Свет Жанна Леонидовна: другие произведения.

Длинная сказка с невнятным концом

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Гроза бесилась всю ночь, радостно пользуясь отсутствием помех: Солнце сдало дежурство Луне и ушло за горизонт, а с Луной очень легко и просто справились лазутчики - черные тучи, - которые были плохо видны на фоне ночи, смогли подкрасться к ночному светилу незамеченными, сгрудились вокруг него, навалились и устроили свалку, как при игре в американский футбол. Лунное сияние было погребено в этой свалке полностью - ни один лучик не сумел пробиться наружу.
  
  Вот тут-то гроза и разгулялась! Она колошматила деревянной кувалдой по пустым бочкам из-под дождя и опрокидывала полные, она трясла в воздухе огромные листы толстой жести, швыряла их на кучи битого кирпича, а потом расстреливала их гигантскими бутылками с греческим огнем, и содержимое этих бутылок выплескивалось наружу, озаряя сполохами половину неба.
  
  Время от времени, устав и проголодавшись, гроза совала два пальца в розетку, чтобы подзарядиться, и тогда ее начинало трясти, по телу ее проносились с оглушительным треском синеватые искры невероятных размеров, мир вспыхивал в их мертвенном свете, а небо, казалось, лопалось с оглушительным звуком.
  
  Молнии били в замершую от ужаса плоть пустыни, струи дождя - каждая с тихоокеанскую волну - спрыгивали с туч, как парашютисты-десантники, на пересохшую за лето глину, ввинчивались в нее, размывали, извиваясь ползли по-пластунски, проделывая в ней извилистые ходы и промоины.
  
  - У-лю-лю! - вопила гроза, - эге-гей!
  
  Пустыня застыла, затихла, прислушиваясь к этим воплям и стараясь не попасться грозе на глаза, чтобы не стать дичью.
  Очень уж любила гроза охотиться.
  
  Завидев жертву, она, не выпуская пальцев одной руки из розетки, чтобы не потерять ни одного электрона, другой рукой принималась бить по объекту охоты длинными, уже не стрелами, а копьями молний и раскатисто хохотала при этом.
  Она шла напролом через какие-то небесные посадки, трещавшие под ее безаппеляционной поступью, поджигала на Земле все, что было в состоянии гореть, и не отставала от жертвы, пока, наконец, цель не бывала поражена.
  Вот и пряталось все живое и шевелящееся по норам и расщелинам, дуплам и пещерам.
  
  Лучше всего было людям: они могли забраться в свои теплые дома под прочные крыши, за крепкие стены, и там дожидаться окончания бесчинств грозы, которая ведь должна была когда-нибудь устать или соскучиться.
  
  Именно так и поступила Джо.
  Когда раздался первый удар грома, она плотнее завернулась в одеяло, свернулась клубочком и стала слушать небесную канонаду, думая о том, как плохо сейчас всем, кто оказался под открытым небом.
  
  Собаки в ужасе прибежали к дверям спальни и скулили там, умоляя о помощи и защите. Пришлось встать и открыть им дверь. Испуганные и отчаявшиеся, они с благодарными лицами влетели в комнату, облизали Джо руки и ноги и полезли под кровать, где, специально для таких случаев, были постелены им коврики. Там они и затихли, лишь поскуливая изредка, если шум за стенами дома казался им особенно оглушительным.
  
  Джо снова умостилась в постели и незаметно для себя уснула.
  Нужно было признаться, что она любила грозы - их неистовство, их свет, ливни, которые они приносили с собой - и не боялась их.
  
  Вот и в этот раз она крепко спала под грохот и треск. Спать было вкусно: ровно шумел дождь, свежий и ароматный, напоенный электричеством, воздух вливался в приоткрытое окно, и просто грех было бы мучиться бессонницей - Джо и не мучилась.
  
  Только уже под самое утро ей показалось, что гроза вызвала обвал всей пустыни - такой ужасающий грохот раздался за стенами дома, так дом затрясся и заскрипел.
  Особенно яркий всполох взлетел к небу с Земли, комната озарилась неправдоподобно пронзительным светом, словно в окно направили мощный прожектор, и гроза стала утихать, удаляться, волоча за собой шлейфом сильный, но не неистовый, мерный дождь.
  Его стук опять усыпил Джо, и дальше она спала уже до девяти часов утра - она всегда спала до этого времени.
  
  Как это обычно и бывает после гроз, утро было тихим солнечным и лучезарным.
  Джо быстро справилась со всеми утренними процедурами и поскакала по лестнице на первый этаж, где ее уже ждали собаки, сгрудившиеся возле входных дверей - им не терпелось вырваться на волю и побегать после вынужденной неподвижности ночи.
  
  Они выскочили в сад первыми, и тут же раздался их истерический лай с подвыванием и стонами. Так они, обычно, лаяли, когда мимо двора вели на прогулку их злейших врагов - больших собак: пятнистого дога Цезаря, золотого ретривера Ники и амстаффа Лорда.
  Но даже и в этих случаях они не лаяли с таким ужасом и отчаянием, как сейчас.
  Джо поспешила выйти, чтобы посмотреть на причину таких громких эмоций, и оторопела. Она и сама бы сейчас залаяла с подвыванием, рычанием и хрипами, но голос пропал, и она стояла молча, окаменев, как жена Лота.
  
  В саду перед домом лежал дракон.
  
  Джо сорвала противосолнечные очки. Это не помогло - дракон никуда не делся, продолжал лежать, как ни в чем не бывало.
  
  Джо он показался огромным: занял собой всю площадь перед домом, - около двух соток - так что о саде можно было забыть. Все деревья и кусты были подмяты животным, изломаны и частично сожжены.
  
  Джо, совершенно не вовремя, задумалась, можно ли считать дракона животным, но от этих, неуместных в данный момент, раздумий ее отвлекли собаки, которые уже изнемогали, скача вокруг дракона, лая и хрипя.
  
  Она взяла на руки Клепу, та благодарно лизнула Джо в щеку, а Пухля и Эля продолжали лаять, но стали держаться поближе к хозяйке.
  
  
  Дракон был трехголовым. Одна голова оглядывалась со смущенным выражением на - "Лице?", - подумала Джо.
  Создавалось ощущение, что дракон пытался взглянуть на окружающее пространство глазами Джо и понимал - зрелище неприглядное.
  
  Вторая голова внимательно следила за собаками и время от времени тихонько вздыхала. При каждом вздохе в во дворе становилось ощутимо теплее, начинало пахнуть дымом, собаки отскакивали от дракона и с визгом кидались к Джо, чтобы через мгновение возобновить свои поношения незванного визитера.
  
  Третья голова смотрела на Джо большими миндалевидными глазами, опушенными длиннющими ресницами. Джо впервые видела такие ресницы у ...она решила считать дракона животным...значит, у животного.
  
  Выражение глаз у этой третьей головы было странное: вроде бы, и смущение сквозило в них, и вызов легкий чувствовался, и некоторая доля опасения, хотя, если вдуматься, какие основания бояться маленькую Джо были у этого монстра!
  
  Как ни странно, но дракон понравился Джо, и она с удовольствием осмотрела его зеленую, переливающуюся бронзой, спину, мощный гребень на спине, сияющий в солнечном свете, как частокол из остро отточенных мечей, сработанных для великанов, кривоватые передние лапы, возвышающиеся чешуйчатыми колоннами, огромные когти, наполовину ушедшие в раскисшую после дождя землю.
  
  Хвост чудища не был виден Джо , зато во всей красе ей открывалась драконья грудь, более светлая, чем спина, широкая, закованная в чешую и украшенная чем-то, похожим на плетеное сетчатое ожерелье из бриллиантов - они сверкали на солнце нестерпимо, пускали солнечных зайчиков, переливались, горели и полыхали сине-зелено-красными огнями.
  
  Некоторое время Джо и дракон внимательно изучали друг друга во внезапно наступившей тишине: собаки умолкли, то ли устав до изнеможения, то ли поняв, что хозяйка чудища не боится и что, кажется, чудище не собирается хозяйке вредить.
  Пошатываясь от пережитых эмоций, они выбрали на дорожке сухие пятна и улеглись, свесив на стороны языки и тяжело дыша.
  
  - Вот и молодцы, - похвалила их Джо за правильное поведение, - давно бы так, а то ведь я чуть не оглохла от ваших криков.
  
  Дракон, казалось, вслушивался в ее речь, словно пытался понять ее смысл.
  Потом вдруг центральная его голова произнесла глубоким грохочущим басом:
  
  - Млаадцы, - и заулыбалась жуткой улыбкой, обнажившей три ряда зубов, ослепительно белых, огромных и острых, даже на вид.
  
  Собаки заскулили, но Джо присела на корточки и погладила их, а потом сказала:
  
  - Шли бы вы в дом, чего здесь сидеть - зря только расстраиваться!
  
  Собаки переглянулись, встали и гуськом - как они всегда входили в помещение - вошли в открытую дверь дома, для порядка слегка порыкивая через плечо на дракона. В доме они легли на пол у двери мордами к выходу и стали наблюдать за происходящим.
  
  Джо повернулась к дракону и сказала:
  
  - Нет, не "млаадцы". Мо-лод-цы!
  - Ма-лод-цы, - послушно повторил тот.
  - Мо-лод-цы!
  
  На пятый раз дракон верно произнес слово и переступил с лапы на лапу. Земля затряслась.
  
  - Вы поосторожнее, пожалуйста, - строго произнесла Джо, - дом завалите, где я буду жить?
  
  Дракон виновато вздохнул. Стало нестерпимо жарко и дымно.
  
  - Господи, а теперь вы решили пожар устроить! Какой вы несуразный!
  
  Джо произнесла эти слова и тут же пожалела о них. Дракон чуть не плакал, боялся шевельнутся и даже, кажется, перестал дышать.
  Он, и в самом деле, был несуразным и не подходил ни к месту, ни ко времени, в которых он очутился, а они не подходили ему.
  
  - Ну, ладно, ладно, - извиняющимся тоном сказала Джо, - я не собиралась вас обижать. Вы просто помните, что мы гораздо меньше вас, и будьте осторожны.
  
  Дракон улыбнулся благодарно и преданно стал смотреть в лицо Джо, выражая полную готовность подчиниться каждому ее слову.
  
  - Вы как сюда попали? - спросила Джо.
  
  Дракон наморщил лоб и напрягся. Было видно, что в нем идет какая-то непростая работа. Джо не сразу поняла, что это за работа, но тут в ее мозгу зазвучал громоподобный голос, который она уже слыхала, и она поняла, что дракон общается с нею телепатически.
  
  - Дело было так, - грохотал бас, сотрясающий ее изнутри ( "Ох, черт, не дай бог, срезонирую - ведь развалюсь на куски!", - в панике подумала она), - я летела, себе, спокойно на ярмарку в Квест Хольм - там в эту пору всегда ярмарка случается, ну, и заработать можно, потому что рыцари съезжаются, турниры устраивают, а некоторые из них хотят с драконом сразиться, и всегда платят хорошо. Вот я и полетела.
  
  - Так ведь драконы богатые, так во всех фэнтези написано!
  
  - Ну, богатые, и что? Бывают моменты, когда от твоего богатства, ну, никакого толку никому!
  
  - Какие моменты?
  
  - А вот какой у меня случился, как раз. Мы ведь сокровища свои беречь и умножать должны, и никому ни грошика не можем дать. А бывает, что дать нужно, необходимо, просто.
  
  - Взятку?
  
  - Взят...да нет, какую взятку! Кто это осмелится у дракона взятку требовать?! Таких дурней еще не рождалось, уж вы мне поверьте. Помочь иногда нужно, а нечем! Вот и приходится по турнирам мотаться, деньги зарабатывать.
  
  - На благотворительность?
  
  Дракон некоторое время молчал - видимо, осмысливал новое для него слово.
  
  - Да, вроде этого самого, - согласился он, - можно и так назвать.
  Да. Вот, значит, лечу я, чтобы девушке одной хорошей пару грошиков на приданое заработать , чтобы она замуж могла выйти за того, кто ей подходит, и дальше жила бы счастливо, как и положено быть.
  
  - Что у вас считается хорошим приданым?
  
  - Диплом, конечно, что же еще!
  
  - Диииплоооом? - недоверчиво протянула Джо, - надо же, впервые слышу такое.
  
  - Правда? - в свою очередь удивился Дракон, - а у вас что же в приданое дают?
  
  - Люди победнее обходятся без приданого. Ну, там, если родители могут, то дают домашнюю утварь - посуду, постель, мебель... Если возможности позволяют, то могут холодильник даже подарить, а то - квартиру или машину. Совсем богатые дают деньги, много.
  
  - Ишь ты, - поразился дракон, - да разве ж деньги могут быть приданым?! Они ж кончаются, рано или поздно.
  
  - Ну, есть способы не дать им кончиться.
  
  - Мы таких способов не знаем, у нас деньги всегда кончаются, а что потом без денег делать, никто не знает. Поэтому дают в приданое диплом - это вернее всяких денег. А для диплома учиться нужно! А для учебы деньги нужны - книжки покупать, бумагу, чернила всякие, карандаши. Но где же денег бедной девушке взять на все эти вещи? Негде! Вот и приходится мотаться по турнирам...хотя, да, это я уже говорила.
  
  Дракон помолчал.
  
  - Хорошая девушка такая! И умная, и работящая, и красавица. А не повезло - сирота, позаботиться об ней некому, вот я и надумала ей помочь. Учиться любит - страсть!
  
  Только тут Джо поняла, что дракон говорит о себе в женском роде.
  
  - Ой, извините меня, пожалуйста, не подумайте только, что я хочу вас обидеть, но вот вы о себе говорите: "Полетела, надумала..."
  
  - И что? Говорю, да.
  
  - Вы знаете, у нас принято, что о мужчинах говорят, используя глаголы в мужском роде - полетел, надумал.
  
  - Ну, о мужчинах - да, понятно, мы тоже так делаем.
  
  - Да?
  
  - Да!
  
  - Тогда почему же вы о себе го...Я, кажется, поняла! Вы драконица?
  
  - Конечно!
  - Извините, я не поняла этого сразу, я ведь впервые вижу дракона...ницу...Понимаете, в нашем мире вас нет, то есть, вы, как раз, сейчас в нашем мире, значит, вы есть, но до вас в нашем мире вас не было, - отчаявшись объяснить драконице, что она имеет в виду, Джо умолкла и стояла с беспомощным видом, вся взмокшая от этой беседы.
  
  Возникла пауза, довольно тягостная, а потом драконица сказала:
  
  - Вы пытаетесь сообщить мне, что в вашем мире драконы не обитают, и вы видите впервые живого представителя нашей расы?
  
  - Вы прекрасно формулируете! - драконица с достоинством пригнула все головы - явно поклонилась, - именно это я и хотела вам сказать, но боялась оказаться неучтивой.
  
  - О, все в порядке, вы не обидели меня.
  
  - Так вы, значит, дама!
  
  - Ну, в некотором роде.
  
  - И при этом сражаетесь с рыцарями! Как интересно! А вы расскажете мне обо всем?
  
  - Обо всем - это о чем?
  
  - Ну, вот, о рыцарях, турнирах, о дипломе - зачем он девушке нужен, если все равно замуж идет...
  
  - Хм, а вы значит, считаете, что замужней женщине диплом ни к чему? Вот они - мужчины!
  
  - Что вы, совсем не считаю! У меня и самой диплом есть. А почему вы мужчин упомянули? В том смысле, что они женщинам неверные представления внушают?
  
  - Они? Почему - "они"? Что-то я запуталась. Разве вы не мужчина?
  
  Джо ужасно удивилась. Ее ни разу в жизни не принимали за мужчину!
  Да, конечно, она была коротко острижена, на ней были шорты и майка без рукавов, но все-таки рассмотреть в ней женщину не представляло особого труда.
  
  - Так, - удрученно произнесла драконица, - теперь я сморозила что-то не то.
  
  И Джо поняла, что, посчитав драконицу драконом, она сморозила что-то не то.
  
  - Да что вы! - с жаром принялась она разубеждать драконицу, - ничего страшного, мы в расчете!
  
  Опять повисла тишина. Драконица, явно, прикидывала, много ли яду было в словах Джо, но та смотрела на свою собеседницу таким ясным взором, что каждый бы понял: слова были произнесены без задней мысли.
  
  - Так о чем это мы? - очнулась драконица.
  
  - Да обо всем понемножку. О девушках с дипломами, рыцарях, ярмарках, турнирах, подработках, сокровищах, королях и капусте.
  
  - Прошу прощения, но я, кажется, не успеваю за вами. Должна признать, что у вас необычный строй мысли...и язык тоже. Наши люди говорят и мыслят несколько упрощенно, согласна, а ваша речь излишне сложна и изобилует выражениями, смысл которых я не сразу улавливаю. Вы что-то сказали о королях и капусте, не так ли? Не могли бы вы расшифровать, в каком контексте вы употребили эти два слова?
  
  - Позвольте мне, в свою очередь, извиниться перед вами за неуместное шутовство. Не обращайте внимания. Вы мне рассказывали, как летели на ярмарку. Я спросила у вас, как вы попали в наш мир, и вы...
  
  - Да-да-да, конечно! Вот, значит, лечу я спокойно, погода хорошая, ветер попутный, давление нормальное, полет проходит на высоте...в общем, лечу. Настроение прекрасное, песенка какая-то в головах крутится - благодать! Но вижу - навстречу летит мой давний знакомый, мы с ним у одного мастера учились и были в неплохих отношениях.
  
  - А чему учатся драконы в школах?
  
  - Не в школах, не в школах, у мастера!
  
  - Чему вы учитесь у мастера?
  
  - Да разному у разных мастеров. У этого мы учились ювелирному делу. Вот, видите эту штучку у меня на груди? Это я сама сделала!
  
  Драконица кокетливо завертела головой, чтобы заставить ожерелье сверкать сильнее, и Джо была вынуждена закрыть глаза руками - полыхание бриллиантов стало нестерпимо.
  
  - Очень красивое ожерелье, я его сразу заметила! - сказала она придушенным голосом, - и очень дорогое, я думаю.
  
  - Да уж, - самодовольно произнесла драконица, - не по чину мне дешевку носить. Я благодаря этому ожерелью спор выиграла.
  
  - Спор? Какой спор?
  
  - А вот с этим самым, кто навстречу мне летел. Он со мной поспорил в годы учебы, что я не сумею сделать вещь, более красивую и дорогую, чем он.
  
  - Так вы это ожерелье на спор делали?!
  
  - Не совсем. Мы учебу заканчивали, нужно было выпускной экзамен держать. Работу нужно было представить - и дизайн свой, и исполнение. Стоимость изделия тоже влияла на оценку, конечно. Чем дороже, тем лучше. Вот он и заявил тогда, что ни одна драконица не может сделать украшение, достойное высшей оценки, потому что драконы по природе своей умнее, талантливее и умелее дракониц - разница эта заложена природой, и никуда от этого не денешься.
  
  - Совсем как у нас, - заметила Джо.
  
  - Да? Ваши мужчины тоже такое говорят?
  
  - Хо! Еще как! Женщина может добиться каких угодно высот, а они все равно будут твердить, что это ей ее мужчины помогли, а сама бы она никогда и ни за что не смогла бы добиться чего добилась!
  
  - Вот и наши такие же. И драконы, и человеки.
  
  - Люди.
  
  - Да? Странно. Я же говорю, ваш язык несколько необычен. Ну, да ладно. Вы не представляете, как тяжело жить в нашем времени и пространстве! Когда-то, много времени тому назад, все было иначе. Драконицы главенствовали среди нашей расы, а женщины - у людей. Но мы утеряли наше положение в обществе, и ключевые места захватили мужчины и драконы. Да, увы, это произошло, хотя ничего хорошего такое положение дел не принесло ни нам, ни людям.
  
  Драконица бурно переживала: все три головы дымили, как печные трубы, спинной гребень стал сиять ярче и, вроде бы даже, выглядел острее, чем был, когти скребли землю, комья которой летели в разные стороны, так что Джо поспешила отойти в сторону.
  
  Собаки вскочили на ноги и зарычали, а Клепа звонко и слегка истерически залаяла.
  Драконица повернула одну голову к дому и глянула на собак глазами, налитыми красным огнем. Собаки заверещали и кинулись вглубь дома.
  Джо рассердилась.
  
  - Что же вы это собачек моих пугаете? - спросила она возмущенно, - они крошечные, а вы, вон, какая огромная! Разве ж можно маленьких обижать?
  
  - Извините, - хрипло отозвалась драконица, - но вы и меня поймите! Жить в зависимости от мужчин, зная при этом, что ты и умнее, и сильнее, и можешь больше, это мучительно.
  
  - Я это понимаю, сама так живу, и не я одна. Но собачек моих не пугайте больше, хорошо? Нужно держать себя в руках. Меня удивляет, как много общего у наших миров. Конечно, драконов у нас нет, и не доказано их существование в прошлом, хотя литературные памятники утверждающие их присутствие в древнем мире, существуют. Правда, это все беллетристика, но ведь литература черпает себя из гущи жизни. Так что, с драконами у нас не все просто. А вот что касается матриархата, здесь у нас сомнений нет: были женщины главными в нашем мире! И все отдали мужчинам! Или те отняли власть у древних женщин - этого я не знаю.
  
