Садыкова Татьяна: другие произведения.

Общий файл. Житие колдуна

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:


  • Аннотация:
    Жил да был злой колдун. Ну как злой... просто целитель, на которого ополчилось все королевство. И вот однажды, взбрело ему в голову сходить в лес, чтобы найти недостающий ингредиент для зелья. Ингредиент-то он нашел, но попутно умудрился спасти непутевую девицу, которая оказалась сбежавшей принцессой.

  

Житие колдуна

  
  

Пролог

  
  Бывало, заглянешь в книгу, вчитаешься в строки сказания и ни капельки не поверишь написанному. Ну на кой черт драконам красть принцесс? Это ведь сплошные убытки! Мало того, что ее надо содержать, так еще и рыцари житья не дадут! А если девица окажется строптивой, занозливой и высокомерной стервой? Это надо бедного дракона спасать, а не наоборот.
  В наше нелегкое время, как и в древности, сказания были придуманы для народа верхами общества, главами государств. Надо же поддерживать авторитет, да и народу знать правду совершенно необязательно. Лучше написать, что прекрасную принцессу похитил злой колдун и заточил в высокой пыльной башне. Кому понравится узнать, что она просто сбежала?
  Народу ведь необязательно знать правду. Что колдун просто спас строптивую девицу и она не тихий ангелочек, как сказано в истории, а еще характер имеет о-го-го - дракону и не снилось. И он совершенно не тот, о ком пишут. Скажите, это преступление любить тишину и покой? А если ему все время надоедают всякие проходимцы в виде рыцарей и охотников за сокровищами? Ну, припугнул он их немного... так что, его сразу можно приписать к злодеям?
  В истории ведь не упоминают, что "злой волшебник" в свое время спас от эпидемии целую страну. Нет, что вы, об этом совершенно не нужно писать, а то вдруг испортится репутация злодея?! Намного лучше написать наоборот и возвести его в ранг исчадья ада.
  Красиво, не правда ли? Никогда не верил сказаниям. Там так тебя очернят, что век не отмоешься, даже пожертвовав жизнью ради спасения мира.
  Я хочу рассказать тебе, дорогой читатель, всю правду. Мою историю. Злого колдуна Никериала, как вошло мое имя в историю.
  С чего бы начать? Думаю, лучше со встречи...
  
  Было морозное утро. Декабрь. Я бы в этот день предпочел остаться дома, посидеть за книжкой у камина в библиотеке, но судьба решила иначе...
  
  
  

Часть первая: Знакомства и герои

  
  
Глава 1. Неожиданное знакомство
  
   "Не делай людям добра и не получишь зла!"
  Народная мудрость
  
  
  Я оглушительно чихнул... Где-то вдалеке прокаркали вороны, завыли голодные волки...
  Ну вот, не хватало мне для полного счастья заболеть. Конечно, я могу себя вылечить, но зачем попусту тратить магическую энергию, когда у меня на носу самое великое открытие столетия! До конца эксперимента оставалось совсем чуть-чуть, но тут, как назло, закончился один важный ингредиент. Вы, должно быть, подумали, что это какой-нибудь редкий, сложно добываемый компонент, вроде зуба дракона или глаза василиска. А вот и нет. Смешно сказать, но у меня закончились плоды рябины. Эти горькие, красные ягоды, которые есть в доме у каждого крестьянина. Вы только подумайте, у каждого деревенщины они пылятся гроздьями, а в лесу я их уже два часа не могу найти! Хоть бы одну рябинку! Хоть самую захудалую...
  Нужна была всего одна свежесорванная ягода, и тогда бы я произвел фурор в магическом сообществе! Но наглое дерево все не находилось, а мой поисковик, который до этого работал безупречно, начал барахлить. Я плюнул на это чудо магической техники и попытался отыскать дерево самостоятельно. Безрезультатно. Итог: ноги по колено в снегу, замерз. Но помощи у Хозяина леса просить не стал. Он, конечно, поможет, но если увидит меня в таком состоянии и узнает, что мне надо - засмеет. Нет, своя репутация дороже. Меня же потом вся лесная нечисть уважать не будет, а я еще на своем веку намеревался попутешествовать, и проблемы с обитателями лесов мне даром не нужны.
  Через некоторое время, когда я уже в четвертый раз с горечью думал плюнуть на это дело и телепортироваться домой отогревать замерзшие конечности, моим глазам открылась весьма занятная картина.
  Небольшая поляна. На ней разбросаны около десятка окровавленных трупов белых волков. Я сильно удивился и поразился открывшейся мне картине бойни. Мало кто отважится нападать на этих созданий. Это вам не обычные животные, а нечисть. У них полная пасть острых клыков, они внушительных размеров (обычному человеку почти по грудь) и живучие - настоящие убийцы, не то, что их мелкие собратья. А тут... Чем ближе я подходил к месту стычки, тем больше мне открывалось интересного. Я нашел труп лошади, от которой, к сожалению, мало что осталось, остатки поклажи и припорошенную снегом, залитую лошадиной кровью развороченную постель. Чей-то ночлег. Теперь картина происходящего становилась более отчетливой.
  Видимо, путник устроился на ночлег, а ночью на него напали оголодавшие волки. Сначала загрызли лошадь, а потом принялись за нерадивого путешественника, но он оказался не так-то прост. Умелый воин или же просто везунчик, хотя только безумцу придет в голову отправиться в путь одному, причем зимой, и остановиться на ночлег в лесу, не поставив защитный контур или хотя бы не разложив отпугивающие нечисть травы. Ведь даже дети знают, что зимой, когда рацион не только обычных животных, но и нечисти резко сокращается, учащаются нападения зверей на людей. Кушать хочется всем, а такие самоубийцы, как этот путник, легкая добыча для голодной стаи.
  Для себя решив, что воина все-таки утащили волки и, может, где-то неподалеку растерзали, я собрался идти дальше, как вдруг увидел Ее. Да, Ее - рябину. Наконец-то она нашлась!
  Чуть ли не бегом я дошел до края полянки. Бойня была успешно отодвинута на второй план и заменена срыванием драгоценных ягод. Когда пару часов безуспешно ищешь в зимнем лесу рябину, утопая по пояс в снегу и едва передвигая замерзающие ноги, то уже как-то равнодушней относишься к чьей-то трагедии. Закоченевшими от холода пальцами, заполнив сумку гроздьями рябины, я уже собрался телепортироваться домой, к жаркому камину, подогретому вину со специями и томику по трансмутации энергии, когда увидел то, что не заметил раньше, отвлекшись на ягоды, почти неразрывную тонкую кровавую полосу, тянущуюся прямо с поляны. Взяв себе на заметку стать более внимательным, я проследил за линией.
  Любопытство всегда было моей слабостью, как и чрезмерная увлеченность, даже можно сказать одержимость, во время проведения экспериментов или разного рода исследований. Также моя главная отрицательная черта - энтузиазм. Из-за него я всегда попадаю в неприятности. Пошел, называется, искать последний ингредиент. Утром. В мороз. Если бы не внезапно проснувшийся энтузиазм, остался бы дома, но нет, захотелось поскорее закончить эксперимент...
  Странно, но кровавый след вел прямо к рябине. Около дерева в сугробе валялся кем-то брошенный окровавленный клинок... Пришлось еще раз себе напомнить стать более внимательным. Так и лишиться жизни не долго, тем более с моей-то репутацией. Как можно было не заметить меч?!
  Обойдя дерево с другой стороны, я увидел человека, лежащего в сугробе лицом вниз. На мгновение во мне проснулись жалость и сострадание к нерадивому путешественнику. Как и ожидалось, волки славно потрепали свою добычу, прежде чем пали от клинка. Да так, что человек с полученными ранениями не смог уйти далеко.
  Я присел около путника и перевернул его на спину. Несмотря на то, что у него при жизни явно было не слишком много мозгов, раз решил отправиться в путь зимой, надо хотя бы устроить ему погребальный костер или просто положить рядом с ним его клинок. Он воин, хоть и погиб в сомнительном поединке. Но только я перевернул его на спину, как мне довелось второй раз удивиться - это оказался не путник, а путница. И судя по одежке, весьма состоятельная госпожа. Да и красивая. У девушки были правильные черты лица, прямой нос, приоткрытые пухлые губы, но кожа ее была мертвенно бледна, что портило весь образ спящей красавицы. Из-под лисьей шапки выбились потускневшие золотистые локоны, которые ниспадали волной на дорогую кожаную куртку, разодранную в нескольких местах. Ее левый бок был сильно ранен, одежда и снег вокруг пропитались кровью, видимо, путница потеряла сознание от потери крови и замерзла насмерть. Жалко девчонку - у нее вся жизнь впереди. Сколько ей было? Не больше восемнадцати, небось.
  Я взял ее руку и снял перчатку, на всякий случай попытался прощупать пульс. Вдруг жива? Судя по побоищу, времени прошло не так много - всего-то пару часов, шанс, хоть и совсем маленький, но был. Интуиция меня не подвела. У меня отлегло от сердца, когда мои пальцы нащупали слабо бьющуюся жилку. Путница оказалась сильной, молодой организм не желал сдаваться раньше времени, изо всех сил цепляясь за жизнь.
  Я вздохнул. Я мог в любой момент телепортироваться домой и выбросить из головы незнакомку, но тут, как всегда, в самый неподходящий момент, во мне проснулась совесть. Ей в тон поддакивало сострадание. Не люблю, когда во мне пробуждается альтруизм. Из-за него я вечно попадаю в неприятности.
  
  Телепортировавшись в родные чертоги, а именно, в мою горячо любимую лабораторию, я небрежно бросил сумку на стул и, освободив с помощью телекинеза стол, осторожно положил на него девушку. Разжег пассом рукой камин - незнакомка должна согреться, да и я был бы не прочь снова почувствовать кончики своих пальцев. С помощью лабораторного ножика я осторожно освободил ее от одежды и осмотрел раны. Большее опасение, как я и предполагал, вызывала рана на левом боку. Белый волк глубоко прокусил бок, девушке даже в определенном смысле повезло - если бы не куртка, то я бы с ней сейчас не мучился. Скоро она согреется, и кровь пойдет вновь. Надо поторопиться.
  Первым делом я промыл обеззараживающей водой все раны и провел диагностику организма. Он был на пределе, еще чуть-чуть и все, можно дальше не пытаться бороться за ее жизнь, а сразу готовить гроб. Размял пальцы. Сосредоточился. Положил руки на раны и начал процесс исцеления. Сращивал миллиметр за миллиметром поврежденные ткани, вены, сосуды, попутно согревая замерший организм, разгоняя по венам кровь. Остановил поток энергии я только тогда, когда оставалось залечить поверхностный слой кожи. Девушке больше не угрожала опасность, а порезы заживут сами.
  Уже наступил вечер. Исцеление - процесс долгий и кропотливый, требует так много энергии и колоссальной сосредоточенности, что порой целитель выпадает из реальности, не каждый маг на такое способен. А так как у некоторых волшебников нет способностей к данному разделу магии, то они предпочитают пользоваться эликсирами и мазями, помогая регенерации тканей. Но у этого способа есть существенный недостаток. Лечение мазями, конечно, может намного ускорить процесс выздоровления, но в одно мгновение срастить опасные для человеческой жизни повреждения, увы, не в силах. Я предпочитаю сочетать два способа в одном: сначала исцеление, а потом лечение травяными мазями. Эффект от такого лечения увеличивается вдвое, да и целителю намного облегчается работа.
  Итак, нанеся на боевые ранения специальную мазь, я перебинтовал раны и отнес девушку в свободную комнату. Пришлось даже вспоминать заклинание чистки, чтобы быстренько убрать многовековую пыль и наполнить затхлый воздух свежестью. Я жил в огромном замке и в большую часть комнат попросту не заходил. Не понимаю, зачем убираться там, где ты никогда не был и не будешь? Но вот сейчас, когда появилась "постоялица", пришлось вспоминать бытовую магию.
  Поместив путницу в комнате, я телепортировался обратно в лабораторию. Надо хотя бы немного прибраться и положить на место ягоды. А потом можно будет и расслабиться. Девушка точно не придет в сознание еще несколько дней, организму требуется время, чтобы восстановиться. Да и мне не мешало бы отдохнуть. Все равно в ближайшее время мне будет не до исследований.
  Я мельком посмотрел в окно. На улице пошел снег, грозя превратиться в метель. Все-таки хорошо, что я пошел в лес сегодня.
  
  
* * *
  
  Несколько дней в замке было тихо. Я работал в лаборатории, девушка отдыхала в комнате, не приходя в сознание. Я заглядывал к ней два раза в день, наблюдал за ее состоянием, менял повязки. С каждым днем ее самочувствие улучшалось: спала болезненная бледность, на щеках появился румянец, засияли золотые локоны.
  Но мне не давало покоя любопытство. Кто же эта путница? Как она очутилась одна в лесу? Даже пришлось сходить обратно в лес, на ту злополучную полянку. Хорошо, что я запомнил место, а то опять бы плутал по лесу, пугая нечисть и пробираясь через сугробы, а погодка-то с каждым днем все ухудшалась... Стало опасно телепортироваться.
  Оттуда я принес меч - негоже бросать такое отличное оружие, тем более, осмотрев его внимательно, я обнаружил несколько вещей, которые только подогрели мой интерес. Сплав, из которого был сделан меч, меня приятно удивил. Посеребренный клинок отлично подойдет в борьбе против нежити, да и к тому же это оружие на удивление легкое. По сравнению с другими мечами он весит как пушинка - как раз оружие для девушки. А вязь рун на клинке! Его точно зачаровывал сильный волшебник.
  А незнакомка становится все интереснее и интереснее. Богатая одежда, меч, который стоит целое состояние, но в тоже время, если она из знатного рода, то почему я не увидел охрану, сопровождение? Даже если они были, но сбежали, испугавшись хищников, должны были остаться хоть какие-нибудь следы. Да и я просто не понимаю, кому в голову может прийти идея бросить раненую девушку замерзать. Если она знатная дама, то почему нет печатки или хотя бы медальона с гербом своей вотчины? И что же она забыла в такое опасное время года в лесу? Ведь все знают, что зимой путешествовать как никогда опасно, особенно ночью, а если все же надо ехать, то лучше путешествовать группами под охраной наемников и магов. А незнакомка поехала одна. Понимаю, если бы она была магом. Я и сам не люблю путешествовать в компании, но у девушки нет ни капельки дара. У тех, у кого есть дар, аура светится, а у нее простая, нежно-голубого оттенка.
  За эти несколько дней "затишья" я совершил героический поступок - слазил на чердак замка.
   Знаете, дорогие читатели, сколько интересного можно найти в этом захламленном и пыльном месте? А давно ли вы в последний раз заглядывали на чердак? Если нет, обязательно загляните. Гарантирую непередаваемые ощущения. Паутины и пыли было... по опыту скажу, что в склепах и то чище. Сразу видно, что этими завалами не интересовались как минимум два века. "Да кому они нужны!" - скажете вы. А вот и нет. Вы не правы. Чердак - это кладезь информации о предыдущих владельцах.
  Я даже пожалел о том, что не заглядывал сюда раньше, как-никак не одно десятилетие живу в замке, а не представлял, что на чердаке пылятся такие занятные вещицы. Вот, например, я нашел целый шкаф с редкими ингредиентами и спрятанную в потайной нише книгу по зельеварению. У меня даже руки задрожали в предвкушении прочтения данного фолианта. Для меня стало настоящим открытием узнать, что кто-то из предыдущих владельцев замка увлекался колдовством, а Джек - местный призрак, - ничего мне не говорил о таких скелетах в шкафу прошлых жильцов. Он еще утверждал, что они были скучные и нудные люди. Чушь! Покопавшись в пыли, я нашел много доказательства ошибочности его мнения.
  Но сейчас я пошел на чердак с конкретной целью - искал женскую одежду. Ведь леди должна в чем-то ходить, а мои вещи будут ей велики. Да и я убежден, что девушка должна носить красивые платья, а не надевать мужские штаны. Конечно, исключения могут составить долгие путешествия пешком или на коне, в этом случае платье будет неуместно, но в остальных...
  Провозившись в пыли целый день (не буду скрывать, большая часть времени ушла на исследование того чудесного шкафчика с ингредиентами и беглое перелистывание книги), я нашел целый сундук с женскими вещами и, облегченно вздохнув, телепортировал его в комнату девушки. Пускай потом сама разбирается в его содержимом, а у меня есть дела куда важнее, чем копание в женских вещах. Мне в голову пришла гениальная мысль - соединить два эксперимента в один: в том фолианте мне попалось довольно необычное зелье по созданию сторожевого песика, и я не мог дождаться, когда соединю его с моим исследованием по сохранению энергии в материи.
  К тому же сторожевая собака мне как раз не помешает. А то повадились сумасшедшие, гордо именующие себя героями и рыцарями, наведываться ко мне время от времени. Делать им больше нечего, кроме как портить мне настроение. Я им что - бесплатное развлечение?! И ладно бы просто блуждали около моего замка, восхищаясь красотой леса и великолепной архитектурой моего дома, так они еще всегда орут, мешая моим экспериментам. А слова, которые они выкрикивают? Всегда одни и те же дежурные фразы: "Выходи злодей на дуэль!", "Ты найдешь свою погибель на острие моего клинка!", "Бойся меня, исчадье ада, ибо я ...Ричард Великолепный, Антониус Отважный, Ланирей Неустрашимый... (всех не упомнишь) пришел на твою погибель!"
  И почему я вынужден слушать одни и те же заученные реплики, терпеть то, что они долбят в ворота и угрожают мне быстрой расправой? Скажите, если бы вам угрожал и требовал впустить внутрь какой-то подозрительный субъект, полностью облаченный в доспех, вы бы открыли? Я никогда не открывал, а просто создавал иллюзию дракончика. Ну как дракончика... Высотой метров пятнадцать, с переливающейся на солнце изумрудной чешуей и с огромной пастью острых клыков. Дракончик всегда получался просто прелесть, но никто из новоявленных героев никогда не оценивал моих стараний. "Великие герои и искоренители зла" убегали от дракона на всех парах, чуть ли не теряя при этом свое обмундирование. А сами виноваты - нечего было кричать и мешать спать добрым людям.
  Вот я и решил создать сторожевого пса, ничуть не уступающему дракончику, чтобы больше попусту не отвлекаться на разные раздражающие факторы. Но только я приступил к выполнению своего замысла, как очнулась девушка. Нашла самое подходящее время. И то я заметил ее пробуждение совершенно случайно.
  Я настроил свое зеркало в лаборатории на комнату больной, чтобы наблюдать за ее состоянием, периодически я в него мельком заглядывал, чтобы удостовериться, что ничего не изменилось. Так было и на сей раз. Я измельчил в ступке корень мандрагоры и собирался добавить туда мелиссу, но, потянувшись за пучком травы, по привычке глянул в зеркало. Наверное, я две минуты стоял в ступоре, рассматривая кровать заваленную одеждой. Мелисса так и осталась висеть на месте, а я молнией метнулся к зеркалу настраивать изображение.
  Девушка стояла около окна. Раздвинув тяжелые шторы и нарушив полумрак комнаты, она с наслаждением подставила лицо солнечному свету. На ней было простое, без всяких украшений и сложных драпировок темно-бордовое платье. Свет, проникающий из-за окна, золотил распущенные волосы красавицы, казалось, что она окружена золотым ореолом, будто она светится изнутри. Ее глаза были закрыты, а губы расплылись в счастливой полуулыбке. Девушка была похожа на цветок, который после долгой ночи наконец-то увидел солнце и теперь наслаждался каждым мгновением, которое дарил ему свет.
  Незнакомка в этот момент так меня очаровала, что я не мог оторвать глаз от ее отражения, забыв, что нужно дышать, боясь спугнуть момент... в тот миг мне показалось, что в мою обитель спустилась прекрасная богиня Элисень. Хотя если честно, я никогда не был сугубо верующим человеком, не посещал храмов и не читал молитв. Интересно, а жрецы сильно бы удивились, если бы я заглянул в храм по ошибке?
  Но к счастью, опьянение красотой закончилось так же внезапно, как и началось, оставив после себя умиротворение. Это было похоже на то, что испытываешь, когда смотришь на красивый пейзаж. Сначала идет буйство чувств, вроде восхищения, удивления, счастья, а потом, когда первое впечатление проходит, наступает полное спокойствие, когда ты можешь по достоинству оценить каждую деталь, мелочь и только тогда объективно оценить картину - наслаждаться ею каждый раз возрождая в памяти или напрочь разочароваться, обнаружив множество недостатков.
  Меня терзало любопытство. Наконец-то я узнаю, кем является леди и верны ли были мои предположения. Смысла больше наблюдать за девушкой не было, и я вернул зеркалу его первоначальный вид.
  Наверное, надо будет описать вам мою внешность. Ну, точнее то, что соизволило отобразить зеркало. Лукавый, я даже сказал бы немного ироничный прищур серых глаз, обычный прямой нос, губы которые в данный момент ухмылялись отражению. Впрочем, если не знать кто я, то может я сошел бы за аристократа, слишком правильное у меня было лицо. Хотя нет, не сошел бы. У высшей знати ведь не встретишь круги под глазами из-за недосыпа, слишком бледную от редких вылазок на улицу кожу, и это не считая моих волос. О них отдельная история. Мои короткие белоснежные волосы все время топорщились в разные стороны, навевая мысли о расческе, а лучше ножницах. Моя привычка запускать руки в шевелюру при раздумьях плохо сыграла на моем внешнем виде. Бороды, как и длинных волос, я не носил из-за практических соображений. Их легко подпалить, наклонившись проверять температуру огня в конфорке, а тратить энергию, леча ожоги мне было лень. Выгляжу я лет двадцать пять, хотя я старше своего предполагаемого возраста в несколько раз.
  Бегло посмотрев на отражение, я констатировал, что, во-первых, выгляжу я как свежевыкопанный зомби или слишком настойчивое привидение. Во-вторых, девушка, увидев меня, может испугаться, приняв за неупокоенную нежить. А, к сожалению, опыта по прекращению истерик у слабого пола у меня не было. По мне, лучше сразиться с целой армией нежити, убедить людоеда стать вегетарианцем, чем попытаться успокоить даму.
  Привычным жестом взъерошив волосы, я принялся искать самую важную на данный момент вещь - расческу. Нашел я ее, как ни странно, у себя в комнате под кроватью. Наверняка, эту мелкую пакость устроил Джек. В последнее время мы не слишком ладим - призрак на меня крепко обиделся. Оказывается, та книжка, из найденного мной тайника, раньше принадлежала ему, и один раз увидев ее у меня в руках, Джек потребовал немедленно вернуть его имущество на место. Я, конечно же, отказался. Призрак обиделся и ушел в подземелье бренчать цепями, истошно завывать, пугая крыс, и предаваться размышлениями о смерти.
  Причесавшись и отряхнув одежду от пыли, я переместился к девушке. С моего последнего визита комната почти не изменилась, но сразу стало чувствоваться, что здесь проживают. Стало уютнее и светлей. Кровать была застелена, и на ней лежал ворох одежды, видимо девушка очень долго и придирчиво выбирала себе наряд. На прикроватной тумбочке так и остались стоять мои баночки с мазями и чистые бинты. Вот только графин с водой был наполовину пуст. Тяжелые шторы распахнуты, а около окна, не шевелясь, с закрытыми глазами стояла незннакомка. Пока я собирался, ничего не изменилось. Она даже не заметила, что в комнате есть посторонний.
  Я, конечно, понимаю, что изображать статую поистине увлекательное занятие, но смиренно ждать, пока меня заметят, я не собирался. Услышав мое покашливание, девушка вздрогнула и резко обернулась. Я искренне наслаждался произведенным эффектом. Она сначала испугалась, но рассмотрев меня внимательнее, с облегчением вздохнула. Не дожидаясь, пока леди соизволит начать разговор, я сел в кресло, но она не спешила. Я ей не мешал, пусть смотрит на меня сколько хочет, тем более, я причесался. Хотя признаюсь, от ее проникновенного взгляда становилось не по себе, казалось, что синие глаза оценивают тебя, видят насквозь. Давно я не ощущал такого взгляда. Ее глаза мне напомнили лазурит - красивый камень глубокого синего цвета, будто поздние сумерки, момент, когда еще чуть-чуть и на землю опустится глубокая, черная ночь.
  - Добрый день, миледи, - первым начать разговор все-таки пришлось мне, а то боюсь такими темпами я просижу в кресле до вечера. - Как ваше самочувствие?
  Поразительно, какой эффект произвела простая вежливая фраза. Взгляд девушки стал более доброжелательным, губы расплылись в улыбке, стена отчужденности исчезла.
  - Прекрасно, милорд, - улыбнулась она, грациозно присев в соседнее кресло. Вот так сюрприз, она решила, что я аристократ. Нет, я на самом деле носил титул барона, но крайне редко об этом вспоминал, если точнее, пару раз в год, когда отправлял отчеты и налоги "своему графу". - Я Вам многим обязана. Мне неловко признаваться, но я уже не чаяла увидеть солнце.
  - Не стоит благодарностей, тем более, Вы преувеличиваете мои заслуги.
  - Никак нет, милорд, - возмутилась девушка. - Если бы не Вы и не ваш целитель, я была бы уже в обители Богини. Смею ли я спросить у Вас его имя?
  - А зачем? - заметно удивился я.
  - Мне бы хотелось лично выразить свою благодарность, - твердо, даже с угрожающими нотками проговорила златокудрая путница, - даже у меня дома нет такого сильного и талантливого целителя, и я уверена, что если кудесник изъявит желание, то с легкостью станет Придворным лекарем.
  Интересно узнать, где же она жила, раз нормальных целителей там с огнем не сыщешь. Неужели моя спасенная росла в глуши?
  - Вы заблуждаетесь, - хмыкнул я. Вот еще, делать мне больше нечего, как идти на побегушки к королевской семье, став Придворным лекарем. - Его Величество не примет услуги моего... гм... целителя
  - Почему?- искренне удивилась девушка, захлопав своими синими глазищами. О, святая наивность... я даже слегка удивлен, что в мире остались такие невинные создания.
  - Дело в том, что, - я попытался придумать оправдание деликатнее, чтобы объяснить леди. Не могу же я ей прямо сказать, что король не то что бы меня Придворным лекарем не сделает, он к дворцу на тридцать верст не подпустит. - У моего целителя и Его Величества есть разногласия. И репутация моего слуги в высших кругах общества желает оставлять лучшего.
  И это мягко сказано. Моя репутация там сродни репутации Настерревиля, владыки Преисподней. Да и я не особо горю желанием встречаться с королем, нет, одного раза с меня достаточно. До конца жизни запомнил благодарность рода Келионендора, и больше я в это змеиное логово добровольно не сунусь.
  - Чепуха, - горячо возразила девушка, на миг забыв о манерах. - Главное талант, а репутацию можно исправить.
  Какая милая наивная леди, не понимает, что репутация, как клеймо. Будь ты хоть самым гениальным магом в мире, относиться к тебе будут как к человеку только тогда, когда у тебя будет хорошая репутация. А если нет... Я представил себя Придворным целителем, и мне стало смешно. Король Рафиус, дед нынешнего правителя, точно бы перевернулся в гробу, узнав, что я служу при дворе. Хотя это было бы забавно, заодно хоть немного отомстил бы этому интригану за все хорошее, что он мне сделал при жизни.
  - Нет, миледи, - усмехнулся я, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех. Перед глазами до сих пор стояло изумленное выражение лица Рафиуса. - Вы мне лучше расскажите, как столь юная особа оказалась одна в лесу, тем более что до ближайшего поселения почти полдня пути.
  - Понимаете, милорд, - девушка, покраснев, смущенно отвела взгляд. - Мой конь устал, и я приняла решение переночевать в лесу, но под утро, когда уже посветлел горизонт, пришли эти ...чудовища. Слава Богине, что сплю я чутко, да и конь, почуяв угрозу, заволновался...
  - Миледи, Вы путешествовали одна? Без охраны? - я констатировал факты, сверяясь со своими догадками. Ага, как я и думал - с головой она не дружит, но вот мечом владеет превосходно. - Кто вас научил владеть мечом? Не каждый воин способен в одиночку победить целую стаю белых волков и тем более отделаться такими легкими ранениями.
  Девушка насторожилась и посмотрела на меня с вызовом. Всю ее напускную вежливость и учтивость, как рукой сняло.
  - А зачем Вы интересуетесь?
  Я искренне улыбнулся и пожал плечами. Леди сразу замялась, видимо поняв, что зря заволновалась и прикусила нижнюю губу. По ее жестам и взгляду я понял, что она сейчас решала, опасно ли мне рассказывать о себе что-либо, или же я использую знания ей во вред. На ее месте я бы поступил точно так же. Мало ли кем может оказаться твой спаситель, а по имени простого мастера фехтования легко можно понять, что за человек сидит перед тобой. Жалко конечно, что она раскусила мой замысел.
  - Знаете, - после минутного молчания продолжила говорить девушка. - Я, конечно, Вам искренне благодарна, но мне нечего Вам поведать. Вы извините меня за грубость?
  - Вам не за что просить прощения, - вздохнул я, внутри негодуя, что путница ничего мне не рассказала. По имени мастера я хотя бы мог узнать, откуда она родом, если ее учитель известен, а так... Девушка основательно решила сохранить свое инкогнито, если бы это было не так, то ее первые слова были бы не признательностью за спасение, а имя и к какому роду она принадлежит. Я, впрочем, тоже не стремился раскрывать, как меня зовут. Во избежание.
  - Так значит, этих монстров называют белыми волками...
  Я утвердительно кивнул. Но она даже не обратила на меня внимания, полностью погрузившись в себя. Я зевнул, удобнее устраиваясь в кресле. Разговоры, принятые в высшем обществе, всегда меня утомляют, я привык общаться по-другому. Да и девушка странная. Лицедейка из нее получилась бы отличная. По ее манере поведения и словам можно судить, что она благородных кровей и явно хорошо знакома с королевским двором, да и большего мне знать не надо. Я же не на смотринах и пользы от знания откуда родом путница мне нет никакой, только лишь для усмирения любопытства.
  Как некстати, о себе напомнил желудок. Вот всегда так, когда я увлечен экспериментами, тружусь в лаборатории или читаю книги, я не замечаю ни усталости, ни голода, но стоит мне только расслабиться и присесть, голод накатывает с двойной силой, а иногда от усталости я даже не могу встать - так и засыпаю, где попало. Сегодня я выспался, а покушать, увы, забыл. И сейчас желудок напомнил о своем существовании. Как раз в самый неподходящий момент. Сразу вспомнилось, что и девушка несколько дней не ела, а я ничего с собой не принес, да и молчит. Сразу видно, что правила хорошего тона синеглазая девушка впитала в себя с молоком матери. Мысленно обругав себя за гостеприимство, я решил исправить данную оплошность.
  - Может, Вы изволите прервать нашу беседу и перекусить?
  Леди едва заметно улыбнулась.
  - Да, если можно, - она вдруг "нечаянно" посмотрела на прикроватную тумбочку, где лежали лекарства. Я проследил за ее взглядом и немного смутился. Среди мазей лежал огрызок яблока, а я даже не заметил его. Мне вдруг вспомнилось, что сегодня рано утром, когда я приходил осматривать девушку, я захватил с собой яблоко, заботливо подсунутое моей домовой Миленой. Но яблоко было благополучно забыто на тумбочке, и через несколько часов его нашла голодная девушка и, не мудрствуя, быстро съела.
  - Сейчас все будет, - заверил я девушку и свой живот, послав мысленный импульс Милене. Долго ждать не пришлось. Леди не успела открыть рот, как в комнату влетело нечто рыжее, и быстро, на немыслимой для человека скорости, поставило между креслами круглый столик и расставило на нем яства: две тарелки с тушеными овощами, пюре, свежеприготовленный хлеб и два бокала с вином.
  - Ну, наконец-то Вы, милорд, соизволили покушать, - заворчала Милена, когда расставила еду. Уперла руки в бока, посмотрела на меня так, как будто я был ее нашкодивший сынок. Леди потрясенно смотрела на нее, будто перед ней было новое чудо природы. Открыла от удивления рот, рассматривая домовиху. Хотя, что ее так удивило? Милена была обычной: ростом мне до пояса, рыжие волосы собраны в пучок, средних лет, крупная, дородная фигура.
  - Красавица, - констатировала домовиха, так же рассмотрев миледи. - Но только слишком худющая. Но ничего, я тебя откормлю.
  Я усмехнулся. Ну да, откормит. Она меня уже сколько лет пытается откормить и без толку. "Скелет" - как ворчит Милена.
  - А вы не ухмыляйтесь, хозяин, - погрозила мне пальцем Милена. - Тоже скелет ходящий. И только попробуйте мне не съесть, а то наведаюсь к вам сегодня в покои и заставлю съесть целую баранью ногу.
  Я невольно вздрогнул. Милена держит свои обещания. Надо срочно проверить защиту в лаборатории.
  - Милена, - укорил я домовую. - У нас гостья.
  Она ничего не ответила, вихрем вылетев из комнаты.
  - Вы, похоже, ее обидели, милорд, - проговорила девушка, отойдя от потрясения.
  - Нет, - отмахнулся я, вспоминая, поставлена ли защита в лаборатории. Нет, придется все равно поставить новую, а то моя домовая с завидным упорством пытается пробить защиты и накормить меня. - Милена не обидчивая.
  - А кто она?
  - Домовой.
  - Да?- удивилась леди, но быстро взяла себя в руки и принялась есть.
  Пару минут в комнате стояла тишина.
  - А куда Вы держали путь? - поинтересовался я, когда мы поели. Может на этот раз удастся ее разговорить? Обычно на полный желудок люди охотно рассказывают о себе.
  - В Ривен, - не стала скрывать девушка. Я вздохнул, она опять не договаривает. Чувствовать ложь умеет каждый маг. Очень полезное умение, когда знакомишься с новыми людьми. Может поэтому у нас так мало друзей, и магов не часто можно открыто встретить в городах? Кто выдержит столько лжи?
  - А где находится ваш замок, милорд? - внезапно поинтересовалась она.
  - В днях четырех от Ривена, - немного поразмыслив, ответил я. Я пользовался телепортацией и мог мгновенно переместиться в место, до которого добираться было примерно неделю.
  - Так далеко?- удивилась леди. - Я была в неделе пути от города.
  - Ну, вы долго лежали без сознания. Если миледи изволит, то я счел бы за честь проводить Вас до города, когда Вы до конца поправитесь, - и в раз избавиться от навалившейся на мои плечи проблемы.
  - Нет, благодарю, не утруждайте себя...- даже слишком быстро отказалась девушка и, решив сменить тему, сказала. - Извините меня за бестактность, но я до сих пор не удосужилась спросить имени своего спасителя.
  - Представляете, я вашего тоже, - я растянул губы в улыбке.
  - Хорошо, милорд, - вздохнула леди, я даже удивился ее решению. - Я Вам поведаю его, но обещайте, что это останется между нами.
  - Обещаю, - усмехнулся я и шутливо погрозил гостье пальцем, во мне вмиг разгорелось любопытство. - Но мне придется сдать Вас страже, если вы окажитесь хладнокровной убийцей, скрывающейся от властей.
  Девушка не обратила на мою шутку внимания. Она прямо села, расправила плечи, вздернула подбородок и с неподдельной гордостью провозгласила:
  - Перед вами Ее Королевское Высочество принцесса Ирен Келионендорская.
  - Да?- удивился я. Принцесса - это уже проблема. Стойте неужели...- Келионендорская... это из рода Келионендора? Внучка короля Рафиуса?
  Принцесса скисла. Она видимо ожидала, что ее титул должен был произвести на меня большее впечатление. Людям свойственно мечтать...
  - Правнучка, - мрачно поправила меня Ирен, не дождавшись должной реакции.
  Какой кошмар. Рафиус и после смерти не дает мне покоя.
  Я скучающе посмотрел на принцессу, временно уйдя в себя. После выяснения имени девушка уже не предоставляла для меня интереса, тем более она из рода этого интригана, а подсчитывать в уме новый опыт намного увлекательнее. Ирен вновь откинулась в кресло, закинула ногу на ногу и угрюмо на меня смотрела. Я остался невозмутим. Я сейчас решал важную дилемму.
  - Вам совершенно безразлично, что перед вами принцесса? - не выдержав, спросила она, скрестив руки на груди. Пришлось оставить расчеты на потом.
  - Для меня это не имеет никакого значения, - пожал плечами я и нисколько не покривил душой. Будь она хоть властвующей королевой, я не склонил бы перед ней колено. Да я Рафиусу нос расквасил и добавил бы еще... если бы не взял себя в руки. Сколько мне крови этот король попортил, если бы не был монархом - испепелил бы на месте.
  - И Вы не отдадите мне честь? Не преклоните колено? - еще больше удивилась девушка, обижено взирая на меня своими синими очами.
  - Нет, делать мне больше нечего, - фыркнул я, стараясь не улыбнуться, смотря на обиженную за такое пренебрежение титулом принцессу. Вежливо общаться с этой девицей резко расхотелось.
  - Но Вы же подданный королевства!
  Видимо, с Ее Высочеством еще никогда так пренебрежительно не обращались. Ирен сейчас была похожа на обиженного пятилетнего ребенка, которому не дали конфетку. Ей богу, такое забавное зрелище.
  - Ну, во-первых, я хозяин этого замка, а уже потом подданный - не подданный...
  - Хорошо, - заметно стушевалась принцесса, но несправедливую обиду сохранила - А могу ли я теперь узнать ваше имя?
  - Никериал, - чего уж таиться, - магистр Никериал Ленге.
  - Никериал Ленге? - Ирен расширила глаза от удивления и, приподнявшись в кресле, переспросила, рассматривая меня. - Злой колдун Никериал?
  - Ну почему сразу злой, - шутливо обиделся я. О, как я и думал, нашу принцессу заботливые родители просветили, что дружить со "злым магом" Никериалом Ленге не хорошо. - Почему, например, не могучий и великий или на худой конец сумасшедший? Хотя нет, постойте, лучше зовите ужасным, это звучит более интригующе.
  Девушка стала взирать на меня со смесью удивления, страха и злобы. Теперь ее глаза были наполнены не добродушием, а гневом. Вот какая разительная перемена происходит с человеком, узнавшим мое имя. От искреннего, благодарного за спасение жизни взгляда не осталось и следа. И она немного ранее утверждала, что репутация это полная ерунда, а имя и титул не имеют значения?
  - Да как вы смеете! - гневно прошипела Ирен, вскакивая с места и тыкая в меня пальцем. - Смеете требовать смену своего богомерзкого прозвища, которое дал вам народ за ваши злодеяния!
  - А что я такого сделал?- удивился я, заставив принцессу еще с большим отвращением на меня смотреть. И ведь я и вправду не знал, почему все стали называть меня злобным. Не из-за иллюзий дракона? Хотя больше не за что. С людьми в последние несколько лет я редко контактировал, и в эти встречи я вел себя более чем дружелюбно. Как приятно вспомнить собрания моих друзей-магов... В последний раз мы повеселились на славу. Дариану даже пришлось перестраивать свой дом, где мы отмечали. Хотя маг не жаловался, он вместе с нами разрушал особняк, мотивируя свои действия очень просто - он давно хотел изменить конструкцию дома, но все руки не доходили...
  - Вы издеваетесь? - из приятных воспоминаний вернул голос девушки. - Наводнения, пожары, эпидемии, засуха...
  Ирен на секунду задумалась, вспоминая все мои прегрешения.
  - Слабоумие, - тихо подсказал я. Принцесса возмущенно на меня посмотрела. Мне ничего не оставалось, как ехидно добавить. - Причем массовое.
  - Ваши деяния так ужасны, а Вы еще изволите шутить, Никериал?
  - Ник. Для вас просто Ник, - я искренне улыбнулся, предложив Ирен вновь сесть в кресло.
  Она с явным неудовольствием подчинилась.
  - А теперь послушайте меня, Ирен, - вздохнул я. Как мне надоели эти россказни о том, что я виноват во всех бедах королевства. Нашли козла отпущения. - Все, что вы и ваш народ предписываете мне - полная чепуха. Извините за прямоту, но заниматься такой ерундой, как наводнения, засуха и тому подобное я считаю ниже своего достоинства и пустой тратой магического потенциала на эти дешевые фокусы, не имеющие за собой каких-либо последствий. Так что простите, но с претензиями Вам следует обращаться не ко мне, а к природе. Уверен, что это ее рук дело. Или как вы любите, молитесь Богине, прося ее милости и защиты.
  - Я Вам не верю, - заявила девушка. Ну и больно мне надо, чтобы она мне поверила. - Вы просто мне морочите голову. Тем более природа явно не виновата в исчезновении молодых девушек, которых Вы крадете из деревень!
  - А девушки мне зачем? - еще больше удивился я. - Пансионат для благородных девиц, увы, не держу. Так что - извините.
  - Девушки злобному колдуну нужны для жертвоприношений, - как бестолковому ребенку стала объяснять мне Ирен. Ну и кто из нас злодей, точнее злодейка?
  - Вот еще. Делать мне больше нечего, кроме как красть деревенских дур
  - Да неужели? - синие глаза принцессы сузились, всматриваясь мне в лицо. - Девушек, значит, не крадете. А я?
  - Нет, точно, в вашем королевстве массовое слабоумие, - обреченно вздохнул я. Ее доводы и обвинения меня утомили, я чувствовал себя как на допросе, причем Ирен была дознавателем. А я-то глупый с самого начала планировал все наоборот.
  - Это вы натравили на меня эту нечисть, белых волков, намереваясь убить. Но так как у вас ничего не вышло, вы доставили меня к себе, в обитель зла, чтобы заморочить голову тем, что Вы такой благородный рыцарь, галантный и обходительный, а потом, когда я в это уверую, Вы принесете меня в жертву кровавым Богам, чтобы заполучить больше могущества...
  - Бред хуже чем у Джека, - перебил девушку я, мои уши были уже не в силах слушать то, что она на ходу сочиняла, выдавая за мой гениальный план.
  - Во-первых, к волкам я не имею никакого отношения. В том месте я оказался совершенно случайно, а во-вторых, я Вас спас, и Вы мне еще выдвигаете какие-то претензии? - я возмутился ее нахальству. И правда, зачем я ее спасал?
  - А откуда я ведаю, что это не было заранее приготовленной авантюрой?
  - Прекрасно, - сказал я, с трудом удерживая себя, чтобы не закричать на девушку. - Вы можете в любой момент покинуть мой дом, я Вас не держу.
  - А если я не пожелаю уйти? - Ирен убрала мешавшие золотые пряди и отряхнула платье от несуществующих пылинок. - Я намереваюсь узнать всю правду, а Вы меня выдворяете, чтобы умело скрыть ваши злодеяния?
  - Хорошо, - я резко встал с кресла и, не удостоив девушку взглядом, пошел к двери. - Замок в полном вашем распоряжении. Оставайтесь, сколько Вам будет угодно в моей "обители зла".
  Я открыл и с грохотом закрыл за собой дверь. Ненавижу, когда меня обвиняют в том, в чем я неповинен. Это меня выводит из себя.
  Наверное, я простоял в коридоре несколько минут, прежде чем успокоился. Мне хотелось превратить Ирен во что-нибудь мелкое и гадкое, только чтобы не видеть и не слышать ее. Хорошо, что мне хватило сил и выдержки просто уйти...
  Вот как порой бывает ошибочно первое впечатление. И как порой несправедлива судьба. И зачем я пошел тогда утром за рябиной? Так и знал, что из этого ничего путного не выйдет. Кстати о рябине... Вспомнив о незавершенном эксперименте, который дожидался меня в лаборатории, я, выбросив из головы принцессу, удалился доделывать опыт. Что-что, а исследования всегда поднимают мне настроение.
  
  
Глава 2. Главный ужас подземелья
  
  Герои - это люди с суицидальными наклонностями
  лезущие во все щели и жаждущие умереть
  оригинальным способом. Так почтим же память всех
  тех, кто несправедливо пал от рук этих ненормальных.
  
  Ирен
  
  Прошло несколько дней после того, как я очнулась в замке колдуна. С того разговора я его больше не видела. Да и меня это не слишком волновало - я прекрасно понимала, что жалкий трус не жаждет со мной общаться. Почему-то всем мужчинам не нравится, когда их тыкают носом в совершенные ошибки. Может, ему просто стыдно?
   Первым делом я проверила всю одежду, что была у меня в комнате, на наличие подозрительных пятен. Вдруг это одежда предыдущих жертв колдуна? Но, к сожалению, я не нашла ни дырок от кинжала, ни пятен крови. Есть только два объяснения - либо его домовиха отличная прачка, либо колдун с помощью магии сам привел в порядок одежду, чтобы скрыть улики. Хотя мне было не по себе от предложенной одежды, но отказываться от платьев я не собиралась - они были довольно удобные и самое главное без корсетов. Ненавижу корсеты, служанки порой так затянут шнурки, что трудно дышать, и ты чувствуешь, как у тебя начинают трещать ребра, а на обеде клюешь еду, как пташка, потому что из-за корсета живот липнет к спине. Ни поесть нормально, ни вздохнуть... А потом еще все спрашивают, почему благородные дамы все время падают в обморок?!
  В мою комнату постоянно приходила его домовая Милена. Она приносила мне еду, стирала мою одежду, иногда даже развлекала рассказами. Я поняла, что в замке есть хоть одна добрая душа. Как только служанка колдуна появилась в моей комнате, я попросила ее показать мне замок, что она к моему удивлению с удовольствием и сделала. А я думала, что она будет отнекиваться, прикрывая своего хозяина, но нет, Милена провела меня почти по всем этажам, показала кухню и столовую, огромную библиотеку и гостиную, заставленную книгами. Больше всего меня поразила библиотека, столько книг я никогда в жизни не видела, и, наверное, наш библиотекарь продал бы колдуну душу, чтобы хоть одним глазком на нее взглянуть. Мне стыдно признаваться, но она этого стоила. Я даже немножко стала уважать этого злодея - скольких трудов ему, наверное, стоило собрать у себя столько книг, собрать по крупицам столько знаний в одном месте.
  Милена, как я и догадывалась, показала мне не все. Многие этажи мы просто обходили стороной, а на чердак и тем более в подземелье, даже мельком не заглянули. Домовиха сказала, что там жутко грязно, но я-то знаю настоящую причину: просто там улики злодеяний колдуна, а Милена прикрывает своего хозяина, не хочет видимо, чтобы я нашла результаты его богомерзких ритуалов. Когда закончился обход замка, и я отвязалась от назойливой Милены, заверив ее, что все хорошо запомнила, а я, слава Богине, на память пока не жалуюсь, стала исследовать замок самостоятельно, направившись в первую очередь туда, куда меня домовая не захотела водить. Несколько дней я исследовала коридоры, ища спрятанные улики. Трудно признавать, но Милена была права в одном - там было жутко грязно. Прислуга хоть иногда убирается в замке? Хотя я не заметила никого кроме Милены. Наверное, колдун был так ужасен, что все его слуги сбежали, решив убить его, погребя под огромным слоем грязи и пыли. Их план пока осуществлялся прекрасно - столько раз, как за эти дни я, не чихала и за всю свою жизнь.
  Не найдя в пыльных коридорах замка ничего интересного, я решилась спуститься в подземелье. Вдруг там, в холодной и сырой темнице, томятся несчастные девушки? И где интересно тот целитель, что спас мне жизнь? Наверняка этот злодей прячет его где-нибудь в подземелье, сковав цепями и держа на одном хлебе и воде. С него станется мучить людей. Мне стало так жалко бедного голодного человека, замученного колдуном, что я, пылая праведным гневом, решительно пошла в подземелье. Я была уверена, что в казематах замка обязательно найду улики злодеяний колдуна. А где же их тогда еще искать, как не в самом страшном и таинственном месте замка? Темницы всегда хранят в своих стенах множество тайн.
  Хорошо, что старые замки строятся по одному подобию, не надо долго искать интересующее тебя помещение. Как любил шутить наш королевский архитектор: "В замке есть четыре комнаты, расположение которых неизменно. Это тронный зал, кухня со столовой и подземелье. Потому что это чрезвычайно удобно - сначала приветствуешь гостя, потом, как гостеприимный хозяин, его кормишь, а после бросаешь в подземелье, когда застукаешь его в постели своей жены". Плоских шуток архитектора я не одобряла, но он был как ни странно прав.
  Лестница, ведущая во мглу, на миг мне показалась спуском в Преисподнюю, особенно когда до моих ушей стал доноситься чей-то приглушенный вой. Сразу же перед глазами всплыли изображения грешников, которые варились в котлах гиены огненной, искаженные гримасами боли. Я невольно вздрогнула - что-то мне резко перехотелось туда спускаться.
   Жалко, что со мной нет моего меча. С ним было бы намного спокойнее, но он если и не пропал в лесу, то попал в лапы этого гнусного колдуна. Хорошее было оружие, Придворный маг специально его для меня зачаровывал, кучу сил на него потратил. Потом пару дней в постели пластом лежал. Восстанавливал, как он говорил, магическую энергию.
  Ну, ничего страшного. Ради восстановления справедливости и защиты добра можно и потерпеть и обойтись без меча. В руках героя любая вещь становится грозным оружием, ибо его направляет сама Великая! С трудом оторвав взгляд от черного прохода, я пошла на поиски оружия. Обойдя весь этаж и найдя в одной из комнат тяжелую чугунную кочергу, я уже в приподнятом настроении вернулась к лестнице.
  Несколько раз взмахнув подручным оружием, привыкая к ее тяжести, я ухватила кочергу поудобнее и, взяв со стены пылающий факел, глубоко вздохнув, шагнула в проход. С каждым мгновением мне становилось все страшнее. Представьте, вокруг непроглядная темень, у вас всего один источник света, который освещает пространство всего на несколько шагов вперед, слышно все усиливающийся леденящий в жилах кровь вой, стук каблуков по каменным плитам, которые тебе кажутся подобно грому, и бешено бьющееся в груди сердце. Но Ирен Келионендорская никогда так просто не отступит с намеченного пути!
  Меня с детства мастер учил преодолевать свой страх, заставлять его подчиняться твоей воле, ибо, когда страх застилает глаза, неминуема смерть. "Всегда быть в трезвом уме и твердой памяти", - постоянно повторял мой мастер. В прошлый раз мне удалось преодолеть страх, и благодаря этому я осталась жива после битвы с белыми волками, но сейчас он вновь заявил о себе. Я несколько раз глубоко вздохнула, сосчитала в уме до десяти, сжала в руке тяжелую кочергу... Нельзя дать страху перерасти в панику, нельзя дать чувствам затмить разум. Через несколько мгновений удушающий страх уступил место железной решимости. Он ушел не до конца, он затаился на задворках сознания, но страх уже не мешал мне чувствовать себя уверенней. У меня была цель - найти и освободить томящихся узников. И эта цель горела в моем сознании как маяк, не давая потерять рассудок.
  Лестница закончилась, и я вошла в неизвестное темное помещение. Подземелья обычно не блещут окнами, и они в казематах всегда столь малы, что их проще назвать отверстиями. Мне всегда казалось, что такое малое количество света придумано, чтобы узники чувствовали себя более угнетенно и подавлено. Коридор, вдоль которого размещались открытые решетчатые двери, был очень грязный и пыльный. А о запахе и говорить не стоит. Затхлый запах, который бывает в очень старых и пыльных коридорах, кого хочешь заставит зажать нос. Но у меня была цель, а усиливающиеся жуткие звуки, доносившиеся из недр подземелья, все добавляли мне уверенности, что я на правильном пути. Хоть мое сердце и билось как бешенное, ладони вспотели и ноги подрагивали, я, несмотря на все преграды, пошла вперед. Пора доказать чего стоит Его Высочество Ирен, воспитанница Великого мастера боевого искусства Гая Рескинского!
  Осторожно, заглядывая в каждую камеру, я все ближе и ближе приближалась к источнику леденящего кровь звука. Теперь до моих ушей доносились не только завывания, я услышала еще и погремывание тяжелых цепей. Меня внезапно осенило - это же не завывания, а наверняка чьи-то стенания, плач. Да это же узник! Ага, вот, наконец-то я нашла доказательства злодеяний этого колдунишки! Так бедного человека замучил, что он даже не может сдерживаться от боли. Надо скорее облегчить его страдания!
  Я, сжав в руках кочергу, решительно пошла на звуки стенаний. Они меня привели к крепкой дубовой, обитой железными пластинами, двери. Я даже немного удивилась. Почему этот колдун не держит узника в камере, почему поместил в другое место? И что там за дверью? Неужели новый коридор с камерами или пыточная? Глубоко вздохнув, я попыталась открыть заветную дверь, но это не очень получается, если обе руки заняты. Пришлось отказаться от кочерги, прислонив ее к стене. Конечно, входить в незнакомое помещение без оружия небезопасно, но у меня не было выбора. Если что, я ведь в любой момент могу схватить кочергу, ну, или в крайнем случае, огрею опасность горящим факелом.
  С трудом одной рукой открыв дверь, я первым делом осветила комнату. Так я и знала. Это оказалась пыточная или точнее, жалкое подобие на комнату страха и боли. Если честно, то я надеялась увидеть что-то более зловещее - как-никак это был замок злого волшебника, который любит причинять людям боль и страдания. Я думала, что у него будут что-то вроде Адских машин боли или Колес смерти, но трухлявые разваливающиеся приспособления пыток, утонувшие под слоем пыли и паутины, меня разочаровали. По сравнению с ними пыточная провинциального барона просто воплощение Гиены огненной. Единственное, что произвело на меня впечатление - это свисавшие с потолка ржавые цепи и крюки.
  Я, взяв в руки свое временное оружие, обошла немалую пыточную, заглянула почти во все его пыльные закоулки, но не нашла узника, просившего о помощи. Странно, а я ведь точно слышала, что звуки исходили из этой комнаты. Или я ошиблась? Было и еще кое-что странное... Как только я вошла завывания прекратились. Ничего не понимаю....
  Вдруг мое сердце нехорошо сжалось в предчувствии чего-то дурного. Пламя на факеле затрепетало, тяжелая дверь внезапно закрылась, отрезав путь к отступлению. Резко похолодало. У меня по спине будто мурашки по коже пробежали, а пальцы рук наоборот вспотели, когда я в ужасе сжала кочергу, грозя в любой момент обрушить оружие на голову незваному гостю.
  Стало жутко. Ведь всегда пугает тот противник, которого ты не видишь, но чувствуешь, что он где-то рядом. Забренчали свисающие с потолка цепи. Я попыталась осветить потолок, но ничего не увидела. Что за чертовщина здесь творится? Опять фокусы колдуна? Медленно попятившись к двери, я чуть ли не кружась, водила факелом по сторонам. Самое противное, когда на тебя нападают, когда ты отступаешь. Прости, учитель, но второй раз рисковать жизнью мой инстинкт самосохранения мне не даст. Так что бороться с неизвестностью я не стану, а как говорит мой отец: "Не теряя достоинства, отступим, чтобы потом со свежими силами и, придумав новую стратегию, снова вступить в бой".
  До двери оставалось меньше полуметра, как я услышала в дальнем углу комнаты опять эти ужасные завывания и пробирающие до костей, равномерное, можно даже сказать мелодичное бренчание цепями. Мое сердце совершило кульбит в груди и стало быстро отбивать ритм. Душа безвозвратно ушла в пятки.
  Больше всего на свете мне тогда хотелось схватиться за ручку, распахнуть дверь и стрелой убежать из этого подземелья. Но что-то внутри помешало мне это сделать. Может, это было мое безрассудство или любопытство, но я, невзирая на истошно орущий в сознании голос рассудка, упрямо пошла вперед. Мои руки дрожали и факел, то и дело вздрагивал, но я медленно, тихонечко шла вперед, в тот дальний угол, где доносились звуки... Когда до источника завывания оставалось дойти несколько шагов, он вновь внезапно исчез. Я, словно пребывая в трансе, дошла до конца и осветила угол. Ничего, только на полу валялись очищенные до блеска цепи с кандалами. Это было так же странно видеть, что если бы сейчас передо мной попрыгал на одной ноге мой отец, я бы удивилась намного меньше.
  Вдруг из глубины этого угла я услышала четкий, громкий, немного хрипловатый мужской голос:
  - Смелая, а может глупая... Я еще не решил
  Меня как будто окатили ведром с ледяной водой. Я, истошно завизжав, подскочила на месте от неожиданности. Стало жарко. Сердце бешено заколотилось, грозясь выпрыгнуть из груди и ускакать из подземелья подальше.
  - К-кто здесь? - дрожа, я завертелась на месте, пытаясь отыскать обладателя голоса. Кочерга приняла боевое положение. - Пок-кажись!
  - А я и не прячу-усь, - вновь будто лениво, слегка растягивая гласные, произнес голос. - Это ты меня не види-ишь
  Я резко повернулась на голос, но вновь кроме подозрительных цепей никого не нашла. Это меня озадачило, чем испугало. Куда бить если противника не видно?
  - Покажись! - немного смелее, будто воспрянув духом, приказала я неведомому собеседнику.
  - Зачем? Мне и так хорошо.
  Страх потихоньку уходил, уступив место любопытству. Если меня не убили сразу, то чего бояться?
  - Ты кто? - я потрогала ногой отполированные цепи. Нет, быть этого не может. Говорящие цепи - это слишком. Хотя... - Результат зловещего ритуала?
  - Конечно, нет, - слегка обиделся голос. - И перестань пинать мои цепи. Ты знаешь, сколько я их полировал?
  - О, извините, - я сразу отошла на шаг назад и дружелюбнее спросила. - Тогда, может вы узник темницы?
  Воздух около меня ощутимо задрожал от смеха. Пламя на факеле сильно заколебалось, грозя в любой момент потухнуть. Я, сильнее сжала в руке чугунную спасительницу, не понимая, что могло так рассмешить моего собеседника.
   - А ты забавная, - сказал голос, перестав смеяться. - Так уж и быть, покажусь. А то обзовешь еще... как-нибудь...
  Я отошла на шаг назад и случайно уперлась на какое-то пыточное приспособление. Испугаться и ощупать преграду я не успела. Я замерла, не в силах даже пошевелиться и закричать, потому что в двух шагах от меня стал медленно появляться из воздуха белоснежный, светящийся изнутри силуэт солидного мужчины лет сорока, в дорогом дворянском костюме, модным пару веков назад. У него была безумно лохматая шевелюра, а из груди торчала пара кинжалов.
  Я как завороженная смотрела на призрака. Кочерга и факел выпали из ослабевших рук, я почувствовала, что еще чуть-чуть и упаду в обморок, как изнеженная придворная барышня. Факел потух, но комнату, благодаря бледно светящемуся призраку, было немного видно.
  Показав дрожащим пальцем на торчащие из груди кинжалы, я произнесла первое, что пришло мне в голову:
  - А в-вам не б-больно?
  - Больно? - призрак удивился такому вопросу и, проследив за моим пальцем, усмехнулся. - Больно мне было пару веков назад, когда я получил это украшение. А сейчас - я ничего не чувствую.
  Мои ноги подкосились, и я уперлась рукой за выступ на пыточном приспособлении, чтобы не упасть. Он опасно затрещал, но выдержал. Видеть призрака собственными глазами для меня было в новинку. А я всегда считала их выдумками престарелых фрейлин и никогда не верила в их страшные истории про приведения, которые якобы обитали в нашем дворце. Считала, что фрейлинам делать больше нечего как придумывать всякую чепуху... И тут раз, это оказалось правдой.
  Не знаю, как долго я заворожено смотрела на привидение, не смея даже и пошевельнуться, но вдруг он заговорил, рассмотрев меня повнимательней.
  - Постойте-ка! - изумился призрак. Я испуганно задрожала, уверенная, что он сейчас решит меня съесть или скажет, что тот, кто его увидит, умрет страшной мучительной смертью от проклятия. - А я тебя знаю!
  - П-правда?- пролепетала я, не в силах больше удивляться. Слава Великой, он не хочет меня съесть... Подождите... я и не знала, что призраки обо мне знают.
   - Ты Элиза! - он радостно закружился вокруг меня, став лепетать о том, как я изменилась, потому он сразу меня и не признал. - А побледнела-то как! И волосы покрасила? Раньше они так сильно не золотились... А глаза! Глаза-то! - восторженно вздохнул он и пустился описывать мне свою жизнь, якобы с "нашего" прошлого расставания.
  Я растерялась, не зная, что и думать. Нет, я сразу поняла, кто такая эта Элиза. Ее Величество Элизабет, супруга короля Рафиуса, моя прабабушка. Мне часто отец говорил, что я похожа на "бабушку Элизу", которая его воспитала, и осталась в памяти самым светлым, добрым и любимым человеком из детства.
  Да, исходя из портретов королевы Элизабет - я на нее немного была похожа, но у нее волосы были темнее, светло-русые с рыжинкой, а глаза голубые. Как он мог меня с ней спутать? Но куда интереснее другое, он что, при жизни был вхож в королевский двор, раз так тепло отзывается о ней, будто они были большими друзьями?
  - Подождите! - перебила его я, устав ждать пока он сам замолчит и даст вставить мне слово. - Я не Элиза! Меня зовут Ирен! - я спохватилась, что сказала свое имя не по правилам, и решила дополнить. - Ее Вы...
  - Да? - меня перебил дух, не дав закончить фразы. Он заметно растерялся и поник, поняв, что обознался, но вдруг встрепенулся и с уверенностью проговорил. - Тогда ты та девушка, которую спас Ник! А я тебя сперва и не узнал. По сравнению с той, дышащей на ладан, ты стала выглядеть намного лучше... но все равно такая же бледная. Хотя, нам, духам, - он закатил глаза и проникновенно проговорил, - порой трудно следить за изменяющимся миром смертных.
   - Колдун? Вы что-то путаете, меня спас целитель, - я вдруг вспомнила о своей цели, нечаянно забытой из-за встречи с призраком. - А вы случаем не знаете, где Никериал держит пленных?
   - Пленных? Каких таких пленных?! - изумился дух и сразу заозирался, видно надеясь отыскать их в этой комнате. - А почему я их ни разу не видел?!
  Призрак повернулся ко мне спиной и, поднимая позвякивающие цепи, недовольно пробурчал: "Вечно я узнаю все последним".
  Какое все-таки странное привидение...
  - А целитель, - я снова сделала попытку выведать место нахождения узников. Не может ведь быть, чтобы призрак был в заговоре с колдуном. - Тот, кто лечил меня, где он?
  Призрак повернулся, держа в руке цепи, и непонимающе уточнил:
  - Ник, что ли? Так он опять, наверное, пропадает в своей лаборатории... А про пленных и словам же не обмолвился! - обиженно завыл он. - У-у-у-у!!! Я бы для них концерт устроил, показал свое умение бренчать цепями! Зря что ли несколько веков готовился?
  - Не колдун, а целитель! - я стала раздражаться, не понимая, почему этот призрак не может мне сразу сказать, где находятся пленные. Какой он все-таки не воспитанный...
  - Кроме Ника в замке нет целителей, - отмахнулся от меня он.
  Я поразилась, в глубине души надеясь, что он сейчас возьмет свои слова обратно. Ну не может быть черный маг целителем! Это так же невозможно, как и узнать, что Его Преосвященство ворует у голодных детей булочки!
  Но призраку на мое негодование не было никакого дела. Он занимался важным делом - решал, куда пристроить свои драгоценные цепи, чтобы их никто не пина... не трогал. Не отрываясь от своего занятия, он, вдруг усмехнувшись, произнес фразу, заставившую меня покраснеть:
  - Неужели ты решила, что тебя вылечил не Ник? Что дни напролет за твои самочувствием следил другой целитель? Да Ник, даже пребывая на грани смерти, не подпустит к себе другого лекаря. Надеюсь, ты поблагодарила его за спасение? К сожалению, он, в последнее время довольно редко совершает такие поступки...
  Мне стало стыдно. Хоть он и злобный колдун погубивший множество жизней, но сказать просто "спасибо" за свое спасение, я была должна. А я повела себя по-хамски. Так даже с послами вражеских государств не разговаривают. Из меня получился никудышный посол, а помниться дипломатию я сдала на отлично. О, Богиня мне стыдно вдвойне!
  Призрак спрятал свои цепи, повернулся ко мне. Он, задумавшись, покружил вокруг несколько кругов и, остановившись прямо напротив меня, вдруг приветливо сказал:
  - В замке порой бывает ужасно скучно. Ник все время занят, не с кем поговорить. А ты меня не испугалась. Ну, по крайней мере, не убежала, истошно вопя о приведениях, - я слегка смутилась, вспомнив, что это как раз были мои первые мысли. - Давай знакомиться. Меня зовут Джек. Конечно, - он добавил, увидев мое удивление, - это мое не настоящее имя. От своего прошлого я решил отказаться, когда лишился земной жизни. Оно было слишком скучным, слишком земным... А тебя как зовут?
  - Ее Высочество Ирен Келионендорская, - я попыталась сделать реверанс, но в темноте, у меня наверняка получилось ужасно.
  Джек проследил за моими мытарствами и утвердительно заключил:
  - Ты потомок Рафиуса Келионендорского.
  - Почему вы все интересуетесь моим прадедушкой? - недовольно проворчала я, припомнив, что и колдун его упоминал. Нет, это уже не смешно. Им что, все равно, что я принцесса? К моему покойному прадедушке больше уважения, чем ко мне. Это так несправедливо!
  - Ник и Рафиус были знакомы, - туманно проговорил Джек, заинтересованно меня рассматривая.
  - Они дружили?
  - О да, еще как дружили, - с непередаваемой интонацией произнес призрак, щупая прядь моих волос. Странно, но я не почувствовала его прикосновения. - Тебе повезло...
   Прощупав мои волосы, он отлетел на пару шагов, рассматривая меня сверху.
  - Слушайте, а почему вы обитаете в этом пыльном и грязном месте? - спросила я поежившись. Было прохладно и мне не доставляло удовольствия находиться в этой пыточной, а разговаривать в таком месте и тем более не слишком приятно. К запаху я немного притерпелась, но к остальному... хорошо, что я почти ничего не вижу. - Почему вы не живете с остальными наверху?
  Джек досадливо махнул рукой и, усевшись на место, напоминавшее сидение с огромной дырой посередине из которого торчали ржавые тупые иглы, грустно произнес:
  - Ник меня несправедливо обидел! А чтобы он почувствовал свою вину и мою значимость, я решил на время уединиться. Помечтать в тишине и покое... - Призрак блаженно прикрыл глаза, поудобнее усевшись в "кресле". - Медитация и размышления...
  - А чем колдун вас обидел?
  Джек, видимо о чем-то подумав, резко встал, внимательно на меня посмотрев.
  - Ты ведь человек, - утвердительно пробормотал он.
  - Да, - я нахмурилась, не понимая, на что он намекает. Неужели у него есть какие-то претензии к людям? Так, где моя кочерга... Он точно злой дух, которого нужно срочно изгнать.
  Призрак, задумчиво нахмурив брови, скрестил руки на груди, что приподнялись торчащие кинжалы, и немного пробормотав себе под нос, вдруг неожиданно всплакнул. Я удивилась. Нет, сегодня точно день открытий. Ладно пугать, но приведения умеют еще и плакать?
  Глаза Джека наполнились слезами и он жалостливо, все время шмыгая носом, как беззащитный щенок заскулил:
  - Ник плохой, он украл у меня одну вещь!
  Я поразилась. Нет, я знала, что Никериал злодей, но чтоб красть у бедного призрака, нужно быть порядочным негодяем
  - Он, - продолжил плакать Джек, заливая пол несуществующими слезами. - Взял очень важную для меня книгу. И она очень опасная, - уточнил призрак.
  - Опасную?!
  - О, да. Эта книга с очень редкими опасными зельями и заклинаниями, - призрак понизил голос и драматическим шепотом добавил. - Не в тех руках она может уничтожить мир!
  Произнеся свое страшное предзнаменование, Джек выжидающе на меня посмотрел, шмыгая носом. Такая опасная книга и в руках злого колдуна? Мир на грани гибели! Нужно срочно что-нибудь предпринять, пока не стало совсем поздно. Я должна спасти мир и помочь бедному призраку! Решено! Извините, пленные девушки, но книга сейчас важнее. Я должна забрать опасный фолиант!
  - Я помогу вам, Джек, - решительно произнесла я, и стала искать на полу кочергу. Надо же иметь при себе хоть какое-нибудь оружие, когда идешь в логово злого волшебника.
  Глаза призрака на миг торжествующе засияли. Я даже посчитала, что мне это показалось, потому что в следующую секунду Джек снова всхлипнул и полез ко мне обниматься.
  - Спасибо, спасибо, спасибочки, Иреночка, - Джек сжал меня в объятиях. Я почувствовала, что меня как будто сжали в ледяные тиски, я стала приподниматься над полом. Я понимала, что это призрак не хочет причинить мне вред, но ощущения все равно были не из приятных. А кому понравиться не чувствовать под ногами опоры пребывая в удушающих тисках?
  Вдруг Джек разжал объятия, и я с маленькой высоты упала на ноги. Ноги болезненно загудели.
   - Ты не представляешь как я рад, что ты решила мне помочь вернуть книгу! - счастливо произнес он, кружа по пыточной. Потирая ушибленные ноги, я натянуто улыбнулась. - Ведь Ник поставил на лабораторию защиту и поэтому ни я, ни Милен - никто кроме людей, не может туда войти.
  Он снова сделал почетный круг и внезапно остановился прямо у моего лица. Я вздрогнула и, отшатнувшись, чуть не упала, споткнувшись об продолговатый круглый предмет. Я его ощупала... О, да это же кочерга! Все, теперь я вооружена и готова идти на любые подвиги.
  Джек, рассмотрев, что я подняла, сразу опроверг мое оружие.
  - Кочергу в лабораторию лучше не брать, - посоветовал он мне, став говорить, как мой отец. От предыдущего состояния не осталось и следа. Как у призраков так быстро меняется настроение?! - Там она не понадобится.
  - А колдун? - растерялась я, крепче сжимая в руках уже полюбившуюся кочергу.
   - От превращения в лягушку она тебя вряд ли спасет.
  Я вздрогнула. Стать противным скольким существом мне не очень-то хотелось, но отступать, раз согласилась, уже было поздно.
  - Я не знаю где эта ла-бо-ратория, - не помню, чтобы мне Милена ее показывала. А если и показала, то не называла таким странным именем. - И как выглядит эта книга?
  - Сейчас все объясню, - Джек присел на ближайшее пыточное устройство. - Главное, ничего кроме книги не трогай. Ник жуткий педант, если это касается его реагентов... Да и сначала убедись, что его нет на месте. Это будет не сложно, он часто бегает туда - сюда... Итак, слушай. Лаборатория...
  
