Рыбаченко Олег Павлович: другие произведения.

По следам "Ледокола" Суворова-Резуна. Готовил ли Сталин нападение на Третий Рейх или это антисоветская пропаганда?

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Давайте обсудим эту тему в комментариях! Это согласитесь даже очень было бы интересно!

  Глава 15
  
  МОРСКАЯ ПЕХОТА В ЛЕСАХ БЕЛОРУССИИ
   Сделать закладку на этом месте книги
  
  Нас учили, что войны теперь начинаются без рыцарского "иду на вы".
  Адмирал флота Советского Союза Н.Г.Кузнецов
  
  Морской пехоты в Красной Армии не было. Для сухопутных сражений проще и дешевле использовать пехоту обычную, а высадка на дальних берегах пока в планы не входила.
  
  Но вот Гитлер рванул на запад, показав Сталину незащищенную спину. Этот неосторожный шаг Гитлера повлек за собой самые радикальные структурные изменения внутри Красной Армии: уничтожались остатки обороны и резко усиливался ударный кулак. 1940 год это год рождения советской морской пехоты. Она родилась в июне, в том самом месяце, когда Гитлер сокрушил Францию. В то время в составе советских вооруженных сил были два океанских и два морских флота и две речные флотилии: Амурская и Днепровская. Океанские флоты морской пехоты не получили. Тихий и Ледовитый океаны Сталина пока не интересуют. Амурская военная флотилия охраняла советские дальневосточные рубежи и тоже морской пехоты не получила. Днепровская военная флотилия, как мы уже знаем, была разделена на две наступательные флотилии, при этом Пинская, расположенная в лесах Белоруссии, получила роту морской пехоты. Правда, интересно: на океанах морской пехоты нет, а в белорусских болотах она есть. Из этого можно делать выводы, где Сталин готовит оборону, а где наступление.
  
  В составе Балтийского флота, единственным противником которого могла быть только Германия и ее союзники, была сформирована бригада морской пехоты численностью в несколько тысяч человек.
  
  Советская морская пехота 22 июня 1941 года получила боевое крещение в оборонительных боях, защищая военно-морскую базу Лиепая. База находилась менее чем в ста километрах от германских границ, но не имела никакой сухопутной обороны и к обороне не готовилась. По свидетельствам как советских адмиралов, так и германских трофейных документов, Лиепая была забита советскими подводными лодками, "как бочка селедкой". Официальная история советского Военно-морского флота, изданная Академией наук СССР, открыто признает, что Лиепая готовилась как передовая база советского флота для ведения наступательной войны на море (Флот в Великой Отечественной войне. 1941-1945. С. 138).
  
  Морская пехота находилась в Лиепае так близко от германских границ, что уже в первый день войны участвовала в оборонительных боях, хотя, конечно, создавали морскую пехоту совсем не для этого. В оборонительных боях простая пехота лучше морской.
  
  Дунайская военная флотилия имела две роты сухопутных войск, но в документах они официально морской пехотой не числятся. Это, однако, не говорит о большом миролюбии. Мы уже знаем, что еще до германского вторжения минимум две советские стрелковые дивизии25-я Чапаевская и 51-я Перекопская из состава 14-го стрелкового корпуса - в районе Дунайской дельты готовились (и хорошо подготовились) для действий в качестве морской пехоты.
  
  Еще более мощными силами обладал Черноморский флот. Официально он морской пехоты не имел, но в начале июня 1941 года из Закавказья в Крым был тайно переброшен 9-й особый стрелковый корпус генерал-лейтенанта П. И. Батова. Корпус был совершенно необычным по своему составу, вооружению и направленности боевой подготовки. 18-19 июня Черноморский флот проводил грандиозные учения с наступательной тематикой, при этом одна из дивизий 9-го особого стрелкового корпуса была посажена на боевые корабли и затем произвела высадку на побережье "противника". Высадка целой дивизии с боевых кораблей до этого никогда в Красной Армии не практиковалась.
  
  Совместным тренировкам флота и войск 9-го особого стрелкового корпуса Москва уделяла исключительное значение. Эти тренировки проходили под наблюдением специально прибывших из Москвы командиров высокого ранга.
  
  Один из них, вице-адмирал И. И. Азаров, открыто свидетельствует: все участники учений чувствовали, что учения проводятся неспроста и скоро придется полученные навыки использовать в войне, не на своей территории, конечно (Осажденная Одесса. С. 3-8).
  
  Если начнется война и советское командование применит 9-й особый стрелковый корпус в соответствии с его профилем и направленностью его подготовки, то где же можно его высадить? Не на советской же территории высаживать корпус с моря! Тогда где? Теоретически есть только три возможности: Румыния, Болгария, Турция. Но где бы мы корпус ни высадили, его немедленно надо будет снабжать, и для этого надо будет или высаживать дополнительные войска, или советским войскам нужно стремительно идти на соединение с 9-м особым стрелковым корпусом, а это в любом случае через Румынию.
  
  По странному совпадению в те же дни 3-й воздушно-десантный корпус тоже в Крыму проводил грандиозные учения с выброской управления, штаба корпуса и штабов бригад.
  
  Советские историки никогда не связывали вместе эти события: тренировки 14-го стрелкового корпуса для высадки с кораблей Дунайской флотилии, 3-го воздушно-десантного корпуса - с самолетов и планеров, 9-го особого стрелкового корпуса - с боевых кораблей Черноморского флота. Но эти события связаны. Они связаны по месту, времени, цели. Это подготовка агрессии гигантских масштабов. Это подготовка в самой последней стадии.
  
  Глава 16
  
  ЧТО ТАКОЕ АРМИИ ПРИКРЫТИЯ
   Сделать закладку на этом месте книги
  
  В современной "армии прикрытия" заложена и доминирующая оперативно-стратегическая идея активного внезапного вторжения. Отсюда ясно, что современный оборонительный термин "армия прикрытия" скорее является ширмой для внезапного наступательного удара "армии вторжения". Проблемы стратегического развертывания.
  Изд. военной академии РККА им.Фрунзе. 1935 г.
  
  В европейской части Советского Союза было пять военных округов, которые имели общие границы с иностранными государствами. Войска пяти приграничных округов и три флота составляли Первый стратегический эшелон. Приграничные и все другие округа в своем составе имели дивизии и корпуса, но армий в их составе не было.
  
  Армии существовали в Гражданской войне, а после нее были расформированы. Армии - это слишком большие формирования, чтобы их содержать в мирное время. Единственным исключением была Особая Краснознаменная армия. Но ее мы не можем принимать в расчет, так как под этим термином понимались все советские войска на Дальнем Востоке и в Забайкалье, а также авиация, морские силы, военные поселения и пр. Это огромное бесформенное образование включало в свой состав даже колхозы и свои собственные концлагеря. Необычность этого формирования подчеркивалась тем, что оно не имело номера, а во главе этой гигантской организации стоял Маршал Советского Союза.
  
  В 1938 году на Дальнем Востоке впервые в мирное время были сформированы две армии: 1-я и 2-я. Этот шаг советского правительства вполне понятен - с Японией отношения были очень плохими и периоды длительной вражды неоднократно выливались в настоящие бои и сражения с участием огромного количества войск.
  
  В европейской части страны армий со времен Гражданской войны не было. Приход Гитлера к власти, экономические, политические и военные кризисы в Европе, прямое столкновение советских коммунистов с фашистами в Испании, поглощение Германией Австрии и захват Чехословакии - все это и многое другое не повлекло за собой создания советских армий в Европе.
  
  Но вот с начала 1939 года Советский Союз вступает в новую эпоху своего существования. Начало эпохи знаменуется речью Сталина на XVIII съезде партии, которую в Берлине, по словам Риббентропа, "приняли с пониманием". Советская внешняя политика резко меняет курс: Великобритания и Франция открыто объявляются поджигателями войны. Сталин не протягивает Гитлеру руку дружбы, но советская дипломатия дает ясно понять Гитлеру, что если он протянет руку, то ее примут. Кстати сказать, протянутую руку Гитлера пожал не Сталин лично, а его верный друг Молотов. Но это видимая сторона начала новой эпохи, а вот подводная: в 1939 году Советский Союз начал формировать армии в европейской своей части. Позвольте полюбопытствовать: против кого? Против "поджигателей войны" - Великобритании и Франции - сухопутные армии использовать невозможно просто по географическим причинам. Против кого тогда? Неужели против Гитлера, с которым столь интенсивно ведутся закулисные переговоры о сближении?
  
  Итак, советская дипломатия "ищет пути к миру", а на западных границах тайно появляются армии, внезапно и целыми сериями: 3-я и 4-я армии - в Белоруссии, 5-я и 6-я - на Украине, 7-я, 8-я, 9-я - на финской границе. Армии набирают мощь, а в это время к ним добавляются новые: 10-я и 11-я-в Белоруссии, 12-яна Украине.
  
  Коммунистическая пропаганда иногда старается представить дело так, что вроде бы началась Вторая мировая война, и после этого Советский Союз начал формировать свои армии. Но дело обстояло не так. Существует достаточно доказательств того, что сначала Сталин принял решение сформировать армии, а потом начались войны и конфликты. Процесс создания армий даже по советским официальным источникам предшествовал сговору Молотова - Риббентропа. О 4-й и 6-й армиях известно, что в августе 1939 года они уже существовали. Есть сведения о том, что 5-я армия существовала в июле. 10-я и 12-я были созданы "до начала Второй мировой войны", т.е. до 1 сентября 1939 года. Об остальных тоже известно, что вначале эти армии были созданы в районе предстоящих конфликтов, а потом конфликты возникали.
  
  Каждая из этих армий через короткое время после своего создания побывала в деле: все семь армий, развернутых на польской границе, "освобождали" Польшу, а три армии на финской границе "помогали финскому народу сбросить гнет угнетателей". Трех армий тут не хватило - и вот новые: 13-я, 14-я, 15-я.
  
  После Зимней войны четыре советские армии на финских границах как бы ушли в тень, растворились, 15-я вскоре появилась на Дальнем Востоке, 8-я появилась на границах прибалтийских государств, а 9-я-на границах Румынии. После этого следуют "просьбы трудящихся" освободить их. И доблестные советские армии "освобождают" Эстонию, Литву, Латвию, Бессарабию, Северную Буковину. После этого 9-я снова уходит в тень. Она, как и 13-я, готова появиться в любой момент. И она появится.
  
  После завершения боев и "освободительных" походов ни одна армия не была расформирована. Это был невиданный прецедент во всей истории СССР. До этого армии формировались только во время войны и только для войны. Но СССР "освободил" всех, кого только можно. Больше в Европе освобождать некого. Дальше Германия. И вот именно в этот момент процесс создания новых армий резко ускорился.
  
  В июне 1940 года в Забайкалье формируются две армии: 16-я и 17-я. 16-я создавалась и располагалась так, чтобы ее в любой момент можно было быстро перебросить на запад. Но не она нас интересует, 17-я армия - вот что интересно. Создание армии с номером 17- это момент исключительной важности. В Гражданской войне в самый драматический момент кровавой борьбы за сохранение коммунистической диктатуры самый большой номер для обозначения армий был 16. Номера 17 никогда в истории Советского Союза не было. Появление армии с таким номером означало, что по числу общевойсковых армий Советский Союз в мирное время, не ожидая нападения извне, превзошел уровень, который был достигнут только однажды, только на короткий промежуток времени и только в ходе жесточайшей войны.
  
  Советские лидеры совершенно ясно понимали, что после создания армии с номером 17, Советский Союз перешел через невидимый никому со стороны Рубикон. Еще два года назад государство не могло себе позволить содержать ни одного формирования, которое можно было бы определить военным стандартом - армия. Теперь их создано столько, сколько не существовало никогда раньше, даже при всеобщей тотальной мобилизации всего населения, при полном напряжении в
  Скачать и читать книгу Геяровой
  Драконий отбор, или Пари на снежного в epub, fb2, онлайн
  litres.ru
  
  Яндекс.Директ
  18+
  сего экономического потенциала страны, духовных и физических сил всего общества. Советский Союз превзошел критическую степень могущества, и отныне развитие страны шло в совершенно новых условиях, с которыми не приходилось встречаться раньше.
  
  Ясно, что создание 17-й армии было государственным секретом высочайшей категории, и Сталин сделал все, для того чтобы этот секрет не был раскрыт ни за рубежом, ни даже внутри страны, 16-я и 17-я армии создавались так, чтобы их увидеть со стороны было почти невозможно. Вдобавок были предприняты дополнительные меры по пресечению слухов о наращивании советской военной мощи. Приказ о создании 17-й армии был подписан Маршалом Советского Союза С. К. Тимошенко 21 июня 1940 года (Приказ Наркома обороны N 4, пункт 3), а на следующий день, 22 июня, советское радио передало Сообщение ТАСС. Автором сообщения как всегда был сам Сталин. Германский посол Шуленбург безошибочно определил автора и сразу сказал о своем открытии Молотову. Молотов не нашел нужным опровергать "предположение" Шуленбурга...
  
  Сталин в Сообщении ТАСС использует свой любимый прием: вначале приписывает своим противникам слова, которых они не говорили, а потом очень легко разоблачает ложь. "Ходят слухи, что на литовско-германской границе сосредоточено не то 100, не то 150 советских дивизий..." Это сталинская выдумка. Я проверил газеты Великобритании, Франции, США, которые Сталин разоблачает как клеветников, - ни одна газета не называет таких фантастических цифр. Приписав западной прессе то, чего она не говорила, Сталин легко опровергает эту несуществующую клевету и переходит к главному: "В ответственных советских кругах считают, что распространители этих нелепых слухов преследуют специальную цель - набросить тень на советско-германские отношения. Но эти господа выдают свои затаенные желания за действительность. Они, видимо, не способны понять тот очевидный факт, что добрососедские отношения, сложившиеся между СССР и Германией в результате заключения пакта о ненападении, нельзя поколебать какими-то слухами и мелкотравчатой пропагандой" ("Правда", 23 июня 1940 года).
  
  В сталинском сообщении есть доля правды: советские войска создаются не у самой границы. Сталин об этом говорит. Но он молчит о том, что в глубине страны, вдали от любопытных взглядов, создаются сверхмощные формирования, которые под прикрытием другого (тоже ложного) Сообщения ТАСС однажды появятся на германской границе.
  
  Совершенно очевидно, что армии "предвоенного периода" по своей маневренности, техническому оснащению, огневой, ударной и боевой мощи стояли на несоизмеримо более высоком уровне, чем армии Гражданской войны. Но разница состояла не только в этом. Тогда армии были разбросаны на шести разных направлениях, теперь они были собраны только на двух, причем далеко не равномерно: против Японии, с которой не прекращаются конфликты - пять армий, против Германии, с которой подписан мир, и ее союзников - двенадцать армий.
  
  На этом бурный процесс создания армий не прекратился. В июле 1940 года на германской границе создается еще одна армия... 26-я.
  
  Что за номер? Как это понимать? Никогда в Красной Армии таких номеров не было, и порядок присвоения номеров неукоснительно соблюдался. Следующий номер должен быть 18. Отчего же 26-я? Отчего нарушается нумерация?
  
  У советских маршалов и знаменитых коммунистических историков мы не найдем ответа на этот вопрос. Но если изучить внимательно весь процесс создания армий, то сама история подскажет нам ответ. В 1940 году нумерация армий не была нарушена. Просто в это время все номера от 18 до 28 включительно были уже заняты. Развернув пять армий против Японии и двенадцать против Германии и ее союзников, летом 1940 года советское руководство принимает решение о создании еще одиннадцати армий. Одна против Японии, десять - против Германии.
  
  В этой грандиозной серии 26-я армия создавалась у самой границы, и ее формирование завершилось раньше других. Но все другие армии этой серии тоже находились в стадии формирования или, по крайней мере, уже было принято решение об их создании. Армии этой серии завершили свое формирование несколько позже, чем 26-я, но несомненно то, что они создавались ДО германского вторжения.
  
  23-я и 27-я армии тайно появились в западных военных округах в мае 1941 года. В том же месяце из мрака выплыла уже знакомая нам армия-привидение - 13-я. Через несколько недель другая такая же армия - 9-я - из расплывчатого миража превратилась в реальность. 13 июня 1941 года, в день передачи Сообщения ТАСС, появились и все остальные привидения: 18-я, 19-я, 20-я, 21-я, 22-я, 24-я, 25-я (против Японии), 28-я, составив один непрерывный ряд номеров.
  
  Да. Официально все эти армии завершили формирование в первой половине 1941 года. Но ведь это только конец процесса. Где же его начало? Это коммунистические историки скрывают, и у них есть на это причина. Создание этих армий слишком выдает коварство Сталина: пока Гитлер был врагом - армий не было, пока делили Польшу, пока советские и германские войска находились лицом к лицу, Сталину было достаточно иметь на западе 7-12 армий, но вот Гитлер повернулся к Сталину спиной, бросил Вермахт против Дании, Норвегии, Бельгии, Голландии, Франции с явным намерением высадиться и в Великобритании. Германских войск на советских границах почти не осталось. И вот именно в этот момент Советский Союз начинает тайное создание огромного количества армий, в числе которых была и 26-я. Чем дальше на запад, на север, на юг уходили германские дивизии, тем больше советских армий создавалось против Германии. Представим себе, что Гитлер пошел еще дальше, высадив свои войска в Великобритании, захватив Гибралтар, Африку и Ближний Восток, сколько тогда создал бы Сталин армий на беззащитной германской границе? И для чего?
  
  И развертывал Сталин армии до знаменитых "предупреждений" Черчилля и даже до того, как возник план "Барбаросса".
  
  Основу советской стратегии составляла теория "Глубокой операции". Образно говоря - это теория нанесения внезапных, очень глубоких ударов по самому уязвимому месту противника. Вместе с теорией "глубокой операции" родилась и теория "ударной армии" - инструмента, которым такие удары наносятся. Ударные армии создавались для решения только наступательных задач (СЭВ. Т. 1, с. 256). Они включали в свой состав значительное количество артиллерии и пехоты для того, чтобы проломить оборону противника, и мощный танковый кулак - 1-2 механизированных корпуса по 500 танков каждый - для нанесения сверхмощного удара в глубину.
  
  Германская теория "блицкрига" и советская "глубокая операция" поразительно похожи не только по духу, но и в деталях. Для осуществления "блицкрига" тоже создавался специальный инструмент - танковые группы. Для вторжения во Францию использовались три такие группы, для вторжения в СССР - четыре. Каждая из них имела 600-1000 танков, иногда до 1250 танков и значительное количество пехоты и артиллерии, чтобы проломить проход для танков.
  
  Разница между советским и германским механизмами войны заключалась в том, что в Германии все называлось своими именами, при этом - танковые группы имели свою нумерацию, полевые армии - свою. В Советском Союзе ударные армии существовали в теории, а затем были созданы и на практике, однако они формально не носили титул "ударная армия". Это название официально было введено уже после германского вторжения. До этого все советские армии имели единую нумерацию и по своим названиям никак друг от друга не отличались. Это вводило в заблуждение и тогда и сейчас: в Германии мы видим ярко выраженные механизмы агрессии - танковые группы. В Красной Армии мы их не видим так четко. Но это говорит не о большем миролюбии, а только о большей скрытности.
  
  Советские армии, на первый взгляд, как солдаты в строю - все на одно лицо. Но к ним стоит присмотреться, и различия мы увидим очень быстро. Например, для "освобождения" Финляндии за несколько месяцев до "финской агрессии" на советской территории развернуто несколько армий. Вот их состав в декабре 1939 года (перечисление армий с севера па юг):
  
  14-я армия - корпусов нет, две стрелковые дивизии; 9-я армия - корпусов нет, три стрелковые дивизии; 8-я армия - корпусов нет, четыре стрелковые дивизии; 7-я армия- 10-й танковый корпус (660 танков); три танковые бригады (по 330 танков в каждой); 10-й, 19-й, 34-й, 50-й стрелковые корпуса, (по три стрелковые дивизии в каждом); отдельная бригада; одиннадцать отдельных артиллерийских полков, помимо тех, которые входят в состав корпусов и дивизий этой армии; несколько отдельных танковых батальонов и артиллерийских дивизионов; авиация армии.
  
  Мы видим, что 7-я армия, хотя по названию ничем не отличается от соседей, по количеству танков и артиллерии превосходит в несколько раз три другие армии вместе взятые. Кроме того, 7-й армией командует К. А. Мерецков - сталинский фаворит, командующий Ленинградским военным округом. В ближайшее время он будет назначен начальником Генерального штаба, а потом получит звание Маршала Советского Союза. В 7-й армии не он один. Армия укомплектована самыми перспективными командирами, которые уже до этого занимали высокие посты, и в будущем поднимутся еще выше, например, штабом артиллерии 7-й армии правит Л. А. Говоров - будущий Маршал Советского Союза. А другими армиями командуют командиры, которые ничем себя не проявили в прошлом и не проявят в будущем.
  
  Интересно положение 7-й (ударной) армии. Там, где советское командование развернуло эту армию, "финская военщина" через несколько месяцев начала "вооруженные провокации" и получила "ответный удар". А там, где были развернуты слабые советские армии (по существу не армии, а просто корпуса), там "финская военщина" провокаций по какой-то причине не устраивала.
  
  Советская организация отличалась исключительной гибкостью. Простым добавлением корпусов любая армия в любой момент могла быть превращена в ударную армию и также быстро переведена на обычное положение. Яркий пример - та же 7-я армия. Самая сильная в 1940 году она была самой слабой в 1941 году - корпусов нет, четыре дивизии - все стрелковые.
  
  Для того чтобы понять смысл происходящих на советско-германской границе событий, мы должны четко определить, какие армии являются ударными, а какие обычными. Формально все армии одинаковы, и ни одна из них не носит названия ударной. Однако в составе некоторых армий танков почти нет, а в других армиях их сотни. Для выявления ударных армий мы используем элементарное сравнение ударной мощи советских армий с германскими танковыми группами и с советскими предвоенными стандартами, определяющими, что такое ударная армия. Элемент, который превращает обычную армию в ударную, - это механизированный корпус новой организации, в котором по штату положено иметь 1031 танк. Включи один такой корпус в обычную армию, и она по своей ударной мощи сравняется или превзойдет любую германскую танковую группу.
  
  Вот тут мы делаем для себя поразительное открытие: на 21 июня 1941 года ВСЕ советские армии на германской и румынской границах, а также 23-я армия на финской границе вполне подходили под стандарты ударных армий, хотя, повторяю, этого названия формально не носили. Перечисляю их с севера на юг: 23-я, 8-я, 11-я, 3-я, 10-я, 4-я, 5-я, 6-я, 26-я, 12-я, 18-я, 9-я. Вдобавок к ним разгружалась 16-я армия - типично ударная, имевшая в своем составе более 1000 танков (Центральный архив Министерства обороны СССР, фонд 208, опись 2511, дело 20, с. 128). Под этот стандарт также вполне подходили тайно выдвигавшиеся к германским границам 19-я, 20-я и 21-я армии.
  
  Германия имела мощные механизмы агрессии - танковые группы. Советский Союз имел в принципе такие же механизмы агрессии. Разница - в названиях и в количестве: у Гитлера - четыре танковых группы, у Сталина - шестнадцать ударных армий.
  
  Не все ударные армии были полностью укомплектованы танками. Это правда. Но чтобы полностью оценить намерения Сталина, нужно принимать в расчет не только то, что он совершил, но и то, что ему не позволили совершить. Германское вторжение застало Советский Союз в процессе создания небывалого количества ударных армий. Были созданы каркасы этих чудовищных механизмов, и шел процесс достройки, доводки, отлаживания. Не все армии удалось довести до планируемого уровня, но работа велась. И Гитлер сорвал ее, имея достаточно благоразумия для того, чтобы не ожидать, когда все эти механизмы агрессии будут достроены и отлажены.
  
  В двадцатые годы советские эксперты использовали термин "армии вторжения". Согласимся, звучал такой термин не очень дипломатично, особенно для соседних стран, с которыми советская дипломатия всеми силами старалась наладить "нормальные отношения". В тридцатые годы слишком откровенный термин был заменен более благозвучным - "ударные армии". Змея сменила шкуру, оставшись той же змеей: советские источники подчеркивают, что произошла только смена названий, не затронув существа - "армия вторжения" и "ударная армия" это одно и то же (ВИЖ, 1963, N 10, с. 31). Но и смягченный термин "ударная армия", как мы видим, до начала войны не применялся, хотя большинство советских армий его вполне заслуживало. Чтобы термин совсем облагозвучить, советские эксперты ввели для того же понятия еще и третий термин - "армия прикрытия". Между собой коммунисты четко определили лукавый смысл этих слов. В коммунистическом жаргоне таких понятий - целый табун. "Освободительный поход", "контрудар", "захват стратегической инициативы" соответственно означают агрессию, удар, внезапное нападение на соседа без объявления войны. Каждый из этих терминов - вроде чемодана с двойным дном: видимое содержание чемодана служит только для того, чтобы скрыть тайный груз. Очень жаль, что некоторые историки преднамеренно или по невежеству используют советские военные термины, не объясняя читателям их истинного значения.
  
  "Армии прикрытия" предназначались действительно для прикрытия отмобилизования главных сил Красной Армии. Но "прикрытие" планировалось осуществлять не обороной, а внезапным вторжением на территорию противника, и именно внезапное вторжение считалось самым лучшим прикрытием для спокойного проведения мобилизации и организованного вступления главных сил РККА. Еще 20 апреля 1932 года Реввоенсовет СССР постановил, что прикрытие будет осуществляться методом вторжения, и именно в этом понимании приграничные армии получали названия "армий прикрытия". Советские планировщики считали, что неверно будет считать, что начнется война и сразу после ее начала советские группы и армии вторжения перейдут границу. Нет, считали они: советские группы и армии вторжения сначала перейдут границу, и именно их действия и станут началом войны.
  
  Июль 1939 года - это момент, когда теория начала воплощаться в практику. Советский Союз начал массовое развертывание "армий прикрытия" на своих границах. Чем дальше на запад идет Гитлер, тем больше советские дипломаты говорят о мире, тем больше "армий прикрытия" создается на советских западных границах.
  
  Для того чтобы нам не попасть в ловушку советского словоблудия, термин "армии прикрытия" надо или брать в кавычки и каждый раз пояснять читателю, что "прикрытие" планировалось методом внезапного вторжения, либо просто использовать истинный термин - "армии вторжения".
  
  Среди обычных советских армий вторжения (один механизированный, два стрелковых корпуса и несколько отдельных дивизий) мы встречаем и не совсем обычные армии вторжения. Их три: 6-я, 9-я, 10-я. В каждой из них не по три корпуса, а по шесть: два механизированных, кавалерийский и три стрелковых. Каждая из них максимально придвинута к границе, причем, если граница имеет выступ в сторону противника, необычные армии вторжения находятся именно в этих выступах. Каждая из трех вооружена самым новейшим оружием, например, 6-й мехкорпус 10-й армии помимо прочих имеет 452 новейших танка Т-34 и КВ, а 4-й мехкорпус 6-й армии помимо прочих имеет 460 танков Т-34 и КВ. Авиационные дивизии этих армий имели сотни новейших самолетов Як-1, МиГ-З, Ил-2, Пе-2.
  
  После полного укомплектования каждая из этих трех армий должна была иметь в своем составе 2350 танков, 698 бронемашин, свыше 4000 орудий и минометов, более 250 000 солдат и офицеров. Кроме основного состава каждая из этих армий должна была получить дополнительно 10-12 тяжелых артиллерийских полков, части НКВД и многое другое.
  
  Не знаю, как назвать эти армии, но если мы формально используем их имена: 6-я армия, 9-я, 10-я, то попадем в ловушку, установленную советским Генеральным штабом еще в 1939 году. Мы в этом случае просто теряем бдительность и представляем их как самые обыкновенные армии вторжения. Но они совершенно необычны! Ни в Германии, ни в какой другой стране мира не было ничего подобного. Каждая из этих армий по количеству танков была равна примерно половине Вермахта при абсолютном качественном перевесе. Но и это не все. Советское командование имело в своих руках достаточное количество механизированных корпусов, не входящих в состав армий, но расположенных вблизи границ. Просто включите один отдельный мехкорпус в состав обычной армии, и она сразу станет ударной. Или введите второй такой же корпус в состав ударной армии вторжения, и она станет сверхударной (или как ее еще там назвать). И все это без изменения номера и названия армии. А можно в состав сверхударной армии ввести еще и третий мехкорпус, и тогда количество танков в одной армии превысит весь Вермахт... Как бы нам такую армию назвать? И если германские танковые группы по 600-1000 танков мы именуем механизмами агрессии, как бы нам назвать армии по две-три тысячи танков в каждой?
  
  Три сверхударные армии - исключение среди всех остальных армий вторжения. Но среди трех исключительно мощных армий одна выделяется особо-9-я. Еще совсем недавно, в Зимней войне, 9-я армия была просто стрелковым корпусом (три стрелковые дивизии) с громким названием. После Зимней войны 9-я армия растворилась, и вот под прикрытием Сообщения ТАСС от 13 июня 1941 года она вновь появляется из мрака и небытия. Она еще не полностью укомплектована. Она как каркас небоскреба, который еще не завершен, но своей исполинской массой уже закрывает солнце. В июне 1941 года 9-я армия была недостроенным каркасом самой мощной армии мира. В ее составе шесть корпусов, включая два механизированных и один кавалерийский. Всего в 9-й армии на 21 июня 1941 года семнадцать дивизий, в том числе две авиационные, четыре танковые, две моторизованные, две кавалерийские, семь стрелковых. Очень похоже на другие сверхударные армии, но в состав 9-й армии планируется включить еще один механизированный корпус - 27-й, генерал-майора И. Е. Петрова. Корпус создан в Туркестанском округе и, не завершив формирования, тайно перебрасывается на запад. После его включения в составе армии будет двадцать дивизий, включая шесть танковых. Если все это укомплектовать, в составе семи корпусов 9-й армии будет 3341 танк.
  
  По количеству это примерно весь Вермахт, по качеству - лучше. Генерал-полковник П. Белов (в то время генерал-майор, командир 2-го кавалерийского корпуса 9-й армии) свидетельствует, что даже кавалерия этой армии должна была получить танки Т-34 (ВИЖ, 1959, N II, с. 66).
  
  Еще недавно 9-я армия имела командиров, которые ничем не проявили себя ни раньше, ни потом. Теперь все изменилось. Во главе 9-й армии стоит генерал-полковник. В то время это было исключительно высокое звание. Во всех вооруженных силах СССР было только восемь генерал-полковников, причем в сверхмощных советских танковых войсках - ни одного, в авиации - ни одного, в НКВД - ни одного. Во главе тридцати советских армий - генерал-майоры и генерал-лейтенанты. 9-я армия - единственное среди них исключение. А кроме того, в этой исключительной армии собраны очень перспективные офицеры и генералы. Среди них три будущих Маршала. Советского Союза: Р. Я. Малиновский, М. В. Захаров, Н. И. Крылов, будущий маршал авиации и трижды Герой Советского Союза А. И. Покрышкин, будущий маршал авиации И. П. Пстыго, будущие генералы армии И. Е. Петров, И. Г. Павловский, П. Н. Лащ
  Книга Осторожно: блондинка
  Читать и скачать книгу Хрусталевой в epub, fb2, txt. Без регистрации.
  litres.ru
  
  Яндекс.Директ
  18+
  енко и многие другие талантливые и агрессивные командиры, уже проявившие себя в боях, как 28-летний генерал-майор авиации А. С. Осипенко, или подающие надежды (которые в большинстве случаев блестяще оправдались) . Создается впечатление, что чья-то заботливая рука тщательно выбирала все, что было лучшего и перспективного, в эту необычную армию. Где же она располагалась?..
  
  Вот тут мы подошли к небольшому, но знаменательному открытию: в первой половине июня 1941 года в Советском Союзе создавалась самая мощная армия мира, но она создавалась НЕ НА ГЕРМАНСКОЙ ГРАНИЦЕ.
  
  Это потрясающий факт (по крайней мере для меня лично). Есть достаточное доказательство того, что титаническое наращивание советской военной мощи на западной границе вообще, и в Первом стратегическом эшелоне, в частности, было вызвано не германской угрозой, а другими соображениями. Положение 9-й армии ясно указывает на эти соображения: она создавалась НА РУМЫНСКОЙ ГРАНИЦЕ.
  
  После первого исчезновения 9-я армия внезапно появляется в июне 1940 года на румынской границе уже не как второстепенная армия, теперь она возникла в новом качестве настоящей ударной армии. Предстоял "освободительный поход" в Бессарабию, и советские источники указывают, что "9-я армия создавалась специально для решения этой важной задачи" (ВИЖ, 1972, N 10, с. 83). Подготовка армии осуществлялась наиболее агрессивными советскими командирами. Инспектировал армию накануне "освободительного похода" выпущенный из тюрьмы К. К. Рокоссовский. 9-я армия вошла в состав Южного фронта в качестве ключевой лидирующей армии, выполняя такую же роль, как 7-я армия в Финляндии. Фронтом командовал лично Г. К. Жуков. После короткого "освободительного похода" 9-я армия снова исчезнет. И вот под прикрытием Сообщения ТАСС от 13 июня 1941 года она появляется вновь на том же самом месте, где год назад завершила "освобождение".
  
