Рудзеевский Лев Викторович: другие произведения.

Формула-1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
 Ваша оценка:


Формула-1

   Посвящается девушке Марине, которая увлекается формулой-1, смотрит гонки и болеет за Михаэля Шумахера.
  
   Всё нижеизложенное основано на реальных событиях. Герои имеют своих реальных прототипов. Имена, названия улиц и время событий изменены. Данный текст восстановлен по крупицам, так как электронная версия была уничтожена автором в целях невозвращения к прошлому.
  

Марине 22 января N1.

   Почему я должен стыдится своего имени, голоса. Почему мои слова вызывают лишь увеличение адреналина в крови, негодование, неприязнь, страх и, возможно, желание убрать меня из памяти или физически. Ну так, наверно, вам следует заказать меня киллерам. Эти ответы: "Спасибо", "Потом" - звучат как оскорбление. Можно было бы сказать более прямо: "Мы сыты и рады такими как вы" или "Оставьте меня в покое". Ну не из шпаны я, не наркоман, не маньяк, который, завидя интеллигентную, скромную, образованную девушку, потирает руки в надежде на лёгкую добычу. Если у вас есть парень (возможно, его зовут Сергеем (*******), так скажите: "У меня есть человек которого я люблю". Это лучше. Тем вы сразу обрубите все нити надежды. Надежды на что? Рано или поздно у вас появляется каверзный вопрос: "Что вам от меня нужно?". Так что вам сказать? Возможно, понимания и сочувствия. Хотя нет, можно обойтись и без второго. Как можно заслужить вашего внимания! Когда ты отлично знаешь, что сейчас она войдет в дом с ключём и почувствует облегчение, когда железная дверь захлопнется за ней, а этот странный опасный субъект ещё долго будет идти, словно мешком трёхнутый, и думать, какой он дурак, грубиян и полнейшее ничтожество, когда вдруг решился раз в жизни познакомиться с девушкой, которая понравилась ему. Завидя такого человека, как вы, я сразу понял, что предо мной настоящее сокровище, и сразу стал отгонять мысли о возможности познакомиться, завести дружбу. Нет, такие чистые, честные, порядочные люди оберегают себя от всего кажущегося им хоть сколько-то грязным, таящим в себе опасность. Да, вы строго блюдете нормы морали. И правильно. Но знайте, как будет мешать вам жить эта отчужденность. Будьте сердечнее, добрее, остерегайтесь плохих людей. Но как вам доказать, что я не из тех, за кого вы меня сразу приняли. Да, сейчас я стал плохо учиться: рейтинг 39 это несмываемый позор. Не получать стипендию может позволить себе лишь дурак или лентяй. Да, я ленюсь. Я страдаю оттого, что окончив школу не сумел определиться. Поступил в Станкин для того, чтобы меньше тратить времени на дорогу. И решил, что за время учебы смогу себя найти. Найти себя пока не удалось. Станкин показался мне лёгким институтом. И это обстоятельство повлекло за собой лень, нежелание напрягаться, трудится. Ты вроде бы не глупый, но работы не делаешь и тебя не оценивают. Редкий преподаватель успевает за семестр разглядеть что пред ним незаурядный студент, возможно даже талантливый. Низкие оценки вселяют неуверенность в себе. Ты видишь, что ребята более примитивные и простые начинают обходить тебя. В злости на такую несправедливость ты начинаешь подыгрывать им. Стремишься казаться хуже, чем ты есть, появляется наглость, хамство. Перестаёшь стыдится. Тебе уже не стыдно спросить любую пошлость у любого. Нет проблем. Ты свободен от всех комплексов. Но ты приходишь домой и твоя нагло смеющаяся маска сменяется на твое настоящее лицо. Ты горько плачешь. Печаль твой спутник. Тебе нравятся лишь грустные мелодии. Когда я говорю людям, что люблю классическую музыку, они мне не верят. Панибратски хлопают по плечу и говорят: "Вов, расслабься. Пойдём пивка попьём." Я вежливо отказываюсь. Я не пью, не курю. Меня просто к этому не тянет. Так снова к классике. Я люблю Чайковского за его гуманизм, за понимание человеческой души. Называть его музыку тяжелой могут лишь те, кто не понимает музыку вообще, либо не обладает чуткой доброй душой, кто не страдал и не знает что такое горе, любовь, пессимизм, совесть. Вечерами меня охватывает общее всем русским - тоска, появляется страх. Боюсь, что проживу жизнь, а так и не успею раскрыться, реализоваться, выполнить своё предназначение. Поиски смысла жизни ни к чему не привели, я так и не нашел незыблемого ответа. Мы взрослеем и