  
***
  
  Я в нерешительности стояла около невзрачной двери. Джек описал ее, как единственный вход в лабораторию колдуна. Честно сказать, она не слишком была похожа на дверь в личные покои злого волшебника... Где разводы крови, а засохшие багровые отпечатки на ручке? Где, я вас спрашиваю, глубокие царапины на дереве от когтей ужастных чудовищ? Спешно накарябанные на стенах мольбы о помощи? Предупреждения, что дальше всех ожидает лишь смерть и скорое забвение?!
  Словом, дверь меня разочаровала, она была какая-то... невразчная, не такая, какой я ее представляла все годы, читая рыцарские романы.
  Сейчас я должна была взяться за ручку, открыть дверь и тихонько войти внутрь, внимательно посмотрев на месте ли колдун. Призрак меня убеждал, что Ник, увлеченный делом, не заметит постороннего, а если заметит, то у меня на этот случай заготовлена правдоподобная отговорка. Вместе с Джеком придумывали ее целый час, да мне не впервой было сочинять на ходу отговорки. Сколько раз меня ловили в неположенных местах во дворце - не перечесть. И кто придумал эти дурацкие правила, что принцессам не желательно находиться ночью в оружейной или просто прогуливаться по подземелью? А может у принцессы на это есть важная причина, чем им не угодит такое основание для прогулки, как удовлетворение своего любопытства?
  Я думаю, что справлюсь, ведь надо всего лишь забрать книгу, но все равно... зайти туда, где возможно скрываются самые страшные злодеяния черного мага, немного боязно. Это, наверное, мрачное место: в глубоком котле кипит зловонное зелье, а на каждом шагу тебя подстерегают результаты мерзких ритуалов. По столу ползают большие, в кулак, пауки, в плошках копошатся толстые мерзкие белые черви. В клетках сидят монстры, которые сверлят тебя желтыми глазами, облизываются, хотят съесть... Змеи, пауки... брр, ненавижу этих мерзких пауков... Там, наверное, мрачно, весь пол залит засохшей человеческой кровью, столы в мерзких разводах и на них валяются куски гнилой плоти...
  Представив картинку, меня передернуло. Что-то мне все меньше и меньше хотелось идти туда, но я же обещала Джеку, и честь благорожденной не позволит мне отказаться от своих слов. Как жалко, что со мной нет моего оружия, с ним мне было бы намного спокойнее.
  Я глубоко вздохнула, уняв дрожь в коленях, и взялась за ручку. Пронзительно заскрипев, дверь нехотя открылась. Мое сердце бешено застучало, а лицо запылало. Хоть бы колдуна не было на месте или он бы не услышал скрипа. Когда в последний раз смазывали петли? Подождав на всякий случай почти полминуты, за это время, слава Богине, на меня никто с воплем не накинулся, выдворяя за пределы комнаты, я осторожно вошла в лабораторию.
   С первого мгновения я была поражена. И это святая святых злого колдуна? Где мрачная обстановка, где монстры? В комнате было светло и чисто. Нигде ничего не валялось, все было со щепетильностью расставлено по полочкам и шкафам. В лаборатории было много книг, как в библиотеке и куча шкафов, в которых лежали расфасованные по баночкам какие-то ингредиенты для зелий. Я была права лишь в одном - в этом месте был большой камин, но в нем не было черного котла, в котором кипело зелье. Он вообще был потушен, а над ним висели в несколько рядов связки каких-то трав. В комнате приятно пахло душистыми травами. Стол был чистым, и на нем были расставлены непонятные приспособления и изогнутые стекляшки. Еще на стене около длинного стола висело почти с человеческий рост огромное зеркало в почерневшей от времени серебряной оправе.
  Я могла долго рассматривать обстановку лаборатории поражаясь чистоплотности мага, но мне было не до этого. Зайдя и мельком осмотревшись, я полезла в шкаф с книгами. Надо быстрее найти книгу Джека, пока не вернулся колдун. К счастью, ее не пришлось долго искать, она разительно отличалась от всех фолиантов черного мага. Книга была небольшой и не слишком толстой, коричневого цвета с потертыми краями, на обложке которой высветившими чернилами было что-то написано. Джек говорил, что в нижнем левом углу с внутренней стороны обложки было написано его имя. Я разрывалась от любопытства. Какое настоящее имя у призрака? Вдруг я его слышала на уроках истории королевства? Но раскрыв том, я разочаровалась. У Джека при жизни был ужасно корявый подчерк, его имя было не разобрать.
  Ладно, моя задача выполнена, пора, пока меня не заметили, быстро отсюда уходить. Я повернулась и хотела уже направиться к двери, как увидела на угловом столе, который не заметила раньше, какую-то мерзость. Я осторожно стала к ней подходить. Неужели я наконец-то нашла доказательства темных ритуалов колдуна?
  Эта мерзость была похожа на большой продолговатый, овальный кусок мяса, прикрепленный множествами сухожилиями-ниточками к палкам-столбам. Наверное, они ее придерживали, чтобы она не упала на пол. Но не это меня поразило. Этот кусок мяса немножко бился, подрагивал небольшими толчками изнутри, раз, в несколько мгновений. Я все ближе и ближе подходила к столу, позабыв, что минуту назад хотела убежать с книгой из комнаты. Я не могла оторвать взгляд от этого куска мяса... не знаю почему, но мне показалось, что оно было похоже на большое куриное яйцо. Интересно, а на ощупь оно какое, мягкое или твердое?
  - Ирен, что вы здесь делаете?
  Я, будто ошпарившись, отдернула руку и резко повернулась, встретившись взглядом с удивленным колдуном. Он стоял около стола, что был напротив зеркала и держал в руках внушительную стопку книг. И когда он появился? Почему я, как в прошлый раз, его не заметила? Странно, но страх, который я ощущала прежде, исчез. Я совершенно не боялась колдуна, будто он был обычным человеком. Только мне стало стыдно за то, что меня застали на месте преступления.
  - Я? - я обворожительно, как меня учили во дворце, улыбнулась и тихонько спрятала руку с книгой за спину. - Я осматриваю замок. Случайно наткнулась на эту комнату и решила заглянуть, проведать вас.
  Никериал недоверчиво сверлил меня взглядом, похоже, с любезностями я все-таки переборщила. Колдун положил книги на стол, освободив руки, стал подходить ко мне. Я, улыбаясь, тихонечко попятилась к двери. Вдруг удаться сбежать? Но маг и не намеривался за мной следовать, он просто остановился и, улыбаясь, чуть не смеясь, протянув руку вперед, сказал:
  - Ирен, а вам не говорили, что брать чужие вещи без спросу не хорошо? Помниться в Заповедях Богини этому греху посвящена целая глава. Если вы мне не отдадите книгу, которую вы так умело прячете за спиной, будете гореть в Преисподней. По-моему так описана кара Великой за неисполнение заветов? Или я ошибаюсь?
  Мерзкий колдун! Он опять надо мной смеется! Надсмехается будто над неразумным ребенком! А сам-то! Ну, я тебе сейчас покажу...
  Я убрала руку из-за спины, прятать книгу было уже бессмысленно и, обмахиваясь фолиантом как веером, стала подходить к магу. Никериал облокотившись на край стола, и засунув руки в карманы, снисходительно за мной наблюдал.
  - Вы сами вор, - я подошла, чуть ли не вплотную к колдуну тыкая в него книгой. - Обворовали несчастного призрака, чтобы получить больше власти над миром!
  - О, я так и знал, что сами вы до такой затеи не додумаетесь, - он даже не сдвинулся с места, не обратив на книгу внимания, неотрывно на меня смотря. В его серых глазах плясали озорные огоньки. - Вы уже успели познакомиться с Джеком? Мне интересно, сколько лапши он уже навешал на ваши прелестные ушки? Дайте угадаю, он сказал, что я хочу захватить мир?
  - Не придуривайтесь, Никериал! Вы украли книгу, а я возвращаю ее законному владельцу, - эта несерьезность, с которой со мной общался маг, выводила меня из себя. Никакого уважения, как будто я была какой-то дворовой девкой! Со мной так не почтительно никогда не обращались, даже отец всегда разговаривал со мной как с леди. - Как вы могли отобрать книгу у бедного призрака, который даже защититься не может?! Вам нравиться обижать слабых и беззащитных?
  - Джек слабый и беззащитный? - Никериал недоверчиво хмыкнул. - Вы заблуждаетесь. И я не крал книгу, она моя собственность. Вам, наверное, не говорили, что у призраков не может быть имущества, потому что они уже мертвые. Я и не спорю, что при жизни Джек возможно и владел книгой, но теперь он мертв, - маг стал говорить с какой-то неуловимой грустью и сожалением, - он бестелесный дух, и как не печально это звучит, он сгусток экзоплазменной энергии с памятью прошлого воплощения, именуемой душой, - вдруг маг усмехнулся. - Джек может за себя постоять, и он может одурачить голову некой доверчивой принцессе, чтобы досадить мне.
  - Мне не дурачили голову! - этот колдун просто издевается. И мне ранее показалось, что он способен на сочувствие? Как бы ни так! Я смотрела на него и не знала, что сказать. Во мне все кипело, мне хотелось ударить его пару раз по голове этой книжкой, но меня удерживали манеры, привитые во дворце. На всякий случай я опустила книгу, вдруг все же сорвусь. - Вы... вы знаете кто? Вы... вы злодей, хам, лицемер...
  - Может, хватит перечислять мои достоинства? - перебил меня Никериал не став до конца слушать мою тираду. Он вытащил из кармана руку и протянул ко мне ладонь. - Я вижу, что с вами бесполезно разговаривать, прошу, верните книгу, мне надо продолжать работу.
  Я глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. Мои руки уже дрожали от негодования, лицо горело, мне трудно было сдерживаться. Надо вернуть хладнокровие, надо вспомнить, чему меня учил мастер... Нельзя поддаваться эмоциям, нельзя, чтобы они затмили разум. Закрыв глаза, я еще раз глубоко вздохнула. Немного помогло. Мне уже не хотелось убить колдуна на месте, мне просто хотелось выцарапать ему глаза.
  - Нет, - я улыбнулась, и повелительно произнесла. - Я верну книгу законному владельцу! Буду я слушать колдуна, который губит людской род ради забавы! Я больше верю призраку, чем вам!
  Я уже хотела развернуться и уйти, как Никериал схватил за запястье мою руку. Мне не было больно, да и его ладонь оказалась на удивления теплой. Странно, а я всегда думала, что у злых колдунов холодные руки. Немного задержавшись на запястье, ладонь пошла ниже и ухватилась за книгу. Я возмутилась. Неужели он хочет вырвать из моих рук фолиант? Как это невежественно и непочтительно по отношению к даме!
  Колдун сначала, мягко, как бы пробуя, потянул книгу на себя. Я еще сильнее в руке сжала фолиант и резко потянула к себе. Маг не отпустил книгу, а наоборот крепче вцепился в предмет спора и уже более резко потянул на себя. Я ухватилась второй рукой за книгу. Я никогда ему не проиграю! Ник нормально встал и оказался выше меня на несколько сантиметров. Он вытащил вторую руку из кармана кафтана и тоже ухватился рукой за книгу. Каждый из нас понимал, что этим мы ничего не добьемся, а только порвем предмет спора. Мне, как и магу, книга была нужна в целости и сохранности, но никто из нас не хотел отступать. Я сверлила его взглядом, взывая к его совести. Маг серьезно на меня смотрел, взывая к моему благоразумию.
  Пришлось вспоминать уроки моей учительницы камеристки Нарлеи, которая была очень осведомлена в некоторых деликатных вопросах. Она всегда говорила, что лучшее оружие женщины не меч, а ее красота. Ну что ж ты сам напросился. Я долго отрабатывала свое секретное оружие перед зеркалом.
  Я очаровательно улыбнулась и немного похлопала ресницами, томно посмотрев на мага со всей страстью, на которую была способна. Колдун вздрогнул и на несколько мгновений покраснел, и я почувствовала, как его руки непроизвольно ослабили хватку. Я уже, было, торжествующе потянула на себя книгу, как заметила опять этот лукавый прищур серых глаз. Никериал чуть шевельнул пальцем, и я замерла на месте, не в силах сдвинуться. Какая-то сила насильно удерживала меня, мешая пошевелиться!
  Колдун, не спеша, спокойно взял книгу из моих непослушных пальцев, и в тот же момент я почувствовала, что могу снова владеть своим телом. Мерзкий, бесчестный колдун!
  - Это бесчестно! - с обидой в голосе крикнула я довольному магу. Ник спокойно проверял обложку книги на наличие повреждений. - Нечестно пользоваться магией против девушки!
  Колдун хмыкнул и потряс передо мной книгой.
  - Значит, вам пользоваться, что вам даровала природа можно, а мне нельзя? Да, я согласен, это несправедливо.
  - Вы... я имела в виду обратное! Нельзя пользоваться магией!
  - Почему? - искренне удивился колдун. - Вас природа наделила удивительной красотой, меня сильными способностями к магии. Почему мне нельзя использовать то, что подарила мне природа?
  Это же нечестно! Как он не понимает! Конечно, забрать у беззащитной девушки книгу это пустяк!
  - Я...
  Но мне не удалось закончить фразу. Вдруг где-то рядом послышался громкий хлопок. Мы недоуменно повернулись на звук. Из той продолговатой овальной штуки через маленькую дырочку стал выходить воздух. Ник, не отрываясь, смотря на эту мерзость, положил книгу на стол и чуть ли не бегом побежал к результату своего богомерзкого ритуала.
  Я последовала за ним. Мне тоже было очень интересно.
  Лаборатория наполнилась неприятным запахом тухлых яиц. Мне хотелось зажать нос, но я терпела. Колдун снял кафтан и бросил его на стол. Засучив рукава белоснежной рубашки, он стал руками рвать оболочку "яйца". Какая мерзость, кроме воздуха оттуда стала выливаться на угловой столик и капать на пол какая-то прозрачно-белая жижа. Я закрыла руками рот. От этого хлюпающего звука, этого мерзкого запаха и вида "яйца" мне становилось не по себе, а колдун даже не зажал нос! Он спокойно, будто это было обычным делом, углубился руками внутрь этой штуковины и достал оттуда какой-то комок. Вдруг комок ожил и, пошевелясь, пронзительно закричал: "Мяу!".
  Вы бы видели, какое в тот момент было у мага удивленное выражение лица. Он потрясенно положил комок, который был размером с его ладонь, на стол и достал откуда-то тряпку. Осторожно вытер существо от жижи. Перед нами предстал котенок с закрытыми глазками. Какой миленький, хоть и мокренький комочек шерсти! Новорожденный котенок был белого цвета с махоньким розовеньким носиком. Ну и что, что у него были немного удлинены ушки, и хвостик даже сейчас было заметно, что он будет пушистым, как у белки. Он лапочка!
  Но, похоже, моих взглядов не разделял колдун. Он пораженно смотрел на свое творение, чуть ли не открыв от удивления рот. Вдруг он пробормотал:
  - И это собака?!
  - Вам, похоже, пора поправить зрение, - я и не знала, что маги не знают, как выглядят животные. - Вы что, не видите, что это котенок?
  В знак согласия котенок еще раз пискнул и мелко-мелко задрожал от холода. Я осторожненько взяла на руки это чудо природы, прижала к себе и прикрыла ладонью от холода. Котенок прильнул ко мне, как к родной матери, вмиг превратившись из лапочки в прелесть.
  Колдун запустил руку в волосы и стал что-то бормотать про ошибку в каких-то формулах. Его даже не волновало то, что его руки были по локоть запачканы этой жижи. Я давно уже поняла одну простую истину - мужчины, независимо от положения, никогда не следят за собой.
  Никериал, вскоре оставив свои волосы в покое, метнулся к книге Джека и начал ее лихорадочно листать. Я не стала обращать на него внимания, я всегда знала, что этот колдун сумасшедший. А котенок, хоть и был творением этого ненормального, был красивеньким и миленьким. Я с первого взгляда влюбилась в этот маленький носик, в малюсенькие лапки....
  - Да быть этого не может! - вдруг возмущенно воскликнул колдун, прервав мое любование лапочкой. - Все формулы верны, где ошибка?
  Я посмотрела на этого злодея. Он что не понимает, что пугает котенка своими воплями?
  - Так, мне надо все досконально изучить, - Ник отложил книгу и подошел ко мне. Я попятилась. - Отдайте мне котенка, Ирен. Я должен изучить его и понять, где допущена ошибка.
  - Нет, вы ему сделаете больно, - никогда в жизни я не дам этому злодею в руки милое беззащитное существо. - Вы живодер, вы убьете его!
  Колдун непонимающе на меня смотрел. Он снова почесал затылок рукой и, взъерошив и так растрепанную шевелюру, улыбнувшись, спросил:
  - Вы считаете, что я его убью? Кстати, а не вы ли недавно обвиняли меня, как вы их называете, в богомерзких ритуалах? А сами не хотите мне вернуть результат этого исследования?!
  Я согласно кивнула, крепче сжимая котенка. Я понимала, что у меня против этого мага нет не единого шанса, но просто сдаться мне не позволяла гордость. Мое сердце разрывалось от боли, когда я думала, что этот изверг будет делать с котенком. Нет, я буду бороться до конца и никогда добровольно не отдам этому злодею лапочку. Пусть он и результат темных ритуалов мага, но его душа еще чиста и невинна. Наверняка, Богиня примет под свое крыло бедное существо.
  Ник вздохнул и с какой-то тоской и усталостью на меня смотрел. Сейчас он был похож на обычного человека, такого встретишь на улице и не подумаешь, что он злой волшебник.
  - Ирен, я, правда, не хочу ничего плохого сделать, - маг с грустью обвел взглядом лабораторию. - Я столько сил вложил в это исследование и мне просто хочется узнать, где допущена ошибка. Возможно, я не правильно соединил формулы или сделал какую-то оплошность в расчетах. Я не хочу вас насильно принуждать, но мне очень нужно узнать...
  Вдруг, Никериал, не закончив фразы, резко повернулся к зеркалу. Я нахмурила брови. Он, что, наконец-то решил привести себя в порядок?
  Но колдун и не думал обращаться к расческе. Он просто прищелкнул пальцами и вдруг отражение пошло рябью. Вместо него по ту сторону зеркала отразился светловолосый молодой мужчина, который сидел, похоже, за столом, а на этом столе и находилось, то, через что мы его видели. Он приветливо помахал Никериалу рукой.
  - Ник, дружище, - весело сказал мужчина, все время улыбаясь. Вдруг он заметил меня и удивленно воскликнул. - О, а кто эта прелестная барышня!
  Я подошла поближе к зеркалу. Где то я уже видела этого веселого парня... Вот только где? Похоже, я знаю, что здесь происходит. Я пару раз уже видела, как наш Придворный маг также через зеркала общался со своими коллегами. Теперь все ясно. Похоже, у Никериала есть сообщники!
  После восклицания своего пособника Никериал поморщился.
  - Фил, не обращай внимания, - он посмотрел на меня и с нажимом проговорил. - Она уже уходит.
  Я фыркнула. Тоже мне нашелся командир. Буду я подчиняться твоим приказам. Никериал на меня неотрывно смотрел, приказывая уйти подобру-поздорову. Я тоже с вызовом смотрела на мага, не желая уступать. Фил любовался нашим безмолвным поединком, все время улыбаясь.
  Через пару секунд все же пришлось уступить мне. Взгляд мага явно не предвещал ничего хорошего.
  Я, развернувшись, величественно ушла, как подобает принцессе, громко хлопнув за собой дверью. Я не чувствовала себя проигравшей, а наоборот ощущала победительницей. Ведь мне удалось взять с собой котенка, а колдун этого даже не заметил.
  У меня поднялось настроение. Вот сейчас пойду к Милене на кухню спросить, как ухаживать за котенком, потом его искупаю, а то надо отмыть его от этой жижи, потом... Я уже погрузилась в себя, мечтая, как буду ухаживать за котенком, как неожиданно в конце коридора заметила Джека. Что он здесь делает?
  Призрак задумчиво рассматривал висевшие портреты каких-то людей, и казалось, совсем никого не замечал вокруг. Я не спеша подошла к нему.
  - Джек? - может я ошиблась, и это был какой-то другой призрак?
  Призрак повернулся и посмотрел на меня.
  - Иреночка! - обрадовался мне дух, как старой знакомой - Привет!
  Все-таки это был Джек, и я не ошиблась. К сожалению, из меня получилась никудышная спасительница мира. Книгу мне так и не удалось вернуть, а теперь об этом надо сообщить впечатлительному духу. И все это из-за Никериала, вцепился в книжку, как казначей в финансовый отчет. Его что, не учили уступать дамам?
  - Джек, я... простите меня, - мне было неловко сообщать призраку плохую весть. - Мне не удалось забрать книгу. Этот мерзкий колдун...
  - Да ладно, - махнул рукой призрак, улыбаясь и приветливо на меня смотря.
  Я удивилась. Я думала, что он начнет плакать, стенать о пропаже и обвинять меня в неудаче. Но, похоже, он совершенно не огорчился, будто колдун украл не книгу способную уничтожить мир, а какую-то детскую сказку.
  - А как же мир... - я поразилась спокойствию призрака, не он ли пару часов назад стращал меня прогнозами скорого гибели мира? - И почему вы не в подземелье?
  Джек подлетел ко мне почти вплотную и неожиданно погладил по голове. Его прикосновения мне показались будто дуновением ветра.
  - Иреночка, поверь, Ник не будет уничтожать мир.
  - А как же ваши слова...
  - Ну, преувеличил немного, - виновато улыбнувшись, смутился призрак, - а на Ника я уже не обижаюсь, да и внизу стало как-то скучно и тоскливо... этих пленников, я ведь так и не нашел... Эх, кому мне теперь бренчать свои этюды?
  Я поразилась логике призраков. Я не знала, что мне делать: либо обидеться него, либо ударить его чем-нибудь тяжелым, либо просто не обращать внимания на его эксцентричность.
  Что-то мне кажется, что колдун говорил правду. А я-то наивная...
  - Ой, а что это у тебя в руках? - вдруг удивился призрак, заметив котенка. Малыш спал в моих руках, иногда подергиваясь во сне.
  - Это я захватила из лаборатории, - гордо произнесла я, радуясь своей маленькой победе. - Один из результатов темных ритуалов Никериала. Он такой миленький.
  Джек еле сдерживался, чтобы не засмеяться. И что его так рассмешило? Котеночек и вправду лапочка. Когда призрак смог вновь говорить, он, кружась передо мной, чуть ли не пропел:
  - Как я рад, что в нашем замке появилась ты, Иреночка.
  - Почему? - удивилась я, поглаживая котенка. Он, что, тоже хочет разоблачить колдуна? Неужели у меня появился союзник?
  - Призракам тоже иногда бывает ужасно скучно, - туманно произнес Джек и демонически хохоча, улетел от меня через стену.
  Невоспитанный, даже не попрощался! И что означает его последняя реплика?
  Подождите-ка, я сейчас только что вспомнила, что забыла спросить у него про прабабушку! А... ладно, потом, в следующий раз спрошу. А сейчас мне надо вспомнить, в каком направлении находится кухня.
  
  
* * *
  
  Ник
  
  Как только за принцессой захлопнулась дверь, я с облегчением вздохнул. Терпеть девушку, которая видит в тебе лишь порождение тьмы, не было больше сил. Я надеялся с ней вообще не пересекаться, а потом, когда погодные условия станут более приемлемы для путешествий, отвезти ее в Ривен, прямо к крыльцу дворца графа, но тут в мое мирное существование вмешался Джек. Порой мне очень хочется упокоить этого любопытного призрака. Ну и кто ему разрешал вмешиваться в мою жизнь? Ну ладно бы он просто вмешивался, но приплетать ко всему принцессу, которая жаждет отправить меня на костер? Удовольствие ниже среднего. И где Ирен его откопала? Неужели полезла в подземелье или он, наконец-то, сам оттуда вылез? Мало мне одной проблемы, как вторая тут же нарисовалась в виде неугомонного призрака.
  - Эй, Ни-и-ик? - обратил на себя внимание друг. Видимо я слишком сильно ушел в себя, анализируя проблемы. - Ты с нами?
  - Нет, - буркнул я, садясь на стол, искать стул у меня уже не было сил, - ищите меня в склепе. Вот запрусь там на пару лет и отдохну спокойно ото всех назойливых.
  Заманчивая, кстати, перспектива... Только надо соорудить там лабораторию, чтобы я не умер от скуки, и создать пространственную дверь в закрытую частную библиотеку.
  - Это меня вряд ли остановит, - усмехнулся Филгус и внимательно меня осмотрел. - Вижу ты, как всегда заперся в лаборатории и проводишь гениальные опыты? Как жизнь-то?
  Я махнул рукой. Опыты провожу... Мой последний опыт только что вывел меня из равновесия. Называется, создал сторожевого песика. Получилось, не пойми что, да еще Ирен вмешалась и все карты спутала. Если бы не она, я бы быстренько просканировал кота и выяснил в чем ошибка. Нет, я бы мог наложить на нее парализирующее заклятие и отнять результат исследования, но... во-первых, это не этично, а я не бандит с большой дороги, чтобы отнимать нужное силой, во-вторых - она дочь короля и мне хватило прошлых трениев с правительством, чтобы не начинать все заново. Я хотел уладить дело миром и просто уговорить возомнившую себе невесть что девушку, отдать мне "миленького котенка". Но нет же, принцесса считает, что я мечтаю только о том, как замучить бедное животное! Доморощенное королевское образование! Запудрили девке мозги, чтобы ею было легче управлять и во что это вылилось?
  Мало того, что она мне помешала подвести итоги эксперимента, так еще она результат опыта с собой утащила! Думала, что я не замечу, как результат моего многолетнего исследования унесут в руках?! Я не стал мешать Ирен только по одной простой причине - не хочу устраивать скандал перед другом. Я с ней потом... наедине разберусь. Надеюсь, ее мозг еще не настолько атрофировался, чтобы воспринимать новую информацию.
  - Точно пойду в склеп, там тихо и спокойно, - вздохнул я, уже мысленно готовя примерный план беседы с упрямой девушкой. Фил понимающе хмыкнул. - В склепе нет кое-кого назойливого, нет проблем. Представь, - внезапно для самого себя, пожаловался я другу, - создавал собаку - вышел кот.
  Друг засмеялся, прикрыв рукой рот. Ему-то весело, а мне надо искать корень проблемы. Опять все формулы перебирать, переделывать расчеты... А еще неизвестно, сработала ли моя формула по сохранению материи...
  - Ну, ты даешь, Ник, - перестав смеяться, Фил с сочувствием на меня посмотрел. - Это только с тобой может произойти. Получил вместо собаки кота... если об этом узнает кто-то еще, по Совету анекдоты будут ходить... Такое с тобой было только на последнем году учебы, когда ты вместо птицы создал лягушку. Я до сих пор вспоминаю, как тогда учитель гонялся за тобой с метлой, порываясь вдолбить в тебя основы трансмутации.
  Я натянуто улыбнулся. Своего учителя я вспоминаю, когда смотрю на огонь. Если все же есть Преисподняя, чтоб он там сгорел, хмырь!
  У Карактириуса, моего учителя, было своеобразное представление о том, как нужно воспитывать юных волшебников. За каждый неправильный пас я и Фил, а мы с раннего детства росли вместе, получали толстой, из вишневого дерева клюкой по рукам. За любую шалость он бил розгами и оставлял без обеда... Поощрения и похвалы от учителя было не допроситься, как у скряги снега зимой, а его требования с каждым годом все росли. Нет, если бы не друг, который заменил мне старшего брата и семью, которой я лишился в раннем детстве, я бы не выдержал и сбежал.
  - А я вспоминаю, как ты разбил его любимую статуэтку кошки, когда учился телекинезу, - также с улыбкой припомнил я "шалости" Фила. Это сейчас нам весело вспоминать тогдашнее, как оказалось, беззаботное детство, а тогда было совсем не до смеха. - Тогда тебе пришлось уворачиваться от огненных шаров. Знаешь, я ведь немного любил тот дом... А из-за учителя мы любовались огромным костром, а потом разгребали пепелище
  - Да веселенькие были деньки, - с ностальгической улыбкой проговорил друг. Я согласно кивнул. Хотя, все же учителя нужно поблагодарить за одну вещь. Ведь если бы его не было бы, то я бы не познакомился с Филгусом.
  - Кстати, - вдруг встрепенулся друг и заговорщески подмигнул. - Что это была за девушка? Твоя невеста? Странно, но ее лицо мне показалось знакомым... я ее раньше видел?
  - Не дай Богиня, - содрогнулся я от мысли, что Ирен станет моей женой. Мне ведь тогда точно придется спрятаться куда-нибудь подальше, чтобы не травмировать свою психику. - У меня с ней нет ничего общего, а знаешь ты ее потому, что она, представь себе, принцесса. Ирен Келионендорская, чтоб его...
  На друга было страшно смотреть - он заметно побледнел, неверяще посмотрев перед собой... Но внезапно очнувшись, нервно усмехнулся, и резко сменив тон, мрачно произнес:
  - Ну, ты попал, Ник.
  - Сам знаю, - вздохнул я. - Как ты видел, она тот еще подарок. Сил моих нет терпеть такую упертую в своих убеждениях девушку. Основательно ей мозги промыли...
  - Нет, - покачал головой друг и еще более сочувственно на меня посмотрел. - Ты серьезно влип в неприятности.
  Теперь Фил не улыбался, как раньше, он был совершенно серьезен. Я знаю, его с детства и если он вдруг стал говорить серьезно, что находит на вечно улыбающегося мага очень редко, у меня серьезные проблемы. А день начинался так хорошо...
  - Скажи, как ты давно интересовался новостями из столицы, - невинно поинтересовался друг, отбивая пальцами по столу ритм. Это была его пагубная привычка говорившая, что он очень нервничает. Он еще и выпить может, но, насколько я знаю, его жена давно изъяла алкоголь и спрятала от мужа, прекрасно зная, что тот, в плохом расположении духа любит пропустить в своем кабинете стаканчик другой. У Филгуса, конечно же, были тайники, о которых не ведала его супруга, но он еще не дошел до той кондиции, когда проблемы были настолько серьезные, которые он не мог решить без бутылки.
  Я припомнил, когда в последний раз интересовался слухами или был в столице... Вспоминалось очень плохо. Два года назад у нас было собрание у Дариана, там я узнал пару свежих новостей из Совета... Потом я увлекся исследованием сохранения энергии и провел достаточно много времени в гостях у моего знакомого дракона, пытаясь понять, как он умудряется перекидываться в огромную огнедышащую тварь и обратно в человека, при этом не теряя одежды и опровергая все законы трансмутации энергии... За два года я общался из Совета только с Филом и то, он мне редко сообщал новости, у меня тогда голова не тем была забита... в последний раз я разговаривал с другом осенью, как раз после возращения из поездки в Княжество оборотней...
  - В октябре мы с тобой общались, я, тогда как раз от Ярослава вернулся и мучился похмельем... ядреный все-таки у него самогон, те несколько месяцев у оборотней помню лишь урывками...
  - Ясно, - перебив меня, вздохнул друг. - Тебе как всегда совсем не интересно, что происходит в мире? А зря. Тогда бы не попал в эту нелепую ситуацию.
  Я почесал затылок. Ничего не понимаю. Ну да мне не интересны новости, не касающиеся Совета и магии. У меня просто на это нет времени. И зачем забивать голову всякой чепухой? Люди такие не постоянные, каждый год что-то меняется: то политика, то административный строй, то вообще, войной на соседа идут...
  Но причем тут я? А... ясно, дело в принцессе. Мне даже не хочется узнавать, что натворила эта маленькая бестия и так чувствую, что из-за нее я крепко влип в неприятности. Сбежала что ли из-под венца или убила дорогого папеньку, когда он начал ей читать нотацию на тему правил поведения королевских особ?
  - И, что натворила Ирен? - все же спросил я, лучше знать, к чему готовиться. Да и самому интересно, авось что-то новое для себя услышу.
  - Тебе будет интересно, - друг поудобнее расположился в кресле, я готовился к худшему. - Столица стоит на ушах, а что твориться в резиденции короля и страшно представить! - он вошел в образ зазывателя, который заманивал на рынке людей посмотреть товар своего господина. - А все из-за младшей дочки нашего августейшего монарха Нагелия. Ее Высочество Ирен пропала прямо накануне свадьбы с принцем Сирании, Родриком. Его Величество трясет Совет магов, требует волшебников для поиска дочери. Совет, скрепя сердце и сыпля проклятиями, соглашается и предоставляет специалистов, но тут выходит еще одна заминка, - друг усмехнулся, - Ее высочество Ирен не могут обнаружить. Поисковая магия не работает. Совет в шоке, поисковики рвут на себе волосы, прижатые к стенке Председателем, король в ужасе, придворные глотают горстями зелья и не факт, что успокоительные. Принц Ариан лично поехал искать сестру на север, решив, что в дебрях Расторианских лесов найдет неведомого злодея, похитившего Ее Высочество... Ну или просто найдет... приключения. Все города страны оцепили, всех тщательно обыскивают. И это, представь себе, только начало проблемы.
  Я устало закрыл руками лицо. Только этого мне не хватало... Может утопиться, пока не поздно?
  То, что Ирен не могут найти, это понятно. Защиту на собственный дом я установил родовую, неделю вычерчивал печати по периметру жилища. Зато теперь в замок, без моего ведома, как главы рода никто проникнуть не сможет, даже кровные родственники, и поисковые заклинания на замок из вне не действуют. Не будь их, принцесса давным-давно была бы со своим женихом, а ее брат понуро плелся домой, обижаясь на то, что ему не дали помахать мечом.
  - Что хуже того, что король привлек Совет магов?
  - О, Ник, - друг размял пальцы и довольно улыбнулся. - Сейчас начнется самый смак. И имя ему - политика.
  - С каких пор ты начал увлекаться политикой?
  - С тех самых, как меня, как члена Совета магов отправили в резиденцию короля выяснить ситуацию. Самое смешное, что я даже не смог узнать при встрече принцессу, хотя видел ее портрет. Но мне-то простительно, я ведь тебя хорошо знаю, ты к себе и на несколько верст потомков Рафиуса не подпустишь... Хотя нет, я ошибаюсь, ведь ты уже подпустил принцессу....
  В друге я не сомневался, Фил не побежит меня тут же сдавать Председателю или Дариану, облегчая тем работу. Но, то, что к поискам подключили Совет магов, уже создавало большие проблемы. Совет ведь существует отдельно от государства и не подчиняется королю, а тут они мало того, что отправили Филгуса в столицу, так еще заинтересовались политикой. "Маги не участвуют в политике" - это международный закон, которому неукоснительно следуют все волшебники. Ох, чует мое сердце, что добром это не кончиться...
  - Так и что ты там выяснил? - устало спросил я. Одни проблемы с этой принцессой. Так и знал, что я еще наплачусь с потомками Рафиуса и он от меня так просто не отстанет.
  - Если коротко, то замешаны большие деньги. Его Величество должен был получить от союза своей дочери с принцем Родриком одни выгоды. Это пара договоров, которые сильно укрепили бы позиции страны в мире. Там и военный союз, и торговые договора, например беспошлинный провоз товаров через границы Сирании. Если честно, вообще-то династический брак был в качестве приложения к этим договорам. Одно слово - политика.
  Интересно... так значит Ирен сбежала не просто ведомая прочитанными из слезливых книг романтическими бреднями, она еще подложила большую жирную свинью отцу и всему королевству. Ведь оскорбленные соседи могут объявить войну, а других дочерей у Нагелия, наверняка, нет, а то он бы так не суетился, вынуждая помогать Совет магов.
  Какое-то у Ирен неравномерное воспитание... Заботливые родители объяснили доченьке, что такое хорошо, а что плохо, но забыли уточнить, что ради интересов государства нужно задушить свое эго и выйти замуж, даже за старика, увлеченного молоденькими мальчиками.
  - Да уж, - заключил я. - Где деньги, там быстрая смерть.
  - Не то слово, - поморщился друг. - Представь, что будет, если король узнает, что его гарант к договорам у тебя?
  Я представил и мне это совсем не понравилось. Если в прошлый раз, когда король Рафиус просто меня оклеветал и устроил гонения, мне потом около десятилетия житья не было от Совета и королевства, то, что же будет сейчас?
  - Он приведет армию к твоему замку, - продолжал строить мрачное будущее Филгус. - И не приведи Великая, магов...
  - Магам нельзя участвовать в военных действиях.
  - Король может подать прошение в Совет, мотивируя свои действия тем, что ты украл у него дочь. Это уже не военное действие, а освобождение заложника, - грустно усмехнулся друг. - Совет не сможет тебя защитить. Он даже наоборот, должен будет покарать черного колдуна. Тебя не спасут даже твои заслуги перед магическим сообществом... Если раньше на слухи вокруг твоего имени просто закрывали глаза, то тут уже реальное преступление и ладно же если Председатель сможет уговорить короля на суд Совета, где тебя можно и прикрыть...
  - Перспектива довольно мрачная, - вздохнул я и закрыл глаза. - Значит надо, чтобы принцессу никто посторонний не увидел в моем замке.
  - Ник, тебе вообще надо от нее поскорее избавиться, - возразил Фил. - Возьми ее под локотки и телепортируй подальше в какой-нибудь провинциальный городок. Ее быстро найдут, а ты будешь вне опасности
  - Ага, - усмехнулся я, представив, как буду уговаривать Ирен покинуть мой замок. Хотя сам недавно намеревался усыпить девушку и положить на крыльцо графа, как маленький подарочек вассала своему господину. Но сейчас, связи с новыми обстоятельствами видно, что это не самая удачная идея. - Если я ее телепортирую насильно, она меня тут же на блюдечке сдаст, причем скажет, что я ее похититель и великий злодей. Память ей стирать нельзя, я в этом не специалист, а любой менталист может вычислить, что на ее разум воздействовали. И добровольно сейчас она не уйдет.
  - Почему? - удивился Фил и лукаво прищурил темно-карие глаза. - Неужели между вами все-таки что-то есть?
  - Да иди ты, - буркнул я, смотря на вновь веселого друга. - Она не уйдет совершенно по противоположной причине. Она меня ненавидит, считая черным колдуном. В замке ищет доказательства моей вины.
  Друг пару минут смеялся до слез. Я мрачно наблюдал за веселящимся магом. Вот ему смешно, а у меня одна морока с принцессой. Хоть бы она побыстрее от меня уехала. Я клянусь, на неделю уеду из замка куда-нибудь в шумное место и буду веселиться... О, поеду в гости к Ярославу, в его княжеские хоромы, он меня как раз приглашал, говорил, что настойку на смородине не успели опробовать... Мои нервы ведь просто не смогут выдержать столько проблем.
  - И что, много доказательств нашла? - вытирая выступившие слезы, спросил Фил.
  - Без понятия... - развел руками я. - Она, кажется, ищет плененных мной девушек или что-то вроде этого.
  - Так ты, значит, крадешь девушек? Мне вот интересно, зачем они тебе? Для прелюбодеяний?
  - А вот и не угадал, - и, скопировав интонации Ирен, сказал, - девушки мне нужны для жертвоприношений.
  Друг вытирая выступившие слезы рукой, смеялся до колик в животе и никак не мог остановиться. Да... со стороны звучит комично. Магистр, имеющий высшую ступень по Целительству, что совсем чуть-чуть не дотягивает до мастера, и занимается жертвоприношениями...
  - Я больше не могу, - проговорил друг, чуть ли не сползая со стула. - У тебя не жизнь Ник, а комедия. И как ты думаешь, долго она будет искать девушек?
  - Не знаю, - пожал плечами я. - Надеюсь не долго. Увидит что я скучный, неинтересный маг и уедет подобру-поздорову.
  - Кстати...
  Друг еще хотел что-то сказать, но не успел. Вдруг я услышал, как с его стороны открылась дверь и чей-то властный женский голос крикнул: "Фил, милый, чем занимаешься?" Я в ужасе замер. Нет, только не она...
  Друг повернулся к жене и показал рукой на зеркало. Даже сквозь отражение мои перепонки с трудом выдержали радостного возгласа Лиры. Мгновенно преодолев расстояние от двери до зеркала, она, спихнув мужа с кресла, (я услышал падение друга. И как только умудрилась спихнуть?), чуть ли не целуясь с зеркалом, закричала:
  - Ники!!! Как я рада тебя видеть!!! - у меня от ее крика затрещали в ставнях стекла, которые я специально магически укрепил, где-то снизу послышался приглушенный голос Филгуса... Похоже Лира на него случайно наступила.
  Что я могу сказать о Лире. Это высокая стройная женщина с ярко-красными волосами, огромной грудью и очень энергичным характером. Запомнили? А теперь забудьте. Не советую вам попадать ей в поле зрения. Она хуже Ирен, нет, я серьезно. Только давайте договоримся, Филу об этом не слова, он души не чает в этой бестии, как в прочем и она в нем тоже.
  Под столом подал голос Фил и Лира, вмиг бросив меня разглядывать, принялась поднимать мужа. Прическа друга напоминала воронье гнездо - некогда уложенные в хвост светлые волосы мага торчали во все стороны. И как он так умудрился упасть?
  Подняв мужа и усадив его обратно в кресло, Лира вновь переключилась на меня. Я вздрогнул. Я ее опасаюсь, даже на расстоянии.
  - Ники, как жизнь?! - радостно прокричала женщина, также обнимаясь с зеркалом, где-то на заднем плане Фил пытался отряхнуть одежду. Слава Великой, что я успел наложить заклинание воздушного пузыря на уши, а то мои перепонки бы не выдержали такого сурового испытания.
  - Нормально, - попытался улыбнуться я. От такой близости ее лица мне хотелось отойти подальше, чтобы иметь возможность сбежать. - Как видишь, жив... здоров...
  Фил хмыкнул и что-то пробурчал жене. Я не расслышал, что он сказал, но Лира от его слов словно расцвела.
  - Ники, я так рада, - счастливо затараторила она. - У тебя появилась девушка, это так здорово. Обязательно, слышишь, обязательно познакомь меня с ней!!! Она красивая? Умная? Тебе ведь обязательно нужна самая лучшая!
  Я попытался возразить, покачать головой, но Лира меня уже не слушала. Я, бросив это бесполезное занятие, глянул на друга. Фил умоляюще смотрел на меня и показывал какие-то знаки. Большую часть зеркала заняла Лира, и его было плохо видно. Ну, Фил, ты у меня потом ответишь за девушку! Я твоей женушке поведаю о неком тайнике за половицей ...
  Фил обнял жену, прекратив ее монолог о том, какой, в ее понимании должна быть моя суженная и попытался усадить ее к себе на колени. Получалось плохо.
  - А ты уже сообщил Ники новость? - спросила Лира у мужа, вмиг прекратив вертеться и спокойно сев на колени мужа.
  - Не успел, - покачал головой Фил. - Мы заговорились.
  Лира просияла:
  - Значит, я скажу! Ники, радуйся, я иду к тебе!!!
  Мне стало плохо. Мир покачнулся и вдруг стал нечетким. Я уперся рукой за стол, с трудом прогоняя дурноту. Пришлось даже применить целебную магию. Не надо ведь так сразу... такие новости сообщать! А если бы меня все же хватил удар?! Надо же как-то подготовить человека, прежде чем взваливать на него такую новость.
  - Ники, тебе плохо? - Лира вскочила с колен мужа и опять обнялась с зеркалом.
  - Нет, все просто отлично, - улыбнулся я. Ух, пронесло.
  - Лира хотела сказать, - виновато произнес Фил, где-то со спины жены, - что следующее собрание будет у тебя в замке. Твоя очередь принимать гостей.
  - А, ясно, - с облегчением вздохнул я. С появлением принцессы я совершенно забыл, что у меня скоро должны будут собраться друзья и поведать блудному другу, то есть мне, что произошло в мире, пока я мотался по гостям и проводил исследования... Так, теперь надо придумать, куда деть на это время Ирен. Хотя... ясно, почему Фил назвал ее моей девушкой. Ну, значит, часть проблемы решена. Только надо будет предупредить принцессу, а я уже было испугался...
  - Ники, увидимся на празднике!!! - закричала Лира, расцеловав зеркало. - Я побежала, мне надо срочно идти по делам!!!
  Она, на прощанье, помахав мне рукой и чмокнув мужа в щечку, убежала. Я расслабился.
  - Раньше она была менее энергичной, - сказал я, отходя от потрясения, которое мне устроила жена друга. Она как смерч - такой же внезапный и сметающий все на своем пути.
  - Ты о тех временах, когда она ходила в черном обтягивающем кожаном платье, которое было ей почти до колен? - Фил снова уселся на стул, поправляя хвост.
  - Да, у нее тогда был хлыст.
  - И она хотела захватить мир.
  - Жуткие были времена, - с содроганием вспомнил я, ведь именно тогда у меня появилась эта фобия: "боязнь Лиры".
  - Лучшие времена, - с улыбкой проговорил друг. - Тогда я встретил ее...
  - Но тогда она была менее энергичной.
  - Возможно, - пожал плечами Фил и с толикой грусти глянул на дверь, за которой скрылась его жена. - Но ей пришлось столько пережить...
  Я согласно кивнул. Такой судьбы, как у Лиры и врагу не пожелаешь... но я ее до сих пор побаиваюсь. Сам не знаю почему.
  
  
Глава 3. Бесстрашный рыцарь Алинор Гриворд
  
  Рыцари хуже героев - ума поменьше, а амбиций побольше.
  И если рыцарь возомнил себя героем, это значит одно - надо срочно переезжать.
  
  
  С момента появления в замке принцессы, моя жизнь превратилась в полный бедлам. И куда делись тихие спокойные дни, когда я мог, не опасаясь за свое психическое здоровье, расслабиться, читая в библиотеке книги? Я всего лишь поинтересовался, что Ирен искала в разделе Преобразований. И зачем было так визжать? Ну и что, что я парил над стеллажом, а до пола было три метра! Видите ли, я ее напугал! Это она своим криком подкосила мои и так слишком шаткие в последнее время нервы. Тогда Ирен мне на миг напомнила Лиру, и я, не удержав равновесие, упал, как галантный рыцарь, к ногам девушки. Но дама не оценила мою галантность, а наоборот прошлась по пальцам, обозвав злодеем, хамом и извращенцем. Последний пункт меня морально убил, ведь я на дух не переносил извращенцев: содомитов, педофилов, некрофилов, зоофилов и так далее, по списку...
  Я и извращенец?! Почему я за собой не замечал таких странностей?! Спасибо принцессе, она открыла мне глаза. Зато я совершенно точно понял, что женщины очень мстительные, коварные и злопамятные существа, которые, если их нечаянно обидеть, поедают мозг мужчины упреками, показательным молчанием и другими средствами по выведению "обидчика" из себя. Чтобы он, даже если был не виноват, почувствовал себя предателем, как минимум, лучшего друга.
  Все началось на следующий день после разговора с Филом, когда я решил немного привести в порядок замок. Меньше чем через месяц ко мне приходят друзья, а у меня такой бардак... Хотя, если честно, я случайно проболтался о приезде друзей Милене, и это она пинками отправила меня "приводить порядок замок". Первым делом я пошел искать неугомонного призрака. Мне было крайне любопытно узнать, о чем думал Джек, когда натравливал на меня Ирен. Не о великой же преданности и любви к своему хозяину? Но наглый призрак как сквозь землю провалился, будто учуял, что я пришел по его душу. На свое имя не откликался, на спиритический сеанс приходить отказывался, вызов закончился тем, что я призвал какого-то старика с клюкой и его изгонял, пока тот громил мою лабораторию... И почему маги еще не придумали действенного средства для вызова духа? После постигшей меня неудачи я решил, что точно буду избавляться от этой несправедливости и найду безотказный способ призыва. А то удумал Джек шутить со мной. Совсем совесть потерял и цепи свои спрятал, чтобы я даже шантажировать его не смог.
  После неудачных поисков наглого духа, следующим моим пунктом назначения была комната Ирен. Пора потребовать возвращения своего законного имущества, даже путем конфискации. Мне тот эксперимент спать спокойно не давал, я все думал, в чем ошибка, а принцесса добровольно даже не собиралась возвращать кота.
  Лучше бы я тогда туда не ходил. Оказывается, раньше принцесса общалась со мной нормально, вполне дружелюбно. Но после того, что случилось в ее комнате, она как с цепи сорвалась. И что я такого сделал? Почему на меня в последнее время так и сыплются неприятности?
  Ирен на меня обиделась. И только зачем я высказал свое мнение по поводу придуманного принцессой имени кота? Я заранее сочувствую будущим детям Ирен, у их матери очень странная фантазия. Бедное животное теперь зовут Лоренс вей фрай Франсуа. Ласково - Ларсик. Я всего лишь намекнул, что мучить котенка аморально. Но принцесса обиделась. Она выставила меня вон из комнаты, обозвав невежественным хамом, и захлопнула перед моим носом дверь. Я даже не успел заикнуться о возвращения кота. Так несколько мгновений и простоял перед порогом ее комнаты, пытаясь понять, что это было.
  Вот сейчас и страдаю из-за своей глупости, леча пальцы, принцесса не погнушалась пройтись по ним каблуками. Из-за того, что у меня нет образца "эксперимента", мне приходится часами сидеть в библиотеке. И так уже второй день. Может я трусливый и бесхребетный? Но пока воздействовать на Ирен я опасаюсь... Как только мы встречаемся в коридоре, и я заикаюсь о коте, она окидывает меня таким красноречивым взглядом, что я мгновенно теряюсь и чувствую себя ничтожеством, посмевшим прилипнуть к ее подошвам... Может попозже, когда она забудет обиду? Но все же терпение у меня не бесконечное, если ее "обида" затянется, могу разозлиться и забыть об этике, поступив, как разбойник с дороги - просто забрав кота силой.
  Но как всегда моим планам не суждено было сбыться. Судьба решила меня окончательно добить, прислав к воротам моего замка новоявленного героя. И ведь он не ленился прийти зимой, в мороз, тащась по сугробам через лес. А я ранее считал, что герои зимой как медведи ложатся в спячку, ведь раньше наплыв сумасшедших был только в теплое время года, а тут такой декабрьский сюрприз.
  Герой появился утром, когда я сладко, впервые за несколько дней, спал. Не на столе в лаборатории и не в кресле в библиотеке, а в теплой уютной постели у себя в комнате. Мне снился прекрасный сон, о том, как я забираю кота, а Ирен, обидевшись, добровольно уезжает из замка... как вдруг меня выдернул из царства Иреля пронзительный звук горна. Я резко сел в постели и непонимающе прочистил себе уши, сонно причмокивая и держа в руках подушку. Вдруг послышалось? Но герой не унимался. Набрав побольше воздуха в легкие, он с удвоенной силой протрубил в рог. Я прорычал кое-что, что нельзя говорить при дамах, и принялся в спешке одеваться, горюя о том, что не смог досмотреть то прекрасное сновидение.
  Не дай Великая, проснется принцесса и выйдет поприветствовать героя, а он ее узнает! Мне ведь потом будет проще попросить политического убежища у Настерревиля, чем всем доказывать, что я не виноват. Сотворить иллюзию дракона я тоже не мог - она создавала шумовые эффекты почище горна. Принцесса точно тогда проснется и если увидит дракона, будет хуже. Ей ведь потом не объяснишь, что это простая иллюзия и что она не кусается. Ирен снова начнет зудеть на тему злого колдуна и про мерзкие эксперименты. Так что придется прогонять героя по старинке, взывая к его совести и рассудку; мне надо будет терпеливо выслушать его претензии, а после деликатно отправить домой или в более долгое путешествие... даже, возможно, организовав оное, создав портал в какую-нибудь пакостную местность, полную нежити.
  Одевшись, я, ежась от холода, забрался на крепостную стену и посмотрел вниз. Герой, полностью облаченный в доспех, сидя на белоснежном скакуне, готовился к монологу. Он снял шлем, видимо решив, что я захочу полюбоваться его шевелюрой. Воткнул в ближайший сугроб пику, повесил на шею рог, и прокашлялся. Если честно, то я ему даже немного сочувствовал. На улице шел снег и стоял крепкий морозец, а герой был в доспехах. Он точно сумасшедший, все мозги в шлеме себе отморозил.
  - Колдун, - начал разглагольствовать герой. - Трепещи от ужаса и моли о пощаде, ибо ты сейчас падешь от руки славного сера Аринора Гриворда, великого героя и искоренителя зла! На моем счету уже девятнадцать славных побед! Гордись, исчадье мрака, ты будешь двадцатым!
  Я подавил зевок и поплотнее запахнул куртку.
  - Уже дрожу и, как там, молю о пощаде. Вы закончили? Могу я дальше идти спать?
  Лицо рыцаря стало пунцовым, он стал хватать ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег, и все порывался мне что-то сказать. Но, видимо, у него был скудный словарный запас, так как он все еще не подобрал нужных слов или особо красочных эпитетов. Если бы попросил моей помощи - я бы с удовольствием подсказал, самые сочные и ядреные, которыми любят ругаться оборотни, наливая новую стопку.
  Я с любопытством его рассматривал. Давно я не общался с ненормальными. Давно я лично не выходил к героям. Этот рыцарь должен гордиться, ему тоже выпала такая честь лицезреть меня воочию... тем более меня не было в замке почти два года.
  - Вы нагло лжете мне в лицо, - все же крикнул герой, показывая на меня пальцем в латной перчатке. Его конь заржал, соглашаясь со своим хозяином. - Ваш голос не дрожит, я не чувствую вашего уважения ко мне, как к благородному рыцарю! Вы - бездушное, лживое порождение зла!
  - Вы тоже привираете, - усмехнулся я. Герои такие забавные пафосные чудики. И откуда они берутся? Но, ей богу, мне так нравится их злить! - Если вы благородный рыцарь, то где же ваш оруженосец, где ваш штандарт с гербом вотчины?
  - Как вы смеете меня обвинять во лжи? Рыцари никогда не лгут! - сер Гриворд возмутился. Я старался не рассмеяться. Ага, а еще рыцари белые, пушистые и невинные создания. Никогда не напиваются на пирах до чертиков, не грубят и не заглядывают под юбки дамам. Вымирающий вид! - Своего оруженосца я оставил за холмом. Здесь опасно и я не хочу, чтобы он пострадал в пылу яростной схватки!
  Он показно пустил слезу. Я умилился. Никогда не видел таких рыцарей. Он точно превзошел по всем параметрам своих предшественников.
  - А теперь, - продолжил рыцарь и вынул из закрепленных на седле ножен меч. - Спускайтесь и умрите, как подобает злодею.
  Это как? Демонически хохоча, зажав в руках безвольную жертву?
  Я улыбнулся герою. Сейчас спущусь, только дождусь, когда коровы научатся летать. Я уверен, ждать осталась не долго. И вообще я сторонник гуманного общения. Не люблю избивать слабых.
  - А вам не холодно в латах? - спросил я у ошалевшего рыцаря. Он явно не ожидал такого ответа на свой приказ. А я виноват, что во мне проснулось любопытство?
   - Вы это к чему клоните? - подозрительно сверлил меня взглядом сер Гриворд.
  - Да так, интересно. Понимаете, вы первый герой, который приехал забрать мою жизнь зимой. Вот я и спрашиваю, вам не холодно?
  Рыцарь смутился от похвалы и опустил меч. Видимо он уже устал его держать выше головы.
  - Немного прохладно. Но я тепло оделся.
  - Везет, - я отряхнул куртку от снежинок. - А я немного замерз. Сегодня чудесная погода для прогулки, вы так не считаете? Вот вам потом придется возвращаться домой по морозу, а у меня замок рядом. Я вам немного сочувствую.
  - Не стоит, мне уже не впервой, привык. Всего лишь надо запастись качественным ликером... Стойте, мерзкий колдун, вы хотели заговорить мне зубы?! Спускайтесь немедленно, иначе я вас сочту трусом и вызову на дуэль!
  - А если я не спущусь, то как вы вызовите меня на дуэль? - изумился я логикой рыцаря.
  - Как это не спуститесь? - удивился герой и почесал затылок латной перчаткой - Это не по правилам. Вы должны спуститься и сразиться со мной в яростной схватке. Потом я отрублю вам голову и преподнесу ее в дар принцессе. За это мне Ее Высочество подарит свой платок и поцелует... кхм, а дальше вам подробности не следует знать!
  Я его слушал, а внутри у меня уже все разрывалось от смеха. Какой забавный мне достался рыцарь. Точно, единственный экземпляр.
  - Мне вот интересно, а где эти правила написаны, а то очень хочется почитать.
   Хочу посмеяться и тут как раз прилюбопытнейшие правила. А то, к сожалению, у моей библиотеки есть один существенный недостаток - в ней слишком мало юмористической прозы.
  - Вы, оказывается, более невежественны, чем мне представлялось ранее! - самодовольно провозгласил рыцарь, найдя еще одно доказательство тому, что я злодей. - Как можно не знать кодекс рыцарей?
  На счет того, что я не рыцарь, я решил промолчать. Не стоит расстраивать человека.
  Я услышал скрип снега за спиной и обернулся. Принцесса, укутавшись в шаль, бодро поднималась на стену. Я досадливо хлопнул себя по лбу, обозвав идиотом. Надо было наложить сонные чары на ее комнату! Спросонья я всегда туго соображаю...
  - Ирен, - тихо, чтобы не услышал рыцарь, сказал я, - идите в замок, а то простудитесь.
  - Я сама могу о себе позаботиться, - фыркнула принцесса, ежась от холода. Похоже, шаль мало спасала девушку, но она упрямо мне доказывала, что ей тепло. - Буду я вас слушать, мне интересно, что там такое...
  - Там нет ничего интересного, - с нажимом прошептал я. Рыцарь уже стал на меня странно коситься. Похоже, он думал, что я разговариваю сам с собой.
  Ирен упрямо поднялась, и, отпихнув меня в сторону, посмотрела вниз. Через несколько мгновений она вдруг резко отпрянула от проема и спряталась за зубцами. Принцесса, закрыв глаза, тяжело дышала. Из ее рта выходил пар, а лицо было неестественно бледным.
  - П-п-прин-нцес-с-са? - заикаясь, внизу изумленно прокричал рыцарь. Я схватился за голову. Почему всегда случается то, что я меньше всего хочу? Может мне быстренько телепортировать рыцаря, в какие-нибудь казематы или в логово дракона? У меня уже есть один на примете...
  Ирен, похоже, тоже была не шибко рада встрече. Она поплотнее укутавшись в шаль, тихо прошипела: "Я ему глаза выколю за такое хорошее зрение". Я опасливо покосился на девушку. Какая она кровожадная.
  - Ваше Высочество! - прокричал рыцарь. Я на него покосился. И чего он не уймется? Не видит, что с ним не желают общаться.
  - Здесь никого нет, - произнес я. - Вам показалось.
  Вдруг поможет? Скажем, ликер подействовал... или же он на завтрак сушеными грибочками перекусил... всякое же бывает.
  - Не врите мне, порождение тьмы! Я собственными глазами видел прекрасный лик принцессы! Ее золотые локоны невозможно не заметить!
  Я уже хотел было ответить, что у него начались галлюцинации, как меня опять отпихнула Ирен и, опасно свесившись, прокричала рыцарю:
  - Сэр Гриворд, как я рада вас видеть!
  Я стал наблюдать с другого проема. Мне надоело, что меня все время пихают.
  Скакун рыцаря встал на дыбы и, Гриворд отсалютовал Ирен мечом. Он, галантно кивнув принцессе, сказал:
  - Моя миледи, я спасу вас из лап злодея!
  - Нет, не надо, - Ирен замахала руками. - Не надо меня спасать!
  - Не волнуйтесь, Ваше Высочество, я быстро!
  - Сэр Гриворд, не надо! - принцесса закусила нижнюю губу, о чем-то задумавшись, а потом, вдруг, показав на меня пальцем, продолжила. - Он вас убьет!
  Рыцарь долго смеялся. Ирен кривилась от его смеха, но терпела. Я ей сочувствую. Неужели ей, когда она жила во дворце, приходилось каждый день встречаться с такими людьми, как этот?
  - Он не сможет меня убить, - уверено проговорил рыцарь, гордо показывая на себя рукой. Я хмыкнул. Почему у всех героев такое завышенное самомнение? - Я легко одолею этого колдуна и освобожу вас, миледи. Я верну вас во дворец! Вы не представляете, как все беспокоятся за вас!
  Ирен скривилась. Похоже, она очень любила этого рыцаря. А что, это идея. Вот решение всех моих бед! Надо лишь вручить принцессу рыцарю и тогда моя жизнь вернется в обычное русло.
  - Забирайте принцессу, - сказал я рыцарю. На меня удивленно посмотрели две пары глаз. - Я сдаюсь. Вы правы, я вас боюсь... до дрожи в коленях. Вы мне внушаете ужас. Вы так величественно сидите в седле, что я... что я, - уже не могу придумать больше причин, - преклоняюсь перед вашим величием.
  Ее Высочество на меня возмущенно посмотрела. Сер Гриворд растянул губы в улыбке, самодовольно приглаживая смоляные волосы.
  Принцесса внезапно взяла меня за рукав и насильно оттащила подальше от проема.
  - Что вы делаете? - синие глаза девушки метали молнии. Шаль начала спадать с ее плеч, но она неотрывно смотрела мне в глаза, не обращая на нее внимания.
  - Как что? - шутливо удивился я. - Я сдался и передаю вас рыцарю. Надеюсь, с ним вы обретете счастье.
  - Не морочьте мне голову, Никериал. Вы прекрасно можете с ним справиться!
  - Вам что, не хочется поехать с благородным Сером Гривордом? - притворно изумился я, поправляя на девушке шаль. Ирен даже не обратила на это внимание. - Он ведь благородный рыцарь без страха и упрека! Да за такого красавца любая бы благородная леди с радостью вышла замуж!
  - С ним? - принцесса подошла к проему и посмотрела вниз. Я последовал за ней и чуть не рассмеялся. Безупречный рыцарь, пока никто не видит, сняв латную перчатку, ковырялся в носу. Ирен поморщилась. - С ним я никуда не поеду.
  - Почему? - улыбнулся я, наблюдая, как рыцарь сует палец в рот. Теперь понятно, с чего у него такие красочные галлюцинации.
  - Я не хочу обратно во дворец, - сказала Ирен, пряча глаза. Вдруг она вздохнула и впервые за все время умоляюще на меня посмотрела. - Сделайте с ним что-нибудь, Никериал. Прошу вас. Вам ведь не впервой...
  Я отрицательно покачал головой. Принцесса меня обидела. Я, что ли какое-то чудовище чтобы убивать по приказу? Да и мне жалко дурака. Нельзя же лишать жизни только из-за того, что рыцарь не блещет умом и предпочитает есть... продукты собственного производства.
  - Почему нет? - возмутилась девушка. - Злые колдуны ведь всегда без сомнения убивают героев! Да, я признаю, что у него, - она показала на рыцаря пальцем, - не все дома, но он все же как-никак герой!
  Куда катится мир, эта поборница добра и сманивает меня убить героя! Сегодня что, ожидается парад планет?
  - Может потому, что я не злой колдун? - сделал я еще одну попытку вразумить упрямую девицу.
  - Не смешите меня, - фыркнула принцесса и отряхнула шаль от снега. - Это невозможно.
  Я возвел очи к небу. Ну и как с ней разговаривать? Снег тихо падал на землю мягкими хлопьями. Хоть было холодно, я получал удовольствие, смотря на падающие снежинки. Он падал мне на лицо, и я чувствовал, как снежинки превращались в ледяные капли. Самое простое превращение из снега в воду всегда доставляло мне удовольствие. Чувствовать единение с природой...
  - Никериал, вы что, уснули? - принцесса взяла меня за плечи и начала трясти. Я стал чувствовать себя болванчиком. И почему мне никогда не дают насладиться мгновением? - Вы обязаны прогнать Сэра Гриворда!
  О, я уже обязан... Прелестно.
  - Хорошо, я его прогоню, но у меня есть несколько условий, - сдался я. Эта девушка когда-нибудь сведет меня с ума.
  - Какие? - Ирен вмиг перестала меня трясти и перешла на деловой тон. - Учтите, я не уеду!
  - Я на это даже не надеялся, - пробурчал я. Принцесса сжала кулаки и угрожающе сдвинула брови. Я на всякий случай отодвинулся. - Во-первых, вы перестаете на меня обижаться.
  - Это еще почему? - возмутилась принцесса и скрестила на груди руки.
  - Ладно, я признаю, что был не прав и имя вы придумали прекрасное. Довольны? - но я все равно сочувствую детям Ирен и ее будущему мужу.
  - Ладно, я вас прощаю, - смилостивилась она, нервно поглядывая на рыцаря.
  - Во-вторых, вы идете в замок, в гостиную и ждете меня там. Я хотел бы с вами кое о чем побеседовать.
  - Я хочу посмотреть, как вы будете прогонять сэра Гриворда!
  - А я не хочу смотреть на ваши синие губы. Я же вижу, что вы замерзли.
  Принцесса мигом закрыла рукой рот и пробубнила: "Я не замерзла". Ну конечно, так я и поверил. Я указал пальцем на вход в замок. Принцесса отрицательно покачала головой. Мы минуту сверлили друг друга взглядами, пока нас не прервал звук горна.
  С ближайших деревьев встрепенулись птицы, с крыши упал снег, конь рыцаря заржал. Я и Ирен метнулись к проему, зажимая уши руками, и почти одновременно выкрикнули:
  - Что вы делаете?
  - Вы меня решили оглушить?
  Рыцарь виновато спрятал рог за спиной.
  - Мне стало скучно, - стал оправдываться герой. - Я думал, вы меня бросили, а сами ушли в замок.
  Мы с принцессой переглянулись. Ну и как с таким разговаривать? Я снова показал рукой на замок. Принцесса отказалась. Ну ладно, как хочешь. Я предупреждал.
  - Сэр Гриворд, - обратился я к рыцарю, давая последний шанс этому дураку. - Уезжайте домой.
  - Да как ты смеешь, колдун! - возмутился рыцарь и снова достал свой меч. - Я не могу оставить Ее Высочество в ваших грязных лапах!
  Я посмотрел на свои руки. Вроде они чистые.
  Ирен перешла на другой проем и закричала рыцарю:
  - Сколько раз вам повторять, меня не надо спасать! Я тут провожу важное расследование, а вы мне мешаете! Кому говорят, уезжайте! - принцесса закашляла и, поскользнувшись, упала на спину. Лежа на снегу, девушка, скрестив на груди руки, прошипела: "Он дождется. Спущусь и изобью его кочергой!" Я подал руку Ирен, но она ее проигнорировала, поднимаясь сама. Я улыбнулся. Извалявшись в снегу, принцесса очень смешно выглядела. Девушка возмущенно на меня посмотрела, отряхиваясь, и что-то бормотала о невоспитанных колдунах и о скользкой стене.
  - Сэр Гриворд, - вздохнул я, - лучше наденьте шлем и возьмите свою пику.
  - Вы, наконец, решили со мной сразиться?! - обрадовано воскликнул рыцарь, резво надевая шлем.
  - Нет, - хмыкнул я, косясь на принцессу. Может ее натравить на рыцаря? Она все порывалась его избить. А я бы полюбовался зрелищем. - Я вас хочу познакомить с моим любимым питомцем.
  Ирен и рыцарь на меня удивленно посмотрели. Я тихонько начал плести заклинание.
  Вдруг рядом с рыцарем появился дракон. Изумрудная чешуя переливалась на свету, огромная пасть с острыми белоснежными клыками внушала ужас и трепет. Дракончика я сделал не слишком высоким, всего в десять метров, но зато, как живой! Но думаю, рыцарь не успел оценить всю красоту и мастерство созданной мной иллюзии. Дракон наклонил пасть прямо к лицу ошарашенного Сера Гриворда и издал рык. Громоподобный рев дракона оглушил всю округу. Я создал звукоотражающий купол, и меня с Ирен рев не коснулся. Мне просто не хотелось оглохнуть.
  Я с любовью наблюдал за своим детищем. Принцесса была очень бледной, она открыла рот от удивления и, не отрываясь, смотрела на дракона. Рыцарь оцепенев на месте, дрожал от ужаса вместе со своей пикой, но мне было бы приятней думать, что от восхищения. А что было с конем и страшно представить. А я ведь сначала предупредил по-хорошему и рыцаря, и принцессу. Но кто меня будет слушать?
  Первым, после оцепенения очнулся скакун рыцаря. Он рванул через сугробы назад, не обращая внимания на всадника. Но рыцарь, похоже, не возражал, он наоборот пришпоривал лошадку, бросив в первом же сугробе свою пику.
  Дракончик довольно фыркнул, выпустив из ноздрей немного дыма, и лениво посеменил за конем рыцаря. Красавец! Сейчас он немного развлечется и исчезнет. К сожалению, слишком далеко я не могу поддерживать свои иллюзии, максимум пару верст. Но думаю, и этого хватит, чтобы обеспечить рыцаря незабываемыми впечатлениями.
  - Д-драк-кон? - пришла в себя принцесса. Я, довольно проводив иллюзию взглядом, повернулся к девушке. Ирен тряслась от страха, все показывая пальцем туда, где несколько мгновений назад была моя иллюзия. Я вздохнул. Ну и что мне с ней делать? Ведь предупреждал.
  - Это был не дракон, - нехотя признался я, - а иллюзия.
  - Он рычал, - упрямо сказала принцесса, но постепенно успокаивалась.
  - Это была качественная иллюзия, - гордо произнес я, радея за свое детище. Ведь скольких нервов мне стоило создание в этой реальности такой громадины, причем почти материальной, - а теперь идите в замок. Жду вас в гостиной.
  Ирен покорно кивнула головой и стала спускаться со стены. Я не верил своим глазам. Может это мне привиделось? Она с первого раза меня послушала?
  Девушка вдруг повернулась и посмотрела на меня.
  - А вы? - спросила она. Ее голос уже не дрожал и стали проявляться повелительные нотки. - Почему не спускаетесь?!
  - У меня на улице есть еще одно дело, - я стряхнул с волос снег и посмотрел на небо. - Буду заниматься предсказанием погоды.
  - Зачем? - удивилась принцесса.
  Затем, что мне надо просчитать все выходы из сложившейся ситуации. Ей ведь не грозит суд Совета магов. Надо узнать, сколько времени будет добираться до столицы рыцарь, и возможны ли будут телепортации. Может мне сейчас его, возможно, будет догнать и отправить в далекое путешествие, например, к Ярославу, с запиской не отпускать сего субьекта до полной потери памяти и способности мыслить. Он это может, оборотни вообще лучшие производители спиртных напитков в мире. У их княжества на этом рынке абсолютная монополия...
  - Нашлю метель на деревни, - усмехнулся я. Лицо Ирен вытянулось от удивления. - Погребу их дома под слоем снега и буду гадко смеяться. Вы ведь такого ждали от меня ответа?
  Принцесса сжала кулаки и, наклонившись, взяла в руки снег. Быстро слепив снежок она, взбежав на пару ступенек выше, кинула его в меня. Я легко увернулся.
  Шутливо погрозив возмущенной девушке пальцем, я телепортировался на крышу. Оттуда легче всего следить за настроением природы...
  
  
* * *
  
  Ирен, пододвинув кресло ближе к камину, умиротворенно сидела в нем. Ее золотые локоны намокли от снега и теперь в свете огня искрились. Я, сняв куртку, кинул ее на диван и подошел к камину греть руки. Принцесса лениво на меня посмотрела.
  - Ну что, как там с метелью? - язвительно спросила она. Я отогревал замерзшие пальцы, тихо млея от тепла. Не люблю предсказывать погоду, одна морока с ней. Но зато я принес хорошие новости. Зима обещает быть снежной и холодной, для телепортаций самое гиблое время года. Хорошо-то как...
  - Метель будет прекрасной, - довольно улыбнулся я, но пора переходить к сути... - Вы мне лучше расскажите об этом рыцаре, Алиноре Гриворде, если мне не изменяет память.
  - Рассказать? - удивилась принцесса.
  Я кивнул головой. Ирен задумалась и скрестила пальцы. Она, прикусив нижнюю губу, смотрела на огонь. Я ждал...
  - А что именно рассказать? - все же спросила девушка. - Его жизнь или что-то более... конкретное?
  - Меня больше интересует то, как отнесутся к тому, что он, если вернется в столицу, будет на каждом углу рассказывать, что у некого колдуна видел недавно потерянную принцессу.
  Ирен покраснела и опустила взгляд, став расматривать свои колени.
  - Так вы и об этом знаете, - тихо проговорила она.
  - Я ведь интересуюсь новостями, - хмыкнул я. Хорошо, что меня сейчас не слышит Фил.
  - Сера Гриворда никто вСерьез не воспринимает. По крайней мере, Его Величество. Я... - девушка вздохнула и с вызовом посмотрела мне в глаза. - Я никуда не уеду пока не выясню все обстоятельства ваших злодеяний!!
  А я даже на этот подарок не надеялся...
  - А я вас разве выгонял? - удивился я и хмыкнул. - Ищите, сколько хотите мифических девушек или что вы там ищете.
  Все равно, как только погода станет более приемлемой для путешествий - вы сами захотите от меня сбежать. Уж я-то постараюсь. Я даже окажу ей услугу - телепортирую прямиком в столицу, к отцу и заждавшемуся жениху.
  Принцесса встала с кресла и решительно подошла ко мне.
  - Я их обязательно найду! - с вызовом произнесла она, чуть ли не тыкая в меня пальцем. Я развел руками. Если хочет, то пусть ищет. Я не буду мешать, только пусть сначала ответит на мои вопросы.
  - Мне вот интересно, а почему вы сбежали из дома? - Авось я ошибаюсь, и были еще причины кроме как романтические бредни молодых дам.
  - Это сложно, - сказала Ирен и, обняв себя руками, отошла на пару шагов от камина. - У меня были причины так поступить.
  - Я вас слушаю.
  - Я хочу выйти замуж по любви, - вздохнув, тихо проговорила она. - Не из-за государственных соображений и не из-за трона и богатства, а по велению Сердца. Отец захотел, чтобы я вышла замуж за принца Родрика из соседнего королевства. Конечно, он хорош собой, богат... но все знают про его непостоянность и увлеченность девушками... Король Сирании хотел остепенить сына и в качестве его будущей супруги выбрали меня. Но я не хочу такого мужа, который будет считать меня красивой игрушкой!!!
  О как... значит в ней заиграло чувство собственного достоинства, и она пошла наперекор родителям. Интересненько...
  - Я всегда считал, что династические браки заключаются именно так. Вроде появился наследник, и супруги заводят себе любовниц и любовников, уже по любви. Разве не так?
  - Так, я даже раньше не особо была против такого союза, - вздохнула принцесса, - но дело ведь не только в Его Высочестве Родрике. Он лишь часть проблемы. Главная причина моего ухода это мой отец, король Нагелий.
  Я удивился, не знал, что причины еще более глубокие, чем мне казалось раннее. Вырисовывается целая семейная драма. Неужто злой папенька заставлял выйти замуж?
  - Почему он меня не любит, - продолжала говорить Ирен, ее голос начинал дрожать. - Я ведь не приложение к договорам, я живой человек! Почему он ценит мою жизнь и свободу так дешево?! Как... как эти отвратительные договора!!!
  - Я уверен, он вас любит, - я подошел к девушке, и немного колеблясь, все же положил свою руку ей на плечо. - Он, наверное, хочет вам хорошего будущего. Ведь, наверняка, этот Родрик наследник трона, а после станет королем... а вы королевой... И уж тогда...
  Принцесса резко повернулась ко мне, не дав договорить мои мысли по поводу причин такого поступка короля Нагелия. В ее глазах стояли слезы. Вдруг одна слезинка скатилась по ее щеке. Она на меня смотрела так умоляюще и грустно, что у меня Сердце стало разрываться от боли. И куда делась та надменная принцесса? Вместо нее стояла простая девчонка, у которой на Сердце было очень больно.
  Внезапно вспомнилась Элиза... а они ведь похожи... особенно, когда плачут. Я закрыл глаза, прогоняя предательское видение и резко отдернул свою руку, сжав ее в кулак.
  - А почему он не спросил, чего хочу я?! - закричала Ирен, по ее щекам побежали слезы. - Почему он ни разу не поговорил со мной, как отец с дочерью? Почему я узнала о своей свадьбе только тогда, когда до нее оставалась неделя?! Я ведь хотела с ним поговорить, хотела у него столько всего спросить, но всегда слышала одну фразу: король занят. Почему?!
  Вдруг Ирен прижалась ко мне и стала плакать на моей груди. Я не знал как себя вести, чтобы не разозлить девушку. Я себя почувствовал неловко и слегка растерянно. Что мне делать? Как себя вести чтобы не ранить и без того хрупкие чувства принцессы? И не поверишь, что она каких-то несколько минут назад обвиняла меня во всех грехах мира, а сейчас жалась, как к самому близкому человеку.
  Я ведь прекрасно понимал причины поступка Нагелия, и, что греха таить, был полностью с ним согласен. А то, что король был постоянно занят - возможно, ему самому нелегко далось такое решение судьбы дочери, и он просто не хотел с ней встречаться, чтобы видеть в ее глазах немой упрек и объяснять, почему он ее продал Сирании. Но вот как это объяснить принцессе, чтобы не задеть ее чувства?
  - Ирен, - тихо произнес я, гладя девушку по голове. - Ваш отец, конечно, не идеал, но он не самый худший вариант. Вот мой - был намного хуже.
  - Правда? - пробубнила девушка, шмыгая покрасневшим носом.
  - А то, - усмехнулся я, - всей его отцовской любви хватило на то, чтобы отдать меня на попечение старому мараз... учителю, когда мне исполнилось пять лет.
  Я ему, похоже, тогда мешал проводить эксперименты...
  - И вы... - она посмотрела на меня покрасневшими глазами, - вы его больше не видели?
  - Нет, - я грустно улыбнулся. - Через год он умер. Нелепая смерть. Вызвал демона или был пожар в его лаборатории... кто знает? Но тогда я уяснил на всю жизнь одну простую истину.
  - Какую?- девушка вдруг отстранилась, и, отойдя, стала тыльной стороной ладони вытирать слезы.
  - Что живой, даже самый худший отец в мире, лучше самого хорошего, но мертвого. Намного легче знать, что ты не один на свете, что у тебя есть хоть какой-то, но дом и живые родители. Поверьте, выжить в этом мире без опоры и поддержки близких может далеко не каждый.
  Ирен тихо отошла в сторону и села на диван. Похоже, она чувствовала себя неловко за то, что дала волю эмоциям. Я почесал затылок, пытаясь придумать, как бы миновать эту паузу.
  - А теперь, когда мы все выяснили, я хотел бы узнать на счет кота.
  - Кота? - удивилась принцесса и вдруг сощурила глаза. - Я вам его не отдам, живодер!
  - Но я не могу отступить, - усмехнулся я и подошел к камину. - Мне надо закончить исследование. Вот так незадача! И как мне ее решить?
  - Нечего тут решать, - резко возразила девушка. - Ларсика вы все равно не получите.
  - Так вот, я и придумал решение этой проблемы.
  - Какое?
  - Вы с котом будете приходить ко мне в лабораторию, - и как я раньше не догадался на счет такого простого решения проблемы? - Я спокойно смогу изучать животное, а вы сможете следить за тем, чтобы коту было хорошо.
  Принцесса задумалась и через несколько мгновений вдруг улыбнулась.
  - А вы не боитесь, что я найду там доказательства ваших богомерзких опытов?
  Пффф... как будто я там кроме склянок, ингридиентов и книг храню то, что относится к ритуалистике. Вообще-то, для этого существуют специальные помещения, находящиеся примерно рядом с рунным залом, где сходятся все потоки энергии замка и намного легче заниматься такой ветвью магического искусства. Правильное жертвоприношение сложная вещь, основанная на точных ритуалах и потоках энергии, его проводить абы где нельзя, если не хочешь умереть разорванный на части энергией.
  - Нет, - я повернулся и подошел к девушке. - Завтра жду вас в лаборатории.
  - Я ведь еще не согласилась! - возмутилась Ирен, я взял с дивана свою куртку.
  - Но вы не отказались, - и, улыбнувшись еле сдерживающейся от гнева принцессе, телепортировался к себе в комнату.
  Сейчас лягу и хотя бы немного подремлю. Авось снова приснится тот чудесный сон.
  
  
Глава 4. Приезд друзей или шабаш начинается
  
  "Магам пить вредно - это закон.
  Они становятся буйные и неадекватные.
  Но если у тебя дома собирается компания друзей,
  закон постепенно забывается
  А на утро, смотря на руины, с горечью понимаешь,
  что следует неукоснительно чтить законы"
  Мудрость неизвестного мага.
  
  
  С самого утра я пребывал в хорошем расположении духа, ибо наконец-то ко мне приезжали на пару деньков погостить дорогие и горячо любимые друзья. Несмотря на то, что я живу уже столько лет уединенно и редко куда выбираюсь из своего замка, я умудрился собрать вокруг себя компанию, которым почему-то интересно было со мной общаться и выслушивать мои бесконечные жалобы. Компания была небольшой, в нее вошли маги с разными характерами, социальным положением и мнением о жизни, но с одной неизменной любовью - к выпивке. Так что наши редкие встречи можно было охарактеризовать как банальную пьянку с разрушительными последствиями (поэтому встречи были редкими и в разных местах, преимущественно в тех домах, которых было не жалко).
  Со своими собутыль... друзьями я не виделся вживую уже несколько лет, ограничиваясь лишь короткими беседами через зеркало в перерывах между опытами, и очень соскучился по старым приятелям. Ведь у каждого из нас была своя жизнь: Фил и Дариан работали в Совете, Адриан был в долговременном путешествии, а я, например, занимался исследованиями - независимо от наших желаний нам редко удавалось собраться всем вместе и поговорить по душам.
  В этот раз честь принимать у себя гостей и убирать последствия после этой встречи выпала мне. И я бы с радостью обрадовался сему факту, если бы не одна золотоволосая упрямая зараза, которая имела наглость называть себя "поборницей добра". Я просто боялся представить, что решит эта девица, как только увидит моих друзей! Не удивлюсь, если она обзовет нас сектой, обольет святой водой, как каких-то упырей и прочитает молитву, пытаясь изгнать их из замка. А они, между прочим, далеко не последние люди в магическом сообществе и выносить заскоки капризной принцессы не станут, а просто в грубой форме поставят ее на место... земноводной твари.
  Поэтому, опасаясь эксцессов, я заранее провел воспитательную беседу с Ирен и попутно высказал свою невинную просьбу, чтобы на несколько дней она стала моей возлюбленной. Нет, я, также как и она не испытывал никаких положительных эмоций по этому поводу, но другого обоснования тому, что делает у меня дома незамужняя девица Филгус мне не предоставил, а просто поставил перед фактом, когда наплел этот бред своей неуемной женушке. А Лира личность своеобразная - пока не вытрясет все подробности из личной жизни своего "незабвенного Ники" не отстанет. А если непредупрежденная Ирен устроит по этому поводу скандал, да еще и при моих друзьях - я ведь могу не сдержаться, и она дождется того, что в темных холодных темницах окажется первая и последняя "замученная жертва". А мне потом будет неудобно перед названым братом и королевством...
  Что интересно, Ирен, выслушав мою просьбу и доводы, скрепя сердце, согласилась, но вот любезничать со мной вне поля зрения моих знакомых отказалась наотрез. Ну и я на большее не надеялся - главное, чтобы она не позорила меня и вела себя прилично. Кстати, принцессе, похоже, пришел по вкусу мой подарок. Один раз я увидел книгу на столе в библиотеке. Ради любопытства заглянул в свой шедевр. Ирен исписала поля книги карандашом и обвела целые абзацы. И кинжалу нашла применение - теперь она носила его с собой и когда мы изредка обедали вместе в столовой, Ирен всегда чистила им фрукты.
  Итак, в этот долгожданный день я и Ирен ждали гостей в портальном зале. Это небольшая комната с высокими сводами, где на полу, стенах и потолке были начертаны специальные руны, а в ее центре изображен портальный круг, в которой заключена гектограмма и три пентаграммы с рунами. Я до сих пор с содроганием вспоминаю, как на корячках все тут расчерчивал, непрерывно бормоча заклинания. Труд мага кропотливый, энергозатратный и неблагодарный - ведь никто не поинтересуется самочувствием после целого дня работы над формулами, а наоборот, непросвещенные умы будут кричать громче всех, что маги лентяи и бездельники. Но вот только они не учитывают одного - магом невозможно стать, если не будешь трудиться в поте лица, гнуть спину и жертвовать здоровым сном и хорошим питанием ради сакральных знаний.
  
