# Богема

Наталья Станиславовна Рыжкова

7 место на конкурсе "Золотой Кубок-3"

От бестолково столкнувшихся друг с другом стаканов по мастерской поплыл тяжеловатый запах мадеры.

- Не проливайте - последняя бутылка крымской, - постучал пальцем по столу один из пирующих.

- Ничего, Андрюха, летом махнём на пленэр в Коктебель, закупим ещё. Да, Маришка? - игриво обратился к пикантной брюнетке хозяин мастерской.

- Поговорю с папулей, пусть организует ведомственный дом отдыха, - кивнула девушка и потянулась за кусочком рыбы из консервной банки.

- До лета ещё дожить нужно, - буркнул тот, кого назвали Андреем.

Из полумрака вышла ещё одна девушка и подошла к большому окну. Провела пальцем по стеклу, в который уныло брызгал ленинградский дождь, и одним глотком допила вино в стакане. Остальные трое не могли отвести от неё глаз: мужчины с восхищением, брюнетка Марина - со смешанными чувствами. Пожалуй, злой огонёк в глазах склонял эти чувства в сторону недобрых.

Красота юной особы не требовала никаких ухищрений или добавлений. Она выглядела царевной из сказки даже в вязаном свитере и узких чёрных брючках. Поставив стакан на подоконник, она вздохнула:

- Олежки долго нет.

В ответ распахнулась старая дверь, и в мастерскую ворвался смерч, от которого в разные стороны летели мокрые шляпа и плащ, а возмущённые выкрики перекрывали стук капель по старой крыше.

- Нет, вы даже не представляете! Какая дрянь!

Красавица оторвалась от окна и подбежала к вошедшему.

- Олежка, что с тобой? Мы заждались...

- Тварррь! - прорычал он в ответ, - Это ты, Женька, виноват! - резко отодвинув девушку, Олег сжал кулаки и повернулся к хозяину мастерской.

Тот поперхнулся вином и закашлялся.

- Ты чё, дружище?

- Меня в "Большой дом" таскали!

Марина, Евгений и Андрей застыли в немой сцене, а красавица, преданно заглядывая в глаза пришедшему, спросила:

- Куда?

- На Литейный, дура!

Отмахнувшись от подруги, Олег шумно вдохнул воздух и прошипел:

- Кто настучал, а? Да я и так знаю, - указующий перст упёрся прямо в носик Марины, - это ты, сука! Папаше своему настучала!

- Да ты что! - Марина тряхнула копной чёрных волос, свисающих прядями на лицо, - Я ни словечка!

- А больше некому, - уже спокойнее ответил Олег, - Женька и Андрюха отпадают - двенадцать лет дружбы в Фонтанку не выкинешь. У Ланки на такое мозгов не хватит. Думаешь, я сам на себя донос накропал? А у тебя папуля в конторе большой человек...

- Сколько раз повторять - отец не связан с Литейным! Он всю жизнь по оперативной части!

Андрей подскочил к девушке и схватил её за шею:

- Слушай, цыпа, твой папахен - легаш, а они все одним миром мазаны, так что...

- Э-э-э, руки прочь! - Евгений оттолкнул друга от девушки, - Как можно применять силу к женщинам? И потом, сказано тебе - она не стукачка.

- Ты вообще помнишь, кому по пьяни рассказывал о заветной мечте покинуть родину? - насмешливо протянул Андрей.

Олег обмяк, отпустил Марину и потрепал её по и без того спутанной прическе.

- А, плевать! Думают, напугали меня, с-суки! Намекали, что попрут из союза, и я останусь без заказов. Налейте мне! - он выпил вино одним глотком, - Без обид, Маринка. Не ты - значит, не ты. Найду сволочь - убью.

-У тебя Олежка, есть странная привычка сначала говорить и - что хуже - делать, а потом думать. Последствия подобной безалаберности могут быть печальными, - Андрей уже не подсмеивался, а говорил совершенно серьёзно.

- Ребята, а давайте ещё хряпнем, - Евгений ловко разлил остатки вина и раздал стаканы.

Марина, потирая шею, чокнулась с Олегом:

- Ладно, мир. Но про убийства ты лучше не болтай. Я вчера подслушала папулин разговор. Оказывается, псих в городе орудует. Здесь, в центре. Сначала по голове бьёт чем-то тяжелым, а потом душит бельевой верёвкой, во как!

- Ух! - Лана прижалась к Олегу, - Страсти какие!

