой кожей и отливающими болотной зеленью каштановыми волосами. Яркие сине-зелёные глаза с недовольством оглядели захламлённую комнатушку без окон, обставленную с аскетичностью, граничащей с бедностью.
   Поправив бесформенное синее жреческое одеяние, он поднял с пола скомканный листок черновой бумаги и расправив его, вчитался в корявые прыгающие строчки. Правильное лицо с тонкими чертами исказилось в тоскливой гримасе, и спирит, едва удерживаясь чтобы не разорвать бумагу, снова скомкал и швырнул её в закрытую дверь. Попал, правда, в стремительную девушку, вломившуюся в келью младшего жреца как к себе домой. Золотые блики скользнули по шпаге, стукающейся по бедру спиритки в такт её шагам.
   Девушка даже не заметила бумажный шарик и недовольно подошла к юноше, выжимая длинные рыжевато-русые волосы над старым линялым ковром.
   - Даэру! - взвыл парень, беспомощно глядя на раздражённую девушку. - Ты не могла привести себя в порядок в коридоре?!
   - Отстань! - отмахнулась огненная спиритка, приводя в порядок одежду.
   - Но это старый ковёр моего отца!
   - И он решил избавиться от этого старья, отдав тебе? - язвительно фыркнула Даэ, водя руками над осветительным шаром и заставляя его излучать ещё и тепло. Юноша только завистливо покосился, наблюдая, как его возлюбленная легко управляется с этой несговорчивой игрушкой. - Да брось ты, Леот, это явно тот случай, когда старая вещь антиквариатом не является.
   Парень тяжело вздохнул, понимая, что кареглазую огненную ему не переспорить.
   - Ты чего такой мрачный? - Хэа'Даэру наконец соизволила обратить своё драгоценное внимание на любимого.
   - Да так, - попытался уклониться от неприятной тему Леот, - Наставники опять задали прочесть кучу книг и подготовить сравнительный отчёт по среднему уровню осадков за этот год и 112 год Земли...
   - Что за чушь! - фыркнула Даэ, смахивая с лица высыхающие пряди. - Что им, адептов не хватает, разницу в осадках десятилетней давности высчитывать?! Хотя... если вспомнить хоть этот же сегодняшний ливень...
   Огненная спиритка поморщилась при воспоминании от пробежки под отвесно падающей стеной дождя. Вен'Леот согласно вздохнул, считая что сравнивать уровень осадков, по меньшей мере, уже маразм.
   - Так это у тебя летописи? - заинтересованная девушка, наклонив голову, читала полустёршиеся названия на корешках книг. - А почему так много и такие старые?
   - Думаешь, мне только осадки велели сравнивать?
   Даэру резко обернулась, хлестнув гривой тёмно-золотых волос по спине. Обычно заплетённые во множество мелких тугих косичек, теперь высыхающие пряди вились мягкими волнами, спускались до поясницы, окутывая изящную фигуру спиритки золотистым плащом. Скептически приподнятая правая бровь и лёгкая ироничная улыбка придавали лицу огненной загадочное и мудрое выражение.
   - Думаю, у тебя плохое настроение не только из-за поручений наставников.
   Леот тяжело вздохнул. Едко насмешливая, непоседливая и любопытная Даэ в некоторых вещах проявляла удивительное чутьё.
   Поняв, что отпираться бесполезно, младший жрец уныло начал каяться:
   - Моя дражайшая родительница прислала мне письмо... - он начал перебирать макулатуру на столе, - Да где же оно?!
   - Может, это? - невинно спросила спиритка, поднимая смятый ком бумаги. Оглянувшись, юноша стремительно выхватил его из рук возлюбленной и бросил в ящик стола.
   - Нет, это мой... черновик, - смущённо признался он, спиной чувствуя подозрительный взгляд Хэа'Даэру. Как-то не к месту вспомнилось, что все огненные - спириты неуравновешенные и импульсивные (более ёмкое определение "психи" интеллигентный Леот не использовал); сначала сделают что-нибудь, а уж потом, может быть, и подумать соизволят.
   Помятый свиток со сломанной синей восковой печатью неожиданно вынырнул из груды мятых листов, рваных напоминалок и огрызков карандашей. Жрец расправил свёрнутый лист, быстро пробежал его глазами отыскивая нужную стоку:
   - Вот, слушай. "Уважаемый сын мой, уведомляю Вас, что я нашла для Вас идеального генетического партнёра. Это ренн Мео'Волуа из рода Серебряный Ручей..." Дальше продолжать?
   - Нет! - визгливо воскликнула Даэ, метнувшись к другой стене. Старый ковёр не мог заглушить стук каблуков беспомощно меряющей келью шагами девушки. В её движениях сквозили тщательно скрытые слепая паника и отрицание неизбежного. Неожиданно остановившись на середине движения, словно окаменев, спиритка медленно развернулась к нему. Её лицо было пугающе спокойно, только лихорадочно блестящие глаза выдавали её состояние.
   - И что ты ей ответил? - она приложила все силы, чтобы придать своему голосу как можно больше небрежности, но он всё равно предательски дрогнул.
   - Что она поторопилась, и генетического партнёра я предпочту выбрать сам, - по кислому лицу Леота отлично видно, как он "в восторге" от такой перспективы.
   Даэ сжала губы, не отводя испытующего взгляда от лицо своего любимого.
   - Правда? - робко уточнила она.
   С грустной улыбкой жрец подошёл к девушке и ласково провёл ладонью по её щеке. Светло-карие глаза смотрели доверчиво и беспомощно.
   - Поверь, огонёк, ни одна ренн не заменит мне тебя.
   - Все ренн? - лукаво прищурившись, спросила огненная бестия.
   - Все! - запальчиво пообещал Леот, не увидев озорных бесят в глазах возлюбленной.
   - Все-все?
   - Все!
   - И даже Ра, Вен, Ёса, Цу? - улыбка Даэ стала совсем уж широкой.
   - Что? - сначала не понял жрец, а потом вспыхнул, сообразив, о чём говорила спиритка. Довольная огненная громко рассмеялась и чмокнула любимого в нос. Леот устало улыбнулся. Его интеллигентная возлюбленная, вынужденная большую часть своего времени проводить среди грубоватых солдат, пыталась казаться для них "своей", училась шутить так же грубо, как и они, но выходило это у девушки довольно нелепо.
   - Совсем шуток не понимаешь! - притворно посетовала девушка, прижимаясь к жрецу и блаженно мурлыча. Леоту только и оставалось чмокнуть её в чёлку.
   Идиллию прервал требовательный стук в дверь. Вежливо отстранив разнежившуюся Даэ, Леот, внимательно прислушавшись, открыл дверь. На пороге стояла сухощавая светловолосая женщина в причудливом, синем с золотом официальном халате высшей жрицы.
   - О... Мео'Шанна, - смутившись, пробормотал младший жрец, пропуская властную даму в комнату. Жрица вошла в захламлённую келью, как королева в жалкую лачугу, всем своим видом показывая, как ничтожна обстановка и как грязна комната. Леот вспомнил, что паутину со стен он не сметал уже около полугода, а пыль - и все два.
   Взгляд Мео'Шанны упал на стоящую посреди кельи Даэ, старательно делающую вид, что ей чихать на жрицу. Девушка относилась ко всем водным (кроме Леота) со всеми предписываемыми огню чувствами к этой стихии. Младший жрец сжался у стены, предвидя крупные неприятности.
   - Почему женщина находится в келье жреца? - ледяная сталь звенела в голосе высшей жрицы.
   - Это вы о себе? - окрысилась Даэ, гордо поднимая острый подбородок. Сияние осветительного шара яркими бликами мазнуло по её медовой коже, на миг окрасив золотом. Спирит-Мео окатила её презрительным взглядом и повернулась за разъяснениями к младшему жрецу. Смутившись, Леот пробормотал что-то про дождь, льющий за стенами святилища и про позднее время, когда спиритке лучше не ходить одной.
   Мео'Шанна сделала милостивый вид, что поверила и не заметила бегающий взгляд юноши. Повернувшись к гордо выпрямившейся, словно шпагу проглотила, огненной, женщина холодно и с оттенком презрения сказала, глядя сквозь Даэ:
   - Вас проводят в гостевую келью, спирит-Хэа.
   По воцарившемуся напряженному молчанию девушка поняла, что высшая жрица ждёт её ухода, не желая обсуждать что-либо важное в её присутствии. Чмокнув на прощание возлюбленного, Даэра выскользнула из кельи, скорчив в спину жрице обидную рожицу.
   Дождавшись, когда за огненной захлопнется дверь, Мео'Шанна осторожно присела на единственный в комнате стул, покачивающейся на трёх целых ножках и одной надломленной. Естественной, дама не дала себе труд скрыть свои эмоции. Леот остался стоять, не решаясь садиться в присутствии верховной жрицы святилища Воды.
   Испытующий взгляд прозрачно-голубых глаз заставлял юношу смущённо смотреть в пол и перебирать в памяти все свои прегрешения. Вряд ли жрица так гневается из-за Даэру. В конце концов, Устав святилища не запрещает ему встречаться с кем ему угодно. Но огненная ренн из рода Танцующих с Пламенем в келье жреца - это уже перебор.
   - Смотритель дворцовой библиотеки просит у святилищ прислать ему помощников для перебора и переписи книг, - спокойно сообщила Мео'Шанна, словно речь шла об очередном нудном и кропотливом задании. По сути своей, так оно и было: старые тома переписывать - это не гимны Стихиям петь, но ведь это реальный шанс попасть в самую большую в их мире библиотеку, куда даже королю не просто получить доступ!
   Сердце жреца замерло, а затем забилось с утроенной скоростью. Он уже успел распрощаться с идеей пробраться туда, и вот он - шанс!
   - И Вам угодно послать туда меня? - голос его, несмотря не на что, остался на удивление спокойным и равнодушным.
   - Да, мне угодно. Вы один из самых прилежный и усидчивых жрецов, и послав Вас, я смогу не волноваться, что вы каким-либо образом опозорите наше святилище. Ваша... - красноречивая пауза, - дружба с огненной ренн, даёт мне надежду, что вы не сцепитесь с жрецом Огня.
   Леот чуть напряжённо кивнул. Пусть дети всех Стихий и жили в мире, всегда находились горячие головы, готовые сцепиться друг с другом. Причём, большинство забияк принадлежало к Огню и цеплялись они только к водным, руководствуясь невнятной мотивацией различия Стихий.
   - А?.. - жрец неуверенно оглянулся на гору книг на столе. Мео'Шанна резко качнула головой.
   - Перепоручите адептам, - сухой тон показал жрецу, что разговор окончен. Он поспешил низко поклониться и в витиеватых и красноречивых фразах поблагодарить высшую жрицу за оказанное доверие. Женщина изящно поднялась, разметав длинные шёлковые полы и просторные рукава в стороны, лёгкой яркой экзотической птицей порхнула к двери. Опасной и хищной птицей.
   Выскользнув в услужливо перед ней распахнутую дверь, Мео'Шанна обернулась к склонившемуся в официальном поклоне Леоту. В причудливом сиянии осветительного шара сверкнули золотые узоры на синем шёлке халата.
   - И запомните, Вен'Леот, - это был единственный случай, когда высшая жрица обратилась к своему подчинённому по имени. - Если вы уроните честь святилища, Вам этого не простят.
   Юноша только сдавленно кивнул, провожая взглядом сгинувшую в тени коридора женщину и ещё долго прислушиваясь с затихающим шагам. Затем нашёл скомканный лист бумаги и, расправив его, с предвкушающей улыбкой нацарапал галочку напротив одной из строчек.
  