  Ирен стояла рядом со мной возле мерцающего голубоватым светом портала и всем своим видом показывала, как я ей неприятен и как она сейчас страдает. На ее показательные гримасы я не обращал внимания, ибо меня же сложно было вывести из себя - даже самым строптивым пациентам, когда я работал в госпитале, этого не удавалось, не то что капризной принцессе...
  - Ирен... - обречено вздохнул я, примерно пять минут понаблюдав за ее недовольством. - Не могли бы вы хотя бы улыбаться, а то такое чувство, что мы не влюбленные, а враги. Вам надо лишь поприветствовать гостей, а в этом, уверяю вас, нет ничего преступного. Вы же помните уговор?
  - Помню, помню, - пробурчала принцесса, скрестив на груди руки. - Мне надо мило хлопать глазками перед вашими последователями, а потом исчезнуть... Не волнуйтесь, данное мной слово я сдержу, но вот никто не запрещал мне выражать свое недовольство до их приезда.
  Я хмыкнул. Если она хочет, почему бы и нет? Это ее право...
  После короткой беседы мы дожидались первых гостей в тишине: она страдала, словно ее вели на казнь, я же витал в облаках - думал об одном интересном опыте и все ее бессмысленные потуги игнорировал. Если она хотела произвести на меня впечатление и воззвать к совести, то ее попытка с треском провалилась.
  К счастью, через несколько минут портал засиял, полыхнула ослепительная вспышка, и перед нами появились два человека, которых я тот же час узнал и невольно в ужасе попятился. Меня бросило в жар, задрожали колени и вспотели ладони - нет, я ждал, я готовился к неизбежной встрече с ней, но все же...
  - Ники!!! - громогласно воскликнула Лира, на мгновение меня оглушив. Не дожидаясь, пока круг перестанет сиять, она в два прыжка преодолела разделяющее нас пространство и стиснула в крепких объятьях. Я не удержав равновесие, с грохотом упал вместе с ней на пол и, кажется, на несколько секунда потерял сознание...
  Следом за Лирой спокойно вышел из портала Фил. Он, с любопытством посмотрев, как его жена раздавила лучшего друга и с упоением душила, усмехнулся:
  - Дорогая, слезь с Ника, а то твоя грудь мешает ему дышать. Если он задохнется - потом не плачь на похоронах.
  Девушка мигом вскочила с меня, а я судорожно глотнул свежего воздуха и возблагодарил небеса за спасение. А то мне уже стало казаться, что мой один из самых кошмарных снов стал явью - меня задавили огромной грудью и я умер от удушья.
  - Ники, прости, - Лира чуть не плача попыталась меня поднять, но ее судорожные движения сделали только хуже. Я даже не мог подняться, все время падая на пол. Может просто спокойно полежать, пока она не уйдет? Авось на этот раз она мне ничего не сломает? - Я тебе сейчас помогу!
  - Фил! - в панике закричал я, моля друга вмешаться в беспредел, что творила его женушка. Друг, чуть не смеясь, оттащил от меня эту бестию, а я же с облегчением вздохнул и наконец-то встал, потирая саднящий копчик. Похоже, когда я в пятый раз упал, во мне что-то подозрительно треснуло... Жаль, а я надеялся в этот раз обойтись без травм.
  - Ники, я по тебе очень скучала! - вновь весело прокричала Лира, но уже не лезла обниматься, ибо ее крепко за руку держал Филгус. - Ты не представляешь, сколько всего интересного произошло за то время, что мы с тобой не виделись! Целый ворох событий! А ты как поживаешь? Кстати, где твоя девушка? Я хочу увидеть ту, которая тебя охмурила!
  Я подошел к принцессе, которая молча наблюдала за публичной попыткой моего убийства, видно поразившись профессионализму и бесстрашию этой рыжей женщины. Да, знаю, Лира умеет производить неизгладимое впечатление на окружающих... Да и работает жена моего лучшего друга во дворце совета, в отделе, который ответственен за психологическое здоровье заключенных. Я уже говорил, что сочувствую тем бедолагам, которым не посчастливилось попасть на прием к Лире? Нет? Теперь знайте - департамент дознавателей Совета магов самая жестокая и бесчеловечная организация со времен сотворения мира. Даже Настерревиль, блудный супруг Элисень, которого она изгнала в Преисподнюю, и то милостивее...
  - Лира, познакомься, - я положил руку на плечо шокированной девушке. - Это Ирен, - принцесса легонько кивнула моим друзьям и по-привычке сделала реверанс. К счастью, капризничать она не стала, а покорно начала играть свою роль моей возлюбленной. - Милая, познакомься, это Лира Гоннери, - бестия лучезарно улыбнулась нашей паре, и к своему ужасу я прочитал в ее глазах жгучее желание нас обнять, - и ее муж, который по совместительству мой лучший друг и названный брат, Филгус.
  - Очень приятно познакомиться, - Фил подошел к нам и галантно поцеловал ладонь девушки. - Хотя помните, мы с вами уже встречались.
  - Точно! - Ирен внимательнее рассмотрев друга, удивленно распахнула глаза. - Я вас помню! Вы же магистр Филгус Гоннери, четвертый член Совета магов!
  - Вы угадали, - рассмеялся Фил, подмигнув принцессе, - но сейчас я с неофициальным визитом, так что называйте меня просто Филом, миледи.
  - Какая красивая! - внезапно воскликнула Лира, и словно сияя от переполняющих ее чувств, отпихнула с дороги мужа. Через мгновение ничего не подозревающая Ирен оказалась в ее крепких объятиях, а я же в последний момент успел увернуться, потому что двойную порцию лириной любви мой организм точно бы не выдержал. - Очень с тобой приятно познакомиться, милая! Теперь ясно, почему Ники в тебе души не чает!
  Полузадушенная девушка что-то прохрипела в ответ, и Филгус постарался как можно быстрее отцепить от нее свою женушку. Стоя в сторонке я злорадно улыбнулся - ну вот, теперь и она прошла проверку на вступление клуб "лирозадушенных": болью, страданием и душением пятым размером груди.
  - Ладно, Ник, не будем вас задерживать, - друг с трудом отцепил свою жену от принцессы и повел Лиру к выходу. - Мы пошли в гостиную, - но предприимчивая бестия все же успела шепнуть Ирен: "До скорого" и расцеловать ее в обе щеки, оставив на лице отпечатки ярко-красной губной помады.
  - Может вас проводить? - я покосился на остолбеневшую королевскую особу, которая теперь с потаенным ужасом взирала на свою новую знакомую. Понимаю... к этой женщине нужно привыкнуть... хотя мне этого так и не удалось.
  - Не стоит, - добродушно улыбнулся брат и вышел с женой из комнаты, стал слышен лишь его голос. Внезапно он засмеялся. - Или ты думал отделаться от встречи с Мариан?
  - Она останется с носом! - уверенно закричала Лира, и ее слова эхом прокатились по коридору. - Теперь у нее есть соперница!
  Я пропустил последние фразы мимо ушей - эта супружеская пара всегда подтрунивала надо мной по поводу страсти Мариан, - но зато ими очень заинтересовалась Ирен. Она с неподдельным интересом воззрилась на меня, будто ревнивая женушка, что узнала "маленький" любовный секрет своего мужа. От такого пристального внимания к моей скромной персоне мне даже стало немного неловко...
  - Что? - не выдержал я.
  - Кто такая Мариан? - учтиво поинтересовалась принцесса, пристально на меня взирая, будто я осознанно утаил от нее чуть ли не преступление века. Хотя да, каюсь, о Мариан мне не хотелось говорить, все же она такая же неуемная, как женушка друга, а то и вовсе, намного ее хуже - Признавайтесь, ваша возлюбленная?
  - Неужели я услышал нотки ревности? - притворно удивился я, внутри холодея от перспективы даже в мыслях становиться возлюбленным Мариан. Нет, лучше гонять чаи с Настерревилем, чем пытаться ворковать с сестрой Адриана. - Как вы могли такое подумать, что я мог вам изменять, после всего того, что между нами было?! - я притворно всхлипнул, упав перед удивленной моим поведением принцессой и патетично продолжил этот спектакль. - Вы разбиваете мне сердце своими подозрениями!
  Ирен рассмеялась, кокетливо прикрыв своей ладошкой ротик. Я улыбнулся, мне впервые довелось увидеть, как принцесса радостно улыбается и смеется, а не ворчит как обычно, подозревая меня во всех грехах мира. Мне даже на мгновение показалось, что все ее прошлое недовольство было лишь напускным и на самом деле она хороший, понимающий человек...
  - Это не смешно, Ник, - вдруг она пихнула меня в плечо, резко перестав улыбаться. - Я Серьезно. Если между вами есть чувства, зачем вам понадобился весь этот фарс!?
  Я поморщился... Какие чувства, я даже знать не желаю ту помешанную! Но вот ради Адриана приходилось терпеть ее присутствие, да и она сильно нравилась моему другому другу. Словно какой-то любовный треугольник - Дариан в ней души не чаял, а она даже не смотрела в его сторону, полностью сосредоточившись на мне... только вот когда мы собирались вместе, Мариан соизволила с ним поговорить и доставить мимолетную радость бедному влюбленному магу...
  Я подозвал Ирен и наклонился к ее уху.
  - Она помешанная, - я прошептал принцессе "страшную тайну", о которой знали почти все мои знакомые и любили на эту тему часто подшучивать. - И она помешалась на мне.
  - Да быть этого не может! - резко возразила принцесса, словно мне иметь поклонниц это что-то противоестественное.
  Я усмехнулся:
  - Не верите? Тогда не откажите в одной любопытной забаве - поворкуем перед Мариан как два влюбленных голубка и вы сразу увидите, что я говорил вам лишь правду... - я замолчал, давая Ирен оценить и подумать над моим заманчивым предложением.
  Не знаю, как ей, но мне захотелось разыграть эту одержимую девицу, ибо своими выходками она достала меня до печенок. И ведь ничего не помогает против ее настырного внимания: ни разговоры, ни угрозы, ни другие более грубые методы воздействия... все приводит к абсолютно противоположному результату - она еще сильнее желает завоевать мое сердце. Даже моей бывшей девушке - Алии, и то не удалось отвадить от меня эту неугомонную, хотя их женские разборки привели Мариан на больничную койку.
  И этот розыгрыш мог стать той отдушиной, которую я ждал уже несколько лет... ну и, естественно, дать тот самый шанс Дару - ведь оскобленные девицы порой совершают экстраординарные поступки, стремясь заставить ревновать объект своего воздыхания и показать ему, что он потерял. Хотя возможно это все отговорки и во мне просто взыграло детство.
  Ирен думала недолго и, согласно кивнув, предвкушающе улыбнулась - похоже, не я один соскучился по детству и был ценителем безобидных забав. Нда... чем больше я проводил рядом с Ирен времени, тем лучше понимал, что в глубине души она еще та озорница - умеет веселиться, когда не надоедает своими нравоучениями.
  Теперь ждать было не так мучительно - у меня поднялось настроение, и я предвкушал будущую потеху, да и Ирен заметно повеселела. Мы стали похожи на заговорщиков, которые с нетерпением с минуты на минуту ожидали свершения их злодейских замыслов.
  
  Через пару минут вновь засиял портальный круг, сверкнула ослепительная вспышка и перед нами появилась семья Нестелл - Адриан и Мариан. Брат и сестра внешностью были сильно похожи - оба черноволосы, Сероглазы, с прямым носом и волевым подбородком, - мне всегда казалось, что они близнецы, хотя Адриан это отрицал, говоря, что его сестра младше него почти на десять лет. Хотя проверить это сейчас было сложно - маги живут намного дольше обычных людей и со временем разница в возрасте стирается и можно принять волшебника, которому больше ста лет за тридцатилетнего мужчину и наоборот. У нас длина жизни зависит от величины своей собственной энергии и мощи родовой магии... хотя я что-то не помню мага, который умер естественной смертью от старости - по печальной статистике, только четверть доживает до двухсотлетнего юбилея и еденицы до трехсотлетнего.
  Мариан и Адриан являлись членами могущественной и обеспеченной семьи Нестелл, которая была близка к верхушке власти в Совете магов чуть ли не самого его основания и в Совете всегда сидел представитель их рода... можно сказать, семья Нестелл была той самой аристократией магов, если объяснять языком сословий обычного королевства.
  Что я могу еще добавить о моих друзьях? Как я уже говорил, они были близкими родственниками, но характеры у них были совершенно разными - две противоположности, которые все время ходили вместе. Адриан - скептик и реалист, обожающим путешествовать и за свою жизнь объездивший чуть ли не весь континент... Кстати, видя такую любовь сына к странствиям его матушка - заместитель Председателя Совета магов, сделала его официальным представителем от нашего Совета магов в других странах и, на сколько я знаю, с его помощью наш Совет смог установить дипломатические отношения с представительствами магических сообществ очень далеких стран.
  А его сестра была наоборот, романтичная и мечтательная особа. Может именно эти качества и сподвигли ее возвести культ вокруг меня и так самоотверженно ему следовать уже на протяжении многих лет. Да и фантазия у Мариан была богатая, особенно, когда она находилась в моей обществе - из-за невинной фразы, вежливом обращении или шутки, ей чудилось невероятное, будто я ей оказываю знаки внимания и можно уже рассчитывать, как минимум, на свадьбу... Да, и если ее брат нашел себя в дипломатии, то Мариан являлась магистром любовной магии и как понимаете, неудачи в своей любовной жизни только подстегивали ее изучать и создавать все новые привороты и любовные чары, чтобы завоевать объект своего вожделения. Так что, с уверенностью можно заявить одно - она избрала меня как своего муза и цель всей своей жизни...
  - Знакомься дорогая, - дождавшись, когда брат с сестрой выйдут из портального круга, начал говорить я. Занавес открылся, спектакль начался. - Это Адриан и Мариан Нестелл. Ты должна была слышать об этой необыкновенной семье...
  Мариан только выйдя за пределы портального круга споткнулась на ровном месте и если бы не ее брат, который придержал ее за локоть, упала на пол. Она, расширив глаза от удивления, в шокированном состоянии воззрилась на нашу милую пару, а Адриан наоборот, фыркнул в кулак, попытавшись сдержаться, чтобы не захихикать. Он всегда относился с юмором над попытками своей сестры сделать меня свояком и искренне сочувствовал моему горю, ибо старшему Нестелл как никак хорошо известно, как порой бывает невыносима и упряма его младшая сестричка.
  - Дорогая?! - на высокой ноте просипела она, мигом подбежав ко мне и посмотрела в глаза, надеясь, что ослышалась. - Как дорогая?! Когда дорогая?! Где дорогая?!
  Приобняв Ирен, я поцеловал ее в висок и легонько провел ладонью по ее шелковистым золотым локонам... Принцесса сразу же прильнула ко мне в ответ, и незаметно для магов очень больно ущипнула в бок - намекая, чтобы я больше не позволял себе вольностей, и очаровательно улыбнулась моим друзьям.
  - Милый, - пропела Ирен, кокетливо пригладив ткань камзола на моей груди. - Я так рада наконец-то встретиться с твоими друзьями, ведь дорогой так много о вас рассказывал, - она протянула свою руку Адриану. - Меня зовут Ирен.
  - А мне как приятно, миледи, - улыбнулся Адриан, целуя принцессе ладонь. - Наконец мою сестренку обставили, и может быть, теперь она устремит свой взор на другой объект воздыхания? - Адриан приветственно пожал мне руку и словно невзначай поинтересовался. - А Дариан уже прибыл?
  Я отрицательно качнул головой:
  - Нет, он задерживается. Прибыли только Фил с Лирой...
  - Ясно, - вздохнул друг. - Надеюсь ему удаться вырваться из департамента, а то я слышал, у них там царит хаос, после пропажи одной высокородной особы...
  - Но вы, ведь еще не муж и жена?! - перебила брата Мариан, как-то растерянно взирая на нашу идиллию, видно, все пыталась найти лазейку и попытаться отбить меня у соперницы. - Если нет, то...
  - Увы, Мариан, - притворно расстроился я. - Но свадьба уже запланирована...
  - На лето, - подхватила Ирен, прожигая взглядом конкурентку, словно она и вправду ревновала меня к волшебнице. - Как только луга станут зелеными, сразу же и сыграем. Правда, милый?
  - Конечно, красавица, - проворковал я в ответ. - Для тебя - все что угодно.
  Мариан обижено прикусила губу, завидуя черной завистью к Ирен, а принцесса, увидев такую реакцию на ее кокетство, еще сильнее прижалась ко мне. Что сказать, женщины и имя им вероломство - ради того, чтоб увидеть в глазах соперницы зависть, потаенную злобу и боль, готовы любезничать и флиртовать даже с врагом.
  - Ладно, мы пошли в гостиную, - Адриан улыбнулся, и приобняв за плечи свою сестру, попытался повезти ее к выходу, но она словно приросла к месту, не желая покидать портальную комнату. - Надеюсь, ты не поменял планировку, как Дариан?
  - Нет, я не люблю глобальные перемены, - я усмехнулся, припомнив, чем закончилась наша прошлая встреча компанией. Да... разгулялись мы на славу - особняк главы департамента Поиска и по-совместительству члена Совета магов Дариана Агнесса, был разрушен чуть ли не до фундамента. Хотя он сам виноват - сказал, что хочет перестроить дом и выставил на стол три пузатых бутылки крепкого коньяка...
  - Ник, - с надеждой посмотрела на меня Мариан. - А может, ты проводишь нас? А то я, похоже, забыла, - она кокетливо потупила взор, - где находится гостиная. А твоя... - на миг она поморщилась, словно повеяло чем-то неприятным, - девушка... пускай будет встречать гостей. О, ведь с ней может остаться Адри... - она умоляюще состроила глазки своему братцу. - Ты же не оставишь в беде даму?
  Адриан скривился, а я, почему-то сразу представил, как иду с Мариан, и вдруг гаснут все факелы... Мне даже на мгновение стало не по себе - это ведь хуже, чем быть задушенным в объятиях Лиры! Я не хочу такой бесславной смерти, ведь она меня порвет на лоскутки, чтоб отщепить кусочек на память, а перед этим грязно надругается над телом... Нет, уж лучше сказать Ирен, что я злодей-поедатель-деревенских-дур, и остаток жизни провести за толстыми стенами темницы дворца совета, чем добровольно пройтись наедине с Мариан по узкому темному коридору.
  - Конечно, - я нервно улыбнулся. Мариан радостно захлопала в ладоши, а друг, стоя за спиной сестры, покрутил у виска пальцем, показывая, что он думает обо мне и обо всех глупцах-героях, что добровольно лезут в пасть очередному чудовищу. - Конечно нет, моя дорог... Мариан.
  Магнесса сразу скисла, а Адриан показал большой палец, одобряя мои действия. Видно я вернул ему веру в мое благоразумие.
  Как только за друзьями закрылась дверь, принцесса мигом от меня отстранилась, напоследок ударив кулаком в руку.
  - За что? - возмутился я, потирая ушибленное место. Неужели она так надеялась, что я уйду и оставлю ее наедине с Адрианом?! Какое коварство.
  - За поцелуй, - прошипела девушка, намериваясь еще раз ударить для лучшего усвоения материала. - Мы не договаривались на поцелуй!
  - Но я же не в губы! - я попытался отойти подальше от воинственной девушки, ибо инстинкт самосохранения у меня был развит хорошо, но вот следующие слова ему перечили. - Или вы хотели, чтобы я поцеловал вас именно туда? Ну, извините, не понял ваших намеков, но вот в следующий раз...
  - Да вы! - мигом вспыхнула Ирен, - а... а ну стойте, трус! Следующего раза больше не будет, извращенец!
  Она только двинулась на меня с намереньем жестокой расправы, как неожиданно портальный круг вновь засиял и в комнате очутился последний член нашего собрания - Дариан. Член Совета магов растерянно осмотрелся, заметив в первую очередь Ирен, которая стояла ближе к нему, чем я.
  - Приветствую, - друг с удивлением рассматривал девушку. - Похоже, я ошибся в координатах или векторах. Извините за вторжение...
  Принцесса с таким же изумлением взирала и на моего друга - у него довольно примечательная внешность, которая была редкостью в наших краях. Дариан был довольно высок - ростом почти под два метра, и сухопар. У него были каштановые волосы, доходящие ему до лопаток и пронзительные светло-голубые глаза, из-за которых иногда казалось, что у него нет зрачков и неподготовленных людей это очень пугало. Вот и Ирен замерла, с неподдельным ужасом смотря на его лицо.
  - Дариан, привет! - я с опаской подбежал к принцессе и приобнял ее за плечи, чтобы перевести внимание Ирен на себя. - Ты не ошибся домом, просто она - моя невеста.
  Друг облегченно выдохнул и заметно расслабился:
  - Ты уж предупреждай заранее, - он устало провел рукой по лицу, прогоняя сонливость и заразительно зевнул. - А то у нас сейчас в отделе столько работы, что и забыться недолго. Еле удалось уйти... - вдруг он резко замер и внимательнее взглянул на принцессу. - Я не ослышался? У тебя появилась невеста?
  - Конечно, - я ухмыльнулся. - Дариан, позволь мне представить тебе Ирен. Ирен, познакомься с магистром Дарианом Агнессом.
  - Событие века... - задумчиво проговорил друг, под его пронзительным взглядом девушка смутилась и тихонечко отошла ко мне за спину, надеясь, что хоть такая преграда ее спасет. Наивная. - Да и имя похоже... - внезапно он тряхнул головой, прогоняя ненужные мысли. - Бр-р-р... Эта работа не вылезает из головы, уже в каждой встречной вижу пропавшую девчонку! Извини, Ник, за мое странное поведение, просто...
  - Понимаю, - кивнул я. Сам после бессонной ночи над расчетами веду себя не лучше - везде вижу цифры и формулы. Но стоит отдать Дару должное - хоть он и устал, но его взгляд все же зацепился за схожесть Ирен и принцессы, то есть, если это был бы не мой замок, то разговор с хозяином дома был бы совсем иным, а девушка через пару часов предстала бы перед очами своего августейшего папочки.
  - Очень приятно познакомиться, - улыбнулся друг принцессе и расстроено спросил. - Я опять, последний?
  Я кивнул. Дариан сокрушенно вздохнул - он все время опаздывал на встречи, хоть и старался успеть прийти раньше всех, чтобы лично поприветствовать выходящую из портала Мариан. А сейчас у него из-за одной королевской особы было довольно много работы, ведь Дар являлся главным поисковиком Совета магов, и если бы не "родовая защита" моего замка - то мигом ее нашел, но против такой защиты даже мастер поиска - а Дар именно мастер, - был бессилен.
  Он последний из нашей дружной компании магов. Как я говорил раньше, мужчина был несчастно влюблен в Мариан, которая его совершено не замечала... Дариан был по-натуре довольно спокойным, мягким человеком, являлся робким романтиком и кроме сестры Адриана у него была еще одна большая страсть - это кошки. О-о-о... у него дома всегда можно было встретить десяток усатых морд разнообразной расцветки, окраса и породы - он словно одинокая старушка-кошатница собирал со всей округи, не без помощи своего дара поисковика, этих урчащих созданий.
  - А Мариан уже прибыла? - с нежностью и с потаенной надеждой спросил маг. - Какое у нее настроение? - Дар на мгновение замолк, и смущенно отведя взгляд, тихо проговорил. - Просто, если у тебя есть девушка, значит она, наверное, очень расстроилась...
  Если Мариан с маниакальной настойчивостью следовала за объектом своего воздыхания, то Дариан с таким же завидным упорством пытался добиться внимания девушки. Что бы ни говорила сестра Адри, но все остальные видели точно - они были идеальной парой. И что эта помешанная нашла во мне?
  - А ты ее утешь! - я хлопнул по плечу друга, призывая того к активным действиям. - Это твой шанс. Я уверен, теперь она будет к тебе более... благосклонна.
  - Ты, правда, так считаешь? - Дариан словно засветился от счастья и пригладил рукой длинные волосы, подправил манжеты и воротник немного помятой рубахи, чтобы выглядеть в глазах возлюбленной во всей красе. Ирен, похоже, все правильно истолковав, заулыбалась за спиной друга.
  Я подошел к порталу, сел на корточки и, проведя рукой по мерцающим слабым цветом рунах, запечатал в них энергию мысленным приказом. Портальный круг перестал мерцать и закрылся. Больше гостей не ожидалось.
  - У меня такое чувство, что я вернулась во дворец, - пробормотала девушка, самая последняя выходя из комнаты, хотя Дариан давно убежал навстречу своей судьбе и услышать ее он больше не мог. - Любовные треугольники.
  Я усмехнулся. Это еще цветочки - просто она еще плохо знала моих друзей, а гости, которые сегодня посетили мой замок, это далеко не весь их список...
  
  
* * *
  
  - Все члены в сборе, так что я объявляю заседание открытым. На повестке дня главная новость, которая шокировала весь наш дружный коллектив. Наш славный член, выдающийся работник нашего магического сообщества, красавец и просто отличный парень, женится. Наш коллектив очень горюет об утрате такого завидного парня... - Филгус показно пустил слезу - Наши ряды холостяков с каждым годом все редеют и редеют....
  - Да ладно тебе Фил, - усмехнулся Адриан. - Ну и что, что я женюсь. Сам ведь уже давно не холостяк и я что-то не вижу, как ты страдаешь.
  Мы только что пришли в гостиную и уселись на диваны и кресла: я и Фил на один диван, Адри и Мариан на второй, стоящий напротив нас, Дариан же решил сесть в кресло и кажется, немного задремал, утомленный тяжелыми рабочими буднями в Совете. Ирен здесь не было - сразу же, как только мы вошли в комнату, ее взяла за руку неугомонная женушка Фила и куда-то утащила. Я, признаться честно, даже немного беспокоился за судьбу и психику принцессы, ибо зная характер Лиры и упертость Ирен в некоторых вопросах моей биографии, можно было с уверенностью сказать, что красноволосая бестия выпьет из нее все соки... А потом, обратив Ирен в свою веру, они уже вдвоем примутся за меня, хотя надеюсь, что это только мои необоснованные страхи... Я очень на это надеюсь.
  Так что, попрощавшись с двумя заговорщицами и рассевшись по местам, Филгус взял вступительное слово и рассказал всем о великой утрате.
  - Но я вспоминаю об этом времени с потаенной нежностью и ностальгией! - резко возразил Адриану мой названный брат. - Вот поймешь, как я был прав, когда поживешь с мое в браке. На холостяка не кричат за разбросанные носки, бардак в лаборатории и не напрягают нудной физической работой, вроде починить крышу после взрыва реагентов или стать персональным носильщиком для похода по лавкам!
  - Еще как кричат, - возразил Адриан, косясь на сестру. - Постоянно кое-кто не доволен. Так что после сестренки мне уже никто не страшен.
  - Ах ты, бессовестный! - закричала Мариан, и, схватив диванную подушку, стала лупить ею брата. Друг попытался защититься руками от праведного гнева своей сестры и одновременно выхватить грозное оружие из ее рук. - Я ему готовлю, слежу за хозяйством, прибираюсь, стираю грязную одежду! А он еще не доволен!
  - Вообще-то мне казалось, что это делает наша домовая!
  - Но как ты думаешь, кто ею руководит! - Мариан сделала сильный замах, чтобы очередной раз ударить подушкой брата, но тот выхватил ее из рук и закинул к окну, подальше от впечатлительной магнессы. - Какой несчастный трудяга! Заставляют его немного поработать ручками!
  Я усмехнулся. Опять Адри и Мариан друг с другом спорили и ругались, еще немного и это войдет в традицию - будем начинать нашу встречу с обязательной перепалки этих двоих. Мне даже страшно представить, что происходит у них дома и интересует, почему они еще не разъехались!
  - Поздравляю Адриан, - сказал я, искренне радуясь за друга. - Вот только почему ты не привел к нам свою будущую супругу? Мы должны увидеть ту, что завоевала твое сердце. И самое главное, когда успел, ведь ты постоянно в разъездах?!
  - Она занята, - вздохнул друг, отсаживаясь подальше от сестры, видимо опасался повторного нападения. Мариан, вздернув подбородок, тоже села на другой конец дивана. - Я познакомился с ней в своем прошлом путешествии и привез к нам в королевство. А так как она довольно хороший целитель, то буквально на днях устроилась работать в госпиталь Парнаско. А сам, понимаешь, у целителей дел невпроворот... Так что ближе к осени с ней познакомитесь, - он ухмыльнулся, - на свадьбе.
  - Боишься, что уведут? - засмеялся Филгус и кивнул на посапывающего в кресле Дариана. Бедный, замученный жестокостью Председателя Совета маг, в кое-то веке решил отдохнуть всласть, опрометчиво уснув в присутствии затейника-Фила. Это он на людях спокойный и благоразумный, а в компании может и подшутить над уставшим другом, чтобы его наконец-то растормошить. - Ох, Дариан, - цокнул брат, сокрушенно покачав головой. - Ох, горе-любовник... И из-за него нам не налюбоваться на пленительницу Адри!
   - А в какой она области специалист? - попытался я вернуть разговор в нужное русло и одновременно спасти Дара от "внимания" своего коллеги. Меня заинтересовала невеста Адриана с профессиональной точки зрения. - Или же ты умудрился привести на радость главы госпиталя полного целителя?
  - Нет, ей до твоего уровня еще очень далеко, - улыбнулся друг. - Она работает только с грудными органами и мягкими тканями. Да и полных целителей, которые могут полностью исцелить организм пациента, мало. Из нашей страны я знаю только тебя и главу Парнаско. Но и ты, к сожалению, уже давно оставил практику...
  Я скривился. После того, что было по вине одного короля, я даже на госпиталь смотреть нормально не могу, не то что исцелять...
  - Адри, не делай трагедию из ничего! - махнул на черноволосого мага Филгус и положив свою ладонь на мое плечо. - Ник давно нашел себя в другом деле и весьма в нем преуспел! Какие изумительные у него выходят коты...
  Я чуть не хлопнул от досады себя по лбу - этот прохвост решил рассказать о моем "удачном" опыте всем вокруг!
  - Где коты?! Когда коты?! - на кресле мигом встрепенулся Дар, услышав заветное слово из трех букв. Его сонливость как рукой сняло - он стал крутиться по сторонам, высматривая драгоценное мяукающее животное.
  - Мари, сделай кошачьи ушки, - усмехнулся Адриан, подтрунивая над сестрой. - Видишь, человек просит кошечку.
  - О! - Дариан с надеждой взглянул на свою "вторую любовь", видно сполна оценив соединение в одном двух его страстей. - Это было бы чудесно!
  Мариан заметно скривилась и надменно фыркнув, отвернулась. Осчастливить поисковика, видно, сегодня не входило в ее планы. Она вообще, как только услышала о моей женитьбе, стала вести себя тихо и мирно. Какая благодать...
  - Давайте спросим у Ника, как он нашел себе такую очаровательную девушку, - весело сказал ее брат, видно намереваясь вдоволь насладиться сложившейся ситуацией. - Правда, Мари, она очень ему подходит?
  Волшебница фыркнула и гордо произнесла:
  - Эта фифа его не достойна! Вот я бы...
  - Мы уже прекрасно знаем, что бы ты сделала с Ником, - Адри перебил сестру, схлопотав от нее гневный взгляд. - Ты бы его в первую брачную ночь съела, как самка черной вдовы. Ты ведь только этого и ждешь, упырица.
  Мариан запустила в брата второй диванной подушкой, но тот с легкостью ее поймал.
  - Вообще-то Ирен не девушка Ника, - признался Фил и все недоуменно повернулись к нему. - Это я придумал такую легенду для своей жены. Вы ведь знаете, как иногда бывает длин ее язык - она может нечаянно проболтаться.
  - Как хорошо, - облегченно вздохнула Мариан и сразу с надеждой воззрилась на меня, от чего по моей спине пробежали мурашки. А я уж надеялся, что сегодня мне удаться отдохнуть от ее приставаний, что ж, видно не судьба. Но хуже всего было Дару - несчастный маг молча страдал в стороне, не отрывая свой тоскливый взгляд от сумасбродной волшебницы... Ну почему, Мариан взбрело в голову соблазнять именно меня?! Выбрала бы себе в объект воздыхания Дариана, тот бы с радостью согласился и всю жизнь носил бы ее на руках, исполняя любую ее прихоть. Нда... мне что-то сразу стало его жаль... Нет, все же она ему не пара, ибо я не желаю другу такой пожизненной каторги.
  - Но.. если она не его девушка, то, что же она делает в замке? - недоуменно нахмурился Адриан, смотря то на меня, то на Филгуса - похоже, он все никак не мог понять нашей логики. - Это твоя внебрачная дочь, Ник?
  Я поперхнулся на полуслове воздухом, Мариан воззрилась на меня как на изменника, а Фил, предатель, стал мерзко похихикивать в кулак. Да, дочь, внебрачная... которая взяла своей целью свести несчастного папеньку в могилу своими подозрениями и "шутовским" расследованием.
  - А почему Лира может проболтаться? - с подозрением посмотрел на нас Дар, он был единственным, кого не тронуло предположение о моей "блудной" дочери. - Почему никто не должен знать об Ирен... - внезапно он нахмурился. - Погодите, только не говорите мне, что эта та самая девица, из-за которой я нормально не сплю уже которую неделю! - я и Фил переглянулись, а поисковик все продолжал разоряться, возмущенно сверля меня взглядом. - Что она делает у тебя в замке, Ник?!
  - Этот вопрос я себе задаю каждый божий день, - вздохнул я, разведя в сторону руками. - И почему на меня все время сваливаются неприятности?
  - О да - это пропавшая принцесса, - хмыкнул Филгус. - Мы ее ищем по всей стране и даже за ее пределами, а она скрывается в самом неожиданном месте - у мага, который на дух не переносит род Келионендора.
  Пару секунд в гостиной стояла тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов. Я спокойно наслаждался этим мгновением, потому что знал, что сейчас начнется беспощадный допрос, который мне организует самая пострадавшая сторона этой истории - Дар. Он так-то человек тихий, даже чуток меланхоличный, но вот когда его задевали за живое в нем просыпался настоящий безжалостный зверь. Нет, он не будет кричать, разоряться по-поводу, что его обманывали, поисковик не хуже дознавателя Совета выпытает всю историю, надавит на совесть да так, что это будет казаться невыносимой пыткой, а потом вынесет свой строгий вердикт.
  Первым, безмолвие нарушил Дариан с укоризной на меня посматривая, но без того опасного огонька в глазах, который появлялся, когда в нем просыпался монстр.
  - Сказал бы раньше, - вздохнул друг, постукивая пальцами по подлокотнику кресла. - Мне Председатель все нервы истрепал, я бессонные ночи проводил за поиском принцессы... Так устал... - он заразительно зевнул и продолжил свою обличительную речь более сонным голосом. - Вот если бы не это - я бы тебя...
  - Подождите! - перебил его Адри, с любопытством на меня посматривая. - Мне вот интересно, как она у тебя очутилась?
  Мага никак не задела эта история с исчезновением Ирен, потому что он только недавно прибыл из другой страны, да и работал далеко не в департаменте поиска, который в панике искал нахалку. Ему было интереснее послушать историю как она очутилась у меня, ведь это было "целое приключение", а Адри, как прирожденный авантюрист обожал приключения.
  Я вздохнул, тоскливо взглянув на своих будущих слушателей - все, кроме Мариан, выжидательно на меня смотрели, настроенные на полноценный захватывающий рассказ. А что он будет именно таким, никто из друзей не сомневался ибо из всей нашей компании только я умудрялся найти на свою голову приключения даже там, где их в природе быть и не должно.
  Ну что, слушайте.
  Я коротко рассказал магам, как нашел принцессу, и какого Настерревиля она забыла в моем замке, а не сразу уехала туда, куда собиралась. Потом еще минут пять выслушивал обидный смех друзей, ибо поверить в то, что я могу красть девиц для каких-то ритуалов они не смогли... Ну вот, так и становись Темным Властелином - никто не поверит.
  - А как ты тогда умудрился уговорить ее стать на время твоей девушкой? - сквозь смех спросил Адриан, оценив с полна мое "происшествие" и прижимая к себе несчастную подушку.
  - У меня есть свои секреты убеждения, - туманно проговорил я, вспоминая, скольких мне сил пришлось приложить, чтобы заставить Ирен вести себя прилично.
   - Мне даже страшно представить какие секреты, - с намеком проговорил Адри и подмигнул мне, - если она липла к тебе даже похлеще Мариан. Вы ворковали друг с другом, как настоящие голубки.
  - Где?! Когда?! - воскликнул Фил, пропустивший сие представление и возмущенно на меня посмотрел. - Почему я не видел, как вы ворковали?! Почему?! Почему ты скрыл от лучшего друга сие факты?
  - Потому что это был маленький спектакль для одной настойчивой особы, - нехотя признался я и заслужил еще одну порцию смеха от Адриана и красочный рассказ, специально для Дара и Фила о теплом приеме у портала будущей четы Ленге.
  - Как жаль, - грустно вздохнул Дар, выслушав до конца рассказ Адри. - А я уже понадеялся, что у меня будут хоть какие-то шансы... - и мимолетом поинтересовался. - Ник, а как долго я могу изображать активную деятельность по поиску принцессы? А то боюсь, что меня Председатель скоро съест с потрохами и ведь не подавится, зараза.
  - Не съест, - успокоил друга Филгус. - Ты же у нас лучший поисковик! А если даже ты не можешь найти принцессу, значит, - он притворно огорчился, - на все воля Великой. Видимо, Элисень, страстно не желает, чтобы девушку находили.
  - Этого страстно не желает защита замка, - пробурчал Дар, скрестив на груди руки. - Я Председателю уже сто раз объяснял, что я не могу найти человека, если на нем стоит защита магистра магии, но он все равно пищит, чтобы я продолжал поиски. Мелкий "гнусиус пердариус".
  - Ну, не надо так явно намекать на маленький рост нашего уважаемого председателя, - усмехнулся Фил, с укоризной взглянув на коллегу. - Он не виноват, что такой вредный как "упрямиус скотиниус".
  - По сравнению с моей матушкой, - возразил Адриан, - уважаемый Рагнесс Партар ангел во плоти. Неужели, многоуважаемый магистр Нестелл не кричит на Собраниях?
  Две жертвы произвола своего начальства переглянулись и синхронно скривились, видно, припомнив свои тяжелые будни в качестве членов Совета магов. По словам Филгуса руководство магического сообщества давно превратилось в смертельную дуэль между Председателем и его заместителем, и остальные члены выступали в роли зрителей, которые иногда огребали от Партара люлей за "безделье".
  - В последнее время Совет магов словно какое-то шутовское представление, - вздохнул Филгус, решив поведать остальным о тяготах своей службы. - В главных ролях - твоя матушка и Председатель Партар, а всем остальным приходится выслушивать их крики и глотать успокоительное. У нас царит уже которую неделю дурдом и все из-за одной принцессы.
  - Еще пара таких заседаний и я не выдержу, - пробормотал Дар, сонно на нас посматривая. - Поспать толком на собраниях не удается - все им не уймется!
  - Да какая разница, - фыркнула Мариан. - Ничего, переживете пару собраний. Мне вот интересно другое - надолго ли остается в замке Ника эта... принцесса?
  - Может до весны, - я пожал плечами, ибо сам не ведаю, как долго Ирен намерена мотать мне нервы, но ведь не выкинешь ее за это, как шкодливого котенка на улицу. Пускай, хотя бы станет тепло, чтоб потом совесть не замучила... - Закончит свои бесплотные поиски и сразу, как ей надоест, отправлю ее в Ривен к герцогу. Пускай потом сама разбирается со своими проблемами.
  - Одно хорошо, что она в безопасности, - вздохнул Дар и устроился поудобнее в кресле, подложив себе под голову подушку. - Теперь хотя бы я могу спокойно поспать. В теплой, уютной постельке... - не договорив фразу, он, довольно причмокнув, закрыл глаза и кажется, задремал... по крайней мере, упрямая складка на его лбу разгладилась, а на губах появилась улыбка.
  - Зато у меня морока уворачиваться от летающих предметов, - пробурчал я, массируя виски, даже вспоминая Ирен, у меня начинала побаливать голова. У этой девицы нет ни воспитания, ни такта, ни ума...
  - Тебе повезло дружище, - по-секрету поведал мне Адриан, осторожно косясь в сторону единственной дамы в нашем коллективе, - она хотя бы в сто раз лучше моей сестры.
  - Что?! - воскликнула Мариан. - Я ее лучше! Запомни.
  - Конечно ты лучше, - сквозь сон пробормотал Дар. - Ты образованная... красивая и умная... волшебница.... и красивая... очень красивая... нежная, чувственная...
  Дар еще много бормотал лестных эпитетов Мариан, но с каждой фразой его слова становились все неразборчивее и тише, а потом и вовсе затихли. Со стороны кресла послышалось сонное посапывание и размеренное дыхание. Утомленный тяжелой работой поисковика, магистр Дариан Агнесс первым покинул нашу замечательную компанию и что примечательно, не выпив не одной рюмки спиртного.
  Но девушка, ради которой старался друг, пропустила мимо ушей лестные высказывания и, как только он заснул, материализовала из пространственного кармана коробку печенья. Гостиная заполнилась сладковатым ароматом свежей выпечки, и я отвернулся к Филу, пытаясь не вдыхать манящий запах, ибо знал, что это очередная ловушка. Мариан всегда на собрания приносила для меня что-нибудь сделанное своими руками, а так как она мастер любовной магии, то, естественно, брать из ее рук съестное было чревато довольно неприятными последствиями. Но вот магистр Нестелл не собиралась прекращать свои бесплотные попытки, каждый раз подсовывая мне новые шедевры кулинарного и магического искусства.
  - Ники, я специально для тебя приготовила это чудесное печенье, - проворковала она, протягивая мне коробку с ароматной выпечкой, - как ты любишь, с шоколадной крошкой...
  Я сглотнул, сердце застучало быстрее - сил сопротивляться с каждый мгновением становилось все меньше и меньше, я вцепился в обивку дивана, сжал губы, зажмурился и задержал дыхание, надеясь, что хоть это удержит на меня на месте. О. Великая, что она со мной творит... что творит-то, а! Какая женщина!
  Шоколад я обожал, но ел лакомство очень редко и на то были свои причины, напрямую связанные с родом деятельности Мариан. Его манящий вкус и аромат сводил меня с ума, заставлял совершать экстраординарные поступки, из-за которых страдал я и окружающие, но вот побороть эту слабость я был не в силах и друзья об этом знали. Нет, я пытался себя контролировать и воспитать стойкость к лакомству, но вот найти антидот к любовному зелью было уже невозможно... И теперь Мариан каждый раз готовила что-нибудь с шоколадом, и каждый раз я не мог противиться своей слабости, хотя знал, к чему это может привести.
  - А много шоколада? - дрожащим от волнения голосом спросил я, а руки уже тянулись к коробке. Внутри все трепетало от предвкушения, разум вопил не трогать, но постепенно его крик сходил на нет. - И какой? Молочный или темный? Из какого города? Хотя не важно!
  - Самый лучший шоколад. Специально для тебя, - волшебница хищно улыбнулась, уже предвкушая победу... До коробки оставалось всего несколько сантиметров.
  Вдруг меня резко утянул на диван Фил, с удвоенной силой став удерживать на месте. Хватка у друга всегда была крепкая, да и ничего удивительно, при такой-то энергичной и непоседливой жене.
  - Мариан, как тебе не стыдно использовать в своих целях слабости других, - укорил волшебницу лучший друг. Я пытался вырваться, но победа была явно на стороне Фила - бороться с самим собой и одновременно, с другом было слишком сложно. - Сама ведь виновата, что у Ника такая безумная любовь к шоколаду!
  - Я не виновата! - оскорблено заявила другу волшебница и убрала обратно в пространственный карман свое печенье, видно поняв, что и на этот раз ее попытка потерпела полное фиаско. - Кто же знал, что он полюбит шоколад, а не меня?!
  Я тихо страдал, проводив тоскливым взглядом исчезнувшее шоколадное печенье... Ну почему, я не могу побороть эту зависимость! Почему?!
  А ведь вся эта история с любовью к шоколаду началась вполне невинно. Лет двадцать назад Мариан только начинала делать свои попытки завоевать мое внимание обычными способами: будь-то откровенные наряды, томные взгляды и попытками вломиться ко мне в спальню ночью. Но у нее ничего не выходило - я оставался холоден к вниманию девушки, и тогда она решилась применить свои познания в любовной магии. Тогда Мариан только вступила на этот путь и ее творения были, мягко сказать, необычными. Скрывая ото всех свое новое увлечение любовными зельями, она приготовила для меня шоколадное пирожное и я, как наивный простофиля его съел, получив при этом стойкую любовь к шоколаду и опаску брать что-либо из рук магнессы.
  Но, как известно, противоядия от любовных чар нет, да и Мариан забыла рецепт, по которому теоретически можно было составить антидот, ибо, как выяснилось, она импровизировала. Первые года одержимостью шоколадом были самыми тяжелыми, и я чувствовал, что без возможности к нему прикоснуться, увидеть его - сойду с ума, но я все же справился... и не без помощи Фила. Зато теперь у меня был стойкий иммунитет на другие творения девушки, а она пыталась воспользоваться моей слабостью, что теперь превратилась в манию. Я пытался сопротивляться соблазнам. Хотя все же редко, но я ел шоколад - тайком покупал пару плиток и, закрывшись у себя в покоях, наслаждался лакомством.
  - Ты забыла, что было в прошлый раз, когда он попробовал... шоколадный пирог! - продолжал друг укорять волшебницу. - Ник успел откусить всего один маленький кусочек и покрылся зелеными пятнами!
  - Я доработала формулу, - возмутилась Мариан, сбрасывая с плеч мешающие смоляные пряди. - Да и на ком мне испытывать свои изобретения? Что ж, не хочет, так я и не заставляю. Я всего лишь предложила.
  Я отстраненно наблюдал за их диалогом. И почему у меня нет аллергии на шоколад?
  Фил меня освободил, и я нормально сел, горюя о том, что не попробовал лакомство. О, тающий во рту вкусный, липкий, тягучий шоколад! Как всегда нам не желательно быть вместе, но я буду ждать с тобой новой встречи. Я уже скучаю... Какой кошмар, не хватало еще спеть оду еде. Я плачу от своего бессилия противиться этому зову. Ненавижу любовные зелья....
   - Мариан, ну почему ты всегда играешь на моих хрупких чувствах?! - чуть не заплакал я, горюя об утрате. Через несколько минут воздействие аромата шоколада закончится, и я вернусь в нормальное состояние. - Пойми же ты, наконец, нам не быть вместе! Я к тебе ничего не чувствую! А Дар, - я кивнул головой на посапывающего друга, который даже не догадывался, какая трагедия разыгрывалась на его глазах, - добровольно, в здравом уме и в трезвой памяти желает побыть не только твоим подопытным, но и супругом! Почему ты не соглашаешься?
  - С ним скучно.
  Я скривился, поражаясь непробиваемому упрямству этой девицы. А как будто со мной весело! Ну не понимаю я женщин! Что она нашла во мне? Я склочный, язвительный человек, который будет проводить целыми днями в лаборатории, чем наедине с девушкой! Зачем ей такая морока?
  - Ладно, - хлопнул в ладоши Адриан. - Хватит об этом. Ребята, мы не виделись уже два года! Я скоро женюсь. Так давайте отметим нашу встречу и проводим, как следует мою холостяцкую жизнь! Предлагаю наконец-то перейти к главному и расслабиться по-настоящему!
  Адриан достал из пространственного кармана две пыльные бутылки с огненно-красной жидкостью и громко поставил на маленький столик. Дар встрепенулся в кресле и закрутил головой, осматриваясь по сторонам, видно ища источник шума. Его сонный взгляд наткнулся на бутылки, и он удивленно охнул.
  Фил взял одну бутылку и вчитался в этикетку.
  - Ого! - воскликнул друг. - Да это же Жаровка! Собственной персоной!
  Я тоже изумленно посмотрел на Адриана. А не многовато ли будет спиртного? Это алкогольная настойка на основе корня жорнявки являлась крайне крепкой, и человек, после одной маленькой стопки, сразу пьянен. А тут их целых две! Да и дороговатая настойка, примерно около десяти золотых за бутылку, если я правильно помню цены.
  - А не многовато? - все же спросил я у Адри.
  - Если останется, ничего страшного, - маг с легкостью откупорил бутылку и разлил ее по граненным рюмкам. - Ночь долгая, да и повод хороший.
  - Ты ведь прекрасно помнишь, что случилось в прошлый раз, - с подозрением осведомился я, - когда мы опрокинули пару стопок Жаровки?
  - Да я ведь сам хотел разрушить свой дом, - рассмеялся Дариан, включившись в разговор. - Даже помню, как вас уговаривал на это дело. К тому же я отстроил себе новый особняк и лучше прежнего! Мариан, хочешь, специально для тебя, я устрою экскурсию?
  - Нет, спасибо, потом как-нибудь посмотрю, - отказалась девушка. Ее брат спокойно всучил Дару первую рюмку...
  - А я, если честно, плохо помню тот день, - признался Фил. - Помню только, что проснулся в обнимку с каким-то фикусом, сидя в цветочном горшке, а вокруг одни руины... было довольно забавно...
  Я тоже плохо помню тот день - остались только обрывочные, не связные между собой воспоминания. Но в отличие от Фила я проснулся на дереве, причем до земли было довольно далеко - до сих пор гадаю, как я там очутился. И друзья не помнят, говорят только, мол, я всем хотел доказать, что умею летать и сидеть на ветке, как птица.
  - Магам пить нельзя, - я вспомнил неписаный закон, который обычно повторял учитель, дыша на меня с Филом жутким перегаром. - Я вот, напившись, становлюсь неуправляемым.
  - Ничего, - живо сказала Мариан, с надеждой взирая на свою рюмку. - У нас ведь праздник - мой любимый братишка женится!
  Я с сомнением взял свою рюмку, вглядываясь в свое отражение в янтарной жидкости. Жаровка, в отличие от другого известного мне алкоголя ничем не пахнет, только вкус, как будто глотаешь живой огонь и сладкое карамельное послевкусие.
  - Да ладно, - махнул рукой Фил, хлопая меня по плечу. - Мы ведь, напившись, никогда не шалим, - и с намеком закончил, - только если этого не пожелает сам хозяин.
  Я погрозил пальцу Филгусу - знаю его, только дай повод и найдет на свою голову приключения. Ладно, так уж и быть, ведь не зря я столько лет проработал целителем, и снять признаки похмелья для меня легче, чем исцелить колото-резаную рану. Да и отметить надо встречу как полагается!
  
  
  
Глава 5. Секреты спальни злого колдуна
  
  Первое впечатление порой ошибочно.
  Как и второе, третье... десятое.
  Легче прожить с человеком всю жизнь,
  чтобы полностью понять его душу
  
  Ирен
  
  Не успела я зайти вслед за Никериалом и его другом в гостиную, как меня схватила за запястье жена магистра Гоннери и, не слушая возмущений такому хамскому поведению, куда-то потащила. Нет, не просто хамскому, а отвратительному поведению! Со мной прежде никогда так непочтительно не обращались!
  Лира Гоннери с первых минут меня поразила - роковая красота, достойная будуаров придворного двора, впервые заставила искренне завидовать: точеной фигуре, высокой полной груди, чувственным губам, шикарным волосам насыщенной красноватой меди и бледной, словно фарфоровой коже. Но все достоинства перечеркивал один существенный недостаток - она была не воспитана, груба и фривольна, словно девка с базарных торгов. Я привыкла к манерам, этикету, и ожидала от окружающих хотя бы элементарной вежливости в общении с представительницей королевского рода, и до сего момента должное почтение сполна получала, но Лира... Сперва она решила задушить в своих объятьях Никериала, а потом же накинулась на меня! О, Великая, еще никогда я не чувствовала себя такой беспомощной и опозоренной!
  От госпожи Гоннери так и веяло энергией, немыслимой для людей жаждой жизни, словно она пыталась успеть сделать как можно больше, прежде ее заберет в свою обитель Богиня Элисень. И эта суетность, с которой она все совершала, немного пугала и нервировала - ведь было совершенно неизвестно, что эта женщина учудит в следующий момент! И, похоже, в этом я была полностью солидарна с колдуном - он от нее шарахался, как демон от священнослужителя и наотрез отказывался приближаться к жене магистра на расстояние вытянутой руки.
  Лира, вцепившись в мое запястье, словно бульдог, привела меня в какой-то узкий закоулок между лестницами. Я резко вырвалась из ее захвата и прошипела, пылая от возмущения:
  - Что вы себе позволяете?!
  Мне, конечно, хотелось сказать многое, например о том, что ее за такое обращение к члену королевской семьи могут осудить, что она невоспитанная девка каких свет не видывал, что она позорит своего добропочтенного мужа и его род, но я сдержалась. У меня, в отличие от некоторых, есть воспитание и манеры, а опускаться до оскорблений и угроз я считала ниже своего достоинства. Естественно, это правило не было применимо к Никериалу - злые колдуны не люди, а чудовища.
  Госпожа Гоннери на мое восклицание даже не повела и глазом. Она замерла на месте, как-то по-странному на меня посмотрев. От ее взгляда мне даже стало не по себе - было в нем что-то дикое и злое.
  - Я тебя узнала, - тихо усмехнулась она. От прежде веселой и беззаботной женщины повеяло опасностью, словно передо мной предстал совершенной другой человек - хищник, что учуял свою добычу. - Это точно ты - Ирен Келионендорская. Я не могла ошибиться... - я попятилась назад, но Лира вмиг очутилась рядом. - Что ты здесь делаешь? Смерти его желаешь?
  Ее холодные пальцы вцепились в мою шею с невероятной для хрупкой женщины силой. Стало трудно дышать. Я попыталась разжать ее пальцы, но все бестолку, даже закричать не получилось, чтобы позвать на помощь! Внезапно резко отпустила меня. Я упала на холодные каменные плиты и хрипло закашляла, держась за горящую огнем гортань. Великая, что происходит?! Что эта сумасшедшая от меня хочет!
  Тяжело поднявшись на ноги, я с ненавистью посмотрела на эту предательницу, намереваясь совершить контрудар, но не успела - эта бестия внезапно прижала меня к стене, и, достав откуда-то маленький ножик, приставила к моему горлу. Мне стало по-настоящему страшно, я даже лишний раз глотнуть боялась, ибо не знала, что творилось в голове этой сумасшедшей. А вдруг она решила не брать меня в заложницы, а прирезать?
  Женщина была так близко, что я чувствовала ее тяжелое дыхание. Она пристально смотрела на меня, а ее губы расплылись в легкой полуусмешке.
  - Я повторяю в последний раз, - прошептала Лира, наклонившись к моему уху. - Что. Ты. Здесь. Делаешь, - она легонько провела холодным лезвием по моей шее. - Я узнала тебя, принцесса из рода Келионендора, мастер меча и ученица Гая Рескинского. Что ты забыла в замке у Ники? Зачем, такая как ты, подобралась к нему так близко? Убить?
  Я, не отрывая взгляда от Лиры, улыбнулась. Пока она болтала, мне удалось незаметно вытащить спрятанный в складках одежды кинжал. Девушка сперва недоуменно посмотрела мне в глаза, а потом, видно наконец-то почувствовав мое оружие на уровне своего живота, улыбнулась. Ее напряженная улыбка и холодный пронзительный взгляд заставили меня сильно нервничать. Неужели ей недорога жизнь? Да и эти разговоры про колдуна... Она думает, что я подосланный убийца? Какое невежество. Зачем человеку королевской крови заниматься таким грязным делом? Для этого есть более умелые профессионалы. И откуда она знает обо мне такие подробности? О, Великая, ей наверняка прекрасно известно, что я сбежала из дворца! Неужели она хочет меня вернуть и получить вознаграждение от отца?
  - Больно мне нужно лишать его жизни, - как можно надменнее проговорила я, стараясь, чтобы голос случайно не дрогнул и не выдал мой страх. Горло все еще саднило, и мой голос звучал хрипловато. Если она попытается надавить сильнее на артерию, то я, конечно, успею пару раз нанести удар, прежде чем лишусь жизни от потери крови, но такой печальный конец меня не радовал. - Я здесь совершенно по иной причине - я ищу улики его злодеяний!
  Женщина неверяще на меня посмотрела, удивленно изогнув бровь:
  - Улики злодеяний Ники? Ты смеешься?
  А сказав это, сама засмеялась, заливисто и громко.
  Я даже слегка обиделась:
  - Он злой колдун, который погубил множество невинных жизней! Все в нашем королевстве об этом знают!
  Лира засмеялась сильнее, что даже убрала от моего горла приставленный нож. Я, облегченно вздохнула и на всякий случай ощупала шею - осталось неприятное ощущение, что мне все же поцарапали кожу. Никогда не чувствовала себя настолько беспомощной - энергия этой женщины давила на меня, словно могильная плита. Кто же она такая?
  - А ты смешная, - жена магистра Гоннери, как ни в чем не бывало, приветливо на меня посмотрела. Я невольно напряглась, а вдруг это какая-то новая уловка, чтобы притупить мое внимание и совершить атаку? - И смелая, - она оценивающе на меня взглянула. - Красивая, образованная, но, к сожалению, глупая. А жаль, была бы такая хорошая партия Нику.
  - Глупая? - задохнулась от возмущения я. Меня еще никогда так не оскорбляли. - Я - глупая?!
  Сперва она угрожает, потом покушается на жизнь члена королевской семьи, а сейчас оскорбляет?! Великая, эта женщина не в своем уме! Я не глупая и никогда такой не была! Ладно, я уже привыкла к издевательствам Никериала, да с колдуна и спрос небольшой, но больше потешаться над собой я не позволю! Хватит с меня одного шутника, невежи и хама!
  Но только я открыла рот, чтобы выразить всю степень моего недовольства, как меня вновь перебили. Лира цыкнула, предупреждающе подняв вверх указательный палец:
  - А ну тихо! Свои недостатки надо с достоинством принимать и пытаться исправить, а не начинать орать на весь замок! Деточка, я тоже умею голосить и почище тебя, так что не будем устраивать состязания "кто кого переорет", а спокойно пойдем. Ты так не считаешь?
  Я тихонько кивнула головой. Почему то возмущаться и кричать мне резко перехотелось. Она мне напомнила мою няньку, когда я была еще малышкой - за мной приглядывала старенькая фрейлина, которая в таком же повелительном тоне пыталась меня воспитать. Но Лире до почтенного возраста было еще далеко, а говорила она точь-в-точь, как моя воспитательница. Да вот только следовать за ней мне не слишком хотелось - еще не понятно, что у этой женщине в голове, вдруг она вновь попробует на меня напасть, когда я расслаблюсь? А, может, попытаться от нее убежать? Хотя бы в ту же гостиную, поближе к Никериалу и к его друзьям, да только не ясно, вдруг они с этой сумасшедшей заодно?
  Лира поднялась по лестнице на пару ступенек наверх и. обернувшись, повелительно на меня посмотрела:
  - Ты идешь? - а заметив мою нерешительность, засмеялась. - Да не бойся, трусишка! Обещаю, больше пугать не буду. Где твой дух авантюризма? Где та безрассудность, присущая молодым? - я нахмурилась, не понимая, к чему эта женщина клонила. - Хотя... если ты не желаешь вывести на чистую воду Ники и посетить его святую святых, то я не настаиваю.
  Захотелось тут же спуститься с ней даже в Преисподнюю к Настерревилю. Разум кричал мне, что это, возможно, ловушка, а Сердце неслось вперед навстречу новым приключениям и раскрытия главной тайны злого колдуна. Поддавшись безрассудству, я поспешила за Лирой, а ходу пряча кинжал. Жизнь ни что, правда - все!
  - А куда мы пойдем? - решила уточнить я, догнав жену магистра Гоннери. Сердце бешено стучало в груди, в томлении дожидаясь раскрытия правды. - Вы знаете, где Никериал прячет трупы убиенных девушек?
  Лира заливисто захохотала и приобняла меня за плечи:
  - Как куда? А с чего начинается настоящее расследование? С личной комнаты подозреваемого! - женщина подмигнула мне, и с придыханием прошептала. - Скажи, ты ведь была в его спальне?
  Я посмотрела на Лиру как на умалишенную - что значит была? Вдруг на меня внезапно снизошло озарение, и я залилась румянцем. Не может быть! Она ведь не намекает на такое бесстыдство. Я приличная девушка, к тому же дочь короля! Да и как она может намекать на меня и на этого... этого мерзкого колдуна! Да я как вспомню его лицо, меня сразу начинает трясти от негодования!
  - Нет! - возмутилась я, чуть не отшатнувшись в ужасе от этой страшной женщины. - Никогда! И ни за что в жизни!
  - Но вы же играли перед нами роль влюбленных, - еще шире улыбнулась жена магистра Гоннери. - И скажу тебе, милая, так хорошо играли...
  - Я ему не невеста! - поспешно замотала головой я. О, Великая, с ней я даже позабыла манеры! - Просто Никериал попросил при гостях сделать вид, что мы пара. Да и неприлично же, что незамужняя девушка остается наедине с мужчиной, и я решила, что такой вариант был приемлемым, чтобы не испортить свою репутацию. А так, он ни в коем образе не прельщает меня как...
  - Так значит, ты не была его в спальне? - перебила меня женщина.
  - Конечно, нет!
  - Вот и отлично! - обрадовалась Лира и вновь, крепко схватив меня за руку, куда-то потащила. Но в этот раз я не стала сопротивляться - мне самой было интересно узнать, где находилась опочивальня колдуна. - Да и не волнуйся, милая. Я подозревала, что Ники сделает что-то вроде этого, чтобы отделаться от назойливого внимания Мариан. Бедняжка все пытается завоевать его любовь - а он от нее нос воротит. И правильно, кстати, делает! Но все равно, беспокойно мне за Ники, у него же на уме одни исследования! Заперся в этом пыльном сборище пауков, нос на улицу не высовывает, с нами так редко общается! Захудает же со всем один! Но и ты, пойми, мы же не можем постоянно быть рядом, у нас своя жизнь, семья, работа, а Ники... - она печально вздохнула. - Я даже не знаю, что может прийти ему на ум. Он так изменился... Может и вправду, свернул не на ту дорожку? - и, остановившись, женщина внезапно воскликнула. - Семью ему надо завести! Срочно!
  Лира говорила весьма быстро, я успевала лишь осмыслить часть речи, которую она пыталась до меня донести, да и кивать, когда она оборачивалась ко мне, словно проверяя, слушаю я ее или нет.
  - Мы проверим его спальню, - продолжила говорить она, когда мы свернули в какой-то коридор, - и если я там замечу, хоть какие-нибудь намеки на темные ритуалы, то он у меня пожалеет, что на свет родился! Конечно, Ники вряд ли занимается этим, но все же... Да и тебя надо убедить. Ты ведь мне на слово вряд ли поверишь, а факты уговорят в мгновение ока.
  Я скептически вздернула бровь - не верилось, что посещение спальни колдуна меня переубедит. Он ведь может прятать улики где угодно! Кстати, а почему мы идем именно в его опочивальню? Неужели все злые волшебники хранят ритуальные принадлежности и темные гримуары под подушкой?
  Внезапно представилось, как Ник посапывая, сладко спит, подложив под щеку толстую черную книжку, на которой большими буквами написано "Мои злодейские планы". Или же он хранил в спальне свой личный дневник? Мое Сердце в предвкушении забилось сильней. Я хочу прочитать его дневник! Вперед, совершим праведный налет на комнату колдуна! Освятим его владения словом Великой!
  
  Я чувствовала дежавю - вновь стояла около обычной на вид двери, за которой, возможно, скрывались главные улики злодеяний колдуна, и не решалась ступить в неизвестность. Но в этот раз я была не одна, со мной стояла жена магистра Гоннери, хотя, признаюсь, лучше мне от этого не стало. Эта... ненормальная вела себя крайне странно: она словно что-то вынюхивала, ползая чуть ли не на корячках возле порога, задумчиво хмыкая и цокая. Мешать ей я даже не пыталась - увольте, мне хватило и прошлого раза, более тесного с ней знакомства на лестничном пролете, - только наблюдала со стороны и поражалась тому, какой магистр Гоннери странный человек. Почему он выбрал в спутницы жизни ту женщину? Что в ней нашел привлекательного? Нет, я не спорю, внешне она неописуемо красива, но ее поведение, манера подавать себя и вести диалог оставляли желать лучшего. Да она просто умалишенная истеричка! Но, признаю, было в ней что-то такое, что заставляло подчиняться...
  Интересно, а что хранил под подушкой Никериал? Какие у него мечты и планы? Может, я найду в его спальне дневник? Даже у моего Его Величества он был, куда отец записывал важные мысли и отмечал дни собраний с министрами. А у мага, который занимается сложными опытами, он должен быть обязательно! Не хранит же Никериал все в своей голове? Так и забыть свое имя не долго.
  Лира, в последний раз обнюхав дверь, вынесла свой вердикт:
  - Она заперта.
  Я шокировано на нее глянула, не веря в то, она говорила это Серьезно. Великая, с кем я связалась?
  - И это все? - осведомилась я. - Да я с первого взгляда могу определить, что она заперта!
  - Правда? - также удивилась женщина, как-то по-новому на меня взглянув. - Ты обладаешь магическим даром?
  - Конечно, нет, - как можно надменнее фыркнула я. Меня не учили теории магии. Да и зачем мне это надо? Намного проще владение мечом, чем заучивание разных скучных фраз. Или как там делается магия? Пассы руками? Копание в потрохах животных? А может танец нагишом под проливным дождем с бубном в руках?
  - А как ты тогда увидела магическую защиту? - нахмурилась Лира, но вдруг хлопнула себя по лбу, залившись смехом. - А-а, ты говоришь про обычный замок, а я-то подумала... Прожив столько лет об руку с магией, забываешь о таких простых вещах. Просто у нас в обиходе слово "заперта", подразумевает, заперта магически, что на нее наложена печать. Маги не обращают внимания на обычные замки.
  И зачем придумывать к существующим словам другие значения? Не будь их, многие люди бы перестали путаться. И стало бы поменьше казусов.
  Я вновь внимательно посмотрела на дверь. Обычная, сделанная из дуба, с большой медной ручкой. Вокруг нее не было никакого сияния и ничего не выдавало то, что она находилась под магической защитой. Непонятно, как Лира определила, что дверь заколдована?
  - Я не могу ее открыть, - вздохнула моя спутница по "великому заговору" и расстроено продолжила. - Моих сил и так еле как хватило, чтобы узнать, что дверь под защитой. Взломать печать я не в силах. Извини.
  Я тоже пригорюнилась. А я уже надеялась заглянуть внутрь спальни, предвкушала прочтение планов колдуна и его разоблачение! Но это же простая дверь, как она может помешать восторжествлению справедливости! Не понимаю!
  - А если попробовать вскрыть замок? - робко предложила я, задумавшись, как попасть внутрь.
  На что Лира хмыкнула, подошла к двери и, достав ножик, со всего размаху воткнула его в деревянную дверь. По ней прокатилась еле заметная вспышка света, а нож словно застрял в воздухе, не достав до деревянной поверхности лишь пару сантиметров.
  - Вот что означает "магическая защита", Ирен, - пояснила жена магистра Гоннери, смотря на мое изумленное лицо. - Если бы я не добавила в нож импульс своей энергии, он бы отскочил от барьера, - она попыталась еще вытащить, но ножик не сдвинулся и на миллиметр, - а так он застрял! Мой любимый ножичек...
  Вдруг на двери белыми светящимися буквами стала появляться надпись. Я и Лира подошли поближе, вчитываясь в послание.
  
   " Дорогие дамы!
  Я, конечно, очень польщен к такому вниманию с вашей стороны, но:
  Мариан - даже если ты взломаешь защиту, знай, между нами все равно ничего не будет. Дай припомню, какая это твоя попытка? Десятая?
  Лира - конечно, это будет звучать по-детски, но я пожалуюсь Филу. Другой управы кроме твоего мужа на тебя, моя дорогая, увы, я не ведаю.
  Ирен - как вам не стыдно! А еще приличная девушка из благородной семьи. Вы разбиваете мне сердце своими выходками! И даже не пытайтесь сломать дверь. Знайте, что я по-любому не стал бы хранить хладные трупы "жертв" у себя в спальне. Уверяю вас, я не некрофил.
  Ну, а если это Милена, то слушай. Сколько раз тебе повторять, что бардак в моей комнате это мой творческий беспорядок, который категорически запрещается трогать! А то после твоей приборки я полдня по замку ищу вещи.
  На сим откланиваюсь,
  Ваш Ник"
  
  Я раза четыре вчитывалась в это послание, пока оно не исчезло. Каков нахал! Мало того, что он установил защиту, что попасть в его опочивальню не возможно, так он еще и поиздеваться решил! Да и над кем! Рядом со мной негодовала Лира, не веря, что на нее решили пожаловаться мужу. В этот момент мне хотелось придушить его собственными руками - он выводил меня из себя даже на расстоянии!
  Вдруг жена магистра Гоннери, целенаправленно направилась к соседней комнате. Я заинтересованно пошла за ней следом.
  - Что вы делаете? - спросила я у женщины, когда та вошла в полутемную комнату и стала деловито осматриваться.
  - Еще не все потеряло! - произнесла она, подойдя к окну и одернув шторы, впустив в комнату закатное солнце. - Можно попробовать забраться в спальню снаружи. Наверняка Ники и не подумал ставить защиту на окно...
  - Но это же полное безумие! Тут высоко и вы разобьетесь!
  На улице же зима, а карнизы скользкие! Она же может запросто поскользнуться и разбиться насмерть! Что же потом скажет магистр Гоннери? А как посмотрят на меня? Как на убийцу, что не смогла удержать от этого судьбоносного шага блаженную женщину?
  Лира на мгновение задумалась и, вздохнув, пожала плечами:
  - Да, ты права, это плохая идея, - я облегченно вздохнула. - Мариан же, вроде, уже пыталась пролезть в спальню к Ники через окно, он, наверняка, наученный горьким опытом, наложил заклятие и на раму. Как же я могла про это позабыть...
  Она устало присела на подлокотник ближайшего кресла и мы, пару минут молчали, наслаждаясь закатом. Небо окрасилось красным, солнце лениво уходило за горизонт, а облака обрели розоватый оттенок. Зимний лес стал выглядеть еще угрюмей, словно собрав в себе все тени. Скоро начинала властвовать ночь.
  Стекла украсили морозные узоры, которые искрились в лучах закатного солнца, от окна веяло холодом... Я подошла к нему, дотронувшись пальцами до стекла, чувствуя, как тонкая корочка льда таяла, а кусачий мороз покалывал подушечки моих пальцев. Может, как в детстве, писать на стеклах пожелания, чтобы Дух Зимы их прочел и исполнил?
  Я аккуратно вывела пальцем имя своего брата Ариана, и, поддавшись настроению, подрисовала над ним корону. Ари достоин быть королем, он умный, справедливый и всецело преданный стране.
  - Ники не может быть злым колдуном, - вдруг тихо начала говорить Лира, нарушив это безмолвие. Я, обернулась к ней, почувствовав, словно из нее разом выкачали ту неуемную энергию, оставив лишь пустую оболочку. - Кому как не мне это знать, тем более, если его призвание целительство! Но как я могу тебе это доказать, если мы даже не можем попасть к нему в комнату?
  Она так искренне пыталась мне доказать, что Никериал хороший, что это вызывало определенное сочувствие к ее непоколебимой уверенности и не желание переубеждать в обратном. Зачем рушить чье-то наивное представление о мире? Пускай считает, что Никериал добрый, но мы-то знаем, где скрывалась правда. Я вот тоже умела, как и он, строить глазки, да так, что все вокруг считали меня золотцем и ангелом во плоти. Но это же совсем не значило, что я святая.
  - Хорошо, - я мысленно махнула рукой, посчитав, что сегодняшняя неудача была лишь небольшим препятствием на истинном пути к разоблачению колдуна. - А, извольте осведомиться, что вы подразумеваете под словом "признание"?
  Почему маги всегда говорят непонятными словами, а потом еще возмущаются, что никто их не понимает? Вот и Лира взглянула на меня, как на необразованную деревенскую простушку и сокрушенно вздохнула, как будто я у нее спросила, как надевать носки. Почему они всегда стараются выставить из меня дуру?
  - Ты даже таких элементарных вещей не знаешь, а еще смеешь кого-то обвинять, - усмехнулась женщина. - Знай, призвание - это талант к определенной отрасли магического искусства. У обычных людей призвание тоже есть, только называется по-другому. Например, ты наверняка слышала такие фразы как "столяр от Великой", "мастер на все руки", только вот у магов оно немного глубже и зависит еще и от определенных черт характера, чувств и сердца человека: проницательный - станет видящим, сострадающий - отличным целителем. Например, мой муж видящий - он видит все, что скрыто и в сердцах людей, и в окружающей действительности. Редкий дар и очень ценный для Совета магов, поэтому Фила всегда отправляют наблюдать за событиями, которые волнует Совет. Думаешь, почему он стал бы лучшим другом злого колдуна? Потому что в Ники нет зла, он целитель, тот, кто может сострадать даже своему злейшему врагу!
  Я упрямо скрестила на груди руки - не верилось в такие отговорки, чтобы черты характера определяли признание! Чушь! Нет, я верю, что магистр Гоннери видящий, но все же даже честные и порядочные люди якшаются с негодяями. Теперь понятно, почему так придворные не любили, когда магистр Гоннери приходил с визитом к моему отцу. Кому захочется, чтобы тебе лезли в душу, видя все, что скрыто на сердце? Один недобрый взгляд магистра и человека могли надолго упечь в темницу, подозревая в заговоре.
  - Ник сострадающий? - сказала я, негодуя. Да кто поверит в эту несуразицу! - Он наоборот, ехидный и глумливый маг, что любит издеваться над честными, благородными людьми и ставить их в неловкое положение! Мерзкий, невыносимый колдун!
  Лира рассмеялась и упала с подлокотника в кресло. И что я сказала смешного? Это была чистая правда!
  - Ты такая забавная, - перестав хохотать, сказала Лира, пытаясь нормально сесть в кресло. - Не понимаешь таких простых вещей, точнее упрямо не хочешь понять. Мне вот интересно, а с чего ты взяла, что Ники злой колдун? Не проснулась ведь однажды с этой мыслью в голове?
  И кто из нас двоих не понимает простых вещей? Это история известна даже маленьким детям! Уму непостижимо, что мне приходится растолковывать о таких очевидных вещах.
  - Это всем известно. Эпидемия...
  - Все ясно, - перебила меня женщина. Я задохнулась от негодования - сама просила объяснить и сама не дает рассказать правду! - Это когда король Рафиус занялся сочинительством? Ты хоть ведаешь, что было на самом деле?!
  - Его Величество Рафиус не был сочинителем! - возмутилась я. - Он был великим королем, что вывел на чистую воду Никериала и спас королевство от полного уничтожения!
  - Правда? - удивилась она. - Он спас королевство? Сам?
  А сказав это, вновь захохотала, словно я ей рассказала забавную шутку.
  - Ну не сам, - пошла на попятную я. - Ему в этом очень помогла миледи Элизабет... Они вместе раскрыли заговор и покарали злого колдуна, сослав на задворки королевства зализывать свои раны!
  - Леди? - еще сильнее засмеялась Лира. - Элиза и миледи? Эта деревенская шлюха?
  - Не смейте оскорблять мою прабабушку! - топнула ногой я, сжав в порыве чувств кулаки. - Она была благородной леди, что жизнью пожертвовала ради благополучия королевства! Ее Величество спасла моего отца от стрел заговорщиков, закрыв его и дядю своим телом!
  - А ты знаешь, что твоя прабабушка в молодости натворила? - не обратив внимания на мое возмущение, поинтересовалась жена магистра Гоннери. - Я, можно сказать, была свидетельницей тех событий, хотя меня и не было тогда в стране, но я общалась с людьми, которые на себе испытали всю любовь и преданность стране короля Рафиуса и этой... Элизы. - Лира встала с кресла, и, подойдя к окну, прошипела, почище змеи. - Предательница и лживая потаскуха. Отреклась от семьи и правды ради трона! - повернулась ко мне. - Вот скажи, Ирен, как ее после этого назвать? Благородной леди? Да она и леди даже не была, дочь пекаря.
  - Происхождение не главное! - я попыталась убедить в обратном упертую девушку. - Она стала героиней, и раз увидев, в нее влюбился сам король! Это такая романтичная история, про них до сих пор слагают баллады!
  - А хочешь, я расскажу тебе правду? - вздохнула жена магистра, как-то грустно посмотрев на угасающий горизонт. Я присела на диван, решив послушать "правдивую историю". Меня с детства учили иной истории, но слушать сказки я любила. Может, потом расскажу брату, о том, как порой заблуждаются люди насчет исторических событий. - Как я уже говорила раньше, меня тогда не было в королевстве - Совет магов отправил мужа с посольством в соседний Ковен и о том, что в нашей стране началась эпидемия, мы узнали не сразу, а только тогда, когда собрался консилиум и было решено изолировать королевство, чтобы неизвестная болезнь не поразила другие страны. Но я буду говорить не о своих чувствах, а расскажу о том, что творилось тогда на самом деле...
  ...Минуло больше сорока лет, когда наше королевство дрогнуло и чуть не исчезло с лица земли под гнетом неизведанной заразы. Необычная лихорадка мгновенно охватила несколько городов страны и вызвала всеобщую панику - целители не знали, как ее вылечить, пытались подавить, а ничего не выходило. С каждым днем зараженных становилось все больше, люди умирали в чудовищных муках, воздух пропитался гарью - тела сжигали прямо на улицах, люди боялись даже дышать, чтобы ненароком не подхватить заразу. Другие страны тоже не могли ни чем помочь, они наоборот, закрыли свои границы от беженцев, опасаясь, что зараза перейдет и к ним. Королевство погрузилось в отчаянье.
  Ты знаешь, что сделал твой прадед, чтобы как-то уменьшить число заболевших? Он приказал стражникам без зазрения совести, нещадно убивать любого у кого будут хоть немного заметны признаки заразы, сжигать целые деревни со всеми жителями не щадя никого. Страна стала похожа на Преисподнюю: с одной стороны "черная болезнь" - как окрестили неизвестную заразу в народе, с другой - стража, готовая убить, если ты ей не понравишься. Стало процветать мародерство, воровство, участились убийства - в королевстве воцарилось беззаконие. Страна медленно катилась в хаос, и была на грани исчезновения.
  Целители целыми днями ломали голову, пытаясь найти способ лечения черной болезни, ведь она не щадила никого - маги умирали в приступе лихорадки, пораженные черными язвами, также часто как и простой народ. И не просто маги, а целители, которые пытались облегчить боль и хоть как-то вылечить больных.
  Ники тогда работал в госпитале Парнаско и сполна на себе испытал все горе, которое подарила эпидемия стране - умерли, чуть ли не на руках лучшие друзья, которые также как и он, пытались спасти людей. Но он не сдался, а попытался найти выход. И нашел, скажу тебе, хотя перед этим ему пришлось долго бодаться с упертой властью за право начать исследования. Ники тогда был хоть и молодым, но очень талантливым и амбициозным юношей, которого не захотел слушать Верховный целитель, посчитав его идеи ересью. Он предложил найти причину, источник заразы, а не пытаться бороться с ее последствиями.
  Не дождавшись от Совета должной реакции Ник без поддержки других магов пошел в охваченную агонией страну, чтобы найти лекарство и, как ни странно, его нашел. Оказывается в карьере, недалеко от одного города какой-то рабочий, когда долбил породу, нашел маленький сундучок, а в нем небольшой черный камень. Как ты уже догадалась, он забрал его себе, да вот только радость находкой продлилась недолго - через несколько часов он стал себя очень плохо чувствовать. Город, в котором жил рабочий пал от неизвестной болезни через месяц, а вся страна меньше чем за полгода.
  Удивительно, но этот рабочий выжил и сохранил тот самый камень, что стал вместилищем неизвестной заразы. Ник не только Совету злосчастный обсидиан, он нашел способ борьбы с заразой, сделав спасительную вакцину. Я не буду внедряться во все подробности этой истории, да и многое мне неизвестно, скажу лишь одно - когда король узнал о молодом целителе, то решил лично с ним встретиться. Для Ника это была знаменательная встреча, ведь он хотел в корне изменить всю систему здравоохранения в стране, даже написал манускрипт, внедрив который, жизнь людей стала бы намного лучше. У Ники были такие хорошие мечты... Но вместо благодарностей, молодой маг услышал одни угрозы, вместо заслуженной награды - обвинения. Рафиус кричал на все королевство, что это Ники наслал эпидемию! Будто бы он, из-за своего честолюбия и жажды власти специально все подстроил! А еще эта Элиза, которую Ник взял в свое путешествие, кричала во всеуслышание, какой Никериал Ленге колдун, загубил ее семью, задурил ей голову, а на самом деле тихо над всеми усмехался.
  Да вот только слова короля и этой девки были ложны, а доказательства - мнимы. Но толпа поверила королю, а не простому целителю и Совету магов. Хотя и многие маги были на стороне Рафиуса - кого подкупили, кто просто хотел насолить "герою". Кто их разберет? Народ-то рвал и метал, найдя "главного виновника" своих бед, они хотели разорвать его, вместе со всеми магами, что укрывали "злодея", а эти подстрекатели - жрецы, только раздували огонь вражды. Темные тогда были времена, даже не знаю, как Совету удалось утихомирить людей и не дать разгореться новой войне...
  Ники тогда сильно обиделся и напрочь разочаровался в людях и своей мечте. Он забросил целительскую практику, ушел из госпиталя и осел здесь. В тот тяжелый год королевство потеряла не только больше половины жителей, но и талантливого целителя, который мог спасти своими умениями еще множество жизней.
  Я много думала на тему того, зачем тогда король поступил так глупо, свалив всю вину на одного человека? И пришла к выводу, что все из-за стремления сохранить королевство. Когда эпидемии отступила, народ стал шептаться, припоминать действия короля, стражи и в нем зрел гнев на власть. Назревал бунт. А тут еще не за горами был голод, из-за частых пожаров многие лишились крова, наступала зима, безопасность королевства резко упала - ослабленную страну могли захватить соседние страны. Нужно было что-то делать.
  Что может быть проще, чем скинуть все на одного человека да и на того кого считали чуть ли не героем, избавителем от болезни? Пожертвовать одним, чтобы не допустить хаоса. Самому сделать врага.
  Уже прошло много времени, и я считала, что та история забылась и всем Сердцем желала, чтобы Ники вернулся к любимому делу. И вдруг я вижу, что в его доме ходит правнучка Рафиуса! Конечно, я заподозрила, что королевский род хочет избавиться от Ники, чтобы навсегда скрыть правду! Ты уж меня извини, что я на тебя набросилась... историю ведь пишут победители, когда окончательно убивают побежденных.
  