- А власти, конечно, скрывают от народа! - процедил Олег.

Андрей аккуратно, чтобы не запачкать костюм, поднёс ко рту сардину. Друзья насмешливо следили за ним.

- Чисто пэр Англии, - захохотал Евгений.

- Смейтесь, смейтесь, а мне пора привыкать к благородным манерам...

Андрей потянулся за портфелем, извлёк бутылку армянского коньяка и торжественно поставил посередине стола.

- Та-а-ак, - Олег потёр подбородок.

Евгений и девушки ждали продолжения.

- Меня утвердили. Еду на конференцию в Чехословакию.

Поздравления перемежались с возлияниями, расспросы - с восхищениями от открывшихся для друга возможностей. Через час градус настроения значительно повысился. И даже Андрей сбросил пиджак и избавился от галстука.

- Музыки не хватает, - Лана оглянулась на новенький магнитофон, - такая красотища! Страшно прикасаться...

- Ага, предки подарили. Мамуля из Парижа привезла, - Марина небрежно отбросила со лба чёлку, - а мне он дома зачем? И потом - всё равно у нас с Женькой скоро всё общее будет... Ой! Забыла! Я же принесла новую музыку!

Она подскочила к магнитофону и нагнулась над блестящими кнопками. Остальные окружили её плотным кольцом.

- Главное не перепутать, - бормотала девушка, - это новая модель, тут есть функция записи. Надо будет попробовать себя записать. Но лучше пока не трогать - можно стереть то, что на бобине - я уже наворотила дома . Ага, разобралась!

По мастерской полились рокочущие звуки:

"La boheme, la boheme

Ca voulait dire tu es jolie

La boheme, la boheme

Et nous avions tous du genie"

/Богема, богема -

Это значило - ты прекрасна.

Богема, богема -

В каждом из нас жил гений/

- Обожаю Азнавура! - взвизгнула Лана, - могу его сутками слушать.

Олег шлёпнул её по круглой попке.

- Обожаю слушать твои изречения! В них столько мудрости!

Нисколько не обидевшись, Лана соблазнительно задвигалась под музыку.

- Я перевод инструкции сделала. - Марина достала из сумочки машинописные листы, - Ни у кого такого нет! - не удержалась она от детского хвастовства.

Кроме Ланы все вернулись к столу и выпили за творческих личностей. Затем за присутствующих творческих личностей. Вспомнили о прекрасном, и выпили за дам. Затем - за присутствующих дам.

Андрей забыл о чопорности и полностью слился со средой.

- Да, парни, признаюсь, ещё в "Репе" я вам завидовал. Женька маньяк, Олег балбес, но талантища! А я что? Так, мазила. Но теперь... - Андрей блаженно улыбнулся и откинулся на спинку.

- Уже не завидуешь? - Олег и Женька одновременно повернулись к другу.

- Не-а. Живопись не для меня.

- Это ты не для неё, - фыркнул Олег.

Некоторое время Андрей рассматривал трещины на потолке, потом согласно кивнул.

- А я не обижаюсь. Не художник - ну и что? Искусствовед - тоже неплохо. Вы ещё ко мне прибежите, чтобы я статью о вас написал. И знаете что? - он улыбнулся почти по-детски. - Я напишу. Я буду вас хвалить, парни. Я вас открою... И потом... Вас за границу ещё лет десять не выпустят... Олеже теперь даже Болгария не светит. А я - еду, вот так! - он щёлкнул пальцами.

- Не выпустят, не выпустят, - забормотал Олег, и воспоминания о неприятном разговоре на Литейном всколыхнулись с новой силой. Он стукнул кулаком по столу.

- Всё равно сбегу! Я вырвусь из этой тюрьмы народов!

- Ш-ш-ш! - Евгений потряс друга по плечу, - вдруг тут прослушка?

- Ты думаешь? - мутным взглядом Олег обвёл мастерскую. - Ты же преданный слуга режима. А невеста твоя - генеральская дочка. Скорее, в моей поставят.

- Вообще-то, могли, - понизил голос Андрей, - новый шеф "конторы" рукава засучил. Слышали про "пятый отдел"? Ты, Олежка, на рожон не лезь. У тебя и так репутация подмочена.

- На---ь! Пусть слышат: я собираюсь свалить при первой возможности!

Лана, до сих пор танцевавшая под песни Азнавура, подбежала к Олегу и обхватила его за шею.

- А меня с собой возьмёшь? Олежка, я хочу с тобой за границу!