   Глава 2
  
   Даэру скептически оглядела более чем скромное убранство гостевой кельи. Узкая лежанка, застеленная грубыми одеялами, вызывала у огненной ренн лишь брезгливую улыбку. Пыльная лавка у другой стены выглядела вполне прочной, но цепкий взгляд девушки быстро заметил все признаки внутренней гнили. На такую спиритка не рискнула бы даже положить шпагу. В распахнутое окно задувал ветер, трепля старые, но чистые занавески. Капли дождя мелкими тёмными следами усеивали скрипучий пол.
   Скрипнув зубами, огненная захлопнула ставни и задёрнула занавески. Жёсткая ткань неприятно мазнула по тонким пальцам.
   Если верховная жрица планировала доставить ей как можно больше неприятных минут, то ей это удалось.
   Даэру щелчком пальцев разбудила огонь в осветительном шаре и осторожно уселась на кровать, сжав ладонями виски. Гордая спиритка привыкла никому и никогда не показывать свою слабость, а особенно своему любимому. Но как только она осталась одна, силы притворяться у неё кончились. Скривившись, она с усилием выпрямилась и выровняв дыхание начала медитировать.
   Последние дни в форте Огня у Танцующей с Пламенем выдались не самими лёгкими. Из бездны как всегда лезла исключительно гадость, и исключительно в их сторону. Воде и Земле досталось гораздо меньше, а Огонь опять придётся ремонтировать и укреплять. Твари оказались очень живучими, и если бы не подоспел ренн из рода Стальных Вихрей, вряд ли бы кто вернулся оттуда. Бездна Абисс никогда не была снисходительна к спиритам.
   Даэ устало откинулась на подушки, обтянутые грубой тканью, и лениво подумала о том, что стоит связаться с родом. Им стоит знать, что бездна опять открылась после долгого сна... Пересилив себя, она медленно подошла к осветительному шару и несколько мгновений бездумно смотрела на стеклянную поверхность. Конечно, заточенный свет - это не чистое пламя, способное передавать сообщения другим огненным, но девушка ярко себе представляла, что ей скажут в святилище Воды на просьбу разжечь огонь.
   Даэру положила ладони на покатую стеклянную грань и тихонько воззвала к скрытой в глубине силе, формируя образ фамильного особняка. Свет над шаром вздрогнул, собираясь в скуластое задорное лицо. Пламенеющие вихры вились над высоким лбом крупными кольцами, скрывая золотистые глаза.
   Молодой паренёк несколько раз моргнул, фокусируя зрения, сдул чёлку с глаз и удивлённо присвистнул:
   - Сестричка! Ты откуда такая взмыленная?!
   Даэ скривилась и машинально поправила растрёпанные и спутанные волосы.
   - Здравствуй, Эд. Я вернулась из форта. Позови отца, - короткие рубленные фразы помогали скрывать напряжение и усталость.
   - А отца нет, - жизнерадостно просветил девушку Ра'Эд. - Сейчас я за старшего.
   - Отлично, - безучастно отозвалась спиритка. - Тогда запоминай: форт Огня у Абисс почти разрушен, много воинов перебито. Меня отправили с просьбой о помощи. Просили прислать больше Говорящих, простые воины почти бессильны против новых порождений бездны.
   Эд на несколько мгновений замолчал, обдумывая слова старшей сестры. Затем тихо уточнил:
   - Говорящих? Но ведь раньше там прекрасно обходились и без них!
   - Раньше! - жёстко одёрнула его Даэру.
   Молодой спирит прищурился внимательно разглядывая измождённое лицо сестры.
   - Ты использовала свой дар?
   - Да. Нам удалось только загнать их бездну, но не уничтожить. Я сделала всё, что смогла.
   Огненный ренн внимательно рассмотрел слаба мерцающий за спиной сестры интерьер.
   - Где ты сейчас?.. Впрочем, нет, не отвечай. Сам вижу, что в святилище Воды. Опять к своему этому жрецу ходила?
   - Не одобряешь? - прищурилась Даэ, растягивая губы в змеиной улыбочке.
   - Не одобряю, - сухо отрезал Ра'Эд, блеснув из-под длинной чёлки колким взглядом, - Что твой любимый для тебя важнее долга перед родом!
   Спиритка устало улыбнулась. Всё-таки Эд хорошим наследником будет. Во всяком случае, лучшим, чем она.
   - Всё дело в том, брат мой, что святилище гораздо ближе к Южным вратам, через которые я въехала в город, чем наш особняк. А мокнуть под дождём лишние полчаса минут я была не намерена.
   - Охотно верю, - фыркнул брат. Затем помолчав, проницательно осведомился: - Вы что, опять поссорились?
   Даэру удалось сохранить прежнее иронично-усталое выражение лица.
   - Это Вас не касается, брат. Не забудьте передать отцу просьбу коменданта форта. Скажите, что я приеду домой сразу, как только дождь закончится.
   Не дожидаясь ответа Эда, девушка прервала связь. Израсходовавший большую часть энергии шар горел теперь тускло и слабо. Усталая девушка потерянно смотрела перед собой, а потом в вспышке яростной пламенной злости выхватила шпагу и стремительным уколом поразила воображаемого противника. Тонкая полоса стали порхала в умелых руках Даэ, острые уколы сыпались сверкающем вихрем, изящные блоки окутывали фигуру спиритки сияющими росчерками. В танце со своей пламенной тенью девушка пыталась забыться, выместить всю свою злость на нелепые правила и традиции.
   Девушка знала, с самого начала знала, что у неё и Леота будущего не будет. Что они никогда не будут принадлежать только друг другу. Что у него будет генетический партнёр, ренн Стихии Воды. А у неё - Стихии Огня. А их мнение никого не касается.
   Так было века до них, так будет после. Даэ знала, что и её родители не любили друг друга, что они несчастны друг с другом, но этикет и традиции обязывают их быть предельно вежливыми по отношению к партнёру. И лишь благодаря этому, у неё и Эда было нормальное детство.
   Но почему это знание не помогает ей? Снова и снова шпага вспарывает воздух, а усталая девушка ведёт безупречный танец смерти, не желая сдаваться...
  

* * *

  
   Дождь закончился на следующий день к вечеру. Даэру, проведшая весь день в восстановительной медитации, но только сильнее вымотавшаяся, поспешила убраться из не шибко гостеприимного святилища Воды.
   Тёмно-фиолетовые тучи плотным покрывалом укутывали низкое небо, грозясь снова разразиться долгой грозой. Спиритка недовольно косилась на небо, надеясь добраться до особняка до того, как снова пойдёт дождь.
   На середине площади Роз девушка остановилась. Прохладный ветер пронизывал лёгкую одежду огненной, от него не защищала даже кожаная куртка с металлическими пластинами. Спирит-Цу, торгующий одеждой, не обещал теплоты, да и сама Даэ выбирала её исходя совсем из других соображений. Куртка была удобной, не маркой и, главное, металлические инкрустации прекрасно защищали от лёгких ударов.
   На лицо огненной упало несколько пресных капель. Слизнув их, девушка решительно повернула в сторону Небесного бульвара, откуда можно было добраться до особняка переулками в пару раз быстрее, срезав впечатляющий угол. Блестящие мокрые камни мощёных улиц сменились сначала тёмными от излишка влаги деревянными настилами, а затем и вязкой грязью подворотен. Даэру скрипела зубами, прощаясь с шикарными сапогами на небольшом каблучке, ставшим модным за последние полгода.
   В одном из узеньких переулков девушка наткнулась на нескольких мрачных спиритов разных стихий, развлекающихся перебрасыванием одного ножа на всех. Любопытство и предвкушение в их глазах снова сменилось скучающим равнодушием, едва они заметили шпагу Даэру. Миновав их, ренн с раздражением вспомнила, сколько жалоб о нападениях и грабежах поступает к стражникам. Самые низы общества тоже пытались обеспечить себе "нормальную жизнь", заключающуюся в разгульных пьянках, но почему им не приходило в голову, что деньги можно заработать легальным образом?!
   Вынырнув из лабиринта трущоб, спиритка почти бегом направилась к ажурным воротам в её особняк. Тучи приобрели нехороший багровый оттенок, издалека доносились низкие раскаты грома, пара тяжёлых капель скользнули девушке за шиворот.
   Зачарованные сильнейшими Говорящими, ворота распахнулись перед Даэ прежде, чем она пнула по прутьям, вымещая не проходящее раздражение. Ветер едва шевелил листья деревьев, ажурным пологом нависших над парадной аллеей, шедшей от ворот до дверей особняка. Цокот каблучков по гладким мраморным плитам насыщенно красного цвета был единственным звуком в предгрозовой тишине.
   Едва за спиной Даэру захлопнулись двустворчатые двери, инкрустированные снаружи металлом, а внутри янтарём, из гневно пламенеющих туч ударила молния, на мгновение осветив сумрачный холл мертвенным огнём. Сухой раскат грома напоминал грохот катящегося булыжника по склону гор. Ренн поёжилась и попыталась убедить себя, что находится уже под защитой стен родного дома, но всё равно попыталась побыстрее пройти неосвещённые комнаты.
   В Янтарном зале её встретили отец и брат, видимо уже давно ожидающие её тут.
   - Ну и погодка! - вместо приветствия завила Даэ.
   Мужчины наградили её мрачными взглядами. За окнами снова полыхнуло, зазвенели стёкла в бесценных витражах.
   - Свет и пламя, - размеренно произнёс Ра'Эрх, старший из рода Танцующих с Пламенем, и по совместительству отец Даэру и Эда. - Какая ренн удостоила наш скромный дом своим присутствием!
   - Отец, - попыталась одёрнуть его Даэ.
   - Ну да, куда ж нам тягаться с гостевыми апартаментами святилища Воды?! К нашим покоям не прилагается смазливый жрец...
   - Отец! - рявкнула девушка, полыхнув пламенеющими глазами. Затем предельно вежливо и холодно продолжила: - На мой неискушённый взгляд, вопрос Абисс должен волновать Вас гораздо больше, чем моя личная жизнь.
   Ра'Эрх, чуть помедлив, кивнул и жестом предложил своему семейству приготовиться к долгому разговору.
   Даэру подошла к большому круглому столу, стоящему в середине зала. Покрытая янтарной и перламутровой плиткой столешница была накрыта огромной картой. Яркими точками и пятнами на ней светились спириты их рода. Двумя крупными средоточиями тёмно-янтарный огней были форт Огня и восточный район столицы, издревле закреплённый за огненными семьями.
   Усевшись в единственное кресло и вальяжно закинув ногу на ногу, Ра'Эрх выразительно приподнял праву бровь:
   - Итак?
   Сказано это было таким тоном, что вспыльчивая Даэ бросила на отца прожигающий взгляд. Крупный сильный мужчина производил подобное впечатление на всех, с кем общался. Счастливый обладатель сварливого характера и внешних данных, удивительно располагающих к произведению подобного впечатления, старший из рода Танцующих с Пламенем был, в общем-то, спиритом справедливым. Но то, что считал справедливым он, не считали таковым все остальные. И его семья в том числе.
   Девушке потребовалось несколько секунд, чтобы взять себя в руки и не обжечься при этом. Правда, пока что смутное желание усесться на стол, раз стульев больше нет, её не оставило.
   - Из бездны вылезли её новые порождения, довольно живучие, хищные. Боятся огня, - скучным голосом начала перечислять Даэру, заставляя себя не вспоминать бойню у форта их стихии, перекрывающему дорогу к сердцу королевства. - Мне с трудом удалось инициировать и управлять должным количеством пламени, чтобы отпугнуть существ. - Пауза. - Комендант Ра'Тэрр просит о помощи.
   - Ра'Тэрр из рода Огненных Вихрей? - вцепившись в подлокотники и впившись в дочь испытующим взглядом, напряжённо уточнил Ра'Эрх. Девушка смогла не отвести глаз от отца и ответить с некоторой долей достоинства.
   - Он.
   Тишина. Эд предусмотрительно отступил назад, не желая попасть под горячую руку отца. Дерево под ладонями старшего мужчины скрипнуло и осыпалось на пол светлым пеплом. Побледневшая Даэру с вызовом пристально смотрела на отца, ожидая привычного крика и удара, готовясь его парировать. Огонь в зале всколыхнулся до потолка, оставив на нём пятна копоти, почти незаметные на чёрной поверхности. Яркие блики скользнули по стенам, отразившись на янтарных полосках. Тёмно-каштановые волосы сидящего мужчины блеснули в свете пламени ржаво-рыжим.
   - Отец, - тихо начала говорить девушка, - я надеюсь, что долг перед королевством и его безопасность окажутся для тебя важнее личных счётов.
   Лицо спирита осталось таким же застывшим, словно маска гнева, но его детям было очевидно, что сейчас он пытается прислушиваться к гласу разума, а не эмоций. Они понимали и не осуждали его.
   Род Танцующих с Пламенем всегда гордился самыми лучшими воинами среди огненных. Не самыми сильными, но самыми умелыми и самыми опасными. Воинская слава была неотделима от спиритов этого высокопоставленного семейства, они никогда не знали поражений... до одного момента. Ра'Тэрр Огненный Вихрь, младший из своего рода, смог победить Ра'Эрха, тогда ещё первого наследника, на честной дуэли, затеянной Танцующим. Победил и пощадил жизнь, навек этим обязав Ра'Эрха отказаться от мести.
   И вот Огненный Вихрь просит о помощи. И старому мужчине выпадает ну просто уникальный шанс отомстить ему. Нет, не прислать своих спиритов он не может, старый договор с короной мешает. Но почему бы не отправить туда младших и слабых?..
   - Хорошо, - со спокойной яростью пророкотал Ра'Эрх, вперив тяжёлый сверлящий взгляд в свою дерзкую дочь. - Двадцать клинков выберешь сама. Из Говорящих отправятся Хэа'Руа и Ра'Аэд. Думаю, этих будет достаточно.
   Даэру отрывисто кивнула, украдкой переводя дух. Эту пару она знала лично. Сильные Говорящие, уже давно сроднившиеся с пламенем, не чета ей, делающей ставку на холодную (или, вернее будет сказать, раскалённую?) сталь.
   - И ещё, отец, - уже спокойней произнесла девушка. - Мне нужен новый клинок.
   - Что? - тихо и спокойно спросил Ра'Эрх, на мгновение прикрывая глаза, словно пытаясь скрыть испепеляющий свет в их глубине. Эд вздрогнул и устремил на сестру взволнованный взгляд.
   - С Разящим всё в порядке, - поспешила заверить их обоих Даэру. Но, помолчав, продолжила: - Мне не пришлось участвовать в бойне, я вместе с Эрру призывала Огонь. Но я видела, как эти новые порождения бездны запросто гнули и рвали простые мечи. Мне нужно заговорённое оружие, способное выдержать удар режущих сталь когтей.
   Старший спирит спокойно кивнул и стремительно встал.
   - Хорошо. Ты получишь на время новый клинок, дочь моя, но Разящий должен остаться в резиденции Танцующих.
   Даэ побледнела, но кивнула, понимая, что если ей и придётся сражаться, то потерять ещё один клинок она не имеет права. Так уж повелось, что издревле в клане Танцующих с Пламенем оружие ценилось превыше детей. Огненные клинки были слишком большой ценностью, чтобы позволить себе терять их больше, чем диктует необходимость.
   Повинуясь короткому взгляду отца, Эд вышел из комнаты - он был ещё слишком молод, чтобы иметь доступ к оружейной комнате. Идя вслед за Ра'Эрхом вглубь здания, девушка всё готовилась к долгим родительским нотациям, но отец молчал. Вязкая тишина прерывалась только шелестом пламени, когда они проходили мимо факелов - оба Танцующих двигались совершенно бесшумно. Даэ, уставшая и измаявшаяся ожиданием нравоучений, уже про себя молила, чтобы отец сказал хоть что-нибудь. Длительное молчание несдержанного спирита пугало её.
   В оружейном зале, своими размерами превосходивший даже тронный королевский, как всегда было тихо, холодно и сухо. На стенах потрескивали магические огни, холодный свет которых заставлял ежиться молодую спиритку. Говорящая не чувствовала в них первозданной силы огня, наполняющей их дом, и инстинктивно сторонилась их.
   На каменных полках, лесенкой выступающих из стен, лежало оружие их семьи - в своём роде произведения искусства: многие мечи ковали Говорящие Огня, вкладывающие в свои творения древнюю силу.
   Ра'Эрх взял с одного из выступов короткий волнообразный клинок и молча протянул почтительно стоящей в стороне дочери. Даэ с поклоном приняла новый меч, робко касаясь обмотанной кожаными шнурками рукояти. Почти легендарный клинок, который принадлежал её прапрапрадеду, когда-то предложившему королю основать форты у Абисс - Танцующему надоело терять спиритов, защищая подступы к столице от порождений бездны. Теперь Лик Огня, один из сильнейших клинков в их арсенале, принадлежал ей. И девушка не могла найти слов, чтобы отблагодарить отца за оказанное ей доверие - пробудить силу меча мог не каждый Говорящий. И уж не каждому Говорящему было дозволено взять этот меч в руки - отец слишком боялся за сохранение влияния их рода над всеми огненными.
   - Разящий, - требовательно протянул ладонь глава рода. Даэ низко опустила голову, пытаясь скрыть предательский блеск в глазах. Отстегнув от перевязи ножны, она передала свою шпагу отцу, на время прощаясь с ней. Как бы ни был велик соблазн навсегда оставить у себя Лик Огня, Даэру точно знала, дороже всего будет ей её клинок, выкованный для неё сразу после рождения.
   Поклонившись отцу, спиритка направилась к лестнице из оружейной, но Ра'Эрх коротко её окликнул. Даэ тихо взмолилась Огню, и обернулась, готовая к предстоящей головомойке.
   Глава рода внимательно рассматривал свою непокорную дочь, во всех своих поступках руководствующуюся непонятными ей самой принципами.
   - Будь осторожней. Береги Лик Огня и себя, - холодно произнёс спирит. Даэ придушенно выдохнула. На этот раз неприятную тему решили не поднимать. Девушка боялась, что отец в приказном порядке потребует разорвать отношения с Леотом... Противится приказу главы рода она не могла.
   Ещё раз поклонившись, Даэру тенью огня выскользнула из оружейной, оставив своего отца наедине с неприятными воспоминаниями.
  
