Ryndyn Eugene Рындин Акварель: другие произведения.

Еж-ик летний, продолжение

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Программа не допускает продолжения прошлой страницы, приходится добавлять новую.

   8-е августа, сб.
   Выходной это возможность привычные занятия проводить бесконтрольно, то есть бегать по утрам/или днем/ не три круга, а меньше; на завтрак не варить кашу, а довольствоваться бутербродом; дневную пешую прогулку совершать не по норме, а до момента душевной усталости; и так далее. Но просто отказаться от всех норм не выйдет: не потерплю.
   И сегодня суббота, как раз, выходной.
   Но уже отошел от вышеизложенного принципа: и лыжи и каша присутствовали в обычном объеме и качестве, единственно, что позволил себе, это быть свободным в выборе, но воспользовался свободой себе в убыток, правда, пешую прогулку заменил велопоездкой на дачу за картошкой: грибы не с чем есть, а надо бы доесть, уже смотреть на них не могу. Кстати, твердо решил, что туда, где могут быть грибы, ни шагу. Еще бы от яблок отказаться, но это уже выше моих сил: двенадцать яблонь сплошь завешены крупными сочными плодами, а есть некому; остался беспризорным огромный куст черной смородины, соседка покушалась на него, я дал согласие, но муж запретил подходить ей к кусту - мудрый мужик!
  
   О морковке разговор особый.
   0x01graphig
  
  
   Её в этом году совсем немного и не было никаких сложностей с хранением, но возникла из ничего проблема: ощутил одновременно и её негативное влияние на здоровье, и отсутствие крайней потребности в ней/нуждался в ежедневном потреблении ста граммов/, доказав сам себе, что достаточно есть хлеб всухомятку, и тотчас отпадает необходимость моркови: в желудке недоставало обычной слюны, которая мною замещалась разного рода жидкостью/чай,кофе,молоко.../. И таким образом морковка стала обычным разовым продуктом типа тех же яблок.
   Вот так постепенно сокращаются интересы: двери и окна дачи заколотил досками; инструменты из числа тех, в которых могла быть нужда сына, ему и отдал; практически запустил плодородную землю: картошка растет только там, где с осени раскидал картофельную мелочь; из овощей ничего не сею/всё растет на балконе/; а что растет, то это многолетники, подсевать их не надо, сами себя высевают. Зато на запущенных землях буйствует малина - не съесть!
   А что осталось?
   Лыжи круглогодично, иногда велосипед, иногда пешие прогулки; сокращение до минимума и продуктового разнообразия и количества потребляемого: в этом у человека нет необходимости; принципиальный отказ от всех деликатесов. Чтение не обязательно, но когда есть что читать - только радуюсь. Из явных желаний - короткие выразительно-художественные рассказы, но желание пока так и остается желанием: не хватает таланта; о рисунках уже не думаю, ибо смирился с тем, что лучше уже сделанного не сделать, а повторы губительны.
   В принципе, всего этого достаточно, ибо скучать не приходится, а если бы была ещё возможность и днем делать по паре кружочков на роллерах, то и совсем было бы хорошо, но негде: мне необходимо полное безлюдье, утром это запросто, а днем нет./Зимой надо будет попробовать бегать не сразу десятку, а лучше в два этапа по пять-шесть км в течении всего дня/.
   А рассказ? Рассказ не придумаешь, сидя у монитора, нужны истории, а они случаются только в суете событий, события же требуют широкого общения в новых по сравнению с теми, что уже были, условиях, а вот этого вообще взять негде. Например, больничная среда дала мне несколько сюжетов, коммунальные проблемы позитивны в этом аспекте, историчны походы и путешествия, но всё это уже было, было, было... выжать из них новый сюжет, то же, что из сухого белья водицы: не получится, ведь для сюжета необходимо ещё и озарение: сюжет должен восхитить, очаровать/очумачить/ удивительностью, потянуть за собой.
   Всё реже вхожу в интернет: не интересно!
   Перечитываю свои же рассказы, но лучше этого не делать: вижу одни неудачи.
   В целом же, всё прекрасно!
   И остается только теребить мозг: трясти, расковыривать, мучить как сейчас над этим песнопением.
  
  
   9-е августа, грибной дождь.
   Нет никаких поводов для походов, прогулок и поездок, буду сидеть дома, жевать непрерывно до четырнадцати часов и говеть затем до отключения ко сну. Идея стричь дачный газон ножницами увлекательна, но мало чем стимулирована и нет уверенности, что будет воплощена./Идея возникла в процессе поиска творческого возбуждения, что чаще всего происходит при инстинктивных(рефлекторных) безусловных движениях типа переборки загрязненного пшена, во время принятия душа, при длительной ходьбе по знакомому маршруту или эта стрижка садовыми ножницами газона/. Больше склоняюсь к исследованию процесса переваривания пищи, залезая на мед. страницы. Этот процесс интересен тем, что во многих случаях не совпадает с моими предположениями и противоречит моей практике. По этим причинам возникает процесс исследования, анализа и выводов. Один вывод уже дал мне отличную идею и идея эта успешно воплощается. Правда, воплощается не чисто: попутные помехи/яблочный сок/ могут вмешаться и затуманить чистоту выводов. Но факт остается фактом - есть ожидаемые результаты, остается их подчистить.
   Я уже говорил об этом: роль слюны в процессе переваривания. Перестав запивать сухую пищу жидкостью терпеливо наполняю её слюной и затем уже, перемешав с посторонней жидкостью/чай,кофе.../, проглатываю, нормализовав весь процесс с начала до конца. Но параллельно вынужден съедать созревшие яблоки, не способные храниться сколько-нибудь долго даже в холоде, а яблоки, как раз, вполне могут примазаться к эксперименту безвозмездно в качестве добровольного волонтера, чем и попортить его.
   Как все бездельники я не лишен страсти к разного рода баловству и в числе прочих забав с интересом увлекся проблемой продления жизни. Норму жизни я прожил и без пафоса констатирую, что дальнейшая жизнь как запас творческого потенциала меня уже не интересует: нет никаких перспектив; продление жизни интересно само по себе как постижение возможностей организма и может статься, что в какой-то момент я задумаю рискованную для самой жизни операцию в подтверждение очередной идеи.
   На этом пути основными моими соперниками и препятствующими обстоятельствами служат мои собственные инстинкты, с которыми трудно совладать: иногда я захожу в мясной отдел, иногда лезу в холодильник в неположенное время, иногда злоупотребляю сахаром или солью, иногда ленюсь, иногда жадничаю там, где этого никак нельзя допускать/дешевые продукты/. Правда, малейшие отклонения от нормы состояния здоровья меня напрягают и инстинкты сдаются. На время.
   Границей оптимального норматива жизни могут быть семьдесят пять лет, полный норматив - сто лет/Углов справился, Амосов чуть не дотянул/, промежуточный - 85. Если в 85 человек самостоятельно перемещается - уже хорошо, а если бегает на роллерах - похвально. Хотелось бы второго.
   А вообще, сам по себе контроль за собственным здоровьем значим не менее, чем контроль при подготовке к спортивным рекордам, и желающий рекорда не может позволить себе бесконтрольность, причем, надо полагать, каждый раз, выполнив тренировочное задание, он сам себя благодарит. /К сожалению, почти не знаю примеров сохранения физической активности у спортсменов, оставивших спорт, чаще всего это полные, рыхлые фигуры с разросшимися животами/.
  
   Просидел у монитора два часа и подоспело время обеда. Вот так жизнь наполняется забавами. А если бы все же хватило силы воли после обеда проехать на дачу и постричь кусочек газона было бы совсем хорошо./Стрижка газона связана ещё и с заточкой самих ножниц, а это уж вообще процесс творческий, напряжной, не меньший по значимости, чем какой-нибудь набросок или рассказец, если рассматривать с точки зрения реализации творческой потенции, а это, как раз, для меня лично самое главное в жизни: сначала у тебя получился ровненький газончик, затем прививка яблоньки...взращивание южного перца, рисунок-набросок, коротенький рассказик... всё последовательно с нарастанием степени творчества, сразу много ничего не бывает/.
  
  
   10-е августа, пн.
   Когда сидишь в безделице мыслям чаще всего грустно, но "перебирая пшено" или производя стрижку газона ножницами, их, мысли, радуешь, подобно тому, как всякое дело радует самой реализацией возможностей.
   Дождя нет, но густой туман, рассеивающий морось, исключает всякие задумки по огородным забавам и остается только сдаться настойчивости рассудка и приняться за рисунки бесстрастно и безыдейно, надеясь только на то, что... "аппетит приходит во время еды".
  
  
  
   11-е авг.
   В какой-то момент вдруг в удовольствие мыть полы.
   Пол линолеумный, провоцирующий на легкую уборку. Кажется, что достаточно помахать влажным веничком и порядок наведен.
   Но нет, чем-то внутри головы понимаешь, что это нехорошо, что веничка мало, но заставить себя помыть пол по-настоящему нет ни желания, ни душевных сил. И так тянется неделями.
   Но.
   В какой-то момент...
   Мыльная вода после стирки белья куда как удобна полам, они просто млеют. И вот, не будучи свободен в полном смысле этого понятия, всё отодвигаешь, опускаешь ленивку в ведро с мыльной водой и прилежно, неспеша, даже с наслаждением трешь линолеум. До блеска. Блеск это проявление настоящего цвета пола, ибо никакой веничек не в силах смести грязь, точнее, не в силах её принять на себя, лишь размазывая по широкому пространству, меняя его цвет.
   И вдруг пол тебе становится роднее, чем серванты, диваны, кресла. Ты даже откладываешь на час-полтора поливку перцев, ибо не будешь же по ещё не высохшему полу шагать с баллоном туда-сюда в своих ужасных шлепанцах.
   А потом сядишься в немилое кресло и любуешься совершённым. Это вдвое приятнее, ибо сделано вопреки здравому смыслу.
  
  
  Казалось бы, какая разница в чтении своих рефлексий на Word или в интернете. Но нет, в интернете читаешь "себя" глазами постороннего человека-читателя, отсюда и восприятие, чаще всего критическое, безжалостное.
  
   * * *
   Всё-таки съездил вчера на дачу и "покосил" ножницами газончик. Немного, только для самоутверждения, для оправдания очередной глупости. Но не покаялся, ибо какой бы ни была глупость, но и она подпадает под понятие - идея.
  
  
  
  12-е авг.
   Проблема ещё и в том, что пауза в лыжных пробежках чревата незамедлительным возбуждением доселе дремавших инстинков сокращения срока жизни. Они всегда наготове и стоит чуть расслабиться, как инстинкты эти обостряют лень, рассудок, органы пищеварения, мышцы и всё такое прочее. Ты у них в заложниках. Только этим можно объяснить активную встречу утренних зарядок и не менее активное расставание с ними у большинства белозавистников.
   Продлить собственную жизнь не так уж и трудно. Это доказали Углов и Амосов на собственных примерах. Для этого нужно не так уж и много. Проблема только одна: ради чего всё это?!
  
  
  13-е авг. чт.
   Перед утром вдруг засверкало так, что даже мне спящему оказались доступны вспышки молний. Я только повернулся на левый бок и глазами уперся в стену. Прикрыться одеялом мешала духота ночи. "Значит, пришел этот День Отдыха", - подумал я, и не справляясь с улыбкой радости, разрешил себе беспредел сна.
   Как-то так получается, что безобразно дорожишь каждой минутой возможности утренней прогулки, погашая холодной водой вспышки инстинкта лени. К воде примыкает и рассудочность, которая, кстати сказать, столь же бесцеремонно-предательски перебирается на сторону лени, лишь только в помощь той приходит случай в форме непогоды или болезни.
  
   * * *
   Из Гарун Тазиев:
   "К этому добавляется ещё один проступок: мне удалось сделать то, что ОНИ считали неосуществимым; к тому же я не поставил ИХ в известность и не попросил у НИХ помощи. Я был уже достаточно зрел, чтобы нажить себе врагов, но ещё чересчур наивен, чтобы недооценивать ИХ способности к недовольству. В итоге я стал ... "персона нон грата"..."
  
  
   "ПЕРСОНА НОН ГРАТА"
   ___________рассказ
  
   _______________________"К этому добавляется ещё один проступок: мне удалось
   _______________________ сделать то, что ОНИ считали неосуществимым;
   _______________________ к тому же я не поставил ИХ в известность и не
   _______________________ попросил у НИХ помощи. Я был уже достаточно зрел,
   _______________________ чтобы нажить себе врагов, но ещё чересчур наивен,
   _______________________ чтобы недооценивать ИХ способности к недовольству.
   _______________________ В итоге я стал ... "персона нон грата"..."
  
   ________________________________________________________________Гарун Тазиев
  
  
   В подобных случаях надо увольняться чуть раньше, чем опомнятся мстители, но всякий раз опаздываю и потому страдаю.
  
   Жизнь свою я всегда представлял как-то идиллически, книжно. То ли она такой мне просто представлялась, то ли я подсознательно хотел её такой видеть? Но так или иначе все мои поступки чаще всего и были продиктованы этой идиллией. В принципе, ничего плохого в этом нет, я люблю серое расцвечивать, если бы...
   ... если бы эта идиллия заканчивалась привычным разочарованием, чаще же она становилась причиной драматических коллизий.
   Вот и эта, последняя.
  
   А всё случилось спонтанно: меня несчетный раз жестко, несправедливо наказали. В такой ситуации "обижаться" рискованно, я притаился в ожидании худшего.
   Спас Васильев.
   Правильно было бы сказать, что в какой-то момент общая "беда" объединила наши судьбы: я висел "на волоске" и в этом смысле был вполне компромиссен, Васильеву же, наоборот, внезапно подфартило и он "лез из кожи вон", пытаясь найти себе замену. Всё совпало: я вдруг оказался на месте Васильева, он же ретировался в Подмосковье, где ждала его синекура.
  