  Я слушала рассказ Лиры, и мне ни капельки не верилось в ее правдивость. Она старалась выдавить из меня жалость к угнетенному и оклеветанному магу? Да он сам виноват в своих бедах! Мои предки не могли поступить так бесчестно! Они наоборот, спасли страну, смогли сохранить ее в тяжелые времена и выстоять в годы голода, которые начались после эпидемии. Они герои, а не... бесчестные люди!
  Лира внимательно на меня смотрела, ожидая моей реакции.
  - Не верю, что из-за какого-то камня могла начаться эпидемия, - после некоторого молчания произнесла я. Лира устало закатила глаза, видимо не понимая, почему я не могу поверить в ее чушь. Да кто на моем месте смог в такое поверить? Из-за камня началась эпидемия, нелепей версии я еще не слышала!
  - Это не из-за камня, а из-за энергии, которая окружала камень, - устало проговорила она. - Я точно не знаю, но в древности в такие обсидианы заключали негативную энергию демонов. Камни использовали, как временные ловушки и закапывали их в землю. Находясь почве, обсидиан постепенно нейтрализовал вредную энергию, но не в этом случае. Какой-то умник поместил камень в сундук, и энергия не смогла исчезнуть, она наоборот, усилилась, превратившись в заразу, - Лира вздохнула. - Если хочешь послушать лекцию на тему "положительной и отрицательной энергии и, как она влияет на организм человека" обращайся к Ники. Это он специалист в этой области.
  Минуту я пыталась осмыслить, что сказала жена магистра. Половина ее, так называемой теории, была из малопонятных мне слов. Я ведь не знала теорию магии и не могла понять смысл слов "положительная и отрицательная энергия"! Чувствуя себя крайне глупо, я на всякий случай сделала умное лицо, подтверждая, что все прекрасно поняла. Ариан мне всегда говорил, что если что-то мне не понятно, надо просто кивнуть головой, о чем-то задумавшись. Это создало эффект, что ты сведуща во многих областях.
  - Но все равно, мой прадедушка не мог бы наказать невиновного человека! А прабабушка - клеветать! - слегка обиделась я за предков.
  - Упрямая... - вздохнула девушка, обреченно усевшись в кресло. - Такая же, как и я в молодости...
  Я похожа на эту блаженную? Не дай Великая!
  Вдруг, жена магистра, странно на меня взглянув, произнесла:
  - А давай я тебе расскажу еще одну историю. Надеюсь, ты любишь слушать сказки?
  - О, я обожаю слушать менестрелей.
  Я всегда с огромным интересом слушала заезжих менестрелей, погружалась в их сказочный мир, сливаясь с душами героев. Я проживала вместе с героями историй жизнь, волнуясь за них, будто они были частью нашего мира.
  - Я не менестрель, - рассмеялась Лира. - Но обещаю, история будет хоть и недолгой, но интересной. И я надеюсь, ты извлечешь из нее урок. Не повторишь чужих ошибок.
  
  
***
  
  Это не добрая сказка со счастливым концом, а реальная история, которая произошла около пятидесяти лет назад. В Зарклерных лесах, вдали от посторонних глаз жила в замке колдунья и ее по-праву можно было назвать порождением мрака: она без зазрения совести крала из окрестных деревень людей, проводила кровавые ритуалы, играла с погодой - то наводя засуху, то топя округу в нескончаемых дождях. Люди боялись ее до ужаса и не решались даже вслух произносить ее имя. Она так напугала местных жителей, что те даже не смели уехать из этих злосчастных мест, потому что знали, что злая колдунья их обязательно найдет и покарает.
  И вот однажды, в ее замок залезли два удачливых вора. Нет, прежде к ней и раньше забирались безрассудные самоубийцы, в поисках бессмертных богатств, но эти двое не только без проблем обошли ее многочисленные ловушки, так залезли не в сокровищницу, а в библиотеку! Ты только представь, в библиотеку злой колдуньи! Честно сказать, она была так шокирована их выходкой, что решила не убивать воров на месте, а узнать, что им понадобилось в ее обители. Как позже выяснилось, к ней в замок забрались двое молодых магов, которых, похоже, потянуло на приключения - они решили украсть у нее пару редких книг по магии и, естественно, из-за своей глупости попались ей в плен.
  К слову нужно добавить, что колдунья была весьма красива и молода, и предстала перед "ворами" в полупрозрачном пеньюаре, заставив их врасплох. Ведь жители окрестных деревень описывали ее, чуть ли не как самую уродливую каргу в мире, а женская красота всегда вгоняла в ступор даже закоренелых охотников на ведьм, а тут были два молодых парня - они остолбенели, во все глаза, таращась на девушку и плавно залились краской. Пленить шокированных парней ей удалось без труда.
  В старом замке, где жила колдунья, было очень скучно и единственным развлечением, которое она признавала - это хорошие пытки. Ведь перед тем, как предать жертву ритуалу, нужно было ее хорошенько попытать, чтобы через страдания и боль усилить действие заклинаний. О эти крики боли, мольбы о помощи, хруст ломающихся костей, услаждали ее слух, как дивная музыка... Что могло быть приятней чувства, когда знаешь, что судьба человека в твоей власти и ты ее можешь оборвать в любой миг? Никто до сего момента не выдерживал и трех сеансов ее пыток, никто не выходил из замка ведьмы живым, а ее оружие - плеть со стальными шипами, всех без исключения подвергала в неописуемый ужас. Но не этих двоих... Они, словно не понимая, в какой безнадежной ситуации оказались, хохотали до слез, увидев пыточную колдуньи и не стесняясь оной обсуждали мазохистские наклонности злодейки и способы применения плетки. Признаться, девушку выводило из себя их бескультурье. "Да как они посмели меня не бояться!! - думала она, чувствуя, что не имеет над ними власти.
  В первый день пыток, как только колдунья подвесила магов на крюках, чтобы начать истязания, самый наглый и все время улыбающийся маг с бесстыжими карими глазами вдруг сказал:
  - Привет, меня зовут Фил, а второго - Ник. Раз мы сразу перешли на такое тесное общение, может, назовешь свое имя?
  Этот вопрос ее поставил в тупик - еще ни разу за всю ее жизнь пленные не спрашивали у нее имени, да и местные жители звали просто красноволосой ведьмой. А тут... Колдунья промолчала. Она не была склона общению с будущими мертвецами. Целый день она издевалась над ними, пытаясь сломить их волю, заставить ползать на четвереньках моля о пощаде, но заслуживала лишь издевательские улыбки.
   На следующий день, когда она решила проверить в темнице состояние ее жертв, то была поражена. На них не осталось и следов побоев, лишь второй маг, которого звали Ником, был слишком бледный, как будто он работал без отдыха всю ночь. Ее обрадовало, что он оказался целителем, ведь так мучить жертву можно будет еще очень долго... Она даже придумала еще более извращенную пытку: теперь она истязала лишь самого бесстыжего - Фила, а его друга доводила почти до изнеможения, ведь второй маг не мог спокойно смотреть на боль друга и тратил все свои силы на его исцеление.
  Я не знаю, чем бы закончилась эта история, если бы колдунье не стало скучно целым и днями безмолвно издеваться над бедными магами. Может они бы умерли: первый от ран, второй от магического истощения, но к счастью однажды... нет, не так. Каждый раз, как колдунья приводила Фила в пыточную он спрашивал ее имя и пытался ее разговорить. И вот однажды она ответила:
  - Какая разница!
  Именно эти слова и стали тем пусковым механизмом, ключевой фразой, которая изменила жизнь девушки навсегда.
  С каждым новым днем колдунья становилась все разговорчивей. С каждым днем ей становилось интереснее не мучить магов, как она делала раньше, а просто говорить. И больше всего с Филом. Она с ним спорила, ругалась, угрожала и всегда, даже когда в припадке гнева крушила все вокруг, хоть краем уха, но слушала его рассказы. Постепенно колдунья стала замечать, что ей нравится слушать пленника, что она с нетерпением дожидается очередной встречи, с замиранием Сердца смотрит на его улыбку, вслушивается в его чарующий голос - незаметно посиделки в комнате страха и боли превращались в свидания.
  
  Душа колдуньи разрывалась на части, в Сердце зародилось сомнение. Она запуталась и больше не понимала, чего хотела сильнее - обречь мир на страдания, отдав его на растерзание демонам или же обрести дешевое человеческое счастье в объятьях любящего человека. Ей нравился кареглазый пленник, но признаться себе в этом означало перечеркнуть все то, что она творила прежде. Колдунья страдала, ее Сердце с каждым мгновением грозилось остановиться от разрываемых его противоречий. И тогда она решилась навсегда избавиться от причины своих страданий, пока еще было не поздно, уничтожить ростки привязанности, принеся в жертву магов могущественному демону и обрести еще больше сил.
  Перед этим значимым днем она не виделась с магами, с головой уйдя в подготовку к ритуалу. Девушка упрямо шла вперед, постоянно твердя себе, что Фил специально с ней заигрывал, намереваясь усыпить бдительность и убить. Она убедила себя в правильности совершаемых действий и за несколько часов до вызова демона опоила магов, чтобы те чувствовали упадок сил и не могли ей сопротивляться.
  Какая же она была глупая. Какая гордая и упрямая...
  
  
***
  
  Все началось вполне невинно и даже обыденно - она, поместив пленников в магическую печать, вызвала демона. Пентаграмма горела ровно без колебаний, да и демон вышел из портала легко, словно только и ожидал, когда его вызовут... Запахло серой, обжигающе горячий воздух струей дыхнул из открытого портала в лицо девушки, заставив оную отшатнуться и непроизвольно прикрыться руками. Все шло по плану... первые пару секунд. Вдруг демон, даже ничего не сказав, оскалился, и замахнулся своей громадной ручищей на девушку, намереваясь ударить... Колдунья даже не успела ничего понять, только перед глазами промелькнули острые когти адской твари, да и Фил, который в последний момент оттолкнул ее в сторону.
  Магнесса упала на пол и, расширив глаза от ужаса, увидела, как исчадье Преисподней схватил окровавленной рукой Филгуса за шею, а на пол угрожающе быстро зачастили капли крови, которые сочились из разодранного когтями демона живота мага. Девушка захотела закричать от ужаса, а голос, словно застрял в горле, оставалось только отстраненно наблюдать за тем, как демон швырнул его, как безвольную игрушку куда-то вглубь зала. Сердце замерло на судорожном вдохе, а взгляд мигом нашел неподвижно лежащее тело мага. Все звуки превратились в бессвязный шум, она, словно не понимая, что делает, на корячках поползла к нему, холодея от мысли, что случилось нечто непоправимое...
  Не дошла, даже не успела сделать и пару шагов - за спиной раздался оглушительный рев и, через мгновение, она потеряла сознание, с размаху ударившись об стену.
  
  В сознание колдунья приходила с трудом: в ушах шумело, голова разрывалась от боли, казалось, что в нее резко воткнули какой-то штырь, ломило тело, а перед глазами все плыло...
  Не знаю, как бы долго она пролежала в полузабытье, если бы сквозь него словно не ворвался чей-то отчаянный крик:
  - Фил! Не умирай, я сейчас!
  Мигом перед глазами замелькали обрывки недавних воспоминаний, и сознание резко протрезвело. Она тут же закусила губу от боли, казалось, что ее тело горит в пламени Преисподней и с каждым мгновением огонь становится все жарче.
  Шипя от боли, колдунья, запинаясь, прочитала единственное из известных ей заклинаний целительской магии, которое снижало поток крови и на пару часов могло снять боль. Как она себя тогда ненавидела за то, что была так слаба в этой ветви магического искусства...
  Когда боль унялась, и девушка смогла связно мыслить, она осмотрелась.
  Большой зал для вызова был разрушен. Мраморный пол, которым девушка так гордилась, был пробит в пару местах, он почернел от сажи и копоти. Одна стена разрушена и было, похоже, что кто-то оплавил ее, метнув огромный огненный шар, а пентаграмма, которую она рисовала человеческой кровью, сейчас напоминала выжженный рисунок. Колдунья повернула голову влево и в ужасе вздрогнула - в нескольких метрах от нее лежал огромный демон. Его остекленевшие глаза были полны злобы и жажды убийства, один огромный кривой рог был сломан, а красная кожа была в нескольких местах пробита и из нее лилась густая черная жижа, которая соприкасаясь с полом, мерзко шипела и растворяла мрамор.
  - Фил, я уже близко!!! - опять прокричал маг. Девушка повернула голову на крик. Ник шатаясь медленно, все время, чуть ли не подпрыгивая, брел, неотрывно смотря в одну точку. Его белые волосы покраснели от крови, скула начинала набухать. Одна нога неестественно была вывернута, и штанина вокруг нее намокла от крови. Рубашка превратилась в лохмотья. Раны от когтей сильно кровоточили, но он продолжал, сильно шатаясь и с трудом удерживая себя в сознании, идти вперед. В другом конце зала неподвижно лежал другой маг. Колдунья даже отсюда видела, как пол вокруг Фила был красный.
  Магесса тогда не смогла ничего предпринять. Прославленный демонолог не смог ничего сделать, как только увидел, что демона не смогла сдержать ее безупречно вычертанная ловушка и три дополнительные защиты. Но почему это произошло? Почему вдруг ее предали демоны? Ведь она обещала им так много, приносила столько человеческих жертв на протяжении многих лет!
  И сейчас Ник шел спасать своего друга. Но как этот паренек мог в одиночку одолеть демона? Она ведь этих двоих опоила зельем и реальной силой в схватке могла предстать лишь она! Так как же?
  Вдруг, когда до Фила оставалось сделать всего пару шагов, маг, закатив глаза упал. Но через несколько мгновений он резко, из последних сил, заставил себя поднять голову и целеустремленно поползти к раненому другу, оставляя за собой кровавую полосу.
  - Фил... я сейчас... потерпи... немного, - с трудом прошептал Ник ложа свои руки на раны друга.- Я... сейчас...
  Колдунья, с трудом встав, побрела к магам. В первый раз за свою жизнь она испугалась не за себя, а за другого человека. Из рук Ника полился ослепительно белый свет, который обволакивал тело раненого, исцеляя раны. Девушка чуть не плача, как будто пребывая в дурном сне, подошла к Филу и упала перед ним на колени, как она себя проклинала за дурость, как себя в тот момент ненавидела. Почему, как только мы ясно видим, что можем навсегда потерять дорогого человека, осознаем, что очень его любим? И сразу все остальное становиться неважно: ни социальное положение, ни статус, да будь он хоть твоим заклятым врагом, ты всем сердцем желаешь, чтобы он выжил, даже если это означало расстаться с ним навсегда. Простое желание, но порой невыполнимое.
  Ник вдруг зашатавшись, упал без сознания около друга. Ослепительный свет, на прощанье еще чуть-чуть полечив Фила, растворился в воздухе - как бы ни старался маг, пытаясь спаси жизнь другу, у него самого жизненные силы были небезграничны.
   Колдунья осталась одна с двумя умирающими магами. Она ничего не мыслила в целительстве и вся ее надежда была на Ника. Девушка попыталась привести в чувство парня, но у нее ничего не выходило. Она отчаянно пыталась что-нибудь придумать и быстренько произнесла стабилизирующее заклинание, но, к сожалению это мало помогло. Самое ужасное чувство на свете - это ясно осознавать свое бессилие: когда надо быстро что-то придумать, а времени остается очень мало, когда от твоего решения зависит жизнь любимого человека, когда нестерпимо хочется заплакать, но ты понимаешь, что слезами делу не поможешь, когда хочется повернуть время вспять...
  Колдунья быстро встала и решительно телепортировалась в ближайший поселок, в котором жила ее знакомая знахарка. Нужна была помощь знающего человека, а в этой глуши никогда и не было сильных магов кроме нее самой, только пара знахарок, у которых волшебной силы - кот наплакал, но знания заметно компенсируют этот недостаток. И самая сильная из них была старушка Радлена. Она никогда не стремилась помогать злой колдунье, но всегда, если ее просили, лечила людей независимо от того, кем они являлись.
  В эту ночь замок не спал. Колдунья, невзирая на все усиливающую боль бегала по поручениям знахарки и впервые за долгое время надменная девушка непрекословно выполняла чьи-то приказы. Как быстро меняется сущность человека в экстремальных ситуациях, как быстро мы понимаем простые истины, когда вмиг можем все потерять. Девушка надеялась на Радлену, она всем сердцем желала, чтобы свершилось чудо, да вот только они бывают лишь в добрых сказках и только с добрыми людьми. Я ведь говорила раньше, этот рассказ не со счастливым концом?
  Радлена сделала все что могла, но демоническая тварь распорола Филу живот. Ник смог, отдав свои последние силы быстро срастить другу порванные органы и знахарка попыталась доделать за целителем дело, но даже так было сразу видно, что магу оставалось жить недолго - максимум пару дней. Да и второму с каждым мгновением становилось все хуже, даже после вмешательства Радлены. У него был серьезный открытый перелом ноги, тяжелое сотрясение мозга и три огромные царапины от когтей демона, которые от демонических миазм начали гноиться. Плюс еще на все это наложилось магическое истощение.
  Колдунья не знала что делать. Радлена уходя, подсказала ей обратиться за помощью к настоящим целителям, но для девушки это было равносильно верной смертью. Ведь ее уже давно разыскивал Совет, как опасную преступницу и, появившись в госпитале Парнаско, ее могли поймать, тем более, когда сейчас она была не в лучшей форме. Ей пришлось сделать трудный выбор: либо ее жизнь, либо жизнь двух малознакомых магов.
  Хотя стоило добавить, что сперва колдунья пыталась лечить пленных сама - часами проводила в библиотеке, ища в книгах советы, готовила целебные мази по рецептам Радлены и пыталась хоть этим облегчить свои и их страдания. Проводя бессонные ночи, колдунья искренне раскаивалась в своих преступлениях. Порой, взглянув на угасающих магов, она плакала около постели Фила часами, каясь перед ним, как на исповеди, в своих преступлениях, моля о помощи Великую. В этом нескончаемом кошмаре прошло три дня, а потом, на пару мгновений, очнулся Фил.
  Как тогда она обрадовалась, трепетно взяв его за руку и с надеждой вглядевшись в осунувшееся лицо. Как у нее болело сердце, когда она увидела его измученную улыбку и беспокойный взгляд на рядом лежащего друга. Колдунья и Фил эти несколько мгновений общались молча, понимая друг друга без слов. Он ласково, словно прощаясь, смотрел на нее, она же просила прощения. Он говорил ей быть сильной, она же слишком устала надеяться на чудо...
  - Глупая, - еле слышно прошептал маг и, закатив глаза, опять погрузился в беспамятство.
  Вот именно тогда колдунья и приняла окончательное решение. Что ее тогда подвигло - порыв чувств или раскаянье? Да и сама она вряд ли ответит на этот вопрос, но я знаю точно, что в тот момент она окончательно сошла с дороги, ведущей во тьму.
  Любовь заставляет человека мучиться, ты отдаешь своему избраннику не только сердце, но и душу, всецело вверяешь ему свою жизнь, ради любви начинаешь рисковать, совершать роковые ошибки, не задумываясь о последствиях. Правильно говорят люди, что любовь ослепляет и идет в противовес здравому смыслу и инстинкту самосохранения.
  Колдунья появилась перед госпиталем Парнаско и, заливаясь слезами, молила спасти магов, которые из-за ее глупости подверглись большой опасности. Целители не стали медлить и секунды, отправив специалистов в ее замок. А саму колдунью же под конвоем увели в темницу, да и она не сильно сопротивлялась, искренне раскаявшись в своих преступлениях. На допросах, которые проводили дознаватели, она беспрекословно подтверждала все обвинения, рассказывала о своих пытках, скольких людей убила и замучила, о своих грандиозных планах по захвату мира. Ей теперь было все равно, только хотелось лишь узнать, как там маги, в последний раз увидеть улыбку Фила.
  
  Прошло несколько недель, а ее все так и держали в неизвестности - так и не зачитали приговор, не сказали про состояние Фила и Ника. Она уже устала плакать и устала жить, чувствуя себя пустышкой в кандалах, которые запечатывали поток ее магической энергии. Она страдала без чувства энергии, что течет в жилах, думала, что сойдет с ума, как остальные сокамерники и желала, чтобы эта невыносимая пытка прекратилась. Единственное, что придало ей сил, это желание узнать, что случилось с Филом, да и те воспоминания, что они провели вместе.
  
  
***
  
  В зале суда было крайне шумно. Маги, чуть ли не вскакивая со своих мест, во все глаза глядели на пойманную колдунью, шептались, тыкали в нее пальцем, отвешивая едкие комментарии. Но ей было все равно: она не обращала на придирчивые взгляды ее, так называемых, коллег, на то, как они обсуждали ее внешний вид - ей было на это наплевать. Хотя в той замарашке, что предстала перед судом Совета магов, трудно было узнать колдунью, которая держала в страхе всю округу Зарклерных лесов.
  Колдунья встала на помост перед большим, изогнутым полумесяцем, ложем Совета магов. Зал смолк, ожидая начала представления.
  - Начинается заседания суда по делу номер 0567. Магистр Лира Нестрон, вы предстали перед судом Советом магов за свои совершенные преступления. Вы признаете свою вину?
  Колдунья безразлично кивнула головой - еще немного и она станет свободной от этой жизни, что была полна страданий и боли. Только когда мы чувствуем дыхание смерти, мы ясно осознаем, как бездарно прожили свою жизнь - растрачивали молодость и талант на разные глупости, ни оставив после себя ничего и никого, кто мог бы помнить и оплакать тебя. И колдунья это прекрасно понимала и презирала себя за то, как прожила жизнь, за то, сколько зла причинила людям и как ей за все это отплатила судьба.
  Она безразлично кивала на обвинение суда, почти не вслушиваясь в список своих прегрешений. А зачем? Девушка и сама все прекрасно знала. Только, когда Совет замолк, озвучив все, она неуверенно, подняв умоляюще глаза на беспристрастных судей, спросила:
  - А маги... те маги, что были ранены. Что с ними стало?
  Колдунья дрожала от волнения, вглядываясь в лицо Председателя Совета. Что он скажет? Что стало с Филом? Она уже не могла больше ждать и вся ее смиренность судьбе, покорность, с которой она входила в этот зал, вмиг слетела - девушка чувствовала огромное желание узнать, что стало с ее любимым. Ее больше не устраивали недомолвки, и недоуменные переглядывания дознавателей, когда она задавала им этот вопрос.
  - Маги? - переспросил Председатель. Он стал перелистывать листы дела, а у колдуньи замерло Сердце. - А-а-а, вы про Филгуса Гоннери и Никериала Ленге?
  Девушка закивала головой. Она никогда не слышала полных имен и тем более фамилий магов, но ее Сердце подсказывало, что это были они.
  - Они сейчас лежат в госпитале имени Парнаско... - продолжил говорить судья, сверяясь с записями.
  - Они живы?! - перебила его девушка и по ее щекам покатились слезы счастья. Ее Сердце стало свободно от вины и теперь, узнав, что ее любимый будет жить, она могла спокойно умереть, без сожаления она могла ступить на эшафот и, улыбнувшись палачу, расстаться с жизнью.
  Все эмоции, которые она сдерживала долгие недели, выплеснулись наружу. Она сначала тихо, а потом все громче повторяла одно единственное слово: "Спасибо".
  
  
***
  
  Колдунья, нет, не так, девушка уныло брела по улицам чужого города, не замечая ни холода, ни леденящего ветра, ни покрытых корочкой льда луж - на улице уже была поздняя осень. Прохожие кутались в плащи, недоуменно смотря на нищенку в грязном ободранном платье, сжимающей в руке монеты. Но ей не было холодно, точнее она не замечала холод. В ушах девушки до сих пор звучал приговор Совета магов, что поверг ее в шок: "навсегда запечатать магическую энергию. Выдать десять Серебряников и отправить восвояси. Пускай живет, как обычные люди, искупает грехи своими страданиями". Теперь она была никто. Пустышка. Нищенка.
  Мысли бывшей колдуньи были в прошлом. Она до сих пор чувствовала жар казни, эту нестерпимую разрывающую на части боль, когда хочется закричать, а голосовые связки не в силах издать и звука, когда чувствуешь, что из тебя вырывают жилы. Она помнила ту боль, которая разрывала ее на части и секунды казались целыми столетиями, а после, всепоглощающую пустоту в душе. Пустоту, которую никогда не чем не возможно будет заполнить. Пустоту, из-за которой чувствуешь себя калекой, что в одночасье лишили зрения, слуха и голоса. Миг - и ты погрузилась в непроглядную мглу, в пучину отчаянья и боли.
  Лучше бы ее убили. Лучше бы заставили гнить в тюрьме, чем поступили так жестоко. Лучше бы...
  Девушка остановилась, разжала грязную ладонь с красными отметинами, которые остались, когда она сжимала до крови кулаки, пытаясь стерпеть боль. А ее ногти? Эти неопрятные огрызки даже неудобно назвать ногтями. Колдунья посмотрела на Серебряные монеты. Милость Совета... Ха, да ей не нужны эти жалкие подачки! Она, размахнувшись, выкинула эти жалкие монеты. Вмиг на звон упавших денег сбежались попрошайки и быстро загребли нежданную добычу.
  Ей ничего не нужно. Ей больше ничего не нужно. Ее жизнь уже ничто - одно жалкое существование.
  Девушка упала на колени. Может ей броситься под повозку или прыгнуть с обрыва? Она уже была готова умереть, там, на суде. Готова, чтобы ее растерзали на части блюстители закона, гонимый ею народ, вступить на эшафот с честью, как подобает настоящему магу. А сейчас? Сейчас она была похожа на жалкую нищенку.
  Она даже не могла плакать - у нее больше не осталось слез. И Сердце больше не болело, казалось, будто оно умерло.
  Вдруг девушка услышала приближающиеся шаги и до боли знакомый голос, остановившись рядом с ней, сказал:
  - На улице холодно и если будешь так сидеть, замерзнешь. Давай вставай, а то поднять тебя, я сейчас не в состоянии.
  Сердце девушки мгновенно ожило, оно бешено забилось, готовое вырваться из груди, а щекам стало нестерпимо жарко. Она подняла голову и увидела улыбающегося Фила, который протягивал ей руку. Его вторая рука была на перевязи, а голова забинтована. На его плечах был накинут Серый шерстяной плащ.
  Фил протягивал ей руку, несмотря на всю боль, что успела причинить ему колдунья. Он все равно пытался ей помочь. Почему?
  Девушка неуверенно протянула руку в ответ. Фил с невероятной силой поставил ее на ноги и бывшая колдунья, не теряя мгновения, прижалась к магу. Как она об этом мечтала, сидя в холодной камере: обнять любимого, почувствовать тепло и биение его Сердца. Но сейчас, прижавшись к магу, она через несколько мгновений быстро отпрянула, услышав еле сдерживающийся стон Фила.
  - Прости... - чуть не плача сказала девушка, не зная как себя вести. Она не хотела делать ему больно.
  - Ничего, - через силу улыбнулся Фил. - Все в порядке.
  Он, неуклюже сбросил с плеч плащ и, морщась от боли, накинул его на плечи девушки.
  - Слушай, - продолжил говорить маг. - Тебе ведь некуда идти. Ведь некуда? Так вот, я предлагаю пойти ко мне. Поживешь, придешь в себя. Ну как?
  Девушка не знала что ответить. Как она могла пойти к нему после всего того, что сделала? А может... Девушка, не веря, смотрела на свой луч света. Луч света умоляюще строил глазки, изображая милого щеночка.
  - Ну, пожалуйста, - молил он. - Нельзя отказывать больному человеку в просьбе, тем более, когда этот больной сбежал из госпиталя и его разыскивают по всему городу злые милсестры*. Кто будет за ним ухаживать и охранять от посягательств этих коварных женщин?
  Девушка неуверенно кивнула и слегка улыбнулась, увидев, как искренне обрадовался Фил. Ее Сердце пело, а будущее уже не казалось столь мрачным.
  - А все же, после всех этих приключений, ты мне скажешь свое имя?
  Девушка улыбаясь, прошептала:
  - Лира.
  - Красивое, - довольно произнес маг. - Ты хорошо поешь?
  Девушка отрицательно покачала головой.
  - Нет, я совершенно не умею петь...
  Вдруг ее прервал Ник. Второй маг подлетел к ним, ловко маневрируя между прохожими. В отличие от Фила он выглядел намного лучше, только его левая нога была загипсована.
  - Ненавижу целителей из госпиталя, - пробурчал он. - Этих напыщенных индюков, которые не могут даже залечить простой перелом. Хотя твердят, что самые лучшие из лучших. Ха, плевал я на их рекомендации.
  - Ник, - обреченно вздохнул Фил. - Ты же сам целитель и, если не забыл, работаешь в том же госпитале. И вообще, возьми костыли, тебе нельзя напрягаться.
  - Одно дело это самому лечить, а другое, когда над тобой издеваются другие. Нет, это просто невыносимо! А на костылях неудобно. И нога внутри гипса жуть, как чешется. Вот придем домой и буду сам себя лечить. Достала помощь всезнающих "специалистов"!
  - Хочешь опять отключиться на пару недель? - засмеялся Фил. - А что же скажет Азель? Он тебя больше в отпуск не отпустит.
  Ник обижено скрестил руки, недовольный упоминанием имени своего начальника. Вдруг он посмотрел на девушку долгим оценивающим взглядом, и Лире опять стало не по себе, показалось, что Ник никогда не сможет отпустить ее ту роковую ошибку - простить за то, что из-за нее чуть не умер его лучший друг.
  - На костыли вставай, - нравоучительно протянул Фил, потянув Ника вниз. - Тебе нельзя сейчас тратить энергию, и так уже чуть себя до смерти не довел, специалист.
  - И не надейся от меня отвязаться, - вдруг усмехнулся раненый целитель, но все еще недоверчиво сверлил девушку взглядом. - Я тебя с ней, одного не отпущу, а то еще съест, упырица. И ты, кстати, должен, находиться под наблюдением своего лечащего целителя. А тебе напомнить, кто им является?
  
  
***
  
  Осеннее солнце лениво спряталось за тучами. По улице медленно шла девушка с двумя магами. Ник ковылял на костылях сзади, и Лире с Филом постоянно приходилось его ждать. Целитель костерил это орудие пытки и очень заботливого доброго друга, а тот лишь шутливо давал советы для лучшего применения костылей, даже предлагал написать инструкцию. Ник рычал сзади и пытался прибить костылями друга. Девушка все время улыбалась, слушая шутливые переругивания друзей. Так весело ей еще не было никогда.
  Так Лира и осталась с этой неугомонной парочкой. Постепенно Фил вернул девушку к жизни, научил чувствовать прелесть каждого дня, встречать с улыбкой каждый рассвет, а бывшая колдунья поняла, что чтобы искупить свои грехи, должна жить. Хотя признаю, поначалу ей было очень трудно - она никогда ничего не делала без магии. Но ей грех за это жаловаться, ведь все же судьба была к ней благосклонна - она встретила свою любовь, обрела родной дом и новых друзей. Да и хоть девушка лишилась своей магической силы, все равно жила намного дольше обычных людей, ведь независимо от печали магия также текла в ее жилах, просто бывшая колдунья ею не могла толком воспользоваться.
  А через много лет она узнала от своего уже мужа продолжение той истории. Оказывается, те двое сбегали из госпиталя два раза. В первый, они сбежали, когда смогли сносно стоять на ногах. И тут же, эти калеки, каким-то чудом обойдя гордоны Совета магов, втихаря ограбили библиотеку колдуньи, все же совершив свой коварный замысел. Их, конечно, потом поймали, но не в замке, а в городе и вернули обратно в госпиталь, когда те пытались пробиться на аудиенцию к Совету магов. Но даже это не остановило друзей, и они вновь сбежали. Глава Парнаско рвал и метал, из-за этих проблемных пациентов весь госпиталь стоял на ушах и пил успокоительное.
  Да. И еще одно. Представь, оказывается, они могли сбежать из плена колдуньи в первую ночь, быстро расшифровав код магического замка и барьера, но все же остались. Филгусу приглянулась молодая колдунья, и он решил обратить ее к свету, а Ник остался потому, что просто не мог бросить друга одного. Я же говорила, что у Фила редкое и тонкое призвание - видеть сердца людей. Может, тогда он увидел в ее душе гибнущие ростки добра и решил их взрастить? Кропотливо, осторожно, через свои собственные страдания и боль? Не знаю.
  Известно лишь одно - ему это сполна удалось, да вот только маг и сам не заметил, как отдал свое собственное сердце той, которую так сильно хотел изменить.
  Да... в те времена Ник и Фил были так молоды и безрассудны...
  
  *милсестра - милосердная сестра, она же помощница целителей, которая следит за больными и выполняет мелкие процедуры. Аналог медсестры.
  
  
Глава 5. Ночные приключения пьяных магистров или миссия невыполнима
  
  Не пытайтесь понять логику пьяного человека.
  Скажу по секрету - ее просто нет.
  
  Самое страшное в пьянстве не утреннее похмелье, а энтузиазм.
  Когда проснется тяга к подвигам - уже ничего не спасет
  
  
  Смеркалось. Лира закончила свой рассказ, и комната погрузилась в безмолвие. Я никак не могла поверить, что эта красивая милая девушка когда-то издевалась над людьми, мучила их плоть, заставляла страдать невинные человеческие души. Ну не могла Лира делать такое!
  История Лиры была больше похоже на сказку. Ну не может злодейка, та кто упивалась людскими страданиями так быстро измениться. Не может... или... вспоминая тот холод, который исходил от девушки, когда она прижала меня к стене, поднеся к горлу нож, то чувство беспомощности и страха, мне все больше верилось в ее историю. Но все равно казалось, словно это произошло в прошлой жизни - очень-очень давно.
  Смотря на Лиру у меня не было подходящих слов, чтобы выразить свои чувства. Я не знала, как себя повести, чтобы не расстроить человека, не ранить ее, ведь со мной раньше никто так искренне не делился с секретами. Я же принцесса, и фрейлины неохотно сплетничали в моем присутствии. Да и не принято это было при дворе, ведь излишнюю доверчивость можно легко обратить против человека и использовать в дворцовых интригах чужие секреты.
  Лира медленно встала и, тяжело вздохнув, подошла к столу, на котором стоял канделябр с тремя свечами. Было темно, и мне еле удалось рассмотреть, как женщина подставила свою руку над фитилем свечи. Миг и он загорелся ровным желтовато-оранжевым пламенем. Она медленно водила рукой над пламенем, любуясь огнем, опуская руку все ближе и ближе к обжигающему пламени, словно не боясь обжечься.
  - Знаешь, Ирен, я тогда была такой дурой, - медленно проговорила она, нарушив затянувшееся молчание. - Маленькой глупенькой девчонкой, которой казалось, что мир должен вертеться вокруг нее. Наивной, эгоистичной и очень упрямой... Ты меня можешь осуждать, твое право. Что я тогда хотела доказать? Кому? Зачем? Хотя кого я обманываю, - она горько усмехнулась, закрыв глаза - Я до сих пор пытаюсь играть. Каждый раз надеваю столько масок, пытаюсь изображать жизнь, играя беззаботную энергичную девицу. Вот только мне все чаще кажется, что моя душа давным-давно умерла, а сейчас существуют лишь отголоски той прежней Лиры, и в повседневной суете я потеряла себя. Потеряла... Глупо звучит, ведь все мы играем, как лицедеи. Но вот только почему ярко и свежо помнятся лишь плохие роли, горькие воспоминания?
  - Если вы утверждаете, что лишены магических способностей, то как вам удалось зажечь свечи? - перебила я Лиру. Ну не может так вести себя злая колдунья. Где злобный смех, от которого стынет кровь в жилах?!
  - Я не говорила, что лишена магических способностей, - девушка, посмотрев на меня, снисходительно улыбнулась. Ее взгляд стал более живым. - Мага невозможно лишить энергии, ведь если сильно истощить его силы, то он умрет. А у меня ее просто запечатали, и я сейчас, как маг годна только на разжигание огня. Поверь, раньше я была способна на многое, очень многое, ведь не за красивые глазки меня Совет назвал опасной преступницей?
  Я задумалась:
  - А тогда запечатана - это как? И как это понять?
  Это поставить печать, как на конверт? Я на миг представила, как на письмо наливают тягучий темно-бордовый сургуч и быстрее, пока он не застыл, прикладывают оттиск печати. Неужели запечатывают силы мага так же? А если силы все же запечатаны, то есть ли какие-то особые символы, по которым ты можешь понять какой рядом с тобой человек? Преступник или же простой маг? У нас, например, на преступника ставят клеймо на видную часть тела. А у них как? Мне ведь надо знать, кого следует опасаться. А вдруг у Ника тоже есть "клеймо"?! Это ведь будет неопровержимым доказательством его злодеяний!
  Лира пристально на меня посмотрела:
  - Это сложно объяснить простым языком, лучше показать...
  Девушка стала медленно закатывать рукава своего платья. Я, сидя на диване, настороженно наблюдала за действами бывшей колдуньи. Что Лира намерена сделать? Я недоуменно нахмурилась, как вдруг на ее запястьях стали появляться черные надписи и руны на неизвестном мне языке. Они переплетались, и казалось, что Лира надела на руки причудливые браслеты. Но самое поразительное было то, что они каждые несколько секунд мерцали. Казалось, что по узорам прокатывалась ослепительная вспышка молнии и внезапно исчезала, растворяясь внутри печати.
  Я вскочила с дивана и мигом очутилась около стола. В свете свечей и окружающей нас темноты печать выглядела чарующе. Завитки и руны переплетались, образуя очень красивый узор. И не поймешь сперва, что это печать, казалось, что это всего лишь красивое украшение, а не настоящее проклятие для мага.
  Видя мой неподдельный интерес, Лира, улыбнувшись, решила мне прочитать небольшую лекцию по магической теории:
  - Всего существуют несколько видов печатей. Вот эта печать называется необратимой - ее нельзя ни сломать, ни отменить. Использование этой техники разрешено только Совету магов и то, после решения на общем собрании. Печать физически невидима, становясь черной лишь тогда, когда маг пытается сконцентрировать свою магическую энергию. Ты, кстати, уже закончила ее рассматривать, а то я уже устала.
  Я расстроено кивнула головой. Мне бы хотелось еще полюбоваться на "браслеты", но я чувствовала, как у Лиры начинали дрожать от напряжения руки. Наверное, очень больно и тяжело поддерживать эту энергию. Лира облегченно вздохнула, и печать витком за витком начала медленно исчезать.
  - А если кто-то решит использовать печать без ведома Совета? - просто я не верю, что никто не будет пользоваться таким могущественным оружием против магов. Это ведь очень удобно. Лишил мага силы и все. Кто устоит против такого соблазна?
  - Это невозможно, - Лира потерла запястья и сдернула рукава платья. - Требуется огромная сосредоточенность, мастерское владение магическими потоками и куча энергии. Конечно, теоретически, если собрать вместе дюжину "барьерщиков", то можно попробовать. Но вряд ли кто-то рискнет своей жизнью ради этой сомнительной процедуры, ведь за несанкционированное использование печати Совет очень строго карает. Если я хорошо помню свод законов, наказание - смертная казнь.
  Я вздрогнула. Смертная казнь за какую-то печать? Не слишком жестоко? Хотя, если подумать, то может совсем наоборот. Вдруг злые маги соберутся лишить сил, например, очень сильного доброго волшебника, который мог бы спасти множество жизни и нести свет в сердца людей?
  А я раньше не знала, что у Совета есть свои законы, по которым должны жить маги и неукоснительно соблюдать свод правил, чтобы их не объявили преступниками и не покарали. Я раньше считала, что Совет магов это простое формальное объединение магов, у которого очень мало реальной власти, а оказывается все наоборот. Но если у него так много власти над магами, то почему, до сих пор страдает невинный народ? Почему существуют злые волшебники, которые мучают людей? Почему Совет до сих пор не посадил Никериала в темницу?
  - А другие печати? Что про них говорит Совет?
  - Есть временные печати. Они хоть не запрещены, особо не приветствуются. Тут все просто. Печать может поставить любой маг. Обычно она держится пару дней или недель, все зависит от срока. Но ее можно снять в любой момент, надо лишь знать ключевое слово - слово, которое маг заранее вплетает в узор.
  Я нахмурилась. Вот теперь я запуталась в логике Совета. Почему он одни печати запрещает, а другие нет? Ведь это та же опасная печать, которая лишает мага сил. А вдруг, например, злой колдун решил запечатать силы доброго мага-героя в момент яростной схватки? Тут ведь не будет никакого спасения и зло победит! Где логика?
  - Значит, - стала рассуждать я вслух, - если один маг другому поставит печать, Совет ничего не сделает?
  Лира рассмеялась. А что я такого сказала?
  - Пускай он сначала сможет поставить печать, при этом не получив по голове от другого мага, - сквозь смех ответила Лира явно представившая очень забавную картину. - Тут нужна сосредоточенность, а о какой концентрации идет речь, если тебя каждую секунду будут лупить по голове посохом? Да и если связать другого мага, он с легкостью сможет снять печать. Маги с ранних лет учат своих учеников, как снимать оковы весьма оригинальным способом - ставят на воспитанников печати и спокойно ждут, пока они сами из них выпутаются. Спроси у Ника и Фила, они могут тебе многое рассказать про любимое развлечение их учителя. Он обожал задавать им такие сложные головоломки.
  - А-а-а...
   Я задумалась. Нравы, царившие в обществе магов, отличались от тех, что приняты в обычном обществе. Заставлять своих детей мучиться, чтобы они научились противостоять магии других? Хотя с другой стороны такие традиции прививают магам с ранних лет чтить законы.
  - А знаешь, Ирен, ты мне напоминаешь мою старшую дочь - обе упрямые и чересчур любопытные.
  Мне показалось или я и впрямь явственно услышала в ее фразе упрек? Стойте. У нее есть дочь? Конечно, я понимала, что бывшей колдунье намного больше лет, чем кажется на первый взгляд, но я просто не могла принять это за действительность - Лира выглядела довольно молодо, ненамного старше меня. Почему маги живут намного дольше обычных людей? Как тут понять, сколько им лет? Как не ошибиться? И что самое противное, они ведут себя не характерно возрасту. И если она мать, то почему ведет себя, как молоденькая девчонка? Где те характерные черты, присущие замужним женщинам?
  - Дочь? У вас уже есть дети?
  - Конечно, - рассмеялась Лира, хлопнув меня по плечу. - Дорогая, я тебе в прабабушки гожусь, а что выгляжу молодо, так это из-за магической энергии, которая до сих пор течет в моих жилах... И у меня есть сын и две дочки. Ты мне так напоминаешь Петру, - она глубоко вздохнула и вдруг со всей силы саданула кулаком по столу. Ваза, стоявшая близко к краю со звоном упала на пол, разбившись на мелкие осколки. - И где пропадает эта мерзавка!
  Я нервно улыбнулась и тихонечко отошла от нее. Какие сильные чувства она питает к своему ребенку! Бедные дети... Как я сейчас хорошо понимаю Петру - я бы тоже сбежала от такой матери.
  Нет, мне что-то плохо верится в солидный возраст бывшей колдуньи. Она уж слишком... странная. В который раз я уже понимаю Никериала - лучше держаться от этой женщины подальше, пока она тебя не свела с ума своими рассуждениями. Воистину магистр Гоннери святой человек, идеал. Терпеть подле себя и тем более, любить эту даму столько лет... Великая, в мире остались такие святые люди, как магистр Гоннери?
  Стойте, но ведь час назад она утверждала, что я похожа на нее! Почему у нее так быстро изменилось мнение? И эта история...
  - А все же, как Никериал победил демона? Вы про это ничего не говорили.
  - Я не знаю, - женщина спокойно пожала плечами, как будто это был какой-то пустяк. - Спроси у него сама. Мне Ники категорически отказывается что-либо говорить.
  Я решительно кивнула головой. Я у него спрошу и обязательно все узнаю. А то вдруг окажется, что колдун заключил сделку с демоном?! Нет, не вдруг, а точно Никериал якшается с отродьями Преисподней!
  Наверное, на моем лице отразилась такая праведная решимость, что Лира обреченно вздохнула:
  - И кого я пытаюсь обмануть? Ее исправит лишь могила. Надо было нещадно пороть эту мадам в детстве, чтобы она слушала старших.
  Я пропустила ее реплику мимо ушей, еле сдерживаясь, чтобы в ответ не нагрубить. В отличие от некоторых, у меня отличное воспитание. И я всегда была послушной.
  
  
* * *
  
  Спускаться обратно в гостиную к магам было немного страшно. Я здесь живу уже больше месяца, но до сих пор не могу привыкнуть к некоторым аспектам жизни в замке. Зимой темнело рано, но в отличие от дворца и всех привычных для меня заведений, в доме колдуна факелы горели только в тех коридорах, которые очень часто посещал маг, в остальных же царила темнота. Я уже возмущалась по этому поводу, но Никериал, ухмыляясь, говорил: "А почему вы так поздно вечером гуляете по замку? Не лучше ли искать плоды фантазий днем? Ну а если вы так любите ночью гулять под луной, может, вам брать с собой факел? Нет, я, конечно, не настаиваю, но все же...".
  Этому магу было совершенно безразлично, что я могу подвернуть ногу или ненароком куда-нибудь упасть. Сам он решал проблему очень легко - создавал яркий светящийся огонек, который за ним всюду следовал. А Милене, как я узнала, и не требовалось освещение, оказывается, домовые умеют видеть в темноте. Я уже молчу про Джека - призрак завел привычку пугать меня, прячась в темных закоулках. Самое смешное, что один раз он нечаянно нарвался на Ника, который читал на ходу и очень сильно пожалел о своей безобидной шутке. Маг, как выяснилось, испытывает какие-то особые чувства к фолиантам. Тогда Ник от неожиданности нечаянно уронив книгу, помял и испачкал листы и около получаса пытался поймать призрака, посылая ему проклятия на неведомом языке.
  Поэтому вечером я не очень любила гулять по замку. Сидела в своей комнате, либо в гостиной читая книжки или разговаривая с Миленой. Иногда общалась с колдуном - обычно мы беседовали по поводу котенка, тренируясь в язвительности.
  Я и Лира спускались в гостиную, но в этот раз от непроглядной всепоглощающей тьмы нас спасал канделябр с тремя свечами. Мы завернули в галерею, которая находилась неподалеку от гостиной, где собралась компания магов, но в ней было непривычно темно. Я очень удивилась. Как не мне знать, что здесь всегда светло? Что-что, а я сразу запомнила места, где можно не нарваться на "весельчака" Джека.
  Лира тоже нахмурилась и пробормотав: "Совсем у Ники Милена распустилась" - смело пошла по коридору. Я от нее не отставала. Нет, я не боялась темноты, просто у Лиры был канделябр, и я опасалась нарваться на Джека. Когда неожиданно пытаются подкрасться ко мне со спины, у меня всегда срабатывают привитые мастером рефлексы, а бить не материальное, очень холодное тело призрака было крайне неприятно. Да и страшно, как-никак.
  Вдруг кто-то, будто почувствовав мои невеселые мысли о Джеке, положил руку на плечо. По моей спине пробежали мурашки. От неожиданности я вздрогнула и, мгновенно развернувшись, со всего размаха, наотмашь ударила рукой нежданного нападающего. Послышался звонкий, смачный удар и глухой звук падения.
  Сердце бешено билось в груди, ладонь, горя, неприятно пульсировала в такт моему тяжелому дыханию. Я даже немного опешила - рука, вопреки обыкновенному, не прошла сквозь ледяное тело призрака, не слышан был и его тихий издевательский смех. Неужели я хорошенько приложила живого человека? Мне мгновенно стало дурно. Если это был не Джек, то кто? Неужели один из друзей Ника или может он сам попал под мою раздачу?
  Лира быстро пришла на шум. Внизу пострадавший промычал что-то бессвязное и бывшая колдунья, удивленно обратив внимание на звуки, опустила канделябр со свечами поближе. Увидев несчастного, который попал под мою непроизвольную атаку, у меня непроизвольно сжались кулаки. Вместо сочувствия, которое я испытывала пару мгновений назад, обуял гнев, ибо это был не кто иной, как Никериал. Наверняка мерзкий колдунишка специально все подстроил, чтобы унизить и напугать меня до полусмерти!
  Ник, потирая одной рукой ушибленную скулу, попытался встать, но у него это получалось крайне плохо. Неужели мой удар был настолько сильный? Маг, собрав волю в кулак через пару бесплотных попыток все же поднялся, но не без моей помощи. Этот негодяй просто повис на нежных, хрупких и слабых руках девушки. От него за пару метров противно несло спиртным и, судя по дурацкой улыбке, которую маг пытался изобразить, усиленно о чем-то думая - алкоголь был крепкий, и явно не одна рюмка.
  Ник оперся рукой об стену и, посмотрев на меня несчастными Серыми глазами, обиженно засопел, аки малое дитя:
  - Ире-е-ен, за что? Это было очень-очень больно.
  Я невинно похлопала глазками и с усиленным интересом стала рассматривать канделябр. Определенно подсвечнику уже пара веков, великолепное произведение искусства - настоящий антиквариат. О стоимости говорить пока рано, но даже сейчас видно, что он бы потянул на хорошую сумму золотых. Ник оказывается богатый, а с виду и не скажешь.
  Пока я усиленно изображала свою непричастность, жена магистра Гоннери, не теряя времени даром, пошла в наступление.
  - Ники! - воскликнула Лира, сжав мага в крепких объятиях. Я вновь поразилась - и как у нее получается обнимать мага, держа в одной руке тяжелый канделябр? Неужели опыт? - Тебе больно? Давай я окажу тебе первую помощь! Как раз у меня есть огонь и можно прижечь твои раны, чтобы в нее не попала инфекция, и ты потом не умер от... как там называется эта болезнь? Не напомнишь мне ее забавное название? А-а, вспомнила, гангрена! Ники, показывай мне свои ужасные раны, надо срочно, немедленно начать лечение!
  Ник расширив глаза от ужаса, энергично попытался вырваться из удушающих тисков девушки. Но куда пьяному магу до энергичной, полной решимости помочь Лиры? Эта бесплодная попытка была заранее обречена на провал.
  Я в предвкушении улыбнулась. Наконец-то на колдуна обрушится возмездие за все его грехи. Праведный меч Богини да свершит правосудие! Возрадуйся Лира, тебе предоставлена великая честь! Во имя мира, любви, справедливости, задуши в объятиях этого извра... злодея! Ну, или на крайний случай спали его священным пламенем! Но Всевышняя, похоже, завела дурную привычку игнорировать мои просьбы. Добро опять проиграло злу, справедливость не восторжествовала, правосудие тихо плакало в сторонке. А все из-за магистра Гоннери! И какие демоны отправили его прогуливаться по замку ночью?!
  Пока я увлеченно наблюдала за Лирой, которая ловко душила Ника, держа в одной руке канделябр, ко мне подкрался магистр Гоннери. Он неожиданно появился с противоположного конца коридора и сильно меня напугал, когда я услышала позади себя чей-то кашель. И кто учил магов так незаметно подкрадываться со спины? Если бы этого не было, то всеми уважаемый член Совета магов не пал на пол, сверженный моим отработанным на тренировках ударом. Все же привитые мастером рефлексы не так легко удержать.
  Я сокрушенно вздохнула, в мыслях ругая себя за излишнюю пугливость. Вот если бы я внимательно слушала мастера и не позволяла, как он меня учил, отвлекаться, то не было таких нелепых случаев. Неужели придется извиняться?
  Лира, когда увидела нового пострадавшего, вмиг отпустила полузадушенного Ника и помчалась оказывать первую помощь мужу. Предыдущая жертва медицинских познаний бывшей колдуньи с жадностью глотнул воздух. Мне еле-еле удалось перехватить неугомонную девушку и буквально вырвать из ее рук многострадальный канделябр, а то, боюсь, им она все же ненароком кого-нибудь зашибет, а если это будет не злой колдун, то пылающий меч Богини избранной деве Лире больше не к чему. Пускай пока я побуду его хранительницей. Да и, если честно, меня очень сильно раздражает мерцание света. Мои глаза к такому не привыкли, а Лира, похоже, и не собиралась прекращать махать единственным источником света в разные стороны.
  Ник с непередаваемым облегчением посмотрел на своего спасителя, усилено потирая шею. Потом обратил внимание на меня.
  - Ирен, - как можно печальнее вздохнул Ник. - Похоже вам на спину надо повесить табличку: "Осторожно, данная особь лягается!"
  Я сжала в руке канделябр. Мое лицо вспыхнуло, и во мне волной стал подниматься гнев. Кто тут особь? Кто лягается? И вообще, что это за странное слово "особь"? Этот колдун без зазрения совести только что оскорбил меня два раза!
  - Не мели чушь. Ник, как можно говорить такие глупости о прекрасной леди? - магистр Гоннери поднялся с помощью Лиры, потирая челюсть. Я не могла поверить? Неужели на этом белом свете появился тот, кто защитит мою запятнанную честь? Неужели среди магов есть благородные рыцари! - Если бы она лягалась, то боюсь, я бы так легко не отделался. Скорее, это было похоже на замах огромной разъяренной медведицы. Передо мной вся жизнь пролетела - я уже думал, что мне конец. Знаешь, надо было написать...
  - Дураки, - Лира, перебив мужа, отвесила ему подзатыльник. Моя мечта о безупречном рыцаре разбилась вдребезги. Какая я наивная. И с чего я решила, что сообщник колдуна будет меня защищать? - Сами виноваты. Нечего подкрадываться к слабым беззащитным девушкам!
  Маги переглянулись и Ник, все еще придерживая шею, пробурчал, с опаской косясь на бывшую колдунью: "И кто тут слабый и беззащитный? Одна чуть не пришибла, вторая - не задушила, одновременно пытаясь провести кремацию".
  Моя новоявленная подруга глубоко вздохнула, придерживая под локоток магистра Гоннери.
  - Я так и знала, что этим все кончится, - Лира повернулась в мою сторону. - Знала, что они напьются. Ирен, просто не обращай внимания на их ужасное поведение. Знаешь, чем маг отличается от обычного человека?
  Я отрицательно замотала головой. Думаю, ей не придется по душе мой вариант, что они превращаются в "хамоватых порождений тьмы".
  - Маги совершенно не умеют пить, - продолжила девушка под одобрительно хихиканье магов. Похоже, они полностью были согласны с мнением волшебницы. Нет, мне до сих пор непривычно видеть колдуна в таком состоянии. Он страннее обычного. - И становятся стихийным бедствием. Так что ничему не удивляйся.
  Маги утвердительно кивнули. Нахалы! Они даже не пытались спорить, когда их очерняла волшебница! Лира положила руку на лоб, словно у нее внезапно разболелась голова и прошептала, обращаясь в пустоту: "Великая, не дай повториться тому кошмару, что произошел два года назад. Я не хочу снова объяснять сыну, что его отец случайно превратил в руины теперь уже замок дяди Ника".
  Я с опаской посмотрела на довольного хозяина замка. Ник, пошатываясь, осторожно обошел Лиру, будто она была ужасным монстром, и встал рядышком с другом. Эти двое сразу зашептались на незнакомом мене языке, мерзко хихикая над каждой сказанной фразой и поглядывая в мою сторону. Что-то мне подсказывало, что сейчас они вряд ли обсуждают, как попросить покаяния перед ликом Великой.
  - Кстати! - вдруг неожиданно для всех крикнул колдун, хлопнув друга по спине, да так, что тот чуть не упал. - Совсем забыл. Мы же на задании!
  - Да, - опасно покачнувшись, утвердительно кивнул головой Филгус.
  - Так что, тс-с-с... - Ник понизил голос до трагического шепота, приложив к губам указательный голос. - Мы на великой охоте.
  - Охоте? - рассеянно переспросила Лира.
  - Да, мы ищем огромного зубастого монстра! - с неподдельной радостью и воодушевляющим энтузиазмом воскликнул магистр Гоннери.
  - Монстра? - совсем тихо спросила резко побледневшая женщина.
  Новоявленные охотники довольно улыбнулись и Лира ошарашено на них уставилась. Я от нее не отставала - какой еще монстр? Наверняка здесь скрывался какой-то подвох!
  - Ирен, а вы не знаете, где кот? - невинно спросил Ник. Я сначала непонимающе уставилась на мага: "Причем тут котенок?", а потом вдруг меня осенило...
  - Ларсик не монстр!
  Что этот мерзкий колдунишка себе позволял! "Охотники" переглянулись, а потом посмотрели на меня, словно на неразумное дитя. Лира нахмурилась, видно не зная про моего питомца.
  - Монстр... - вздохнул Ник.
  - Нет!
  - Да.
  - Нет и еще раз нет!!!
  С каждой сказанной фразой мой голос повышался, а у колдуна оставался неизменным - он был похож на учителя, который скучающим тоном пытался объяснить простые вещи своему глуповатому ученику.
  - Не спорьте со старшими...
  - Не говорите глупости!
  - Кто тут из нас двоих говорит глупости...
  - Конечно, вы!
  - А мне показалось наоборот...
  - Я не глупая!
  - О, теперь мы переходим на личности? Прекрасно...
  - Да вы злодей, лицемер и мучитель бедных котят!
  - Конечно, от моей руки пострадало бесчисленное множество бедных кошек...
  - А ну, замолчали оба! - прикрикнула на нас Лира, вмиг заставив закрыть рот и забыть суть спора - Цапаетесь друг с другом как муж и жена!
  Я и Ник переглянулись, скривились и отошли друг от друга. Чтобы я - да с ним? Я еще так сильно не грешила, чтобы отправлять меня в пекло Преисподней. Судя по выражению лица колдуна его мысли, если не повторяли мои, были приблизительно такого же характера.
  - А мне понравилось, - довольно улыбнулся Фил решив внести в разговор свою лепту. - Люблю накал страстей. В них раскрываются такие тайны, проявляются такие чувства - лучше любой постановки лицедеев. Ник, мне только интересно, а когда свадьба?
  - Что-то мне подсказывает, что скоро будут чьи-то похороны, - усмехнулся Ник и невзначай стал разминать пальцы рук. Магистр Гоннери нервно улыбнулся. - И если ты не ведал, Фил, наше многоуважаемое Высочество уже замужем.
  - А почему я об этом не знаю? - моему возмущению не было предела. Меня уже, оказывается, выдали замуж, причем, не поставив в известность.
  - Как это не знаете? - удивился Ник. - Вы сейчас разбиваете сердце Роднику!
  - Роднику? - поразился Фил и взглянул на меня, как на сумасшедшую. - Она вышла замуж за бьющий из недр земли поток воды?
  У меня начался нервный тик и стали дрожать от гнева руки. Ирен, успокойся, помни чему тебя учили. Вдохни поглубже. Не позволяй эмоциям завладеть твоим разумом. Ты ведь прекрасно знаешь куда попала. Знаешь, что обращать внимание на умалишенных - признак дурного тона.
  - А разве это не гейзер? - задумчиво произнес Ник. - Хотя ты прав, гейзер это ведь столб воды... Впрочем, неважно. Я говорю про человека... наверное. И его зовут Родник, Родерик, Руберд, Роберд, Руфус... я знаю точно, что его имя начинается на букву "Р".
  - Ромашка? - наивно предположил магистр Гоннери.
  - Я не уверен, что принца назовут женским именем, тем более, в честь цветка. Хотя, кто знает этих капризных правителей?
  - О, принц! - обрадовался светловолосый волшебник. - А ты знаешь, дорогой друг, я знаю по именам всех правителей и королевских отпрысков всего материка!
  - Правда?
  - И я помню, что среди них был точно кто-то на букву "Р". Но вот беда - он уже занят. Этот принц жених нашей принцессы.
  - А вот это уже проблема, - расстроился Ник. Эти два мыслителя огорченно вздохнули. Их великолепная теория только что потерпела полное фиаско. - Только давай не будем расстраивать Ирен. Бедняжка не выдержит предательства "Ромашки".
  - Его зовут Родрик! - я уже устала выслушивать их бред. Мало того, что они измываются надо мной, так они еще принялись потешаться над наследным принцем соседнего королевства! - И Его Высочество женится на мне, потому что я - та самая принцесса!
  - Правда? Поздравляем, а почему ты скрыла от нас, что выходишь замуж?
  - Ник, ну зачем так резко давить на девушку? - укорил друга магистр Гоннери. - Ромашка... то есть Родрик, только что сделал ей предложение руки, сердца и оставшихся частей тела. Она просто не успела нас порадовать, что ей достался такой великолепный суповой набор!
  Мерзкие маги захихикали и даже Лира, которая ранее не одобряюще на них посматривала, пыталась не рассмеяться и сохранить серьезное выражение лица.
  - В-вы... вы издеваетесь?! - Еще никто никогда меня так не оскорблял и не насмехался! Если бы не моя выдержка, то я давно, либо в порыве гнева набросилась на них, либо разрыдалась от бессилия.
  - А ну хватит! - воскликнула Лира. Маги стали хихикать намного тише. Девушка, неодобрительно покачав головой, подошла ко мне сочувственно приобняв. - Не обращай внимания на этих болванов, - она ласково погладила рукой мое плечо. От ее неожиданной поддержки мне стало намного легче. Интонации ее голоса напомнили мне мою маму - она также меня успокаивала, когда брат доводил меня до слез. - Пьяный адекватный маг - это нонсенс.
   - Что?
  - Я говорю, не бери их в голову, - вздохнула Лира, улыбаясь мне с материнской теплотой и заботой. - Просто пропускай мимо ушей их шуточки. Они же не со зла... я на это надеюсь
  - Передавай привет "Ромашке", - сквозь смех произнес Ник, прислонившись к стене. Похоже, его уже не держали ноги. Магистр Гоннери, лишившись опоры в виде жены, теперь держался за друга, хихикая ему в плечо. - А также всему цветочному королевству.
  Я, вздохнув, отвернулась от этих остолопов. И что на меня вдруг нашло? Почему меня так задело такое обращение ко мне колдуна?
  "Ее Высочество каждое мгновение своей жизни должна подавать всем юным особам королевства пример грации, женственности и хороших манер. Ее высочеству не подобает обращать свой взор на людей с небольшим количеством ума, тем, кто не ведает правил этикета и ведет себя, как невежественный хам" - это строки из книги, которую мне пришлось в детстве всю выучить наизусть. Сколько прошло времени, а до сих пор дословно помню каждую страницу из почти полсотни правил.
  Когда я была еще маленькая и только начинала изучать сей труд, то долгое время неукоснительно следовала предписанием правил поведения принцессы и не обращала внимания на Министра финансов, господина Жепрена. Не выдержав моего игнорирования, он, через некоторое время, напрямую спросил у меня причины такого поведения. В ответ я, торжественно, наизусть, на одном дыхании прочитала ему эту фразу и на всю жизнь запомнила как тогда покраснел от гнева министр, какой тогда разгорелся скандал - мне объяснили, что оказывается, дворяне всегда безупречны независимо от того, как они себя ведут с ниже стоящим сословием. И то, что маленькая принцесса игнорировала министра за то, что тот кричал на слуг, было в корне неправильно.
  Я всегда презирала министра за такое отношение к людям и пыталась вести себя как можно дружелюбней, даже находясь в обществе злого колдуна. Но, то, что сейчас вытворяли маги, не лезло ни в какие ворота. Неужели они не читали книг по этикету? Или может быть с Ником и Филом то же самое, что и с ...
  - А они точно пьяные? - с большим сомнением прошептала я Лире, с опаской поглядывая на магов. Закадычные друзья уже успокоились, они лишь изредка похихикивали, вытирая тыльной стороной ладони, выступившие от смеха слезы. - Я тут вспомнила, как однажды во дворце у нас произошел один похожий случай, который навсегда вошел в историю как "изгнание злых духов с помощью горшка и меча".
  Лира заинтересовано изогнула бровь, даже маги прислушались к нашему разговору. Свечи горели ровным золотисто-рыжим пламенем, темнота зимней ночи обволакивала нас со всех сторон, отступая лишь от золотистого света огня, казалось, что замерло само время, решившее подслушать нашу беседу.
   - Как-то раз, в Дворцовом храме один молодой жрец, дабы почтить Богиню, решил перед вечерним богослужением жечь благовония, но по случайности, а может по великой задумке Всевышней, в священных душистых травах оказалась "дурман-трава". Вы можете себе представить, какой для всех был шок, когда вечером, всеми уважаемый Верховный жрец бегал по коридорам дворца в одних подштанниках, надев себе на голову вместо клобука свой ночной горшок. К счастью, слуги хорошо выполняют свои обязанности, и золотой горшок с прекрасным ликом Богини был пуст. И ладно бы он просто бегал - придворные уже давно привыкли к некоторым экстравагантным выходкам своих соотечественников, так нет, он гонялся за воображаемыми монстрами, доводил придворных дам до истерики, то заглядывая им под юбки, то пытаясь лицом залезть в бюстгальтер, дабы определить на ощупь размер их груди. Хохотал, как безумец, и что странно, очень быстро бегал от стражников, хоть и был довольно упитанным господином...
  - Я бы с ним подружился, - прервал мою историю Ник, явно увлеченный рассказом. - Хороший, видимо мужик, хоть и жрец.
  - Но Верховному служителю Богини в тот вечер крупно не повезло, - Ник и магистр Гоннери печально вздохнули, сопереживая несчастному. - Великая отвернулась от своего преданного раба, ибо, убегая от оравы стражников, он наткнулся на меня. Тогда, по странному стечению обстоятельств, я, возвращаясь с тренировки, была жутко уставшая и злая. А Верховный жрец налетел на меня, чуть не сбив с ног. От неожиданного нападения у меня сработали рефлексы, которые я ранее до изнеможения отрабатывала с мастером.
  ...Звон золотого горшка, по которому бьют тренировочным мечом, был подобен звону церковного колокола. Одно хорошо - я тогда так выпустила накопившийся пар, что служитель богини сразу пришел в себя, конечно, после того как его голову освободили из немного помятого горшка.
  - Жестоко, - довольно хмыкнула бывшая колдунья.
  - Ирен, я понял одно - вы злюка. Родр... тьфу ты, язык сломаешь... Ромашка не достоин лицезреть и мизинца на вашей ноге! А то вдруг, вы и его... мечом по голове.
  - А я и не хочу, чтобы Его Величество Родрик лицезрел мои ноги, - пробурчала я, убирая рукой за ухо выбившую прядь волос, после слов Лиры я уже более спокойно могла реагировать на выпады колдуна. - Меня вполне устраивает то, что он видит меня лишь на портрете. А вот я бы с удовольствием понаблюдала за тем, как вы вслух читаете молитвы. Зря, что ли дарила вам проповеди?
  - Только после того, как вы мне наизусть и в приватной обстановке прочитаете мое любезно подаренное вам пособие, - сразу нашелся, что ответить на мою колкость маг. Должна признать, что когда колдун не ведет себя как маленький ребенок, с ним можно вполне сносно поговорить. Жаль, что такое просветление, в затуманенном алкоголем разуме Ника произошло лишь на несколько мгновений, ибо он, почти сразу, переключился на своего друга, который дергал его за рукав камзола, и они опять зашептались на неведомом мне языке.
  - Лира, так я не поняла, - прошептала я девушке, недвусмысленно посмотрев на канделябр. - Они точно пьяные или как наш верховный жрец... уже того, пора выбивать подсвечником злых духов?
  Мы долго и пристально рассматривали магов пытаясь выявить признаки одержимости демонами. Но, к моему сожалению, Лира через несколько томительных минут ожидания сначала с сомнением, а потом уже более уверено отрицательно покачала головой.
  Придя к какому-то согласию, маги отлепились от стены и, покачиваясь, медленно, даже не обратив на меня и Лиру внимание, двинулись вперед. Вот невоспитанные хамы, даже не попрощались!
  - Эй, вы куда? - крикнула им вдогонку Лира.
  - Как куда, - остановившись, удивился Фил, непонимающе посмотрев на свою жену. - Мы же уже говорили, что мы охотимся на монстра.
  - У нас очень важная миссия, - вздохнул Ник, придерживая за локоток друга и торжественно подняв указательный палец, патетически воскликнул. - Мы уже потеряли троих в этой неравной схватке со злом! Наши товарищи заповедовали нам поймать монстра и отдать его на растерзание науки! Хотя сначала они очень хотели увидеть его воочию, но это уже не важно. Наши падшие товарищи уже явно в не состоянии увидеть пойманную добычу.
  - Как это не в состоянии? - упавшим от волнения голосом, переспросила резко побледневшая Лира. - Что с Дарианом, Мариан и Адрианом?
  Я согласно закивала. Неужели они раньше срока очутились в чертогах Богини? Да нет, этого не может быть. В одно мгновение лишиться сразу троих опытных магов, причем один из которых состоял в Совете? Что это за монстр такой?
  Друзья переглянулись, и Ник резко показал на своего друга указательным пальцем:
  - Это все он виноват.
  - Не правда! - возмутился такому предательству Филгус. - Это была общая идея! И тем более, моей вины не больше чем твоей! Ты тоже активно принимал в этом участие!
  - Но кто ее предложил! Кто нанес непоправимую травму моей психике, вырвав у меня клок волос? Кто был инициатором?
  - Зато страдания сторицей окупились результатом, - захихикал магистр Гоннери, шутливо подтолкнув друга в плечо.
  - Это точно! - присоединился к веселью Ник. - Как вспомню лицо Мариан... я всегда знал, что ты гений, Фил.
  Маги захихикали и начали выкрикивать в купе со смехом какие-то несвязанные между собой слова: "А она...", "А он...", "Помнишь, какое лицо...", "А Мери сразу в губы...", "Дариан обомлел...".
  Я непонимающе посмотрела на Лиру, девушка ответила мне тем же взглядом. Как связаны между собой их странный диалог и исчезновение троих магов? Что это за заговор мирового масштаба? Какую еще гадость они устроили? И скажите мне, пожалуйста, причем тут мой бедный котенок!
  Но, оказывается, жене магистра Гоннери тоже было интересно узнать, что произошло в ее отсутствие, только вот она решила спросить об этом прямо, перед этим грозно глянув на мужа и хищно улыбнувшись резко побледневшему Никериалу. Маги, заикаясь, все ей и рассказали. И почему Лира до сих пор не работает на нашу Тайную стражу? Такой зря талант пропадает!
  Если коротко, то вот, что мне удалось выловить из невнятного блеяния Ника и Фила:
  Когда я с Лирой ушла, то маги, не мудрствуя лукаво, решили выпить за встречу и отметить предстоящую свадьбу Адриана. Долго ли коротко, Ник рассказал своим друзьям про недавно проведенное исследование и каким-то чудом убедил их в важности его опытов. Не знаю, что он им там наплел, но после его слов магам захотелось воочию увидеть Ларсика, но крепкая настойка уже сделала свое черное дело, и друзьям захотелось разнообразить предстоящие поиски. Они назвали эту глупость "великой охотой на монстров".
  А тем временем, волшебница Мариан, подталкиваемая алкоголем, решила пойти в наступление и завоевать сердце колдуна. Видя такой натиск со стороны волшебницы, Фил, как лучший друг Ника, решил ему помочь в этом нелегком деле и, проведя один страшный и темный ритуал под странным названием "личина", для которого потребовались волосы колдуна, они придали ничего не подозревающему, мирно сопящему в кресле магистру Дариану внешность Ника. Мариан, естественно, сразу повелась на их шутку. Мне даже страшно представить, что подумал бедный волшебник, когда к нему полезла обниматься уже давно любимая девушка!
  Пока пара ворковала, новоявленные сводники, отпраздновав победу еще одной стопкой жаровки, похихикивая, в прямом смысле, уползли из гостиной. Хорошо, что Мариан также была слаба перед воздействием спиртных напитков, как и Дариан и они, мирно обнявшись, уснули в кресле. Ник еще сокрушался, что ему было неприятно видеть со стороны, как его обнимает волшебница, но ради будущего счастья друга и избавление от излишнего внимания Мариан он был готов терпеть.
  Оставив счастливую пару, маги двинулись на поиски котенка, прихватив с собой недопитую бутылку сильнодействующей настойки. Ища по коридорам "неуловимого монстра" и заглушая страх настойкой, друзьям пришла гениальная идея - они с помощью магии задули все факелы в замке. На вопрос, зачем они это сделали, Фил ответил просто, мол, чтобы Ларсик их не увидел. Им даже не пришло в голову, что кошки могут видеть в темноте.
  Побродив немного по коридорам, Адриан демонстрируя, похоже, семейную неустойчивость к алкоголю, раньше срока покинул своих товарищей, напоследок взяв с них клятву, чтоб они, несмотря на все преграды и ужасы, что встретятся на их пути, достанут монстра. Немного погоревав над уснувшим другом, маги, прислонив его тушку к стене, двинулись дальше исполнять последнюю волю Адриана. Теперь их осталось только двое, но новоявленные герои не унывали, они свято верили, что найдя монстра, вернут в этот мир своих товарищей...
  - Идиоты! - вынесла свой вердикт Лира, выслушав до конца их приключения.
  - Нет, мы не идиоты, - не согласился с ее мнением Ник. - Если бы я им был, то не мог бы сплести ни одного заклинания!
  Колдун самодовольно махнул рукой. Не было ни ветра, ни молний. Мы подождали пару минут - все осталось без изменений. Лира скептически изогнула бровь, скрестив на груди руки. Факты подтверждают слова - я так и знала, что он идиот.
  Ник, не желая сдаваться, раздраженно повторил попытку - бестолку. Когда уже в десятый раз у него ничего не получилось он, в отчаянии всхлипнув, зарыдал, уткнувшись в плечо товарищу:
  - Я забыл все пасы рукой! У меня из головы вылетели все заклинания! Я даже не помню, как применить телекинез! Почему у меня ничего не выходит, ведь раньше, я применял их, не задумываясь, а сейчас! Учителя на меня нет!
  - Не вспоминай учителя всуе, - вздрогнул Фил, успокаивающе гладя по спине друга рукой. - Вдруг придет! А мы от него даже отбиться не сможем! Надо просто хорошенько подумать, и я уверен ты все вспомнишь!
  - Правда?
  - Конечно! Давай-ка вместе вспомним заклинание "Адского пламени". Кто первый его применит, тот и выиграл!
  Маги не на шутку задумались. Лира побледнела. Что это за заклинание такое, что волшебница испугалась? Судя по названию - ничего хорошего.
  Женщина подошла ко мне и, поглядывая на задумавшихся магов, взволнованно прошептала:
  - Заклинание, которое они хотят применить - это высшая магия, которую разрешено использовать только после разрешения Совета. Они спалят замок и всю округу к демонам в радиусе километра и устроят здесь филиал Преисподней!
  - А у них хватит сил? - перебила я девушку, с сомнением посмотрев на притихших магов.
  - У этих хватит. Надо скорее увести их спать, пока они опять не натворили бед.
  Я согласно кивнула головой. Да, надо прекращать этот балаган, но вот только осталась одна малюсенькая проблемка...
  - Увести? А как? - мне слабо верилось, что маги пойдут за мной, стоит только мне поманить их пальчиком.
  Мы задумались. Вдруг Лира, внезапно просветлев лицом, прищелкнула пальцами и, подмигнула мне:
  - Есть единственное, что может заставить мужчину позабыть все свои дела и все цело выполнять прихоти женщины.
  - И что же?
  Лира таинственно улыбнулась.
  - Ты любишь сказки?
  Я непонимающе нахмурила брови. Причем тут сказки?
  Видя, что я совсем ничего не понимаю, она обреченно махнула на меня рукой.
  - Просто смотри и повторяй за мной. На тебе будет Ник, и так что помни, от того, сможешь ли ты его увести, возможно, зависит наша жизнь. - Я невольно скривила губы. Увести колдуна? Хуже просьбы не придумаешь. Лира, посмотрев на меня, засмеялась. - Расслабься. Я пошутила. Мне просто нужна будет твоя помощь, двоих я чисто физически не смогу утащить. Ты главное смотри внимательно, что я делаю, и потом сделай тоже самое... Ну, или просто постарайся повторять...
  Я вздохнула и утвердительно кивнула головой. Ладно, куда я денусь, конечно, помогу, но только в разумных пределах. Проводить темные ритуалы я совершенно не собираюсь и помогаю Лире только для того, чтобы спасти невинные человеческие жизни и наконец, прекратить безумие, отправив этих всех ненормальных спать.
  Лира неспешна, спрятав руки за спиной, подошла к усиленно думающим магам и, очаровательно улыбнувшись, нежно прикоснулась своей рукой щеки Фила. Маг встрепенулся и удивленно посмотрел на свою жену.
  - Милый, - прошептала она, чуть ли не касаясь губами его мочки уха. Руки девушки обвили мага вокруг шеи, пальцы нежно поглаживали его волосы. Магистр Филгус расплылся в блаженной улыбке. Было, похоже, что он напрочь выкинул из головы все, о чем думал минуту назад. - Дорогой, - продолжала чарующим голосом нашептывать жена магистра. - Пойдем со мной. Я расскажу тебе на ночь сказку.
  Я от досады прикусила губу, ибо прекрасно понимала, что моего опыта явно не хватит, чтобы так же соблазнительно говорить на вид такие обыденные фразы. Мне никогда не сравниться с Лирой. Меня грызло доселе не виданное чувство зависти.
  - О-о-о, - воскликнул Филгус, повернувшись к жене. Он игриво ей подмигнул, обнимая ее за талию. Светловолосый волшебник стал тверже стоять на ногах, выпрямил спину, пригладил свободной рукой волосы, чтобы более достойно выглядеть в глазах любимой. - Только, чур, мою любимую. Я буду жрецом, а ты ведьмой.
  - Договорились, - Лира немного застенчиво опустила глаза, поплотнее прижимаясь к мужу. Вот это мастерство! Немного кокетства, соблазнения и чуток невинности и вот - мужчина мигом позабыл обо всем, стал в руках девушки податливым, как глина.
  Лира в обнимку с Филом подошла ко мне и взяла с канделябра одну свечку. Потом подмигнула и как бы ненароком скосила глаза на обалдевшего от такого предательства Ника, принуждая меня к началу действий. Я колебалась, не решаясь перед девушкой начинать говорить. Лира хмыкнула, уловив мою застенчивость и, напоследок помахав свечой, отправилась с мужем дальше по коридору. Что сказать, Лира была абсолютно права. Ей с легкостью удалось завлечь в свои умело расставленные сети Фила, потащив его спать под таким невинным предлогом.
  Да вот только, когда семейная пара уходила, мне довелось сильно покраснеть, ибо магистр Филгус внезапно решил начать читать по ролям совсем невинную детскую сказку.
  - Покайся ведьма! - выкрикнул Фил, повергнув меня и Никериала в шок. - Во имя Богини, очисти свою заблудшую душу!
  - Да святейший, я очень сильно согрешила. Накажите меня, прочитайте проповедь...
  - Я уверен, ведьма, что ты прячешь улики своих злодеяний! Сейчас я отведу тебя в келью и устрою приватный обыск... Готовься, наказание будет... очень жестокое.
  Я бы закрыла руками уши, но, к сожалению, в одной руке у меня был канделябр, и мне пришлось до конца выслушивать эти неприличные намеки, пока они не скрылись из виду, и их не стало слышно. Что-то мне стало казаться, что Лира имела в виду совсем не обычную сказку...
  Когда они ушли Ник огорченно пробормотал:
  - Вот и еще один доблестный воин пал на поле битвы, утащенный злобной фурией. Остался один я. Хотя, - он внимательно посмотрел на меня. - Ирен, а не желаешь присоединиться к великим поискам монстра?
  - Нет!!!
  - Ну и ладно, - с обидой произнес Никериал и стал с усиленным интересом рассматривать свои ладони. - Надо вспомнить хотя бы один пас рукой...
  Пока маг маялся дурью, махая руками, я, немного придя в себя после представления бывшей колдуньи, готовилась повторить подвиг Лиры. Мое лицо горело, колени дрожали, а Сердце готово было вырваться из груди. О, Великая, и почему я так боюсь? Почему у меня вспотели ладони? А вся уверенность и мужество, с которым я обычно беседовала с Ником, куда-то испарилась. Великая, я еще никогда никому не читала сказки, даже тем экстравагантным методом, каким мне предлагала Лира. Я, конечно же, не буду до конца следовать указаниям девушки, просто провожу Ника до его спальни, тем более, это самый легкий предлог, чтобы попасть к нему в комнату и, когда он уснет, обследовать ее на наличие подозрительных вещей. Я уложу его спать и даже, поборов свою гордость, прочитаю сказку, но если он полезет ко мне обниматься - сразу же огрею чем-нибудь тяжелым.
  - Ник, хотите я вам... - охрипшим от волнения голосом тихо пробормотала я, не смея даже взглянуть на колдуна. Чувствуя, что я как-то не так начала говорить, я вздохнула и, прокашлявшись, более уверено закончила фразу. - Я вам расскажу сказку.
  Колдун, перестав созерцать свои руки, с таким удивлением на меня посмотрел, как будто я предложила ему устроить оргию с последующим захватом мира.
  - Что-что? - переспросил он.
  - Я хочу вам рассказать на ночь сказку, как Лира, - уже с раздражением сказала я. Этот колдунишка совершенно не ценит моих стараний!
  - Нет, - немного подумав и окинув меня долгим оценивающим взглядом, усмехнулся он. - Я хочу поймать монстра и как я могу нарушить последнюю просьбу Адриана?
  - Но он же не умер! Или неужели...
  - Конечно, нет. Он трагически пал сверженный коварным змеем. Я остался один и это мой долг!
  - Но я хочу рассказать вам сказку! - не могу поверить, что он отказался от моего соблазнительного предложения. Да любой на его месте с радостью заявил бы обратное! А он... Еще и задумался, осматривая меня, как товар на прилавке. Ну, все. Он меня разозлил. Я упертая и очень упрямая, людям легче со мной согласиться, чем впустую отстаивать свою точку зрения. - Я от вас не отстану, пока вы не согласитесь!
  - Вы точно этого хотите? - обреченно вздохнул Ник.
  - Да, - я решительно кивнула головой, готовая бороться до последнего.
  - Хорошо, - как-то быстро согласился он, и, подойдя почти вплотную, шепнул. - Но только, чур, я выбираю. Я хочу сказку о благородном рыцаре Редженальде.
  - Отлично, - я наизусть знала эту историю. Сюжет в сказке прост: рыцарь спасает принцессу из лап дракона, попутно прорубая себе путь через толпы врагов, злодеев и колдунов. И в конце истории они женятся, и вешают трофей - голову дракона, - над камином. Это моя самая любимая сказка, повествующая о победе добра над злом. Магу не помешает рассказать эту историю, может, поймет, что у него нет и шанса.
  - И роль, - настаивал Ник. Мне оставалось только согласно кивнуть. - Я буду... дайте подумать... мухой, а вы свечей.
  - Ч-ч-что? - я от неожиданности чуть не уронила канделябр со свечами. - Но там нет таких персонажей!
  - Как нет? - удивился Ник, посмотрев на меня так, как будто я совершенно не представляю, о чем говорю. - Есть, просто автор бесчестно обделил их вниманием! Про них он должен был написать три главы, и я хочу исправить эту несправедливость, а то табуреткам посвящены строки, а мухе ни-ни...
  - Но свеча и муха? Может рыцарь и принцесса?
  - А что вам не нравится? - скривился от моего предложения маг и патетически воскликнул. - Муха - главный персонаж этой эпопеи! Если бы не муха, на которую отвлекся дракон, то рыцарь никогда бы его не убил и не спас принцессу! Так что муха сейчас полетит на поиски злобного монстра, а свеча, как порядочная девушка, идет спать и перестает слушать глупости Лиры. Тоже мне, - усмехнулся колдун, - ролевые игры... Спокойной ночи, муха полетела...
  И Ник, изобразив руками крылья и жужжа, круто развернувшись, пошел, качаясь из стороны в сторону дальше по темному коридору.
  Последнее что я услышала, был стишок-песенка, который колдун пел, придумывая его на ходу:
  