- Детка, ты ужасно милая, - Олег поцеловал девушку в щеку, - но за рубеж бегут в одиночку. Это только на Колыму вместе едут. Поедешь со мной в ГУЛАГ?

- Поеду! - радостно улыбнулась Лана.

- Ты редкостная дура, крошка. Да, но не собираюсь уходить голым и босым. Спасибо, научили разбираться в... прекрасном.

Его друзья встрепенулись и придвинулись ближе.

- Что нашёл? - Андрей заговорил совершенно трезвым голосом.

- Пошли ко мне, - Олег пытался подняться, но его качнуло. Евгений, который тоже не слишком твёрдо держался на ногах, помог ему.

Компания потянулась к выходу. Мастерские Женьки и Олега располагались рядом в старом доме под самой крышей - нижние этажи занимали заслуженные мэтры. У Олега было более уютно и чисто, потому что Лана оказалась девушкой хозяйственной. Каждая вещь стояла на своём месте, и ничего не пришлось искать и вытаскивать из сваленных в кучу разнородных предметов.

Олег торжественно выкинул руку вперёд:

- Лю-буй-тесь. Завидуйте.

Оказавшись на своей территории, Лана почувствовала себя увереннее.

- Я сварю кофе. Кто будет?

Никто не ответил: всё внимание привлекла к себе небольшая резная икона на дереве. Тёмная, в довольно плохом состоянии, но лик Христа проступал ясно.

- Спас Нерукотворный? - спросил Андрей и тут же быстро сообщил, - Новгородская школа, век примерно пятнадцатый...

- Четырнадцатый, я, по-твоему, полный идиот?

- Отреставрируй, сам увидишь.

В спор вмешался Евгений, который до сих пор, сложив руки на груди, молча любовался иконой.

- Как тебе удаётся разыскивать такие вещи? Мне тоже иногда везёт, но такая красота ни разу не попадалась. Ей место в Русском или в Третьяковке!

- А вот нет! - Олег закрыл собой икону. - Не знаю, как, но я выберусь из Союза. Икона мне понадобиться ТАМ.

- Это безнравственно! - Андрей выпрямился и набрал в лёгкие воздуха, - Ты не можешь владеть народным достоянием...

- Заткнись! - владелец народного достояния аккуратно положил икону на полку, завернув её в чистую холстину, - я за неё отдал кровно заработанные и не малые. А пропаганду можешь гнать на партсобрании.

- Ребята, я кофе сварила, - между друзьями протиснулась с подносом Лана.

Марина взяла чашку и сделала глоток.

- Крепкий! Люблю такой!

- Кубинский, - похвасталась Лана, - жутко терпкий. Не могу жить без кофе.

Олег мягко отодвинул от себя поднос.

- Я не буду, спасибо, крошка. И так бессонница замучила.

- Хочешь, дам тебе французского снотворного? - спросила Марина, - Отличное - на себе испробовала.

- Буду признателен. Что бы мы без тебя делали, Маришка? - Олег подхватил девушку и закрутил по мастерской.

Женька громко засмеялся:

- Раз пошло такое веселье, не уступишь мне, друг, Лану?

Олег немедленно отпустил Марину и насупился.

- Заказ получил?

- Цикл картин к русским сказаниям. Сам подумай, где я ещё такую красавицу найду? И потом, Ланка - идеальная модель: терпеливая и молчаливая.

- На чужой каравай... Мне самому она нужна.

- Не жмись, Олежка, обещаю в три дня управиться. Понимаешь, я эскизы уже сделал, наброски. Мне только Ланку вписать в антураж. Свои люди - сочтёмся, а?

Олег с важным видом сопел, не замечая, что Марина подаёт ему какие-то знаки.

- Ну, хочешь, я буду ей лекции по искусству читать? Повышать, так сказать, культурный уровень.

- Я сам могу ей лекции читать... Ладно, три дня - не больше. У меня тоже заказ - не такой жирный, но на пирожные в "Восточных сладостях" хватит.

- Замётано! Андрюха, придёшь завтра посмотреть на эскизы? Хочу услышать твоё мнение.

- Освобожусь ко второй половине дня. Вы к этому времени закончите?

- Да, со светом сейчас не очень, так что начнём утречком, а после четырёх и смысла не будет.

- У меня с утра занятия аспирантуре, - вздохнула Марина, - а хотелось бы присутствовать.

- Это зачем ещё? - удивился Женька.