   Талантов особых за мной не значилось и потому начальством это назначение воспринималось больше как случайность, оправданное лишь решимостью Васильева не упустить своего шанса. Поэтому и отношение ко мне было поверхностным: мало кто верил в мои способности на этот пост, да и сам я не с лишком рассчитывал на успех. Вместе с тем, то ли по причине своей идилличности, то ли из беспонятия происходящего, не воспринимал её угрожающего характера и потому не очень был запуган, несуразности жизни воспринимались мной как неизбежность и даже как забава, как задачка на сообразительность, тем более, что я как бы не особо и дергался, так, плыл по течению, обстоятельства понукали мной, а случайности не сильно меня печалили, если бы, конечно, они, случайности, не были слишком жестоки. Так бывает, когда вещью дорожишь только потому, что нет решимости выбросить её. Эта нежданная должность и казалась мне, как раз, тем, чего лишиться я мог без сожаления.
   К тому времени, мой багаж, состоял всего лишь из обычного образования и недолгой практики, он не мог прибавить оптимизма и моим подчиненным, чтобы поверить в меня.
  
   План треста был довольно суров: полсотни объектов в шести районах, в том числе три особо важных, ход строительства в двух из которых контролировался лично министрами, а один, тоже из числа очень важных, был все-таки признан нереальным в необходимые для завершения сроки, хотя и его министр "слезно" уговаривал меня постараться. Этого можно было бы не говорить, чтобы зря не тратить "бумагу", но деликатность ситуации могла бы потускнеть.
  
   Когда контролируют министры, то более всего это отражается на спинах руководителей промежуточного звена, то есть на спинах главков и потому нам, трестам, остается лишь прикидываться исполнительными, прекрасно понимая на ком лежит ответственность. В то же время на важные, но не реальные объекты внимания главков не хватает и потому объекты эти автоматически передаются на произвол трестов. Тем не менее важность этих объектов сохраняется и тут уж провинившемуся не позавидуешь.
   И вот, в этой "интересной" ситуации мне вдруг выпадает уникальный случай реализации своих идиллий на важном и в то же время "нереальном" объекте, называвшемся комбинатом огнеупоров, к слову сказать, крупнейшим в Европе. Понимая это я все же побаивался неудачи как причины последующих упреков. А по неопытности не мог предвидеть ещё более драматичных последствий: мести за возможный успех.
  
   В шахматы играю слабо, но стиль поиска решений тот же: трудно ищу невидимое начало процесса, пятясь и пятясь до тех пор, пока не запнусь за искомое. Для этого большого таланта не требуется, достаточно здорового оптимизма и капельки наглости. В данной ситуации я не видел решения в стимулировании интенсивности процесса строительства, хотелось сконструировать некую цепь событий, чтобы до предела переложить ответственность за результат со своих плеч на плечи смежников. И тогда проблемы обусловленного должностью результата отступили бы на второй план, выставляя перед собой банальные страсти самоутверждения, а по сути, не что иное, как забаву.
  
   Прежде всего нужно было как можно скорее приступить к выполнению работ на особо сложных сооружениях, что могло бы смягчить главную причину нереальности: недостаток времени. Сделать это можно было единственным образом: резко сократить в предусмотренной проектом технологии строительства объемы работ, выполняемые собственными силами, и таким образом иметь достаточный резерв этих сил как гарантированную возможность своевременной подготовки фронта работ спецмонтажу.
  
   По огромному столу кабинета раскладываю все листочки проекта и довольно скоро натыкаюсь на слабые узлы.
   - Надо предложить заказчику убрать из проекта конструкции, где нельзя использовать современные технологии, - сказал я Шаповалу, не став слушать его сомнения, - пиши письмо!
   Сомнения Шаповала были вполне логичны, так как не в правилах трестов корректировать готовую документацию включенных в план объектов, но написать письмо не трудно, да и упомянутые мной "слезные" просьбы министра неукоснительны для его подчиненных. Как и положено в таких случаях заказчик выразил недовольство, но меня это уже мало волновало, главное, чтобы он, заказчик, стал "крайним".
   Первая проба удалась, но реальность уперлась в отсутствие свай, о чем я не подозревал. И тут уж крайним оказался я сам.
  
   Пришлось "ощупать" все неликвиды на складах треста, как-то скомплектовать непроектные сваи. Отправляю лабораторию на завод изготовитель свай для подтверждения возможности их использования. Было не просто, но как-то обошлось.
   Оставался по сути, самый важный вопрос: где взять столько башенных кранов, чтобы закрыть монтажом одновременно все сооружения. В дело подключаю институтского товарища. Он делает проект производства работ с установкой единственного в главке башенного крана с особо длинной стрелой и достаточной грузоподъемностью, который нужно было снять с не менее важного объекта главка. Но это уже была не моя печаль. Цепь замкнулась.
   С этого момента моё непосредственное участие в организации процесса потеряло остроту.
  
   * * *
   И, упоённый успехом, я вдруг осознаю возможные последствия.
   Но опять опоздал.
  
  
  17-е августа, пн.
   Пять дней писал рассказ, прыгая с позиции на позицию: трудное это дело!
   Закончил, но и сейчас не уверен в том, что сделал всё возможное. Для "посмотреть со стороны" вывожу его в интернет и уже там попробую править.
   Ценность рассказа прежде всего в том, что, написанный, он занимает все мысли целой недели, навевает "сладкие сны", забавляет более, чем всё другое, обнадеживает, наполняет жизнь смыслом. Жаль только то, что когда его заканчиваешь и убеждаешься в никчемности, испытываешь столь же жуткую драму.
  
  
  
   19-е авг.,ср.
   Если это серьезно, то чем бы человек ни занимался: сочинение музыки, спорт, исследование пещер как ... или изучение вулканических извержений как Тазиев всё это по сути есть постижение самого себя и потому всегда оправдано уникальными открытиями. А если это так, то больше похоже на разгадку сущности человека на земле.
  
  
  
   20-21-е августа
   Весь погружен в "НОН ГРАТА", переделываю в "десятый" раз.
   Сложнее всего в коротком рассказе художественно выразить главную мысль: всякий неожиданный твой успех чреват преследованием завистников/конкурентов/, в этом смысле они быстро объединяются и единственным способом решения этой проблемы может быть решительное добровольное увольнение на пике успеха. То есть слава за тобой сохраняется, а отставка делает бесполезным преследования завистников.
   А сохраненная слава есть бесценная среда карьерного роста, тогда как позор увольнения ходит за тобой без оправдания. И вполне реально, что те же самые завистники вспомнят о тебе в трудный для них момент.
   И ещё: в подобной ситуации есть и тактика и стратегия. Стратегию я выявил достаточно ясно, тактика же художественной выразительности поддается неохотно: её суть в том, чтобы очень тонко, неброско, переложить всю ответственность за успех на своё же начальство, которое, естественно, в полную меру поймет и ощутит это в самый последний момент, когда слава достанется тебе, а синяки их лбам.
   Приходится вставлять в текст ненужные для художественной выразительности текста пояснения. Вот от них и пытаюсь избавляться.
   И ещё. Рассказ только тогда становится рассказом, когда он отходит от протокольных изложений, перестает быть докладом и особенно избегает всяких объяснений, исключает философствование, силу ума и знаний. Интересны читателю только либо инстинкты, либо страсти, либо авантюры, то есть читателю хочется видеть в герое равного ему самому, не исключительность, а везение, случайность событий, трудности преодоления.
   Я так думаю.
  
  
  
  24-е авг.
   О чем этот рассказ? Конечно не обо мне.
  
   Меня удивляет отсутствие в стране деловых конкурсов, а их должно быть десятки тысяч на все, что угодно. Инициативу должно проявлять государство, точнее, местная власть. Солидная часть средств в бюджете должна быть выделена на организацию конкурсов по самым разнообразным вопросам сферы производства, строительства, различных технологий.
   Правительство дает регионам большие деньги на переселение из ветхих домов. Но что строят взамен этим ветхим домам? Никто не знает, никто не контролирует, никто не экономит. Где конкурс проектов домов для застройки? Где уникальные технологии? Где прогрессивные материала? Ни фига! Фундаменты, кирпич, бетонные плиты, мокрая штукатурка...
  
  
  
  
   25-е авг.
   Ниже рассказ на основе реального конфликта, но художественно отредактированный.
   Только конфликты и могут быть основой произведения и роль автора в том, чтобы обработать ситуацию, сделав незначительный факт художественным произведением. Но это труднее, чем выбраться из самого конфликта непокалеченным.
  
   * * *
   К домофону я не подхожу, потому что, сняв трубку, уже нельзя не открыть: не будешь же объясняться с ненужным тебе человеком.
   Вот и вчера.
   Только начал засыпать - звонок домофона.
   У нас с сыном договоренность: после пары гудков он отключается и затем снова звонит.
   На этот раз повтора не было и я успокоился.
  
   В шесть утра обычная пробежка и, спускаясь с четвертого, замечаю, что в почтовой кассете между первым и вторым этажами мой почтовый ящик сильно исковеркан. В прошлом году точно так же был исковеркан соседский ящик. Удивился. Но пока ничего не понял. И тут слышу в пятьдесят седьмой на первом этаже мужской разговор.
   Пробегая по второму кругу вижу, как из моего подъезда неуверенной походкой выползает незнакомый мужик. Как-то сразу возникает логичная цепь события: в пятьдесят седьмой всю ночь пили; ящик поломан в отместку за домофон; моя квартира шестьдесят семь - звонивший ошибся, но виноватой в своей ошибке сделал мою ячейку.
   Не вполне решительно приблизившись спрашиваю:
   - Зачем ты поломал мой почтовый ящик?
  
   Есть такая людская порода, позволяющая себе наглое поведение в отношении более слабых; такой всегда ищет способ нагадить без веской причины, и даже случайно оказавшись в дверях, будет неколебимо стоять, сильно препятствуя проходу.
   На мой вопрос последовал грубый ответ.
   Я пропустил мимо ушей обидные слова и, уже акцентируя "зачем", повторил свой вопрос.
   Обнаженное зло-деяние напугало его воображенной ответственностью, злобно ворча, он удалялся.
   Этого мне оказалось достаточно.
  
  
  
  
   26-е авг.
   Продолжительное лидирующее присутствие моих статей и рисунков в поисковиках невольно заставляет меня искать объяснение этому феномену. Не в смысле популярности, конечно, не в смысле особого таланта, а в смысле философском, ибо, по определению, такого быть не должно.
   И вот моё последнее объяснение.
   В середине девятнадцатого века ярко блистала звезда француза Бугро. Его картины пользовались огромным успехом в салонах, он был знаменит. Вместе с тем его современники, в особенности импрессионисты, яро ненавидели салонную живопись Бугро и всячески её поносили.
   Что же тогда может лежать в основе впечатления от произведения искусства?
   И я пытаюсь объяснить своё лидерство только тем, что в моих рисунках, в общем-то самых обыкновенных, не так много "лишнего", то есть того самого, что возбуждает в зрителе неверие и даже, как в приведенном примере, ненависть.
   Любое живое существо прежде всего обращает внимание на возможные опасности там, где оно, это существо, обитает и кормится. Даже медведь, стоя на краю овсяного поля, долго принюхивается к опасности и только, не ощутив её, идет лакомиться.
   Почему же и мы, раскрыв глаза на рисунок, не должны инстинктивно поискать сначала опасность для своих эмоций? И только обнаружив или не обнаружив её даем оценку. Не так ли? Всё претенциозное, неприятное для наших ощущений я называю "лишнее". Чем меньше в рисунке того, что негативно нам, тем спокойнее мы смотрим рисунок и соглашаемся принять его в свою галерею позитивных чувств.
   Не существует объективного понятия "красиво" и потому красивость не может быть критерием оценки, но всякий негатив инстинктивно отталкивает нашу благосклонность, хотя обозначение красивости всегда выразительно, тогда как художественная опасноть по причине "лишнего" выражается довольно вяло: "не нравится".
   Ни чем иным пока объяснить не могу.
  
   * * *
   Думаю, что всякое живое существо запрограммировано на какую-то конкретную роль, но реализация программы происходит случайно по стечению обстоятельств, хотя надо предположить, что эти случайные обстоятельства в жизни живого существа появляются неоднократно и его беда, что он отвлечен в этот момент поиском модного применения своим силам.
   Доказательства очень просты: всю свою жизнь я был занят потаканиям воле то родителей, то друзей, то государственной пропаганды и эти занятия отвлекали от божественной программы, обкрадывая меня, моё время.
   И действительно, не раз мне представлялся случай проявить своё предназначение, но каждый раз я упускал его по упомянутым причинам, без нужды придумывая дела, плоды которых доставались чужим людям, оставляя мне синяки да шишки.
   Но вот пелена страстей и обманов пала, я получил свободу и мог просто сидеть на берегу речки и, пользуясь плохим клевом, думать о себе, о своём предназначении.
   И вдруг оказалось, что максимальное удовлетворение я получаю не от денежного достатка, не от дружеского участия, не от славы и признания, но от самопознание, от восхитительного удивления простым открытиям разума, от неожиданных способностей к незнаемому.
   Не надо ничего делать! и тогда твоё предназначение явится воочию и вознесет тебя в объятия счастья.
  
   * * *
   Садовые ножницы у меня есть. Старенькие, правда, "родные" пружины поломались, приспособил какие-то, ну, вобщем, работать можно, но кайфа нет.
   В поисках повода к рассказу решил почаще ходить пешком на дачу, а чтобы и там не скучать, резать траву под кустами ножницами. Есть и триммер, но триммер это, все-таки, работа. А мне хочется удовольствия.
   Вот и купил новые.
   Кручусь вокруг куста, стараюсь. И усталости никакой. Поднимешься с колен, выпрямишься, чуть отойдешь, посмотришь, радуешься.
   Плохо только то, что на всё дневное желание сил не хватает, оставляешь на выходной или на пятницу, а недоделка тянет уж на следующее утро. Замотала!
   Жаль, что повода к рассказу как не было, так и нет.
   Но сад преобразился.
  
  
  
   27-е авг.
   Не рискуя засорять дневник скабрезностями, хотя ничего некорректного в тексте нет, делюсь со страдающими запором простым и эффективным способом избавления от недуга. К медицине отношения не имеющий. заморочки2
  
  
   29-е авг.
   Читаю рассказы моего товарища.
   Хорошие рассказы.
  