   Глава 3
  
   Ра'Ддор остановился около балкона, с неодобрением глядя на разбушевавшуюся стихию. Как всякий спирит, принадлежащий к стихии Огня, король не любил большое количество воды. Особенно, когда оно льётся тебе на голову.
   Мужчина вздохнул. На самом деле его волновала вовсе не разбушевавшаяся стихия.
   Власть Огня, неутомимого покровителя (хозяина?) Ддора, сейчас ослабла, разрешая ему сомневаться в своих силах. Войн, как таковых, между королем и лидерами знатных родов остальных стихий не было, что, однако, не мешало им плести сложное кружево интриг с целью захвата трона. И подобравшийся вплотную к оному предмету власти ренн Цу'Эсш, из рода Вслушивающихся в Горы, не мог прибавить королю спокойствия. Огненный прекрасно знал, что всемогущие Стихии не оставят его жить вместе со знанием об их бесконечной игре. И пусть спириту не особо нравилось быть штандартом победителя, перспектива стать мёртвым ему нравилась ещё меньше.
   "Надо что-то делать", - меланхолично размышлял Ддор. Сам бы король был бы не прочь передать власть другому спириту, но его хозяин (или все-таки покровитель?) не мог позволить ему уйти. "Если я прикажу его убить без объяснения причин... - Высокий ренн раздраженно махнул рукой. - Не пойдет. Уличить его в чем-то я тоже не могу - слишком знатный род, ссориться с ним опасно. Но если оставить все как есть, то...".
   Ддор направился в свой кабинет, но на половине дороги передумал и, приказав слуге принести ему бутыль сам-огнянки, отправился в спальню.
   На кресле, стоящем возле окна, сидела Высокая ренн Хеа'Руатта. Его жена.
   Ра'Ддор молча присел напротив. Вошел слуга, извинившись, поставил бутыль и два изящных стакана на трехногий столик. Жена короля смотрела в окно, не торопясь начинать разговор. Ддор разлил сам-огонь по стаканам, пригубил.
   - Моя ренн?
   - У нас проблемы. - Коротко заявила властная женщина, наматывая на палец русую прядь.
   - И в чем это выражается, Руатта?
   - Твой сын. - Спиритка наконец-то посмотрела мужу в глаза. - Сегодня он тайком пробрался в храм Воздуха.
   - Куда? - нервно переспросил спирит.
   - В храм Воздуха. - Мрачно повторила Руа.
   Ддор покачал головой и с восхищением-неодобрением выдохнул длинное ругательство.
   - И что же ему там понадобилось?
   - Да ничего в общем-то. Разве что в атрий заглянуть и взять на время Розу Ветров.
   - ... - глубокомысленно заметил отец, и залпом осушил бокал. Дыхание перехватило. Довольно хмыкнув, Ддор налил себе ещё.
   - Вот именно. Хорошо еще, что его вовремя заметил один из Говорящих и вывел из атрия, пока не случилось ничего плохого.
   - Ты с ним уже говорила?
   - В этом нет надобности, мой ренн. Высший Жрец уже объяснил Ра'Зоару всю глубину его неправоты. - Руатта немного помолчала и, сверкнув золотистыми глазами, добавила: - Я считаю, что его необходимо наказать.
   Ддор залпом допил второй стакан сам-огнянки и задумался.
   - Кажется, мальчик думает, что ему все сойдет с рук, если он сын короля? Что ж... Как насчет того, чтобы отправить его на кухню, помогать слугам? Картошку чистить, например.
   - Неужели ты хочешь сесть на диету, о Высокий ренн? - тонко улыбнулась она. - Боюсь, нам тогда придется питаться в тавернах, там шанс отравиться все же меньше...
   - Да уж, - не сдержал улыбки король. - Тогда, ему подойдет должность помощника Вен'Шео.
   - Ответственный за чистоту? То есть, уборщик? О Стихии, а я так привыкла что у нас во дворце чисто...
   Спиритка встала и с наслаждением потянулась. Узорчатая шаль упала к ногам женщины, обнажив персиковую кожу плеч. Она лукаво взглянула на мужа. Ддор понял ее без слов.
  

* * *

  
   "Надеюсь, идея определить Зоара к прислуге себя оправдает, - лениво размышлял король. Жена спала рядом, уткнувшись носом в подушку, однако, последовать ее примеру у Ддора почему-то не получалось. "По крайней мере, - с неожиданной злостью подумал Высокий ренн, - если меня свергнут, парню будет легче приспособиться. Ага, может в трактир устроится, травить посетителей...". Огненный тихонько фыркнул, представив себе сына в роли стряпухи.
   "Зазвать бы в этот трактир Цу'Эсша, да и отравить... Отравить...", - неспешно текущие мысли словно споткнулись о последнее слово. "А действительно, почему бы не попробовать? Главное - все сделать тихо и незаметно. А то Совет... - Ддор взволнованно встал и пошел к недопитому сам-огню. - Да, Совет это проблема. Хорошо еще, что в мое правление он мне особенно не досаждает".
   Нервно пройдя по комнате, король резко остановился, вспоминая историю его должности.
   Власть Совета была большей частью формальной. Силу и влияние они получали лишь когда ставленник Стихии оказывался, мягко говоря, ничего не понимающим в политике. Всё остальное время они занимались своими делами, регулируя лишь сбор налогов. Опасаясь, что король заметит их постепенно улучшающееся благосостояние, четыре Советника вели себя тихо. Однако сейчас они перешли уже все границы - казна стремительно пустела, Совет почти в открытую брал взятки... Ддор не мог не понимать, что яркий фанфарон Цу'Эсш, думающий только о пирах и балах с молоденькими спиритками, Совету более угоден, чем сам Ра'Ддор. А значит, возможно именно они и помогают Эсшу пробиваться к трону...
   А значит, врагов... нет не так. Политических противников у него гораздо больше, чем необходимо для спокойного, счастливого, а главное долгого правления. Надо что-то предпринять, но что?
   И тут Ддору пришла в голову замечательная мысль. Прямо-таки блестящая!
   "А если расформировать Совет? Налоговая система и так практически на мне, так почему бы и нет?" - Высокий ренн сел в кресло. Немного недоуменно посмотрев на недопитый стакан, поставил его на столик.
   "Прежде всего нужно... - но что нужно, в голову не шло. Покосившись на супругу, Ддор решил лечь. Ладно, о Совете можно подумать и утром, на свежую голову, а вот за ядом для Эсша придется идти к младшему брату, в храм.