  - Конечно, отняли! У нас, например, отняли. И это знают все. Дело было так. Старейшина драконов Грандиана ждала ребенка и по этой причине не выходила из своей пещеры последние пару месяцев - не хотела оставлять без присмотра яйцо. А муж у нее был беспутный, даже удивительно, откуда такой характер у дракона взялся! Ни к чему не был приспособлен.
  
  Надо сказать, что в древние времена мы жили очень хорошо и в мире с людьми. У нас с ними были поделены области обитания. Они заняли плодородные долины и берега водоемов, а мы гнездились в скалистых горах, где занимали обширные пещеры с многокилометровыми коридорами и гигантскими залами. В этих залах мы и хранили свои сокровища, которые каждое новое поколение семьи не просто хранило, но и приумножало.
  Все драконы были хорошими ювелирами, поэтому в наших сокровищницах хранились не только необработанные драгоценные камни, но и ювелирные украшения, которыми каждая семья очень гордилась.
  
  Каким-то образом, Грандиане не повезло - выходила она замуж по любви, а оказалась привязанной к никчемному лентяю и хвастуну. Вы представляете, он смел вылетать из дома без нагрудника! Это ведь позор. А он и понимать этого не хотел. Да и не было у него никакого нагрудника - все сокровища принадлежали жене и ее предкам. Какая-то темная была история с его происхождением. Кстати, драконы в вашем мире тоже существовали - в те же времена, что и у нас. Вы сама убедитесь, когда мой рассказ до конца выслушаете.
  
  Так вот, с мужем нашей предводительницы все было неясно до поры до времени. Долгое время никто ничего о нем не знал, а он не спешил откровенничать.
  Как уж получилось, что в него влюбилась драконица из аристократического рода, я не знаю - это было за тысячи лет до моего рождения.
  Ясно одно: парень воспользовался моментом и быстренько женился на Грандиане, рассудив, что ее богатства хватит и на него.
  Правда, ее главенство он переживал очень тяжело. "Как это так, - говорил, бывало, - дракон я, а правит баба!"
  
  Ух, его у нас не любили! Грандиана была справедливой, строгой, но очень доброй. Ни разу никого не обидела, все суды судила правильно, была проста в обращении, не чванлива.
  Зато ее муженек был заносчив за двоих, что не раз вызывало страшные семейные скандалы. Вы себе представить не можете, что творилось во время этих скандалов! Скалы рушились, молнии сверкали, все гремело и грохотало! Вокруг их пещеры все скалы были оплавлены, ни одного острого зубца.
  
  А после скандала этот урод выкрадывал из сокровищницы какой-нибудь камешек и улетал из дома. Украшения он не решался брать: продать фамильные вещи было невозможно, а вот вызвать подозрения в воровстве - запросто.
  
  Ну, и знаете ведь, наверное, что у таких дураков, когда они при деньгах, обязательно находятся подпевалы, которым главное - надраться на халяву. Они ему поддакивали, они его подпаивали и спускали все его денежки. И возвращался он домой без гроша, озлобленный предвкушением унижения - деньги-то были не его, и он понимал, что целиком зависит от своей жены. Собутыльники его накручивали, к тому же. Да и гонора ему было не занимать. Даже анекдот такой о нем был сочинен: как покончит с собой муж Грандианы? Прыгнет со своего гонора на свой ум и разобьётся.
  
  Его у нас Непутевым звали, - добавила драконица, помолчав.
  
  - В общем, жизнь в той пещере была так же далека от счастливой, как обратная сторона Луны от земного ядра.
  
  - Ишь ты, - удивленно подумала Джо, - какая образованная! Про земное ядро знает!
  
  - Конечно, знаю, - загрохотала драконица, - у нас все хорошо космогонию и космогеологию знают!
  
  - Упс! - мысленно прикусила язык Джо, - она же телепатировать умеет, думать нужно осторожнее. Не понимаю, при чем здесь космогония...
  
  Осознав, что опять подумала что-то не то, Джо впала в уныние и стала тренироваться "не думать о белой обезьяне", что вызвало приступ веселья у гостьи. Сад заволокло дымом, листва на подмятых драконицей деревьях и кустах скрутилась в трубочки бурого цвета и облетела. Джо печально смотрела, как на ее глазах окончательно гибнул результат четырехлетних усилий. К глазам подступили слезы, но она сдерживала их из последних сил: не хотелось ей проявлять свою слабость перед таким сильным существом, да еще и одного с нею пола.
  Драконица с сочувствием, как показалось Джо, посмотрела на нее и произнесла:
  
  - Вы уж меня извините, что я вам сад попортила, я компенсирую вам все доставленные неудобства.
  
  - Что вы, - Джо сделала попытку быть любезной, - я очень рада нашему знакомству, оно так необычно. Вряд ли кто-нибудь из моих знакомых имел удовольствие беседовать с настоящей драконицей.
  
  - Сомнительное удовольствие, - не удержавшись, подумала она, опять спохватилась и густо покраснела.
  
  - Ничего, ничего, - успокаивающе пророкотала драконица, - я все понимаю и не обижаюсь.
  
  - Спасибо, - устало произнесла Джо, - вы знаете, как-то у нас все не по-людски получилось. Я вас ничем не угостила, мы не познакомились даже. Вас как зовут? Я - Джо, это меня так друзья называют, а вообще-то я Джозефина, но это ведь не имя, а многосерийный фильм, вот мне его и усекли.
  
  - Мне нравится Джозефина. Можно, я так буду вас называть?
  
  - Конечно. А вас как зовут?
  
  - Сплендида.
  
  - Ух, ты! Вам подходит ваше имя.
  
  - О, благодарю вас! Честно говоря, я его не очень люблю, оно мне кажется несколько вызывающим. Вы так не думаете?
  
  - Ничуть! Сплендида, я рада нашему знакомству, и это правда. Вы не обращайте внимания, если я что-нибудь не то подумаю - вы же понимаете, не каждый день знакомишься с такой выдающейся особой, как вы.
  
  - Спасибо, конечно, я понимаю, вы не комплексуйте по этому поводу.
  
  - Вот и хорошо. А теперь неплохо было бы нам позавтракать. У меня, знаете ли, режим дня, и вот теперь я его нарушаю самым бессовестным образом. Чем вас угостить?
  
  - Что вы, это я вас угощать буду! И не спорьте, - категорически заявила Сплендида, - во-первых, у вас такого количества еды нет, какое мне потребно, а во-вторых, должна я как-то отблагодарить вас за гостеприимство?!
  С этими словами драконица достала откуда-то из-за спинного гребня большой кожаный мешок, тщательно увязанный, плюхнула его перед собой и распустила завязки.
  
  - Так, - сказала он задумчиво, - нужно вспомнить, что я сюда положила.
  
  С этими словами она достала из мешка целого жареного барана, пяток поросят, нанизанных, как бусы, на веревку, гроздь жареных кур, индеек, куропаток и прочей съедобной птицы - домашней и дичи. В меньшем мешке были караваи хлеба, бублики, плюшки, крендели. В деревянных горшках, крышки которых были замазаны смолой, чтобы не открылись, оказались масло, мед и необычайно душистое варенье, а в маленьком бурдюке - всего-то ведер на пять - было вино, очень густое, темно-красное и вкусное, в чем несколько позже смогла убедиться Джо.
  
  Джо с изумлением и восторгом смотрела на гору снеди, выросшую перед ней на дорожке, а драконица продолжала вынимать из большого мешка мешочки с орехами, леденцами, пряниками и сухофруктами.
  
  - Что же вы стоите? - удивленно обратилась она к Джо, - несите посуду, приборы, стаканы. Пировать будем! И собачек своих пригласите.
  
  Вот кого можно было не приглашать, так это собачек. Они уже давно пришли на вкусные запахи и сейчас жадно нюхали воздух, впрочем, стараясь не слишком приближаться к Сплендиде.
  
  - Не бойтесь, малыши, - нежно проворковала она, - идите сюда, тетя даст вам по вкусной косточке!
  
  Собаки переглянулись, посмотрели на Джо, которая уже выкатила сервировочный столик и теперь раскладывала на нем вилки и ножи, и бочком-бочком подталкивая друг друга и друг за друга прячась, подошли к драконице.
  Та протянула им по целой курице, и они, ошалев от такой щедрости, поспешили убраться с добычей подальше, пока ветер не переменился, и у них не отняли лакомство. Бедные Эля и Клепа еле справились со слишком большими для них птицами, но все-таки, с грехом пополам, утащили их в дом.
  Наконец, все было готово. Джо, со своей стороны, выставила маринованные огурцы, копченую рыбу, икру из баклажанов, целое блюдо редиски, зеленого лука, свежих огурцов и помидоров и оладьи с яблоками.
  Сплендида вышибла затычку из бурдюка и разлила вино по стаканам. Джо засмотрелась на стакан драконицы. Был он величиной с ведро, кровавого цвета, прозрачный, резной, светился на солнце и рассыпал вокруг себя целые стаи алых солнечных зайчиков.
  
  - Какой красивый стакан! Из чего он сделан?
  - Из рубина, - равнодушно ответила Сплендида.
  - Как же мастер добился, что стакан не течет?
  - А чего ему было добиваться? Взял рубин, выдолбил в нем полость - вот вам и стакан! Трещин в нем нет, вот и не течет.
  - Вы хотите сказать, что это один кристалл такой величины?!
  - Ну, конечно! Камень был не слишком большой и качества неважного, вот и пошел не на украшения, а на повседневную посуду.
  - Повседневную?! Из чего же тогда у вас праздничная посуда?!
  - Из стекла.
  - Из простого стекла?!
  - Конечно. Не понимаю, что вас удивляет. Стекло такое хрупкое, бьется, трескается, перепада температур боится - очень дорогая вещь. А рубинам, гранатам и прочим камням что сделается?
  
  Джо потрясенно молчала, переваривая новую для нее логику, а драконица подняла свой, полыхнувший красным огнем, стакан и торжественно произнесла:
  
  - Давайте выпьем за знакомство. Я очень надеюсь, что оно станет началом чудесной дружбы.
  - Ура! - отозвалась Джо и стала пить вино, пытаясь вспомнить, где и когда она слыхала уже фразу о чудесной дружбе.
  
  Вино было потрясающее. Оно пилось незаметно и легко, вызывая желание выпить еще и как следует закусить, что обе дамы и начали осуществлять с завидным аппетитом.
  Драконица отрезала у жареного барашка заднюю ногу и положила ее перед Джо. Так же она поступила и с поросенком, а про птицу сказала, чтобы Джо сама брала, что захочет.
  Некоторое время они ели молча, только раздавался хруст огурцов и редиски и костей на зубах у Сплендиды, да время от времени булькало вино, вновь и вновь наполняя стаканы.
  Наконец, первый голод был утолен, Джо стала колоть орехи, а драконица бросила в рот горсть леденцов и прикрыла глаза.
  
  - Вы не закончили историю Грандианы, - нарушила тишину Джо, - и как вы попали сюда - тоже.
  - Да! - встрепенулась драконица, - конечно. На чем я остановилась?
  - Слушайте, может быть, выпьем брудершафт? Что мы на "вы", как старухи?
  - Идея, конечно, давайте, брудершафт, так брудершафт! - с энтузиазмом откликнулась Джо., - только как мы руки переплетать будем?
  - Ну, обойдемся без этой мелкой формальности. Выпьем, скажем друг другу "ты" и поцелуемся.
  - Атас! - мелькнуло в голове у Джо, - вот с драконами я еще ни разу не целовалась!
  - И я тоже, - добродушно захохотала Сплендида, - никогда не целовалась с человеком, да еще и с женщиной!
  
  Джо захохотала в унисон с нею, дамы чокнулись, выпили вино, и Сплендида приблизила к лицу Джо одну из своих голов. Джо чмокнула ее куда-то под глаз, отметив, что кожа у драконицы теплая и шелковистая, а Сплендида в ответ слегка коснулась ее щеки своими пылающими губами, и Джо потом еще довольно долго чувствовала, на лице горячее пятно.
  Посидели молча, с приязнью поглядели друг на друга, а потом Сплендида заговорила.
  
  - На чем это я остановилась? Да, на скандалах. И вот в такой обстановке должен был появится на свет наследник Грандианы. Она делала все, чтобы оградить его от неприглядной обстановки в пещере: спрятала яйцо в дальнем зале, куда не долетали звуки из внешнего мира, поставила стражу во всех коридорах, чтобы никто, кроме нее и няньки, не мог попасть в детскую без ее ведома.
  А муженек ее распоясывался все больше. Бедная Грандиана не знала, что он ворует ее драгоценности, спаивает всякий сброд и уговаривает помочь ему захватить власть, которую по непонятной причине мужики бабам отдали.
  
  - Я тех, кто мне поможет, озолочу! Все сокровища у дракониц отберу и вам отдам! Не бабье это дело - мужиками верховодить, не тот у них ум, а вернее, никакого ума! Пусть сидят по домам и с ребятами вошкаются, а не государственные дела решают, - бушевал он в пивной, и его прихлебатели ревели ему в ответ "виват".
  
  Каким-то образом люди узнали о происходящем у нас, и волнения перекинулись в их края. И у них нашлись прощелыги, недовольные своей жизнью, которые начали мутить воду среди мужчин.
  
  Почему Грандиане никто не донес о происходящем, я не знаю, но только она ничего не знала. Дел у нее всегда было много, а с появлением на свет малыша, еще прибавилось, и она, конечно, секунды свободной не имела, чтобы, как раньше, просто полетать, погулять, поговорить с согражданами. Она ведь всегда бывала в курсе мыслей и настроений соплеменников, потому что общалась с ними накоротке. А тут общение было прервано, и она жила, словно в коконе, ничего не видя, никого не слыша.
  
  И вот торжественный день наступил: малыш-наследник появился на свет. По обычаю ему полагалась неделя карантина, а потом надлежало его показать всем жителям страны, для чего они всю эту неделю слетались к пещере Грандианы.
  
  И конечно, пиво и другая выпивка лились рекой, и немало глупых речей было сказано, не одна драка растащена, не один дракон жалел, что в подпитии вел себя не совсем подобающим образом.
  
  Непутевый за эту неделю спустил столько камней из сокровищницы, что убыток пришлось бы восполнять лет десять, не меньше.
  Ну, и ясно, что банда его росла и готова была идти за ним куда угодно, лишь бы там их бутылки ждали.
  
  Работники Грандианы вовсю украшали местность к празднику, в кухнях всех соседей готовилось угощение для гостей, отделывали новую пещеру для подарков - в общем, все хотели достойно встретить маленького дракона, у которого еще имени не было.
  
  Наконец неделя прошла, вход в пещеру открылся, и из нее вышла Грандиана, ведя за крыло сына.
  
  Он был очень хорошенький - зеленый с легкой синевой, перламутровый, с золотыми прозрачными крылышками и ярко-красными горящими глазками. Ему было очень интересно все происходящее, и он от нетерпения вертел и щелкал хвостом, с острым шипом на конце.
  
  Увидев их, толпа взревела и стала скандировать имя, которое хотела дать наследнику.
  Это был старинный обычай, - пояснила Сплендида, - имя каждому новорожденному давали не родители, а весь народ.
  
  "Кандидус-Люкс, Кандидус-Люкс!" - ревела толпа, и малыш, склонив одну из голов, внимательно прислушивался к этому реву. Потом повернулся к матери и четко произнес: "Я - Кандидус-Люкс".
  
  Толпа взревела еще громче, восхищенная тем, что наследник сразу согласился с выбранным именем. Дело в том, что так не всегда случалось. Иногда новорожденные по несколько месяцев отказывались принять имя, что производило на народ не слишком приятное впечатление.
  Но в тот раз имя было принято сразу, и все были очень растроганы и обрадованы этим обстоятельством.
  
  Грандиану и ее сына щедро одарили, причем, глашатаи высоко поднимали каждый подарок и нараспев произносили его стоимость.
  Злые языки тут же в толпе шипели, что глупо делать подарки, которые пропьет непутевый отец ребенка. Но на них зашикали, и они умолкли недовольно.
  
  А потом начался пир, молодежь плясала, и юный Кандидус-Люкс плясал тоже, восторженно, хоть и несколько неуклюже.
  
  Вдруг на дальнем конце стола возник какой-то шум, кто-то кричал, было слышно, что бьется посуда - вспыхнула драка.
  Драчуны - их было пятеро или шестеро - вылетели на середину площади, где шли танцы, и принялись бить и кусать друг друга.
  Толпа с воплями кинулась в стороны, драконы постарше ринулись к дебоширам, чтобы их растащить, но раздался чей-то очень юный голос:
  
  - Стойте, не двигайтесь! Сейчас я их утихомирю, - это кричал новорожденный.
  
  Отважно бросился он в самую гущу драки и сразу же затерялся между дерущимися, которые и не заметили его. Они продолжали, было, драться, но вдруг остановились и расступились.
  
  Раздался общий вздох, и наступила глубокая тишина - никогда еще не было так тихо в нашем краю. На камнях между застывшими хулиганами неподвижно лежал маленький Кандидус-Люкс. Он был мертв, безнадежно и неисправимо мертв.
  
  И тут закричала Грандиана. Она кинулась к сыну, припала к нему и кричала, кричала так, что где-то в горах начался камнепад - это был настоящий реквием по убитому.
  Невольных убийц увели, Грандиану отнесли в покои - сама двигаться она не могла, а малыша стали готовить к погребению.
  
  Работники быстро убрали все следы праздника, драконы, прилетевшие издалека, отправились по домам, разнося печальную весть, а соседи вдруг поняли, что никто не видел на празднике, закончившемся так трагически, отца ребенка. Не было и его своры, а где они все пребывали и почему отсутствовали, никто не знал.
  Но соседям такое поведение мужа правительницы очень не понравилось, и они решили, что на всякий случай будут готовы ко всему.
  С тем и разошлись по пещерам.
  
  Наутро стало понятно, что племя лишилось предводительницы - Грандиана заболела.
  
  По рассказам работников, она рыдала и бушевала несколько часов подряд, потом вдруг потеряла сознание и теперь находилась в беспамятстве.
  Племя поняло, что нужно срочно выбрать новую предводительницу, хотя бы временно, пока Грандиана не придет в себя.
  Глашатаи были разосланы по всей округе для созыва драконов на общий слет, а ближайшее окружение Грандианы стало решать, кто мог бы заменить великую правительницу. Совещание шло полным ходом, когда раздался шум, свист крыльев, гогот и пьяные крики - это муж Грандианы и его банда прилетели неведомо откуда.
  
  - Ааа, соседушки! - ядовито воскликнул Непутевый, - звал вас сюда кто-нибудь? Хозяйка больна, ей покой нужен, нечего здесь толочься.
  
  И тут соседи поняли, что он абсолютно трезв.
  
  - Интересно, откуда ему известно, что правительница больна? - бормотнул один из друзей Грандианы другому.
  Но Непутевый услыхал его слова.
  - А вот известно! - не менее ядовито ответил он, - вы меня идиотом считали, вот и просчитались! Я, может быть, и пьяница, и бездельник, но я не идиот, и вы в этом очень скоро убедитесь. Братва, - обратился он к своей пьяной своре, - вы знаете, что нужно делать.
  
  "Братва" немедленно растянулась цепью и окружила пещеру правительницы и прилегающую площадь сплошным кольцом.
  Непутевый удовлетворенно кивнул всеми головами и повернулся к притихшим сосдям.
  
  - Вы, никак, выборы-перевыборы устроили? Зря стараетесь, выборов не будет! Я принимаю на себя правление и руководство племенем, - и он тяжелым взглядом обвел всех присутствующих.
  
  Конечно, момент был критическим, дело могло обернуться по-всякому, но этот дурень судил обо всех по себе, а зря, потому что у мудрейшей Грандианы и друзья были мудрыми.
  Они не стали вступать в споры с Непутевым. Они просто послали свои мысли во все пределы нашей страны.
  
  Вот удивительно! Непутевый ведь тоже был драконом, во всяком случае, внешне. Но он не умел многое из того, что в нашем племени умели даже новорожденные. Мысли свои, например, он посылать не умел. И, судя по всему, его "гвардия" тоже. Может быть, они от пьянства лишились этой способности? Никто из наших не знал причины, да и не слишком старались ее узнать. Главным было, что благодаря этому изъяну Непутевого, все племя было предупреждено о готовящемся перевороте и ринулось на защиту наших устоев.
  
  Бедные пьянчуги! Хоть они и стояли в оцеплении, но серьезности в них не было ни грана. Они так были уверены, что дело уже на мази, что они все контролируют! Анекдоты рассказывали, байки, пели даже что-то. Бутылки там у них по кругу ходили...
  
  И вдруг из-за скал, из туч, неизвестно откуда на них ринулся сонм драконов в тяжелых латах и панцирях. Нападающие были трезвы, их было много, они были защищены латами, а главное, напали они внезапно!
  Кое-кто из сброда пытался обороняться. Но где там! Выпивкой они залили себе нутро, и ни одного языка пламени не могли изрыгнуть, лапы у них заплетались, а крылья висели мятыми тряпками.
  