  Теперь она уже не просто ударная армия вторжения, она сверхударная, она готовится стать самой мощной армией мира. Для чего? Для обороны? Позвольте, но на румынской стороне войск совсем немного, да если бы и было много, ни один агрессор не будет наносить главный удар через Румынию, просто из самых элементарных географических соображений. Но вот новый "освободительный поход" 9-й армии в Румынию мог бы изменить всю стратегическую ситуацию в Европе и в мире. Румыния - основной источник нефти для Германии. Удар по Румынии - это смерть Германии, это остановка всех танков и самолетов, всех машин, кораблей, промышленности и транспорта. Нефть-кровь войны, а сердце Германии, как ни странно, находилось в Румынии. Удар по Румынии - это прямой удар в сердце Германии.
  
  Вот почему самые перспективные командиры оказались именно тут. 9-я армия появилась внезапно в середине июня 1941 года. Но эта внезапность - только для посторонних, 9-я армия всегда была здесь, минимум с середины 1940 года. Просто ее название в течение некоторого времени не употреблялось официально, а приказы шли из штаба округа прямо в корпуса. Штаб 9-й армии и штаб Одесского военного округа (созданного, кстати, в октябре 1939 года) просто сливались в единое целое и так же просто разъединялись. 13 июня 1941 года произошло именно такое разъединение.
  
  Опыт показывает, что после появления ударной армии на границе небольшого государства, не более чем через месяц следовал приказ "освободить" соседние территории. Вне зависимости от того, как бы развивались события после вторжения советских войск в Германию (которая, кстати, как и Советский Союз, к обороне не готовилась), исход войны мог быть решен вдали от основных полей сражений. Сталин явно на это рассчитывал. Вот почему 9-я армия была самой мощной. Вот почему еще в марте 1941 года, когда 9-я армия еще официально и не существовала, тут уже появился молоденький, но исключительно дерзкий генерал-майор Р. Я. Малиновский. Тот самый Малиновский, который через четыре года удивит мир потрясающим броском через пустыню и горы на гигантскую глубину в Маньчжурии.
  
  В 1941 году перед Малиновским и его товарищами по 9-й армии задача была совсем простая. Им предстояло пройти не 810 километров, как в Маньчжурии, а 180; не по пустыне и горам, а по равнине с вполне хорошими дорогами. Удар предстояло нанести не по японской армии, а по гораздо более слабой, румынской. Кроме того, 9-й армии планировалось дать в три раза больше танков, чем 6-й гвардейской танковой армии досталось в 1945 году.
  
  Гитлер не позволил всему этому случиться. В заявлении германского правительства, переданном советскому правительству в момент начала войны, указаны причины германской акции против Советского Союза, среди этих причин - необоснованная концентрация советских войск на границах Румынии, что представляло собой смертельную опасность для Германии. Все это не выдумки "пропаганды Геббельса". 9-я сверхударная армия создавалась исключительно как армия наступательная. Генерал-полковник П. Белов свидетельствует, что даже после начала германских операций на советской территории в 9-й армии "на каждую оборонительную задачу обычно смотрели как на кратковременную" (ВИЖ, 1959, N11, с. 65). Впрочем, этим страдала не одна 9-я армия, а все другие советские армии.
  
  Гораздо более интересное сообщение о настроениях в 9-й армии делает трижды Герой Советского Союза маршал авиации А. И. Покрышкин (в то время старший лейтенант, заместитель командира истребительной эскадрильи в составе 9-й армии). Вот его разговор с "недорезанным буржуем", у которого освободители отобрали магазин. Дело происходит на территории "освобожденной" Бессарабии весной 1941 года.
  
  - О, Букурешт! Увидели бы вы, какой это город!
  
  - Когда-нибудь его увижу, - ответил я убежденно.
  
  Хозяин широко раскрыл глаза, ожидая, что я скажу дальше. Надо было менять тему разговора" (А. И. Покрышкин. Небо войны. С. 10).
  
  Мы не хотим верить Гитлеру в том, что он планом "Барбаросса" защищал Германию от предательского удара советских войск на Бухарест и Плоешти.
  
  В этом случае давайте верить противоположной стороне! А противоположная сторона говорит то же самое: да, даже лейтенанты знали, что скоро они побывают в Румынии. В качестве туриста советский офицер не имеет права гулять по заграницам. Советский Союз - это не Российская империя с ее свободами. В каком же качестве мог Покрышкин попасть в Румынию, кроме как в качестве "освободителя"? В словах молодого офицера не было никакого бахвальства: после войны Старший Брат, товарищ Покрышкин, побывал в "освобожденном" Бухаресте. Гитлер сделал все что мог, чтобы это предотвратить. Предотвратить не удалось. Удалось только немного оттянуть неизбежное "освобождение".
  
  Глава 17
  
  ГОРНЫЕ ДИВИЗИИ В СТЕПЯХ УКРАИНЫ
   Сделать закладку на этом месте книги
  
  Эффективными будут воздушные десанты на горных театрах войны. Ввиду особой привязанности войск, штабов и органов тыла в этих условиях к дорогам, возможно применение воздушных десантов для захвата в тылу противника, на его сообщениях и путях, командующих высот, теснин, перевалов, узлов дорог и т.д., что в итоге может привести к исключительно важным результатам... Вне рамок наступательной операции выброска десанта едва ли вообще целесообразна.
  Военный вестник, 1940, N 4, с. 76-77
  
  Даже беглое знакомство с советскими армиями Первого стратегического эшелона открывает перед нами удивительную картину кропотливой подготовки к войне. Мы обнаруживаем, что каждая армия имела свою неповторимую структуру, свой характер, свое предназначение. Каждая армия "прикрытия" создавалась для решения четко определенной, только ей присущей задачи в предстоящей "освободительной" войне.
  
  Опубликовано достаточно материалов, для того чтобы о каждой из тридцати советских армий, существовавших в первой половине 1941 года, написать отдельное увлекательное исследование. Если изучить структуру, дислокацию, направленность" боевой подготовки даже одной советской армии (все равно какой), то и тогда "освободительная" направленность советских приготовлений будет очевидна.
  
  Не имея места описывать все армии в первом томе, я сейчас позволю себе только очень коротко остановиться на одной из них. Официально она именуется 12-я армия. В ее составе один механизированный и два стрелковых корпуса и другие части; всего дивизий - девять, в том числе две танковые и одна моторизованная. С первого взгляда - обычная армия вторжения. Ни по номеру, ни по названию, ни по составу не отличимая от других таких же армий вторжения. История ее стандартна: создана в момент подписания пакта Молотова-Риббентропа. Через несколько недель после создания - в деле: "освобождает" Польшу. Тогда в ее составе был танковый корпус, две отдельные танковые бригады, два кавалерийских корпуса и три стрелковые дивизии. Мало пехоты и артиллерии - это неспроста: проламывать мощную оборону тут не надо. Зато вот подвижных войск много. "12-я армия... являлась по существу, фронтовой подвижной группой" (СБЭ. Т. 8, с. 181).
  
  Стандартна и дальнейшая судьба этой армии: "освободительный поход" в Польше завершился, а армию по каким-то причинам не расформировали, так и оставив на германской границе. Зачем? Говорят, что Сталин, наивный, Гитлеру верит. Отчего же он не распускает свои армии, которые создаются только на случай войны?
  
  Далее 12-я армия переживает такую же трансформацию, как и все соседние армии вторжения. Ее главный ударный механизм теперь называется не танковым корпусом, а механизированным. Это чтобы лидеры сопредельного дружественного государства не беспокоились. Правда, изменение названия влечет за собой не уменьшение количества танков в армии, а увеличение. Кавалерия из армии убрана. Возможности рвать оборону противника повышены: количество стрелковых дивизий увеличено вдвое, количество артиллерии в каждой дивизии тоже увеличено вдвое, кроме того, армия получила в свой состав артиллерийскую бригаду и четыре отдельных артиллерийских полка. Возможности преодолевать инженерные заграждения противника тоже возросли - в армию введен отдельный инженерный полк.
  
  Что же в этой армии необычного? Все армии вторжения развивались примерно в том же направлении. Необычным является национальный состав армии. В 1939 году, готовясь к вторжению в Польшу, Сталин укомплектовал 12-ю армию украинцами, видимо, рассчитывая на давнюю польско-украинскую рознь. Во главе армии встал С. К. Тимошенко, а рядом с ним мы находим множество командиров украинского происхождения. Армия создавалась на Украине. Поэтому и резервистов тоже призвала отсюда, и они составляли в 12-й армии устойчивое большинство.
  
  После "освобождения" Польши происходит медленный и почти незаметный процесс изменения национального состава 12-й армии. Уже в 1940 году мы видим очень глубокие изменения. Чтобы не бросалась в глаза национальная особенность этой армии, во главе ее и на некоторых ключевых постах стоят русские. Но армия по своему большинству уже не украинская, и не русская. Она кавказская. В других армиях тоже встречаются грузины, армяне, азербайджанцы. Но в 12-й армии это чувствуется особенно ясно. Фамилии офицеров типа Парцвания, Григорян, Кабалава, Гусейн-заде, Саркошьян мы встречаем десятками и сотнями. И не только на уровне командиров рот и батальонов. Командующий округом генерал армии Г. К. Жуков отыскал среди преподавателей военной академии своего давнего друга армянина, полковника И. X. Баграмяна, и послал его начальником оперативного отдела (планирование войны) в штаб не какой-то, а именно 12-й армии. А там уже не только полковники кавказские есть, но и немало генералов.
  
  Сам начальник штаба армии генерал Баграт Арушунян - с Кавказа.
  
  Командующий округом Г. К. Жуков частый гость в этой армии и совсем неспроста он собирает в ней уроженцев Кавказа - армия тайно, но неуклонно превращается в горную армию. Жуков лично требует от командования армии досконального знания карпатских перевалов, и не только по описаниям, но на практике. Он приказывает "направить осенью через перевалы по всем более или менее проходимым маршрутам специально скомплектованные группы, составленные из различных боевых машин и транспортных средств, чтобы убедиться на практике в возможности преодоления их танками, автомашинами, тракторами, гужевым транспортом и вьючными животными" (Маршал Советского Союза И. X. Баграмян. ВИЖ, 1967, N 1, с. 54). Речь идет о 1940 годе. Гитлер воюет во Франции, повернувшись спиной к Советскому Союзу, а Жуков проводит эксперименты по преодолению горных перевалов. Жуков, конечно, не знал, что совсем недавно германские генералы проводили тайно точно такие же эксперименты, чтобы иметь уверенность, что войска, танки, артиллерийские тракторы, транспорт могут пройти через Ардены.
  
  Но, может быть, Жуков готовит 12-ю армию для "обороны"? Нет. Баграмян, отвечающий за планы войны, свидетельствует: "Изучая оперативные планы, я был поражен следующим фактом: наша пограничная армия не имеет плана развертывания и прикрытия границы". "Изучая планы" означает, что сейф оперативного отдела 12-й армии не был пуст. Там были планы. С ними нельзя было просто бегло ознакомиться. Это были сложные документы, которые надо было изучать. Но вот среди планов войны оборонительных планов не было.
  
  Интересно описание учений 12-й армии, на которые приезжает лично Жуков. Отрабатываются только наступательные задачи, причем на картах война идет на германской территории. Первое, с чего начинается проигрыш на картах: форсирование советскими войсками пограничной реки Сан. Военная игра идет не против некоего вымышленного противника, а против реального, с использованием совершенно секретной разведывательной информации. Между Жуковым и командующим армии возникают разногласия. Нет, нет, не о том - наступать или обороняться. Командующий армией Парусинов настаивает: "Мы должны стремиться нанести противнику максимальный урон в результате уже первого удара". Мудрый Жуков понимает, что это благие намерения, наносить удар надо, но не на широком фронте, а на очень узком. Об этом и спор.
  
  Разгромив командующего армией теоретически, Жуков на этом не остановился. Парусинова вскоре сместили с командования армией, а на его место ставится старый друг Жукова генерал П. Г. Понеделин.
  
  После этого эксперименты по преодолению горных перевалов продолжаются. Ими лично руководит Баграмян. В ходе этих экспериментов он оказывается на государственной границе, где наблюдает "явную демонстрацию оборонительных работ" - строительство железобетонных укреплений на самом берегу пограничной реки так, чтобы противник хорошо видел.
  
  Удивительная вещь: Жукова интересуют перевалы и их проходимость. Но отнюдь не с оборонительной точки зрения. Если бы Жукову нужно было сделать перевалы, непроходимыми для противника, то надо было бросить войска в горы и перекопать все горные тропы и дороги и строить железобетонные укрепления не в долине у самой реки, а в районе этих самых перевалов! И экономнее, и противник строительства не обнаружит, и преодолеть перевалы не сможет. Впрочем, неужели кто-то будет атаковать Советский Союз через горные хребты, если открытых пространств и без того множество? А вот для советского командования горы имеют исключительную ценность: Германия и ее главный источник нефти разделены двойным барьером гор: в Чехословакии и в самой Румынии. Удар советских войск через горы для Германии смертелен.
  
  Пройти по своим горным перевалам и перехватить перевалы в Чехословакии или Румынии означает то же самое, что порвать нефтяную аорту.
  
  Маршал Советского Союза Г. К. Жуков: "Слабым местом Германии была добыча нефти, но это в какой-то степени компенсировалось импортом румынской нефти" (Воспоминания и размышления. С. 224). Все гениальное - просто. Жуков не имел ни одного военного поражения в своей жизни потому, что всегда следовал очень простому принципу: найти слабое место у противника и внезапно по нему ударить.
  
  Жуков знает слабое место Германии: вот почему эксперименты в горах продолжаются. Возможности каждого рода войск, каждого типа боевых и транспортных машин в условиях карпатских перевалов изучаются на научной основе. Устанавливаются и тщательно проверяются стандарты, отрабатываются рекомендации войскам. Время преодоления различными типами машин карпатских перевалов тщательно фиксируется и анализируется. Все это, конечно, очень нужно для планирования наступательных операций, причем операций молниеносных. Тут, как при подготовке ограбления банка, надо учесть все мельчайшие детали и рассчитать все с большой точностью. Именно этим и занимается Баграмян на перевалах: фиксирует время, чтобы планирование опиралось на совершенно конкретный опыт. Попутно надо отметить, что для обороны все это совершенно не нужно. Если бы потребовалось оборонять карпатские перевалы от противника, то скорости замерять не надо. Нужно сказать солдатам: сидите тут, и врага не пропустите. Сидите год, два, сидите хоть до самой победы или до самой смерти!
  
  События развиваются стремительно. Жуков получает повышение, а за ним и Баграмян. Но ни один ни другой не забывают столь необычную 12-ю армию. Под их контролем, по их приказам медленно, но безостановочно меняется ее структура.
  
  В 12-й армии, как и во всех других советских армиях, вещи не называются своими именами. В начале июня 1941 года четыре стрелковые дивизии (44-я, 58-я, 60-я, 96-я) превращены в горнострелковые. Вдобавок в это же время в состав армии вошла тайно переброшенная из Туркестана только что сформированная 192-я горнострелковая дивизия. Как назвать корпус, в котором две дивизии, и обе горнострелковые? Как назвать другой корпус, в котором из четырех дивизий три горнострелковые? Как назвать армию, в которой из трех корпусов два по существу горнострелковые; в которой горнострелковые дивизии составляют уверенное большинство? Я бы назвал корпуса горнострелковыми, а армию - горной. Но у советского командования есть причины этого не делать. Корпуса по-прежнему называются 13-й и 17-й стрелковые, а армия - просто 12-я.
  
  Тут мы видим только конечный результат преобразований, но сам процесс от нас скрыт. Мы только знаем, что официальное название горнострелковые дивизии получили 1 июня 1941 года, но приказ был отдан 26 апреля, а перешивка дивизий из стрелковых в горнострелковые шла еще в начале осени 1940 года, еще до того, как Баграмян начал свои эксперименты. Не только сама 12-я превращается в горную армию, но и оказывает влияние на соседние армии. Подготовленная в 12-й армии 72-я горнострелковая дивизия (генерал-майор П. И. Абрамидзе) передается в соседнюю, 26-ю, армию.
  
  Позади 12-й и 26-й армий тайно разворачивается перебрасываемая с Северного Кавказа 19-я армия генерал-лейтенанта И. С. Конева. В ее составе мы тоже находим горнострелковые дивизии, например 28-я (командир полковник К. И. Новик). И вот именно в это время под прикрытием Сообщения ТАСС от 13 июня 1941 года в Восточных Карпатах между 12-й (горной) и 9-й (сверхударной) армиями началось развертывание еще одной армии - 18-й. Гитлер не позволил ей завершить развертывание, и мы с точностью не можем установить состав этой армии в том виде, как это задумало советское командование. Гитлер перепутал все советские планы, и началось нечто невообразимое. Но все же есть достаточно документов, чтобы сделать вывод, что 18-я армия по первоначальному замыслу была точной копией 12-й (горной) армии, хотя тоже этого названия и не носила. Изучение архивов 12-й и 18-й армий потрясает каждого исследователя их абсолютной структурной схожестью. Это совершенно необычный пример армий-близнецов. Сходство доходит до того, что в 18-й армии, как в 12-й, но ни в какой более, штабом правит кавказский генерал. Это генерал-майор (впоследствии генерал армии) В. Я. Колпакчи.
  
  Процесс перестройки на горный профиль был поставлен на солидную базу. Горнострелковые дивизии были укомплектованы с
  Скачать и читать книгу Геяровой
  Драконий отбор, или Пари на снежного в epub, fb2, онлайн
  litres.ru
  
  Яндекс.Директ
  18+
  пециально подобранными и обученными солдатами. Эти дивизии были переведены на особый штат, резко отличавшийся от штата обычной стрелковой дивизии; они получили специальное вооружение и снаряжение.
  
  На Кавказе накануне войны была создана школа горной подготовки, которая из лучших советских альпинистов готовила инструкторов. Подготовленных инструкторов срочно направляли на западную границу, так как именно тут, а не на Кавказе и не в Туркестане, в июне 1941 года было сосредоточено огромное количество горнострелковых войск. Об этой школе есть короткая статья в "Красной звезде" (1 ноября 1986 г.), которая так и называется: "Готовились воевать в горах".
  
  Вот тут самое время задать вопрос: В КАКИХ ГОРАХ?
  
  На советских западных границах есть только сравнительно небольшой массив Восточных Карпат, которые в большей мере похожи на пологие холмы, чем на горы. Создавать мощную оборону в Карпатах в 1941 году было незачем по следующим причинам:
  
  1. Карпаты в этом месте неудобны для агрессии с запада на восток. Противник с гор спускается на равнины, а снабжать армии придется через все Карпаты, Татры, Рудные горы, Судеты, Альпы. Это очень неудобно и опасно для агрессора.
  
  2. Восточные Карпаты - это тупой клин в сторону противника. Если тут сконцентрировать много советских войск для обороны, то они уже в мирное время будут окружены противником с трех сторон. Используя равнины южнее, и особенно севернее Восточных Карпат, противник в любой момент может ударить в тыл укрепившимся в горах войскам, перерезая их пути снабжения.
  
  3. В 1941 году в Карпатах не было войск противника, достаточных для агрессии, и советское командование это хорошо знало (Генерал-лейтенант Б. Арушунян, ВИЖ, 1973, N 6, с. 61).
  
  Концентрация двух советских армий в Восточных Карпатах имела катастрофические последствия. Никто эти армии, конечно, с фронта не атаковал. Но удар 1-й германской танковой группы на Ровно ставил перед советским командованием дилемму: оставить две армии в Карпатах, и они погибнут там без подвоза боеприпасов и продовольствия, или их срочно отводить из этой мышеловки. Было принято второе решение. Две горные армии, не приспособленные для боя на равнинах, имея облегченное вооружение и множество ненужного на равнинах снаряжения, побежали с гор и тут попали под фланговый удар германского танкового клина. Легко разгромив бегущие с гор советские армии, 1-я танковая группа германских войск устремилась вперед, заходя в тыл 9-й (сверхударной) армии. Участь ее была печальной. После этого перед германскими войсками открылись пути к незащищенным базам советского флота, к Донбассу, Харькову, Запорожью, Днепропетровску - индустриальным районам колоссальной важности. Потеряв их, Советский Союз сумел произвести за годы войны только 100000 танков. Конечно, это гораздо больше, чем в Германии, но без потери этих районов советское танковое производство (а также артиллерийское, авиационное, военно-морское, и пр.) могло быть в несколько раз выше.
  
  Выход германских войск на юг Украины поставил в очень тяжелое положение советские войска в районе Киева, а также открыл Германии путь на Кавказ - к нефтяному сердцу Советского Союза и к Сталинграду - к нефтяной аорте.
  
  Еще раз слово Баграмяну: "Знакомство с Восточными Карпатами помогло яснее понять, сколь остро необходимо как можно быстрее переформировать тяжелые, малоподвижные, неприспособленные для действия в горах стрелковые дивизии в облегченные горнострелковые соединения. Вспоминая сейчас об этом, я ловлю себя на мысли о невольном своем заблуждении. Ведь в начале войны этим дивизиям в основном пришлось вести бои в условиях равнин, поэтому переформирование в горные лишь ослабило их" (ВИЖ, 1976, N 1, с. 55).
  
  Повторяю, что две армии в Карпатах в 1941 году для обороны были совершенно не нужны. Но если бы кому и пришло в голову использовать их для обороны, то и в этом случае не надо было переформировывать тяжелые стрелковые дивизии в легкие горнострелковые. Опыт Первой мировой войны, в том числе и русский, показал, что тяжелая пехотная дивизия в низких пологих горах подходит для обороны лучше, чем облегченная горнострелковая. Закопавшись в землю, перехватив перевалы, гребни, вершины и высоты, обычная пехота удерживала их до конца войны, и не было никаких военных причин, по которым эта оборона не могла продолжаться еще многие годы. Зная это, советское командование тем не менее преобразовывает стрелковые дивизии в горнострелковые, которые можно использовать в основном в наступлении. В советских дивизиях появились группы особо подготовленных альпинистов-скалолазов. Но в Восточных советских Карпатах им явно делать нечего. Чтобы их применить в деле, нужно было двинуть советские войска на запад, причем на несколько сотен километров.
  
  Все те факторы, которые делают Восточные Карпаты неудобными для агрессии с запада на восток, делают их удобными для агрессии с востока на запад:
  
  1. Войска уходят вперед в горы, но их линии снабжения остаются на советской территории, в основном на очень ровной местности.
  
  2. Восточные Карпаты тупым клином далеко вдаются вперед на запад, рассекая группировку противника на две части. Это естественный плацдарм, который позволяет еще в мирное время, сосредоточив огромные силы, находиться как бы в тылу у противника; остается только продолжать движение вперед, угрожая тылам противника и этим принуждая его к отступлению на всем фронте.
  
  3. В Карпатах находились незначительные силы противника, советское командование знало об этом и именно поэтому сосредоточило тут две армии.
  
  Сидеть на месте две армии не могли, им двоим тут нет места, в обороне они не нужны и к обороне не приспособлены. Единственный путь использовать эти армии в войне: двинуть их вперед. Если предположить, что горная армия создается для действия в горах, то определить направление ее движения совсем легко. От Восточных Карпат идут два горных хребта: один на запад в Чехословакию, другой на юг - в Румынию. Других направлений для действия горных армий нет. Два направления- две армии, вполне логично. Каждое направление одинаково важно, ибо выводит к главным нефтяным магистралям. Эти магистрали лучше всего перерезать в двух местах, для полной уверенности. Но и успех даже одной армии будет смертелен для Германии. Но если действия обеих армий окажутся безуспешными, то и в этом случае их действия на двух горных хребтах ослабят приток германских резервов в Румынию. Не забудем, что кроме двух ударов через горы по аорте есть 9-я (сверхударная) армия, которая готова нанести удар по сердцу. Ее действия прикрыты двумя цепями гор. Чтобы защитить Румынию от советской 9-й армии, германским войскам надо будет последовательно их преодолеть, встретив на каждом горном хребте по целой советской армии. Самое главное в действиях советских горных армий - внезапность и скорость. Если они успеют быстро захватить перевалы, то обычным полевым войскам сбросить их будет непросто. Для надежности закрепления перевалов не все советские дивизии в горных армиях переформированы в горные, вдобавок в составе армии есть танковые и моторизованные дивизии, тяжелые противотанковые бригады. Стремительный внезапный бросок вперед - и Германия останется без нефти... Вот зачем Баграмян с секундомером тренирует танкистов на перевалах. А Жуков за этими экспериментами очень внимательно наблюдает.
  
  О назначении горнострелковых дивизий в составе 12-й и 18-й армий мы можем спорить, все же армии находились в Карпатах. Но о назначении такой дивизии в 9-й (сверхударной) армии мы спорить не можем, 9-я находилась под Одессой, но и в ее составе по приказу Г. К. Жукова, который нес персональную ответственность за Южный и Юго-Западный фронты, была создана горнострелковая дивизия. Какие под Одессой горы? 30-ю Иркутскую Ордена Ленина трижды Краснознаменную имени Верховного Совета РСФСР горнострелковую дивизию 9-й армии можно было использовать по прямому назначению только в Румынии. Совсем не случайно эта дивизия (командир генерал-майор С. Г. Галактионов) находится в 48-м стрелковом корпусе генерала Р. Я. Малиновского. Во-первых, это самый агрессивный командир корпуса не только в 9-й армии, но и на всем Южном фронте. Во-вторых, 48-й корпус - на самом правом фланге 9-й армии. На советской территории это не имеет никакого значения. Но если 9-ю сверхударную армию ввести в Румынию, то вся она будет на равнине, а правый ее фланг будет царапать по горному хребту. Резонно именно для этой ситуации иметь одну горнострелковую дивизию и именно на самом правом фланге.
  
  Кроме того, в железнодорожных эшелонах из Туркестана тайно движется 21-я горно-кавалерийская дивизия полковника Я. К. Кулиева. Гитлер своим нападением все перепутал, и пришлось все, что предназначалось для юга, бросить в Белоруссию, даже 19-ю армию с ее горнострелковыми дивизиями. Там же оказалась и 21-я горно-кавалерийская, никому там не нужная, для боя в болотах не приспособленная и там бесславно погибшая. Но предназначалась-то она не для Белоруссии.
  
  Коммунистическая пропаганда заявляет, что Красная Армия к войне не готовилась, от этого и все беды. Это неправда. Давайте хотя бы на примере 12-й армии и ее копии, 18-й армии, проследим, что могло случиться, если бы Советский Союз к войне действительно не готовился.
  
  1. В этом случае были бы сэкономлены огромные средства, которые попросту угробили на создание двух горных армий и многих отдельных горнострелковых дивизий в составе обычных армий вторжения.
  
  Если бы только часть этих средств была использована на создание противотанковых дивизий, то ход войны был бы другим.
  
  2. Если бы Советский Союз к войне не готовился, то в Карпатах не оказались бы две армии, их не пришлось бы в панике из этой мышеловки выводить, и они не попали бы под удар германского клина в момент их отхода с гор.
  
  3. Если бы к войне не готовились, то севернее Карпат германские танковые массы встретились не с облегченными дивизиями, бегущими с гор, а с тяжелыми дивизиями, приспособленными для войны на равнинах, с их многочисленной мощной артиллерией, в том числе и противотанковой.
  
  4. Если бы германский танковый клин прорвал оборону этих, никуда не бегущих дивизий, то и тогда последствия не были бы катастрофичными: на румынской границе не было бы скопления войск, и удар пришелся бы не им в тыл, а просто по пустому месту.
  
  Если бы Красная Армия не готовилась к войне, то все бы пошло по-другому.
  
  Но она готовилась, причем очень напряженно.
  
  Глава 18
  
  ДЛЯ ЧЕГО ПРЕДНАЗНАЧАЛСЯ ПЕРВЫЙ СТРАТЕГИЧЕСКИЙ ЭШЕЛОН
   Сделать закладку на этом месте книги
  
  ...Надо иметь в виду возможность одновременного проведения на театре войны двух, а то и трех наступательных операций различных фронтов с намерением как можно шире стратегически потрясти обороноспособность противника. Народный комиссар обороны, Маршал Советского
  Союза С.К.Тимошенко, 31 декабря 1940 г.
  
  Повторим кратко состав Первого стратегического эшелона: шестнадцать армий; несколько десятков корпусов, как входящих в состав армий, так и отдельных; общее количество дивизий-170. Самая мощная из армий - на румынской границе. Из общего числа армий две - горные, готовые отрезать Румынию и ее нефть от Германии. Из десятков корпусов - пять воздушно-десантных, один морской десант и несколько горнострелковых.
  
  Какова же общая задача Первого стратегического эшелона? Для чего он предназначался? Своего мнения я не высказываю. Слово советским маршалам.
  
  Маршал Советского Союза А. И. Егоров считал, что в войне будут участвовать десятки миллионов солдат, которых предстоит мобилизовать. Он предлагал не дожидаться окончания мобилизации, а начинать вторжение на территорию противника в момент объявления мобилизации. Для этого, по его замыслу, следовало постоянно в мирное время в Первом стратегическом эшелоне держать "группы вторжения". Их задача: как только мобилизация началась, немедленно перейти границу и тем самым сорвать мобилизацию противника и прикрыть мобилизацию Красной Армии, давая возможность главным силам развернуться и вступить в войну в наиболее благоприятных условиях (Доклад начальника штаба РККА Реввоенсовету СССР 20 апреля 1932 года).
  
  Маршал Советского Союза М. Н. Тухачевский с этим не соглашался. Вторжение надо проводить немедленно, но не группами вторжения, а целыми армиями вторжения. Армии вторжения следует создать еще в мирное время и держать у самых границ в составе Первого стратегического эшелона РККА. "Состав и дислокация передовой армии должны в первую очередь подчиняться возможности перехода границы немедленно с объявлением мобилизации", "механизированные корпуса должны располагаться в 50-70 км от границ с тем, чтобы с первого же дня мобилизации перейти границу" (М. Н. Тухачевский. Избранные произведения. Т. 2, с. 219).
  
  Тухачевский и Егоров, конечно, ошибались. Их пришлось расстрелять, а на вершину военной власти поднялся властный, жестокий, несгибаемый, непобедимый Г. К. Жуков. Меньше всего он был расположен к абстрактным размышлениям. Он был практиком, в своей жизни он не потерпел ни одного военного поражения. В августе 1939 года Жуков провел потрясающую по внезапности, скорости и дерзости операцию по разгрому 6-й японской армии (впоследствии этот же метод он использовал против 6-й германской армии под Сталинградом). Молниеносный разгром 6-й японской армии был прологом Второй мировой войны. Получив телеграмму Жукова 19 августа 1939 года о том, что главное достигнуто: японцы не подозревают о готовящемся ударе, ведь Сталин дал согласие на установление общих границ с Германией.
  
  Сделка Молотова - Риббентропа шла под грозную музыку Жукова, который совершал в Монголии то, что не удавалось никому: разгром целой японской армии. Именно после этого на западных границах началось разрушение всего, что предназначалось для обороны, и создание грандиозных ударных формирований. Жуков получил под свое командование самый важный и самый мощный из советских округов - Киевский. Затем Жуков был поднят еще выше - на пост начальника Генерального штаба. И вот тут Генеральный штаб сделал теоретический вывод исключительной важности: "Выполнение задач армий вторжения необходимо возложить на весь Первый стратегический эшелон" (ВИЖ, 1963, N10, с. 31). Итак, все шестнадцать армий первого эшелона, в составе которых находились 170 дивизий, предназначались именно для вторжения.
  
  Самое интересное в том, что Первый стратегический эшелон не только получил задачу осуществить акцию вторжения, но и уже начал ее выполнять! Под прикрытием Сообщения ТАСС от 13 июня 1941 года весь Первый стратегический эшелон двинулся к границам Германии и Румынии.
  
  Да, в Первом стратегическом эшелоне было всего только около трех миллионов солдат и офицеров, но ведь и горная лавина начинается с одной снежинки. Мощь Первого стратегического эшелона стремительно нарастала.
  
  Маршал Советского Союза С. К. Куркоткин: "Воинские части, убывшие перед войной к государственной границе... увезли с собой весь неприкосновенный запас обмундирования и обуви" (Тыл Советских Вооруженных сил в Великой Отечественной войне. 1941-1945 гг. С. 216). Тут же маршал говорит, что в резервах центра практически никакого обмундирования и обуви не осталось. Это означает, что дивизии, корпуса и армии тащили с собой одежду и обувь на миллионы резервистов.
  
  В расчете на что, кроме немедленного призыва миллионов?
  
  Говоря о мощи Первого стратегического эшелона, нужно говорить не только о том, сколько миллионов солдат в нем было, но надо вспомнить и те миллионы, которые Гитлер не позволил призвать, одеть и обуть вблизи границ. Выдвижение войск Первого стратегического эшелона заранее тщательно планировалось и увязывалось с действиями советской карательной машины. Окончательное решение о выдвижении было принято 13 мая 1941 года. На следующий день, 14 мая, было принято решение о насильственном выселении жителей западных приграничных районов. Осуществление планов началось ровно через месяц: 13 июня началось всеобщее выдвижение войск к границам, 14 июня началось выселение жителей приграничной полосы. Войска подходили к границам через несколько дней, когда там жителей уже не было. Остановка войск Первого стратегического эшелона при подходе к государственным границам не предусматривалась, вот почему советские пограничники расчищали проходы в своих заграждениях до самых пограничных знаков.
  