* * *

  
   Утром, уныло полюбовавшись в окно на продолжающий хлестать дождь, король чмокнув сонную жену в щёку и накинув оранжево-красный плащ огненных, отправился к брату. Вместо дюжины положенных протоколом охранников Ддор взял с собой только двоих проверенных и верных спиритов: мрачного Ра'Масвена из Танцующих с Пламенем и Говорящего Ра'Лаата, строго наказав последнему оставить сплетённого из огня и света рыжего медведя во дворце. Говорящий с неодобрением кивнул, не смея перечить прямому приказу, но и не желая расставаться со своим извечным спутником.
   Встретив по дороге сына, король проинформировал его о новой должности и отказался выслушивать возмущённые и обиженные вопли сына
   Немного нервно поправив плащ, Ддор с удовольствием вспомнил лицо Зоара. "Да, надеюсь, это хоть немного отучит мальчишку от его выходок", - мельком подумал спирит.
   Оглянувшись на приотставших спутников, король удивился недовольству, написанному на лицах двух верных спиритов. С Говорящим всё ясно, обижается за разлуку со своим Спутником, но Танцующий с Пламенем...
   - В чём дело, Масвен? - тихо спросил Ддор. Молчаливый страж поднял на своего правителя мрачный взгляд, но против обыкновения, снизошёл до ответа своему королю:
   - По протоколу, вас должно сопровождать минимум двенадцать воинов из внутренней стражи. Если что-нибудь случиться, мы можем и не справиться, - как всегда сквозь зубы процедил огненный спирит.
   Ддор недовольно пожал плечами, показывая, что не желает обсуждать эту тему. Дюжина охранников для простой прогулки в храм Огня - это слишком. Однако Масвен, конечно же, думал иначе. Как будто все только и замышляют, что напасть на своего короля. К тому же, чем меньше спиритов знает о его визите в Храм, тем лучше.
   Выйдя на улицу, король неодобрительно покосился на небо и, пробормотав несколько ругательств, поглубже натянул капюшон плаща. Но, несмотря на паскудную погоду, Ддор отказался от колесницы и предпочёл прогуляться пешком, чтобы было время получше обдумать предстоящий разговор с братом.
   На широких улицах в это время было мало спиритов, даже водяные предпочитали сидеть по домам. "Только мне приходится ноги мочить, чтоб на троне удержаться... и всё из-за какого-то надутого индюка!" - со злостью подумал спирит, мимоходом кивнув склонившемуся перед ним насквозь промокшему жрецу Воды.
   Погрузившись в мрачные размышления, спирит не сразу заметил, что уже несколько минут стоит перед Огненным святилищем. Впрочем, оно того стоило. Строение не отличалось не монументальностью, присущей Храмам Земли, не обилием колонн, арок и барельефов, украшающих Святилища Воздуха.
   Храм Огня не был симметричен, острые и тонкие линии навевали воспоминания о танце пламени. Красно-оранжевый камень, казалось, излучал тепло и мягкое сияние.
   Ра'Ддор быстро вошёл в тёплый полумрак святилища, скинул плащ на руки услужливому адепту и, отказавшись от сопровождения, быстро пошёл к келье своего брата. Охранники короля почтительно следовали за ним, приотстав на пару шагов, но в келью жреца заходить не стали.
   Младший брат Ддора, Ра'Наалл, был Говорящим. Его Спутник был огненной лисицей, вольготно лежащей около его кресла, с любопытством глядя на родственника своего друга и хозяина.
   Ддор осмотрелся: небольшой стол, явно для призыва - столешница была исчерчена неглубокими линиями, смутно складывающимися в сложный рисунок, - три осветительных шара, небольшая кровать в углу...
   - У тебя тут уютно, - дружелюбно заметил Высокий ренн.
   - Старался, - улыбнулся Наалл. - Здесь хорошо думается. Садись, - предложил он брату.
   Король с удовольствием сел в мягкое кресло, обдумывая как сказать Говорящему о цели своего визита. Покупать яды, как и использовать их, не запрещалось. Но одно дело купить яд для надоедливых грызунов, а другое - для слишком шумных соседей...
   - Как дела, Ддор? - неожиданно спросил Наал. - Я слышал, Зоар пролез в храм Воздуха.
   Старший спирит ухмыльнулся.
   - Ты уже знаешь?.. Было дело. И ведь совсем мальчишка еще, а уже лезет в чужой ему храм.
   - Да ну, вспомни себя в его возрасте. Помнишь, мы с тобой в храм Воды наведывались? - сверкнул глазами Говорящий. И тут же без перехода резко бросил: - Что случилось, Ддор? Ты просто так не пришел бы. Я знаю, мы братья, и в хороших отношениях, но просто вспомнить наше детство, да еще и в храме... Что случилось?
   Высокий ренн вздохнул. Его брат всегда отличался настойчивостью, а став Говорящим, приобрел способность чувствовать собеседника на более глубоком уровне, чем любой служитель храма.
   - Мне яд нужен. Для человека. - Четко выговорил Ддор, глядя Наалу в глаза.
   - Позволь спросить, в чем причина столь радикальных мер? И на кого они направлены? - спокойно отозвался Ра'Наалл, но его светло-ореховые глаза странно потемнели.
   Ддор взволнованно встал и подошел к низко висящему шару. Как и в любом храме Огня, шар не только освещал, но и грел. Спирит протянул к нему руки, и размеренно заговорил:
   - Ты знаешь Цу'Эсша? Из рода Вслушивающихся в Горы?
   - Немного. Лично не был с ним знаком.
   - Еще немного, и он займет мое место.
   - Ну и что? Тебе не особенно нравится быть королем, не так ли?
   - Так. Но, - Ддор прикрыл глаза, - мертвым мне нравится быть еще меньше.
   Он не имел право говорить кому бы то ни было о бесконечной игре Стихий. Даже его жена ничего не знала, а для служителей Стихий эта информация являлась строжайшим запретом. "Едва ли об этом еще кто-нибудь знает", - с холодным отчаянием подумал Ра'Ддор. Стихиям не нужны сомнения в своих служителях.
   - Все так серьезно? - с сочувствием поинтересовался Наал. - Боишься, что земной может... устранить тебя?
   - Очень. Еще немного и Совет вместе с Эсшом потребуют моей отставки.
   - Совет? Я думал, он к тебе лоялен. У вас никогда не было разногласий.
   - Были, - невесело усмехнулся король. - Просто они опасаются. А сейчас, по-видимому, они решили окончательно отобрать у меня казну, да поднять налоги.
   - И что ты намерен делать?
   Ддор обернулся и твердо посмотрел младшему брату в глаза.
   - Если я отравлю Цу'Эсша...
   - А если Совет найдет себе еще одного кандидата? Или обвинит тебя в смерти Высокого ренн из знатного рода?
   - А затем расформирую Совет, - не слушая замечаний, продолжал спирит. - Фактически его работу выполняю я, советники присутствуют чисто формально, они ничего не решают.
   - А как ты это объяснишь? - вкрадчиво осведомился Наалл, постукивая кончиками пальцев по подлокотникам. - Для расформирования должен быть повод.
   Король задумался.
   - Если подловить одного на взятке...
   - Схватить за руку? Думаешь это реально? К тому же, проступок одного ещё не повод разгонять всех.
   - Я понимаю это не хуже тебя! - резко ответил Ддор, снова садясь в кресло. - Поэтому и пришёл к тебе. Ты всегда был большим специалистом по большим подставам.
   - Разве? - так искренне удивился Ра'Наалл, что король ему не поверил.
   - Я ещё помню, как ты в пять лет смог убедить нашу матушку, что это я съел всё варенье из буфета...
   Наалл тихонько захихикал, вспомнив этот случай, но всё-таки попытался оправдаться:
   - Мне тогда всего пять лет было!
   - А ещё через семь лет ты умудрился так меня подставить в школе военных искусств, что меня исключили за полгода до завершения обучения...
   Говорящий смутился и вяло возразил:
   - Ну, меня тоже потом исключили...
   Ра'Ддор только покачал головой.
   - Хорошо, я подумаю, как твой совет расформировать. И яд тебе достану. Хороший, - серьёзно пообещал жрец.
   - Это значит, - ухмыльнулся король, - что найденный труп будет напоминать не очень свежего утопленника - такой же синий и раздутый.
   - Обижаешь! - возмутился Говорящий. - Я дам тебе алве'реан, мы его даём жрецам, запятнавшим себе недостойными деяниями или не выполнившим возложенные на них миссии(?). Этот яд нельзя обнаружить, он не имеет цвета и запаха и распадается в организме после употребления.
   - Вы убиваете жрецов?! - поражённо выдохнул король. Младший брат посмотрел на него с жалостью.
   - А ты не знал? Верил официальной версии? Что их стихии убивают за непокорность?
   Король криво улыбнулся.
   - Значит, нам обоим приходится убивать. Пусть и не своими руками.
   Он поднялся и направился к двери. Лис-Спутник Говорящего проводил короля умным взглядом.
   - Через пять дней Летний Танец, - сказал в спину брата Наалл. - И совет, и старшие жрецы, и вся знать должны присутствовать на представлении молодых ренн. Тогда я и передам тебе яд и сообщу свои мысли по поводу Совета.
   Король благодарно кивнул и вышел, осторожно прикрыв за собой дверь.
   Умный лис с укоризной ткнулся острым носом в колено своего хозяина.
  
   Глава 4
  
   Хмурый и насквозь мокрый Леот быстро шагал по бульвару Ветров, надеясь успеть к назначенному смотрителем библиотеки часу. Мокрая хламида младшего жреца уже давно сменила цвет с синего на неопределённо тёмный, свиток с рекомендательным письмом от старшей жрицы не промок лишь благодаря потому, что предусмотрительная жрица заговорила его и сделала непромокаемым. Спирит отбросил мокрую прядь с глаз и с лёгким раздражением подумал о том, что Мео'Шанна не захотела заговорить и его парадное одеяние, сейчас ставшее похожим на рубище нищего. Ну и как в таком виде появляться перед смотрителем библиотеки?!
   Стражи у входа на территорию дворца считали так же. Сначала долго допытывались кто он, куда и откуда, затем потребовали показать письмо от старшей жрицы, а затем заставили несчастного юношу ждать под дождём, когда придёт подтверждение от библиотекаря. Так что к тому моменту, когда Леот наконец-то попал в дворцовую библиотеку, он проникся пламенной ненавистью ко всем огненным спиритам в общем, и стражникам, его промурыжившим на входе, в частности.
   Саму дворцовую библиотеку жрец представлял себе по-другому. Когда он слышал о ней, перед его взором вставали видения длинных залов, заполненных стеллажами с древними фолиантами, старыми потускневшими картинами на стенах, на которых увековечены все мало-мальски значимые события истории, и пожухшими растениями в кадках, которые никто не поливает уж которое столетие. На деле всё оказалось совсем не так. Никакой атмосферы запустения и таинственности, всегда должной сопутствовать хранилищам тайных знаний, только абсолютный порядок во всём, начиная от до блеска начищенного паркета из безумно дорогого тёмного дерева, заканчивая расстановкой книг. Весь огромный круглый зал библиотечной башни делился на четыре сектора, по одному, для эры каждой стихии, к стенам уходили высокие полки, книги на которых были расставлены по датам, а не по алфавиту, как это было принято в тех же храмах.
   В центре зала, вокруг переливающегося столба света стояло несколько массивных старинных столов, у одного из которых и собрались остальные спириты, чьи приглушенные голоса нарушали тишину. Внимательно прислушиваясь, Леот шёл на голоса, чуть смущённо приглушая шаги, чтобы стук широких каблуков не звучал слишком вызывающе.
   Впрочем, его шаги всё равно услышали, и когда он подошёл к столу, всё внимание было обращено на него. Самым молодым был жрец Огня, на жёлто-оранжевом одеянии которого был вышит родовой знак - Огненный Вихрь. Леот с трудом подавил разочарованный вздох - в такой компании очень трудно будет проявлять дружелюбие или, на худой конец, нейтралитет: всем известно, что огненные самые отъявленные(?) задиры.
   Самым молодым в компании оказался спирит Земли. Он единственный был ещё адептом, тёмная хламида даже по сравнению с не очень богатыми одеждами младших жрецов казалась бедной, а нас самом представителе святилища смотрелась вообще как лохмотья. Но, судя по жизнерадостной улыбке почти дочерна загорелого крепыша, он не особо переживал по этому поводу.
   Воздушный спирит сидел на краешке стола, раскачивая в воздухе ногами, и мечтательно пялился в потолок, не реагируя на происходящее. Коротко остриженные платиновые волосы напоминали лёгкие пёрышки юного птенчика. Светлое одеяние жреца лежало до того аккуратными складками, что Леот сразу же почувствовал себя неряхой.
   - А вот и наш опоздавший друг, - неприятно скривив тонкие губы, промолвил Огненный Вихрь и смерил жреца Воды неприязненным взглядом. Леот, не взглянув на него, вежливо извинился сразу перед всеми за свою вынужденную задержку, хотя видел, что спирит земли его вовсе не осуждает, а спириту воздуха до этого нет никакого дела.
   Огненный хотел было сказать ещё что-нибудь неприятное, но тут к юношам подошёл библиотекарь. Удивительно, но никто не заметил откуда он пришёл, никто не слышал его шагов, просто неожиданно перед жрецами появился высокий и широкоплечий воздушный спирит, что само по себе, явление довольно редкое. Рядом с молодым и тщедушным жрецом воздуха, он казался гигантом, каким может казаться упитанный взрослый рядом с заморенным ребёнком.
   - Рад видеть вас здесь, - сухо поприветствовал жрецов библиотекарь. Его холодные серые глаза были безумно старыми, хотя сам спирит выглядел относительно молодо. Длинные белые волосы (не разберёшь, седые или светлые по природе) были забраны в аккуратный хвост. Тёмная одежда делового стиля оттеняла и без того бледную кожу.
   Леот поёжился под холодным бесчувственным взглядом спирита и против воли подумал, что этому недолго осталось до растворения в стихии. Жрец Воздуха спрыгнул со стола и низко поклонился библиотекарю, Огненный Вихрь, немного помедлив, изобразил придворный поклон. Вен'Леот трясущимися руками протянул библиотекарю рекомендательное письмо от жрицы. Воздушный мельком пробежал его глазами и отложил в сторону.
   - Можете называть меня библиотекарем, - он чуть улыбнулся, никто из жрецов не осмелился ему возражать - они понимали, что у таких старых спиритов уже забываются имена. - Вам предстоит переписать несколько фолиантов по истории за первые эры стихий и рассортировать по жанрам летописи начиная со второй эры Воды, чтобы история не соседствовала со сборниками баллад трубадуров или учебниками военного дела Огненных Лордов. И запомните, старые летописи находятся дальше от светоча и ближе к стенам, а не наоборот. - Закончив короткий инструктаж, библиотекарь окинул приунывших спиритов пронзительно-мудрым взглядом. - Есть вопросы?
   - Есть, - нахальный голос принадлежал спириту Земли, хотя ему, как всего лишь адепту, полагалось молчать в присутствии жрецов. - Нам тут до старости работать?
   На спокойном лице старого спирита не дрогнул ни один мускул, глаза остались такими же холодными, так что было трудно сказать, испытывает ли спирит какие-то чувства сейчас или нет, но Леоту захотелось оказаться от этого древнего существа как можно дальше, да и не ему одному: уж больно сильным холодом веяло от старого спирита.
   - Нет, только до тех пор, пока король не вспомнит о своём обещании прислать мне помощников.
   И развернувшись, он ушёл куда-то вглубь зала, быстро затерявшись в почти осязаемых тенях. Четверо юных спиритов остались наедине с морем работы.
  

