Рупин Юрий Константинович: другие произведения.

Дневник фотографа в архивах Кгб

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 6.56*7  Ваша оценка:

  Рупин Юрий Константинович
  Дневник фотографа в архивах Кгб
  Архивный NR 2456/342
  
  Комитет Государственной Безопасности СССР
  г. Харьков
  
   Куратор: капитан Шедлов Виктор Петрович
   Кличка агента: фотограф
   Условное название материала:
  
  ДНЕВНИК ФОТОГРАФА
  
   8 сентября
  
   В фотоклубе вчера опять спорили о новом метоловом проявителе, рецепт которого в прошлый раз принес Эклерчик. Все, кто попробовал проявлять пленки, говорят, что этот проявитель прекрасно прорабатывает детали в тенях и зерно получается красивое, но печатать фотографии из этих негативов можно только на контрастной бумаге, которую трудно доставать, потому что она редко бывает в магазине. У меня на работе такая бумага есть, потому что я получаю фотографические материалы на базе, а не покупаю в магазине, и поэтому я решил тоже испытать такой проявитель. Я сделал проявитель точно по рецепту и проявил им две пленки. Мне не очень понравилось. Мне кажется, что лучше пользоваться таким проявителем, в котором кроме метола есть еще и гидрохинон. Тогда пленки получаются контрастнее и с них легче печатать фотографии.
   Мне нравиться ходить в фотоклуб, потому что здесь я много чего узнал о фотографии и научился лучше проявлять пленки. Каждый раз на очередное собрание фотоклуба кто-нибудь приносит новые рецепты и все спорят о том, какой рецепт лучше и как нужно делать проявитель, чтобы пленки получались хорошими.
   Здесь много людей, которые, хотя и любители, то есть работают где-нибудь инженерами, а фотографией только увлекаются в свободное от работы время, но по-настоящему разбираются в фотографии и умеют делать хорошие снимки.
   Я тоже делаю неплохие фотографии, которые нравятся начальству у меня на работе, но в фотоклубе я много узнал нового, что помогает мне узнать о фотографическом процессе как можно больше, и увидел такие фотографии, которые делаются для того, чтобы их повесили на выставке и их все увидели. За такие фотографии иногда дают даже премии.
   Еще, например, я узнал здесь, что нельзя в проявитель класть много бромистого калия, потому что он, хотя и устраняет вуаль на пленках, все же очень сильно задерживает процесс проявления. А также много всяких секретов, с которыми тут все делятся друг с другом, наверное, потому, что между этими людьми нет конкуренции, так как они не работают фотографами и им не нужно делать фотографии, которые бы нравились начальству.
   До моего прихода в фотоклуб знакомые фотографы, которые так же, как и я работают в других институтах, не хотели мне рассказывать, как они проявляют пленки и всякие другие секреты.
   В фотоклубе есть инструктор, его фамилия Дедушкин и он в своей лаборатории, которая находится здесь же в подвале, печатает фотографии, которые потом вешают на выставке на втором этаже. Эти выставки бывают не часто и все говорят, что нужно бы делать побольше выставок, чтобы все члены фотоклуба могли в них участвовать и показывать свои снимки, которые они называют "работами", тем, кто интересуется фотографией. У меня пока нет никаких фотографий, которые можно было бы повесить на этой выставке, потому что туда вешают только такие фотографии, которые называются "художественными" и на которых сфотографированы красивые девушки, или природа, или натюрморты с яблоками и грушами в корзине, или какие-нибудь рабочие, разливающие сталь на заводе. А на моих фотографиях только сфотографированы наши институтские лаборатории и еще всякие заседания, на которых выступает директор, потому что он любит, чтобы когда идет собрание и он выступает на трибуне, все время вспыхивала вспышка и его фотографировали, как это показывают по телевизору, когда всякие фотокорреспонденты снимают важные заседания.
   Я уже пробовал снимать пейзажи, но у меня получились не очень хорошие фотографии и я их никому не стал показывать, кроме жены, которая сказала, что они еще не совсем похожи на те, которые печатают в журнале "Советское фото". Этот журнал я выписал после того, как стал ходить в фотоклуб, и не жалею, так как в нем всегда можно увидеть прекрасные фотографии, сделанные профессионалами и любителями фотографии.
  
   20 сентября
  
   Кажется, Дедушкин собирается уходить с работы и тогда освободится место инструктора фотоклуба. Вот бы мне попасть на это место! Но это, наверное, невозможно, я ведь сейчас работаю простым фотографом в проектном институте и никогда не имел отношения к общественной работе. Хотя нет, меня же в школе как-то выбирали председателем совета отряда! А может, все-таки попробовать? Пойти к Гаремову, директору Дома самодеятельности, и самому предложить себя инструктором фотоклуба. А что? Чем черт не шутит, а вдруг я ему понравлюсь? Нет. Наверное, это глупо. Я ведь еще не сделал ни одной фотографии, которую повесили бы на выставке. Ну, кто меня знает, чтобы рекомендовать на эту ответственную должность. А с другой стороны, Дедушкин ведь тоже никогда не показывал в фотоклубе своих фотографий, но все равно работает инструктором фотоклуба. Наверное, для этой работы и неважно, умеешь ли ты делать фотографии для выставки. Но директору нужно будет, наверное, посоветоваться с Правлением фотоклуба, чтобы у них спросить о подходящей кандидатуре, а меня в фотоклубе мало кто знает, так как я обычно стараюсь не спорить и не высказывать свое мнение. Инструктор ведь работает в фотоклубе, поэтому его и должно, наверное, выбирать Правление. А с другой стороны, ведь деньги инструктору платит Дом самодеятельности и назначать его в таком случае должно руководство этого Дома. Ладно, не буду гадать. Наберусь на той неделе смелости и схожу к директору. В конце концов, не убьет же он меня?
  
   17 октября
  
   Вчера был у Гаремова. Принял меня прекрасно и даже не удивился, когда я сказал, что хотел бы работать инструктором фотоклуба. Спросил, где я работаю сейчас и велел принести характеристику с моей теперешней работы. Пойду завтра к председателю месткома Капустиной. У меня с ней нормальные отношения, потому что я когда-то фотографировал ее дочку, когда она первый раз пошла в школу, и я думаю, что она напишет мне хорошую характеристику.
   Неужели меня возьмут и я буду работать инструктором областного фотоклуба? Боюсь даже думать об этом. После встречи с директором я почувствовал, что моя мечта вполне реальна. Его совершенно не интересовало, могу ли я делать художественные фотографии и насколько я разбираюсь в том, каким проявителем нужно проявлять пленки.
   Действительно, чем Дедушкин лучше меня? Он тоже не делает фотографий для выставок, а пленки иногда проявляет так плохо, что с них получаются плохие снимки. Я слышал однажды, как его как-то ругали в фотоклубе те, кто просил его проявить им пленки, потому что у них самих не было или времени или каких-то химикатов, необходимых для составления проявителя. Разве что он старше? Так это ведь небольшое преимущество и все мы когда-то становимся старше. Главное, нужно понравиться директору. Я так понял, что именно он решает, кому быть на этой должности. Нужно будет подумать, как завоевать его доверие.
  
   1 ноября
  
   Сегодня видел приказ о моем назначении на должность инструктора харьковского областного фотоклуба. Этот приказ висит на доске приказов и моя фамилия там напечатана крупными буквами. И даже имя-отчество. А на теперешней работе меня все называют только по имени. Я, конечно, не обижаюсь, потому что я ведь не инженер и у меня нет высшего образования, но все-таки приятно, когда тебя называют по имени-отчеству, потому что это звучит солидно и видно, что тебя уважают.
   На следующей неделе нужно будет начинать принимать дела у Дедушкина и я уже договорился с ним, чтобы вместе заняться ревизией лаборатории и того имущества, которое в ней находится. Он говорит, что все подготовил и нам останется только проверить наличие основного оборудования и подписать бумаги.
   Но я все же буду проверять все тщательно и по спискам. Мало ли! А вдруг недостача? А отвечать теперь придется мне. За фотолабораторией числится такое большое количество оборудования, материалов и химикатов, что мне на моей прежней работе их хватило бы на три года. И зачем столько? Правда, нужно ведь печатать фотографии на всякие выставки.
   Теперь ведь мне самому придется организовывать выставки! Вот это ступенька! Я даже не мечтал о таком повышении. Буду стараться изо всех сил, чтобы ни у кого не было повода упрекнуть меня. На следующем заседании сам директор должен представить меня всем членам фотоклуба. Нужно будет одеть галстук.
  
   4 ноября
  
   Гаремов представил меня вчера членам фотоклуба и сказал, что я его полномочный представитель по всем вопросам. И что я не только технический руководитель, но и имею право решать также идеологические вопросы, так как получаю соответствующие инструкции в вышестоящих организациях.
   По-моему, кое-кому это не понравилось. Те двое новеньких, которые пришли в фотоклуб совсем недавно и еще числятся кандидатами, слишком много на себя берут. Еще ничего не сделали, как фотографы, а уже рассуждают и спорят с уважаемыми членами фотоклуба, которые состоят в клубе со дня его основания. Нужно будет последить за ними повнимательнее.
   Я посмотрел в журнал посещаемости и нашел их фамилии. Это Павлов и Рупин. Рупин, судя по фамилии, наверное, еврей, хотя в журнале написано, что украинец. Евреи все слишком умные и хотят показать, что они умнее всех. У нас в фотоклубе много евреев, но я к ним отношусь хорошо, только пусть не считают себя умнее всех.
   Эти двое, в отличие от других членов, никогда не говорят о проявителях или как лучше промывать пленки, чтобы они дольше сохранялись. Они, по-моему, и сами ничего не понимают в фотографическом процессе, поэтому и не рассказывают никому о своем опыте. А говорят они только о тех фотографиях, которые приносят в клуб, и которые называются "художественными".
   Эти двое, в основном, только критикуют все фотографии и я никогда не слышал, чтобы они кого-нибудь похвалили и сказали, что у него хорошая фотография и что ее нужно показать на выставке.
   Павлов все время приводит в пример каких-то художников, которых никто в фотоклубе, за исключением разве что Дрюкова и Михайлова, не знает, потому что эти художники, судя по их именам, скорее всего, иностранцы. Я не понимаю, разве можно художников сравнивать с фотографами, ведь они занимаются такими разными делами и не никак не могут сравниваться. Одни рисуют картины, а другие делают фотографии.
   Конечно, и те и другие можно повесить на стенку, но никто ведь не спутает картину с фотографией, потому что картина гораздо лучше. Даже если фотография и является искусством, как все время утверждают Павлов и Рупин, то она никак не может сравниваться с живописью, потому что художник сам придумывает, что ему нарисовать, а потом рисует, а фотограф может снять только то, что есть в жизни и не может придумать и сфотографировать того, чего не существует. Фотограф, конечно, может, что называется, "поймать момент" и запечатлеть на пленке какое-нибудь явление природы или событие, но он не может сам придумывать эти события и моменты и поэтому его возможности, как художника, если его, конечно, можно назвать художником, очень ограничены.
   Мне, конечно, приятно думать, что фотография, которой я занимаюсь, может называться искусством, но я реально смотрю на жизнь и вижу, что такое название для нее никак не подходит, потому что для фотографов даже нет никакого специального института, где бы их обучали, как обучают художников, и поэтому фотографы не могут называться художниками.
  
   22 ноября
  
   Так много дел, что некогда было вести дневник. Сегодня попробую рассказать обо всем, что произошло за это время.
   Во-первых, принял фотолабораторию у Дедушкина и только вчера подписал акт приемки. Хорошо, что я начал проверять наличие материалов, а то мне самому пришлось бы отвечать за недостачу. Мне кажется, что Дедушкин воровал химикаты и пленку, а потом продавал их своим знакомым фотографам, иначе, куда можно было девать столько материалов? Он говорит, что много расходовалось на выставки, а всего выставок было четыре и на них не могло уйти столько материалов.
   Я сказал, что подписывать акт не буду, так как не хочу брать на себя ответственность. Дедушкин всю неделю куда-то бегал, наверное, к бухгалтеру, а потом принес бумагу, в которой было написано, что все материалы, которых нет в наличии, списаны. Теперь я могу подписать акт.
   Вообще-то я знаю, что все фотографы воруют материалы у себя на работе, но никто не считает, что это воровство, потому что все у себя на работе берут то, что можно было бы унести домой и даже наши инженеры таскают домой ручки и карандаши своим детям, которые учатся в школе.
   Я никогда не воровал у себя на работе химикаты и бумагу, но часто раздавал их своим знакомым, которые меня просили им помочь, потому что в магазине бывает трудно купить фотографические материалы, чтобы сделать фотографии. Я не считаю это воровством, потому что за фотоматериалы, которые я давал своим знакомым, я никогда не брал денег.
   Когда я визировал этот акт у Гаремова, он сказал, что я правильно сделал, что не принял лабораторию сразу и так и нужно всегда поступать, если есть сомнения. Он сказал, что мы с ним сработаемся, так как он видит во мне ответственного и честного работника. Буду стараться, чтобы оправдать его доверие.
   Директор, кажется, очень хороший человек и болеет за то дело, которым его назначили руководить. Ведь у него в Доме самодеятельности кроме фотографов еще куча народу. И художники, и художественная самодеятельность, и театр, и еще много всяких кружков и курсов, так что содержать такое хозяйство в порядке очень сложно.
   Мне, кстати, нужно будет сфотографировать все эти кружки еще до Нового Года, чтобы Гаремов мог бы отчитаться в областном совете профсоюзов (сокращенно - облсовпроф) о проделанной работе. Меня туда вызывали для знакомства и инструктажа. Я вроде бы понравился товарищу Легостроевой, которая работает председателем облсовпрофа, и мне сказали, что если буду хорошо работать, то за хорошую работу они мне могут даже выписывать премии. Буду стараться.
   В облсовпрофе много говорили о том, что нельзя допускать, чтобы в фотоклубе завелись какие-нибудь авангардисты. Я, правда, не совсем понял, что это такое, но мне кажется, имелись в виду такие фотографы, которые не хотят быть такими, как все, и смотрят не "Советское фото", а иностранные журналы, чтобы научиться делать такие же фотографии, какие печатают в этих журналах, например, голых девушек. Но у нас таких фотографов вроде бы и нет, да и вряд ли какая-нибудь порядочная девушка станет фотографироваться голой.
   Еще меня предупредили в облсовпрофе, если кто принесет фотографию с какого-нибудь завода и она покажется мне подозрительной, то нужно сразу же сообщить директору или в облсовпроф, потому что город у нас промышленный и на заводах много делается военной продукции, которой могут заинтересоваться какие-нибудь шпионы. Я не думаю, что среди наших фотографов кто-то может делать такие фотографии, но смотреть, конечно же, буду и, в случае чего, сразу же сообщу.
   Я вообще считаю, что каждый честный человек должен сообщать куда следует обо всем, что покажется ему неправильным. Если бы все так делали, то и порядка было бы у нас больше, а то все воруют, а милиция как будто и не видит ничего.
   На последнее собрание фотоклуба Олег Малеваный принес цветную фотографию, которую он сделал при помощи каких-то "эквиденсит" или какое-то похожее название. Об этом он много рассказывал в фотоклубе, но я не совсем понял то, что он рассказывал, так как пока не делаю цветных фотографий. Это очень сложный процесс, который требует много знаний и опыта.
   Может быть я когда-нибудь и попробую делать цветные фотографии, но пока мне даже не хочется начинать, так как я еще многого не знаю и должен учиться у старших товарищей.
   Фотография, которую принес Малеваный, яркая, цветная и очень красивая, хотя и не совсем понятно, что на ней сфотографировано. Он единственный фотограф, который умеет делать цветные фотографии, но его в фотоклубе никуда не выбирают. Наверное, он сам не хочет заниматься общественной деятельностью и поэтому никогда и не стремится попасть в руководящие органы фотоклуба.
   На этом последнем собрании говорили о том, что пора уже переизбирать Правление, так как старое не хочет ничего делать, да и сроки его полномочий уже заканчиваются. Я попытался посоветовать, кого, как мне кажется, нужно было бы выбрать в новое Правление, но меня никто не слушал. Наверное, ко мне еще не привыкли и не видят во мне инструктора, который должен, согласно штатному расписанию, управлять фотоклубом.
   Я сказал, что скоро мы будем готовить отчетную годовую выставку и пусть кто хочет участвовать, приносят свои фотографии размером 30х40. А если кто не сможет сам напечатать, пусть принесет негативы и я сам напечатаю, потому что инструктор фотоклуба должен для всех членов фотоклуба печатать фотографии, которые будут висеть на выставке.
   Всем понравилось мое предложение, потому что бумага дорогая и не все могут сами напечатать большие фотографии. Меня стали спрашивать, могу ли я дать им бумагу, чтобы они сами напечатали свои фотографии, но я сказал, что это не положено, но я узнаю у руководства.
  
   2 декабря
  
   Вчера было собрание фотоклуба и принесли много фотографий на выставку. Отбирать фотографии будет Художественный Совет, и потом я смогу их показать на отчетной выставке. Много хороших фотографий, но есть и такие, которые не могут висеть на выставке, чтобы их все видели.
   Михайлов принес фотографию, на которой какие-то голые люди сидят на пляже в купальниках и едят. Они не голые, но в купальниках и толстые и потому кажется, что это он специально нашел таких людей и посадил на пляже.
   Я считаю, что фотография должна учить людей прекрасному, а не показывать их плохие стороны. Мы ведь идем к коммунизму и человек должен совершенствоваться, чтобы, как говорил Чехов, "у него было чистое тело, и прекрасные мысли".
   Но многим эта фотография понравилась и они сказали, что фотография смешная и хорошая и поэтому ее нужно обязательно показать на выставке. Сегодня утром я показал эту фотографию директору, а он сказал, что пусть вешают, но похвалил меня за бдительность и сказал, чтобы я и дальше говорил ему о том, что мне не нравится в фотоклубе. Он говорит, что мы здесь поставлены партией и профсоюзом, как руководящая и направляющая сила и наш священный долг не допускать "культурной диверсии" под видом фотографии.
   Он сказал мне, что именно я отвечаю за все выставки и поэтому я должен быть очень внимательным и каждую сомнительную фотографию показывать ему. Но в фотоклуб не приносят сомнительных фотографий. Все фотографии очень хорошие, хотя и не все можно назвать высокохудожественными и только иногда Михайлов приносит какую-нибудь маловысокохудожествунную фотографию, вроде этих голых людей на пляже.
  
   14 декабря
  
   Завтра на собрании фотоклуба покажу членам фотоклуба те фотографии, которые отобрали на отчетную выставку. Некоторые из этих фотографий я печатал сам, потому что не все члены фотоклуба имеют возможность у себя дома напечатать большие фотографии, да и бумага стоит дорого, поэтому мне и приходится самому печатать много фотографий на выставку.
   Послезавтра я начну вешать их в зале на втором этаже. По-моему получится очень хорошая выставка и директор сказал, что нужно будет пригласить руководство, чтобы они тоже увидели эту выставку и как мы хорошо работаем.
   Директор говорит, что руководство облсовпрофа может выписать нам премию за хорошую работу и тогда я смогу на Новый Год купить своей жене подарок. Положу его под елку и обрадую ее. Она любит конфеты и нужно будет где-то достать хороших, но это трудно, потому что в магазине хороших конфет не купишь и нужно ехать на базу, но у меня там нет знакомых.
  
