# Доля слабых. Глава 26 - Обман на обмане

Андрей Олегович Рымин

Глава 26. Комментарии прошу оставлять в основной теме.

Глава двадцать шестая - Обман на обмане


Предыдущие сутки, минувшие после их встречи с тварями, прошли на удивление спокойно - ни чудищ, ни людей, только вымерший лес по бокам. Даже птиц и зверей толком нет. Тишина, неизвестность и тяжкие мысли, что без конца лезут в голову - тут и без гребли устанешь. А Кабазу-то приходилось махать веслами за двоих. Инга помощница та еще - больше все на дне лодки лежит. Говорит, огнем руки жжет с непривычки - мозоли чуть не до волдырей натерла. Весь день путники сплавлялись на север, прервавшись лишь на ночлег у очередной подходящей коряги. Настроения для болтовни не было - за все время беглецы и десятком фраз друг с другом не перекинулись. Кабаз сильно переживал, что догнать родичей не получится. Ингу мучили страхи попроще. Слишком уж ее впечатлил вид зарбаговых тварей - видно, не так она их себе представляла. Но ничего, к вечеру отошла - смелая все-таки баба. Да и повод бояться пропал. По Великой плылось спокойно. По всему видать, воду твари не жалуют, раз за ними вдогонку не кинулись. Постепенно девчонка расслабилась, перестала вертеть без конца головой, вглядываясь в прибрежные заросли. А зря! Только Инга уверовала, что речная дорога вполне безопасна, и на тебе...

- К берегу! Быстрее! - неожиданный окрик Кабаза мгновенно вывел Ингу из состояния глубокой задумчивости. Девушка встрепенулась, весла вспороли воду, глаза заметались из стороны в сторону, в поисках новой опасности.

Совершив очередной поворот, русло Великой устремилось к востоку, где в полумиле от путников, из воды выступал небольшой островок. Поросший травой и кустами продолговатый земляной бугор вырос точно посередине реки, разделяя ее на два одинаковой ширины рукава. В левом и подстерегала опасность. К невеликому клочку суши, загребая хвостами и лапами, плыла довольно большая, голов в пятьдесят, разномастная группа чудовищ.

Понимая, что солнце, продолжавшее опускаться на западе, ослепляя плывущую стаю, не дает разглядеть чудищам их суденышки, Кабаз уверенно свернул вправо - нужно было укрыться в пышных прибрежных зарослях и там отсидеться, пока чудища не завершат переправу и не скроются в заречных лесах. Обе группы, практически одновременно, добрались до своих целей. Юркие лодки спрятались за нависшие над водой лохмы ивы, и Кабаз сквозь прорехи в листве принялся наблюдать за ордынцами, выбиравшимися на островок. Теперь оставалось дождаться, когда твари пересекут второй рукав, и можно плыть дальше.

Но нет. Вопреки надеждам охотника, чудища задержались на острове. Время шло, вечер близился, а пришельцы по прежнему оставались на месте. Несколько чернюков даже начали разбивать какой-то шатер. Все указывало на то, что уроды решили обосноваться надолго - видно, задумали устроить на этом кусочке земли заставу, позволяющую контролировать речную дорогу, благо располагался сей островок идеально.

- И что теперь будем делать? - встревоженно прошептала Инга. - Похоже, демоны никуда не торопятся.

- А хрен его знает. Жалко, что проскочить не успели! - Кабаз не столько боялся, сколько дулся на злую судьбу. - Да уж, приплыли... Теперь по воде путь закрыт. Дальше придется ногами. Вот только куда?

- Как куда? На север, к твоим.

- А с чего ты взяла, что нас будут там ждать? - Кабаз дальновидно заглядывал в будущее. - На берегу они не останутся - это, как пить дать. Яр точно двинет Племя к востоку. Причем, мы не знаем, как долго они еще будут плыть. В любой момент родичи могут оставить Великую, если еще не оставили, и сунуться в лес. Долина большая.

- Ну, так мы и пойдем вдоль реки, - кивнула Инга на север. - Как найдем место высадки, сразу же повернем на восток - и за ними. Следов такой оравы не скроешь. Мы с тобой-то уж точно заметим. Рано или поздно всяко догоним. Они-то груженые, а мы налегке. И не переживай так - я ногами легка. Ходить - это тебе не веслами воду дергать. Тут я привычная.