начинаем смотреть на жизнь другими глазами. Меняются идеалы, авторитеты, собственные суждения. Тоска прогрессирует. Душа болит. За душой начинает слабеть организм. Высыхает ум, теряется живость, задор, озорство, фантазии. Я раньше обладал богатым воображением. Теперь я прагматичный и скучный. Веселье и все хорошее в тебе засыпают. А их противоположности начинают находить место в этом разлагающемся человеке. Нет, доброты человек не лишается. Просто всё это прячется где-то в глубине и при удобном стечения выходит наружу. Люди удивляются: такой мерзкий и вдруг так отчаянно и горько рыдает и убивается. Значит всё-таки есть в нем что-то человеческое. Но они забывают, что именно они убивают своим непониманием, недалёкостью, скупостью во всех проявлениях, то доброе, что находится в каждом из нас. Так вырастают насмешливые, высокомерные, желчные люди. Я вновь ушел от классики. Люблю Моцарта за его оптимизм. Даже грустные мелодии, несмотря ни на что, оставляют ощущение лёгкой и светлой грусти. Мудрость - вот чем обладал гений. 2-я часть концерта N21 для ф-но с оркестром - это та музыка которая, вызывает изумление, она идеальна, она как творение природы, где всё продумано. Я не верю в бога. Я верил в человека и в добро. Теперь я сломился под натиском череды невезений, разочарований. Теперь я ничего не жду. Живу с ощущением, что время встало. Лишь единственное, что напоминает о нём, так это быстрота смены календаря. Вчера переворачивал на январь. Сегодня уже пора заменить февралём. Послезавтра апрелем. И будет тепло, будет весна, выйдет солнце, появятся запахи. Меховую одежду уберут в гардеробы. Дышать станет легче. Жизнь дополнят цвета: салатово-зеленый, бирюзово-голубой. Моё любимое время дня - закат солнца. Сначала это жёлтый, после оранжевый, розовато-оранжевый, розовато-красный, красно-фиолетовый, темно-фиолетовый, сиреневый и тёмно-синий. По наступлении которого город начинает светится миллионами огней. Холодными лампочками. Приводящими меня в уныние. Так много людей, и столь безынтересно они живут. Конечно, не так всё плохо на белом свете. Есть и счастливые. Просто плохо тебе, вот и пишешь ты, перекладывая свою боль на бумагу. Пишешь, а завтра утром прочтёшь и все порвёшь, ведь ты не Пушкин. А это далеко не шедевр, и всё это давно уже всем известно. Возьми русскую литературу: Достоевского, Толстого - стоит ли перечислять! Да почитай, там гораздо лучше. Taк и рвёшь ты свою душу, оставляя её не узнанной. Не собираюсь я вас донимать и доставать. Насильно мил не будешь. Утром мне позвонил лучший друг и попросил меня никогда больше не звонить ему. Мотивировал он это одним словом: я его слишком напрягаю. За четыре курса он меня, как он считает, достаточно изучил. Так вот, оказалось, что его не устраивает то, что я мешаю ему жить, как живут многие из нас, не задумываясь для чего, зачем. Видите когда ему хорошо, а мне нет, я не должен его беспокоить. Хотя всё, чего я хотел, так это чтобы он уделил мне пару часов за весь месяц. Пройти улицами Москвы и поговорить, как старые друзья. Друзья, которые видят друг-друга почти насквозь, расстаются. Свершилась ещё одна гадость. Другой товарищ сказал мне одну фразу (я привожу её потому, что он попал в точку) "Вов, мы все плачемся, но каждый по-разному: я потому что глуп, а ты потому что тебя не любят". Я бы добавил: не понимают. Поначалу я был идеалистом, но постепенно смирился: людей без недостатков нет, Был романтиком, но ничего романтического так и не случилось. Маленьким я слушал В.Цоя. После меня стал привлекать незаурядный ум Бориса Гребенщикова. Люблю доброго философа Ю.Шевчука.
   Можно писать и писать, но к чему? Не надо меня боятся - я сам боюсь. Встретил вас и тут же потерялся. Она такая хорошая, красивая, а что я? Обыкновенный, таких, наверно миллионы бродят. Да ведь есть и интереснее, умнее и т.д. Даю свой телефон ******* по нему можно выйти и на адресе и т.п. Проплатить киллерам, либо натравить на меня милицию, чтобы далее не домогался. Делайте, как считаете нужным для вашего спокойствия. Полностью доверяю вам, так как, кажется, разглядел хорошего человека. Может, и ошибся. Ну а если и так, то подумаешь, сбудется ещё одна гадость. Сколько их там впереди. Выходишь на улицу, идешь, как во сне. Ничто не препятствует твоему движению. Maгазин, хлеб. Возвращаешься с хлебом домой.