   20 декабря
  
   Сегодня приходили из облсовпрофа и смотрели выставку. Всем понравилось и меня похвалили, сказали, что я сделал хорошую выставку и нужно такие выставки делать почаще и показывать их в разных Домах культуры всего города, чтобы люди видели, как хорошо жить в советской стране и какие прекрасные виды и пейзажи есть на просторах нашей Родины. Мне пообещали выписать премию и сказали зайти завтра в облсовпроф.
   Товарищ Легостроева была в красивом синем платье и мне она очень понравилась, хотя ей уже, наверное, больше тридцати и она старше меня. Но мне всегда нравились женщины, которые старше меня, но у меня жена такая же, как я. Мы с ней учились в одном классе и она мне уже давно нравилась, но я не решался подойти к ней и сказать, что она мне нравится.
   После выпускного вечера она меня пригласила к себе домой, а у нее не было родителей и мы с ней занимались любовью, а потом она сказала, что нужно оформить наши отношения и мы поженились. У нас пока нет детей, потому что жена говорит, что нужно вначале встать на ноги, а потом заводить детей, а то у нас нет пока еще и квартиры, и где мы могли бы воспитывать нашего ребенка.
  
   21 декабря
  
   Получил премию в облсовпрофе. Мне дали тридцать рублей, а потом товарищ Легостроева вызвала меня к себе в кабинет и спросила, что мне еще хотелось бы получить на Новый Год. И я сказал, что не могу достать жене хороших конфет и тогда она мне сказала, чтобы я ехал на базу и там мне дадут конфет. Нужно только обратиться к заведующему базой Василию Петровичу и сказать ему, что меня послала товарищ Легостроева из облсовпрофа.
   Я поехал на базу, а там чего только нет. Все дефициты, за которыми стоят в очереди и которые редко можно увидеть на полках магазинов. Я думаю, что это правильно, когда руководство, и те, кто хорошо работает на благо народа, могут получить что-нибудь такое, чего нет у простых людей. Я, конечно, еще не тот, кто имеет право свободно пользоваться таким преимуществом, но я стараюсь и считаю, что сейчас мне правильно дали купить хорошие конфеты, потому что я старался сделать хорошую выставку.
   А еще в облсовпрофе мне сказали, что они могут выделить деньги, чтобы в фотоклубе могли наградить премиями победителей на выставке и что они могут выделить для этого сто пятьдесят рублей. Я должен сообщить об этом Правлению, чтобы они выбрали те работы, за которые можно было бы дать премию.
   Нужно будет и мне в следующий раз самому участвовать в такой выставке. У меня ведь тоже, наверное, есть такие работы, которые можно было бы показывать на выставке и я тоже мог бы получить премию.
  
   6 января
  
   Вчера на собрании фотоклуба почти никого не было. Были только Павлов, Рупин, Михайлов, Малеваный и Тубалев. Они о чем-то спорили, а когда я подошел, то все сразу замолчали и не стали продолжать разговора, пока я не ушел. Что-то они затевают.
   Я давно уже замечаю, что возле Рупина и Павлова стали собираться члены фотоклуба и слушают их умные разговоры, когда в клуб кто-то приносит свои новые фотографии. Они больше критикуют фотографии членов фотоклуба, чем хвалят, но их все равно слушают. Я тоже как-то прислушался к их разговору, но ничего интересного они не говорили. Они никогда не говорят о каких-нибудь новых проявителях, или о фотобумаге или, как лучше напечатать фотографию, а всегда рассказывают о том, что не касается фотографии.
   Как-то однажды Павлов принес альбом какого-то немецкого художника и все рассматривали в нем картинки. По-моему, ничего интересного в этом, как они его называют "экспрессионизме", нет и нам нечему учиться у немцев. В нашем журнале "Советское фото" публикуют прекрасные фотографии и нам всем нужно учиться снимать так, как снимают в этом журнале. У меня в лаборатории есть большая подшивка этих журналов за несколько лет и я часто смотрю в них хорошие снимки.
   По-моему, там печатают прекрасные фотографии, но я слышал, как Павлов говорил, что "Советское фото" это журнал для ретроградов. Я посмотрел в словаре и прочитал там, что "ретроград" это человек с отсталыми взглядами. Так что, я думаю, что Павлов не прав, потому что в этом журнале всегда печатаются новые фотографии и их очень хвалят в статьях, которые напечатаны в этом журнале.
   Нужно будет мне самому послать в этот журнал какие-нибудь свои фотографии, а вдруг напечатают. Вот будет неожиданность для всех. Я думаю, что это хорошо, когда инструктором фотоклуба работает человек, который тоже хорошо разбирается в фотографии и которого даже печатают в центральных журналах. Нужно будет побольше почитать о фотографии, чтобы научиться разбираться в ней и чтобы меня также слушали, как слушают Рупина и Павлова, когда они что-нибудь рассказываю о фотографиях, которые приносят в фотоклуб другие фотографы.
  
   27 января
  
   Вчера на заседании Правления назначали фотографии с выставки, за которые авторы получат премии. Меня тоже пригласили на это заседание и я тоже участвовал в отборе снимков, но не голосовал, потому что по Уставу фотоклуба я не имею права голоса, так как это общественная организация, а я государственный человек, который получает зарплату за свою работу. Но участвовать в выставках я имею право и в следующий раз обязательно дам на выставку свою фотографию. Я думаю, что если у меня будут хорошие отношения со всеми членами Правления, то мне тоже могут дать премию.
   Премии получили Дрюков и Тубалев. Дрюков за фотографию, которая сделана в технике графики, очень красивая и показывает труд советских людей на Севере и их трудовые достижения при заготовке леса, а на фотографии Тубалев стоят человек и обезьяна и смотрят друг на друга. Получилось очень смешно и я считаю, что ему правильно дали премию.
   А Михайлову ничего не дали, потому что нужно снимать красивые кадры, а не таких толстых людей, каких снял Михайлов. Он вообще снимает всегда что-нибудь такое, чего больше никто не снимает. Однажды он принес в фотоклуб фотографию, на которой корова стоит на крыше дома. Такого никогда не бывает и мне кажется, что в таких фотографиях и нет ничего интересного. Нужно учиться у журнала "Советское фото" и смотреть, какие там печатают фотографии.
   Я уверен, что Михайлов никогда не сможет сделать такую фотографию, которую напечатали бы в журнале, потому что в этом журнале печатают только хорошие фотографии, которые учат наших людей прекрасному, а у Михайлова такие фотографии, которые ничему не учат, потому что, чему может научить фотография коровы, которая залезла на крышу.
  
   10 февраля
  
   Даже не знаю, писать ли об этом в дневник.
   Вчера ко мне пришел человек и представился, что он работает в Комитете Государственной Безопасности (КГБ). Он сказал, что хочет поговорить со мной и поэтому специально пришел ко мне на работу. Я сначала испугался, но потом он сказал, что пришел поговорить со мной насчет сотрудничества и чтобы я оказал им помощь.
   Оказывается, они давно нас всех знают и даже знают, какие фотографии мы делаем. Они даже ходят на наши выставки. Этого человека зовут Виктор Петрович и он сказал мне, что им очень нужно, чтобы у них в фотоклубе был свой доверенный человек, который мог бы сообщать им, какие выставки у нас готовятся, чтобы они не пропустили их и всегда были бы в курсе культурных событий, которые происходят в городе. Он также сказал, что они решили предложить такое задание именно мне, так как им порекомендовали меня в облсовпрофе, как хорошего работника. В облсовпрофе сказали, что я хорошо работаю и мне можно поручить ответственное дело.
   Я сначала испугался, потому что никогда не сталкивался с такой уважаемой организацией, а потом мы с Виктором Петровичем разговорились и он мне понравился, такой простой и доброжелательный. Он говорит, что их работа в том и заключается, чтобы уберечь нас от неправильных действий.
   Потом он спросил, как в фотоклубе относятся к Михайлову, а я сказал, что мне его работы не нравятся, так как он никогда не снимает то, что действительно красиво или прославляет человека труда, а делает фотографии, на которых толстые люди объедаются на пляже или как корова залезла на крышу. Но этого ведь не может быть, потому что, как корова сама может залезть на крышу, и поэтому это неправда.
   Он сказал, чтобы я особенно внимательно присмотрелся к Михайлову и всегда говорил бы ему обо всем, что я замечу неправильного в фотоклубе. Он сказал, что ничего страшного, если даже посмотреть записную книжку Михайлова, с кем он дружит. Но я думаю, что это нехорошо лазить без спроса по чужим вещам, но ничего не сказал Виктору Петровичу.
   Он дал мне свой рабочий телефон и сказал, что будет сам звонить мне иногда и чтобы я никому не рассказывал об этом разговоре. А что, я сам не понимаю, что это задание секретное и о нем никто не должен знать, потому что тогда получится, что никакая это не помощь фотоклубу, а просто донос на своих товарищей.
   Я рассказал Виктору Петровичу, что вместе с Михайловым часто собираются Рупин и Павлов, которые что-то затевают и он попросил меня послушать, что они говорят, потому что, как бы они не попали под влияние Михайлова, за которым уже давно наблюдают, кому надо.
  
   24 февраля
  
   Вчера в фотоклубе не собирались, так как был праздник вооруженных сил и я фотографировал торжественное собрание в облсовпрофе. Гаремов сказал, чтобы я снимал побольше Президиум и лично товарища Легостроеву, потому что в Президиуме сидят нужные люди, которым подчиняется наш Дом самодеятельности, и им потом нужно будет сделать хорошие фотографии, как они сидят в Президиуме.
   А мне и самому приятно снимать товарища Легостроеву, потому что она мне нравится, как женщина, хотя, конечно, я ни о чем таком не думаю, потому что понимаю, какая между нами разница. Не в возрасте, конечно, потому что мне такие женщины, которые немного старше меня, как раз и нравятся, а в том, что она такой большой начальник и руководит таким большим профсоюзом, которому подчиняется наш Дом самодеятельности и даже товарищ Гаремов, а я всего лишь простой фотограф, хотя недавно и начал работать на ответственной должности инструктора фотоклуба.
   Вчера я проявил пленки и сегодня с утра пришел на работу, хотя сегодня суббота и поэтому выходной, и напечатал вчерашние фотографии. Я сделал фотографии всем, кто был в Президиуме, потому что я ведь не знаю, кому нужно делать, а кому нет, так как я еще не всех знаю в облсовпрофе. А товарищу Легостроевой я сделал больше всего фотографий и даже несколько крупным планом, потому что я сфотографировал ее длиннофокусным объективом, который все приближает и можно издалека снять крупно портрет какого-нибудь человека.
   Мне кажется, что у меня получились очень хорошие портреты товарища Легостроевой и она на них выглядит еще красивее, чем в жизни, хотя и в жизни она очень красивая и мне всегда хочется ее фотографировать.
   Так как сегодня суббота и нерабочий день, я не могу отдать эти фотографии, хотя было бы хорошо, если бы я отдал фотографии на второй день после торжественного собрания, и все бы увидели, как я умею оперативно работать и, может быть, еще раз выписали бы мне премию. Но я не только из-за премии стараюсь делать хорошие фотографии. Я считаю, что каждый человек должен делать свое дело как можно лучше.
  
   9 марта
  
   Вчера снова снимал торжественное собрание и сегодня утром отнес в облсовпроф фотографии, которые очень понравились товарищу Легостроевой и она сказала, что у них еще никогда не было такого хорошего инструктора в фотоклубе, а я ей сказал, что они могут обращаться ко мне в любое время и я всегда готов помочь вышестоящему руководству. Гаремов тоже меня похвали и сказал мне, что пора менять Правление фотоклуба, так как прошли уже все сроки и чтобы я как-нибудь ускорил эти выборы.
   Сегодня на собрании фотоклуба я сделал заявление всем, что нужно назначать дату выборов, так как полномочия старого Правления уже закончились. Рупин сказал, что они и так уже давно к этому готовятся и собрание будет 23 марта.
  
   24 марта
  
   Вчера состоялось общее собрание и было много шума, так как Рупин и Павлов, оказывается, давно уже затевали переворот в фотоклубе, чтобы самим быть в Правлении и отбирать фотографии на выставки.
   Председателем выбрали Дрюкова и я ничего не имею против этого человека, так как он очень солидный и работает преподавателем фотографии в художественно-промышленном институте, а секретарем стал Рупин, хотя его и не любят и он еле-еле набрал при голосовании необходимое количество голосов. Он выступил на собрании и заявил, что теперь фотоклуб будет заниматься настоящей художественной фотографией, а не снимать всякие торжественные собрания и цветочки с пейзажами. Я не понимаю, почему нельзя снимать цветочки и пейзажи, если это очень красиво?
   Рупин сказал также, что у него есть очень много адресов иностранных выставок, на которых можно будет участвовать всем членам фотоклуба, и он нам расскажет об этих выставках в следующий раз. Я, конечно, тоже хотел бы участвовать в иностранных выставках, но я не знаю, как на это посмотрит Виктор Петрович и нужно будет спросить у него, что нужно мне делать.
   А в Художественный Совет выбрали Михайлова и Павлова. Против Павлова и ничего не имею против, хотя он и говорит всякие непонятные слова, когда обсуждают фотографии, которые члены фотоклуба показывают в фотоклубе, и приносит в фотоклуб альбомы иностранных немецких художников, а Михайлова я не понимаю, почему выбрали.
   Рупин принес на собрание свою фотографию, которая участвовала на международной выставке в Голландии и сказал, что это очень известная выставка, какое-то мировое пресс-фото, и участвовать в ней очень престижно, так как в этой выставке участвуют очень известные фотокорреспонденты со всего мира. И он может всем нам дать адрес этой выставки, хотя она бывает только один раз в два года, и мы все сможем послать туда наши фотографии. Мне кажется, что у Рупина получилась неплохая фотография, но качество не очень хорошее. У меня есть фотографии с лучшим качеством и я думаю, что если эта фотография попала на выставку, то и моя тоже может попасть. Нужно будет мне взять у него какие-нибудь адреса и попробовать послать свои фотографии.
   После собрания никто не хотел расходиться и все много говорили, как это хорошо, что можно будет участвовать в иностранных выставках, потому что это очень почетно. А у нас таких выставок бывает очень мало и все не могут повесить свои фотографии, потому что в нашем зале на втором этаже не так много места и приходится отбирать на выставку только те фотографии, которые нравятся Правлению. Многие фотографы, которые являются членами фотоклуба, не могут повесить свои фотографии на эти выставки.
   И еще Рупин сказал, что на эти иностранные выставки никогда не принимают фотографии, на которых сняты всякие там цветочки, не знаю, почему ему не нравятся фотографии, на которых сфотографированы красивые цветы, и нужно идти в ногу со временем и посылать такие фотографии, которые отвечают современным тенденциям в изобразительном искусстве.
   Я не знаю, что он имел в виду. Может быть, он имел в виду такие фотографии, которые делает Михайлов и на которых коровы гуляют по крышам?
  
   3 апреля
  
   Сегодня звонил Виктор Петрович и спросил, что там у нас происходит в фотоклубе. Как он узнал, что у нас были перевыборы, я не представляю, неужели еще кто-то, кроме меня, говорит ему о том, что делается в фотоклубе? Он сказал, что нужно сразу ему сообщать, если в клубе что-то происходит и просил написать докладную записку, и в ней подробно рассказать об этом собрании, на котором выбрали в руководство фотоклуба Михайлова, Рупина и Павлова. Сегодня вечером сяду писать эту докладную, но у нас так много произошло, что я вряд ли напишу эту докладную за один день. Тем более, что такой ответственный документ нельзя написать как-нибудь, а нужно постараться, чтобы там не было ошибок и никто не подумал, что в фотоклубе работает неграмотный инструктор.
   Жаль, что мне некому будет показать эту докладную, кто мог бы проверить в ней ошибки, потому что я не уверен, что не сделаю в ней ошибок и мне скажут, как же я могу руководить фотоклубом, если не умею грамотно выразить свои мысли.
   Гаремов сказал, что ничего страшного, если в Правление фотоклуба выбрали кого-то не того, потому что руководство с моей помощью все равно, как он выразился, "будет держать руку на пульсе" и никому не позволит устраивать "идеологические диверсии" в Доме самодеятельности. Потому что Дом самодеятельности создан для членов профсоюза и призван развивать у населения любовь к прекрасному и к нашей социалистической Родине, и никакие Рупины и Михайловы не смогут там командовать, а иначе им придется искать себе другое место для своих экспериментов.
   Он сказал, что теперь я должен буду еще внимательнее следить за всем, что приносят в фотоклуб и о чем там говорят, потому что с такими людьми, как Рупин и Михайлов, можно ждать чего угодно и нас не должны застигнуть врасплох их идеологические происки, которые они пытаются протащить к нам из запада.
   Я сказал Гаремову, что фотография Рупина, которая участвовала в выставке в Голландии, совсем неплохая, только качество в ней не очень хорошее. А он говорит, какая же то хорошая фотография, если на ней бегают одинокие бродячие собаки, которых не должно быть в культурном городе, которым, несомненно, является наш город Харьков, в котором очень много учебных заведений и есть даже художественный институт и университет.
  
   7 апреля
  
   Вчера было заседание фотоклуба и Рупин сообщил всем, что они с Павловым организовали творческую группу "Время", в которую кроме них входят еще Михайлов, Тубалев и Ситниченко. Теперь они будут посылать свои фотографии на разные выставки не от имени фотоклуба, а от имени своей группы "Время".
   Я считаю, что это неправильно, потому что они члены фотоклуба и должны посылать свои работы на выставки от имени своего клуба. Павлов сказал, что в этой творческой группе их всех объединяет особое отношение к фотографии и если кто захочет к ним присоединиться, должен относиться к фотографии также ответственно, как и они.
   Я не понимаю, что он имел в виду, так как мы все любим фотографию и стараемся делать хорошие работы и в клубе есть много хороших фотографов, работы которых даже получали премии на выставках, а Рупина и Павлова никто не знает, как фотографов, хотя фотографию Рупина и взяли на выставку в Голландии.
   Конечно, в эту группу нужно было обязательно взять Малеваного, так как он действительно хороший фотограф, который делает очень качественные фотографии и он один умеет делать цветные фотографии, но, я уверен, что Михайлова не нужно было брать в эту группу, потому что его знают в КГБ, а теперь и всех членов группы будут там знать.
   Тубалев хороший фотограф, а Ситниченко я не знаю, потому что он только недавно к нам пришел. Но они все окончили институты, а работают не инженерами, как положено работать после института, а простыми фотографами. Я считаю, что это неправильно. Если государство учило тебя столько лет, то ты обязан отработать потом свое бесплатное образование.
   Если бы у меня было высшее образование, я давно был бы каким-нибудь начальником отдела, а не сидел бы в подвале в темной фотолаборатории, в которой горит только красный фонарь и я целыми днями не вижу солнца и хорошей погоды на улице.
   Про все, что случилось у нас в клубе, я написал в докладной записке и отнес ее в приемную КГБ, а мне сказали, что со мной свяжутся, когда в этом будет необходимость, хотя я лично знаю Виктора Петровича, и никому другому я не собираюсь ничего рассказывать.
  
   14 апреля
  
   Вчера Тубалев принес свои новые фотографии и все очень его хвалили. Особенно за фотографию, которая сделана в технике "соляризация". Это очень сложная техника и не все умеют делать такие фотографии. Мне тоже нравятся такие фотографии, которые напоминают рисунки.
   Такие фотографии называются у фотографов "фотографикой" и их очень трудно делать, так как нужно много времени и материалов. Я как-то попробовал, но у меня ничего не получилось.
   У нас самый большой специалист по "фотографике" Герман Дрюков, он своим студентам и всем желающим в фотоклубе рассказывает, как нужно делать "соляризацию" и "изогелию", но мало кто пробует их делать, так как для этого нужно много фотоматериалов и времени. И еще Малеваный делает такие фотографии и даже цветные. Рупин хвастал, что он в следующий раз тоже принесет свои фотографии, которые сделаны способом "фотографики", но я думаю, что он просто завидует тем, кто уже умеет делать такие фотографии.
  