- Посмотреть, как Ланочка будет... позировать, - хихикнула девушка, но жених прижал палец к губам, сделав "страшные глаза" в сторону Олега. Марина подмигнула ему и сменила тему.

- Олег, тебе надо поставить на дверь хороший замок. Такие ценности хранить в мастерской опасно.

- Да кто сюда заберётся? Даже голуби сверху не могут - чердак заколочен. Хотя стоит спрятать надёжнее.

- Подумай, пока до тебя не добрался убийца, или просто любитель стащить чужое. Да! Пойдём, снотворное тебе отсыплю.

Компания распалась. Марина увела Олега в мастерскую Женьки, сам Женька что-то объяснял Лане по поводу завтрашней работы. Андрей мрачно косился на полку с иконой и что-то бормотал про себя, потом побрёл вслед за Мариной и Олегом.

Наутро Женька встретил Олега и Лану на пороге своей мастерской свежий и бодрый.

- За работу, за работу!

- Не ори! - поморщился Олег и зевнул, - Хорошее снотворное у Маринки, так и спал бы, но заказ сам не выполнится. Покажи, что там у тебя?

Женька отступил, пропуская друзей, и потёр руки. Посередине мастерской на подиуме располагалось старинное корыто с водой. Вокруг стояли рефлекторы.

- Это что такое? - Олег огляделся, - Ты что удумал?

- Твоя Ланка будет царевной Волховой. Мне надо её показать в воде - как Садко увидел.

- Ты псих! - возмутился его друг, - Сколько она должна пролежать в воде? Пять часов?

- Не, часа три хватит. Видишь, я рефлекторы поставил - они воду подогревают. Не замёрзнет!

- Ой, Олежка, это интересно, - пролепетала Лана, - я в воде ещё не позировала. А если у меня будет кофе, то и вовсе хорошо.

- Тьфу! Знал бы, что ты готовишь, ни за что не отпустил её! - Олег повернулся к подруге, - Ладно, героиня от искусства! Пойду, сварю тебе кофе.

Резко повернувшись, Олег вышел из мастерской, хлопнув тяжёлой дверью.

- Последний раз он варил мне кофе после нашей первой ночи. - улыбнулась Лана, - Так что я должна делать?

- Переоденься, вот тебе роскошная рубашка, Маринка у своей бабули старинную стащила - для дела. И залезай в корыто. Придётся волосы намочить - мне надо схватить пряди в воде.

Когда Олег вернулся с джезвой и чашкой, Лана уже удобно расположилась в корыте:

- Водичка тёпленькая, даже приятно. В сон клонит.

Олег недовольно хмыкнул и хотел что-то сказать, но Женька уже ушёл с головой в работу. Его друг понял, что все колкости пропадут втуне и ушёл к себе.

Лана протянула руку за чашкой, отхлебнула и довольно вздохнула.

- Ты собирался мне что-то рассказать про искусство, - напомнила она Женьке.

- А, да. Расскажу тебе о том, как создавалось общество Передвижников...

Андрей нагнал Марину на последнем пролёте и, бесшумно подкравшись, схватил девушку за плечи.

- А-а-а! - вскрикнула та, - Ненормальный! Здесь и так страшно.

- Я уби-и-ийца, который душит оглушённых же-е-ертв!

- У тебя хорошее настроение - такая редкость!

- Да, прошёл инструктаж на выезд. И освободился рано.

Они подошли к двери Женькиной мастерской. Дверь была приоткрыта, изнутри раздавались какие-то странные звуки. Переглянувшись обеспокоенно, Марина и Андрей вошли. Перед подиумом на коленях стоял Евгений и, прижав руки к лицу, и не то стонал, не то плакал.

- Женя, что с тобой? - Марина подбежала к жениху, протянув руки, но остановилась возле него и закричала. Спотыкаясь о рамы и багеты, Андрей рванул к друзьям. В корыте под водой лежала Лана. Мокрые волосы обвивались вокруг шеи и плеч, лицо казалось серым.

- Что это? - прорыдала Марина, - Как это получилось?

- Я, я виноват, - Женя раскачивался взад-вперёд, обхватив голову руками.

Марина замолчала, глядя перед собой. Потом опустилась на пол рядом с женихом.

- Послушай меня. Это не твоя вина, ты понимаешь?

Евгений трясся, прижавшись лбом к тёплому боку корыта. Рядом с ним жалобно звякнула кофейная чашка на подиуме, которую он задел рукавом рабочего халата.