- Звучит складно, но ты забываешь о главном, - скривился Кабаз. - Племя ищем не только мы. Причем, звероводы нас с тобой, по-всему видать, обгоняют и уже учесали вперед. Если двинем туда же, по-любому нарвемся на тварей. Сдается мне, берега Великой сейчас самое опасное место в Долине. - Кабаз ненадолго прервался и, наморщив лоб, погрузился в раздумья.

- Давай-ка, пожалуй, сворачивать прямо сейчас, - выдал он спустя время. -Нагнать моих родичей, конечно, задача важнейшая, да только что-то мне подсказывает - от реки нужно сваливать, как можно быстрее. И чем дальше, тем лучше. Вся эта погань снует вдоль воды - сама видела. Так, или иначе, но лишь на востоке у нас остаются хоть какие-то шансы спастись от орды. Уйдем далеко-далеко, чтобы уж наверняка не нашли, а потом уже будем пробовать разыскать мое Племя. - Закончив, охотник вопросительно посмотрел на притихшую девушку и, не дождавшись ответа, добавил: - Что думаешь? Разве еще есть пути?

Других путей не нашлось, и, на всякий случай запрятав лодки в кустах, беглецы устремились вглубь леса. Вскоре Великая вместе с злосчастным островом, сломавшим их планы, осталась далеко позади. Отвыкшие от ходьбы ноги несли парня с девушкой на восток, уводя от опасного берега.


***


Та же трава на полянах, те же звуки и запахи, те же звери и те же деревья. Земли Безродных на протяжении всех четырех дней пути мало чем отличались от недавно оставленной родины. Кабаз ходко шагал по прохладной тенистой дубраве. Раненая нога уже давно зажила и совершенно его не тревожила. День стоял солнечный, дождем и не пахло, ветер в ветвях не свистел. Настроение само-собой ползло вверх, как и краешки губ.

А почему бы и нет! Невозможно ведь постоянно только грустить, переживать и бояться. Так и рассудка лишиться недолго. Да и поводов думать о неприятном, слава Яраду, давненько не находилось. Пешее путешествие проходило не в пример лучше водного. Ни черных пришельцев, ни их чудовищ, ни местных охотников - даже опасных хищников путники за все время ни разу не встретили. Здешний лес, мирный и щедрый, исправно снабжал беглецов всем необходимым. Ягоды, грибы, птичьи яйца, а иногда и неожиданно выскакивающая прямо под ноги добыча никак не хотели давать парню с девушкой даже изредка испытывать голод в дороге. Словно не бегство, а какое-то приятное путешествие. Да еще и в прекрасной компании.

Инга шагала слегка позади не в меру расчувствовавшегося Кабана, но когда тропа стала шире, догнала его и пошла рядом. Улыбающийся Кабаз бросил взгляд на подругу. Судя по ее хмурому лицу, девушка совершенно не разделяла, нахлынувших на Кабаза эмоций. Охотник получше всмотрелся в печальные глаза спутницы и, сам того не желая, мгновенно вспомнил все недавние страхи. Воспарившая было душа с силой грохнулась обратно на землю. Радужное настроение мигом растаяло, словно глупый несбыточный сон. Парень опять погрустнел и теперь сам с себя удивлялся, не понимая, как можно было думать, что все хорошо, когда все так плохо?

Стоило настроению беглецов уровняться, как сразу же, словно по волшебству, объявились и первые неприятности. Внезапно на лесную тропу, в каком-то десятке шагов от путников, выскочила молодая косуля. Растерявшись от неожиданной встречи, животное на мгновение застыло. А вот Кабаз, напротив, ушами не хлопал - заминки копытного парню хватило с избытком. Просвистело брошенное умелой рукой копье, и пронзенная косуля рухнула на землю, толчками выдавливая из себя вместе с кровью последние остатки жизни.