   25 апреля
  
   Вчера ко мне снова приходил Виктор Петрович и мы долго разговаривали с ним о нашем фотоклубе. Он сказал мне, чтобы я теперь, после этого переворота в фотоклубе, чаще и подробнее сообщал ему о том, делается в фотоклубе, потому что эта группа "Время" может наделать всяких нехороших дел и всем нам будет плохо, так как они переписываются с западными фотографами.
   Особенно нужно обратить внимание на Рупина, потому что он очень активно переписывается с фотографами на западе. Я думал, что за Рупиным именно потому и следят, что он рассказывает что-нибудь секретное западным фотографам о нашей стране, но Виктор Петрович сказал, что как он может рассказать что-нибудь секретное, если он простой фотограф и не знает никаких секретов, поэтому он просто переписывается с ними и просит иностранных фотографов прислать ему адреса выставок. Но в этом тоже нет ничего хорошего, потому что если он сейчас и не сообщает никаких секретов, то может рассказать их тогда, когда они станут ему известны, поэтому мы должны все держать под контролем и тем самым оберегать Рупина от неправильных действий, которые могут навредить нашей стране и ему самому.
   Он сказал, что у них в КГБ всегда знают, о чем люди пишут за границу, потому что нельзя допустить, чтобы всякий, кому вздумается написать за границу, мог бы писать туда все, что ему захочется. Потому что если государство потеряет контроль над своими гражданами, на нас могут напасть наши враги, которые только и ждут, чтобы у нас что-нибудь было плохо и об этом можно было сообщить по какой-нибудь вражеской радиостанции. А я и так не скрываю ничего, а честно пишу в своих докладных обо всем, что было у нас в фотоклубе.
   Я показал Виктору Петровичу фотографии, которые принесли в фотоклуб за последнее время и он сказал, что, в основном, фотографии у нас хорошие и что я должен постоянно показывать ему новые фотографии, чтобы он был в курсе наших фотоклубовских дел, так как он и сам занимается фотографией и когда-нибудь покажет мне свои работы.
   Я сказал ему, что он тоже может показать свои фотографии на фотовыставке и я могу напечатать их большими размерами, если у него нет такой возможности, но он говорит, что пока этого не нужно, а потом он и сам напечатает свои фотографии и принесет их показать нам в фотоклуб.
  
   28 апреля
  
   Вчера на заседание фотоклуба Рупин принес свою фотографию "Тревога", которая сделана способом "фотографики". Новичкам в фотоклубе понравилась эта фотография, а старые фотографы кричали, что такие фотографии, которые принес Рупин, вообще нужно запретить делать, так как они дискредитируют понятие "материнства". А Колесов сказал, что это просто ужас, а не фотография, и нужно того фотографа, который сделал эту фотографию, посадить в тюрьму. Рупин обиделся и сказал Колесову, что в тюрьму нужно было бы сажать дураков, но тогда у нас в стране не хватит тюрем и легче просто огородить всю страну колючей проволокой и поставить по ее границам вышки с охранниками. А тех немногих, кто не должен сидеть в этой тюрьме, выслать из страны за границу.
   Мне показалось, что Рупин плохо говорит не о Колесове, а о нашей советской власти и я обязательно напишу об этом Виктору Петровичу. Как бы у нас в фотоклубе не завелись диссиденты, потому что диссиденты приносят нашей стране очень много вреда своими критическими разговорами, которые неправильно освещают перед иностранцами нашу счастливую жизнь.
   Мне тоже фотография не понравилась, потому что я считаю, что фотографии должны быть красивыми и нравиться людям, которые их смотрят, чтобы человек пришел на выставку и увидел там прекрасное и приобщился к искусству. И Виктор Петрович тоже так считает. Он говорит, что такие фотографы, как Рупин и Михайлов создают плохое мнение о нашей стране на Западе и поэтому нужно за ними следить, чтобы они не наделали еще каких-нибудь неправильных поступков.
   Михайлов тоже принес несколько фотографий, на которых изображена беременная невеста в свадебном платье. Я не понимаю, зачем нужно делать такие фотографии, на которых изображено то, чего не бывает в жизни.
  
   12 мая
  
   Прошли майские праздники и стало легче дышать. Было очень много работы, так как пришлось фотографировать не только демонстрацию, но и ветеранов на 9 мая, которые приходили в наш Дом самодеятельности и для них устраивали торжественный вечер. Ветеранов приходила поздравлять товарищ Легостроева и она снова мне понравилась и я фотографировал ее, когда она говорила речь. Она увидела, что я ее фотографирую и улыбнулась мне. Мне кажется, что я ей тоже нравлюсь, хотя, какие между нами могут быть отношения, если она является моим непосредственным руководителем.
   Когда я принес фотографии в облсовпроф, товарищ Легостроева позвала меня к себе в кабинет и мы с ней долго разговаривали и мне снова показалось, что она смотрит на меня не так, как на своего подчиненного и я ей нравлюсь, как мужчина. Она спросила меня, могу ли я сфотографировать ее дочь, которой всего пять лет и я сказал, что конечно же могу, потому что я уже много раз фотографировал детей и всем нравятся мои фотографии. Она сказала, что как-нибудь пригласит меня к себе домой, чтобы я сфотографировал ее дочку и сделал ей фотографии.
   Я обрадовался и все время думал о том, как было бы прекрасно, если бы она меня пригласила к себе домой и я узнал ее получше. Я и не думаю ни о чем таком, что бывает между мужчиной и женщиной, потому что, во-первых, я уже женат и люблю свою жену, а, во-вторых, товарищ Легостроева мой начальник и я не могу думать о ней, как о женщине. Но она мне, конечно же, очень нравиться и у меня даже замирает сердце, когда я представляю ее себе без одежды. У нее, наверное, прекрасная фигура и таких женщин художники рисуют обнаженными, чтобы показать женскую красоту.
   Вчера Рупин принес новую фотографию и по-моему, это уже совсем выходит за рамки приличия. Он фотографировал в мужской бане, а потом сделал из этой фотографии "соляризацию". Хорошо еще, что он хотя бы догадался заретушировать на этой фотографии всякие неприличные места, которые бывают у мужчин и которые нельзя никому показывать, потому что этого никто не должен видеть, так как это неприлично. Я даже перед своей женой не могу показываться в голом виде, потому что любовью нужно заниматься в темноте, чтобы никто не стеснялся и всем было бы хорошо. Я только в мечтах представляю себе свою жену раздетой, но никогда не скажу ей об этом и мы с ней всегда раздеваемся в темноте и я еще ни разу не видел ее голой, потому что это неприлично.
   Я сказал, что мне фотография не нравится, а Павлов говорит, что я просто ничего не понимаю в искусстве, так как даже в журнале "Советское фото" недавно напечатали женскую баню и никто не говорил, что это плохие фотографии. А мужскую баню вообще никто не фотографировал и поэтому Рупин молодец и новатор.
   Я тоже видел в некоторых журналах фотографии голых женщин и мне они тоже нравятся, так как возбуждают у мужчин чувство красоты и им хочется любить этих женщин. Но это неприлично, так как мы должны скрывать свои грубые инстинкты, чтобы не превращаться в животных, которые только и думают о том, как бы совокупиться со своими самками.
   А Михайлов принес еще фотографии невесты, но другой девушки, не той, которую он приносил раньше, и эти фотографии тоже мне не понравились, так как девушка на некоторых фотографиях беременная, а разве невесты бывают беременные? Это неправда, которая неправильно ориентирует нашу молодежь на строительство семейного счастья. Я тоже иногда фотографирую свадьбы и поэтому знаю, что молодым хочется, чтобы на фотографиях они выглядели красиво, а не так, как на фотографиях Михайлова. Эти фотографии не могут нравиться молодым людям, которые поженились и будут теперь строить свое семейное счастье, потому что на этих фотографиях не показано, какие они были красивые во время бракосочетания и как все завидовали невесте в белом платье, которое символизирует невинность. Я читал об этом в какой-то книге и теперь даже знаю, кто такие "весталки".
   Конечно, я думаю, что невесты в белых платьях бывают не потому, что они все еще невинные, а потому что такая есть традиция, чтобы у невесты было белое платье и это очень красиво и символизирует чистоту отношений между мужчиной и женщиной.
   Мужчине всегда хочется видеть голых женщин, но все должны соблюдать элементарные приличия и мужчина не должен никому показывают, как ему хочется спать с какой-нибудь женщиной. Мне очень нравится товарищ Легостроева, но я ведь не думаю о том, чтобы с нею спать, потому что это неприлично и она мой начальник, который никогда мне этого не позволит, потому что я уже женат.
  
   16 мая
  
   Виктор Петрович сказал, что Рупин все время посылает свои фотографии за границу, чтобы участвовать в выставках, но они эти фотографии проверяют и не пускают их туда. И Малеваный тоже послал свои фотографии, но его фотографии пропустили, потому что они нравятся Виктору Петровичу и он говорит, что Малеваный настоящий мастер и хороший фотограф, хотя попадает под влияние Михайлова и Рупина и тоже иногда делает плохие фотографии.
   Я сказал Дрюкову, что нужно готовить выставку на 23 августа - день освобождения Харькова, а Рупин говорит, что фотоклуб не обязан делать такие выставки, а только должен показывать на выставках свои художественные работы. Но зачем тогда Дому самодеятельности нужны эти фотографы, если они не хотят участвовать в общественной работе и делать выставки, на которых должны показывать нашу прекрасную жизнь и ее достижения.
   Но одни только фотокорреспонденты из газет не могут охватить все стороны нашей жизни и фотолюбители должны помогать им в этом. Я думаю, что если кто-то не хочет участвовать в таких выставках, то пусть тогда уходит из фотоклуба, который тратит государственные деньги на то, чтобы было где собираться фотолюбителям. Тогда Рупин сказал, что это не мое дело и я не должен вмешиваться в дела фотоклуба, так как моя должность предназначена для помощи фотоклубу и я не могу им указывать, что делать. Тогда я сказал, что товарищ Гаремов сам лично сказал мне, чтобы я следил за правильным пониманием задач, которые ставит перед нами Партия и Правительство и докладывал ему о положении дел в клубе. А Рупин говорит, что в таком случае я "стукач" и они напишут докладную в облсовпроф, чтобы меня уволили.
   Я ходил к Гаремову и рассказал ему о нашем споре, но он сказал, что я могу быть спокоен, а с Рупиным они разберутся и чтобы я повнимательнее следил за тем, что делает эта группа "Время" и обо всем докладывал ему лично. А я совсем не "стукач", и если докладываю Гаремову о положении дел в фотоклубе, так это мне положено, как инструктору, потому что нельзя все пускать на самотек, а нужно следить, чтобы был порядок, потому что Дом самодеятельности это государственное учреждение, которое принадлежит профсоюзу, а не только одному Рупину или группе "Время".
  
   26 мая
  
   Малеваный принес свои новые фотографии и все говорили, какой он хороший мастер и какие у него прекрасные фотографии. Мне тоже его фотографии нравятся, но не все, так как так он тоже иногда делает такие фотографии, на которых ничего не понятно. Виктор Петрович говорит, что это влияние Михайлова, Рупина и Павлова, которые не хотят делать такие фотографии, как все, а берут за образцы западное искусство, которое не служит на благо простого труженика, а восхваляет капиталистов.
   Я сказал Дрюкову, что можно эти фотографии показать на выставке 23 августа, потому что, хотя на этих фотографиях и нет ветеранов, но они могут понравиться тем, кто будет смотреть выставку и нас похвалят. Дрюков сказал, что эта выставка еще не скоро и не нужно торопиться, но я правильно делаю, что уже сейчас начинаю собирать фотографии для этой выставки, а Правление и Художественный Совет потом отберут те, которые можно будет повесить на выставке. Поэтому пусть все приносят свои фотографии, какие захотят, а я не должен заранее говорить им, какие подойдут для выставки, а какие нет, потому что это будет решать Правление и Художественный Совет.
   И Дрюков тоже отталкивает меня от управления фотоклубом, хотя я очень хорошо к нему отношусь и всегда хвалил его фотографии.
   Михайлов тоже принес на выставку новую фотографию. Она, действительно, очень смешная и показывает смешные стороны нашего спорта. Наверное, он тоже, неплохой фотограф, только почему-то не хочет делать красивые фотографии, на которых изображены советские люди или наша красивая природа.
   Виктор Петрович говорит, что Михайлов диссидент, но я так не думаю, потому что он никогда не говорит ничего плохого о советской власти, а диссиденты ее ругают в западных газетах и на радиостанциях, которые специально говорят по-русски, чтобы их понимали в нашей стране. И в группе "Время", которую организовали Рупин и Павлов, тоже ничего не говорят плохого о советской власти, я так и сказал Виктору Петровичу. Но он говорит, что это еще ничего не значит и их фотографии все равно не показывают нашу страну на международной арене с хорошей стороны, так как на них нет настоящих строителей коммунизма. А изображаются на этих фотографиях всякие некрасивые стороны нашей жизни и недостатки, которые есть во всех странах и нечего нам выпячивать эти недостатки, а нужно показывать только хорошее, чтобы все видели, что у нас самый справедливый строй.
  
   29 мая
  
   На прошлое заседание фотоклуба Тубалев принес фотографии невесты и всем очень понравилось, потому что эти фотографии совсем не такие, которые приносил Михайлов, хотя на них тоже была сфотографирована невеста, и Дрюков сказал, почему ты не принес эти фотографии раньше, они бы получили премию.
   Последнее время все стали делать "фотографику", кроме Михайлова, который продолжает делать такие фотографии, на которых изображаются или беременные невесты или коровы на крыше.
   Рупин сказал, что группа "Время" делает такие фотографии, которые обязательно войдут в историю, потому что они все стараются делать честные фотографии. И даже если этих фотографий еще у них нет, то они обязательно когда-нибудь будут. Откуда же он может знать, что эти фотографии получатся действительно хорошими и получат одобрение членов фотоклуба и Правления, если их еще никто и не снял?
   Эта группа "Время" теперь собирается у Тубалева, потому что он живет в центре города и потому что у них с мамой большая квартира. Я не могу попасть на эти собрания и поэтому не знаю, о чем они там говорят. Виктор Петрович говорит, что нужно записывать все, что я слышу от них в фотоклубе, но когда я вечером сажусь писать, я забываю, о чем они говорили и помню только какие-то отдельные фразы.
   На последнем собрании Павлов и Рупин говорили о какой-то "теории удара", будто бы нужно делать такие фотографии, которые сразу же останавливали бы внимание зрителя, а что на них сфотографировано совсем неважно. Я думаю, что это неправильная теория, так как разных людей привлекают разные темы и поэтому нужно делать такие фотографии, которые были бы интересны всем. У нас есть любители, которые снимают только красивые пейзажи, а есть такие, которые фотографируют, в основном, детей. И все эти фотографии нравятся большинству членов фотоклуба. А такие фотографии, которые делают Павлов, Рупин и Михайлов, может, и нравятся кому-нибудь, но таких людей мало и эти фотографии нельзя показывать на выставках, потому что зрителям такие фотографии не нужны.
   Теперь в группе "Время" уже шесть человек: Павлов, Рупин, Михайлов, Малеваный, Тубалев и Ситниченко. Ситниченко пришел в фотоклуб недавно, но они его сразу взяли в свою группу, потому что у Ситниченко есть талант оратора. Это правда, что он умеет очень красиво говорить и когда он что-нибудь говорит, то все в фотоклубе замолкают и слушают только его. И я тоже слушаю его, но он часто говорит только то, что нравится группе "Время", а не всем остальным членам фотоклуба, поэтому они и взяли его к себе.
   Нужно будет написать докладную Виктору Петровичу, но он, скорее всего, уже знает про Ситниченко, потому что ему кроме меня, наверное, кто-то еще докладывает о том, что происходит в фотоклубе. Иначе я не понимаю, как он все узнает раньше меня. Может быть, у них в КГБ есть какие-то специальные микрофоны, которые можно спрятать и никто их не видит?
  
   2 июня
  
   Вчера в фотоклубе чуть не подрались. Начали говорить о фотографиях, которые нужно делать, чтобы идти в ногу со временем, и старые фотографы набросились на группу "Время".
   Вообще-то они не старые, но все их так называют, потому что они уже давно ходят в фотоклуб и поэтому считаются самыми уважаемыми среди остальных членов фотоклуба. Они говорят, что из-за этой группы "Время" весь клуб могут разогнать, так как они делают фотографии, которые нельзя называть советскими.
   А Рупин говорит, а почему они должны быть советскими, я могу делать все, что хочу. А Колесов говорит, что "нужно делать не то, что хочешь, а то, что нужно, потому что нужно хотеть то, что нужно". Он говорит, что так сказал когда-то кинооператор Дзига Вертов.
   Мне эти слова тоже понравились и я даже сразу их записал. По-моему, он прав. Нужно делать то, что нужно обществу и то, что нравится всем людям, а не каким-то эстетам, которые пьют кофе с хинином. Зачем делать фотографии, которые никому не нравятся или нравятся только небольшой группе "Время".
   А Павлов говорит, что художник имеет право на собственное видение мира и никто не может запретить ему делать такие фотографии, какие он хочет. Но Колесов правильно ему ответил, что пусть тогда делает эти фотографии у себя дома и не ходит в фотоклуб. В фотоклубе должны собираться порядочные люди и им не нужно неприятностей от властей, которые содержат Дом самодеятельности и поэтому имеют право командовать и требовать от членов фотоклуба делать правильные фотографии, которые не позорят наш советский строй, а рассказывают о нашей жизни и как мы строим счастливое будущее.
   А Михайлов говорит, что Дом самодеятельности это общая собственность народа и никто не может ею распоряжаться, как будто он не знает, что Домом самодеятельности руководит товарищ Легостроева из облсовпрофа и поэтому она может что хочешь с нами сделать.
   На прошлой неделе я был у нее дома и фотографировал ее девочку. Оказывается, у товарища Легостроевой нет мужа и она живет одна с дочкой в большой трехкомнатной квартире, а мы с женой снимаем только одну комнату в двухкомнатной квартире. У меня нет родителей, а у родителей жены у самих однокомнатная квартира и с ними еще живет ее младший брат, который ходит в школу, поэтому мы не можем у них жить и снимаем комнату у Екатерины Ниловны.
   Но я не считаю, что это несправедливо, потому что товарищ Легостроева заслужила такую большую квартиру, так как она является крупным руководителем и ей положено иметь лучшие удобства, чем простым людям.
   У меня было так мало времени, что я еще даже не печатал фотографии дочки товарища Легостроевой. Я решил, что когда сделаю эти фотографии, то обязательно принесу их ей домой лично и она снова угостит меня кофе и конфетами в красивых бумажках. Я таких конфет никогда не видел, хотя на них по-русски написано, что они сделаны на нашей фабрике "Жовтень".
   Мне, конечно, и без конфет хотелось бы приходить к ней в гости, потому что у нее в квартире приятно пахнет духами, а она сама была в таком прозрачном халатике, что я даже немного видел, какая у нее красивая грудь. Мне очень хотелось потрогать ее руками, но я никогда не стану этого делать, потому что это неприлично трогать чужую женщину руками. Может, это ей неприятно и она разозлится и тогда меня уволят с такой хорошей должности инструктора фотоклуба.
  
