# Доля слабых. Глава 19 - Убить демона!

Андрей Олегович Рымин

Глава 19. Комментарии прошу оставлять в основной теме.

Глава девятнадцатая - Убить демона!


'Сколько же еще придется бежать?' - Этот вопрос крутился в голове у Валая на протяжении всего последнего дня. Причем, было не ясно, спрашивал ли парень об этом сам у себя, или у неизвестно где находившегося в этот момент Яра, или у несправедливой судьбы, или у молчаливых гор, тянувшихся по правую руку. Да и число миль, отделявших его от Мудрейшего, не являлось искомым ответом. Ответ тут вообще не требовался. Просто Валай измотался, устал. Даже не столько физически, сколько душой. Бесконечные страхи, тревоги, переживания - постоянно куда-то бежишь, постоянно спасаешься. За последний месяц ему пришлось удирать со всех ног больше раз, чем за всю предыдущую жизнь. То, как ужаленный, драпаешь от разбушевавшейся стихии, то улепетываешь от здоровенной зверюги, то поспешаешь, отправленный Яром по следу пришельцев аж за самые горы, то, подгоняемый важностью полученных знаний, торопишься по разлому назад.

Вот и сейчас, не обращая внимания на гул в голове, стук в висках и растущее пламя в груди, разведчику приходилось нестись со всех ног, будто за ним гналась сама смерть. Впрочем, так оно на самом деле и было.


***


Два дня назад, когда Валай, ожидая начала вторжения, просиживал зад в зарослях напротив устья разлома, он и представить себе не мог, насколько многочисленной будет вторая орда пришельцев. Расставшись с Миной, охотник первым делом нашел в буреломе у края пустоши подходящее для наблюдений местечко. Затем запасся водой, раздобыл какой никакой жратвы и только потом приступил к самому дозору. Удобно устроившись на мягкой куче травы, которую парень предусмотрительно натаскал с ближайшей поляны в свою заимку, Валай то и дело бросал напряженные взгляды на юг. Поначалу он очень боялся промухать приход чужаков - бдил денно и нощно, спал плохо, урывками, надолго не отходил. Потом пообвыкся, смекнул, что в ближайшие дни ждать пришельцев не стоит, немного расслабился, стал отдыхать, отъедаться. В какой-то момент даже было решил - не придут. Но нет. Воротившись однажды в заимку с недолгой охоты, Валай, как обычно, метнул взгляд на юг... и застыл.

Растянувшись на всю трехмильную ширину разлома, у самого горизонта темнела тонкая, еле заметная полоса. Она двигалась. Охотник, недоумевая, следил, как она все растет, и растет, приближаясь к Долине. Становится толще, объемнее. Медленно катится, словно вода, что ползет в половодье на берег. Валай, как завороженный, пялился на приближающееся чудо: 'Неужели они? Нет! Того быть не может! Буря? Потоп?' - Сколько времени он так простоял, одним богам ведомо. Наконец, расстояние позволило разглядеть, из чего состоит эта движущаяся на Долину волна. Валай охнул - к неизвестным природным явлениям зрелище отношения не имело.

'Они!'

По недавно возникшему, на горе всему миру людей, разлому, закрывая землю своими массивными тушами, шагали полчища разнообразных чудовищ. Разглядеть отдельные особи расстояние пока не позволяло, но неоднородность движущейся толпы уже бросалась в глаза. По мере приближения плавно текущей живой реки, зоркий взгляд Валая выхватывал все новые и новые подробности жуткой картины. Вон, торчит среди мелких соседей гигант, чей собрат загонял их на дерево. Вон, правее еще один. Вон, еще. И еще. И еще. На шестнадцатом парень сбился со счета и начал по новой. Нужно было бежать, но он все считал, и считал. Когда же одно из серо-зеленых пятен, которое ранее представлялось охотнику стаей однотипных созданий, обретя очертания, превратилось в единственное, неимоверных размеров, громадное существо, Валай сдался. Решив, что увидел достаточно, он шустро собрал оружие и заранее подготовленные припасы, выбрался из своего укрытия и припустил прочь.