- Что произошло? - наконец выдавил из себя Андрей.

- Не знаю... Не понимаю... - прошептал Женька.

- Я сейчас... Мне надо выйти. - Андрей отступил к двери.

- Куда? - взвилась Марина, - Сбежать хочешь?

- Нет... Я на минуту. К Олегу надо зайти, да? - он жалобно посмотрел на девушку.

- Пошли вместе, - Марина схватила Андрея за руку, и тот понял, что вырваться ему не удастся. Проклиная всё на свете, он побрёл в мастерскую Олега. Марина дышала ему в затылок. В темноте коридора они не сразу увидели, что дверь распахнута.

- Олег! - крикнул Андрей. - Ты нам нужен!

В ответ - ни звука. Постояв несколько секунд на пороге, они дружно шагнули внутрь. Первое что бросилось в глаза - несвойственный мастерской Олега беспорядок. А потом они увидели самого художника - он лежал возле мольберта, уткнувшись лицом в пол, на шее его была затянута верёвка.

Марина опустилась на пол, её трясло. Андрей отступал назад, споткнулся на пороге и с трудом удержался на ногах.

- Пошли отсюда, - прошептал он сухими губами.

- К-к-куда? - зубы Марины выбивали дробь, - там Лана... Здесь - Олег. - она тихо заплакала. Но нашла в себе силы подняться и маленькими шашками вдоль стенки добралась до двери.

На пролёте Андрей отдышался, держась за перила. Марина с тоской смотрела на дверь Женькиной мастерской.

- Надо звонить в милицию, - выдавила она.

Андрей помялся.

- Слушай, я вот что хотел сказать... Нет, конечно, в милицию надо, но... Я ведь не причём. К твоим словам мне добавить нечего, а я попаду в такое дело...

- Боишься, что сорвётся поездка в Чехословакию?

- Ну... Ты же понимаешь... Слушай, я пойду, а? А после возвращения, если хочешь, смогу всё подтвердить.

- Бросаешь нас с Женькой, да? Разбирайтесь сами, ребята, да?

- А почему бы и нет? Я никакого отношения не имею...

- У нас на руках два тела, а ты думаешь о своей командировке!

- Да, думаю! Ты своему папуле позвонишь, и он крыльями замашет. Ни тебе, ни Женьке ничего не грозит, кроме допросов. А меня прикрывать некому! - в голосе Андрея зазвучала злость.

- Если ты сейчас уйдёшь, я тебя сдам!

- Дрянь!

- Мерзавец!

Повисло молчание, Андрей тяжело дышал, Марина подождала немного и уже без ярости спросила:

- Как ты думаешь, что здесь случилось?

Андрей снял пижонскую шляпу и осторожно встряхнул, но капли дождя уже впитались в ткань.

- Мы видели - что, - буркнул он, - Олега убили, пока он рисовал. Убийца тихо пришёл и тихо ушёл, но возможно, его кто-то видел на нижних этажах. Милиция быстро выяснит. А Лана...

- С Ланой всё понятно, - Марина властно перебила его, - несчастный случай.

Андрей потёр ладонью старинное дерево перил и кивнул:

- Согласен. Других вариантов я не вижу. Но не понимаю, как...

- Сейчас! - Марина рванулась в мастерскую, поколебавшись немного перед дверью, но потом решительно распахнула её.

Через несколько минут она вернулась, ведя за собой Женьку, который, пошатываясь, оглядывался назад и всхлипывал. Марина осторожно усадила жениха на ступеньку лестницы.

- Нам надо решить, что мы будем говорить следователю. Вероятно, Лана утонула.

Женька вздрогнул и обхватил голову руками.

- Поверить не могу! Марина сказал, что Олег убит, а Лана... Как я мог? Я не заметил, что с ней случилось!

- Вот! Именно так и было! Ты не заметил, как Лана утонула, потому что ушёл в работу.

- Бред! - возмутился Андрей, - Как она могла захлебнуться?

- Она заснула. Ты никогда не принимаешь ванну? А я задрёмывала в тёплой воде.

- И если бы ты ушла под воду, то не заметила этого? - фыркнул Андрей, - Никакой следователь не примет всерьёз твои слова. И возьмётся за Женьку.

- Я её не убивал! Я бы пальцем её не тронул! - художник прижался разгорячённой головой к стене.

- Но в мастерской был только ты. - Андрей не обращал внимания на злые взгляды Марины, - Они решат, что ты её утопил... Скажем, в порыве страсти или в момент временного помешательства.