   12 июня
  
   Утром я позвонил в облсовпроф и сказал товарищу Легостроевой, что я сделал фотографии ее дочки и могу принести их ей на работу, но она сказала, что не нужно на работу, а чтобы я принес эти фотографии ей домой, только попозже, так как она должна после работы еще ехать на какое-то совещание. Она сказала, чтобы я приходил часов в восемь вечера и я пришел ровно в восемь.
   Дочка уже спала и я стал показывать ей фотографии, а она говорит, можешь называть меня Валентиной, потому что мы дома, а не на работе и дома не нужно соблюдать субординацию и я могу называть ее по имени, если, конечно, мне нравится ее имя. Я сказал, что мне очень нравиться и ее имя и она сама, потому что она такой прекрасный руководитель, что ее боится даже Гаремов, которого все боятся в Доме самодеятельности, и я стесняюсь называть ее Валентиной.
   А она улыбнулась и спрашивает, что только потому она мне нравиться, что она хороший руководитель или и как женщина тоже. Я сказал, что, конечно, она мне нравиться как женщина и что я еще никогда не встречал таких красивых женщин, как она. Тогда она подошла ко мне и спросила, не боюсь ли я ее и потом погладила меня по голове, а я, наверное, покраснел, потому что мне ужасно захотелось ее обнять и я боялся, что она заметит, что она мне страшно нравится, как мужчине, и я уже не могу терпеть и это становится уже совсем заметно.
   Потом она достала из буфета какой-то напиток в красивой бутылке, которого я раньше никогда не пил, и налила нам обоим в рюмки. Я тоже выпил и мне сразу стало так легко, что я осмелел и взял ее за руку, а она прислонилась ко мне и я ее поцеловал. Потом мы оказались на диване и она такое со мной делала, что я даже никогда и не слышал, чтобы такое можно было делать с мужчинами. Я знаю, что кое-что из того, что делала со мной Валентина, делают проститутки, но у меня никогда не было такой проститутки и вообще никого, кроме жены, которая не умеет делать мужчине такое, что делала Валентина.
   Я вышел от нее, как пьяный и пошел домой пешком, потому что, если бы я поехал автобусом, то не успел бы прийти в себя, чтобы жена ничего не заметила. Мне не хотелось, чтобы она узнала, что у меня что-то было с другой женщиной и я теперь знаю, что можно очень много чего делать, когда мужчина и женщина занимаются любовью.
   Но жена уже спала, а когда она проснулась, я сказал ей, что печатал фотографии на выставку, и она сразу же снова заснула. А я долго не мог заснуть и все вспоминал, какая прекрасная женщина Валентина и как она непохожа на строгую Легостроеву, с которой я разговаривал в облсовпрофе. Наверное, мне будет стыдно смотреть на нее после того, что она со мной делала сегодня вечером и я не знаю, как теперь мне с ней снова встретиться.
  
   21 июня
  
   Было очень много работы и мне некогда было писать дневник.
   Сначала меня пригласили в облсовпроф, где нужно было сделать фотографии комнаты Славы. Я сделал фотографии и принес их лично товарищу Легостроевой и она похвалила меня и сказала, что нужно еще помочь профсоюзному комитету тракторного завода, потому что у них заболел фотограф и некому фотографировать передовиков, которые должны висеть на Доске Почета. Она вела себя так, как будто между нами ничего не было, а я сначала даже покраснел, когда ее увидел, а потом стал разговаривать тоже так, как будто я ничего не помню. А когда я уже уходил, она вдруг сказала мне, чтобы я приходил к ней сегодня в восемь часов.
   Я снова пришел к ней домой и мы снова занимались любовью, только я в этот раз стал смелее и ей так это понравилось, что она даже кричала. Но дочка ничего не слышала, потому что она спит в другой комнате, которую Валентина закрыла на ключ и нам никто не мешал.
   Я опять пришел домой поздно, но жена опять спала и ничего мне не сказала. Несколько дней я фотографировал передовиков, а Гаремов говорит, где это вы ходите и почему вас не видно в Доме самодеятельности. А я ему говорю, что выполняю ответственное задание товарища Легостроевой и поэтому не могу приходить в Дом самодеятельности, так как он находится далеко от того места, где я фотографирую и мне нужно будет ехать целый час. А он говорит, что я подчиняюсь ему и должен у него спрашивать разрешения, когда меня просят что-то сделать в облсовпрофе.
   Я сказал ему, что мне дала задание сама товарищ Легостроева, которая руководит всем профсоюзом, а он говорит, что это не моего ума дело и я должен подчиняться инструкции, согласно которой я работаю в Доме самодеятельности и должен слушать его руководителей. Он сказал, чтобы я срочно сделал фотографии всех кружков и секций в Доме самодеятельности и я за пять дней сделал много фотографий и принес ему в кабинет.
   Он посмотрел и говорит, что я умею делать хорошие фотографии и поэтому он может доверить мне очень ответственное дело. Я должен буду снимать поход комсомольцев и молодежи нашего города по местам боевой славы отцов, организуемый 23 августа городским комитетом ЛКСМУ. Это, конечно, большая честь, так как такие мероприятия снимают только фотокорреспонденты газет и я буду среди них. Нужно будет хорошо подготовиться, чтобы не ударить в грязь лицом и сделать хорошие фотографии на этом мероприятии.
   В фотоклубе собирается все меньше народу, так как начинаются летние отпуска и теперь начнут собираться только осенью. Мне пока отпуск не положен, так как я еще не работаю полный год на этой должности инструктора фотоклуба.
   Виктор Петрович тоже уходит в отпуск, а мне сказал, чтобы я, если что замечу даже на мероприятии 23 августа, должен сообщать ему и писать докладные записки. И еще он рассказал, что Рупин опять пытался послать фотографии на выставку, но ему вернулась посылка, так как фотографии были неправильно упакованы. Тогда он написал жалобу в Москву на Центральную почту, а там ответили, что он должен обращаться по месту жительства и он снова написал жалобу на почту, но у него ничего не получится, потому что нужно делать такие фотографии, которые не позорят наш советский строй, и тогда их никто не будет задерживать на почте.
  
   31 июля
  
   В городе жарко и все загорают на пляже. У меня в лаборатории прохладно, так как она находится в подвальном помещении, но мне обидно одному сидеть в темноте, когда на улице такая прекрасная погода и можно загорать на пляже. Гаремов сейчас тоже в отпуске и мною никто не командует.
   Из облсовпрофа никто не звонит, а наш бухгалтер мне сказала, что каждое лето так бывает, потому что у всех отпуска. Я решил навести порядок в бумагах в своей фотолаборатории и списать израсходованные материалы, пока у меня нет никаких важных дел. Я написал список, а бухгалтер говорит, что этого не нужно делать, так как все материалы уже и так списаны, потому что они считаются "малоценкой" и их не нужно специально списывать. Ко мне часто обращаются фотографы, чтобы я дал им какие-нибудь химикаты, которые нельзя купить в обычном магазине, потому что я беру эти химикаты на специальной базе, а в обычных магазинах их не бывает.
   Я, конечно, даю некоторые химикаты нашим фотоклубовским фотографам, но я раньше боялся, что у меня будет недостача, а оказывается, что эти материалы даже не числятся у меня и я могу не бояться, что у меня будет недостача.
   Я знаю, что фотографы иногда продают химикаты фотолюбителям, но я не буду этого делать, так как считаю это нечестным, раз государство доверило мне материальные ценности.
   Вот только денег не хватает, потому что зарплата у инструктора маленькая, а премию мне дали только один раз перед Новым Годом. Все фотографы делают халтуру, то есть какую-нибудь дополнительную работу, за которую им платят деньги.
   Мне тоже предлагали на Новый Год сфотографировать детей на утреннике в том институте, в котором я работал раньше, но я отказался. Наверное, я неправильно поступил, потому что я ведь ничего не нарушаю, а просто делаю родителям фотографии их детей и за это получаю деньги.
   Нам с женой никак не хватает денег на жизнь, а еще она теперь беременная и осенью у нас родится ребенок, которого тоже надо кормить. Весь этот месяц я почти каждый день ходил к Валентине и мы занимались с ней любовью, хотя было очень жарко и мы оба были всегда мокрые от жары.
   Мне очень нравиться заниматься с ней любовью и она многому меня научила, так что я теперь мог бы это делать и со своей женой. Но она сейчас беременная и врач сказал, что теперь нам нельзя заниматься любовью, так как это может повредить ребенку. Мне, конечно, это хорошо, потому что я, наверное, не выдержал бы любить сразу двух женщин, потому что после встреч с Валентиной, мне уже больше ничего не хочется, а хочется только спать.
   А когда я прихожу в облсовпроф, Валентина снова становится товарищем Легостроевой и мне еще больше хочется заниматься с ней любовью и я не могу дождаться вечера, чтобы снова прийти к ней в гости.
  
   18 августа
  
   Вчера ко мне в лабораторию приходил один человек, Славик, и спросил меня могу ли я перефотографировать старые фотографии, а потом напечатать из них портреты. Я сказал, что могу и он дал мне сто фотографий, на которых одни только казахи или калмыки, я не разбираюсь в этих национальностях и ни за что не смог бы отличить казаха от калмыка. Он сказал, что придет через два дня и я должен успеть.
   Я знаю, что это за фотографии, только я ему ничего не сказал. Эти фотографии называются "луриками" и все фотографы делают такую халтуру, потому что за нее платят хорошие деньги, а у фотографов маленькая зарплата, только у фотокорреспондентов, наверное, большая, потому что они никогда не делают такой работы.
   Эти старые фотографии собирают специальные наборщики в разных местах, а потом из них делают раскрашенные портреты. Я знаю, что даже инженеры у нас в городе занимаются этим, они раскрашивают портреты и заворачивают их в специальную пленку, чтобы они хорошо выглядели и их можно было повесить на стенку.
   У матери моей жены, которая живет в деревне, тоже висят на стенке такие портреты, на которых сфотографированы ее дедушка и бабушка. Я считаю, что это благородное дело делать такие портреты, потому что мы помогаем людям не забыть своих родственников и украшаем их дом красивыми портретами.
   А почему они называются лурики, я не знаю. В группе "Время" говорят, что "лурики", это народное творчество и поэтому нужно на них обратить особое внимание. Михайлов даже начал раскрашивать свои фотографии так, как это делают на этих "луриках". По-моему, получается совсем некрасиво и я не думаю, что фотографии нужно раскрашивать, потому что если хочешь, чтобы фотография была цветная, то нужно купить специальную цветную пленку и фотобумагу и тогда получится цветная фотография и незачем раскрашивать фотографию красками, потому что никогда не сможешь так красиво раскрасить, как это получается на настоящих цветных фотографиях.
   Но у нас никто не умеет делать цветные фотографии. Только Олег Малеваный умеет. А теперь еще Рупин начал делать цветные фотографии, но у него эти фотографии хуже, чем у Малеваного, потому что цветные фотографии делать очень трудно и нужно хорошо знать разные химические процессы.
   Валентина уехала в Крым, потому что у нее отпуск и она с дочкой поехала отдыхать в санаторий на целый месяц. Я страшно скучаю и не могу дождаться, когда она вернется и мы снова начнем заниматься с ней любовью и она будет со мной делать то, что делают только проститутки, но это так приятно, что я готов на все, только чтобы она снова сказала мне приходить к ней домой вечером.
  
   21 августа
  
   Сегодня приходил Славик, которому я делал лурики, то есть печатал портреты на матовой бумаге, и заплатил мне семьдесят пять рублей. Теперь мы с женой сможем купить коляску для нашего будущего ребенка. Я видел такие коляски на рынке. Они как раз стоят семьдесят пять рублей и у нашего ребенка тоже теперь будет такая красивая коляска.
   Я готовлюсь к 23 августа, потому что нужно будет не ударить в грязь лицом и сделать хорошие фотографии, потому что там будут фотокорреспонденты, которые делают фотографии для газет и нужно будет и мне сделать такие же качественные фотографии, чтобы все сказали, какой в Доме самодеятельности хороший фотограф.
   Гаремов сказал мне, что я конечно, могу пойти на этот праздник, чтобы сфотографировать его, но я все равно должен спрашивать у него разрешения, так как он директор Дома самодеятельности и я должен подчиняться непосредственно ему. Я сказал, что я подумал, что товарищ Легостроева наш общий начальник и поэтому я должен ей подчиняться. Но директор говорит, если даже она и начальник, то все равно я должен ставить в известность руководство Дома самодеятельности, если получаю задания от вышестоящей организации, а то он не будет знать, кто и что делает в Доме самодеятельности, если все будут выполнять задания товарища Легостроевой и не сообщать ему.
   Я сказал, что больше такого не будет и он меня простил и сказал, что если я хорошо сделаю фотографии на 23 августа, то он выпишет мне премию. Я обрадовался, что лето проходит недаром и мы с женой сможем купить нашему ребенку пеленки и распашонки, которых нужно очень много, потому что маленькие дети писают и какают прямо под себя и за ними нужно все время следить, чтобы они были чистыми.
   Скоро должна уже вернуться Валентина и я с нетерпением жду этого момента, потому что у нас с женой ничего такого не бывает, так как ей нельзя заниматься со мной любовью, потому что мы можем повредить нашему ребенку. Ничего такого, что умеет делать Валентина, моя жена не умеет делать, потому что я ее боюсь об этом спрашивать, чтобы она не подумала, что я считаю ее проституткой, которые могут делать с мужчинами все, что угодно без стыда и совести.
  
   29 августа
  
   Так много было работы, что не мог даже ничего написать в дневник за это время.
   Фотографии, которые я сделал на 23 августа всем понравились и все просили меня сделать такие фотографии и им тоже и обещали заплатить мне деньги. Я сказал, что эти фотографии напечатаны на государственных материалах и поэтому я не имею права брать за них деньги. Но кое-кто все равно заплатил мне деньги, хотя я и не хотел их брать, и я отдал жене еще пятьдесят три рубля, чтобы она могла купить что-нибудь для нашего малыша.
   На этом празднике я встретил Ситниченко, он тоже что-то фотографировал, но я думаю, что он не имеет права фотографировать на таких ответственных мероприятиях, раз у него нет специального задания от руководства и удостоверения, в котором написано, что он является фотокорреспондентом.
   Было много фотокорреспондентов из разных газет и со мной кое-кто из них даже поздоровался, потому что некоторые фотокорреспонденты ходят в наш фотоклуб и поэтому знают, что я работаю инструктором фотоклуба и имею право фотографировать на торжественных мероприятиях.
   На этом мероприятии я также встретил Виктора Петровича, но он сделал вид, что не узнал меня и не поздоровался со мной. Сначала я даже обиделся, а потом понял, что у него такая работа, чтобы его никто не знал. И с кем он знаком, чтобы тоже никто не знал. А если все будут знать его знакомых, то никто ничего ему не будет рассказывать, потому что все будут бояться, что кто-нибудь узнает, что он сотрудничает с КГБ. Эту организацию все боятся и не любят, хотя ее сотрудники делают правильное дело и защищают всех нас от происков западных идеологий.
   Я позвонил Виктору Петровичу на следующий день и сказал ему, что это правильно, когда люди не узнают друг друга, если это нужно для дела, но он сказал мне, что я наверное, ошибся, потому что он там не был и я не мог его видеть. Я не стал с ним спорить, но я же точно его видел и думаю, что он мне еще не доверяет и нужно лучше постараться, чтобы он мне доверял, потому что мы с ним делаем одно общее дело идеологического воспитания и нам нужно быть ближе друг к другу.
   В фотоклуб пока никто не ходит, потому что у всех летние отпуска, но 6 сентября все соберутся и будет очень интересно, потому что все принесут свои летние фотографии и мы будем их обсуждать.
   Я как-то подумал вдруг, что в фотоклубе совсем перестали говорить о проявителях и способах обработки, а говорят только о том, как сделать художественную фотографию. Я думаю, что это на всех повлияла группа "Время", в которой разговаривают только о том, какие современные фотографии делают фотографы и как им самим двигаться вперед и быть в авангарде фотографического процесса. Они и в фотоклубе говорят только о художественной фотографии и современных художниках и поэтому все остальные члены клуба постепенно начали тоже говорить только о художественной фотографии.
  
   7 сентября
  
   Вчера я был в облсовпрофе и видел Валентину, но она даже не посмотрела в мою сторону. Может быть, она не хочет, чтобы кто-нибудь догадался о наших отношениях, а я как-то неправильно повел себя и все могли заметить, что мы с ней знакомы не как начальник и подчиненный, а как мужчина и женщина. Нужно будет найти повод прийти к ней на прием и поговорить у нее в кабинете, когда никого не будет рядом и нас не смогут услышать.
   Вчера было собрание фотоклуба и принесли много фотографий, но когда Павлов показал свои новые фотографии, все стали говорить только об этих новых фотографиях, на которых изображены голые молодые люди, которые отдыхают на природе и при этом некоторые из них играют на скрипке.
   Павлов называет эти фотографии фотографической серией "Скрипка", а сняты на ней, так называемые, "хиппи". "Хиппи" - это такие молодые люди из западного буржуазного мира, которые протестуют против собственной буржуазии и не хотят носить красивые вещи и одежду, которую производят в западных странах. Они не стригут волосы и ходят в разорванных джинсах, чтобы подчеркнуть свое безразличное отношение к красивой одежде. Но у нас в стране ведь нет буржуазии, поэтому и протестовать нам не против кого, а еще и раздеваться при этом. У нас не так много красивой одежды, которую можно купить в магазине, поэтому, если кто-нибудь захочет носить рваные джинсы, то он их не может нигде купить, так как у нас в магазинах джинсы вообще не продаются. Джинсы - это буржуазный товар, который можно купить только на толкучке или у спекулянтов, которые сами покупают их у иностранцев, которые привозят эти джинсы и всякую другую дефицитную одежду в нашу страну нелегально, нарушая закон и стараясь разбогатеть на нехватке у нас в стране хорошей одежды.
   Молодые люди, которых сфотографировал Павлов, только представляют, что они "хиппи", а на самом деле у нас "хиппи" нет и эти молодые люди, которые сняты на фотографиях, наверное, работают на заводе или учатся в институте. Они поехали с Павловым куда-то за город на природу и взяли с собой скрипку. На некоторых фотографиях эту скрипку видно, хотя я не понимаю, зачем она там нужна, потому что это ведь отдых на природе и я не видел, чтобы кто-нибудь брал с собой на природу скрипку или, например, рояль. На природу берут с собой только гитары и потом поют песни у костра.
   Эти песни называются "авторская песня" и Виктор Петрович говорит, что такие песнопения тоже нужно было бы пресечь, но у них нет законных прав разогнать эту, так называемую, отдыхающую интеллигенцию.
   А чтобы кто-нибудь брал с собой скрипку, я вообще никогда не видел и поэтому считаю, что Павлов сфотографировал неправду.
   А еще Рупин говорит, что эти фотографии войдут в историю, но ведь история это истинная правда и никто не может записать в историю неправду. А это неправда, что молодые люди отдыхают голые на природе и играют там на скрипке.
   Но многим в фотоклубе эти фотографии понравились, только старые члены клуба сказали, что нужно снимать красивое, а что такого красивого в голых мужчинах, даже если они играют на скрипке и на фотографиях у них не видно никаких неприличных мест, потому что они прикрывают их руками?
   Голыми бывают красивыми только молодые девушки, которых художники часто изображают на своих картинах, а мужчин никогда не изображают голыми, потому что голые мужчины совсем неинтересны и у них не на что смотреть, не то что у женщин, у которых есть прекрасные груди, которые хочется трогать руками.
   А Рупин говорит, что вы ничего не понимаете, если не видите, какие это прекрасные фотографии, которые войдут в историю. Он вообще, по-моему, помешан на истории, потому что, кто это может знать, что войдет в историю, а что нет. Я только одно знаю точно, что неправда никак не может войти в историю и потому фотографии Павлова вряд ли войдут в историю, потому что он сфотографировал то, чего никогда не бывает.
   А сегодня меня вызвал к себе Гаремов и спросил, что там за фотографии вчера показывали, на которых изображены "педерасты", а я сказал, что это не "педерасты", а просто "хиппи", хотя "хиппи" у нас нет, потому что нет социальных предпосылок. А он сказал, чтобы я не умничал, а лучше следил за тем, какое безобразие приносят в фотоклуб. А я сказал, что не могу же я запретить носить в фотоклуб фотографии, потому что каждый приносит то, что хочет и потом все обсуждают эти фотографии, а вчера не всем понравились фотографии Павлова, поэтому он и не может плохо влиять на других и я считаю, что пусть все спорят, потому что в споре рождается истина. А Гаремов сказал, что это не мое дело, решать истину в спорах, и я поставлен сюда для того, чтобы следить за порядком и не допускать такого безобразия, что на фотографиях изображают всяких "педерастов". И что я обязан докладывать ему обо всем, что происходит в фотоклубе, а решать хорошие это фотографии или нет будет он сам или те, кому это положено по должности. Кто доложил ему об этих фотографиях, я не знаю, но жаль, что я сразу с утра не пришел к нему и не рассказал о том, какие фотографии приносил вчера Павлов. Тогда я был бы первым и у Гаремова не было бы оснований ругать меня за плохую работу. Нужно будет в будущем докладывать ему о том, какие фотографии иногда приносят в фотоклуб члены творческой группы "Время", потому что деньги мне платят в Доме самодеятельности и поэтому я должен выполнять свои прямые обязанности инструктора фотоклуба и докладывать руководству обо всем, что кажется мне подозрительным.
   Я еще вчера написал о фотографиях, которые принес в фотоклуб Павлов, Виктору Петровичу, но он получит мою докладную только завтра и поэтому я не знаю, что он скажет об этих фотографиях.
   14 сентября
  