Незваные гости явились даже раньше, чем ждал их разведчик. Всего неделю после расставания с Миной просидел Валай на своем посту. Сейчас, двое суток спустя, парень, уже не скрываясь, мчался по пустоши вдоль гор на восток. Еще пара дней, и в поселке Орлов первыми узнают о надвигающейся беде. Беде небывалой и, по разумению самого Валая, только об этом и думавшего на протяжении всего пути, совершенно непосильной для Племени. Идущих в Долину чудовищ было настолько много - наверное, целые тысячи - что победить их силой оружия можно было и не мечтать. Что родичам делать дальше, разведчик не знал и надеялся только на Яра. Уж он-то должен найти решение! Просто обязан! Иначе...


***


- Валай, подожди! - Из искореженного леса, вдоль края которого пролегал путь разведчика, сначала прилетел оклик, а затем начали выбираться и сами охотники. В кричавшем остановившийся парень узнал одного из своих. Этого Волка звали Малаком, он был на пару лет старше Валая и знаменит на весь род своей небывалой выносливостью. За ним виднелся еще один знакомец Валая, других же охотников по именам разведчик не знал - те были не из его поселка. Отряд приблизился, и Малак, приветственно приобняв Валая за плечи, широко улыбнулся.

- Яр послал нас к тебе, - начал он. - Мы знаем, что вы с Миной смогли отыскать проход. Мы все уже знаем. Теперь будем гостей вместе встречать. Если чудовища объявятся, побежим по родам разносить эту весть.

- Так можете начинать, - запыхавшийся Валай уперся руками в колени, пользуясь непредвиденной передышкой.

- Что начинать? - удивился Малак. Серые глаза бестолково моргали, выдавая растерянность Волка. Остальные охотники, судя по тому, как изменились их лица, оказались догадливее. Люди принялись встревоженно озираться.

- Начинать разносить эту сраную весть. Они уже здесь. Присмотрись-ка внимательнее. - Валай указал рукой себе за спину, где вдалеке, у самой линии горизонта, вяло колыхалась живая река, медленно, но неотвратимо ползущей на восток орды.

- Ярад всемогущий! - вырвалось у одного из охотников, - И что же они все сюда прут!

- Может, все, а, может, и нет. Кто ж их знает, зарбаговых тварей. Большая часть-то, похоже, сюда повернула, но ручаться не стану. Лес-то вон рядом. Наверняка сколько-то сунулось. В любом случае тех, что за мной идут, на нас хватит с избытком. - Валай уже малость привык к висящим на хвосте полчищам чудищ и говорил довольно спокойно. - Давайте-ка продолжим болтать уже по дороге, а то стоять, когда эти позади топают, как-то не по себе.

Возражений не последовало, и группа охотников тронулась с места. Четверо человек сразу свернули на северо-восток, устремившись к поселкам Медведей и Лис напрямую, остальные же, включая Валая, пробежав еще несколько миль по пустоши, тоже сунулись в лес, направившись к роду Орлов.

Малак, понимая, что разведчик измотан сильнее других, осторожно спросил:

- Валай, ты как? Не сильно быстро бежим? Потянешь? Ночью спал-то вообще?

- А ты бы смог спать, когда за спиной эти? Пусть и в десятке миль. То-то же. - Валай укоризненно взглянул на товарища, которого, несмотря на обратную разницу в возрасте почему-то воспринимал как младшего. - Не бойся. Копыта не протяну.


***


Когда еще через день охотники достигли поселка Орлов, большинство участвовавших в недавней битве людей уже разошлось по своим родам, готовиться к предсказанному Яром исходу. Подоспевшие к месту событий на третьи сутки после сражения отряды Тигров, Кабанов и Волков, нагрузившись по полной различным скарбом, тоже покинули разоренный поселок и отправились по домам, проложив свой маршрут через селение Змей, где надлежало оставить поклажу. С ними же ушли и недавние пленники, кроме пары десятков женщин, которых Мудрейший приставил к раненым.