Марине 22 января N2.

   Давай, ответь мне, скажи, что я трачу время напрасно. Не мучай меня. Ведь ты даже не догадываешься, какие страдания приносят твои холодные отказы выслушать меня. Не бросай трубку. Я говорю с тобой (хотя тебя нет со мною рядом) и мне кажется ты где-то здесь, молчишь и слушаешь меня. Я не хочу есть, спать. Мне безразлично утро или вечер. Я живу тобой, совсем не зная тебя. Злюсь на тебя и тут же прощаю. Оправдываю твои отказы. Ведь, возможно, я многого не знаю. И следовательно не имею прав винить тебя в чем-либо. Ты разбудила холодное мёртвое сердце, вселила надежды. Но я не слышу твоего голоса. Боюсь, что перегорю и когда закончатся каникулы и наступит учёба, приду истощенным духовно и телесно. Пройдет запал. Погаснет свеча. И ты увидишь безразличную маску, которая отдаст тебе все письма идущие в никуда.
   И скорее ты не поверишь мне. Не хочу дальше писать. Мне кажется, я все это уничтожу ещё до дня нашей встречи. Такое уже случалось. И никому от этого не было лучше. Каникулы. Вместо отдыха я схожу с ума. Так ведь и совсем можно пропасть. Появилось желание жить. Жить до того дня, ради него. А дальше? Скорее всего будет даже хуже, чем было когда-либо. Не вини себя: ты тут не причем, так устроен мир. Большая ответственность лежит на том, кто пишет эти строки, ведь неровен час и тебе придется за это всё отвечать. Человек возможно ждет, а огорчать и обижать не хочется. Я не работаю. Как я могу писать это, когда ещё не встал на ноги, чего я жду от неё? Деньги, о без них ничего нельзя. Не буду про них. Деньги редко перепадают мне и я быстро с ними расстаюсь, покупая CD по 20$. Люблю хорошие вещи, ненавижу пыль, сальные отпечатки пальцев. Диски с музыкой - это самое дорогое, что есть у меня. Я никогда не даю их никому. Они у меня как святое. На этих пластинках (имеется ввиду CD) моя жизнь. Стоит мне услышать музыку, и я назову композитора и стиль, даже если слышу впервые. Почерк великих всегда узнаваем и неподражаем. Покупая CD, трачу много времени, ответственно выбираю, учитывая многие аспекты. Слушаю музыку на хорошей аппаратуре в абсолютной тишине, ничем при этом не занимаюсь. Просто сижу на стуле не шелохнувшись и слушаю, бывает танцую либо дирижирую. Вся соль именно в форте и пьяно, тончайшие детали должны звучать достаточно отчетливо. Очень важно, кто исполняет. От уровня музыканта зависит понравится ли нам тот же Чайковский. Сумеет ли он передать истинного Чайковского или закроет перед нами надолго произведение. Мой друг удивлялся и ценил мои порывы, когда я покупал диск за 14$ ради 30 секунд музыки, зная, что остальное на диске довольно посредственное. Да, найти прекрасное довольно непросто. Поэтому я так дорожу своими CD. Я считаю за одно из своих достоинств хороший правильный вкус. Умение правильно указать интуитивно на хорошее и плохое. Возможно это и есть мой талант. Но о нём мне говорят лишь взрослые, мои сверстники этого не понимают. Увидеть человека умного можно, только если ты сам в состоянии понять его, т.е. необходимо быть равным ему или превосходить его. Думаю, что если буду так подробно открываться и дальше, то это приведет к тому, что ты скорее увидишь все мои минусы и заочно отвергнешь меня. И всему виной будет именно неумение передать сполна всё то, чем ты являешься. Хотя я склоняюсь, что тебе нравится другой, а он не отвечает тебе, и поэтому я становлюсь ещё более противным и жалким. Так мы жалеем себя, но, глядя на аналогичного нам, терпеть не можем его. Он напоминает нам наши недостатки, неудачи, неприятные воспоминания.

Марине 22 января N3.