После этих слов пришлось отбиваться от девушки, пытавшейся вцепиться ему в лицо.

- Отстань от меня! Я же не говорю, что так и было! Просто поставил себя на место следователя. Да любой, кто не знает Женьку, так подумает.

Марина отступила назад и оглянулась на жениха, который, кажется, не видел и не слышал ничего.

- Ты прав, - пробормотала она и, помолчав, тихо спросила, - но ты же поможешь нам? Расскажешь следователям, какой он - Женька?

- С чего бы? - процедил Андрей, - Ты мне жизнь сломала, а я под твою дудку плясать должен?

- Но Женька твой друг! Я же не о себе прошу!

Андрей покосился на художника и заколебался. Но обида на Марину и разочарование от рухнувших в одно мгновение планов победили.

- Скажу, что видел своими глазами. Не могу говорить того, о чём не знаю. У нас не накажут невиновного. В милиции разберутся. И вообще, - он не удержался от мести, - вдруг это ты её утопила?

Девушка застыла в ужасе, не силах возражать.

- На самом деле, я уверен, что Женька никогда бы не убил Лану - для него женщина неприкосновенна.

- Ты соображаешь, что говоришь? - выдавила Марина, - Мы же встретились на площадке! И за что я могла убить Ланку? Она же безмозглая корова!

- Но очень красивая корова! Ты приревновала к ней Женьку. Вошла неожиданно, допустим, а они тут...На Женьку ты цыкнула, утопила девчонку, вышла из мастерской, подождала меня на площадке и сделала вид, что поднимаешься. Кстати, состояние Женьки и его слова, что виноват он, отлично ложатся в эту версию. Пожалуй, я готов изложить её следователю. Да-да, пора звонить в милицию.

- Сволочь! Какая же ты сволочь! - в отчаянии Марина заметалась по площадке. Кусая губы, она смотрела, как Андрей спускается вниз, - Подожди! Постой!

- Не вижу причин, - бросил он снизу, - мне надо выручать своего друга.

Марина перегнулась через перила.

- А Олег? Ты забыл? Если всё было так, как ты говоришь, как могли убить Олежку?

Неохотно Андрей вернулся, пожимая плечами.

- Его убил тот преступник. Ты сама рассказывала. Тут всё понятно.

- Да, да! Но как? Если я бегала туда-сюда, то заметила бы его? Тут негде прятаться, выхода на чердак и крышу нет.

- Можно поспорить. Первое возражение - это бывалый преступник, который наблюдал за тобой, он мог некоторое время прятаться в мастерской Олега, после того, как убил его. А уйти мог, пока ты убивала Лану. Кроме того, мы же не знаем, когда убили Олега. Я подошел сюда около часа. Женька собирался приступить к работе часов в девять утра. Четыре часа... А ещё одно возражение тебе о-о-очень не понравится.

- Слушаю тебя, - Марина горько усмехнулась

- Ты кого-то видела, что-то заметила. Но так как именно ты убила Лану, то теперь у тебя нет выбора - ты не можешь об этом сообщить, чтобы не выдать себя! К тому же твоя уверенность, что Женька не имеет отношения к смерти Ланы...

- Да я просто знаю, что он не мог! И ты, скотина, это знаешь!

- Ага. Потому что знаком с Женькой много лет. И бывали мы с ним в разных ситуациях. Но ты... Хотя бы капля сомнения... Нет, ты сразу и твёрдо сказала, что он не причастен.

- Ты про любовь что-нибудь слышал? Про отношения между близкими людьми? О, о чём это я? Андрей, будь человеком, помоги мне. А я обещаю помочь тебе: попрошу папу, чтобы он поговорил, с кем надо... Ты поедешь в Чехословакию.

- Не знаю, не знаю... Что я могу сделать? Пока я вижу только то, что ты - единственная могла утопить Лану.

- Да не топила я её! Кажется, я знаю, что случилось. И кто её убил. Только... Могут не поверить, а это правда. Мне надо, чтобы ты подтвердил мои слова, понимаешь?

- И кто же убил Лану?

- Олег, кто же ещё?

- Не смешно.

- И тем не менее. Пошли, покажу кое-что.

Марина схватила Андрея за руку и потащила в мастерскую Женьки. Сам художник вдруг поднялся со ступеньки и вполне осознанно спросил:

- Вы куда? Там же Ланка... Нельзя.