  Их быстренько скрутили и уволокли в дальние пещеры, заперли их там и поставили у входа надежную охрану.
  
  Обезвредив славное "воинство", поняли, что предводитель его Непутевый исчез куда-то! Срочно были организованы поиски, и вскоре бунтовщик был найден летящим куда-то на север. Летучий конвой без труда нагнал его - не мог он летать быстро, пьянство сказывалось уже на его физическом состоянии - вернул назад, и вот никчемный муж предводительницы предстал перед всем племенем.
  
  Допрос его длился много часов. Драконы услыхали поразительные вещи, о которых до этого дня и представления не имели.
  Непутевый рассказал, что зовут его Магус Магнанимус и что он прилетел к нам с другой планеты!
  
  Вся площадь шумно вздохнула, услыхав это его признание. Его попросили рассказать подробнее о себе и своем прошлом.
  
  Оказывается, жил он на планете, которая называлась Земля. Драконы тогда впервые узнали, что в космосе есть и другие обитаемые миры и были очень возбуждены этой новостью.
  По словам Магуса Магнанимуса, всю Землю населяли драконы, огромное количество драконов.
  Но были они все разные, а не как мы - все с тремя головами, все зеленые разных оттенков и все с крыльями.
  
  По его словам, драконы Земли были разными и умели делать разное. Жили на Земле и летающие, как мы, драконы, но поменьше размерами. Некоторые драконы жили только в морях, но были и сухопутные. Кое-кто из них не ел мяса, а питался только растительностью, благо, на Земле ее очень много, а не как у нас - только по берегам водоемов.
  
  Жили драконы Земли, не тужили, но этой жизни пришел конец. Огромная гора прилетела из Космоса и упала на Землю. Удар получился таким мощным, что волна от него прокатилась вокруг Земли несколько раз и убила все живое на планете. В поверхности Земли образовалась огромная яма, такая огромная, что в нее можно было бы спрятать всех живущих на свете драконов, и еще место осталось бы.
  
  Конечно же, грунт и камни из этой ямы с огромной скоростью взлетели в небо и понеслись дальше, в космос...А с ними летел и Магнус Магнанимус, оказавшийся случайно очень близко от упавшей горы.
  
  Магнус Магнанимус долго и подробно рассказывал, как он летел в черной пустоте космоса, как чувствовал себя одиноким и несчастным, как горевал о погибшем мире, где ему было уютно и радостно жить.
  Оказывается, там, у себя на Земле, он был очень умным и смелым драконом и входил в совет мудрейших, который правил драконами. В этот совет входили драконы разных видов, и наш Непутевый, оказывается, был представителем своего вида.
  
  Его очень уважали, потому что он всегда стоял на страже интересов общества, не был жесток, как, например, T-rex ( я не знаю, кто это, но, по словам Непутевого, так звали ужасно злобного дракона) и никогда не обижал слабых.
  
  И вот теперь он летел в космической бездне, ее холоде и мраке, а все его сородичи погибли, погибли все драконы Земли.
  
  Он тоже готовился к смерти, к печальному одинокому и долгому умиранию, но внезапно для себя обнаружил, что летит в атмосфере какой-то планеты, пробивает своим телом слой облаков, видит под собой моря, горные вершины и зеленые равнины, потом - удар, боль и забытье.
  
  Он не знал, сколько провалялся без сознания. Очнулся от каких-то звуков и прикосновений, открыл глаза.
  На него смотрели огромные глаза невероятно красивой драконицы, которая шептала ему нежным голосом: "Очнись, очнись. Ты живой, открой глаза". Шепча это, она слегка касалась его своими крыльями, большими, но очень изящными.
  
  Увидев, что Непутевый пришел в себя, драконица очень обрадовалась и попыталась расспросить его о том, что с ним произошло. Но ответить ей Непутевый не мог - у него не было сил.
  
  Тогда драконица нахмурилась, вскочила и куда-то улетела. Вернулась она довольно быстро и принесла большой кожаный мешок с разными лекарствами, целебными микстурами и перевязочным материалом.
  Довольно скоро раны Непутевого были смазаны мазями и перевязаны, а сам он находился в полусонном состоянии от всего количества разных настоек и отваров, которые влила в него драконица.
  
  Есть он не мог, хотя в мешке была и еда, а хотел только спать. С грехом пополам драконица помогла ему перебраться в ближайшую пещеру, где они рухнули на каменный пол - так оба утомились от этого перехода - и Непутевый мгновенно уснул.
  
  Когда он проснулся, далекий вход в пещеру светился ярким солнечным светом. В пещере Непутевый был один и уже не помнил, как он попал сюда. Он ничего не помнил. Все тело болело, головы были тяжелыми и словно бы набиты серой ватой, ужасно хотелось пить, но сил двигаться не было совершенно.
  
  Он снова закрыл глаза и провалился в забытье, из которого его вывело хлопанье крыльев. Когда ему удалось приподнять веки, драконица уже была рядом и доставала из мешка горшочки с мазями и свежие бинты. Огромный бурдюк лежал рядом с нею, и Непутевый сделал попытку дотянуться до него, но не сумел даже шевельнуться, лишь издал короткий стон. Драконица увидела, как он смотрит на бурдюк, и помогла ему напиться. Вкусная холодная вода освежила его воспаленные горла, и шум в головах стал тише. Непутевый опять закрыл глаза и так лежал, пока драконица обрабатывала его раны.
  
  Влив в него очередную порцию микстур, она улетела, но шум ее крыльев долго еще отдавался эхом во всем его огромном израненном теле.
  День за днем драконица прилетала, чтобы кормить и лечить раненого. Он все еще был слаб, но раны, в основном, уже затянулись, лишь с головами не все было в порядке: Непутевый по-прежнему ничего не помнил, не знал, откуда он и как получил свои раны. Только имя слегка брезжило в его пострадавшем мозгу, и он иногда произносил его, но, видимо, произносил нечетко, потому что драконица, старавшаяся уловить слабый голос своего подопечного, вскоре стала называть его Агнусом.
  Непутевый чувствовал, что это не его имя, но четко вспомнить свое не мог и смирился.
  
  Они не разговаривали, он ни разу не слыхал ее голоса, просто время от времени в мозгу сами собой начинали звучать какие-то слова и фразы. Если бы не потеря памяти, он бы знал, что на Земле и сам умел передавать свои мысли другим драконам. Видимо, катастрофа, полет в космосе и падение на эту планету сильно повредили его сознание - никакие воспоминания не брезжили в нем, никакие старые умения не возрождались.
  
  Он был чистым листом, слегка измятым, с надорванным уголком, и без единой связной записи.
  
  Наконец, пришел день, когда он, подчиняясь безмолвному требованию драконицы, выполз из пещеры на волю и вдохнул свежий и чистый воздух незнакомого мира.
  Они находились на краю естественной террасы, а перед ними расстилалась горная страна, скалистая, мрачная, но не лишенная своеобразной красоты, суровой и четкой.
  
  Сначала он не решался взлететь и лишь смотрел на драконицу, зависшую над террасой и зовущую его последовать за нею. Избитое тело еще помнило всю боль и предсмертный страх и отказывалось подчиняться.
  Драконица что-то поняла, опустилась на площадку, посмотрела на него долгим взглядом, а потом вдруг потерлась щекой о его щеку.
  Затем она снова взлетела, и Непутевый, совершенно неожиданно для себя, взлетел следом за нею.
  
  В воздухе было легче, чем на острых камнях скалы, с которой они взлетели. Оказалось, что крылья у Непутевого пострадали меньше, чем все его огромное тело, и сейчас несли его - не так легко, конечно, как до болезни, - но все-таки мышцы могли отдохнуть пока воздушный поток тащил его с собой, направляемый и подчиняемый взмахами крыльев.
  Непутевый полностью отдался радости полета, одновременно рассматривая планету, медленно проплывающую под ним.
  
  Почти вся ее поверхность была покрыта горами всех цветов радуги, но больше всего было в этой гамме черного цвета. Зеленые долины встречались лишь по берегам морей, озер, рек и других водоемов, крупных и мелких.
  
  Горы дыбились и вздымались к небу - хребты, целые горные страны, отроги и отдельные пикообразные скалистые вершины.
  Непутевый глазел по сторонам и не видел, что драконица летит, повернув одну из голов к нему и не спуская с него странного взгляда своих огромных, под пушистыми ресницами, глаз.
  
  Но вот странный свет разлился по небосводу. Источник его находился позади выросшего перед драконами гигантского черного хребта, странно изогнутого.
  Драконица резко сменила курс, свернула влево и полетела вдоль этого хребта.
  Непутевый последовал за ней.
  Еще один вираж, и его взгляду предстала картина, которой он не мог вообразить в самой смелой своей фантазии.
  Перед ними лежал огромный дракон, дракон - горная страна, дракон из камня, скал, ущелий и острых пиков.
  
  
  На самом деле, он был не черным, а темно-зеленым с бронзовым отливом. Черным казался его бок, не освещенный лучами здешнего Солнца.
  
  Три хребта поменьше основного были шеями этого каменного монстра, каждый из них заканчивался горными массивами с огромными пещерами, входы в которые являлись глазами и пастями чудовища, и это из них бил, дрожа и переливаясь, жуткий багровый свет.
  
  Дракон лежал, опираясь на тяжелые когтистые лапы, хвост его уходил далеко за горизонт, а перед пастью центральной головы было видно удобное и обширное плато, на котором могли бы уместиться сотни две живых драконов.
  На это плато и опустились драконица и Непутевый.
  
  Драконица двинулась к разверстой пасти, откуда ей навстречу заструился багровый свет, такой яркий, что Непутевый был вынужден зажмуриться. Но услыхав мысленный призыв своей спасительницы, он собрался с силами и пошел следом за ней.
  
  По мере приближения их ко входу в пещеру, свечение становилось все ярче и нестерпимей, и вот уже оно обволокло их, и Непутевому показалось, что это не они сами переставляют ноги, продвигаясь вглубь, а поток света несет их с собой, слегка качая их в своих волнах и пронизывая собою их тела.
  
  Ему казалось, что какая-то странная мелодия звучит вокруг него и в нем самом и что мелодия эта рождена колыханием световых волн, мягкими ударами их о стены пещеры, столкновениями друг с другом.
  Он был совершенно заворожен и плавным движением, и музыкой, и покачиванием, он потерял счет времени, ощущение реальности, ощущение своего тела и своего сознания... Он растворился в багровом эфире, от стал вспышкой света, аккордом, волной, всплеском, но драконом он быть перестал.
  И он хотел, чтобы это не кончалось никогда!
  В тот же момент музыка умолкла, покачивание прекратилось, и он ощутил под лапами твердый камень пола пещеры.
  
  Непутевый открыл глаза. Увиденное явилось для него новым потрясением.
  Он стоял в центре огромного зала и чувствовал себя цыпленком посреди дворцовой площади. Потолок пещеры терялся в туманном сумраке, стены ее вздымались на десятки метров и тоже терялись во мгле, а видимая их часть вся искрилась, сияла и переливалась миллионам огромных драгоценных камней, пускавших изломанные лучи в разные стороны, что рождало иллюзию мерцающей сети или дымки, подвешенной к потолку и свисающей до пола.
  Причем, камни эти были уложены искусным мастером в причудливый узор, повторявшийся в световой дымке и много раз отраженный в полу, сложенном из плиток обсидиана и кварца, отполированных до зеркального блеска.
  
  Непутевый ощутил панику, увидев, что он один, а драконица исчезла неизвестно куда, но беспокойство его тут же улеглось: оказалось, что она стоит в нескольких метрах от него и смотрит в глубину зала, откуда к ним приближалась странная процессия.
  
  Впереди процессии медленно и важно выступал немолодой дракон. Был он невелик, но преисполнен чувства собственного достоинства и выглядел даже величаво. На его груди сверкало ожерелье, повторявшее узор на стенах, а за ним шла небольшая свита из драконов поменьше, и на каждом было надето какое-нибудь украшение с этим же рисунком.
  
  Не дойдя метров десяти до драконицы, процессия остановилась, и Непутевый тут же услыхал мысленный приказ подойти к драконице, что он и сделал со смущенной душой.
  
  Важный дракон оглядел его внимательно со всех сторон и кивнул своей свите. Тут же явились откуда-то странного вида сосуды и жаровни, колокольчики и гонги, столики, покрытые драгоценными тканями все с тем же рисунком, и началась не понятная для Непутевого процедура.
  
  Запылал в жаровнях огонь, закипели в сосудах разноцветные жидкости, испуская такие же разноцветные пары, которые, извивались, поднимаясь в воздух, сплетались и создавали причудливые узоры и картины и образы.
  Непутевый с удивлением узнал самого себя, драконицу, увидел вход в пещеру, где он отлеживался после падения. Жидкости были волшебными и умели показывать прошлое! Но Непутевый тут же понял, что это важный дракон - волшебник - и что он умеет заставить жидкости работать. С уважением посмотрел он на старика, который равнодушно заглядывал то в один, то в другой сосуд, и кипение в них сразу же усиливалось, а булькание жидкости и шипение пара становились громче.
  
  Картины сменялись одна за другой. Стало понятно, что теперь они показывают будущее: вот Непутевый и драконица в богато убранной пещере, груды драгоценных камней, блеск, сверкание, драконица разговаривает с кем-то возле входа в чужую пещеру, дрожат скалы, камнепад, молнии бьют в отвесные склоны гор, пьяные незнакомые морды, драка...
  
  Тут волшебник прекратил обряд и вопросительно уставился на драконицу. Та стояла с печальным видом, понурившись, и на его взгляд не отвечала. Но вот она подняла голову и решительно кивнула.
  Было видно, что волшебник очень расстроен. Он неприязненно глянул на Непутевого и что-то коротко приказал помощникам.
  
  Они тут же зазвенели колокольчиками, ударили в гонги, и запели причудливую мелодию, хрипловатую, но ритмичную и нежную, а их начальник стал в такт этой мелодии произносить какие-то слова, тоже хриплые, торжественные и тяжелые.
  
  Драконца выглядела совершенно отрешенной, на Непутевого она не глядела, и он стоял, дурак-дураком, не понимая, что происходит.
  Но вот волшебник договорил все слова, свита допела всю мелодию, со столиков сняли покрывала, а под ними оказались подносы с едой и кувшины с питьем.
  
  И хотя еды было много, все еле прикоснулись к ней. Было видно, что настроение у всех присутствующих неважное. Главный дракон печально и сочувственно поглядывал на драконицу, а свита его переговаривалась еле слышными голосами, так что слов разобрать было невозможно, но, видимо, говорили они что-то не то, потому что начальник их несколько раз на них сердито шикнул.
  
  Всему приходит конец, закончился и этот странный обряд. Волшебник со свитой поклонились драконице и Непутевому и удалились в том же направлении, откуда пришли, оставив гостей в зале одних.
  Непутевый посмотрел на свою спутницу, ожидая, что она ему объяснит, свидетелем чего был он только что, но она молча повернулась и двинулась к выходу. Ему не оставалось ничего иного, как только последовать за ней.
  
  Музыка не звучала, багровый свет погас, драконы долго шли по длинному коридору к светящейся впереди точке - выходу из пещеры.
  И вот они уже снова летят над горными вершинами, каменный дракон остался позади, смеркается, начинают зажигаться первые звезды, воздух становится прохладным и приятно освежает тело, но на душе смутно и неприятно.
  
  Целый клубок чувств опутал душу и не дает ей успокоиться.
  Мучила невозможность вспомнить прошлое, страх перед будущим сжимал сердце, обида от неприязненных взглядов и оскорбительных перешептываний помощников волшебника язвит самолюбие. И еще унизительней кажутся абсолютное непонимание всего происходящего, зависимость от драконицы и невозможность самому решать свою судьбу.
  Непутевый погрузился в переживания и не заметил, что они прилетели в то место, которое было, видимо, их целью изначально.
  
  Это был драконий город со множеством пещер, площадок перед ними и площадей, заполненных толпой, явно ждавшей их прибытия.
  
  Когда они опустились, раздался громкий крик тысячи глоток - ужасающий рев и хрип. Встречающие топали лапами, били хвостами, размахивали крыльями и кричали, кричали нечто приветственное и радостное.
  
  Непутевый затравленно озирался и хотел одного - сбежать куда-нибудь, где бы не было никого и желательно, никто бы никогда не появился.
  Но действительность не имела ничего общего с его мечтами: на сцене появились новые действующие лица. По тому, как драконица подтянулась и напряглась, Непутевый понял, что приближающиеся к ним огромные пожилые дракон и драконица важные шишки и тоже внутренне собрался, ожидая от них неодобрения и, может быть даже, изгнания.
  
  Две пары стояли друг против друга и не спускали друг с друга глаз. Старики увидели страх и неуверенность незнакомца, увидели и то, что он отчаянно пытается скрыть свои чувства и выглядеть молодцом и что у него получается неважно. Совсем не получалось у него выглядеть молодцом, и был он так жалок в этом своем неудачном старании, что они прониклись к нему сочувствием.
  
  Их дочь - а спасительница Непутевого была их дочерью - увидела, что они не сердятся и с радостным видом кинулась к ним, что-то рассказывая на ходу. Родители добродушно похлопали ее крыльями по спине и кивнули на оставленного ею в одиночестве гостя.
  Она заулыбалась, поманила к себе Непутевого, и вся троица смотрела на него, пока он нерешительно подходил к ним.
  
  
  Подойдя, он раскланялся, довольно ловко и элегантно, что вызвало одобрительные улыбки стариков и ответные поклоны, после чего все отправились ко входу в самую большую пещеру, расположенную выше остальных жилищ этого города.
  
  Непутевый уже понял, что его спасительница не простая драконица, но каково было его изумление, когда он, войдя в пещеру, увидел роскошь, не хуже той, что встретила их в чреве дракона-горы. Его ввели в такой же огромный зал, только он не был пустым: посреди него стоял трон, так изукрашенный драгоценными камнями, что казался раскаленным.
  По сторонам трона стояли два кресла, и Непутевый увидел, что слуги ставят рядом с одним из них еще одно. Он понял, что это кресло для него.
  
  Получалось, что молодая драконица была дочерью короля - вот уж везение, так везение! Он покрутил головой, дивясь, как это девушку из такой знатной семьи занесло куда-то в глухомань и как это ей удавалось потом улетать из дома, чтобы навещать его.
  В то же самое мгновение он понял, что не тому удивлялся, что самое удивительное начинается именно сейчас: на трон уселся не дракон-отец, а драконица-дочь.
  
  Непутевый вытаращил глаза и остолбенел. Он ничего не мог понять! Разве бывают королевами молодые драконицы, да еще и при живых родителях?! При всей невозможности вспомнить прошлое, почему-то ему было известно, что королями, правителями, президентами и председателями всегда бывают драконы, чаще всего, драконы немолодые, но не юные драконицы, легкомысленно улетающие без спросу далеко от дома, где некому за них заступиться, в случае чего, и где с ними могут произойти неприятные вещи.
  
  Родители королевы заняли свои кресла и гостеприимно жестами призывали Непутевого тоже сесть.
  
  Не спуская взгляда с королевы, он чуть не сел мимо кресла, чем вызвал беспокойные восклицания матери и добродушное хмыканье отца королевы, но сконфузиться не успел: слуги начали накрывать огромный стол, и его захватило это красочное зрелище.
  
  Вереницей входили слуги в зал, неся огромные блюда с разнообразными яствами, роскошно оформленными и благоухающими так, что у Непутевого желудок свело от голода.
  Он еле дождался сигнала к началу трапезы и воздал должное и таланту повара, и количеству еды, и винам, в обилии стоявшим на столе в роскошных драгоценных кувшинах.
  
  Хозяева не отставали от гостя, юная королева тоже не страдала отсутствием аппетита, поэтому ужин проходил в тишине.
  
  От сытной еды Непутевый осоловел и почувствовал вдруг, что страшно устал за этот долгий и насыщенный день. Глаза у него слипались, держать головы становилось все труднее, и хозяева, поняв, что гость на ходу засыпает, стали устраивать его на ночлег.
  
  Сначала его повели в зал, где кипело, пузырилось и парило озеро с горячей водой, и Непутевый впервые за долгое время с наслаждением вымылся. Во время купания какое-то смутное воспоминание шевельнулось в нем - о таком же горячем озере, но под открытым небом, огромные деревья вокруг, запах серы... Он попытался ухватить это картины, попытался вспомнить еще что-нибудь, но сознание вновь захлопнулось, оставив мучительное желание влезть в мозги и расковырять все, что было в них погребено.
  
  Хорошее настроение, вызванное купанием, улетучилось, и за слугой, который повел его из купальни по коридору куда-то в глубь горы, Непутевый шел темнее тучи.
  Шли они не меньше десяти минут и пришли в зал, который, видимо, должен был служить Непутевому спальней.
  
  Здесь царила полутьма, было много мягких подушек, ковров, каких-то пушистых шкур. Зал был тихим и темным. Непутевому понравилось здесь, он сразу повалился на мягкие шкуры и через мгновение уже спал. Слуга укрыл его меховым одеялом, поставил в стенную нишу поднос с кувшином и стаканом, к крюку, свисающему с потолка, подвесил светильник-ночник и ушел.
  