Сам же Яр пока оставался на месте. Дожидаясь вестей о приходе новой орды, он руководил сборами - дел по-прежнему было невпроворот. Сын Ярада, как белка, сновал по поселку. То тут поможет, то там подскажет, то кого направит, то нагоняй кому вкатит. А ведь, будучи лучшим в Племени лекарем, он еще успевал и раненых врачевать. Спать - так вообще не спал. День и ночь на ногах.

Также, помимо местных охотников во главе с Морланом, в поселке остались и вызвавшиеся к сыну Ярада в посыльные Мина с Арилом. Лис на правах взрослого охотника серьезно поговорил с отцом, вышедшим невредимым из недавнего боя, и, получив благословение на любые полезные для Племени действия, распрощался с отправившимся собирать семейные пожитки родителем. Само собой пришлось пообещать понапрасну не рисковать и, случись что, поперед всех в бой не лезть. Но это лишь для порядка. Батя-то своего сына хорошо знал.

У Мины же отец погиб на охоте больше десяти лет назад, так что дозволения остаться девушке полагалось испрашивать у Нардага, как старшего среди Оленей. Но своенравная охотница не удосужилась сделать и этого. Яр, успевший привыкнуть к молодым победителям испытаний, против такой кампании не возражал и даже призвал к ним в помощь оправившегося после своих синяков и ушибов Ралата. Так что, когда перед Мудрейшим наконец-то предстал полуживой после нескольких дней беготни Валай, рядом с Яром стояли, готовясь услышать недобрые вести одними из первых, двое друзей и любимая девушка Волка.

Разведчик, то и дело поминая Зарбага, спеша и заикаясь, проглатывая окончания фраз, рассказывал об увиденном. От усталости у парня заплетался язык, веки мелко дрожали. Вокруг глаз растеклись синяки, лицо сильно осунулось - было видно, как сложно дались ему эти четверо суток пути. Тем не менее Волк обо всем отчитался без пауз - даже пить не просил. Под конец же своей длинной речи, Валай горько вздохнул и подвел неприятный итог:

- В общем, дрянь наше дело. Драться с ними нам не по силам, а бежать некуда. Назавтра уже будут здесь. Кто может - спасайтесь. Бросайте все, и на север. Ну а я свое отбегался - ноги уже не держат. Хоть помирать и не хочется, а, похоже, пришло мое время. Последний шанс - залезу повыше на дерево, привяжусь там. Авось не заметят, пройдут мимо.

Яр, который во время рассказа Валая хмурился все больше и больше, покачал головой и резонно заметил:

- На всех деревьев не хватит. У нас здесь десятки раненых - им тоже убежать не под силу. Тебя одного бы оставил - уж не обижайся - а вот вместе со всеми остальными, сильно жирная жертва выходит. На это и я не пойду. - Яр на миг замолчал и отвел глаза всторону, над чем-то раздумывая. Потом шумно втянул носом воздух, резко выдохнул и продолжил уже другим голосом: - Не хотел я такого творить..., но, похоже, придется. Выбора у нас нет. Да простят меня ваши потомки, только выиграть время для нас сейчас важнее всего. - Яр опять сделал паузу, видно, в последний раз обдумывая свое решение, затем, с самим собой соглашаясь, покивал головой и скомандовал:

- Всех сюда! Живо! Найдите Морлана, пусть срочно собирает охотников. Мы выступаем навстречу орде!

Посыльные прыснули в разные стороны, а опешивший Волк удивленно захлопал глазами. В голове Валая родилась нелепая мысль - дурацкая, несуразная, страшная, но хоть как-то объясняющая услышанное: 'Мудрейший осознал всю безысходность их положения и предпочел напрасным мучениям - достойную храбрую смерть в неравном бою'.