Не успел парень обрадоваться нежданной легкой добыче, как вслед за животным на тропу выскочила четверка охотников. Вооруженные луками люди сразу заметили путников, но вопреки опасения Кабана, враждебности не проявили. Наоборот, Безродные как будто бы даже обрадовались, а в громкие крики приветствия вплелись и слова благодарности. Было видно, что врагов тут не ждут и не ждали.

- Мир вам, люди, - замахал рукой один из охотников, - Вы, случаем, не из Ургов будете?

- Спасибо за помощь. Хороший бросок! - выразил признательность другой, склонившейся над косулей, мужчина.

- И вам мир. Все верно - мы Урги, - долго не думая, оттараторила шустрая девушка. - А вы-то, пожалуй, из Райхов? - вопрос задавался уверенно, и становилось понятно, что предположение сделано Ингой не на пустом месте. Да и не удивительно - из местных же девка. Должна знать, кто где здесь живет.

- Они самые. Вокруг-то наши леса. - Предсказуемый ответ не заставил себя долго ждать, а следом на слегка растерявшихся беглецов обрушился целый поток новых сведений:

- А я так и знал, что ваши еще подойдут. Не мог же, право, уцелеть лишь один-единственный воин. Так не бывает... И чтобы он там ни плел, помяните мои слова, вы двое тоже не из последних. Наверняка, спаслись многие.

Расписывающего свою дальновидность охотника решил поддержать и один из товарищей:

- Верно Гайрах говорит. Кто-то в лесах попрятался, а кто-то к другим кланам выйдет. Всех эти чудища переловить не могли - Урги живучий народ. К тому же, сдается мне, что в ваших поселках уже всё знают и готовятся уходить. А скорее, так уже и ушли. Мы вот, со дня на день тронемся. Ждем, когда все соберутся.

- Ладно уж. Хватит болтать, - вмешался третий охотник. - Остальное обсудим уже по дороге. Хватайте рогатую, и пошли. Меня, кстати, Баришем кличут. Это Гайрах. Тот сутулый зовется Риго, а молчун откликается на Астарха. Ну, а ваши как имена?

- Я Марика, а мужа моего Даргом звать. - Эта наглая ложь вырвалась у Инги мгновенно, и Кабазу осталось только глупо кивнуть, подтверждая слова новоявленной женушки.

- Дарг... - Бариш ненадолго задумался, - Не слыхивал про тебя. Да по правде сказать, я из Ургов немногих и знаю. С Вежиком и Майлахом дела имел, с Иржагом судьба раз сталкивала, малыш Сардо у нас в том году гостил, и еще один, хромоногий такой - уж и не вспомню, как там его звали. Ну, а про Варага-то небось всякий слышал. Да помогут добрые духи вождю вашему, коли жив еще, - Безродный приложил ладони к щекам в ритуальном жесте. - Ну а последний из известных мне Ургов сидит сейчас в нашем поселке и плачется. Только вчера объявился, а уже всех своим нытьем достать умудрился. Пренеприятнейший тип, на мой взгляд. Да вы, поди, его лучше знаете. Вот придем, обрадуете своего Шаргаша. Пусть убедится, что он не последний из Ургов.

К завершению речи Бариша, отряд уже шагал по тропе, и прозвучавшее ненавистное имя вылетело у Райха настолько внезапно, что мигом побледневшая Инга даже споткнулась от неожиданности. Правда, проявив чудеса управления чувствами, девушка через мгновение не только смогла убрать с лица все эмоции, но еще и успела сходу придумать, как обернуть ситуацию к своей пользе. Кабаз уже не раз подмечал, как хитра и смекалиста его спасительница, но такого не ожидал все равно. Последовавшее далее представление окончательно убедило охотника, что хрупкая девушка, пленившая его сердце, не просто лиса-хитрованка, каких среди баб шесть на дюжину, а чуть ли не величайший мастер обмана во всей Долине.

- Шаргаш!!? - заорала Инга, как резанная, не успел Бариш закончить последнюю фразу. - О великие духи! Почему эта тварь! Столько мужчин полегло! Настоящих мужчин... А эта вонючая крыса жива! - девушка так натурально изображала внезапно нахлынувший праведный гнев, что охотники Райхов, опешив, остановились. Кабаз же, понимая, что срочно нужно подыгрывать, принялся усердно кривляться и потрясать кулаками.