Девушка подхватила его под руку.

- Женечка, пойдём. Я покажу, что случилось. Ты поймёшь, что не виноват.

Они осторожно протиснулись в мастерскую. Было тихо, за окном по-прежнему барабанил дождь, от порывов ветра с Невы капли падали тяжелее на железную крышу, стучали в большие окна старинного здания.

Марина обошла подиум вокруг.

- Вот она! Я же помню, что тут стояла. Смотрите.

К подиуму подошёл только Андрей, Женька затряс головой и сел на колченогий стул возле заваленных полок.

Марина указала на пустую чашку из-под кофе.

- Сказать не могу, как мне жаль! Если бы я знала, что так будет...

- О чём ты? - Андрей наклонился и потрогал корыто сбоку, осмотрел рефлекторы.

- О том, что я отдала вчера Олегу снотворное. Хотела дать пару таблеток, но он отсыпал... много. И сказал, что хочет подшутить над Женькой и Ланой. Женька всегда говорил, что Лана - хорошая модель, вот Олежка и придумал усыпить её и подсыпал ей в кофе снотворное. Я его отговаривала, но ты же знаешь - он никого не слушает. Чашку трогать нельзя - в милиции проверят остатки и отпечатки.

- Понимаю... Лана выпила кофе и вскоре заснула. И тёплая вода сыграла роль. А дальше?

- Женька работал, ничего не видел, не слышал. А когда подошёл, было уже поздно.

- Согласен. Под действием таблеток Лана тихо ушла под воду. Смотри - рефлекторы стоят впритык к корыту. Если бы вода выплеснулась, она попала бы на спираль накаливания, могло быть замыкание. Но они все в порядке.

- Ага! Значит, версия, что я утопила Лану, теперь тает в воздухе?

Андрей поморщился.

- Брось, я это говорил несерьёзно. Конечно, теперь всё стало на свои места. Но я-то тебе зачем?

- Ты скажешь, что тоже присутствовал при том, как Олежка сгрёб мои таблетки. И подтвердишь, что он очень не хотел отпускать Лану к Женьке. Когда два человека говорят одно и то же... Ты понимаешь?

Андрей задумчиво смотрел на Марину. Потом оглянулся на друга, забившегося в угол. Художник сгорбился и уныло следил за стекающими по стеклу каплями.

- Само собой, понимаю. Неприятностей будет ворох, но все же... Не было злого умысла... Да, его не было. Одно меня беспокоит - почему я так тебе понадобился? Боишься ты чего-то, Мариночка...

- Я тебе всё честно рассказала...

- Не верю. То есть - почти всему верю. Олежка действительно взял у тебя таблетки, только не было у него мысли подсыпать снотворное Ланке. Это ты его надоумила.

- Ничего подобного! - девушка глубоко вздохнула, но Андрей не стал дожидаться её возмущенных криков.

- Забыла, что с Олежкой я ещё в художественную школу ходил. А потом встретились на вступительных экзаменах. Наш Олежа, подсыпающий снотворное в кофе подружки - это из сказки Андерсона. Да и никто из нас до такого не додумался бы. Ты хотела над Ланкой посмеяться, вот и накрутила Олега.

Памятуя о взрывном характере Марины, Андрей на всякий случай отошёл от девушки и выставил вперёд руки. Но она не полезла драться, а почему-то замолчала, теребя концы платка, обмотанного вокруг высокой причёски.

- Я даже вникать не хочу, что ты там себе придумал. Но если вдруг ты решишь этот бред пересказать следователю, то я тоже выскажу свои соображения.

- Да ты что? Самое страшное для меня, если поездка сорвётся. А чем ещё ты можешь меня напугать? Следователь разберётся, что я ни в чём не виноват.

- Гордишься тем, какой ты умный, да? Думаешь, я не знаю, что ты презираешь Женьку и Олежку. И считаешь, что ты карьеру сделаешь быстрее, чем они своим талантом. В партию вступил, статьи пишешь правильные! И посмеиваешься про себя - пусть эти художники бьются головой о стену! А ты всё равно выше их, ты - в обойме!

- Мадемуазель, зажигательность вашей речи обратно пропорциональна её смысловой нагрузке...

- Я тоже не дура, между прочим, и кое-что заметила. Ты очень хорошо разбираешься в делах "Большого дома". Нос по ветру держишь, да? И как-то эта поездка сложилась быстро.

- Я много работал, в отличие от некоторых у меня нет высокопоставленных родичей.