   Я чувствую, что виноват. Ты идёшь со мной и молчишь. Меня тяготит мой монотонно раздающийся голос. Пожалуйста, посмейся. Ты так красива, когда смеёшься. И к тому же у тебя очень женственный, ласковый, красивый голос. Пожалуйста, ответь мне, ну я тебя умоляю. Говори мне, что я дерьмо, что угодно, я хочу слышать тебя. Это даёт мне силы. Это то, о чём я мечтаю. Ты звезда, я тянусь к тебе. Но ты всё дальше и дальше от меня. Согрей, поговори со мной. Наверно это не случайно, что тогда мы оказались в одном вагоне, ты стояла у дверей, я сидел к тебе спиной. Ещё на вокзале я мечтал встретить тебя. Я знал, что ты едешь учиться в первом вагоне. И думал, что возвращаться назад ты будешь в последнем Я посмотрел там и пошёл дальше, просто сел в середине. Когда я поднялся, я увидел тебя. Контролёры лишь повод, чтобы выйти с тобой. О чём говорить? Всё может сразу оттолкнуть. Я где-то ошибся, сделал неверный шаг. Ты не подала виду, говорила разумно, спокойно, но внутри боялась. Я подумал, что ты меня приведешь в другой дом, но ты зашла в свой. Если я где-то был, я всегда сумею вернутся туда. Прекрасно ориентируюсь. На следущий день я исследовал всю лестничную клетку и каждый этаж твоего дома. В надежде наткнуться на имя Марина. Но ничего, что как-нибудь бы показало тебя, не нашел. Я посмотрел объявления у подъезда: телефон начинается на 900. Остались 4 цифры и имя Марина. Бывают ситуации, из которых одному не выйти. В пятницу я обратился за помощью к друзьям, придумав вот какую историю: в четверг я забыл библиотечную книжку, вернулся, и мне сказали, что Марина из Э52 забрала её; сегодня последний срок сдачи, как мне выйти на неё. Мне тут же описали тебя вот как: она обязательная, не беспокойся, книжка твоя не пропадет, она из общежития (но я то знаю, что нет), худая и высокая, с длинными светлыми волосами, не красится, ходит в свитере и джинсах. У неё есть парень - Сергей, работает, дома бывает после 12-ти. Я звонил Сергею, но так и не попал на него: то он ещё не пришел, то спит. Узнал телефон раньше. Мне позвонила одна девушка, возможно, она и не догадалась, что это выдумка. Главное, цели я добился. Она мне дала телефоны двух Марин один на 256, другой на 900. Сразу понял, что мне повезло. И сказала, что на 900 староста, описала тебя, сказала, что звонила тебе, но ты о книжке ничего не знаешь. Набираю номер, и опять ты говоришь мучительно потом. Будто я причиняю тебе боль. Кладешь трубку. Что я могу? Я собираюсь написать тебе. Ведь ты не хочешь ни видеть, ни слышать меня. И передать тебе, не встречаясь с тобой. Но так, чтобы ты дала мне знак, что получила. Я пишу, звоню и опять слышу потом. Что делать? Остается идти с тобой от платформы до дома и рассказывать всё это. Ты меня слышишь? Ответь мне. Я много лет гуляю по Москве один. Я хорошо знаю центр города. Но я больше не могу гулять один, говорить в себя. Мне нужен живой человек, друг, тот кто меня будет слушать, понимать. У меня был друг, он слушал меня, но не всегда понимал. Да, извините это грустно и сложно. Ну что же мне сделать с собой, коль я таков. Да, я могу не грузить. Не надо представлять меня монстром, извергающим нестандартные мысли. Я такой, как все - обыкновенный человек. Испытывающий потребность передавать свои знания, не всем конечно, тем, в ком я разглядел нечто большее. Я думаю, что могу помочь людям, принести пользу. Но оказывается всё наоборот, я затрудняю не без того тяжёлую жизнь своими проблемами. Остается повторять: всё что происходит с нами - всё к лучшему; делай, что должен, и будь, что будет. Простите меня, что перехожу на ты. Не беспокойтесь: достаточно попросить меня, и я выполню.

Марине 23 января.

   Прочтешь ли? Узнаешь, ли какая сила в тебе? Достаточно идти рядом и слушать что угодно, пусть даже про учёбу. Глаза, нос, брови, волосы. Не могу не думать о тебе. Ты шла со мною и совсем не смотрела на меня, боялась повернуть лицо, пряталась за капюшон. Твоё "спасибо" у подъезда для меня было мольбой "не ходи за мной". А я и не собирался. Только сказано это было так, что защемило сердце, и в то же время добрые слова остаются добрыми словами. Именно оно дало надежду. Было обидно за себя. Да и не хотел я испугать. Просишь ждать до учёбы. Две недели, а потом ты опять станешь увиливать. Сказала, что не любишь говорить об этом по телефону. Я тоже не говорю о важном по телефону: могут услышать. Ну что мешает встретится. Если боишься меня, то можно в людном месте. Пусть даже под наблюдением. Пусть ненадолго. На всё отказ. Почему? Проснулся утром, прочел все это. Только больной может так писать. Болен. Тобой. Странно, мы бываем счастливы, но от чего? От исполнения намеченных желаний. Сдал экзамен на 50, проходит час - и тебе уже не приносит радости это событие, и никогда более не вспоминаешь о нём. Но бывает, ощущение счастья возникает так с ниоткуда (счастливы от ерунды). Ты выходишь на улицу: розово-зеленоватое небо, садится солнце, хрустит сверкающий снег; ты никому не должен, никому не нужен, свободен, денег нету, домой не хочется. Ты идешь один по Москве, пешком, думаешь и смотришь. Ведь когда ты в компании, ты развлекаешь ребят, ты как шут. Только идя один, ты замечаешь всё: и бежево-розовую окраску домов от светящегося неба, и лица прохожих, идущих навстречу, и дорогие машины, грязные пустые задворки с птицами и мусорными баками. Сказочные витрины, своё отражение в их стёклах. Красивую одежду богатых, нищету бомжей. Тебе всё интересно. Заходишь в дорогой магазин, смотришь на вещи за сотню долларов и радуешься за тех, кто может их купить. Когда-нибудь и я зайду и куплю себе обувь долларов так за 180, сяду в Jaguar и поеду в собственный дом за чертой города. Утро. За окном мороз -20. И что я слышу, за окном чирикают воробьи. Как приятно. Вспоминаю твое лицо, ты смеёшься. Зима, вечереет. Около 16-ти. Лес, деревья и кусты оделись в белые шубы. Смеркается. Голые темные стволы ели, на самом верху кроны с иголками. Тишина. Я останавливаюсь. Вокруг ни души. Ушел на лыжах км за 20 от кольцевой. Неслышно гула города, не видно красного свечения, нет собак, птиц. Лыжники катаются, но в столь поздний час и так далеко они не заходят. Стоишь, смотришь на недвижное безмолвие. Как ничтожен ты, но в тебе есть жизнь, а всё вокруг мертво. Снег уже серый, лыжню плохо видно. Подул ветер. Зашумели верхушки елей. Снова тишина. Оттолкнулся палками, издал звук, растворившийся в морозном воздухе. Бежишь как можно быстрее, ещё часа полтора ехать и станет совсем темно. Силы кончаются, мёрзнешь. Трудно разгибать пальцы. Куртка вся мокрая от пота заледенела, покрываешься инеем. Появляется усталость и навязчивый голод. Свечение города, шум, красными, желтыми огнями светится кольцевая. Через полчаса я буду дома. Никогда так не хочется домой в свою тесную, уютную комнату. Где так скучно сидеть у окна, смотреть за стекло на один и тот же пейзаж с десятого этажа. С семнадцатого это выглядит ещё более мёртвым, это утешает. Неожиданно меня посещает вот какая мысль. Если бы ко мне сейчас какая-то девушка обратилась как я к вам, то я знаю, что бы я ответил: потом. Страховаться на все случаи: выстрелы в спину, предательство. Стоп. Ты лучше. Но сейчас некоторые спят с одним, живут за счет другого, дружат с третьим, так сказать прогрессивная форма: многосторонность, многозадачность, широта. Стоп. Стыдно и глупо.