***


Утром, наскоро свернув лагерь, отряд заречных лазутчиков двинулся на запад, где по соображениям главаря, которого, как Кабаз теперь знал, звали Иржагом, шансы встретиться с Яром были наиболее высоки. Выслушав вчера рассказ пленника, Иржаг сделал вывод, что Бессмертный Демон, как Безродные величали Мудрейшего, не бросит захваченных в поселке людей и приведет своих Боголюбов на выручку. Получится ли у Яра отбить у засевших в селении тварей плененных родичей, или нет, Иржагу было без разницы. Его волновало одно - переживет ли колдун сражение. Если да, значит дело лазутчиков - помочь Демону успокоиться раз и навсегда. Если нет, так оно и к лучшему - можно будет возвращаться домой с чистой совестью.

План был, конечно, так себе, но других у главаря не имелось, а остальные Безродные до дрожи в коленях боялись своего командира и перечить ему не смели. Потому-то сейчас пришлый отряд чужаков, в количестве двадцати семи человек, включая Кабаза, осторожно пробирался по лесу, растянувшись в длинную вереницу. Шли не спеша. Не шумели. Сами все время прислушивались - не шмыгнет ли где впереди потревоженный зверь, не крикнет ли птица. Молчали.

Пленника вели в середине отряда, пресекая ненужные мысли о возможном побеге. Руки Кабаза, стянутые ремнем за спиной, давно затекли. Мерзкий кляп из куска чей-то шкуры мало того, что вонял кислым потом, так еще и нормально дышать не давал. Нижняя челюсть изнылась. Скапливающиеся во рту слюни стекали из уголков губ в бороду. Раненая нога хоть еще и побаливала, но идти не мешала, благо темп был щадящий. Безродные специально не торопились. Им в зад не впилось, как заявил Иржаг, выйти к захваченному поселку до того, как случится сражение. Так ненароком можно и на чудищ нарваться, что опять-таки в зад не впилось никому из них и главарю лично. Командир заречных охотников, как подметил Кабаз, ужасно любил эту присказку и вставлял ее куда ни попадя. Вот и сейчас не стерпел.

- Слышь, Боголюб сраный, ты тише ступай, тише, - зло шикнул Иржаг на пленника, хрустнувшего веткой. - Мне в зад не впилось, чтобы нас из-за тебя сцапали! Еще раз накосолапишь, глаз выколю. Тебе два без надобности. Понял меня?

Кабаз утвердительно промычал из-под кляпа и уткнулся глазами в тропу. Ему тоже не хотелось привлечь ненароком чудовищ. Зарбаговы твари не станут разбирать кто тут кто - разом всех слопают.


***


Непредсказуемая в своих поворотах судьба пока что была благосклонна к лазутчикам. До цели - захваченного поселка уже оставалось всего ничего, а чудищ по-прежнему было не видно не слышно. Вскоре Иржаг собирался прервать ненадолго поход и, выслав вперед нескольких разведчиков, засесть с остальными в каком-нибудь подходящем укрытии. Еще две-три мили и можно заканчивать топать - главарь чужаков, как заметил Кабаз, слишком уж хорошо для заречного жителя знал здешний лес. Видать, не впервой тут гостит.

Ведущий бородатых воинов Иржаг, не зная наверняка, верны ли его догадки на счет планов ненавистного Демона, все-таки попал в точку. Когда Безродный принимал решение, он даже представить не мог насколько близки окажутся к истине его мысли. Иржаг никак не мог знать, что сейчас, в этот самый момент, окружив злополучный поселок, охотники Племени уже приготовились к предстоящему бою. Не ведал того и Кабаз.

Только что вокруг стояла привычная тишина, нарушаемая лишь обычными звуками летнего леса, как вдруг откуда-то с запада, приглушенный большим расстоянием, неожиданно прилетел протяжный зов рога. Неспешно шагавшие воины резко остановились. Главарь вскинул руку, призывая Безродных молчать. Все замерли. Дослушав растянувшийся на несколько долгих мгновений сигнал, Иржаг повернулся к своим и, довольно оскалившись, изрек очевидное:

- Началось! Все-таки я был прав - Боголюбы пришли за своими. Теперь подождем...