   Когда я подходил к облсовпрофу, то увидел, как Валентина садилась в свою персональную машину, которая всегда возит ее на разные совещания, и поэтому я решил подождать, когда она вернется и я смогу прийти к ней в кабинет. Я решил только сделать вид, что мне нужно зайти к ней по делу, но на самом деле я хотел просто поговорить с ней, почему она не обращает на меня внимания, может быть, я что-то не так сделал и мне нужно попросить у нее прощения. Но она так и не вернулась больше к себе в облсовпроф и я решил завтра снова попытаться ее найти на работе.
   Вчера принес свои фотографии Супрун и все сказали, что он очень хороший фотограф, потому что он умеет делать коллажи. Одна фотография называлась "Город" и на ней было много машин "Волга" и красивое солнце на закате.
   Вот удивительно! Такого, что есть на этой фотографии ведь в жизни тоже не увидишь, а фотография не кажется неестественной, не то что у Павлова, где вроде бы все и было так, как он сфотографировал, а все равно не веришь, что это правда.
   Коллаж - это когда наклеиваются друг на друга несколько фотографий, а потом эта фотография переснимается и получается фотография, на которой изображено то, чего вроде бы и не бывает, но на самом деле очень красиво и совсем, как в жизни.
   Супрун говорит, что еще он снимал рынок, но пока эти фотографии еще не готовы. Летом он ездил в студенческий стройотряд и там сделал свой автопортрет на фоне старого деревянного дома. Всем понравился портрет, только нужно было выбрать дом покрасивее, а то в этом доме, который сфотографирован на фотографии портрета, даже бревна прогнили и можно подумать, что у нас нет красивых и новых домов и приходится делать портреты на фоне таких старых и совсем почти разрушенных.
   Супрун сказал, что там, где они работали, они жили в деревне, в которой уже никто не живет и дома брошенные, а в них даже еще и мебель кое-где есть. И люди в этой деревне уже не живут, потому что зимой очень холодно, а летом комаров столько, что, когда разговариваешь с кем-нибудь, так его даже почти и не видно за комарами.
   А место там очень красивое, потому что рядом речка и в ней страшно много рыбы, которую они ловили и ели. Но кругом тайга на сотни километров и никакого жилья рядом нет. Наверное, там зимой очень скучно и люди еще и поэтому уехали, что зимой там совсем нечего делать и можно умереть от скуки.
   Супрун был в стройотряде и они рубили в тайге широкую просеку, по которой потом должны будут провести электрическую линию. Эта линия называется ЛЭП и она будет снабжать электричеством Север нашей страны. Кто-то спросил Супруна, а почему он не фотографировал студентов в стройотряде и то, как они работают в трудных условиях, а он говорит, что фотографировал и даже проявил пленки, но когда они уже возвращались домой, то эти пленки вместе с портативным увеличителем он забыл на корабле, который вез их в Тобольск.
   Им выдали аванс и все напились на этом корабле коньяка, потому что он там почему-то был очень дешевый, а они целых два месяца никого не видели кроме своих товарищей и очень соскучились по цивилизации. А когда сошли на берег, он увидел, что забыл на корабле увеличитель, в котором лежали все пленки, кроме той, которая была в фотоаппарате и на которой был его автопортрет.
  
   22 сентября
  
   Я все никак не могу встретиться с Валентиной, потому что когда она меня видит, то старается сделать вид, что не заметила, как я стою возле входа в облсовпроф. Вчера дежурная спросила меня, кого это я жду здесь с утра, и я чуть не сказал, что товарища Легостроеву, но вовремя опомнился и ответил, что никого не жду, а просто у меня здесь назначена встреча с другом.
   Супрун опять принес свои новые фотографии. Это снова коллажи, которые снова всем понравились. Даже Рупин сказал, что это интересно, а Павлов сказал, что, несмотря на то, что сельский рынок уже снимал широкоугольным объективом литовский фотограф Мацияускас, фотографии Супруна тоже очень хорошие.
   Ко мне приходил Виктор Петрович и сказал, что эта группа "Время" все больше его беспокоит, потому что теперь они начали снимать всяких педерастов, а потом еще вздумают посылать их на западные выставки. Они, конечно, следят за тем, чтобы на запад ничего не попало плохого, но за всем уследить невозможно и поэтому я должен усилить свое наблюдение за этой группой и сообщать ему обо всем, что они еще задумают.
   Я сказал Виктору Петровичу, что не могу присутствовать на собраниях группы "Время", потому что они всегда собираются у Тубалева, а я туда не могу попасть, потому что они меня не любят. А нужно там установить подслушивающую аппаратуру, чтобы она передавала все, что будут там говорить. Виктор Петрович обозвал меня дураком, так как никакой подслушивающей аппаратуры они не устанавливают, потому что у них есть такие как я, которые, в отличие от меня, работают хорошо, а не предлагают всякие дурацкие проекты.
   Я сказал, что подумаю, как улучшить свою работу, а потом я пошел к Гаремову и он начал говорить мне, что я должен следить за идеологией в фотоклубе и не допускать таких фотографий, какие принес Павлов. А как я могу не пустить Павлова в фотоклуб, если он член фотоклуба, а теперь еще и член худсовета и сам будет отбирать фотографии на выставки. Они с Рупиным и еще Михайлов все больше захватывают власть в фотоклубе и не обращают внимания на старых фотографов, которые их критикуют, потому что правильно понимают задачи, которые перед нами ставит Партия и наш советский профсоюз.
   Гаремов говорит, что нужно что-то делать с группой "Время". Он говорит это точно так же, как Виктор Петрович, а может они знакомы и проверяют меня, все ли я им рассказываю? Но я и так все им рассказываю, так как считаю, что такие фотографии, какие делают фотографы из группы "Время", позорят советского человека и их не должны видеть на западе, чтобы там не подумали, что у нас тут всякие коровы ходят по крышам и педерасты загорают на травке и играют на скрипке.
  
   30 сентября
  
   Вчера у меня родилась дочка. Я конечно рад, но я думал, что будет мальчик и все говорили, что будет мальчик и я думаю, что ребенка могли подменить в роддоме. Я слышал такие истории, но рассказывали об этом всякие старухи возле нашего подъезда и я думаю, что это просто сплетни, потому что все-таки у нас лучшая в мире медицина и такого не может быть, что бы детей меняли, как будто не видно, кто у кого родился.
   Жаль, конечно, что у меня не сын, потому что я думал, что он тоже станет фотографом и я научу его, как правильно фотографировать и проявлять пленку, а девочка не может стать фотографом, потому что я не знаю ни одного фотографа-женщины. Она может теперь стать только моделью и ее будут снимать голой. Но я этого не допущу, а лучше убью того, кто захочет снимать ее голой.
   Девочку должен называть отец, но я еще не знаю как ее назвать, потому что не думал, что у меня родится дочка. А для сына я придумал имя Николай и теща сказала, что это очень хорошее имя для мужчины и с таким именем можно стать настоящим "мачо", а с именем Илья никогда не станешь "мачо", так это имя очень нежное, и таким именем называют только евреев, а тот, кого называют "мачо" должен быть грубым и сильным. Я знаю, кто такие "мачо", потому что мне сосед рассказывал, что это настоящие мексиканские мужчины, и так его называет жена, но я слышал, как она говорила ему не "мачо", а "чмо", что обозначает тех, кто не умеет нормально служить в армии и придуривается.
   Я служил в армии и знаю, что тех, кто ухаживал за свиньями у нас называли "чмо". У нас в части свиней выращивали для усиления солдатского пайка, а потом из них делали шашлыки на какие-нибудь праздники и все ждали праздничного обеда, потому что на обед были настоящие шашлыки, правда совсем небольшие, так как свинины на всех не хватало, а еще старшина забирал себе большой кусок. Я сам видел, как он засовывал в свою машину свиную ногу.
   А дочке нужно будет придумать хорошее имя, чтобы она была красивой и стройной и ее все хотели бы фотографировать голой, но она не должна никому разрешать фотографировать себя голой, потому что это называется, как сказал Виктор Петрович, "западное разложение", а у советских людей должна быть собственная гордость.
   А еще я все-таки встретился с Валентиной у нее в кабинете, но она сказала мне, что теперь не нужно больше к ней приходить, так как она скоро выходит замуж и мы не сможем с ней больше встречаться у нее дома. Она сказала, что я ей нравлюсь и мы можем иногда встречаться. Только где-нибудь в другом месте, чтобы нас никто не смог увидеть и подумать о нас плохо. Я сказал ей, что очень скучаю за ней и не могу даже жить без нее, а она говорит, что все это глупости и мужчина не должен так раскисать и волочиться за женщиной и нужно уметь держать себя в руках. А потом она вышла ко мне из-за своего стола и так поцеловала, что у меня перехватило дыхание и я сразу стал готов к тому, чтобы любить ее, но она потрогала меня, отчего я чуть не умер, и сказала чтобы я успокоился и подождал, когда она мне позвонит сама.
  
   6 октября
  
   Вчера я пошел к Гаремову и показал ему фотографии, которые принес Рупин. На этих фотографиях изображены голые мужчина и женщина на берегу моря. Такие фотографии у нас называют "актами" или "ню", это по-французски. Но у Рупина сделана "фотографика" и ничего на фотографиях не видно, так что я думал, что такие фотографии можно приносить в фотоклуб и показывать их на выставках.
   Но Гаремов сказал, что это полное разложение и мы не должны допускать такие фотографии на выставки. Пусть Рупин приносит их в фотоклуб, но когда будут отбирать фотографии на какую-нибудь выставку, я не должен допустить, чтобы на нее попали такие фотографии.
   Я сказал Гаремову, что я ведь не могу отбирать фотографии на выставку, потому что это делает Художественный Совет фотоклуба, а меня туда не избрали, потому что не хотят, чтобы я им говорил, какие фотографии нужно отбирать, чтобы они были правильными и нравились нашему руководству. Тогда он разозлился и сказал, что я вообще не умею работать, раз допускаю такие фотографии в фотоклубе, а я тоже разозлился и сказал ему, что пусть тогда он сам скажет мне, как нужно работать, чтобы никто не делал плохих фотографий. А он снова разозлился и говорит, что в таком случае я могу забыть о премиях, которые мне выдавали два раза в облсовпрофе.
   Нужно будет сходить к товарищу Легостроевой и спросить у нее, как мне нужно правильно следить за идеологией в фотоклубе, потому что я сам не могу придумать, так как меня никто не слушает.
   Старые фотографы ничего не сказали о фотографиях, потому что они не любят Рупина и считают его евреем, который хочет всеми командовать и потому делает такие фотографии, которые вызывают только отрицательные эмоции, а Рупин говорит, что его фотографии соответствую разработанной в группе "Время" "теории удара" и поэтому обязательно должны нравиться.
   Но если мне не нравиться что-нибудь, не могу же я заставить себя любить это только потому, что оно сделано по законам какой-то там теории, которую я даже не знаю и которую не преподают в учебниках.
  
   20 октября
  
   Михайлов принес слайды и вчера весь вечер мы смотрели их на экране, который принес Малеваный, так как у него много всякой аппаратуры, которая нужна для того, чтобы смотреть слайды. Эти слайды Михайлов называет "наложениями", потому что они состоят из двух отдельных слайдов, которые накладываются друг на друга.
   Если смотреть на эти отдельные слайды, то ничего интересного в них нет, а когда их накладывают на другие слайды, то может получиться неплохая фотография.
   Рупин все время спорил и говорил, что это случайность, когда получается хорошая фотография при случайном наложении слайдов и от автора не зависит, чтобы эта фотография получилась хорошей, а Михайлов ему возражал, что в этом выборе и есть автор и поэтому эта фотография хорошая.
   Всем очень понравились эти "наложения" и даже старые фотографы сказали, что это очень красиво и они тоже попробуют делать такие фотографии.
   Я уже придумал, как назвать дочку и завтра пойду к жене и скажу ей, чтобы она называла ее Евдокией. Я считаю, что у девочки должно быть такое имя, чтобы оно сохраняло старые традиции мы не забывали наших старых предков. А это имя редкое, потому мы стали забывать свои корни и поэтому смотрим на запад и стараемся им подражать.
   Виктор Петрович говорит, что такое подражание западу ни к чему хорошему не приведет и что там хлеб едят ненастоящий, а какой-то "пустой". Я не знаю, что он имел в виду, а спрашивать мне было стыдно, потому что на западе я никогда не был, так как у нас в институте никогда еще не было путевок за границу, а то бы я обязательно поехал, чтобы своими глазами посмотреть, что там делается и как они там живут. Нужно будет сходить к товарищу Легостроевой и попросить у нее такую путевку, потому только профсоюз распоряжается путевками за границу и она может мне выдать такую путевку за хорошую работу.
   Только сейчас я не могу еще никуда ехать, так как мне нужно будет воспитывать нашу маленькую Евдокию.
   Я так ни разу и встретился с Валентиной и она мне не позвонила. Я очень хочу ее увидеть, потому что жена до сих пор лежит в роддоме и мне очень хочется снова прийти в гости к Валентине. Я даже несколько раз дежурил возле ее дома, но так и не дождался ее, потому что она, наверное, теперь живет в другом месте со своим новым мужем.
   Мне опять приносили халтуру и нужно было делать портреты со старых фотографий. Опять заработал 36 рублей и отложил их до возвращения жены из роддома.
   Жену еще держат в роддоме, потому что девочка получилась слабая и ей нужно усиленное питание и присмотр врачей. Но мне сказали, что ее выпишут на днях и мы поедем все вместе домой.
  
   25 октября
  
   Павлов принес в фотоклуб польский журнал, в котором напечатаны несколько фотографий из его фотографического цикла "Скрипка" и сказал, что его скоро забирают в армию. Все ему страшно завидовали, что его фотографии напечатали в журнале, только никто об этом не сказал, но я видел, как даже старые фотографы чуть ли не скрипели зубами, когда Павлов показал журнал со своими фотографиями, а Рупин кричал, что он же говорил всем, что эти фотографии войдут в историю.
   Я рассказал об этих фотографиях, напечатанных в журнале, Виктору Петровичу, что, наверное, это все-таки неплохие фотографии, раз их печатают в польском журнале, потому что Польша наш сосед и дружественное социалистическое государство. А он говорит, что это ничего не значит и что за поляками нужен глаз да глаз, так как они "еще те" коммунисты.
   Я ничего не понимаю. Если поляки, у которых такой же социализм, как и у нас, не нравятся Виктору Петровичу, то кто же тогда с нами дружит и кому мы можем полностью доверять. А я думаю, что если фотографии напечатали в журнале, то они действительно хорошие, потому что в журналах работают люди, которые хорошо разбираются в фотографии и могут оценить снимки с точки зрения правильного искусства. Мы ведь не можем спорить с тем, что в журнале "Советское фото" печатают только лучшие фотографии, и если там не печатают Рупина или Михайлова, то значит их фотографии недостойны быть там напечатанными.
   А Павлова напечатали в польском журнале и это, по-моему, очень хорошо, потому что если даже поляки и не такие правильные коммунисты, как хотелось бы Виктору Петровичу, то они все же в одном с нами социалистическом лагере и значит наши друзья. Только они, может быть, не совсем правильно понимают задачи советской власти и поэтому могут иногда ошибаться.
   Но у Павлова, наверное, все равно хорошие фотографии, раз их напечатали в журнале и Виктор Петрович зря называет тех ребят со скрипкой, которые есть на этих фотографиях, "педерастами", хотя я тоже считаю, что мужчинам должно быть стыдно фотографироваться голыми.
  
   3 ноября
  
   Мне поручили снимать демонстрацию 7 ноября и даже выдали специальный пропуск и теперь меня не смогут остановить милиционеры и спросить, что это я тут делаю. Я возьму с собой два фотоаппарата, потому я видел, что фотокорреспонденты всегда ходят с двумя фотоаппаратами и это очень солидно, так как сразу видно, что они на работе и делают фотографии по какому-нибудь ответственному заданию.
   На прошлом собрании фотоклуба спорили о качестве. Рупин и Михайлов кричали больше всех, что качество не может быть критерием искусства, и все, кто входит в группу "Время", тоже так считают.
   Я думаю, что они так говорят, потому что сами не умеют делать качественные фотографии. Особенно Михайлов. У него на фотографиях всегда полно мусора, потому что он плохо вытирает пленки и вообще очень неаккуратно печатает фотографии. Я думаю, что только у Малеваного хорошее качество и поэтому о его фотографиях никогда не спорят, потому что они всем нравятся.
   Рупин говорил, что главное в фотографии не качество, а то, что на этой фотографии изображается, потому что, если сфотографировать какого-нибудь пьяного, который лежит на улице в собственной моче и сделать эту фотографию с очень хорошим качеством, то все равно этого пьяного никто и никогда не спутает с примой балериной.
   Михайлов сказал, что нужно даже специально делать плохое качество, чтобы подчеркнуть в фотографии ее достоверность и если ты фотографируешь какую-нибудь мерзость, то и качество должно быть мерзким, чтобы эту мерзость еще и подчеркнуть. Как будто фотография и так не самое достоверное искусство.
   А мне кажется, что качество это все же главное в фотографии, потому что некачественную фотографию может сделать любой фотолюбитель, который не может считаться художником, потому что он не умеет делать качественные фотографии. Мы профессионалы тем и отличаемся от простых любителей, что наши фотографии очень качественные и могут висеть на выставках. Потому что если всем разрешить вешать на выставках свои фотографии, то зрителю будет непонятно, кто настоящий фотограф, а кто просто любитель.
  