* * *

  
   - Что ж, - ухмыльнулся земной спирит, - придётся уходить во тьму веков от нашего светлого настоящего. С какого сектора начнём?
   Вопрос обращался сразу ко всем, но воздушный спирит уже снова уселся на стол и мечтательно пялился в потолок, а огненный сделал вид, что ничего не слышал. Леот закатил глаза, досчитал до трёх и чётко ответил, не желая обижать юного адепта:
   - Честно говоря, при таком объёме работ, я абсолютно не вижу разницы, откуда начинать.
   - Ух ты! - восхитился земной. - Я и половину слов не понял! А по проще, специально для необразованных адептов?
   Леот задумчиво покосился на бойкого земного спирита, догадываясь почему его отослали в библиотеку. Ещё не было ни единого случая, чтоб земные с кем-то повздорили по собственной инициативе, к ним мало кто цеплялся даже из самых бесшабашных забияк огненных, но этот экземпляр явно довёл до ручки всех жрецов святилища Земли и, похоже, имеет все шансы довести до белого каления сдержанного и спокойного жреца Воды.
   - К сожалению, я не обладаю должными умениями, чтобы обратиться к тебе на языке, понятным особям, лишённым разума, - холодно и жёстко отозвался Леот, надеясь что земной спирит обидится и отвяжется от него.
   Как бы нет так!
   Это не в меру наглое дитя (во всяком случае, Леоту казались детьми все, кто был его хоть немного младше) только шире распахнуло глаза, в которых плясали бесенята, и снова восхищённо выдохнуло:
   - Надо же! А когда я стану жрецом, я тоже смогу такие обороты заворачивать?
   - Если не научишься уважительно разговаривать со жрецами, то никогда им не станешь, - доверительно сообщил Вен'Леот земному.
   Тот только фыркнул и ухмыльнулся.
   - Цу'Тан, - он протянул широкую ладонь водному спириту. Леот брезгливо кривится не стал и дружелюбно пожал руку земному.
   - Вен'Леот.
   Первый шаг по налаживанию отношений с коллективом сделан. Вот только почему ему кажется, что дальше будет только сложнее?
  

* * *

  
   Они вдвоём сидели за столом, вокруг были аккуратно разбросаны старые фолианты. Так чтобы всегда быть под руками, но под эти руки не подворачиваться. Пара осветительных шаров тускло горели, но давали достаточно света, чтобы можно было разглядеть, что ты пишешь.
   Цу'Тан сидел за столом и переписывал в черновую тетрадь те отрывки из старых рукописей, которые удавалось расшифровать Леоту. Процесс многократно осложнялся тем, что древнее письмо сильно отличалось от современного, многие руны были похожи и имели к тому же несколько значений.
   - "И возвестил тогда Ра'Гоэрх Кровавый: пусть небо..."... нет, не то... "пусть ветра утихнут и реки замедлят своё движение, прежде чем звери дойдут до града"... какие звери? Что за чушь?
   Жрец воды отложил внушительный том и растёр слезящиеся глаза. Работа требовала терпения и усидчивости, а где ж её взять, если от исполнения очередного пункта его безумного плана спирита отделяет всего лишь присутствие адепта?
   - Не звери, а твари, - поправил его Тан, аккуратно выводя строчку рун на чистом листе. - Это ведь относится к девяностым годам Первой эры Воздуха?
   - Ну, так... а, понял! Точно, одно из крупнейших сражений с порождениями Абисса.
   Леот снова помрачнел и замолчал. Ему вспомнилось, что Даэ тоже теперь проходит службу в форте Огня, как и любое дитя семьи Танцующих с Пламенем. А значит, она постоянно рискует своей жизнью ради покоя остальных жителей королевства. И он в который раз пожалел, что не может быть с нею рядом и защищать её, хотя отдавал себе отчёт, кто кого бы защищал при реальном нападении.
   - Так, этот кусок сам перепишешь, он довольно разборчивый. Это место вообще до дыр было затёрто ещё во времена Ра'Гоэрха Кровавого... Так что начнём отсюда...
   - Сжалься над бедным сиротинушкой, жестокий жрец! - шутливо взмолился Тан, потряхивая ладонью. - Сколько можно писать?
   - До конца этой баллады! - отрезал Леот. - Или ты тоже собираешься бездельничать до появления королевских помощников?
   Когда они вдвоём вернулись из своего похода "во тьму веков", нагруженные несколькими старыми фолиантами, которые следовало переписать, воздушный спирит уже куда-то исчез, а его место на столе занял Огненный Вихрь, как истинный нобиль, предпочитающий заменять физический труд наблюдением за работой других. Леот, которого уже начало раздражать презрение огненного, предельно вежливо попросил того помочь с расшифровкой манускриптов, на что тот ответил только очередным оскорблением и ушёл бродить между стеллажами.
   - Значит так, записывай... "И наложил он"... - Леот привычно сделал длинную паузу, давая Тану время записать фразу.
   - И наложил... он... - Тан писал, высунув от старательности кончик языка. Завершив руну изящным завитком, он ехидно добавил: - В штаны.
   Леот закашлялся, недоумевая, как подобная чушь могла прийти в голову адепту, от которого требовались прежде всего послушание и вежливость.
   - Надеюсь, ты этого ещё не написал? И он наложил на себя...
   - Руки? - с надеждой предположил земной спирит, надеясь внести приятное разнообразие в унылую легенду о смерти Ра'Гоэрха. Леот вздохнул, отложил фолиант и отвесил адепту несильный дружеский подзатыльник.
   - За что? - возмутился Тан, потирая голову.
   - За всё хорошее, - мрачно отозвался жрец. - Давай уже заканчивать с этой тягомотиной. "И он наложил на себя и людей своих благословение Огня. И Твари сгорали, лишь взглянув на них. И небо стало чёрным от дыма".
   Тан быстро записал несколько фраз, изящной завитушкой завершил строку и отложил в сторону металлическое перо. Леот, заглядывающий земному через плечо и проверяющий, не исковеркал ли ребёнок текст, немного удивился правильному и красивому почерку, которому невозможно научится в храмовой школе. Почерк самого Леота перманентно оставляя желать лучшего, несмотря на многочасовые самостоятельные занятия каллиграфией. Жрецу Воды как-то не верилось, что Цу'Тан мог сам выработать настолько красивый почерк, со всеми этими завитками, автоматически выходящими из-под пера. Скорее, не в меру нахальное чадо занималось с учителем каллиграфии. Но вот где он мог найти такого хорошего наставника?
   - Вот скажи, - Тан вертел между пальцев стержень пера, - Если все твари сгорали, едва взглянув на эту кучку психов, то от чего умер Гоэрх Кровавый? Дымом задохнулся?
   - Нет, - фыркнул Леот, которому самому многие несоответствия в легенде глаза резали. - От тоски. Представь, день за днём резать тварей, а потом убирать их трупы от ворот города... Свихнуться можно!
   - Ты уже и так, похоже, свихнулся, - раздался позади них дрожащий от гнева голос. - Как ты можешь оскорблять память павших героев?
   Огненный Вихрь, белый от ярости, чеканным шагом подошёл к столу и потянулся к талмуду с легендой, желая вырвать святое из грязных лап осквернителей.
   - На твоём месте, я бы этого делать не стал...
   Тан смотрел на рыжего спирита с каким-то зоологическим интересом, всем своим видом демонстрируя, что не собирается считаться со вздорным нравом Огненного Вихря.
   - На твоём месте, я бы не стал открывать рот без разрешения, адепт. - Холодно отбрил спирит, скрестив руки на груди. - Не тебе указывать, что мне делать!
   - Согласен, не мне, - белозубо улыбнулся Тан. - Но если ты заберёшь книгу, то переписывать легенды из неё придётся тебе.
   Огненный молча забрал фолиант и устроился за дальним от них столом, всеми силами показывая, что он сам по себе.
   - Надо же! - восхищённо присвистнул адепт Земли, понизив голос до свистящего шёпота. - Сплавили! Много там ещё не переписанных легенд осталось?
   - Много! - таким же заговорщицким тоном отозвался Леот. - Мы от силы страниц семь только успели расшифровать и перевести. Так что огненному вся книга осталась, пусть наслаждается приобщением к памяти предков!
   Конечно, жрецу было немного стыдно за своё злорадство, но Огненный Вихрь уже надоел ему своим показным пренебрежением. Жречество - каста вне сословий, неважно кем ты был до того, как пришёл в храм - бродягой или сыном короля, все жрецы должны быть равны перед ликом стихий, и трижды глуп тот, кто это забывает. Только вот в последнее время, многие благородные семьи прячут своих детей за стенами храмов, надеясь защитить их от бесконечных интриг, и забывают, что жрецам уже нет дороги назад. Тем, чьё служение приняли стихии, уже никогда не занять то положение в обществе, что предназначалось им по рождению.
   - Ну что, на сегодня хватит? - поинтересовался Тан. Леот растерянно взглянул на нового товарища, не зная, что ответить. С одной стороны, жрецу хотелось в одиночестве бродить между стеллажей, отыскивая необходимый ему фолиант, чтобы поскорее убедиться, что ни он, ни его предок, на дневник которого Леот наткнулся перебирая семейные бумаги, не ошиблись в своих предположениях, частично опасных, частично безумных. Но если для почтенного предка, уже отправившегося к стихиям, эти предположения были не больше чем научной теорией, то для Леота подтверждение или опровержение странных тезисов стало смыслом жизни. Юноша даже составил примерный план, как предотвратить дальнейшее подобное развитие, но получалось... слишком страшно. И он молился, чтобы все его предположения оказались ложными.
   Все жрецы уже разбрелись кто куда, а Леот всё ещё сидел за столом, погруженный в собственные безрадостные мысли, автоматически переписывая один из свитков. Библиотекарь беззвучно возник за его спиной, положил ладонь на его плечо.
   - Хватит. Ты устал. Уходи.
   Короткие, словно рваные фразы не позволяли вставить хоть слово возражения. Леот покорно сложил все непереписанные фолианты на край стола и тихо удалился, стараясь ничем не нарушить тишину библиотеки.
   Проверить свои гипотезы у него ещё будет время. Не стоит привлекать слишком много внимания.
  