   Иду по улице, удивляюсь: чуть не каждую неделю возникают новые фундаменты,.. стены. Строят по большей части сами: нанимать дорого.
   И вот, один торопится, кладет кирпичи неумело: лишь бы прочно; другому дело его суть творчество: кирпичик к кирпичику!
   Мимо первого прохожу равнодушно, второму хочется помочь, посоветовать чего-нибудь, что называется, "посмотреть со стороны".
   А что посоветовать?
   Высолы лезут на фасад: переборщил с цементом!
   Но это мелочи, кладка действительно хороша.
  
   Вот и рассказы моего товарища настолько хороши, что хочется примазаться: посоветовать, похвалить.
   А что посоветовать?
   Увлекается красивостями, то есть пишет для публики, для читателя, "из головы". Это лишнее, рассказ не должен раздражать: только собственные чувства! Если получается.
   Но это мелочи, рассказы действительно хороши.
  
  
  
   31-е авг., пн.
   Власть книги в том, что она собирает твои мысли в комок одной цели, не давая мыслям разбегаться по древу чувств подобно тому, как разбегаются водомерки по поверхности пруда от брошенного яблочного огрызка, ибо ничто так не травмирует душу, как хаос мыслей, где на плаву всегда самые гадкие, напоминающие твои поражения; их ты не хочешь, их сторонишься, прячешься от них и прятаться лучше всего за книгой, когда автор со-чувственен.
  
   * * *
   Не отойдя и километра, уже на школьном дворе сталкиваюсь с азартным рыболовом.
   Мы едва знакомы, я даже не знаю как зовут его, но совпадают наши невольные маршруты и потому приходится приветствоваться.
   - Клюёт? - приветствуюсь я.
   Он подробно оправдывается и, будучи под хмельком, всё загребает и загребает вглубь.
   "Горячим точкам" редко удается найти покорные уши и, когда все же удается, поток воспоминаний остановить можно только бурным восхищением и непрерывными рукопожатиями. Но если восхищение ещё как-то получается выразить, то рукопожатия мгновенно встречают оборонительный рефлекс спецназовца.
   - Руку сломаешь! - наигранно улыбаюсь, едва освободившись.
  
   Эти двое знают меня как велосипедиста.
   - А где велосипед? - говорят они не столько интересуясь, сколько сочувствуя.
   На ходу не успеваю подобрать ответ, останавливаюсь. Это уже с лишком.
   - Молодец, молодец... - торопит меня тот, что постарше. Он претендует на внимание собеседника и моя остановка мешает ему самоутвердиться.
  
   А этим ничего не мешает.
   - Приве-е-ет! - протягивают они ладони и, самодовольные, уступают мне тропу.
  
   На подвесном смотритель моста наколачивает перекладины. Здороваемся.
   Возникает желание посоветовать ему от мотоциклов ставить бруски вместо горбыля, но вовремя одумываюсь.
  
   Вот так понемногу и добираюсь до самого Бугра.
  
  
  
   1-е сентября, вт.
   Ценность рассказа не в рассказе события и не в сюжете, ценность рассказа в том, что неделями можно наслаждаться шлифовкой текста, ничуть не заботясь об оценке, ибо оценка это прежде всего самооценка: удачная находка словарного оборота или композиции самого текста. По сути ровно то же самое, что и в рисунке: "не ЧТО?, а КАК?". Всё остальное - суета.
   Все истины давно известны и, рассуждая, мы лишний раз демонстрируем свою неосведомленность, по сути - безграмотность. Но есть и то, что никогда не повторить: это выразительность собственных чувств, ибо чувства обусловлены Временем. Вот это и заставляет рассказывать.
  
  
  
   3-е сент.
   Всему происходящему вокруг нас и в нас самих мы склонны приписывать отдельным личностям или небольшим группировкам. Но на самом деле личности, группировки и даже целые страны есть только выразители объективно назревших потребностей подобно извержению вулкана или тайфуну. Всё вызревает по-разному: что-то быстро и легко, обличное лишь плодами, что-то медленно и взрывно в момент созревания.
   В этой связи индивидууму логично было бы, почувствовав созревание опасности, не столько готовиться к её отражению, сколько к самоспасению, к самозащите.
   Негр Болдуин обвиняет белых в расовой дискриминации, но негры не хотят возврата на свою родину в Африку, им нравится Америка, и было бы лучше, если бы в рабстве у них оказались белые. Но в динамике развития Америки не видно признаков перераспределения прав. Следовательно, Болдуин выражает только мнение малой части негр. населения, то есть той части, которая уже нашла свой способ самозащиты и при полном созревании они столь же легко проникнутся поведением белых.
   Вот и я, видя недостатки в управлении городом или даже страной, отношу причины этих недостатков на качество управления, то есть на власть, хотя правильным бы было просто понять, что созревание запаздывает с точки зрения моих критериев качества жизни, что существующие условия вполне устраивают и тех, кто руководит нами и нас самих, ибо именно мы вместе и определяем потребности проживающего населения в районе наблюдения.
   Бывают глупцы, к числу которых я отношу и себя самого, которые пытаются что-то изменить, как-то улучшить жизнь тем, кто рядом, но именно те, кто рядом, и предадут его в драмный момент.
   Конечно, надо прятаться от опасностей в скорлупу брони, вместе с тем, созревшая ситуация может дать условия успешной и относительного простой реализации мучившей сознание идеи. Но, повторяюсь, мало кому заметны признаки и вызревания и созревания, чаще всего они проявляются в своей массовости.
   К этому следовало бы добавить реальность существования двух логик: логики жизненной, которой пользуется большинство, и логики ситуаций, определяемой силой административного права. В этом смысле Закон чаще бывает на стороне второй логики. Защищаясь в Суде ни в коем случае нельзя пользоваться логикой жизненной, то есть ссылаться на справедливость, это заведомо проигрышно, тогда как в бытовых условиях бессильна логика силы административного права. Примеров таких логик у меня предостаточно.
  
  
  
   10-е сент.
   Постоянно возвращаюсь к особо интересной для меня проблеме, ибо сама проблема не отпускает от себя: как жить? как вести себя в тесном окружении различных обстоятельств, чтобы оставаться свободным от всяческих норм и нормативов и при этом не стать изгоем?
   То, что всё происходящее вокруг есть проявление крайней необходимости, с этим следует считаться и не роптать. Но одновременно это происходящее частенько так задевает тебя, что проявить свой характер делается столь же необходимым, как и то, что его испытывает. И при этом оставаться невозмутимым, то есть не испытывать прочность самого организма.
   И прихожу к аксиоме: несправедливость как таковая, как понятие не существует; всё происходящее справедливо, подобно тому как справедлив раскаленный воздух при безолачном небе где-нибудь на экваторе, заживо поджаривающий путника. Но разве путник взывает к справедливости?
   Если с этим согласиться, то остается взывать не к справедливости, а к суду.
   И в этом весь смысл сопротивления.
   Всё больше убеждаюсь в том, что при тесной дружбе с Законом никакой Суд не покажется тебе несправедливым, ибо судья так же желает справедливости и потому, убедившись в несправедливости своего желания, сам взывает к Закону, и тем самым не рискует Закон нарушить и в отношении тебя. И остается научиться разговаривать с судьей ТОЛЬКО на языке Закона, оставляя "несправедливости" за стенами Суда.
   Казалось бы, что тут непонятного? Но всякий раз, подвергаясь кажущейся несправедливости, боишься к ней ещё добавить несправедливость судебного решения. И потакаешь мздоимцам, хулиганам, жуликам и ворам. Но оценку ситуации может поставить только Суд и больше никто. Конечно, если эта "несправедливость" не оправдана тобой самим, ибо и ты порой требуешь незаслуженного наказания обидчику.
   И ещё: всегда безропотно следует исполнять Постановление Суда последней инстанции! Этим ты гарантируешь себе сохранение самого ценного что у тебя есть: здоровья.
  
  
  
  13-е сент.
   В пять утра уже невыносимо валяться в постели, как невыносимо в семь вечера не залезть под ватное обеяло.
   Нечего читать, нечего смотреть.
   Мучаю себя этой французской ерундой Санд-Саган или реанимацией трупов фальшивого советского "искусства".
   Но никто не заставляет меня делать ни то, ни другое, винить некого, хорошо ещё, что всё это благодатно клонит ко сну и в восемь глаза напрочь слипаются.
   Никто не заставляет меня бегать на лыжах, но и сидеть в анестезии ещё более невыносимо и я выхожу на утреннюю прогулку. После неё и анестезию можно оправдать, к тому же неудержимо рвутся "рука к перу - перо к бумаге".
   Тешу себя надеждой на то, что уже почти готов отдаться на произвол собственным инстинктам, что позволит мне или, точнее сказать, моей сущности самореализоваться подобно тому, как самореализуется всё живое, не обладающее рассудком, как цветет и плодоносит яблоня, как дачная кошка просит у меня угощения и, если меня нет, то, не сетуя на судьбу, вполне довольствуется мышонком. Ибо все мои несчастья от разума, от рассудка. А почему? а потому что надеюсь на везенье.
   Вот эти, которые всегда веселы и беззаботны, разве стеснены неурожаем картошки? или нашествием африканцев на Европу? Чего меня-то всё это тревожит? Чего я-то в нетерпении торчу на "Россия24"? у меня что? куча долларов? Нет, у меня - рассудок. И он напряжен.
   Я переживаю, мне без этого нельзя.
   А им можно.
  
   Вчера почти достриг всю "Дорожную Карту", осталось только подровнять кое-где и я в кайфе. Правда, трава растет быстрее, чем я успеваю выровнять её по всему газону, но это уже не та трава, в которой может заблудиться дачная кошка, и мои новые ножницы вполне справляются с её, травы, инстинктами. Даже рассуждать не приходиться: пришел, пощелкал железками и всё чисто! Одно только меня кручинит: куда, все-таки, девать лишнее время?
   Вот и сижу у монитора, выковыривая из головы всякую ерунду и рассыпая её по бумаге.
   Но ведь, это и есть дань инстинкту.
  
  
  
  15-е сент.
   Если и можно потревожить спячку мозга, раскачать его лежанку, то только письменными выкриками, по кр. мере можно всегда проверить их обстоятельность и удалить, как удаляю сегодня вчерашние картинки из статьи, ибо они уже не соответствуют критериям моих кондиций.
  
  
  
   16-е сент.
   Когда мне не достает естественных проблем я изобретаю доморощенные.
   Вот, хоть бы, голуби.
   Загадили весь балкон так, что сейчас, при подготовке к зиме, два дня не могу освободиться от отходов их жизнедеятельности и сооруженных мною самим сезонных противоголубиных барьеров.
   Но уже на следующий день приведенный в порядок балкон вновь зарябил точно такими же отходами.
   Я в шоке.
   Но одновременно осознаю ситуацию как повод для поиска решений, в итоге могущий дать самый неожиданный результат, ну если уж не айфон, то хотя бы какой-нибудь самострел, то есть главное достижение это четкий вектор размышлений в отличии от повседневного хаоса.
   Виноват, конечно, сам, ибо, пожалев птицу, стал подкармливать в студеные зимние ночи и у неё атрофировалась необходимость слетать с балкона в поисках пищи. И первое, что я сделал, это отказал ей в благорасположенности.
   Кстати, прикорм настолько сильно привязывает живое существо к месту корма, что уже нет никакой силы отогнать её прочь.
   Но ПРИДУМАТЬ НИЧЕГО НЕЛЬЗЯ, можно только пробовать - отвергать, снова пробовать - снова отвергать. Вот и пробую. Пока все пробы малоэффективны.
  
   * * *
   Когда рисунок не нравится и вдруг понимаешь это, то казалось бы, необходимо активировать рассудок, помыслить над проблемой, но здесь от размышлений толку мало, ибо рассудок есть враг воображения, необходим повод для вдохновенья как стимула этого самого воображения.
   Но вместе с тем, рассудок может, наряду с инстинктом отвержения противного, понять ошибку и тогда остается принять эту ошибку как основу для поиска пути её исправления. Кстати говоря, подобные ошибки у меня встречаются на каждом шагу и не только в рисунке, это признак рассеянности или вульгарной отвлеченности. Так вот, если ошибка обнаружена помощью рассудка, что не сложно, её исправление есть лишь дело времени, если идти проторенной дорожкой.
   Таким образом, художественное творчество суть синтез последовательных циклов: 1.предположение/набросок/; 2. высматривание/поиск вдохновения/; 3. обнаружение ошибок /пауза,размышление/; 4. повторение рисунка/исправление ошибки/.
  
   В принципе, у признанного творчества не может быть недостойных работ, могут быть либо неузнанные автором ошибки в работах, либо недозволенное сокращение времени высматривания из-за торопливости, либо временная подверженность постороннему влиянию. Всё это легко поправимо после достаточной паузы, ведь творец не создает, творец выбирает, пользуясь врожденным инстинктом, из множества предложений Времени. Иногда эти инстинкты ослабевают, требуют отдыха как всё врожденное. Если, все же, слабые работы "имеют место быть", то ошибка не авторская, ошибка в поспешном признании/умышленная раскрутка/.
  
   Когда в работе присутствует художественная выразительность, то нет никакой необходимости дополнять произведение словесными пояснениями, ибо восприимчивость есть человеческий инстинкт и он мало зависим от внушения кого бы то ни было: например, красивая "Природа" всегда останется красивой, как бы её не хулили. И наоборот: некрасивость не может быть опровергнута. Так и выразительность произведения творчества защитит себя без чьей-либо помощи. Поэтому истинный художник никогда не станет дополнять словами, включая и название работы, своё произведение, ибо слова есть проявление неуверенности в силе изображения.
  