  Глава 19
  
  СТАЛИН В МАЕ
   Сделать закладку на этом месте книги
  
  Сталин поставил перед собой в области внешней политики цель огромной важности, которую он надеется достичь личными усилиями.
  Граф фон Шуленберг. Секретный доклад. 12 мая 1941 г.
  
  Для того чтобы понять события июня 1941 года, мы должны неизбежно вернуться в май. Май сорок первого - самый загадочный месяц вообще всей российской коммунистической истории. Каждый день и каждый час этого месяца наполнены событиями, смысл которых еще предстоит разгадать. Даже те события, которые происходили на глазах у всего мира, еще никем не объяснены.
  
  6 мая 1941 года Сталин стал главой советского правительства. Этот шаг озадачил многих. Из трофейных документов мы знаем, например, что германское руководство так и не смогло найти никакого удовлетворительного объяснения этому событию. Впервые за всю советскую историю официально высшая партийная и государственная власть оказалась сосредоточенной в одних руках. Однако это совсем не означало укрепления сталинской личной диктатуры. Разве до этого вся власть фактически не была сосредоточена в руках Сталина? Если бы власть измерялась количеством звучных титулов, то Сталин еще десять лет назад мог собрать пышную коллекцию всевозможных титулов. Но он совершенно сознательно этого не делал. Начиная с 1922 года, заняв пост генерального секретаря, Сталин отказался от всех государственных и правительственных постов. Сталин возвел свой командный пост над правительством и над государством. Он контролировал все, но официально ни за что не отвечал. Вот как еще в 1931 году П. Троцкий описывал механизм подготовки коммунистического переворота в Германии: "В случае успеха новой политики все Мануильские и Ремеле провозгласили бы, что инициатива ее принадлежит Сталину. А на случай провала Сталин сохранил полную возможность найти виновного. В этом ведь и состоит квинтэссенция его стратегии. В этой области он силен" (БО, N 24, с. 12). (БО - "Бюллетень оппозиции" (большевиков-ленинцев) N 79- 80, издавался в Берлине и Париже. - Ред.)
  
  Переворот не состоялся, и Сталин действительно нашел виновников и примерно их наказал. Так он правит и внутри страны: все успехи - от Сталина, все провалы - от врагов, от проходимцев, от примазавшихся карьеристов, извращающих генеральную линию. "Победа колхозного строя" - творение сталинского гения, а миллионы погибших при этом - "головокружение от успехов" у некоторой части ответственных товарищей районного масштаба. К Великим чисткам Сталин вообще никакого отношения не имел - ежовщина! И пакт с Гитлером не Сталин подписывал. Пакт вошел в историю с именами Молотова и Риббентропа. В Германии за этот пакт официальную ответственность нес не столько Риббентроп, сколько Адольф Гитлер - канцлер, хотя при подписании он и не присутствовал. А вот Иосиф Сталин, присутствовавший при подписании, в тот момент не имел ни государственных, ни правительственных должностей. Он присутствовал просто как гражданин Иосиф Сталин, не наделенный никакими государственными, правительственными, военными или дипломатическими полномочиями и, следовательно, не отвечающи
  Скачать и читать книгу Геяровой
  Драконий отбор, или Пари на снежного в epub, fb2, онлайн
  litres.ru
  
  Яндекс.Директ
  18+
  й за происходящее.
  
  Точно так же 13 апреля 1941 года был подписан договор с Японией: Сталин присутствует, но ответственности за происходящее не несет. Результат: в критический для Японии момент Сталин наносит удар в спину истощенной войной Японии. Совесть Сталина чиста: он договор не подписывал.
  
  Но вот что-то произошло (или должно произойти), и Сталин в мае 41-го принимает на себя официально бремя государственной ответственности. Для Сталина новый титул - не усиление власти, а ее ограничение, точнее - самоограничение. С этого момента он не только принимает все важнейшие решения, но и несет за них официальную ответственность. До этого момента власть Сталина ограничивалась только внешними рубежами Советского Союза, да и то не всегда. Что же могло заставить его добровольно принять на свои плечи тяжкое бремя ответственности за свои действия, если он вполне мог оставаться на вершине непогрешимости, предоставляя другим возможность ошибаться?
  
  Вся ситуация мне чем-то напоминает знаменитую охоту Хрущева на лося. Пока зверь был далеко, Никита покрикивал на егерей да посмеивался над своим не очень удачливым гостем Фиделем Кастро, сам, однако, не стреляя и даже ружья в руках не имея. А когда зверя пригнали к охотникам и промахнуться было никак нельзя, вот тут Никита взял в руки ружье... 17 лет не брал Сталин в свои руки инструментов государственной власти, а тут вдруг... Зачем?
  
  По свидетельству адмирала флота Советского Союза Н. Г. Кузнецова (в то время адмирал, нарком ВМФ СССР): "Когда Сталин принял на себя обязанности Председателя Совета Народных Комиссаров, система руководства практически не изменилась" (ВИЖ, 1965, N9, с. 66). Если практически ничего не меняется - зачем Сталину нужен этот титул? А "между тем все поступки, действия, преступления Сталина целеустремленны, логичны и строго принципиальны". (А. Авторханов. Загадка смерти Сталина. С. 132).
  
  Где же сталинская логика?
  
  "Я не знаю ни одной проблемы, которая относилась бы к внутренней ситуации в Советском Союзе и была столь серьезной, чтобы вызвать такой шаг со стороны Сталина. Я с большей уверенностью мог бы утверждать, что если Сталин решил занять высший государственный пост, то причины этому следует искать во внешней политике". Так докладывал своему правительству германский посол в Москве фон Шуленбург. Советские маршалы говорят другими словами, но то же самое: назначение Сталина связано с внешними проблемами (Маршал Советского Союза И. X. Баграмян. Так начиналась война. С. 62). Но и без этого мы понимаем, что внутренние проблемы Сталину куда удобнее решать, не перегружая себя ответственностью. Какие же внешние проблемы могут его заставить пойти на такой шаг?
  
  В мае 1941 года многие государства Европы были сокрушены Германией. Проблемы отношений с Францией, например, просто не могло существовать. Сохранившая независимость Великобритания протягивала Сталину руку дружбы (Письмо Черчилля, переданное Сталину 1 июля 1940 года). Рузвельт относился к Сталину более чем дружески: предупреждал об опасностях, и американская технология уже лилась рекой в СССР. Вероятных противников было только два. Но Япония, получив представление о советской военной мощи в августе 1939 года, подписала только что договор с Советским Союзом и устремила свои взоры в направлении, противоположном советским границам. Итак, только Германия была причиной, заставившей Сталина предпринять этот, на первый взгляд, непонятный шаг. Что же мог предпринять Сталин в отношении Германии, используя свой новый официальный титул главы государства?
  
  Есть только три возможности:
  
  - установить прочный и нерушимый мир;
  
  - официально возглавить вооруженную борьбу Советского Союза в отражении германской агрессии;
  
  - официально возглавить вооруженную борьбу Советского Союза в агрессивной войне против Германии.
  
  Первый вариант отпадает сразу. Мир с Германией уже подписан рукой Молотова. Заняв место Молотова в качестве главы государства, Сталин не предпринял решительно никаких шагов, для того чтобы встретить Гитлера и начать с ним переговоры. Сталин по-прежнему использует Молотова для мирных переговоров. Известно, что даже 21 июня Молотов пытался встретиться с германскими руководителями, а вот Сталин таких попыток не делал. Значит, он занял официальный пост не для того, чтобы вести мирные переговоры.
  
  Коммунистическая пропаганда напирает на второй вариант: в предвидении нападения Германии Сталин решил лично и официально возглавить оборону страны. Но этот номер у товарищей коммунистов не пройдет: нападение Германии было для Сталина внезапным и явно неожиданным. Получается, что Сталин принял ответственность в предвидении событий, которых он не предвидел.
  
  Давайте еще раз взглянем на поведение Сталина в первые дни войны. 22 июня глава правительства был обязан обратиться к народу и объявить страшную новость. Но Сталин уклонился от выполнения своих прямых обязанностей, которые выполнил его заместитель Молотов.
  
  Зачем же в мае надо было садиться в кресло Молотова, чтобы в июне прятаться за его спиной?
  
  Вечером 22 июня советское командование направило войскам директиву.
  
  Слово маршалу Г. К. Жукову: "Генерал Н. Ф. Ватутин сказал, что И. В. Сталин одобрил проект директивы N 3 и приказал поставить мою подпись... - Хорошо, - сказал я, - ставьте мою подпись" (Г. К. Жуков. Воспоминания и размышления. С. 251).
  
  Из официальной истории мы знаем, что эта директива вышла за подписями "народного комиссара обороны маршала С. К. Тимошенко, члена совета секретаря ЦК ВКП(б) Г. М. Маленкова и начальника Генерального штаба генерала Г. К. Жукова" (История второй мировой войны (1939-1945). Т. 4, с. 38).
  
  Итак, Сталин заставляет других подписать приказ, уклоняясь от личной ответственности. Зачем же он принимал ее в мае? Отдается директива вооруженным силам на разгром вторгшегося противника. Документ величайшей важности. При чем тут "член Совета секретаря"?
  
  На следующий день объявлен состав Ставки Верховного Главнокомандования. Сталин отказался ее возглавить, согласившись войти в этот высший орган военного руководства только на правах одного из членов. "При существующем порядке так или иначе без Сталина нарком С. К. Тимошенко самостоятельно не мог принимать принципиальных решений. Получалось два главнокомандующих: нарком С. К. Тимошенко - юридический, в соответствии с постановлением, и И. В. Сталин - фактический" (Г. К. Жуков. Там же). В оборонительной войне Сталин применяет свой испытанный метод руководства: принципиальные решения принимает он, а официальную ответственность несут Молотовы, Маленковы, Тимошенки, Жуковы. Только через месяц члены Политбюро заставили Сталина занять официальный пост Наркома обороны, а 8 августа - пост Верховного Главнокомандующего. Стоило ли Сталину "в предвидении оборонительной войны" принимать на себя ответственность, для того чтобы с первого момента такой войны энергично от ответственности уклоняться? Зная о манере Сталина руководить делами в первый месяц оборонительной войны, резонно было бы предположить, что накануне ее, он попытается не принимать на себя никаких титулов и никакой ответственности, выдвинув на декоративные посты второстепенных чиновников, полностью им контролируемых. Итак, второе объяснение нас тоже не может удовлетворить. Поэтому мы вынуждены придерживаться третьей версии, которую пока еще никто не смог опровергнуть: руками Гитлера Сталин сокрушил Европу и теперь готовит внезапный удар в спину Германии. "Освободительный поход" Сталин намерен возглавить лично в качестве главы советского правительства.
  
  Коммунистическая партия готовила советский народ и армию к тому, что приказ начать освободительную войну в Европе Сталин даст лично. Коммунистические фальсификаторы пустили в оборот версию о том, что Красная Армия готовила "контрудары". Ни о каких контрударах тогда речь не шла. Советский народ знал, что решение начать войну будет принято в Кремле. Война начнется не нападением каких-то врагов, а по сталинскому приказу: "И когда маршал революции товарищ Сталин даст сигнал, сотни тысяч пилотов, штурманов, парашютистов обрушатся на голову врага всей силой своего оружия, оружия социалистической справедливости. Советские воздушные армии понесут счастье человечеству!" Это говорилось в момент, когда Красная Армия уже уперлась в границы Германии ("Правда", 18 августа 1940 года), и нести счастье человечеству можно только через германскую территорию и обрушивать силу оружия социалистической справедливости в августе 1940 года можно было прежде всего на германские головы.
  
  Занимая пост Генерального секретаря, Сталин мог дать любой приказ, и этот приказ незамедлительно и точно выполнялся. Но любой приказ Сталина был неофициальным, в этом-то и заключалась сталинская неуязвимость и непогрешимость. Теперь это положение Сталина больше не удовлетворяет. Ему нужно дать приказ (Главный Приказ его жизни), но так, чтобы официально это был сталинский приказ.
  
  По свидетельству Маршала Советского Союза К. К. Рокоссовского (Солдатский долг, С. 11), каждый советский командир в своем сейфе имел "особый секретный оперативный пакет" - "Красный пакет Литер М". Вскрывать Красный пакет можно было только по приказу Председателя Совнаркома (до 5 мая 1941 года - Вячеслав Молотов) или Наркома обороны СССР (Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко). Но, по свидетельству Маршала. Советского Союза Г. К. Жукова, Тимошенко "без Сталина все равно принципиальных решений принимать не мог". Так Сталин занял пост Молотова, для того чтобы Главный Приказ исходил не от Молотова, а от Сталина.
  
  Пакеты лежат в сейфах каждого командира, но 22 июня 1941 года Сталин не дал приказа вскрыть Красные пакеты. По свидетельству Рокоссовского, некоторые командиры на свой страх и риск (за самовольное вскрытие Красного пакета полагался расстрел по 58-й статье) сами вскрыли Красные пакеты. Но ничего они там нужного для обороны не обнаружили. "Конечно, у нас были подробные планы и указания о том, что делать в день "М"... все было расписано по минутам и в деталях... Все эти планы были. Но, к сожалению, в них ничего не говорилось о том, что делать, если противник внезапно перейдет в наступление" (Генерал-майор М. Грецов. ВИЖ, 1965, N 9, с. 84).
  
  Итак, планы войны у советских командиров были, но планов оборонительной войны не было. Высшее советское руководство об этом знает. Вот почему в первые минуты и часы войны высшее советское руководство вместо короткого приказа вскрыть пакеты занимается импровизацией - сочиняет новые директивы войскам. Все планы, все пакеты, все, "расписанное в деталях и по минутам", в условиях оборонительной войны больше не нужно.
  
  Кстати, первые директивы высшего советского руководства тоже не ориентируют войска на то, чтобы зарыться в землю. Это тоже не оборонительные, и не контрнаступательные, а чисто наступательные директивы. Советские руководители мыслят и планируют только этими категориями, даже после вынужденного начала оборонительной войны. Красные пакеты носят очень решительный характер, но в неясной обстановке нужно несколько сдержать наступательный порыв войск до полного выяснения случившегося. Вот почему первые директивы носят наступательный характер, но тон их сдерживающий: наступать, но не так как это написано в Красных пакетах!
  
  В неясной обстановке Сталин рисковать не желает, вот почему на самых главных директивах "великой отечественной войны" - директивах начать войну, нет подписи Сталина. Он готовился выполнить почетную обязанность - подписать другие директивы, в другой обстановке - подписать директивы не на вынужденную оборонительную войну, а на освободительную миссию народов мира.
  
  Гитлер читал телеграммы мудрого Шуленбурга, да и сам, наверное, тоже понимал, что Сталин надеется "в области внешней политики достичь цели огромной важности личными усилиями". Гитлер понимал, насколько это опасно, и лишил Сталина этой возможности. Вот почему на первых директивах неожиданной для Сталина и вынужденной оборонительной войны появляется подпись "члена совета секретаря".
  
  Вступая в должность, каждый глава правительства объявляет программу своих действий. А Сталин? И Сталин. Правда, речь Сталина, которая может считаться программной, была произнесена, но никогда не публиковалась.
  
  5 мая 1941-го, когда назначение Сталина было предрешено (а может быть, уже и состоялось), он выступает с речью в Кремле на приеме в честь выпускников военных академий. Сталин говорит 40 минут. Учитывая сталинскую способность молчать, - 40 минут это необычно много. Это потрясающе много. Сталин говорил перед выпускниками военных академий совсем не каждый год. За всю историю таких выступлений было только два. Первый раз - в 1935 году: Киров убит несколько месяцев назад, над страной занесен карательный топор, тайно готовится Великая чистка, а товарищ Сталин говорит перед выпускниками военных академий речь: кадры решают все. Вряд ли кто тогда мог понять истинный смысл сталинских слов. А Сталин замыслил ни много ни мало, а почти поголовную смену своих кадров с кровавым финалом для большинства сталинских слушателей.
  
  А в мае 1941 года Сталин во второй раз говорит нечто важное выпускникам военных академий. Теперь замышляется более серьезное и более темное дело, и потому сталинская речь на этот раз секретна. Речь Сталина никогда не публиковалась, и это дополнительная гарантия ее важности. Сталин говорил о войне. О войне с Германией. В советских источниках с опозданием на 30-40 лет появились ссылки на эту речь. "Генеральный секретарь ЦК ВКП (б) И. В. Сталин, выступая 5 мая 1941 года с речью на приеме выпускников военных академий, дал ясно понять, что германская армия является наиболее вероятным противником" (ВИЖ, 1978, N 4, с. 85). История второй мировой войны (Т. 3, с. 439) подтверждает, что Сталин говорил о войне, и именно о войне с Германией. Маршал Советского Союза Г. К. Жуков идет несколько дальше. Он сообщает, что Сталин в обычной своей манере задавал вопросы и сам на них отвечал. Сталин задавал среди прочих вопрос о том, является ли германская армия непобедимой, и отвечал отрицательно. Сталин называл Германию агрессором, захватчиком, покорителем других стран и народов и предрекал, что для Германии такая политика успехом не кончится (Воспоминания и размышления. С. 236).
  
  Золотые слова. Но почему их держат в секрете? Понятно, что в мае 1941 года Сталину несподручно было своего соседа называть агрессором и захватчиком. Но через полтора месяца Гитлер напал на СССР, и майскую речь Сталину следовало срочно опубликовать. Следовало выступить перед народом и сказать: братья и сестры, а ведь я такой оборот предвидел и офицеров своих тайно предупреждал еще 5 мая. В зале кроме выпускников академий сидели все высшие военные и политические лидеры страны, и каждый может это подтвердить, А вот и стенограмма моей речи...
  
  Но нет, не вспомнил Сталин свою речь и слушателей в свидетели не призвал. Кончилась война, Сталина возвели в ранг генералиссимуса и объявили мудрейшим из стратегов. Вот тут бы сталинским лакеям вспомнить речь от 5 мая 1941 года: он, мол, нас предупреждал еще в мае, ах, если бы мы были достойны своего великого учителя! Но никто речь не вспомнил при жизни Сталина. Вспомнили много позже, но публиковать не стали. Тому есть только одна причина: 5 мая 1941 года Сталин говорил о войне против Германии, а о возможности германского нападения НЕ говорил. Сталин представлял войну против Германии БЕЗ германского нападения на СССР, а с каким-то другим сценарием начала войны.
  
  Сталинские сочинения до сих пор держат первенство в мире по количеству изданных томов. Опубликовано многое, даже заметки на полях чужих книг: все это драгоценные источники мудрости, а вот речь о войне с Германией так и осталась секретной на многие десятилетия. Мало того, предприняты особые меры для того, чтобы эту речь навсегда забыть. Сразу после войны миллионными тиражами на множестве языков вышла книга Сталина "О Великой Отечественной войне". Книга начинается выступлением Сталина по радио 3 июля 1941 года. Назначение книги ясно: вбить нам в голову идею, что Сталин начал говорить о советско-германской войне только после германского вторжения и говорил он только об обороне. А ведь Сталин начал говорить о войне после германского вторжения, а до него и говорил он не об обороне, а о чем-то другом.
  
  Интересно, о чем?
  
  Мы уже знаем, что после подписания пакта Молотова - Риббентропа выдающиеся советские полководцы Жуков и Мерецков, выдающийся полицейский лидер всех времен и народов Лаврентий Берия сделали очень многое для разрушения всего, что связано с обороной советской территории. Но вот Сталин заговорил о войне с Германией. Заговорил на секретном совещании, но так, чтобы его слышали все выпускники военных академий, все генералы, все маршалы. Что же в этой ситуации будут делать Жуков, Мерецков, Берия? Наверное, на границах начнут все же устанавливать мины, колючую проволоку, минировать мосты? Нет. Как раз наоборот. "В начале мая 1941 года, после выступления Сталина на приеме выпускников военных академий, все, что делалось по устройству заграждений и минированию, стало еще более тормозиться" (Старинов. С. 186).
  
  Если мы не верим полковнику ГРУ Старинову и его поистине великолепной книге, мы можем обратиться к германским архивам и там найти то же самое: германская разведка, по всей видимости, никогда не добыла полный текст сталинской речи, но по многим косвенным и прямым признакам германская разведка считала, что речь Сталина 5 мая 1941 года - это речь о войне с Германией. Та же германская разведка наблюдала снятие советских минных полей и других заграждений в мае и июне 1941 года.
  
  Снятие заграждений на границах - это необходимый элемент последних приготовлений к войне. Не к оборонительной войне, конечно...
  
  Май 1941 года - это резкий поворот во всей советской пропаганде. До этого коммунистические газеты прославляли войну и радовались тому, что Германия уничтожает все больше и больше государств, правительств, армий, политических партий. Советское руководство просто в восторге: "Современная война во всей ее страшной красоте!" ("Правда", 19 августа 1940 года).
  
  Или вот описание Европы в войне: "трупная свалка, порнографическое зрелище, где шакалы рвут шакалов" ("Правда", 25 декабря 1939 года). На этой же странице - приветственная дружественная телеграмма Сталина Гитлеру. Коммунисты убеждают нас, что Сталин верил Гитлеру и хотел с ним дружбы, а в качестве доказательства суют нам сталинскую телеграмму от 25 декабря: "Главе Германского Государства господину Адольфу Гитлеру". Так вот, прямо под дружественной сталинской телеграммой - "шакалы рвут шакалов". Это ведь и о Гитлере сказано! Какие же еще шакалы рвут друг друга на трупной свалке Европы?
  
  И вдруг все изменилось.
  
  Вот тон "Правды" на следующий день после сталинской секретной речи: "За рубежами нашей родины полыхает пламя Второй Империалистической войны. Вся тяжесть ее неисчислимых бедствий ложится на плечи трудящихся. Народы не хотят войны. Их взоры устремлены в сторону страны социализма, пожинающей плоды мирного труда. Они справедливо видят в вооруженных силах нашей Родины - в Красной Армии и Военно-Морском флоте - надежный оплот мира... В нынешней сложной международной обстановке нужно быть готовым ко всяким неожиданностям..." ("Правда", 6 мая 1941 года, передовая статья).
  
  Вот как! Сначала Сталин пактом Молотова - Риббентропа открыл шлюзы Второй мировой войны и радовался, видя, как "шакалы рвут шакалов", а вот теперь вспомнил и о народах, которым захотелось мира и которые с надеждой взирают на Красную Армию!
  
  Сам Сталин в марте 1939 года обвинял Великобританию и Францию в том, что они хотят ввергнуть Европу в войну, оставаясь сами в стороне от нее, а потом "выступить на сцену со свежими силами, выступить, конечно, "в интересах мира" и продиктовать ослабевшим участникам войны свои условия" (И. В. Сталин. Доклад 10 марта 1939 года).
  
  Что там затевали "империалисты", я не знаю. Но на подписании пакта, который был ключом к войне, присутствовал только один л
  Скачать и читать книгу Геяровой
  Драконий отбор, или Пари на снежного в epub, fb2, онлайн
  litres.ru
  
  Яндекс.Директ
  18+
  идер - Сталин. При подписании пакта о начале войны ни японские, ни американские, ни британские, ни французские лидеры не присутствовали. Даже германский канцлер - и тот отсутствовал. А Сталин там был. И именно Сталин остался пока в стороне от войны. И именно он теперь заговорил о Красной Армии, которая может положить конец кровопролитию!
  
  Совсем недавно, 17 сентября 1939 года, Красная Армия нанесла внезапный удар по Польше. На следующий день по радио советское правительство объявило, почему: "Польша стала удобным плацдармом для всяких случайностей и неожиданностей, могущих создать угрозу для СССР... Советское правительство не может более нейтрально относиться к этим фактам... Ввиду такой обстановки советское правительство отдало распоряжение Главному командованию Красной Армии дать приказ войскам перейти границу и взять под свою защиту жизнь и имущество населения..." ("Правда", 18 сентября 1939 года).
  
  Тут бы самое время задать вопрос: "Кто же превратил Польшу в "удобный плацдарм для всяких случайностей"? Но об этом - в следующей книге.
  
  Цинизм Молотова (и Сталина) границ не имеет. Гитлер пришел в Польшу "расширять жизненное пространство для немцев". А Молотов - для другой цели: "Чтобы вызволить польский народ из злополучной войны, куда он был ввергнут неразумными руководителями, и дать ему возможность зажить мирной жизнью" (там же).
  
  Но и в настоящее время советские коммунисты не изменили своего мнения о характере тех событий. В 1970 году вышел официальный сборник документов по истории советских пограничных войск (Пограничные войска СССР. 1939 - июнь 1941). Например, документ N 192 утверждает, что советские действия в сентябре 1939 года имели целью "помочь польскому народу выйти из войны".
  
  Советский Союз всем и всегда "бескорыстно" помогал найти путь к миру. Вот 13 апреля 1941 года Молотов подписывает пакт о нейтралитете с Японией: "поддерживать мирные и дружественные отношения и взаимно уважать территориальную целостность и неприкосновенность... в случае, если одна из Договаривающихся сторон окажется объектом военных действий со стороны одной или нескольких третьих держав, другая Договаривающаяся сторона будет соблюдать нейтралитет в продолжение всего конфликта".
  
  Когда Сталин находился на краю гибели, Япония слово свое сдержала. Но вот Япония - на краю гибели. Красная Армия наносит внезапный сокрушительный удар. После этого советское правительство объявляет: "Такая политика является единственным средством, способным приблизить наступление мира, освободить народы от дальнейших жертв и страданий и дать возможность японскому народу избавиться от опасностей и разрушений..."' (Заявление советского правительства от 8 августа 1945 года). Необходимо отметить, что формально заявление было сделано 8 августа, а советские войска нанесли удар 9 августа. На практике удар наносился по местному времени на Дальнем Востоке, а заявление было сделано через несколько часов после этого в Москве по московскому времени.
  
  На военном языке это именуется: "Подготовка и нанесение внезапного первоначального удара с открытием нового стратегического фронта" (Генерал армии С. П. Иванов. Начальный период войны. С. 281). На политическом языке это именуется: "Справедливый и гуманный акт СССР" (Полковник А. С. Савин. ВИЖ, 1985, N 8, с. 56).
  
  Маршал Советского Союза Р. Я. Малиновский после нанесения первого сокрушительного удара обратился к своим войскам: "Советский народ не может спокойно жить и трудиться, пока японские империалисты бряцают оружием у наших дальневосточных границ и выжидают удобного момента, чтобы напасть на нашу Родину" ("Коммунист", 1985, N 12, с. 85). Советские маршалы всегда боятся, что кто-то на них нападет. Малиновский произнес эти слова 10 августа 1945 года. Хиросимы уже нет, и Малиновский об этом знает. Неужели "японским империалистам" после Хиросимы больше нечем заняться, как "выжидать удобный момент"?
  
  Современные советские публикации (например, ВИЖ, 1985, N 8) настаивают, что "вступление СССР в войну с Японией отвечало также интересам японского народа..." "Советский Союз преследовал цель избавить народы Азии, в том числе и японский, от дальнейших жертв и страданий..."
  
  В мае 1941 года советская пресса вдруг заговорила о том, что народы Европы захотели мира и с надеждой смотрят на Красную Армию. Это был тот же тон, те же слова, что произносятся перед каждым коммунистическим "освобождением".
  
  В конце 1938 года завершилась Великая чистка в Советском Союзе. Наступил новый этап. Новые времена - новые цели - новые лозунги. В марте 1939 года Сталин впервые заговорил о том, что нужно готовиться к каким-то "неожиданностям", и не внутри страны, а на международной арене. В августе 1939 года Сталин преподносит первый сюрприз, первую "неожиданность", от которой ахнул не только весь советский народ, но и весь мир: пакт Молотова - Риббентропа. Тут же германские, а за ними и советские войска вступают в Польшу. Официальное советское объяснение: "Польша превратилась в поле для разных неожиданностей". Что ж, эта угроза ликвидирована бескорыстным актом советского правительства, Красной Армии и НКВД. Но Сталин призывает быть готовыми "к новым неожиданностям", т. к. "международная обстановка становится все более и более запутанной".
  
  Казалось бы, чего же проще: мир с Германией подписан, где же запутанность ситуации? Но Сталин настойчиво повторяет свое предостережение не верить кажущейся простоте, быть готовым к неожиданностям, к каким-то резким поворотам и изменениям.
  
  Май 1941 года - это месяц, когда лозунг "быть готовым к неожиданностям" вдруг загремел набатом по всей стране. Он загремел в первый день мая с самой первой страницы "Правды" и был повторен тысячекратно всеми другими газетами, сотнями тысяч голосов комиссаров, политработников, пропагандистов, разъясняющих лозунг Сталина массам. Призыв "быть готовым к неожиданностям" зазвучал в приказе Наркома обороны N 191, объявленном "во всех ротах, батареях, эскадрах, эскадрильях и на кораблях".
  
  Может быть, это Сталин предупреждает страну и армию о возможности внезапного германского нападения? Нет, конечно. Для самого Сталина германское нападение было полной неожиданностью. Не мог же он предупреждать об опасностях, которых сам не предвидел!
  
  22 июня 1941 года все разговоры о неожиданностях прекратились, и этот лозунг больше никогда не повторялся. В современных советских публикациях вообще нет никаких упоминаний о лозунге "готовьтесь к неожиданностям". А ведь это один из самых звучных мотивов советской пропаганды "предвоенного периода".
  
  На первый взгляд удивительно, что сам Сталин никогда потом про свой лозунг не вспомнил. А ведь он же мог где-то сказать: Гитлер напал внезапно, а я же вас предупреждал быть готовыми к неожиданностям! Но Сталин никогда этого так и не сказал. Маршал Тимошенко мог бы однажды напомнить после войны: помните приказ N 191? Я вас даже в приказе предупреждал! Современные советские историки и партийные бюрократы (не называя имени Сталина и Тимошенко) могли бы объяснить: вот какая у нас мудрая партия! На страницах своей центральной газеты чуть не каждый день призывала готовиться к неожиданностям! Но ни Сталин, ни Тимошенко, ни кто-либо другой ни разу не вспомнили набатный лозунг мая и июня 1941 года. Почему же? Да потому, что под лозунгом "готовьтесь к неожиданностям" понималось не германское вторжение, а нечто противоположное. Под лозунгом "готовьтесь к неожиданностям" чекисты не устанавливали мины на границах, а снимали их и знали, что это и есть подготовка к Центральной неожиданности XX века.
  
  Советская пресса, призывая армию и народ быть готовыми к неожиданностям международного масштаба, никогда не ассоциировала этот призыв с возможностью иностранного вторжения и оборонительной войны на своей территории.
  
  Для того чтобы иметь представление об истинном значении лозунга, мы, конечно, должны открыть первую страницу газеты "Правда" от Первого мая 1941 года. Именно эта страница задала тон всему многоголосому ходу, который просто послушно повторял сольное выступление "Правды".
  
  Итак, "Правда" N 120 (8528) от 1 мая 1941 года. На главной первой странице газеты среди многих пустозвонных фраз всего две цитаты. Обе Сталина.
  
  Первая - в самом начале передовой статьи: "То, что осуществлено в СССР, может быть осуществлено и в других странах"(Сталин).
  
  Вторая - в приказе Наркома обороны о готовности к случайностям и "фокусам" наших внешних врагов (тоже Сталин).
  
  Все остальное на первой странице: о жестокой войне, захватившей Европу, о страданиях трудящихся, об их стремлении к миру и надеждах на Красную Армию. В этом ключе вторая цитата дополняет первую.
  
  Много говорит первая страница о советских усилиях сохранить мир, но в качестве примера соседа, с которым наконец установлены нормальные отношения, приводится Япония (ее час пока не пробил), а вот Германия среди хороших друзей уже не числится.
  
  Конечно, согласно "Правде", враг - хитер и коварен, и мы ответим на его происки, но не в смысле защиты своей территории, а в смысле освобождения народов Европы от бедствий кровопролитной войны.
  
  Вот в предвидении таких неожиданностей через пять дней после начала громовой кампании во всех советских газетах Сталин принял пост Главы правительства и произнес свою секретную речь, в которой назвал Германию главным противником.
  
  В мае 1941 года Сталин принял государственную ответственность в предвидении "неожиданностей". В июне Гитлер напал, но это была такая "неожиданность", которая заставила Сталина интенсивно отбиваться от государственной ответственности.
  
  Очевидно, что Сталин готовился не к германскому вторжению, а к "неожиданностям" противоположного характера.
  
  Глава 20
  
  СЛОВО И ДЕЛО
   Сделать закладку на этом месте книги
  
  Слова не всегда соответствуют делам.
  Я.Молотов, из беседы с Гитлером, 13 ноября 1940 г.
  
  В своей секретной речи 5 мая 1941 года Сталин заявил, что "война с Германией начнется не раньше 1942 года". Эта фраза - наиболее известный фрагмент сталинской секретной речи. С высоты нашего современного знания последующих событий сталинская ошибка очевидна. Но не будем спешить смеяться над сталинскими ошибками.
  
  Обратим внимание вот на что. Сталин произносит секретную речь, которая никогда не публиковалась. Если речь секретна, то наверняка Сталин заинтересован секреты свои от противника утаить. Но в Кремле Сталина слушают ВСЕ выпускники ВСЕХ военных академий и ВСЕ преподаватели ВСЕХ военных академий, и высшее политическое руководство страны, и высшее военное руководство Красной Армии. Вдобавок ко всему содержание секретной сталинской речи было сообщено всем советским генералам и всем полковникам.
  