Уперев копье в землю, Иржаг поманил всех к себе. Когда Безродные собрались вокруг главаря, тот раздал указания и, взглянув на Кабаза прищуренным глазом, обратился к пленнику:

- Ну что, Кабанчик, сейчас твоих родичей начнут убивать. Небось, хотел бы помочь своим? А? Да вот не получится. К сожалению, я слишком добрый и тебя никуда не пущу. Так что пока поживешь. А вот за друзей твоих не поручусь. Если насчет размера чудовищ ты не приврал, конец твоим родичам. Ума не приложу, как Боголюбы таких громадин валить собираются. - Полюбовавшись, на краснеющие глаза закипавшего в гневе пленника, Иржаг глубоко вздохнул и озвучил главное пожелание: - Надеюсь, проклятый колдун не доживет до сегодняшнего заката. Молись своим сраным богам, поросенок. Молись тщательно. Коли выгорит дело без крови, пущу тебя к мамке. Без нашей крови, конечно. Ваша уже полилась.

Дальновидный главарь чужаков зря злорадствовал. Он не знал, что стараясь накликать на Яра беду в своем пожелании колдуну скорой гибели, неожиданным образом смог предсказать свою собственную печальную участь. Ближе к вечеру, когда силы Племени уже завершили разгром пришлой орды, а сын Ярада, живой и здоровый, занимался подсчетом погибших, со стороны отвоеванного поселка, к стоянке Безродных затопало что-то большое.

Под громкий треск ломаемых веток и сучьев, нечто двигалось с запада, стремительно приближаясь. Лица охотников разом позеленели. Людей обуял страх. Кто-то застыл на месте, кто-то прижался к дереву, кто-то порывался бежать. Но Иржаг не был трусом. Призывая лазутчиков к действиям, главарь замахал руками. На одних пришлось рыкнуть, на других зло глянуть, третьим врезать древком. Наконец, убедившись, что его люди изготовились к бою, Безродный перехватил покрепче собственное оружие и шепнул стоявшему рядом охотнику:

- Может, просто кто-то вспугнул стадо диких свиней, но скорее сейчас мы увидим одну из мальчишкиных сказок. По сигналу, стреляем из луков, - и Иржаг тут же жестами передал свой приказ остальным.

Наконец, впереди замелькало в просветах между стволов буков и грабов какое-то массивное тело. По мере своего приближения увеличиваясь в размерах, чудище ломилось сквозь чащу прямо к месту засады Безродных. Вскоре пленник признал в существе рогача, на каких его гнали чужинцы. Зверь был один, но заречным лазутчикам больше и не требовалось. Непривычная внешность большого уродливого животного, наполнила сердца людей, впервые встретивших подобное чудо, позорным ужасом. Кабаз видел, как затряслись руки охотников. Тем не менее, когда зверь оказался в десятке шагов от них, Безродные не дрогнули, и острые стрелы дружным залпом отправились к цели.

Правда, какой-либо пользы такая атака лазутчикам не принесла - зверь только пуще взъярился. Заметив врагов, толстокожее чудище, дико взревело и бросилось на поднимавших копья людей. Пара охотников, растерявшихся от такого начала, сразу попала под мощные лапы животного, а Иржаг, так и не понявший, что основная угроза исходит от сидящего на спине зверя черного существа, рухнул на землю, когда длинная острая молния прилетела откуда-то сверху, отрубив его бородатую голову.

Схватка была скоротечной. Безродные не стремились во что бы то ни стало остановить удиравшего из окруженного поселка Орлов нелюдя, а обладатель кожистого капюшона, в своем желании выжить, хотел одного - убраться подальше от этих слабых, но столь многочисленных местных двуногих. Так что дюжиной ударов сердца спустя рогач скрылся из виду, унося своего хозяина куда-то на юго-восток.