  
  
   17-е сент.
   Вот альпинисты.
   Робер Параго, франц. альпинист, внервые покоривший гималайскую вершину Макалу по Западному гребню. То есть и до него на Макалу были, но по Западному гребню...
   Что чувствуют эти обычные в будничной жизни люди, более того, как люди героического склада предельно скромные? К тому же их победами мало кто интересуется и уж, тем более, мало кто им завидует.
   Так что же они чувствуют, возвратившись?
   Не надо гадать. Кто дерзает в чем бы то ни было разгадками не балуются.
  
   * * *
   Едва успел пробежаться и пошел противный осенний дождь.
   Вчера хорошо поработал в саду и сегодняшняя пауза меня не стесняет: "...буду поливать цветы, думать о своей судьбе..."/из Рубцова/.
  
  
  
  19-е сент.
  
   Я спросил товарища, жалующегося на скуку, не пробовал ли он порисовать, на что тот, улыбнувшись, ответил вопросом на вопрос: "А зачем?"
   Действительно, зачем?
   Тот же самый ответ возможен и на вопрос о здоровом образе жизни: зачем? это же работа, но работа, не приносящая дохода, работа пустая.
  
   Почти каждое утро по трассе моей лыжероллерной прогулки встречаются бегуны, скороходы, прогулочники. Но почему-то редко случается, чтобы среди вновь встречающихся попадались уже знакомые лица. Люди соглашаются попробовать, но очень скоро задаются всё тем же сакраментальным вопросом и, удовлетворенные своим же ответом, прекращают баловство.
   И тогда остается одно: либо ты уже созрел для столь деликатной выразительности своих достоинств, либо ещё не созрел. Ведь по сути, осознавая необходимость здорового образа жизни мы прежде всего демонстрируем нашу определенность, устойчивость. Вот француз Робер Параго, поднявшись на вершину Макалу, меньше всего сожалеет об издержках штурма второй после Эвереста высочайшей вершины Гималаев, но с наслаждением делится секретом тщеславности: "Вся Франция нас увидит и услышит." И ещё: "Мы курили сигары, мы пили ещё и говорили, говорили, говорили, так как алкоголь..." То есть здоровый образ жизни это не всегда воздержание от вредных привычек, это не всегда веганство и уж совсем не всегда забота о самом здоровье, ибо следствием восхождения были не только обмороженные ноги и носы, было кое-что и похуже.
  
   Хирург Федор Углов осмысленно проповедовал здоровый образ жизни, доказывая своим личным опытом убежденность в реальности полутораста лет нормальной человеческой жизни, причиной сокращения которой могут быть лишь болезни. И прожил сто четыре года, не прекращая своей врачебной деятельности, при этом он не отличался богатой жизненной силой наследственности. Ему немного уступил по продолжительности жизни и доктор Николай Амосов, тоже активный пропагандист здорового образа жизни.
   Так, все-таки, что же подпадает под понятие "здоровый образ жизни"? и существуют ли критерии качества здоровья?
   Собравшись для диспута адепты здорового образа жизни вряд ли смогут договориться до безусловного критерия этого понятия, иначе были бы условия для появления науки. Но доктора пьют и курят, спортсмены калечат зубы и головы, веганы травят себя ГМО.
   И потому каждый из нас может лишь сам определить условия и нормативы для поведения в рамках здорового образа жизни.
  
   Не однажды высказанная идея, что "быть скульптором значит уметь отсечь ЛИШНИЕ куски мрамора" без особого редактирования подойдет и для художника, и для артиста, и для литератора. Она же, эта идея вполне пригодна и для того, кто намеревается "жить, а не существовать". И надо-то всего-навсего только определить для себя самого то лишнее, без чего он смог бы обойтись, сохранив при этом минимум обязательств, будь то зарядка организма на определенный срок; оптимальный объем продуктов питания, обеспечивающих активный жизненный цикл; и наконец, главное: основы душевного равновесия, ибо всё, что сказано выше, бессмысленно, если не подчинить свою волю идее сохранения здорового образа жизни. Компенсацией, маржой своего рода станет прекрасное самочувствие в любом возрасте, легкость походки, ясность мысли, благожелательные улыбки знакомых, ибо всегда приятно видеть довольство на лице собеседника.
  
   На днях соседка вернулась из путешествия на Кипр. "Хотелось бы пожить в Греции, - делится она впечатлением, - все тебе там улыбаются."
  
   * * *
   Поднимаюсь рано, ещё темно за окном. Мог бы валяться и валяться в теплой постели. Но нет, отдаваться на произвол инстинкта не в моих правилах. Кто тут главный?!
   Полчашки чая, пара печенюшек... На плите кипит и пузырится вздохами овсянка. Подожду легкого пригорания ко дну посудины и выключу: пусть млеет под колпаком.
  
   В прошлом году озеро замерзло в октябре и по ещё обесснеженному льду с наслаждением скользил на лыжах. Кроме рыболовов видеть меня некому и потому чувствую себя свободно, не стесненный необходимостью выпендриваться, подчиняясь неконтролирумости инстинкта тщеславия.
   Я боюсь сам себя: лыжероллеры реагируют на каждую кочку, на каждый камешек или ямку, надо всё время смотреть под ноги, а тут ещё пешеходы, ещй молодые мамаши с колясками, ещё лужи после ночного дождя, ещё этот инстинкт. Каждый раз говорю себе: держи себя в руках, не поддавайся страсти, но никак! лишь завижу впереди фигуру, ускоряюсь, бравирую: самому противно. Вот и бегаю до рассвета, тут уж все свои, привыкли к моим причудам и потому держу себя в руках.
   С сегодняшнего дня вместо трех кругов пройду два по полтора км: устал за эту неделю. Два дня подряд копал гряды на даче. Земля тяжелая, мокрая, по краям успела задерниться и комок связан дерниной, словно штангу поднимаешь. После такой работы плечи побаливают, коленки дрожат, а тут ещё надо возвращаться на двух колесах с рюкзаком яблок в пять кило. Сюда ехал восемь и теперь обратно столько же. Какие уж после этого три круга лыж?!
   Зато уверен, что и завтра буду в состоянии душевного желания утренней прогулки. Это главное для меня: состояние постоянной готовности к намеченной акции. Не хочу перебарывать лень, увещевать собственные инстинкты, бороться с тенями. Страсть всегда должна быть в форме! А для этого, как раз, и необходима размеренность и в физике, и в питании, и в эмоциях. Никаких перегрузок, я же не спортсмен, я же проявляю здоровый образ жизни.
  
   * * *
   Обед не позже четырнадцати, ужин не нужен.
   Зато до обеда могу есть что-угодно и сколько угодно, не стесняясь ни перееданием, ни отравлениями жирным и соленым. Могу, то есть позволяю себе, но позволением пользуюсь редко, предпочитая простую постную пищу. Вместе с тем строго контролирую качество продуктов: ни каких пальмовых масел, ни какого сухого белорусского молока, ни какой европейской свинины, всё только своё, доморощенное, легкое. Желудок уже через два часа пуст, легкость тела необыкновенная, ничего не болит, не колет. Если дотерплю до шести вечера, то уж точно лягу в постель голодным и тотчас же усну, не отягощенный полным желудком.
  
   Правда, вчера злоупотребил.
   Не знаю как другие, но я сначала что-то такое сделаю, и лишь потом анализирую сделанное, ибо, как правило, делаю-то непотребное, вне утвержденной последовательности и нормативов. Ругаю себя, виню рассудок, не справившийся с инстинктом, каюсь-зарекаюсь. Вот и вчера в семнадцать съел кусок сыра Ламбер с булкой, потом соку яблочного полстакана выпил. Не из утоления голода, никакого голода не было, а просто от безделицы поддался инстинкту, ну и возбудил уже задремавший процесс переваривания, кислоты пошли по стенкам, затошнило. Нет, так делать нельзя!
   Иногда бывает и ещё хуже.
   В прошлом месяце раззадорился у прилавка с нарезками деликатесов и прихватил одну упаковочку грамм на двести. Язык спровоцировал. Желудку-то никаких деликатесов не нужно, а язык провокатор. Принес домой покупку, а есть все-таки не стал, отдал сыну, он молодой, ему по-фигу жирное с солью.
   И потом, пугают всё по ящику: яды...яды...яды.
   Вообще с питанием надо быть осторожным.
   Вот Углов предупреждает: парень нажрался какого-то сала, а потом залил в себя ледяной воды. Ну и заворот кишок. Или вот ещё: мужик решил оздоровить себя, выйдя на пенсию. Стали с женой делать морковный сок. Я сам баловался морковным соком, но сейчас перестал. Он, сок, хорош для зрения и нормализует работу кишечника. Мне друг посоветовал. Так вот, мужик этот пил в день по стакану, жена "случай от случая". Не долго он пил - загнулся, жена спаслась только чудом. Это Углов из своей практики вспоминал, говоря о здоровом образе жизни. Всё хорошо в меру.
   Но не думаю, что виной тому была морковь, столь же печальным мог быть результат с яблоками или чем-то иным, употребляемым без меры и с ненарушаемым ритмом, но если уж есть страсть к регулярному употреблению какого-либо продукта, то достаточным будет как-то уменьшать концентрацию тех веществ, которыми чрезмерно богат этот продукт. Морковный сок, например, следовало бы разбавлять кипяточком. Даже столь полезные для здоровья физические упражнения нельзя совершать без регулярных пауз для отдыха тренируемых мышц. Ты, казалось бы, тренируешь руки или ноги, но гораздо большая нагрузка идет и на мышцы сердца, легких, брюшного пресса, но возможно, им, этим мышцам, такой интенсивности многовато. Определиться в этом случае следует, на мой взгляд, не разумом, а подсказкой наиболее нежного органа, на который действует перегрузка и приноровиться именно к его возможностям.
   /Кстати о норме потребления пищи. Не факт, что может существовать объективная норма количества пищи, необходимого в течении дня. Вероятнее всего это количество пищи обусловлено не столько питательнными свойствами, сколько характером процесса метаболизма каждого индивида. Мне трудно доказать эту зависимость определенно, но есть достаточно фактов, которые говорят достоверно о том, что разные по объему и весу едоки при одинаковом разовом потреблении пищи наедаются по разному и чаще меньший по весу остается неудовлетворенным. В этом смысле я хочу просто опереться на предположение о достаточности пищи по критериям жизнеспособности и таким образом продвинуться в направлении к стимулированию более тщательного извлечению пользы в поступающем в биологическую клетку питании путем планомерного сокращения её, пищи, поступления в желудок, что в конечном счете сбалансирует расход сил и предельный минимум потребляемой пищи. Избыток пищи не менее вреден, чем её недостаток. Но суть системы только в том, чтобы попусту не загружать клетки работой и таким образом освободить сам процесс метаболизма от ненужной деятельности. Практически это выражается в легкости тела, а следовательно, в меньших усилиях мышц и в первую очередь мышц сердца и легкого. Если моё предположение наивно и более того, то я заранее соглашаюсь с теми, кто его опровергнет лишь одной улыбкой снисхождения, но к счастью, это не помешает мне продолжать двигаться в избранном направлении, опираясь на практические результаты. Но ещё раз акцентирую принцип: следует сокращать объем потребления пищи, если необходимая физическая нагрузка выполняется в нужной мере/.
  
   * * *
   Но самое главное, все-таки, не в том, что уже сказано, самое главное в душевном спокойствии. Если умеешь сдерживать себя, не возбуждаться происходящим, то и всё остальное пойдет по правильному руслу. Я, например, сторонник воспринимать всё происходящее как необходимость. Тут я не оригинал, всё это в БИБЛИИ есть: "будет день - будет пища" или "делай что должно и пусть будет как будет", "суета сует и всяческая суета". То есть надо уступать везде и во всем, не возникая, но при этом быть на таком уровне, чтобы эта мелочь тебя не доставала. Словно бы ты едешь на танке и никто не вздумает тебе посигналить, требуя проезда, будь он хоть на "порше". Всё происходящее справедливо, если оно происходит и если ему никто не в силах возразить, просто не созрели условия для исправления кажущейся несправедливости.
  
   * * *
   Пару месяцев назад откликнулся на страдальческий призыв медицины и прошел диспансеризацию.
   Прошел подобно тому как проходят по тесной улочке, не успевая разглядеть даже рекламные предложения первого этажа. Так и здесь: результаты основного анализа крови потерялись; доктор не нашла крупный камень в почке, который год назад с восторгом обнаружил врач стационара; зато рентгенолог выискал эмфизему легких, которой по определению быть не может у человека, ежедневно в течении всего года бегающего то на лыжах, то на тяжелых лыжероллерах по пять-семь километров, не останавливаясь и не задыхаясь. Вероятно, не доверив своему аппарату, доктор довольствовался моей худобой, присущей эмфиземе. И уже не было резона с такими лабораторными заключениями идти к терапевту, чтобы получить рецепты на лечение несуществующих болезней.
   Естественно, что после такой диспансеризации пропало всякое желание доверяться медицине. Кроме изложенных причин ничуть не смешнее стала необходимость платных услуг всевозможных диагностических заведений и последующих платных услуг подозрительных "Центров".
   В таких условиях становится вполне оправданным взятие под свою ответственность собственного здоровья, по крайней мере, ты можешь хотя бы почувствовать реакцию своего организма на увлечение жиром, солью, алкоголем и гиподинамией. А там уж личное дело каждого.
  