   5 ноября
  
   Вчера моя жена возвратилась из роддома и теперь у нас в комнате прибавление. Немного тесновато, зато это моя собственная дочка.
   Мы с женой живем на квартире и снимаем одну комнату у старушки Екатерины Ниловны. Всего в квартире три комнаты, но мы снимаем только одну, потому что Екатерина Ниловна не хочет отдавать нам вторую комнату, хотя она старая старуха и ей, наверное, уже лет пятьдесят. К ней иногда ходит в гости сосед и она говорит, что скоро выйдет за него замуж и нам придется уходить с квартиры, так как это неприлично, когда в одной квартире живут две семьи.
   Я думаю, что Екатерина Ниловна тронулась умом на старости лет, потому что какой может быть "замуж" в пятьдесят лет. Ей, наверное, кажется, что она еще маленькая девочка с косичками и поэтому она может нравиться мужчинам и даже выйти за них замуж. Вот бы вызвать санитаров, чтобы ее забрали в сумасшедший дом и тогда эта квартира досталась бы нам.
   На старой работе в институте меня поставили на очередь на квартиру, но сказали, что эта очередь движется медленно и я не смогу получить квартиру в ближайшие десять лет, а в Доме самодеятельности очередь тоже есть и я в нее записался. Здесь очередь меньше, но квартир дают так мало, что придется ждать больше, чем в институте. Бухгалтерша говорит, что это потому, что мы считаемся "прослойкой", то есть интеллигенцией и поэтому нам квартиры дают не так быстро, как тем, кто работает на заводе и считается рабочим классом.
   Я знаю одну семью на заводе, так они уже старики и у них даже есть внуки, а они до сих пор живут в заводском общежитии. Так что даже на заводе получить квартиру не так просто и поэтому я буду стараться работать хорошо, чтобы завоевать доверие товарища Гаремова, а потом попросить у него квартиру, потому что профсоюз распределяет квартиры и мне могут дать квартиру в порядке исключения и за хорошую работу.
   Михайлову и Рупину с Павловым хорошо, у них, наверное, есть собственные квартиры и поэтому они могут говорить, что хотят, потому что не боятся, что им не дадут квартиру. А мне нужно быть осторожным и думать, что говоришь, потому что можно всю жизнь прожить без собственной квартиры, как та семья из общежития, и тебе никто так и не даст квартиру.
   Нужно будет еще спросить Виктора Петровича, не может ли он помочь мне получить побыстрее квартиру, потому у них очень солидная и уважаемая организация и их все боятся и не хотят связываться. Я думаю, что ему ничего не стоит позвонить Гаремову и сказать ему, чтобы мне выделили квартиру, так как я очень полезный сотрудник. Но я еще ничего не сделал для него особенного, чтобы просить себе квартиру, и нужно будет как-нибудь постараться, чтобы он смог мне помочь.
  
   15 ноября
  
   В фотоклубе вчера говорили о том, что уже пора начинать готовить отчетную выставку и отбирать для нее фотографии, которые нужно будет печатать мне. Я сказал, что нельзя затягивать это дело и худсовету надо как можно быстрее отобрать фотографии для выставки, чтобы я мог быстрее начинать их печатать, так как у меня и так много работы и я могу не успеть напечатать всю выставку и тогда все скажут, что это я виноват.
   Я сказал, что у меня теперь много заданий от облсовпрофа, а Рупин опять закричал, что я не имею права ничего делать для облсовпрофа, так как должен подчиняться Правлению фотоклуба. Он совсем не понимает, что мы подчиняемся облсовпрофу и лично товарищу Легостроевой и поэтому обязаны выполнять все их задания. Он говорит, что Правление главнее всех товарищей вместе взятых, включая и товарища Легостроеву, и что товарищ Легостроева должна прислушиваться к нашим потребностям и по мере возможности их удовлетворять.
   Я удивляюсь наглости этого человека, который не делает качественных фотографий, а позволяет себе неуважительно отзываться о руководстве. А еще создал вместе с Павловым эту группу "Время", за которой я должен следить и докладывать Виктору Петровичу. Как будто у меня нет других важных дел, которые мне поручает руководство облсовпрофа.
   Павлова, кстати, забрали в армию, но он будет служить всего один год, так как у него есть высшее образование, потому что он недавно окончил университет. А мне не повезло и я служил целых три года, потому что у меня нет высшего образования и я не могу пользоваться никакими льготами, а должен отдавать родине три года своей жизни.
   Но я не жалею, что три года служил в армии, так как это хорошая школа жизни и в армии я научился фотографировать. Я думаю, что Павлова в армии и за один год научат правильно жить, чтобы он не делал фотографии голых педерастов, которые позорят советских людей и мешают нам успешно двигаться к победе коммунизма.
   На последнее собрание фотоклуба он принес свою фотографию, которую он сделал перед уходом в армию. Эта фотография сделана способом наложения и по-моему она даже лучше, чем фотографии Михайлова, так как на ней видно, какие люди сфотографированы и можно хоть что-то понять. Хотя мне и нравится этот способ наложения, сам я даже не хочу его и пробовать, потому что считаю, что настоящая фотография все же лучше и красивее всяких разных способов.
   На эту выставку я дам и свои фотографии, которые сфотографировал на 23 августа и на 7 ноября. Это хорошие всенародные праздники и мне могут дать за эти фотографии какую-нибудь премию.
  
   25 ноября
  
   Ко мне приходил Виктор Петрович и рассказал, что Рупин опять посылал фотографии на выставку и ему прислали каталог, в котором написано, что его работы висели на выставке за границей. Они у себя в конторе проверяют все письма, которые им нужно проверять, чтобы не было никаких идеологических диверсий и чтобы никто не опозорил наш строй, который, я считаю, самый справедливый в мире, а если мы кого-то и не пускаем за границу, так только недостойных представлять наше государство перед иностранцами.
   Я ходил в облсовпроф и товарищ Легостроева пообещала мне дать летом путевку в какую-нибудь социалистическую страну, чтобы я своими глазами увидел преимущества нашего советского строя. Она снова сделала вид, что мы с ней знакомы только как начальник и подчиненный и мне было очень обидно, что она больше не обращает на меня внимания, как на мужчину, с которым у нее были интимные отношения.
   Еще Виктор Петрович сказал, что Михайлов еврей, хотя отец у него и украинец и бывший полковник советской армии и поэтому Михайлов водится со всякими подозрительными личностями, которые не хотят создавать свои произведения в духе социалистического реализма, который показывает хорошие стороны нашего строя и не дает иностранцам повода для насмешек над нами. Они стараются снимать только негативные стороны советского строя и показывают его недостатки иностранцам. Поэтому Михайлова недавно забирали в милицию за то, что он фотографировал пьяного на улице. Его уже забирали в милицию и раньше, но он продолжает фотографировать пьяных и показывать отрицательные стороны нашей жизни.
   Я сказал, что нужно Михайлова направить работать в журнал "Крокодил", который высмеивает наши некоторые недостатки. Но Виктор Петрович сказал, что я дурак и не понимаю, что в журнале "Крокодил" не могут работать такие люди, как Михайлов, потому что этот журнал стоит на страже морального кодекса строителя коммунизма и в нем не могут работать люди, которые плохо относятся к советской власти.
   Я все-таки не думаю, что Михайлов плохо относится к советской власти, просто он любит снимать пьяных и коров на крышах, но он ничего не говорит против советской власти, во всяком случае, я никогда от него не слышал, чтобы он ругал советскую власть. А Виктор Петрович говорит, что я просто плохо стараюсь и поэтому не знаю, о чем говорят те, кто входит в эту самую группу "Время". А как я могу попасть в эту группу, если Рупин говорит, что меня вообще нужно выгнать с должности инструктора, потому что я выполняю задания товарища Легостроевой, а не Правления фотоклуба.
  
   10 декабря
  
   В польском журнале напечатали фотографии Рупина и он приносил это журнал в фотоклуб и всем его показывал. Я не понимаю, почему в журналах печатают такие фотографии. Одно из двух. Или они специально печатают там фотографии, которые никак не прославляют наш советский строй, а даже наоборот, или они сами ничего не понимают в качественной фотографии.
   У нас в фотоклубе есть прекрасные фотографы, которые снимают прекрасные пейзажи и даже натюрморты, но их никто не печатает в иностранных журналах. И даже "Советское фото" не печатает, но туда, я думаю, присылают со всей нашей необъятной страны очень много фотографий и им трудно выбрать лучшие, потому что хороших фотографий очень много.
   Недавно я пошел на прием к товарищу Легостроевой, но она даже не сделала вида, что у нас с ней когда-то была любовь, от которой у меня до сих пор трясутся ноги, когда я о ней думаю. Я написал заявление в облсовпроф, чтобы нам с женой дали квартиру и товарищ Легостроева строго пообещала мне, что если я буду хорошо работать, мне дадут квартиру в новом районе. Сейчас советская власть строит очень много новых квартир и молодым семьям дают эти квартиры, чтобы у них была возможность еще заводить себе новых детей, которые тоже вырастут и будут когда-нибудь достойными строителями коммунизма.
   В облсовпрофе мне сказали, что если бы у меня было двое детей, то им было бы гораздо легче дать мне квартиру. Я уже говорил об этом со своей женой и она согласна тоже, чтобы у нас было двое детей, но сейчас она даже не хочет об этом и думать. Она говорит, что ей теперь нужно заниматься дочкой, а на меня она совсем перестала обращать внимание и мне очень тяжело, как мужчине, потому что меня бросила и Валентина и моя собственная жена, с которой я должен делить все радости жизни. Но радости никакой нет и она никак не хочет относиться ко мне, как к мужчине. Мы долго говорили с ней о том, как будет хорошо, когда нам дадут новую квартиру, если у нас будет двое детей. А потом заплакала Евдокия и пока жена снова укладывала ее спать, я уснул.
  
   29 декабря
  
   Открыли отчетную выставку, но мне не дали никакой премии, потому что премию дали Михайлову, хотя его фотография совсем некачественная. Наверное премию дали потому, что в худсовете фотоклуба одни только знакомые Михайлова, которые не хотят давать премии за такие правильные и идеологически выдержанные фотографии, какие, например, дал на эту выставку я сам.
   На фотографии Михайлова сфотографирована какая-то циркачка, совсем не знаменитая, но фотография цветная и сделана способом графики. Я слышал, как Малеваный говорил кому-то, что качества на этой фотографии нет никакого и он не понимает, почему Михайлову дали эту премию.
   У самого Малеваного очень качественные фотографии и он тоже уже участвовал в выставке за границей, кажется, в Польше, и ему оттуда прислали каталог, в котором написано, что его фотографии были на этой выставке. Я хотел тоже послать свои фотографии на какую-нибудь заграничную выставку, но Виктор Петрович сказал мне, что этого не нужно делать, так как там не любят такие фотографии, на которых изображается счастливая жизнь советских людей, а хотят получать только такие, на которых на дорогах ваяются пьяные. Такие фотографии Виктор Петрович и его коллеги не пускают за границу, а если кто-нибудь пробует их послать, то их вытаскивают и рвут, чтобы эти фотографии нельзя было никому показывать и чтобы они больше никогда не попали на выставки.
   Я думаю, что это неправильно, так как фотографий можно напечатать сколько угодно и снова посылать на выставки, хотя фотографу, конечно же, неприятно, когда его фотографии возвращают в разорванном виде и ему приходится снова их печатать. Тем более, что бумага очень дорогая и нужно тратить много денег, чтобы снова напечатать такие же фотографии.
   У меня есть много фотобумаги, которая сразу же списывается, как только я привожу ее из магазина или из базы, но я никому не продаю эту фотобумагу. Я ведь честный человек, а если узнают, что я продаю фотобумагу и фото химикаты, мне не дадут новую квартиру и получиться, что мы с женой напрасно стараемся завести себе второго ребенка.
   Когда все узнали, что премию дали Михайлову за его фотографию циркачки, начали спорить, что нужно фотографировать, а что нет и заговорили почему-то о кинорежиссере Эйзенштейне, который снял знаменитый фильм "Броненосец "Потемкин".
   Все говорили, что это знаменитый режиссер, потому что он снял новое кино так, как никто до него такое кино не снимал, а Рупин сказал, что Эйзенштейн настоящая проститутка, так как у него в знаменитом фильме нет правды, а есть предпочтение только матросам. Он говорит, что художник должен относится к жизни философски и справедливо и не показывать, что когда убивают одно матроса, то это плохо, а когда потом матросы убивают всех офицеров за одного этого матроса, то это хорошо и зрители должны думать, что совершилась справедливость.
   Нам в армии показывали этот фильм и наш политрук говорил нам, что это революционная справедливость, а никакой другой и не бывает. Этого политрука к нам перевели из другой части, потому что в той части, где он служил раньше он устроил самосуд и его чуть не посадили в тюрьму.
   Там у них на посту заснул какой-то солдат, а это считается самым страшным преступлением в армии и у нас в части, когда кто-нибудь засыпал на посту, а его ловили, то всех загоняли в клуб и показывали фильм "Чапаев", в котором из-за того, что часовой заснул на посту, разбили весь Чапаевский полк. Нам так часто показывали этот фильм, что мы его запомнили наизусть и, когда смотрели кино, хором повторяли слова ординарца Петьки и комиссара Фурманова.
   Так вот! Когда наш политрук узнал о том, что солдат заснул на посту, он построил всю роту, а этого солдата вывел перед строем и зачитал приказ, в котором говорилось, что именем Союза Советских Социалистических Республик за сон на посту этот солдат приговаривается к расстрелу. Затем политрук взял автомат и выстрелил над головой этого солдата целую очередь из холостых патронов. Солдат этот испугался и упал в обморок, а политрука потом отправили к нам в часть, чтобы наказать его, но не сажать в тюрьму.
   Я думаю, что правды все равно на свете нет и поэтому нужно слушать тех, кто сильнее и может руководить государством, а не делать всякие фотографии, которые только раздражают руководителей и им приходится принимать меры, чтобы не допустить разложения общества.
   Виктор Петрович сказал мне, что-то, что творится у нас в фотоклубе, не может продолжаться долго, так как никто не будет терпеть, что таким, как Михайлов дают премии за некачественные фотографии. А когда я рассказал ему о том, что говорил Рупин про знаменитого кинорежиссера Эйзенштейна, он сказал, что несмотря на то, что Эйзенштейн тоже еврей, он правильно понимал политику партии и его фильм получился очень хорошим и поэтому стал знаменитым. Этот фильм воспитывает нашу молодежь в духе преданности идеям марксизма-ленинизма, а Рупин этого не понимает и он тоже дождется, что его когда-нибудь посадят и жаль, что нет товарища Сталина, который бы не потерпел такого безобразия, которое творится у нас сейчас. Но я не думаю, что во времена Сталина было хорошо, потому что наша партия осудила культ личности и убрала все памятники Сталину.
  
   10 января
  
   Михайлов с Рупиным ездили в Прибалтику и потом их вызывали в КГБ, так как они встречались в Вильнюсе с местными фотографами, за которыми наблюдают соответствующие органы.
   В Прибалтике вообще не очень любят русских и советскую власть, а эти прибалтийские фотографы в своих фотографиях снимают все, что у нас плохо, а потом отправляют такие фотографии на Запад. Виктор Петрович говорит, что эти прибалты так и думают, как бы отделиться от Советского Союза, хотя их тоже освободили от фашизма и они должны быть благодарны советскому правительству.
   Я видел несколько фотографий фотографов из Прибалтики и мне они понравились, хотя Виктор Петрович говорит, что меня тоже нужно идеологически воспитывать, если я не понимаю того вреда, который могут нанести советской власти эти прибалтийские фотографы своими фотографиями.
   Рупин и Михайлов привезли с собой много фотографий Луцкуса и показывали их в фотоклубе. Многим членам фотоклуба эти фотографии не понравились, хотя все они сделаны с очень хорошим качеством и размеры у них большие, наверное, 50 на 60 сантиметров. Мы никогда не делаем такие большие фотографии, потому что бумага у нас очень дорогая, а прибалтийские фотографы получают бумагу в своем фотоклубе, который называется у них фотографическим обществом, и поэтому могут печатать большие фотографии. Большие фотографии, конечно же, выглядят лучше, чем маленькие, и поэтому кажутся еще красивее, чем они есть на самом деле.
   На фотографиях Луцкуса сфотографированы клоуны или мимы, которые пристают с прохожим и старушкам. Я не понимаю, зачем делать такие фотографии, но мне кажется, что в них нет вреда советской власти, о котором говорит Виктор Петрович.
   А на другое собрание принес свои фотографии Супрун и фотографии всем очень понравились, хотя они и сделаны способом монтажа и поэтому их нельзя назвать правдивыми.
   Тубалев говорит, что Супрун теперь у нас настоящий "мэтр" (это слово французское и обозначает оно учитель) монтажной фотографии и его нужно тоже избирать в худсовет, чтобы он отбирал фотографии на выставки.
   Мне кажется, что очень трудно снимать людей, если у тебя нет удостоверения фотокорреспондента какой-нибудь газеты, потому что люди думают, что ты снимаешь запрещенные снимки и поэтому бывают недовольны и могут заявить в милицию.
   Один наш фотограф, то есть член нашего фотоклуба, как-то рассказывал, как он однажды фотографировал железнодорожный вокзал, а его окружили прохожие и стали допытываться, что это он делает. Один старичок при этом все время дергал его за руку и кричал всем: "Товарищи! Смотрите! Он вокзал снимает!". Фотограф этот честно признался, что хочет сфотографировать вокзал, и тогда эти прохожие вызвали милицию и милиционеры забрали его в отделение, чтобы выяснить, зачем он фотографировал важный стратегический объект. Фотографа потом отпустили, потому что у него было задание от издательства, а если бы у него такого задания не было, то еще неизвестно, чем бы все это закончилось.
   Супрун снимал людей на рынке, да еще широкоугольным объективом, который требует, чтобы фотоаппарат находился как можно ближе к тому, кого снимают, и поэтому таким объективом невозможно сфотографировать человека так, чтобы он этого не заметил. Я не знаю, как Супрун это делает, наверное, договаривается с этими людьми о том, что он их сфотографирует, а потом сделает им фотографии.
   Михайлов тоже снимает людей в разных местах, но его арестовывают только тогда, когда он снимает пьяных, которые валяются на центральных улицах. Недавно он снимал танцы в Парке Культуры и отдыха, на которые ходят только старики старухи, а молодых там совсем нет. Михайлов называет эти танцы "шерочка с машерочкой" и он снимал эти танцы уже много раз, поэтому его там все знают и никто не обижается, что он фотографирует таких старых старух, когда они танцуют как молодые девушки.
  