  Генерал-майор Б. Трамм: "В середине мая 1941 года Председатель Центрального совета Осоавиахима генерал-майор авиации П. П. Кобелев собрал руководящий состав Центрального совета и довел до нас основные положения речи И. В. Сталина, произнесенной им на правительственном приеме выпускников военных академий в Кремле" (ВИЖ, 1980, N 6, с. 52).
  
  С одной стороны - речь Сталина секретна, с другой - ее содержание знают тысячи людей. Есть ли объяснение такому парадоксу? Есть.
  
  Из воспоминаний Адмирала Флота Советского Союза Н. Г. Кузнецова мы знаем, что после назначения Г. К. Жукова начальником Генерального штаба, была разработана "очень важная директива, нацеливающая командующих округов и флотов на Германию, как на самого вероятного противника в будущей войне" (Накануне. С. 313).
  
  Два месяца директива находилась в Генеральном штабе, а 6 мая 1941 года была передана в штабы приграничных военных округов на исполнение. Есть много указаний, что она была в тот же день получена штабами. Об этом, например, говорит Маршал Советского Союза И. X. Баграмян. Советские маршалы об этой совершенно секретной директиве часто говорят, но не цитируют ее. За полвека в печать из всей этой совершенно секретной директивы просочилась одна лишь фраза: "...быть готовым по указанию Главного командования нанести стремительные удары для разгрома противника, перенесения боевых действий на его территорию и захвата важных рубежей" (В. А. Анфилов. Бессмертный подвиг. С. 171).
  
  Будь в той директиве одно слово об обороне, маршалы и коммунистические историки не преминули бы его цитировать. Но весь остальной текст директивы от 5 мая для цитирования никак не подходит. Директива остается совершенно секретной даже через полвека после завершения войны.
  
  Советская цензура пропустила только одну фразу, но и она одна вполне раскрывает смысл всего так тщательно скрываемого документа. Дело в том, что в оборонительную войну солдат вступает без приказа. Сотнями лет русский воин вступал в войны с агрессорами, не дожидаясь команд сверху. Противник переходит пограничную реку, и это означает для солдата начало войны. Границы России переходили огромные армии завоевателей, и каждый раз с доисторических времен русский воин, как и воин любой другой страны, знает, что переход границы противником означает войну, и действует, не дожидаясь приказов. Караульная служба на то и придумана, чтобы каждого солдата по много раз поставить в ситуацию, в которой от него требуется самостоятельное решение на применение оружия. Право и долг солдата - убивать каждого, кто пытается проникнуть на охраняемый объект. Советский закон особо охраняет право каждого солдата на самостоятельное применение оружия и тот же закон жестоко карает каждого солдата, который не воспользовался своим оружием в случае, когда этого требовали обстоятельства.
  
  Солдат на государственной границе - это солдат на боевом посту. В оборонительной войне ему не нужны приказы и директивы.
  
  Нормальное начало оборонительной войны - это ситуация, когда продрогший за ночь солдат уже было собрался завернуться в шинель и уснуть, предварительно ткнув ногой своего сменщика, но вдруг протер глаза и увидел противников, переходящих реку. Солдат открывает беглый огонь по супостату и шумом стрельбы поднимает тревогу. Просыпается командир отделения, ругается спросонья и, сообразив, что происходит, гонит остальных своих солдат в траншею. А по всей границе на сотни километров уже разгорелась стрельба. Появился командир взвода. Он координирует огонь своих отделений. Появляются другие командиры рангом постарше. Бой начинает принимать организованный характер. Летит донесение в штаб полка, а оттуда в штаб дивизии...
  
  Так должна начинаться оборонительная война. А совершенно секретная директива от 5 мая 1941 года предусматривала вступление миллионов солдат Красной Армии в войну по единому приказу, который поступит от советского Главного командования. Полусонный солдат на границе может видеть нападение противника, а как товарищи в Кремле могут знать о начале войны?
  
  Разве что они сами установили дату ее начала.
  
  В оборонительную войну вступает сначала солдат, потом сержант, потом взводный командир. В наступательной войне все идет с обратной стороны. В нее сначала вступает Главнокомандующий, начальник Генерального штаба, затем командующий фронтами, флотами, армиями. Рядовой солдат узнает о начале агрессивной войны самым последним. В оборонительную войну миллионы солдат вступают каждый по одному, а агрессивную - все как один.
  
  Солдаты Гитлера вступали на территорию противника все как один, час в час, минута в минуту. Солдаты Сталина тоже всегда так делали: и в Финляндии, и в Монголии, и в Бессарабии. Именно так они должны были вступить в войну и с Германией.
  
  Директива от 5 мая отдана, но срок начала войны пока остается в полном секрете. Ждите сигнала и будьте готовы в любой момент, говорит директива советским генералам. Отдав директиву 5 мая, Сталин тут же занял пост Главы советского правительства, для того чтобы самому лично дать сигнал на выполнение директивы.
  
  Гитлер дал своим войскам приказ на выполнение директивы немного раньше...
  
  Мы не знаем и, по-видимому, никогда не узнаем содержания совершенно секретной директивы от 5 мая 1941 года; ясно, что это была директива о войне с Германией, но война должна была начаться не германским вторжением, а каким-то другим образом. Если бы среди различных вариантов был предусмотрен и вариант, в котором войну начинает Германия, то в этом случае 22 июня 1941 года советские лидеры в Кремле могли просто по телефону открытым текстом или любым другим самым примитивным способом сообщить командующим приграничными округами: "Откройте сейфы, возьмите директиву от 5 мая и делайте то, что в ней написано".
  
  Если бы в директиве от 5 мая было несколько вариантов и один оборонительный среди них, то можно было просто по телефону сказать командующему приграничным округом: первые девять вариантов зачеркни, а последний, десятый, выполняй. Но в директиве оборонительных вариантов не было. Вот почему директива от 5 мая никогда не была введена в действие. В первый момент германского вторжения советская директива полностью потеряла смысл, она мгновенно устарела, точно так же, как "устарели" все советские автострадные танки, включая даже те, что были выпущены 21 июня 1941 года.
  
  Вместо того чтобы ввести в действие директиву, которая лежит в сейфе каждого командующего, советские лидеры в Кремле с самого первого момента войны вынуждены импровизировать. Они вынуждены отказаться от введения в действие уже готовой директивы, которую каждый командующий приграничным округом держит в своих руках. Вместо введения готовой директивы Тимошенко и Маленков вынуждены тратить время на сочинение новой директивы. Затем будет тратиться время на шифрование, передачу, прием, расшифрование. Кстати сказать, директива, отданная 22 июня, тоже насквозь агрессивная, но она немного сдерживает наступательный порыв советских войск.
  
  Не следует думать, что совершенно секретная директива от 5 мая 1941 года попала в сейфы и там ждала своего часа. Совсем нет. Директива была передана на исполнение. Командующие округами сделали очень многое. В соответствии с ней были проведены грандиозные перегруппировки советских войск к границам, были сняты сотни километров проволочных заграждений и тысячи мин в приграничных районах, были выдвинуты к самым границам и уложены на грунт сотни тысяч тонн боеприпасов, в приграничные районы были вывезены сотни тысяч тонн самых разнообразных запасов, необходимых для скорой и неизбежной войны.
  
  15 июня 1941 года для генералов, которые командовали армиями, корпусами, дивизиями, настала пора узнать немного больше о намерениях высшего советского руководства. В этот день штабы пяти приграничных военных округов отдали боевые приказы, разработанные на основе совершенно секретной директивы от 5 мая.
  
  Круг посвященных расширился на несколько сотен человек. Приказы, отданные в среднем командном звене Красной Армии 15 июня 1941 года, тоже остаются совершенно секретными, но их было несколько, и потому они цитируются чаще и полнее. Вот, ставшая известной историкам фраза из приказа, который был отдан штабом Прибалтийского особого военного округа 15 июня командующим армиями и командирам корпусов, входящих в данный округ: "В любую минуту мы должны быть готовы к выполнению боевой задачи".
  
  А теперь вернемся к секретной речи Сталина 5 мая 1941 года. Полному залу Сталин в секретной речи говорит об агрессивной войне против Германии, которая начнется... в 1942 году. В тот же день в совершенно секретной директиве командующие приграничными округами получают указание быть готовыми к агрессии в любой момент.
  
  Еще совпадение: 13 июня 1941 года ТАСС передает Сообщение о том, что Советский Союз не собирается нападать на Германию и перебрасывает войска на германские границы учений ради, а 15 июня советские генералы в приграничных округах получат приказ только для их ушей: быть готовыми к захвату рубежей на чужой территории в любой момен
  Бесплатный IT семинар для детей
  Путешествие в мир современных технологий для детей и подростков от 6 до 15 лет
  it-kid.adukar.by
  
  Яндекс.Директ
  т.
  
  В мае-июне 1941 года скрыть советские приготовления к "освобождению" Европы было уже невозможно. Сталин знает это. Поэтому он на весь мир в Сообщении ТАСС "наивно" объявляет, что СССР к нападению не готовится. Конечно, Гитлер и германская разведка такой грубой фальшивке не поверят - вот на этот случай Сталин "секретно" сообщает тысячам своих офицеров (а заодно и германской разведке), что Советский Союз нападет на Германию... в 1942 году.
  
  Намерений скрыть уже нельзя, но срок скрыть можно, на это и рассчитана сталинская "секретная" речь: "Ты не веришь, Гитлер, моим открытым сообщениям, тогда верь "секретным".
  
  Гитлер имел достаточно благоразумия, чтобы не верить ни тому ни другому.
  
  Глава 21
  
  ЗУБАСТОЕ МИРОЛЮБИЕ
   Сделать закладку на этом месте книги
  
  Надо застать противника врасплох, уловить момент, когда его войска разбросаны.
  И.Сталин
  
  8 мая 1941 года, через два дня после "секретной" сталинской речи, ТАСС передало в эфир Опровержение. Через месяц, 13 июня 1941 года ТАСС передаст в эфир очень странное Сообщение. (Принято считать это Сообщение ТАСС "сообщением от 14 июня". Но оно было передано по советскому радио 13 июня 1941 года). Для того чтобы понять Сообщение ТАСС от 13 июня, мы должны внимательно прочитать и постараться понять Опровержение от 8 мая.
  
  Вот оно:
  
  "Японские газеты публикуют сообщения агентства Домей Цусин, в котором говорится... что Советский Союз концентрирует крупные военные силы на западных границах... концентрация войск на западных границах производится в чрезвычайно крупном масштабе. В связи с этим прекращено пассажирское движение по Сибирской железной дороге, т. к. войска с Дальнего Востока перебрасываются главным образом к западным границам. Из Средней Азии туда же перебрасываются крупные военные силы... Военная миссия во главе с Кузнецовым выехала из Москвы в Тегеран. Назначение миссии, отмечает агентство, связано с вопросом о предоставлении Советскому Союзу аэродромов в центральной и западной частях Ирана.
  
  ТАСС уполномочен заявить, что это подозрительно крикливое сообщение Домей Цусин, позаимствованное у неизвестного корреспондента Юнайтед Пресс, представляет плод больной фантазии его авторов... никакой "концентрации крупных военных сил" на западных границах СССР нет и не предвидится. Крупица правды, содержащаяся в сообщений Домей Цусин, переданная к тому же в грубо искаженном виде, состоит в том, что из района Иркутска перебрасывается в район Новосибирска - ввиду лучших квартирных условий в Новосибирске - одна стрелковая дивизия. Все остальное в сообщении Домей Цусин - сплошная фантастика".
  
  А теперь посмотрим, кто же прав: Домей Цусин и Юнайтед Пресс или ТАСС.
  
  Домей Цусин говорит о советской миссии в Иране, а ТАСС опровергает это. Через три месяца советские войска вошли в Иран и действительно построили там себе аэродромы (и не только аэродромы, а и многое другое). О каком Кузнецове речь идет, поди догадайся, у нас Кузнецовых чуть меньше, чем Ивановых. И не в нем дело. Дело в том, что вторжение состоялось. Японские газеты, используя американские источники, точно предсказали события. Опровержение ТАСС уже с этой точки зрения представляется ложным.
  
  Домей Цусин: "концентрация войск в чрезвычайно крупном масштабе". Правильно. Помимо прочего на германских границах Сталин сосредоточил двадцать механизированных и пять воздушно-десантных корпусов. Кто еще до или после этого в истории всех цивилизаций концентрировал такое количество чисто наступательных войск против одного противника?
  
  ТАСС говорит про одну стрелковую дивизию "из Иркутска в Новосибирск". Послушаем других свидетелей. Генерал-лейтенант Г. Шелахов (в то время генерал-майор, начальник штаба 1-й Краснознаменной армии Дальневосточного фронта): "Согласно директиве НКО от 16 апреля 1941 года из состава Дальневосточного фронта на запад отправлены управления 18-го и 31-го стрелковых корпусов, 21-я и 66-я стрелковые дивизии, 211-я и 212-я воздушно-десантные бригады и некоторые части специального назначения" (ВИЖ, 1969, N 3, с. 56). Переброска воздушно-десантных войск - это верный признак подготовки к наступлению. Переброска воздушно-десантных бригад в дополнение к пяти воздушно-десантным корпусам, уже создаваемым в западных районах страны, свидетельствует о подготовке наступательной операции чудовищных масштабов, которые никогда раньше во всей истории не проводились и, даст Бог, никогда в будущем не будут проводиться. А ложное "опровержение" ТАСС, скрывающее переброску войск, включая и воздушно-десантные, свидетельствует о том, что наступательная операция готовится в условиях абсолютной секретности как совершенно внезапная для противника. Жуков на такие затеи был горазд. Кстати, 212-я воздушно-десантная бригада - это любимая бригада Жукова. В августе 1939 года она находилась в личном резерве Жукова вместе с батальоном Осназа НКВД и была использована в момент нанесения внезапного сокрушительного удара по японским войскам. Бригада использовалась в завершающем ударе по тылам 6-й японской армии.
  
  Теперь Жуков тайно перебрасывает эту лучшую бригаду Красной Армии с Дальнего Востока в состав 3-го воздушно-десантного корпуса на румынскую границу. Гитлер не позволил использовать бригаду и весь 3-й воздушно-десантный корпус (как, впрочем, и все остальные) по прямому назначению. После начала "Барбароссы" 3-й воздушно-десантный корпус за ненадобностью в оборонительной войне был переформирован в 87-ю стрелковую дивизию (впоследствии 13-я гвардейская), которая действительно отличилась потом в оборонительных боях. Если Сталин готовился к обороне, почему бы сразу не формировать обычные стрелковые дивизии вместо воздушно-десантных бригад и корпусов?
  
  Тайное движение дальневосточных войск мы можем проследить по многим источникам. Маршалы Советского Союза Г. К. Жуков и И. X. Баграмян подтверждают прибытие 31-го стрелкового корпуса с Дальнего Востока в Киевский особый военный округ 25 мая 1941 года. Это означает, что в момент передачи "опровержения" 31-й стрелковый корпус был где-то на Транссибирской магистрали. Генерал-полковник И. И. Людников сообщает, что развернув, отмобилизовав и возглавив 200-ю стрелковую дивизию, он получил приказ войти в состав 31-го стрелкового корпуса. Затем корпус (как все его многочисленные собратья) двинулся тайно непосредственно на германскую границу. Гитлер не позволил 31-му стрелковому корпусу завершить начатый путь.
  
  Пути других корпусов, дивизий и бригад, тайно перебрасываемых с Дальнего Востока, каждый желающий может сам проследить по многочисленным воспоминаниям советских генералов и маршалов, показаниям пленных советских солдат-дальневосточников, оказавшихся 22 июня у германских и румынских границ, по германским разведывательным сводкам и по многим другим источникам.
  
  ТАСС говорит про одну стрелковую дивизию, которую перебрасывают из Иркутска в Новосибирск "для улучшения квартирных условий". Много лет я безуспешно ищу следы этой таинственной дивизии. Всех, кто объявляет Сообщения ТАСС глупыми и наивными, всех, кто не верит в эту трогательную наивность, прошу оказать мне содействие и найти хоть какие-нибудь упоминания о дивизии, которая разгрузилась весной 1941 года в Новосибирске.
  
  Вместо этих сведений я нахожу множество других: дивизии в Иркутске и Новосибирске, в Чите и Улан-Удэ, в Благовещенске и Спасске, в Имане и Барабаше, в Хабаровске и в Ворошилове только грузились, а разгружались не через сотни километров в соседнем городе, а у западных границ. Вот и книга, опубликованная именно в Иркутске (Забайкальский военный округ), говорит о странной погрузке многих дивизий, и все - на западную границу. Вот тайно в апреле грузится 57-я танковая дивизия полковника В. А. Мишулина. Назначение ему неизвестно.
  
  57-я танковая дивизия попадает в Киевский особый военный округ и получает приказ начать разгрузку в районе Шепетовки.
  
  А тем временем поток войск на Транссибирской магистрали (и всех других магистралях) нарастает. Мы знаем, что 25 мая 1941 года дальневосточные корпуса начали разгрузку на Украине (например, 31-й стрелковый корпус в районе Житомира), а на следующий день командующий Уральским военным округом получает приказ перебросить две стрелковые дивизии в Прибалтику (Генерал-майор А. Грылев, профессор В. Хвостов. "Коммунист", 1968, N 12, с. 67). В тот же день Забайкальскому военному округу и Дальневосточному фронту приказывают подготовить к отправке на запад еще девять дивизий, включая три танковые (там же). А на Транссибирскую магистраль уже вступает 16-я армия. К Транссибирской магистрали уже потянулись 22-я и 24-я армии.
  
  Самая главная ложь "опровержения" ТАСС даже не "в квартирных условиях". "Никакой концентрации нет и не предвидится" - вот, что главное. Во-первых, она есть, и германское вторжение подтвердило, что советская концентрация превосходила самые смелые предсказания. Во-вторых, в момент переброски всех этих бригад и корпусов предвиделась еще более мощная и поистине небывалая железнодорожная операция в мировой истории - переброска Второго стратегического эшелона Красной Армии.
  
  Директива командующего войсками о начале переброски Второго стратегического эшелона была передана 13 мая. Вот в предвидении ее и было опубликовано "опровержение" ТАСС. Ровно через месяц переброска Второго стратегического эшелона началась, и тогда ТАСС вновь выступил со своим Сообщением, что ничего серьезного в Советском Союзе не происходит, кроме обычных перевозок резервистов на учения.
  
  Пусть ТАСС вещает про обычных резервистов, а мы послушаем других свидетелей.
  
  Генерал-майор А. А. Лобачев в то время был членом военного совета 16-й армии. Он рассказывает про 26 мая 1941 года:
  
  "Начальник штаба доложил, что из Москвы получена важная шифровка, касающаяся 16-й армии... Приказ из Москвы предлагал передислоцировать 16-ю армию на новое место. М. Ф.Лукину надо было немедленно явиться в Генеральный штаб за получением указаний, а полковнику М. А. Шалину и мне - организовать отправку эшелонов.
  
  - Куда? - спросил я Курочкина.
  
  - На запад.
  
  Посоветовались и решили, что первыми будут отправлены танкисты, затем 152-я дивизия и остальные соединения и наконец - штаб армии с приданными частями.
  
  - Отправлять эшелоны ночью. Никто не должен знать, что армия уходит, - предупредил командующий... К отходу танковых эшелонов приехали Курочкин и Зимин, собрали начальствующий состав 5-го корпуса, пожелали генералу Алексеенко и всем командирам не уронить традиции забайкальцев...
  
  Люди слушали эти теплые напутствия, и каждый думал, что, пожалуй, не о боевой подготовке, а о боевых действиях скоро пойдет речь" (Трудными дорогами. С. 123).
  
  Далее генерал Лобачев рассказывает удивительные вещи. Командующий армией генерал Лукин, сам Лобачев и начальник штаба 16-й армии полковник М. А. Шалин (будущий начальник ГРУ-В. С.) знают, что 16-я армия перебрасывается на запад, но не знают куда точно. Всем остальным генералам из 16-й армии "секретно" объявляют, что назначение армии - иранская граница; нижестоящему командному составу объявляется цель перемещения - учения; женам командного состава - армия уходит в лагеря.
  
  В оборонительной войне по крайней мере генералов не надо обманывать относительно направления, где придется действовать армии. Но в 16-й армии три высших командира знают про западные границы, остальные генералы получили преднамеренно ложную информацию про Иран.
  
  В германской армии в то же самое время делалось то же самое: распространялась ложь, очень похожая на правду, об операции "Морской лев". Преднамеренный обман войск относительно направления действий - это всегда верный признак подготовки внезапного наступления. Чтобы скрыть от противника, надо скрыть и от своих войск. Так делали все агрессоры. Так делал Гитлер. Так делал Сталин.
  
  Интересно, но в апреле 1941 года все понимают, что вообще-то 16-я армия уходит на войну. Вот жена Лобачева спрашивает его в упор:
  
  - Воевать едешь?
  
  - Откуда ты взяла?
  
  - Да что, я газет не читаю, что ли?"
  
  Это очень интересный психологический момент, к которому следует еще вернуться. Я опросил сотни людей того поколения, и все они предчувствовали войну. Я удивляюсь: откуда же эти предчувствия исходили. Все отвечают: а из газет!
  
  Мы, современные люди, редко на пожелтевших страницах тех лет находим прямые указания на скорую и неизбежную войну. Но вот люди того поколения, читая между строк, знали, что война надвигается неизбежно: не могли же они в Сибири знать о приготовлениях Гитлера. Может, по советским приготовлениям они чувствовали, что войны не избежать?
  
  Но мы отвлеклись. Вернемся к рассказу генерала Лобачева. Он вспоминает о невероятной степени секретности, с которой перебрасывалась армия: эшелоны отправлялись только ночью; поезда на крупных и средних станциях не останавливались; переброска штаба 16-й армии осуществлялась в товарных вагонах с полностью закрытыми дверями и окнами; на небольших станциях, где останавливались эшелоны, выходить из вагонов никому не разрешалось. В то время как пассажирский поезд проходил Транссибирскую магистраль более чем за 11 суток, товарные шли медленнее. Можно возить в полностью закрытых вагонах солдат и офицеров. Но тут речь идет о штабе армии. Такая степень секретности необычна даже по советским стандартам. В 1945 году по Транссибирской магистрали шел поток войск в обратном направлении для внезапного нападения на японские войска в Маньчжурии и Китае. Ради маскировки все генералы ехали в офицерской форме, имея на погонах гораздо меньше звезд, чем заслужили, но все же они ехали в пассажирских вагонах. А вот в 1941 году генералов везли в товарных. Зачем?
  
  Глава 22
  
  ЕЩЕ РАЗ О СООБЩЕНИИ ТАСС
   Сделать закладку на этом месте книги
  
  ...Сталин был не из тех, чьи намерения объявлялись открыто.
  Роберт Конквест
  
  13 июня 1941 года московское радио передало не совсем обычное Сообщение ТАСС, в котором утверждалось, что "Германия так же неуклонно соблюдает условия советско-германского пакта о ненападении, как и Советский Союз..." и что "эти слухи (т. е слухи о готовящемся нападении Германии на СССР. - В. С.) являются неуклюже состряпанной пропагандой враждебных СССР и Германии сил, заинтересованных в дальнейшем расширении и развязывании войны..." На следующий день центральные советские газеты опубликовали это сообщение, а еще через неделю Германия совершила нападение на СССР.
  
  Кто был автором Сообщения ТАСС, известно всем. Характерный стиль Сталина узнали и генералы в советских штабах, и зэки в лагерях, и западные эксперты.
  
  Небезынтересно, что после войны Сталин чистил ТАСС, но никому из руководителей этой организации не было предъявлено обвинений в распространении сообщения, которое можно было счесть "явно вредительским". Вину за передачу Сообщения ТАСС Сталин мог бы взвалить на любого члена Политбюро (в удобное для Сталина время). Но он этого тоже не сделал и тем самым принял всю ответственность перед историей на себя лично.
  
  Как в советской, так и в зарубежной печати об этом Сообщении ТАСС писали очень много. Все, кто касался этой темы, над Сталиным смеялись. Сообщение ТАСС иногда рассматривается чуть ли не как проявление близорукости. Однако в Сообщении ТАСС от 13 июня 1941 года таинственного и непонятного гораздо больше, чем смешного. Ясным является только один вопрос: об авторе этого сообщения. Все остальное - загадка.
  
  Сообщение ТАСС никак не вяжется с характером Сталина.
  
  Человек, знавший о Сталине больше других, - его личный секретарь Борис Бажанов - так характеризует Сталина: "Скрытен и хитер чрезвычайно", "Он в высокой степени обладал даром молчания и в этом отношении был уникален в стране, где все говорили слишком много".
  
  А вот другие характеристики. "Он был непримиримым врагом инфляции слов - болтливости. Не говори, что думаешь..." (А.Авторханов).
  
  "В критические моменты у Сталина действие опережало слово" (А. Антонов-Овсеенко).
  
  Выдающийся исследователь сталинской эпохи Роберт Конквест отмечает молчаливость и скрытность Сталина как одну из наиболее сильных черт его личности: "Очень сдержан и скрытен", "нам все еще приходится вглядываться в мрак исключительной скрытности Сталина", "Сталин никогда не рассказывал, что у него на уме, даже в отношении политических целей".
  
  Умение молчать, по меткому выражению Д. Карнеги, встречается среди людей гораздо реже, чем любые другие таланты. С этой точки зрения Сталин был гением - он умел молчать. И это не только сильнейшая черта его характера, но и сверхмощное оружие борьбы. Своим молчанием он усыплял бдительность противников, поэтому удары Сталина всегда были так внезапны и потому неотразимы. Отчего же Сталин заговорил, да так, чтобы слышали все? Где скрытность? Где хитрость? Где действия, опережающие слова? Если у Сталина есть какие-то соображения о дальнейшем развитии событий, почему не обсудить это в тесном кругу соратников? Почему бы не помолчать в конце концов? К кому обращается Сталин? К Красной Армии? Кто же передает важные сообщения (речь идет о войне и мире, о жизни и смерти) своей армии через столичное радио и центральные газеты? Армия, флот, тайная полиция, концлагеря, промышленность, транспорт, сельское хозяйство, все люди большого и малого ранга являются частью государственной системы, и все они подчиняются не газетным сообщениям, а своим начальникам, которые по особым (часто тайным) каналам получают приказы от вышестоящих начальников.
  
  Сталинская империя была централизована, как никакая другая, и механизм государственного управления, особенно после Великой чистки, был отлажен так, что любой приказ немедленно передавался с самого высшего уровня до самых последних исполнителей и тут же неукоснительно выполнялся. Грандиозные операции, например, арест и уничтожение сторонников Ежова и фактическая смена всего руководящего аппарата тайной полиции, были проведены быстро и эффективно, причем так, что сигнал о начале операции не только не был расшифрован никем со стороны, но неизвестно даже, когда и как Сталин передал сигнал на проведение этой огромной операции.
  
  Если в июне 1941 года у Сталина были какие-то мысли, которые немедленно нужно было довести до миллионов исполнителей, почему не воспользоваться обкатанной машиной управления, которая передает любые приказы немедленно и без искажений? Если бы это было серьезное сообщение, то по всем тайным каналам оно было бы продублировано.
  
  Маршал Советского Союза А. М. Василевский свидетельствует, что за этими сообщениями в печати "не последовало никаких принципиальных указаний относительно Вооруженных сил и пересмотра ранее принятых решений" (Дело всей жизни. С. 120). Далее маршал говорит, что в делах Генерального штаба и наркомата обороны ничего не изменилось и "не должно было измениться".
  
  По военным тайным каналам Сообщение не только не было подтверждено. Наоборот, у нас есть документы и том, что одновременно с Сообщением ТАСС в военных округах, например, в Прибалтийском особом, был издан приказ войскам, по смыслу и духу прямо противоположный Сообщению ТАСС (Архив МО СССР, Фонд 344, опись 2459, дело II, лист 31).
  
  Публикации в военных газетах (особенно недоступных посторонним) били тоже прямо противоположного содержания Сообщению ТАСС. (Например, вице-адмирал И. И. Азаров. Осажденная Одесса. С. 16).
  
  Сообщение ТАСС никак не вяжется не только с характером Сталина, но и с центральной идеей всей коммунистической мифологии. Любой коммунистический тиран (а Сталин особенно
  Скачать и читать книгу Геяровой
  Драконий отбор, или Пари на снежного в epub, fb2, онлайн
  litres.ru
  
  Яндекс.Директ
  18+
  ) всю свою жизнь повторяет простую и понятную фразу: враг не дремлет. Эта магическая фраза позволяет объяснить и отсутствие мяса в магазинах, и "освободительные походы", и цензуру, и пытки, и массовые чистки, и закрытую границу - и вообще все что угодно. Фразы "враг не дремлет", "мы окружены врагами" - не только идеология - это острейшее оружие партии. Этим оружием были уничтожены все и всяческие оппозиции, этим оружием были установлены и упрочены все коммунистические диктатуры... И вот однажды, только однажды в истории всех коммунистических режимов, глава самого мощного из этих режимов заявил на весь мир, что угрозы агрессии не существует.
  
  Давайте же не считать Сообщение ТАСС глупым, смешным, наивным. Давайте считать это сообщение странным, непонятным, необъяснимым. Давайте постараемся понять смысл этого сообщения.
  
  13 июня 1941 года - одна из самых важных дат советской истории. По своему значению она, конечно, гораздо важнее, чем 22 июня 1941 года. Советские генералы, адмиралы и маршалы в своих мемуарах описывают этот день гораздо подробнее, чем 22 июня. Вот совершенно стандартное описание того дня.
  
  Генерал-лейтенант Н. И. Бирюков (в то время генерал-майор, командир 186-й стрелковой дивизии 62-го стрелкового корпуса Уральского военного округа): "13 июня 1941 года мы получили из штаба округа директиву особой важности, согласно которой дивизия должна была выехать в "новый лагерь". Адрес нового расквартирования не был сообщен даже мне, командиру дивизии, И только проездом в Москве я узнал, что наша дивизия должна сосредоточиться в лесах западнее Идрицы" (ВИЖ, 1962, N4, с. 80).
  
  Напомним читателю, что в мирное время дивизия имеет "секретные", а иногда "совершенно секретные" документы. Документ "особой важности" может появиться в дивизии только во время войны и только в исключительном случае, когда речь идет о подготовке операции чрезвычайной важности. Многие советские дивизии за четыре года войны не имели ни одного документа этой высшей степени секретности. Обратим также внимание на кавычки, которые генерал Бирюков использует для "нового лагеря".
  
  186-я дивизия была в Уральском округе не единственной, получившей такой приказ. ВСЕ дивизии округа получили такой же приказ.
  
  Официальная история округа (Краснознаменный уральский. С. 104) четко фиксирует эту дату: "Первой начала погрузку 112-я стрелковая дивизия. Утром 13 июня с маленькой железнодорожной станции отошел эшелон... За ним пошли другие эшелоны. Затем началась отправка частей 98-й, 153-й, 186-й стрелковых дивизий". К отправке готовились 170-я и 174-я стрелковые дивизии, артиллерийские, саперные, зенитные и другие части. Для управления уральскими дивизиями были созданы управления двух корпусов, а они в свою очередь подчинены штабу новой 22-й армии (командующий генерал-лейтенант Ф. А. Ершаков).
  
  Вся эта масса штабов и войск под прикрытием успокаивающего Сообщения ТАСС двинулась тайно в белорусские леса.
  
  22-я армия была не одна.
  
  Генерал армии С. М. Штеменко: "Перед самым началом войны под строжайшим секретом в пограничные округа стали стягиваться дополнительные силы. Из глубины страны на запад перебрасывались пять армий" (Генеральный штаб в годы войны. С. 26).
  
  Генерал армии С. П. Иванов добавляет: "Одновременно с этим к передислокации готовились еще три армии" (Начальный период войны. С. 211).
  
  Возникает вопрос: почему все восемь армий не начали движение одновременно? Ответ простой. В марте, апреле, мае была проведена грандиозная тайная переброска советских войск на запад. Весь железнодорожный транспорт страны был вовлечен в эту колоссальную тайную операцию. Она завершилась вовремя, но десятки тысяч вагонов должны были вернуться на тысячи километров назад. Поэтому 13 июня, когда началась новая сверхогромная тайная переброска войск, всем армиям просто не хватило вагонов.
  
  Масштабы предшествующей переброски представить почти невозможно. Точных цифр у нас нет. Но вот некоторые отрывочные свидетельства.
  
  Бывший заместитель народного комиссара государственного контроля И. В. Ковалев: "В мае - начале июня транспортной системе СССР пришлось осуществить перевозки около 800 000 резервистов... Эти перевозки нужно было провести скрытно..." (Транспорт в Великой Отечественной войне. С. 41).
  
  Генерал-полковник И. И. Людников: "...В мае...в районе Житомира и в лесах юго-западнее его сосредоточился воздушно-десантный корпус" (ВИЖ, 1966, N 9, с. 66).
  
  Маршал Советского Союза И. X. Баграмян описывает май в Киевском особом военном округе: "25 мая в состав войск прибудет управление 31-го стрелкового корпуса с Дальнего Востока... Во второй половине мая мы получили директиву Генерального штаба, в которой предписывалось принять из Северо-Кавказского военного округа управление 34-го стрелкового корпуса, четыре 12- тысячные дивизии и одну горнострелковую дивизию... Предстояло в короткий срок разместить почти целую армию... В конце мая в округ стали прибывать эшелон за эшелоном. Оперативный отдел превратился в подобие диспетчерского пункта, куда стекалась вся информация о прибывающих войсках" (ВИЖ, 1967, N 1, с. 62).
  