  Непутевый спал. Он давно не спал так азартно, взахлеб, упоённо. Давно не было вокруг такой тишины, такого покоя и уюта. Наконец-то, не болело тело, не чесалась шкура, не мешали спать тоска и страх неизвестности, не глодало одиночество. Даже кошмары, мучившие его все последнее время, отступили, и он спал, раскинувшись во сне, дыша спокойно и тихо, полностью доверившись сну.
  
  Было одно видение во сне: откинулась темная глухая штора из драгоценной ткани - ею был завешен вход в зал - заколебался золотой свет, и на пороге возникла юная королева. Постояла, посмотрела на спящего и ушла, унесла с собой золотое свечение, штора отсекла ее, колыхнулась чуть - и вновь тишина, темнота, тепло, уют и сонное дыхание.
  
  С самого утра вокруг новичка закрутилась карусель пестрых событий и действий.
  Сначала был завтрак со множеством гостей, потом - непонятный праздник на площади перед пещерой: соревнования молодых драконов, танцы, музыка, выступление фокусников и акробатов.
  
  Непутевый сидел с семьей королевы под большим ярким навесом, ошеломленный шумом, музыкой, красками.
  
  К ним тянулась нескончаемая вереница гостей: шли по одному, парами и целыми семьями. Шли и несли подарки - драгоценные камни, украшения, посуду и ткани. Подарки складывали на ковры, расстеленные вокруг кресел королевского семейства, и Непутевый, слеп от сияния камней и полированного золота, когда вертел головой, чтобы не упустить никакие подробности праздничного гуляния.
  
  Но вот раздались звуки труб, толпа забегала, засуетилась, и вдруг, как по мановению магического жезла, на площади выстроились шеренги столов с грудами еды и бочонками питья.
  Перед королевской семьей тоже появился стол: слуги принесли его уже накрытым.
  
  Начался пир, то и дело звучали какие-то речи - Непутевый решил, что это, наверное, тосты - все пили и ели за четверых, но причина всего этого веселья и обжорства так и не стала понятна Непутевому.
  Он так был захвачен зрелищем чужого праздника, что совершенно не обращал внимания на королеву и ее родителей, а потому не видел, что ее взгляд становится все печальней и что родители переглядываются все тревожнее..
  
  Какой-то молодой дракон подскочил к королевскому шатру и, размахивая кубком закричал что-то воинственное, обращенное к Непутевому. Тот ничего не понял, на всякий случай улыбнулся и страшно удивился, потому что улыбка его, явно, разозлила задиру. Тот заорал что-то, уже совсем непотребное, судя по реакции окружающих, и кинулся на Непутевого.
  Но королева резко встала, так же резко произнесла что-то повелительным голосом, буян смолк, сник, и, понурившись, отправился восвояси.
  Во время всей этой сцены Непутевый сидел с растерянным видом и неуверенной улыбкой. Когда королева вновь села на свое место, он вопросительно посмотрел на нее. Она успокаивающе похлопала его по плечу и отвела взгляд.
  
  В общем, странный был праздник и странная выходка парня, и странное поведение королевской семьи...
  - Нужно учить язык, - подумал Непутевый, - иначе я здесь за дурачка сойду, меня ведь никто всерьез принимать не будет.
  
  С этой мыслью он повернулся к королеве и тронул ее за локоть. Она повернулась к нему, и ему показалось, что в глазах ее загорелся огонек надежды. На что она надеялась, Непутевый не понял, он взял нож и показав его драконице, внятно произнес:
  
  - Нож, - и сам страшно удивился, что помнит, как называется этот предмет.
  
  Королева встрепенулась, внимательно всмотрелась в его глаза и сказала какое-то слово.
  
  - Как? - переспросил он и повторил.
  
  Она обрадованно закивала и стала называть стоящие и лежащие на столе предметы, дожидалась, чтобы он повторил ее слова, поправляла его, если он ошибался, и произносила следующее слово.
  Родители ее с удовольствием включились в этот импровизированный урок, тем более, что ученик оказался способным и через каких-то полчаса знал уже около сотни слов.
  
  Праздник, тем временем, перешел в свою новую стадию: на площади начались танцы.
  
  В разных углах площади музыканты играли разное, и любители плясок могли выбрать танец себе по вкусу.
  
  Но вот перед королевской семьей предстала пожилая драконица, роскошно одетая в броню из зеленых и красных полыхающих камней. Она поклонилась юной королеве и что-то произнесла - Непутевый с восторгом обнаружил, что понял слово "танец", прозвучавшее в ее речи. Видимо, она просила королеву потанцевать.
  
  Королева встала и потянула за собой Непутевого. Он растерялся: в памяти его не было сведений, умеет он танцевать или нет, но послушно пошел за драконицей к танцевальному кругу.
  
  Ликованию толпы не было предела: все кричали, свистели, махали яркими платками и дудели в игрушечные трубы.
  Королева, тем временем, вышла на круг и ждала, пока Непутевый не подошел к ней, неуклюже и робко.
  Заиграла музыка, толпа смолкла, королева сделала первое па, и вдруг Непутевый, неожиданно для самого себя, ответил ей, вполне уверенно и четко.
  
  Толпа взвыла опять, но тут же умолкла, чтобы не мешать танцорам.
  А они вытворяли что-то необыкновенное! Их тела слаженно и точно двигались в такт музыке, то плавно, то ритмично, то сходясь, то отдаляясь друг от друга.
  Казалось, эти двое всю жизнь только и делали,что танцевали вместе, и толпа, словно завороженная их танцем, покачивалась в такт музыке и мурлыкала мотив, отчего над площадью звучал мощный хор, подчеркивающий красоту зрелища.
  
  Пока королева танцевала, совсем стемнело, всюду зажглись факелы и гирлянды иллюминации, что сделало танец еще более впечатляющим: по скалам, окружавшим площадь, метались тени танцующих, блики от огней играли на посуде, украшениях и одежде гуляющих, и вот в черное небо, полыхающее яркими огромными звездами рванулись разноцветные звезды фейерверка.
  
  Толпа завопила, завизжали дети, музыка зазвучала еще громче, и вот уже все бросились танцевать, вопя при каждой новой вспышке фейерверка.
  
  Королева и Непутевый, запыхавшись упали в свои кресла и радостно захохотали - за весь день они впервые делали что-то вместе, и родители драконицы довольно посматривали друг на друга. Папаша с многозначительным видом налил всем вина, сказал что-то коротко, - знакомых слов в сказанной им фразе не было - и все выпили.
  
  Они еще ели, пили и танцевали, даже родители тряхнули стариной и сплясали какой-то старинный танец, включавший в себя элементы полета и изрыгание огня - к вящему восторгу ребятни, визжавшей при виде каждого языка радужного пламени, вылетающего из пастей расходившихся стариков.
  
  Праздник длился почти всю ночь.
  Но вот догорели последние факелы, погасла иллюминация, погасли звезды фейерверка, небо стало менее темным, а звезды - более бледными. Все устало расползались по домам, унося на закорках спящих малышей.
  
  Удалилась в свою пещеру и королевская семья. Первой, извинившись, ушла мать - сразу после танца.
  Непутевый шел рядом с королевой и слушал, как ее отец говорит ей что-то тоном назидания, а она отвечает ему недовольно и строптиво.
  
  Войдя в пещеру, они с недовольным видом разошлись по своим комнатам, а Непутевый, опять поплавал в горячем озере и свалился замертво на свое меховое ложе. И тут же его завертел пестрый сон, в котором кружился вокруг него черный диск неба, полыхающий звездным серебром, заскакали пестрые танцоры, загремела музыка, зазвенели колокольцы и какой-то старый дракон смотрел и смотрел на него из пестрой темноты, покачивая головой и грозя кривым пальцем с устрашающим когтем.
  
  
  Сплендида замолчала; казалось, что она переводит дыхание, хотя ясно было, что в таком теле скрывались такие легкие, для которых многочасовой монолог не мог быть излишне тяжелой работой, а что говорила она много часов, Джо поняла, как только смолк рокочущий голос драконицы.
  
  Джо словно проснулась, словно стряхнула с себя наваждение, и стала озираться вокруг себя. Дело шло к вечеру. Солнце уже висело низко над холмами, искореженный сад постепенно заполнялся сине-фиолетовыми тенями, жара спала. Джо с удивлением поняла, что ее даже знобит, и она, пошатываясь, пошла в дом, чтобы взять шаль.
  
  В доме царил разгром, которого она не заметила утром: со стеллажей попадали книги и безделушки, стулья были перевернуты, картины на стенах перекосились, а на диванах посреди подушек, пледов и куриных костей блаженно раскинулись во сне собаки, даже не шевельнувшиеся, когда Джо прошла мимо них к лестнице на второй этаж.
  
  Какая-то смутная мысль беспокоила ее сознание, но уловить ее она не могла и испытывала то ощущение, которое бывает, когда мучительно хочется чихнуть, но не получается.
  Закутавшись в пончо ( " И это в июле!" - подумала Джо ), она вернулась к драконице и тут ускользавшая мысль была поймана, и Джо вскричала:
  
  - О, вот ведь несуразица, я все хотела тебя спросить, но не хотела перебивать. Скажи, а как это получается, что до сих пор не поднялась паника? Мои соседи уже давно должны были бы с криками бегать по своим дворам и улице, вызывать полицию и пожарных, звонить мне, чтобы узнать, что стряслось, а ничего этого нет - тишь, гладь и божья благодать... В чем дело, может быть, ты - галюцинация, я брежу и меня пора в дурку отправлять?
  
  Сплендида захохотала, земля дрогнула, с крыши упало несколько черепиц, между домами заметалось эхо. Джо вскрикнула, но, даже испугавшись этого хохота, с удивлением отметила, что собаки не проснулись и не вылетели из дома на защиту хозяйки и территории. Додумать эту мысль она не успела, потому что Сплендида прекратила хохотать и объяснила, вытирая выступившие от смеха слезы огромным шелковым платком, который вполне мог бы заменить покрывало на двуспальной кровати, что соседи Джо ничего не видят: для них ее сад выглядит таким же, каким он был, гром и шум от падения Сплендиды они, конечно, слыхали, но отнесли их на счет ночной грозы, поэтому опасаться нечего, Джо абсолютно нормальна, просто она обладает некоторыми способностями, которые, собственно, и определили выбор Сплендиды, когда она думала, к кому на Земле стоит обратиться с просьбой о помощи.
  
  - Я обладаю паранормальными способностями? - растерянно спросила Джо.
  - Не паранормальными, нормальными, в будущем все здоровые люди будут обладать ими, но пока вас на Земле не более ста человек.
  - А почему же ты именно меня выбрала?
  - Не только тебя. Сейчас в разных углах вашего мира идут такие же беседы с теми, кто уже давно согласился сотрудничать с нами. Кстати, ты была первой.
  - я согласилась? Но когда?!
  - Помнишь, в детстве тебе часто снился сон, что тебя похищают инопланетяне?
  - Я-то помню, да откуда это знаешь?!
  - Потому что тебя похищали на самом деле, это был не сон.
  - Погоди, - взмолилась Джо, - постой, я сейчас ... замолчи! - закричала она, - Я чувствую, что сию секунду созрею для психлечебницы! Паранормальные способности, инопланетяне, похищения, драконы, новая теория гибели динозавров... Это слишком много для одного дня, я сейчас чокнусь!
  - Даже и не мечтай - ничего у тебя из этого не получится. Ты и остальные девяносто девять человек не можете сойти с ума: у вас иммунитет, врожденный и стойкий. Это одно из свойств, которые так важны в нашем деле.
  - А есть и другие?
  - И немало!
  - Ну, какие, какие?! Расскажи мне обо мне!
  - Вы обладаете очень сильной фантазией, которая помогает вам поверить в самые невероятные вещи ( "Например, в дракона на газоне!" - саркастически вставила Джо, Сплендида коротко хохотнула). Люди очень часто на месте чего-то нового и необычного стараются увидеть привычные им вещи, потому что их сознание не в силах осознать это новое. Ты и остальные видите новое и не пугаетесь его, наоборот, вам становится интересно. Большинство людей любит стабильную жизнь, плавное течение времени, отсутствие эмоциональных встрясок - вы не такие, вам скучно, когда ничего не происходит. Верно я говорю? - вдруг прервала драконица сама себя.
  Джо задумалась. Сплендида не торопила ее, смотрела на нее ждущим взглядом, но молчала.
  - Ты знаешь, а ведь, пожалуй, да, так оно и есть. Но я знаю еще очень много людей, кто ненавидит рутину, обладает прекрасной фантазией, любит новшества...
  - Нет-нет, эти их качества на самом деле поверхностны, они не являются их сутью. Если кому-нибудь из них предложить большие деньги, размеренную спокойную жизнь, они согласятся.
  - Я бы тоже согласилась, - вставила Джо, - ты не представляешь, как мне надоело работать ради куска хлеба и самой посуду мыть и дом убирать!
  - Вот ты и проговорилась! - торжествующе воскликнула Сплендида, - "ради куска хлеба"! Но ведь ты именно только на кусок хлеба и зарабатываешь, а ведь могла бы предпринять что-то и заработать и на другие вещи: виллу, джип ( я знаю, что тебе нравятся джипы - Джо не удивилась, она как-то уже привыкла, что это странное создание знает о ней больше, чем она сама), путешествия... Почему ты этого не делаешь? Молодая, здоровая, талантливая - горы могла бы свернуть! А?!
  - Да понимаешь...- нехотя протянула Джо, - все это такая скучища...Сейчас я сама себе хозяйка: хочу работаю, не хочу - дурака валяю. А если начать деньги зарабатывать, они-то как раз моими хозяевами и станут. Тут уже будет, как с выпивкой.
  - Почему "как с выпивкой"? - не поняла драконица.
  - А ты не знаешь этого прикола? Чем отличается пьяница от алкоголика? Пьяница хочет - пьет, а не хочет - не пьет. Алкоголик же и хочет - пьет, и не хочет - тоже пьет! Я предпочитаю статус пьяницы во всем - и денег это касается тоже. Кроме того, ну заработаю я большие бабки - и что? Я ведь друзей растеряю: они живут трудно, не все могут себе позволить - и тут я, вся в белом! У меня есть мечта о больших деньгах, я бы на них в каком-нибудь теплом и красивом месте выстроила огромный дом и пригласила бы друзей жить со мной в этом доме. Я знаю, что кое-кто согласился бы...на время. Потому что человеку скучно сидеть просто так и ничего не делать. Ну, поездишь по миру, ну, концерты и выставки-вернисажи... Это все для отдыха, жизнь этим заполнить невозможно! Тяжело смотреть на прекрасные картины и думать, что вот, люди работают, а я дурак богатый только и могу, что купить эту картину, но ведь она от этого моей не станет все равно, о ней до конца света будут говорить: " Картина такого-то художника"! Понимаешь?!
  - Понимаю, - серьезно кивнула головами Сплендида.
  - Так уж лучше заниматься тем, что любишь и умеешь делать отлично, пусть даже за это платят небольшие деньги, зато они заработаны, они мои, и никто не сможет сказать, что я беру подачки или что меня можно купить: я бесценна. А путешествовать я люблю и путешествую. Правда, по дешевке, ну и что?
  - Именно! - радостно воскликнула драконица, - ты сама сформулировала свое кредо, которое и привлекло наше внимание. Вас таких немного, но все вы во время одного из пребываний на нашей планете позволили внушить себе веру в мой сегодняшний визит - признайся, что давно уже подспудно ждешь чего-нибудь в этом роде, как ждала в Москве очередного появления Воланда и была разочарована тем, что визит не состоялся!
  
  Джо смущенно кивнула головой: драконица была права, ожидание чуда стало второй личностью Джо, им начинался ее день и оно же было последним, что она испытывала перед тем, как заснуть.
  И вот чудо произошло - так чего же она нервничает, почему так напряжена и беспокойна? Нужно бы обрадоваться и воспользоваться этим чудом на полную катушку!
  
  - Это все потому, что ты давно ждешь, - объяснила ей Сплендида ее же собственные мысли. - Если бы я появилась перед тобой лет десять назад, ты обрадовалась бы сразу, но обстановка в те годы была вполне терпимой, и мы не нуждались еще в вашей помощи. Кроме того, десять лет назад ты, например, была еще слишком молода для своей миссии, и это хорошо, что мы не оказались в тупике тогда - ты не смогла бы нам помочь несмотря на все твои качества.
  - А кому это "вам" я могу помочь сейчас?
  - Драконицам и женщинам нашей планеты, - ответила Сплендида, и глаза ее затуманились.
  - Ты ведь и замуж не идешь по той же причине - рутины боишься? - продолжила она.
  - Не только! Я понять не могу, с какой стати двое взрослых самодостаточных людей должны всю жизнь толочься в одном жилище и спать в одно постели. Это даже не гигиенично, на мой вкус, - драконица усмехнулась, - и не смейся, пожалуйста, я очень серьезна, как никогда!
  - Да-да, знаю, это у тебя больная тема.
  - И еще какая больная! Я вот не понимаю, зачем обществу так необходимо, чтобы я и тот, кто вызывает в данный момент мою симпатию в большей степени, чем другие, разыгрывали бы бюрократический фарс с подписыванием документов, призванных сильно осложнить нашу жизнь в настоящем и испортить ее в будущем, с какими-то нелепыми обещаниями про "всю жизнь" - откуда я знаю, какой я буду через год или даже месяц и что будет нравиться тогда мне изменившейся?! - с какими-то нереальными обязательствами друг перед другом...
  - Что ты имеешь в виду? - перебила драконица Джо.
  - Да пожалуй, все, что считается правильным поведением в семье: физическая верность партнеру, пристальное внимание к быту, обязательный интерес к профессиональной деятельности друг друга...
  - А разве это плохо?
  - Плохо и даже отвратительно, если все это люди делают по обязанности, а не по зову души. Допустим, мне понравился человек, очень понравился - как мужчина, как личность, - но профессия его мне не интересна ни на йоту. Допустим, что он лучший в мире конструктор сепульчатых перепончатомембранных шуршиков, в которых я ни уха, ни рыла, я профи высокого уровня в другой области, времени вникать в его профессию у меня нет ( кстати, и у него нет времени заострять внимание на моих делах) - и почему же я должна делать вид дикой озабоченности и с материнской теплотой в глазах выслушивать его ежевечерние сетования по поводу недопоставки амбрикозных супервизов или о глупости ассистента, который вместо двойного интеграла взял тройной, что привело к провисанию всей сети?! И это при том, что сам он тоже абсолютно не готов знать о заморочках, которые в течение дня разгребала я. Не честнее ли будет договориться, что рабочее настроение мы оставляем за дверью и входим в дом не крутыми профессионалами, а просто женщиной и мужчиной, с удовольствием живущими вместе? Но почему-то этот мой подход к совместной жизни страшно оскорбляет всех: и дам, которым плевать на трудовые подвиги мужей, если только они не выражаются в круглых денежных суммах, и мужчин, которым страшно не нравится мое нежелание считать их дела более важными, чем мои, мое нежелание жить их жизнью в ущерб моей собственной...- Джо сделала паузу, чтобы перевести дух.
  - Понимаешь, - продолжила она уже спокойнее, - я хочу быть полноценной женщиной. Не придатком мужчины, бережно стряхивающим пыль с его пиджака и напоминающим, что пора бы трусы поменять, словно он и сам не в состоянии соблюдать гигиену - это не женщины, это бытовой агрегат, кухонный комбайн, не более того. Мне эта роль не подходит нисколько, и я хочу, чтобы другие женщины тоже захотели чего-то большего, чем они имеют сейчас.
  - Но ведь в вашем обществе уже очень много женщин, которые занимаются наукой, политикой, творчеством, управлением, и их становится все больше.
  - Да, это так. Но мужчин, которые при этом думают: "Она всего лишь женщина", - не становится меньше - вот в чем загвоздка! И виной тому женщины, которые сами о себе и других женщинах так думают и своих дочерей и сыновей в этом убеждении воспитывают, а нас, кто хочет прожить свою жизнь, считают ненормальными.
  - Вот скажи, - повысила голос Джо, - зачем при современном развитии технологии так зацикливаться на быте?! Подумаешь, - стирка! Да она вся сводится к тому, чтобы белье в машину сунуть и нужную кнопку нажать. Почему женщины, которые в глазах мужиков, к технике никаких способностей не имеют, знают, какую кнопку нажимать нужно, а мужчины не в состоянии это выучить? То же самое с едой: включай телевизор, повторяй действия за ведущим - и вот тебе обед. Или еще проще: купи полуфабрикат и разогрей. Ведь многие работающие женщины именно так семьи свои кормят - полуфабрикатами. Почему же мужчины не могут то же самое делать, если не для всей семьи, то хотя бы для себя?! Не понимаю.
  А потому делаю один вывод: мужикам нужно нас держать за дур необучаемых только лишь из лени. Зачем самому дома кнопки нажимать, если можно на кого-то это свалить?! Так я отказываюсь быть обслугой для лентяя, я не для того свою единственную и неповторимую жизнь в подарок от судьбы получила. На свете столько интересного, и я хочу увидеть и узнать как можно больше из этого списка. А если кто-нибудь считает, что для более полного ощущения любви ему необходима замордованная бытом партнерша, то пусть он от своего латентного садизма у психиатра лечится.
  