  Эх, в наши времена
  Жизнь мухи очень не легка
  Кругом опасность, шум и гам
  И смерть все ходит по пятам
  ( Послышался глухой удар)
  
  Мой бедный нос и голова
  За что ударила стена?
  Упал. Лежу. Открыл глаза
  Кругом одна лишь темнота...
  Встаю. Иду. А где тут дверь?
  Опять стена...
  Ну что за день?
  Один ответ лишь в голове -
  Моя башка нужна стене.
  
  Корявый стих, корявый слог. Поэт бездарный - вот итог. Стихи пьяного человека мало того, что отличаются полным отсутствием стиля и ритма, так и еще это похоже на бред умалишенного.
  Я дождалась, пока завывания колдуна утонут во мраке коридора, и, зевнув, пошла спать.
  Надо признать - я потерпела полный провал. Ну и не больно и хотелось читать Нику сказку, вот только все равно обидно, что меня не только отвергли, так еще и надсмехались над моими чувствами. Я ведь искренне хотела ему помочь - не допустить того, чтобы он куда-нибудь ненароком упал в таком состоянии, сломал себе что-нибудь... Кстати, надо сейчас не забыть найти Милену. Адриан не виноват в тупости своих друзей. Надо ему помочь добраться до постели.
  Ничего, я поговорю с колдуном завтра утром, когда он будет мучиться с головной болью. Уверена, у нас получиться поистине увлекательная беседа.
  
  
Глава 6. Тайны прошлой ночи
  
  Если вы проснулись в неизвестном месте,
  совершенно не помните вчерашний день
  И люди на вас странно косятся,
  Это означает одно - праздник удался на славу
  
  Ник
  
  Лучше бы я не просыпался - это была моя первая мысль, когда мозг соизволил связно мыслить и худо-бедно анализировать информацию. Судя по тому, как мне сейчас плохо - вчера было очень весело и хорошо. Все тело затекло от долгого пребывания в неудобной позе, спина и шея ныли, голова гудела, в горле пересохло - сегодня мой организм нещадно мстил мне за все то, что я сделал вчера. Я не буду описывать те муки, которые на меня обрушились, скажу одно: это надо почувствовать на себе. Поверьте, после одной такой побудки вы точно несколько дней не сможете видеть спиртное.
  Мысли несвязно плыли в моей голове, я не мог сфокусировать взгляд, каждый шорох вызывал у меня приступы ужасной головной боли. "Где я? Кто я?", - рассеянно спрашивал мой внутренний голос. Безумная жажда раздирала горло изнутри, пересиливая позывы сознания узнать, где находится тело. Все потом. Все вопросы потом. Я хочу пить. Где тут вода? Я еле-еле разлепил веки и тут же зажмурился от слепящего солнечного света. Почему так светло? Уже день?
  Я протер тыльной стороной ладони глаза, потряс головой и тут же пожалел об этом - внутренний оркестр внезапно начал играть победный марш, сильно налегая на ударные инструменты.
   Подслеповатый взгляд наткнулся на широкий стол, висевшую в ряд на стене большую коллекцию кухонных ножей, закоптившуюся огромную печь. Воды нигде не было видно.
  Вдруг меня осенило. Я ведь маг! Так что я мучаюсь? Обрушившийся на меня фонтан воды утолил жажду, освежил голову и промочил меня до нитки. Исцелив головную боль, мокрый, но уже более счастливый, я решил тщательней осмотреть место, где соизволил проснуться.
  Я оказался в самом экзотическом месте во всем замке. Похоже, переплюнув даже свой прошлый опыт засыпания на ветке дерева, ибо мое дурное, затуманенное алкоголем сознание завело меня на кухню, и сейчас я сидел, скрестив ноги, на крышке огромной кастрюли. Слава Великой, она стояла на полу, а не висела на несколько метров над землей, как это было в прошлый раз. До сих пор побаиваюсь высоты...
  Из-за воды я уже более четко ощутил неприятный зуд и покалывание на лице и на руках. Посмотрев на руки, я обнаружил, что они все были в глубоких царапинах, как будто я подвергся нападению кота. В душу прокралось смутное подозрение на счет того, что я делал вчера. Червячок сомнения грыз мою душу, побуждая сознание попытаться вспомнить вчерашние похождения.
   Так, я помню точно, что я вчера рассказал друзьям про свои недавние исследования и, вроде, хотел показать им кота, даже собрался с друзьями идти на его поиски. Дальше память начала барахлить. Из тех сумбурных обрывков, которые я выловил, мне удалось немного воссоздать картину произошедшего:
  " ... Почему то я отправился бродить по коридорам вместе с Адрианом и Филом. Было на удивление темно... И весело?
  ... Я и Фил увидели впереди свет. Адриан исчез. Фил предложил разделиться и загнать в ловушку свет, поймав его в кольцо. Он пошел в обход. Чувство предвкушения потехи.
  ... Испугано-удивленное лицо Ирен. Удар. Вспышка боли... Кажется, я тогда потерял сознание...
  ... Я и Фил (откуда появился друг?!) мило беседовали с принцессой и Лирой. Почему-то лицо жены друга постоянно плыло, превращаясь в нечто клыкастое с огромными ужасными когтями, которые тянулись к моей шее. Я пытался отбиваться, но огонь все приближался и приближался... А откуда там взялся огонь? Бред. Какие-то галлюцинации... Чувство испуга...
  ... Фил и Лира исчезли. Я разговаривал с Ирен. Девушка очень смущалась и что-то бормотала себе под нос, пряча глаза. Мне опять почему-то было смешно. Что же она такого интересного сказала? Как не стараюсь, не могу вспомнить.
  ... Я один рыскал по коридорам. Интересно, а почему один? Наверное, Ирен пошла спать. Оступился, не заметив лестницу, кубарем покатился вниз и наткнулся взглядом на ошалевшего от моего неожиданного появления кота. Он даже выронил из пасти пойманную крысу. Похоже, тогда я помешал его ужину...
  ... Погоня привела меня и наглое животное на кухню. Кот шипел, прижимая уши, и выгнув дугой спину, шарахался от меня назад. Я, отдышавшись, закрыл дверь, отрезав все пути к отступлению. Последнее, что помнил - взгляд обреченного животного, загнанного в угол, но даже и не намеревающегося сдаваться.
  ... Кот орал и пытался вырваться из большой кастрюли. Я, закрыв крышку, спокойно сидел на ней сверху. Кухня была полностью разгромлена: на полу закопченные пятна от огня, на стенах черные следы лап, но меня охватило чувство безмерного удовлетворения, несмотря на усиливающуюся боль от царапин..."
  Более точную информацию мозг выдать отказался, сетуя на мою несостоятельность, как хозяина, и требовал, как минимум, неделю отдыха за причиненные алкоголем страдания и увечья. Записав его требования в список неотложных дел и пообещав рассмотреть их в ближайшее время, я задумался. Что я мелю? Зачем спорю со своим подсознанием? Похоже, я потихоньку стал сходить с ума. Прав был учитель, алкоголь - это зло, которое будет преследовать тебя всю жизнь.
  Я снова осмотрелся. На кухне было прибрано и ничего не выдавало того, что произошло ночью. Может, эта сцена с котом тоже была порождением моего рассудка? Или же рано утром пришла Милена и прибралась? Тогда почему я не проснулся? Она не захотела меня разбудить и отчитать?
  В комнате стояла гнетущая тишина, кот не подавал признаков жизни. Я насторожился. Если верить своим воспоминаниям, он заперт в кастрюле и, возможно, у него закончился воздух, так что бедное животное скончалось. От этих безрадостных мыслей мне сразу стало плохо - перед внутренним взором вмиг предстала рассерженная Ирен. Импульсивная принцесса за убийство кота меня освежует или же сама затолкает в эту кастрюлю.
  Я еле-еле выпрямил ноги и слез с крышки кастрюли. Моя ключица... Мои ноги... Моя, простите за откровенность, попа... Все нестерпимо болело, все затекло. Вот поэтому я люблю спать в кровати, ибо там хотя бы просыпаешься отдохнувшим.
  Применив небольшое целительное заклинание, я ускорил прилив крови в затекшие конечности и исцелил царапины на руках и лице, чувствуя, как с легким покалыванием и жжением они исчезают. Хорошо быть целителем, жаль только, что еще не придумали действенного лекарства от похмелья, кроме огуречного рассола. Да только и это чудо-средство далеко - в Княжестве оборотней. Но при должном умении можно убрать некоторые досадные симптомы и своими силами...
  Встав с пола, я попытался отряхнуться - одежда превратилась в грязные обноски, словно не ходил вчера по замку, а ползал, заменяя половую тряпку, а из-за воды пыль стала грязью. Высушивать с помощью магии одежды жутко не хотелось, но пришлось, поежившись от пробежавшей по телу теплой наэлектризованной волны. Теперь буду всех бить током. Прелестно.
  Грязь мгновенно высохла, вместо себя образовав тоненький слой песка - мало приятного, скажу вам. Опять Милена будет ругаться за испорченную одежду...
  Я со стороны осмотрел кастрюлю и облегченно вздохнул. Дата моей казни откладывалась на неопределенный срок, видимо сегодня ночью я все же не до конца потерял рассудок и мне, как ни странно, пришло на ум проделать дырочки, чтобы кот смог дышать. Вот только настораживало одно - судя по не ровным оплавленным концам, я проделал их с помощью огня.
  Я нервно сглотнул, неотрывно глядя на темницу кота. Что-то мне подсказывало, что Ларсик не будет рад меня видеть. Может, мне его умаслить? Так, и где на кухне Милена хранит рыбу? Где ледник? Обычно я лазил в кладовку, ища закрома с шоколадом и до рыбы мне дело не было, но сейчас...
  Я окинул взглядом кухню и четко понял, что это задание было невыполнимо. Нет, лучше встретиться с этим монстром лицом к лицу. Да и что это животное сможет мне сделать? Я маг. Я его создал. Я дрался с такими тварями, что у простых обывателей этого мира волосы встанут дыбом и разом поседеют! А это безобидный котенок, которому от роду меньше месяца! Ну и что, что он развивается намного быстрее своих сородичей и сейчас вымахал размером с крупного кота!
  Я взялся за ручку, и глубоко вздохнув, рывком открыл кастрюлю.
  Кот смотрел на меня, как на врага народа. Вздыбленная шерсть вся в подпалинах, усы торчком, хвост был похож на очень старый ободранный ершик, а некогда белый окрас животного превратился в грязно-Серый. Честно сказать, бедное животное мне на пару мгновений напомнило неупокоенную нежить и я даже вспомнил строки "праведного света". Еще большее сходство с ней придавало сверкание глаз и злобное шипение. Видимо, вчерашняя драка с котом проходила намного жарче, чем я представлял себе ранее и судя по проплешинам, я вовсю пользовался стихией огня. Только чудом кот все еще был жив с такими ранами. Правильно говорят, что пьяный маг - это стихийное бедствие. И как я не спалил к чертям весь замок? Видимо фортуна на моей стороне.
  Надо скорее вылечить это бедное животное и погладить его, извинившись за устроенную охоту. До сих пор не могу понять, зачем мне понадобилось гоняться за котом?
  Отложив свой импровизированный щит - крышку от кастрюли, - в сторону, я начал протягивать руки к коту, изобразив самое доброе и сочувствующее лицо, на которое был способен, ибо Ларсик должен был понять, что я пришел к нему с благими намереньями. Что я совершенно не Сержусь, что он меня всего исцарапал, заставил всю ночь сидеть на крышке кастрюли, что из-за него у меня побаливает спина, и я совершенно не выспался.
  Но, похоже, коту было наплевать с высокой колокольни на мои намеренья, он уяснил одно - я враг, который яро желает его смерти. Он, перейдя на утробный рык, сжался на дне кастрюли в комок и, победно сверкнув глазами, прыгнул, приземлившись прямо мне на шевелюру. Вся доброжелательность и сочувствие к коту вмиг улетучились, как только когти яростно впились мне в голову. Я кричал и поносил кота на нескольких языках, пытаясь отодрать животное от своей головы. Кот в ответ шипел и все сильнее впивался когтями, как будто пытаясь снять с меня скальп. Мы кружили по кухне, громя все на своем пути, подняли такой гвалт, что должен был проснуться и сбежать на шум весь замок. Рабочее место Милены постепенно превращалось в руины...
  Когда мне все же удалось оторвать от головы Ларсика, я готов был его придушить собственными руками. Я держал эту наглую морду за шкирку на вытянутой руке, а второй рукой пытался стереть кровь, которая заливала мне левый глаз из рассеченной брови. Голова болела так, как будто с меня уже сняли скальп, а эта когтистая скотина шипела и извивалась, пытаясь задеть меня лапами. От скорейшей расправы над животным меня удерживало то, что я осознавал все последствия такого непродуманного поступка. Да и душа прирожденного исследователя не позволяла мне в один миг погубить результат многолетнего труда.
  Я вздохнул и всепрощающе посмотрел на свое творение, отпуская, как жрец все его совершенные грехи будь-то таскание из кладовой колбасы или попытка выцарапать мне глаза. Творение яростно мяукнуло, изо всех сил пытаясь вырваться, но я не обратил на его невежество внимания - я мысленно плел заклинание.
  Ларсика окутало мерцающее ослепительно-белым светом облако, которое исцелило его раны: обожженная плешь покрылась новой розовой кожей, рубцы перестали кровоточить и затянулись, а морда страдальца на несколько мгновений довольно вытянулась... Осторожно опустив на стол ошарашенного и пока дезориентированного кота я опрометью кинулся к двери. Кот начал приходить в себя и немного покачиваясь, кинулся за своим кровным врагом в погоню, а я победно ухмыльнувшись почти прямо перед его носом, захлопнул дверь. Мой долг, как заботливого хозяина и творца сполна выполнен, а через пару часов у кота вырастет новая шерсть взамен утраченной, раны, оставленные мной, я исцелил, так что больше претензий ко мне возникнуть не должно. Ларсик мяукал, скребся в дверь и требовал, чтобы я его выпустил. Как бы не так. Мне сполна хватило и одной поездочки усатой морды на моей шевелюре.
  Надеюсь, Милена в ближайшую пару часов не пойдет на кухню. Пусть котяра придет в себя, успокоится, да и домовой не зачем видеть тот кавардак, что я ненароком устроил. Точнее, правильнее следует сказать - кот устроил. Буду и дальше придерживаться этой версии и валить всю вину на Ларсика. Скажете, это не правильно? А вы попробуйте оказаться на моем месте. Милена мне за поругание ее любимой и дорогой кухоньки плешь на голове проест, или же скальп снимет, завершив праведное дело кота, она мне каждый день это будет вспоминать, мстя каждодневным плотным обедом и генеральной уборкой в замке! Я ведь потом не одну вещь ни смогу найти! Я умру от переедания!
  Шансы конечно невелики, но я надеюсь, что она не заметит, что случилось с ее любимой кастрюлей... Хотя кого я обманываю. Надо будет поставить вопрос по-другому. Надеюсь, мне удастся убедить ее в том, что в тот момент, когда я портил кухонную утварь, я был не в себе.
  Битва с Ларсиком не прошла для меня бесследно - вся голова была в глубоких царапинах оставленных впечатлительным животным. Я могу немного потерпеть боль, но если меня в таком состоянии кто-нибудь заметит, то мне будет стыдно рассказывать о "Великой битве мага и кота". Даже упоминать о своей победе над "могучим" зверем не стоит, а то в глазах Ирен я опущусь с отметки: "злодей", на отметку: "жалкий, никчемный и безобидный злодей - живодер"
  
  
  
* * *
  
  - Как же мне-е хо-оро-ошо, - фальшиво мурлыкал себе под нос песенку магистр Филгус Гоннери, держа в одной руке дымящуюся кружку и кружась с ней словно в танце. - Птички-и по-оют, а го-оло-ова не бо-оли-ит. Я кружу-усь, а меня-я не тошни-ит, - вдруг он заметил, что он находится в холле не один, и, не снижая темпа, протанцевал вокруг меня. - Я пре-екра-асно выгля-яжу, а мой дру-уг - о-огоро-одное пу-угало...
  - И ничего не пугало. Просто я не выспался, - буркнул я, снова любуясь на свое отражение. - А вот ты, похоже, перепил этой сомнительной субстанции. Что это, кстати?
  Конечно, вид у меня сейчас был не ахти, но по сравнению с тем, что было раньше, стало намного лучше. Боевые ранения я исцелил, только вот волосы потеряли свой природный Серебристый оттенок из-за крови, лицо, конечно, было уж слишком бледное, покраснели глаза, а под ними появились темные круги. Красавец... недельной свежести.
  Филгус остановился и внимательно, скептически вздернув бровь, меня осмотрел.
  - И где же ты спал, друг мой, что твоя одежда похожа на решето... Нет, на грязные обноски, а сам ты выглядишь, как после битвы с драконом. Причем, видимо, Ник, победителем вышел не ты.
  Я немного смутился. Перед глазами промелькнул мой бой с котярой, ночная вахта проведенная верхом на кастрюле и быстрый освежающий душ в одежде. Думаю, такие подробности моей биографии навсегда останутся тайной сокрытой за семью печатями, даже для лучшего друга. Незачем по пустякам волновать Фила. Он иногда бывает чересчур впечатлительный, особенно когда дело касается моего благополучия. А я с сегодняшней ночи не до конца уверен в своей адекватности - только сумасшедшему придет в голову вытворять такие вещи.
  Видя, как я отвожу взгляд, не зная, что ему ответить, светловолосый волшебник насторожился.
  - Надеюсь, ты не попал в неприятности? Мне вполне хватило и прошлой твоей ночевки на дереве.
  - Конечно, нет, - возмутился я. Я никогда не попадал в неприятности - это они меня сами находили.
  Фил еще пару секунд недоверчиво посверлил меня взглядом:
  - Ник, ты ведь не думаешь, что я тебе поверю, с твоей-то способностью находить приключения даже там, где их по определению не должно быть?
  Я развел руками:
  - Спать верх ногами неудобно - кровь к голове приливает.
  - А ходить в таком в виде - верх благоразумия. Ники, признавайся, ты спал в темницах? Хотя нет, вход же туда совершенно в противоположной стороне, тогда... в чулане?
  Я таинственно улыбнулся:
  - Поверь, тебе этого лучше не знать.
  А мне не вспоминать.
  Фил махнул на меня рукой, не в настроении выпытывать из меня подробности ночевки. Вместо этого он протянул свою кружку, благодушно предложив испить лекарство от головной боли и других неприятных побочных эффектах вчерашнего возлияния. Жидкость так обильно дымилась и пахла отнюдь не розами и даже не фиалками, а гнилыми овощами, что я опасливо покосился на названного брата. Филгус был полной бездарностью в зельеварении и его попытки что-нибудь приготовить всегда заканчивались весьма плачевно для дегустаторов. А уж я-то прекрасно это знал, ибо раньше пробовал приготовленные его рукой зелья часто, за что горько платил несварением желудка, тошнотой и огромным желанием наконец-таки умереть и более не испытывать мук.
  - Нет, спасибо, - невольно вздрогнул я, вспомнив свои страдания.
  Друг пожал плечами и отпил из кружки. Несмотря на мои опасения, маг даже не поморщился, глотнув опасной субстанции. Похоже, средство от похмелья приготовила Лира, естественно, воспользовавшись моей лабораторией. На пару мгновений на душе стало погано, словно она надругалась над святыней. Утешало лишь одно - Лира всегда вела себя в моей лаборатории намного лучше, чем Ирен, хотя бы потому, что не искала под столом намеки на "темные ритуалы".
  Неожиданно Филгус замер и как-то нервно огляделся по сторонам.
  - Совсем забыл, - прошептал друг. - Тебе нужно срочно спрятаться, а лучше запереться в спальне на пару деньков. Хотя нет, эта фурия тебя будет в первую очередь искать там...
  - Зачем? - нахмурился я, не совсем его понимая. Я и так направлялся в спальню, чтобы переодеться, но безвылазно сидеть там - не видел смысла.
  - Затем, что пришло возмездие за наши вчерашние шуточки.
  - Какие шуточки? - я нахмурился, попытавшись вновь добиться от мозга хоть какой-нибудь вразумительной информации. Память предательски молчала, оставив меня одного со своими проблемами. Мое сердце екнуло, уже предчувствуя серьезные неприятности.
  - Ты не помнишь? - удивился Фил и задумчиво добавил. - Хотя... я тоже не сразу вспомнил. Мне жена подсказала...
  - Скажи, мне составлять завещание? - шутливо поинтересовался я.
  - Не успеешь. Ты знал, что тебя с утра ищут по всему замку?
  - Кто?
  - Твоя смерть, - зловеще прошептал мой лучший друг. - Мариан очень сильно на тебя обиделась, Ники. Подняла сегодня утром такой шум, перебудила весь замок - кричала, что ты ее жестоко обманул, что ты запятнал ее честь, что ты... как она там сказала... ах, точно, цитирую: "жестокая бесчувственная сволочь и скотина!"
  Я шокировано замер и с двойным усердием попытался вспомнить вчерашние события, но кроме Ирен и Ларсика в них не было никого, тем более этой озабоченной Мариан. Но то, что волшебница объявила на меня охоту, сильно выбивало из колеи. Мало мне ее обычных ловушек... Из огня да в полымя. Боюсь простыми царапинами мне тут не отделаться.
  - Где Адриан? - осведомился я, ведь единственным, кто мог вразумить эту бестию, был ее брат.
  Филгус пожал плечами:
  - Его никто не видел.
  Мои ноги невольно подкосились, я оперся за друга, боясь упасть. Нет, только не это! Бежать, надо срочно бежать! И зачем я ушел из такой уютной и гостеприимной кухни?
  - Не боись. В замке двое членов из Совета магов, - успокаивающе улыбнулся друг. Я облегченно вздохнул, а зря... - Так что если она все же тебя поймает и убьет, за неимением у тебя наследников и завещания, все твое имущество перейдет Совету. Но ты не печалься, мы, конечно же, ее осудим за твое убийство... хотя, тебя это уже вряд ли будет волновать, - маг уже ели сдерживался, чтобы не засмеяться. - Ты только не вздумай составлять завещание и лишать магов всей страны такой прорвы денег!
  Друг всегда умеет пробуждать во мне неистовую жажду жизни. Конечно, Мариан вряд ли меня убьет, скорее всего, попробует побить, сведя все действо к наглому ощупыванию и приставанию, но это стократ хуже убийства. Я сам лучше замуруюсь в склепе полном только что пробудившихся голодных упырей или признаюсь принцессе во всех своих злодеяниях и, подстригшись в жрецы, буду до конца жизни читать проповеди о Великой.
  Я только собирался направиться в свою замечательную уютную комнату и с головой погрузиться в чтение пары книг, которые привез мне в подарок друг, как тут случилось не поправимое - в холл ворвалась Мариан. Учуяла, бестия! Ее прелестное кукольное личико пылало от гнева, отчего она стала похожа на одну из чудовищ со страниц бестиария, пальцы с длинными накрашенными когтями скрючились, рот скривился в оскале, а ее поза напомнила затаившего хищника перед атакой. Я невольно поморщился - скандала избежать так и не удалось.
   - Ники! Милый! - прошипела сквозь зубы девушка, еще больше напомнив нечто из семейства кикимор, и стремительно направилась ко мне. Я осторожно попятился назад, пока не уперся в стену. Уж очень жутко она тогда выглядела. - Как ты мог со мной так поступить!
  - А как я поступил? - в панике выпалил я, ожидая самого худшего развития сценария, и с ужасом посмотрел на друга, но этот предатель решил не влезать в наш конфликт, а понаблюдать за его развитием со стороны. И судя по его улыбке, которую он даже не намеревался скрывать, этот обормот сейчас получал от сцены истинное наслаждение.
  - Я думала мы вместе! Что сладко обнявшись, спим в кресле! Но проснувшись сегодня утром, кого я вижу?
  - Кого?
  - Дариана! Как ты мог применить морок, чтобы я с этим... этим, - он красочно выделила последнее слово, - спала!!! Да еще и обнявшись!
  Я нахмурился, совершенно перестав понимать суть претензий магессы. Хотя, признаюсь честно, в глубине души я облегченно выдохнул и возблагодарил Великую, что уберегла меня от позора. Она всего лишь уснула под крылышком Дариана. Какое облегчение.
  Мариан подошла ко мне почти вплотную и вдруг с нее как будто слетела эта ужасная гримаса, сменившись на искусительницу - магесса сладко улыбнулась, пожирая меня глазами, а ее руки уже вцепились мертвой хваткой в мои предплечья. Я вздрогнул, а по моей спине пробежали мурашки - слишком разительно были перемены у этой одержимой истерички.
  Она, с придыханием, нежно прошептала:
  - Ты должен отплатить мне за все мои страдания. Можешь начинать прямо сейчас...
  - Мариан, послушай, - вздохнул я, попытавшись отцепить ее руки. - Сколько раз тебе п...
  - Вы что тут делаете?! - вдруг меня перебило новое действующее лицо, которое внезапно спустилось в холл. В возмущенном крике я опознал голос принцессы. - А ну быстро от него отошла, ты, черноволосая стерва!
  Друг восхищенно присвистнул. Я замер, не в силах поверить своим ушам - Ирен меня защищает? Интеллигентная и воспитанная девушка сквернословит, ревнуя ко мне волшебницу? Тут что, все за одну ночь с ума посходили!
  Мариан от меня отпряла, и, повернувшись к сопернице, снисхождением на нее посмотрела:
  - И что я слышу, Ники? Маленькая девчонка указывает, что мне делать?
  Ирен гневно сощурилась, скрестив на груди руки:
  - Зато я не престарелая дама, которая ведет себя, как куртизанка.
  Девушки попытались друг друга испепелить взглядами. Филгус и я напряженно замерли, с усиливающим интересом наблюдая за разворачивающимися действиями. По опыту знаю, что в женские свары лучше не встревать - целее будешь, но если Мариан от большого ума будет применять магию, мне придется встать на линию огня. Жизнь принцессы, пока она находится в замке, теперь неразрывно связана с моей, ибо Его Величество мне вряд ли простит нелепую смерть своей горячо любимой дочурки. Да и законы гостеприимства, вроде как, не одобряют убийство своих же гостей.
  - Девчонка, не лезь не свое дело!
  - Так значит, вы предлагаете мне просто стоять и смотреть, как вы пытаетесь соблазнить моего жениха?
  Я страдальчески поморщился - Ирен до сих пор играла роль моей невесты. Какой же я болван, не успел предупредить девушку о том, что Мариан прекрасно знает реальное положение вещей.
  - Ха! Не утруждай себя, - расплылась в коварной улыбке волшебница. - Я прекрасно знаю, что все ваши отношения просто фарс!
  - Да? - удивилась Ирен и угрожающе сощурившись, посмотрела в мою сторону. - Ну... тогда забирайте этого...
  - Эй, нет, так дело не пойдет! Я категорически против! - возмутился я, поняв, что девушки пришли к согласию. Мне не нравится, что мою судьбу решают без меня. Я тоже хочу в этом поучаствовать! - Мариан, я до сих пор не понял твоих претензий ко мне. Ты уснула в объятьях любящего тебя человека. Что тебе еще для счастья надо?
  - Честно? Тебя, - я вздрогнул, а Мариан снова начала ко мне приближаться. Между нами встал Филгус, не дав волшебнице ступить дальше и шагу. Наконец-то друг решил мне помочь. - Я тебе все прощу, я буду выполнять любые твои прихоти. Хочешь, я каждый день буду тебе готовить, стирать, убир...
  - Мне не нужна рабыня, - поморщился я из-за плеча Фила. Девушка снова сделала попытку ко мне протиснуться, но магистр Гоннери усмехнувшись, покачал из стороны в сторону указательным пальцем. Черноволосая волшебница обиженно надула пухлые губки.
  Вдруг неожиданно для всех Ирен фыркнула, вызвав у всех недоумение.
  - Какой интересный поворот событий, - невинно произнесла она. - До какой степени должна пасть женщина, чтобы, как последняя нищенка, клянчить любовь и ласку у сомнительного мужчины?
  Меня больше всего обидело, что она назвала меня "сомнительным мужчиной". В чем я сомнительный?
  - А ты все никак не уймешься? - процедила сквозь зубы Мариан, явно уже решая, как именно проучить нахалку. - Я имею полное право на возмещение морального ущерба. Ники надо мной жестоко подшутил!
  - А вы, как я вижу и рады? - съязвила принцесса и тоже направила на меня палец. - Вы посмотрите на него! Он же похож на последнего оборванца! Кстати, Никериал, а почему вы так выглядите?
  Я промолчал. Бои без правил с наглым кошаком, а после - жуткое похмелье, не будут красить любого.
  - Ладно, - заметно стушевалась Мариан, осознав, что боролась явно не за первого парня на селе. - Я немного погорячилась. Сначала его надо переодеть...
  - Я так и знала, что этим все закончится, - перебив волшебницу, довольно произнесла Ирен. - Ну и в какую канаву упала муха в поисках ужасного монстра?
  Я непонимающе уставился на девушку. Муха? Ужасный монстр? Что за бред сивой кобылы!
  - Вы что, сговорились? - простонал я, измученно смотря на нахмурившихся девушек. - Одна бормочет про какой-то морок, вторая вообще про непонятную муху и безумного монстра. Поймите же, наконец, милые дамы, не помню я, что делал вчера!
  - Так значит, вы не помните, как вы унизили и оскорбили меня? - деловито поинтересовалась принцесса. - И монстр был не безумный, а ужасный.
  - А какая разница? - удивился я.
  Мало того, что до меня домогалась Мариан, то сейчас эту эстафету приняла Ирен, решив добить меня своими претензиями?
  Она только открыла рот, наверняка придумав очередную колкость, как вдруг ее глаза расширились от ужаса. Ее лицо резко побелело, и губы задрожали от нахлынувших чувств.
  -Л...л... ла...- тихо пропищала она, ошарашено глядя мне за спину.
  По моей спине пробежали мурашки, мое сердце пропустило удар, замерев в нехорошем предчувствии - неужели...
  Я резко повернулся и встретился взглядом с котом. Животное, видимо, уже немного успокоилось, по крайней мере, я не прочитал в его глазах желания меня убить. Выглядел он, конечно, не презентабельно, но в проплешинах уже появился белый пушок и хвост уже не был похож на ободранный ершик. В моем понимании он выглядел просто отлично, если учесть его предыдущее состояние, но, конечно, для Ирен все предстало в ином свете...
  Ларсик деловито сел и начал умываться, дав принцессе спокойно оценить масштаб бедствия. Девушка, как будто пребывая в дурном сне, медленно подошла к бедной животинке и, присев около него на корточки, жалостливо промурлыкала:
  - Ларсик, где ты... кто тебя...
  Вдруг она пораженно замерла и резко повернулась ко мне. Я вздрогнул. Синие глаза принцессы гневно сощурились, а я прямо кожей почувствовал, как ее нежные пальчики меня душат.
  - Так значит, охота удалась? - поинтересовалась она и, о, Великая, ее спокойный тон голоса прозвучал страшнее гневных криков Мариан. - Как вы могли издеваться над бедным беззащитным животным? Вам так нравиться обижать тех, кто слабее вас? Вам доставляет удовольствие мучить других?
  Я нахмурился. Нет, можно была предугадать, что сейчас она начнет обвинять меня во всех бедах королевства, да и, честно, этого меня уже не заденет, как, например, лет пятьдесят назад, но унижать меня перед другом я не позволю. Хотя, конечно, я понимал, что принцесса просто очень любила своего питомца и эта любовь, да усиленное чувство справедливости, толкали ее на необдуманные поступки.
  - Ирен, послушайте меня, я...
  - Я не хочу слушать ваши лживые оправдания! - принцесса подошла ко мне и с силой тыкнула в мой потрепанный камзол пальцем. Ее палец дрожал, я чувствовал, как она храбрится и пытается сдержать слезы. - Как вы могли! Мне говорили про вас столько хорошего, а вы...
  - Посмотрите внимательней на кота, - я схватил ее за плечи и легонько потряс, пытаясь привести в чувство девушку. - Я его уже вылечил!
  - Это не оправдание вашим злодеяниям! - принцесса презрительно освободилась от "оков". - Вы погубили столько невинных жизней!
  - Признаю, больше сотни различных видов нежити и нечисти, а также бесчисленное множество кусачих насекомых с вами согласятся... Ах, да, я чуть не забыл упомянуть пару демонов. Вот они точно были девственно чисты перед ликом вашей любимой Богини.
  Меня злило ослиное упрямство Ирен: ее непоколебимая уверенность в своей правоте. Хотелось взять и, плюнув на все приличия, хорошенько встряхнуть девушку, чтобы очистить ее головку от глупых мыслей. Я все никак не мог понять, как после того, что она видела, слышала и в чем участвовала, она может обвинять меня во всех смертных грехах?! Ну как! Это что, закон сохранения энергии?! Мол, чем красивее девица, тем она глупее? Или же принцесс специально так воспитывают с детства, чтобы они потом были лишь красивым украшением к трону?!
  Но из-за Лиры я так и не узнал, чем бы закончился наш разговор. Жена Филгуса неожиданно выпорхнула из бокового коридора и, чуть ли не мгновенно преодолев отделяющее нас расстояние, повисла на шее мужа.
  - Милый, а я вас всех потеряла, - невинно поинтересовалась она, совсем не обратив на меня внимания. - Вы нашли Ники?
  Фил кивнул головой в мою сторону. Лира отпустила мужа и пристально посмотрела меня, явно с неохотой признав в этом оборванце своего "дорогого и горячо любимого Ники".
  Я обреченно закатил глаза - неужели в холле такая манящая аура, что всем так не терпится сюда прийти? А главное, высказать свое "фи" в сторону хозяина замка?
  - Ники! Как поспал? - радостно воскликнула бестия. Но не обняла, как это делала прежде, а понизив голос, деловито поинтересовалась. - Надеюсь, Ирен ночью не брыкалась?
  Я ошарашено замер, пытаясь осмыслить сказанное и в подтверждении его нелепости, посмотрел на принцессу. Ирен стремительно залилась краской, испуганно переводя взгляд то на меня, то на Лиру.
  В мою душу подкрался червячок сомнения - и вправду, чем я вчера занимался?! Хотя нет, не может быть! Я не смог с ней... только не с ней! Я бы запомнил! Наверное...
  - Ирен, - возмутилась женщина, не дождавшись от меня вразумительного ответа. - Ты ведь должна была проводить Ники до комнаты и прочитать ему сказку! Так в чем же дело?
  Ее Высочество смущенно опустила глаза на пол и, теребя манжет, что-то еле слышно проговорила. Я как-то по-новому на нее посмотрел - так значит, это я по ее милости оказался на кухне, а не в своей постели? И почему это она мне должна была прочитать сказку? Мне казалось, что я уже давно не ребенок.
  - Я...я... пыталась! А он! - совсем сникнув, попыталась оправдаться девушка. - А он отказался!
  - А от чего я отказался? - возмутился я. - Может, мне кто-нибудь, наконец, соизволит все объяснить!
  Фил, мой самый близкий друг, захохотал в полный голос, видимо поняв, о чем идет речь. Я стал чувствовать себя умственно отсталым.
  - И что тут смешного? - деловито поинтересовалась у мужа Лира. - Это простая физиология. Каждому человеку в жизни нужна любовь и ласка, особенно, молодому здоровому мужчине. Я просто предложила Ирен провести незабываемую, чудесную, восхитительную ночь под крылом Ники. И что тут такого?
  Хохот стал еще сильнее. Друг полностью поверил в мои "восхитительные" возможности.
  У меня пропал дар речи и, честно, я впервые за долгое время почувствовал себя крайне неловко. Что здесь происходит! Как! Ну как такое возможно! Я с неким ужасом взирал на жену друга. Чем она промыла мозги Ирен? Что наплела эта коварная женщина скромной девушке?!
  - А-а-а, - отчаянно протянула Мариан, обхватив свою голову руками. - Ник, ты обманул меня! Неужели ты изменил мне с этой шваброй?! Как ты мог!
  Принцесса, уже пунцовая от смущения и стыда, гневно посмотрела на меня, как будто это я был виноват в ее бедах.
  И, силясь оправдать свое доброе имя, возмутилась:
  - Я с ним? Да никогда! Я просто хотела помочь! Уложить его спать, пока он не разрушил замок... а он! Он! Он унизил меня!
  - Не притворяйся! - прокричала Мариан, сжимая руки в кулаки и явно мечтая расцарапать сопернице лицо. - Ты все заранее спланировала! Ты специально все это подстроила, чтобы увести у меня Ники! Стерва!
  - Никериал! - чуть не плача, взмолилась Ирен. - Скажите этой умалишенной, что между нами ничего не было! Что вы пошли охотиться на Ларсика!
   - Да, скажи правду! - подтвердила Мариан. - Это ведь она подговорила тебя навести на Дара морок! Это ведь все был ее план, чтобы, пока я буду занята, спокойно тебя соблазнять!
  - Как интересно, - радостно воскликнула Лира. - Так значит, ты ночевал не в своей комнате, а ходил по замку, соблазняя девушек?
  - Что?! - почти побив все рекорды по звуковой атаке баньши, почти одновременно прокричали принцесса и магесса. И, слегка удивившись такой синхронности, закричали друг на друга, требуя у оппонентки ответа за ее якобы совершенные действия.
  Филгус, вытирая от смеха выступившие слезы, уже хохотал, не скрываясь, полностью приняв на себя роль невольного зрителя. Я, как главное действующее лицо этого аншлага, судорожно пытался что-либо придумать, пока внутреннее чутье во все горло вопило о том, как сильно я влип. Еще никогда не было ситуации, чтобы сразу обе дамы имели ко мне серьезные претензии, а третья, добавляя свои сумасбродные реплики, методично вбивала гвозди в мой гроб.
  Вот сейчас настало самое подходящее время, чтобы удалиться в свои покои. А лучше в подземелья, чтоб не достали. Не люблю скандалы, а дамы явно жаждали испить моей крови. Сперва, естественно, попинав мой хладный труп.
  Приняв такое нелегкое решение, я быстро, пока никто не успел меня остановить, направился к боковому выходу из холла. Там я нечаянно столкнулся с входящим Дарианом, и, к сожалению, обратил на себя пристальное внимание дам. Они даже прекратили кричать друг на друга и накинулись с претензиями на меня:
   - Подождите, вы мне еще не ответили за Ларсика!
  - А ну стой, Ники. Мы еще не договорили по поводу твоей шуточки!
  - Ей, я так и не поняла. Как на счет моего ответа, на вопрос! Ты где спал?
  Нервно улыбнувшись шокированному Дару, который только что добровольно вошел в это чистилище разъяренных фурий, я поступил так, как на моем месте сделал бы любой мужчина. Я сбежал. Я, поджав хвост, на всех парах ринулся из холла прочь, не пожелав отвечать на их абсурдные вопросы. Вслед за мной побежали возмущенные таким пренебрежением дамы. Причем, все сразу.
  Последнее, что я услышал, был удивленный голос Дариана, который обращался к Филу: "Я что-то пропустил?"
  
  ***
  
  Взяв стремительный старт и оторвавшись на первом же повороте от возмущенных девиц, я, вспомнив про телепортацию, переместился на этаж выше.
  Первая моя ошибка была в том, что я решил переместиться, вторая - выбрал для перемещения гостиную, совсем не учтя факт, что в ней, в свете недавних событий, может быть кавардак. Вот и сполна поплатился за свою глупость - танцы с доспехами, падение книжного шкафа, битье грязных тарелок и фужеров, а также три нелепых падения, пара ударов головой, позволивших мне кое-что вспомнить из вчерашнего безумия... После такого насыщенного утра Милена мне точно оторвет голову и повесит, как трофей над камином.
  И почему говорят, что если разобьешь тарелки, то это к счастью? Тут никаким счастьем и не пахнет, когда бьешь жутко дорогой праздничный фарфор Милены. Тем более, если ты поднял своей неуклюжестью такой грохот, что рев дракона по сравнению с ним - мелодичное звучание флейты.
  С трудом перебравшись через завалы вещей, и потирая отбитую коленку, я осторожно подошел к двери и прислушался. Вроде пока было тихо: не было слышно ни крика Мариан, ни возмущенных воплей Ирен, ни радостного визжания Лиры. Я даже облегченно выдохнул, возблагодарив судьбу за передышку. Мариан мгновенное перемещение не любила, наслушавшись в детстве от своей матери страшных историй про магов-неудачников, которые по разным нелепым причинам погибали во время телепортации - то они ошибались в векторах, и их заносило в логово дракону, то перемещались в скалу, то вообще ошибались на пару метров и вместо перемещения на край утеса падали с немаленькой высоты в бушующее море. Магесса доверяла только порталам и то, жестко следила, чтобы их устанавливал профессионал. А для того, чтобы использовать пространственное перемещение требуется, в идеале, досконально изучить конечную точку выхода из пространства или же, на худой конец, обладать хорошей зрительной памятью. Госпожа Ностелл не привыкла всматриваться в детали, мгновенно запоминать большой объем информации, нет, что вы, зачем это нужно специалисту по любовной магии?
  А Ирен с Лирой я во внимание даже и не брал. Первая - поймать меня не сможет никогда в жизни, если только я сам добровольно ей не сдамся, а это, по сути, невозможно, ибо я противник суицида. Вторая же, из той категории людей, которым просто нравится находиться в гуще событий - она, наверняка, увязалась за ними просто за компанию и в поисках новых сплетен.
  Постояв еще немного в гостиной и поразмыслив о сложившейся ситуации, я решил переместиться туда, куда в последнюю очередь пойдут девушки, увлеченные новой игрой "найди в огромном замке его хозяина". Обратно в холл. Мне еще надо было хорошенько потолковать с Филом о вчерашних безобразиях и наконец-то узнать, в чем именно я повинен, чтобы по возможности избежать женского гнева и остаться в здравом рассудке. Да и после своего занятного путешествия в гостиную, я вспомнил, что это Филгус первым предложил подшутить над Мариан. Он, а не я! Это ему пришло в голову применить морок и одурачить волшебницу!
  Став на всякий случай невидимым (вдруг моя теория ошибочна?), я переместился в дальний угол большого холла, там, где в горшке стоял огромный фикус и осторожно осмотрелся.
  Слава Великой, я просчитал все верно и в холле остались только двое - Филгус и Дариан. Хотя нет, трое - на диванчике, достоверно изображая умирающего, стонал давеча потерянный брат Мариан. На его голове лежала мокрая тряпка, он держался за голову и, как видно, страдал от похмелья. Сами же Филгус и Дар, смотря на предсмертные стоны своего друга, деловито решали, что с ним делать.
  - А, может, кинуть в снег? - предложил главный поисковик Совета, с каким-то научным, то есть, садистским интересом смотря на Адриана.
  - Изверги! - еле разжимая зубы, изрек страдалец. - Супостаты!
  - Посмотри-ка, - цокнул языком Филгус, - какие слова знает наше свежесозданное зомби.
  - Уникум, - подтвердил Дариан.
  - Эй, без резких движений! - я вышел из-за своего укрытия, сняв невидимость и встав на защиту Адриана. - Он нужен мне живым и здоровым. А то кто еще спасет меня от Мариан?!
  Друзья рассмеялись, а брат этой упырицы поморщился, видно вмиг ощутив, как в его голове заиграл королевский оркестр, особо налегая на ударные.
  Пока я избавлял этого страдальца от симптомов похмелья с помощью целительской магии, Филгус как-то умудрился поймать Ларсика. Он, взяв его на руки, нежно почесывал кошака то за ушком, то животик, то шейку. Животное, зажмурив глаза, балдел от неожиданной ласки, беспрестанно урча и выпуская от удовольствия когти и, видно, уже всеми фибрами кошачьей души обожая моего названного брата. Хотя чему удивляться? Фила с детства любили животные: ластились к нему, лезли на руки, а вот меня остерегались. До сих пор не могу понять почему, хотя, наверное, это было из-за того, что я обожал тренировать на них свои колдовские умения, убежденно веря, что это им пойдет только во благо.
  - Говорят, - задумчиво проговорил Фил, почесывая урчащего от удовольствия Ларсика, - что животные перенимают характер хозяина.
   - Они и внешне похожи, - усмехнулся Дариан, внимательно рассматривая кота. - Оба ободранные, взъерошенные и наглые, но вот если приласкать - милее существа не сыщешь.
  - Ладно, с двумя первыми характеристиками я согласен, - обреченно вздохнул я, подойдя к друзьям и попытавшись погладить кошака. Ларсик тут же попытался меня поцарапать, так что мне спешно пришлось одернуть руку. - Но я не наглый и уж тем более, не... милый.
  Адриан посмеялся, уже чувствуя себя после сеанса целительской магии намного лучше, и решил добавить словечко:
  - Помнится, один уважаемый магистр, которого ты высмеял и унизил перед всем Советом, думал иначе, особенно, после того, как из-за тебя он лишился своей должности, уважения магического общества и с позором ушел из Совета, навсегда став объектом насмешек и юмористических баек.
  Я пожал плечами. Стефан был сам во всем виноват. Надо же было ему додуматься обвинять меня в некомпетентности как целителя, и настаивать на возбуждении расследования по отношению ко всей моей целительской практике. Не понравилось уважаемому магистру, что какой-то "молодой выскочка", который в рекордно короткий срок стал знаменитым, решил радикально изменить отрасль Целительства. Я человек мирный, но терпеть такое отношение к себе от какого-то магистра, был не намерен. Тогда я обладал властью и с моей помощью этого человека сместили с занимаемой должности Высшего целителя, прилюдно обсмеяли и выставили вон. Может, я и поступил жестко, но Стефана я презирал. В черный год эпидемии человек, который должен был скоординировать всю целительскую область королевства, дать людям надежду на вакцину против смертельной болезни, просто закрылся от всего и вся, был глух к просьбам и отметал все мои идеи и попытки по предотвращению распространения заразы. За что потом и поплатился.
  - И как твое общение с дамами? Догнали? - поинтересовался Дариан, видно уже вызнав у брата все подробности. Светлоглазый маг сочувственно взирал на мой ужасный внешний вид, похоже решив, что он напрямую связан с моим конфликтом со слабым полом.
  - Если бы они меня догнали, то я бы здесь не стоял, - хмуро пробурчал я, на всякий случай прислушавшись. Не бегут ли сюда девушки? Но пока все было тихо.
  - Я всегда подозревал в тебе нераскрытый талант бегуна, - не сдержавшись, рассмеялся Филгус, хлопнув меня по плечу. - С тобой, дружище, можно на несколько лет вперед запастись хорошим настроением.
  - Ага, - подтвердил Дар. - А потом на заседаниях тихо смеяться в кулак, слушая дела о серийных убийцах или о проблемах возникновения фанатичных сект.
  - Фил, я тут кое-что вспомнил, - я обратился к другу, решив поднять тему на счет Мариан. - Это ведь ты первый предложил подшутить на Мариан!
  - Ну и что.
  - Тогда почему я страдаю?
  - Вы подшутили над сестричкой? - удивился брат этой мегеры, неверяще взирая на меня и Филгуса. - Да вы покойники, братцы.
  Я скривился. А то я не знал.
  - Спасибо тебе, Ник, - счастливо улыбнулся Дар. - Ты устроил самый счастливый вечер в моей жизни!
  Дариан всегда безответно любил Мариан, преданно смотрел ей в след, прощал измены, ее увлеченность мной и даже и не надеялся на взаимность. Для него даже мимолетный взгляд волшебницы был в радость, невольное прикосновение - сладким мгновением счастья, а уж сон с ней в обнимку... Пресветлая, как же мне было жаль друга, как же я хотел исцелить его от этого ужасного недуга, но, к сожалению, эта любовная лихорадка все никак не могла угаснуть.
  Мариан была недостойна такой любви, преданности, щемящей печали, которую нес друг уже на протяжении десятилетия. Но, несмотря на то, что я думал, в этот момент я был искренне рад, что дал Дариану хоть мимолетную возможность побыть с его "идолом".
  Поэтому, после слов Дара у меня резко отпало желание возмущаться по поводу несправедливости обвинения Мариан.
  Внезапно Филгус, ругнувшись, схватился за голову и стал усилено тереть в виски. Он стремительно подошел к большому зеркалу, что висело в холле, и дотронулся рукой до своего отражения. Оно вмиг пошло рябью, стирая лик друга и являя совсем иное отображение реальности. В зеркале отразился старик в строгом камзоле. Рагнесс Партар. Председатель Совета магов и один из самых могущественных магов королевства.
  Магистр был уже немолод даже по меркам магов - это был седовласый мужчина, с цепким взглядом темных глаз глубоко посажеными глазами
  
  
  Фил подошел к зеркалу и дотронулся рукой до своего отражения. Отражение друга заколебалось, как круги на воде и в зеркале отразился седовласый сухой старик. Председатель Совета магов магистр Рагнесс Партар.
  Метод общения через зеркала своеобразен. Я сейчас попробую его объяснить. Когда кто-то хочет с вами пообщаться, то посылает в зеркальную поверхность определенный кодированный импульс подходящий только нервным клеткам вашего мозга. Это как бы ваш определенный код, позволяющий другому человеку не ошибиться с зеркалом. Но такой способ имеет один неприятный недостаток. Мозг волшебника принимает сигнал: "С вами хотят поговорить через зеркало", настойчивой, несильной головной болью. Как будто маленький молоточек отбивает определенный ритм у вас в голове. Также рецепторы головного мозга могут определить, кто так сильно хочет с вами увидеться.
  Небольшая головная боль продолжается до тех пор, пока другому магу на том отражении зеркала не надоест вас вызывать на связь или пока вы не ответите, найдя зеркальную поверхность для общения. Лучше всего для этого подходит зеркало, но такую связь можно использовать и с водой, и с другими поверхностями. От качества отражающейся поверхности будет и зависеть качество связи.
  Удобный способ общения? Вот только особый код своего мозга, тот особый импульс знают далеко не все маги. Им приходится долго учиться зеркальным чарам. И для их освоения, конечно же, нужно будет знать и другие импульсы, "особые адреса". Так что если у вас знакомый маг попросит дать вам свой импульс, не пугайтесь. Он просто желает с вами общаться с помощью зеркальных чар. Жаль, что простым людям не дано пользоваться такой удобной связью. Их мозг просто не выдержит объема информации. Особенно, когда чародей специально "записывает" себе в память несколько сотен импульсов своих знакомых.
  А вот у мага страдающего похмельем небольшая головная боль перерастает в настоящую муку, что я сейчас и наблюдал у своего друга. Поэтому дам вам еще один совет. Никогда не пытайтесь достучаться до мага после шумной встречи. Он вас неправильно поймет и навсегда вычеркнет из списка друзей.
  Есть, конечно, еще один недостаток - при желании и возможностях по импульсу можно следить за человеком, поэтому вы должны быть хорошо уверены в маге которому даете свой "адрес". Хотя если вы вообще не хотите никого видеть или скрываетесь от властей можно или удалить из мозга все импульсы ваших знакомых - ваш импульс становиться для ваших знакомых бесполезен, потому что теперь ваш мозг больше не будет принимать сигналов, или вообще заблокировать ваше сознание от внешних источников, поставить ментальный щит. Но это уже другая история. Рассказывать о теории магии я могу еще очень долго...
  В зеркале отразился магистр Партар и я покрылся холодным потом. Несмотря на свою безобидную внешность - маленький рост, сухое, скрюченное телосложение, он был суровым и сильным магом. Возглавляет Совет уже второе столетие, и помнит по именам каждого, кто по каким-то причинам попадал в поле зрения Совета. А значит, к сожалению, очень хорошо знает и мою скромную персону.
  - Председатель Партар, - возмутился Филгус, все еще держась за голову. Я искренне сочувствовал товарищу, это, наверное, было очень больно - У меня ведь сегодня выходной!
  - Для магистра, мальчик мой, не существует такого понятия, как выходной - усмехнулся Партар. Дариан пытался тихо скрыться, пока его не заметил старик. Я ему помогал по мере моих сил и возможностей - прикрыл друга спиной. Но этого оказалось недостаточно. Зоркий достался Совету волшебник. - Смотрите-ка, и магистр Агнесс здесь. Можно и с ним заодно пообщаться.
  - У меня вообще-то тоже сегодня был выходной - вздохнул Дар, обреченно подойдя к зеркалу.
  - И кого я вижу - продолжал разглядывать нас маг, на его губах показалась хищная полуулыбка. Я вздрогнул. Надеяться, что он меня не заметит, если я прикинусь частью интерьера, было с самого начала глупо. - Магистр Ленге, собственной персоной! - он внимательно меня рассмотрел. Его глаза скользили по вздыбленной прическе, грязной одежде и немного расцарапанному лицу. Мне было неловко под его пристальным взглядом. И почему я всегда предстаю перед людьми не в лучшем свете?
  - А время тебя не щадило, - вынес свой вердикт магистр. - В нашу последнюю встречу ты выглядел намного лучше.
  И почему все обращают такое пристальное внимание на мою внешность?
  - Хоть я давно тебя не видел, а вот слышал о тебе, к сожалению, очень часто.
  Ну, да. Представляю, что обо мне мог слышать Председатель Совета магов. Небось, что я само воплощение зла? Что я лелею планы по захвату мира, устраиваю в замке вакханалии?
  - Надеюсь только приятное?
  - Ты очень хлопотный мальчик. Дерзкий, своенравный, - я уже морально готовился к тому, что получу нагоняй от магистра. Он любил учить молодое поколение магов уму разуму. Уже придумывал пару оправдательных реплик. - Но мне всегда такие маги нравились, - я облегчено вздохнул, уняв дрожь в коленях. - А у вас, я погляжу, встреча старых приятелей?
  Мы переглянулись. Какая уж встреча, когда нам помешал старик. Мы сейчас себя чувствовали, как будто нас застали на месте преступления, а мы еще не успели спрятать труп. Надо быстрее спровадить Председателя, пока сюда не заявилась Ирен. Он ведь ее вмиг узнает, и все, плакала моя свобода. Да здравствуй суд Совета, долгое нудное расследование, сырые темные камеры и кровожадная улыбка палача...
  - Я хотел с вами поговорить магистр Гоннери, вот по какому поводу, - обратил свой взор на друга старый волшебник. Похоже, ему было совершенно все равно, чем мы тут занимаемся. Фил стал внимательно его слушать. - Кстати, магистрам Агнесс и Ленге это тоже стоит внимательно послушать. Особенно - подчеркнул маг, нахмурив брови - магистру Ленге.
  По моей спине пробежал неприятный холодок. Ох, чует мое сердце, что мне очень не понравится то, что я сейчас услышу.
  - Недавно прошел очень интересный слух в одном провинциальном городке Кенебридж. Рыцарь, один из приближенных короля Нагелия, Сер Аринор Гриворд во всеуслышание заявил, что некто злобный колдун Никериал украл и держит взаперти всеми любимую принцессу Ирен. Благородному Серу Гриворду не удалось освободить Ее высочество и он, в данный момент, проведя агитацию в паре трактирах, собирает команду отважных и бесстрашных героев, дабы вернуться, как он говорит: "в засилье мрака и высвободить из гнусных лап Никериала прекрасную деву". А теперь у меня назревает вопрос к "гнусному магу Никериалу", что он думает по этому поводу?
  Я, внимательно выслушав очень занимательный короткий рассказ Председателя, не на шутку обеспокоился своим незавидным положением. Ладно, рыцарь - плевал я на него с высокой колокольни. Пускай собирает себе подобных чудиков. Я вот боюсь, что Совет мог воспринять его бредни всерьез. Все же они почти месяц бестолку ищут ее высочество и могут ухватиться за любую абсурдную соломинку.
  - Да? - как можно искреннее удивился я, пока мое сердце бешено отбивало ритм. - Бред сивой кобылы. Зачем мне похищать Ее высочество?
  - Вот и я о том же - улыбнулся Председатель. Наша троица незаметно облегченно выдохнула. - Зачем вам наживать себе врага в виде короля Нагелия. Вы же благоразумный человек.
  Я кивнул головой. Я благоразумный, а вот принцесса, из-за которой у меня столько проблем - нет.
  - Никериал, мальчик мой, запомни. Я не могу полностью гарантировать, что маги не увяжутся за рыцарем. Ты же сам понимаешь, что ученики, которые только что стали полноправными магами еще верят в романтические бредни.
  Я вздохнул. Конечно, я понимаю. Сам такой был, но, к сожалению, всю эту чепуху из меня выбили еще в детстве. Молодые маги не такие уж доверчивые, как считает магистр, но все же один, да найдется чудик. А если город провинциальный, значит, сильных магов там нет, а если они есть, то вряд ли отправятся в сомнительный поход. Опасаться нечего.
  - Магистр, вы хотели только об этом поговорить? - спросил Филгус, краем глаза поглядывая на ближайший вход в холл. Он тоже опасался внезапного появления Ее Высочества. Мы сейчас играли с огнем. И никому не хотелось обжечься.
  - Нет, не только - вздохнул Председатель и стал расхаживать в своем кабинете из стороны в сторону. - Мы до сих пор не можем найти Ее Высочество. Представь, что может случиться с милой, красивой и совершенно не приспособленной к нашему миру девушкой. Магистр Агнесс, вы до сих пор не напали на след принцессы?
  Дар отрицательно покачал головой. Главный поисковик Совета и вправду из-за защиты моего замка не может обнаружить принцессу, да и сдавать меня на блюдечке Совету не в чести у моих друзей.
  А я удивился такому описанию принцессы. Похоже Ирен на родине возвели в культ. Она нежная, милая и неприспособленная к жизни за пределами дворца? Тогда почему она до сих пор не показала свой ангельский, невинный характер? Или неужели Ирен одержима злобным духом, который заставляет ее постоянно мне досаждать и перечить?
  - Вам должно быть стыдно - укорил друзей Председатель. - И это называется Великие магистры Совета магов? Мы ведь подорвем доверие целой страны если не найдем девушку! Вы ведь это понимаете?
  Филгус обреченно закатил глаза уже устав слушать нравоучения, Дар виновато стал рассматривать орнамент на полу. По словам приятелей, эту фразу Председатель повторял каждый раз на собраниях, пытаясь воззвать к профессиональной гордости магистров. Но его слова не имели эффекта. Мне кажется, что единственный кто волновался о судьбе девушки, был старый волшебник.
  - Председатель не думаю, что сейчас самое подходящее время нас отчитывать.
  - Ты прав магистр Гоннери, я немного погорячился - он прокашлялся и стал смотреть на меня - Никериал, а вы не согласитесь на...
  - Нет - отрицательно качнул головой я, перебив магистра. Я уже заранее знал, что он вновь будет мне предлагать место в Совете. У них уже давно пустует кресло Целителя, а подходящих кандидатур кроме меня пока не наблюдается. А мне не хочется обеспечить себя пожизненной добровольной каторгой.
  Совет отбирал себе лучших магов разных отраслей и заставлял работать на себя всю жизнь. Например, Дар, как лучший поисковик фактически управлял всеми магами-поисковиками, а Фил был глазами и ушами Совета, добывая лично или с помощью своих помощников интересующую Совет информацию. Председатель предлагал мне стать Верховным Целителем, тем, кто будет управлять всей ветвью целительства и направлять его развитие в будущем. Раньше я бы согласился не задумываясь на эту должность, а сейчас меня бросает в дрожь от такой перспективы. Нет, лучше я буду спокойно развивать магическое сообщество у себя дома.
  - Опять нет - расстроился старый волшебник, погладил свою бороду. Подозрительно стрельнул глазами в мою сторону - А почему, если не секрет? Я упорный и мне все же кажется, что я смогу вас убедить...
  - Ой, мне срочно нужно идти - я быстро поклонился Председателю и чуть бегом не пошел из холла. - Я вдруг внезапно вспомнил о срочном деле, которое не требует отлагательств.
  Друзья усмехнулись. Они понимали, о каком срочном деле я говорю. А я чувствовал себя самоубийцей. Кто бы мог подумать, что я принесу себя в жертву, чтобы Ирен не попалась на глаза Председателю. Сейчас мне придется прекратить свои игры в прятки...
  - Удачи - тихо сказал Дар, затравлено озираясь на Председателя. Я уже представлял, какой магистр Рагнесс устроит своим подчиненным скандал, как только я уйду из холла. Друг больше всех в Совете получал нагоняй за то, что не мог отыскать принцессу. Это ведь только на публике Председатель был добрым и милым стариком, а на самом деле... Крикливей и скандальней него была только его первая помощница, мать Мариан и Адриана, госпожа Ностелл.
  - Хотя бы помогите найти Ее Высочество. Совет и король Нагелий будет вам признателен - отечески улыбнулся магистр, но от его пронзительного, холодного взгляда меня бросало в дрожь. Его взгляд так и говорил, что если я не соглашусь, мне будет проще себе самому вырыть могилу. Нет уж, меня в Совет и за уши не притянут. Больно мне надо быть под стальным кулаком Председателя.
  - Поиски капризных дам не в моей компетенции - усмехнулся я, на прощание еще раз склонил голову магистру - До свидания, Председатель Рагнесс.
  Я глубоко вздохнул и переместился в коридор. Куда могла пойти Ирен?
  