   * * *
   В отличии от спортивных лыжероллеров, требующих "паркета", "лыжероллеры для бездорожья" вполне приспособлены для бега по асфальтовым тротуарам и даже по выровненной и укатанной грунтовой поверхности. Правда, пневмоколеса, диаметром до ста пятидесяти миллиметров, имеют мощные, утолщенные протекторы, рассчитанные, вероятно, на беспредельное существование. Тем не менее, ноги быстро привыкают к весу лыж и не ссылаются на них как на причину усталости. Причиной же усталости чаще всего бывает затрудненное дыхание, если, конечно, не позволять ему короткие остановки.
   Глубокое дыхание и есть главная цель этого вида зарядки, то есть тренируем мы прежде всего дыхательные мышцы, и понятно, что чем сильнее эти мышцы, тем глубже вдох, тем реже он необходим, тем меньше устают дыхательные мышцы.
   Проходя через легкие кровь обогащается основным компонентом питания клеток - кислородом и, доставляя его по назначению, обеспечивает процесс метаболизма, то есть наполняет организм жизненной силой. При нормальном пульсе и процесс метаболизма происходит нормально, но как только возникает необходимость каких-либо лополнительных усилий, потребность в питании у клеток возрастает, требуется больше кислорода, сердцу приходиться ускорять прокачку крови. В таком случае и легким надо поторопиться, дыхание ускоряется. А человек к этому не готов, он начинает задыхаться.
   В тренированных дыхательных мышцах этого не происходит, они легко поспевают за ускоренным пульсом. Кроме того, сильные дыхательные мышцы позволяют глубокий вдох, максимально обогащая кровь кислородом, отчего сердцу нет необходимости ускоряться даже при внезапной внешней нагрузке, например, пробежке
   Известно, что работа сердца останавливается при отсутствии кислорода в крови, то есть при остановке дыхания и, наоборот, чем более насыщена кровь кислородом, тем полнее притекшей кровью левый желудочек, тем сильнее его сокращение/систола, выброс крови в эластичные артерии/, которые всё более растягиваясь, не позволяют отложения в артериях холестерина и солей.
  
   Следует оговориться, что даже интенсивные прогулки на зимних лыжах ещё не гарантируют легких прогулок на тяжелых лыжероллерах. Какими бы продолжительными ни были зимние прогулки первая попытка пробежать на лыжероллерах хотя бы полкилометра вряд ли получится: не хватит дыхания. В этом и весь фокус. Следовательно, если кандидат на освоение лыжероллеров достаточно увлечется, то наградой ему будет: ровное глубокое дыхание, не зависящее от объема пробега; пульс не более пятидесяти ударов в спокойном состоянии и не более восьмидесяти-девяноста после любой интенсивной несоревновательной физической нагрузки; изложенные чуть выше преимущества сильных дыхательных мышц; и как следствие всего этого, прекрасное самочувствие.
  
   * * *
   Трудно себе представить человека моложе пятидесяти лет, вдруг озаботившегося здоровым образом жизни. После же этого срока человек становится более осторожным в оценке состояния своего здоровья, но опять-таки, пока только прислушивается к советам здорового образа жизни, но мало активен в их использовании. И только с появлением недомоганий разного рода, с пониженной общей потенцией ищет причину своего дискомфорта. Но и тогда люди разделяются на тех, кто не прочь оздоровлять себя, восстанавливать функции молодости, и тех, кто озабочен продолжительностью жизни.
   Предположительно после 75-и ценность долгожительства несколько тускнеет, ей на смену приходит желание по возможности активнее прожить оставшееся, то есть до 75-и мы ещё пытаемся как-то сохранить саму жизнь, ограничивая все помехи нашей попытке, то дожив до упомянутого срока, удовлетворяемся продолжительностью и хотим только хорошего состояния здоровья, бодрости духа и тела. Этому и служит здоровый образ жизни.
  
   * * *
   Нам постоянно придется возвращаться к уже сказанному, детализируя и оправдывая его теми или иными доказательствами.
   Причина этому проста: с первого прочтения в лучшем случае человек может только запомнить то, "что где-то он уже читал об этом, но не помнит где, потому что не был достаточно озабочен проблемой" и вот теперь, озаботившись, хотел бы знать более подробно рекомендации или доказательства.
   Мы были достаточно подробно введены в понимание зависимости здорового образа жизни от состояния легких и сердца, но пока не коснулись зависимости здоровья от прочих физических нагрузок и потребности в чистом природном воздухе, ибо глубоко дышать автомобильными выхлопами не так уж и полезно. И тут помогает любой вариант из широкого набора возможностей: работа на даче, туристические походы, прогулки за городскую черту, то есть нагружать ноги, руки, мышцы спины и шеи. всё это можно делать и в своей квартире, но удовлетворительный эффект маловероятен, ибо действия будут подчинены рассудку и потому ограничены по длительности и напряжению, оказываясь малополезными. Гораздо проще задаться маршрутом и протяженностью пути, чтобы повторяясь изо дня в день выработать в себе привычку. Несомненно появление регистратора усилий, времени, ширины шагов, их количества и тому подобное, то есть условий игры, что избавляет от душевной усталости: мозг должен быть постоянно занят анализом процесса, изменение ситуации заставит быть более наблюдательным, вызовет эстетический интерес. Всё это необходимые отвлечения от обыденности, от тоски и скуки, которая чаще всего и поражает дух: " в здоровом теле - здоровый дух".
   Может показаться несуразицей, но я, например, имея триммер, изо дня в день стригу большими садовыми ножницами дачный газон, аккуратно обрабатывая травку вокруг деревьев и кустов, цветочных клумб, земляничных грядок. В отличии от стрижки триммером, когда отдых превращается в обычную работу, стрижка ножницами, ни в чем не ограниченная, превращается в истинное удовольствие, мне всё время хочется быть в этом состоянии и, побегав на роллерах, я сажусь на велосипед и пятнадцать километров еду к своим газонам. К тому же, вынужден передвигаться по газону на корточках, на согнутых ногах, ибо шажки по пять-десять сантиметров не провоцируют выпрямления тела. Вот так разрабатываются все части тела и вместе с ними дух, ибо кроме удовольствия и занятого недорезанной травой внимания мыслей ни на что не хватает.
   В город возвращаюсь тем же путем, медленно вращая педалями, то есть разминая застоявшиеся члены.
   Конечно, вариантов, разнообразий поддержания в здоровом состоянии и тела и духа неисчислимо, но повторяюсь, успокаивать себя привычной формулой: "начну с понедельника" малоэффективно, гораздо проще подняться с дивана и, вооружившись айфоном, пройти пару километров вдоль речки, засекая время, количество и ширину шагов, ритм сердечной мышцы, глубину дыхания и...
   Иногда можно испытыть свои силы, присоединившись к молодежному пелотону: забавно!
  
   * * *
   Возвратимся к питанию.
   В варианте здорового образа жизни есть можно всё, можно пить вино и курить, ибо повторяюсь, мы решили не зацикливаться на продолжительности жизни, нам достаточно прожить остатки жизни и динамично, и красиво.
   Но вот проблема: как встать на лыжи или забраться на велосипед, или просто присесть на корточки? Могут ли помешать перевесившийся через ремень от макаронов по флотски живот или непроветрившаяся голова после вчерашнего? тут придется выбирать. Но есть можно всё.
   Есть можно всё, но лучше, по примеру Робера Параго, сначала забраться на Эверест или хотя бы по Западному ребру на Макалу, а потом уж всё метать без разбора, заливаться алкоголем и петь французские песни.
   Если же говорить серьезно, то любопытствующим великая балерина Плисецкая посоветовала: "жрать нужно меньше!" И действительно, здоровый образ жизни отрицает еду как условие сохранения здоровья, то есть в идеале нужно есть по режиму питания, не дожидаясь появления аппетита, при этом разнообразие продуктов следует заранее ограничить, пища должна быть привычной, не затрудняющий технологию её переработки желудком. А уж кому что и сколько есть решает сам едок, консультируясь со своим самочувствием. В любом случае, пообедав, человек должен быть в состоянии тут же приступить к работе, какой бы она ни была. И в этом смысле следует остерегаться пищи, провоцирующей переедание.
   Но есть можно всё.
  
  
   11-е октября, вскр.
   В какой-то момент всё надоедает, человек устает, проникается ощущаемой безысходностью, меняет приоритеты, склоняясь к более простым, обыденным, земным, дичится, уходит в себя, сторонится каких бы то ни было контактов, ограничиваясь самым неизбежным. Закупаю овощеё, крупы, нескольких банок печени, головку сыра и муки. Всего этого мне достаточно, чтобы безвылазно находиться в квартире, выходя только на утреннюю прогулку. Действительно, думаю я, если человек может обходиться без общения, без разговоров и страстей, то это и есть самый что ни на есть богодарственный образ жизни.
   Нами управляют инстинкты. Но и они устают от безысходности своих поползновений, борясь между собой. Вот, один реализовал себя в рисунки, кой-чего добился, износился и уже не в силах стал сопротивляться более активному, забравшему власть и выражаясь в литературных пристрастиях. Глупость! Но регулятор выразительности инстинктов - разум сам не знает выхода из ситуации, мечется, присоединяясь то к одному, то к другому. А тут ещё безразличие внешних обстоятельств.
  
   Сначала садовые ножницы, теперь вот ремонт-профилактика велосипеда, скупка необязательных запчастей, мытье, поиск консультативных сайтов. Таким образом предельное упрощение страстей до самых низменных, то есть до "хлеба и зрелищ".
   Впервые испытываю предельное равнодушие к интернету как фиксатору моего разумственного состояния, понимая, что и в искусстве отсутствуют объективные критерии, что всё объясняется только интересами случайностей. Более того, всему действительно высокохудожественному наиболее бессовестное сопротивление, причем происходит это не умышленно, но только сообразуясь с демократичностью, то есть с признанием большинства, ибо, как раз, только интересы этого большинства и есть источник демократии, законности существования всего общества/VOX POPULI - VOX DEI/. Удивляться и тосковать по этому поводу бессмысленно, надо просто искать свою нишу в этом хаосе, укреплять её, обороняясь от всех нападок и этим довольствоваться, не претендуя ни на что другое, к чему провоцирует тебя обманчивый инстинкт. На примере предпочитателей высшей сцены можно видеть выход не в страстном желании её, этой сцены, а в неутомимом поиске любой возможности предъявить себя, не гнушаяясь предельной скромностью результата. Или мои рисунки. Должно быть вполне достаточным лидирование какое-то время в Yadex`е или Google`е. При этом ни с кем не соперничать, ограничившись, например, только посещаемостью статьи "Набросок, зар...", ибо как только твои претензии разрастаются, возникающее сопротивление по вышеупомянутой причине становится непреодолимым, ущемляя самую суть твоей страсти, угнетая сознание. Конечно, как тот, кто привык легко перепрыгивать лужи на асфальте, не позволит себе обходить их стороной, так и тот, кто умеет петь, должен уметь и покорять слушателя своей энергичностью, не давая воли соперничающим инстинктам и страстям. Но мало у кого это получается: соперничающие инстинкты побеждают. Цезарь: "Рубикон должен быть преодолен!"= "ALEA JACTA EST"
  
  
   18-е октября.
   Увлекся статьей о здоровье и перестал фиксировать будни своей жизни.
   Собственно говоря, ничего интересного в ней, этой жизни, и нет, вся она и есть "сохранение здоровья" ради единственного удовольствия почувствовать себя в силах пробежать утром пару кружков на роллерах.
   Но вот как-то тут купил "одним махом" пять банок печени трески, что бы "узаконить" предельно скромный обед: граммов пятьдесят отварной картошки; треть банки горошка, половинку сладкого перца; репчатый лук, чеснок, петрушка, пару кусочков свежей помидорки... короче говоря, салат. Но чтобы сохранилось ощущение сытости до следующего утра требовалось украшение салата 30-40 граммами печени трески. А в банке 200 граммов печени и требование "после вскрытия не хранить". Мучился, пробовал варианты, опасения не исчезали, пока не начал рыскание по форумам. Оказалось, что риск хранения консервов в морозилке практикуется не мною одним. И успокоился: будни они и есть будни.
  
  
   25-е октября ЗОЖ
   Пробежав два круга остановился в раздумье: чувствую силы ещё, как минимум, на круг или даже два, но чуть постояв, все-таки сбросил роллеры: и хорошо, что остаются силы для завтрашнего настроения на роллеры, иначе бы износ мог удержать меня в кресле над изобретением причин прогула. Это как в еде: чуть переешь и пресыщение торчит во всем теле как заноза: и делать ничего не дает - и не избавиться никак.
   Кстати говоря, неделю целую, не переедая, ублажал себя в обед качественной печенью трески, по утрам овсяной кашей с приправой сливками, кофе опять же со сливками, гречневой кашей на топленом масле с обжаренным луком. Повторяюсь: ничуть не переедая и не злоупотребляя ни печенью, ни сливками, ни топленым маслом. Но результат неважный: не было ни вечером, ни утром так обожаемого мною состояния блаженства в предвкушении утреннего завтрака: какая-то тяжесть во всем теле без ощущения переполненности. И вот, вчера все эти приблуды закончились: никакой печени! никакого горошка! никаких сливок! и сразу обрел знакомое чувство радости тела /правда, язык был удручен таким наказанием/. И вот теперь не знаю кому потворствовать: блаженству тела и духа? или капризу языка? И так во всем: разум требует смирения, затворничества; инстинкту обязательно возмущение как ответная реакция на провокации улицы. А эти мелкие, но раздражительные провокации необъятны, бесконечны, стоит лишь захлопнуть снаружи квартирную дверь. Для примера: в течении получаса пролонгировал депозит, оплатил квартирные услуги и купил небольшой товарец. Но в договоре о депозите указана капитализация начисляемых процентов, фактически её нет. То ли у нас с банком различные трактовки понятий, то ли меня просто дурят. При квартплате кассир ошиблась не в мою пользу и спокойно пробую разобраться, тут же стоящая за мной в очереди дама начинает давать мне указания на мою ничтожность, хотя кроме нас двоих никого нет. При покупке товара, определенная мною по ценнику стоимость, на кассе становится ровно вчетверо дороже, а другой товар, цена которого сохранена, оказывается по весу на четверть меньше. И если бы даже я выдержал свой принцип смирения душевный разлад неизбежно сказывается на моем настроении./правда, пожаловавшись вот этой "бумаге", успокаиваюсь/. И так изо дня в день.
  
   * * *
   Перцы как с ума посходили: в конце октября цветут и тут же завязываются плоды: на одном, самом крупном кусте десяток новых стрючков и четыре крупных красных; не помню, чтобы такое было в прошлом году. Виной тому погода: в июле-августе урожай был предельно скромным - ничего лишнего, а тут вдруг... В тепличке не жарко: при минус 5-7 градусов уровень ртути едва преодолевает отметку 15", но и этого им, перцам, достаточно: никаких признаков осени. А вот мята задремала: где-где зелененький листик. Петрушка жива, но тоже активность утратила: изобилия нет.
  