   Глава 5
  
   Совет собрался за два дня до Летнего Танца.
   После двухдневного ливня установилась жаркая солнечная погода, воздух наполнился влажными испарениями, в которых терпкий сладковатый аромат цветов казался особенно сильным. Дышать на улице было довольно тяжело, воздушные спириты не могли вызвать даже самого лёгкого ветерка. Жара изнуряла. На город опустилась тишина, все свели к минимуму своё присутствие на открытом воздухе, только гвардейцы обливались потом, патрулируя пустынные улиц. Жара угнетала. В мысли прокрались верные сёстры - апатия и лень, и подчинили себе все думы обитателей столицы. Время текло медленно, как густая смола, но даже ночи не приносили облегчения - удушливая жара сменялась знобящей горячкой темноты, когда все сны обретают подобие бреда.
   Вынужденное затишье нервировало многих. И короля в том числе, ибо в отличии от своих подданных он не мог себе позволить блаженство лени.
   Ра'Ддор в раздражении отошёл от окна. Если такая погода будет держаться и дальше, Летний Танец придётся проводить во дворце вопреки традициям.
   "О чём я думаю?" - с бессильной злобой скривился спирит, шагая по пустым и тихим коридорам. "Впереди Совет, который надо как-то распустить, а я волнуюсь о каком-то празднике!"
   Остановившись перед двустворчатой дверью в большой кабинет, король несколько мгновений медлил. Отругав себя за абсолютно неуместную трусость, он недрогнувшими руками распахнул двери и вошёл в зал. Привычно поклонился сразу всем советникам и только потом заметил, что что-то не так. Однако Ра'Ддор не подал виду, выпрямился и невозмутимо сел на трон. А уж затем окинул своих советников пристальным взглядом.
   Трое немолодых спиритов, с мудрыми, хитрыми и бесчувственными глазами. Трое крепких и сильных мужчин, с правильными, благородными лицами. Такие, кого принято называть мудрыми. Король пожалел, что не у всех спиритов с возрастом появляется эта почти сказочная мудрость, подразумевающая наличие бесконечного терпения, почти божественного благородства и отрешённости от благ жизни. Таким образом, советников называть мудрыми ну никак не получалось. Только хитрыми, беспринципными и вёрткими.
   Четвёртым советником была золотоволосая и золотоглазая спиритка, совсем ещё юное дитя. Именно присутствие девушки вызвало удивление короля.
   - День добрый, господа, - сухо поздоровался Ра'Ддор.
   - Добрый, - согласился воздушный спирит. Имён своих советников король не знал, и это угнетало его ещё больше.
   - Позвольте представить вам Хэа'Эрэд из славного рода Золотого Пламени, - девушка почтительно склонила голову. Несколько золотых прядей выбилось из причёски и упало на высокий лоб. Вскинув лицо, спиритка грациозным движением заправила пряди за ухо, и это слитное, изящное движение выглядело торжественным и уважительным салютом правителю. - Она заменит своего деда, который, к нашему безграничному сожалению, последнее время... чувствует себя не слишком хорошо.
   Король приложил все силы, чтобы приветственная улыбка, предназначенная Эрэд, не выглядела кривым оскалом. "Чувствует себя не слишком хорошо". Ещё бы! На сколько Ра'Ддор знал своего огненного советника, старик просто прибрал к своим рукам слишком много власти в последнее время. И его очень вежливо попросили уйти на покой. А он подсунул совету в качестве замены собственную внучку, с одной стороны, достаточно умную, чтобы на неё было тяжело давить, а с другой стороны, достаточно молодую, чтобы ею можно было управлять под видом помощи.
   А кроме того, девушка была чудо как красива. Совету ведь не помешает заручиться рычагом давления на правителя, верно?
   - Насколько я знаю, должность советника выборная, - спокойно и холодно произнёс Ра'Ддор, стараясь не смотреть на золотоволосое чудо, не спускающее с него восхищённого взгляда.
   - Кандидатура Хэа'Эрэд нареканий не вызвала, - так же спокойно ответил спирит земли.
   Девушка улыбалась, чуть очаровательно, чуть смущённо. При разговоре её в расчёт не брали, её дело было очаровательно улыбаться, чтобы смягчить сердце жестокого короля, чтобы он, такая самостоятельная зараза, больше закрывал глаза на махинации советников.
   - Что у нас на сегодня? - Ра'Ддор сразу дал понять, что желает быстрее разобраться с делами и покинуть душный кабинет. И нельзя сказать, чтобы его так уж сильно за это осуждали.
   - Смета расходов на ежегодное празднование уже подписана, ознакомьтесь.
   Король протянул руку за листком бумаги, пробежал глазами стройные колонки цифр. И после этого считается, что он здесь самодержец! Но попробуй он начать качать права, советники сразу заявят, что берегли время своего правителя, не желали, чтобы Его Величество тратил своё бесценное внимание на какую-ту смету расходов. Впрочем, необдуманных трат не было, все концы сходились и внешне было придраться абсолютно не к чему, что не могло не огорчить короля. Лучше бы советники в открытую начали воровать, так был бы хоть повод к расформированию совета.
   - Благодарю. Какие ещё вопросы необходимо решить срочно?
   Советники переглянулись с поразительным единодушием. Слово взял водный, высокий и всё ещё яростный и сильный воин, остальные сохраняли на лице равнодушно-печальную мину.
   - Головная боль нашего народа. Пришло сообщение, что Бездна (развоплоти её Стихии!) выплюнула новых тварей, - сухо и спокойно ответил водный спирит. В глубоком голосе слышались призраки шторма, перекатывающего тёмные валы, сверкающего спицами молний, звенящего далёким громом. - Военным родам рекомендовано послать подкрепление каждому форту, но вы вполне можете запретить это.
   "Что я, идиот что ли? Хотя детей жалко".
   - Всегда считал, что послание поддержки является личным делом глав семейств, ответственных за защиту королевства от порождений Абисса. Хотя я рекомендовал бы послать к фортам гвардию, чтобы занялась делом, а не бездельничала в столице. - Ра'Ддор холодно и скупо улыбнулся. Этот щедрый жест должен выглядеть как глупый поступок, проявление абсолютного доверия, ведь в случае чего опереться королю будет не на кого. Самые сильные семейства, о чьём благе должен печься Его Величество, никогда не лезли в политику.
   - Вы считаете это приемлемым? - воздушный спирит вежливо приподнял брови, не позволяя себе иронично улыбнуться. Зато это позволил себе король.
   - В данной ситуации, я считаю приемлемым именно это решение.
   - Оставлять столицу без защиты...
   - Столице не требуется защита, пока форты справляются с возложенной на них миссией. Тварей необходимо уничтожать сразу же, а не когда они достаточно адаптируются к нашему миру. Вряд ли кому из вас хочется дождаться повторения ситуации времён Гоэрха Кровавого, когда несколько сот тварей подошли к самим стенам столицы... предварительно вырезав население пары крупных городов.
   Золотоволосая спиритка вскинула на короля испуганные глаза, словно моля успокоить её, убедить, что эта кровавая сказка больше не повториться. Ра'Ддор незаметно поморщился, стараясь не высказывать слишком явного отвращения. Его раздражало, что девица постоянно пялится на него щенячьими глазами, раздражало, что её восхищение наигранное, фальшивое, натянутое, как маска на хитрую и отвратную морду расчётливости.
   - Ещё вопросы?
   На этот раз они не стали переглядываться, словно молча обсуждать, о чём можно с королём говорить, а о чём нет.
   - Из срочных больше нет. Остальное, я думаю, можно будет обсудить... в следующий раз, - впервые за сегодняшний день подал голос земной спирит. Он хуже остальных переносил жару, как и любой, впрочем, сын земли.
   Король бросил на советника благодарный взгляд и изысканно вежливо попрощавшись, чуть ли не бегом вылетел из кабинета.
   "Извечное Пламя, неужели я был благодарен советнику?! До чего я докатился..."
  

* * *

  
   После поспешного ухода Его Величества, советники несколько минут сидели неподвижно, словно продолжали совещаться между собой, но уже на более глубоком уровне. Эрэд Золотое Пламя тихо замерла на своём месте, не смея вздохом или жестом привлечь к себе внимание. Когда у неё в глазах на мгновение потемнело, девушка спохватилась, что почти перестала дышать. Легко и непринуждённо коснулась виска, чуть склонила голову и прикрыла глаза - вся её поза, естественная и жизненная, кричала об утомлении, но никто и не подумал это заметить.
   Эрэд неодобрительно поджала тонкие губы, из-под прикрытых ресниц разглядывая своих новых коллег. Невнимательные, нечувствительные, неотёсанные... одно слово - мужики.
   Девушка легко поднялась, всё же заставив себе немного покачнуться, словно от головокружения.
   - Ах, Высокие ренн, позвольте мне удалиться, - мелодично и тихо взмолилась спиритка, вкладывая в свой голос как можно больше слабости и беспомощности. - Боюсь, жара оказала на меня влияние худшее, чем я могла рассчитывать.
   Воздушный спирит отвлёкся от своих мыслей и поднял на юную деву спокойный и ясный серый взгляд, абсолютно бесчувственный, как и кусок льда, на который его глаза и были похожи.
   - Конечно, ренн. Сегодня вы нам больше не нужны.
   - Постараюсь пережить печаль нашего расставания, - попыталась пошутить Эрэд, сверкая золотыми глазами, но её больше уже не слушали.
   "Ну, дед, ну подставил..." - яростно думала спиритка, с гордо поднятой головой, медленно и грациозно выходя из кабинета. Яростные золотые глаза блестели ещё ярче от ярости и тщательно сдерживаемых слёз.
   Выйдя в коридор и педантично поправив причёску, расправив складки шикарного пурпурного платья и убедившись, что поблизости никого нет, девушка быстро пошла к выходу из дворца, кипя от злости и обиды.
   Дура! А она-то думала... Приглашают в совет, заместо деда, уже почти выжившего из ума старика. Оценили её интеллект, её готовность служить благу страны... Ага, как же! Оценили. Смазливое личико, яркие глаза и детскую непосредственность. И решили подсунуть королю в качестве приманки. Он, конечно, уже давно женат, но, может стихии будут благосклонны, и он соблазнится младой огненной девой?
   Эрэд шмыгнула носом и едва сдержалась, чтобы не броситься бегом. Каблуки отбивали нервную дробь. Глупая, наивная идиотка! Надо было сразу расставить все чёрточки в рунах, и, может быть, сейчас не было бы так паршиво на душе. Как же это унижает, понимать, что тебе готовят роль обыкновенной подстилки, королевской шлюхи! Это унижение её дворянской чести!
   Как жаль, что момент упущен, и исправить уже ничего нельзя! Старики уже всё решили, а ей остаётся только молчать и нежно улыбаться!
   Спиритка прибавила шагу, надеясь поскорее покинуть безлюдные коридоры, но за очередным поворотом неожиданно налетела на в задумчивости стоящего у витража короля.
   - Прошу прощения, Ваше Величество, - тихо прошептала девушка, чувствуя как дрожат губы. Ну вот только его совершенно не хватало!
   - Это я должен извиниться перед вами, ренн, - вежливо улыбнулся король, всё ещё придерживая девушку за плечи. Эрэд неосторожно подняла заплаканное лицо, неверяще глядя в так изменившееся по сравнению с советом лицо короля. Его Величество заметил припухшие и покрасневшие глаза девушки и чуть нахмурился: - Кто-то осмелился обидеть вас, прекрасная ренн?
   Эрэд решительно отстранилась и высоко вздёрнула правильный носик.
   - Благодарю за беспокойство, Ваше Величество, но со мной всё в порядке! - звенящим от скрытого напряжения голосом произнесла девушка, с вызовом глядя в глаза королю. Она не могла не удивиться, холодное лицо-маска, так не понравившаяся ей на совете, куда-то исчезло, теперь на неё смотрел немолодой мужчина, с решительным лицом и добрыми глазами, так похожий на её покойного отца. Неужели ему можно желать зла?
   - Если вас обидели, госпожа, скажите, - тихо и доверительно произнёс король, глядя в её яростные наивные глаза. - Ваш обидчик будет наказан.
   - О, нет! - голос успокоившейся Эрэд снова стал музыкальным и напевным. - Мои слёзы не стоят вашего беспокойства, Высокий ренн!
   Девушка низко и уважительно поклонилась королю и яркой бабочкой скользнула прочь по коридору. Шаги её были легки и неторопливы.
   Обидчики будут наказаны. Как же ей нравилась эта мысль!
  