- А мы-то надеялись, что эта трусливая падаль издохла! Что его сожрали и высрали! Что дух его уже скитается в темноте! - Инга никак не могла успокоиться.

Кабаз даже перепугался, что девушка перегнет палку и спешно придумывал повод, чтобы вмешаться, но быстрее оказался Гайрах.

- Подожди, Марика, подожди! Да объясните вы толком, что он хоть натворил?

- Похоже, что-то ужасное, - выразил свои догадки насупленный Риго.

- Небось, кровник он ихний. - По мнению Бариша, только эта причина могла вытянуть столько проклятий из женского рта.

- Все еще хуже ужасного! Вам такое и в страшном сне не привидится! - Инга сделала несколько глубоких вдохов, всем своим видом показывая, что она успокаивается, и продолжила уже тише: - Когда чудища с нашими сцепились... Не удивляйтесь. Мы были там вместе с мужем. Мне можно, я - лучница...

Как ни странно, а, кажется, Райхи в это поверили. Видно, женщины-воины были в кланах не такой уж и редкостью. Кабаз только диву давался, как девка закручивает - вот ведь язык без костей! А та между тем продолжала:

- Так вот. Полезли на нас эти зубастые полчища, и дрогнули люди. А кто бы не дрогнул? Таких страшилищ мир еще не видывал. Сильные, быстрые, злобные. Шкура - что камень, зубы - ножи, когти - копья. Жуть, да и только! И слов-то не подберешь... - На миг прервавшись, Инга бросила быстрый взгляд на Кабаза. Тот незаметно кивнул - мол, давай, я молчу.

- Вы уж простите, что я все одна рассказываю. Муж мой на слова не богат, - тут Кабазу пришлось что-то утвердительно промычать, а Инга не останавливалась:

- Прижали нас - хуже некуда. Некоторые попятились, бежать собираясь, но нашлись смельчаки, которые и трусов удерживали, и остальных подбадривали. Среди них был и мой старший брат Лешко. Помню, он все орал: 'Стоим! Стоим, братья! Духи с нами!', и что-то еще похожее. А Шаргаш всегда был трусливым зайцем. Он и раньше-то свою гнилую душонку показывал. Дарг мой вон постоянно с ним цапался, с подлецом. Однажды чуть вообще не убил. А жаль, всем было бы только лучше.

История затягивалась. Ничего не понимающие Безродные начали осторожно переглядываться меж собой, но отступившая в сторону девушка уже и так поняла, что затягивать вредно, и перешла к самой сути:

- Раз за разом пробовал Шаргаш убежать, да только Лешко его не пускал, обратно в строй ставил, даже копьем пригрозил. Тогда эта мразь дождалась, когда мой брат отвернулся - и ножом в спину. Мы моргнуть не успели, а его уже и след простыл. Надеялись, не ушел от реки. Сцапали чудища. Да, как видно, в мире нет справедливости. Выжил говнюк и даже до людей добраться сумел. Вы на него смотрите, думаете, человек перед вами. Ан нет! Крыса! Жалкая трусливая крыса! И ты, Бариш, правду сказал. Кровник он наш. Теперь кровник...

Выслушав пылкую исповедь девушки, насупленные охотники призадумались. История прозвучала невероятная. Но нынче в мире творятся такие дела, что поверишь во что угодно. Понимая, что вскоре случится недобрая встреча, Бариш поспешил уточнить про традиции клана:

- Если все это правда, его судьбу совет решать будет. Но, думаю, не сейчас. Времени на это не выделить. Вот уйдем на восток, опасность минует, тогда и шаман духов спросит, и вождь слово скажет. Все сделаем, как положено. А пока наберитесь терпения и смотрите, без глупостей. Прольется кровь - виновных накажут. Изгонят, как пить дать. И то, что правда за вами, ничего не значит - от наказания сие уйти не поможет. Будьте уверены. У нас с этим строго.