  ***
  
  Я бесцельно бродил по коридорам замка, вздрагивая при каждом шорохе. Искать принцессу оказалось на деле немного сложнее, чем я себе сперва представлял. На душе было погано - никогда бы не подумал, что буду спасать свою шкуру таким унизительным способом. И это великий магистр Никериал Ленге. Позорище, а не маг. Придумываю себе проблемы на пустом месте, запутываю себя, пытаясь их решить. Вот что мне стоило, как только я узнал, что Ирен пропавшая принцесса сдать прямо в руки ее любимому папочке? Почему я не прогнал взашей девушку, как только она полностью не оправилась от ран?
  Благородство, чувство справедливости, сострадание, альтруизм - почему всегда, когда я поддаюсь благородным порывам своей души, на горизонте объявляются большие проблемы?
  Сейчас трясся, как жрец-аскет перед демонессой соблазна. Стал мнительным параноидальным шизофреником перед очами Председателя Совета. Не заметить моего волнения мог только слепой! Нет, конечно, я пытался вести себя непринужденно, к тому же магистр был за отражением и мог не заметить моего состояния, но для меня же будет лучше, если я буду просчитывать худший вариант развития событий.
  А герои? Надо же, тот полоумный рыцарь ищет себе последователей! Хорошо, что хоть до столицы не дошел из-за обильного снегопада. Да и нет у рыцаря доказательств, что Ирен находится у меня в замке. Это радует. Если соберется кучка героев и пойдет ко мне, я смогу им противостоять, но так ведь не может продолжаться вечность. Ирен должна будет или уйти, или вернуться во дворец. Меня, например, устраивают оба варианта, и чем скорее это произойдет, тем будет лучше.
  Своим побегом она лишь испортила жизнь многим людям.
  Но сейчас на улице зима и я, как и Председатель не очень уверен, что принцесса сможет спокойно добраться до города без происшествий. Если у Совета стала усилено работать "разведка", что они даже в захолустном городишке услышали о планах "будущих героев и искоренителей зла", то для меня же лучше будет не телепортировать Ирен. Вдруг попадусь на глаза Совету. Нет, сейчас надо стать предельно осторожным.
  Надеюсь Филгус и Дариан уже уладили свои дела с Председателем. И тот обратил зеркальные чары.
  Вдруг я заметил в конце коридора крохотную фигурку девушки и чуть не запрыгал от радости и облегчения. Я спасен. А я уже начинал готовить оправдательную речь перед Судом совета.
  Переместившись чуть ли не к ногам изумленной Ирен, пробежать пару десятков метров мне не хватило терпения, я встал перед ней на колени. Обычно когда мужчина встает на колени, это очень нравится дамам и приводит их в доброжелательное расположение духа. Опробуем эту теорию в действии.
  - Ирен, постойте, я хотел бы перед вами извиниться - лицо принцессы посветлело, она, остановившись, удивлено на меня посмотрела - Я искренне сожалею о случившемся и если бы я мог все исправить...
  Я уже готовился к тому, что она будет меня унижать, говорить, что наконец-то злой колдун покаялся в своих грехах. Что будет издеваться, кричать, скажет, что мне не верит и станет обвинять в том, что я живодер. Но неожиданно Ирен подошла ко мне поближе и протянула руку. С ее помощью я встал. Но на этом странные действия девушки не закончилась.
  Как только я поднялся с колен она крепко меня обняла, совершено не обратив внимание на грязную одежду. Мои брови полезли на лоб от удивления, я растерялся и не знал, что мне делать. Такого поворота событий я не предвидел.
  - Я знаю - прошептала она, уткнувшись мне грудь - Я знаю, что вы не такой, каким я представляла вас раньше. Вы любите своих друзей независимо от того кем они являются - у нас во дворце этого не дано, вы любите свой дом, в особенности библиотеку - я столько раз наблюдала за тем, как вы бережно протираете рукой пыльные обложки книг...
  - Ирен, я...
  - Помолчите, вас разве не учили, не перебивать - немного сердито произнесла она. Вздохнула и, вернув своему голосу доброжелательный, немного ласковый тон, посмотрев мне в глаза, продолжила - Я хочу сказать, что я на вас не сержусь. Люди должны уметь прощать, и я вас прощаю. Я верю вашим словам, что вы не желали причинить боль Ларсику. Я долго думала ночью, лежа в постели, о событиях, которые произошли с вами, со мной, и вот, что я поняла. Раньше вы были хорошим человеком, даже сейчас в вас дремлет тот прежний Никериал, который хотел принести людям свет...
  - Все ясно - я усмехнулся, облегченно вздохнув. А я уж испугался... - Так значит, Лира уже успела вам все рассказать про тот случай. Не знал, что девушки за моей спиной обсуждают мою скромную персону.
  - Опять перебили! - Ирен с силой меня ущипнула в бок, заставив скривиться от боли и вновь начать ее слушать. - Слишком много для вас чести, чтобы вас обсуждать. Так, на чем это я остановилась? Ах, да. Люди делали вам больно, ранили вас прямо в Сердце. Поэтому вы творили свои темные ритуалы, поэтому приносили людям столько страданий. Вы не тот злой колдун, каким я вас считала, прежде чем попасть в замок. Вы... я... я вам искренне сочувствую.
  Она ободряюще погладила меня рукой по плечу. Я чувствовал себя, как на проповеди в храме Богини и не поверите, мне только что выдали индульгенцию, отпустили все грехи. Не понимаю, я что, в глазах других вызываю сочувствие? Все настолько плохо, что даже Ирен меня пожалела? Что ей про меня наплела эта страшная женщина? Что ей наговорила Лира за моей спиной?
  - Вы заболели - я вынес свой вердикт, внимательно посмотрев на девушку. Надо бы еще потрогать лоб, чтобы проверить температуру.
  - Хотя признаю, мне очень часто хочется вас ударить. Как, например, в данный момент - нахмурилась Ирен и отошла от меня на несколько шагов. Видимо сдерживала себя, чтобы не влепить мне оплеуху. А что я такого сказал? Она первая начала говорить странные, подозрительные вещи. - Я хочу сказать вам одно, Ник. Хотя вы раньше и были добрым человеком, это не оправдывает ваши ужасные поступки. Знайте, я еще не сдалась в поисках улик ваших богомерзких ритуалов. И помните, я их найду!
  - Кто бы сомневался - хмыкнул я. Такими темпами она будет искать улики до скончаний веков. Может мне подкинуть ей пару иллюзий. Тогда она увериться в моей "злобной сущности" и с чистым Сердцем покинет мой дом. Хотя, тогда еще придется изображать свою смерть. А это меня не вдохновляет.
  - И с вами... мне ... мне тут хорошо - пробормотала девушка, отвернувшись от меня. Я уже устал удивляться. Для полного счастья не хватало, чтобы она призналась мне в вечной любви. - У вас весело... Не волнуйтесь, я всего лишь хочу оказать вам за гостепри... просто так, одну услугу. Я вас прикрою от Мариан. - она повернулась на несколько мгновений и, подмигнув, быстро ушла дальше по коридору, ни разу не обернувшись.
  Я стоял, шокировано смотря ей в след. Что это было. Скажите, что это мне привиделось. Что это был просто сон.
  Окончательно меня повергла в ступор фраза, которую прокричала девушка кому-то впереди, уже скрывшись за поворотом: "Мариан, я знаю, куда он пошел! Наверняка он скрывается в Библиотеке!"
  Какая муха ее укусила? Как это все подозрительно выглядит. Может принцесса что-то задумала?
  - Что это на нее нашло? - тихо пробормотал я вслух, в раздумьях теребя рукой затылок.
  - Это, Ники, такое чувство, как сострадание и любовь.
  Я резко обернулся и увидел Лиру, которая неспешно шла по коридору, подозрительно светясь от счастья.
  - У тебя слишком бурное воображение.
  Девушка подошла ко мне ближе и заговорщески подмигнула. Я внимательно следил за каждым ее движением. Что тут скажешь, опасаюсь я эту дамочку, особенно когда остаюсь с ней наедине. Ее действия невозможно заранее предсказать, а ее тяга к приключениям не имеет границ.
  - Да брось ты. Что тут непонятного? Одним женщинам нравятся брутальные самцы, которые смогут носить на руках всю жизнь, другим же - утонченные статные красавцы, которые обеспечат незабываемой романтикой, а третьи предпочитают бледных задохликов, вызывающих одну лишь жалость. Вот ты относишься к третьему варианту.
  - Ха-ха, очень смешно. Можно я, как слабак и хиляк, посмеюсь в сторонке?
  - Но ты, несмотря на то, что выглядишь не как мускулистый рыцарь на белоснежном скакуне, очень обаятельный и... - девушка осмотрела меня со всех сторон, - привлекательный парень. Осталось только дать тебе пару уроков обольщения девушек, выдать скакуна и вперед, идти покорять сердца дам.
  Лира хихикнула, призывая к решительным действиям. Сейчас пойду, только выберу объект обольщения. Нет, что-то меня сегодня не тянет на подвиги. Видимо и вправду из меня никудышный рыцарь.
  - А можно я сам выберу коня, - усмехнулся я, представив себя в роли охмурителя женских сердец.
  Вот я предстаю, например, перед Мариан окутанный с ног до головы черным балахоном на вороном жеребце. Протягиваю волшебнице свою костлявую руку (я ведь, как там говорила Лира - задохлик) и произношу хриплым голосом: "Моя любовь, выходи за меня замуж". Да, еще для антуража потребуется: коса - одна штука, гром и молнии - одна штука, заброшенное кладбище - одна штука и восставшие мертвецы - неисчислимое количество. А, я еще забыл внести в список злобный дьявольский хохот и томящуюся прикованную к жертвенному алтарю прекрасную деву, как свадебный подарок будущей супруге. Уверен, девушка будет в восторге от предложенной перспективы.
  Видимо на моем лице отразилась такая проказливая улыбка, что Лира обреченно закатила глаза.
  - С таким отношением к делу, Ники, ты никогда не заведешь семью.
  - Спасибо за заботу, мамочка, - хихикнул я, во всю увлекшись драматичной сценой на кладбище. - Я вот прямо сейчас воспользуюсь твоими восхитительными советами и пойду предлагать руку и сердце Мариан. Я уже, кстати, все спланировал. Осталось только найти кладбище и черный балахон...
  - Ты невозможен, - вздохнула жена друга и пошла вслед за Ирен. Через несколько шагов обернулась и ухмыльнулась. - Только помни, Мариан ты понравишься в любом виде. Так просто ее не запугать.
  Я показал ей большой палец. У меня все схвачено.
  Женщины, и кто мне расскажет, что у них творится в голове?
  
  
  Глава 7. Болезнь, герои и куриный бульон
  
  Герои появляются в самый последний момент
  И расстраивают мерзкие планы злодеев
  "Выдержка из кодекса настоящих героев"
  
  Маги никогда не болеют, ибо сие невозможно
  "Наблюдение одного придворного ученого"
  
  * * *
  
  Ирен
  
  Я нетерпеливо постукивала каблуком сидя на табурете в лаборатории колдуна. Вчера он попросил меня прийти к полудню к нему в лабораторию, чтобы продолжить свое издевательство над котом, потому что после случившегося неделю назад инцидента Ларсик остерегался Ника, и мне, как его хозяйке, придется успокаивать и держать бедное животное пока колдун будет его истязать.
  Друзья Ника уже давным-давно уехали. Мне даже показалось, что они покидали замок в спешке. У магистра Гоннери и магистра Агнесса появились срочные дела в Совете, и, смотря на их кислые мины, дел в Совете накопилось много. Мариан так обиделась на Ника за то, что ей пришлось безуспешно искать его целый день по замку, что не пожелала и дальше находиться с ним в одном доме. Адриан, тогда он по просьбе своей сестры искал на улице пропавшего мага, и про которого, мне неловко вспоминать, все забыли, отправился отогревать замершие конечности к своей невесте, говорил, мол, Несса виртуозно делает массаж. Единственной, кому хотелось и дальше испытывать гостеприимство хозяина, была Лира. Она так ему и сообщила, когда все прощались около портала. Никогда бы не подумала, что человек умеет так сильно бледнеть. Ник схватился за сердце, у него подкосились ноги, и он плавно осел на руки вовремя подоспевших Филгуса и Адриана. Его потом еще около получаса, когда он пребывал в полуобморочном состоянии, пытались убедить, что Лира просто неудачно пошутила, что она на самом деле не собиралась переезжать жить к волшебнику.
  По правде сказать, даже я в тот момент немного струхнула. Пообщавшись с Лирой два дня, я стала очень хорошо понимать Ника. Невозможно было понять, когда жена магистра шутит, а когда говорит совершенно серьезно. Колдун даже показался мне здравомыслящим человеком. Но его отношение к бывшей колдунье до сих пор ставило меня в тупик, похоже, девушка была единственной, кого так сильно остерегался Никериал.
  И сейчас, я уже полтора часа умирала от скуки, дожидаясь Ника. За это время я уже успела излазить лабораторию вдоль и поперек. Залезла в каждый угол, ища намеки на темные ритуалы. Поковырялась в шкафах, рассматривая разные бутылочки и колбочки с непонятными труднопроизносимыми названиями, поморщилась, вглядываясь в плавающие, закупоренные в стеклянных банках части тел, как следует из этикеток - нечисти, почихала от резкого запаха некоторых засушенных трав. Я даже покопалась в большом стеллаже с книгами пытаясь отыскать в нем ту книжку, о которой так сильно сокрушался Джек. К сожалению не нашла и похоже заработала себе аллергию на пыль. Колдун хоть когда-нибудь протирает книги?
  Ларсик давным-давно бросил свою бедную хозяйку, утопав из лаборатории по своим более интересным делам. А Милене сюда был вход заказан - даже поговорить не с кем. И почему колдун поставил на комнату это дурацкое заклинание? Я себя чувствовала брошенной и никому не нужной.
  ... Просидев час в гордом одиночестве, я решилась почитать книги Ника, чтобы быстрее скоротать время. Лучше бы я этого не делала. Когда я пыталась вникнуть в эти заумные таблицы и непонятные формулы на несколько страниц - моя голова разболелась. Нет, такие сложные науки я во дворце не учила.
  ... Потихоньку меня начинало раздражать ожидание. Почему это я, девушка королевских кровей должна ждать! Какой криворукий балбес учил Никериала пунктуальности!
  ... Мое терпение лопнуло, когда часы пробили два часа. Я резко встала с табуретки и, пылая праведным гневом, сама пошла искать колдуна, чтобы вдолбить ему раз и навсегда правила этикета. Он должен был уяснить одну истину - это девушкам позволено опаздывать, а не наоборот.
  По пути я встретила скучающего призрака. Он вновь заявился в замок, надеясь, что гнев мага немного поутих и теперь, ему можно было летать по коридорам, не боясь, что в любой момент его могут изгнать. Джек так искренне обрадовался нашей встрече, что я предложила ему вместе продолжить поиски. Он с энтузиазмом согласился и предложил начать искать со спальни Ника. Как выяснилось, он сам разыскивал волшебника, чтобы выяснить с какой реакцией маг теперь его воспринимает.
  Мы, как два заговорщика, почти бегом дошли до комнаты, и я, как глава нашей компании стала требовательно стучать в дубовую дверь. Мне не терпелось увидеть Ника, чтобы настучать ему по голове за то, что заставил бессмысленно дожидаться его в лаборатории. Я уже давно продумала план действий, когда скучала в лаборатории, пускай колдун и не надеется, что я отпущу его без хорошего скандала. Что я, зря продумывала речь на целых два часа? Джек нервничал, спрятавшись за моей спиной, надеялся, что его не сразу заметят, а если и заметят, то он сумеет сбежать.
  Мне пришлось очень долго ждать, пока маг не соизволил приоткрыть дверь. Я даже стала раздражаться, но как только я на него взглянула, все заготовленные слова поучений вмиг застряли у меня в горле.
  Ник, укутанный одеялом, сгорбившись, едва заметно дрожа от холода, выглянул в коридор. Мой взгляд наткнулся на покрасневший нос, взъерошенные, торчащие в разные стороны спутанные волосы, сонный несчастный взгляд серых глаз. Мне стало так его жалко, он мне напомнил маленького воробушка, что я не нашлась, что сказать.
  - Что вы хотели, - охрипшим простуженным голосом пробормотал колдун, осматривая нашу компанию.
  - Я... да неважно, - махнула я рукой на заготовленную речь о пользе пунктуальности и с беспокойством всмотрелась в жалкое подобие Ника. - Что с вами?
  Ник криво усмехнулся, увидев мое обеспокоенное лицо. Даже Джек притих, удивленно смотря на разболевшегося колдуна.
  - Со мной все в порядке, - сказал волшебник и в подтверждение своих слов закашлял в кулак. - А вот вы меня начинаете беспокоить.
  - Конечно в порядке, - я с силой толкнула дверь, воспользовавшись состоянием Ника, и не замечая его возмущений, нагло вошла в комнату. - Так в порядке, что я уверена, что на вашем лбу можно смело готовить глазунью.
  Ник, сгорбившись, угрюмо прошелся, шаркая ногами мимо меня и сел на расправленную постель.
  - Конечно, а вламываться в чужую комнату это верх воспитания, - несчастно пробубнил он, шмыгая носом. - Ирен, мне сейчас так плохо, что у меня нет никакого желания с вами общаться.
  Я деловито осмотрела покои, пропустив мимо ушей вялое возмущение хозяина спальни. Наконец-то я была в самом сердце обители злодея. Именно здесь рождались идеи его богомерзких ритуалов, наверняка я здесь найду весомые доказательства его вины!
  Честно сказать, комната меня не впечатлила. В придорожных тавернах и то страшнее. Но я давно, еще когда впервые пришла в лабораторию, уяснила одну вещь - из Ника получился очень скучный и неоригинальный злой колдун. Я надеялась, что хоть здесь встречу скелеты предыдущих жертв, черные, обтянутые человеческой кожей гримуары, начищенные до блеска пыточные инструменты, колбы с кровью девственниц, картины с ужасами казни, оторванные части тел и страшные по силе артефакты, которые могут в любой момент уничтожить целую страну. Даже разговаривающего чучела зомби и то не было! Это меня больше всего разочаровало, я ведь ему уже придумала имя: Барнелио ван де Врильо Картонели, сокращенно просто Барсик. А так сильно хотела увидеть ручного зомби! Мой прекрасный талант придумывать имя пропадает зря!
  Кому интересно будет слушать, как я на пиру, посвященном победе над злым волшебником буду рассказывать об уставленной всевозможными полками и шкафами комнате, которые были битком набиты книгами. О вырванных, исписанных и скомканных листах бумаги, что устилали пол вместо ковра, о широком заваленном фолиантами, тетрадками и свитками письменном столе. Об огромной кровати с балдахином и сваленным в углу кучкой непонятных приборах и приспособлений.
  Власть в этой спальне всецело принадлежала Его Величеству Бардаку. Казалось, что я знала совершенно двух разных людей, ведь в его лаборатории всегда было прибрано. А тут я вообще не могла представить, как Ник ориентируется в этом беспорядке. Он что, как гончая находит предметы по запаху? У меня даже пропало желание искать здесь улики - внутренний голос мне подсказывал, что здесь я ничего не найду и за сто лет. А если и найду - отмываться буду как минимум два часа.
  - Ники ты заболел? - удивленно выкрикнул призрак, влетая в комнату. Странно, а здесь почему-то маг не наложил то заклинание, что защищало комнату от духов - я не верю своим глазам! Как?
  - Я не болею, - проворчал маг, плотнее укутываясь в одеяло. - А вот ты совсем остатки разума потерял. Ты думаешь, я тебя простил?
  - Не болею? - воскликнула я, осторожно перешагнув через комки бумаги, подойдя к кровати - А это тогда, как называется?
  - Побочный эффект неудавшегося эксперимента. Ничего страшного, он скоро пройдет... через денек или два.
  Вдруг Ник шмыгнул носом и... чихнул. Сильный порыв ветра выбил из петель крепкую дверь и сдул в коридор верещавшего призрака. Вместе с ним выбросило и часть бардака комнаты. Мне повезло - я стояла сбоку и меня внезапная воздушная атака не задела.
  Я шокировано переводила взгляд с разболевшегося Ника на проем, из которого доносились возмущенные вопли Джека о злом хозяине и летающих дверях. Такого поворота событий я не ожидала. Даже у меня, когда я болела, не было таких сильных... недоразумений.
  - Как интересно, - пробормотал в нос волшебник и, усмехнувшись, добавил. - Видимо два дня будут длиться очень долго.
  - Ник, - истерично крикнул Джек, влетая в комнату и тыкая пальцем в проем. - Ты меня чуть не убил дверью! Признавайся, ты это сделал специально! Это месть!
  - Во-первых, дверь вылетела раньше, чем ты. Во-вторых, тебя невозможно убить хотя бы потому, что ты, подчеркиваю, уже мертвый, ну а в-третьих - больно мне надо тебе мстить в ущерб своему имуществу. - Я деликатно промолчала, сразу припомнив эпизод, когда маг крушил замок, преследуя призрака. Ну-ну, я тебе верю. - И, наконец, в-четвертых, надо будет опять менять дверь. Жаль, а я надеялся, что хоть она продержится дольше, чем ее предшественница загубленная Мариан.
  Ник поежился от холода, который принес сквозняк и пробурчал: "Так и знал, надо было выбирать комнату с камином, ну и пусть, что через дымоход могла пробраться эта озабоченная девица, сейчас бы не мучился". Закутался в одеяло сильнее.
  Во мне вновь пробудилась жалость, Сердце защемило от несчастного вида страдальца. Мне сильно захотелось помочь и облегчить невыносимую боль несчастного человека. Сейчас Ник как никогда был не похож на злодея, он был обычным человеком, который умудрился за один день так сильно простудиться.
  Я осторожно подошла к волшебнику, помня эпизод с верещавшим Джеком, и тихонько присела рядом с ним на край перины. Ник даже не обратил на скрип кровати внимание, хмуря лоб глубоко о чем-то задумавшись.
  Я вздохнула, грустно посмотрев на него. Что за проблемный мне достался чародей. И ведь совесть не позволит оставить в таком состоянии человека.
  - Не понимаю, - я пододвинулась ближе и приложила к его лбу руку, проверяя температуру. Горячо. - Как можно было так простудиться!
  - Сколько раз повторять, что это не простуда, - отвлекся от размышлений Ник, раздраженно посмотрев на меня. - Я же говорю что это побочный эф... если объяснять еще проще - эта такая реакция моих антител на раздражители, что содержались в дыме, когда вчера произошел небольшой взрыв. Кто бы мог подумать, что тот дым может привести к имитации болезни. Я даже попытался поставить себе диагноз - но насморк одновременно с температурой во мне убил всякое желание и дальше анализировать реакцию. Никогда бы не подумал, что такое сочетание возможно.
  - Почему?
  - Насморк невозможен при температуре. Идет процесс нагревания и ...
  - Ты ведь целитель! - выкрикнул Джек, вмешавшись в наш разговор. Мы удивленно посмотрели на гения. А ведь призрак глаголет истину!
  Ник хмыкнул, сжавшись под одеялом еще сильнее.
  - Тонко подмечено. А то я не знал.
  - Тогда почему вы не вылечите себя, - подхватила я мысль призрака. И вправду почему? Ведь все твердят, что маг такой прекрасный и умелый целитель, а вылечить простую болезнь не может.
  - Это не болезнь. Сколько раз можно повторять? И если вы не знали, для того чтобы начать лечение необходимо, в первую очередь, определить тип болезни. Теоретически я могу себя вылечить, так как я знаю, какие участки тела у меня раздражены и если бы не вы, я бы, так и сделал. Но...
  - Почему?
  Ник заскулил, обреченно опустив голову. Видимо маг не очень любил отвечать на вопросы. Особенно сейчас, когда ему было так плохо. Я ощутила уколы совести - мучаю тут человека своими расспросами. И он объясняет еще более непонятно, чем Лира. Он считает, что я понимаю его профессиональные словечки, вроде антител? Но я так просто от него не отстану и он, похоже, это прекрасно понимал.
  - Если я себя вылечу, то буду целый день лежать в постели пластом, - организму потребуется время и энергия чтобы восстановиться. Болезни поэтому и труднее лечить чем, например, раны... Нет, я лучше денек потерплю... Тем более, сам виноват.
  Я нахмурилась. Ничего не понимаю. Почему он не хочет отдохнуть и полностью исцелиться? Так ведь намного проще, чем себя истязать. Он что, решил повторить подвиги великомучеников и вступить в лоно храма?
  - Ирен, дорогая, - захихикал Джек, увидев мое непонимание. - Он просто боится, что ты его съешь.
  - Я опасаюсь, - подчеркнул колдун, хмуро посмотрев на вмиг притихшего призрака, - что если я усну, то в лучшем случае проснусь на руинах, в худшем - обнаружу свою голову в мешке какого-нибудь провинциального сумасшедшего героя-фанатика.
  Я обижено скрестила на груди руки. Да что может произойти за один день? Боится, что я могу разрушить его драгоценный дом или сдать властям? Тоже мне нашелся ценный трофей. Я что, не внушаю доверия? Я ведь сама доброта и искренность!
  - Но сейчас мои опасения с каждой минутой все больше, - задумчиво проговорил беловолосый больной, и повернулся ко мне. - Ирен, для вашей безопасности сейчас вам лучше держаться от меня подальше. Так что прошу оставить меня одного.
  На душе потеплело от внезапной заботы со стороны Ника - он обо мне беспокоиться, но в следующее мгновение разум взял под контроль чувства. Как-то подозрительно звучит его внезапное желание уберечь от неведомой опасности девушку королевских кровей. Зачем это Ник выпроваживает меня из комнаты? Неужели он намерен что-то спрятать из под моих зорких глаз или наоборот, в мое отсутствие хочет заняться чем-то не дозволенным?
  - Нет. Я так просто отсюда не уйду!
  - Богиня, и почему девушки попадая ко мне в комнату, всегда говорят одну и ту же фразу?
  - Вы на что намекаете? - возмутилась я его хамским намекам и вдруг меня осенило - Ага, так значит, вы наконец-то признаете, что в вашей комнате побывали пропавшие девушки?
  Похититель девиц обреченно закрыл глаза и спрятал от меня свою голову под одеялом. Сейчас казалось, что я сижу рядом с большим мешком, только голые лодыжки выдавали, что в нем находится человек. Поведение колдуна красноречиво говорило, как он рад со мной общаться. Ну, ничего, я и не в таких ситуациях добивалась от собеседника всего, чего я хотела. Он еще не познал все грани моего ораторского искусства. У меня даже заговорщик, на которого я случайно наткнулась, прогуливаясь по тайным переходам дворца, заговорил. Он, конечно, жутко заикался и шепелявил, когда я ему нечаянно выбила пару зубов его же дубинкой, но это не суть важно. Все равно я потом когда его вели на допрос тайной стражи, извинилась, за свое неуважительное обращение, так что моя совесть чиста. Нечего было мне мешать подслушивать переговоры папочки.
  - Ко мне в покои захаживают только сумасбродные девицы, - проворчало одеяло и заливисто закашляло.
  - Это он про малышку Мариан, - быстро протараторил Джек, увидев, что я уже набрала в рот побольше воздуха, чтобы устроить небольшой скандал за оскорбление. Призрак явно опасался начала бури. - Ты ведь ее уже видела? Она такая озорница.
  Ну, если колдун говорит про волшебницу, то ладно. У Мариан был еще тот характер, а ее маниакальное желание завоевать сердце Ника вообще было выше моего понимания.
  - Угу, а теперь не соизволите оставить меня в покое, - шмыгнуло носом одеяло и хрипло добавило. - Ирен, как я надеюсь, вы уже догадались, что наши с вами дела откладываются на неопределенный срок. Аудиенция закончена и теперь я вас прошу покинуть мои покои, - я фыркнула. Он меня так просто не заставит уйти. Пускай прощается сколько угодно. - Теперь на счет одной приставучей экзоплазмической субстанции, - призрак стал внимательно слушать. Какое у Джека необычное полное имя. - Я тебя прощаю, но если ты еще раз попытаешься меня напугать...
  - Это была шутка, - обижено надул губы Джек и скрестил руки так, что приподнялись торчащие из груди кинжалы - А ты скучный и неинтересный тип!
   - Джек, - угрожающе тихо прохрипело одеяло, даже я на секунду вздрогнула, проникшись уважением. - Еще одно слово...
  Призрак вмиг закрыл руками рот, почти слившись от страха с окружающей обстановкой. Видимо, колдун в плохом настроении был настолько ужасен, что духу не хотелось вновь испытать на себе его гнев.
  Я решила перейти к наиболее решительным действиям, на время закрыв глаза на приличия. Меня сейчас самым наглым образом прогоняли из комнаты, и я была не намерена терпеть такое обращение. Нет, я не собиралась кричать и взывать к рассудку заблудшей души - я уже давно уяснила, что эта тактика бесполезна. Я решила обратиться к другой стратегии: "не хочешь по-хорошему - будет по-плохому". Ее всегда применял отец, когда пытался в чем-нибудь убедить придворных министров, особенно очень часто на себе ощущал воздействие этой стратегии министр финансов. Вы не представляете, казна такая загадочная и таинственная вещь - порой в ней и медяка не сыщешь, но как только отец применит свои техники убеждения, через день она ломится от золота. Чудеса, да и только.
  Моя совесть мне не простит, если я брошу на произвол судьбы больного человека. Хочет он или нет, я его вылечу, даже если для этого придется силком запихивать ему в рот лекарства!
  Я пододвинулась к нему и резко сняла самодельный капюшон. Ник повернулся, его Серые глаза расширились от смеси ужаса и удивления, когда он увидел мою решимость его лечить. Колдун даже не успел возмутиться, когда я откинула его на перину и попыталась отобрать одеяло, для того чтобы потом мне было легче его укрывать. Он из-за всех сил ослабленного болезнью организма пытался сопротивляться. Но фортуна мне сегодня улыбалась - через пару секунд борьбы пушистое теплое одеяло с неохотой стало поддаваться. И вдруг, когда я начала распутывать тот кокон, в который вогнал себя Ник, он, как назло, взял, да вновь чихнул, успев прикрыть рукой рот.
  В коридоре что-то громыхнуло, я от испуга сжалась, навалившись на него сверху, мне показалось, что замок затрясся. В комнату через проем повалила пыль.
  Я, полулежа на страдальце, боялась шелохнуться, опасаясь, что замок в любой момент может разрушиться. Ник, виновато пряча свой нос под отвоеванным в этой суматохе одеялом, с опаской выглядывал из-за моего плеча, неловко шмыгая носом. Никто из нас не ожидал повторения истории. Особенно Джек, который единственный пострадал от прошлого чиха больного мага.
  И он, как самый смелый и любопытный, на свой страх и риск, решил первым выяснить в чем дело. Так сказать, подсчитать ущерб, который нанес Ник его бывшему имуществу. Призрак даже не удосужился вылететь через дверь, он просто прошел сквозь стену, напоследок прощально пустив слезу.
  Раз секунда. Два... Пронзительный крик призрака переходящий в жалобные всхлипы.
  Мое любопытство взяло вверх и я, в мгновение ока слетев с кровати, оказалась в коридоре.
  Каменная пыль медленно оседала на пол, являя мне удручающую картину разрушений. Я, прикрыв рукавом платья нос от пыли, медленно подошла к расстроенному скулящему Джеку стоящему на краю разрушений. Первая моя мысль была: "хорошо, что это внутренняя стена", вторая: "Простым ремонтом тут не отделаешься"
  Соседняя комната лишилась части стены и обширной площади пола. Я через образовавшийся проем могла из-за каменной пыли смутно видеть находящуюся на этаже ниже комнату погребенную под завалами камня. Везде валялись ошметки стены, раздробленный камень, щепки двери и мебели, утварь комнаты, которая в этом хаосе уцелела каким-то чудом. Даже под моими ногами я чувствовала, как падают вниз мелкие осколки каменной плиты.
  - Ну и дела, - сумел выдавить из себя призрак, пораженно осматривая разрушения. Он уже успокоился и не заливал пол несуществующими слезами, видимо решив, что план "по слезам" на сегодня он уже выполнил.
  - И не говори. Я, конечно, желала, чтобы Ник сделал ремонт, но не такой капитальный
  - Этот замок мне достался от прадеда. А он получил его от короля вместе с дворянским титулом
  - Да? - удивилась я и по-новому посмотрела на печального призрака. Сейчас мне уже было более понятно его странное поведение. Вновь взглянула нал пол, в котором зияла дыра. Смущенно подтолкнула ногой в пропасть камушек, послушав, как он гулко упал вниз - Я... кхм... сожалею.
  
  ... Когда я вернулась в комнату, вдоволь налюбовавшись новой архитектурой замка, моим глазам предстала необычная картина. Колдун стоял босиком на холодных каменных плитах, повернувшись к двери спиной. Он, добровольно скинув с себя одеяло, что-то увлеченно рисовал у себя на руках. Я пораженно замерла на пороге, чувствуя, как у меня невольно начинают пылать щеки и уши. На Нике из всей одежды были только короткие коричневые подштанники, в которых он спал. Я хотела укорить его за непристойный внешний вид, но вместо слов у меня с губ слетели нечленораздельные звуки.
  Маг, заметив меня, повернулся, представ перед воспитанной девушкой и призраком во всей красе.
  Ник не был похож на наших накаченных стражников, которые из-за мышц были, как ходячие неприступные стены, он не был похож на моего брата, у которого на животе можно было пересчитать кубики пресса. Маг был атлетично сложен, но он был намного худее моего брата, изящнее. Вдоль живота тянулись три тонкие, аккуратные, едва заметные полоски шрама, оставленные, как я вмиг припомнила, тем Лириным демоном.
   -Бесстыдник, быстро оделся, - заверещал Джек, как мой учитель манер, когда один раз застукал меня за тем, как я подглядываю за тренировкой полуголых стражников. - Как тебе не стыдно ходить в таком виде в присутствии дамы
  Я смущенно отвела взгляд от торса, приняв укор призрака в свою сторону, и наткнулась на ехидный прищур серых глаз. Мои уши заалели еще сильней. Так сильно я смущалась только тогда, когда стражники узнали, что за ними подглядывала сама принцесса. Ник наверняка заметил, как я его рассматривала, и будет сейчас смеяться, корить за непристойность. Ну, не привыкла я, когда передо мной ходят полуголые люди. Благовоспитанной девушке это и не нужно, я ведь не какая-нибудь деревенщина.
  - Я не невинная девица, чтобы смущаться, - чуть не смеясь, фыркнул маг. Призрак возмущенно скривился. - Да и некогда мне тратить время на такие пустяки. Ирен, мне нужна ваша помощь.
  - Моя? - я, показав на себя пальцем, зарделась сильней.
  Ник, не поведя бровью, подошел ко мне и протянул свои запястья. На одном из них красовалась неровная красная линия и какие-то символы. Я присмотрелась внимательней - нарисовано кровью... Так и есть. На другой руке подушечка указательного пальца была проколота и из нее слабо сочилась алая жидкость.
  Я стояла и непонимающе хлопала глазами. Что от меня хотят?
  - Неужели ты собираешься... - пораженно возгласил Джек и перелетел к левому уху мага. - Это ведь...
  - Да, хочу, - резко возразил Ник, отшатываясь от близко стоящего духа, прокашлялся в кулак. - Я нашел решение проблемы. Что тебе не нравится? Или ты хочешь полного разрушения замка?
  - Но это? - прокричал прямо в ухо волшебнику призрак. Ник поморщился от слишком громких слов и, прогоняя, замахал на него руками. Дух обиженно перелетел обратно ко мне.
  - Печать - наилучший выход!
  - Печать? - Я наконец-то стала понимать их странный диалог. Слава Богине, а то я уж подумала, что я совсем тупая. - Это печать, как у Лиры?
  - Я еще не до такой степени отчаялся, - обратился ко мне Ник. - Это легкая временная печать, всего на один денек, пока не пройдут симптомы аллергической реакции. Я не хочу потом тратить энергию, восстанавливая замок из-за такого пустяка.
  - А не легче вылечить себя и спокойно поспать?
  - Нет. Так я хотя бы буду знать, что происходит. А это сейчас самое главное!
  - А я тогда зачем вам нужна? - я совсем запуталась в логике Ника. Почему он придумывает для себя проблемы? Неужели он что-то от меня скрывает? Что должно случиться в ближайшую пару дней? На замок нападут? Или к нему опять заявятся гости?
  - Нарисуйте оковы и символы, как на левой руке, на правую. Я не смогу это сделать, потому что я в это время буду готовиться к наложению печати. Мне нужно хорошо сконцентрироваться, чтобы не произошло эксцессов. В идеале наложение печати должны осуществлять двое магов, но, - он придирчиво меня осмотрел, - за неимением второго сойдете и вы. Я бы выбрал Джека, чтобы не утруждать вас такой мыслительной деятельностью, но, к сожалению, он не высший дух и не умеет собирать энергию.
  - Эй! Я дух второго порядка, невежа!
  - Но чем?
  - Я проколол палец. Этого мало?
  Я еще раз подивилась логике Ника, но отказывать больному человеку, который действует всем во благо, не решилась. Чувствуя себя очень глупо и недостойно титула принцессы, я, собрав кончиком пальца скопившуюся кровь, стала, как чернилами, рисовать линии. Когда последний штрих с горем пополам был начертан, "рисунки" вспыхнули слепящим белым цветом. От чересчур яркого света я зажмурила глаза, а когда открыла, "оковы" исчезли, превратившись в черные завитки. Они образовали на запястьях Ника браслеты, схожие с печатью Лиры, но неаккуратные и менее изящные. Мгновение и узоры растворились, оставив после себя немного покрасневшую кожу.
  Ник резко закатив глаза, пошатнулся и, лишившись сознания, упал прямо мне в руки. Я под весом мага присела, удобнее цепляясь за него руками. Богиня, кто ж мог подумать, что он такой тяжелый!
  
  ... Великий злодей лежал в постели и вяло прислушивался к моему разговору с Джеком. Когда проблема с разрушением замка была решена и чихи Ника больше никому не угрожали, я и призрак думали, как дальше поступить с горемычным больным. Тихие предложения мага чтобы его просто оставили в покое, мы отмели сразу. Оставлять в таком состоянии человека никто не собирался - когда Ник наложил на себя оковы, ему стало хуже. Про обморок я даже молчу. Вспоминать, как я тащила его к постели, что-то мне не особо хочется.
  - А чем лечить мага, когда он заболеет?
  - Не знаю - пожал плечами призрак и внимательно посмотрел на бледного волшебника - Маги никогда не болеют.
  - Почему?
  - Слышала присказку: "Зараза к заразе не липнет" - глумливо захихикал Джек, я присоединилась к его веселью, подсчитав шутку смешной. Ник сверлил нас угрюмым взглядом.
  - У магов сильная иммунная система, - с трудом проговорил он, еле сдерживаясь чтобы не закашлять, - поэтому волшебники не болеют с пеленок, а если и заболеют, это длится недолго.
  - Ну-ну...
  - Повторяю в сотый раз, это побочный...
  - И что с ним делать? - я вновь повернулась к Джеку, перебив Ника. Он возмущенно закрыл рот, так и не договорив фразу. И недовольно скривив губы, продолжил прислушиваться к разговору.
  - Ну, больным, как я помню из своей предыдущей жизни, - задумался призрак, подперев рукой подбородок, - нужен полный покой, хорошее питание и... какие-нибудь лекарства, но последнее можно не учитывать, это не самое главное в лечении.
  Мы посмотрели на Ника, оценивая выполненные критерии. Он лежал на нескольких специально мной взбитых подушках, заботливо укрытый одеялом. Всю картину портило выражение лица больного - он недовольно сверлил нас глазами, показывая с каким воодушевлением относится к нашей затее.
  Думаю, с первой задачей мы справились отлично. Что там следующее по списку?
  - Питание... - я задумалась, вспоминая детство. Что же мне давали кушать, когда я болела? Да, если честно сказать, я и по-настоящему ни разу и не болела - папа всегда вызывал первоклассных целителей и меня ставили на ноги в два счета. А вот дети служанок, когда я с ними тайком от короля иногда играла, говорили про одно простое блюдо. - Думаю, ему надо приготовить куриный бульон!
  - Отличная мысль!
  - Ненавижу куриный бульон! - скривился Ник, вспомнив на вкус предложенное яство. Приподнялся, чтобы лучше донести до нас свои мысли. - Гадость!
  - А ваше мнение, больной, никто и не спрашивал. Будете есть все, что пропишет вам лекарь. И точка!
  - У меня один вопрос. Где лекарь?
  - Ложитесь обратно, - с нажимом проговорила я, уложив Ника на подушки. Повернулась к призраку. - Иди и скажи Милене, что надо приготовить куриный бульон. Кастрюлю... нет, лучше две, на всякий случай.
  Ник позеленел и с нарастающим интересом стал смотреть на пустующий выход, придумывая быстрый план побега. Я покачала головой. От меня не убежишь, пусть даже не старается. Тем более он сейчас беззащитней ребенка - посмотрим, как Ник скроется от меня без помощи магии. Я что-то не верю, что у него есть титул лучшего бегуна королевства.
  
  Джек полетел выполнять мое поручение. Я и Ник остались наедине. Маг смотрел на меня, как заключенный на своего надзирателя. Также хмуро, неприветливо, его взгляд обещал пытки похлеще допросной Тайной стражи, если я его не отпущу. Но меня трудно испугать, тем более мой папа... король, умеет пугать лучше и качественней. Так, что потом пару часов поджилки трясутся, и ты даже боишься пикнуть без спроса, не то чтобы вякнуть по поводу замужества за соседнего принца.
  - Я не стану есть ваш бульон. И вы, Ирен, меня не заставите. Я взрослый человек, намного старше вас. Вам не кажется, что вы уже переступили грань дозволенного?
  - Ни капельки. И я что-то не вижу, что вы намного старше меня. Ведете себя, как мой ровесник!
  - А вы, как двенадцатилетняя капризная девочка, которая лезет туда, куда ее не просят. А знаете, где заканчивают свое существование любопытные, назойливые люди? - я фыркнула. Не буду отвечать на эту глупость - Почитайте на досуге хроники городской стражи. Найдете много интересного.
  Я уселась на край кровати, пропустив мимо ушей его фразу. Он пытается меня обидеть, чтобы я ушла и оставила его в покое. Не дождется. Я прекрасно знаю такую тактику поведения и не поддамся на провокацию. Он думает, что умнее меня? Будет двойная порция куриного бульона.
  Маг, отвернувшись, лег на бок, показывая, что наш разговор закончен.
  - Если вы съедите бульон, я обещаю, что от вас отстану.
  Ник повернулся, удивленно приподняв брови.
  - Точно?
  - Я свое слово держу.
  С кровати послышался сдавленный смешок, переходящий в сухой кашель.
  -Что?
  - Ничего. Просто вы напомнили мне одного человека - улыбнулся Ник, пересиливая приступ кашля - Она всегда втягивала меня в неприятности, говоря эту фразу. Что интересно - свое слово она никогда не держала.
  - Значит, она была плохим человеком - фыркнула я, немного обидевшись - Я наследница древнего рода. Если я не буду держать свое слово - опозорю имя и титул предков, а это хуже смерти.
  - Наоборот, Амалия была хорошая, - волшебник вздохнул, с тоской посмотрел в окно, которое находилось по левую сторону от кровати - Мне ее не хватает.
  Я неловко отвела глаза, сжав в руках бархат юбки. Мне показалось, что я заставила вспомнить Ника что-то личное. Приоткрыла дверцу его души, украдкой подглядев его тайны.
  - Расскажите мне про нее, - тихо произнесла я, сгорая от вспыхнувшего любопытства. За окном выглянуло из-за снежных туч холодное зимнее солнце. Его луч проникнул в комнату и робко прикоснувшись к Нику. Бледный чародей едва заметно улыбнулся, немигающе смотря на покрытое ледяными узорами окно.
  - Яркая, теплая, как летнее солнце - Амалия была лучом света, который согревал всех вокруг. Своенравная, непоколебимая в своих убеждениях - она всегда шагала вперед с гордо поднятой головой. Смелая и решительная - такие люди навсегда вписывают свое имя в историю. Две рыжие косички, взгляд небесно-голубых глаз, добрая, согревающее сердце улыбка... Она мечтала стать чародейкой, хоть и не имела ни малейших способностей к магии, зато у нее был недюжий ум и желание добиться успеха. Амалия свято верила, что человек властен над своей судьбой, что он сам решает как ему жить. Такой я ее и запомнил, такой она навсегда впечаталась мне в сердце... - маг вздохнул и с тоской посмотрел на меня. - Все люди смертны и не стоит напрасно рисковать своей жизнью. Хотите знать, почему маги порой ведут себя, как легкомысленные юнцы, хотя им уже давно за полсотни лет? Это из-за боли. Очень больно видеть, как все близкие тебе люди умирают, а ты ничего не можешь с этим поделать. Чувство беспомощности - самый страшный враг для чародея. Когда опускаются руки, когда тебе тошно жить и ты каждый миг коришь себя за бессилие... Чем старше маг, тем независимо от опыта и способностей боль усиливается, накапливается будто ком, мешая дальше смотреть на мир в светлых тонах. Ты живешь, а люди вокруг тебя умирают. Дорогие друзья, любимые - всех кого ты знал и любил в итоге постигнет одна участь. Есть только один способ не сойти с ума - надо попытаться проще смотреть на мир, не вспоминать прошлое, а жить настоящим. Может поэтому нас называют несерьезными, порой излишне беззаботными... просто, когда вспоминаешь, все то...- Ник сжал губы и горько усмехнулся. - Мда. В мыслях это звучало намного лучше.
  - Вам плохо? - я неловко погладила его по плечу, проникнувшись монологом. Не знала, что мужчины способны на такие слова. У меня в груди все сжалось от сочувствия к магу. Никогда не задумывалась о том, что чувствуют чародеи, живущие в мире не одну сотню лет.
  - Если не считать того, что у меня насморк, мучает кашель, не спадает температура и гадкое чувство опустошенности от оков - мне хорошо, - попытался улыбнуться Ник. Шмыгнул носом.
  - Нет, я про... эта девушка умерла?
  - Неважно. Мы тогда были непоседливыми детьми и лезли во все щели, ища приключений на мягкое место. Костерили учителя, когда он пытался нас образумить, бегали, как верные собачки за Амалией, когда она придумывала новый гениальный план. Смешно вспоминать. Те проблемы сейчас кажутся такими мелкими и несущественными, а чувства наивными... Всего почти сто лет прошло, а, кажется, что минула целая вечность. Все вспоминается, будто во сне...
  Он поежился от сквозняка и почти до макушки натянул на себя одеяло. Я вздохнула. Мне не нравились оттенки минора, что стали звучать в спальне. Не пойдет больному на пользу грустить, вспоминая печальное прошлое.
  - А я в детстве тащила во дворец любую живность, которую находила в саду, - неловко улыбнулась я, вспоминая свои маленькие глупости. - Мои няньки всегда были в ужасе, когда находили спрятанных крыс, кузнечиков выпрыгивающих из-за диванной подушки, ящериц живущих в шкафу, ежиков и даже лягушек, которые обосновались у меня в ванной. Я обожала животных, и для каждого у меня было особое имя. Хотя няньки ругались и выкидывали, как они называли моих бедных зверушек "мерзостью", я всегда их находила и запихивала обратно по углам. Они иногда даже гуляли по дворцу - то в прическе заносчивая фрейлина найдет крысу, то лягушка случайно упадет даме в корсет, то во время Богослужения будет внезапное нашествие ежиков... Я была еще той озорницей
  Одеяло тихонько захихикало. Ник явно очень красочно представил дворцовые будни моего детства. Тогда в резиденции короля творился бедлам, устраиваемый его любимой дочуркой. Только сейчас я вспоминаю мои шалости и тихонько краснею от стыда, а тогда мне было весело играть со зверями. Что могли подумать про меня иностранные послы и представить страшно.
  - Вижу любовь к животным в вас сохранилась и по сей день - Ник высунул голову из одеяла, явив миру широкую улыбку и бледное измученное лицо. Похоже, мне удалось поднять ему настроение. - Вы также даете им очень странные имена.
  Я, немного обидевшись, вздернула подбородок. Нормальные я даю им имена. Никериал увидев мою реакцию, засмеялся, еще сильнее прикрывшись одеялом. Мои уши заалели...
  Прервав нашу беседу, в комнату ворвался озадаченный Джек.
  - А Милены нигде нет.
  - Как нет?
  - Слава Великой, - облегченно вздохнул колдун. - Терпеть не могу куриный бульон.
  - Если ее нет, то я пойду и сама что-нибудь найду на кухне, - решительно произнесла я, резко встав на ноги, хитрюще сощурилась, и добавила, посмотрев на мага, - например... куриный бульон.
  С кровати послышались чьи-то несчастные всхлипы.
  -Бульон приготовленный руками Ирен? - взмолился Ник. - Вы явно желаете моей смерти.
  - Конечно, нет - возмутилась я, уперев в бока руки - Я, если хотите знать, в детстве проходила курс кулинарии. Делов-то опустить курицу в кипяток
  - Не забудьте очистить ее от перьев и потрохов, - учтиво дополнил маг.
   - А зачем?
  Ник укрылся одеялом с головой, что-то бурча на незнакомом мне языке. Я не поняла, чем он недоволен?
  - Я лучше умру от простуды, чем от несварения желудка.
  - Не волнуйся, Ник, - попытался успокоить его призрак. - Мы просто приготовим тебе чай с медом. Я обязательно за всем прослежу!
  - Джек, - прослезился от счастья волшебник, выглядывая из-под пуховой спасительницы. - Ты такой хороший. Можно мне еще и шоколадку...
  Призрак сразу зарделся от похвалы и дал необдуманное обещание.
  - Да без проблем!
  - А как же бульон? - возмутилась я, смотря на счастливо шмыгающего носом мага - Я уже настроилась на готовку!
  - В следующий раз и под чутким руководством Милены - довольно промурлыкал Ник уже в мыслях поглощающий лакомство - Джек, ты только не забудь! Чай можешь не нести, а вот шоколад обязан!
  - Да знаю я, - пробурчал призрак и, уходя через стену, выплюнул. - Шоколадоголик!
  
  * * *
  
  Я и Джек только спустились на первый этаж, направляясь к кухне, как вдруг произошло то, что вогнало меня в ступор. Я шокировано замерла, услышав жуткий грохот из ближайшего бокового коридора, ведущий к выходу, через который обычно заходили с внутреннего двора слуги. Женское любопытство вмиг дало о себе знать - я, позабыв про кухню и о своей обязанности покормить больного человека, прямиком, невзирая на ожидающую впереди опасность пошла к источнику шума. Джек, прикрывая мне спину, полетел за мной следом. Все равно ему одному было скучно, а тут назревало что-то веселенькое.
  Впереди все сильнее стал слышаться чей-то смех и голоса. Я, встав на цыпочки как можно тише пошла по коридору, прислушиваясь к звукам. Воры? Быть не может. С репутацией Ника ни один нормальный вор не сунется сюда по собственной воле. А может это друзья колдуна? Но друзья не станут крушить замок. Тогда кто?
  Мне даже в голову не могло прийти, что это окажутся... Нет, не так. Мое сердце билось сильнее грозя выпрыгнуть из груди, руки тряслись от нетерпения увидеть все своими глазами, я вся напряглась готовая в любой момент дать отпор незваным гостям. Незаметно подойдя к повороту, я смогла четко расслышать разговор незваных гостей.
  - Замки, словно женщины - их нужно вскрывать нежно, - кто-то недовольно прошипел, - а не так, чтобы было слышно на весь замок!
  Я, боясь дышать, осторожно выглянула из-за угла. Около щепок и разрушенной части наружной стены, которую снесло вместе с дверью, стояли три человека.
  Первый, недовольно шаркая ногами, ходил из стороны в сторону вокруг второго, целиком одетого в отливающий металлом доспех с опущенным забралом. Первый парень, который как я поняла, сказал эту фразу стоял ко мне спиной. И я смогла разглядеть только темные рыжие волосы, собранные в короткий хвост на затылке, потрепанную теплую куртку и короткий складной арбалет, который он прицепил себе на бок.
  Третьим был подросток, совсем мальчишка, который обеспокоенно смотрел на разошедшегося товарища. Он неловко держал обеими руками тяжелый посох и как будто утопал в слишком великом ему плаще и шапке. Довольно забавное зрелище.
  - Нам некогда ждать, - с пафосом выкрикнул второй путник, его голос гулко прозвучал в шлеме. - Нам нужно спасти Ее Высочество!
  Я невольно вздрогнула. По моей спине пробежали мурашки. Этот голос был очень похож на... быть не может! Неужели сэр Алинор Гриворд вернулся?
  - Слушай ты, Гриворд, - с издевкой тыкнул в него рыжеволосый парень. Точно, это оказался тот умалишенный рыцарь. Какие черти его сюда привели? - Мне глубоко плевать на тебя и твою девку, но я не позволю тебе облажаться и подставить мою задницу. Я понятно объясняю или твои мозги настолько примерзли к шлему, что ты уже ни черта не соображаешь?
  - Вы оскорбили Ее Высочество!!! - заверещал как резаный Сер Алинор, вынимая из ножен меч. - Это уже, между прочим, сорок седьмой раз. Я не позволю вам и дальше...
  - Да замолкни ты! - шикнул на него парень, быстро озираясь по сторонам. Я мгновенно нырнула обратно в тень, чтобы меня не заметили. Призрак летал рядом со мной, тихонько похихикивая в кулак, наслаждаясь представлением. - Хватит верещать и тыкать своей зубочисткой во все, что движется!
  Я вновь одним глазком заглянула за угол. Было прохладно от хлынувшего в теплое помещение морозного воздуха. Но мне было не до него - я не могла оторваться от развернувшегося действия.
  - А ну ша... - в разговор вступил мужской бас, прозвучав где-то за поворотом. К сожалению, разглядеть незаметно с угла обладателя этого голоса мне не удалось, обзору мешала стена. - Разгалделись как базарные бабы. Ну и шо, шо парниша взорвал дверь. Своим ором вы навлечете еще больше народу. А парнишка то молодец! Эка как дверюгу выломал! Красотень - полстены в придачу!
  Парнишка заметно зарделся от похвалы, спрятав свои глаза под удобно навалившуюся ему на лоб шапку.
  - И не надоело вам цапаться по любому пустяку? - недовольно вздохнула пятая участница задания по моему спасению. Ее, к сожалению, с угла тоже было не разглядеть. - Сэр Гриворд, вы же воспитанный человек, а каждый раз при любой возможности хватаетесь за меч. Негоже обращать слишком много внимания на Риэла. Он может и привыкнуть.
  - Заткнись, Лютиция, - огрызнулся Риэл и ушел с видимой части, похоже, подойдя к обладательнице мелодичного голоса. - Скажи, раз ты тут корчишь из себя самую умную, для чего вам так нужен был я, если он, при любой возможности приказывает Крису палить замки?
  Я удивилась, открыв для себя то, кем является мальчик. Так значит, паренек по имени Крис является магом. А этот рыжеволосый хам, Риэл, если я правильно поняла их разговор - взломщик. И еще наверняка разбойник и вор. Слишком нагло он себя ведет в присутствии рыцаря. Обычные, добропорядочные люди так бы не поступали. Точно, преступник.
  - На все воля Великой, дитя Риэл, - примиряюще просипел еще один герой. Я удивилась. Сколько их там прячется за углом? Сколько еще людей пришло, чтобы вернуть меня во дворец? Дюжина? - Дитя Алинор действует лишь по велению Ее Гласа. Грешно осуждать его за это.
  - Так вот оно шо, - хохотнул обладатель баса. Хлопнул в ладоши. - И в кусты по велению Божини ходил? Так сказать орошал их из своих божественных чресл?
  Какая интересная все же собралась компания. Нику явно бы понравилась. Особенно последний, который говорил как служитель Богини. Наверное, он жрец. Я вздохнула. Только не это. Я не желаю, чтобы у меня пошатнулась вера из-за какого-то фанатика. Только полный идиот мог предположить, что сэр Гриворд избранник Богини. Алинор всегда действует только по велению своей единственной извилины. Как же меня выводит из себя этот рыцарь! Приклеился ко мне, как стражник во время прогулки в город. Почему он не оставит меня в покое? С первого раза не мог понять, что я ему не рада?
  Больше задерживаться и дальше подслушивать разговор я не стала. Мне нужно было быстрее предупредить колдуна о незваных гостях. Пускай разделается с ними, пока я сама не напала на Гриворда. Он мне еще во дворце порядком надоел своим назойливым вниманием.
  Я осторожно пару шагов попятилась, лихорадочно выдыхая ртом пар. В коридоре было холодно. А я и не заметила, увлекшись разговором. Убедившись, что никто не услышал моих шагов, я, как можно быстрее побежала из коридора прочь. Но через несколько секунд споткнулась и удивленно вскрикнув, упала, распластавшись по полу, словно половая тряпка. Сердце стало бешено отбивать ритм. В одно мгновение меня обуял жар. Я, рефлекторно закрыв себе рот, вмиг вскочила на ноги и, не оборачиваясь, помчалась дальше, больше не заботясь о том, что меня могли услышать. Голоса героев стихли, послышались торопливые шаги...
  Как только я выбежала из бокового коридора и собралась спрятаться за левым углом, позади себя я услышала удивленно-радостный возглас сэра Гриворда:
  - Пприн-цесса?!!
  Я остановилась. Глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь то ли от холода, то ли от страха. Мое сердце бешено стучало, щеки пылали. В голове стало совершенно пусто. Ну вот, попалась. "Так просто не дамся... то есть не сдамся!" - показывал фигу рыцарю мой внутренний голос.
  - Где принцесса? - выкрикнул кто-то из героев
  Я медленно повернулась, с неохотой натягивая на себя улыбку. Призрак, предатель, пока я тихо пыталась убежать, исчез, оставив меня совсем одну. Ну, я ему потом покажу, как у нас в королевстве жалуют предателей. Даже то, что он давно уже мертв его не спасет.
  Ко мне, разглядывая меня во все глаза, подбежали, тяжело дыша, герои. Сер Гриворд пролязгал в доспехах самый последний. Всего "спасателей" оказалось шестеро. Ну, хоть не дюжина...
  - Приветствую вас, сэр Гриворд, - я сделала реверанс, всем очаровательно улыбнувшись. Еще никто не отменял правила приличия. - И вас, его благородные спутники.
  - Ого, - присвистнул вместо приветствия Риэл. - А в жизни она еще та красотка. У Никериала губа не дура.
  Когда все герои предстали перед моими очами, я смогла хорошенько их осмотреть.
  Риэл больше всех не соответствовал понятию "благородство". Его внешность разительно отличалась от всех. Небрежная щетина, на левой скуле шрам, задевая правую бровь на виске красуется второй. Его внешний вид так и кричал на весь свет, что он лихой бандит, хулиган, побывавший во многих передрягах. Точно, вор и невоспитанный тип.
  Единственной девушкой среди героев оказалась Лютиция. Гибкая, как ива. В облегающем ее тело полушубке. Шатенка. Вместо нормального оружия она надела на свои руки кожаные перчатки с железными кинжалами-когтями. Чутье мне подсказывает, что лезвия отравлены и отнюдь не безобидным ядом.
  Жрец оказался каким-то невнятным. Он был с ног до головы закутан в плащ, на груди висела большая спираль - знак Богини. Единственное, что выделялось в его образе - это огромный живот, который был виден даже укрытый плащом.
  А крепкий, широкоплечий добродушно усмехающийся в свои роскошные усы мужчина в самом расцвете сил был, видимо, тем басом. За его спиной висел огромный двуручный меч. Таким и у дракона можно с легкостью снести башку не то, что Нику.
  Завершали компанию рыцарь - доспех и маленький, с покрасневшими на холоде щеками и носом подросток. Мальчик неумело поправлял лезущую в глаза шапку. Точно, маленький Серый мышонок.
  - Сэр Гриворд, мне показалось, что я вам в прошлый раз доходчиво объяснила, что не нуждаюсь в ваших услугах.
  Рыцарь снял шлем, показав всем свою великолепную черноволосую гриву, и приветственно мне поклонился.
  - Не бойтесь, Ваше Высочество, - воскликнул он, подняв вверх вместо меча шлем. - Я спасу вас! Я свергну зло, что воцарилось в этих землях! Мерзкий колдун отведает моего священного клинка Рахтириуса!
  Я сжала кулаки, пытаясь успокоиться. Мне хотелось выхватить из рук рыцаря шлем и избить им оного. Выцарапать глаза, снять с него скальп, чтобы разглядеть под этой густой шевелюрой зачатки разума, вытащить из ножен его меч Рахтириус и... Спокойствие, только спокойствие. Я тут не одна, на меня напряженно смотрят еще шесть пар глаз. Будет невежливо пытаться ударить Сера Алинора Гриворда у всех на виду. Так что надо проявить терпение.
  - Сер Алинор Гриворд, - с нажимом проговорила я, пытаясь испепелить его взглядом. - Я прошу вас и ваших спутников покинуть сие место пока...
  - Вы боитесь, что нас заметит колдун? Беспокоитесь о нашей безопасности? - невинно предположила Лютиция, не дав мне закончить мою мысль. А я хотела сказать совсем иное... Намекнуть, что я их сама вытолкаю на улицу и заставлю починить стену. Негоже издеваться над больным человеком, особенно тогда, когда я его пытаюсь лечить.
  - Да не боись, - хохотнул усатый спутник рыцаря. С легкостью вытащил из-за спины тяжелый двуручный меч. Играючи крутанул его в правой руке, чуть не задев стоящего рядом вора. Взломщик недовольно посмотрел на мужика. - Он даже пикнуть не успеет - вмиг приголубим. Дай мне только его увидеть. Дядька Вархар свое слово держит!
  - А что здесь делает принцесса? Мы же ее вроде спасать собирались, - подозрительно сощурился Риэл, отойдя от дядьки Вархара. Видимо боялся, что мужик сперва на нем опробует остроту меча. - Я, конечно, не Никериал и мне вряд ли суждено будет понять его логику, но на его месте я бы не стал позволять разгуливать пленнице свободно по замку.
  - Так я и не...
  - Милорд, - неуверенно обратился к рыцарю маленький волшебник, смущенно посмотрев на меня. И кто их учил манерам? Уже второй раз меня перебивают. - Я давно заметил колебания... Принце... Миледи не одна.
  - Как это не одна? - пораженно стал озираться Риэл, положив руку на висевший арбалет. Герои напряглись, высматривая опасность - Малой, а раньше не мог сказать?
  - Так вы же были заняты... - совсем стушевался стеснительный паренек. - Я подумал, что не вежливо будет перебивать...
  Я недовольно сощурила глаза. Значит, невежливо перебивать? А меня кто, только что перебил?
  - Это все хитроумная ловушка Никериала! - воскликнул Сер Гриворд. Погрозил шлемом в потолок. - Я тебя достану бесчестный злодей!
  - Я да не понял, а где враг? Парниша, куда бить?
  - Вархар, бей Алинора, - усмехнулся рыжеволосый парень. - Он мне стал уже поперек горла своими дурацкими, бессмысленными выкриками. Сделаешь мне приятно, а?
  - Побойся Богини, дитя! - просипел жрец, решив вставить свое слово. - Негоже каждый день искушать благочестивую душу своими богомерзкими речами!
  - Я искушаю только девиц, - пробормотал Риэл, подозрительно косясь на фанатичного жреца. - Засунь свои извращенные намеки куда подальше. Может у вас жрецов это и принято, но у меня табу.
  Я, чуть не открыв рот, шокировано смотрела на эту компанию. Они все такие разные. Что же объединяет этих людей? Неужели они до сих пор вместе из-за меня? Эта мысль вмиг согрела мне Сердце. Как мило.
  - Милорд, - снова пропищал мальчуган, показывая на меня пальцем. Его посох чуть не выпал из рук молодого волшебника. Он обхватил его другой рукой, прижав к груди. - Враг находится за левым плечом миледи Ирен.
  Я резко повернулась, заинтересовавшись "врагом". Но сзади меня было пусто. Кого же увидел мышонок? Герои тоже напряженно стали всматриваться в пустующее пространство. Никто ничего не мог понять.
  Вдруг, совсем рядом со мной, появился прямо из воздуха Джек. Я отшатнулась от неожиданности, увидев расстроенного призрака.
  - Ну вот, - печально произнес он, чуть ли не шмыгая носом. - Меня обнаружили. А жаль. Я хотел немного подольше поиграть в прятки.
  Все шокировано открыли рот, и... комната взорвалась от удивленных криков героев, которые впервые собственными глазами увидели призрака:
  - Джек, ну погоди! Я тебе сейчас устрою веселую жизнь! Как ты посмел оставить меня одну!
  - П-при-з-зрак?!!! Отведай Рахтириуса, нежить!
  - Охренеть! А он настоящий? Алинор - фас!
  - Милорд, простите меня... Я не знал, что это призрак.
  - Епер... ах... офиг... Божиня ж ты моя...
  - Убирайся прочь, заблудшая душа! Да откроются для тебя врата чертог Богини!
  - Пффф... Тоже мне, призрак. Кто так одевается? Чучело огородное - а не призрак.
  Когда все выговорились, Джек деловито скрестил на груди руки. Герои шокировано замерли, во все глаза разглядывая призрака, особенно уделив внимание торчащим из груди кинжалам. Зрелище приподнявшихся ножей - не для слабонервных. Я, стоя в сторонке, ехидно усмехалась. Вот, что называется опыт общения с духами - уже привыкла к выходкам взбалмошного призрака. Постойте-ка, неужели и я в первую встречу с Джеком так же, как герои неумело себя вела?
  - Во-первых, я не нежить, а дух второго порядка, бестолочи. Во-вторых, нормально я одет. Между прочим, по последней моде моего века! И, вообще, Ирен, я никуда и не уходил. Просто стал невидимым.
  - Убирайся прочь, исчадье мрака! - взревел рыцарь, выйдя из оцепенения. Достал из ножен меч, держа в другой руке шлем. - Ты, нечестивый слуга мерзкого колдуна! Я тебя изгоню во имя света! - немного подумав, он смущенно добавил. - И во имя моей миледи!
  Я чуть не хлопнула от досады себя по лбу. Этот рыцарь уже решил во имя меня совершать подвиги? Богиня, дай мне терпения!
  Джек лукаво улыбнулся и пригладил свои призрачные, торчащие во все стороны волосы. У меня вмиг прокралось подозрение, что он задумал что-то нехорошее.
  - Я, если вы не знали, между прочим, прадедушка одного из вас, - он неожиданно всхлипнул, будто и впрямь среди героев был его давно потерянный правнук. Я так и знала - решил поиграть в лицедея.- Я так долго искал своего дорого потомка! А вы сразу: "Убьем! Убьем!" Вам не стыдно обижать беспомощного прадедушку?
  Рыцарь сразу стушевался и опустил меч. Всмотрелся в лицо духа, наивно поверив его словам. Да и другие герои стали поглядывать на Джека с явным интересом. Неужели только я услышала нотки фальши? Ан, нет. Этот вор, Риэл, тоже с недоверием хмурил брови. Про жреца ничего сказать не могу - его лицо было полностью скрыто под капюшоном.
  - О, прошу прощения, добропочтимый дух, за мою дерзость, - сразу сменил тон сер Гриворд. Попытался поклониться в доспехах. - И кто же из нас ваш драгоценный внук?
  - Вот он, - не глядя, тыкнул в героев Джек. Его палец показал на мальчишку - волшебника.
  Стеснительный парнишка вмиг оказался в центре внимания. Его щеки предательски запылали. Я со стороны наблюдала за этим фарсом, неодобрительно скрестив на груди руки. Лучше бы он помог мне спровадить этих полудурков, чем играть этот спектакль. Ему что, острых ощущений не хватает, что он решил посмеяться над героями? Сразу видно - воспитание Никериала.
  - Я?! - изумился маг. - Но я ведь сирота!
  - Да? - удивился призрак, но быстро взял себя в руки. - Но это не важно. Духи видят все! И я узрел, что ты мой давно потерянный внук Кривольд!
  - Но меня зовут Крис, - неловко поправил заигравшегося духа мальчик. Чует мое Сердце, что лохматому призраку не сойдет с рук этот спектакль.
   - Но я хотел, чтобы тебя назвали Кривольдом! - не повел и бровью Джек, будто и на самом деле говорил правду. - В честь твоего двоюродного прадедушки по материнской линии.
  Юный волшебник неловко улыбнулся, поверив на слово Джеку. Искренний паренек шмыгнул носом, чуть не плача от счастья. Он, тыльной стороной ладони вытерев выступившие слезы, всхлипнул:
  - Деда!!!
  - Внучок! - также радостно прослезился Джек.
  Рыцарь растроганно шмыгнул носом. Герои умиленно смотрели на наконец воссоединившуюся семью. Джек и Крис попытались обняться. Он поднял паренька над землей, ласково сжимая его в объятьях. Я вздрогнула, вспомнив ледяные тиски призрака. Брррр...
  Их идиллию нарушил подозрительно щурящийся Риэл:
  - Попридержи-ка коней, Крис. Ты точно уверен, что он твой прадед? Ведь кроме своего пьянчуги учителя ты никого из родни в глаза не видел. Чутье мне подсказывает, что он вешает всем лапшу на уши, пытаясь спасти свою шкуру. Вот скажи - если он твой родственничек. Какого лешего он делает здесь, в замке злого колдуна?
  Все вновь подозрительно стали смотреть на призрака. Мальчишка сразу поник и отошел на шаг назад от Джека, выставив вперед свой посох. Набалдашник стал наливаться синим цветом. Рыцарь направил на духа свой драгоценный меч. Лютиция размяла "коготки". Вор неспешно отстегивал от пояса арбалет...
  Дядька Вархар нахмурив брови, грозно проговорил:
  - Ты мальчонку не тронь. За мальчонку я тебя огрею по-королевски. Бушь аки решето.
  - Это все колдун! - стал оправдываться перед героями Джек, вмиг спрятавшись у меня за спиной. Я недовольно скрестила на груди руки. Ну, все, Джек - ты доигрался. Что-то мне подсказывает, что если твои слова услышит Ник, тебя не спасет то, что ты уже мертвый. - Он держит меня в плену и заставляет выполнять свои мерзкие поручения! Он заставляет меня охранять похищенную принцессу! А я так хотел встретиться со своим любимым правнуком!
  - Джек! - возмутилась я такому наглому вранью. Все, мне надоело изображать статую и спокойно выслушивать, как призрак очерняет волшебника. - Немедленно прекрати нести чепуху! Никто меня здесь не держит! Я сама вольна поступать, как мне вздумается! А вы, - накричав на призрака, я гневно посмотрела на героев, вздохнула, попытавшись успокоиться и вернуть голосу доброжелательность. - Как вы посмели вторгнуться во владения Никериала без приглашения?!
  - Сие дитя не ведает, что творит, - проговорил жрец, осенив меня знаком Богини. - Колдун затуманил ей рассудок, чтобы ввести всех в заблуждение.
  - О, богиня!!!! - несчастно взревел рыцарь, выкинул в отчаянье шлем. Он со звоном упал на пол, заставив всех вздрогнуть. - О, моя несчастная любовь! Я убью этого подлеца и верну вам рассудок!
  Я хлопнула себя по лбу. Риэл ели сдерживаясь, едва слышно прошипел: "Если он сейчас не замолчит, я его придушу голыми руками"
  - Выходи на честный бой, Никериал! - снова закричал рыцарь, заставив меня и других прикрыть уши руками. - Отведай моего...
  Пока сер Гриворд с пафосом кричал свою речь в потолок, взломщик, сверкнув глазами, потянулся руками к его шее. Риэла мгновенно остановил широкоплечий мужик, со спины крепко сжав в тисках. Девушка закрыла ладонью брыкающемуся парню рот, чтобы их "глава отряда" не отвлекался по пустякам. Мышонок сотворил из воздуха веревку, чтобы крепко связать своего товарища.
  Видимо, порывы Риэла убить Алинора были частым явлением, раз его спутники так легко и непринужденно пытались его утихомирить.
  - Офууффифе мефя! - кричал Риэл пытаясь вырваться из тисков дядьки Вархара. - Ф эфэф раф я ефо уфу!
  "Отпустите меня. В этот раз я его убью" - мысленно переводила я его слова.
   - Да не ерзай, Риля... - досадно прошептал мужик, косясь на все еще выкрикивающего свою речь рыцаря. Гриворду, похоже, уже было все равно, слушают его или нет. - Дак ты ж каждый разы пытаешься его приголубить. Простаки не обращай внимание...
   - Мофе тефефие лофуфо. Ефи ефо фе фифонфит кофун - эфо фзелфу я!
  "Мое терпение лопнуло. Если его не прикончит колдун - это сделаю я!"
  И вдруг случилось то, что я меньше всего ожидала. Нашу затянувшуюся беседу прервал Ник, выйдя к героям собственной персоной. Все же рыцарь накликал своими возгласами колдуна.
  Белобрысый маг медленно подошел к нам, шаркая ногами. Он был в наспех застегнутой одежде, укрывшись сверху пушистой шалью. Но, несмотря на это, Ник дрожал как осиновый лист, явно замечая, как резко упала температура в замке.
   Колдун ни капельки не удивился, увидев в своем замке незнакомых людей, будто он с самого начала предполагал, что к нему сегодня нагрянут гости.
  Он хмуро шмыгал носом, обведя пристальным взглядом вмиг замершую компанию героев. Особенно задержавшись на обездвиженном воре и героях, которые старались его удержать. Видимо, в его представлении спасители должны были предстать более величественно и мужественно. Мне за героев стало неловко, ведь, можно сказать, они пришли ко мне. Надо было сразу взять метлу и прогнать их взашей...
  - Ирен, Джек, - непринужденно произнес маг, повернувшись к нам, проигнорировав моих спасителей. - Почему вы сейчас не на кухне?
  Я ошарашено уставилась на бледного волшебника. В такой момент его только это интересует? А ничего, что тут стоят шестеро героев, которые только и жаждут получить его голову? Неужели все маги настолько глупы, что в упор не замечают нависшую над ними опасность? Я, конечно, понимаю, что мои спасители сейчас предстали перед его очами не в лучшем свете, но глупо недооценивать их силу, тем более, когда он заболел и надел на себя эти дурацкие оковы.
  Я хотела ему сказать какую-нибудь колкость по поводу его поведения, но почему-то язык произнес совершенно другое:
  - Ник, а вы, почему не в своей постели?
  - Да так. Стало интересно увидеть умников, которые проделали брешь в защите замка и устроили небольшой взрыв, - он усмехнулся, ехидно посмотрев на героев, которые, широко открыв глаза, рассматривали его, будто бы маг был вестником самой Богини. - Ирен, а ваши гости не могли бы вести себя вежливей. Например, заходить через парадную дверь, а не ломать чужие стены. Или игнорирование дверей в высшем обществе стало принято считать хорошим тоном?
  Он заливисто чихнул, успев прикрыть рот шалью. Шмыгнул носом. Достал из кармана штанов носовой платок и, отвернувшись от меня и моих спасителей, высморкался. Джек, пока маг был занят таким важным делом, тихонько исчез, как крыса с тонущего корабля. Или же призрак предчувствовал проблемы, сбежав из поля зрения мага. И поступил, на мой взгляд, правильно. Думаю, Ник хорошо слышал его возгласы.
  - Они не мои гости! - возмутилась я обвинениям Ника. Он опять издевается. Маг неисправим.
  - А мне показалось, что они пришли как раз за вами, - хмыкнул наглец и наконец, обратив внимание на героев, сказал. - Слушайте, Ирен сегодня гулять не выйдет - она наказана за плохое поведение. Так что до свидания... жду вас лет через десять, а может двадцать.
  - Это Никериал? - шокировано проговорил Риэл, вырвавшись из тисков друга. - Этот задохлик?
  - Милорд, что-то он не смахивает на злодея, - смущенно проговорил Крис, выглядывая из-за спины взломщика. Сострадающе посмотрел на мага. - Мне его жалко... может, пожертвуем ему сухари? Ну, или немного копченой свинины...
  Мальчик стал копаться в своей сумке, ища продукты, Ник уныло опустил голову, видимо немного шокированный поведением героев. Похоже, он не ожидал, что его станут жалеть.
  - Не дай этому мерзкому злодею себя запутать, мой юный сотоварищ! - воскликнул Сер Гриворд и направил на колдуна свой меч. - Он притворяется! У Никериала есть ручной дракон - колдун очень могуществен, опасен и порочен.
  - Задохлик... - пробурчал колдун, сдерживаясь от кашля. - Порочен... Я магистр магии Никериал Ленге, имейте хоть каплю уважения!
  Все, как по команде, направили на волшебника свое оружие. Я забеспокоилась, что они сейчас попытаются на него напасть и на пару шагов подошла ближе к Нику. Если я буду рядом, то думаю, ему не будет угрожать опасность. А если его сейчас убьют, у меня будет мало шансов сбежать от Сера Гриворда.
  Ник скрестил на груди руки, внимательно на них посмотрев, полностью проигнорировав направленное на него оружие. Я еще на шаг пододвинулась к волшебнику - мое Сердце внезапно стало колотиться в страхе за жизнь больного волшебника. Хватит играть с ними в игры, пора уходить... Но он, видимо не видя мое беспокойство, внимательно рассматривал героев.
  Бесстрашный идиот. Что же мне делать? Схватить меч и ринуться в бой?
  Белобрысый парень уделил внимание на направленный на него меч Сера Гриворда. Беспечно провел по Рахтириусу пальцем, пробуя остроту. Улыбнулся. Рыцарь невозмутимо смотрел за его действами, явно не понимая, чего хочет добиться колдун.
  - Приветствую вас, Алинор. А вы, я погляжу, ничуть не изменились с нашей последней встречи - все также пытаетесь тыкать в меня сомнительными предметами. - Ник ехидно сощурил Серые глаза, наклонившись с интересом продолжая рассматривать клинок, будто он был какой-то очень редкой старинной книгой. Одобрительно цокнул. - Хорошая заточка.
  - А как же, - довольно пробасил дядька Вархар. Положил на плечо свою громадину - двуручный меч. - Моя работа. Чай не кузнец бы был, кабы не приглядел за мечом.
  - Кузнец, значит, - довольно улыбнулся Никериал. Чихнул, заставив вздрогнуть героев и направленное на него орудие. Похоже, несмотря на свое бесстрашие, герои все же побаивались мага.- Что-то тут очень холодно... Итак, мне интересно. А что кузнец делает в моем замке?
  Тоже мне, нашел, кого спрашивать. Герои не разговаривают со злодеями это ведь против правил. Но к моему удивлению Вархар непринужденно ответил, кивнув на Криса:
  - Нехорошо мальчонку одного отпускать, - юный чародей, направив на мага свой посох, широко открыв глаза, взирал на него со смесью ужаса и восхищения. Видимо Ник покорил Сердце мальчишки. - Приглядываю я за ним, шоб в дурную компанию не попал.
  - Вархар, тебе не говорили, что болтать со злым колдуном чревато поджаренной задницей? - невинно поинтересовался вор, не сводя глаз с Сероглазого мага. - А еще болтают, будто если будешь с ним любезничать, он мигом заберет твою душу.
  Мужик дрогнул, испуганно посмотрев на своих спутников, ожидая подтверждения слов Риэла. Его воспитанник, Крис нахмурив брови, решительно прицелился из набалдашника посоха прямо в грудь Нику. Как бы говоря: "Тронешь Вархара - поджарю"
  - Не доглядел ты за ним, кузнец, - как можно печальнее вздохнул маг, пряча ехидную усмешку. - Он уже в дурной компании.
  - Эй, а тебя жалкое подобие злого колдуна и не спрашивали, - возмутился вор, тыкнув в Ника пальцем - Я тебе не "дурная компания".
  - А не боишься, что я тебя могу щелчком пальца убить?
  - Уже дрожу от страха, поедатель невинных девиц, - нагло усмехнулся Риэл и прицелился из арбалета в Ника. - У меня для тебя приготовлено специальное блюдо - арбалетный болт со свинцовой начинкой. Только попробуй дернуться. Дважды повторять не стану.
  - Поедатель? - удивился Ник - Ирен, вы слышали? Этот молодой человек обставил вас по всем пунктам. Оказывается, я уже не прячу трупы убитых девственниц - я их поедаю!
  Я возмущенно посмотрела на наглеца. Да как он смеет сравнивать то, что говорит про него народ! Это немыслимо!
  - Хватит играть в свои гнусные игры, Никериал! - взял слово рыцарь, сложил ладонь в знаке Богини и перекрестился. - Нас направляет сама Великая и нам не страшны твои жалкие фокусы. Отдавай немедленно Ее Высочество и прими свою судьбу - умри от моего меча.
  Ник согнулся в припадке кашля, явно озадачив своим поведением героев. Я наклонилась и похлопала его по спине - вдруг он просто подавился? Но все оказалось намного проще - этот наглый, циничный, ехидный показушник смеялся, маскировав свое поведение под приступом кашля. Он, спрятавшись за моей спиной, искренне выражал свое уважение к спасителям.
  Когда балаган устроенный колдуном закончился, Ник прохрипел:
  - Уважаемый Алинор, вы растрогали меня до слез. Я и не предполагал, что мне уготована такая ... хм... великая судьба. Я бы с радостью отдал вам свою жизнь, но, увы, я пообещал, что пока на горе не засвистит рак и милый лепрекон Леви не спустится с радуги и не пожмет вам свою руку, я не должен умирать от вашего меча. А Ее высочество я и не держу. Вот видите, - он показал на меня рукой - Даже не прикасаюсь к ее королевской кисти.
  Я нахмурилась. Что за чушь он несет? Что еще за лепреконы, радуги, раки... Он что, надышался дурман травы?
  - Ты так просто не отделаешься, Никериал! - вдруг зашипела на него единственная участница моей спасательной миссии. Она направила на него свои "когти" с ненавистью взирая на мага - Я разорву тебя на части и скормлю бездомным псам после всего того, что ты сделал.
  - А что я сделал? - искренне недоумевал Ник. Не на шутку задумался, нахмурив брови, поплотнее запахнув шаль. С каждой минутой в комнате становилось холоднее. В отличие от героев, на которых была теплая одежда, мне и Нику было холодно. Мои пальцы начинали неметь, а сама я дрожала, изо всех сил пытаясь скрыть свое состояние. Принцесса даже стоя в лютый мороз в одном шелковом платье ни за что не должна показывать свою слабость. А на мне платье было шерстяное, так что я могла потерпеть.
  Я с недоумением посмотрела на девушку. Что случилось с этой милой шатенкой? Что ей сделал Ник? Неужели похитил и пытался провести темный ритуал? Или же... Мои уши запылали...
  - Милая леди, - усмехнулся Ник, мельком обведя взглядом Лютицию, - вы не в моем вкусе.
  - Вот теперь ты точно труп, - обрадовал волшебника Риэл. Даже опустил свой арбалет, немного сочувственно смотря на мага. Видимо он хорошо изучил единственную спутницу и представлял, что с Ником сделают ее хорошо заточенные лезвия перчатки.
  - Почему? Мне просто не нравятся шатенки. У них скверный характер.
  Все мужчины одобрительно хмыкнули, даже сер Гриворд, который по идее должен был остаться беспристрастным к речам злого волшебника, согласно кивнул головой. Я и Лютиция возмущенно посмотрели на этих мужланов. Так вот как они на самом деле относятся к шатенкам? Уму непостижимо! И эти люди, даря своим девам подарки и шепча сладострастные речи в уме отмечают про их скверный характер?! Во мне взыграла женская солидарность, и я обиделась за Лютицию.
  - Ты убил моих родителей!
  - А-а-а, это, - облегченно вздохнул Ник. - А я уж подумал... Назовите мне место, время и как выглядели ваши родственники и возможно я...
   - Это были мои родители! - Лютиция подошла на шаг вперед. Она еле сдерживалась, чтобы не набросится на мага, возмущенно размахивая руками. - Как можно было забыть то, что ты с ними сделал, козел. Ты зверски их убил десять лет назад! Оставил сироту бороться за выживание!
  - Никого я не убивал десять лет назад, если конечно ваши родители не были упырями или вурдалаками, а может оборотнями... - задумчиво пробормотал маг. - Хотя судя по тому, как вы вломились ко мне в дом и сломали стену, совсем не учтя факт, что сейчас зима и из-за этого температура этой комнаты неуклонно падает в геометрической прогрессии, доставляя мне определенные неудобства, я склонен предполагать что вы, по крайней мере, та еще вандалка. А если ваши родители были нечистью, то это и следовало ожидать, ибо у этой подгруппы активен ген агрессии...
  А Никериал похоже нашел самый действенный способ борьбы с героями - он решил заговорить их до смерти. И судя по недоумевающим взглядам и немой паузе, которая воцарилась в комнате, это ему с блеском удалось.
  Если честно, я тоже замерла, пытаясь понять, что сейчас пролепетал больной волшебник. Может у него поднялась температура, и он сейчас бредил? Чутье мне подсказывает, что расшифровать монолог Ника было возможно только при наличии степени магистра магии. Ненавижу чувствовать себя глупо, не понимая о чем идет речь и, похоже, Лютиция также придерживалась данной точки зрения. А как я могла еще объяснить ее следующий выпад?
  - Ты убил их, скотина! - закричала она, попытавшись наброситься на мага. Слава Богине ее перехватили дядька Вахтар и Риэл. Она вырывалась, пытаясь испепелить взглядом Ника, а этот наглец даже не моргнул и глазом, будто это было обычным делом. Ему что, совсем не страшно за свою жизнь? - Ты вывесил их трупы на обозрение, вырезал на лбах свое поганое имя! А сейчас крысишься и извиваешься как гадюка, прячась за спиной у принцессы! Как я тебя ненавижу!
  - Прелестно. Оказывается, кто-то под моим именем добавляет клиентов гробовщикам. Неужели моя скромная персона так популярна?
  - Так вы убили ее родителей? Вы убиваете мирных жителей? - разозлилась я, повернувшись к магу. И этому проходимцу я хотела собственноручно готовить! Я. Принцесса. Наплевав на свою королевскую гордость, хотела стоять у очага!
  - Вы уж определитесь, - нахмурился Ник явно недовольный тем, куда зашел разговор. - Либо девушки, либо убийства. Даю подсказку: мне нет никакого резона совершать эти "подвиги" Это не в моем вкусе. Да и такие понятия как "Совет" и "этика" еще никто не отменял.
  Я немного стушевалась и отвела взгляд - его пронзительные Серые глаза не врали. Ну да. "Совет" это весьма весомый аргумент в пользу Никериала. И я, за все время, что жила в замке еще ни разу не замечала, чтобы Ник носился по коридорам с тесаком порываясь зарезать мирных жителей. Вот незадача... Неужели я стала доверять магу независимо от предполагаемых спрятанных жертв ритуалов? И еще, что означает у волшебников понятие "этика"? Вряд ли это правила поведения за столом...
  - Лютиция, возьми себя в руки, - тихо прошептал Риэл, пока я пыталась выяснить отношения с Ником. Вор из-за всех сил удерживал гневно скрежещую зубами девушку, с беспокойством всматриваясь ей в лицо. - Мне что-то слабо верится, что он идиот, который будет оставлять такие улики. Да и на психа с манией величия он не очень-то похож. Я тебе в сотый раз повторяю, что это или банальная подстава, или дело рук...
  - Это он, Риэл! Как ты не понимаешь?!
  Ник, лукаво обведя всех взглядом, выдал такую фразу, от которой я стала сомневаться в его здравомыслии:
  - Вы сама необычная команда героев, которую я встречал. И вы мне нравитесь!
  Все шокировано посмотрели на Ника. Маг счастливо улыбнулся и в подтверждении своих слов пару раз чихнул. Точно чего-то надышался или же это болезнь так скверно действует на разум магов?
  - Я еще не всех раскусил, но мне примерно понятно, как такие разные люди сплотились в один отряд, - продолжил развивать свою мысль Ник. - Пафосный рыцарь, начитавшийся детский книжек, юная мстительница, идущая на поводу у своего гнева, бравый кузнец опекающий ребенка, юный маг, кстати, весьма талантливый, раз смог пробить мою защиту, который из-за своего небогатого жизненного опыта повелся на россказни рыцаря. Вор, наверняка решивший под шумок меня обокрасть и неизвестный тип в плаще, который еще никак себя не показал.
  - Ник, это жрец.
  - Спасибо, Ирен. Значит, еще жрец, которому... которому... Кстати, а что нужно служителю Богини в моем замке?
  - Покайся неверный! - внезапно взревел жрец, осенив Ника священным знаком. - Я, Соломон, освобожу твою заблудшую душу!
  Жрец Соломон стал размахивать знаками Богини, брызгать водой из фляги бормоча себе под нос псалмы.
  - Все ясно, - вздохнул Ник. - Еще один фанатик пришел по мою душу. Сколько вам можно объяснять, что я не исчезну даже если мне устроить душ из священной воды.
  - Хватит заговаривать нам зубы, Никериал! - крикнул Сер Гриворд. Вновь поднял свой меч. - Сейчас ты умрешь, и принцесса освободится от твоих нечестивых пут!
  - Похоже, план с мирными переговорами провалился, - усмехнулся маг, пристально смотря в глаза рыцарю, оценивая его. - Что ж, стоит признать, из меня никудышный дипломат.
  Герои приготовились к нападению, ожидая только приказа своего командира. Я и Ник напряглись. Я совершенно не представляла, как поступить дальше. Оружия способного противостоять шестерым у меня не было, да и вряд ли кинжал был способен долго продержаться против обученного рыцаря и его спутников. Я ожидающе замерла, что же Ник будет делать дальше? Ведь на кону стоит и его жизнь, а оковы не позволяют ему применять магию и плюс его состояние вызванное болезнью внушает некоторые опасения.
  - Хорошо, - с легкостью согласился Ник. - Но вы, как благородный рыцарь, в соответствии с кодексом должны придерживаться определенных правил. Например, атаковать друг друга мы должны одновременно.
  - Я прекрасно знаю правила! Злодей, не учи меня кодексу чести!
  - Вот и отлично. Тогда на счет три я применю самую ужасающую по силе магию!
  Все герои напряглись, поверив в способности Ника. Ведь не зря люди называли его сильным волшебником, и я уверена, что и Алинор стращал их драконом, от которого в прошлый раз сам улепетывал, от страха чуть не потеряв доспехи.
   - Раз, - Ник медленно подошел ко мне, герои стали потихоньку пятиться. - Два, - он взял меня за руку, меч Сера Гриворда испугано вздрогнул, герои неуверенно посматривали на своего предводителя, ожидая дальнейших указаний. - Три!!!
  Ник бегом рванул из комнаты, потащив меня за собой. Пока герои испуганно пригнулись, спрятавшись под мерцающей пленкой-щитом, созданным Крисом, ожидая, что на их головы обрушится гром и молний, мы уже на всех парах выбежали из комнаты. А когда рыцарь и его спутники заметили неладное - от нас и след простыл.
  Ник очень быстро бежал, поражая меня в своей скорости, и это тогда, когда он себя плохо чувствовал!
  Его рука постоянно тянула меня вперед, хотя я изо всех сил старалась не отставать.
   - Что это было? - прокричала я, услышав отголоски отчаянного, душещипательного крика сера Гриворда.
   - Это? Это чистой воды блеф. Всегда срабатывает в трудных ситуациях.
  Я тихонько захихикала. Только такому безумному волшебнику могло прийти в голову позорно сбежать, захватив с собой главную причину появления героев в замке. И почему я совсем не удивлена?
  