* * *

  
   Когда Эрэд Золотая вылетела из комнаты, спириты наконец позволили себе обменяться полными тревоги взглядами.
   - Король отбивается от рук, - невозмутимо произнёс земной спирит. Неподвижные тёмные глаза на узком застывшем лице казались огромными, детскими, неживыми. Остальные советники старались не смотреть на своего коллегу, отводили глаза, надеясь, что ощущение разговора с мёртвой статуей пропадёт. Воздушный советник, когда был вынужден обращаться к своему земному собрату, всегда старался отойти в противоположный угол кабинета: естественная чувствительность воздушного позволяла считывать эмоциональное состояние окружающих по малейшим изменениям в составе, температуре и вибрации соприкасающегося с кожей воздуха, малейшие движения, изменения позы или мимика говорили ему о собеседнике больше, чем полное сканирование личности, на что воздушный спирит тоже был вполне способен.
   Но при общении с земным советником этот трюк не помогал, и воздушному оставалось только стараться приглушить чувства, прямо-таки кричащие о том, что он разговаривает с пустым местом. Помогало это слабо, в основном - ещё больше раздражало и так не очень спокойного спирита.
   Земной неуловимо улыбался, специально доводя своего коллегу до белого каления. Ведь если он не может понять причин своей "сенсорной слепоты", он не стоит даже уважения. Ведь любому адепту известно: только неподвижность внутренняя способна вызвать неподвижность внешнюю. Так зачем же нарушать баланс сил в собственной душе в угоду какому-то нетерпеливому выскочке?
   Водный спирит наблюдал за скрытой, иногда только угадываемой враждой советников с покровительственной улыбкой. За исключением Эрэд, он был самым молодым, едва ли чуть старше короля, и считал, что старики уже медленно впадают в маразм, устраивая незначительные разборки между собой, этакие междусобойчики, призванные определить, кто из них опытнее и сильнее. И это при таком-то короле, которому палец в рот не клади - отгрызёт по локоть, и скажет, что так и было! Нет, старики определённо уже сдают позиции, раз примешивают в большую политику личную выгоду. Вон, чего за примером далеко ходить - огненный старик уже доигрался, теперь в совете заседает юная девица, золотоволосая куколка. Ею, конечно, управлять удобно, но как спириты вообще смогли докатиться до такого, чтобы давать власть (пусть и формальную) в руки женщине?
   Впрочем, всё это пока на руку водному спириту. Остальными очень легко управлять, дёргая за незаметные ниточки, всего лишь вовремя произнеся пару слов, способных направить чужие мысли в нужном направлении.
   И такое время уже пришло.
   - Вам не кажется, что уже пришло время поменять правителя?
   Вопрос произвёл эффект если не громыхнувшего в комнате грома, то, по крайней мере, близкий к этому. Водяной спирит осмелился открыто высказать мысль, которая уже не раз и не два приходила в голову остальным советникам (примерно раз в правление очередного короля). И раз слова наконец произнесены, то игнорировать и дальше проблемы, причиняемые Ра'Ддором, не имеет смысла.
   - И что же вы предлагаете, уважаемый ренн? - тихо, без эмоций, но с явным привкусом вкрадчивости осведомился земной советник.
   - Для начала, найти и утвердить новую кандидатуру на корону, - в тон коллеге ответил водный спирит, не удерживая расползающуюся по губам расчётливую ухмылку. - Например, уже знакомого всем нам Цу'Эсша... Если я не ошибаюсь, к вам он тоже уже приходил?
   Земной спирит ничем не выдал своего удивления, если он, конечно, удивился. Но вот воздушный таким самообладанием не обладал.
   - Тот самый, которого непонятно из какой дыры вытащил наш бывший огненный коллега?! Из него вполне может выйти второй Ёса'Руод. Нам нужен клинический идиот на троне, которым невозможно управлять?
   - Кого тогда вы можете предложить, ренн-Ёса? Лучше иметь на троне глупца, чем второго Ра'Ддора!
   Воздушный демонстративно скривился. Водный спирит удовлетворённо улыбнулся, видя, что никто не собирается ему противоречить.
   - Раз возражений по поводу кандидатуры нет, может, наконец, решим, что делать с уже действующим королём?!
  
   Глава 6
  
   - Кис-кис-кис...
   Юная ренн, дочь великого и уважаемого рода, бесстрашная воительница и просто красивая девушка Хэа'Даэру в день своего первого, но очень важного бала стояла на коленях в своей комнате и без особой надежды пыталась выманить своего Спутника из-под кровати. Умный, но очень вредный кот не отзывался, на многочисленные провокации не поддавался и вообще, похоже, уже успел перепрятаться в другое место, пока глупая хозяйка неуверенно заглядывала под кровать, не рискуя пошарить там рукой и выволочь настырное животное за шкирку. Многолетнее скопление пыли и паутины изобличало лень служанок, а горы мелкого мусора и засохших огрызков - безалаберность самой хозяйки. Поэтому-то и было странно, что царственный кот, на чьей приплюснутой морде всегда читалась брезгливость и пренебрежение, решил искать убежище именно под кроватью.
   - Кис-кис-кис...
   - Госпожа, прекратите, - одёрнула девушку вошедшая служанка с ворохом яркой ткани в руках. - Если он не желает вылезать, то вы его не вытащите.
   Спиритка поднялась с колен, печально вздохнула и с трагичной миной изъявила готовность переодеться. Даэ аккуратно, двумя пальчиками, приподняла ткань, встряхнула и с брезгливым недоумением начала разглядывать свой бальный наряд.
   Платье было совершенно. Изящное и изысканное в своей простоте, из мягкой блестящей ткани, переливающейся всеми оттенками золота от почти белого до тёмно-янтарного, оно было создано, чтобы оттенять чувственную красоту молодой огненной спиритки. Даэру скривила полные губы в неопределённой, но очень противной улыбке. Она знала, что на её сухощавой фигуре фехтовальщицы любое платье будет сидеть, как на вешалке. И это в лучшем случае.
   И, тем не менее, наряд молодой ренн на Летнем Танце строго регламентировался, и девушка не могла прийти в привычном мужском костюме, как бы ей того не хотелось. И как бы она ни сопротивлялась, ей придётся подчиниться - есть вещи слишком традиционные, чтобы их нарушать.
   Самостоятельно справившись со всеми хитрыми застёжками, совершенно не заметными постороннему, спиритка подошла к зеркалу, внимательно разглядывая своё отражение и размышляя, нравится оно ей или нет. И, несмотря на здоровый скептицизм, девушка не могла не признать, что выглядела она... ну, необычно это уж точно.
   Тугой корсет подчёркивал тонкую талию, разлетающаяся складками юбка нижнего платья скрывала излишне мускулистые ноги, рукава верхнего платья постоянно соскальзывают вниз, обнажая шею и ключицы. И мягкие переливы золота, оттеняющие естественный персиковый цвет кожи.
   Даэ осторожно провела руками по мягкой ткани, расправила длинные рукава, украшенные тонкой вышивкой пурпурной нити, одёрнула юбку. Снова взглянула в зеркало. Дивное видение в золоте и янтаре никуда не пропало. Девушка вздохнула и неуверенно потеребила туго скрученные на затылке косы. На Летний Танец молодые и красивые ренн должны являться с распущенными волосами. Точка. Мнение самих ренн никого не интересует.
   Служанка помогла расплести и расчесать волосы, уложить в простую, но удивительно красивую причёску. Маленькие серьги, украшенные капельками рубинов на длинных витых цепочках, и изящная диадема с золотистыми бриллиантами завершили образ королевы огня.
   Даэру стиснула зубы, почти с ненавистью глядя на своё отражение. Девушка из зазеркалья была красива, изящна и совсем не похож на воина. "На один вечер, - напомнила себе Даэ. - Всего на один вечер, а потом я сожгу эти тряпки".
   Спутник неторопливо выбрался из-под кровати, деловито отряхнулся от пыли и паутины и неторопливо подошёл к хозяйке. Даэру наклонилась и быстро подхватила своего Спутника, прижала к груди, не боясь помять платье, доверчиво уткнулась носом в пушистую шерсть, лёгкую и пылающую. Выражение мордочки кота ни на йоту не изменилась. Даэ нежно провела пальцами по шерсти Спутника, почесала за ушками, словно прося прощения. Умный котик, иногда умудряющийся изображать непроходимую тупость, свойственную обыкновенным животным, снова сделал вид, что ничего не понимает.
   - Ну прости, - яростно прошипела спиритка, чуть сильнее, чем следовало сжимая шею животного. - Я признаю, мне не следовало отправлять тебя в одиночку домой по прибытию в город... Но в храме Воды тебе, маленькая эгоистичная тварь, понравилось бы ещё меньше!
   Кот придушенно мяукнул, и Даэру, опомнившись, отпустила его и нежно пригладила шерсть. Причинить физический вред своему Спутнику она была не способна, хотя и очень об этом жалела. И часто мечтала, как хорошо бы было, если бы после убийства Спутника навсегда исчезли её способности Говорящей. Всё-таки это слишком неудобно, родиться с огрызком дара. Пользы от этого никакой, но зато появляется много идиотских обязательств, которые, хочешь - не хочешь, а выполнять надо.
   Всё-таки, Спутники очень точно демонстрируют уровень и характер дара своего хозяина. Толстый и ленивый кот, конечно, мил и хорош, его можно трепать за уши, можно спать с ним ночью вместо подушки, можно просто положить на бархатную подушечку к вящему удовольствию ленивого животного, но в бою он будет только мешать, отвлекая на себя внимание не столько врагов, сколько хозяина. И, следовательно, такой дар абсолютно бесполезен и даже вреден, ведь дети семьи Танцующих с Пламенем оценивают в первую очередь полезность в бою.
   - Время, госпожа, - тихим бесцветным голосом попомнила служанка. Даэру нервно дёрнула уголком рта, окинула комнату пристальным взглядом, словно прощаясь с нею, и быстро вышла из спальни.
  