Над тропой повисла тягучая тишина. Теперь народ топал молча - все в своих мыслях. Но, когда Бариш уже было решил, что слова его поняты, а тема исчерпана, девушка снова заговорила. Как бы за между прочим, ни к кому конкретно не обращаясь, но при этом достаточно громко, так чтобы точно услышали все, Инга озлобленно прошипела сквозь зубы:

- И эта мразь еще смела насмехаться над Даргом за его тугодумство. Мой муж, может быть, и не самый смышленый, зато он мужчина, а не трусливая тварь.

И после паузы добавила:

- А он как его только не обзывал... Однажды, так и вообще - Боголюбом! Ведь знал, подлюка, что заречные гады убили родного отца, на глазах у Дарга. Знал, что для него нет обиднее слова. Специально сказал, чтоб больнее. От убийства тогда едва удержали Дарга всем кланом. Но муж мой прилюдно поклялся духом великого Урга, что если еще хоть раз Шаргаш его назовет Боголюбом, от смерти урода уже не спасти никому...

Последнее в комментариях не нуждалось, и только шорох влачащийся туши разбавлял повисшую над тропой тишину. Настроение общаться пропало как-то само собой - Инга постаралась на славу.


***


Человек - невероятно гибкое существо и, если надо, может свыкнуться с чем угодно. Жаль только, что это правило не относилось к резкому противному запаху долбаных лошадей. Всю прошедшую неделю пути, в основном проведенную Троем на спине одной из этих четвероногих вонючек, его чувствительный нос пребывал в постоянных мучениях.

Хотя, что уж врать - гадостный 'аромат' чужеземного зверя был для пленника меньшей из бед. Гораздо сильнее его тяготили: отбитая задница, натертые ляжки, постоянный терзающий страх и сдавливающая горло петля. Как бы это смешно ни звучало, но Тигр ехал на лошади. Самостоятельно и уже худо-бедно уверенно, но медленно и осторожно, ибо длина веревки, идущей от его шеи к руке следовавшего чуть позади воина, была не столь велика, чтобы Трой хоть на миг мог расслабиться. Такой поводок полностью исключал возможность побега - тут чужаков понять можно. Но, если что-нибудь неожиданное перепугает обычно смирную лошадь, шея пленника может не выдержать и сломаться. Дернет-то его - ого-го! Трой предвидел возможность такого поворота событий и специально не вставлял ноги в стремена, дабы это не помешало ему свободно вылететь из седла, когда придет время.

Лошадь, седло, стремена, веревка, меч, арбалет и дикарь - были лишь частью из множества новых для Троя слов, смысл которых стал ему нынче доступен. Другие же пока оставались для пленника не более, чем бессвязной россыпью звуков. Например, непонятное слово 'Магистр'. То, что это не имя вождя чужаков Трой уже догадался - но дальше сплошная загадка. Человека в длинном плаще еще называли, и господин, и милорд. Пойди их пойми, этих пришлых. Несколько раз любопытному Тигру удавалось услышать в коротких беседах пленителей между собой упоминание о какой-то 'Империи', реже 'Валонге', пару раз о 'Ализии', а единожды, уважительно и таинственно, прозвучало непонятное 'Орден'. Было похоже, что все это названия каких-то огромных земель, лежащих в неведомых далях. Значит, мир куда больше известной ему Долины.

Когда Тигр пришел к этому пугающему выводу, его сразу же посетила другая, не менее страшная догадка. А что, если объявившиеся на юге чудовища тоже явились из каких-то далеких земель, а не выползли из подземного мира? Яр же так и не смог перелезть через горы - вдруг за ними другая долина, огромная-преогромная, или вовсе без всякого края? Что же, вполне может быть - коли так, удивляться не станем. В последнее время с ним столько всего приключилось, столько странного, невозможного и нежданного, что он готов был нынче поверить во что угодно. Чудеса чудесами, а у него и так уже голова распухла - своих бед хватает. Трой на многое теперь смотрел по-другому, но никакие новые взгляды и знания не могли отменить его главную цель - выжить здесь и сейчас. Выжить любой ценой!