   24 января
  
   Меня вызывал к себе в кабинет Гаремов и спрашивал, что это за фотографии показывали в клубе Михайлов и Рупин. Я сказал, что это фотографии прибалтийских фотографов, которые Михайлов и Рупин привезли из Вильнюса и что эти фотографии они уже отправили назад.
   Гаремов сказал, что нужно внимательнее следить за тем, что приносят и показывают в фотоклубе, потому что это место становится все больше известно в городе и его уже спрашивали в обкоме партии, что это за фотографы там собираются и что это за группа "Время", которая посылает на запад порочащие нашу стану фотографии. Я сказал, что группа "Время" собирается у кого-нибудь из своих, а в фотоклубе они не говорят о своих делах и я не могу их не пускать в фотоклуб, потому что они не нарушают Устава. А кроме того, почти все они избраны или в Правление или в Художественный Совет и поэтому сами управляют работой фотоклуба и не слушают меня, как инструктора.
   Гаремов говорит, что ему уже звонили даже из КГБ и сказали, чтобы он внимательнее наблюдал за тем, что твориться у него в Доме самодеятельности и поэтому он мне дает задание еще внимательнее смотреть за тем, что делается в этой группе и что они там замышляют, а потом обо всем ему докладывать. А по-моему они просто болтают о фотографии и ничего плохого не делают, только Рупин и Малеваный начали снимать голых девушек, а потом делать из них фотографику.
   У Малеваного получаются красивые фотографии, а Рупин делает из девушек каких-то уродов. Он думает, что чем страшнее девушка выглядит на фотографии, тем фотография художественнее.
   Михайлов с Рупиным опять ездили в Москву и там познакомились с какими-то художниками, которых никто не хочет показывать на выставках и поэтому они устраивают выставки у кого-нибудь из своих знакомых в обычных квартирах. А когда они однажды устроили выставку на улице, то эту выставку разогнали бульдозерами и эту выставку стали называть "бульдозерной". На эти выставки приходят иностранцы и потом показывают у себя дома фотографии картин, которые они сфотографировали на этих выставках.
   В Москве Рупин и Михайлов познакомились с фотографом Слюсаревым и он им дал свои фотографии, чтобы они показали их в нашем фотоклубе. Фотографии хорошие и совсем не похожи на то, что снимают Рупин, Михайлов, Малеваный и Супрун. Только у Тубалева такие же фотографии, на которых просто показаны простые и добрые советские люди. Слюсарев, правда, людей не снимает, а снимает только городские пейзажи или даже не пейзажи, а только части домов, заборов, деревьев и проводов. Но у него даже эти мертвые предметы получаются красиво и качество у него хорошее.
   Рупин говорит, что Слюсарев тоже обязательно войдет в историю фотографии вместе с Павловым и Михайловым. А Михайлов рассказывал, что та теория удара, которую они придумали в группе "Время", вовсю действует и у тех художников, с которыми они познакомились в Москве. Эти художники ничем не отличаются от фотографов, потому что в современном искусстве главное, не то, как ты делаешь картину или фотографию или скульптуру и какая у тебя техника, а то, какие чувства и мысли это произведение искусства у тебя вызывает. Поэтому качество вообще не имеет никакого значения, а даже иногда мешает правильному восприятию художественного произведения.
   Еще он говорил, что сам снимает только те предметы и события, в которых присутствует красный цвет, а потом он отбирает из этих кадров такие, которые ему понравятся. Рупин спорил с Михайловым и говорил, что в таком случае можно прикрепить к автомобилю фотоаппарат и пустить его по улицам города, чтобы фотоаппарат крутился на автомобиле и снимал все подряд, что попадется. Если потом разобрать полученные снимки, то обязательно найдутся такие, которые можно будет считать художественными. Но ведь их снимал не фотограф и поэтому там нет автора, а Михайлов спорил, что его выбор - это и есть авторская фотография, и не важно, кто на самом деле делал эту фотографию.
   Их знакомый из Вильнюса Витас Луцкус сам сделал книгу, которая называется "Взгляд на старинную фотографию" и в этой книге совсем нет фотографий самого Луцкуса, а только всякие старые фотографии, которые Луцкус где-то собрал и даже перефотографировал. Я эту книгу не видел, но и Михайлов и Рупин говорили, что это очень сильная книга и Луцкус этой книгой дал всем почувствовать настоящую ценность фотографии. Михайлов говорит, что теперь, когда снимает что-нибудь, старается вспомнить эту книгу и тогда у него получаются хорошие фотографии. А я подумал, что как бы эти хорошие фотографии не привели его в тюрьму, которой грозил ему Виктор Петрович, потому что Михайлов снимает такие места, которые никак не прославляют нашу родину Советский Союз. Виктор Петрович говорил мне, что за всеми этими художниками, о которых рассказывали Рупин и Михайлов, давно наблюдают кому надо, но арестовать их пока не могут, так как в этом случае иностранцы поднимут страшный шум, будто бы у нас в стране нет свободы и художников притесняют и не дают развиваться свободному творчеству.
   А по-моему, у нас есть свобода и я всегда снимал все, что мне хотелось, а если бы я захотел снимать какие-нибудь секретные объекты или пьяных на улицах, то меня бы наказали, так как это уже не творчество, а настоящее шпионство.
   И то, что делает Михайлов, тоже можно назвать шпионством, так как он показывает иностранцам наши недостатки, которые мы еще не искоренили, потому что мы боремся за победу коммунизма и у нашего правительства еще не до всего дошли руки и оно не может за всеми нами уследить и все исправить.
  
   29 января
  
   Я хотел пожаловаться Виктору Петровичу на то, что мясники в магазинах обманывают покупателей и дают им мясо с костями, а он говорит, что это не главное, а главное, чтобы люди ничего не говорили плохого о советской власти. А если кто говорит плохое, то он и есть наш главный враг, а мясники пусть воруют, лишь бы не болтали.
   Мне уже давно никто не приносил халтуру и я не могу купить дочке другую кроватку, так как та, которая у нее есть сейчас, совсем развалилась, когда я задел ее, вставая ночью в туалет. Хорошо, что жена в это время держала дочку на руках, а то бы и дочка упала с этой кроватки.
   Я хотел купить в магазине мяса и даже простоял в очереди два часа, а мясник начал мне накладывать кости и говорит: "А куда я их дену? Пусть все берут понемножку". А мне костей совсем не нужно, потому что жена хотела сделать котлеты, чтобы у нее было молоко. А в очереди стали на меня кричать, что я "интеллигент сраный" и должен брать эти кости, как все берут, потому что нельзя для меня одного устраивать новые порядки, потому что тогда все захотят брать мясо без костей, но где же взять столько мяса?
   Я не стал покупать это мясо и ушел из магазина, так как сильно обиделся, мне ведь нужно было всего один килограмм мяса, а мне дают столько костей, что жена не сможет приготовить из этого мяса котлет. Я согласен, что нужно каждому брать немного костей, чтобы всем доставалось понемногу, но если я беру всего один килограмм, то в нем не может же быть полкило костей. Эти мясники совсем обнаглели и живут лучше всех, потому что ездят на машинах и у них на руках у всех большие золотые перстни, которые почему-то называются "гайками".
   Я считаю, что это неправильно, когда тебя в магазине обманывают и не дают тебе купить мясо без костей. Я, конечно, понимаю, что у коровы есть кости и кто-то должен их покупать, потому что нужно экономить и нельзя эти кости выбрасывать, но если человеку не нужны кости, то не может же он покупать их только потому, что их некуда девать? Нужно честно распределять эти кости, чтобы всем доставалось понемногу, тогда это было бы справедливо. Но мясники своим знакомым отдают мясо без костей и тогда те кости, что у них остаются, им нужно распределять между остальными покупателями и этих костей получается слишком много на один килограмм, который мне нужен, чтобы жена могла сделать из него котлеты.
   У нас в фотоклубе один из старых фотографом рассказывал, что когда он был за границей в Югославии, то видел там в магазинах разные продукты и мясо продавали по разным сортам и совсем без костей. Я думаю, что хотя он и был в стране, которая числится в нашем социалистическом лагере, но все равно считается капиталистической, то все равно и там не может быть мяса без костей, потому что у их коров тоже есть кости, которые нужно куда-то девать.
   Он рассказывал много чего, но я думаю, что ему кто-то просто приказал так говорить, чтобы проверять на бдительность тех, кто его слушает.
   Наша соседка ездила этим летом к своей дочке в Эстонию, она там вышла замуж за моряка какого-то, и смотрела у них финское телевидение, так как Финляндия находится совсем рядом с Эстонией и оттуда в Таллинне можно смотреть финское телевидение. Так она говорит, что там по телевизору финны специально показывают разные красивые витрины, которых не может быть в жизни, чтобы наши люди думали, будто бы на западе все есть и даже мясо без костей, но на самом деле это все подстроено и иностранцы показывают это по телевизору специально для советских людей.
   Это противостояние уже всех нас достало и я бы бросил туда на них какую-нибудь бомбу, чтобы они не хвастались, будто у них мясо без костей и клубника появляется в шесть часов утра. Новый год нам с женой пришлось встречать без елки, потому что ее некуда было поставить в нашу маленькую комнату. Нужно будет еще раз сходить к товарищу Легостроевой и спросить у нее насчет квартиры.
  
   8 февраля
  
   Гаремов показал мне фотографии с какими-то картинами и сказал, что эти фотографии ему принес кто-то из членов фотоклуба и он думает, что это плохие картины, так как на этих картинах изображены всякие безобразия и уродства. Я посмотрел эти картины и сказал Гаремову, что это картины художника Питера Брейгеля, а книгу когда-то приносил в фотоклуб Ситниченко. Так как такую книгу купить нигде нельзя, то Тубалев взял ее и перефотографировал, а потом напечатал с нее фотографии и раздал их в группе "Время", потому что им всем нравится этот художник.
   Гаремов сказал, чтобы он больше не видел в Доме самодеятельности такую гадость, а я сказал, что Павлов говорил, будто бы некоторые из этих картин висят даже в Эрмитаже, и тогда Гаремов ничего не ответил мне и я ушел.
   Мне тоже не нравятся эти картины, но если они есть даже в Эрмитаже, то, наверное, их можно смотреть и даже перефотографировать. Мне лично нравиться художник Шилов, у которого такие картины, которые не отличишь от фотографии, настолько они качественно нарисованы. Но Михайлов и Рупин говорят, что Шилов вообще не художник, наверное они говорят так потому, что сами не умеют сделать такое хорошее качество даже фотоаппаратом, не говоря уже о красках и кистях, которыми пользуются художники.
  
   15 февраля
  
   Рупин принес фотографии, которые он сделал в театре оперы и балета. Оказывается, он работает еще и с издательством, которое выпускает всякие книжки, иллюстрированные фотографиями. Теперь он снимает балет и на собрание фотоклуба принес несколько фотографий. Я, наверное, чего-то не понимаю, раз таким людям, как Рупин, доверяют такое важное и почетное дело, как иллюстрирование книг.
   У него, может быть и неплохие фотографии, но он не имеет морального права публиковать свои фотографии в книгах, которые учат советских людей, потому что его самого нужно еще воспитывать, чтобы он не говорил про фотоклуб, что это "сборище воинствующего невежества". Фотографии сделаны способом фото графики и теперь они, как мне кажется, стали лучше, чем были тогда, когда были просто фотографиями. Может быть, Рупин прав, когда говорит, что нужно делать такие фотографии, которые бы отличались от тех, что получаются при обычном фотографическом процессе? В этом случае, как утверждает Рупин, в них будет видно авторское лицо, потому что автор сам выбирает способ фотографики, который он применяет для обработки своих снимков.
   А Тубалев не согласился с ним и говорит, что автора видно и без всяких там изощрений. Автора видно по тому, что именно и как он фотографирует, а если снимок сделан с помощью фотографики, то он всегда бывает похож на обычную графику, которую могут делать все художники. И такой снимок не так интересен, как может быть интересна обычная фотография, которую не может нарисовать ни один художник, разве что Шилов, но таких художников совсем немного и им нужно очень много времени, чтобы нарисовать картину, которая бы была похожа на фотографию. Фотографу же достаточно только нажать на спуск фотоаппарата в нужное время, чтобы получилась фотография. И у художников графические работы получаются гораздо интереснее, чем та фотографическая графика, которая сделана с применением фотоаппарата.
   Я не знаю, кто из них прав. Может быть Тубалев и Михайлов, а может быть и Рупин, потому что некоторые его фотографии мне нравятся и, хотя сам Рупин и вызывает подозрение Виктора Петровича в лояльности к нашему советскому строю, на этих фотографиях не видно, чтобы они были сделаны для того, чтобы очернить советскую власть.
  
   3 марта
  
   В облсовпрофе мне сказали, что меня поставили на очередь и уже этой осенью мне могут выделить квартиру, если ничего не произойдет такого, что может помешать этому.
   Товарища Легостроеву я так и не видел, хотя и подкарауливал ее много раз, когда она садилась в свою персональную машину и куда-нибудь ехала. Но я не мог подойти к ней и сказать, что я ее люблю, потому что рядом с ней всегда есть люди и я могу ее скомпрометировать. Я думаю, что это она помогла мне стать на очередь, чтобы мне так быстро дали квартиру, потому что обычно в этой очереди люди стоят помногу лет. Мне кажется, что я мог бы отказаться от этой квартиры, если бы товарищ Легостроева снова пригласила меня к себе в гости домой. Но она вышла замуж за какого-то ответственного руководителя из областного комитета партии и боится, наверное, себя компрометировать, чтобы не ударить в грязь лицом перед всеми членами профсоюза.
   В фотоклубе очень много говорили о том, что нужно еще больше активизировать нашу работу, так как о нас уже знают во многих фотоклубах страны и к нам поступает много приглашений приехать к ним в гости и поделиться своим опытом. Я думаю, что этой популярностью мы, конечно, должны быть благодарны группе "Время", которая все время посылает свои фотографии на различные выставки и поэтому ее знают в других фотоклубах, которые тоже участвуют в этих выставках. Кроме того Михайлов и Рупин часто ездят и в Москву и в Прибалтику и их там тоже уже знают, а от них и о нашем харьковском фотоклубе. Они ходят в гости к художникам, которые считают себя авангардистами и с которыми борется КГБ.
   Виктор Петрович прав, Михайлов тоже, наверное, диссидент, потому что я сам слышал, как он очень жалел, что ему не пришлось участвовать в "бульдозерной" выставке, на которой участвовали все московские авангардисты. Они с Рупиным поехали в Москву уже после этой выставки и Михайлов даже привез оттуда какую-то картину, которую никто кроме Рупина не видел, но я не думаю, что это хорошая картина, раз ее нарисовали какие-то авангардисты, а не члены Союза Художников СССР.
  
   20 марта
  
   На прошлом собрании Рупин все время крутился возле нового фотографа, который первый раз пришел в фотоклуб. Этот фотограф говорит, что знает Павлова, который уже давно, еще до того, как он ушел в армию, приглашал его прийти к нам. Он собирался прийти раньше, но все никак не решался, потому что не знал, как в фотоклубе посмотрят на его снимки.
   Он физик и работает в университете, а фотография для него просто хобби. Фамилия этого человека Макиенко и он в этот раз сразу же принес в фотоклуб свои фотографии. Фотографии у него очень качественные и Дрюков говорит, что такого хорошего фотографа можно принимать в члены фотоклуба и без кандидатского стажа.
   А Рупин сразу начал его агитировать бросить университет и пойти на работу фотографом. Он всегда лезет со своими предложениями, хотя его об этом никто не просит. Я бы сам никогда не бросил такую солидную работу в университете, потому что там он может стать настоящим ученым и даже преподавать студентам какие-нибудь предметы. А фотографией можно заниматься и в свободное время. Как Супрун.
   Супрун очень хороший фотограф, а работает инженером на какой-то кафедре в политехническом институте. Наверное, он тратит очень много времени на свои фотографии, потому что такие фотографии, которые он теперь делает, требуют очень много времени, так как нужно все наклеить, отретушировать, а потом еще и перефотографировать, чтобы все думали, что это одна фотография, а не несколько фотографий, из которых она сделана в действительности. Потому почти никто и не занимается у нас монтажом, что это очень сложно делать технически. Только Рупин в последнее время говорит, что нужно монтаж делать по-другому. Не наклеивать фотографии и потом переснимать их, чтобы получилась одна, а сразу на пленке совмещать несколько изображений. Мне лично кажется, что так будет еще сложнее, а результат будет таким же, так что этот способ вряд ли лучше, чем тот, которым пользуется Супрун.
   Виктор Петрович говорит, что это ничего, что в фотоклубе будут теперь и ученые из университета, но плохо то, что они могут попасть под влияние группы "Время" и тогда эту заразу разнесут и среди ученых. Но я не думаю, что ученым может быть интересна какая-то фотография и поэтому они вряд ли могут попасть под влияние фотографов.
  
   25 марта
  
   Славик предложил поехать куда-то в Россию, чтобы там снимать детей в школах. Я отказался, потому что не могу бросить свою работу, и предложил ему обратиться к Рупину, у которого, как я понял, есть свободное время и он смог бы поехать в такую поездку.
   Потом я узнал, что Рупин поехал в эту поездку вместе с Михайловым и они должны сфотографировать там детей, а потом напечатать дома портреты. Им оплачивают дорогу и проживание в гостинице, а потом, когда они сделают фотографии, заплатят еще и за портреты. Конечно, это хорошая "халтура" и жаль, что я сам не смог поехать в эту поездку.
   А у Малеваного случилось большое несчастье, у него сгорела фотолаборатория, в которой было и фотографическое оборудование, и материалы, и все художественные снимки, которые он сделал за все время своего занятия фотографией.
   Вот это настоящее горе! Столько лет делать фотографии, а потом потерять все в один день, вернее, в одну ночь. Теперь ему заново нужно будет делать все то, что он уже сделал до этого. Он говорит, что у него в сейфе лежали деньги, которые тоже сгорели, и тогда он отнес эти сгоревшие деньги в банк и там ему их вернули и у него теперь есть хотя бы эта маленькая радость на фоне того горя, которое у него случилось. Все очень жалели Малеваного, а он как-то спокойно отнесся к этому пожару и к тем потерям, которые у него произошли.
   Но Виктор Петрович говорит, что они не имеют никакого отношения к этому пожару и Малеваный сам виноват, что плохо следил за электрической проводкой у себя в фотолаборатории.
   Кто-то спросил, почему так долго в фотоклубе не было Тубалева, а Супрун говорит, что он сейчас делает много курсовых работ для студентов-заочников и таким спобом зарабатывает деньги. Тубалев, хотя и не закончил институт, но делает курсовые работы, потому что сам научился всяким предметам, которые проходят в институте. А еще он собирает песни Высоцкого, которые хотя и запрещают крутить в ресторанах и кафе, очень хорошие и мне тоже нравятся. Тубалев говорит, что уже собрал больше, чем пятьсот песен, и у него теперь есть чуть ли не полное собрание всего, что написал и поет Высоцкий. Виктор Петрович сказал мне, что до Высоцкого тоже когда-нибудь доберутся, потому что он завел шашни с французской актрисой Мариной Влади, которая хотя и родилась в России, теперь живет во Франции и снимается там в иностранном кино. Она иногда приезжает к нам в страну и у них с Высоцким начался роман и он даже сам несколько раз ездил к ней в Париж и купил там иностранный автомобиль.
   Высоцкий приезжал к нам в Харьков и был в гостях у Михайловых, куда его пригласил младший брат Михайлова Анатолий. Он очень шустрый и к ним домой часто приходят всякие артисты, которые приезжают в наш город на гастроли. Виктор Петрович говорит, что такие люди всегда находят друг друга и поэтому за ними и следят, чтобы быть готовыми, когда эти люди задумают что-нибудь плохое для советской власти. А по-моему, они ничего плохого не задумывают, а если и поют песни, то в них никогда не говориться о том, что советская власть плохая и что нужно что-нибудь с ней сделать. Я думаю, что Виктор Петрович все-таки немного перегибает палку, когда думает обо всех, что они только и думают о том, как бы навредить нашей Родине. Просто людям хочется больше свободы и чтобы они пели, что хотят и чтобы за ними не следили постоянно и пускали за границу хотя бы в страны социалистического лагеря. Мне пока не дали путевку в какую-нибудь страну, но зато пообещали дать квартиру, когда будет их распределение в облсовпрофе.
  