  
   30-е октября
   В какой-то момент вдруг происходит стечение многих негативных фактов, явлений, в конце-концов создающих определенную ситуацию как бы окрашенную особым цветом. Вот несколько мелких фактов непредумышленного обмана в торговле, вот оформление депозита без положенной расшифровки капитализации, вот увещевания банка к заявлению особой дебитовой карты, на которую будут поступать положенные пенсионеру государственные пособия, вот новые формы изъятия денег у владельца квартиры и упомянутая дебетовая карта призвана ограничить свободу пользователя услугами ЖКХ, исключая корректировку счетов поставщика услуг. Причем, всё это плоды размышлений, но далеких от объективного анализа, вследствие чего ошибочности в решениях гораздо больше, чем требует ситуация. Это печальнее всего: издержки перестройки.
   Ко всему тому обострившаяся международная обстановка, санкции к России, заигрывания разного рода политиков, пытающихся пощипать раненого "льва", в этой связи опустевшая казна, голословные увещевания о социальной поддержке, украинские события, Молдавия с бунтами, вследствие чего она вдруг может оказаться нуждающейся в российской помощи. И Украина вдруг может развернуться на сто восемьдесят градусов и, не желая нашествия нищих в Россию, придется что-то делать. К тому же Донбасс не может продать свой уголь из-за перепроизводства его в мире и Донбасс надо кормить... Кругом хаос. Единственное утешение это упование на объективность происходящего, своего рода апогей синусоиды, который вот-вот может закончиться и начнется исправление.
   Конечно, может быть, что все это плоды воспаленного мозга и сосед справа ничего этого не видит и не чувствует, а сосед слева и видит, но трактует прямо противоположно.
  
   * * *
   Предположу, что с получением новой карты деньги пенс. фонда, поступающие обычно на счет СБ, будут печисляться на дебетовую карту автоматически, то есть без моего согласия и я, желая получить их, должен подойти к банкомату и взять. В таком случае операторы в зале не будут нужны или их число резко уменьшится, останутся только операции по приему свободных денег, оформлению депозита и консультанты-бухгалтера. То есть это как бы сокращение издержек банка. В принципе, это можно понять, вместе с тем остаются варианты, допустим, получение пенсии через почту или ещё как-то. По карте я не стану расплачиваться в магазине, ибо обязательно торговлей будет использована возможность обмана, когда на ценнике будет указана одна цена, а на кассе по коду будет другая. Следить за мельканием цифр на табло трудно, а по сумме, представленной в уме, быстро не соориентироваться с суммой на табло у кассы. Короче говоря, новая сопля. Не зря старушки забирают деньги полностью, не храня в банке и не нужно никаких депозитов. К слову говоря, хранение на карте, вероятно, исключает начисление процентов.
  
  
   31-е октября
   И все-таки в конечном счете здоровье обычного человека, то есть человека, которому Божьим провидением не уготована жизнь вечная, в значительной мере /а я бы решился на исключительность/ определяется отношением к пище и процессу питания. Конечно, эта сентенция спорная, но на сегодняшний день я не вижу других поводов возмущению организма. Более того, условности питания должны положительно влиять и на уже попорченный организм, подобно тому как помогает растирание подмороженному носу. И в этом смысле уповать надо бы не на перебор якобы полезных продуктов, а на предельное исключение всех сколько-нибудь вредных. Но поскольку каждый продукт в какой-либо мере вреден, то разумным будет предельное сокращение общего объёма потребления. Эта мысль и мне кажется кощунственной, но все подобные идеи я неизбежно пробую на себе самом и, только испытав, окончательно убеждаюсь.
   Действительно, в малых дозах все ядовитые, все вредные компоненты пищевых продуктов легко перерабатыватся клетками и, если даже не сильно полезны, то уже и не вредны. И остается только определиться с этим минимальным количеством, не подвергая при этом организм ослаблению.
   И вот я сокращаю понемногу количества порций завтрака, обеда, ужина, наращивая одновременно нагрузки на сердце, легкие. Критерий: усталость, пульс, частота дыхания в процессе движения. Пока всё нормально, но в чем может выразиться негатив?
   Вот примерный рацион: завтрак: стакан чая плюс 20-30 грамм хлеба и столько же сыра. Затем пятикилометровая пробежка на роллерах; по возврашении каша из трех столовых ложек геркулеса в стакане воды плюс сливки вместо масла; небольшая пауза и повторение прогулки на те же пять, а в хорошую погоду на десять километров пешком бодрым шагом. Пешая прогулка без принуждения, но только при неудержимом желании. Обед: сто-сто двадцать грамм отварной картошки или гречневой каши плюс свежие овощи: сладкий перец. репчатый лук, консервированный зеленый горошек, травка. Иногда к этому примыкает кусочек тресковой печени, не более тридцати грамм, на десерт стакан свежего яблочного сока. И в два часа дня повторение утреннего чая. Всё!
   Проблемы и завтрака и обеда в трудностях сохранения продуктов: и сливки и печень грозятся неприятностями при сохранении их более суток. Приходится рисковать или покупать сливки суперпастеризованные, хотя и их более пяти суток не сохранишь. Печень храню в морозилке и рискую четверо суток, но печень должна быть залита рыбьим жиров, он не замерзает. А вот гречневую кашу и хлеб собственной выпечки тоже приходится хранить в морозилке, так как вкусную кашу трудно сварить и протушить в духовке с лучком в количестве меньшем, чем стакан крупы.
   Не думаю, что мои изъяснения кому-то могут быть интересны и уж тем более полезны, но пишу для себя, для своей истории, сам же и читаю. кстати говря, с удивлением, ибо утверждения часто оказываются ошибочными. Но как с удовольствием читал Ж.Ж.Руссо, так и не стесняюсь чтением своих "мемуаров" или точнее, "исповедей".
  
   Извинения: я редко читаю написанное "вчера" и потому длительная пауза притупляет память и я повторяюсь. Но оправданием может быть то, что повторяясь, я лишь доказываю сам себе, что проблема меня мучает, что я не уверен в выводах.
  
  
   1-е ноября, вскр.
   ИЗЫСКИ ДИЛЕТАНТА
  
   Когда наука объясняет мне условия сохранения здоровья и долголетия я как-то не могу врубиться в логику повествования и потому, вероятно, не приемлю выводов и условий: уж слишком всё затуманено формулировками, терминами, мало что говорящими, нестройностью рассуждений.
   И потому пытаюсь для себя самого составить некую схему заглубления в суть процесса.
  
   Любой орган живого организма образован разрастанием из ничтожности путем деления клеток. Сравним это с деревом под окном. Дерево растет, увеличиваясь в размерах, до определенного момента. Затем следует период стабильности, застоя. Наконец, по разным причинам дерево начинает слабеть, ссыхаться, волокна-проводники сока засоряются, сужаются, сок не доходит до вершины и дерево погибает. Примерно то же происходит с любым организмом. Если бы, действительно, питательные вещества доходили неизбывно до каждой клетки, то почему ей не делиться? Но вероятно, этого не происходит: сосуды засоряются, питание в должном количестве не доходит до "дальних" клеток или перехватывается передними из-за его ничтожности и клетки начинает терять способность к делению, задерживаются в органе уже как мусор, кровь лишается способности этот мусор извлечь и "выбросить на свалку", орган "задыхается", сжимается, теряет функцию.
   Но вот человек силой обстоятельств напрягается, пытаясь преодолеть страх вероятной гибели, мыслит, глубоко дышит, растягивает в ширину артерии и сосуды, доставляет питание для всех нуждающихся в полном ассортименте... и продолжает жить.
   Главное питание клеток - кислород, всё остальное "постольку-поскольку". Если условия существования позволяют доставлять кислород в достаточном количестве для каждой клетки, то можно надеяться на их, клеток, жизнеспособность. Они, конечно, потребуют субпродуктов и их поставщик - кровь возьмет на себя исполнение. Это задача не из самых тяжелых. Для клеток моих яблонь ничего особенного не требуется помимо углекислого газа, только вода и свет, а взамен крупные, сладкие, сочные плоды; коза у соседки, мне кажется, вообще ничего не ест, кроме коры, а на тебе - жирное молоко! И так далее. Так что и я мог бы /и пытаюсь/ удовлетворить запросы своих клеток одними обещаниями. По-моему, кроме воды и листьев петрушки им ничего и не нужно. Посмотрим! Тут важно ещё и то, как умело кровь забирает использованные клетки, погибающие в процессе метаболизма, не они ли засоряют кровотоки?
   Таким образом сохранение здоровья в определенном смысле попадает в зависимость от неправильного питания, иначе бы действительно жил бы я до двухсот лет, оставаясь подвижным и не слишком дряхлым. Это подтверждает и мой язык, которому вменено в обязанность отвлекать разум от предпочтения полезного вкусному/зачихнул!/, травой одной не сильно ублажишь его, язык-то.
   Конечно, всё это бред "сивой кобылы", но во 1-х, именно он заставляет меня выращивать на балконе помидоры, сладкие перцы, петрушку, огурцы, лук. И всё это на одном квадратном метре, и всё это растет, всё это вызревает с начала мая до середины ноября. /Сейчас на двух кустах перцев висит десяток красных плодов, есть несколько помидорок, есть петрушка, свежая мята для чая/; во 2-х, читатель, одолимый сомнениями, получит так необходимый сегодня стимул к опровержению сказанного мною и, возражая, напитает себя гораздо более ценными идеями.
  
  
   4-е ноября
   И ВОТ Я ДУМАЮ, тот, который вчера в третий раз ограбил мой дом, неизбежно будет пойман и предстанет перед судом. Правда, сначала его поймает милиция, что не так уж и трудно, поскольку все эти грабители рецидивисты, заведут дело, передадут следователям, дадут ему государственного адвоката и гособвинителя на основании доказанного следствием преступления. И осудят его, бедного, на десять лет по справедливости, ибо он рецидивист, только меня грабит в третий раз, а скольких ещё и представить не могу.
   В тюрьме почти как в больнице: кормят три раза в день, к завтраку кусочек масла, к обеду кусочек мяса, остальное как всегда; кровать пружинная, постельное бельё чистое, фельдшер при необходимости, иногда и полечат; в комнате отдыха телевизор, чтобы не скучал.
   И вот он, бедный, целый год в такой стесненной правилами обстановке вдруг получает известие, что за примерное поведение/приспособились сволочи!/ и в связи с празднованием Дня Северного Ветра амнистирован.
   Он уже как-бы и привык, компания дружная, ребята все как бы знакомые: есть о чем поговорить, а что там, на Воле?
   И вот дом мой опять ограблен, опять милиция, следо...
   А оплачиваю их тяжелый труд я, как создающий материальные ценности и исправно выплачивающий налоги, не проще ли установить государственное страхование имущества и при определенных условиях компенсировать пострадавшему его потери. С виновным же поступать проще: держать его в своем же доме, но в резерве на всевозможные форсмажоры, где и использовать неограниченно, то есть лишить права выбора формы труда, сохранив все остальные законные права. Блюстителей порядка, мягко говоря, несколько деструктурировать.
  
  
   И ВОТ Я ДУМАЮ, местные банки берут кредит в центральном банке под 11% и кредитуют желающих по 15-20%. Мои же деньги хранят под 3,5%, но это никак не отражается на заемщиках. Не проще ли иметь кое-где отделения ЦБ и по интернету брать кредиты под те же 11%? Экономике же это было бы стимулом к развитию.
  
  * * *
  
   И ВОТ Я ДУМАЮ, если северная Европа заставила ГАЗПРОМ разделить активы на подводные сети и на береговые сооружения, если Украина, не имея газа, имеет сети для подачи газа в южную Европу, то почему нельзя разделить городские сети и сооружения на объекты частной собственности, чтобы они могли конкурировать между собой в завлечении пользователей, добиваясь тем самым и качества услуг и оправданной цены?; почему нельзя наши секционные пятиэтажки разделить на самостоятельные секции и таким образом каждые пятнадцать квартир могли бы слаженно совершенствовать условия тепло-водо-электроснабжения вплоть до установки автономных котелен в самой секции, как это делают в новостройках, где не строят отдельных котельных и городских теплосетей, ибо мы платим не столько за тепло, сколько за его потери в сетях. Были бы автоматически решены проблемы оплаты услуг. А водоснабжение? Есть у Водоканала в городе водопровод/скважины/ и водоочистные сооружения на реке. Что мешает постепенно поделить их на части и передать /продать/ частным поставщикам, подобно тому, как эксплуатация жилых домов отдана управляющим компаниям. И потом, почему мы все по-разному платим за воду? и почему установивший прибор учета платит несравнимо меньше? что? у нас и вода в реке платная? А если вода бесплатная, а платим мы только за её доставку, то почему по разному? Но это так, к слову, ибо сам-то я плачу за фактическое обслуживание и никто не сопротивляется мне.
   Всё это несомненно свершится, но свершится резко, грубо, болезненно, уже не будет времени на раскачку и обдумывание, мы и так закоснели сверх допустимого. Сегодня весь федеральный бюджет идет на оборону, от этого никуда не уйти и чем дальше, тем всё более это будет заметно, а нам останется только то, что останется. Более того, нарастающая инфляция так и будет нарастать, пока не сожрет все наши сбережения и, когда мы опомнимся и попытаемся благоустроить наш быт, окажется поздно: ни государственных, ни собственных средств уже не будет.
  
  7-е ноября
  То и дело меня втягивают в новые аферы под видом совершенствования общественноважного процесса, не считаясь при этом с моими интересами старого человека, по сути исчерпавшего лимит памяти мозга, то есть заставляют познавать непознаваемое, при этом усложняя технологию познавания. Есть карта-Visa, но оказалось, что карта-maestro для меня "лучше". Чем лучше - объяснить не могут или не хотят. По моим понятиям эта новая карты сложнее в обращении, менее удобна и, что самое неприятное, легко может быть использована работниками банка, у которых есть данные моего паспорта и доступ к Пин-коду, несмотря на его тайнопись. Ну, и куча других неудобств. Мой ровесник - житель деревни, куда я прогуливаюсь, встречая иногда меня на дороге, каждый раз спрашивает как меня зовут, хотя наши имена одинаковы. И ему настоятельно рекомендуют запомнить Пин-код/!/. Но если в карте-Visa Пин-код я изобретаю сам и потому могу сохранить его в памяти, то новая карта выдается с Пин-ом, который ничем не связан в моем воображении.
  