  Такова была обстановка в мае. Именно в такой обстановке 13 июня началась новая небывалая тайная перегруппировка войск, которые должны были образовать Второй стратегический эшелон Красной Армии.
  
  В своих ранних публикациях по данному вопросу я называл численный состав Второго стратегического эшелона - 69 танковых, моторизованных и стрелковых дивизий, не считая десятков отдельных полков и сотен отдельных батальонов. Дальнейшее исследование показало, что я ошибался. В настоящее время я имею сведения о 77 дивизиях и большом числе полков и батальонов, начавших тайное движение на запад под прикрытием Сообщения ТАСС.
  
  Вот одно из десятков свидетельств на эту тему.
  
  Генерал-лейтенант артиллерии Г. Д. Пласков (в то время полковник); "53-я дивизия, в которой я был начальником артиллерии, дислоцировалась на Волге. Старший командный состав вызвали в штаб нашего 63-го корпуса. На совещание прибыл командующий округом В. Ф. Герасименко. Прибытие большого начальства немного насторожило: значит, предстоит что-то важное. Командир корпуса А. Г. Петровский, обычно спокойный, невозмутимый, заметно волновался.
  
  - Товарищи, - сказал он. - Приказано отмобилизовать корпус. Мы должны укомплектовать части по штатам военного времени, для чего использовать неприкосновенный запас. Необходимо срочно призвать остальной приписной состав. План очередности погрузки, подачи эшелонов и отправления получите у начальника штаба корпуса генерал-майора В. С. Венского.
  
  Совещание длилось недолго. Все было ясно. И хотя генерал Герасименко намекнул, что мы следуем на учения, все понимали, что дело куда серьезнее. Еще ни разу на учения не брали полный комплект боевых снарядов. Не призывали людей из запаса..." (Под грохот канонады. С. 125).
  
  Теперь мы посмотрим, что происходило в Первом стратегическом эшелоне в момент, когда советское радио передавало такие, казалось, бы, наивные заявления.
  
  "14 июня Военный Совет Одесского военного округа получил распоряжение о создании армейского управления в Тирасполе" (ВИЖ, 1978, N 4, с. 86). Речь идет о 9-й армии. "14 июня Военный Совет Прибалтийского особого военного округа утвердил план передислокации ряда дивизий и отдельных полков в приграничную полосу" (Советская военная энциклопедия. Т. 6, с. 517).
  
  "Одновременно с выдвижением войск из глубины страны началась скрытая перегруппировка соединений внутри пограничных округов. Под видом изменения дислокации летних лагерей соединения подтягивались ближе к границе... Большинство соединений перемещалось в ночное время..." (Генерал армии С. П. Иванов. Начальный период войны. С. 211).
  
  Вот несколько совершенно стандартных свидетельств тех дней:
  
  Генерал-майор С. Иовлев (в то время командир 64-й стрелковой дивизии 44-го стрелкового корпуса 13-й армии): "15 июня 1941 года командующий Западным особым военным округом генерал армии Д. Г. Павлов приказал дивизиям нашего корпуса подготовиться к передислокации в полном составе... Станция назначения нам не сообщалась..." (ВИЖ, 1960, N 9, с. 56).
  
  Генерал-полковник Л. М. Сандалов (в то время полковник, начальник штаба 4-й армии Западного особого военного округа): "На южном крыле 4-й армии появилась новая дивизия - 75-я стрелковая. Она выдвинулась из Мозыря и поставила в лесах тщательно замаскированные палаточные городки" (Пережитое. С. 71).
  
  Официальная история Киевского военного округа: "87-я стрелковая дивизия генерал-майора Ф. Ф. Алябушева 14 июня под видом учений была выдвинута к государственной границе" (Киевский Краснознаменный. История Краснознаменного Киевского военного округа. 1919-1972. С. 162). Метод выдвижения войск к границе под видом учений - это не местная самодеятельность.
  
  Маршал Советского Союза Г. К. Жуков (в то время генерал армии, начальник Генерального штаба): "Нарком обороны С. К. Тимошенко рекомендовал командующим войсками округов проводить тактические учения соединений в сторону государственной границы, с тем чтобы подтянуть войска ближе к районам развертывания по планам прикрытия. Эта рекомендация наркома обороны проводилась в жизнь округами, однако с одной существенной оговоркой: в движении не принимала участия значительная часть артиллерии" (Воспоминания и размышления. С. 242).
  
  Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский (в то время командир 9-го механизированного корпуса) поясняет простую причину, почему войска выходили к государственной границе без артиллерии, - артиллерию было приказано выслать к границам чуть раньше (Солдатский долг. С. 8).
  
  Маршал Советского Союза К. А, Мерецков (в то время генерал армии, заместитель наркома обороны): "По моему указанию было проведено учение механизированного корпуса. Корпус был выведен в порядке тренировки в приграничный район да там и оставлен. Потом я сказал Захарову, что в округе имеется корпус генерал-майора Р. Я. Малиновского, который во время учений тоже надо вывести в приграничный район" (На службе пароду. С. 204).
  
  Маршал Советского Союза Р. Я. Малиновский (в то время генерал-майор, командир 48-го стрелкового корпуса Одесского военного округа) подтверждает, что этот приказ был выполнен: "Корпус еще 7 июня выступил из района Кировограда в Бельцы и 14 июня был на месте. Это перемещение произошло под видом больших учений" (ВИЖ, 1961, N6, с. 6).
  
  Маршал Советского Союза М. В. Захаров (в то время генерал-майор, начальник штаба Одесского военного округа): "15 июня управление 48-го стрелкового корпуса, 74-я и 30-я стрелковые дивизии под видом учений сосредоточились в лесах в нескольких километрах восточнее г. Бельцы" ("Вопросы истории", 1970, N 5, с. 45). Маршал отмечает, что управление корпуса, корпусные части и 74-я стрелковая дивизия были подняты по боевой тревоге. Он говорит, что в "учениях" в этот момент принимала участие и 16-я танковая дивизия.
  
  Маршал Советского Союза И. X. Баграмян (в то время полковник, начальник оперативного отдела Киевского особого военного округа): "Нам пришлось готовить всю оперативную документацию, связанную с выдвижением пяти стрелковых и четырех механизированных корпусов из районов постоянной дислокации в приграничную зону" (Так начиналась война. С. 64); "15 июня мы получили приказ начать... выдвижение всех пяти стрелковых корпусов к границе... Они забрали с собой все необходимое для боевых действий. В целях скрытности движение осуществлялось только по ночам" (там же, с. 77).
  
  Генерал-полковник И. И. Людников (в то время полковник, командир 200-й стрелковой дивизии 31-го стрелкового корпуса) был одним из тех, кто этот приказ выполнял.
  
  "В директиве округа, поступившей в штаб дивизии 16 июня 1941 года, предписывалось выступать в поход... в полном составе... сосредоточиться в лесах в 10-15 км северо-восточнее пограничного города Ковеля. Движение предлагалось совершать скрытно, только ночью, по лесистой местности" (Сквозь грозы. С. 24).
  
  Маршал Советского Союза К. С. Москаленко (в то время генерал-майор артиллерии, командир 1-й противотанковой бригады): "Прибывали все новые эшелоны с людьми и боевой техникой" (На юго-западном направлении. Воспоминания командарма. С. 19).
  
  Маршал Советского Союза А. И. Еременко (в то время генерал-лейтенант, командующий 1-й армией): "20 июня штаб 13-й армии получил распоряжение командования Западного военного округа передислоцироваться из Могилева в Новогрудок" (В начале войны. С. 109).
  
  К государственным границам перебрасывались не только армии, корпуса, дивизии. Мы находим сотни свидетельств переброски гораздо меньших подразделений. Пример.
  
  Генерал-лейтенант В. Ф. Зотов (в то время генерал-майор, начальник инженерных войск СЗФ): "Саперные батальоны были отмобилизованы по штатам военного времени... десять батальонов, прибывших с Дальнего Востока, были вооружены полностью" (На Северо-Западном фронте (1941-1943). Сборник статей участников боевых действий. С. 172).
  
  В моих коллекциях не только воспоминания генералов и маршалов. Офицеры меньшего ранга говорят о том же.
  
  Полковник С. Ф. Хвалей (в то время заместитель командира 202-й моторизованной дивизии 12-го механизированного корпуса 8-й армии): "В ночь на 18 июня 1941 года наша дивизия ушла на полевые учения" (На Северо-Западном фронте (1941-1943). С. 310). Тут же полковник говорит: "так получилось", что подразделения дивизии к началу войны оказались прямо за пограничными заставами, т.е. в непосредственной близости от государственной границы.
  
  Известен небольшой отрывок из боевого приказа, который в тот же день, 18 июня 1941 года, получил полковник И. Д. Черняховский (в последующем генерал армии), командир танковой дивизии того же 12-го механизированного корпуса: "...Командиру 28-й танковой дивизии полковнику Черняховскому с получением настоящего приказа привести в боевую готовность все части в соответствии с планами поднятия по боевой тревоге, но самой тревоги не объявлять. Всю работу проводить быстро, но без шума, без паники и болтливости, иметь положенные нормы носимых и возимых запасов, необходимых для жизни и боя..." (ВИЖ, N 6, 1986, с. 75). Очень жаль, что весь приказ не опубликован. Он остается секретным как и полвека назад. Согласно германским трофейным документам, первая встреча с 28-й танковой дивизией произошла под Шауляем. Но дивизия имела задачу выйти к самой границе.
  
  Маршал бронетанковых войск П. П. Полубояров (в то время полковник, начальник автобронетанкового управления СЗФ): "Дивизия (28-я танковая) должна была выйти из Риги на рубеж советско-германской границы" (На Северо-Западном фронте. (1941-1943). С. 114). Германское вторжение просто застало эту дивизию, как и многие другие, в пути, поэтому она просто не успела выйти на самую границу.
  
  А вот воспоминания майора И. А. Хизенко (Ожившие страницы.). Первая глава называется "Идем к границе". Речь идет о 80-й стрелковой дивизии 37-го стрелкового корпуса "...Вечером 16 июня генерал Прохоров (Генерал-майор Прохоров Василий Иванович - командир 80-й стрелковой дивизии 37-го стрелкового корпуса.) собрал штабных работников на совещание. Объявил приказ командующего Киевским особым военным округом о выходе дивизии в новый район сосредоточения... Идут разговоры, что предстоящий марш будет необычным..."
  
  Этот список можно продолжать бесконечно. В моей личной библиотеке так много документов о движении войск к границам, что хватило бы для того, чтобы написать несколько толстых книг на эту тему. Но не будем утомлять читателя именами генералов и маршалов, номерами армий, корпусов и дивизий. Давайте попытаемся представить всю картину в целом. Всего в Первом стратегическом эшелоне находилось 170 танковых, моторизованных, кавалерийских и стрелковых дивизий. 56 из них находились вплотную к государственным границам. Им пока некуда было двигаться. Но даже и тут все, что могло двигаться к самой границе, двигалось и пряталось в пограничных лесах.
  
  Генерал армии И. И. Федюнинский (в то время полковник, командир 15-го стрелкового корпуса 5-й армии) свидетельствует, что вывел четыре полка из состава 45-й и 62-й стрелковых дивизий "в леса, поближе к границе" (Поднятые по тревоге. С. 12).
  
  Остальные 114 дивизий Первого стратегического эшелона находились в глубине территории западных пограничных округов и могли быть придвинуты к границе. Нас интересует вопрос: сколько же из этих 114 дивизий начали движение к границам под прикрытием успокаивающего Сообщения ТАСС? Ответ: ВСЕ! "12-15 июня западным военным округам был отдан приказ: все дивизии, расположенные в глубине, выдвинуть ближе к государственным границам" (А. Грылев, В. Хвостов - "Коммунист", 1968, N 12, с. 68). К этим 114 дивизиям Первого стратегического эшелона мы прибавим 77 дивизий Второго стратегического эшелона, которые, как мы уже знаем, тоже начали выдвижение на запад или готовились это сделать.
  
  Итак, 13 июня 1941 года - это начало самого крупного в истории всех цивилизаций перемещения войск. Теперь самое время снова взять в руки Сообщение ТАСС от 13 июня и перечитать его внимательно. Сообщение ТАСС говорит не только о намерениях Германии (историки почему-то концентрируют свое внимание на этой вводной части сообщения), но и о действиях Советского Союза (эту часть сообщения историки не считают интересной).
  
  "Слухи о том, что СССР готовится к войне с Германией, являются ложными и провокационными... проводимые сейчас летние сборы запасных Красной Армии и предстоящие маневры имеют своей целью не что иное, как обучение запасных и проверку работы железнодорожного аппарата, проводимые, как известно, каждый год, ввиду чего изображать эти мероприятия как враждебные Германии, по крайней мере, нелепо".
  
  Сравнивая это заявление с тем, что происходило на самом деле, мы обнаружим некоторое несовпадение в словах и делах.
  
  В Сообщении ТАСС говорится: "проверка железнодорожного аппарата". Позволим себе в этом усомниться. Переброска советских войск началась в феврале, в марте усилилась, в апреле-мае достигла грандиозных размеров, а в июне приобрела поистине всеобщий характер; в движении не участвовали только те дивизии, которые уже вплотную были придвинуты к границам, те, которые готовились к вторжению в Иран, и те, которые оставались на Дальнем Востоке. Полное сосредоточение советских войск на германской границе планировалось 10 июля (Генерал армии С. П. Иванов. Начальный период войны.
  
  - С. 211). Почти полгода железнодорожный транспорт (главный транспорт государства) был парализован секретными воинскими перевозками. В первом полугодии 1941 года государственный план был сорван по всем показателям, кроме военных. Главной причиной этого был транспорт, второй причиной - скрытая мобилизация мужского населения во вновь формируемые армии. Называть срыв государственного плана термином "проверка" не совсем правильно. Это, конечно, не проверка. В Сообщении ТАСС говорится "обычные учения", а советские маршалы, генералы и адмиралы это опровергают:
  
  Генерал-майор С. Иовлев: "Необычность сборов, не предусмотренных планами боевой подготовки, настораживала людей" (ВИЖ, 1960, N 9, с. 56).
  
  Вице-адмирал И. И. Азаров: "Как правило, учения проводились ближе к осени, а тут они начинались в середине лета" (ВИЖ, 1962, N 6, с. 77).
  
  Генерал-полковник И. И. Людников: "Обычно резервистов призывают после уборки урожая... В 1941 году это правило было нарушено" (ВИЖ, 1966, N 9, с. 66).
  
  Генерал армии М. И. Казаков в тот момент находился в Генеральном штабе и лично встречал генерал-лейтенанта М. Ф. Лукина и других командармов, тайно направлявшихся на западную границу. Генерал Казаков категоричен: "Ясно, что они ехали не на маневры" (Над картой былых сражений. С. 64).
  
  Обратим внимание на то, что все маршалы и генералы употребляют термин "под видом учений". Учения - это только предлог, чтобы скрыть настоящую цель перегруппировки и концентрации советских войск. А какова настоящая причина - никто не говорит. Четыре десятилетия после окончания войны истинная цель этой переброски так и остается государственным секретом Советс
  Скачать и читать книгу Геяровой
  Драконий отбор, или Пари на снежного в epub, fb2, онлайн
  litres.ru
  
  Яндекс.Директ
  18+
  кого Союза.
  
  Тут читатель может спросить: так может быть, Сталин почувствовал недоброе и концентрировал войска для обороны? Но все то, о чем идет речь, - не оборонительные мероприятия. Войска, которые готовятся к обороне, зарываются в землю. Это нерушимое правило, усвоенное каждым унтером со времен русско-японской и всех последующих войн. Войска, которые готовятся к обороне, прежде всего перехватывают самые широкие поля, по которым будет наступать противник, перекрывают дороги, устанавливают проволочные заграждения, роют противотанковые рвы, готовят оборонительные сооружения и укрытия позади водных преград. Но Красная Армия не делала ничего подобного. Советские дивизии, армии и корпуса уничтожали ранее построенные оборонительные сооружения. Ранее установленные проволочные и минные заграждения не устанавливались, а снимались. Войска концентрировались не позади водных преград (что удобно для обороны), а впереди них (что удобно для наступления).
  
  Советские войска не перехватывали широкие поля, удобные для продвижения противника, а прятались в лесах, точно так же, как и германские войска, которые готовились к наступлению.
  
  Может быть, все эти мероприятия - просто демонстрация мощи? Конечно, нет. Демонстрация должна быть видна противнику. Красная Армия же, наоборот, не демонстрировала, а старалась скрыть свои приготовления. Да и само Сообщение ТАСС написано не для того, чтобы противника напугать, а для того, чтобы его успокоить.
  
  Поразительно, что в эти дни германская армия делала то же самое: двигалась к границам, пряталась в лесах, но это движение было очень трудно скрыть. Советские разведывательные самолеты "по ошибке" летали над германской территорией. Их никто не сбивал. Над германской территорией летали не только рядовые летчики, но и командиры гораздо более высокого ранга. Вот командир 43-й истребительной авиационной дивизии Западного особого военного округа генерал-майор авиации Г. Н. Захаров смотрит на германские войска сверху: "Создавалось впечатление, что в глубине огромной территории зарождалось движение, которое притормаживалось здесь, у самой границы, упираясь в нее, как в невидимую преграду, и готовое вот-вот перехлестнуть через край" (Повесть об истребителях. С. 43).
  
  Интересно, что германские летчики тоже летали над советской территорией, и тоже "по ошибке", их тоже никто не сбивал, и они видели точно такую же картину! В старых трофейных архивах я нашел впечатление германского летчика, который описывает советские войска именно этими же словами!
  
  Германские военные историки сделали больше всех, для того чтобы понять смысл происходящих в июне 1941 года событий. Я преднамеренно не цитирую германские документы, чтобы не повторять то, что уже сказано в Германии. Я только подчеркиваю, что слова советских офицеров, генералов и маршалов полностью подтверждаются тем, что говорила германская разведка еще до 22 июня 1941 года: Красная Армия гигантскими потоками устремилась к своим западным границам.
  
  Существует много других независимых каналов, и все они говорят то же самое. Один из заместителей авиаконструктора А. Н. Туполева, Г. Озеров, в тот момент вместе с Туполевым и всем его конструкторским бюро сидел в тюрьме. Книга Озерова была написана в Советском Союзе, но распространялась через Самиздат, т.е. минуя цензуру. Отсюда она попала на Запад и была опубликована в Западной Германии. Даже в советских тюрьмах чувствовался жуткий ритм гигантского движения Красной Армии к западным границам. "Живущие на дачах по Белорусской и Виндавской дорогам жалуются - ночью нельзя спать, гонят эшелоны с танками, пушками!" (Туполевская шарага. С. 90).
  
  После опубликования моих первых статей по данному вопросу я получил много писем. Когда-нибудь я напечатаю их отдельной книгой. Даже без всяких комментариев они дают картину чудовищного движения советских войск на запад. Мне пишут люди самых разных национальностей, разных судеб. Среди них эстонцы, евреи, поляки, молдаване, русские, латыши, немцы, венгры, литовцы, украинцы, румыны. Все они в тот момент по разным причинам находились на "освобожденных" территориях. Потом война разбросала этих людей по всему свету. Письма идут из Австралии, Соединенных Штатов, Франции, Германии, Аргентины, из Западной Германии и даже... из Советского Союза. Я получил письмо из Канады от бывшего солдата Русской освободительной армии. В 1941 году он был в Красной Армии, он шел к границе, он прятался со своим полком в приграничных лесах, где его застала война. Потом плен. Русское освободительное движение, снова плен, побег и долгая жизнь под чужими именами в чужих странах. Солдат указал мне несколько книг бывших бойцов и командиров РОА, чудом уцелевших после войны. Интересно, что все эти авторы начинают свои книги с момента начала тайного движения к границе.
  
  Кроме писем лично мне, некоторые свидетели или люди, близко знавшие их, пишут письма в научные журналы, и некоторые из этих писем опубликованы. Вот письмо из Великобритании. Британский гражданин Джеймс Рушбрук обращает внимание на книгу Стефана Сценде: "Обещание, которое Гитлер выполнил", книга написана в 1944 году и опубликована в 1945-м в Швеции. Автор - польский еврей, оказавшийся во Львове в 1941 году. Вот его впечатление о днях, предшествующих 22 июня: "Эшелоны, набитые войсками и военным снаряжением, все чаше и чаще идут через Львов на запад. Моторизованные части идут через главные улицы города, а на железнодорожной станции все движение - чисто военное" (с. 88). Я благодарю всех, кто пишет мне и в журналы, добавляя все новые и новые крупицы к картине всеобщего движения Красной Армии на запад.
  
  Кроме секретных архивов есть достаточное количество открытых официальных публикаций, среди которых истории советских военных округов, армий, корпусов, дивизий.
  
  Каждый, кто интересуется данным вопросом, может найти за очень короткое время сотни и даже тысячи сообщений типа: "Перед самой войной, в соответствии с указаниями Генерального штаба Красной Армии, некоторые соединения Западного Особого военного округа начали выдвигаться к государственной границе" (Краснознаменный Белорусский военный округ. С. 88).
  
  Но если кто-то не считает все эти источники достоверными, есть подтверждение, которое опровергнуть невозможно, - это сама история войны. Разгромив Первый стратегический эшелон и прорвав его оборону, передовые германские части внезапно столкнулись с новыми дивизиями, корпусами и армиями (например, с 16-й армией под Шепетовкой в конце июня), о существовании которых германские командиры даже не подозревали. Весь план "блицкрига" строился из расчета молниеносного разгрома советских войск, находящихся прямо у границ, но выполнив этот план, германская армия обнаружила перед собой новую стену из армий, которые выдвигались из-за Волги, с Северного Кавказа, с Урала, Сибири, Забайкалья, с Дальнего Востока. Даже для одной армии нужны тысячи вагонов. Их нужно подать на станции погрузки, загрузить армию, тяжелое вооружение, транспорт, запасы и перевезти на тысячи километров. Если германские войска встретили сибирские, уральские, забайкальские армии в конце июня, значит, их перевозка на запад началась не 22 июня, а раньше.
  
  Вместе с массами советских войск началось перемещение советского флота. "Советский Балтийский флот вышел из восточной части Финского залива накануне войны" (Эстонский народов Великой Отечественной войне Советского Союза. 1941-1945. Т. 1, с. 43). Посмотрим на карту. Если флот вышел из восточной части Финского залива, то есть только одно направление движения - на запад. Флот, конечно, шел не на учения: "Флот имел задачу активно действовать на морских коммуникациях противника" (Там же). Удивительная вещь: еще нет войны, еще Сталин не знает, что Гитлер на него нападет, а советский флот уже вышел из баз, имея боевую задачу на активные наступательные действия!
  
  Одновременное переброской войск шло интенсивное перебазирование авиации. Авиационные дивизии и полки небольшими группами в темное время суток под видом учений перебрасывались на аэродромы, некоторые из которых находились ближе чем 10 км от границы. Но об этом речь впереди. Сейчас мы только напомним, что помимо боевых подразделений авиации шла усиленная переброска новейших самолетов, еще не включенных ни в какие полки и дивизии.
  
  Генерал-полковник Л. М. Сандалов: "С 15 июня мы начнем получать новую боевую технику. Кобринский и Пружанский истребительные полки получат истребители Як-1, вооруженные пушками, штурмовой полк - самолеты Ил-2, бомбардировочный - Пе-2" (На московском направлении. С. 63). Напомним читателю, что истребительные полки того времени имели по 62 самолета каждый, штурмовые по 63, а бомбардировочные по 60. Следовательно, только в одной дивизии (10-я смешанная авиационная) ожидалось в этот момент поступление 247 новейших самолетов. Тут же генерал сообщает, что дивизия действительно начала получать новую технику, но старые самолеты оставались в дивизии. Таким образом, дивизия превращалась в гигантский боевой организм, насчитывающий несколько сотен самолетов. Архивные документы показывают, что этот процесс происходил повсеместно. Например, находящаяся рядом и тоже придвинутая к самым границам 9-я смешанная: 176 новейших МиГ-З, а также несколько десятков Пе-2 и Ил-2. Но новая техника шла и шла.
  
  Утром 22 июня тот же Западный фронт получил приказ принять на аэродром Орша 99 самолетов МиГ-З (Командование и штаб Советской Армии в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. С. 41). Если их приказали принять утром 22 июня, то по-видимому, вечером 21 июня самолеты были готовы к отправке.
  
  Главный маршал авиации А. А. Новиков сообщает, что 21 июня Северный флот (где он тогда был командующим ВВС в звании генерал-майора авиации) получил эшелон истребителей МиГ-З (ВИЖ, 1969, N 1, с. 61).
  
  А кроме истребителей сплошным потоком шли танки, артиллерия, боеприпасы, топливо. "На рассвете 22 июня на станцию Шауляй прибыл для разгрузки эшелон тяжелого артиллерийского полка" (Битва за Ленинград. 1941-1944. С. 22). Не один эшелон, конечно, и не только с пушками. Вот кое-что об автомобилях. "К концу июня 1941 года на железных дорогах простаивали 1320 поездов с автомобилями" (ВИЖ, 1975, N 1, с. 81). Германские войска напали 22 июня, а уже к концу июня такое количество эшелонов с автомобилями простаивало в прифронтовой полосе. Стандартный вес воинского эшелона того времени - 900 тонн (45 двадцатитонных вагонов). Если на каждом вагоне находился один автомобиль, то, значит, ожидали разгрузки 59 400 автомобилей. Однако часто в условиях, когда нападение противника не предвиделось (а оно не предвиделось), автомобили грузили "змеей"; передние колеса автомобиля ставили в кузов предыдущего, а в свою очередь в его кузов колеса следующего и т.д. Таким образом, за счет экономии в один эшелон загружалось большее число автомобилей. Кто-то перед войной собрал такое количество вагонов и автомобилей, погрузил автомобили в вагоны и доставил к западным границам. Ясно, что этот процесс начался еще до войны. Но вот разгрузить эти машины не успели... А тут же рядом нескончаемым потоком шли эшелоны с боеприпасами. "Красная звезда" 28 апреля 1985 года отмечает: "Вечером 21 июня 1941 года коменданту железнодорожного участка станции Лиепая сообщили: "Примите специальный состав. Он с боеприпасами. Нужно отправить его по назначению в первую очередь". Лиепая в то время находилась очень близко от границы, но эшелон идет транзитом, т.е. к самой границе.
  
  На всех фронтах боеприпасы находились в железнодорожных вагонах, что обычно делается перед подготовкой наступления на большую глубину. В оборонительной войне проще, надежнее и дешевле располагать боеприпасы на заранее подготовленных рубежах. Израсходовав боеприпасы на одном рубеже, войска налегке быстро отходят на второй рубеж, где заранее приготовлены боеприпасы, затем на третий и т. д... Но перед наступлением боеприпасы размещают на подвижном транспорте, это очень дорого и опасно... "Юго-Западный фронт только на небольшой станции Калиновка имел 1500 вагонов с боеприпасами" (Г. А. Куманев. Советские железнодорожники в годы Великой Отечественной войны (1941-1945). С. 36).
  
  У меня много материалов о спасении эшелонов с боеприпасами в 1941 году. Но не все, конечно, удалось спасти.
  
  Генерал-полковник артиллерии И. И. Волкотрубенко сообщает, что в 1941 году только один Западный фронт потерял 4216 вагонов с боеприпасами (ВИЖ, 1980, N 5, с, 71). Но фронтов было не один, а пять. Не только Западный фронт терял вагоны с боеприпасами. Постараемся мысленно представить себе количество боеприпасов на всех фронтах, которые попали к противнику и которые удалось спасти. В середине июня все это под покровом Сообщения ТАСС в закрытых вагонах катилось прямо к германским границам.
  
  Маршал Советского Союза С. К. Куркоткин сообщает, что в начале июня "советское правительство по предложению Генерального штаба утвердило план перемещения 100 тысяч тонн горючего из внутренних районов страны" (Тыл Советских Вооруженных Сил в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. С. 59). По всей видимости, кроме этого решения были и другие подобные: "на железнодорожных узлах и даже перегонах скопилось около 8500 железнодорожных цистерн с горючим" (там же, с. 173). Если бы использовались только самые маленькие 20-тонные цистерны, то и тогда речь идет не о 100 тысячах тонн, а о большем количестве. Но основной цистерной в 1940 году была не 20-, а 62-тонная. Но эти 8500 цистерн это только то, что стоит на станциях в ожидании разгрузки в начальные дни войны. Надо принять во внимание и то, что уже уничтожено авиацией противника на железнодорожных станциях в первые минуты и часы войны.
  
  Генерал-полковник И. В. Болдин (в то время генерал-лейтенант, заместитель командующего Западным фронтом) сообщает, что 10-я армия (самая мощная на Западном фронте) имела достаточные запасы топлива на складах и в железнодорожных цистернах и в первые минуты и часы войны всего этого лишилась (Страницы жизни. С. 92).
  
  Накануне войны вся эта масса цистерн шла к границам вместе с войсками, техникой, вооружением, боеприпасами...
  
  Когда мы говорим о причинах поражений Красной Армии в начальном периоде войны, то почему-то забываем главную причину: Красная Армия находилась в вагонах. Любой исследователь может найти тысячи сообщений, подобных этим.
  
  "В момент начала войны половина эшелонов 64-й стрелковой дивизии находилась в пути" (ВИЖ, 1960, N9, с. 56).
  
  "Война застала большую часть соединений 21-й армии в эшелонах, растянувшихся по железным дорогам на огромном пространстве от Волги до Днепра" (По приказу Родины. Боевой путь 6-й гвардейской армии в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. С. 5).
  
  "Война застала 63-й стрелковый корпус в пути. Только первые эшелоны успели прибыть 21 июня на станции Добруш и Ново-Белица к месту разгрузки. Последующие подходили чрезвычайно разрозненно, до первых чисел июля на разные станции вблизи Гомеля. А ряд частей корпуса, например, все полки 53-й стрелковой дивизии, кроме 110-го стрелкового и 36-го артиллерийского, еще не доезжая Гомеля, были повернуты на север" (ВИЖ, 1966, N6, с. 17).
  
  Генерал армии С. П. Иванов (в то время полковник, начальник оперативного отдела штаба 13-й армии) рассказывает о 132-й стрелковой дивизии генерал-майора С. С. Бирюзова:
  
  "Противник внезапно атаковал эшелон, в котором следовала к фронту часть сил дивизии и ее штаб. Пришлось вступить в бой прямо из вагонов и платформ" ("Красная звезда", 21 августа 1884 года).
  
  Маршал Советского Союза С. С. Бирюзов (в то время генерал-майор, командир 132-й стрелковой дивизии): "В самый последний момент нас включили в состав 20-го механизированного корпуса. Ни командира, ни начальника штаба корпуса я не видел и, кстати сказать, не знал даже, где располагается их командный пункт. Левее нас действовала 137-я стрелковая дивизия под командованием полковника И. Т. Гришина. Она прибыла из Горького... Правый наш сосед был брошен в бой, как и мы, - прямо из вагонов, когда еще не все эшелоны прибыли к месту выгрузки" (Когда гремели пушки. С. 21).
  
  Генерал армии С. М. Штеменко (в то время полковник оперативного управления Генерального штаба): "Эшелоны с войсками идут на запад и юго-запад сплошным потоком. То одного, то другого из нас направляют на станции выгрузки. Сложность и переменчивость обстановки нередко вынуждала прекращать выгрузку и направлять эшелоны на какую-то иную станцию. Случалось, что командование и штаб дивизии выгружались в одном месте, а полки - в другом или даже в нескольких местах на значительном удалении" (Генеральный штаб в годы войны. С. 30).
  
  "Вражеская авиация систематически наносила удары по железнодорожным станциям и путям. Графики движения нарушались. Выгрузка нередко осуществлялась не на станциях назначения, а в других пунктах. Были случаи, когда подразделения попадали в соседние армии и там вводились в бой" (В. А. Анфилов. Провал "блицкрига". С. 463).
  
  "В пути находились одиннадцать дивизий 20-й, 21-й, 22-й армий. Не закончили сосредоточение 19-я армия генерала И. С. Конева и 16-я армия генерала М. Ф. Лукина" (История второй мировой войны (1939-1945) Т. 4, с. 47).
  
  "Колоссальное скопление вагонов почти полностью парализовало работу многих узлов. На большинстве станций оставался только один свободный путь для пропуска поездов" (И. В. Ковалев. Транспорт в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. С. 59).
  
  Генерал-полковник А. С. Клемин говорит о начале июля: "На дорогах находилось 47.000 вагонов с воинскими грузами" (ВИЖ, 1985, N 3, с. 67).
  
  Можно предположить, что все это погружено после 22 июня и направлено на фронты. Это неправильное предположение. После 22 июня фронты требовали только пустых вагонов, чтобы вывести штабеля вооружения, боеприпасов, топлива и других военных запасов, уже сконцентрированных у границ.
  
  Чтобы представить себе трагичность ситуации, стоит снова вспомнить хотя бы генерала М. Ф. Лукина. Он, как командующий армией, уже воевал под Шепетовкой, а штаб его армии находился в Забайкалье. Эшелоны его армии растянулись на тысячи километров. Потом прибыл штаб, но батальон связи все еще находился в пути. Такие ситуации возникали повсеместно: на одних станциях выгружались штабы, которые не имели войск, в других местах - войска без штабов. Хуже было, когда эшелон останавливался не на станции, а в поле. Танковый батальон - огромная сила. Но в эшелоне он беззащитен. Если война застала эшелон с тяжелой техникой там, где нет мест для разгрузки, то приходилось или уничтожать эшелон, или бросать его.
  