   7 апреля
  
   Ситниченко купил разборную польскую яхту и они с Рупиным ездили на Салтовское водохранилище и учились собирать эту яхту ее и плавать на ней. Ситниченко сказал, что теперь он ходит в яхт-клуб и собирается поехать летом на Аральское море, потому что там очень интересно и он хочет привезти оттуда много фотографий, на которых покажет, как это море постепенно исчезает, потому что вокруг сплошная пустыня и очень жарко.
   Михайлов и Рупин вернулись из поездки и начали обрабатывать пленки, но испортили их и теперь им грозят бандиты, которые, как оказалось, и послали их в эту поездку. Хорошо, что я не смог поехать, а то и мне бы теперь грозили эти бандиты, а я не знаю, где бы я взял деньги, которые они теперь требуют от Рупина и Михайлова. Оказывается, они плохо проявили пленки, так как в воде оказался песок и когда они высохли, к этим пленкам присох песок и теперь все фотографии будут испорчены и их нужно будет ретушировать. Но ретушировать фотографии получается очень дорого и они ничего не заработают, да еще и заплатят свои деньги, если отдадут кому-нибудь отретушировать испорченные фотографии.
  
   15 апреля
  
   Я звонил в облсовпроф и мне сказали, что они уже получили квартиры, но будут распределять их только в мае и поэтому я должен принести всякие справки, которые нужны для того, что мне могли выделить квартиру. Я уже ходил в ЖЭК, но оказалось, что получать справки не так просто и для этого нужно много времени, поэтому мне придется теперь каждый день ходить в какое-нибудь учреждение за справками.
   Этих квартир на самом деле еще нет, а их только собираются строить и построят только к осени. Но распределять их начинают уже сейчас, чтобы люди были готовы, когда нужно будет вселяться в новую квартиру. Мне даже не верится, что у нас с женой и Евдокией может быть своя собственная квартира и нам не придется больше снимать квартиру у такой вздорной старухи, как Екатерина Ниловна.
  
   5 мая
  
   Ситниченко уехал на Аральское море, а я все еще собираю справки для получения квартиры. Осталось еще несколько и тогда я смогу отнести их в наш профсоюзный комитет, который будет заседать по распределению квартир в конце мая.
   Я слышал, как Рупин кому-то рассказывал, что они послали свои фотографии от группы "Время" на какую-то выставку в ФРГ, где будут участвовать только творческие группы со всего мира. Они все собирались у Табалева и спорили часов восемь, пока не отобрали, какие фотографии они будут посылать, а какие нет. Рупин говорит, что отобрали и его последнюю фотографию, на которой голая девушка лежит на брусчатой мостовой. Снимок вроде бы сделан ночью, потому что горят фонари и виден свет от машин, но я знаю точно, что это коллаж и на самом деле девушка там не лежала, а Рупин просто вставил ее в фотографию ночного города.
   Когда он принес эту фотографию в фотоклуб, то все говорили, что тут никакой красоты нет и не нужно делать такие фотографии, а Рупин опять кричал, что красоты и не должно быть, потому что искусство это не красота, а правда, как ее понимает художник. И если художнику кажется, что правда в том, что девушка лежит голой на мостовой, то это и есть искусство. И Михайлов тоже защищал Рупина и говорил, что главное в фотографии это видение художника, а не правда действительности, потому для разных людей эта правда может быть разной.
   Если какой-нибудь начальник едет на персональном автомобиле с личным шофером и смотрит в окно на улицу, по которой он едет, то он видит одну правду. Если же на ту же улицу и в то же самое время человек смотрит из окна трамвая, и при этом у него закончились деньги, а до зарплаты еще несколько дней, то эта же улица кажется ему совсем другой. И где тут настоящая правда, никто сказать не может, потому что для разных людей она разная.
   Так и в искусстве. У каждого художника собственные представления о правде и поэтому все результаты этих представлений одинаково интересны. Степень же этого интереса зависит только от мастерства и таланта, с которыми художник демонстрирует зрителю свою правду. И еще от стереотипов времени, в которое он живет и которым может и не подчиняться, создавая собственные стереотипы, которые могут быть востребованы только следующими поколениями зрителей. Именно поэтому очень часто слава приходит к художнику только после его смерти, когда в обществе окончательно формируются новые взгляды на действительность, которые были прозорливо предсказаны художником задолго то того, как они стали достоянием миллионов зрителей.
   Я, конечно же, не все понял из того, что они говорили, но Виктор Петрович дал мне маленький магнитофон и я теперь могу записывать все разговоры, которые происходят в фотоклубе. Потом, на другой день, я слушаю то, что записалось, и записываю на бумаге некоторые самые интересные слова, которые были сказаны вчера. Виктор Петрович говорит, что я должен отдавать ему эти пленки, чтобы они хранились, как свидетельства истории, потому что в будущем эти записи могут понадобиться, чтобы решить, кто из нас был прав.
  
   20 мая
  
   Вчера состоялось заседание профсоюзного комитета Дома самодеятельности и мне выделили трехкомнатную квартиру. Сказали, что ордер дадут через неделю, когда распределение квартир будет утверждено в облсовпрофе. Бухгалтерша говорит, что она не помнит такого случая, чтобы человеку дали квартиру после того, как он проработал у них в организации всего чуть больше года. Она говорит, что, наверное, меня очень ценят в облсовпрофе и поэтому хотят, чтобы я работал на этом месте долго. Я думаю, что это товарищ Легостроева мне помогла, хотя я давно уже ее не видел и даже не знаю, где она теперь живет после того, как вышла замуж. Нужно будет сходить к ней на прием поблагодарить ее за то, что она помогла мне получить квартиру. Я уже и не думаю о том, чтобы снова с ней встречаться, и мне даже не верится, что между нами когда-то что-то было.
   Рупин говорит, что получил от Павлова письмо, в котором тот пишет, что осенью возвращается из армии, но будет подавать документы в еще один институт, теперь уже художественный, который учит на операторов кино и телевидения.
   Вот живут люди! Я, например, ни одного института не окончил, а Павлов хочет учиться уже во втором. Выходит, что государство тратило на него деньги зря, раз он не хочет работать по той специальности, которой его учили в университете. Я бы запретил учиться в двух институтах, чтобы все было справедливо и мне тоже можно было бы учиться.
   Но мне нельзя сейчас учиться в институте, так как я должен содержать и жену и дочку. А если я получу квартиру, то нужно будет ее обставлять мебелью, потому что никакой мебели у нас с женой нет, раньше ее некуда было нам ставить и поэтому мы ничего и не покупали. А теперь, когда у нас будет собственная квартира, мы должны обставить ее своей собственной мебелью, чтобы в ней было красиво. Но мебель стоит ужасно дорого и за ней нужно записываться в очередь, потому что на всех мебели еще не хватает, так как у нас в стране идет грандиозное строительство и многие люди получают собственные квартиры, которые нужно обставлять мебелью. Нужно будет попросить Славика, чтобы он давал мне побольше халтуры, чтобы я смог заработать деньги на мебель и другую обстановку в своей новой квартире.
  
   27 мая
  
   Вчера получил ордер и сразу же поехал посмотреть на свой дом, в котором мне дали квартиру. Дом уже построен, только в нем нет пока ни окон ни дверей. Но строители говорят, что к осени все будет готово и мне можно будет въезжать в новую квартиру.
   В фотоклубе собирается все меньше народу, потому что начинается лето и все уходят в отпуска. Я попросил Гаремова, чтобы мне дали отпуск, когда я получу квартиру, чтобы я смог в ней все подготовить и расставить мебель, если я, конечно, смогу ее купить. Я встал на очередь в мебельном магазине, и мне сказали в этой очереди те, кто стоит там уже долго, что можно дать взятку грузчикам и тогда мебель тебе достается раньше.
   Я считаю, что это неправильно, когда нужно давать взятку за то, чтобы получить какую-нибудь мебель или другой нужный тебе товар, потому что у нас в стране существует социальная справедливость и никто не имеет права брать взятки, как в Америке, за то что выполняет свои прямые обязанности, за которые ему платят деньги. Я сказал об этом Виктору Петровичу, а он говорит, что ничего страшного в этом нет, потому что грузчики получают маленькую зарплату и им тоже хочется хорошо жить.
   Я все больше думаю, что КГБ совершенно неправильно понимает политику партии, направленную на улучшение благосостояния наших граждан, потому что они совершенно не борются с недостатками и пережитками прошлого, а смотрят только за тем, чтобы никто не ругал советскую власть. Но, если советскую власть и ругает кто-нибудь, то именно за то, что никто не любит давать взятки за мебель и покупать мясо с костями, которое продают мясники с золотыми кольцами на пальцах. Люди хотят, чтобы была социальная справедливость, которая записана в нашей конституции и которой совершенно нет в капиталистическом обществе чистогана.
  
   27 августа
  
   Получил ключи от квартиры! Сегодня вечером поеду ее смотреть, а потом повезу туда жену. Пусть и она порадуется, какая у нас будет собственная квартира.
  
   8 сентября
  
   После лета все принесли много фотографий, а Рупин и Михайлов принесли фотографии и сказали, что они снимали вместе в Прибалтике и Крыму и поэтому их фотографии совместные. Михайлов еще зимой говорил, что нужно снимать всем вместе и чтобы автор у этих фотографий была вся группа "Время", но зимой никто не захотел с ним вместе фотографировать и теперь они попробовали так снимать вместе с Рупиным. Я не понимаю, как это может быть, чтобы автор был не один человек, а неизвестно кто. Ведь на спуск фотоаппарата нажимает один человек, значит и фотография, которая при этом получается, принадлежит одному этому человеку. Если я сделаю какую-нибудь удачную фотографию, а все скажут, что это фотография общая, то мне будет обидно, потому что никто тогда не узнает, какой я хороший фотограф, потому что именно я сделал эту фотографию. И как в этом случае присуждать премию, если фотография получит премию на какой-нибудь выставке? И кому достанутся деньги из этой премии? Если делить их между теми, кто считает себя автором, то обязательно получится спор, потому что не могут же сразу несколько человек нажимать на одну кнопку спуска на фотоаппарате?
   Рупин рассказывал, что когда-то давно художники вообще никогда не подписывали свои картины и никто не знал, кто эту картину в действительности написал. Они с Михайловым хотят, наверное, снова делать такие картины, на которых не будет имени автора, чтобы никто не мог доказать, что это именно они сделали фотографию, которую нельзя показывать на выставках и которая позорит наш советский строй. Я думаю, что именно поэтому они и хотят показывать на выставках свои фотографии, на которых не будет конкретного имени автора, а будет стоять только название их группы "Время".
   Они сняли вместе одну драку, когда были в Вильнюсе, но я не думаю, что такие фотографии нужно показывать всем зрителям, потому что на них видно, как один человек бьет другого, а это недопустимо в нашем справедливом обществе, в котором человек человеку друг, товарищ и брат. А на тех фотографиях, которые они снимали в Крыму есть и литовский фотограф Витас Луцкус, только он весь измазался грязью и на фотографии не узнать такого известного фотографа. А на другой фотографии Рупин сфотографировал Михайлова, когда тот тоже вымазался грязью и изображает из себя какого-то черта. Рупин тоже есть на этих фотографиях и он тоже вымазан грязью. И хотя они с Михайловым и говорят, что это грязь целебная, все равно человек не должен вымазываться в грязи, а у него должно быть чистое тело.
   Я рассказал об этом разговоре в фотоклубе Виктору Петровичу и он похвалил меня за правильное понимание нашей с ним ответственности перед историей. Он сказал, что история никому не прощает ошибок в деле коммунистического воспитания подрастающего поколения. Такими работами, которые делают в группе "Время", невозможно воспитать настоящего строителя коммунизма и мы с ним должны внимательно следить за тем, чтобы таким работам была дана правильная оценка и чтобы никто не сомневался в их вредности для воспитания нового человека. И действительно, ну, кого можно воспитать, если показывать им фотографии педерастов или коров на крыше и голых мужчин в бане? А если такие работы начнут показывать без имени автора, то тогда вообще невозможно будет определить, кого нужно наказывать, а кому выдавать премию на выставке.
   Мы уже вселились в свою квартиру, только мебели у нас нет, поэтому мы все спим пока на полу. Моя очередь на мебель продвигается очень медленно и мне, наверное, придется где-то искать деньги, чтобы заплатить взятку грузчикам. Славик сказал, что халтуры пока нет и я не знаю, где мне взять денег для этой взятки.
  
   15 сентября
  
   На последнее собрание фотоклуба Рупин принес фотографии голых девушек, которых он снимал этим летом. Я не знаю, может быть эти девушки и красивые, но на фотографиях Рупина этого что-то не заметно. Он снимает этих девушек то в лодке, то на велосипеде, то возле круглого стола в комнате и говорит, что он снимает их не для того, чтобы сделать красивую фотографию, а для того, чтобы найти настоящую красоту. Он говорит, что настоящая красота человека обычно скрывается под одеждами, так как одежды шьют по моде, а мода время от времени меняется и ничего нет смешнее, чем фотография женщины, одетой по моде, которая существовала десять или двадцать лет назад. А на обнаженной женщине нет модной одежды, а тело остается красивым всегда, независимо от того, что на него можно одеть.
   Михайлов тоже принес фотографии, на которых сфотографированы девушки, но эти девушки совсем еще маленькие, но играют во взрослых и надели их свадебные наряды. Это похоже на театр, только все действие происходит не на сцене, а на улице или в квартире. Может быть такие фотографии тоже нужны, я не знаю, но на выставках их показывать совершено незачем, потому что ничему хорошему они научить не могут и поэтому их не нужно показывать на выставках.
  
   19 сентября
  
   Виктор Петрович рассказал мне, что у нас с ним случилось ЧП, так как фотографии, которые группа "Время" посылала на выставку в ФРГ, вернулись через Москву и ее увидели там в главном управлении КГБ. Они сообщили об этих фотографиях в наше харьковское отделение и подняли скандал, что тут у нас не ведется работа и на выставки в капиталистические страны посылаются фотографии, которые позорят нашу страну, так как изображают голых девушек на дорогах ночью.
   Я сказал Виктору Петровичу, что это фотография Рупина и она на самом деле состоит их двух фотографий и поэтому никакой девушки на дороге в действительности нет, и это только художественный образ. А он сказал, что я, наверное, и в самом деле дурак, раз не понимаю, что это и есть идеологическая диверсия, за которую я тоже должен нести ответственность, так как во время не поставил его в известность об этой фотографии, чтобы он мог не допустить ее на выставку в капиталистическую страну. А теперь его могут уволить с работы и он и мне за это устроит веселую жизнь.
   А потом меня вызвал Гаремов и сказал, чтобы я немедленно собрал всех, кто входит в эту группу "Время" у него в кабинете. Я сказал, что постараюсь, но не смогу организовать встречу раньше, чем через два дня, а он говорит, если хочешь работать дальше, соберешь на завтрашнее утро.
  
   20 сентября
  
   В десять часов утра вся группа "Время", кроме Павлова, который еще не вернулся из армии, собралась в кабинете Гаремова и он сказал им, кто это сделал фотографию, на которой голая проститутка валяется на дороге в городе Харькове. Рупин говорит: "Я сделал, только она совсем не проститутка и не валяется, а просто лежит и я ее туда впечатал фотографическим способом".
   Гаремов начал орать, что он не потерпит таких фотографий в Доме самодеятельности, где собираются советские труженики, чтобы провести свой культурный досуг, и не даст превращать его в сборище хулиганов, из-за которых его вызывают в КГБ и он может потерять свое место директора.
   А Рупин начал возражать, что они свободные люди и могут сами отвечать за свои поступки и поэтому директору не нужно отвечать за них перед КГБ и они могут и уйти из фотоклуба, если их присутствие мешает директору.
   Тогда Гаремов сказал, что они вместе с облсовпрофом уже приняли решение ликвидировать фотоклуб, как очаг антисоветской заразы, а Рупин говорит: "Вот вам наши удостоверения и можете ими подтереться".
   Гаремов разозлился еще больше и закричал, чтобы все немедленно отдали ему свои удостоверения, потому что с этого момента никакого харьковского фотоклуба больше не существует и они могут проваливать отсюда и жаловаться на него хоть самому господу богу.
   А Тубалев говорит: "Какой же вы коммунист, если верите в бога, которого на самом деле и нет?" и тогда Гаремов выскочил из кабинета, а все достали свои удостоверения членов фотоклуба и положили их ему на стол.
  
   25 сентября
  
   Сегодня меня тоже уволили, потому что не может быть инструктора, если нет фотоклуба. Гаремов хотел забрать у меня ордер, но я сказал, что уже вселился в эту квартиру и никакого ордера ему не отдам. Он пригрозил, что мы еще с ним встретимся и тогда я пожалею о том, что плохо работал и из-за меня пришлось закрыть фотоклуб. Но я так не думаю, что из-за меня закрыли фотоклуб, потому что я вовремя сообщал обо всем, что там происходит и Виктору Петровичу и Гаремову и не могу нести ответственность за то, что фотоклуб закрыли и теперь фотографам негде собираться, чтобы обсуждать свои фотографические дела.
  
  
   Эпилог
  
   "... Лауреатом Международной премии Хассельблада за 2000 год в области художественной фотографии стал украинский фотограф Борис Михайлов.
   Премия, размер которой составляет 500 тыс. шведских крон (около $50 тыс.), вручена фотохудожнику из Харькова в шведском городе Гетеборг - на родине Виктора Хассельблада, конструктора известной фотокамеры.
   Как отмечено в решении жюри, Борис Михайлов отмечен премией за выразительный художественный рассказ о буднях простых харьковчан в период с 1960-х по 1980-е годы.
   Премия была учреждена в 1980 году и вручается ежегодно за развитие искусства фотографии. В предыдущие годы лауреатами премии, как правило, были фотографы из США и Западной Европы..."
  
   Выдержка из сообщения радио "Эхо Москвы"
  
   Краткая справка:
   Премия шведского концерна "Хасельблад", производящего одну из лучших в мире фотографических камер среднего формата, считается своеобразной Нобелевской премией, которой награждаются фотографы за заслуги перед мировой фотографией.
Оценка: 6.56*7  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Ю.Иванович "Обладатель-тридесятник" В.Крабов "Рус.Защитник и Освободитель" А.Максимов "Попаданец Сашка" О.Куно "Торнсайдские хроники" М.Васильев "В Африку!" А.Черчень "Разная доля нас ожидает" Г.Гончарова "Средневековая история.Первые уроки" М.Завойчинская "Иржина.Случайное-не случайно" К.Полянская "Береника" Е.Щепетнов "Нед.Свет и Тьма" К.Назимов "Рыскач.Школа истинных магов" Ю.Фирсанова "Работа для рыжих" Н.Трой "Игра Теней" А.Гринь "Забудь мое имя!" Д.Манасыпов "Вселенная Метро 2033:дорога стали и надежды" И.Шевченко "Сказки врут!" Е.Азарова "Охотники за луной" А.Гаврилова "Эмелис.Путь Магии и Сердца" И.Георгиева "Ева.Минус на минус" К.Стрельникова "Принц Темный,принц Светлый..." В.Чиркова "Все тайны проклятой расы"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"