Про зарбаговых тварей своим пленителям он пока не рассказывал. Напрямую чужаки не спрашивали, и Тигр приберег эти важные сведения про запас. Трой вел пришельцев на юг, к развалинам дома Мудрейшего, а впервые чудовища встретились людям как раз в тех местах. Кто его знает, вдруг твари окажутся там и сейчас? Если две группы чужинцев столкнутся друг с другом, в образовавшейся суматохе у него появятся шансы сбежать. Особенно, если чудовища станут для воинов сюрпризом.

Трой хотя и держал в голове такую возможность, но считал её слишком опасной и оттого нежелательной. Главным у Тигра по-прежнему оставался задуманный изначально, легко исполнимый план - отвести магистра к развалинам, указать, где засыпан вход в погреб и, когда чужеземцы найдут Звездный Камень, обрести обещанную свободу.

В то, что его не обманут и отпустят домой, Тигр уверовал сразу. Уж больно серьезным казался ему человек в капюшоне. Такие, как этот магистр, своими словами, поди, не разбрасываются. И потому, прокладывая удобный маршрут, охотник старался на совесть, совсем не пытаясь хитрить. Трою хотелось как можно скорее закончить со всем этим делом и навсегда распрощаться с компанией таинственных чужаков. Пусть забирают проклятую безделушку и уматывают восвояси, откуда бы они не явились.

Конечно же, конный отряд передвигался быстрее любой пешей группы, но разница в скорости была не настолько значительна. Узкие звериные тропы, которыми Трой вел пришельцев по дремучим лесам, не давали особенно разгоняться. Всадники ехали либо трусцой, либо шагом - чаще всего вереницей хвост в хвост, реже по двое в ряд. Тем более парень специально закладывал немаленькую петлю, огибая дугой все селения родичей с запада, что прилично удлиняло дорогу.

Трой и сам не желал неожиданно встретить кого-то из Племени, но обходными путями вел отряд по приказу магистра, заявившего, что без лишнего повода убивать дикарей смысла нет, и дорога не станет быстрее, если постоянно отвлекаться на местных. В том, что пришельцы особой жестокостью не страдают, Трой убедился на собственном опыте. То есть, у послушного и расторопного парня просто ни разу не появилось возможности убедиться в обратном. Пленника не били и не пытали, давали еду и питье, связывали только на время сна и, вообще, относились примерно, как к лошади. А это было уже кое-что. Попав в один ряд с полезными четвероногими животными, проводник в своем положении поднялся на целые две ступени, начав с 'пустого места' и миновав по дороге 'ничтожество'.

Совесть охотника тоже особо не мучила. Трой не считал, что он делает нечто ужасное. Если магистру так сильно нужен диковинный камушек, так пусть забирает - Яру-то он без надобности. Украшение, ну и, может быть, память о матери... Да Мудрейший и сам бы отдал этот камень пришельцам, если бы от того зависела чья-нибудь жизнь. Так что предателем Тигр себя не считал. Вот трусом - другое дело. Но эту черту своего характера он заметил давно и давно с ней смирился. Пусть смельчаки храбро гибнут в бою, а он к Яраду пока не торопится. К тому же никто не узнает о свершенном поступке. Со стороны, Тигр видел себя не подлым, а хитрым, и даже гордился своими талантами. Глупая Тарья закопана в яме, как мусор, а умный находчивый Трой проживет еще долгую жизнь.

Несмотря на то, что пришельцы, казалось бы, доверяли ведущему их охотнику, про разведку никто забывать и не думал. Каждый вечер, пока остальные разбивали нехитрый походный лагерь, четверо воинов по-быстрому прочесывали округу. Убедившись, что в окрестностях места стоянки отсутствуют какие-либо опасности, они возвращались обратно и коротко отчитывались Эрмину - главному среди чужаков человеку после магистра. Утром все повторялось по новой, и процессия трогалась в путь только после прихода разведчиков.

Вот и сегодня с рассветом, как всегда незаметно и тихо, четыре бесшумные тени скрылись в ближайших кустах. Лагерь еще не собрали, а один из дозорных уже умудрился вернуться и сейчас что-то быстро шептал в ухо Эрмину. Тот выслушал и, подозвав Троя, который поспешно приблизился в компании своего неизменного конвоира, повел всех собравшихся в сторону палатки магистра. Глава чужаков уже был снаружи и кивком головы поприветствовал воинов, в свою очередь совершивших поклоны в ответ. Эрмин коротко доложил:

- Господин, в полумиле на запад, разведка обнаружила местного. Он один, но зачем-то забрался на дерево. Какие будут приказы?