  Сплендида засмеялась.
  - Здорово же тебе ваши мужчины досадили!
  - Если бы только мужчины, но ведь и дамы с ними заодно, все общество! Если замуж идти не хочешь, если мужика обслуживать не хочешь - готово дело: ты - лесбиянка! Идотизм.
  - Ну, хорошо, перестань сердиться, нам нужно сохранять нервы: нас ждут серьезные дела.
  - Какие? Я так и не поняла, зачем именно понадобилась вам.
  - Дело в том, что наш Непутевый, наш Магус Магнанимус оставил завещание...
  - Он умер? Его казнили?
  - Да, он умер, но его не казнили. Не перебивай, я все расскажу. Он оставил завещание, но мужчины и драконы нашей планеты препятствуют его исполнению, поэтому нам и понадобилась помощь с родной планеты Магуса Магнанимуса: это его совет - обратиться к вам, если мы встретим противодействие в своем мире. Вот мы и обратились.
  - И в чем же состоит его завещание?
  - Не спеши, давай, я сначала закончу свой рассказ о его жизни на нашей планете.
  
  
  И опять было видение во сне: золотой свет заполнил пещеру, теплая щека прижалась к его щеке, штора колыхалась, порождая такое же колыхание в его мозгу, и тихий голос шептал, чтобы он проснулся. Он и проснулся.
  Колыхалась штора, утекал, таял золотой свет, истаивал голос, и Непутевый вновь рухнул в меха, чтобы опять кружиться вместе с вечной каруселью звездного неба под пеструю музыку и треск фейерверка.
  
  На следующий день в пещере и снаружи царили тишина и неподвижность - все отдыхали.
  Королева водила Непутевого по пещере, знакомила с ее географией. Они шли по широченным коридорам, переходили из зала в зал, рассматривали множество диковинок, наполнявших эти залы, несколько раз переплывали подземные реки и катались на плоту по озеру под сверкавшими сводами.
  
  После обеда королева с таинственным видом повела Непутевого в зал, примыкавший к его спальне, и оказалось, что там оборудован кабинет с большой библиотекой, картами звездного неба и владений королевы, анатомическими атласами и целой лабораторией.
  
  Она усадила Непутевого перед большой доской и стала показывать ему странные знаки и издавать разные звуки. Непутевый понял, что эти знаки означают произносимые ею звуки, и что если их изобразить в определенной последовательности, то можно будет с их помощью обозначить какое-нибудь слово. Ему понравилась эта идея, и он стал с жаром повторять за королевой звуки и показывать ей соответствующие знаки. Так они прозанимались несколько часов, пока их не позвали к ужину.
  
  Потом ужинали, слушали музыку, рано разошлись по спальням - и так жизнь и потекла: сон, еда, учеба, прогулки по пещере.
  
  Время от времени королева уходила в особый зал, где она принимала своих подданных, выслушивала их просьбы, была арбитром в спорах, обсуждала государственные дела с другими драконами, а Непутевый в эти часы должен был выполнять ее задания по изучению языка.
  
  Язык давался ему, на удивление, очень легко, и вскоре Непутевый уже понимал процентов тридцать того, что говорили при нем. Такие успехи удивляли и радовали королеву и ее родителей, которые старались всячески помочь ему и развлечь его, когда их дочь бывала занята.
  Однажды утром слуга принес ему что-то вроде кольчуги из полированного золота и крупных сверкающих синих камней. Кольчуга была очень удобна - ее, явно, делали по мерке Непутевого, и, посмотрев на себя в серебряное зеркало, он решил, что вещь очень красива, идет ему и очень его красит.
  
  За завтраком королева сказала ему, что они полетят на прогулку - должен ведь он увидеть страну, раз уж он стал ее жителем.
  Непутевый обрадовался: ему очень не хватало свежего воздуха, движения, полета, и он с нетерпением ждал, окончания завтрака.
  
  Королева собралась очень быстро, и вот они уже летят над горами, куда-то навстречу утреннему свету, а под крыльями у них проплывают разноцветные горы, зеленые поля, синие моря, озера и реки.
  
  Поначалу, они встречали немало других драконов, которые радостно приветствовали их, но постепенно небо пустело, и вскоре только облака окружали их и летели вместе с ними навстречу свету дня. .
  Вид гор внизу изменился: исчезли обжитые скалы, зеленые поля сменились буйными лесами, кое-где стали видны желтые пятна пустынь - было ясно, они залетели далеко от заселенных земель.
  
  Королева начала снижение, и вскоре парочка оказалась на прелестной поляне, окруженной с трех сторон лесом и кустарником и примыкавшей к песчаному пляжу, который омывали воды широкой и спокойной реки.
  Вся полянка поросла замечательной густой травой и цветами, заполнявшими воздух сладким ароматом. Над цветами жужжали какие-то насекомые, тихо плескалась вода в реке, слегка шуршали листья деревьев и кустов, душа наполнялась покоем и умиротворением.
  
  Непутевый разлегся на траве, твердо решив, что до наступления темноты даже и не подумает возвращаться назад в пещеру, хоть и комфортабельную, но все же слишком похожую на подземелье.
  
  - Что значит привычка жить под открытым небом! - подумал он и тут же запнулся: а откуда он знает, что у него есть такая привычка? Ответа на этот вопрос в памяти не нашлось, и Непутевый решил с тяжелым вздохом, что нужно оставить попытки вспомнить, может быть, освобожденный мозг сам найдет в своих недрах недостающие звенья порвавшейся цепи дней.
  
  - Агнус! - голос королевы прервал его горестные размышления.
  Непутевый обернулся на ее зов и увидел ее стоящей в реке. Светлая медленная вода обтекала изящное, но сильное тело драконицы, сверкала на ее коже не хуже камней кольчуги, стекала по ее плечам - видимо, королева уже успела окунуться в прохладу вод.
  
  - Иди купаться, - позвала его королева, - а потом поедим. Я ужасно проголодалась.
  
  При этих ее словах Непутевый понял, что и он голоден, а поскольку он твердо решил получить все радости жизни от этого дня, то не раздумывая больше, он кинулся в реку, подняв целые фонтаны брызг, в которых заиграли тысячи маленьких ярких радуг.
  Долго плескались они в реке, потом расположились на полянке и устроили себе пикник: у королевы было с собой все необходимое в большом замшевом мешке.
  
  - Почему ты сам несла этот мешок? - спросил ее Непутевый, - я ведь мужчина, я должен таскать тяжелый.
  - Да мне не трудно, - безмятежно улыбаясь ответила драконица, - я хотела сделать тебе сюрприз и, по-моему, преуспела в этом.
  - Да, - коротко ответил он и умолк. Глаза его слипались, долгий полет и купание в реке наполнили мышцы приятной истомой, а выпитое вино туманило мозг.
  
  Незаметно для себя он задремал и увидел странный сон.
  Ему снилось, что он идет по лесу, и огромные деревья окружают его со всех сторон. Лес, видимо, густо населен, потому что он верещит, воет и свистит на разные голоса, притихающие на мгновение, когда раздается чей-то ужасающий рев, и возобновляющие гомон, когда рев этот смолкает. В лесу жарко, но впереди между кустами блестит вода, и Непутевый знает, что идет к ней - утолить жажду и искупаться. Вдруг он слышит грохот, гром, удар, вздымаются к небу огромные глыбы земли величиной с гору, что-то тяжелое бьет его по голове, темнота, беспамятство, потом - чернота вокруг, испещренная светом звезд, и полет, долгий и мрачный и ужасающе одинокий.
  
  Непутевый застонал и проснулся. Королева с тревогой смотрела на него, но, увидев, что он открыл глаза, ничего не сказала.
  Он пошел к реке, сунул головы в воду, и ему стало легче. Вернулся к королеве, и какое-то время они сидели молча, глядя на воду и слушая жужжание насекомых и свиристение птиц в лесу. Но вот королева нарушила молчание.
  
  - Мне нужно поговорить с тобой, Агнус, - сказала она, - ты должен понимать нашу жизнь и строить свою в соответствии с нашими правилами.
  - Да, я понимать это, - ответил он серьезно.
  - Ты теперь член нашей семьи, а от нас многое зависит, и потому мы должны быть очень строги к себе.
  - Я член твоя семьи? Не понять, как.
  - Мы затем сюда и прилетели, чтобы я тебе объяснила это. Помнишь, как мы с тобой летели домой, когда ты выздоровел?
  - Да.
  - Каменного дракона помнишь?
  - Помнить...нишь...ню.
  - Это наш храм.
  - Храм. Что это?
  - Это такое место, где мы поклоняемся нашему богу.
  - Богу, - с беспомощным видом повторил он.
  - Ну да, тому, кто нас создал. Сделал нас, дал нам жизнь.
  - Папа?
  - В некотором роде. Потом поймешь. Ты помнишь, что там было?
  - Волшебник. Что было - знать, что будет - знать.
  - Жрец.
  - Жрец - любить кушать?
  - Почему? Ах, да, понятно! Ты с юмором, оказывается! Нет, это тот, кто умеет разговаривать с богом, и кому бог рассказывает о жизни, что будет и как будет.
  - Как будет. Плохо будет. Я видеть.
  - Ничего не поделаешь, судьба.
  - Как?
  - Так бог решил, судьба - это его решение. Он решает, что будет с каждым из нас, а жрец нам это показывает, и мы живем, зная заранее, как себя нужно вести. Потому что, если правильно себя вести, бог может исправить судьбу в лучшую сторону, а если вести себя неправильно, то может все сломать и заставит жить заново. Вот тебя заставляют жить заново: ты болел, выздоровел и снова живешь. Ты потому и не помнишь ничего, чтобы старая жизнь не мешала новой. Ты понял?
  Непутевый кивнул. Она продолжила:
  - Я потому и смогла тебя найти там, где ты упал: бог мне рассказал о тебе, и я полетела тебя искать. Ты мне предназначен богом, и я тебя нашла и вылечила. Понимаешь?
  
  Он во все глаза смотрел на нее. Он ничего не понимал. Что это за слово - "предназначен"? Что оно означает?
  Королева вздохнула и стала ему объяснять новое понятие. Это объяснение далось ей нелегко, но она сумела донести до Непутевого смысл сказанного и умолкла, глядя на его реакцию.
  Непутевый сидел неподвижно и смотрел прямо перед собой. Потом он перевел взгляд на королеву и сказал медленно:
  - Рассказать дальше. Что был в каменный дракон?
  - Помнишь красный свет? - Непутевый кивнул, и она продолжила, - это бог изъявлял волю. Жрец был недоволен, но он не может идти против воли бога, и он нас совершил обряд.
  - Обряд?
  - То, что он делал. Это обряд. Мы теперь муж и жена.
  - Как твой папа и мама?
  - Да.
  - Жить вместе?
  - Конечно.
  - Ты так решать?
  - Да.
  - А мне спрашивал? Почему не?
  - А ты не хочешь?
  - Уходил от сказать правду...как это...от от..вет, вот. Не хотели ответ.
  - Ухожу от ответа?
  - Да!
  - Хорошо, - вздохнула Королева, - я тебе объясню. Еще до того, как ты появился у нас, стал мне сниться один и тот же сон: какой-то другой мир, не наш, зеленый, влажный, теплый - молодой. Каждую ночь снился. И вдруг однажды сон изменился: мир этот взорвался, а какой-то голос произнес: "Жди, он скоро прилетит". Я не знала, о ком идет речь, но стала ждать. Долго ждала, уже думала, что зря жду, тем более, что сон прекратился, стало сниться другое, что и раньше снилось, да и голос молчал. И вдруг однажды посреди белого дня кто-то в голове моей как крикнет: "Быстрее, спасай его", - и как будто карта в мозгу вспыхнула, а на карте огненный кружок - куда лететь нужно. Я и полетела, а там ты - искалеченный и полуживой.
  
  Я, когда тебя перевязала, в храм залетела, со жрецом посоветовалась. Он и рассказал мне, что есть, оказывается, у нас древняя легенда, по которой прилетит царственный дракон из других миров и станет мужем могущественной правительницы и что с этого начнутся беды для нашего народа. Но и уклониться от этого брака она не может, потому что тогда еще хуже может получиться: дракон этот захочет абсолютной власти, произойдет раскол народа, а за расколом - гибель. Он велел мне тебя, когда ты вылечишься, к нему привести, чтобы он проверил, тот ли ты дракон или нет. Поэтому мы с тобой в храм и полетели. Оказалось, что ты - тот самый, что нужно мне за тебя замуж выходить для спасения своего народа. Жрец предложил мне поколдовать, чтобы снять заклятие, но я не согласилась: очень ты мне понравился, к тому моменту, как ты смог летать, я уже любила тебя, понимаешь?
  
  Непутевый, который до сих пор напряженно слушал ее, кивнул головой. Было видно, что он смущен.
  
  - Жрец был очень недоволен, потому что я должна была выйти замуж за одного из сыновей нашего Главного Советника - помнишь скандал на пире? Это мой жених дебоширил, тебя убить хотел: ведь я нарушила данное слово, и весь уклад нашей жизни изменила - но что я могла сделать?! Я не могла позволить гибели своего народа, да и думать уже не хотела о браке с кем-то другим. Так что жрец был вынужден нас поженить. Не было у меня времени твоего согласия спрашивать. Ты ведь тогда еще ничего не понимал, после всех травм телепатический канал не работал - как бы я тебе все объяснила?! Я и решила, что потом тебе все расскажу и вот - рассказываю, - она встревоженно смотрела на хмурого Непутевого, - что скажешь?
  
  - А что я могла сказал? - с горечью спросил ее Непутевый, - кто я такой, чтобы что-то говорил? Ты же все само решить, тебе мой слова не нужно быть! И я тебе не нужно быть. Тебе только твоя народ нужно быть, а я... - ему не хватало слов сказать ей, что она вышла за него замуж только из корысти, только по обязанности, а он сам ее нисколько не интересует, даже не удосужилась хотя бы на пальцах объяснить ему, какой проблемой он является для нее и ее народа. Оскорбила в нем личность, мужчину, использовала!
  
  - Нет-нет, ты не должен так думать! - заполошно воскликнула Грандиана ( видимо, она услыхала его мысли), - это не так, даю тебе слово. Я люблю тебя, клянусь, поверь мне.
  
  Непутевый посмотрел на нее долгим взглядом, потом встал, отошел, и не успела Грандиана произнести и слова, как он взмыл в небо и умчался так быстро, что уже через мгновение его не стало видно.
  Только синее небо пылало в вышине, да плыли по нему ярко-белые облака. Они бесшумно и равнодушно скользили высоко над поляной, на которой распростерлось тело драконицы, горько рыдающей над своим бессилием перед волей бога и упрямством обиженного дракона.
  
  Из дома вышли, пошатываясь, заспанные собаки. Они непонимающе озирались вокруг и, видимо, не узнавали родной территории. Потом увидели Сплендиду...
  
  Джо изрядно повеселилась, наблюдая за гаммой чувств, отразившуюся на их лицах. Сначала они, явно, не поняли, что это такое огромное зеленое и мерцающее заслонило от них обзор, потом они поняли, что оно живое и немедленно захотели его со своей территории прогнать, но тут же вспомнили утренние события, вспомнили, кому они обязаны своей блаженной, еще не прошедшей, сытостью и заулыбались, заюлили, завиляли хвостами и так - улыбаясь, юля и виляя, - подошли к Сплендиде.
  Та была растрогана.
  
  - Ах, вы, мои милые малыши, - почти промурлыкала она, - вот вам по булочке вкусненькой. И собаки опять удалились в дом с новой добычей в зубах.
  
  - Какие преданные существа! - сказала Сплендида, - в нашем мире их нет, у нас никаких животных нет почему-то.
  - Может быть, потому, что ваша природа все свои ресурсы на вас истратила? - Джо задала вопрос и тут же прикусила язык: вдруг драконица обидится, что она помянула драконов в контексте разговора о животных. Но тут же подумала, что в этом нет ничего обидного. Человек, вот, тоже животное - и что?!
  - Не исключено, не исключено, - пробормотала драконица. Она, видимо, уловила все мысли Джо и не придала им значения.
  
  - Сплендида, но что было дальше?
  - Дальше? Дальше не было ничего хорошего. Грандиана вернулась домой, но Непутевого там не нашла. Она рассказала все родителям, и те страшно огорчились и встревожились, тем более, что они ожидали подобной реакции и даже предупреждали дочь о ее возможности. Теперь нужно было ожидать от пришельца всяческих неприятностей, и настроение в пещере царило унылое.
  
  Ночевать Непутевый не вернулся. Грандиане страшно хотелось организовать поиск, но она не хотела обнародовать возникшую проблему, надеялась, что сумеет из нее выпутаться и наладить хорошие отношения со своим невольным мужем. В этом родители были с нею согласны, а для слуг был разыгран разговор, из которого становилось ясно, что Непутевого отправили в Храм для религиозной учебы - такое практиковалось, поэтому никаких недоумений вызвать эта версия не могла.
  
  Но каждую ночь Грандиана сама вылетала на поиск, да и днем стала гораздо чаще летать над своей страной. Эти вылазки тоже не вызвали подозрений: скучает правительница без мужа, дело молодое - вот и пытается развлечься.
  
  Во время одного такого полета она увидела в глубоком ущелье, где никто не жил и не вел разработок, слабый огонек. Спустившись пониже, Грандиана поняла, что это костер и что возле него спит, распластавшись, Непутевый.
  
  Она опустилась на небольшое плато рядом с костром и подошла к мужу. Он исхудал, выглядел несчастным и немытым. Грандиана тихо села возле огня, подбросила в него несколько лежавших рядом бревен и стала ждать.
  Было тихо, только потрескивали дрова в костре да сонно и мерно дышал Непутевый. Над головой черное небо густо светило звездами. Отсюда, из ущелья, оно казалось особенно темным, а звезды - особенно яркими. Грандиана вздохнула и подумала, как это несправедливо, что под таким прекрасным небом на такой прекрасной планете два существа не могут найти общего языка и мучат друг друга...Додумать она не успела: Непутевый заворочался, заскрипел зубами и вдруг отчетливо произнес:
  - Грандиана, любовь моя...
  
  Грандиана вскинулась, бросилась к нему, но он спал, ничего больше не говорил, и она поняла, что он не уловил ее присутствия. Грандиана вернулась на свое место. Сердце ее переполнялось счастьем, счастье пузырилось в ней, как газ в вине, казалось, что вот-вот она станет легкой, невесомой и воздушным шариком взлетит в полыхающее звездами небо. Он любит ее, любит, любит, а значит, они сумеют преодолеть возникшее непонимание и зрящную обиду и построят чудесную жизнь, жизнь на века, потому что ведь все драконы живут не одно тысячелетие, может быть, и у ее любимого тоже есть это качество...Она не хотела думать о том, что, может быть, он не обладает долголетием, она была так заполнена своим счастьем, что дурные или даже просто трезвые мысли не рождались в ее мозгу, опьяненном радостным открытием.
  
  Так она просидела всю ночь, следя за костром и наблюдая за постепенно светлеющим небом, гаснущими звездами; следя, как розово-багрово-золотой свет разливается над горами, а тут и Непутевый проснулся.
  
  С минуту он непонимающе смотрел на Грандиану, а затем кинулся к ней, что-то бессвязно бормоча - и тут мы покинем их, потому что негоже подглядывать за самыми интимными моментами в жизни двоих, связанных взаимной любовью.
  
  Когда к ним обоим вернулась способность здраво мыслить, они решили, что Непутевый не вернется в пещеру вместе с женой, что она его проводит в Храм, и он останется там столько времени, сколько нужно, чтобы понять религиозную доктрину народа Грандианы. Так они и поступили.
  
  Жрец с пониманием отнесся к их идее, хотя никакой радости от появления неофита не выразил, остался непроницаем и спокоен. Он переждал бурное прощание молодоженов и велел служкам увести Непутевого куда-то в недра Храма, а сам повернулся к правительнице.
  
  - Надеюсь, ты понимаешь, какую ношу взвалила на свои плечи? - спросил он ее сурово, но и участливо одновременно.
  - Понимаю, - вздохнула Грандиана.
  - Конечно, твоя жертва останется в памяти народа, но жить тебе будет нелегко.
  - Никакой жертвы - я его люблю!
  - Любишь? - недоверчиво протянул жрец, - когда это ты успела его полюбить?
  - Когда я впервые прилетела тебе с вопросом о нем, я уже его любила.
  - Хм, - жрец посмотрел на нее скептически, - а он тебя любит? Иногда трудность состоит в том, что мы не любим, но очень часто в том, что не любят нас, и эту трудность преодолеть гораздо сложнее.
  - И он любит. Сказал, что полюбил сразу, как только очнулся и увидел меня.
  - Между словами и делами немалая дистанция, ты должна это осознавать.
  - Да, я помню об этом, но у него пока еще не было возможности проявить свою любовь на деле.
  - Понимаю, понимаю. Что ж, я не хочу портить тебе радость. Живи и наслаждайся жизнью, дадим твоем мужу срок и посмотрим, к чему мы все придем по истечении этого срока. Как по-твоему, полугода ему хватит, чтобы доказать свою к тебе любовь? Обычно мы не даем исптытальных сроков женихам, но ведь мы знаем друг друга с рождения, знаем, чего мы стоим и чего стоит каждый из нас, а тут пришелец да еще из другого мира - кто знает, что в нем кроется! Что ты думаешь об этом?
  - Думаю, ты прав, ты мудрый жрец, твои советы всегда дельные и взвешенные, я тебе очень благодарна.
  - Ну, вот и хорошо, - облегченно вздохнул жрец. - Лети домой и жди мужа. Прилетать за ним не нужно: он сам вернется, когда я сочту его готовым к нашей жизни.
  