  * * *
  
  Когда мы диваном забаррикадировали дверь, Ник плюхнулся на диванную подушку, устало откинувшись на спинку. Я, тяжело дыша, присела рядом. После этой замечательной пробежки мне было жарко, Сердце бешено билось где-то на уровне подбородка, сильно хотелось лечь на диван или на пол и хорошенько отдохнуть. И почему считается не приличным носить принцессам короткие платья до колена? Думают, что так нам будет легче спасаться бегством от подосланных убийц? Быстро бегать, когда тебе мешает юбка сложно, все время ноги путаются в ткани, можно легко споткнуться об подол...
  Мы прибежали в какую-то небольшую комнату и заперли двери с помощью дивана. Я, конечно, сомневаюсь, что такая хлипкая преграда остановит героев но, судя по бледности мага, по тому как он тяжело дышал, и как у него тряслись руки, Ник был на большее не способен. Видимо он вложил в бег все свои силы, да и я, честно сказать, в одиночку вряд ли смогу придвинуть с другого конца комнаты шкаф.
  - И что теперь? - спросила я у Ника, немного отдышавшись.
  Маг разлегся на диване, прислушиваясь к звукам из коридора.
  - А теперь мне нужно время.
  - Время?
  - Я сниму оковы, но для этого нужно немного времени. Ирен, прошу, вы сможете ненадолго отвлечь своих гостей?
  - Отвлечь? - я непонимающе посмотрела на задумавшегося мага. - Как?
  Вдруг со стороны коридора послышались голоса, торопливые шаги героев и полязгивание доспеха их предводителя, сера Гриворда. Ник соскочил с дивана и, скинув шаль, закатал рукава рубашки, обнажив руки до локтя. Он быстро подошел к окну, которое находилось как раз напротив двери, и подмигнул мне:
  - Я уверен, вы что-нибудь придумаете.
  Я недовольно фыркнула, но маг даже не обратил внимание, полностью погрузившись в себя, бормоча какие-то заклинания. Конечно, можно взвалить на меня самую тяжелую, грязную работу, а самому прохлаждаться. Я мигом встала и быстро огляделась, ища какие-нибудь зацепки. Что же делать, что же делать... Вдруг мое внимание привлек камин. Я присмотрелась, около него лежала чугунная кочерга... Мои губы растянулись в лукавой полуулыбке - кажется, у меня возникла отличная идея.
  
  Взрыв превратил в щепки дверь и разворотил диван. Первым в комнату тяжелой поступью вошел сер Гриворд, наизготовке держа Рахтириус. Вслед за ним скромненько вошла и его команда. Я стояла прямо напротив двери, неловко пряча за спиной руки. Надеюсь, Ник не будет копошиться.
  - Миледи Ирен! - радостно воскликнул рыцарь, огляделся в поисках колдуна. - Не бойтесь, я вас спасу!
  Вдруг он заметил позади меня замершего Никериала и, нахмурившись, пылая праведным гневом, направился к нему. Мне ничего не оставалось, как преградить ему дорогу.
  - Извините, сер Гриворд, но я вынуждена вас остановить.
  Алинор остановился, удивленно смотря на меня, его спутники тоже замерли, непонимающе посмотрев на своего предводителя. Я, краснея, очаровательно улыбнулась моим спасителям. Никогда бы не подумала, что буду защищать потенциального злого волшебника от рук героев. Куда я скатилась?
  Мне нужно было потянуть время, но вряд ли герои будут слушать мою пустую болтовню, многие хотят получить голову Ника. Тогда остается одно - вспомнить уроки моего учителя Гая. Я реально смотрела на вещи и понимала, что против них у меня намного меньше шансов устоять нежели, чем против тех больших волков, но буду надеяться, что они побояться задеть королевского отпрыска.
  - Она под чарами? - поинтересовалась у мальчика Лютиция.
  - Нет, я не чувствую вмешательства в ее разум, - отрицательно покачал головой юный волшебник.
  - Вот как... - девушка хищно оскалилась, и первая напала на меня.
  Ее когти очень быстро промелькнули около моего лица, но я успела блокировать ее удар кочергой, которая была спрятана у меня за спиной. Она наседала, пытаясь коснуться меня отравленными лезвиями, она гневно пожирала меня взглядом, как будто это я была виновата в смерти ее родственников. Я изо всех сил удерживала ее натиск, намереваясь пойти в наступление. Собрав силы, я оттолкнула когти девушки, и наотмашь ударила ее кочергой. Чугунное оружие пролетело совсем рядом с ее носом - эта чертовка успела уклониться. Видимо я ошиблась - они не будут делать мне скидку на то, что я принцесса. Придется взяться за это дело вСерьез. Мое Сердце уже билось в предвкушение схватки. Давно я не чувствовала этого будоражащего кровь чувства.
  - Что вы делаете, леди Лютиция! - возмущенно прокричал сер Гриворд. - Зачем вы напали на Ее Высочество?
  - Если она заодно с ним - она мой враг, - усмехнулась шатенка, внимательно смотря на меня, просчитывая мои слабые места. - И мне плевать, что она принцесса.
  - Ты не пройдешь, - улыбнулась я, поигрывая в руке кочергой, проверяя ее баланс. Жалко, что это не меч. Тогда схватка была бы намного интересней. - А если нападешь на меня еще раз - собственаручно казню за государственную измену. Не боишься?
  - Еще чего.
  Мы довольно друг другу улыбнулись. Похоже, я нашла себе достойного соперника.
  Она предприняла новую попытку нападения, но ее остановил сер Гриворд, направив на свою спутницу клинок. Он, несводя с глаз со скривившейся в гневе девушки, с расстановкой произнес:
  - Леди Лютиция, я не позволю вам притронуться к Ее Высочеству. Будьте благоразумны.
  - Ты на чьей стороне, Алинор? - возмутилась она, опасливо косясь на приставленный к ее горлу клинок. Что бы ни болтали про сера Гриворда на счет его здравомыслия, было известно одно - он был прекрасным фехтовальщиком.
  - Я на стороне Ее Высочества. Крис, пожалуйста, не соизволишь обездвижить миледи Ирен?
  Я нервно оглянулась на Ника. Ну, скоро он? Против волшебника, хоть и такого юного, у меня очень мало шансов. Я могла быстро напасть на него и обезвредить, прежде чем он нанесет чары, но бить ребенка это как-то не по чести. Остается одно...
  Юный волшебник прицелился в меня из посоха. Сверкнула синяя вспышка из набалдашника, я бешено закрутила кочергой, создавая быстрым вращением что-то на подобии щита. Немного безумная идея к моему удивлению меня спасла. Голубая искра отрекошетила от кочерги и ударила в Лютицию. Та на секунду остолбенела, на ее лице, как и на моем, отразилось неподдельное удивление, и обмякла в руках во время подоспевшего сера Гриворда. Я вскрикнула от боли, из моих рук выпала кочерга, глухо упав на пол. Кто бы мог подумать, что от заклинания она стала обжигающе горячей, словно я опустила свою руку в кипяток.
   Крис немного смутился, извиняюще покосившись на Лютицию, и выпустил из посоха вторую вспышку. Повторять свой подвиг и испытывать удачу я не решилась, поэтому попыталась уклониться. Заклинание просвистело совсем рядом с моим ухом. Я облегченно вздохнула, но вдруг, в следующее мгновение замерла, не в силах шевельнуться. Крис выпустил подряд два заклинания, и если от первого мне удалось уклониться, то второе попало прямо в цель.
  Я стала медленно оседать на пол, не в силах заставить тело подчиняться. Все силы как будто ушли, хотя я прекрасно все видела и слышала, мой рассудок не помутился. Неожиданно меня подхватили грубые, сильные руки дядьки Вархара, не дав мне упасть на пол. Прости, Ник, я сделала все, что было в моих силах.
  - Дитя нужно быстрее связать, пока не ослабели чары, - проговорил жрец Соломон, осеняя меня знаком Богини. Взял маленький кинжал и зачем-то отрезал золотой локон моих волос, и спрятал его у себя в одеждах, завернув в какую-то тряпку. Я с ненавистью смотрела на этого фанатика. Ни за что не потерплю такого хамского обращения. Если бы мне подчинялось тело, то я с удовольствием врезала ему промеж глаз, даже не посмотрев, что он служитель храма. Я изо всех сил постаралась поднять руку, но у меня ничего не получилось. Это конец. Сейчас они возьмут и отвезут меня обратно во дворец, к отцу и к моему женишку. Мне только интересно - зачем ему нужны мои волосы?
  Крис и жрец стали меня связывать, как вдруг я услышала простуженный голос Ника:
  - Спасибо, Ирен. Вы прекрасно отвлекли внимание.
  Я в мыслях облегченно вздохнула. Ну, теперь, если он меня сейчас не спасет, я его придушу голыми руками. Ведь из-за него я оказалась в таком положении!
  - Никериал! - хором прокричали оставшиеся герои. Странно, а я только сейчас заметила, что среди них нет вора. Кстати, а где он?
  Дядька Вартар положил меня на пол, вытащил свой двуручный меч. Крис нацелился на мага из посоха, сер Гриворд напряженно думал, как ему поступить с Лютицией - положить на пол или дальше продолжать держать в руках.
  Я снизу наблюдала за их схваткой, отчаянно пытаясь пошевелиться и что-нибудь прокричать.
  Вот Ник неспешно подходит поближе к героям. Первым в него ударяет из посоха Крис. Колдун небрежно отмахивается от заклинания и прежде чем на него с воинственным кличем успевает замахнуться кузнец, прищелкивает пальцами. Возник режущий глаза свет и свистящий звук, будто подул сильный ветер, запахло свежестью, которая бывает после дождя. Я не могла зажмуриться от света из-за заклинания, и из моих глаз против воли потекли слезы.
  Через несколько мгновений я почувствовала, что могу пошевелить рукой. Я быстро стала моргать, заливаясь слезами, пока ко мне не вернулось зрение. Я распуталась из веревки и встала, немного шатаясь - перед глазами все еще плыли черные круги.
  Ник подошел ко мне и попридержал за плечо не дав упасть. Провел около глаз своей рукой, как будто ко мне ласково прикоснулся легкий ветерок. Глаза перестали болеть, голова больше не кружилась, я смогла спокойно осмотреться.
  От героев и след простыл, будто их появление мне привиделось. Единственное, что напоминало об их существовании - это сломанная дверь и изувеченный, сломанный пополам диван, который теперь годен лишь на растопку камина.
  Ник стоял около меня, на его губах играла счастливая полуулыбка. Я удивленно вскинула брови. Что это он улыбается? Ведь ему придется в срочном порядке ремонтировать стену, а то скоро замок превратится в ледяное царство, менять дверь и покупать новую мебель. И это не считая тех разрушений, которые он сделал сам, пару раз неудачно чихнув.
  - Как хорошо снова чувствовать поток силы, - глубоко вдохнул воздух маг, ответив на мой немой вопрос. - Вот что значит настоящее счастье.
  - А где...
  - Герои? Если бы не ребенок, то я бы этих вандалов отправил в логово дракона. А так, пускай подышат свежим воздухом в Зарклерных лесах. Я там бывал - красивые места на фоне руин замка... Сейчас там как раз закончился дождь, и местная фауна разнообразной нечисти еще не вышла на охоту...
  Я задумалась, что-то не давало мне покоя, какая-то мелочь...
  - Все пятеро отправились на прогулку, - закончил говорить маг. Шмыгнул носом. - Осталось только найти Джека, дать ему взбучку, а то он как-то подозрительно исчез, и снова наложить оковы, пока я не разрушил замок...
  - Пятеро? Их ведь было шестеро!
  - Риэл! - вместе проговорили мы. Ник вздохнул, хлопнув себя по лбу.
  - Думаю, нужно искать его где-то в районе сокровищницы. А может бродящим по залам замка и собирающим утварь комнат, - маг нахмурился и вдруг, немного испуганно пробормотал. - Надеюсь, мою библиотеку он обойдет стороной. А может... Надо срочно его поймать!
  Я задумчиво решила накрутить на палец прядь волос. Но вместо привычного локона нащупала неаккуратный кривой срез, колючие волосы, от которых стало немного больно на душе.
  - Ник, - тихо проговорила я, вспоминая действия этого фанатика, Соломона. - Представляешь, жрец взял локон моих волос. Интересно, зачем?
  Колдун оторвался от своих мыслей и удивленно посмотрел на меня. Прикоснулся к волосам, задумчиво пощупав локоны. От хорошего настроения Ника больше не осталось и следа. Он угрюмился и морщил лоб, явно представив какую-то безрадостную картину. Что это с ним?
  - Может он ваш тайный воздыхатель? - попытался пошутить белобрысый маг, но его глаза не смеялись, а напряженно смотрели сквозь меня, будто он пытался что-то высмотреть в дали.
  - Я ведь Серьезно!
  - А жрец намного умнее, чем кажется на первый взгляд. Вот дьявол! - он ухмыльнулся, заставив меня вздрогнуть. - Обставил меня, как пятилетнего ребенка...
  - Да что такое! Не пугайте меня! В чем дело?
  - Волосы это доказательство, - горько улыбнулся маг и резко развернувшись, пошел к выходу. Похоже, наш разговор был закончен. - Пора поймать этого шутника - затейника, этого вандала с интеллектом курицы. Тоже мне удумал - грабить мага!
  Я осталась одна в комнате. Волосы это доказательство? Доказательство чего? Ник поставил меня в тупик...
  Позже замок стоял на ушах. Больной и от этого злой Ник быстро нашел Риэла, который уже методично выгребал ценности и запихивал их в зачарованную, бездонную сумку. Я удивляюсь и откуда у этого воришки был такой дорогой артефакт?
  Вор даже не сопротивлялся, когда Ник обнаружил его около библиотеки, быстро признав свое поражение. Маг так устал или ему было просто лень, что он, бурча про ненормальных, наглых вандалах, запер Риэла в одной из комнат, огородив ее барьером. Барьер великолепно работал - мой лоб надолго запомнит невидимую стену. Установив его и снова с моей помощью нацепив оковы, маг отправился, как ни в чем не бывало спать. Про проломленную стену он вспомнил только ночью, когда внезапно проснулся от холода. Я прекрасно слышала, как он голосил на весь замок, понося героев и их изобретательность. А мне было все равно - у меня в комнате было тепло и уютно.
  А рано утром пришла с покупками Милена - и Нику сильно досталось за порчу имущества.
  Но это уже другая история.
  
  
  

Часть Вторая: Путешествие в Силенвиль

  
  Глава 1. Приезд любимой племянницы и новые проблемы
  
  Не идите за умоляющей вас помочь девушкой.
  Не верьте безумному старику, который твердит
  О вашей избранности.
  Не соглашайтесь отнести кольцо эльфам.
  Смотрите под ноги, чтобы случайно не споткнуться
  Об подозрительные предметы.
  И навсегда запомните, что самые опасные приключения
  Начинаются со слов: "Да это быстро!"
  
  Выцарапанная на стене склепа надпись.
  
  
  Я стоял напротив рыжего вора и буравил его взглядом, пытаясь воззвать к его совести, но, похоже, она либо давным-давно скончалась в муках, либо он спрятал ее так далеко, что мои посылы до нее просто не доходили. Наглый вандал вальяжно посиживал на покореженном скрипучем стуле, который грозился в любое мгновение под ним развалиться, и без тени страха ехидно на меня щурился.
  Реакция организма на мой неудачный эксперимент прошла, и я мог спокойно наслаждаться жизнью. Стену я починил, пол восстановил, создал новые двери, на всякий случай укрепив их с помощью магии; единственные, кто напоминали мне о позавчерашнем инциденте, это незадачливый парень, что пытался меня ограбить, и угрюмая Милена, которая до сих пор была недовольна поведением своего хозяина.
  Домовая никак не могла понять, как я смог простудиться и превратить в руины ползамка, и, главное, не позвать ее, чтобы она смогла меня подлечить. Ей не объяснишь, что я беспокоился о своем здоровье - Милена постарается изобразить излишне заботливую мамочку и уморит меня своим вниманием.
  А вора я не превратил на месте в тлеющий пепел лишь по одной причине - он не успел добраться до библиотеки и прикоснуться своими вандальскими руками к бесценным книгам. Да и мне в тот момент было так "хорошо" от физического и душевного перенапряжения, что я плюнул на воришку и запер его в первой попавшейся комнате, решив как-нибудь потом разобраться со всеми проблемами. Вот только я не учел одного: этот Риэл оказался тем еще фруктом. Вместо того, чтобы спокойно сидеть и ждать решения своей участи, надо было поиздеваться над моими и так хрупкими нервами. Ладно, я сам виноват, что не подстроил его побег, который позволил бы мне избавиться от проблемы, но этому было вполне рациональное объяснение. У таких людей есть дурная привычка прихватывать с собой в дорогу пару безделушек, из-за которых обычно начинает пошатываться равновесие в мире, происходят природные катаклизмы и мир превращается в полный дурдом, вставая под знамя Его Величества Хаоса. А у меня как раз завалялась пара ненужных вещичек, которые могут причинить множество проблем, и про которые Совету лучше не знать. Поэтому я и поставил на окно и дверь барьер, чтобы у вора не возникало соблазна скрыться не попрощавшись. Но этот вандал на следующий день гордо продемонстрировал мне всю свою фантазию, подтвердив данное ему прозвище. Я закрыл глаза на сломанную мебель комнаты, простил ему разорванные простыни и связанные из них веревки, я даже пару часов удерживал Милену, которая все порывалась его придушить за порчу имущества... Но когда он поднял шум на весь замок в четыре часа утра, долбя ножкой кровати по стенам, мое терпение лопнуло. Вор так страстно просился ко мне на свидание, что я не смог ему отказать. Еще одна дыра в стене мне была не нужна, хватит с меня и тех нововведений, которые произвели "герои" и мои чихи. Я даже узнал, зачем он пытался играть на моих нервах. Как выяснило следствие, возглавляемое не выспавшейся и от этого очень злой принцессой, которая, держа меня за грудки, вызвалась ненавязчиво намекнуть моему гостю, что долбить в стены рано утром - это некультурно, Риэл просто пытался найти тайный проход. Тоже мне, нашелся гений - думал, я настолько глуп, что буду запирать его в комнате, утыканной лазейками? Хорошо, что хоть на Милену не пытался нападать, когда та приносила ему еду. Видимо, инстинкт самосохранения в нем хорошо развит; даже я иногда опасаюсь перечить домовой. На вид она не внушает Серьезных опасений, но характер у нее не сахар, да и кулак тяжелый.
  И вот, через пару часов, когда злая принцесса ушла к себе в комнату, а Милена утопала на кухню готовить завтрак, я решил навестить вандала, чтобы раз и навсегда поставить точку в наших отношениях. А то для меня две проблемы уже слишком. Я и так с принцессой еле справляюсь.
  Конечно же, комната была в плачевном состоянии: единственной уцелевшей мебелью оказался трехногий стул-инвалид, на котором сидел с набухающим на скуле синяком Риэл. Оказывается, злая Ирен вполне может заменить дракона. Мои соболезнования тем, кто учил эту миледи сдерживать эмоции.
  Теперь, увидев комнату, я осознал, почему пленников всегда держат в темнице - там-то нечего ломать.
  - Ну и что мне с тобой делать? - спросил я вслух у самого себя, перебрав в уме множество вариантов, начиная от его отправки вслед за героями и заканчивая превращением в мелкого слизняка.
  - Отпустить и принести извинения за причиненные неудобства? - нагло внес предложение Риэл, осторожно дотрагиваясь до садящей скулы. Поморщился, явно осознав свое ошибочное мнение о том, что все девушки хрупкие, милые и нежные создания. Я внимательно, без тени сочувствия смотрел на этого воришку. Сам виноват, что довел до такого состояния Ирен. Думаю, говорить, что мой вопрос был риторическим, не имеет смысла.
  - Ты еще предложи заплатить тебе компенсацию за моральный ущерб.
  - Ну, если ты так хочешь, я был бы не против, - ухмыльнулся пленный, совсем не беспокоясь о своем незавидном положении. Видимо, Ирен слишком сильно убеждала его не шуметь - он, похоже, повредился рассудком.
  Я скрестил на груди руки. Какой интересный экземпляр. Его что, совершенно не беспокоит, что его жизнь сейчас полностью зависит от меня, как там меня называют - "злого колдуна"? Похоже, его в детстве не учили уважительно обращаться к старшим и, тем более, не хамить тем, кто заведомо сильнее его. А он мне начинает нравиться!
  - Отлично. Тогда, чтобы не быть голословным и два часа не сотрясать воздух, пытаясь наставить тебя на путь истинный, я выставлю тебе счет за мое испорченное имущество. Дайте-ка подумать... это проломленная стена, полный погром комнаты и плюс небольшая сумма с несколькими нулями за мое испорченное душевное равновесие. Вот тогда я, возможно, закрою глаза на то, что ты со своими друзьями незаконно вторгся ко мне домой и угрожал арбалетом.
  - Эй, - возмутился вор, прямо сев на покореженном стуле. Стул жалобно скрипнул, предупреждая, что дальнейшее ерзанье может закончиться ушибленным задом.- Я не виноват!
  - Это называется, друг мой, взлом с покушением на жизнь. Причем, было совершено групповое нападение, а это, как минимум, вдвое дороже.
  - Тогда пускай Гриворд платит! Я на такое не подписывался!
  - А твой дорогой подстрекатель сейчас вряд ли сможет мне оплатить счет, - я припомнил, куда отправил незадачливых героев, и на моих губах сама по себе расплылась ехидная полуулыбка. Да, им сейчас точно весело. Место-то я, по доброте душевной, выбрал кишащее нечистью... Плюс наверняка там есть и нежить - район весьма неспокойный, богатый на причуды природы, порожденной остатками темной энергии. Столько лет прошло с момента сожжения замка Лиры, а до сих пор энергия жертвоприношений осталась. Еще долго в этих землях будет красоваться это бельмо - темная энергия не выпустит из своих рук такой лакомый кусочек. Хорошо, что с ними есть жрец. Если он такой фанатик, каким я его увидел, возможно, у них есть шанс остаться в живых. Даже несмотря на мой скептицизм, связанный с существованием Богини, я должен признать, что ее псалмы при должном умении хорошо действуют против нежити... Может, в логове дракона им было бы спокойнее?
  - Почему? Что с ними? - воскликнул Риэл, нервно сжав на коленях руки. Через мгновение, осмыслив сказанное, отвел взгляд, невнятно закончив. - Не то чтобы я за них волнуюсь... просто интересно...
  - Да не волнуйся, живы твои друзья, - небрежно махнул я рукой. Таких заноз так легко не убить. Носом чую, что живы эти маленькие вандалы... наверное.
  Риэл облегченно вздохнул. Несмотря на свое напускное спокойствие и равнодушие, он за них волнуется. Это хорошо. Если бы он не беспокоился за тех, с кем провел пару недель жизни, с теми, с кем делил свой кров и пищу, я бы стал волноваться. А так ясно, что у него не мертвая душа, как у большей части преступников. Мне повезло - оказывается, меня решил ограбить благородный вор. Да и это не удивительно, с его-то приятелями.
  - Они не мои друзья! - живо огрызнулся рыжий парень, вернув себе наглый, вальяжный тон разговора. Ну, допустим, я поверил. Продолжай вешать мне на уши лапшу - я давно не носил еду.
  - Конечно, - я лукаво улыбнулся, прислонившись к стене. - Совсем не волновался? Значит они так, просто прохожие, которые заглянули ко мне на чашку чая? А я-то глупый, сразу набросился, угрожал мечом... Какой же я невоспитанный! А если Серьезно, ты и вправду считаешь, что сможешь лгать магу?
  - Да легко, - фыркнул парень, но, посмотрев на меня, отвел взгляд, тяжело вздохнул и потер рукой недельную щетину. - Алинор хоть и порядочная заноза в заднице, но когда не ведет себя как придурок, вполне нормальный парень. Жалко, что это бывает редко, и большую часть времени мне хочется придушить его за упрямство, идиотизм, тупость, излишнее благородство и пафосность! Он ведет себя как великовозрастное дитя, которому дали в руки подержать меч! Да и мальчонку жаль, это ж надо, быть в подчинении у такого придур... Эй, ты что, записался в жрецы? Я на исповеди?
  - Конечно, сын мой, - я поднял руку и сложил ее в священном жесте, перекрестив рыжеволосого парня. - И я отпускаю тебе все грехи.
  - Слава Богине, теперь меня не будет мучить совесть за испорченные в младенчестве пеленки, - саркастически ухмыльнувшись, проглотил мою колкость вор.
  Думаю, если бы у него в руках был арбалет, то у меня из груди торчал бы с десяток болтов. Я умею очаровывать людей. Моя маленькая страсть по доведению до белого каления героев сполна утоляется в общении с представителями данного призвания. А он долго путешествовал с Алинором и наверняка научился паре его штучек вроде вещания в самый неподходящий момент пафосных речей и маниакальной страсти к отрубанию голов.
  - Я придумал - будешь отрабатывать...
  - Чего? - удивился вор, привстав на стуле.
  - Да ты не чистишь уши по утрам, - улыбнулся я. Интересно, насколько у него хватит выдержки? Десять, пятнадцать секунд? Что-то у меня сегодня отличное настроение. Так и тянет пошалить. - Я говорю, что отрабатывать будешь ущерб, который причинил, по крайней мере, этой комнате, - я обвел комнату взглядом, с сожалением задержав взгляд на гобелене, на котором раньше красовалась какая-то дева на единороге. От единорога осталась одна нога, от девы - грудь. Какой он ценитель женской красоты. Сразу видно, что он привечает в девушках. Хорошо, что я заранее отобрал у него колюще-режущие предметы, хотя, судя по гобелену, один нож у него все-таки остался. Вопрос, где он его прятал, я решил пропустить. Я обыскивал его с помощью магии и сейчас чутье мне подсказывает, что для моего душевного здоровья мне лучше не знать такие пугающие подробности личной жизни вора.
  - Сам виноват, - буркнул Риэл, недовольно проследив за моим взглядом. О, мой бедный гобелен... - Чего стоило поступить, как все нормальные люди, и отправить меня в темницу?
  - Чтоб ты сбежал? Извините, но я не горю желанием быть обкраденным повторно.
  Праведное негодование, которое отразилось на лице вора, как только я озвучил свои мысли, меня умилило. Риэл всем своим видом показывал, что он никогда не совершил бы такого бесчестного, подлого поступка. Конечно, все домушники порядочные и добрые люди. И как я мог такое забыть? Осталось только придумать, как он сможет поработать во имя магического сообщества, и еще немного поострить, чтобы сполна отвести душу после общения с принцессой. С ней так не поговоришь. Ляпнешь что-то не то или пошутишь неудачно, так все - я злодей, который лелеет планы по захвату мира. Да и с каждым днем, проведенным в моем обществе, она становится менее сдержанной. Мне показалось, или вначале она вела себя более соответствующе статусу принцессы? Похоже, я на нее дурно влияю.
  Что же делать с рыжим вандалом? Может, использовать в качестве подопытного кролика? У меня как раз завалялось пару непроверенных вакцин... хотя нет. Ирен начнет пилить меня, к ней подключится Фил, а за ним и весь Совет... Я вздохнул, заставив с подозрением смотреть на меня потенциального подопытного. Нет справедливости в этом мире.
  А, может, нарядить его в фартук и выдать табельное оружие - метлу и тряпку, заставив отскабливать от грязи и пыли весь замок? Тогда, боюсь, мало того, что мне придется терпеть его присутствие значительное время, так он еще всенепременно что-нибудь "позаимствует".
  А что, если отправить его в помощники Милене? На миг я представил ее выражение лица. Риэл и домовая с первого взгляда полюбили друг друга так сильно, что он ее за глаза называет "рыжий гномик без бороды", а она его величает "нахальное отбивное мясо". Нет, будь ее воля, она бы давно скрутила из него фарш и напекла котлетки и пирожки, только мой прямой приказ сдерживает ее от этого и заставляет нормально готовить ему еду, не подсыпая ничего в тарелку.
  А, может, Риэлу заняться ловлей Джека? А то призрак уже третий день как играет со мной в прятки и вообще ведет себя крайне подозрительно. Я же его простил; тогда с чего это такое поведение? Или, может, он что-то от меня скрывает? Выдам вору сачок для ловли бабочек, даже нанесу специальный грим, чтобы было более похоже на охоту, и отправлю караулить Джека в подземелье. Авось любопытный призрак выйдет, чтобы посмотреть на такого идио... визитера. Нет, так издеваться над человеком я не смогу. Джек ведь замучает его, продекламировав свой опус "жизнь после смерти". Мне, например, хватило пяти строчек, чтобы понять, как сильно я не хочу узнавать, что ждет меня за гранью.
  А Ирен? Я поморщился, подумав, что может учудить неугомонная девица. Тут даже и думать не надо - сразу большое, жирное и окончательное нет. Она ведь заставит его не только искать "мои жертвы", он примет сан и навсегда станет служителем Богини, а это, на мой взгляд, самая худшая участь.
  Так что же мне с ним делать?
  Риэлу надоело лицезреть мое задумчивое лицо, и он решил испытать удачу, попытавшись сбежать. Но его коварным планам не дал осуществиться единственный оставшийся в относительной целости стул. Он, как истинный патриот, прощально скрипнув, пожертвовал собой, окончательно сломавшись под Риэлом. Вор, удивленно ухнув, упал на пол, через мгновение, морщась, став потирать ушибленный копчик. Я торжествующе сощурился. Вот оно, возмездие за сломанную мебель! Равновесие в мире восстановлено, так что можно и дальше продолжать спать спокойно.
  И тут я почувствовал, как у моих центральных ворот объявился ранний визитер. Налаженная защита сработала великолепно и предупредила меня о госте. Незваный посетитель робко постучался в маленькую калитку, находящуюся на створке ворот, держа под уздцы усталую лошадь. И кто же такой вежливый решил меня навестить? Судя по поведению, это был явно не герой.
  Милена спокойно открыла правую створку ворот, без вопросов впуская визитера. Она знает его в лицо, значит, это мой знакомый...
  "Миленааа...." - потянулся я к ментальной связи с домовой. Все-таки мне следует узнать, кто пришел. Риэл в этот момент тяжело поднимался, держась за спину, как при радикулите. Может провести ему первичный осмотр?
  "Милорд! - радостно закричала в моей голове домовая. - Угадайте, кто приехал!"
  "Я тебе не ясновидящий"
  "Ваша крестница, малютка Петра! Как дочурка милорда Филгуса выросла..."
  Я хлопнул себя по лбу и, витиевато ругнувшись, жалобно проскулил:
  - За что? За что мне такое наказание?
  Только через секунду, увидев выражение лица рыжего вора, я с ужасом осознал, что произнес фразу вслух.
  - Эй, спокойно, - немного обеспокоенно проговорил парень, оглядываясь на щепки бывшего стула. - Не надо так расстраиваться, я все починю.
  - Отлично, - усмехнулся я, выходя из комнаты. - Смотри, чтобы был как новый.
  Не говорить же, что эта фраза предназначалась не ему.
  Вор скис, явно осознав, что пообещал невозможное. Дверь закрылась, и я установил барьер. Сначала разберусь с племянницей, а потом займусь Риэлом. И какие черти ее принесли? Ох, чует мое Сердце, что эта лиса опять принесла на своем хвосте кучу неприятностей.
  
  Наверное, надо будет поподробнее представить Петру. Молодая магичка с ветром в голове, дерзкая, своенравная девчонка, которая при любой возможности влипает во всевозможные неприятности и тянет, как якорь всех за собой. Ей чужды понятия сдержанность, чувство меры, она никогда в жизни не пыталась соблюдать законы и правила, установленные Советом для магов. Ей наплевать, что ее отец член Совета и что она постоянно подставляет его под удар. Ей все равно, что у нее есть младшие брат и сестра которым, по идее, она должна служить примером. Уравновешенный и спокойный Фил и взрывоопасная, бойкая Лира сплелись в Петре явив миру ярую бунтарку. По характеру она больше напоминала свою мать в молодости, хорошо, что ей претила излишняя жестокость, свойственная Лире, по отношению к другим и было знакомо понятие сострадание и сочувствие. Я знал Петру с детства. Она всегда называла меня дядей Ником и мелкой крохой мечтала найти себе мужа похожего на меня. Пару лет Серьезно хотела выйти за меня замуж на что Фил, как заботливый отец, составил огромный список всех моих отрицательных качеств, навсегда разрушив для маленькой девочки идеал настоящего мужчины. Даже я не подозревал у себя таких пороков.
  Но кроха выросла и превратилась из чудного милого ребенка в настоящую ходячую катастрофу. Первым делом она поругалась со своей матерью и покинула отчий особняк, отправившись в свободное плаванье. Как тогда переживал бегство любимой дочурки Филгус - не передать словами. Я с друзьями еле вывел его из депрессии, убедив волшебника в том, что Петра выросла в самостоятельную сильную личность, которая так просто не пропадет.
  А дальше она стала приходить ко мне за помощью, когда влипала из-за своей глупости и любопытства в крупные неприятности. С отцом и матерью она так до сих пор нормально и не поговорила, лишь изредка посылала родителям весточки, что с ней все в порядке. Филу о своих встречах с Петрой я не рассказывал. Во-первых, боялся подорвать доверие девушки, которая настойчиво заявляла мне, что не хочет, чтобы отцу было известно об ее визитах. А во-вторых, я беспокоился за своего названного брата - порой Петра влипала в такие темные дела, что Филу, для его душевного равновесия, было бы лучше не знать таких подробностей. Я мог уладить все без огласки, а Филу, как члену Совета нельзя было марать свою репутацию. Тем более Петра никогда никому не говорила о своем родстве с магистром Гоннери, считая, что человек сам делает себя знаменитым, а не его происхождение. А может она, просто стеснялась Фила и его должности. Все-таки в обществе, в котором она крутилась, не приветствуются такие связи. Сколько я ее не отговаривал покончить с такими делами, все бестолку. Лирино упрямство не пробиваемо.
  У Петры были светлые волосы, как у отца и пронзительно зеленые глаза, как у матери. Вполне симпатичная волшебница, если не считать того, что в последнее время мои встречи с ней заканчивались большой головной болью. С ее последнего визита прошло более двух лет, и я уже было понадеялся, что девушка одумалась и наладила свою жизнь, как вдруг, в самый неподходящий момент она вновь решила нанести мне визит. Может на этот раз мне удаться уговорить ее наладить отношения с родителями, все же прошло больше двадцати лет с их ссоры, должна же она, наконец, их простить. Да и Лире с Филом тяжко без Петры, хотя они не показывают этого на людях.
  Я, немного отойдя от двери, мгновенно переместился в гостиную, в которую Милена должна была привести девушку. В комнате было пусто, Петра и домовая еще не пришли. Сервант, в котором должны были красоваться расписная фарфоровая посуда и фужеры для выпивки был пуст, а графины и пыльные бутылки с алкоголем Милена спрятала где-то на кухне. Да и сама гостиная выглядела пустынно. Все же она была еще не полностью приведена в порядок. Я вспомнил, какой здесь устроил хаос больше недели назад и неловко почесал затылок. Мда... похоже, надо будет переместить нашу встречу в другую комнату. Хотя ладно. Какая ей разница, где она будет с невинным выражением лица выкладывать на меня свои проблемы. В прошлый раз мне пришлось с ней лезть в какие-то катакомбы, хотя я недолюбливал туннели, пещеры и другие замкнутые пространства, кишащие не упокоенными душами. Слишком четко врезались в память мое, будучи ребенком, первое путешествие во мглу шахты.
  В прошлый раз эта лиса состроила глазки и выпросила меня быть ее поддержкой в одном опасном деле. Чего я только не натерпелся: обвалившиеся туннели, летучие мыши - вампиры, бездонные пропасти, подземные озера с небесно-голубой водой кишащей слепыми монстрами с острыми, как бритва клыками. И венчало это великолепие - подземные аборигены, питающие светящимся фосфорным мхом и их древнее святилище. В нем росли странные грибы, которым поклонялось это странное племя и за которыми мы и пришли. Этот плесневый гриб оказывал бактерицидное воздействие на культуру бактерий. Если говорить простым языком, он убивал инфекции. Вроде панацея от всех болезней, мечта лекаря. Мы пробыли в племени пару дней и с лихвой убедились в чудотворном воздействии гриба. Даже мои навыки целителя оказались не нужны. Тогда я был очарован грибом и взялся за выделение вещества названного Пенициллином в честь того, как его величали эти подземные жители: "Пер-нех-цилл" - Священный Дар Бога жизни. Мы украли пару грибочков и быстренько сбежали, пока Дети Паахце, как называли себя аборигены, не заметили пропажу. Убежать я, Петра и ее друзья успели не далеко - это племя оказывается прекрасные бегуны, а телепортироваться в таком замкнутом пространстве опасно для жизни... Но хорошо, что все прекрасно закончилось. Я выделил из гриба вещество, крестница отвезла его заказчику, жизнь вернулась вновь в привычное русло...
  Дверь в гостиную резко открылась, и в комнату впорхнула Петра, оторвав меня от воспоминаний.
  - Дядя Ник! - радостно закричала она, вмиг сжав меня в объятиях. - Как я рада тебя видеть!
  Я, слегка улыбнувшись, осторожно обнял девушку. Петра ни капельки не изменилась с нашей последней встречи. Такая же импульсивная, несдержанная, как и два года назад. Но, не смотря на то, что она всегда за собой приносит ворох проблем, я был искренне рад видеть ее живой и здоровой.
  - Я тебя тоже, крошка, - произнес я и отошел на шаг назад, внимательно рассмотрев девушку. - Как поживаешь? Хвост еще не отрезали? Нос не укоротили?
  - Ты же знаешь меня, - фыркнула Петра, беззаботно крутнувшись вокруг оси, показывая, что она в полном порядке. Небрежно скинула на диван свой зимний, веющий морозом плащ. - Я выхожу невредимой из любой передряги. Удача - моя верная спутница.
  - А проблемы - твои лучшие друзья?
  - Дядя! - возмутилась юная заноза, вальяжно плюхнувшись на диван. - Не начинай ворчать, как папа. У меня все под контролем.
  Я недоверчиво хмыкнул, решив промолчать. Обычно тех, кто так говорят, находят с кинжалом в груди в сточных канавах или гниющих в тюрьмах. Когда же она повзрослеет и бросит заниматься этой чепухой? Когда вернется к родителям или хотя бы наладит с ними отношения? Читать монолог о нравственности, порядочности и смысле жизни я не буду даже и пытаться. Петра очень упряма и обидчива. Порой ведет себя, как капризный ребенок, заставляя собеседника скрежетать зубами от бешенства. Я-то знаю, что это напускное, провоцирующее поведение направлено на то, чтобы поиграть чувствами других, выяснить их реакцию. Но, к сожалению, другие поддаются на провокацию, и она попадает из-за своего любопытства и глупости в серьезные неприятности. Не знаю, как она живет? Стоит признать - у нее феноменальное везение.
  А обидчивость... Ладно, она редко обижается, но если обидится, то все - легче умереть, чем вернуть ее расположение. Мать и отца уже второй десяток не может простить. А если я обижу ее своими попытками нравоучений? Все, уйдет и больше не вернется, а ты потом гадай, как она живет и живет ли вообще. Да и Петра уже давно не ребенок и должна понимать, как следует жить.
  - Все под контролем... - тихо пробурчал я, легонько облокотившись на спинку дивана. - Если у тебя все так хорошо, тогда почему ты приехала ко мне?
  - А вдруг я скучала?
  Я саркастически приподнял бровь. Сегодня что, каждый мой собеседник задался целью накормить меня сказками и небылицами? Я лучше поверю, что Гриворд, скучая, лил слезы по моей персоне, чем крестнице. Чай не вчера родился и хорошо изучил девчонку. Ей палец в рот не клади - откусит и не подавится. Вот тебе и пагубное воспитание Лиры...
  - В прошлый раз, когда ты это говорила, я больше месяца не видел солнечного света.
  - У дяди Ника до сих пор клаустрофобия? - хихикнула Петра
  - Я не боюсь замкнутых пространств! Я их просто... недолюбливаю.
  Особенно обвалы, темноту, сталагмиты, сталактиты, падающую с потолка воду, низкий свод пещеры, скользкие проходы, бездонные пропасти, ледяную воду озер, и кишащих в них монстров, я вообще недолюбливаю всех животных обитающих в пещерах... и самое противное, что там нормально не воспользуешься магией. Кому охота быть погребенным под обвалом выпустив пару заклинаний, которые случайным образом могли воздействовать на структуру стен? Я считаю, что пещеры - мечта мага-самоубийцы. Так что недолюбливать пещеры, в моем понимании, вполне нормальное явление.
  - Теперь это так называется? - хихикнула девчонка, явно вспомнив наше прошлое путешествие. Она тогда не давала мне покоя почти месяц, подкалывая на каждом шагу. Жалко, что времена, когда эта мелочь меня уважала и восхищалась, давно ушли. - Конечно, все так говорят, а потом еле передвигают ногами, каждую минуту стеная на древнеэрейском: "чертовы пещеры". И кстати, это было самое приличное высказывание, которое я узнала от своего дорогого и горячо любимого дяди. Да тебе надо выпустить словарик - ему цены не будет. Кто еще сможет похвастаться такими обширными знаниями ругани на древнем языке?
  Я неловко почесал затылок. Как кто еще - твой отец. Мы ведь вместе залезли в одну древнюю библиотеку и раскопали один милейший опус, где через каждое слово идет... Нда. Даже немного неловко вспоминать, как я с Филом потом целую неделю смея... нет, ржал как конь, читая фолиант.
  А кстати, как она узнала, что я тогда сквернословил, восхищаясь столь прекрасным путешествием? Фил... а с виду такой приличный человек!
  - Ничего я такого не говорил, - попытался я отрицать свою вину. Кто мог подумать, что она мало того разберет мое бормотание, так еще его и поймет! И это называется отец - учил дочь неприличным словам. Надо будет потом как-нибудь использовать эту полезную информацию в разговоре с другом. А то он может надо мной хихикать, а я нет? - Тебе послышалось.
  - Конечно, дядя Ник. Папа тоже все отрицал с похмелья, когда мне, приняв пару фужеров для храбрости, решил передать накопленную мудрость древнеэрийского языка, которой не было в обычной общеобразовательной программе юных магов.
  - Да ты издеваешься!
  - А это так заметно? - удивилась Петра, расстроено пожав плечами. - Жаль, а я так старалась это скрыть.
  Я улыбнулся. Острить по поводу и без повода Петра умела хорошо, оттачивая свое остроумие на моей скромной персоне. Моя школа! Не поймите меня неправильно, мне было приятно слышать, что и я смог внести свою частичку в ее воспитание.
  - Так и зачем ты ко мне пожаловала? - задал я главный вопрос дня. Конечно, я мог еще целый день ходить вокруг да около, погрузившись вместе с девушкой в воспоминания, но мое время было ограничено. Риэл наверняка сейчас выдумывает новую подлянку, чтобы сбежать, Ирен скоро проснется и как она мне заявляла, до того, как лечь спать, проснувшись всенепременно продолжит наставлять на праведный путь вора. Милена скоро вернется с кухни и если эти две дамы встретятся в комнате вандала - все, соскребать со стенки Риэла, думаю, придется мне.
  - Ну, понимаешь... я влипла, - немного не уверено начала Петра, вмиг сменив самоуверенный тон голоса. - Точнее не я, а Шион... Хотя у меня тоже крупные неприятности, но у Шиона они еще больше...
  - Стоп! - остановил я девушку, выставив вперед руку. Попытался собраться с мыслями... Что-то я ничего не понял. Так, начнем по порядку. - Что за проблемы? Что за Шион?
  - Проблемы с Шионом, - утвердительно кивнула Петра, смотря на меня как на тугодума. - Но проблемы из-за меня!
  - Это я уже понял... точнее ничего не понял. Можешь мне сначала, вкратце, все четко рассказать?
  - Какой ты непонятливый, дядя, - вздохнула Петра и уселась поудобней на диване, схватив со столика яблоко. Смачно, с хрустом откусила сочную мякоть и похлопала ладонью по диванной подушке рядом с собой. - Все время одно и то же. Садись, рассказ будет долгим.
  Я с неохотой сел на предложенное место. По меркам Петры рассказ должен включать в себя все мельчайшие подробности, вплоть до того, что она ела на завтрак и какая на улице была погода. Порой я диву даюсь ее логике. Главное не заснуть по ходу дела.
  Дорогой читатель, так как я хочу сохранить тебе рассудок и не утомлять ненужными описаниями, которые на меня вылила крестница, посчитав либо лучшей подружкой, либо на худой конец жилеткой, я расскажу тебе самую суть, которую мне удалось выловить из ее сбивчивого рассказа.
  Моя племянница опять учудила по полной программе. Я ведь уже рассказывал про ее не совсем законные делишки и вытекающие из этого последствия? Так вот, не знаю, какой бес ее надоумил и как можно было на такое согласиться, но она, нет, вы представляете, она залезла в Главный Храм Силенвиля и украла вещицу жрецов! Ладно бы простую безделушку, да нет, ей приспичило прихватить "Слезу Элисень", главную реликвию, которая до пришествия Петры, уже пару столетий хранилась в строжайшей секретности и по поверьям служителей Богини охраняла мир от бед. Я спросил паршивку, еле сдерживаясь, чтобы не отхлестать розгами, зачем она это сделала. На что получил вполне лаконичный и исчерпывающий по меркам Петры ответ: "А почему бы и нет?".
  Но кража священного кристалла, в котором и были заключены слезы Богини, было еще полпроблемы. Вторая часть заключалась в таинственном Шионе. Оказалось, что он являлся молодым и, судя по восхищениям Петры, очень симпатичным жрецом, которого послали выследить вора артефакта и вернуть священный кристалл в Обитель храма. Видимо, священнослужители надеялись, что этот скандальчик останется в стенах храма и поэтому никого из властей и Совета магов не привлекли. А зря...
  Момент, как Шион и Петра познакомились, подрались, влюбились друг в друга, я пропущу - для меня это было не интересно, да и не очень приятно вспоминать. Кому понравиться выслушивать подробности личной жизни крестницы? Суть заключалась в следующем: заказчики девушки устроили на нее и жреца охоту, как только поняли, что она не горит желанием с ними сотрудничать. В конце концов, или подкупленная заказчиками банда, или просто энтузиасты-разбойники забрали "слезы", а ей самой еле удалось спастись - у крестницы все же феноменальное везение. А Шиона бандиты избили и, постучав в ворота обители, аккуратненько посадили около храма, где жреца поймали свои же братья по вере и за то, что он не смог вернуть, да еще и упустил бесценный дар Богини, приговорили к Яме Неверующих. Дабы искупить Великий грех перед Ликом Богини и предотвратить будущие катастрофы планетарного масштаба. Вот фанатики...
  И вот тут-то у Петры наконец-то проснулось доселе спящее чувство - совесть. Она решила спасти Шиона. Но для нее в одиночку проникнуть в Храм и отыскать в казематах священнослужителей полуживого жреца, без происшествий вытащив его из передряги, было нереально. Мало того, что охрана усилилась, и ее описание служители чуть ли не на зубок выучили, так еще на святой земле, в храмах очень трудно колдовать. А Петра, видите ли, жизни не представляет без Шиона. Хотя есть одна хорошая новость - у Шиона есть верный друг в храме, который поможет мне осмотреться на месте и придумать план спасения. Жаль только, что ему категорически запрещено появляться на нижних этажах, где держат блудного жреца. А то так бы крестница и сама попыталась его спасти.
  Так что ей нужен кто-то со стороны с хорошими способностями целителя и наплевательским отношением к вере в Богиню и к храмам, и чтобы у него на лице было написано, что он не обидит и ребенка. Не знал, что я подхожу под такое описание, учитывая то, какая у меня в народе репутация. Хотя судя по рассказам Ирен, мой придуманный в народе облик был больше похож на какого-то старого пещерного тролля.
  Казнь состоится через неделю в Силенвиле под пристальным взором нескольких сотен жрецов, которые специально для этого знаменательного события соберутся чуть ли не со всей страны. Ехать в город на лошади дня два - телепортироваться, как говорит Петра, опасно - могут заметить, а она хочет нарядить меня в жреца. Нет, вы представляете, я по ее наставлению должен буду играть роль священнослужителя из глубинки, который приехал, чтобы поглазеть на "зрелище"! Она даже уже и всю мою роль подготовила - текст должен будет составить Гестон, наш осведомитель из храма, а то она плохо разбирается в обычаях служителей богини.
  План хромает на обе ноги и вообще рисковый, но...
  - Это все? - перебил я Петру которая, погрузившись в свои мысли, рассказывала и рассказывала ненужные подробности своего путешествия к моему замку.
  - И вот тот трактирщик, похожий на борова, клялся, что пару дней назад к тебе спешила целая компания и... что? А-а-а... Наверное... - оторвавшись от рассказа, неуверенно прошептала девушка, нахмурив лоб от напряжения. - А я рассказывала, как увидела в лавке потрясающий...
  - Да! - невольно вздрагивая, спешно выкрикнул я. Слышать третий раз подряд, как она покупала и примеряла комплект дорого шелкового белья, было для меня слишком. - Петра, я, конечно, не хочу тебя обидеть, но не пора бы тебе завести подругу и рассказывать ей такие подробности. Я все же мужчина и мне не следует знать ваши женски...
  - Да подруга вмиг предаст, не успеешь ты с ней познакомиться, - перебив меня, фыркнула крестница. - А ты хоть и корчишь рожи и закатываешь глаза, слушаешь, жаль только советы не можешь дать... И вообще, если ты не знал дядя, ты для меня не мужчина, а...
  - Карета скорой помощи?
  - Ну, можно и так сказать... Так, ты выручишь свою любимую племянницу из этой непростой ситуации или же бросишь ее на произвол судьбы, чтобы потом всю оставшуюся жизнь терзаться муками совести?
  - А куда я денусь, - вздохнул я. Петра... хоть ты уже совсем взрослая, для меня ты навсегда останешься маленькой пятилетней крохой, которой нравилось ездить на моей шее и заплетать дяде Нику косички. - Если я тебе не помогу, мне лучше потом на глаза твоему папе не попадаться.
  Девушка радостно прыгнула на меня и крепко обняла, заставив жалобно затрещать мои ребра. Порой она очень сильно напоминает мне Лиру - Крестница тоже жаждет меня задушить.
  - Жрец и ты, - тихо усмехнулся я не в силах поверить в выбор Петры. Все же придется с ней провести воспитательную беседу по поводу выбора партнера. Мне жаль Фила. Я бы, как отец не смог бы смириться, что моим зятем станет какой-то фанатик веры, причем не лучший и возможно немного сумасшедший, раз он решил связаться с Петрой. - Я даже не знаю, кого жалеть больше...
  - Дядя! Это мой выбор! И я за Шионом пойду до конца!
  Ага, до конца... пока не влюбишься вновь и не оставишь беднягу горевать на обочине. Я придумал - буду жалеть этого парня, похоже, его и казнь не спасет от девушки.
  - И что она в нем нашла? - спросил я у себя. Никогда мне не понять женскую логику. Что же крестница с ним сделала, что он влюбился в ту, которая разрушила его жизнь? Неужели Шион был жрецом аскетом, который провел всю жизнь взаперти и, выйдя на волю, кинулся на первую встречную девушку?
  - Ну, он милый, добрый, нежный, смешной... - стала перечислять Петра думая, что вопрос предназначался ей. Она, умудряясь загибать пальцы, продолжала душить меня в своих объятиях.
  - Ладно, я все понял, не надо перечислять... слезь... Сейчас мне нужно срочно разобраться с кое-каким делом, - прокряхтел я, пытаясь отцепить от себя крестницу. Я чувствовал, что еще чуть-чуть и крестнице удастся то, что все годы пыталась сделать Лира - задушить меня.
  - Каким? - поинтересовалась светловолосая девушка, мигом сев на диване нормально. Я глубоко вздохнул, пытаясь отдышаться. Еще чуть-чуть... мне уже мерещились райские кущи.
  - Да нужно разобраться с одним воришкой, что залез ко мне в замок.
  - Я помогу, оторву руки, ноги и голову тому, кто пытался ограбить моего любимого дядю Ника, - отозвалась Петра и, подмигнув, плотоядно улыбнулась. Я недовольно нахмурил брови. Не надо мне устраивать в замке не пойми что. - Не боись, это будет быстро. Куда идти?
  Я, немного шокированный, послушно показал пальцем на выход из гостиной. Богиня, куда не посмотрю везде видно влияние Лиры. Надеюсь, она не учила дочь искусству пыток, а если учила... пусть земля тебе будет пухом, Риэл. Я искренне сожалею, надо было тебя сразу отправить к Дану, моему знакомому дракону на исправительные работы. Очистил бы его пещеру от костей и останков воришек и незадачливых героев, проникся бы уважением и трепетом к огнедышащим тварям и наконец-то сменил профессию. Да и я бы за временно открытую контору по генеральной уборке пещер хорошенько подзаработал. А сейчас... видимо это судьба.
  
  * * *
  Как только я снял барьер и открыл дверь комнаты, где был заперт вор, на меня обрушился его недовольный возглас:
  - Ты где так долго шлялся? Я тебе не девка чтоб сидеть и ждать, пока ты соизволишь прийти!
  Я, как истинный рыцарь, пропустил даму вперед. При этом дама ехидно улыбалась и разминала костяшки пальцев готовая в любую минуту навсегда решить мою проблему. Петра спешила на помощь Шиону. Поэтому Петра была в плохом настроении. Петра неплохо владела "искусством рукопашного боя трактиров". И поэтому мне немного жаль Риэла. Женщины и так по природе несдержанные особы, а крестница еще и вспыльчива. Надо будет у него потом спросить, если конечно он переживет это свидание, у кого удар сильнее и эффективнее - у принцессы иль у юной волшебницы?
  Девушка только вошла в комнату, как замерла на месте, шокировано смотря на Риэла. Тот, скрестив на груди руки, с неподдельным удивлением тоже взирал на девушку, будто перед ним впервые предстал призрак. Комната погрузилась в безмолвие. В душу прокралось смутное подозрение, что моя крестница и этот вандал раньше встречались и, судя по их выражениям лица, точнее, по отсутствиям вразумительных эмоций, расстались они не в хороших отношениях.
  - Ты что здесь делаешь?! - одновременно спросили они друг у друга, отойдя от потрясения. Я решил не вмешиваться, так сказать, постоять в сторонке, чтобы вдоволь насладится представлением. Чую будет весело, а у меня интуиция в таких щекотливых ситуациях работает безотказно. Чего стоит их первая реплика - не думал, что вне представлений лицемеров встречаются такие казусы.
  - Я что здесь делаю? - показав ладонью на себя, опять почти одновременно выкрикнули Петра и Риэл.
  Ребята нахмурились, когда два раза подряд сказали одновременно и ненадолго замолкли. Каждый ждал, пока его партнер по странному диалогу заговорит первым. Хотя, ждали они не долго, все же терпения у молодых мало...
  - Как ты здесь... - они вновь выкрикнули вместе, не дождавшись друг у друга ответа и, поняв, что эта попытка вновь стала неудачной, мигом замолчали. Петра топнула ножкой от раздражения, Риэл недовольно сжал губы...
  Я ехидно улыбался, решив пока не вмешиваться, но все же не удержался от соблазна:
  - Как мило, - еле слышно пробормотал я, но, видно, не слишком тихо, ибо меня услышала Петра.
  - Дядя! - возмущенно прикрикнула на меня девушка. Будто это был я виноват в ее бедах - Не вмешивайся!
  А я как будто хотел. Нет, я люблю смотреть на представление с первых рядом, но не участвовать в нем.
  - Дядя? - шокировано замер Риэл, неверяще смотря на меня, как будто это была чья-то неудачная шутка.
  - Я молчу и не вмешиваюсь, - я показал рукой, как закрываю рот на замок.
  Тихонько пройдя в комнату, я занял свое излюбленное место у стенки.
  - А что?! - с вызовом спросила Петра, повернувшись к рыжеволосому парню. - Тебе что-то не нравиться?
  Тот, чуя ссадиной, которую ему любезно подарила Ирен, что от его ответа будет зависеть его телесное здоровье, немного стушевался, вмиг выбрав тактику нападения. Он, показав на меня пальцем, мигом выкрикнул:
  - Ты не говорила что твой дядя - злой колдун, угробивший уйму народу!
  - Ой, только не надо драматизировать, вандал, - вздохнул я, опершись об стену. Только не хватало мне от вора, который залез ко мне в замок, слышать беспочвенные обвинения. Нечего отнимать хлеб у Ирен.
  - Не называй меня вандалом, колдун! - сразу распетушился Риэл, явно приняв в штыки данное ему прозвище. - Я не вандал!
  Я удивленно посмотрел на него. Да неужели? Значит, это не ты пытался разрушить мой замок, который, между прочим, архитектурное произведение с многовековой историей? Чтить надо культурное наследие для будущих потомков, а не разрушать его. Я потом в мороз, ночью, с негнущимися от холода пальцами восстанавливал стену потратив уйму энергии. А временная техника это уже высшая магия и оплачивается, между прочим, по двойному тарифу. Вот посчитаю расходы и предоставлю ему смету ремонта, так сразу осознает, как ошибался... вандал.
  - Хорошо, - с легкостью согласился я, легонько пожав плечами. Но как только Риэл посмотрел на крестницу, я, пытаясь сдержать смех, тихонько добавил. - Вандал...
  О, как он на меня посмотрел - это надо было видеть. Его взгляд ясно мне давал понять, что если бы не Петра и не его чувство самосохранения, то он давно бы на меня напал. Видимо он привык использовать грубую силу, а не словесные баталии. Мне уже начинается нравиться его злить.
  - Колдун! - выплюнул он, сжав зубы.
  - Не можешь придумать более обидного прозвища, а, вандал?
  Риэл возмущенно открыл рот силясь что-то сказать показав на меня пальцем, но не найдя нужных слов, через мгновение буркнул, обратившись к Петре:
  - Вот теперь я вижу, что вы родственники!
  - Что ты здесь забыл, Риэл? - нахмурив брови и уперев руки в бока, Серьезно спросила Петра.
  - У него спроси! - прошипел вор, показывая на меня пальцем, будто это я его украл и силком затащил в замок.
  - Дядя!
  - Опять дядя виноват, - притворно огорчился я. - А дядя всего-навсего просто спокойно спал в своей теплой уютной постели, как вдруг к нему ворвались в замок какие-то маньяки, гордо именующие себя героями, попытались обокрасть и убить. А у дяди, между прочим, хрупкое душевное здоровье, дядя любит тишину и покой... и он не любит когда ему ломают стены и пытаются сбежать, не заплатив за причиненный ущерб!
  - Риэл! - возмущенно обратилась Петра теперь к вору. - Как ты мог!
  Рыжеволосый парень, задыхаясь от возмущения, ткнул в меня пальцем пытаясь уйти от ответа и назревающего скандала. Хорошая тактика только, увы, со мной она не сработает.
  - Колдун все врет! Я был, между прочим, не один. И это была не моя идея взрывать дверь! Петра, - он посмотрел на сердитую девушку. - Меня наняли за приличное вознаграждение, чтобы я помог проникнуть в замок и укра...
  - Вообще-то вандал прав, - поспешно сказал я, перебив Риэла. Вор удивленно посмотрел на меня, временно потеряв дар речи. Видимо он не мог поверить, что я за него заступлюсь. Парень, чудеса случаются, особенно когда это мне выгодно. Не хватало мне еще того, чтобы он рассказал крестнице причину его появления в замке. Чем меньше народу знает, что здесь временно обитает блудная принцесса, тем лучше.
  - Да? - сумел выдавить из себя озадаченный моим поведением парень. Поняв, что произнес слово как-то не так, под недоверчивым взором Петры поспешно исправился. - Да... Я не виноват, но именно с меня этот колдунишка хочет срубить золотые. Ничего не понимаю - где логика?
  - И не мудрено с твоими умственными способностями, - довольно хмыкнул я, как бы невзначай обведя комнату взглядом. Все же придется здесь делать капитальный ремонт. Надо было пригласить в гости семейку орков - ущерба было бы на порядок меньше. - Твоя родня была приверженцами силовых методов решения проблем?
  - А ну закрой свою...
  - Хватит! - крикнула крестница, переводя взгляд с меня на Риэла. Она явно не была настроена выслушивать многочасовые диспуты, которые могли начаться между мной и вандалом. - Дядя, ты же взрослый человек, хватит издеваться! Риэл, ты, что не видишь, что он тебя провоцирует, добиваясь именно такой реакции!
  - Вижу, - процедил вор, нервно сжимая кулаки.- Но больше терпеть я не намерен - он мне встал поперек горла. Уйми своего родственничка, пока это не сделал я!
  - Хорошо, - вздохнул я под пристальным взглядом девушки. Если они хотят чтобы я поиграл в молчанку - так тому и быть. А я тогда понаблюдаю со стороны за действами. - Я обещаю, что больше не скажу ни слова в ближайшие пять- десять минут. Вот только мне интересно. Петра, если ты спешишь на помощь к своему возлюбленному Шиону, почему попусту тратишь время на этого вандала?
  Я довольно замолчал, нацепив ехидную ухмылку. Лицо Риэла после моего обещания молчать вытянулось, он, не веря своим ушам, шокировано посмотрел на немного озадаченную такому повороту событий девушку. Похоже, я не ошибся в догадках, когда посчитал, что они раньше были не просто знакомыми. Если раньше наш разговор напоминал вступление пьесы, то сейчас она плавно приближалась к кульминации, к своему апогею. К накалу страстей, которые позволит мне получше узнать прошлое крестницы и отправить небольшой отчет Филу о ее похождениях.
  - Кто такой, черт побери, Шион! - учтиво осведомился у девушки рыжеволосый парень, нервно подергивая скулой.
  - Ну... он... - Петра отвела взгляд, неловко улыбнувшись, но через мгновение решительно посмотрела в глаза Риэда. - А какая тебе, кстати, разница с кем я встречаюсь!
  - Большая! - съехидничал парень. Он скрестил на груди руки, нетерпеливо ожидая объяснений. А он у нас оказывается ревнивый-самец-душитель-неверных-жен. Как тот граф Карен де Кильфо, который, подозревая свою жену в порочной связи с садовником, убил ее кинжалом, предварительно проведя процедуру по душению графини.
  - Ты лишился права голоса, как только бросил меня! - возмутилась такой наглости Петра.
  - А я посмотрю, ты и недолго горевала - сразу прыгнула в постель к первому встречному. Шион... тьфу ты, у него даже имя противное. Ну и кто он? Барон, граф, а может сам теневой король?
  Как я понимаю, он сейчас говорит о титулах, которые присваиваются в преступном мире. Теневой король это лидер изнаночной стороны города. Тот, кто контролирует многочисленные кланы воров, наемных убийц определенного города. Также в каждом городе есть своя пурпурная королева, но она контролирует сферы совсем иного порядка... например, оказания немного специфических услуг в Пурпурных кварталах удовлетворяя прихоти и похоть людей. Все же иногда полезно иметь крестницу, которая разбирается в таких делах и может уточнить некоторые моменты из той стороны города которой "не существует" в обществе.
  - Он жрец Пресветлой Богини, - шепотом подсказал я последователю учения графа Карен де Кильфо. Иногда меня Петра очень сильно удивляет. Это ж надо было так резко сменить свои предпочтения. Неужели "плохиши" ей уже приелись? Но выбор как всегда желает оставлять лучшего...
  - Святоша? - не поверил своим ушам вор.
  - Ну и что! - фыркнула юная волшебница, обведя парня взглядом. - Он верный и не бросает девушек, оставив на столе записку.
  - Ты променяла меня на полоумного придурка из храма?! - все еще не мог поверить своим ушам Риэл.
  - Кто из вас полоумный придурок еще проверить надо!
  - Вот! - торжествующе ухмыльнулся, рыжеволосый вор не сводя глаз с девушки. - Вот поэтому я и ушел, не сказав ни слова. Ты никогда не пыталась выслушать мое мнение! Ты слушаешь только себя, - Риэл глубоко вздохнул и уже более спокойно извиняющее продолжил. - Просто... с тобой бесполезно было спорить. Я всегда выходил из ссор проигравшим, и поэтому мне показалось, что оставить записку будет наилуч... Короче, просто прости.
  - Но ты меня бросил, - недоверчиво хмыкнула Петра, буравя взглядом своего бывшего возлюбленного. Они стояли друг к другу близко, на расстоянии вытянутой руки, и кричали на весь замок, заставляя меня заткнуть уши, чтобы не лопнули мои ушные перепонки. И как при таком общении они еще не оглохли? - Тебе не кажется что это, сейчас самое главное!
  Главное то, что он ее бросил или то, что она должна спасти Шиона? Я что-то совсем запутался. Который раз убеждаюсь, как переменчиво Сердце моей крестницы.
  - А ты внимательно читала записку?
  - Ты издеваешься? Конечно, читала! Там было четко написано всего одно слово: "Прости..."
  - Ты на меня давила! Пыталась контролировать каждую мелочь! А ты знаешь мои принципы!
  - Доверие, свобода и не задавать лишних вопросов о работе, - передразнила Риэла Петра. - Как мне помнить! Свобода была для тебя всем!
  - Заметь, - подчеркнул вор, - не я это сказал. Я никогда тебе не лгал, а ты заранее мне не верила!
  - А как мне было тебе верить, если эта мымра Фресса чуть ли тебе на колени не садилась!
  - Я тебе не изменял! - возмутился парень как лучший драматический лицедей театра.
  - Но ты же ушел! - вторила ему девушка, явно пытаясь отвоевать титул. Богиня, как они мне надоели. Я не люблю мыльные оперы и бессмысленные выяснения отношений. А скандалы бывших влюбленных самые абсурдные из всех, что я встречал. Им что, нравиться просто так сотрясать воздух? Держу пари, что эти двое уже давным-давно забыли причину, по которой случилась эта размолвка. Ох, Шион. Не завидую я тебе. У тебя есть дар - даже когда тебя нет, ты умеешь сближать людей.
  - Ты говорила о семье, а какая нафиг семья, если нет уверенности в завтрашнем дне. Ты ограничивала мою свободу - я чувствовал себя как собачка на коротком поводке. Ты мне не верила, скандалила по каждому поводу... продолжать?
  - Но я любила тебя! - в отчаянье выкрикнула Петра на все претензии парня. Браво, крестница. Ты только что достала козырную карту и на корню разбила баррикады Риэла. На эту фразу никто не сможет найти противовес. Железный аргумент всех дам - "я тебя люблю". А потом попытайся оспорить сей факт, сразу обретешь самого беспощадного мстительного врага в лице любимой. Тебя даже белый флаг не спасет - уничтожит и спокойно пройдется каблуками по твоим костям.
  - Ну и отлично! - ничего получше в ответ не придумав, выкрикнул вор.
  - Отлично!
  Богиня... Самая настоящая семейная сцена. Вот поэтому я не спешу жениться. Меня что-то не прельщают ссоры на завтрак, обед и ужин. В комнате воцарилась тишина. Петра и Риэл молчали, не зная, что еще добавить к их небольшому скандальчику. Я осторожно, опасаясь, что сейчас нагрянет вторая волна, вынул пальцы из ушей. Кажется, гроза прошла...
  Вдруг вандал повернулся ко мне и как нечто собой разумеющее сказал:
  - Я еду с вами.
  - Что? - возмутился я. Проверил уши - вдруг в пылу разборок я оглох и мне послышалось. - Ты хочешь поехать с нами? Я тебя, между прочим, не отпускал.
  - А мне плевать, - рыкнул на меня Риэл и немного спокойнее закончил. - Я ее одну не отпущу, тем более с тобой. Я помогу вам спасти этого святошу. Лишняя помощь вам не повредит. А я в своем деле один из лучших.
  - Ха! Я не просила тебя о помощи! - фыркнула крестница. - Мне от тебя ничего не надо. Катись на все четыре стороны! Сматывайся по-быстрому! Ты ведь это хорошо умеешь!
  - А кто сказал, что я тебе помогаю? Мне просто надо чуток потолковать с твоим "женишком".
  - Потолковать?! - во все горло крикнула юная волшебница, подойдя почти вплотную к вору и взяв его за грудки. Ткань рубахи опасно затрещала. - Только пальцем тронь Шиона, и я тебя убью...
  В подтверждении слов ее глаза опасно загорелись желтым светом, она сама будто изнутри стала сиять теплым солнечным светом который с каждым мгновением, с каждой сказанной ею фразой и эмоцией становился сильнее. У меня мурашки пробежали по коже от этой необычной силы. Я быстро подошел к ним и предупреждающе положил свою руку на плечо крестницы. Мою кисть сразу обожгло, будто я окунул ее в бурлящий поток силы.
  - Петра... - прошипел я, одернув руку. Никогда не встречал раньше такой тип энергии. Мне даже сравнить не с чем, но это явно не ее прежняя сила. Это даже не было силой, это было нечто хаотичное, которое плотно переплелось с внутренней энергией крестницы. Ничего не понимаю. Когда она смогла выучить это заклинание, да и заклинание ли это вообще...
  После моих слов "пламя" погасло, и девушка немного растерянно выпустив из рук рубаху, отшатнулась от нас на несколько шагов. Она, поняв, что чуть только что не натворила, растерянно запустила руки в свои светло-русые волосы.
  - Простите... Я... я не хотела... - тихо произнесла она и вдруг, внимательно посмотрев на меня, ее глаза расширились от ужаса. - Дядя, твоя рука! Прости, прости меня, пожалуйста... я не хотела, я просто вышла из себя и потеряла контроль...
  Я посмотрел на свою красную кисть, которая была похожа на сырой кусок говядины. Нелицеприятное зрелище. Выглядело намного хуже, чем было на самом деле. Мне даже было почти не больно - всего лишь неприятное покалывание и небольшая ноющая боль. Все же ожоги от силы немного отличаются от обычных - энергия частично парализуют нервы.
  - Ничего страшного, Петра, - улыбнулся я крестнице, попутно леча ожог, применив целебную магию. - Но впредь будь сдержанней. Маги должны быть уравновешенными...
  - Петра, - оторвав взгляд с моей пострадавшей руки, немного сбивчиво сказал вор. К всеобщему удивлению он и его рубаха были полностью невредимы, что меня немного озадачило. Как это возможно, ведь Петра соприкасалась с ним, и он был фактически в зоне поражения. - Я хотел сказать, что просто хотел поговорить с этим... Шионом, а не размахивать кулаками. Я не буду марать руки...
  Девушка немного нахмурилась, но не успела открыть рта, как вдруг в дверь открылась и оттуда выглянула золотовласая голова принцессы. Я мигом спрятал за спиной руки. Нахватало мне еще, чтобы Ирен увидела мое "боевое ранение". Любопытная принцесса как будто носом учуяла важные новости и вмиг очутилась в гуще событий.
  - Здравствуйте, - проговорила девушка, с неподдельным любопытством разглядывая на нашу компанию. Полностью вошла в комнату, закрыв за собой дверь. - А что вы здесь только что так громко обсуждали и, Ник, кто эта дама?
  Я задумчиво замер, пытаясь придумать, как ответить принцессе так, чтобы она, не задавая лишних вопросов, смиренно покинула комнату. На ум приходили только радикальные меры вроде применение заклятья немоты и воздействие на разум.
  - А это кто? - с таким же любопытством стала рассматривать Ирен Петра. Внимательно посмотрела на меня, явно задумав какую-то пакость. - Дядь, признавайся, она твоя девушка?
  - Еще какая девушка... - с видом всезнающего знатока ехидно щурясь, протянул вор и невольно потер ладонью скулу, на которой уже начинался наливаться синяк.- Стянул сею боевитую драгоценность прямо из под носа короля, не пожелав платить выкуп.
  - Она не моя девушка!
  - Да чтобы я и с ним!
  - Никогда! - вместе выкрикнули мы, потрясся вора и юную волшебницу. Бывшие влюбленные переглянулись, не очень-то поверив нашему выпаду. Ну и пусть. Меня никогда не волновало мнение общественности, а мнение этих двоих и тем более.
  - Петра, познакомься с Ее Высочеством Ирен, - решил я представить принцессу, пока ее еще как-нибудь не наречет крестница. Потом ведь всю жизнь будет действовать мне на нервы, вспоминая этот эпизод.
  - Ух ты, - смогла выговорить девушка, по-новому взглянув на принцессу, - дядя, а никого попроще не мог выбрать. Ее же все королевство оплакив... ищет.
  - Он любит трудности, - хмыкнул всезнающий комментатор. - Я ему тоже это говорил. Чего стоило меня отпустить и избавиться от проблемы?
  - Вандал, лучше молчи. А то я точно сейчас избавлюсь от одной болтливой проблемы. Выбирай дракон или дракон?
  - А в чем разница?
  - А ты оказался смышленей, чем я думал... - притворно восхитился я уму и сообразительности Риэла.
  - Петра... Петра... - задумчиво проговорила принцесса, накручивая на палец прядь волос. - Где-то я уже слышала это имя...
  - Ирен, не следует так измываться над мозгом. Я помогу вам. Могу предположить, что это имя могла упоминать Лира в вашу прошлую встречу.
  - Точно! - просветлела лицом девушка, радостно показав пальцем на крестницу. - Вы дочь Лиры!
  Петра недовольно скривилась, как только принцесса упомянула имя ее матери. Видимо она до сих пор с нежностью вспоминала детские годы, когда почти каждую неделю до хрипоты ругалась с матерью пытаясь отстаивать свою точку зрения.
  - Ладно, это конечно мило и все такое, но когда мы едем за святошей? - очень вовремя решил осведомиться у меня вандал. Мой глаз стал нервно поддергиваться, я еле сдерживался, чтобы не придушить голыми руками парня. Ну кто его просил говорить о поездке! И вообще, с чего он решил, что поедет с нами? Мне обуза не нужна...
  - За кем поедем? - невинно похлопала глазками принцесса, внимательно посмотрев на меня своими синими глазами.
  Я не сводил взгляда с Риэла. Молись, ибо ты сейчас превратишься в тлеющий уголек...
  - Это он так шутит, - усмехнулся я, одним взглядом показывая вору его безрадостное будущее, с нажимом закончив фразу. - Правда, Риэл?
  Когда надо мозги парня очень хорошо работают. Он, поняв мое мысленное послание пару раз нехотя кивнул. Вот только я допустил великий промах - забыл предупредить крестницу, как вредно посвящать в планы принцессу.
  - Ты ведь не знаешь, - сказала она, приветливо улыбнувшись Ирен. Я мысленно повторял в алфавитном порядке все ругательства на древнеэрейском. - Я сейчас все объясню...
  