  Но и те дивизии, которые находились в Первом стратегическом эшелоне и выдвигались к границе своим ходом, оказались не в лучшем положении. Дивизия в колоннах на марше - это отличная цель для авиации. Вся Красная Армия представляла собой одну отличную цель.
  
  Многие видели переброску советских войск, однако каждый видел только ее часть. Мало кто представляет ее истинный размах. Германская военная разведка считала, что происходит гигантское наращивание мощи, но даже она видела только Первый стратегический эшелон, не догадываясь о существовании Второго (и Третьего, о котором речь впереди). Я думаю, что многие советские генералы и маршалы, исключая самых выдающихся или прямо вовлеченных в эту переброску, тоже не представляют ее истинных размахов, а, следовательно, и ее значения. Именно поэтому многие из них так спокойно рассказывают про нее. Незнание общей обстановки и истинных размахов концентрации советских войск совсем не случайно. Сталин принял драконовские меры маскировки. Сталинское Сообщение ТАСС - одна из этих мер. Сам факт переброски войск скрыть было невозможно, но самое главное: размеры переброски и ее назначение Сталин скрыл от всей страны, от германской разведки и даже от будущих поколений.
  
  Генерал-полковник авиации А. С. Яковлев (в то время личный референт Сталина) свидетельствует, что "в конце мая или начале июня" в Кремле состоялось совещание по вопросам маскировки (Цель жизни. Записки авиаконструктора. С. 252).
  
  Ранее мы уже видели неко
  Книга Осторожно: блондинка
  Читать и скачать книгу Хрусталевой в epub, fb2, txt. Без регистрации.
  litres.ru
  
  Яндекс.Директ
  18+
  торые меры, которые принимались советскими генералами: войскам объявляли, что они едут на учения, хотя высший командный состав понимал, что это не учения. Другими словами, происходила целенаправленная дезинформация своих войск. Германское командование в то же самое время делало то же самое: в войсках ходили слухи о высадке в Великобритании, многие даже знали название операции - "Морской лев", в войсках появились переводчики английского языка и т.д.
  
  Уместно напомнить, что дезинформация своих войск проводится только перед наступательной операцией, для того чтобы скрыть от противника свои намерения, время и направление главного удара. В оборонительной войне или перед ее началом свои войска обманывать не надо - офицерам и солдатам ставится простая и понятная задача: это твой рубеж, ни шагу назад! Сдохни тут, а врага не пропусти!
  
  Тот факт, что советских солдат и командиров обманывали, - есть свидетельство подготовки к наступательной операции. Если бы готовилась оборонительная операция, почему бы не сказать войскам: да, братцы, обстановка напряженная, всякое может случиться, едем рыть окопы и в них сидеть. Если действительно войска едут рыть окопы, то особой разницы нет - сообщать им о цели поездки после прибытия или во время отправки. Но такую новость советским офицерам и солдатам не сообщали ни при отправке, ни при прибытии. Перед ними ставилась другая цель, которую скрывали тогда, которую скрывают сейчас.
  
  Чтобы представить себе степень секретности переброски войск, приведу только один пример из многих. Маршал Советского Союза М. В, Захаров: "В начале июня начальник ВОСО Одесского военного округа полковник П. И. Румянцев зашел ко мне, в то время начальнику штаба ОдВО, в кабинет и таинственно доложил, что за последние дни через станцию Знаменка идут "Аннушки" с ростовского направления и выгружаются в районе Черкасс. "Аннушка" - это термин, определявший в органах ВОСО дивизию. Через два дня мною была получена шифровка из Черкасс за подписью заместителя командующего войсками Северо-Кавказского военного округа М. А. Рейтера, в которой испрашивалось разрешение занять несколько бараков вещевого склада нашего округа для размещения имущества прибывших в этот район войск с Северного Кавказа. Поскольку штаб ОдВО не был информирован о сосредоточении здесь войск, я позвонил по "ВЧ" в Оперативное управление Генштаба. К телефону подошел заместитель начальника управления А. Ф. Анисов. Сообщив ему о шифровке, полученной от М. А. Рейтера, я попросил разъяснить, в чем дело. Анисов ответил, что шифровку Рейтера надо немедленно уничтожить, что ему будут даны необходимые указания от Генштаба, а штабу округа в это дело не следует вмешиваться" ("Вопросы истории", 1970, N 5, с. 42).
  
  Далее маршал Захаров сообщает, что командующий войсками Одесского округа генерал-полковник Я. Т. Черевиченко тоже ничего не знал об "Аннушках". Советские войска всегда перебрасываются с соблюдением мер предосторожности и советские войска всегда держат в секрете свои намерения. Это действительно так. Но всему есть мера. Командующий военным округом в Советском Союзе, особенно командующий приграничным округом, и его начальник штаба - это люди, наделенные чрезвычайными полномочиями и властью. Они в полной мере отвечают за все, что происходит на территории, которая находится под их контролем. Приведите мне другой пример, когда командующий округом и его начальник штаба не знают о том, что на территории их округа сосредоточиваются какие-то другие войска! Даже в ситуации, когда командование Одесского округа случайно узнало о сосредоточении каких-то войск на территории округа, Генеральный штаб (которым командовал Г. К. Жуков) требует о полученной информации забыть, а секретную шифровку, предназначенную только для глаз начальника штаба округа, - уничтожить. Даже в сейфе начальника штаба округа эта шифровка представляет опасность! Кстати, ранее я говорил, что в советских архивах есть очень много интересных документов об этом периоде, и все же самое интересное никогда не попадало в архив или было уничтожено.
  
  Следы уничтожения видны в архивах, например: предложение начинается на одной странице, но следующей нет, а иногда и следующей сотни страниц нет. И эта уничтоженная шифровка в Одесском округе - только еще одно подтверждение моих слов.
  
  Интересно поведение генерал-лейтенанта М. А. Рейтера в данной ситуации. Макс Рейтер - дисциплинированный немец, еще в Первой мировой войне был полковником в штабе русской армии, служака прусской закваски. Уж он-то знает, как хранить секреты. Но даже он, заместитель командующего Северо-Кавказским округом, оказавшись со своими "Аннушками" на территории чужого военного округа, считает вполне естественным связаться с равным по положению местным боссом и спросить разрешения (конечно, персональной шифровкой!) что-то сделать. Ему из Генерального штаба быстро вправили мозги, и больше он подобных шифровок не писал.
  
  А вот несколько другие примеры.
  
  Генерал-полковник Л. М. Сандалов осматривает строительство оборонительных сооружений на самой границе в районе Бреста и с удивлением обнаруживает, что доты строят так близко от границы, что их видно с германской стороны. Он задает недоуменный вопрос В. И. Чуйкову. Чуйков, этот будущий сталинградский лис, вздыхает (притворно, конечно): очень жаль, но дело обстоит именно так, немцы заметят наше оборонительное строительство (На московском направлении. С. 53). Гудериан начинал войну именно с другой стороны реки и отмечает, что он все это хорошо видел: доты строили днем и ночью, причем ночью при ярком свете. Удивительная вещь: ни сам Сандалов, ни Чуйков, ни кто другой не прикажут оставить работу и перенести строительство на пару километров в тыл, чтобы противнику не было видно точного расположения огневых точек и направления амбразур, по которым он может легко вскрыть систему огня.
  
  Маршал Советского Союза И. X. Баграмян в другом округе в 1940 году наблюдает ту же картину: идет строительство укрепленного района (УР) "прямо на виду у немцев". Строительные участки огорожены заборчиками. "Мне эти заборчики напоминали фиговые листочки на античных статуях.
  
  - Как вы думаете, - спросил я руководителя одной из строек, - догадываются немцы, что ваши строители сооружают тут, на берегу пограничной реки, за этим заборчиком?
  
  - Безусловно! - ответил он не задумываясь. - Трудно было бы не догадаться о характере нашего строительства.
  
  Я подумал, подобную тактическую неграмотность людей, выбиравших места для сооружения дотов, легко можно квалифицировать как вредительство. Так, видимо, и случалось в прежние времена" (ВИЖ, 1976, N 1, с. 54).
  
  Да. В 1938 году за такие действия кого-то расстреляли бы. Но в 1940-1941 годах по какой-то причине во всех западных округах строили укрепления именно так, и никто ничего не боялся, и НКВД в это дело не вмешивался, никого не арестовывали и не расстреливали за это. Почему? "Явная демонстрация оборонительных работ" - так Баграмян определяет это строительство и тут же добавляет, что "план строительства был утвержден вышестоящим начальством". За укрепленные районы отвечает лично командующий округом. Кто же этот идиот, утвердивший такой план? В тот момент - Г. К. Жуков. Тот самый Жуков, который был самым блистательным полководцем Второй мировой войны. Тот самый Жуков, который не имел ни одного военного поражения в своей жизни. Тот самый Жуков, который только что вернулся из Монголии, где строил демонстративно оборону, а потом нанес внезапный удар по 6-й японской армии. Тот самый Жуков, который через несколько месяцев станет начальником Генерального штаба и введет драконовские правила сохранения тайны при перемещении войск, но "явная демонстрация оборонительных работ" будет продолжаться на границе и даже резко усилится.
  
  Интересно поведение и Баграмяна в этой ситуации. Баграмян, хитрейший лис, каких только рождала человеческая порода, а вместе с тем талантливый командир, в лучшем смысле этого слова. За время войны он сделал самую блистательную карьеру во всей Красной Армии: начал войну полковником, закончил ее генералом армии, занимая должность, которая давала право получить звание Маршала Советского Союза, и он это звание получил. В данной ситуации Баграмян выполняет личное поручение Жукова на границе, действуя как подчиненный и как личный друг. Нет бы Баграмяну заорать, чтобы демонстративное строительство прекратили. Но нет, не заорал. Нет бы, встретив Жукова, сказать: "Георгий Константинович, беда! Идиоты укрепления на самой границе строят, миллионы те укрепления для страны стоят, но подавят их артиллерией в первый час войны, ибо знает противник положение каждого дота! И тебя за это расстреляют, и меня!" Но не стал Баграмян кричать и ногами топать. 22 июня именно так и случилось - укрепления накрыли, но не расстрелял Сталин Баграмяна и Жукова, не тронул, наоборот, возвысил. Из этого следует, что такое строительство, чтобы противник все хорошо видел, это не идиотизм, не неграмотность, а нечто другое.
  
  Друзья Советского Союза объявили, что советские войска не рыли окопов, т. к. Сталин делал все, чтобы случайно не спровоцировать войну. Но обычный окоп с железобетонными укреплениями не идет ни в какое сравнение. Сталин строит демонстративно гигантскую оборонительную полосу и не боится, что это послужит поводом для германского нападения. Почему же войскам не дать приказ зарыться в землю? В сравнении с новой линией железобетонных укреплений окопы ситуацию политическую никак не могут омрачить. Но нет. Войскам прибывающим не давали приказа зарываться в землю. Их прятали в лесах. То, что для обороны, - преднамеренно покажем противнику, а прибывающие войска пусть никто не видит, - значит, эти войска не для обороны, а для других целей.
  
  Странный контраст - назойливые демонстрации обороны у самых границ и уничтоженная шифровка в штабе военного округа. А ведь это две стороны одной медали. У Жукова так было раньше и так было потом всегда: усиленная подготовка обороны так, чтобы хорошо видел противник, и в то же время тайная концентрация прибывающих войск в лесах для внезапного удара.
  
  Удары Жукова были всегда так внезапны...
  
  13 июня Молотов вызвал к себе германского посла и передал ему текст Сообщения ТАСС (В. Хвостов и генерал-майор А. Грылев. "Коммунист", 1968, N 12, с. 68). В Сообщении говорится, что Германия не хочет напасть на СССР, СССР не хочет напасть на Германию, но "враждебные СССР и Германии силы, заинтересованные в развязывании и расширении войны", пытаются их поссорить, распространяя провокационные слухи о близости войны. В Сообщении "эти враждебные силы" названы по именам: "Британский посол в Москве г. Криппс", "Лондон", "английская пресса".
  
  Наше исследование будет неполным, если 13 июня 1941 года мы не побываем в Лондоне.
  
  Резонно предположить, что 13 июня состоялась встреча в Лондоне между советским послом И. М. Майским и министром иностранных дел Великобритании А. Иденом. На встрече Майский бросает на стол Сообщение ТАСС, стучит кулаком по столу, топает ногами и требует убрать посла Криппса из Москвы, не сеять рознь между хорошими друзьями, Сталиным и Гитлером, прекратить провокационные слухи о войне между СССР и Германией. Вы так представляете эту встречу? Вы ошибаетесь. Дело обстояло совсем по-другому.
  
  13 июня 1941 года действительно состоялась встреча между Майским и Иденом. Майский Сообщение ТАСС британскому правительству не передал, ногами не топал и кулаком не стучал. Встреча прошла в дружественной обстановке. Обсуждался серьезный вопрос: меры, которые предпримет Великобритания для помощи Красной Армии, "если в ближайшем будущем начнется война между СССР и Германией". Среди конкретных мер: прямые боевые действия британской авиации в интересах Красной Армии, военные поставки, координация действий военного командования двух стран (История второй мировой войны (1939-1945). Т. 3, с. 352).
  
  13 июня сталинская дипломатия закладывает фундамент того, что вскоре будет названо термином "антигитлеровская коалиция". Со стороны Великобритании ничего плохого в этом нет: Великобритания ведет войну против Гитлера. Но Советский Союз ведет грязную игру. С Германией заключен пакт о ненападении и немедленно после этого - договор о дружбе. Если советское правительство считает, что эти документы больше не отвечают реально сложившейся ситуации, их надо аннулировать. Но Сталин этого не делает, он уверяет Гитлера в пылкой дружбе и разоблачает в Сообщении ТАСС тех, "кто хочет расширения войны". В это же время в Лондоне ведутся переговоры о военном союзе с противником Германии, о конкретных военных мерах против Германии. Удивительно: еще до нападения Гитлера на СССР!
  
  За нейтральностью дипломатического тона скрываются вполне серьезные вещи. Совсем недавно советская дипломатия вела с Германией переговоры о Польше: "...если на территории Польского государства произойдут изменения..." Теперь настало время, когда советские дипломаты заговорили о Германии за ее спиной подобным тоном. Удивительно, что на переговорах в Лондоне обе стороны употребляют термин "если начнется война", вместо "если Германия нападет". Другими словами, собеседники совсем не исключают того, что война может начаться не путем германской агрессии, а каким-то другим образом. Интересно, что на переговорах в Лондоне СССР ставится на первое место: "если возникнет война между СССР и Германией", именно так же говорится в Сообщении ТАСС: "слухи о близости войны между СССР и Германией". Почему не сказать наоборот: между Германией и СССР, если предполагается, что Германия будет агрессором?
  
  Может быть, кто-то и тут возразит, что советский посол ведет разговоры без ведома Сталина, превышая полномочия, как те советские генералы, которые стягивают свои войска к границам, "не поставив Сталина в известность"? Нет. В данном случае номер не пройдет. Сам Майский подчеркивает, что, отправляясь в Лондон еще в 1932 году, он имел встречу с М. М. Литвиновым. Нарком иностранных дел Литвинов предупредил И. М. Майского о том, что он будет выполнять инструкции не Литвинова, а "более высоких инстанций". "Более высокими" в то время были только Молотов (глава правительства, в котором Литвинов был членом) и Сталин. В 1941 году Литвинова уже выгнали, остались только "более высокие инстанции" - Молотов и Сталин. Сам Майский пережил чистки и просидел на своем посту очень долго, сохранив при этом голову только потому, что инструкций "вышестоящих инстанций" не нарушал.
  
  Чтобы окончательно составить себе представление о товарище Майском и советской дипломатии вообще, нужно добавить, что, вернувшись в Москву после 11 лет работы в Лондоне, он сопровождал Сталина на встречи с Черчиллем и Рузвельтом, требуя усиления помощи. А потом написал книгу: "Кто помогал Гитлеру".
  
  Из этой книги мы узнаем, что Вторую мировую войну Гитлер сам начать не смог бы - Великобритания и Франция ему помогли. Далее советский посол перекладывает вину за "бесчисленные жертвы и страдания" на плечи страны, которая предлагала военную и экономическую помощь Сталину еще 13 июня 1941 года.
  
  Сообщение ТАСС имеет целью прекратить слухи о неизбежной войне между СССР и Германией. Сталин решительно боролся с этими слухами. Начало июня - это внезапная вспышка террора в Москве. Полетели головы, в том числе и очень знаменитые.
  
  Перед Гитлером стояла та же самая проблема. Приготовления к войне скрыть трудно. Люди их видят, высказывают всякие предположения. 24 апреля германский военно-морской атташе направил тревожное сообщение в Берлин о том, что он борется с "явно нелепыми слухами о предстоящей германо-советской войне". 2 мая посол Шуленбург докладывает о том, что он борется со слухами, но все германские сотрудники, приезжающие из Германии, привозят "не только слухи, но и подтверждающие их факты".
  
  24 мая глава департамента иностранной прессы Министерства пропаганды Германии Карл Бемер в пьяном виде что-то говорил лишнее об отношениях с Советским Союзом. Он был немедленно арестован. Гитлер лично занимался этим делом и, по словам Геббельса, придал этому событию "слишком серьезное значение". 13 июня 1941 года, в день, когда передавалось Сообщение ТАСС о том, что войны не будет, Карл Бемер предстал перед Народным судом (потрясающе: народный суд, точно, как в Советском Союзе) и объявил свои речи пьяным бредом: конечно, никакой войны между Германией и Советским Союзом не будет! Это не спасло беднягу Бемера от жестокого наказания, которое послужило хорошим уроком всей Германии: войны не будет! войны не будет! войны не будет! А чтобы ни у кого не было сомнений и за рубежом, Риббентроп разослал 15 июня совершенно секретные телеграммы своим послам: намечаются крупнейшие переговоры с Москвой. Послы должны под величайшим секретом это сообщить кое-кому. Например, советник германского посольства в Будапеште, как особую тайну обязан был сообщить эту новость президенту Венгрии.
  
  Принципы дезинформации для всех одинаковы: если не хочешь, чтобы секрет узнал враг, скрывай его и от друзей! И вот на следующий день после Сообщения ТАСС Германия предпринимает преднамеренную дезинформацию своей дипломатии и своих военных союзников. Мы знаем, что советское высшее командование делало то же самое в отношении советских войск.
  
  Вглядываясь во мрак истории социализма германского и социализма советского, мы находим потрясающие сходства не только в лозунгах, песнях, идеологии, но и в исторических событиях. В истории национал-социализма есть событие, очень похожее на Сообщение ТАСС. 8 мая 1940 года германское радио объявило о том, что Великобритания намечает вторжение в Нидерланды. Далее следовало самое интересное: сведения о том, что две германские армии перебрасываются к границам Голландии - это "нелепые слухи", пущенные в ход "британскими поджигателями войны". Что случилось после этого - хорошо известно. Это сообщение германского радио и сообщение советского радио повторяют друг друга почти слово в слово. Главная мысль: мы не перебрасываем войска, это придумали "британские поджигатели войны". Я знаю, что сравнение - это не доказательство, но в данном случае два сообщения не только похожи, это почти копии.
  
  Советские историки после моих первых публикаций закричали: да, выдвижение советских войск происходило, но советские историки давно дали удовлетворительное (оборонительное) объяснение этой акции, поэтому не надо искать никакого другого объяснения, все и так понятно.
  
  Нет, братцы! Не все понятно. И никто в Советском Союзе никогда не дал удовлетворительного объяснения. Именно отсутствие объяснения этих действий привлекло мое внимание. У советских генералов и маршалов не только нет объяснения, но ни один из них ни разу не назвал точное количество дивизий, принимавших участие в этом огромном движении: 1911 Ни один из них никогда не назвал и приблизительную цифру. Можем ли мы ожидать от генерала удовлетворительное объяснение, если он или не знает, или сознательно скрывает истинный размах происходящих событий.
  
  Выдающийся советский знаток начального периода войны В. А. Анфилов говорит о Западном особом военном округе: "Из внутренних районов округа в соответствии с директивой наркома обороны на запад выдвигались десять стрелковых дивизий" (Бессмертный подвиг. С. 189), Тут же он говорит про соседний Прибалтийский особый военный округ: "Ближе к границе выдвигались четыре стрелковые дивизии (23-я, 48-я, 126-я, 128-я)".
  
  Все правильно, и мы найдем множество подтверждений, что дело обстояло именно так. Но разве в Прибалтийском особом военном округе, кроме того не выдвигались к границе 11-я и 183-я стрелковые дивизии? Разве все танковые и моторизованные дивизии в это время стояли на месте?
  
  Некоторые советские маршалы, включая Г. К. Жукова, говорят, что из глубины страны выдвигались 28 стрелковых дивизий. Сущая правда. Но не вся. Маршал Советского Союза А. М. Василевский подчеркивает, что 28 дивизий только "положили начало выполнению плана сосредоточения" (Дело всей жизни. С. 119). 28 дивизий - это только начало. Мы знаем, что было и продолжение, которое во много раз превосходило нач
  Скачать и читать книгу Геяровой
  Драконий отбор, или Пари на снежного в epub, fb2, онлайн
  litres.ru
  
  Яндекс.Директ
  18+
  ало, но маршал Василевский, сказав немного, замолкает и точных цифр мы у него не найдем.
  
  Для того чтобы дать объяснение явлению, нужно сначала точно определить его размеры. Любой исследователь, который пытается объяснить выдвижение советских войск и Сообщение ТАСС, прикрывающее это движение, не может приниматься нами всерьез до тех пор, пока он не попытается хотя бы приблизительно суммировать все, что об этом движении известно и открыто опубликовано.
  
  Не удовлетворившись объяснениями экспертов в данном вопросе, я обратился к мемуарам генералов и маршалов, которые принимали участие в этом движении или им руководили. Тут-то я и обнаружил удивительную гибкость советской исторической науки и советских мемуаристов, которые от ответа уклонились.
  
  Примеры.
  
  Командующий войсками Одесского военного округа генерал-полковник Я. Т. Черевиченко 9-12 июня находился в Крыму, где принимал войска 9-го особого стрелкового корпуса. Это мы знаем от Маршала Советского Союза М. В. Захарова ("Вопросы истории", 1970, N 5, с. 44). К этому корпусу мы еще вернемся. Корпус был очень необычным и не зря носил официальное название "особый". Но попробуйте найти хоть одну строчку у генерала Я.Т.Черевиченко об этом событии. Генерал по какой-то причине об этом умалчивает. Кстати, это тот самый Черевиченко, который принимает прибывающий корпус, но не знает, что на территории его округа тайно сосредоточивается целая армия генерал-лейтенанта И. С. Конева и его заместителя генерал-лейтенанта Макса Рейтера.
  
  И. С. Конев стал во время войны Маршалом Советского Союза, мы хватаем его книгу в надежде найти объяснения того, как он оказался в чужом округе со своими "Аннушками" и зачем; но с удивлением обнаруживаем, что маршал начисто опустил весь начальный период войны. Он предпочитал писать про сорок пятый год и свою книгу так и назвал - "Сорок пятый". Мы хватаем мемуары генерала армии П. И. Батова - это его корпус генерал Черевиченко встречал в Крыму. Но, увы, Батов пропустил в своей книге все самое интересное. Батов в тот момент был заместителем командующего Закавказским военным округом. Возникает вопрос, как и почему он оказался в Крыму во главе отборного корпуса? Почему корпус называется особым? Почему части и соединения корпуса отрабатывали элементы быстрой посадки войск и погрузки боевой техники на боевые корабли Черноморского флота и высадки на чужой берег с последующим захватом и разрушением нефтяных вышек и скважин? Почему в особом корпусе Батова велась небывалая, даже по стандартам Красной Армии, пропаганда "освободительной войны на территории агрессора"? Почему эту пропаганду вели специально для того прибывшие из Москвы высшие представители Главного управления политпропаганды? Почему 13 июня 1941 года личный состав 9-го особого корпуса до рядовых солдат включительно получил краткие русско-румынские разговорники? Ответы на все эти вопросы мы найдем после длительных поисков в других источниках, но только не в мемуарах генерала Батова, который этим поистине необычным корпусом командовал. Батов весь этот период просто и мило пропустил.
  
  Не найдя ответов тут, мы поднимаемся на более высокий уровень. Но из тех, кто в тайны был посвящен полностью - Сталин, Молотов, Маленков, Берия, Тимошенко и Жуков, - мемуары писал один только Жуков. Что ж, и это немало. Жуков был начальником Генерального штаба, т.е. лично отвечал за дислокацию и перемещение войск, и без его разрешения ни один батальон с места двинуться не мог. Кроме того, Жукову лично подчинялась служба ВОСО - т.е. все, что связано с военным использованием железных дорог: не разреши Жуков - и ни один вагон с военным грузом с места не тронется. Наконец, любое Сообщение ТАСС, в котором упоминается Красная Армия, готовится в Генеральном штабе, т.е. в конторе Жукова.
  
  Жуков - это единственный источник, который имел отношение ко всему комплексу затронутых в этой главе проблем. В своих мемуарах он или обязан взять на себя ответственность за передачу лживого Сообщения ТАСС, или должен от него отмежеваться: мол, всякие там безответственные штатские товарищи бухнули в колокола, прокричали в эфир глупейшее Сообщение ТАСС, действительной обстановки не зная и не поинтересовавшись в Генштабе, идет переброска войск или нет.
  
  Итак, ответы на все вопросы - должны быть в мемуарах Жукова. Мы с волнением открываем пухлый серый том "Воспоминаний и размышлений" и не обнаруживаем ни воспоминаний, ни размышлений. Жуков уходит от ответов. Его книга написана так, будто читатели умственно неполноценны. "Да, - говорит Жуков, - была переброска войск". Но цель ее не сообщает. Обходит Жуков молчанием и количество войск. Забывает сказать, кто и когда принимал решение на их переброску. Остается неясным, почему начало переброски войск и передача Сообщения ТАСС, опровергающего слухи о таких перебросках, совпадали по времени. Нестыковка двух ведомств? Или, наоборот, - четкая координация действий?
  
  Вместо цифр и объяснений Жуков дает пространное. на три страницы, описание переброски войск. Но хитрость в том, что описывает Жуков переброску войск не от своего имени, а цитирует своего друга Баграмяна, который в те времена доступа к государственным секретам не имел. Слушайте Баграмяна, который в те времена был только полковником! Слушайте Баграмяна, который был в Первом стратегическом эшелоне и не имел права знать ни состава, ни назначения, ни конечных районов движения Второго стратегического эшелона. Находясь в Первои стратегическом эшелоне, Баграмян мог видеть только незначительную часть прибывающих войск. Вот этим-то описанием Жуков и избавляет себя от необходимости говорить правду.
  
  В данном случае использовать Жукову цитаты Баграмяна - это примерно то же самое, что астронавту, побывавшему на Луне, описывать Луну фрагментами из романов Жюля Верна и Герберта Уэллса, которым на Луне побывать не довелось.
  
  За кого Жуков принимал своих читателей? Если мы желаем узнать мнение Ивана Христофоровича Баграмяна, то откроем его книги и прочитаем сами. Спору нет, Баграмян пишет много и хорошо, у него блистательная эрудиция, тонкий анализ и цепкая память, но он переброску войск Второго стратегического эшелона не планировал и ею не руководил. Планировал Жуков и руководил Жуков. И из книги Жукова мы хотели бы узнать его собственное мнение, мы хотели бы видеть ситуацию с головокружительной высоты его положения, а не с колокольни Ивана Христофоровича.
  
  Крутой маневр Жукова за спину Баграмяна, неуклюжая попытка уйти от ответа - есть подтверждение тому, что тут не все чисто, не все гладко, тут есть нечто такое, что приходилось скрывать тогда, как приходится скрывать и пятьдесят лет спустя.
  
  О Сообщении ТАСС и событиях, которые случились в тот день, говорят много. Но говорят только те, кто и тайне Второго стратегического эшелона допущен не был. А кто знал назначение перебрасываемых войск, те молчат или ссылаются на свидетельства непосвященных.
  
  Им есть о чем молчать.
  
  А теперь подведем итог тому дню.
  
  На словах - "британские поджигатели войны" хотят столкнуть в войне СССР и Германию. На деле - Советский Союз тайно ведет переговоры с этими самыми "поджигателями войны" о военном союзе против Германии.
  
  На словах - войск не перебрасываем. На деле - перебрасываем их столько, сколько никто никогда не перебрасывал.
  
  На словах - учения. На деле - предстоит нечто более серьезное.
  
  Глава 23
  
  О БРОШЕННЫХ ВОЕННЫХ ОКРУГАХ
   Сделать закладку на этом месте книги
  
  Такой порядок давно установлен в Красной Армии: войска еще на подходе, а командование уже выезжает к месту, где предстоит действовать.
  Маршал Советского Союза К.К.Рокоссовский
  
  Советский генерал, продвигаясь по служебной лестнице, проходит должности командира дивизии, корпуса, командующего армией... А потом - должность командующего округом. Это не просто следующая ступень. Это - скачок. Командующий округом - это воинский начальник высокого ранга, а кроме того, он - своего рода военный губернатор территорий в сотни тысяч, а иногда и миллионы квадратных километров, на которых проживают миллионы и десятки миллионов людей. Командующий округом отвечает не только за войска, но и за использование в интересах войны населения, промышленности, транспорта, средств связи, сельского хозяйства, природных ресурсов.
  
  Перед войной территория Советского Союза была разделена на шестнадцать военных округов. Восемь округов были приграничными, восемь других границ с иностранными государствами не имели и считались внутренними. Каждый округ важен по-своему. В одних - много войск, в других - меньше войск, но мощный промышленный и мобилизационный потенциал.
  
  13 мая 1941 года семь командующих внутренними военными округами (Московский военный округ - исключение) получили директиву особой важности: в каждом из семи округов развернуть по одной новой армии, на формирование армий обратить все штабы и войска округов, командующим округами лично возглавить новые армии и ровно через месяц, 13 июня 1941 года, начать перегруппировку на запад.
  
  Итак, семь командующих внутренними округами превратились в командующих армиями. Но семью генералами не обойдешься. Каждому командующему армией нужны заместители, нужен штаб, нужны начальники артиллерии, инженерных войск, связи, тыла. Где набрать столько генералов? Проблемы нет. У Сталина все подготовлено, все предусмотрено. Рассказ о перегруппировке войск я начал с дивизий Уральского военного округа. Вот на их примере и объясним сталинское решение. В Уральском военном округе создается 22-я армия. Командующий округом генерал-лейтенант Ф. А. Ершаков лично возглавил армию. Член военного совета округа корпусной комиссар Д. С.Леонов стал членом военного совета 22-й армии. Начальник штаба округа генерал-майор Г. Ф. Захаров стал начальником штаба 22-й армии, а штаб округа превратился в штаб армии. Начальники артиллерии, инженерных войск, связи, разведки, начальники всех отделов и управлений округа заняли соответствующие должности в 22-й армии. Они забрали всех своих заместителей и подчиненных, погрузились в эшелоны и отбыли.
  
  Вопрос: кого же оставить на Урале? Урал - это Магнитка. Это - Уралмаш. Это - никому тогда не известный, но набирающий силу Танкоград. Урал - это стальной пояс, связывающий Европу и Азию в неделимый монолит. Урал - это ресурсы, это заводы, это - рабсила в лагерях.
  
  Не опасно ли оставлять все эти территории без военного губернатора? Мне подскажут, что любой командир имеет заместителя, который на то и придуман, чтобы замещать командира на время его отсутствия. Но в том-то и дело, что заместитель командующего Уральским военным округом генерал-лейтенант М. Ф. Лукин еще раньше получил приказ убыть в Забайкалье. Там он сформировал 16-ю армию, и в момент передачи Сообщения ТАСС его армия из Забайкалья тайно выдвигается на запад. Поэтому во главе Уральского округа после ухода всего командного состава оказался никому не известный генерал-майор А. В. Катков практически без всякого штаба.
  
  То же самое произошло и в Харьковском военном округе. Мы знаем, что накануне войны на румынской границе формировалась 18-я армия. Командование и штаб этой армии - это командование и штаб Харьковского военного округа. Командующий округом генерал-лейтенант А. К. Смирнов, начальник штаба генерал-майор В. Я. Колпакчи, начальник авиации округа генерал-майор С. К. Горюнов и все их подчиненные были переброшены на румынскую границу в новую 18-ю армию, оставив военный округ без всякого руководства.
  
  19-я армия - это все войска и штабы Северо-Кавказского военного округа. Командующий округом генерал-лейтенант И. С. Конев объединил все войска своего округа в 19-ю армию, встал во главе этой армии и тайно двинулся на запад, бросив округ без всякого военного контроля. Теоретически вместо него должен был оставаться его заместитель, немецкий коммунист генерал-майор Макс Рейтер, но мы уже знаем, что и он в это время находился не на Кавказе, а на Украине, точнее, в Черкассах, куда прибывали эшелоны 19-й армии. То, что Рейтер был на Украине, мы знаем не только из мемуаров Маршала Советского Союза М. В. Захарова, но и из многих других источников, например, из мемуаров Маршала Советского Союза И. X. Баграмяна (Так начиналась война. С. 63).
  
