Пока не пробил час души - 
воздай же телу и греши,
чтоб и душе что вспомнить было
в своей надмирнейшей тиши.

ХХХ

Пошамань, язычница, мне, пошамань:
я не зря же ехал в эту глухомань.
В бубен бей, но предскажи в судьбе
лишь себя, а остальное затумань.

ХХХ

Я читал тебя по Брайлю,
и, озвучивая, брали
пальцы ноты междометий
и прелюдии играли...

ХХХ

Сумбур. Слеза. Салон. Среда.
Стишок. Стрелец. Суфле. Седан.
И в декольте озябла грудь
от предвкушения стыда.

ХХХ

Ты пахнешь свежескошенной травою,
и я в тебя зарылся с головою;
и мир пропал во тьме, светла одна постель,
что залита твоих глаз синевою.

ХХХ

Покорно следуя влеченью,
я стал твоей виолончелью,
попав в прелестнейшее место,
где даже гаммы не мученье.

ХХХ

Ты - вождь, я - спутник: кружит фуга
прикосновений и испуга,
пока неумолимо стретто
не втиснет нас взахлёб друг в друга.

ХХХ

В точке, от которой нет возврата,
ощутила вдруг, что ты крылата,
поднимаясь с опрокинутым лицом
над постелью, где была распята.