Марине 24 января.

   Купил маркер. Зашел в 47к2 подъезд 5 за девушкой. Подходит маленький. Мне 17-й, она жмёт 15, подозрительно оглядывает. Который час? Показываю часы. Она выходит. Доезжаю до 17-го, двери открываются, остаюсь на месте. Достаю маркер. Пишу:

Но в этом мире случайностей нет

И не мне сожалеть о судьбе.

Он играет им всем, ты играешь ему

Так позволь, я сыграю тебе.

Не будь жестокой, не клади трубку

Дай мне шанс Владимир 24.1.2000

Засыпая, я вижу твои глаза,

Но они говорят мне "нет".

Удивляюсь, как ещё я жив.

   Доезжаю до 15-го. Выхожу. Вызываю лифт. Теперь пишу в большом:

Я хотел бы все время быть только с тобой,

Но пока я без тебя.

И в душе моей темно.

Разреши мне проводить тебя домой.

Разреши мне посидеть с тобой на кухне.

Разреши мне заглянуть тебе в глаза.

Возьми меня с собой в этот рай.

   Отпускаю большой, сажусь в маленький, еду вниз. Заходит парень лет под 27. И как охреневший пялит глаза на это. Мне становится стыдно, еле не выдаю себя. Выходим на улицу. Одеваю капюшон. Ухожу. Сомневаюсь, а тот ли это подъезд? Увидишь ли. Ведь, я бывает днями не выхожу из дома. А сейчас грипп. Может ты уехала куда-то. Не терпится узнать. Собираюсь завтра звонить. Брожу около твоего дома. Караулю. Конечно глупо. Начинает болеть голова. 5 часов на морозе -17, и всё безрезультатно. Дома не нахожу себе дела, места. Сегодня понедельник. Но впечатление будто воскресенье. Вчерашний день для меня выпал. У каждого из нас есть собственные часы, хронометр. Анализирую и прихожу к выводу что день не наполненный тобой, для меня - пустой день. Сожалею о будущих пустых днях. В вашем доме состоятельная публика: стеклопакеты, тарелки, джипы. Машин столько, что дом пришлось огородить стальными решетками. Дом новый, значит жильцы молоды и платёжеспособны Вариант безвыходный: Добиваться тебя, пытаясь стать круче варёного яйца. Круче предприимчивых папиных сынков на чёрных Cherokee с сотовым, возвращающихся заполночь в громыхающих машинах. Дорогой коньяк, работа, набитые барсетки. Чувствую, что проиграл. Не пытайся снять луну с неба. Бери попроще. Но к чему всё это: рождаешься, растешь, учишься; столько вложено, а теперь всё теряет смысл без тебя. Нет, не сдамся, не откажусь. Мысленно пытаюсь выстроить свою карьеру, ничего не выходит. Деньги убивают любовь. Неужели так слабо твоё чувство, как это низко. Ребенок.

Марине 25 января N1.