  Взглянем на командный состав ВВС Северо-Кавказского военного округа: командующий ВВС - генерал-майор авиации Е.. М. Николаенко, начальник штаба ВВС полковник Н. В. Корнеев, командир истребительной авиационной дивизии генерал-майор авиации Е. М. Белецкий. После Сообщения ТАСС мы их видим на тех же должностях, но только не в округе, а в 19-й армии, тайно перебрасываемой на Украину.
  
  20-я армия - это Орловский военный округ. Командующий округом генерал-лейтенант Ф. Н. Ремезов объединил все свои войска и войска. Московского военного округа под своим командованием, забрал штаб округа, превратив его в штаб 20-й армии, и двинулся тайно на запад, бросив центр России на произвол судьбы без военного контроля.
  
  21-я армия - это Приволжский военный округ. Командующий Приволжским округом генерал-лейтенант В. Г. Герасименко стал командующим 21-й армией, начальник штаба округа генерал В. Н. Гордов - начальник штаба 21-й армии. Начальники родов войск и служб, сотни других командиров в своих титулах сменили слова "Приволжского военного округа" на "21-й армии". Например, если вам встретится информация о том, что Главный маршал авиации Г. А. Ворожейкнн в начале 1941 года (в то время, конечно, в меньшем звании) возглавлял авиацию Приволжского военного округа, не заглядывая в архивы, можете утверждать, что после 13 июня он стал начальником авиации 21-й армии и тайно двинулся к германской границе. Если вы знаете, что генерал-полковник инженерных войск Ю. В. Бордзиловскнй в то же время в том же округе (в меньшем, конечно звании) служил в инженерном отделе, то, не боясь ничего, утверждайте, что после Сообщения ТАСС он служил в инженерном отделе 21-й армии.
  
  В Сибирском военном округе (командующий генерал-лейтенант С. А. Калинин) была сформирована 24-я армия, а в Архангельском (генерал-лейтенант В. Я. Качалов) - 28-я армия.
  
  В один день, 13 июня 1941 года, в момент передачи странных сообщений по советскому радио, на бескрайних территориях Центральной России, Северного Кавказа, Сибири, Урала, от Архангельска до Кубани и от Орла до Читы, прежний военно-территориальный порядок практически перестал существовать. Если бы вспыхнул бунт, то его нечем было подавить: ВСЕ дивизии ушли к германским границам. Мало того, но и решение на подавление было бы некому принимать: практически все генералы тоже ушли тайно на запад. Бунты подавляет НКВД, но в случае достаточно серьезных событий одними войсками НКВД не обойдешься - нужна армия. Кстати, в войсках НКВД в тот же момент происходили не менее странные события, но об этом потом.
  
  Возникает вопрос: что же происходит? Может, Сталин не доверяет своим командующим и решил их всех одновременно сместить? Нет, это не так. Всех, кому Сталин не доверял, он предусмотрительно истребил, а на их места поставил тех, кому доверял. Необходимо обратить внимание на то, что взамен ушедших генералов часто никого не оставалось. Командующий округом, забрав своих заместителей, начальника штаба и весь штаб, уходил тайно на запад, а вместо него Сталин не назначал нового генерала. Например, командующий Сибирским военным округом генерал-лейтенант С. А. Калинин превратил все войска и штаб своего округа в 24-ю армию и тайно увел ее на запад, а новый генерал прибыл в Сибирь только в 1942 году (Советская военная энциклопедия. Т. 7, с. 33). Во всех других внутренних военных округах или новые командующие появились с опозданием на несколько месяцев, или это были генералы третьестепенной важности, которых никогда раньше и никогда потом не удостоили чести командовать округом или армией. Яркий пример тому
  
  - генерал-майор М. Т. Попов в Приволжском военном округе.
  
  Нам остается только предположить, что всем командирам и их войскам предстояло совершить нечто более серьезное, чем сохранение советской власти во внутренних районах Советского Союза. Если замышлялось нечто менее важное, то все они оставались бы на своих местах.
  
  Из восьми внутренних военных округов Московский был исключением. Понятно - Москва. Тут в отличие от всех других внутренних округов командовал не генерал-лейтенант и даже не генерал-полковник, а генерал армии И. В. Тюленев.
  
  Но вот под прикрытием Сообщения ТАСС советские генералы, штабы, войска покидают внутренние военные округа. И даже исключительное положение Московского военного округа не спасло его от этой участи. Все войска округа были переданы на усиление Первого стратегического эшелона и 20-й армии Второго стратегического эшелона. Все запасы вооружения, боеприпасов, имущества из Московского военного округа были отправлены на западные границы. После этого настала очередь и командования. Ясно, что генерал И. В. Тюленев в тот момент имел очень высокое звание (и пользовался у Сталина особым доверием), чтобы просто командовать армией. Решением Политбюро в присутствии Сталина Тюленев назначается командующим Южным фронтом. Убывая туда, он забрал весь штаб Московского военного округа во главе с генерал-майором Г. Д. Шишениным. Состав Южного фронта нам уже знаком: 9-я (сверхударная) и 18-я (горная ударная) армии, 9-й особый стрелковый и 3-й воздушно-десантный корпуса, авиация фронта.
  
  Решение преобразовать управление и штаб Московского военного округа в управление Южного фронта и перебросить их в Винницу было принято 21 июня 1941 года, но есть достаточно сведений, что для офицеров штаба это решение не было неожиданным, более того, многие отделы штаба в этот момент уже были в районе румынских границ. Вот, например, генерал-майор А. С. Осипенко, заместитель командующего ВВС МВО, в начале июня 1941 года уже находился на румынской границе.
  
  Командование и штаб Московского округа убыли в Винницу, по существу бросив столичный округ, не передавая дел никому, т. к. взамен убывающих командиров никто не был назначен.
  
  Неужели и Московский военный округ остался без военного руководства? Да. Правда, уже после нападения Германии 26 июня 1941 года в командование округом вступил генерал-лейтенант П. А. Артемьев (Ордена Ленина Московский военный округ. С. 204). Формально кто-то тут есть. А фактически - никого! Артемьев - не военный. Он - чекист. Должность, с которой он пришел в Московский военный округ, - начальник управления оперативных войск НКВД. В июле Сталин назначил и члена Военного совета Московского военного округа-это дивизионный комиссар войск НКВД (в последующем генерал-лейтенант) К. Ф. Телегин. Это тоже чекист чистых кровей, служивший раньше в частях Осназ, во время Великой чистки - политический комиссар Московского округа внутренних войск НКВД, затем у него - некий ответственный пост в центральном аппарате НКВД.
  
  Удивительная вещь. Даже во времена Великой чистки военные округа оставались военными. Теперь Московский округ НКВД от Московского военного округа ничем не отличается. Теоретически Московский военный округ существует, но в Москве боевых частей Красной Армии нет, есть только две дивизии НКВД и двадцать пять отдельных истребительных батальонов, тоже НКВД.
  
  Генерал-лейтенант К. Ф. Телегин вспоминает, что в момент, когда в штаб Московского военного округа пришли "новые люди", т.е. чекисты, многие отделы штаба были резко ослаблены, а важнейших - без которых военный округ не может существовать - оперативного и разведывательного, - вообще не было. "Новые люди" плохо понимали военную специфику, и им пришлось "потратить немало сил и времени на ознакомление с состоянием округа, его задачами и возможностями".
  
  Итак, под прикрытием Сообщения ТАСС военные командиры высших рангов во главе армий, и один даже во главе штаба фронта,
  Скачать и читать книгу Геяровой
  Драконий отбор, или Пари на снежного в epub, fb2, онлайн
  litres.ru
  
  Яндекс.Директ
  18+
  тайно перебрасываются к германским границам, бросив на произвол судьбы (и НКВД) ВСЕ внутренние военные округа. Неоспоримо, что такого не случалось никогда в советской истории ни раньше, ни позже, как неоспоримо и то, что такое движение прямо связано с войной, которая для Советского Союза совершенно неизбежна и неотвратима. Если бы были хоть малейшие сомнения в неизбежности войны, то хоть бы где-то остались командиры на своих местах.
  
  НО! Эти действия советского командования - не подготовка к оборонительной войне. В длительной оборонительной войне не всех командиров отправляют к границам противника, кое-кого оставляют на тех территориях, где противник может внезапно появиться. Кроме того, в длительной оборонительной войне совершенно необходимо присутствие настоящих военных, а не полицейских, генералов в важнейших индустриальных и транспортных центрах страны и для их защиты, и для полного и правильного использования всего военного потенциала тыловых территорий для нужд войны.
  
  И только в случае, если советское командование планирует молниеносную внезапную войну на территории противника, в расчете на предвоенные мобилизационные запасы больше, чем на вооружение, которое может быть произведено в ходе войны, то тогда генералам в индустриальных центрах делать нечего, их место - на границах противника.
  
  Не далеко ли нас заводят рассуждения? Нет, не далеко. Генерал-лейтенант К. Ф. Телегин, вам слово: "Поскольку предполагалось, что война будет вестись на территории противника, находившиеся в предвоенное время в пределах округа склады с мобилизационными запасами вооружения, имущества и боеприпасов были передислоцированы в приграничные военные округа" (ВИЖ, 1962, N 1, с. 36).
  
  Разве я что-то сам придумал?
  
  Глава 24
  
  ПРО ЧЕРНЫЕ ДИВИЗИИ
   Сделать закладку на этом месте книги
  
  Сталин не остановится перед употреблением насилия в невиданных размерах.
  Л.Троцкий, 21 июня 1939 г.
  
  Главное сходство между Первым и Вторым стратегическими эшелонами - самые мощные армии из их состава развертывались не против Германии, а против нефтяных полей Румынии. Главная разница между Первым и Вторым стратегическими эшелонами цветовая. Да. У эшелонов был разный цвет. Первый стратегический эшелон - это зеленый и серо-зеленый (защитный, как в армии говорят), цвет миллионов солдатских гимнастерок. Защитный цвет был доминирующим и во Втором стратегическом эшелоне, но он был обильно разбавлен черным цветом.
  
  Однажды мне пришлось присутствовать на встрече с отставным генералом Ф. Н. Ремезовым, который в 1941 году под прикрытием Сообщения ТАСС бросил Орловский военный округ, объединил все его войска и войска Московского военного округа в 20-ю армию и, возглавив ее, тайно повел на запад. Разговор шел в своем кругу, без посторонних, и потому довольно откровенно. Слушатели-офицеры и генералы штаба округа, которые данный вопрос знают не только по мемуарам отставных генералов. Заспорили. В пылу спора бойкий полковник генералу Ремезову вопрос поставил прямо: "Отчего 69-й стрелковый корпус вашей 20-й армии немцы в документах называют "черным корпусом"? Вразумительного ответа генерал Ремезов не дал. Он все сбивался на 52-ю армию, которой командовал позже, некоторые дивизии которой из-за нехватки военных серых шинелей одели в черные железнодорожные. Но это было в декабре.
  
  Ремезов явно от ответа уклонялся. Его спрашивают про июнь 1941 года, когда нехватки еще не было и когда солдат в бою в шинели, конечно, не бегал - жарко. В 69-м стрелковом корпусе многие солдаты были летом одеты в черную форму. Этих солдат было достаточно много, чтобы германская войсковая разведка обратила внимание и неофициально назвала 69-й корпус "черным".
  
  Такой корпус был не единственным, 63-й стрелковый корпус 21-й армии Второго стратегического эшелона тоже проходит по германским документам как "черный корпус". Командир 63-го стрелкового корпуса комкор Л. Г. Петровский по любым стандартам был выдающимся полководцем. В возрасте 15 лет принимает участие в штурме Зимнего дворца. Прошел всю Гражданскую войну, имел три тяжелых ранения. Завершил войну в должности командира полка, возраст - 18. В 20 лет блестяще оканчивает Академию Генерального штаба. Командует лучшими соединениями Красной Армии, включая 1-ю Московскую Пролетарскую стрелковую дивизию. В возрасте 35 лет - заместитель командующего Московским военным округом.
  
  Комкор Петровский проявил себя в боях полководцем стратегического масштаба. В августе 1941 года он получает воинское звание генерал-лейтенанта и назначение командовать 21-й армией, 63-й стрелковый корпус в этот момент после ожесточенных боев находился в окружении. Сталин приказал корпус бросить и немедленно принять армию. Петровский просит отсрочить на несколько дней приказ о вступлении в командование армией, присланный за ним самолет отправляет обратно, посадив в него раненых солдат.
  
  Петровский вывел свой "черный корпус" из окружения и вновь вернулся в тыл противника, чтобы вывести из окружения еще одну дивизию-154-ю стрелковую (командир дивизии комбриг Я. С. Фоканов). Во время прорыва из окружения Петровский был смертельно ранен. Германские войска, обнаружив и опознав на поле боя труп Петровского, по приказу вышестоящего командования похоронили советского генерала со всеми воинскими почестями. На его могиле был установлен огромный крест с надписью на немецком языке: "Генерал-лейтенант Петровский, командир "черного корпуса".
  
  Советские источники подтверждают этот необычный жест германского командования в отношении советского генерала. Подробно о действиях 63-го "черного корпуса" можно прочитать в ВИЖ, 1966, N6. Советская военная энциклопедия С. 6, с. 314) подтверждает правильность этой статьи. О "черном корпусе" Петровского можно найти упоминания в книге генерал-лейтенанта артиллерии Г. Д. Пласкова (Под грохот канонады. С. 163).
  
  Необычная черная форма и в других армиях Второго стратегического эшелона отмечалась германской разведкой. Когда эта форма преобладала над обычной зеленой, полки, дивизии, а иногда и целые корпуса получали названия "черных", 24-я армия Второго стратегического эшелона, тайно выдвигавшаяся из Сибири, не была исключением. В ходе боев несколько ее полков и дивизий получили у немцев название "черных". Но еще до вступления в бой с дивизиями и корпусами этой армии происходили весьма интересные вещи.
  
  В конце июня эшелоны этой армии растянулись на тысячи километров. В это время командующий армией генерал-лейтенант С. А. Калинин (бросив Сибирский военный округ) уже находится в Москве и решает проблему, как 24-ю армию кормить. Он попадает на прием к секретарю Московского городского комитета партии. Слово генерал-лейтенанту С. А. Калинину: "Секретарь МГК связался по телефону с Наркоматом внутренних дел.
  
  - Товарищ, с которым я только что говорил, - пояснил секретарь МГК, - имеет большой опыт организации питания. Длительное время занимался этим делом на строительстве канала Волга-Москва. Он поможет вам.
  
  Минут через двадцать в кабинет секретаря вошел высокий, туго затянутый ремнем статный командир войск НКВД с тремя ромбами в петлицах гимнастерки. Мы быстро обо всем договорились с ним" (Размышления о минувшем. С. 132-133).
  
  Жаль только, что генерал Калинин стесняется назвать по именам секретаря МГК и стройного, затянутого, с тремя ромбами.
  
  После первых боев 24-я армия попадает в правильные руки: командование принял генерал-майор НКВД Константин Ракутин. А генерал-лейтенант С.А.Калинин по личному приказу Сталина возвращается в Сибирь. Нет, нет, не командовать округом. Округ так и остается брошенным. Калинин по приказу Сталина формирует десять новых дивизий. Слово Калинину: "Соединения формировались в таких местах, где прежде вообще не было воинских частей. С посещения этих пунктов я и начал свою работу.
  
  Первый мой вылет был в один из городов Сибири. Еще за несколько лет до войны там, в лесной глухомани, был построен барачный городок для лесорубов. Его-то и использовали для размещения частей формируемого соединения.
  
  Почти со всех сторон городок обступила непроходимая тайга" (там же, с. 182).
  
  Все про "барачные городки для лесорубов" - у Александра Исаевича Солженицына: "Архипелаг ГУЛАГ", все три тома. Итак, десять новых дивизий (более 130000 человек) в Сибирском военном округе формируются не на местах, где были раньше воинские части, а в "барачных городках". Возразят, что, конечно же, не зэков обращают в солдат. Просто генерал Калинин использует пустые бараки для размещения прибывающих резервистов, тут их готовят и превращают в солдат. Хорошо. Согласимся с этим. Куда же в этом случае девались "лесорубы"? Отчего "городок" (да не один) пуст? Да просто оттого, что генерал Калинин "лесорубами" ДО НАЧАЛА ВОИНЫ укомплектовал 24-ю армию и тайно подготовил ее к отправке на запад. Вот почему полки и дивизии в этой армии и во всех других армиях Второго стратегического эшелона имели черный цвет: "лесорубов" часто даже не переодевали в военную форму. Вот почему армия, которую Калинин тайно перебросил на запад, состоит на довольствии не Управления устройства тыла Генерального штаба РККА, а Главного управления лагерей Народного Комиссариата внутренних дел. Вот почему на 24-ю армию Сталин ставит вместо получекиста Калинина чекиста чистых кровей Ракутина. Он-то лучше знает, как с "лесорубами" обращаться.
  
  Хорошо известно, что во время войны Сталин почистил ГУЛАГ, отправив на фронт способных носить оружие. Иногда за недостатком времени и обмундирования зэка отправляли на фронт в его одежде. В принципе разница невелика: те же кирзовые сапоги, что и у солдата, зимой - та же шапка на рыбьем меху, в любой сезон - бушлат, который от солдатского только и отличается, что цветом.
  
  Но живет в нас неизвестно откуда "пришедшее мнение, что вот, мол, Гитлер напал, Сталин и послал зэков "искупать вину".
  
  А между тем германские войска встретились с "черными" дивизиями и корпусами в начале июля 1941 года. А начали эти дивизии и корпуса выдвижение к западным границам 13 июня 1941 года. А армии Второго стратегического эшелона, в состав которых входили все эти "черные" дивизии и корпуса, начали формироваться еще в июне 1940 года, когда Гитлер повернулся к Сталину спиной, убрав с советских границ почти все свои дивизии.
  
  Каждая армия Второго стратегического эшелона создавалась специально в расчете на внезапное появление на западных границах. Каждая армия - на крупнейшей железнодорожной магистрали. Каждая - в районе концлагерей: мужики там к порядку приучены, в быту неприхотливы и забрать их из лагерей легче, чем из деревень: все уже вместе собраны, в бригады организованы, а главное, если мужиков из деревень забирать, без слухов о мобилизации и войне не обойтись. А Сталину все надо тихо, без слухов. Для того он и Сообщение ТАСС написал. Для того и мужиков предварительно в лагеря забрали, тут к дисциплине приучили, а теперь - на фронт без шума.
  
  Много лет спустя о той поре напишут книги и сложат песни. Помните у Высоцкого:
  
  И другие заключенные Пусть читают у ворот Нашу память Застекленную Надпись "Все ушли на фронт".
  
  Или вот у бывшего уголовника Михаила Демина: "Почти вся армия Рокоссовского состояла из лагерников" (Блатной. С. 26).
  
  В своей жизни Рокоссовский командовал только одной армией - 16-й. Он забыл в своих мемуарах сообщить, из кого она состояла. Эта забывчивость ему свойственна. Свои мемуары он начинает словами: "Весной 1940 года я с семьей побывал в Сочи", забыв сказать, что сам до этого побывал в ГУЛАГе.
  
  Правда, дальше в книге Рокоссовский вскользь говорит: "Жизнь убедила меня, что можно верить даже тем, кто в свое время по каким-то причинам допустил нарушение закона. Дайте такому человеку возможность искупить свою вину, и увидите, что хорошее в нем возьмет верх; любовь к Родине, к своему народу, стремление во что бы то ни стало вернуть их доверие сделают его отважным бойцом" (Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский. Солдатский долг. С. 136).
  
  Этим Рокоссовский вполне однозначно признает, что у него было достаточно возможностей убедиться в том, что из зэка можно сделать солдата.
  
  Но не это главное.
  
  Главное в том, что Сталин предоставил зэкам "возможность искупить свою вину" и "стать отважными бойцами" ДО НАПАДЕНИЯ ГИТЛЕРА. Армии, специально приспособленные принять в свой состав зэков в качестве пушечного мяса, начали формироваться еще до того, как возник план "Барбаросса"! 16-я армия - родоначальница Второго стратегического эшелона, была создана (в Забайкалье, где зэков достаточно) на Транссибирской магистрали для быстрой переброски на запад. Она и до Рокоссовского была штрафной армией. Рокоссовский принял ее только в августе 1941 года. А до него ею правил другой генерал-жертва чисток - Михаил Федорович Лукин, которому предстоит отличиться под Смоленском в жесточайшем сражении, ему предстоит тяжелое ранение, плен, ампутация ноги, германское признание доблести, отказ от сотрудничества, четыре страшных года германских лагерей, освобождение и снова ГУЛАГ, точнее - тюрзак.
  
  Встреча с 16-й армией Лукина в начале июля 1941 года для германского командования была полной неожиданностью, как и существование всего Второго стратегического эшелона. Поэтому об этой встрече германские архивы хранят особо много документов. Каждый желающий в этих архивах может найти сотни и тысячи фотографий, запечатлевших моменты пленения советских солдат Второго стратегического эшелона. И тут, среди лиц молодых парней, нет-нет да и мелькнет лицо мужика, тертого жизнью, мужика в полувоенной форме без знаков различия. И не поймешь в черном он бушлате или в зеленом. Но даже и зеленый бушлат не делает его похожим на солдата. А еще у каждого из них - мощные мозолистые руки, бритый лоб и худоба на лице. Откуда бы это, они же еще не прошли через германские концлагеря! А я вам объясню, откуда худоба: Рокоссовские из ГУЛАГа шли в армию, предварительно подкормившись в Сочи, а эти мужики - минуя Сочи.
  
  Если германская армия встретила дивизии и корпуса, укомплектованные зэками в начале июля, но в составе армий, прибывающих из далеких уральских, сибирских, забайкальских провинций, значит, Сталин дал зэкам боевое оружие в руки до 22 июня 1941 года.
  
  Не знаю, что было известно в первой половине июня германской военной разведке и что ей было не известно. Но давайте представим, что ей известно совсем немного, только небольшие отрывки и фрагменты, которые известны нам сейчас, а именно:
  
  1. К западным границам Советского Союза тайно выдвигаются несколько армий.
  
  2. В составе этих армий определенное количество солдат, иногда целые дивизии (около 15 000 человек каждая) и даже целые корпуса (более 50 000 человек каждый) одеты в необычную черную форму, похожую на тюремную.
  
  3. Минимум одна из этих армий полностью состоит на довольствии ГУЛАГа НКВД.
  
  4. Советское правительство в Сообщении ТАСС категорически и публично отрицает необычность этих перебросок войск и их массовость, говоря об "обычных учениях".
  
  Начальнику военной разведки сопредельного государства требуется оценить обстановку и дать срочно рекомендации правительству. Главный вопрос, на который надо дать категорический ответ: если мы не нападем, что будет делать Сталин - отнимет у зэков оружие и вернет их в ГУЛАГ или просто отпустит их по домам? Или, может быть, у Сталина есть еще какие варианты использования вооруженных зэков, тайно стягиваемых к германским границам?
  
  Глава 25
  
  ПРО КОМБРИГОВ И КОМДИВОВ
   Сделать закладку на этом месте книги
  
  ...Мог одолеть сильного противника лишь тот, кто прежде всего победил свой собственный народ.
  Шан Ян, V век до Р.X.
  
  Рассказ о "черных" дивизиях и корпусах мы начали с 63-го стрелкового корпуса 21-й армии. И тут упомянули комкора Петровского и комбрига Фоканова. Отчего же они не генералы? Ответ тут простой. В "черных" корпусах и дивизиях, не только солдаты и офицеры, но и высшие командиры были ветеранами "барачных городков для лесорубов".
  
  До 1940 года в Красной Армии для высшего командного состава были установлены воинские звания "комбриг", "комдив", "комкор", "командарм". В качестве знаков различия использовались ромбы в петлицах: один ромб для комбрига, два - комдив и т.д. Но вот Сталин в мае 1940 года делает подарок высшему командному составу своей армии - вводит генеральские звания, лампасы, звезды вместо ромбов. Новые звания: генерал-майор, генерал-лейтенант, генерал-полковник, генерал армии никак не связаны со старыми воинскими званиями. Правительственная комиссия произвела полную переаттестацию всего высшего командного состава, при этом многие комбриги стали полковниками, т.е. были понижены на уровень, на котором находились еще несколько лет назад. Некоторые комбриги стали генерал-майорами, а комбриг И. Н. Музыченко - генерал-лейтенантом. Многие командармы стали генерал-полковниками - О. И. Городовиков, Г. М. Штерн, Д. Г. Павлов, Н. Н. Воронов. Командарм В. Я. Качалов был опущен ниже - генерал-лейтенант. Но вот комкор Г. К. Жуков получает высшее генеральское звание - генерал армии. Кстати, малоизвестный факт: Жуков был генералом N 1. Ему первому присвоили генеральское звание во всей Красной Армии. Всего постановлением советского правительства в июне 1940 года 1056 высших командиров получили воинские звания генералов и адмиралов.
  
  Введение генеральских званий - это сталинский пряник после большой порки 1937-1938 годов. С чего это товарищ Сталин так добр? Да с того, что он планирует всех своих командиров в обозримой перспективе пустить в дело. В противном случае с пряником можно было бы и не спешить.
  
  Но Сталину мало одной тысячи генералов. Создаются все новые и новые дивизии, формируются корпуса и армии. И на генеральские должности ставятся полковники. Мы еще встретим не меньше ста полковников на генеральской должности - командир дивизии. А раньше уже встречали полковника И. И. Федюнинского даже в должности командира 15-го стрелкового корпуса 5-й армии.
  
  Но командиров не хватает. Пока Гитлер стоял к Сталину лицом, Сталин вроде бы обходился наличным составом. Но Гитлер повернулся лицом на запад, а к Сталину спиной. И вот Сталину очень понадобились командиры высшего ранга. Много командиров! Вот почему тюремные вагоны спешат в Москву. Тут бывших командиров, прошедших ГУЛАГ, вежливо встречают на Лубянке, объясняют, что произошла ошибка. Уголовное дело прекращается, судимость снимается. Командиры спешат в Сочи, а оттуда - под боевые знамена.
  
  Не каждому командиру одинаковое почтение. Некоторым - генеральские звания. Среди них генерал-майор К. К. Рокоссовский, будущий Маршал Советского Союза. Но большинство выпущенных из тюрем так и остаются со своими старыми воинскими званиями: комбриги, комдивы, комкоры. Странное создалось в Красной Армии положение: существуют параллельно две системы воинских званий для высшего командного состава, две системы знаков отличия, две разные формы одежды. Одни командиры ходят горделиво со звездами, с красными лампасами (в армии это называется полосатые штаны), в нарядных парадных мундирах, другие, делая ту же работу, носят скромные ромбики.
  
  У Мельгунова описан и документально подтвержден прием, используемый чекистами в Киеве во времена Красного террора. Не отвечающего на вопросы чекисты без лишних слов клали в гроб и зарывали в землю. А потом откапывали. И продолжали допрос.
  
  В принципе, "в предвоенный период" Сталин делает то же самое: в годы Великой чистки тысячи командиров попали в ГУЛАГ, н
  Скачать и читать книгу Геяровой
  Драконий отбор, или Пари на снежного в epub, fb2, онлайн
  litres.ru
  
  Яндекс.Директ
  18+
  екоторые из них имеют смертные приговоры, другие имеют длительные сроки и отбывают их на Колыме. По многим свидетельствам (например, "Колымские рассказы" В. Шаламова), жизнь тут совсем не лучший вариант в сравнении с расстрелом. И вот людей, уже простившихся с жизнью, везут в мягких вагонах, откармливают в номенклатурных санаториях, дают в руки былую власть и "возможность искупить вину". Звания генеральского не присваивают (т.е. не дают никаких гарантий вообще) - командуй, а там посмотрим... Можем ли мы представить себе, как все эти комбриги и комдивы рвутся в дело? В настоящее дело!
  
  Попробуйте невинного приговорить к смерти, а потом дайте ему работу, за выполнение которой последует прощение и восстановление на былой высоте. Как вы думаете, постарается он выполнить работу?
  
  Сталинский расчет точен. Многие из освобожденных служили Сталину верой и правдой, рвались в бой и своими делами и кровью доказали, что доверия достойны. Среди них комдив Г. А. Ворожейкин, поставленный командовать авиацией 21-й армии Второго стратегического эшелона. Уже в первых боях отличился и в июле 1941 года получил звание генерал-майора авиации. В августе он - начальник штаба ВВС Красной Армии. Получая каждый год новое звание, в 1944 году он стал маршалом.
  
  Комбриг А. В. Горбатов, выпущенный в марте 1941 года, получает должность заместителя командира 25-го стрелкового корпуса 19-й армии Второго стратегического эшелона. Он поднимается до звания генерала армии и до должности командующего воздушно-десантными войсками Советской Армии.
  
  Вот как он описывает свое освобождение: "Жена побывала в НКВД, прилетела оттуда, как на крыльях, рассказала, что ее очень хорошо приняли, говорили вежливо, интересовались, как она живет, не надо ли ей помочь деньгами...
  
  ...В ночь на 5 марта 1941 года, в два часа, на легковой машине следователь доставил меня на Комсомольскую площадь к моим знакомым. Сдав меня, вежливо распрощался:
  
  - Вот мой телефон. Если что, звоните ко мне в любое время. Рассчитывайте на мою помощь.
  
  Как реликвию, я взял с собой мешок с заплатами, галоши и черные, как смоль, куски сахара и сушки, которые хранил на случай болезни" (А. В. Горбатов. Годы войны. С. 168-169).
  
  Сравнение с закапыванием в гробу и откапыванием - не моя идея. Это я у генерала армии Горбатова позаимствовал: "Пятое марта я считаю днем своего второго рождения".
  
  Комбрига Горбатова выпустили (как и многих других), точно рассчитав время: месяц отпуска в санатории, прием дел, а тут и время - Сообщение ТАСС. И вот бравый комбриг со своими "Аннушками" уже тайно движется на запад.
  
  А "сувениры" ГУЛАГа, как заправский зэк, он заначил не зря. Не понадобились, и хорошо. А некоторым понадобились. Вот комбриг И. Ф. Дашичев галоши надел второй раз. Выпущенный в марте 1941-го, он сел в октябре и сидел минимум до 1953 года.
  
  Комбригов, комдивов, комкоров использовали для пополнения и Первого стратегического эшелона. Вот комбриг С. П. Зыбин получил 37-й стрелковый корпус, комдив Э. Магон - 45-й стрелковый корпус 13-й армии, комбриг М. С. Ткачев - 109-ю стрелковую дивизию 9-го особого стрелкового корпуса. Комбриг Н. П. Иванов - начальник штаба 6-й армии. Комдив А. Д. Соколов - командир 16-го механизированного корпуса 12-й армии. Комдив Г. А. Буриченков - командующий Южной зоной ПВО. Комдив П. Г. Алексеев-командующий ВВС 13-й армии. Комбриг С. С. Крушин - начальник штаба ВВС Северо-Западного фронта. Комбриг А. С. Титов - начальник артиллерии 18-й армии. И многие, многие другие.
  
  Комбригами и комдивами заполняли пустоты после того, как Второй стратегический эшелон тайно двинулся к границам.
  
  Вот комбриг Н. И. Христофанов - военный комиссар Ставропольского края. Комбриг М. В. Хрипунов - начальник отдела в штабе Московского военного округа. Штаб, как мы знаем, после ухода всех командиров на румынскую границу был занят чекистами, которые в военных делах не очень понимают. Вот в помощь себе беднягу Хрипунова из ГУЛАГа и выписали.
  
  Но все же главное предназначение комдивов, комбригов, комкоров - Второй стратегический эшелон. Этот эшелон комплектуется "лесорубами", вот и командиров сюда таких же. Тут мы и находим комкора Петровского. Мы помним, что последняя его должность была - заместитель командующего Московским военным округом. После этого - сел. Освободили в ноябре 1940 года и приказали формировать 63-й стрелковый корпус. Вот когда появились "черные" корпуса! Из трех дивизий корпуса, двумя командуют комбриги Я. С. Фоканов и В. С. Раковский, Третьей дивизией командует полковник Н. А. Прищепа. Не комбриг - но... сидел. Полковников тоже ведь сажали, а потом выпустили для укомплектования Второго стратегического эшелона. И майоров, и капитанов, и лейтенантов тоже.
  
  Соседний, 67-й, корпус той же армии переполнен комбригами. Даже во главе корпуса комбриг Ф. Ф. Жмаченко (впоследствии генерал-полковник). Взгляните на любую армию, выдвигающуюся тайно из глубины страны, и везде вы увидите табуны выпущенных накануне комбригов. Вот в 22-й армии два корпуса и на обоих комбриги: Поветкин - 51-й корпус, И. П. Карманов62-й. Взгляните на начальников штабов, начальников артиллерии, инженерных войск, тыла и любой другой службы или рода войск - все это выпущенные из тюрем. В этой армии две дивизии очень черные явно из "лесорубов", но и командиры из той же среды: 112-я стрелковая - комбриг Я. С. Адамсон, 174-я - комбриг А. И. Зыгин.
  
  Не будем загромождать изложение десятками других имен и номеров дивизий и корпусов. Каждый, кого интересует история Второй мировой войны, может сам собрать коллекцию имен, выпущенных из тюрьмы высших командиров, которым Сталин "предоставил возможность".
  