  И сказав это, жрец поклонился Грандиане и ушел, а Грандиана полетела домой, где ее ждал огромный ворох дел, встреч и обязанностей, в который она тут же окунулась вся, только маленькая частичка ее сознания отсчитывала секунды, минуты, часы и дни, которые отделяли ее от мужа.
  
  Сплендида помолчала. Джо напряженно ждала продолжения, глядя в упор на драконицу. Она устала смертельно, устала так, словно это она летала за многие километры, чтобы лечить покалеченного незнакомца, боялась, принимая решение женить его на себе, не знала его реакции и боялась ее - и все это за один день, который уже подходил к концу, но все тянулся и тянулся, ночь никак не наступала, а блаженный отдых все отдалялся.
  
  - Ну! - не выдержала наконец она, - что дальше, продолжай!
  - Дальше...Дальше все было очень скучно - такая обычная история... Правда, тогда она еще обычной не была: не случалось у нас прежде такого...иначе мы жили, чем стала жить эта пара.
  
  Непутевый вернулся из Храма, вроде бы, довольный вернулся, тихий и спокойный. Грандиана встретила его радостно, родители ее тоже были довольны, что он приобщился к их религии, и относили его спокойствие на этот счет. Он продолжал учить язык, хотя в Храме сильно продвинулся и говорил уже почти без акцента, много читал: в пещере правительницы была огромная библиотека, древняя, возраст ее исчислялся не одной тысячей лет.
  
  Он увлекся расшифровкой старинных манускриптов, написанных древним алфавитом, который изжил себя за долгое время, и, казалось, полностью был поглощен этим делом.
  Но так только казалось.
  
  Грандиана старалсь не мешать ему, если он читал или занимался; она не отвлекала его, уходила тихо и ждала, когда ему надоест или он устанет и оторвется от свитков. Да у нее и своих дел было немало: ежедневно в зале заседаний собирался Совет - двенадцать самых именитых и уважаемых драконов и дракониц, - на котором решались важные государственные дела.
  
  Правительница была в курсе всего происходящего в стране: кто женился или вышел замуж, какие семьи пополнились новорожденными, как обстоят материальные дела ее подданных и ее собственные, какая обстановка царит в поселениях людей - да мало ли что должна знать правительница, если хочет счастья своему народу!
  
  Ты не забывай, что она еще и целительницей была, ей постоянно приходилось вылетать то к одному, то к другому приболевшему или покалечившемуся дракону.
  
  И сокровищница семейная требовала постоянного пополнения. Конечно, ее родители не сидели сложа руки: они постоянно были заняты ювелирной работой, но этого было недостаточно: она тоже была обязана внести свой вклад в благосостояние семьи, а ведь сутки не резиновые, их невозможно было растянуть, чтобы втиснуть все дела.
  
  Грандиана трудилась очень напряженно, и Непутевый сначала принимал спокойно ее занятость, кроме одного пункта из списка обязанностей жены: он ненавидел, когда она удалялась в Зал заседаний, куда ему вход был запрещен даже если в зале никого не было.
  
  Собственно, вход туда был запрещен всем, даже родителям правительницы, но Непутевый ничего не хотел знать об этом. Он не мог понять и осознать, почему это он, муж правительницы, приравнен к остальным, рядовым, драконам и даже принижен по сравнению с членами Совета.
  Он чувствовал себя униженным! Он ощущал себя игрушкой в руках жены, судьбы, обстоятельств.
  
  Амнезия добавляла свою ноту в его переживания и страшно унижала его. Во-первых, желание вспомнить превратилось в навязчивую идею, заслон в сознании приводил в ярость, а попытки прорваться через него доводили до изнеможения. А само отсутствие памяти о прошедшей жизни, как бы, лишало его этой жизни, лишало прошлого.
  
  У всех было прошлое, именно прошлое делало взрослого взрослым личность - личностью. Даже у детей, начиная лет с трех-четырех, было прошлое, и получалось, что он, память которого была, как белый лист, как у младенца, взрослым не является - это было нестерпимо для огромного, много пожившего и испытавшего дракона.
  
  Он ни с кем не делился своими переживаниями, что еще больше утяжеляло его состояние. Любовь к красавице-жене, гордость за то, что она - Королева, ревность к ее власти и к правам других драконов, ярость и злоба из-за потери памяти, комплекс неполноценности, обида на судьбу: все эти чувства сплавились в такой кошмарный слиток, тяжелый и с острыми гранями, который лежал у него на душе, непрерывно давя на нее и раня ее своими остриями, что было непонятно, как живое существо способно жить в таком личном аду.
  
  Постепенно он забросил и свои манускрипты, и занятия языком, спортом, прогулки, реже стал вступать в беседы за обеденным столом и во время королевских приемов, совсем перестал танцевать. Часами валялся он в своей роскошной спальне, притворяясь спящим, когда кто-нибудь пытался его оттуда выманить.
  
  Однажды он решил слетать куда-нибудь подальше от осточертевшего ему дворца и полетел наугад, даже не зафиксировав в памяти направление.
  Летел он довольно долго, пока не увидел внизу поселение и вывеску питейного заведения. Он опустился на взлетно-посадочную площадку и пошел в кабак. Там было пусто: у нас не принято пить в обычные дни, но кабаки все-таки существуют, потому что ведь не все следуют принятым обычаям. И тут Непутевый понял, что ему страстно хочется выпить чего-нибудь крепкого. Но денег у него не было. И тогда он выдрал из своего красивого жилета, подаренного ему Королевой, пару рубинов и изумруд и подал их кабатчику.
  
  Долго он наливался хмельным и налился до такой степени, что не смог взлететь и провел ночь в этом кабаке: там были для такого случая ниши в стенах пещеры - вот в такой нише Непутевый и задрых и спал долго, пока хмель не выветрился полностью из его непривычной к пьянству головы.
  
  Во дворце в это время царил переполох: никто не заметил, когда и как он улетел, и никто не знал, где его искать.
  
  Наконец, какой-то мальчонка вспомнил, что когда он разучивал полет с переворотом через правую голову, какой-то большой дракон чуть не сбил его - так быстро он летел. Ребенок показал, куда по его мнению полетел этот дракон, и Непутевый был наконец обнаружен.
  
  Королева сразу заметила недостачу камней в жилете, но ничего не сказала мужу, не стала расспрашивать, где он их потерял, а просто попросила его снять жилет для ремонта. Непутевый молча отдал ей жилет и ушел в спальню, даже не поплескавшись в бассейне.
  
  Лежа в спальне, он понял, что прошедшие сутки были самыми спокойными за весь промежуток времени, прошедший после его возвращения из Храма. Пока он пил и валялся пьяный, его не мучили ревность и зависть, ему было все равно, что он помнит, а что - нет, - потому что он не помнил ничего. Ему не хотелось заниматься ничем, и чувство вины и стыда не терзали его за это. И в тот самый момент, когда он уже почти заснул, душа его возликовала: лекарство от тоски и неудовлетворенности жизнью было найдено!
  
  И пошло! Теперь он находился в двух состояниях: или пил, или валялся пьяный и бесчувственный.
  
  Своих денег у него по-прежнему не было, но он продолжал выдирать камни из жилета, который Грандиана безропотно чинила...какое-то время, но однажды наступил день, когда Непутевому пришлось надеть жилет с зияющими дырами - в нем он и отправился пьянствовать. На следующее утро жилета просто не оказалось там, где он его бросил, когда, пьяный, заваливался спать. Видимо, Грандиана надеялась, что гордость не позволит ему показываться на глаза посторонним в драной одежде, но когда ее ожидания не оправдались, она предпочла изъять жилет совсем: она не могла позволить, чтобы муж правительницы выглядел жалким оборванцем. Пусть уж летает совсем без жилета, тем более, что многие взрослые драконы надевали драгоценные доспехи только в праздничные дни, так что Непутевый не выглядел бы раздетым в толпе.
  
  С утратой жилета Непутевый утратил и источник для оплаты хмельного - и что было делать?!
  
  Несколько дней он провел дома, страшно мучаясь без выпивки, и Грандиана уже начала было осторожно радоваться в надежде, что период пьянства прошел, что муж ее перебесился и теперь возьмется за ум, но она ошиблась: однажды утром было обнаружено, что Непутевый исчез опять.
  
  Все ломали голову, где же он берет деньги на пьянство, но никто и помыслить не мог, что ходит в королевскую сокровищницу и ворует оттуда камни: воровства у нас не было никогда, мы даже не знали, что такое возможно.
  
  Так жизнь и потекла: пьянство Непутевого, терзания Грандианы, недоумение и недовольство всего народа, его сочувствие к правительнице и абсолютное непонимание, что же делать, как выйти из этой, кажущейся тупиком, ситуации.
  
  Иногда, правда, Непутевый словно бы приходил в себя и на некоторое время возвращался к прежней жизни: опять начинал читать и учиться, принимал участие в семейных трапезах, спал с Грандианой. Именно в один из таких моментов просветления они и зачали бедного малыша, которому так и не довелось пожить на этом свете.
  
  Но потом он опять срывался и исчезал из дома на неопределенный срок, чтобы вернуться грязным, вонючим, с бессмысленным взором и несвязной речью.
  
  Известие, что Грандиана ждет ребенка, вызвало особенно длительный период пьянства, который, в свою очередь, вызвал приступ недоумения у правительницы. Сообщая мужу о грядущем радостном событии, она надеялась удержать его от пьянства навсегда: ведь отцовство должно было вызвать в нем гордость и нетерпеливую радость, - но она ошиблась и долгими одинокими ночами все пыталась понять, в чем именно состояла ее ошибка, но понять не могла.
  
  До нее дошло вдруг, что, даже ожидая от Непутевого ребенка, она его совсем не знает и не понимает ни склада его души, ни извивов характера, ни способа мыслить и чувствовать. Она была уже готова признать, что замужество ее было ошибкой, но тут произошли все эти события, о которых я тебе рассказала: рождение и гибель малыша, стычка Непутевого и его шайки с драконами, болезнь Грандианы и исповедь Непутевого перед Советом.
  
  - Я знаю, - с силой произнсла Сплендида, - почему у нас все так сложилось! Да и у вас тоже.
  - Почему? И что именно сложилось?
  - Да вот это все: войны, раздоры, расслоение общества. Посмотри, что у вас творится: семья потеряла свое значение, замены ей вы не нашли и не ищете. Число одиноких неприкаянных людей все возрастает, но в большинстве своем люди эти предпочитают маяться в одиночестве, чем взять на себя ответственность за чужую жизнь и судьбу. Рождаемость неуклонно падает! Эти ваши "child free" завоевывают все больший авторитет: люди просто не хотят выпускать своих детей в ваш сумасшедший мир. И то подумать, что хорошего ждет их? Ведь любовь, уважение, доброта, взаимопомощь, дружба - это все поруганные понятия, презираемые в вашем обществе, считающем их признаком слабости и неудачливости. "Споткнувшегося - толкни!" - вот ваш девиз.
  
  - Ну, ну, не расходись, не обобщай, - перебила ее Джо,- все не так страшно: не все такие. Вот я не такая, мои друзья. Думаю, и другие найдутся.
  - Боже мой, да что вы определяете?! Вы убежали в свои раковины, индивидуальные или групповые, и там сидите, в них строите свою жизнь и считаете, что она не зависит от творящегося за створками ваших красивых, с гладкими розово-перламутровыми стенами, убежищ. А вас касается! Потому что только такие, как вы, должны определять характер общества и перспективы его развития. Но вы сдали свои позиции и позволили верховодить тем, для кого единственная ценность в жизни - это деньги.
  
  И деньги убьют скоро вас всех. Разница между теми, у кого деньги есть, и кто их лишен все больше. Все глубже пропасть между ними, все шире трещина. Противоречия уже почти непреодолимы, и в самое короткое время они станут примут такие размеры, что станут причиной гибели человеческой цивилизации - предпримете вы попытку их преодолеть или нет.
  
  Те, у кого деньги есть, совершенно необоснованно презирают неудачников, их лишенных, а последние, в свою очередь, завидуют им и ненавидят их за эту свою зависть, потому что, конечно, мыслящий человек не должен завидовать богатству материальному: не оно главное в жизни.
  
  - Послушай, - возмутилась Джо, - но ведь ты сама рассказала мне о ваших сокровищницах и вашем непрестанном накоплении богатства! Почему же вас эта ваша страсть не разъедает и не развращает?!
  
  - Потому что в наших сокровищницах нет ни одного камня, который не был бы добыт, огранен и вставлен на свое место в ювелирном изделии нами самими. Мы не покупаем, не выманиваем обманом, не отнимаем силой, не грабим - мы все добываем своим трудом, и наши камни тем дороже, чем больше труда в них вложено. Понимаешь? И наши наследники не живут на дивиденды с богатства, оставленного им предками. Они работают не меньше, чем работали бы, будь они нищими.
  
  А у вас?! До чего дело дошло: возможность удовлетворения любознательности и тяги к знаниям зависит у вас от наличия денег! Любовь зависит от денег, дружба зависит от денег, здоровье - все зависит от денег! Послушай, я чего-то не понимаю? Ведь может наступить такой день, пусть даже в далеком будущем, когда человечество разделится на две группы: одна крошечная, другая - все остальное население планеты. Но в руках у первой будут сосредоточены все богатства Земли, все, что на ней имеется: все территории, содержимое недр, водные ресурсы, воздушные, вся промышленность, наука, искусства - все, все!
  
  И если тогда жизнь и здоровье людей будут по-прежнему зависеть от их кошелька, то у вас начнется мор: вы, у кого денег нет, просто не сможете заплатить за медицинское обслуживание, оплатить полноценное питание ( у вас уже люди мрут от голода в то время, когда другие платят бешеные деньги за сэндвичи с золотом и прочую чепуху) и достаточное количество воды и воздуха.
  
  Что тогда будут делать эти, "хозяева" планеты? Они себя бессмертными почитают, что ли?! Вымрет все человечество, кроме них - и что? Кем они станут управлять? Кто будет на них работать и приумножать их богатство? Да, кстати, вот тебе еще одно различие между нами: вы работаете, чтобы сделать богаче кого-то, оставаясь при этом нищими, не могущими себе позволить ничего из тех радостей, которые предлагает нам жизнь. Ну, кроме сомнительной радости ежедневно лицезреть восход Солнца в то время, когда хочется спать, лицезреть сны и ничего более.
  
  Джо подавленно молчала. Пламенные речи драконицы казались ей тем более справедливыми, что она и сама не раз думала об этом и разговаривала об этом со своими друзьями. Все они думали так же, но не представляли себе, что можно сделать для изменения порядка вещей, царящего в их жизни.
  
  - Как по-твоему, в чем же причина, что мы пришли к такому положению дел? - спросила наконец она у Сплендиды.
  - В том же, что случилось у нас, когда заболела Грандиана.
  - А что у вас случилось?
  
  - Совет выслушал Непутевого и решил все как следует обдумать и уже тогда принять решение. На время болезни правительницы исполняющим ее обязанностей был назначен Главный Советник: я тогда еще не родилась, и по женской линии не было никого, кто мог бы заменить Грандиану.
  - Вот это новость! Так ты Королева?!
  - Нет. Я должна была ею стать, но не стала.
  - Но почему?!
  - Я тебе и пытаюсь рассказать, почему, но ты мне не даешь это сделать.
  - О, прости, но ты и меня пойми: не каждый день я беседую с драконицами да еще и королевского происхождения! Не обижайся, пожалуйста, продолжай, я слушаю.
  
  - Главный Советник стал проводить заседания Совета и высказывать мнения, которые становились основополагающими, какими раньше всегда были мнения дракониц-правительниц.
  Ну, ты ведь понимаешь: мы разные! Драконы и драконицы, мужчины и женщины - мы разные! Мы различно мыслим и чувствуем, у нас разные приоритеты в жизни, разные представления о верном и неверном, плохом и хорошем.
  
  Пока на троне сидели драконицы, у драконов не было поводов завидовать и конкурировать: соревнование возможно только между однотипными особями, но нельзя сравнивать соленое и короткое или дым с теоремами геометрии - несравнимые разнородные явления и категории!
  
  Но теперь на троне сидел дракон! И у других драконов стали появляться мысли, что, собственно, а чем это он лучше, чем они.
  
  Раньше все было понятно: наступал день, когда старый Совет должен был уйти в отставку по возрасту. За некоторый срок до этого объявлялся конкурс на места в новом Совете. В конкурсе имели право участвовать драконы и драконицы определенного возраста, приблизительно ровесники, потому что все они должны будут уйти в отставку одновременно. Поданые заявления рассматривал весь Совет с Королевой вместе, выбранные ими кандидаты должны были пройти отборочные соревнования по разным видам знаний и умений, и победившие становились членам нового Совета и какое-то время принимали участия в заседаниях на правах слушателей, чтобы перенять у предшественников умение мыслить и действовать в пользу своего народа. Когда старый Совет решал, что новички достаточно подготовлены к самостоятельной работе, те выбирали Главного Советника и приступали к делу.
  
  Таким образом и Главный Советник Грандианы стал им - выиграл соревнование и выборы.
  
  У рядовых драконов не было повода для зависти к членам Совета: право участвовать в соревнованиях было у всех, и каждому могла выпасть удача, каждый мог попасть в Совет.
  
  Но ни у кого из них не было права сесть на трон! И у Главного Советника тоже. Он бы и не попал никогда в правители, если бы плавное течение жизни не было нарушено внедрением в нее Непутевого.
  Но оно было нарушено, и драконы стали раздражаться, когда видели, помнили или обсуждали, что на троне теперь сидит один из них - а по какому праву, собственно, чем он лучше других?!
  
  Зависть, как ржавчина, разъедает душу. Власть, которая не объясняет свои поступки и решения - неважно, по какой причине она это делает: из высокомерия, недомыслия или считая, что всем все и так понятно, - рискует потерять доверие. Ну, а поспешность, как известно, нужна только при ловле блох.
  
  Пока на троне сидела драконица, статус остальных дракониц был очень высок - и в семье, и вне ее.
  Теперь же драконы, ревнуя Главного Советника к полученной им задарма, как они считали, власти, в то же время подсознательно возгордились тем, что один из них сидит на троне, и это не могло не сказаться на их отношении к драконицам.
  
  Подспудно каждый почувствовал себя немного королем и, подспудно же, захотел к себе соотвествующего отношения: уважения чуть больше, чем было, почтения к каждой мысли, каждому изреченному слову, беспрекословному подчинению.
  
  Они не помнили, в головах не держали, что почтение к Королеве, прежде всего, диктовалось тем, что ею всегда становилась драконица, которая рождалась раз в десять, а то и пятндацать тысяч лет, что это была необычная личность, наделенная сверхестественным качествами ( именно поэтому каждая правительница могла лечить больных и покалеченных - другие этой способности были лишены), особым настроем души и особым отношением к морали. Так было всегда и должно было оставаться всегда, чтобы наш народ мог жить и развиваться. Кроме того, когда Королева сообщала своему народу об очередном решении того или иного вопроса, она не просто так рот раскрывала: этот вопрос бывал серьезно и вдумчиво рассмотрен со всех сторон Советом, решение принималось коллективно, и то, что доносила Королева до общества, являлось единственно возможным вариантом из всех существовавших.
  
  Тут Сплендида хмыкнула и добавила:
  - Не зря ведь одним из турниров, который необходимо было выиграть, чтобы попасть в Совет, был турнир по игре, которая очень напоминает ваши шахматы. Разница лишь в том, что она трехмерна.
  - Да, но ведь такой турнир может выиграть только один игрок!
  - Турнир этот был последним, шел в группах, выявлялся победитель в каждой группе, он и становился членом Совета. А потом они играли между собой - так выявлялись четыре претендента на место Главного Советника - вот из них уже выбирали.
  - Не правильнее было бы сделать Главным Советником того, кто победил бы в этом последнем турнире?
  - Нет. Важны были не только личные качества дракона, но и отношение к нему его будущих коллег, поэтому последним этапом были все-таки выборы.
  - Угу, понятно. Здорово заверчено, но, думаю, таким образом можно было получить в совет ислючительно порядочных и разумных драконов. Да и от коррупции такой способ тоже неплохо может оградить...
  - О чем ты говоришь?! Мы и слова такого не знаем - "коррупция"! И явление это нам незнакомо. Слушай дальше.
  - Я вся - внимание.
  