   Проснулся инстинкт самосохранения. Хватит. Никогда ты не перед кем так не унижался. Бегаешь за ней. А ты ей ноль. Раздул из неё незнамо что. Она отличница, умница, всё понимает, умнее тебя. Да почём ты знаешь. Ищи лучше плохое. Да, но я её не знаю. Ты маешься уже четвёртый день, у тебя уйма дел. Займись ими. Не могу. Отдохни в своё удовольствие. Нет. Да ведь ты хороший парень. Найдешь себе других, кто не будет так неприступен и упрям, кто увидит в тебе хорошее, кто полюбит тебя. Да, но я хочу выбирать сам. К тому же мне казалось, что она похожа чем-то на маня, что она для меня. Забудь её. Нет, ты лентяй, увидел работу и опускаешь руки. А ты мечтатель, у неё парень, и она лучше тебя, ты просто дурак. Тут появился третий голос: Если есть кто-то над нами, помоги мне. Вам должно быть стыдно, к тому же там нет никого, что зря воздух сотрясать. Кстати, а что с прозаиком - творческий кризис? Почему не слышно музыки, он что оглох? Где председатель, где барон. Они больны и распущены. Ну поодиночке вылечиться нельзя. А кому это надо. Внезапно все голоса смолкли. Он стоял на улице. Появилась она. И все эти старые седеющие люди воспряли духом. Средь них оказались и другие: дети, подростки, юноши, молодые мужчины, отцы, деды, ворчливые старики, мудрые белёсые старцы. Все они имели сходные черты лица, у всех была большая родинка на шее. Поодаль стояли мать, отец, сестра, БГ, улыбающийся Шевчук. Ещё дальше еле видимый стоял брат. Не было лишь друга. Их было много, но все они молча смотрели на неё. Позвоню. Позвони. Ответили они разом, но как-то неуверенно. А если откажет. Нас много, мы сумеем помочь тебе. Ответили они.

Марине 25 января N2. Прим.: поместить в самом конце без даты.

   Медленно опускался снег. Улицы были пусты. В домах не светились окна. В них работают (центр Москвы), а сегодня выходной, и все ушли. Иду по городу, всё моё, для меня. Как я богат. Как оно красиво. Фонари, подсветка зданий. Силуэты города на фоне узкой бардово-красной полосы. Театр. Подхожу к тумбе. Может позвать её в театр? Рядом стоит высокий господин. На полях его шляпы лежит снег, лица не разобрать: его скрывает тень. Он напоминает мне персонаж из 19-го века. Иду дальше. Снег валит сильнее, тает на моём лице. Перехватывает дыхание, давит в груди. Горячие слёзы текут по лицу. Вытираю их. Улыбаюсь. Внезапное ощущение счастья наполняет меня. Слышу голос позади меня. Там нет никого. Но я не оборачиваюсь. Стыжусь показать еще мокрое лицо. Ты всё сказал, мой милый? Да. И чего ты ожидаешь? Она ответит мне. Ну и дурачок же ты. Ты напугаешь её ещё больше. Не может быть. Будь проще, мой мальчик. Не смеши, не торопись. Где твоя выдержка, гордость, терпение. Они при мне. Так покажи их. За что тебя уважать, за то, что ты плачется первому встретившемуся человеку в жилетку. И надеешься, что тебя погладят по головке. Будь сильным и смелым. Вспомни Павлика. Видел ли ты его хоть раз сломленным, озабоченным? Нет. Так ведь он твой друг, ещё тогда он увидел, что ты можешь быть, как он, поэтому он стал дружить с тобой. Он поднимается, так взлетай и ты. Сомненья прочь, мой милый. Не стоит никому показывать эти письма. Послушайся меня. Оставь их себе на память. Пройдет время, и ты увидишь, как изменился ты благодаря этому увлечению. Скажи ей спасибо и всё. Посмотри ей в
   глаза своим добрым, понимающим взглядом. Твои глаза скажут за тебя больше, чем все твои письма. И в тоже время ты станешь для неё гораздо больше, чем с этих грустных и глупых писем. Композиторам и поэтам удаётся изложить все это в считанные минуты, они гении. Ты писал. После читал и видел в них больше, так как знал больше, чем кто-либо. Но для другого неуловим аромат твоего почерка, не слышен голос. Чистые, сухие листья лежат перед ним. Радуйся, твоя душа ожила. Ты полон сил, вперед! Твоя душа будет освещать твой одинокий путь. Кто он, задаю я себе вопрос. Это я. Отвечаю я себе.

Марине 26 января.