  Коммунисты говорят, что это защитная реакция Сталина: почувствовав недоброе, он укрепляет свою армию. Нет, это не защитная реакция! Процесс освобождения комбригов, комдивов и комкоров был начат Сталиным до того, как возник план "Барбаросса". Пик этого процесса приходится не на момент, когда германские войска стояли на советских границах, а на момент, когда они ушли во Францию.
  
  А теперь представьте, что это к границам вашего государства Сталин настойчиво прорубает коридоры, уничтожая нейтральные государства, которые стоят на его пути. Одновременно Сталин дает "второе рождение", неизвестному, но огромному количеству командиров, осужденных на быструю или медленную смерть. Этим людям дали в руки оружие и власть, но каждый из них по существу смертник, горящий желанием делом и кровью (своей и чужой) вернуться на высоты, с которых Сталин его сверг. И вот масса войск под руководством выпущенных из тюрем командиров тайно устремилась к вашим границам, при этом Сталин официально заверяет, что ничего серьезного не происходит. Как бы вы в этой ситуации поступили?
  
  Глава 26
  
  ЗАЧЕМ БЫЛ СОЗДАН ВТОРОЙ СТРАТЕГИЧЕСКИЙ ЭШЕЛОН
   Сделать закладку на этом месте книги
  
  Мобилизация есть война, и иного понимания ее мы не мыслим.
  Маршал Советского Союза Я.М.Шапошников
  
  Коммунисты объясняют создание и выдвижение Второго стратегического эшелона Красной Армии в западные районы страны тем, что вот-де Черчилль предупредил, Зорге предупредил, еще кто-то предупредил, одним словом, выдвижение Второго стратегического эшелона - это реакция Сталина на действия Гитлера.
  
  Но это объяснение не выдерживает критики.
  
  Генерал армии И. В. Тюленев в самый первый момент вторжения германских войск разговаривает в Кремле с Жуковым. Вот слова Жукова: "Доложили Сталину, но он по-прежнему не верит, считает это провокацией немецких генералов" (Через три войны. С. 141).
  
  Таких свидетельств я могу привести тысячу, но и до меня много раз доказано, что Сталин в возможность германского нападения не верил до самого последнего момента, даже после вторжения и то не верил.
  
  У коммунистических историков получается нестыковка: Сталин проводит самую мощную перегруппировку войск в истории человечества, для того чтобы предотвратить германскую агрессию, в возможность которой он не верит!
  
  Выдвижение Второго стратегического эшелона это не реакция на действия Гитлера. Создание Второго стратегического эшелона началось до знаменитого "предупреждения" Черчилля, до "важных" сообщений Зорге, до начала массовых перебросок германских войск на советские границы.
  
  Переброска войск Второго стратегического эшелона - это железнодорожная операция, которая требовала длительной подготовки, точного предварительного планирования. Маршал Советского Союза С. К. Куркоткин сообщает, что Генеральный штаб передал все необходимые документы по перевозкам войск в Наркомат путей сообщения 21 февраля 1941 года (Тыл Советских Вооруженных Сил в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. С. 33). Но и Генеральному штабу требовалось время на то, чтобы эти документы тщательно подготовить, нужно было точно указать железнодорожникам когда, куда, какой транспорт подавать, как маскировать погрузку и переброску, какие маршруты использовать, где готовить места массовой разгрузки войск. Но чтобы подготовить все это, Генеральный штаб должен был точно определить, где и какие войска, в какое время должны появиться. Значит, решение о создании Второго стратегического эшелона и начало планирования его переброски и боевого использования мы должны искать где-то раньше. И мы находим...
  
  Создание войск во внутренних округах и переброска их в западные приграничные - это процесс, начатый 19 августа 1939 года. Начатый решением Политбюро, он никогда не прекращался, постепенно набирая силу. Вот только один военный округ для примера - Уральский. В сентябре 1939 года в нем формируются две новые дивизии: 85-я и 159-я. 85-ю мы находим 21 июня 1941 года у самых германских границ в районе Августова на участке, где НКВД режет колючую проволоку. 159-ю мы тоже находим на самой границе в Рава-Русской, в составе 6-й (сверхударной) армии. В конце 1939 года в том же Уральском военном округе создаются 110-я, 125-я, 128-я стрелковые дивизии, и каждую из них мы потом находим на германских границах. Причем 125-я, по советским источникам, - "непосредственно на границе" Восточной Пруссии. Уральский округ формировал еще много полков и дивизий, и все они тихо и без шума перебирались поближе к границам.
  
  Пока Второй стратегический эшелон официально не существует, пока его армии находятся на положении призраков, высшее советское военное руководство отрабатывает способы взаимодействия войск Первого и Второго стратегических эшелонов. Вот во второй половине 1940 года генерал армии Д. Г. Павлов проводит совещание с командующими армиями и начальниками штабов Западного особого военного округа. В иерархии советских генералов и адмиралов Д. Г. Павлов занимает четвертое место.
  
  В Западном особом военном округе готовятся командно-штабные учения. Отрабатываются способы действий командиров, штабов, систем связи в начальный период войны. Советским штабам в ходе учений предстоит перемещаться на запад точно так, как они готовятся делать это в начале войны. Начальник штаба 4-й армии Л. М. Сандалов задает недоуменный вопрос: "А те штабы, которые находятся у самой границы? Куда им двигаться?" (Генерал-полковник Л. М. Сандалов. Пережитое. С. 65). Нужно отметить, что при подготовке оборонительной войны никто не держит штабов "у самой границы", а советские штабы были выдвинуты сюда и тут находились постоянно с момента установления общих границ с Германией.
  
  Интересна также реакция начальника штаба приграничной армии: у него приказ "передвигаться" ассоциируется только с понятиями "передвигаться на запад", "передвигаться через границу". Он даже представить себе не может, что в войне штаб можно перемещать куда-то еще.
  
  На совещании вблизи границ кроме командиров Первого стратегического эшелона присутствуют высокие гости из Второго стратегического эшелона во главе с командующим Московским военным округом генералом армии И. В. Тюленевым, который занимает в ряду тысячи генералов третье место. Пользуясь присутствием Тюленева, генерал армии Д. Г. Павлов объясняет командующему 4-й армии генерал-лейтенанту В. И. Чуйкову (будущему Маршалу Советского Союза) назначение Второго стратегического эшелона:
  
  "...Когда из тыла подойдут войска внутренних округов, - Павлов посмотрел на Тюленева, - когда в полосе вашей армии будет достигнута плотность - семь с половиной километров на дивизию, тогда можно будет двигаться вперед и не сомневаться в успехе" (там же).
  
  Присутствие командующего Московским военным округом генерала армии И. В. Тюленева на совещании в приграничном военном округе очень знаменательно. Уже в 1940 году он знал свою роль в начальном периоде войны: со своим штабом появиться в приграничном округе, когда Первый стратегический эшелон перейдет государственную границу. К слову сказать, в феврале 1941 года под напором Жукова, принявшего Генеральный штаб, советский план был изменен, и генерал армии Тюленев со своим штабом должен был тайно перебрасываться не на германскую, а на румынскую границу, ибо основные усилия Красной Армии были сконцентрированы именно там.
  
  Плотность войск "семь с половиной километров на дивизию", которую используют советские генералы, - это стандарт для наступления. В то же время для оборонительных действий дивизии давалась полоса местности в три-четыре раза большая. Тут же на совещании отрабатывается и еще один важный вопрос о том, как маскировать выдвижение советских войск к границам: "выдвижение... новых дивизий можно провести под видом учебных сборов".
  
  13 июня 1941 года - это момент, когда 77 советских дивизий внутренних военных округов "под видом учебных сборов" устремились к западным границам. В этой ситуации Адольф Гитлер не стал дожидаться, когда советские генералы создадут "уставную плотность - семь с половиной километров на дивизию", и нанес удар первым.
  
  После того как Германия начала превентивную войну, Второй стратегический эшелон (как и Первый) использовался для обороны. Но это совсем не означает, что он для этого создавался.
  
  Генерал армии М. И. Казаков говорит о Втором эшелоне: "После начала войны в планы его использования пришлось внести кардинальные изменения" (ВИЖ, 1972, N 12, с. 46).
  
  Генерал-майор В. Земсков выражается более точно: "Эти резервы мы вынуждены были использовать не для наступления в соответствии с планом, а для обороны" (ВИЖ, 1971, N 10, с. 13).
  
  Генерал армии С. П. Иванов: "В случае если бы войскам Первого стратегического эшелона удалось... перенести боевые действия на территорию противника еще до развертывания главных сил, Второй стратегический эшелон должен был нарастить усилия Первого эшелона и развивать ответный удар в соответствии с общим стратегическим замыслом" (Начальный период войны. С. 206). В этой фразе не должен смущать термин "ответный удар". Значение этого термина можно понять, оглянувшись на Зимнюю войну.
  
  Даже сорок лет спустя советская версия гласит, что Финляндия напала, а Красная Армия только нанесла "ответный удар".
  
  О настроениях во Втором стратегическом эшелоне рассказывает генерал-лейтенант С. А. Калинин. Перед началом тайного выдвижения на запад он готовит войска Сибирского военного округа (превращенные затем в 24-ю армию) к боевым действиям.
  
  В ходе учений генерал заслушивает мнение младшего офицера: "Да и укрепления-то, наверное, не потребуются. Ведь мы готовимся не к обороне, а к наступлению, будем бить врага на его же территории" (Размышления о минувшем. С. 124). Генерал Калинин передает слова молодого офицера с некоторой иронией: вот какой наивный. Но он не говорит, откуда у молодого офицера такие настроения. Если офицер не прав, генерал Калинин должен был бы его поправить, а кроме того, указать всем командирам от батальона до корпуса, что младшие офицеры чего-то не понимают, что направленность боевой подготовки односторонняя. Генерал Калинин должен был немедленно опросить командиров в соседних батальонах, полках, дивизиях, и если это "неправильное" мнение повторится, издать громовой приказ по 24-й армии об изменении направленности боевой подготовки. Но генерал Калинин этого не делает, и его войска продолжают готовиться "воевать на территории противника".
  
  Не вина молодых командиров в том, что они к обороне не были готовы, но даже не вина и генерала Калинина. Он только командующий одной армии, но все армии готовились воевать "на территории противника".
  
  Интересно заявление того же генерала в той же книге (с. 182-183). Сдав 24-ю армию генералу К. И. Ракутину, Калинин вернулся в Сибирь и тут "в барачных городках для лесорубов" готовит десять новых дивизий. Слово Калинину: "С чего же начинать? На чем сосредоточить при обучении войск главное внимание - на обороне или наступлении? Положение на фронтах оставалось напряженным. Войска Красной Армии продолжали вести тяжелые оборонительные бои.
  
  Опыт боев показал, что мы далеко не всегда умело строили оборону. Оборонительные позиции зачастую плохо оборудовались в инженерном отношении. Подчас даже на первой позиции не имелось системы траншей. Боевой порядок оборонявшихся чаще всего состоял из одного эшелона и небольшого резерва, что снижало стойкость войск. Во многих случаях люди были плохо подготовлены к противотанковой обороне, существовала известная танкобоязнь...
  
  Вместе с тем думалось: "Не всегда же мы будем обороняться. Отступление - дело вынужденное...
  
  К тому же оборона никогда не считалась и не считается главным видом боевых действий... Значит, нужно готовить войска к наступательным боям... Поделился я с командирами. Пришли к единому мнению: главные усилия при обучении направлять на тщательную отработку вопросов тактики наступательных действий".
  
  Главная задача государства и его армии осенью 1941 года - остановить врага хотя бы у стен Москвы, и всем ясно, что к обороне Красная Армия не готова. Но ее и не готовят. Не готова к обороне - ну и ничего! Все равно будем готовиться к наступлению! Только к наступлению!
  
  Если даже после германского вторжения, когда германская армия угрожает самому существованию коммунистического режима, генерал Калинин продолжает учить войска только наступлению, к чему же он их готовил до германского вторжения?
  
  Второй стратегический эшелон в результате германской превентивной акции пришлось использовать не по прямому назначению, а для обороны. Но у нас достаточно документов для того, чтобы установить первоначальное предназначение Второго стратегического эшелона, и роль, которая отводилась ему в советских планах войны. Тут, как и в Первом эшелоне, каждая армия имела свою неповторимую индивидуальность, свое лицо, свой характер. Большинство армий выдвигались налегке, представляя собой как бы мощный каркас, который после прибытия и тайного развертывания в лесах западных районов страны предстояло дополнить, достроить. Стандартный состав армий Второго стратегического эшелона: два стрелковых корпуса по три стрелковые дивизии в каждом. Это не ударная, а обычная армия сокращенного состава.
  
  По прибытии в западные районы каждая армия немедленно приступала к отмобилизованию и дополнению своих дивизий и корпусов. Отсутствие механизированных корпусов с огромным количеством танков в составе большинства армий Второго стратегического эшелона вполне логично. Во-первых, такие корпуса создавались в основном в западных районах страны. В случае необходимости их не надо перебрасывать на запад из далеких уральских и сибирских провинций: проще прибывающие оттуда облегченные армии дополнить такими корпусами уже в западных районах страны. Еще лучший вариант: использовать подавляющее большинство механизированных корпусов в первом внезапном ударе, чтобы он получился необычайно мощным, после этого ввести в бой Второй стратегический эшелон и передать его облегченным армиям все танки, которые уцелеют после первых операций.
  
  Но среди армий Второго стратегического эше
  Скидка 50% на электронные книги!
  Зарегистрируйтесь и получите скидку 50% на первую покупку! Выбирайте и читайте!
  litres.ru
  
  Яндекс.Директ
  18+
  лона были и исключения, 16-я армия была явно ударной. В ее составе был полностью укомплектованный механизированный корпус, который имел более 1000 танков, кроме того, вместе с этой армией на запад выдвигалась отдельная 57-я танковая дивизия (полковник В. А. Мишулин), которая находилась в оперативном подчинении командующего 16-й армией. Всего с учетом этой дивизии в 16-й армии было более 1200 танков, а при полном укомплектовании эта цифра должна была превзойти 1340. Еще более мощной была 19-я армия, тайно перебрасываемая с Северного Кавказа. В ее составе было четыре корпуса, включая один механизированный (26-й). Есть достаточно сведений о том, что 25-й механизированный корпус (генерал-майор С. М. Кривошеин) тоже предназначался 19-й армии. Это была явно сверхударная армия. Даже ее стрелковые корпуса имели необычную организацию и возглавлялись командирами очень высокого ранга. Например, 34-й стрелковый корпус (генерал-лейтенант Р. П. Хмельницкий) имел в своем составе четыре стрелковые и одну горнострелковую дивизии и несколько тяжелых артиллерийских полков. Присутствие горнострелковых дивизий в армии не случайно, 19-я армия, самая мощная армия Второго стратегического эшелона, тайно развертывалась НЕ ПРОТИВ ГЕРМАНИИ.
  
  В этом проявляется весь советский замысел: самая мощная армия Первого стратегического эшелона - против Румынии, самая мощная армия Второго стратегического эшелона - прямо за ее спиной, тоже против Румынии.
  
  Платные друзья Советского Союза пустили в ход легенду о том, что Второй стратегический эшелон предназначался для "контрударов". Если так, то самый мощный "контрудар" готовился по румынским нефтяным полям.
  
  Вторая по мощи во Втором стратегическом эшелоне 16-я армия развертывалась рядом. Она могла тоже использоваться против - Румынии, но более вероятно - против Венгрии на стыке 26-й (ударной) и 12-й (горной ударной) армий, отрезая источники нефти от потребителя.
  
  Но Гитлер своим вторжением все это развертывание нарушил, и 16-ю и 19-ю армии срочно пришлось перебрасывать под Смоленск, отсрочив на несколько лет "освобождение" Румынии и Венгрии.
  
  Командующий 16-й армией генерал-лейтенант М. Ф. Лукин не говорит, на каких территориях планировалось использовать 16-ю армию, которой он командовал в тот момент. Но в любом случае это не советские территории: "Мы собирались воевать на территории противника" (ВИЖ, 1979, N 7, с. 43). На той же странице Маршал Советского Союза А. М. Василевский подчеркивает, что Лукину надо верить: "в его словах много суровой правды". Василевский - сам выдающийся мастер воевать на "территориях противника". Это он в 1945 году нанес внезапный удар по японским войскам в Маньчжурии, продемонстрировав высший класс того, как надо наносить внезапный предательский удар в спину противнику, занятому войной на других фронтах.
  
  Сразу после раздела Польши осенью 1939 года огромное количество советских войск из мест постоянной дислокации были переброшены на новые границы. Но новые территории не были приспособлены для дислокации большого количества войск, особенно современных войск с большим количеством боевой техники.
  
  Официальная История второй мировой войны (Т. 4, с. 27): "Войска западных приграничных округов испытывали большие трудности. Все приходилось строить и оборудовать заново: ... базы и пункты снабжения, аэродромы, дорожную сеть, узлы и линии связи..."
  
  Официальная История Белорусского военного округа (Краснознаменный Белорусский военный округ. С. 84): "Перемещение соединений и частей округа в западные области Белоруссии вызывало немалые трудности... Личный состав 3-й, 10-й, 4-й армий... занимался ремонтом и строительством казарм, складов, лагерей, оборудованием полигонов, стрельбищ, танкодромов. Войска испытывали огромное напряжение".
  
  Генерал-полковник Л. М. Сандалов: "Перемещение сюда войск округа связано с огромными трудностями. Казарменный фонд был ничтожно мал... Для войск, не обеспеченных казарменными помещениями, строились землянки" (На Московском направлении. С. 41).
  
  Но войска все прибывали. Генерал Сандалов говорит, что для размещения войск в 1939-1940 годах использовались склады, бараки, любые помещения. "В Бресте скопилось огромное количество войск... В нижних этажах казарм устраивались четырехъярусные нары" (там же).
  
  Начальник Управления боевой подготовки Красной Армии генерал-лейтенант В. Н. Курдюмов на совещании командного состава в декабре 1940 года говорил, что войска в новых районах часто вместо боевой подготовки вынуждены заниматься хозяйственными работами.
  
  На том же совещании начальник автобронетанкового управления генерал-лейтенант танковых войск Я. Н. Федоренко говорил, что почти все танковые соединения за 1939-1940 год сменили свою дислокацию, иногда по три-четыре раза. В результате - "больше половины частей, перешедших на новые места, не имели полигонов". Ценой огромных усилий в 1939 и 1940 годах войска Первого стратегического эшелона были устроены и расквартированы. Но вот с февраля 1941 года сначала медленно, а потом все быстрее начинается переброска в те же районы войск Второго стратегического эшелона.
  
  И в этот момент произошло изменение, историками не замеченное: советские войска перестали заботиться о том, как они проведут следующую зиму. Войска Первого стратегического эшелона, бросив все свои землянки и недостроенные казармы, пошли в приграничную полосу. Речь идет о всех войсках и непосредственно к границе (Маршал Советского Союза И. X. Баграмян. ВИЖ, 1976, N 1, с. 62). Войска Второго стратегического эшелона, выдвигаемые из глубины страны, не использовали недостроенные казармы и военные городки, брошенные Первым стратегическим эшелоном. Прибывающие войска не собирались зимовать в этих местах и никак не готовились к зиме. Они больше не строили землянок, они не строили полигонов и стрельбищ, они даже не рыли окопов. Имеется множество официальных документов и мемуаров советских генералов и маршалов о том, что теперь войска располагались только в палатках.
  
  Пример: ранней весной 1941 года формируется в Прибалтике 188-я стрелковая дивизия 16-го стрелкового корпуса 11-й армии. В мае она получает резервистов. Дивизия создает временный летний палаточный городок в районе Козлово Руда (45-50 км от государственной границы). Под прикрытием Сообщения ТАСС дивизия бросает этот городок и идет к границе. Любые попытки найти хоть намек на подготовку к зиме обречены на провал - дивизия не готовилась тут зимовать. Рядом идет развертывание 28-й танковой дивизии - та же картина. Во всех танковых, во всех вновь формируемых стрелковых дивизиях отношение к зиме изменилось - больше никого зима не пугает.
  
  Маршал Советского Союза К. С. Москаленко (в то время генерал-майор, командир бригады) получает задачу от командующего 5-й армией генерал-майора М. И. Потапова: "Здесь начала формироваться твоя бригада. ...Займешь вот тут участок леса, построишь лагерь..." Мощная, полностью укомплектованная бригада в составе более 6000 человек с более сотней тяжелых орудий калибром до 8,5 мм оборудует лагерь за три дня. После этого начинается напряженная боевая подготовка 8-10 часов в день, не считая ночных занятий, самоподготовки, обслуживания вооружения, тренировок при оружии (На юго-западном направлении. С. 18).
  
  Если советские войска готовятся к обороне, то надо зарываться в землю, создавая непрерывную линию траншей от Ледовитого океана до устья Дуная. Но они этого не делают. Если они намерены мирно провести еще одну зиму, то начиная с апреля-мая надо строить, строить и строить. Но и это не делается. Некоторые дивизии имеют где-то позади недостроенные казармы. Но многие дивизии создаются весной 1941 года и нигде ничего не имеют: ни казарм, ни бараков, но и не строят землянок. Где они собираются проводить зиму, кроме как в Центральной и Западной Европе?
  
  Генерал-майор А. Запорожченко делает такое описание: "Завершающим этапом стратегического развертывания явилось скрытое выдвижение ударных группировок в исходные районы для наступления, которое осуществлялось в течение нескольких ночей перед нападением. Прикрытие выдвижения было организовано силами, заранее выдвинутых к границе усиленных батальонов, которые до подхода главных сил контролировали назначенные дивизиям участки фронта.
  
  Перебазирование авиации началось в последних числах мая и закончилось к 18. июня. При этом истребительная и войсковая авиация сосредоточивалась на аэродромах, удаленных от границы до 40 км, а бомбардировочная - не далее 180 км" (ВИЖ, 1984, N 4, с. 42). В этом описании нас может удивить только дата 18 июня. Советская авиация не завершила перебазирование, а только начала его 13 июня под прикрытием Сообщения ТАСС. Отчего же генерал говорит про 18 июня? Дело в том, что он говорит не о Красной Армии, а о германском Вермахте. Там происходило то же самое: войска шли к границам ночами. Вперед были высланы усиленные батальоны. Прибывающие дивизии занимали исходные районы для наступления, проще говоря, прятались в лесах. Действия двух армий - это зеркальное изображение. Несовпадение - только во времени. Вначале советские войска действовали с опережением, теперь на две недели опережает Гитлер: у него меньше войск и перебрасывать их приходится на очень небольшое расстояние. Интересно, что в начале июня германская армия была в очень невыгодном положении: множество войск в эшелонах. Пушки в одном эшелоне, снаряды - в другом. Боевые батальоны разгружаются там, где нет штабов, а штабы - там, где нет войск. Связи нет, т. к. по соображениям безопасности работа многих радиостанций до начала боевых действий просто запрещена. Германские войска тоже не рыли землянок и не строили полигонов. Но главное сходство - огромное количество запасов, войск, авиации, госпиталей, штабов, аэродромов - у самых советских границ, и мало кто знает план дальнейших действий - это строжайший секрет высшего командования. Все то, что мы видим в Красной Армии и расцениваем как глупость, две недели назад делалось в германском Вермахте. Это не глупость, а подготовка к наступлению.
  
  Что должно было случиться после полного сосредоточения Второго стратегического эшелона советских войск в западных районах страны? Ответ на этот вопрос был дан задолго до начала Второй мировой войны. Генерал В. Сикорский: "Стратегическое выжидание не может продолжаться после того, как все силы будут мобилизованы и их сосредоточение закончено" (Будущая война. С. 240). Это говорит начальник Генерального штаба польской армии. Однако книга опубликована в Москве по решению советского Генерального штаба для советских командиров. Книга опубликована потому, что советская военная наука еще раньше пришла к твердому убеждению: "Самое худшее в современных условиях - это стремление в начальный период войны придерживаться тактики выжидания" ("Война и революция", 1931, N8, с. 11).
  
  Начальник советского Генерального штаба Маршал Советского Союза Б. М. Шапошников в этом вопросе имел твердое мнение: "Длительное пребывание призванных резервистов под знаменами без перспектив войны может сказаться отрицательно на их моральном состоянии: вместо повышения боевой готовности последует ее понижение... Одним словом, как бы ни хотело командование, а тем более дипломатия, но с объявлением мобилизации по чисто военным причинам пушки могут начать стрелять сами.
  
  Таким образом, нужно считать сомнительным предположение о возможности в современных условиях войны длительного пребывания мобилизованных армий в состоянии военного покоя без перехода к активным действиям" (Мозг армии. Т. 3).
  
  Советская военная наука и тогда и сейчас считает, что "мобилизация, сосредоточение, оперативное развертывание и ведение первых операций составляет единый неразрывный процесс" (ВИЖ, 1986, N 1, с. 15). Начав мобилизацию, а тем более сосредоточение и оперативное развертывание войск, советское командование уже не могло остановить или даже затормозить этот процесс. Это примерно то же самое, как бросить руку резко вниз, расстегнуть кобуру, выхватить револьвер, навести его на противника, одновременно взводя курок. После этого, нравится вам или нет, но выстрел неизбежен - ибо, как только ваша рука мгновенно устремилась вниз, противник с такой же скоростью (а то и быстрее) делает то же самое.
  
  Историки до сих пор не ответили нам на вопрос: кто же начал советско-германскую войну 1941 года? При решении этой проблемы историки-коммунисты предлагают следующий критерий: кто первым выстрелил, тот и виновник. А почему бы не использовать другой критерий? Почему бы не обратить внимание на то, кто первым начал мобилизацию, сосредоточение и оперативное развертывание, т.е. кто все-таки первым потянулся к пистолету?
  
  Защитники коммунистической версии хватаются за любую соломинку. Они говорят: Шапошников понимал, что выдвижение войск - это война. Современные советские стратеги понимают это. Но в 1941 году начальником Генерального штаба был уже не Шапошников, а Жуков. Может быть, он выдвигал войска, не понимая что это война?
  
  Нет, братцы, Жуков понимал все - и лучше нас.
  
  Чтобы уяснить всю решительность действий советского высшего командования, мы должны вернуться в 1932 год в 4-ю кавалерийскую дивизию, лучшую не только во всей Красной кавалерии, но и во всей Красной Армии вообще. До 1931 года дивизия находилась в Ленинградском военном округе и располагалась в местах, где раньше стояла императорская конная гвардия. Каждый может сам себе представить условия, в которых жила и готовилась к боям эта дивизия. Меньше чем великолепными условия ее расквартирования назвать нельзя. Но вот в 1932 году дивизию по чрезвычайным оперативным соображениям перебросили на неподготовленную базу. Маршал Советского Союза Г. К. Жуков: "В течение полутора лет дивизия была вынуждена сама строить казармы, конюшни, штабы, жилые дома, склады и всю учебную базу. В результате блестяще подготовленная дивизия превратилась в плохую рабочую воинскую часть. Недостаток строительных материалов, дождливая погода и другие неблагоприятные условия не позволили вовремя подготовиться к зиме, что крайне тяжело отразилось на общем состоянии дивизии и ее боевой готовности. Упала дисциплина..." (Воспоминания и размышления. С. 118).
  
  Весной лучшая дивизия Красной Армии находилась "и состоянии крайнего упадка" и "являлась небоеспособной". Командира дивизии определили в качестве главного виновника со всеми вытекающими для него последствиями, а для дивизии "подыскали нового командира". Вот этим-то командиром и стал Г. К. Жуков. Именно отсюда началось его восхождение. За работой Жукова следил не только командир корпуса С. К. Тимошенко, но и сам Нарком обороны К. Е. Ворошилов - дивизия носила его имя и считалась лучшей. Ворошилов ждал от Жукова, что тот восстановит былую славу 4-й кавалерийской дивизии, и Жуков драконовскими мерами эту славу восстановил, доказав, что ему можно ставить любую теоретически невыполнимую задачу.
  
  В 1941 году все участники этой истории поднялись выше уровня, на котором были в 1933-м году. Гораздо выше. К. Е. Ворошилов - член Политбюро, Маршал Советского Союза, Председатель Комитета обороны; С. К. Тимошенко - Маршал Советского Союза, Нарком обороны; Жуков - генерал армии, заместитель Наркома обороны, начальник Генерального штаба. Это они втроем руководят тайным движением советских войск к германским границам.
  
  Они знают лучше нас и не из теоретических расчетов, что даже одну дивизию нельзя оставить на зиму в неподготовленном лесу. Солдат может перезимовать в любых условиях. Не в этом проблема. Проблема в том, что у западных границ нет стрельбищ, полигонов, танкодромов, нет учебных центров, нет условий для боевой подготовки. Войска или немедленно надо вводить в бой, или последует неизбежная деградация уровня боевой подготовки. Они знают, что оставлять на зиму нельзя ни одной дивизии в неподготовленном месте. Они знают, что виновных найдут, и знают, что с виновными случится. Но они выводят в места, где нет условий для боевой подготовки, практически ВСЮ КРАСНУЮ АРМИЮ!
  
  Война началась не так, как хотел Сталин, и поэтому кончилась не так: Сталину досталось только пол-Европы. Но чтобы понять и до конца оценить Сталина, давайте на мгновение представим себе ситуацию: Гитлер не напал на Сталина 22 июня 1941 года. Гитлер, к примеру, решил осуществить захват Гибралтара, а операцию "Барбаросса" отложил на два месяца.
  
  Что в этом случае будет делать Сталин?
  
  Выбора у Сталина уже не было.
  
  Во-первых. Он не мог вернуть свои армии назад. Многим армиям и корпусам, созданным в первой половине 1941 года, вообще некуда было возвращаться, кроме "барачных городков для лесорубов". Переброска войск назад потребовала бы снова много месяцев, парализовала весь железнодорожный транспорт и означала бы экономическую катастрофу. Да и какой смысл, сначала полгода войска тайно сосредоточивать, а потом их полгода рассредоточивать? Но даже если бы после полного сосредоточения началось немедленное рассредоточение, то и тогда до зимы этот процесс завершить было невозможно.
  
  Во-вторых. Сталин не мог оставить свои армии зимовать в приграничных лесах. Без напряженной боевой подготовки армии быстро теряют способность воевать. Кроме того, по какой-то причине Сталин сохранял в строжайшей тайне процесс создания и переброски на запад армий Второго стратегического эшелона. Мог ли он рассчитывать на полное сохранение тайны, если бы оставил на несколько недель эти несметные армии в приграничных лесах?
  
  Центральный вопрос моей книги: ЕСЛИ КРАСНАЯ АРМИЯ НЕ МОГЛА ВЕРНУТЬСЯ НАЗАД, НО И НЕ МОГЛА ДОЛГО ОСТАВАТЬСЯ В ПРИГРАНИЧНЫХ РАЙОНАХ, ТО ЧТО ЖЕ ЕЙ ОСТАВАЛОСЬ ДЕЛАТЬ?
  
  Коммунистические историки готовы обсуждать любые детали и выискивать любые ошибки. Но давайте отвлечемся от второстепенных деталей и дадим ответ на главный вопрос.
  
  Все коммунистические историки боятся давать ответ на этот вопрос. Вот почему я привожу мнение генерала, который с мая 1940 года - заместитель начальника Оперативного управления Генштаба; работал над оперативной частью плана стратегического развертывания Советских Вооруженных Сил на северном, северо-западном и западном направлениях". (Советская военная энциклопедия. Т. 2, с. 27). В его планировании все было правильно, вот почему, начав войну генерал-майором, он через полтора года стал Маршалом Советского Союза. Это он, а не Жуков, правит Красной Армией в последние годы жизни Сталина и сходит с высоких постов вместе со смертью Сталина.
  
  Маршал Советского Союза А. М. Василевский, вам слово: "Опасения, что на Западе поднимется шум по поводу якобы агрессивных устремлений СССР, надо было отбросить. Мы подошли... к Рубикону войны, и нужно было сделать твердо шаг вперед" (ВИЖ, 1978, N 2, с. 68).
  
  В каждом грандиозном процессе есть критический момент, после которого события принимают необратимый характер. Для Советского Союза этим моментом была дата 13 июня 1941 года. После этого дня война для Советского Союза стала совершенно неизбежной, и именно летом 1941 года, вне зависимости от того, как бы поступил Гитлер.
  
  Глава 27
  
  НЕОБЪЯВЛЕННАЯ ВОЙНА
   Сделать закладку на этом месте книги
  
  В условиях, когда мы окружены врагами, внезапный удар с нашей стороны, неожиданный маневр, быстрота решают все.
  И.Сталин
  
  На западных границах Советский Союз имел пять военных округов, в которые тайно, но интенсивно стягивались войска. Все восемь внутренних военных округов были брошены советским командованием. Из внутренних военных округов к западным границам тайно ушли все армии, корпуса, дивизии и почти все генералы и штабы.
  
  Помимо пяти западных приграничных и восьми внутренних округов, существовал Дальневосточный фронт и три восточных приграничных военных округа: Закавказский, Среднеазиатский, Забайкальский. Интересно взглянуть и на них.
   В мае 1941 года в Средне
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Пек "Долина смертных теней"(Постапокалипсис) А.Ефремов "История Бессмертного-3 Свобода или смерть"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) А.Завгородняя "Самая Младшая Из Принцесс"(Любовное фэнтези) Л.Огненная "Академия Шепота"(Любовное фэнтези) О.Мансурова "Нулевое сопротивление"(Антиутопия) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) В.Свободина "Демонический отбор"(Любовное фэнтези) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"