  * * *
  Два дня мучился над повестью в стремлении доказать возможность воздействия на процесс совершенствования процесса строительства капитализма в отдельном районе усилиями столь же отдельной личности, которой вполне удается самосовершенствование.
   Но усилия оказались безуспешными: НИЧЕГО НЕЛЬЗЯ ПРИДУМАТЬ, всё происходит из необходимости и подчинено неуправляемой согласованности в среде самой массы людской, то есть доброхота ожидает неизбежный крах. И уже не решаюсь заканчивать повесть таким резюме. Действительно, я мог бы насчиать десяток всяких контор в городе, которые кроме вреда ничем иным не примечательны. Но городской власти они нужны как зависимый электорат, однако подозреваю, что и более высокая власть в курсе происходящего. Тем не менее...
  
  9-е ноября
  Прекрасно понимаю, что причина всех моих бед во мне самом, точнее, в моих инстинктах, которые чрезмерно пекутся о моей сохранности, вследствие чего травят меня ядами. Две красивых банки с огурчиками, но одна сто, вторая шестьдесят. Инстинкт советует: "Ты что, дурак что ли? за сто! бери за шестьдесят!" Разум посмеивается и ничего не говорит - бесполезно: никаких критериев!
   Удалось только чуть взять на язык рассольчику и банка со всем содержимым полетела в мусорное ведро. Инстинкт прячется, разум добродушно улыбается, не будучи уверен в убедительности примера. Я же пытаюсь доказать, что в конечном счете инстинкт прав, ибо благодаря ему, сэкономлено достаточно средств на продукты гарантированного качества, а такой мелочью, как огурцы в уксусе, можно пренебречь.
  
   * * *
  10-е ноября
  Когда, казалось бы, все принципы обкатаны и утверждены остается дать им "зеленый" и пусть себе...
   Но не тут-то было!
   На голодный желудок могу сколько-угодно фантазировать, но стоило "попить чайку", как страсти потускнели, чуть моросящий дождичек за окном в ощущении превращается в дождь, начинаешь рассуждать...
  
   Купил по подготовленному списку всё задуманное, тщательно изучил этикетки, проанализировал ценники, кое-что даже удалось попробовать "на зуб". Принес домой.
   Принес, а есть не хочется: непривычно! к тому же, перекус не вовремя: собьёшь аппетит.
   Пусть лежит в холодильнике, портиться нечему, может гости придут. Один орешек, правда, расколол, прожевал с печеньем и больше ничего из нового не хочу: противоречит принципу.
   Вот так и кувыркаешься то туда, то сюда, всё чего-то хочется, а чего? и сам не поймешь.
  
  
   11-е ноября
   И вот оказывается, что несравнимо ни с чем ощущение чувства легкого голода, когда ты с жадностью набрасываешься на кусочек булки, чуть прикрытый какой-нибудь обыденностью. Прежде всего это чувство несомненно есть признак здоровья и, просыпаясь именно с этим чувством, ты можешь сказать себе: "всё в порядке, друг!"
   Накупил разной снеди из числа деликатесов только для того, чтобы сбивать с толку беспричинную /если не считать ноябрьской промозглости/ тоскливость. Лизнул того, лизнул этого: результат нулевой, даже отрицательный, негативный, ибо этой попыткой борьбы с тоской, как раз, и потерял чувство легкого голода. Вечером ещё не так ощущается пресыщение, но проснувшись, уже испытываешь отвращение к еде, к завтраку. Приходится объявить голодовку, протрезветь. Съеденный через силу обед тут же прикрываю зубочисткой как шлагбаумом от посягательств инстинкта. Правда, помогает и пробежка на роллерах, несмотря на легкий дождичек.
   К счастью, все купленные деликатесы долгого хранения и потому могут быть либо забыты, либо отодвинуты в глубь холодильника. На этом пока и успокаиваюсь.
   Но ненадолго.
   Случайно пошарив глазами по книжным полкам вдруг обнаруживаю книжку Фета "Воспоминания". Что мог вспомнить Фет я как бы уже знал, ибо читал об их спорах с Толстым, со стихами его тоже знаком, как раз, ровно настолько, чтобы не искать в них себя самого.
   Но снял книжку с полки, раскрыл... И стал читать.
   Есть такие книги, которые рассказывают, ничего не говоря. И хорошо, потому что можешь оторваться от страницы в любой момент, не упуская при этом остроты сюжета. В моем случае "оторваться" означает задремать, ибо приступить к чтению можно только после обеда. И это выход! Тонкой книжки может хватить на пару недель. А там, глядишь подморозит, озерцо покроется ледком и бегай на лыжах хоть целый день: никаких тебе пешеходов, никаких машин, никакого недовольства злых шоферов. Тогда в самый раз эти приготовленные деликатесы, в основе которых /так уж получилось/ жир и сахар. И то и другое крайне необходимо клеткам организма, одними салатами их, клетки, не прокормишь.
  
  
  13-е ноября
   Вряд ли дачные грабители читали О.Генри, но "цитируют" с точностью героя рассказа, задумавшего холодной, промозглой осенью перезимовать в тюремной камере: может быть не слишком тепло и сытно, но..., на глазах у полицейского разбив витрину магазина.
   Так и "мой герой" громит дачный дом, чтобы вернуться туда, откуда его только что изгнали, не дав досидеть и десятой доли назначенного судом срока. Как всё оправдано!
  
   Только по достижении предельного возраста начинаю осознавать, как безбашенно повесил на себя обузу содержать малополезного человека на своём иждивении, отдавая ему свои силы, свои средства, свои нервы, способности и ничего не имея взамен.
  
  Девчонки, ещё подвластные инстинкту обольщения, почти намеренно уступают дорогу противоположному полу/то есть мне/, не взирая на возраст; бабы менее поворотливы, но те, у кого пока не сложилось, чуть подвижнее; тетки категоричны, им уже неважны препятствия, будь то бегун или автомобиль: категоричны и вдоль и поперек; старухи уступают ворча и морщась: не надеются на свою неповоротливость.
  
   15-е ноября
   Человек мог бы жить значительно дольше, если бы умел и мог избавляться от собственных инстинктов.
   Всё то, чем я обладаю сегодня, мне совершенно не нужно, более того, всё это мешает мне жить желаемой жизнью. Но инстинкты оказываются сильнее моего рассудка и невероятно давят на сознание, заставляя приобретать "ненужное" и не выбрасывать "нужное". Это у меня, у человека ясно сознающего свое бессилие перед собственными инстинктами. А как живут окружающие, явно бравирующие инстинктами тщеславия, жадности, трусости, я уж и представить себе не могу.
   Ежедневно просыпаясь в три-четыре ночи возбуждаюсь представлениями мести за ограбления дачи, за замечания в очереди, за настойчивость незаконных требований ЖЕКов, банков...погоды. испытавая учащенное сердцебиение и онемение за левым плечом. Страшусь последствий и доводами рассудка уговариваю инстинкт успокоиться: мне не только не нужна эта дача и всё перечисленное, но ещё полквартиры я отдал бы даром, если бы было кому отдать. Понемногу успокаиваюсь, онемение проходит. Сейчас бы в самый раз обуться в роллеры и пробежать пару кружков, но это уже шизофрения. Забыаюсь во сне.
   Отношу эти всплески ярости к досрочному пробуждению, ибо выспавшись, ничего подобного не испытываю: спокоен, где-то даже весел проснувшемуся вместе со мной утру, проявившемуся легкому голоду, интересным заботам дна.
   Но и днем инстинкт мести до конца не рассеивается, ибо к мести за дачу прибавляются другие такие же бессмысленные, по животному дикие, почти рефлекторные, возбуждаемые уже иными обстоятельствами, чаще всего внешнеполитическими. Накидываю на плечи куртку и бегу за три километра к подвесному. Движение и может быть приятная еда на время отвлекают меня от попыток осознания своего бессилия перед инстинктами. Кажется, что подобно Льву Толстому следовало бы взять суковатую палку, котомку и пешком двинуться в неизведанность, оставив позади все свои заботы. Но и тут ехидные инстинкты встают в оборону: " Почему пешком-то? у тебя же роллеры!" Впадаю в транс. Временно.
  
   Снимаю в кустов последние побуревшие плоды перцев, ветви обрезаю возможно ближе к земле и тяжелые емкости с землей вношу в комнату: на оставленных ветвях висят ещё зеленые, правда, уже слабые перчики, даю им дозреть. Потом принимаюсь за колеса велосипеда и роллеров: их надо протереть мокрой тряпеой, снять с рам и убрать с глаз долой: глаза мои не должны видеть тесноты комнат.
   Потом выношу мусор, потом протираю линолеум полов, потом неспеша готовлю обед, ем.
   Механическое, неосмысленное движение отвлекает меня от проблем быта, я забываюсь, возвращаются спокойствие, надежда на случайность событий, на крайнюю степень их необходимости, на их ничтожность. Раскрываю книгу и, читая, выискиваю подтверждения своим убеждениям. И ведь, нахожу!
  
   Просыпаясь в три-четыре часа ночи...
  
  
  17-е ноября
   Всё более удивляюсь непроходимой тупости обывательской, несмотря на образования, на ответственные посты и депутатские кресла. По этой причине избегаю очередей различного рода и вида, где эта тупость проявляется воочию, неудержимо вовлекая тебя в дебри её проблем: удержаться мне не по силам и, чтобы вдруг не выругаться вслух, оставляю желаемость и ухожу прочь.
   Внимательно следя за всеми Законами, так или иначе меня касающимися, всегда нахожу их превосходными, ибо подобно тому, как сам пишу дневники, законодатели пишут Законы под себя, оставляя достаточно лазеек/выходов/ из затруднительных положений/чем успешно пользуются адвокаты во всем мире/. Вместе с тем Закон всегда дает должный результат в случае его формального исполнения и только злоупотребления законом, кажущимся несовершенным, смущают тех, кому закон адресован. И вместо того, чтобы вникнуть в идею закона, поносят власть, извергая в очередях и с трибун свою примитивность. В принципе, меня это даже не раздражает, ибо стараюсь избегать ситуаций, жаль только огромных затрат времени, затрачиваемых на вынужденную изворотливость во имя избегаемости.
  
  * * *
  Из книги Фета " Воспоминания". выписки:
   - Отец...неприветливо смотрел на игрушки, даримые посторонними: "Не раздражайте желаний, - говорил он, - их и без того появится много..."
  
   - ...и отправлялся в далекие и трудные путешествия, не трогаясь с места. Благодетельная фантазия сильнее работает при меньшей правдоподобности, а потому и более восторгает.
  
   - ...покупал...громадную провизию на 20 копеек. При этом ящик моего стола наполнялся всяческой благодатью и я, с наслаждением подымая крышку и пощипывая запас, с радостью мечтал и о завтрашнем утолении голода всласть.
  
   - Как ни тяжела была...утрата, но я всегда держался убеждения, что надо разметать путь перед собою, а не за собою, и поэтому в жизни всегда заботило меня будущее, а не прошедшее, которое нельзя изменить.
  
   - "Мне кажется, ваше выс.пр-во, неудобным служить, не умея угодить ближайшему начальнику".
  
   - В те времена я не подвергал ещё систематическому обобщению своих врожденных побуждений, но не сознавая разумом должного, инстинктивно чувствовал, что не должно.
  
   - ...на основании поговорки: "На службе ни на что не напрашивайся и ни от чего не отказывайся".
  
   - Не думаю, чтобы самая томительная скорбь в настоящем давала нам право идти к неизбежному горю всей остальной жизни.
  
   - Рассказывая о событиях моей жизни я до сих пор руководствовался мыслью, что только правда может быть интересной.../хотя бы она вела к моему осуждению/...как для пишущего, так и для читающего. В противном случае не стоит говорить.
  
   - ...жаль только, что старик никогда не поймет, что питаться поневоле приходится действительностью, но задаваться идеалами тоже значит жить.
  