   Но каждый из нас торгует собой всерьез,
   Чтобы купить себе продолженье весны.
   И каждый в душе сомневается в том, что он прав,
   И это - тема для новой войны (Тема для новой войны, БГ)
   Вчера вечером мне было очень тяжело. Прочел свои письма. Они показались мне ужасно глупыми и неровными. Я вдруг подумал, что не люблю тебя, а всё написанное пошло и банально. Мне показалось, что любовь к тебе - выдумка голодного разума, прекрасная игра талантливого актёра. Я испугался, да, я могу обмануть интеллект, но с интуицией мне не совладать: ты всё поймёшь. И от этого мне стало ещё хуже. Заснул с болью в голове. Под утро стал хорошо спать. В сильные морозы хорошо спится. И мне приснился сон. Всегда вижу только цветные сны. Я в помещении, похоже здесь учатся или мы в чьей-то квартире. Там есть ты, твои подружки и ещё много народу. Тебе пора уходить, ты одеваешься. Подходишь ко мне и спрашиваешь у меня заколки в волосы. Я достаю их из карманов и даю тебе. Четыре заколки. В благодарность ты мне разрешаешь уходить вместе с тобой и твоими подружками. Мы едем в большом лифте, пол чем-то усыпан. Твои подружки накрашенные, модно одеты. А ты проще, но я так счастлив ехать с тобой. Что они догадываются о моих чувствах к тебе, и жадно смотрят на меня. Мы выходим, я собираюсь заговорить с тобой. Но ты исчезаешь. Я просыпаюсь. Сожалею, но это лишь сон. Я готов отдать всё, чтобы это было явью. Единственно, что меня радует, так это то, что я продолжаю любить тебя. Достаю письма, они согревают меня. Я так и не позвонил вчера. Если я отдам все письма разом, то мне, кажется, я больше не напишу ни строки. Думаю, что при встрече передам лишь первое. И если ты откликнешься, то спустя отдам всё что сумею написать для тебя. 9 из 10-ти что я тебе никак. 9 из 10-ти ты даже не ответишь мне. Молчание - это тоже ответ. Но пусть пройдет время и эти искренние, слишком откровенные письма будут согревать тебя в трудные минуты. В мире есть ещё, такие как он, и лучше. Будешь думать ты. И это поможет тебе. Вполне возможно мы не подходим друг-другу. Разные. Вполне возможно мы на различной высоте. Ставлю себя ниже. Но твоя красота и ум замечены мной. Ты мой идеал. Готов терпеть твои недостатки. Готов не дождаться ответа. Твоя реакция на письма непредсказуема. Думаю, что стану интересовать тебя, ты станешь наблюдать за мной. Но почему-то есть предчувствие, что кончится эта история также неожиданно, как и началась. Возможно ты не готова что-то предпринять. Возможно не готов я. Когда я вижу высоких девушек в дублёнке с капюшоном, мне кажется, это ты. Я догоняю их, заглядываю в лица. Никогда я не обращал столько внимания на прохожих. Всё время пытаюсь найти тебя. Не нахожу. Странно, но мне хочется чтобы ты была менее красивой, заметной. Я боюсь, что все мужчины увидят тебя. Я ревную. Всё время хочу позвонить тебе, но удерживаю себя. Ведь ты просила, а я не могу ослушаться. Сойду с ума наверно. Марина, я лёгкий в общении, а то по письмам у тебя наверно впечатление будто я замкнутый, хмурый. Я много смеюсь, люблю шутить. Пытаюсь смотреть на жизнь с лёгкостью, играючи (грустные мелодии). По знаку я овен. Стремлюсь быть лидером. Вспоминаю слова из песни БГ Контрданс:

Я никогда не умел быть первым из всех,

Но я не терплю быть вторым.

   Из песни С утра шел снег:
   И можно быть
   Надменной, как сталь,
   И можно говорить,
   Что всё не так, как должно быть,
   И можно делать вид, Что ты играешь в кино
   О людях, живущих под высоким давленьем -
   Но
   С утра шел снег,
   С утра шел снег,
   Ты можешь делать что-то ещё,
   Если ты хочешь, если ты хочешь...
   Ты помнишь, я знал себя,
   Мои следы лежали как цепи,
   Я жил, уверенный в том, что я прав;
   Но вот выпал снег, и я опять не знаю, кто я;
   И кто-то сломан и не хочет быть целым,
   И кто-то занят собственным делом,
   И можно быть рядом, но не ближе, чем кожа,
   Но есть что-то лучше, и это так просто;
   С утра шел снег,
   С утра шел снег;
   Ты можешь быть с кем-то ещё,
   Если ты хочешь, если ты хочешь...

27 января.