* * *

  
   Тихое пение ночных птиц казалось приятным. В него вплетались тихое журчание воды в фонтане и шелест листьев. Лунный свет серебрил низкую траву, похожую на упругий мягкий ковёр, угольные тени деревьев прочерчивали серебро широкими дорожками.
   Даэру сидела на скамейке под разлапистым дубом и машинально поглаживала своего Спутника. Кот млел от такого обращения и раскатисто мурлыкал, щуря огненные глаза. От центральной поляны городского парка долетали голоса веселящихся спиритов - молодых, ярких, наивных. Сейчас там - бал, пару кружатся в танце, смеются, глядя на огромные яркие звёзды, такие завораживающие и притягательные для юных душ.
   Даэ сжала тонкие губы. По какому недоразумению её причислили к этим юным существам, только-только начавшим осмысливать своё место в жизни и мире. Им ещё предстоит найти себя, предстать перед королём и жрецами, пройти становление.
   Для неё это - уже давно перевёрнутый лист, прожитый день, которого лучше бы не было. Она своё становление же прошла - на дымящихся развалинах форта Огня, среди мёртвых тел братьев по оружию. Среди огня и крови, такой же горячей и яркой, как и её стихия. Она проходила своё становления там - стояла, обессиленная, в кругу старших и опытных, закинув лицо к небу, шептала непонятные слова. В которые никогда не верила. Она призывала Огонь, когда она, её клинок были нужны на стенах, когда умирали те, с кем ещё вчера она смеялась над грубыми шуточками, с кем пила кислое слабое вино и с кем чуть не подралась по пьянке. Она разрывалась от желания броситься туда, где кипел бой, чтобы бить, крушить, убивать тварей. Но не позволял долг, тяжело навалившийся на плечи, выжженный в её душе злыми словами Хэа'Ноэрр "Куда ты, девочка? Ты обязана быть здесь. Ты должна использовать свой дар для выживания остальных". Как она, старая и мудрая спиритка, не могла понять, что её дар - пшик, что она воин, а не Говорящая... Что она должна погибнуть от клыков и когтей безумных порождений Бездны, а не свалится замертво от полного истощения, как и сама Ноэрр.
   Она уже знала своё место в мире - впереди остальных воинов, защищая их и королевство от ненасытных тварей, не знающих ничего, кроме голода.
   "Жрецы говорят, Стихии желали нам блага, они создали нас из своего дыхания. Но почему они не оградили нас от Бездны? Ведь мы гибнем, сотнями, тысячами там, у провала в никуда. Гибнут самые лучшие, самые смелые и самые достойные. Почему так несправедливо? И почему до сих пор никто не запечатал Бездну? Ведь... я же знаю... способ..."
   Так почему же она должна снова искать себя, стоя рядом с сущими детьми? Ведь она верила. Что её судьба правильная. Жестокая, беспощадная, но единственно возможная для дочери Танцующих с пламенем.
  

* * *

   На городской башне звенели часы. Колокол величаво и неторопливо отбивал семь длинных ударов и семь коротких - полночь наступила. Летний Танец начался.
   Звуки растекались в почтительной и мягкой тишине, замерли танцующие пары, взгляды всех спиритов устремились в небо, полное холодных звёзд и сияния колдовской луны.
   Ра'Ддор нервно поправил кружевные манжеты, коснулся золотого обруча, охватившего лоб. Сейчас он должен будет пройти через всё поляну, сесть в сплетённый из растений и золотых цветов трон и просидеть всю ночь, улыбаясь и кивая каждому юному спириту, которого ему будут представлять. Учитывая, что собрались отпрыски только семей Старшего Круга, молодёжи собралось не мало. Хорошо хоть, запоминать их вовсе не обязательно.
   За креслом уже стоят все четыре советника, среди них выделяется Эрэд Золотая - под стать своему имени одетая только в яркое золото и тёмный янтарь. В шикарном тяжёлом ожерелье скупо поблескивали хризолиты, ненавязчиво привлекая внимание к глубокому декольте спиритки. Сама Эрэд казалась яростно-напряжённой, словно ожидала удара в спину от стоящего позади неё воздушного советника.
   Но прежде чем, король вышел на поляну, его перехватил младший брат.
   - Погоди пока, - тихо прошипел жрец на ухо королю. Ра'Ддор раздражённо косится на Наалла, затем смотрит на ожидающую его толпу, пока что спокойную и молчащую. Но если король замешкается хоть на долю мгновения дольше, чем положено, нетерпеливая молодёжь начнёт роптать.
   - Только быстро.
   - Я нашёл способ, как тебя и от конкурента избавить, и Совет расформировать.
   - Ну и?...
   - Придётся Золотую подставить. Я устрою так, что она собственноручно отравит Цу'Эсша, сама не зная, что делает. И при этом доказательства будут неопровержимые, - совсем тихо прошептал жрец.
   Король едва подавил в себе желание отшатнуться от брата. Чуть отстранивший, он прохладно взглянул на Наалла. Ра'Ддор не хотел, чтобы эта девочка видела нём такого же расчётливого и беспринципного спирита, как и в советниках. Пусть даже она сама знать этого не будет, сам Ра'Ддор не хотел быть таким.
   - Есть другие варианты? - холодно и спокойно спросил король. Его брат зло прищурился, скрестил руки на груди:
   - Чистеньким быть хочешь? Я думал, ты умнее, и знаешь, что в политике невозможно остаться в белых перчатках, устраняя соперников. Кем-то придётся пожертвовать. Я предлагаю избавиться от этой амбициозной дурочки, которая, испепели меня пламя, рано или поздно захочет большего, чем роль советницы, пусть даже доверенной, - видя отстранённое выражения не лице брата, жрец сплюнул. - Ну, как хочешь. Не нравится моя идея - придумывай сам!
   Он уже собрался уходить, когда король тихо сказал ему в спину:
   - Стой. Я согласен. Действуй.
  

* * *

  
   Церемония представления длилась, и длилась, и длилась. До бесконечности, до иссушающей усталости, до помрачения рассудка от перенагрузки. Эрэд только из гордости продолжала стоять на ногах и улыбаться, сладко и нежно, всем юным спиритам, подходящим к трону короля. Ему-то хорошо, он сидит, он может даже уснуть с открытыми глазами, от него ведь только требуется вежливо и благосклонно кивать спиритам. И у него-то, это уж точно, ноги не болят!
   - Ренн Мео'Веалла из рода Звенящего Дождя, - мягко произнесла Эрэд имя худенькой и маленькой девушки, склонившейся в реверансе перед королём. Дурацкий обычай требовал, чтобы советники сами называли имена подходящих к трону спиритов. И юной советнице пришлось спешно зазубрить имена всех дворян, кто должен был проходить церемонию. И ошибиться она не имела права - это может очень негативно сказаться на карьере. Ведь она решилась отомстить и доказать всем, на что она способна...
   - Ренн Ра'Азор из рода Огненный Вихрь, - голос воздушного советника прозвучал жёстко и холодно. Как всегда, при звучании голосов советников, Эрэд едва заметно вздрогнула. Она уже решилась, о да... Но эти старики продолжали внушать ей страх.
   Юноша в жреческом одеянии и знаком рода на груди белозубо улыбнулся и, поклонившись, отошёл от трона, обменявшись колкими взглядами с девушкой, держащей на руках рыжего кота с приплюснутой мордочкой. Спиритка решительно приблизилась, не выпуская кота и продолжая отрешённо его поглаживать. Золотая Эрэд брезгливо скривилась и уже хотела довольно резко указать понурой девчонке, что с животными на праздник не приходят, но вовремя поняла, что пушистый котик - Спутник. Советница вовремя прикусила кончик языка и возблагодарила пламя за то, что не успела наговорить лишнего. Она очень боялась показаться глупой, Эрэд Золотая, слишком гордая, чтобы признавать за собой ошибки.
   - Ренн Хэа'Даэру из рода Танцующих с Пламенем, - Эрэд снова впилась ногтями в ладонь, сдерживая дрожь. На этот раз говорил земляной советник, и его глухой голос звучал как из-под земли страшно и нереально.
   Танцующая коротко, по-мужски, поклонилась, не выпуская из рук Спутника, высокомерно оглядывающего советников. Эрэд снисходительно смотрела на это недоразумение. Будь эта девица пофигуристее да поизящнее, она затмила бы собой даже её, Эрэд Золотую, первую красавицу среди огненных. Но платье девицы лишь подчёркивало её сухую фигуру, с которой только и кланяться, а не реверансы делать.
   Кот на руках Говорящей зашипел и вперил свои огромные золотые глаза в лицо Эрэд. Девушка вздрогнула и едва удержалась, чтобы не попятиться. Глаза Спутника напомнили ей глаза деда, холодные и злые. И в этом взгляде девушка с пугающей ясностью прочитала свою скорую смерть. Судорожно сглотнув, она отвела глаза. Кот раскатисто мурлыкнул, и огненные его глаза снова стали всего лишь глазами животного.
  

* * *

  
   Представление уже давно закончилось, спириты снова разбрелись по всей поляне. Кто-то весело и оживлённо болтал, некоторые танцевали под тихую проникновенную музыку. Даэру снова предпочла удалиться в тихое и тёмное местечко. Блуждая по парку, она набрела на фонтан, тихо напевающий нежную мелодию, казалось бы, ей одной. Нежное журчание серебристой воды, бросающий мягкие блики на белый мрамор, успокаивало.
   Даэ присела на краешек бортика, опустила ладонь в прохладную воду. Спутник спрыгнул с ей рук, прошёлся по мрамору, улёгся поудобнее и принялся смотреть на едва колеблющуюся воду. Он тоже прислушивался к неуловимой мелодии, похожей одновременно и на колыбельную и на тихую серенаду. Чарующие звуки сплетались, так же как блики и тени на белом мраморе, и не возможно было не смотреть и не слушать...
   Спиритка напилась чистой холодной воды и умылась, сразу чувствуя себе посвежевшей. Несколько прядей, конечно, намокли, да и на платье немного попало, но какая разница? Кто её здесь увидит?
   Словно в ответ из-за деревьев вышел Леот, в обыкновенной одежде горожанина, а не в привычной хламиде жреца.
   - Я знал, что ты сюда обязательно придёшь!
   Он щёлкнул пальцами, и песня фонтана постепенно затихла, сменившись обыкновенным и естественным журчанием. Даэ печально вздохнула: когда замолкла мелодия, ночь потеряла какую-то долю своего чародейского очарования; словно с её лица сдёрнули серебрящуюся занавесь, добавлявшую густой темноте сказочности.
   - То есть ты заставил фонтан петь? - тихо произнесла девушка, когда жрец опустился на землю у её ног.
   - Тебе не понравилось? - сразу напрягся юноша, вскинув лицо. Спиритка замерла и отрицательно покачала головой.
   - Это было волшебно. Жаль, что сказка так быстро закончилась...
   - Если хочешь, я заставлю фонтан петь снова! - С жаром предложил водный спирит.
   - Не надо. Сказка кончилась, и пламя с ней. Надо жить в реальности.
   Они замолчали, глядя друг на друга. Даэ смотрела на тонкие черты лица жреца, задумчиво провела руками по его волосам. Леот сидел, запрокинув голову, не отводя взгляда от лица возлюбленной, хотя у него уже давно затекла шея. Он этого не чувствовал. Для него в мире существовало только одно - лицо огненной девы, задумчивое и печальное.
   Они молчали, не решаясь разбить эту новую сказку. Они хотели, чтобы она длилась до рассвета, за которым придёт новый день, такой же, как и тот, когда им придётся расстаться. Навсегда. Так зачем же нарушать очарование этой ночи, этого мгновения?
   - Я завтра уезжаю, - глухо произнесла Даэру, переводя взгляд на блики на воде. - Я и так задержалась в городе слишком долго. В форте ждут меня и подкрепление.
   Леот осторожно поднялся и сел рядом с девушкой. Он не знал, что сказать, не знал, что Даэру хочет услышать, и, поэтому, молчал.
   В летосчислении спиритов есть четыре постоянно сменяющиеся эры Огня, Воды, Земли и Воздуха. В каждой эре по четыреста лет, посвящённых каждой из стихий, следующих поочередно друг за другом в порядке Огонь-Воздух-Вода-Земля.
   К именам спиритов прибавляются префиксы, собственные у каждой из стихий. Огненные: Ра- для мужчин и Хэа- для женщин. Водные: Вен- и Мео- соответственно для мужчин и женщин. Воздушные: Ёса-, Ашу-; земные: Цу- и Маю-.
   Ренн - обращение к спириту, имеющему высокое положение в обществе.
   Изобретение огненных для быстрого поджигания. Позже было выяснено, что в нём можно качественно (и количественно!) топить горе.
   Атрий - помещение, где хранятся символы стихий: Огонь - большая чаша, никогда не становящаяся горячей, несмотря на не гаснущее пламя. Земля - большой булыжник, с вкраплениями серебряных прожилок (нерадивые жрецы и жрицы вместе с адептами повадились скалывать по кусочку на амулеты, пока один из Говорящих не пересек это безобразие). Воздух - объемная Роза Ветров на цепочке. Сама по себе звезда небольшая, но колкая. Вода - многогранный кусок льда, небольшой, но никогда не тающий, не колется, чем выгодно отличается от Розы Ветров.
   Дворцовая стража и гвардия формируется в большинстве своём из спиритов той стихии, представитель которой правит в данный момент.
   Спириты не умирают, а постепенно уходят в свою стихию, до самого ухода оставаясь внешне молодыми. Если же смерть не была естественной, переход происходит через несколько дней после смерти.
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"