- Обойдёмся без намёков. Это ты стучал на всех, я давно подозревала. А поворот с конференцией в Чехословакии всё расставил по местам. Олежка бы тебя не простил. Он бы тебя размазал по стенке.

- Домыслы, а где доказательства?

- Доказательства? Олега убили! Я вчера поделилась с вами по секрету, ты намотал на ус. Рано или поздно Олег всё равно бы узнал, что ты - доносчик. Тебе пришлось бы покинуть Ленинград, потому что ни один художник не стал бы иметь с тобой дела. Кроме того, вы с Олегом стали идейными врагами. И ты решил его убить, обставив всё по моим словам. Папуля мне много рассказывал о расследованиях. Например, сегодня идёт дождь, значит, будут искать следы - на лестнице, в мастерской... Во всех мастерских. А может, убийца разулся на площадке - не сомневайся, всё выяснят.

- Двумя руками "за"! Потому что никаких моих следов они не найдут. Отпечатки - да, так ведь я у Олега бываю почти каждый день, там везде наши отпечатки. И ещё: время убийства. В милиции установят его, пусть не до минуты, но довольно близко. А я был на инструктаже, и время моего прихода-ухода отмечено сама знаешь где. Так что основной свидетель Женька. С него и спрос - и за Ланку, и за то, что никакого шума не слышал. Женька, ты что-нибудь слышал?

Художник поднял голову.

- Нет, не слышал. Я работал и рассказывал Лане о художниках. Первым делам волосы и лицо схватил. Потом отодвинулся с мольбертом ближе к окну, кое-что правил. Думал, Ланка меня слушает. Да она и не болтливая, всегда молчит. Я и представить не мог...

- Вот. Единственный свидетель! А моё дело - сторона. - Андрей демонстративно сложил руки на груди.

- Свинья! Ненавижу тебя! - Марина схватила небольшую табуретку и запустила ею в Андрея.

Тот отшатнулся и налетел на стоявший у стены магнитофон. В магнитофоне что-то щелкнуло, он включился на последнем аккорде какой-то песни.

- Ш-ш-ш-ш-ш, - зашелестела бобина.

От этого звука почему-то стало неуютно. Андрей, потирая ребра, отодвинулся дальше.

- Учти, если он сломан, это не моя вина. Я ничего оплачивать не стану.

- Нет, он работает, - пробормотала Марина, - так бывает, когда запись стирают. Наверное, Женька случайно что-то нахимичил. Но сейчас это не важно.

- Ты думаешь? - Андрей быстро прошёл к подиуму, и зачем-то заглянул в корыто. Затем подтащил мольберт к подиуму и встал за него. Женька вдруг встряхнулся и следил за другом. Марина стала рядом с женихом и положила руку ему на плечо. Магнитофон никто не выключил, и он продолжал шипеть пустой бобиной.

- Я, конечно, слабенький художник, но кое-какое образование все же получил. - Андрей повернулся к Женьке, - Мольберт стоял слишком далеко от подиума - понятно, почему ты не уследил за уснувшей Ланой. Но зачем так далеко от модели?

- Ты о чём? - разжала губы Марина и усмехнулась, - Новая версия появилась?

- Увы, да. Не бросайся на меня раньше времени! Смотри: утонувшая Лана, стёртая запись песен, лекция о художниках, убийство Олежки по твоему рассказу. Женька ведь не знал, что Лану напоят снотворным?

Широко открыв глаза, Марина покачала головой.

- Вот. Две смерти одновременно. Женька включает магнитофон с записью своего голоса и полагает, что дремлющая Лана вполуха слушает. Сам же он тихо выходит, убивает Олега и возвращается назад. Стирает свою запись, потом подходит к Лане... Но она уже утонула.

- Псих! Ты соображаешь, что несёшь?! Женька убил Олега... Зачем?

- Спас Нерукотворный - вот зачем. Старинная икона - редкая, прекрасная. Я уверен, что в мастерской Олега иконы нет. Женька, ведь так всё и было?

- Женька, скажи, что всё это чушь! - выкрикнула Марина одновременно с Андреем.

Художник сидел молча, и было непонятно, слышал он их, или нет. Девушка закрыла лицо руками и покачивалась в такт звукам бобины. Вдруг шипение прекратилось, и под тихий аккорд Шарль Азнавур допел:

- La boheme, la boheme

Ca ne veut plus rien du tout. /Богема, богема - это больше ничего не значит/.