Магистр среагировал быстро. Он словно заранее знал, о чем пойдет разговор. Тигр не раз уже замечал такое за ним - чтобы у него ни спрашивали, чужак никогда не задумывался над ответом.

- Думаю, он для нас не опасен и не стоит потери времени. Но осторожность превыше всего. Вижу, что ты это понимаешь, раз уже притащил ко мне Троя. Бери пацана, пусть посмотрит. Без нужды не светитесь. Если нужно, убейте. - И завершив наставления, магистр перевел взгляд на Тигра, обращаясь уже лично к нему: - Смотри, без глупостей. Если заметишь что-нибудь странное, или посчитаешь полезным его допросить - сразу говори Эрмину, он сделает все, как надо. Помни, от выполнения нашей задачи зависит и твоя жизнь. Не будь дураком. Хорошо?

Трой спешно закивал, подтверждая, что он не дурак - не хватало ему еще подставляться из-за какого-то олуха, на свою беду подвернувшегося чужакам на пути. Время на сборы не тратили - прихватив с собой еще пару воинов, Эрмин бегом повел всю компанию вслед за разведчиком. Очень скоро отряд уже был в нужном месте и, притаившись в кустах, люди разглядывали огромный столетний дуб, в кроне которого двигалось что-то большое. Загадочное шуршание продолжалось недолго и закончилось, как ни странно, падением. Но о землю брякнулся не засевший в ветвях человек, а всего лишь мешок - судя по звуку, набитый зерном. Вслед за ним с высоты прилетело копье, затем лук, а потом уж по стволу заскользил и сам хозяин вещей.

К наблюдателям, покамест была обращена лишь спина, на которой держался еще один туго набитый мешок, но глазастому Тигру хватило и этого. Несмотря на нелепую, не по размеру, одежду, в которую был облачен здоровяк, по фигуре и пышной кудрявой гриве Трой легко опознал в человеке своего старого знакомца - Гамая. К своей чести, пленник сориентировался мгновенно и сумел не показать удивления. Решение пришло так же быстро - не выдам! Не выдам, и все тут! Стоял бы рядом магистр, Тигр вряд ли бы отважился на обман, а так... Добродушного силача было жаль, по-настоящему жаль - Трой и сам не ожидал от себя таких чувств. Для спасения Гамая рискнуть стоило - да и что он теряет? Главное провернуть хитрость правильно.

С напускным равнодушием на лице, Тигр вместе со всеми дождался пока Медведь слезет с дерева. Когда же, подбирая мешок и оружие, охотник повернулся к ним передом, Трой делано поднял брови и быстро заговорил:

- Я его знаю. Это Гамай из Медведей. Видать, на охоту отправился.

- А что он забыл на дереве? - с любопытством поинтересовался Эрмин.

- Так он же один. Где еще ночевать? Все так делают.

Казалось, воин поверил. По крайней мере, обратного на его вытянутом остроносом лице Трой заметить не смог.

- Ну что? Замечаешь какой-то подвох? Будем брать? - заглянул чужак в глаза Трою. - Ты смотри, не геройствуй.

- Да нужен он мне! - Тигр скорчил презрительную гримасу. - Хотите, ловите, да толку с него никакого. Дурень редкостный - все в рост ушло. Поселок его недалече, вот он здесь и шастает.

Эрмин еще раз внимательно всмотрелся в бесстыжие глаза проводника, затем перевел задумчивый взгляд на Гамая, который уже ходко шагал на север, постепенно удаляясь от служивших местом засады кустов. Трой напрягся...

- Ладно. Пускай уходит, - наконец-то приняв решение, махнул рукой воин. - Все. Давайте обратно. Время и так упущено.

Невеликий отряд наблюдателей снова отправился в лагерь, а беспечный Гамай продолжил шагать дальше, своею дорогой, ведать не ведая, что жизнь его только что висела на волоске.