  - Ну вот. Драконы наши простые всего этого не учли и стали невыносимыми: начались капризы дома - то им не так, это не эдак. Стали покрикивать на дракониц, лапами на них топать, крыльями махать...Драконицы сначала не поняли, что, собственно, происходит, а когда поняли, очень рассердились и обиделись...Вот так и началось падение семьи и ее престижа у нас. Думаю, и у вас когда-то в далеком прошлом произошло нечто в этом же роде.
  
  - Ты знаешь, - потрясенно произнесла Джо, - а ведь ты, наверное, права. Ведь был же на Земле матриархат - куда он делся и почему женщина утратила свой статус, если она им когда-либо обладала?! А если не обладала, то почему технический прогресс, который и ее призвал на свои баррикады, ей этого статуса не принес? Очень, очень правдоподобна твоя версия! Мужчины по какой-то внешней причине оказались у власти, это привело к порабощению женщин в семье и обществе и утере женщинами их высокого статуса матери и хранительницы очага, превратило в домашних служанок и приспособления для продолжения рода... И даже в наше время их способность к получению серьезного образования и умение вести дела не хуже, а иногда и лучше мужчин, только раздражает последних и отвращает от желания иметь с женщинами любые дела... Зависть! Зависть - вот что движет их поведением в наши дни. Она и разъедает их души.
  
  - Конечно, это только гипотеза, - кивнула головой Сплендида, - но она кажется мне очень правдоподобной. Но мы с тобой расфилософствовались, а я тебе еще не рассказала, о том, как все развивалось после исповеди Непутевого.
  
  Он ждал решения Совета. Все это время он проводил с Грандианой, которая так и была без сознания, а лечить ее было некому: она ведь сама была лекаркой. Казалось, что положение безвыходное, тупик. Родители Грандианы почти перестали разговаривать с зятем, и он понимал их: они считали его причиной всех бед, постигших их дочь, с чем он был абсолютно согласен.
  
  Да он и сам не хотел, чтобы они беседовали с ним. Его сейчас хватало только на то, чтобы сидеть у постели ни на что не реагирующей жены и вполгоса рассказывать ей, как он ее любит и какое это счастье для него - встреча с нею, - и как он жалеет, что сам оказался для нее несчастьем.
  
  Однажды в спальню правительницы вдруг вошел Жрец из Храма. Непутевый его не сразу заметил, и тот некоторое время стоял тихо, склонив головы, и слушал бесконечную монотонную исповедь Непутевого.
  Затем решительно подошел к постели больной, жестом велел Непутевому отойти в сторону и стал обследовать Грандиану. Мать и отец Королевы заглядывали в дверь, они были заплаканы, а мать даже всхлипывала.
  Осмотр длился долго, но наконец Жрец отошел от постели и сказал:
  
  - Она жива и она не умрет.
  - Ты уверен? - воскликнула мать Грандианы.
  - Уверен. Она просто не хочет выйти из своего обморока, в котором она прячется от смерти ребенка. Ее нужно выманить оттуда. Вот этот молодец, - он кивнул на Непутевого, - в общем-то не так глуп. Он все время с нею разговаривает, и она его слышит, я вас уверяю. Но нужно сказать ей что-нибудь такое, что заставило бы ее захотеть вернуться, - обратился он к Непутевому. - Это, конечно, хорошо, что ты ей о любви рассказываешь, - глянул мельком на смутившегося Непутевого и продолжил, - но раз она на твои трели не реагирует, значит, ей что-то другое нужно. Твоя задача найти нужные слова. Понял?
  И Жрец удалился, оставив Непутевого наедине с его скудным словарным запасом.
  
  Дальше все покрыто мраком неизвестности. Никто не слышал, что стал рассказывать Непутевый Грандиане после визита жреца. Все находились в крайне подавленном настроении и ждали, когда же наконец Совет примет хоть какое-нибудь решение.
  
  Совет заседал долго, недели две, но не зря ведь в него входили самые умные и предприимчивые драконы и драконицы: они приняли очень неординарное решение.
  
  Однажды, ближе к вечеру, отец Грандианы заглянул в спальню дочери и поманил Непутевого к себе. Тот страшно удивился: ведь все это время родители жены и двух слов с ним не сказали, - но подошел к тестю.
  
  - Там к тебе пришли, - сказал ему тесть, - выйди.
  Непутевый вышел.
  - В Зале заседаний, - вслед ему сказал старый дракон и остался у ложа дочери.
  
  В Зале заседаний Непутевого ждал весь Совет. Он вопросительно посмотрел на Главного Советника, но заговорил другой дракон, самый молодой в Совете. Как потом оказалось, это он предложил идею, которую и изложил Непутевому.
  
  - Магус Магнанимус, мы долго заседали и никак не могли придумать, как помочь тебе, нашей Королеве и всему нашему народу, но наконец у нас появилась идея. Нам кажется, что вся проблема кроется в твоем сознании, в твоей памяти. Ответь мне для начала на один вопрос, пожалуйста.
  - Хорошо, - нерешительно произнес Непутевый, - какой вопрос?
  - Ты нам рассказал, что от полученных травм потерял память, но потом вполне связно сообщил нам, кто ты и откуда ты. Как ты объяснишь этот факт?
  Непутевый удивился.
  - Я вам рассказал, кто я и откуда?! Когда?!
  - Сразу после подавления глупого бунта твоего и твоей шайки на площади перед всем племенем.
  - Я этого не помню!
  - Не помнишь?! Как это может быть?! Ты искренен с нами?
  - Да, поверьте мне!
  
  Члены Совета переглянулись. Было видно, что они не верят, но и что своего недоверия несколько смущаются.
  
  - Ну, хорошо, - нерешительно начал один из них, - давайте все-таки объясним ему, что мы придумали. Все равно ведь мы не можем опровергнуть его, придется нам ему поверить, с некоторым приближением, конечно.
  
  Совет закивал головами в знак согласия, и Главный Советник сказал дракону, который первый начал разговаривать с Непутевым:
  - Продолжай, объясни ему все.
  - Итак, я остановился на идее, что состояние Грандианы как-то зависит от твоего сознания. Что-то ты ей на телепатическом уровне внушаешь, из-за чего она и не может выйти из обморока. Не возражай! - повысил он голос, увидев, что Непутевый пытается что-то сказать, - Ты можешь и не знать этого, это может происходить бессознательно.
  Вот мы и решили провести телепатическое сканирование твоего мозга, чтобы выяснить, чем забиты твои телепатические каналы, почему они плохо проводят информацию в обоих направлениях, а если проводят нормально, то почему ни ты, ни окружающие ее не воспринимают или воспринимают плохо. Ты согласишься на эту процедуру? Она безболезненна, но отнимает много сил.
  - А кто же в это время будет разговаривать с Грандианой?
  - А мы не уверены, что это так необходимо - непрерывно с нею разговаривать.
  - Но Жрец...
  - Да, мы знаем, но придется пока забыть об его рекомендациях. Ты уже сколько времени потратил на беседы с нею, а результата нет. Думаю, сначала нужно узнать, что именно она хотела бы услышать, а уж потом разговаривать. Не будем спорить. Решение принято, и ты должен ему подчиниться. Завтра встань пораньше: сеансы телепатии лучше производить, когда мозг еще не утомлен. Сегодня больше не разговаривай с Королевой. Прими ванну и ложись спать: нам нужно, чтобы завтра ты был свежим и бодрым. Иди, ты свободен до утра.
  И Непутевый вышел из Зала заседаний.
  
  - Может быть, заодно выясним, в самом ли деле у него амнезия или он придумал ее для самооправдания, - заметил Главный Советник.
  - Да, - согласились с ним остальные члены Совета.
  
  Уже сильно стемнело, на небе стали видны первые звезды, вечер незаметно перетекал в ночь, а конца рассказу драконицы не было видно конца.
  Видимо, она и сама понимала, что дело затянулось, и спешила рассказать свою историю.
  
  - Сеансы телепатии происходили в течение нескольких месяцев. Ежедневно в пещеру правительницы являлись два дракона или драконицы и по очереди телепатически прощупывали мозг Непутевого, тщательно записывая что-то в большую книгу. Он не знал, что именно они записывают туда, да и не интересовался особенно: так уставал за время сеанса, что еле волочил ноги. Теперь его жизнь вмещала в себя лишь это: телепатические сеансы, плавание в бассейне, скудная еда ( у него пропал аппетит, и ел он лишь по необоходимости поддерживать в себе жизнь) и долгий сон, заполненный удивительными сновидениями.
  
  Ему снились зеленые леса, мягкая взрытая почва под ногами, ослепительный свет между стволами деревьев и на прогалинах без растительности, множество текущих, журчащих и звенящих речушек, рек, ручьев и ручейков, влажная жара, испарения от болот, искажающие вид окрестного пейзажа...
  
  Какие-то огромные твари ( не драконы, он понимал, что это были какие-то другие существа) объедали зелень, охотились друг на друга, дрались, купались в озерах и с громким ревом тонули в болотных топях.
  Воздух был заполнен запахами и звуками, время от времени - вернее, очень часто - небеса извергали потоки теплой воды, это было приятно.
  
  Постепенно тематика снов изменялась. Теперь существа, населявшие их, не тольк ели, охотились, дрались и гибли. Теперь они еще и совокуплялись, в снах стали появляться детеныши, а однажды из-за гигантских стволов вышла Грандиана и остановилась, скорбно глядя на него.
  
  Наутро он привычно уселся перед своими исследователями и привычно расслабился. Сеанс начался, все было, как всегда, и вдруг дракон, который сканировал мозг Непутевого в этот день страшно возбудился, прервал сеанс и сказал, что он должен срочно донести кое-что до Совета. С этими словами он убежал, а Непутевый вяло зашаркал к бассейну, который ему уже, честно говоря, порядком надоел.
  Он так же вяло плыл от одной стены пещеры к другой, как в зал с бассейном ворвался весь Совет.
  
  Непутевый чуть не утонул от неожиданности и удивления. Выбравшись из воды и отфыркавшись, он недоумевающе уставился на членов Совета.
  
  - Это твой последний сон, - сообщил ему слегка запыхавшийся Главный Советник, - ты видел в нем Королеву?
  - Да, - удивленно ответил Непутевый, - а как ты узнал?
  - Телепатия помогла. Теперь мы знаем, что случилось с Королевой.
  - Правда? Что?
  - Ее ментальный образ покинул ее, он в том мире, откуда ты прилетел.
  - Но мир этот погиб!
  - Погиб, да, но физически, а образ его живет в твоем подсознании, и это означает, что он существует.
  - Но я не помню своего мира, ничего не помню: ни имени своего, ни того, что со мной произошло. Только помню гибель моего мира - и все.
  - Ты помнишь. Ты просто не знаешь, что помнишь. Имя свое помнишь, жизнь свою там - все помнишь. Ведь ты нам сказал, как тебя зовут, - значит, помнишь это.
  - Как меня зовут? Как?! - Непутевый почти кричал.
  - агус Магнанимус. И обрати внимание, что когда мы явились, чтобы сообщить тебе наше решение, мы тебя так и назвали, а ты не удивился и отозвался на это имя! Значит, помнишь, но травмы физические и душевные мешают тебе помнить на сознательном уровне, и ты помнишь все неосознано.
  
  - И телепатический канал твой тоже работает, но тоже на бессознательном уровне, - вмешался молодой дракон, - и вот на этом же уровне ты все о себе Грандиане рассказал. Телепатически. Между вам существует особая связь, какой у тебя нет и не может быть с другими живыми существами. Она все знала о тебе с первого момента и всегда.
  
  - Когда произошло несчастье на пиру, - Глава Совета сделал паузу, голос его дрогнул, - Королева не выдержала горя и захотела уйти подальше от места, где оно произошло. Так она и оказалась в твоем мире: ведь он очень далеко от нашего, он в небытии, что может быть дальше?!
  
  Непутевый потрясенно молчал, а потом сказал сдавленным голосом:
  - Я ей принес одни несчастья, нет оправдания моей вины.
  - Разве кто-нибудь виновен в своей судьбе? - мягко спросила его одна из дракониц, - разве мы хозяева своих судеб? Разве мы их строим? Они нам даны, мы не можем их изменить или отказаться от них, с этим ничего не сделать, нужно смириться, жить и выполнять все предначертания. Не вини себя, а обрадуйся лучше, что теперь мы знаем, как нужно разговаривать с Грандианой.
  - Как?! - жадно спросил-вскричал Непутевый.
  - Ты постараешься рассказать ей, какой дивный мир вы с нею построите здесь, если она вернется. Нет, не "если", а "когда".
  Как вы нарожаете еще детей - много. Как вы будете вместе работать, вместе радоваться жизни - все делать вместе. И какая это будет радость, какое счастье. И зови ее назад, проси, умоляй вернуться. Мы уверены: она услышит и поверит.
  
  Члены Совета стояли и со смущенными душами смотрели на огромного мощного и сильного дракона, который плакал перед ними и не пытался скрыть своих слез.
  
  Пауза затянулась настолько, что у Джо затекла душа: требуя продолжения истории, она была исколота нетерпением, как бывает исколота нога - десятками мельчайших муравьиных укусов-иголок.
  
  Сплендида затуманенным взором смотрела куда-то далеко. Джо не была уверена, что это "далеко" было связано лишь с расстоянием.
  
  - Дальше, дальше, - нетерпеливо произносила она про себя, - и Сплендида встрепенулась, встряхнулась и заговорила вновь.
  
  - Непутевому казалось, что он не сумеет заснуть в эту ночь, но, на удивление, сон сморил его мгновенно, как только он лег. И опять во сне Грандиана пряталсь между гигантскими стволами в тени и влажном сумраке, глаза ее были полны ужаса и непонимания, а он все звал ее беззвучно, звал и не мог дозваться...
  
  Утром он даже завтракать не стал - сразу помчался в спальню жены. Во сне его озарила одна догадка, и он решил ее проверить.
  
  А в это время за стенами королевской пещеры творились очень нехорошие и даже опасные вещи.
  
  Поскольку все представители власти сосредоточились на болезни Королевы, дела племени оказались запущенными, доходы и расходы не подсчитывались, мелкие неурядицы не разрешались, что объединяло их, склеивало, спрессовывало, как при постройке снеговика отдельные снежинки объединяются в большие шары.
  
  Этот ком уже принимал угрожающие размеры, а ведь началось все, казалось бы, с пустяка - с ссоры мужа и жены. Но серьезные проблемы всегда начинаются с пустяков, а ссора мужа и жены пустяком не была уже хотя бы потому, что никаких ссор между мужьями и женами раньше не наблюдалось, так что она была очень грозным сигналом о неблагополучии, созревшем в драконьем обществе.
  
  Кроме того, драконы всегда присматривали за своими соседями - людьми. Нет, они им ничего не приказывали и не требовали от них подчинения или следования каким-либо образцам именно драконьего поведения, ни в коем случае. Это получалось само собой. Люди видели, как живут драконы, какие в их мире действуют правила, и и автоматически, незаметно для самих себя приняли эти жизненные установки и для себя.
  
  В Совете был один дракон, в чьи обязанности входил ежедневнй облет людских поселений и последующий доклад об увиденном. Да и рядовые драконы тоже обязательно сообщали Совету о чем-то необычном в поведении людей: воздушное пространство поделено не было, драконы летали где хотели и, конечно, каждый из них мог видеть, как живут люди.
  
  Собственно, и территории тоже не были поделены официально. Просто драконам было удобно жить в горах и скалах, равнины не были им нужны, а люди с большим удовольствием осваивали именно равнинные земли. Так что деление произошло стихийно и к вящему удовольствию всех.
  
  Оба племени были абсолютно самостоятельны и долгие годы обменивались товарами: люди снабжали драконов продуктами питания, тканями, мебелью и прочими предметами быта, а драконы делали для них ювелирные украшения, драгоценную посуду и чеканили деньги.
  
  У людей было принято приглашать драконов на праздники, торжества, было очень модно иметь личного приятеля-дракона и иногда в разговоре с односельчанами ввернуть фразочку о том, как прекрасно они вчера с ним пообедали и поболтали.
  
  В конце каждого времени года люди устраивали, так называемые, "свадебные недели". Все, кто хотел создать семью, женились именно в эти дни. Драконы принимали живейшее участие в этих праздниках: с их помощью разыгрывались целые представления - с похищением принцесс и их фрейлин, с освобождением пленниц толпой влюбленных рыцарей и с последующим свадебным пиром.
  
  Драконы тоже приглашали людей на свои праздники, но эти приглашения были, скорее, простой данью вежливости, потому что люди опасались появляться на драконьих праздниках: во время танцев разошедшиеся драконы изрыгали языки пламени, которые не могли принести вреда их шкурам, а человеку, задень его такое проявление эмоций, сильно не поздоровилось бы.
  
  Но этот дисбаланс был, пожалуй, единственным в отношениях между племенами таких разнородных, ни в чем не похожих, созданий и абсолютно не мешал их соседству и сосуществованию в мире и дружбе.
  
  И хотя драконье племя было гораздо древнее людского, драконы даже не пытались навязывать людям какие-то свои воззрения и представления о том, что такое хорошо, а что такое плохо. Да и люди тоже считали, что на своей территории каждый волен жить по своим законам, но в чужом доме должен сидеть молча и не учить хозяев, "правильному" поведению.
  Но как-то так получилось, что люди, понимая ( и принимая) старшинство драконов, понимая, что их житейский опыт, уклад и правила, работавшие в их обществе, прошли длительную и серьезную проверку временем, не стали изобретать велосипед, а просто переняли у драконов то, что могло подойти им тоже, в частности, стиль межполовых отношений.
  Поэтому и у них правительницей была женщина, которой помогал Совет, а положение женщин в обществе было очень высоко.
  Но вот стали люди замечать что-то странное в жизни драконов: то вдруг увидят в небе дерущихся и бранящихся дракона и драконицу, то на очередном свадебном пиру гость дракон, подпив, скажет какую-то грубость о драконицах вообще и о своей жене, в частности, или, увидев непослушного ребенка, посоветует ему плевать на замечания матери: ведь она всего лишь женщина...
  
  Конечно, все это происходило постепенно. Изменения накапливались изо дня в день, из года в год, пока их количество не стало так велико, что полностью изменило не только качество жизни, но и весь ее характер, прежде всего.
  
  И когда одним прекрасным утром Грандиана все-таки вернулась из своего далекого путешествия, она застала совсем иной мир, чем покинутый ею несколько лет назад.
  
  Да-да, она болела несколько лет! Драконы живут очень долго, поэтому и время для них идет в ином темпе, чем для людей, хотя и люди наши тоже не могут пожаловаться, что жизнь коротка: пятисотлетние старики среди них не являются большой редкостью.
  
  Но я забегаю вперед. На чем мы остановились? Ах, да! Непутевый придумал новый способ общения с сознанием Грандианы.
  Каждое утро он бегом направлялся в ее спальню и запирался там. Родители правительницы и хотели бы узнать, что происходит за закрытой дверью, но из-за нее не доносилось ни звука, и они смирились со своим незнанием.
  
  Только одно было им видно: Непутевый несколько повеселел, что вселило в их души надежду на выздоровление дочери.
  Что ж, они надеялись не зря: однажды они работали в своей мастерской, когда услыхали шум и крики.
  
  Выскочив в коридор, старики увидели бегущего к ним слугу, который передал им просьбу Непутевого срочно прийти в спальную Королевы.
  Они так взволновались, что ввалились в дверь, которая так долго была закрыта для них, а сейчас стояла распахнута настежь, еле дыша, и сразу же оба зарыдали, увидев, что дочь в полной растерянности сидит на постели.
  
  Не буду описывать их встречу: все эти слезы, возгласы и вздохи - и так понятно, что без них не обошлось, но прерваны они были появлением Совета в полном составе.
  
  А вслед за ним в спальню важно вплыл Жрец. Он мгновенно оценил обстановку и попросил всех, кроме Непутевого, выйти: нужно ведь было поговорить с Королевой, чтобы оценить ее состояние.
  Все вышли. Слуги сообщили, что в маленькой столовой они накрыли стол для легкой закуски и что можно там дождаться результатов осмотра больной.
  
  Туда все и отправились, только родители остались дожидаться приговора у закрытой - опять! - двери.
  
  
  Через несколько часов Непутевый стоял перед Советом и объяснял, как ему удалось вернуть Грандиану.
  
  - Меня надоумили вы, - обратился он к самому молодому члену Совета, - вы сказали, что я умею общаться с нею на ментальном уровне. Вот я и подумал: зачем же тогда произносить что-то вслух, если можно думать и пытаться передать ей свои мысли?
  
  Сначала я пытался вспомнить свою родину, но наяву у меня ничего не получалось, зато она начала мне сниться. Думаю, что и усилия тех, кто сканировал мой мозг, тоже помогли: они сняли кое-какие замки, сознание несколько раскрепостилось.
  
  Потом я стал думать, куда могла деться моя красавица-жена, представлял ее во всех подробностях и мысленно звал и просил показаться.
  Вот тогда и стали мне сниться эротические сны, младенцы, а потом и Грандиана приснилась.
  Она стала мне каждую ночь сниться, и я во сне подходил к ней все ближе, не прекращая рассказывать о нашем прекрасном будущем, пока однажды не взял ее лапу в свою.
  