   * * *
  
  
   19-е ноября
   Перебрал все возможности сосредоточения усилий разума и энергии тела во избежании смертного греха - томления духа и не нашел ничего более дающего такую возможность чем истязание этих усилий на рукописном словоизвержении в присутствии свидетелей, ибо мало рефлексий, надо ещё, чтобы они подвергались обсуждению, хотя бы самим собою, что, как раз, неизбежно в присутсвии свидетелей, ибо страшишься осмеяния.
   Но поскольку садясь за монитор не имеешь никаких предварительных идей с расчетом лишь на их появление в процессе, то как правило, начинаешь текст с нескрываемой ерунды в надежде на последующее её удаление, когда текст приобретет логичную направленность.
   Вот и начинаю с отрицания неудобных вариантов этих самых усилий: ни велосипед, ни лыжи уже невозможны по естественным причинам; взращивание огородных растений ушло в лето и не пришло в весну; кухонные изыски были бы удовлетворяющими и от них трудно отказаться, но наказание обжорству более жестоко, нежели получаемое на его счет удовольствие; рисунки или стихи могли бы в какой-то мере удовлетворить арсеналу орудий в сражении с этим томлением духа, но в отличии от инстинктивного словописания и то и другое требует предварительного напряжения рассудка, что мне противопоказано по определению. Остаются ещё пешие дальние прогулки, но и они, какими бы дальними ни были практически занимают лишь минуты реального времени.
   Есть очень хороший способ решения проблемы: чтение. Но и он оказывается малополезным в отсутствии желаемого материала: свою библиотеку давно перечитал, а в государственной мало что может пригодиться. Тем не менее не отказываюсь порыться и на библиотечной полке. Пока же самопроизводство и идей и мало что выражающих словосочетаний.
   В отсутствии самонастроя, самозадания ты пребываешь в постоянном хаосе мыслей, метаясь от одной к другой, ничего не разрешающих. Но вот получаешь задание и ситуация разом проясняется, приобретаешь четкое направление. Пользуясь подсказкой Фета, что: "Гораздо легче механически действовать в незнакомом деле по чужому указанию, чем самому добираться, основательно или нет нам указывают" как костылем подпираю ей сказанное мною самим.
   Таким образом "слово зА словом" натягиваю на высказанную ересь мысли ничем не связанные, образуя ком словесного песка, подобно тому, как поначалу набирая лопатой золотоносный песок затем тонким пальчиком выбираешь в песке этом крупицы драгоценного металла, так и здесь, в этой путанице понятий, впоследствии выскребаешь то, что затем покажется самым ценным для данной минуты, услаждающим осознание значимости. И жизнь на мгновение покажется оправданной.
   Но и в этой ситуации нельзя впускать в круг высоких материй гадкие обывательские потребности, будь то отмщение за поругание твоего понимания справедливости, инстинктивную жадность, скупердяйство, зависть, обидчикость, тщеславие и зазнайство. Оправданнее было бы искать себя в творчестве, для которого всегда есть условия. Ещё не тяготясь словоблудием и рисунком я нередко применял свою страсть к творчеству в благоустройстве городских территорий только из уверенности в том, что это полезно и мне и городку, ибо в отличии от многих имел специальное образование. И это казалось мне творческим проявлением или по известному тезису: украшением Земли. Теперь я рисую и, судя по посещаемости, кому-то это на пользу, опять-таки в отличии от описания проявляемых по отношению ко мне несправедливостей, что случается на каждом шагу, что уж точно никому не нужно и мне самому в первую очередь.
  
  
   20-е ноября
   Вся суть, весь смысл потребляемого нами в нашем же воображение.
   Наблюдая тысячилетние руины мы восхищаемся только собственным воображением реальности, запросто игнорируя современность небоскребов, но стоит лишь оторвать голову этому небоскребу, как толпой бросимся восхищаться тем, что совсем недавно обходили стороной, ибо наше воображение украсит оторванное вдесятеро.
   Так и с икрой: на теплом блине да с маслом икра "смотрится", но остывший блин, как его не украшай икрой, маслом, и даже воображением, так и остается только холодным тестом.
  
   * * *
   Накувыркавшись за день, дома компенсируем раздражения дня обильным ужином, устраиваемся у телевизора и через четверть часа засыпаем, не в силах возместить обиды их осознанием.
   Но отдохнув и проснувшись за полтора часа до подъема, со светлой головой и ясной памятью пробуем успокоить вчерашнюю раздражительность, проникаясь мстительностью.
   Или ищем успокоения в исповедании, собираясь в толпы на какой-нибудь почте под предлогом оплаты долгов коммунальщикам или в столь же длинных очерядях к колхозной бочке с молоком, хотя вокруг супермаркеты с тем же молоком и лишь чуть дороже, где к сожалению, не соберешь толпы и не исповедуешься. В этом случае цена молока только как подсознательный предлог для полемики.
   Или же решаем проблемы много проще: усмиряем свои инстинкты, либо оправдывая происходящее, либо не позволяя раздражителям вольностей, гася их логикой доказательств.
   Мы говорим себе, что любые раздражители есть следсвие "броуновского движения" в человеческом хаосе. Войны становятся перманентными, в них перестают ощущаться опасности: Россия воюет в Донбассе, в Крыму, в Сирии; Европа воюет с Россией, воюет с арабами, сооружая ограды, сжигая приюты для беженцев; американцы закупают оружия для защиты от тех же арабских террористов. Все воюют и никто не объявляет войны. Почему же не быть микровойнам и в нашей "деревне"? Вооружайся!
  
   * * *
   Нельзя красоту описать словами, каждого путешественника одолевают совершенно непохожие чувства при виде одного и того же пейзажа или архитектурной композиции. Фет, описывая свои плутания по Европе, гидом которому была его родная сестра, восхищавшаяся красотами мегаполиса, изнывал от тоски и нескрываемо рвался домой. Ничуть не лучше описания Дега, проехавшего на коляске по Италии и Франции, по сути описания касались столования в харчевнях и избегания дорожных опасностей. Это мастера слова и изображения; что же требовать от обывателя какой-нибудь российской провинции?
   Смотреть руины тысячилетий интересно уже только потому, что отключив разум, отдаешься на суждение воображения, дорисовывая то, чего по сути и быть не могло. Это то же самое, что и небоскребы Манхэттена, если снести им голову. Но с головой они не вызывают никакого художественного интереса.
  
   * * *
   Если бы дачные соседи не всполошились подозрением на грабеж и не вызвали бы полицию, а я бы, увидев следы разрушения, отнесся к ним индифферентно, возможно грабитель этим бы и удовлетворился, поскольку мог предположить мою засаду, но побывав в полиции, суде и заключении, поняв, что все эти ребята больше его сообщники, нежели враги, ибо существуют, как и он, на деньги налогоплательщиков, ничего сами не производя, с возросшим рвением взялся за довершение задуманного.
  
   * * *
   Происходящее вокруг всё более настраивает меня на сопротивление там, где я в состоянии это сделать, точнее, на несогласие, ибо оно состоит лишь в молчаливом следовании собственным принципам, в частности, принципу "ничего не надо делать", то есть не производить активных действий, дожидаясь атак и в меру сил обороняясь, что несравнимо проще.
  
  
  22-е ноября
   На последние деньги купил малюсенькую баночку икры, намазал булку остатками масла, приготовленного для каши, положил сверху икру и съел.
   Думал, что наемся, но не получилось.
   Подогрел кашу, влил в неё полстакана молока взамен съеденного с икрой масла, употребил и - порядок!.
   И вот думаю, что если бы каша была столь же пересоленной как икра, вряд ли бы стал её есть, но если и икра была бы столь же пресной как каша, ей бы не нашлось места в моем желудке. Что же тогда получается? двести двадцать рублей, не считая каши, я заплатил за соль? Выходит так.
   Но посидев-подумав пришел к мысли, что заплатил я не за соль, а за осознание своей прагматичной мощности, она того стоит, ибо решение далось мне значительными усилиями воли.
  
   Затем мысли пошли дальше.
   Вот богач. Он может позволить себе любой деликатес, но раз-другой объевшись им, теряет интерес ко всяким деликатесом, а вместе с тем и интерес к обыденной жизни, начиная увлекаться изысками вроде различного рода суперазартных игр вплоть до убийства беззащитных людей. Не пора ли, - думаю я, - обложить всех бизнесменов беспощадным налогом, оставляя им условия приличной жизни, но лишая возможности безрассудных действий. Работать они не перестанут, но страсти свои поукротят.
   Ну, это так, фантазии.
  
   * * *
   В какой-то момент дети начинают тяготиться состарившимися родителями. Это неосознаваемый инстинкт.
   И если даже родители никак не напрягают детей своих капризами, просьбами, болезнями все равно инстинкт этот срабатывает: развивается чувство обязательство-венности, необъяснимой сыновней ответственности. И это чувство по мере своего разрастание тяготит детей, нервирует и вместо исполнения своих обязательств дети постепенно проникаются как бы беспричинной ненавистью к старикам, которая выражается в упреках за мелейшие, безобидные старческие оплошности.
   В свою очередь и старики не могут согласиться со своей незавидной ролью помехи обществу, они страдают, не дожидаясь упреков. Какой-нибудь "генерал" в очереди за получением пособий может быть отодвинут в сторону беспардонной теткой или оскорблен советом: "сидел бы дома!".
   Увы!
  
  * * *
  Никогда особенно не задумывался над этим явлением, но сейчас всё чаще ощущаю уникальность образного мышления, образной памяти.
   Вероятно, подавляющее большинство людей мыслит способом алгоритма действий, то есть затвердив истину, строят последовательность своих действий в стремлении получения желаемого результата. Этому учат в школе, в институте, в очереди за молоком: если сделаешь вот так, то получишь вот это, а если...
   И вот мне, имеющему образное мышление, трудно понять алгоритм действий какого-нибудь терминала или банкомата, невозможно представить образ логина, пароля или пинкода, я все операции записываю на бумажку и по её подсказке нажимаю на кнопки. Представляю себя у банкомата с листом своих паролей и пинкодов. К тому же я плохо вижу и цифры должны быть написаны крупно.
   Или, стихотворение я не сочиняю, а только записываю в словах диктуемый мне внезапной страстью образ картины и лишь потом только редактирую неточности выражений. То же самое с рисунком: сначала возникает в голове образ, навеянный чувствами, затем следует изображение в линиях или красках. По этой причине возникший образ не сохраняется в памяти и, если немедленно не закрепить его графикой, он пропадает безвозвратно.
   Вот ещё пример: "Теперь мне ясно что стало причиной" и вариант:" Теперь мне ясно, что причиной стало..." В первом случае перед "что" никакой запятой не нужно, во втором она необходима. В нашем же сознании запятая перед "что" должна быть всегда. По алгоритму действий это правильно, а по сути издевательство. Поэтому, записывая какой-либо текст, необходимость знаков препинания я определяю не правилами грамматики, а форматированием образа и в этом образе вижу необходимую пунктуацию. Часто мы ссоримся с правилами.
  
  
  
  
  23-е ноября
  Завтра намерен взять в СБ денег на жизнь, одновременно заплатить за услуги ЖКХ и улизнуть от оформления карты-maestro.
  Поскольку возникают естественные или, как я подозреваю, искусственные сложности при оплате корректируемых мною счетов решил округлять суммы до сотен и писать их четко. Это избавит меня от ссылки на слепоту операторов ручных терминалов и одновременно позволит следить за правильностью выставляемых исполнителями услуг сумм. Попробую. Затем следует взять денег на жизнь в условиях отказа СБ от сберегательных книжек. В этом случае я по паспорту узнаю сумму своего счета и требую к получению её всю. Таким образом сберкнижка теряет свою функцию как квитанция о состоянии счета и не может быть нужной для меня. Попробую. И наконец, отклонение новой карты, настоятельно предлагаемой банком. Мне кажется в условиях, когда нет никакой защиты не только от хакеров, но и от бандитов, которые легко могут получить все данные по счету клиента банка, его паспортные данные и пинкод, рассчитывать на добросовестность еженедельно обновлямых операторов банка. В этом случае достаточным будет иметь секретный пинкод на простой карте-Visa, узнать который можно только изощренным путем, но и тогда клиент мало чем рискует, забирая ежемесячно все поступления на его счет банка. Попробую.
  
  * * *
  Самые тяжелые дни года.
  Морозов нет и пруд не замерзает; снег идет и тут же тает. В этих условиях нет возможности ни для лыж, ни для роллеров, а пешие прогулки по грязи да под дождем и некомфортны и неустанны даже при прогулке в пятнадцать км. А непотраченные силы как иглы точат изнутри, ибо заготовлены деликатесы, ублажающие и язык и душу, но при условии их интенсивного переваривания в желудке и энергичных расходов получаемых избытков жира и сахара. А не получается. И потому иглы эти не дают успокоиться.
  
  
  24-е ноября
   Всё явственнее проступает возрастной метаболизм происходящий во всем организме одновременно, изменяя привычки, обостряя инстинкты, притупляя сознание. Близок старческий маразм. И вот пример:
   полгода назад по просьбе сына безвозмездно дал ему значительную по моим возможностям сумму. В подобных случаях естественной бывает компенсация в том или ином виде, к тому же есть и основания - моя старость и обострение на этой почве инстинкта ответственности у самого должника. Не зная чем выразить свою озабоченность сын ничего другого не придумал как потребовать от меня перманентной доступности к моему телефону, чтобы беспокоиться обо мне. Мне же навязчивый аппарат противен. На этой почве возникает конфликт, что вероятно и было инстинктивной целью сына, получившего объяснение невозможности проявлять свою озабоченность.
   Это, конечно, признаки моего мазохизма, но вот идентичный пример беспокойства Афанасия Фета:
   - ...хорошо знал, какому в те времена подвергал себя наказанию. Но я каждую минуту готов был зарядить свои пистолеты и прекратить невыносимые страдания дорогой матери.
   Похоже?
  
  
  1-е декабря
   Ослабление тяги к творчеству в рисунке и литературе должно быть чем-то оправдано и я ищу это оправдание в том, что каждый новый рисунок или каждая строчка рассказа, не вызванные крайней степенью творческой страсти есть то самое "лишнее", чего я страшусь более всего. Действительно, что может прибавить рисунок городского пейзажа либо портрета? что может изменить вымученный долгосидением небольшой словесный этюд? Ничего хорошего! Разве только даст противнику повод злословить по факту моего творческого истощения.
   К слову сказать, как у всякого высунувшегося противников у меня много: отправлена в буфер моя статья АКВАРЕЛЬ - ТРАДИЦИЯ, с восьмого года возглавляшая поисковик Yandex`а; убраны мои рисунки из статьи АКВАРЕЛЬ - ВИКИПЕДИЯ; целый месяц издевался некто над моей статьей "набросок...рисунок" в стремлении спустить её в подвал или вовсе уничтожить; под моим брендом выползали в поисковиках порнокартинки, СПАМ достал меня даже в почтовом ящике, перерезав вход в него, а так же статью в ВИКИПЕДИИ предостережением о Спаме; в Facebook СПАМ сделал невозможным общение с "друзьями". И прочее такое.
   Всё это смешно, мне оно не причиняет никаких неудобств, даже веселит как всякое внимание, единственно что огорчает, это разочарование в прочности того, что "что написано пером" можно легко им же и вырубить в отличии от книги, хотя сегодняшняя книга даже не предусматривает сохранения написанного, ибо есть мусор.
   Вот всё это и рсслабляет творческую страсть, сохраняя лишь чувство идентификации сознания.
  
  
pro
  
  
  
содержание основных разделов
  
  
  
  
техническое приложение
  
  
  0x01graphig_____
    
   proba
ааббсс
   ...любой текст для сохр.
   черный
   красный
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список