   Перед казнью осужденному предлагают изъявить свою последнюю волю. Естественно, что это должно быть выполнимое желание. Так вот, я хочу чтобы то, что по праву принадлежит тебе (мои письма) было у тебя, чтобы ты прочла их. Боюсь звонить тебе. Мне кажется, я разрушу свое счастье, если чем-то обижу, напугаю. Сегодня стало теплей, выглянуло солнышко. Я взглянул на чистый снег, дома, проблески голубого неба, облака. И мне почудилось, будто весна сообщает нам о своём приближении. Как скоро лето! И я вспомнил, как одиноко и скучно провёл я свои летние каникулы. Была практика. Работал в почти разложившемся КБ инженером-конструктором. Работы не было, читал Достоевского "Подросток", бегал за водой. А в выходные уезжал на дачу купаться. Потом уволился, получил зарплату - это полностью убило меня; жалкие 800 руб. Ничего себе не купил, слишком мало. Началась учёба. С такой перспективой учиться не только не хочется, а просто невозможно. Пока было тепло, гулял напролёт по Москве. С началом дождей гулять перестал. От однотонности стала развиваться депрессия. За курсовые я взялся позже всех. На меня смотрели как на смертника. Но я успел. Правда, в последний день высокого балла не ставят. Поэтому лишился стипендии. Экзамены уже ничего не решали. У друзей подруги: я им не нужен. Тебя я увидел ещё с сентября-октября. Мне понравилась твоя походка. Из всего потока я выделил только тебя, но подойти так и не решался. И не решился бы, если б не почувствовал знака судьбы в пятницу 21 января. Только произошло это столь неожиданно для меня, что я растерялся и лишь дивился своей несообразительности. Признаюсь, что боюсь звонить именно потому, что волнение перед тобой не проходит и до сих пор, я боюсь все испортить. Сегодня опять встречал тебя, но безуспешно. Звонил в 14-ть и 17-ть. Никого нет. Самое обидное, что когда надо, мы чуть-чуть опаздываем. Кажется, я опоздал. Вечером буду звонить. Помогите мне. Марина, услышь меня. Подумать только, а если б не было той пятницы, чтоб делал я? Опять что ль страдал и маялся. Нет, всё-таки как никак а маленькая, но неистребляемая надежда живёт во мне. Пока мой свет. Не болей. Береги себя. Я люблю тебя. Кажется, я исписался. Мой ум сдох. Если бы мне было с кем поделиться, я бы этого не писал. Но я один. Приходится посредством карандаша говорить с тобой. Объясняться в любви. Не хочу на бумаге. Хочу быть рядом. Теперь понимаю, что записывая все свои чувства, я убиваю их, убиваю мечты, убиваю реальность. Я изменяю тебе с той, которая на бумаге. Нет. Не хочууу.

27 января. После звонка.

   Ну спасибо за "НЕТ". Плачу.
  
  
   Я говорил люблю, пока мне не скажут нет:
   И когда мне говорили нет,
   Я не верил и ждал, что скажут да,
  
   Теперь для меня нет слова лучше, чем слово потом. Что я наделал. Свершилась ещё одна... За что так меня? Чем я виноват? Почему всегда "НЕТ".
  
   Всех святых распяли черти,
   Бог он видно выходной. ( Небо на земле, Шевчук)
   Позвонил своему бывшему лучшему другу. Меня узнали. "Его нет" - соврали мне.

Эпилог.

   Напрасны твои ожидания, мой добрый читатель. Нет, не обозлился на этот раз наш герой. Да, так бывало раньше. Но произошло всё иначе. После звонка он возненавидел её. Конечно, если тебе отказывают наотрез и не хотят выслушать, опять кладут трубку, Что остаётся делать? Он ложится спать. Что снилось ему, скорей не ответит даже он сам. Наверно ничего. Проснувшись утром, он почувствовал себя бодрым, весёлым и энергичным. Правда, недолго была в нем энергия. Страшная усталость, копившаяся всю неделю, дала о себе знать. Вместе с лучами солнца в нем заговорила мудрость. Ведь надо жить дальше, пускай даже с этим. И он простил жестокость. Да, человеческая чуткость - редкое качество. Так постараюсь быть более чутким, сказал он себе. Он простил Марину и своего лучшего друга, а как же он мог иначе, коли нет никого над нами, так ведь должен же кто-то прощать. Он простил, и ему стало легче. Он никогда не сделает так, как поступили с ним, потому что знает, как это больно. И сейчас он готов прийти на помощь к ним, выслушать. Он вновь поверил в себя. Вот и сегодня, он выходит около 16-ти на улицы. И вполне вероятно, что вы встретите его. Узнать его довольно просто. Он один. Его глаза внимательно изучают всё, что попадается ему на пути. Так, он заглядывает в глаза всем идущим навстречу прохожим. Будьте добрее. Отнеситесь к такому прохожему с пониманием. Может и вам когда-нибудь случится быть в его положении. Не надо удивляться, если влажны его глаза. Подарите ему добрый сочувственный взгляд. Странная метаморфоза произошла в нем: та маленькая, но неистребляемая надежда переросла в большую, но совсем на другое. Будет время и я так пройду, со своей, и не буду замечать никого кроме себя и её. Остаётся ждать её. Совсем немного осталось до весны. Я вижу её приближение. А вот и он: идет и любуется счастливыми лицами влюбленных. "Счастья им" - говорят его добрые зеленые глаза.
   В романе используются стихи из песен: Бориса Гребенщикова, Виктора Цоя, Юрия Шевчука.
   22-29 января 2000г.
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) К.Леола "Покорители Марса"(Научная фантастика) М.Зайцева "Трое"(Постапокалипсис) В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2"(Боевик) Д.Хэнс "Хроники Альдоса"(Антиутопия) С.Панченко "Ветер: Начало Времен"(Постапокалипсис) М.Эльденберт "Бабочка"(Антиутопия) А.Минаева "Академия Алой короны. Приручение"(Любовное фэнтези) Д.Черепанов "Собиратель Том 3"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"