Жизнь трындела когда-то, что станешь, кулёма, счастливым?
Что тужить-токовать, подтанцовывая под баланс;
козырной же своей да последней, не в строчку бодливой
отпусти сам себя без подсчёта дала-не дала...

Нет унынья в душе, ведь бодягу тащили не в коме,
и с пастельной святою, случалось, делили постель.
Снег летит в тишине, и в растянутом миге спокоен
отвисевший своё на земного неверья кресте.

Это снег виноват, фонарей ли прищур в неземное
продолжений твоих, где оттаявший вздох бытия
примирён и с несбывшимся, что камертонной виною
колебало тебя, пока дуркой орал "нихуя".

Невесом снегопад, превращающий сущего тяжесть
в из нутра с хрипотцою восторженный крик "От винта!".
Коль блажен ты в себе (отзвук будет-не будет протяжен),
то и вечность всего лишь попытка прочтенья с листа.

А попытка - не целого ли расшифровка по части,
что за хаоса стынью лампадой мигает в окне?
И на все наплевав доказательства формулы счастья,
ты уходишь за ним. А навстречу идти будет снег...