  Она вскрикнула, я проснулся и решил проверить, как дела в спальне у жены. Вошел - а она сидит и смотрит на меня, и глаза круглые и испуганные. Посмотрела на меня, посмотрела и снова легла и заснула.
  Но тут уж я видел, что не в обмороке она, что просто спит. Я остался с нею до утра, утром была тяжелая сцена: она плакала, просила у меня прощения. Я ее еле успокоил.
  Потом послал за ее родителями - остальное вы знаете.
  
  Я уже говорил, что мир, в который Грандиана вернулась из своего небытия, изменился до неузнаваемости. Когда она окрепла настолько, что смогла выйти из пещеры, первое, что она увидела, был дракон, ударивший драконицу за то, что она уронила мешок, в котором что-то явно разбилось. Сам дракон шел налегке, а драконица тащила на себе несколько огромных тюков, и тот, что она уронила, был самым большим и громоздким.
  
  - Ты что делаешь! - гневно вскричала Королева, - как ты обращаешься со своей женой?! Она жена тебе?
  - Ну, жена! - презрительно бросил в ответ дракон, - а ты кто такая, чтобы делать мне замечания?!
  
  Грандиана даже задохнулась от возмущения.
  - Кто я такая?! Я твоя королева, наглец!
  - Королева? - насмешливо протянул Дракон, - да нет у нас никакой королевы. Была когда-то, да умом двинулась, и теперь у нас все справедливо: на троне сидит дракон, как то и должно быть. Уж дракон умом не двинется из-за ерунды какой-нибудь, ему все по...- и дракон грязно выругался.
  
  Грандиана опешила. Не только за всю свою жизнь она не видела и не слыхала ничего подобного, но и древние летописи не упоминали о сквернословии и рукоприкладстве в драконьей среде. Да еще и непочтительное отношение к Королеве...Она ничего не понимала!
  Грандиана повернулась ко входу в пещеру и увидела Непутевого. Он хмуро смотрел на происходящее, но не вмешивался.
  
  - Что происходит? - спросила его Грандиана, - что за манеры у этого мужлана, почему ты не заступился за меня?
  - Понимаешь, - замялся Непутевый, - многое изменилось за время твоей болезни...
  - И что? Теперь ты позволишь кому попало оскороблять меня? Королеву?!
  - А он не знает, что ты - королева.
  - Как это не знает?!
  - Грандиана, ты очень долго болела, так долго, то выросло поколение драконов, не знающих и не помнящих, что в недрах этой пещеры лежит больная королева. Слухи такие ходят в народе, да их считают легендой. Появились новые законы, с которыми приходится считаться...Пойдем домой, и я тебе все объясню.
  
  Несколько часов Непутевый рассказывал жене о том, как изменился мир, который когда-то был ее. Она слушала, окаменев и никак не выражая эмоций.
  
  Он рассказал ей, как Главный Советник сначала распустил Совет, затем объявил себя единоличным и полноправным главой государства, облеченного всей полнотой власти, а затем стал перекраивать законы, долгие тысячелетия определявшие порядок жизни племени. Как пьяницы из бывшего окружения Непутевого быстро нашли дорогу к трону и стали ближайшим окружением новоявленного короля, а тот всячески пх подкармливал и задаривал, за что они были готовы убить всякого, кто посмел бы сказать хоть слово против узурпатора. Рассказал он и влиянии поведения драконов на жизнь людей.
  
  - Получается, что меня сместили с трона? - наконец произнесла Грандиана, - я теперь никто?
  - Ты - это ты, твоей личности тебя никто не лишал.
  - Как ты не понимаешь?! - закричала она, - я одна из тех дракониц, которые появляются на свет с единственным предназначением - быть Королевами. Ни один дракон не обладает теми качествами, которыми бог награждает дракониц- королев, а без этих качеств невозможно править народом!
  - ЭТИМ народом, - с нажимом сказал Непутевый, - можно править совсем без качеств. Достаточно лишь быть бессовестным и наглым, а твой бывший советник именно таким и оказался.
  - Я ничего не понимаю, - простонала Грандиана, - ведь Жрец сказал, что если я не выйду за тебя замуж, нас ждут несчастья, раскол и гибель народа. А в действительности все получилось наоборот!
  - Я разговаривал со Жрецом и сказал ему приблизительно то же самое.
  - И что он?
  - Он утверждает, что теперь, когда ты выздоровела, все должно измениться, но придется побороться. Ты готова к борьбе?
  - В предсказании ни слова не было о борьбе! С кем и чем бороться? С новым порядком, с новыми устоями? Ты разве не понимаешь, что одним росчерком пера можно ввести в действие новый закон, но устои так легко не изменить!
  - Почему же старые слетели легко? Достаточно было оставить твой народ без присмотра, как он быстренько сбросил со своих плеч весь опыт, накопленный предыдущими поколениями. Почему?
  
  Грандиана задумалась.
  - Видимо, потому, что этот опыт устарел и стал тесным, - произнесла наконец она, - видимо, нужны перемены... Но не такие! То, что произошло, унижает и оскорбляет мой народ. Нужно объяснить ему это. Нужно объяснить, что новый правитель только вредит племени. Мало того, что он своих развратил, так еще и людям вредит этот новый стиль! Мы всегда считали себя ответственными за них: они ведь более молодая раса, а мы старше, опытнее, должны быть мудрыми, должны быть примером для них...
  - Долго объяснять придется.
  - Да, долго. Но драконы и живут долго, так что время есть. Ты поможешь мне? - спросила она, заглядывая ему глаза.
  - А у меня есть выход? - невесело отозвался он, - я уже потому обязан помочь тебе, что невольно явился причиной всего произошедшего. Но даже если бы не чувствовал себя виноватым, я бы тебе помог, потому что люблю тебя и только в тебе вижу смысл своей жизни.
  - Что ж, - улыбнулась Грандиана, стараясь скрыть волнение, - тоже неплохой повод, чтобы ввязаться в политические интриги. Давай подумаем, кто еще может быть недоволен существующим. положением дел: нужно будет собрать их всех и действовать сообща.
  - Ты права, моя Королева, - прошептал Непутевый, - вечером устроим праздничный ужин в честь твоего выздоровления и поговорим с ними. Но ты понимаешь, что придется набраться терпения и действовать осторожно?
  - И еще как осторожно! - грустно ответила мужу Грандиана.
  
  Сплендида смолкла, оглянулась вокруг и увидела, что ночь уже турнула восвояси недостаточно радикальный вечер и решительно вступила в свои права.
  Она затемнила небо, включила освещение, и огромная оранжевая Луна покорно повисла над черными клубами древесных крон и изломанными силуэтами домов.
  
  Джо уже давно зажгла свечи в садовых подсвечниках, и они ровно горели в неподвижном воздухе, одновременно отгоняя от собеседниц назойливых и любопытных комаров.
  
  Тьма за границей неяркого света казалась еще непрогляднее, а звезды после грозы сияли нестерпимо яростным холодным светом, и где-то среди этой серебряной паутине висела в пустоте Космоса далекая планета, оказавшаяся тесно связанной с родной Землей, и это было трудно осознать.
  
  Сплендида явно торопилась: видимо, срок, отпущенный на ее миссию, истекал, она запаздывала и нервничала от этого.
  
  - Я тебе дальше конспективно все расскажу, хорошо? Время поджимает. Подробности узнаешь, у тебя будет такая возможность.
  
  Грандиана и Непутевый, осторожно выспрашивая других драконов и дракониц, сумели сколотить группу, так же, как и они, недовольную переменами. Идею вооруженного переворота они отринули и решили действовать исподволь, путем изменения сознания драконов и людей. Видимо, - решили они, - прежнее мироустройство перестало отвечать запросам времени, потому и отказались от него так легко обе расы, живущие рядом. Но и единовластие драконов и мужчин было не лучше и не прогрессивнее, и это предстояло объяснить жителям планеты.
  
  Они еще и на консультацию к Жрецу слетали, и он объявил им, что сидеть сложа руки нельзя, но и надеяться на быстрый результат тоже не стоит. Он предрек рождение очередной драконицы с кармой Королевы, - тут Сплендида потупилась и смущенно призналась, что он имел в виду ее, - которой и удастся изменить ситуацию самым коренным образом. Но общество должно быть подготовленно и к ее рождению, и к грядущим переменам, а потому готовить их нужно уже прямо сейчас.
  
  Непутевый и Грандиана решили начать с детворы: детям легче внушить новые мысли и чувства. Долго ломали голову, как сделать это, не возбудив подозрения взрослых, и придумали: и драконы, и мужчины теперь были непрочь, чтобы их жены зарабатывали деньги наравне с ними. Конечно, можно было только удивляться, как это сильным и заносчивым самцам не было стыдно отказываться от роли кормильцев, но что дало бы это удивление? Ничего.
  Поэтому было решено сыграть на этом их желании. Друзья королевской четы начали вести пропаганду: они с удивлением спрашивали и у драконов, и у людей, как же могут работать драконицы и женщины вне дома, с кем же останутся ребятишки.
  
  Вскоре вопрос этот стал наиболее животрепещущим. Сначала детей оставляли одних или под присмотром престарелых женщин и дракониц. Но нескольких несчастных случаев оказалось достаточно, чтобы родители задумались всерьез, как обезопасить своих чад от бед, подстерегавших их в отсутствие родительской заботы.
  
  И тут Грандиана сообщила, что готова открыть на свои средства сеть детских учреждений, чтобы помочь матерям, потому что считает своим долгом эту помощь.
  
  Ее решение было принято с энтузиазмом и благодарностью, и вскоре на планете открылись десятки, а потом и сотни, детских садов, яслей и школ. Их создание решало еще одну задачу - трудоустройство женщин и дракониц. Одновременно в этих учреждениях шло воспитание и детей, и их матерей, что привело к появлению мощного феминистского движения, лидером которого была Грандиана.
  
  Вторым направлением усилий королевской четы было развитие науки. Сканирование мозга Непутевого навело того на мысль, что если объединить телепатическое излучение каналов нескольких ( или многих) драконов и направить его на планету, откуда он прибыл, можно будет узнать, что на ней происходит, и в случае неудачи с переобразованием строя переселиться на нее.
  
  Сканирование вашей планеты велось круглосуточно без выходных и перерывов, и было выяснено, что планета уцелела после взрыва, что на ней появились новые живые существа и что существа эти были очень похожи на наших людей.
  
  Наблюдение за вами велось долгие века ( надеюсь, ты понимаешь, что для нас они были не более, чем для вас несколько лет), и оно показало, что вы тоже страдаете от унижения женщин, но что вы более успешно, чем мы, решаете эту проблему: все-таки у вас есть и женщины-ученые, политики, руководящие работники...
  
  Этот вывод взбудоражил все феминистское движение нашей планеты, стали думать и гадать, как бы это изловчиться и попросить у вас помощи. Но вы или не замечали наших телепатограмм, или считали их радиосигналами, не умели расшифровать, и непонятно было, как преодолеть этот барьер между нами.
  
  Подвижки шли и у нас тоже. Драконицы и женщины стали учиться, и мужское население скрепя сердце вынуждено было позволить им это: ведь они сами хотели, чтобы жены, дочери и сестры зарабатывали на жизнь, и поняли уже, что без образования много не заработаешь.
  А потом им и самим стали больше нравиться образованные девушки и драконицы: с ними оказалось интересно и приятно общаться, и вскоре хорошее образование стало самым ценимым приданым, а образованные невесты не засиживались в девках.
  
  Но при этом и драконы, и мужчины хотели, чтобы их ученые подруги видели в них повелителей и слушались их беспрекословно, а поскольку государственная власть была в руках у самцов, то законы, сочиненные и принятые ими, вовсю нарушали права женского населения планеты, но женщины и драконицы уже почти поголовно не желали этого терпеть.
  Женские бунты сотрясали наш мир. Страдала экономика, страдали семьи, страдали дети - страдали все и всё.
  
  И тут, в самый разгар распрей, родилась я.
  
  Поскольку я была родственницей Грандианы, то воспитывалась в ее дворце и считала ее своей матерью: моя была убита моим отцом, когда я была совсем крошкой, а он ее заподзрил в неверности. Суд признал его вправе убить жену-изменницу и позволил отказаться от меня, потому что он не хотел верить, что я его дочь. Грандиана уже знала, кто я такая, но, думаю, она и без этого забрала бы меня к себе.
  
  С самого раннего детства я знала о своей миссии, вопрос был только в одном: как организовать ее наилучшим образом.
  И тут сканирование выявило вас - людей с нестандартными свойствами. Далее все было просто: вас проверили, и к тем, кто прошел проверку, отправили представителей нашей планеты. Я же отправилась к тебе, потому что ты способнее остальных.
  
  Теперь, когда я тебе все рассказала, ответь мне на один вопрос: готова ли ты лететь со мной на нашу планету, чтобы помочь нам? Не исключено, что полученный у нас опыт поможет тебе потом, когда ты вернешься домой, ускорить те перемены в отношении к женщинам, которые происходят у вас слишком медленно. Да или нет?
  
  Джо не верила своим ушам. Как лететь? Куда лететь? Оставить дом, работу, друзей - оставить всю жизнь? И где гарантия, что она вернется, что останется жива и невредима?
  - О, об этом можешь не беспокоиться, - заявила драконица, - уверяю тебя, что с тобой ровным счетом ничего не случится.
  - Но как же я полечу? Где космический корабль?!
  - А он тебе и не нужен, ты на мне полетишь.
  - На тебе?! В космосе?! А отсутствие воздуха, трение об атмосферу при взлете, перегрузки, наконец - как я это все перенесу?! Да еще там и температура какая! Абсолютный нуль! Ты, вообще, думаешь, когда говоришь?
  
  Вместо ответа совершенно не обидившаяся на вопли Джо Сплендида вдруг пыхнула в лицо возбужденной девушки мощным языком пламени. Собаки, прибежавшие из дома на крики хозяйки, заскулили и завыли, а Джо рефлекторно закрыла лицо руками. Какие-то доли секунды она стояла слегка нагнувшись вперед, потом отняла руки от лица и с удивлением осмотрела себя: она была цела и невредима, вот сервировочный столик рядом пылал, растпространяя запах горящего лака.
  
  - К-к-каккк, к-к-каккк ты это сделала?! - заикаясь вскричала Джо.
  - Это не я, это ты сделала. Тебе не страшен огонь, тебе вообще никакие температуры не страшны - ни высокие, ни низкие. И перегрузок бояться тебе не нужно, и ты можешь не дышать месяцами. Хочешь, - проверим? Неси ведро с водой.
  
  Через полчаса Джо вытащила голову из ведра с водой и сказала, что ей надоело стоять согнувшись. Сплендида только посмеивалась.
  
  - Хорошо, - устало произнесла Джо, - допустим, я такой мутант, что мне ничего не страшно, но вот время...Время любого мутанта убьет рано или поздно. Ты представляешь, сколько времени понадобится на наш полет и обратно, не считая моего пребывания на вашей планете, в целесообразность которого я сомневаюсь все больше и больше?
  Сплендида засмеялась.
  - Как по-твоему, сколько времени я летела сюда? Какие-то мгновения, поверь мне. Видишь ли, мы освоили передвижение по времени, поэтому можешь не опасаться: назад сумеешь вернуться в грозовую ночь, которая предшествовала нашему знакомству. И никто ничего не заметит, даже собачки твои, - и она опять протянула собакам по большой булке.
  
  - Кстати, - как бы между прочим бросила она безразличным тоном, - мы ведь за вами не по своей воле прилетели. Я тебе уже говорила о завещании Непутевого. Так вот, это его идея - просить вашей помощи, если мы поймем, что своими силами не справляемся. Но наши идиоты встретили этот совет в штыки и всячески мешали нам выполнить его волю. Ты думаешь, моя драка с "другом детства" была случайной? Это он так пытался помешать мне, когда увидел, что я к старту на дальнюю дистанцию готовлюсь. Дурак, невежда! На самом деле он помог мне: придал дополнительное ускорение, а то бы я еще летела и летела. Я последняя стартовала - остальная группа уже полгода назад вылетела к вам. Но они вылетели в обстановке полной секретности, так что им никто не мешал. А я вся на виду, каждый мой шаг известен, - вот и влипла в эту драку.
  
  Джо растерянно смотрела на драконицу и понимала: ей придется поверить, что она стала героиней этого странного сюжета - то ли сказки, то ли фантастического романа, - но даже если она и не поверит в него, отказать в помощи этому невозможному созданию, Сплендиде, она не сумеет.
  
  
  Джо готовилась к вечеринке. Погода была самой располагающей к ужину на свежем воздухе, поэтому сад сиял гирляндами разноцветных огоньков: все деревья были опутаны светящейся сетью.
  Джо не знала, кто украсил ее сад, так же, как и не знала, кто его восстановил после визита Сплендиды. Просто, проснувшись однажд утром, она подошла к окну спальни и обалдела, увидев, как преобразился кусок земли перед домом ( потом она выяснила, что и задний двор тоже был переоборудован).
  
  Казалось, что за ночь ее сад полностью перепланировали и заменили все растения на новые. Теперь это был сад ее мечты, который ей все никак не удавалось создать по самым разным причинам: не хватало денег, сил, терпения и времени.
  
  В обновленном саду было все: удобные кресла и столики в густой тени, шезлонги на солнечных полянках, бассейн с рыбками и цветущими лотосами, фруктовые деревья, ветви которых были отягощены зреющими плодами; а на заднем дворе невесть откуда взялись отличный вместительный каменный сарай под черепичной крышей и теплица с рядами помидорных кустов и огуречными плетями.
  
  Джо ходила по своим владениям и не верила сама себе. Неизвестные доброхоты учли все! Грядки с пряными травами, розы, кусты жимолости, аромат которой заполнял собой все пространство сада, вертикальные грядки земляники - и все это непостижимым образом уместилось на двух сотках сухой глинистой земли, имело цветущий ( в прямом и переносном смыслах) вид и принадлежало ей!
  
  Джо отметила и систему полива, и прячущийся за сараем бак для компоста, и мраморные фигуры среди зелени, - и все это нравилось ей чрезвычайно.
  
  Вечером обнаружилась светящаяся паутина на деревьях, а в сарае лежал штабель складных стульев и столиков.
  
  В общем, все толкало Джо на организацию вечеринки, тем более, что и повод для праздника нашелся: оказалось, что ее последняя книга уже месяц держалась в списке бестселлеров и, кажется, не собиралась терять рейтинг.
  
  Книга была принята читателями, издателями и критиками как сказка. Джо пыталась рассеять это недоразумение, но ее попытки не увенчались успехом, и она смирилась. Собственно, ведь и сказки способны воздействовать на умы людей и внедрять в их сознание те или иные идеи, так почему бы ее книге не остаться сказкой? На этом Джо и успокоилась.
  
  Но не успокоились ее друзья, потребовавшие праздника - и вот сегодня этот праздник должен был состояться.
  
  Собаки, совершенно деморализованные веющими в кухне ароматами, ни за что не хотели даже на минуточки выйти из дома и сидели в разных позах вокруг стола, пожирая его глазами в тщетной надежде, что с него свалится лакомый кусочек. Они то и дело подворачивались Джо под ноги и взвизгивали, когда она наступала на хвост или лапу, но постов своих не покидали. Когда прибыли гости и снедь перекочевала на столики под деревьями, они перекочевали вместе с ней и теперь гипнотизировали черствых и прожорливых гостей, нагло объедающих бедных изголодавшихся животных.
  
  Если бы они могли разговаривать, наверняка рассказали бы о страшном зеленом чудище, которое сначала так и напугало, но при более близком знакомстве оказалось милым и щедрым. Собачки переглянулись и горестно вздохнули, вспомнив увесистых жирных курочек и мягкие ароматные булки. Видимо, от этих - собачьи мысли на слове "этих" приобрели пренебрежительный оттенок - видимо, от этих не дождаться даже косточки, не то что целой курицы. Да и булки они вон как пожирают, как будто век ничего не ели!
  
  И собаки с обиженным видом улеглись под столом, за которым сидела Джо.
  Праздник шел своим чередом. Все ели, пили, произносили тосты в честь Джо и ее таланта, желали и дальнейших успехов - в общем, все было просто замечательно.
  
  А в конце вечеринки сын ее старшего брата спросил:
  - Тетя Джо, а почему ты так странно назвала свою книгу? "Длинная сказка с невнятным концом" - почему с невнятным?
  - Ну, - задумалась Джо, - наверное, потому, что, во-первых, конец еще не наступил, и мы не знаем, каким он будет. Во-вторых, от нас зависит, чтобы он не наступил еще очень долго. Но даже если он наступит, каким ему быть, тоже зависит только от нас. Только от нас, - повторила она.
  - Только от нас, - послышался ей голос, прилетевший, казалось, с небес.
  
  Джо подняла голову к ночному небу и улыбнулась. Небо не было пустым. Через огромные пространства, через холод и темноту Космоса, через сияние звезд и непопедимое время ее далекие друзья протягивали ей руку помощи, это окрыляло Джо и вселяло в ее душу надежду.
  
  Оставался пустяк: поделиться этой надеждой с другими.
  
  Окончено 06.05.07 Израиль.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"