Несмотря на то, что драки как таковой и не вышло, потери Безродных составили чуть ли не половину отряда. Помимо Иржага, лазутчики недосчитались еще восьмерых, и двое охотников крепко ушиблись, отлетев от мотнувшего рогатой башкой великана. Трое были затоптаны самим толстокожим чудовищем, пятеро скончались от резаных ран, нанесенных огромным ножом чужака, а в груди одного из охотников торчал непонятный не то шип, не то рог, около локтя длиной, ловко брошенный черной лапой.

Когда народ немного отошел от случившегося, поредевшая группа Безродных собралась вокруг обезглавленного трупа своего вожака. Растерянные напуганные люди, в иступленном молчании, стояли над распластанным телом, погрузившись в невеселые думы. Наконец, очухавшись первым, слово взял невысокий, но плотный охотник по кличке Дубина:

- Не знаю, как их там валят Боголюбы, но у нас получилось хреново. Раз Иржаг мертв, за главного теперь буду я, - бородатый крепыш с вызовом обвел взглядом охотников и, убедившись, что возражений никто не имеет, продолжил: - Зря мы сюда поперлись. Раз уж решили поверить мальчишке, так надо было сразу и возвращаться. У почитателей Демона бед и без нас хватает. Скоро они все передохнут вместе со своим колдуном. Раз здесь, за рекой, объявились такие гости, значит песенка Боголюбов так и так спета. Пора нам менять прежний план. Возвращаемся. - И уже тише и не так уверенно добавил: - Надеюсь, и вождь, и шаман нас поймут и простят. Кто ж знал, что за рекой такое творится.

- Да кто нам поверит? - поспешно возразил один из охотников, - Два дня назад ни мне, ни тебе, да и никому из нас такое бы и в башку ни пришло. Посмеются, обзовут трусами и накажут. Сурово накажут! А зная Варага, так скорее всего и убьют.

Озвученная перспектива заставила всех замолчать и снова задуматься. Похоже, такой вариант был весьма вероятен, а оттого неприемлем вдвойне. Но, видно, Дубина свое прозвище получил не за скудость ума. Почесав лохматый затылок, новоявленный лидер лазутчиков отыскал-таки выход из тупика. Простое решение лежало на самой поверхности. Дубина довольно осклабился и предложил:

- А мы с собой мальчишку прихватим! Вон как складно болтал - и нас, и Иржага, вечной свободы его духу, убедить смог. Поди, и Варага с шаманом поверить заставит. С живым доказательством наших слов в запасе, я бы рискнул воротиться. Да и эту штуку с собой возьмем, - безродный указал на так и торчащее из груди погибшего товарища метательное оружие нелюдя. - У нас животные с такими рогами не водятся. Может, тоже сгодится для подтверждения наших слов.

И, видя, что охотников по-прежнему терзают сомнения, Дубина привел свой последний, решающий аргумент:

- Вы как хотите, а я возвращаюсь. Убьют ли дома свои, так то еще надвое, а здесь всем нам точно конец. Не погубят чудища, так какой-нибудь недобитый местный урод из лука подстрелит. Они в этом толк знают, - и, закончив свою дельную речь, Безродный принялся демонстративно собирать свои вещи, брошенные на землю перед началом боя.

Как ни страшен был вождь клана Ургов Вараг, чьи владения занимали леса за Великой Рекой на многие дни пути в разные стороны, как ни беспощаден прославившийся своей жестокостью шаман, а разумные доводы, приведенные хитрым Дубиной, действие на людей возымели. Вскоре Безродные, примирившись со своей неудачей, уже быстро шагали по прежней тропе, возвращаясь обратно. Вместе со всеми неохотно перебирал ногами и бедняга Кабаз. Злая судьба снова гнала его в вынужденное путешествие. Парень не знал, суждено ли ему вернуться когда-нибудь в родные края, но выбора не было. В голове Кабана роились невеселые мысли, и лишь одна среди них слегка утешала пленника: 'Я все еще жив! Еще жив!'