  * * *
  
  - Я поеду с вами, и это не обсуждается! - с вызовом произнесла Ирен, смотря прямо мне в глаза.
  - Вы забыли, что вас разыскивает целое королевство или и впрямь считаете, что можете свободно разгуливать по улицам? А может вы решили вернуться в отчий дом?
  - Дядя Ник, можно же навести на нее морок, - не вовремя внесла предложение крестница. Я еле сдержался, чтобы не испепелить ее на месте. Ну, кто просил ее вмешиваться! Мало нам одного прицепившегося вандала. Что так уж мелочиться - давайте весь замок позовем! - Я так-то не против ее компании.
  - И правда, - просветлела лицом принцесса. - Морок - это же гениальное решение проблемы. Я еду с вами!
  - Я не умею делать мороки, - пробурчал я под нос. Меня не очень прельщает путешествие с капризной девицей. - Ваша поездка отменяется.
  - Правда?
  - Да не слушай ты этого старого ворчуна. Все он умеет, причем прекрасно. Я бы и сама нацепила на себя личину, только это вряд ли поможет нашему делу.
  - Петраа-а-а.... - тихо прошипел я. Эта неугомонная девица портит мне весь спектакль. Что она так привязалась к принцессе?
  - Я от вас не отстану, пока вы мне не сделаете морок!
  - Дядя, ну что тебе стоит ее взять с собой?
  - Отлично, - сдался я под напором двух девушек. Риэл сидел в стороне и тихонько похихикивал в кулак, смотря, как девицы вьют из "великого мага" веревки - Но, чур, не кричать и не возмущаться внешнему виду морока.
  - Обещаю, - счастливо улыбнулась Ирен и побежала собирать вещи.
  Я, смотря ей в след, ехидно улыбнулся. Ну, смотри. Сама напросилась...
  
  
  Глава 2. Город Силенвиль
  
  Берегись своих желаний, ибо они
  имеют привычку претворяться в жизнь.
  Народная мудрость
  
  - Что это?!!
  - Это, Ирен, ваше новое лицо. Наслаждайтесь, так вы будете выглядеть ближайшую неделю.
  - Дядя Ник, а ты не перестарался? У нее обморок...
  - Это она от счастья, Петра. Не каждый день над твоим внешним видом работает магистр магии.
  - Хм, у меня закралось смутное подозрение, что ты, колдунишка, специально дал ей лицо как у Медузы Горгоны.
  - А твоего мнения не спрашивали. Не мешай наслаждаться.
  
  ***
  
  Принцесса с тоской смотрела на свое отражение на лезвии меча.
  - И никак не исправить? - с грустью обратилась она ко мне.
  Всегда мечтал провести вечер на заснеженной опушке лесной чащи в обществе двух прекрасных дам и одного хамоватого вандала. Вокруг тихо как на кладбище и кажется, что в любое мгновение из кустов может выпрыгнуть монстр, который без зазрения совести повиляет перед нами хвостом. И это не ирония - один леший ведает, какая нечисть и даже возможно нежить водится в его захолустье. На несколько километров ни единого поселения, такая глухомань, где человек - всего лишь легкодоступная закуска, а Ирен волнует только ее внешность.
  Я пытался приготовить нам ночлег, и мне сейчас как-то было не до ее хныканья и глупых вопросов. Очистив небольшой участок от снега, я "ложил" на пожухлую траву, которая покрывала промерзлую землю, защитный круг от незваных гостей. Здесь нужна была предельная концентрация и сосредоточенность, а как ее добиться, если каждые пять минут тебя отвлекают? Я, недовольно оторвавшись от плетения защитной сетки заклинания, повернулся к ней:
  - Я вам в сотый раз повторяю - нет. Через неделю морок развеется, а пока - наслаждайтесь.
  Принцесса, недовольно надувшись, задвинула лезвие в ножны. В замке Ирен так расстроилась своему новому внешнему облику, что единственной вещью, которая помогла ее хоть как-то расшевелить, стал Серебряный клинок, найденный мной на поле ее битвы с белыми волками. Я скрепя Сердце вернул взбалмошной девице оружие, и она так ему обрадовалась, что на время забыла про морок. Но жаль, что эти счастливые часы без нытья и слез продлились недолго. В первой же деревне, которую нам пришлось проезжать, разрушились ее иллюзии и наше мимолетное счастье. Кошмар начался, когда мы поили лошадей, и Ирен мельком увидела свое отражение... Тогда еще мимо нас пробегала пара деревенских мальчишек, которые осмеяли девушку, обозвав "юродивой". Уже давно наступил вечер, а Ее Высочество все не унималась.
  Риэл, не выдержав "бабского нытья", ушел в лес за хворостом, племянница сначала пытавшаяся утешить расстроенную девушку, сейчас притихши и закутавшись в одеяло, смотрела на первые, только начавшие показываться звезды, свалив всю работу на меня.
  Не понимаю я этих женщин! Ну, какая ей разница, как выглядит морок! Не может, дуреха, понять, что чем неприметнее внешность, тем меньше проблем. Ну и что, что у нее крючковатый нос, маленькие блеклые бусинки-глаза, впалые щеки, смоляные волосы, похожие на воронье гнездо, и немного сросшиеся брови. Чем ей не нравится ее новый острый подбородок и фигура подобная гладкой доске? Тонкие пальцы-тростинки придают ей определенный шарм! Почему она все не может понять, что с такой внешностью ее даже грабители будут сторониться, и никто, заметьте - я постарался, никто не покусится на ее честь. А она не оценив мой титанический труд, падает в обмороки и каждые пять минут канючит, пытаясь свести меня с ума.
  - Ну, почему-у-у, - вновь прохныкала девушка, ежась в теплом плаще. Я обреченно вздохнул, прервавшись в плетении заклинания в тридцать пятый раз. Вот заставлю ее выучить высшую магию, сразу научится ценить неблагодарный труд волшебников!
  Четыре скакуна, которые мне еле удалось создать на скорую руку из крови лошади Петры, с подозрением принюхивались к вялой прошлогодней траве, все еще сомневаясь ее пробовать. Три иллюзии, основанные на свежем генетическом материале продержатся недолго, но вполне достаточно для того, чтобы добраться до города. Тратить деньги на настоящих коней, которые мне нужны всего-то на пару дней мне было лень, а долговременные материальные иллюзии у меня получали превосходно. Главное, чтобы в городе никто не заметил, что лошадки фальшивые. Одно спасает - повадки у них как у настоящих жеребцов. И это не считая их главного достоинства - их не надо кормить! Ну, скакун Петры не в счет...
  - Петра-а-а, - взмолился я, обращаясь к нерадивой племяннице. Она вопросительно повернула в мою сторону голову. - Утихомирь свою новую подругу, а то, если меня еще раз прервут на Середине заклинания, кто-то из вас точно будет всю ночь отпугивать нечисть!
  - А, ну тогда ясно, - спокойно сказала Петра и, заразительно зевнув, поплотнее укрылась меховым одеялом. - Ирен, желаю удачной вахты.
  - Что?! - возмутилась принцесса, вмиг вскочив с подстила. - Почему я?
  - Ну, дядя Ник ясно дал понять, что надо будет от-пу-ги-ва-ть нечисть, а не мило беседовать с ней о жизни.
  Я, хлопнув себя по лбу, чтобы хоть как-то успокоиться, стал про себя повторять элементы пиктограммы Менхельсона. Я же просил не шуметь, а они разорались на всю округу! Может мне им на лбу написать, чтобы мои слова лучше доходили до мозгов?
  - Отпугивать?! Я и отпугивать! - крикнула Ирен и, еле сдерживаясь, чтобы не нагрубить, тыкнула в меня пальцем. - Ты! Ты! ... Ты! ...
  Я невольно вздрогнул. Когда люди тычут в меня пальцем, мне кажется, что сейчас в меня ударит электрический заряд. Знаете ли - издержки профессии. Но лучше бы это была бы молния, а не скандал, который намеревалась устроить девушка. А в чем я виноват? Я всего лишь хочу установить защиту, чтобы спокойно, без происшествий поспать.
  - Я уже понял, как вы меня любите и уважаете, можно сразу перейти к делу? А потом ненадолго замолкнуть пока я устанавливаю защитный круг?
  - Замолкнуть? - еще пуще разозлилась черноволосая девушка и, сжав пальцы в кулаки, резко направилась к лесу. - Замолкнуть. Ладно, я замолчу... я больше и рта не открою!
  - Эй, вы куда? - удивился я. Петра высунув из одеяла нос, тоже с интересом наблюдала за вспыльчивой принцессой.
  - Я за хворостом! - не обернувшись, крикнула Ирен, и вдруг внезапно провалилась почти до пояса в сугроб. Она, раздраженно буркнув что-то неразборчивое, попыталась из него вылезти. - Мне... уф, мне надоело мерзнуть, дожидаясь этого хама, пойду... я пойду сама наломаю веток!
  Вытащив правую ногу из плена, она попыталась залезть на сугроб сверху и тут же целиком провалилась вместе с макушкой, распластавшись в сугробе и тяжело пыхтя, убирая с лица снег.
  Девушка, еле поднявшись, попыталась вновь выйти из снежной ловушки но, не сдержав равновесия, удивленно пискнув, вновь упала в снежную обитель, превратив себя в снежную деву.
  Я, с интересом наблюдая за ее мытарствами, поинтересовался:
  - Ирен, в лесу полно диких зверей. Может, вернетесь и возьмете меч? - Хотя я, конечно, сильно сомневаюсь, что она самостоятельно дойдет до лагеря. Может дать ей полезный совет? - Попробуйте ползком.
  Принцесса, запыхавшись, раздраженно посмотрела на меня, как бы показывая, что она и без моих советов с легкостью выберется из снега. Я пожал плечами. Ну как знаете. Я всего-навсего хотел помочь.
  Я задумался. Если сейчас вытащить из сугроба Ирен и отправить в лес, я смогу без лишней нервотрепки спокойно установить защитный круг, но, с другой стороны, было бы забавно наблюдать за мучениями неприспособленной к коварности безобидных сугробов девушки. Что же выбрать?
  Пару минут понаблюдав за акробатическими этюдами Ирен, я решил сжалиться. Рассудив, что чем раньше я установлю круг, тем будет лучше, я высвободил девушку из плена, легонько подтолкнув ее с помощью телекинеза.
  Ее Высочество, раскрасневшись на морозе, с белой от снега одеждой и шапкой, не сказав мне и слова благодарности, быстро вернулась в лагерь и, дрожащими красными пальцами схватив и пристегнув к поясу меч, поспешила, пойдя теперь уже по следам Риэла, в лес. Додуматься взять варежки у нее ума не хватило, да и я тактично не напомнил.
  Лагерь погрузился в блаженную тишину.
  
  - ААА!- раздался со стороны леса чей-то пронзительный крик. "Ирен" - мелькнула в голове устрашающая мысль. Я и Петра мигом вскочили с мест и опрометью кинулись в сторону леса.
  Но не успели мы пробежать и половину пути, как из-за деревьев спокойно вышел Риэл, держа в одной руке хворост, а в другой свой небольшой арбалет.
  Он был бледен, рука, обнимавшая большую охапку сухих веток, дрожала, и с каждым его шагом из охапки падало на снег по ветке. Я и Петра остановились, непонимающе посмотрев на "бледное видение". Что случилось? Кто кричал?
  Парень не сказав ни слова, прошел мимо нас, оставив после себя шлейф из веток.
  - Эй, - окликнул я вора, который отправился в лагерь. - Что это было?
  От его мрачного, угрюмого вида становилось не по себе, а сознание сразу рисовало картины одну мрачнее другой. Только не говорите мне, что принцессу утащила нежить или еще хуже, она провалилась в глубокую яму или поскользнувшись, съехала на животе в овраг, превратившись в ходячий снеговик. Так и знал, что эту девицу ни за что на свете нельзя оставлять одну. Я удивляюсь, и как она раньше жила? Как обучилась владеть мечом, если каждое ее действие приводит к большим проблемам? Не принцесса, а ходячая катастрофа, которая умудрилась сесть на мою шею.
  Риэл, кинув на траву хворост, и небрежно бросив на свой подстил арбалет, пробормотал:
  - Чтобы я еще раз... Да никогда в жизни... больше в лес ни ногой.
  Я глубоко вздохнул, уже предчувствуя, что мне придется идти ночью в лес кишащий нечистью. Эх, как было хорошо в былые времена, когда на мне не лежало никакой ответственности. Когда никто не будил тебя, спозаранку долбя в дверь спальни и требуя немедленно впустить и выложить на блюдечке свои коварные планы на день. Когда ты в любой момент мог спокойно перекусить печенюшкой, а не давиться едой, когда тебя силком заставляют съесть целую тарелку и причем три раза в день. Когда никто не зудит тебе в ухо о нравственности и морали, когда ты просто хочешь спокойно почитать фолиант по некромантии у камина в библиотеке. Как все это удручающе звучит...
  Вдруг в такт моим мыслям из леса, неуклюже передвигаясь, вышла Ирен. Она, очень внимательно смотря себе под ноги, собирала потерянный Риэлом хворост. В ее руках уже собралась приличная охапка, но она, не разгибая спины, продолжала собирать толстые ветки. Девушка очень странно себя вела, и я никак не мог понять причину такого поведения. "Ну, хоть не надо будет идти в лес, - с облегчением подумал я. - И потом извиняться за обглоданные косточки Ирен перед Советом" Но все равно, даже когда минула опасность, в моей душе зашевелилось любопытство присущее всем магам. Мне не терпелось узнать во всех подробностях, что произошло в лесу?
  - Ирен, что вы делаете? - обратился я к уСердно трудящейся девушке, которая потихоньку подходила ко мне и Петре. Принцесса остановилась и непонимающе посмотрела на меня, как будто только сейчас заметила. Она вздернула свой покрасневший на морозе носик и с чувством выполненного долга, провозгласила:
  - А вы не видите? Я собираю хворост!
  - Какая глупость, - вздохнула племянница и, зевая, пошла обратно на нашу стоянку. - Разбудили по такому пустяку. А я-то уже считала, что нечисть обгладывала твои косточки.
  - Что? - изумилась Ирен, вмиг встав прямо и перестав собирать ветки. Она непонимающе переводила взгляд с меня на Петру. - Ты что такое говоришь?!
  Юная волшебница спокойно дошла до своей постели и, завернувшись в теплые одеяла, сквозь зевок недовольно пробубнила:
  - А кто кричал? Я?
  - И правда, - вздохнул я, выпустив изо рта струйку пара и взлохматив рукой волосы. С каждой минутой становилось все темнее и мне уже с трудом удавалось разглядеть эмоции на лице девушки. Сейчас надо быстрее вернуться в периметр защитного круга и развести костер. Меня не прельщает роль закуски для нечисти или ледяной статуи. - Кто из вас двоих кричал? Что случилось?
  - Это все она, - недовольно зыркнул на Ирен вор, небрежно ломая ветки и кидая их на траву, чтобы разжечь костер.
  Принцесса, раздраженно сжав губы, чуть ли не бегом перебравшись через сугробы, вошла в круг и с силой кинула на землю собранный хворост. Она встала около Риэла и, тыкнув в него покрасневший от холода палец, возмущенно прокричала:
  - Какая гнусная ложь! Это же ты кричал!
  Я и Петра удивленно посмотрели на угрюмого рыжеволосого парня. Тот, не обращая на нас внимания, продолжал ломать ветки. Я бы ни за что на свете не поверил, что смелый и безрассудный вор будет визжать как девица. И в какую пропасть катится мир?
  После минуты молчания Риэл, усмехнувшись, встал с корточек и, небрежно отряхнув штаны, посмотрел на принцессу. Ирен торжествующе взирала на парня, уже предвкушая явную победу. Я с интересом стал наблюдать за этой сценой. В моей руке начинало загораться пламя, и я никак не мог решить: сейчас разжечь костер или немного подождать, чтобы не пропустить все самое интересное.
  - В следующий раз, если не хочешь, чтобы тебя перепутали с нечистью, не подкрадывайся со спины, - хмыкнул парень и, повернувшись ко мне крикнул. - Колдун, хватит греть уши! Разжигай этот чертов костер!
  Я, пожав плечами, небрежно метнул в неаккуратную кучку наломанных веток сгусток синеватого пламени. Хворост мгновенно вспыхнул, озарив округу продолговатыми тенями.
  - С нечистью? - изумилась девушка и, уперев руки в бока торжественно провозгласила. - Ты, невежа, должен благодарить меня за то, что я не отрублю тебе голову за покушение на королевскую особу!
  - Да ну... Я уже начинаю жалеть, что в последний момент успел отдернуть арбалет в сторону.
  - Как можно перепутать человека с нечистью? - спросила у вора сонная племянница, пододвигая свою постель поближе к жарко пылающему костру.
  - Посмотри на нее, Петра! Вылитая Кикимора! - возмутился парень и с дрожью в голосе прошептал. - У меня Сердце чуть не остановилось, когда эта девица положила на мое плечо свою руку, а когда я увидел кто... Я уж думал, что мне конец...
  - Кикимора? - произнес я и внимательно рассмотрел Ирен. Блики от костра рисовали страшную картинку. Мда... Похоже, я немного перестарался с выбором внешности девушки. А представить, что увидел Риэл в темном лесу - уже страшно. - Точно, похожа на мавку или кикимору.
  ... В следующее мгновение я понял всю мудрость поговорки: "Слово не воробей, вылетит - не поймаешь" и осознал, что надо отучаться произносить мысли вслух. И что я так беспокоился, что Ирен может утащить нечисть? Они же не самоубийцы...
  
  * * *
  
  - Город Селенвиль - неофициальный оплот всех святош страны. В нем находятся больше десятка храмов, во главе с Главным кафедральным храмом Силенвиля. Никогда не понимал, зачем нужно столько места тратить на челобитье? Ах, да, чуть не забыл. Город славится своим гостеприимством и низкими ценами в Пурпурных кварталах. Знаете, мне всегда казалось, что эти факты как-то взаимосвязаны...
  С такой познавательной фразы наглого вандала мы ступили на мощенную каменными плитами главную улицу города, которая начиналась прямо за городскими воротами. Город сразу мне не понравился. Если раньше для меня пара жрецов Пресветлой Богини в городе было много, то сейчас я нехотя поднял свою планку понятия "много" высоко вверх. Улица кишела жрецами разных рангов, и все непременно оглядывались на чужаков, которые небольшой группой въехали через ворота. Я вСерьез стал опасаться, что во мне разовьется жрецофобия - мне все казалось, что эти фанатики подбегут толпой к моей лошади и будут тыкать в меня заповедями Богини. Как кошмарный сон наяву.
  Сразу было видно, что на городе сказывалось большое влияние священнослужителей, раз городские власти решили очистить дорогу от снега и льда. Я вертел головой из стороны в сторону, пытаясь отыскать в людной толпе, что заполонила улицу, хоть какие-то признаки сугробов. Но все было тщетно. Власти не поленились вывести снег... Не понимаю, зачем им усложнять себе жизнь таким геморроем? В это время года снег идет чуть ли не каждый день, и даже для меня перемещать тонны прибранного к обочине снега за черту города было пустой тратой сил. Похоже в Силенвиле дворники и маги-погодники вполне высокооплачиваемая работа.
  - Храмы Богини и гостеприимство? - невинно предположила Ирен. Я переглянулся с вором. Эта мадам всю дорогу молчала, разговаривала только с Петрой, найдя в ней родственную душу, а Риэла и меня игнорировала. Надо запомнить на будущее - девушки не любят когда им говорят, что они похожи на лесную нечисть, даже если это чистая правда. Поправочка - особенно если это правда.
  Нда, "наивность" принцессы не лечится никакими известными способами. Но все равно, не объяснять же ей такие вещи... Интересное наблюдение. Мне тоже, если честно, всегда казалось, что чем больше в городе храмов, тем дешевле услуги путан в Пурпурных кварталах.
  - Конечно, - ухмыльнулся Риэл девушке, подумав о совсем других фактах, и повернулся ко мне. - А что думает наш колдунишка по поводу "гостеприимства"? Не хочет ли на себе ощутить всю прелесть Силенвиля?
  - А с чего такая забота? - удивился я и чуть не наехал на какую-то женщину, которая выскочила прямо перед моим конем. Мало того, что она бросилась под копыта, так еще обругала меня похлеще портового рабочего. Выслушав благодарности за то, что я вовремя остановил ее попытку самоубийства, я немного ошарашено добавил к сказанному. - Знаешь, я уже ощутил на себе гостеприимство жителей. Повторять что-то не тянет.
  - Риэл, какое гостеприимство? - рыкнула на парня крестница. Чем ближе мы приближались к городу, тем хуже у нее становилось настроение. Она побледнела, появились круги под глазами, а на мои предложения услуг целителя огрызалась. - Мы приехали в город не для того чтобы устроить тебе выходные в Пурпурном квартале! Если у тебя так чешется, можешь ехать туда один, тебя никто не держит! А Дядя останется с нами, ему нельзя!
  Я немного ошарашено посмотрел на Петру. Мой конь, почувствовав шокированное состояние хозяина, чуть не споткнулся об какой-то камень. Я вообще-то и так никуда не собирался, но после слов крестницы мне стало немного не по себе. Это еще почему мне нельзя идти куда я хочу? Но вспомнив, какую я должен был играть роль, по задумке Петры, я согласно взлохматил волосы. Думаю, что у путан жрецы постоянные клиенты, но не стоит начинать свое знакомство с городом с таких сомнительных мест. Меня сама по себе эта мысль страшит - что-то не тянет посещать заведения кишащее разнообразными инфекциями и вирусами. Я бы заглянул туда только в качестве целителя - чутье мне подсказывает, что за один визит я обеспечу себе безбедную жизнь на пару лет вперед.
  - Я только предложил, - усмехнулся вор, обращаясь к Сердитой Петре. Ирен нахмурив свой милый лобик, о чем-то задумалась, подозрительно смотря на нас троих. Только не говорите мне, что принцесса настолько не осведомлена об устройстве городов, что не знает такие простые вещи. - Я всего лишь хотел устроить личную жизнь твоего родственничка.
  - С чего это тебя стала интересовать моя личная жизнь?
  - А вдруг ты бы там нашел любовь всей своей жизни! - гадко усмехнувшись, притворно воскликнул вандал, как плохой лицедей погорелого театра. Он, размечтавшись, стал вовсю расписывать мою будущую счастливую жизнь. - Ты бы забросил колдовство, поселился в Пурпурном квартале. Открыл бы с женушкой свое заведение и, наняв девочек, огребал бы прибыль лопатой.
  - Я бы там нам много чего нашел, но это вряд ли была бы любовь. Скорее всего, целый букет болезней на любой вкус.
  - Из тебя хреновый романтик.
  - А из тебя сват.
  Обменявшись важными наблюдениями, мы довольно замолчали. За эти два дня я лучше узнал вора и понял одну важную вещь: несмотря на сомнительную профессию и нелицеприятный круг друзей, Риэл являлся достойным примером человека чести. Данное мне и Петре слово он держал и даже не делал попыток его нарушить, чем заработал мое уважение.
  - Я хочу в Пурпурный квартал! - решительно заявила Ирен на всю улицу. Наша троица, вытаращив глаза на "приличную" девушку замерла, прохожие люди стали смотреть на принцессу, как на умалишенную опустившуюся женщину. Вкупе с ее внешним обликом эмоции жителей города выглядели очень забавно. В их взглядах так и читалось, что Ирен вряд ли пустят даже на порог борделя.
  - И..и..Ирен!!! - заикаясь произнес я, близко подъехав к коню девушки. - Вы с..совсем с ума сошли!
  - Кричать такое днем посреди улицы, - покачал головой рыжий парень. - А ты смелая.
  - А что такого? - непонимающе похлопала глазками принцесса, переводя взгляд с меня на Риэла. - Вам можно пойти в квартал за покупками, а мне нет?
  Городские жители повторно убедились, что в Силенвиль приехала четверка сумасшедших. А как им было еще понять хохот в два голоса обрушившийся на мирные улицы добропорядочного "священного" городка. Я и Риэл хохотали больше минуты, чудом не падая с лошадей и умудряясь лавировать между прохожими и другими транспортными средствами. Только Ирен обиженно насупилась, отчаянно пытаясь понять, что сказала не так, да и хмурая Петра, которой сейчас похоже была чужда мирская жизнь. Крестница, глубоко задумавшись, направляла коня вперед, временно превратившись в бледную тень.
  - А что я такого сказала? - в голосе Ирен стояли слезы. Она никак не могла понять нашего поведения. - Вы... вы невоспитанные мужланы, как можно смеяться над дамой!
  - Я только что прозрел - оказывается невос...питанные муж..аны намного приличнее дам, - сквозь смех произнес вор и, хохоча, уткнулся носом в гриву коня.
  - А что я такого сказала? Я вообще-то хотела пойти с вами, но если вы не желаете...- девушка оглянулась. - Петра, пойдем в Пурпурный квартал!
  Крестница, нахмурив лоб, непонимающе посмотрела на Ирен. Похоже, она прослушала весь разговор, о чем-то глубоко задумавшись. Вернувшись в реальный мир Петра, подстегнув коня, догнала скакуна принцессы.
  - Что? - спросила она у темноволосой спутницы. - Повтори, о чем ты говорила?
  - Петра, - вздохнул я, с каждой минутой все больше беспокоясь за свою племянницу. Никогда раньше не видел ее в таком удручающем состоянии. Жизнерадостная волшебница за несколько дней превратилась в бледное подобие себя прежней. Может нарушить свое обещание и без согласия девушки просканировать ее ауру? - Что случилось?
  - Ничего, - недовольно буркнула Петра и, наиграно улыбнувшись, обратилась к принцессе, проигнорировав брошенные обеспокоенные взгляды. - Так о чем ты говорила?
  - О покупках... - растерянно прошептала Ирен.
  - Какая замечательная мысль! - воскликнула светловолосая волшебница, довольно растянув улыбку до ушей. Она всем своим видом показывала как ей хорошо и весело, хотя это было совсем не так. Вот только Петра переиграла и наткнулась на недоверчивые взгляды своих спутников.
  - Желаю вам приобрести послушные "покупки", - ехидно благословил девушек на поход в Пурпурный квартал Риэл.
  - Ты о чем?
  - Спроси свою подругу, на что она только что тебя подбила, милая.
  Петра и Ирен обменялись непонимающими взглядами. А я вновь попытался добиться от племянницы внятного ответа:
  - Ты же знаешь, что я от тебя так просто не отстану. Что случилось?
  Петра раздраженно направив коня в мою сторону, нахмурила брови:
  - Ну что не так? Дядюшка, ты такой непонятливый. Тебе не приходило в голову, что я просто волнуюсь?
  Я задумчиво нахмурил лоб и коротко покачал головой. Сколько я знаю свою крестницу, она никогда, даже когда ее жизнь была на волоске от смерти, себя так не вела. Что-то мне плохо вериться, что она резко поменяла характер.
  - Я беспокоюсь за Шиона, - проворковала она, с некой грустью теребя узду коня. - Прошло больше недели с его заточения... Я даже представить не могу, как ему сейчас плохо...
  - Да не волнуйся ты, спасем мы твоего "женишка", - усмехнулся Риэл и, помрачнев, недовольно пробурчал. - А когда мне проткнули брюхо, она даже и слезинки не проронила.
  Я развел руками, поверив Петре на слово. Вполне логично предположить, что ее изменения в самочувствии и поведении повлияло чувство тревоги и волнения за близкого человека. Но небольшое сомнение все равно терзало мою душу. Интуиция говорила, что девушка что-то недоговаривает, и это что-то может сильно мне не понравиться. Ладно, этим вопросом можно заняться позже, когда мы хоть немного обоснуемся в Силенвиле и продумаем наши дальнейшие действия.
  - Не обращай внимания на этих бесчувственных мужланов, - фыркнула Ирен втискивая коня между мной и Петрой. Три скакуна чуть ли не образовали ровную шеренгу и не застопорили движение на улице. Мне пришлось попридержать коня, пропуская вперед груженную похрюкивающим товаром повозку. - Так, а когда мы отправимся за покупками?
  Меня ждал рыжий вор, и, хихикая, показывал в сторону удаляющихся вперед девушек какие-то знаки. Я попытался скопировать символы и объяснить все на свой лад, но мы так друг друга и не поняли - вот она разница в мышлении, социальном положении и возрасте.
  Так что пришлось действовать по старинке.
  - Ирен, - крикнул я принцессе, заставив ее обернуться и попридержать коня. Петра также остановилась, вопросительно смотря на меня и Риэла. - У меня к вам есть один вопрос.
  - Какой?
  - А на какие деньги вы решились совершать покупки?
  - Деньги? - неподдельно удивилась принцесса и с досадой хлопнула себя по лбу. - Точно. Ну... у меня был десяток золотых.
  - Где? - теперь пришло время удивляться мне. Что-то я не припомню, чтобы она бренчала своими золотыми в моем присутствии. Неужто Милена снарядила девушку в поход, достав золотые из моих запасов?
  - Как "где"?! - возмутилась Ее Высочество. - Когда вы притащили меня в замок, в моей сумке был тяжелый кошель!
  - Когда я притащил вас в замок на вас был лишь разодранный полушубок.
  - А вдруг вы позже вернулись в лес и не только прихватили мой меч, - она с потаенной нежностью дотронулась до ножен, - но еще и мой кошель? Так что за мои покупки заплатите вы.
  Я вздохнул и, сдаваясь, развел руками. Прожив с Ирен больше месяца в одном замке, я понял одну простую истину - принцесса упряма и очень своенравна. Легче с ней согласиться, чем безрезультатно добиваться своей правоты. Она может и выслушает ваши неоспоримые аргументы, но мнение не изменит. А в этом случае у меня не было и шансов. Я и вправду возвратился на поляну и тщательно ее обыскав нашел в снегу и в разодранной поклаже золотые монеты. Рассудив, что это плата за мои услуги целителя я спокойно забрал деньги себе, но кто мог подумать, что у принцессы окажется такая хорошая память, и она так вовремя вспомнит про свои сбережения. Конечно, афишировать, что догадки Ирен были правдивы я не стану, просто поверну эту ситуацию в свою пользу, сыграв, что я добровольно решил сделать как бы акт щедрости.
  - Вот и отлично, - довольно улыбнулась черноволосая девушка, - Я намерена насладиться поездкой по полной!
  Риэл не выдержав, прыснул в кулак.
  - И какая поза тебе больше нравится? Наездница?
  Я шикнул на вора приказав попридержать язык. Это уже не смешно. Нельзя при дамах обсуждать такие вещи, а его уже понесло не ту сторону. Если сейчас не остановить этот экипаж, то потом и меня могут приписать к извращенцам, и мой статус в глазах Ирен упадет еще на пару пунктов вниз.
  Рыжий парень, немного виновато посмотрев на меня, пытаясь сдержать ухмылку, проговорил:
  - Прости, колдун, не сдержался. Просто она сказала с таким чувством, что у меня сам язык повернулся...
  - Из меня не слишком хорошая наездница, - немного смущенно улыбнулась Ирен. Я облегченно вздохнул. Видимо, принцесса не поняла скрытый смысл послания нашего вандала. - Ты бы видел наших наездниц из Королевской школы гвардии. Вот это да - а я простая любительница прошедшая небольшой курс конной подготовки. А как понять позы? Правильная поза всего одна... Может, ты имеешь в виду аллюры? Мне больше нравиться иноходь. Движение быстрее, чем рысью и в седле удобнее.
  Своими познаниями принцесса вогнала в ступор Риэла. Он даже потерял нить разговора, пытаясь переварить новые знания. Он не учился в специальной школе, не проходил курсов по конной подготовке, его не пичкали терминами, объясняя поведения лошади. Видимо, он, или сам учился держаться в лошади, или его учили другие, не вдаваясь в такие подробности как иноходь, рысь, шаг или галоп.
  - Как это? - проговорил вор, поняв, что сам не может разобраться в таких терминах.
  - Что как? - непонимающе захлопала глазками Ирен и, нахмурив лоб, добавила. - Что такое аллюр или иноходь?
  - Обе. В смысле этот аллюр и второе. Я знаю как галоп, как рысь, а ино... иноводь, что ли?
  - Это просто! - посветлела лицом девушка и быстро затараторила, как будто отчитываясь у доски. - Аллюры - виды походки лошади. Их четыре: шаг, рысь, галоп и иноходь. А иноходь - это быстрый аллюр в два темпа, но одновременное перемещение передних и задних ног происходит не по диагонали, как при рыси, а следующим образом: одновременно выносятся вперед и ступают на землю две левые или две правые конечности.
  Я удивился познаниями Ирен. Похоже, она не так глупа, как мне казалось ранее. Возможно, королевское образование все-таки дало свои плоды.
  Переварив новые знания, Риэл с неким уважением посмотрел на смущенную девушку.
  - А ты умная! - вынес он свой вердикт, заслужив одобрительно-смущенный взгляд принцессы. - Но жутко наивная...
  Девушка сразу возмутилась и, обиженно дернув подбородком, отвернулась от довольного парня. Дразнить принцессу доставляло ему истинное удовольствие. И где учтивые нотки, где покорность в разговоре с королевской особой? Видимо Ирен не везет в выборе подданных. Никто не хочет обращаться с ней как подобает с Ее Высочеством.
  - Ладно, - сказал я, и решил обратиться к племяннице, внимательно посмотрев по сторонам. - Что у нас дальше по плану?
  Мы так заговорились, что впереди стали видны золотые башни и мраморные изваяния Главного храма. Все дороги города, как я знаю, вели к обители жрецов, а уж Главная улица, по которой неспешно ступали наши лошади, начиналась прямиком за рельефными Серебряными створками ворот Храма. По мне, лучше держаться от Кафедральной площади подальше, пока благословение Элисень, не развеяло под нами иллюзии. Да и меня, если честно, очень нервировало увеличение числа священнослужителей на один квадратный метр. Все-таки не люблю я жрецов, особенно если они перед тобой шмыгают, и каждый так и норовит окрестить меня символом Богини, будто надеются, что я в момент исчезну, превратившись в горстку пепла. Не могу я так... Меня от них бросает в дрожь, правильно я опасался, скоро у меня разовьется целая фобия, а мне, между прочим, нужно еще играть одного из этих фанатиков. Какая пытка....
  - А как же покупки? - расстроилась принцесса.
  - Потом сходите в бордель, - раздраженно шикнул я на Ирен. Та расширила глаза от ужаса, и прежде, чем она успела что-то сказать, я учтиво добавил, пряча ехидную усмешку. - А вы не знали? Пурпурный квартал - обитель борделей.
  - Хороших и высококлассных борделей, - подчеркнул Риэл.
  - Как... - шокировано, выдавила девушка, потихоньку заливаясь краской. Она посмотрела на Петру ожидая, что та развеет наши "глупые шуточки", но та утвердительно хмыкнула. Алые уши Ирен стали четко выделятся на бледной коже.
  - Стыдно, ой как стыдно не знать таких простых вещей! - довольно промурлыкал вор. - Я же говорю, что ты маленькая наивная девочка.
  - Не может быть... - прохныкала принцесса, уткнувшись в гриву коня, сгорая от стыда. - И я сама такое предлагала!
  - Хочешь, умненький дядя Риэл посвятит тебя во все тонкости и хитросплетения устройства городов? Расскажет кто такой Теневой король, и почему ты никогда не станешь Пурпурной королевой...
  Девушка недоверчиво, все еще краснея, посмотрела на довольного вандала. Ее немного наивный взгляд на фоне алых щек заставил меня глупо улыбаться. Мне так и хотелось отпустить какую-нибудь колкость или шуточку в адрес девушки, но я сдержался - незачем вести себя как мальчишка.
  - Правда?
  - Но услуга за услугу, - он так многозначительно обвел принцессу взглядом, что та, закрыв грудь руками, возмущенно замотала головой. Риэл довольно улыбнувшись, провозгласил. - Ты расскажешь мне все, чему тебя научили на курсах конной подготовки!
  Ирен до конца не поверив в такое простое условие, подозрительно сощурила глаза. Глаза вора блестели от предвкушения лекции о конях. Кажется, я раскрыл тайное увлечение нашего рыжего парня. Теперь не удивительно, что он был так недоволен моим конем и все порывался на привалах поухаживать за единственным настоящим скакуном Петры.
  - Да?
  - И еще... между нами никогда ничего не будет, - усмехнулся вор и, вздрогнув, видимо, припомнив свой последний поход за хворостом, добавил. - Милочка, ты меня пугаешь.
  Возмущению принцессы не было предела. Она, взяв в руки плетку, попыталась ею достать наглого вандала. Тот, нисколько не уступая уму и сообразительности молодой девушки, достал свое грозное оружие, и между плетками завязалось эпическое сражение.
  Бедный, бедный Силенвиль, ты нас еще не скоро забудешь, потому что эти двое, похоже, нашли друг друга. Драться на ходу, посреди главной улицы заполненной людьми, которые проповедуют мир и любовь, это надо постараться. Как я сейчас жалею, что выдал "детям" эту часть экипировки всадника.
  Сокрушенно закатив глаза, наблюдая за этими великими гладиаторами, я направил коня к скачущей впереди крестнице. Та с потаенной грустью слушала перезвон церковных колоколов, означающий начало вечерней трапезы у его святейшества. Еще одна традиция жрецов, которую мне не было сил понять. Зачем озвучивать на весь Силенвиль, когда их глава, их божественный пророк, как пели служители Богини, ест, спит, молится и ходит в туалет? Они и впрямь считают, что простым людям такие подробности личной жизни какого-то старика очень интересны?
  - Так куда мы отправимся?
  Петра, не поворачиваясь ко мне, мимолетно улыбнувшись искрящимся на солнце золотым куполам, прошептала:
  - На почту.
  Я удивился решению крестницы. Где-то позади нас был слышен хлест плетки, возмущенные крики вора и попытки какого-то третьего лица утихомирить дуэль на конях. А я-то надеялся прибыть в город, не привлекая лишнего внимания...
  
  ***
  
  Оказывается, план Петры был не так плох, как мне казалось ранее. Она поступила умно, да и этот жрец, который вызвался помочь крестнице, не сглупил, что само по себе являлось аномальным явлением. Чтобы не привлекать лишнего внимания и не ставить под сомнение непогрешимость преданного слуги Богини, жрец Валерий, близкий друг опального Шиона, поместил в специальный магический ящик для хранения, где обычные люди оставляют свои вещи, отправляясь, например, в путешествие, сверток с одеждой и огромную пачку инструкций. Инструкции были так подробно расписаны, что даже у меня, а я уже привык к большому объему усвоения информации, вылезли глаза на лоб.
  Пробежав глазами по первым строчкам, я с приятным удивлением осознал, что Валерий умный и образованный человек, который довел свою часть плана почти до совершенства.
  Он проделал такой объем работы за столь короткое время, что навеки вошел в мой список самых достойных священнослужителей столетия, став первым и пока единственным членом этого списка.
  Я должен был играть жреца третьей священной длани (в переводе на нормальный язык - один из самых низких рангов в иерархии священнослужителей, мелкая сошка) Карсефиана Ралия из провинции Поморье. Эта провинция находилась так далеко и была так ничтожно мала, что никто из приехавших на казнь жрецов никогда не видел Карсефиана в лицо. Настоящий жрец вежливо прислал Валерию, как одному из доверенных лиц Главного кафедрального храма Силенвиля, свой отказ и глубочайшие извинения по поводу отсутствия на "празднике". Чем наш "тихоня" и воспользовался. Этот новоявленный мыслитель даже расписал психологический портрет Карсефиана, чтобы я полностью влился в образ. Ладно, я смирился с ролью священнослужителя. Хорошо, я согласился добровольно прийти в храм и послушно следовать "гениальному" плану крестницы и жреца с замашками графа Лакрустье, у которого любимое развлечение было плетение интриг. Но я не горю желанием играть роль тихого белокурого ангелочка, который постоянно улыбается, будто пребывая под сильнодействующими галлюциногенами!
  Я уже заранее знаю, что из меня плохой лицедей. Я не смогу каждую минуту улыбаться окружающим людям и благословлять их на разные рода глупости - моя натура не примет поведение умственно отсталого человека. И еще один момент с чего я невзлюбил свою роль: все жрецы дают один дурацкий обет - не стричь волосы до получения нового сана или как они говорят, длани. Поэтому мне пришлось, а точнее пришлось Петре, с помощью заклинания сделать мне длинные, немного ниже лопаток, волосы. А так же по давней традиции, священнослужители подводят глаза, дабы подчеркнуть свой ясный, незамутненный житейской суетой взор, огражденный от злых сил черной подводкой. Вкупе с моим новым одеянием (неплотно прилегающая к телу Серебристо-Серая роба до лодыжек со свободным капюшоном), ниспадающие волной на плечи белоснежные локоны и густо подведенные глаза, я приобрел вид, как с восхищением выдохнула племянница, "молодого парня с ликом ангела". "Вот если бы ты не кривился каждую секунду, разглядывая себя в зеркале, был бы идеальный жрец", - добила мои остатки самолюбия узурпаторша Петра.
  А что я мог с собой поделать, если мне откровенно не нравилось свое отражение, а Ирен и крестница, как назло, смотрели на меня с фанатичным блеском аки экзальтированные девицы. Риэл вообще нарек меня существом неопределенной ориентации и попытался изгнать матом, за что сразу получил предложение поменяться местами.
  От этой ролью так и несло чем-то приторно-сладким, а мне сладкое, из-за одной настойчивой магнессы, было нежелательно употреблять в больших количествах. Но что не сделаешь ради своей любимой крестницы, хоть та и являлась порядочной заразой-мучительницей-доброго-дяди-Ника.
  Вот поэтому я сейчас и стоял напротив таверны "Глас Элисень" горько размышляя о своей жизни. Как показала практика, а точнее мое небольшое дефиле по улице, всем дамам без исключения нравятся таинственные длинноволосые жрецы. Столько восхищенных взглядов я никогда не ловил - и это меня раздражало. Я чувствовал себя наряженной девицей на выданье - теперь я с горечью осознал, кого берут в служение Богине.
  Мне провели краткий инструктаж и, приставив в качестве конвоира Ирен, надеясь, что принцесса помешает мне сбежать, отправили заселяться в таверну. По идее я должен был предстать перед всеми молодым жрецом, который только что приехал в Силенвиль со своей младшей сестрой. Никто не должен был знать про мою связь с Петрой, Риэлом и главное с Валерием, поэтому крестница и вор ждали моего заселения, спрятавшись за углом.
  Таверна, в которую меня почти силком затащила Петра под глупое хихиканье Риэла, вызвала у меня недоумение. Издалека она выглядела довольно мило, но вот если внимательно присмотреться... Штукатурка отваливается кусками, в табличке с названием одна буква стала висеть вниз головой, образовав новое наименование отдаленно напоминающее: "Глаз Элисень". Так и хотелось язвительно прокомментировать название, но я, помня про свою роль, сдержался. Большего унижения чем то, которое я сейчас испытывал, я никогда еще не ощущал. С каждой проведенной в образе жреца минутой я убеждался, что в служители Элисень берут ненормальных.
  Ирен нетерпеливо потянула меня за рукав робы, призывая наконец-то войти в сомнительное заведение. Ну что ж, начнем официальное представление.
  Глубоко вздохнув и нацепив на лицо лучезарную улыбку, думая о том, как хорошо будет потом сжечь эту дурацкую робу и сходить к цирюльнику, я, поудобнее перекинув через плечо сумку, ступил на первые ступени таверны.
  Только я протянул руку для того чтобы открыть дверь, как вдруг она с силой распахнулась, и оттуда кубарем вылетел человек. Посчитав головой несколько ступенек, он распластался в пыли на мостовой, что-то невнятно пробурчав. За ним из выхода вышла, уперев руки в бока, физически сильная, высокая женщина, невольно напомнившая мне Милену, и гаркнула на весь квартал:
  - И шоб духу здесь больше твоего не было, пьянь!
  - Да ты знаа-аешь кто я! - пролепетал человек, еле поднимаясь на ноги. Он покачнулся, вновь упав на потеху нескольким зевакам. Его мантия была вся в пыли, лицо напоминало маскарадную маску из парада чудовищ. - Я ЕЕ служитель!
  - Из тебя такой же жрец, как я из меня великосветская дама. Иди проспись, пьянь! - пробасив напоследок выставленному вон человеку, она, заметив меня и Ирен, грозно сдвинула брови. - А вы кто такие?!
  Я, подобрав свою челюсть с крыльца, легонько улыбнулся женщине. Пора начинать играть роль "идеального жреца".
  - Ну, зачем вы так, сударыня, - спокойно проговорил я и, спустившись вниз, помог пьяному жрецу подняться на ноги. - Богиня учит нас смирению и терпению к людским порокам.
  - Отвали! - дыхнул в меня перегаром мой коллега по сану и, оттолкнув меня, качаясь, побрел вниз по улице.
  - Доброго пути, да защитит вас Ее милость, - улыбнулся я спине пьяного человека, осенив его жестом Богини, про себя негодуя, что дотрагивался до этого алкоголика. Если я был бы не в образе, ни за что на свете эта пьянь не дождалась бы от меня помощи. Я презираю людей, которые не в состоянии остановиться и отодвинуть кружку, прежде чем их с позором выкинут на улицу. А сейчас пришлось перешагнуть через себя и играть роль всепрощающего наивного юноши.
  Повернувшись к крыльцу, я встретился с двумя изумленными взглядами. Значит, я все-таки правильно решил, что служитель должен будет помочь пьяному и униженному человеку. Ирен взирала на меня так, как будто я был воплощением ангела - похоже она полностью поверила этому спектаклю, да и эта женщина уже не была враждебно настроена. Она, вытерев руки об передник, дружелюбно поинтересовалась:
  - Так ты значит жрец. А это тогда кто?
  - Достопочтимая госпожа, - улыбнулся я нахальной даме, еле сдерживая свою ехидную натуру. - Позволите ли вы нам пройти внутрь этого уютного заведения, дабы уже в тепле и после сытного ужина поведать вам все, что пожелает ваша душа. Милостью Богини, я и моя младшая сестра только что прибыли с дальней дороги...
  - А кони тогда где? - перебила меня грозная женщина. С ее любопытством, ей бы работать дознавателем, а не стоять на пороге этого дешевого заведения.
  - Богиня заповедовала своим слугам принимать дары ее детей, но не злоупотреблять ими, дабы не помутился ясный взор слуг Ее, что несут Ее волю.
  - Мой благочестивый брат хочет вам сказать, - вздохнула Ирен, видя, как вытягивается лицо моей собеседницы с каждым сказанным мной словом. Видимо, она не привыкла к витиеватым высказываниям служителей. - Что нас подвозили те, кого милостью Богини мы встречали на своем пути.
  - А деньги то у вас есть?
  Еще чуть-чуть и эту любопытную даму уже ничто не спасет. Мои бедные нервы и так сегодня многого натерпелись. Пускай она даст мне спокойно закрыться в комнате и хорошенько обдумать свалившиеся проблемы, а не выпытывает у меня на пороге все подробности моей жизни. Может ее еще интересует, какого цвета мое нижнее белье и что я обычно ем на завтрак?
  - Давайте уже зайдем в таверну, - немного раздраженно произнесла принцесса, почти силком впихивая внутрь женщину, которая была намного выше и крупнее хрупкой фигурки девушки. Видимо Ирен уже надоело разыгрывать представление перед несколькими зеваками.
  Облегченно вздохнув по поводу разрешившейся ситуации и мысленно поблагодарив Ирен за такую своевременную поддержку, я, прежде чем зайти внутрь таверны, оглянулся. Лучше бы я не совершал такой роковой ошибки - на меня, пожирая взглядом, упорно смотрели несколько жительниц Силенвиля, явно собираясь сейчас совершить марш-бросок в мою сторону и напроситься на исповедь. Мгновенно помрачнев, холодея от ужаса такой перспективы, я чуть ли не бегом вошел в таверну. Ну, я потом выскажу крестнице все что я думаю по поводу моего нового имиджа! Еще пара таких улыбок со стороны незнакомых дам, и я стану либо дерганым женоненавистником, либо опустившимся ловеласом. А ни то и ни другое меня что-то не прельщает. Популярность это хорошо, но не такая же сильная! Мне даже не надо владеть телепатией, чтобы прочитать их мысли. И как мужчины спокойно живут в этом городе, не боясь, что за каждым поворотом их может поджидать банда экзальтированных девиц?
  Внутри таверна не блистала изысканностью. Барная стойка в углу зала, пара десятков дубовых столиков и крепких скамеек, лестница, ведущая на второй этаж - все было так скудно, уныло и банально до невозможности, что это навевало скуку. Единственное, что вызвало интерес, был большой фикус, который стоял в зале, но, то ли от амбре питейного заведения, то ли от стараний посетителей потрогать единственную красивую деталь интерьера, фикус выглядел чахлым и, казалось, что он уже доживает свои последние дни.
  За барной стойкой, лениво протирая кружки сальной тряпкой, стоял мужчина, главное достоинство которого было в его роскошных светло-коричневых усах. В зале сидело больше десятка посетителей, неохотно брякала на лютне какая-то девушка, заунывно мямкая в такт. Было видно, что никто даже и не пытается ее слушать, и поэтому начинающий менестрель особо и не старалась надрывать свой голос, спрятавшись где-то в дальнем уголке и поставив себе на небольшой помост, заменяющий сцену, стул. Между столиков, ловко уворачиваясь от шальных ручек захмелевших мужчин, бегали молодые, бойкие подавальщицы, радуя посетителей своим щебетом и откровенными вырезами декольте. Видимо хозяин решил вложить всю свою прибыль не в поддержание нормального состояния здания, а на наем пышногрудых девушек, считая, что таким способом его заведение станет одним из самых популярных таверн. Похоже, он Серьезно ошибся в выборе места при открытии своего дела - с таким отношением ему надо было идти прямиком в Пурпурный квартал.
  Ирен, крепко взяв меня за рукав робы, потащила вглубь этого ада, мешая полностью оценить масштабы бедствия, на которое я должен был подписаться. Она привела меня к барной стойке и, посадив меня на свободный скрипучий стул, присела на соседний. Боевитая женщина, которую я мысленно стал называть "Истребитель жрецов", спокойно зашла за стойку, отодвинув усатого мужчину.
  - Итак, кто вы такие? - буравя взглядом Ирен, дама начала свой допрос с пристрастием.
  - Слуга Богини третьей священной длани Карсефиан Ралий, достопочтимая женщина, - спокойно произнес я, и чуть не поклонился, таким образом выдав бы себя с головой. Жрецы хоть и должны говорить с обычными людьми почтительно, не обязаны перед ними преклоняться, потому что единственная, перед кем священнослужитель должен склонить голову это Элисень. - А это моя младшая сестра Ирен, которая прибыла в Силенвиль дабы, как и я, получить благословление Его Преосвященства и поступить на службу к Богине.
  - Да... да... - мужчина, поглаживая ус, разглядывал принцессу. - С ее-то внешн... душой, только в храм.
  Будущая прислужница храма сделала вид, что не заметила намека со стороны бармена, с усиленным интересом став разглядывать присутствующих в таверне. Риэл все наше путешествие до города постоянно намекал девушке насчет ее внешности, постоянно сравнивая с ее настоящим обликом. Принцесса сначала сильно возмущалась, а потом привыкла, по крайней мере, она уже не пыталась придушить вора, слушая издевательства, а всего лишь его игнорировала. Сам вандал объяснял свое поведение очень просто: "Пускай привыкает. В городе люди не такие добрые, как я. Лучше я сейчас вытерплю бабские слезы, чем буду позориться потом" Чем было вызвано его желание научить девушку не обращать внимания на общественное мнение, я так до сих пор и не понял.
  - Знаете, у вас такое замечательное заведение, - на губах Ирен заиграла милая полуулыбка, от которой у меня пошли мурашки по спине. Неужели я услышал сарказм от принцессы? Женщина и бармен удивлено приподняли брови. - Я навсегда запомню эту таверну и Вас, уважаемый. Вы такой вежливый и учтивый мужчина. Это ваше уютное заведение? А как вас зовут?
  Может в устах обычной горожанки эта безобидную фразу можно было счесть за комплимент, но эта же фраза, прозвучавшая в устах принцессы после того как ее прилюдно оскорбил посторонний человек... Как я уже убедился, у Ирен очень хорошая память, особенно на всякие гадости.
  - Меня? - зарделся бармен, не поняв, что ему только что угрожали. Странно, а я только сейчас понял, что мне принцесса никогда не угрожала. А может и угрожала... я никогда не принимаю вСерьез сведения вроде "я тебя вздерну на дыбе, ирод", "ты у меня еще попляшешь в раскаленных башмаках". Зачем слушать глупости людей, которые приходят к тебе в замок, чтобы "победить злодея"?
  - Если вы не против, - я лучезарно улыбнулся персоналу таверны. Надо быстрее увести отсюда девушку пока она не испортила весь спектакль. - Мне и моей сестре хотелось бы отдохнуть после дороги, проведя пару часов в молитве к нашей Пресветлой. Не могли бы вы предоставить нам две комнаты, можно смежные или соседние...
  
  Облегченно закрыв дверь своей комнаты, я без сил плюхнулся на кровать. Чтоб я еще раз играл роль священнослужителя? Да никогда! Эта "Истребительница жрецов" не отпускала меня до тех пор, пока не вымучила из меня молитву и не исповедовалась во всех своих грехах. После таких откровений я потом даже не смог нормально смотреть на еду, которую нам предоставили за счет заведения. Даже не уговаривайте, я не буду раскрывать биографию этой женщины и не потому, что эта священная тайна исповеди, а потому что я просто физически не смогу воспроизвести то количество информации, которое она вылила на меня. Моя голова гудела, а в мыслях все крутились фразы Гренет, так оказывается звали "истребительницу", о испорченном вине, о подвале полным крыс, который наверняка наслала на нее "паршивка Дала" из соседней таверны... Кошмар... И это только начало моей карьеры подставного служителя Богини.
  Гренет в прошлом была знаменитой наемницей и, получив одну Серьезную рану, решила осесть в Силенвиле, надеясь хоть на старости лет пожить спокойной жизнью и выпросить прощения у Богини. Нанялась в таверну простой вышибалой и через двадцать три года получила заведение почти в подарок от почившего к этому времени хозяина. Сейчас "Гласом Элисень" официально владеет двоюродный брат бывшего хозяина, но правит в этой обители сия боевитая женщина.
  Петру не должны были видеть со мной, но... никто же не запрещал ей и наглому вандалу тайком жить в моей номере, тем более что Гренет, пребывая после исповеди в хорошем расположении духа, отпущения всех грехов и получения моего благословения, которое я тайком подкрепил небольшими целительскими чарами, отдала нам в пользование за умеренную плату номер с двумя отдельными комнатами, дабы никто не помешал моему общению с Великой.
  Поэтому, когда я послал магического вестника крестнице, сообщив, что операция прошла успешно, пробравшись через окно в моем 37 номере, в комнате появились Риэл и Петра
  Своего дорогого скакуна крестница без сожаления продала чуть ли не первому встречному, а мои иллюзии развеялись сами, тем самым решив проблему с размещением коней.
  Небольшая прелюдия окончилась - завтра начнется настоящее представление.
  Если бы я знал, чем все это в итоге обернется, ни за чтобы на свете не согласился бы на такую авантюру!
  
  Глава 3. Один день из жизни жреца Карсефиана
  
  Хотите отомстить врагу?
  Пошлите его на исповедь в кабинку номер 3.
  
  Чей-то добрый совет, нацарапанный на стене храма.
  
  
  На следующий день после приезда в Силенвиль я решил наконец-то посетить Главный кафедральный храм, где через три дня должна состояться казнь и где на нижних уровнях в казематах жрецов томится собственно тот, ради кого я над собой так издеваюсь. Петра и принцесса остались в своей комнате, Риэл буркнув что-то вроде "мне нужно осмотреться в городе" на рассвете исчез в неизвестном направлении, а я, как главное звено операции по спасению Шиона, отправился на встречу с "тайным агентом" Валерием. Он должен был мне показать место казни и провести небольшую экскурсию по храму, чтобы потом у меня не возникало сложностей, если например, что-то пойдет не так, и нашей компании придется в срочном порядке удирать из города. Сама по себе возможность посещения обители Богини не прельщала меня. Я за всю свою жизнь еще никогда не был в храме и легко пережил бы, если бы это знакомство так и не состоялось. Меня пугало это место, пугало до дрожи в коленях. Даже когда я проходил мимо храма, то с замиранием Сердца чувствовал, как силы оставляют мое тело, как жгучая, неистовая энергия бившая бурным потоком потихоньку исчезает из моих жил. Это страшно, это по-настоящему приводит в ужас любого волшебника, который имеет сильные способности к магии. Чувство беспомощности, страха, сродни с ужасом, от высшего наказания Совета магов - запечатывания силы. В детстве учитель всегда меня пугал сказками о "злобных жрецах", говорил, что мол, если я не буду слушаться, то он отведет меня в ближайший монастырь и попросит монаха прочитать проповедь о Богине.
  Энергия, исходящая от свода храма, замоленный жрецами воздух, запах лотоса и жасмина сбивают любого мага, мешают сосредоточиться, дарит чувство опустошенности и усталости. Причем на каждого волшебника обитель Богини действует по-разному. Легче всего находиться в храме целителям, труднее - демонологам, потому что они большую часть времени общаются с тварями из Преисподней и, сами того нехотя, накладывают на себя их отпечаток энергии. А, как всем известно, Элисень прославилась тем, что истребила полчища демонов под предводительством Настерривиля, своего бывшего возлюбленного, когда тот захотел захватить наш мир. Победив врага, конечно же в ужасной и беспощадной битве - жрецы привыкли все приукрашивать, она скинула его и остатки его полчища в бездну Преисподней, запечатав все выходы. Глупый, женился бы на этой женщине и смог бы владеть миром, но нет, пошел самым трудным путем и за это сполна поплатился - ну и фантазия у слуг Богини, никакой логики.
  Так более того, священнослужители в своих многочисленных трудах убеждают всех, что первые люди родились из чрева Великой, а маги - это нежеланные потомки союза демонов и детей Элисень появившиеся в годы Великой войны. И теперь любые, у кого в жилах бурлит энергия, находятся на острие меча: в любой момент они могут поддаться соблазну предков-демонов и принести в мир беды. Но так как Элисень пощадила детей-полукровок, заповедовав им, как носителям света и тьмы оберегать ее мир от бед, так и жрецы не пытаются собрать поход против Совета магов, тайно всех нас недолюбливая. Сказать по правде, волшебники испытывают к слугам Богини такие же сильные чувства. Кому понравится, если про тебя напишут, что ты потомок демона? Хорошо, что предрассудкам жрецов мало кто так же, как и они, фанатично верит, люди убеждаются на собственном опыте, что маги совсем не зло.
  Я неспешно пошел в храм пешком ближе к полудню. Раньше никак не получилось. После того как меня на рассвете, спихнув с кровати, разбудил вандал, заявив, что он мол устал слушать мой мелодичный храп и сейчас собрался навестить своих старых друзей, я спустился в пустой зал таверны. Там меня сразу же поймали три подавальщицы и, прижав к стене, потребовали, чтобы я принял у них исповедь и обязательно в небольшой темной кладовке около кухни. С каждым днем меня все больше пугают жительницы Силенвиля. Теперь понятно, почему Шион влюбился в мою взбалмошную крестницу - по сравнению с горожанками, она милая скромница. А я хорошо знаю Петру, она с легкостью сможет станцевать на столе приватный танец ораве мужиков, только чтобы выиграть пари. Но этот инцидент, когда я пытался ее снять со стола под возмущенное улюлюканье целого бара, был почти четыре года назад. Теперь-то я надеюсь, что она хоть немного повзрослела и больше так не напивается, что заключает со всеми пари.
  Отделавшись от назойливых девиц фразой, что мне срочно нужно помолиться Великой, я, под огорченные вздохи дам, спрятался на пару часов в номере. Думал сбежать через окно, но меня за этим занятием поймала крестница и, покрутив пальцем у виска, стала показывать, как правильно нужно выбираться на улицу. Этот практический урок для начинающего домушника закончился с появлением проснувшейся принцессы. Она, схватив меня за руку, не обращая на мое явное нежелание вновь видеться с Риной, Милой и Патрисией повела меня вниз завтракать.
  В конце концов мне с трудом удалось сбежать из того кошмара, чему я был несказанно рад. Лучше посетить так ненавистную обитель Элисень, чем мучиться в том сумасшедшем доме.
  Полуденная столица жрецов радовала глаз своим великолепием сверкающих на солнце златых крыш многочисленных храмов, щебетом прохожих и чудными запахами разномастной еды из лавок. Мой нос учуял кондитерскую и манящий запах шоколада, но я, глотая слюнки, неимоверным усилием воли заставил себя пройти мимо. Чем ближе я приближался к Кафедральной площади, тем четче стал слышать разносящиеся на всю округу арии послушниц и послушников, готовящихся пойти на службу к Элисень. Своеобразный ритуал посвящения у служителей - в течение трех месяцев независимо от погоды заставлять каждый день с рассвета и до обеда петь тех, кто еще не получил священную длань хвалебные песни Богине стоя около колоны Святого Иродея. Я уже говорил, что у жрецов богатая фантазия? Да? Повторюсь еще раз - у служителей очень богатая фантазия, особенно придумывая издевательства для своих же товарищей.
  Пройдя через огромные пятиметровые створки ворот храма, я оказался в удивительном месте, от которого у меня сразу захватило дух. Несмотря на все свои недостатки, можно сказать точно, что жрецы умеют жить красиво. Величественные белокаменные колонны, мраморный отражающий, словно зеркало, пол, роскошь золота, Серебра и чароита - камня Элисень, легкие запахи жасмина и лотоса, комнаты, заполненные неземными, возвышенными голосами сопрано, убранством зелени и мраморными бассейнами, где в чистейшей воде плавают лотосы - меня заворожила эта картина. В статуях так и чувствовалась жизненная энергия, казалось, что они живые, и в любой момент с тобой может заговорить Богиня... Но с приходом просветления пришла некая усталость и опустошенность. Я начал чувствовать, что мне будет трудновато в этих сводах использовать заклинания, казалось, что стены вытягивают энергию, и это раздражало.
  Пройдя вглубь храма и немного постояв в молитвенной позе перед статуей Элисень, я подумывал, что же мне делать дальше. Для начала мне нужно найти Валерия и по ходу дела постараться поменьше общаться с другими жрецами, чтобы нечаянно себя не выдать. Надеюсь этого не случится, а то придется в срочно порядке действовать по плану Б - громить храм и собственными силами вытаскивать из казематов Шиона, а это - как минимум идиотский план, но к сожалению пока что-то ничего другого мне в голову не приходит.
  В зале было много прихожан и жрецов, которые пришли помолиться и попросить помощи у Великой, некоторые прямиком отправлялись в левую часть зала, где за колоннами находятся небольшие уютные кабинки для исповеди. Все, кто проходил мимо меня, вежливо наклоняли голову и осеняли знаком Богини - для всех я был Ее слуга, никому даже в голову не могло прийти, что это всего лишь умелый маскарад.
  Заметив одиноко стоящего в стороне от толпы жреца, я, нацепив на себя лучезарную улыбку, прямиком направился к нему. Мужчина средних лет внимательно осматривал входящих в храм людей, будто кого-то очень долго ждал...
  - Приветствую тебя, брат, - в приветствии я осенил знаком Богини Ее слугу. Он благосклонно проделал то же действие. - Меня зовут Карсефиан Ралий, я прибыл издалека, чтобы присутствовать на Великом событии, дабы почтить Его Светлость и Пресветлую. Не откажите ли вы мне в милости и не укажите ли путь, который проведет меня к брату Валерию. Он писал, что сможет показать мне Ее Величественный храм.
  - Вот так сюрприз, - усмехнулся мужчина. Я непонимающе нахмурил брови. Какая необычная реакция на мои слова. Неужели я что-то перепутал и произнес заученную реплику неправильно? - Все-таки неисповедимы пути Богини...
  - Жрец Валерий? - наугад спросил я. Не могло же мне так сразу и повезти?
  - Я ждал тебя, сын мой, - он улыбнулся и пригласил меня пройтись. Оказывается это не везение, а просто хорошо запланированная встреча. Интересно, а он долго меня ждал? - Зал прихожан полон лишних ушей.
  Я, коротко кивнув и осмотревшись, поймав на себе несколько любопытных взглядов горожан, пошел с Валерием к выходу из зала.
  Мы двинулись в ту часть храма, в которую можно было заходить лишь священнослужителям.
  Как я уже говорил ранее, у жрецов существует четкая иерархия, состоящая из четырех священных дланей, священства и Преосвященства. Как ты по кусочкам собираешь пазл, так и отличительные символы Преосвященства собираются, начиная с четвертой длани. Послушники, пройдя испытания и дав обеты жрецов, становятся на четвертую ступеньку к титулу Священства, им разрешается носить черную робу жреца и длинные волосы. Священнослужители третьей длани носят темно-синюю робу, длинные волосы и подводят глаза, как бы показывая всем свой ясный взор. Вторая длань - к образу добавляется бирюзовая роба и короткие сужающиеся к щекам алые полосы ниже уголков глаз, говорящие, что жрец умеет сострадать народу, проливая за него кровавые слезы. Первая длань - у жреца появляется над переносицей небольшого диаметра алый круг, и он надевает на себя голубую робу. Со значением и этого знака у слуг Богини не все так просто. Считается, что чем больше алых кругов на лбу, тем четче жрецу слышен глас Богини и тем лучше он сможет донести Ее волю до простых людей. У Священства на лбу уже красуются выше переносицы два концентрических круга, и он надевает светло-Серую робу. А Преосвященство всегда носит поСередине лба вообще три небольших алых круга, как бы образующие высоты равнобедренного треугольника, его одеяние теперь белого цвета, означающее, что он кристально чист перед Богиней.
  Все у жрецов не как у нормальных людей, ладно бы они просто меняли цвет роб, но расписывать лицо красной краской? А их робы! Их даже робами трудно назвать - это настоящие, длиной до пола, халаты с широкими поясами, и с длинными расширяющимися книзу рукавами. Как им не стыдно ходить в такой одежде по городу, особенно летом? Ладно, как сейчас зимой - можно снизу надеть штаны, теплый свитер и накинуть сверху меховой плащ, но в теплую погоду, когда тебя снизу обдувает весенний или летний ветерок?
  Жрец Валерий был первой священной длани - на его лбу красовалась жирная красная точка, ниже глаз были нарисованы острые алые линии, черная подводка делала почти прозрачными его и без того светлые голубые глаза, а длинные смоляные волосы доходили ему почти до копчика. От Валерия ощутимо веяло спокойной, свежей, как глоток горного воздуха, аурой - ему даже не нужно было носить метки Богини, чтобы показать свой ранг в иерархии жрецов
  Мы молчали всю дорогу, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания проходящих мимо жрецов. Наша операция была очень опасным предприятием, тем более, я находился на вражеской территории и сейчас старался запомнить в многочисленных коридорах, что мы проходили, хоть какие-нибудь отличительные черты, чтобы иметь возможность в случае чего сбежать. Хорошо, что у меня была отличная память, и я сегодня всю ночь провел за изучением посланных мне Валерием инструкций. Риэл ночью так на меня шипел, сопя на полу, критикуя "этот чертов свет", что мне пришлось применить заклинание ночного зрения, нарушив обещание, данное Петре, не использовать магию.
  Мы пришли в укромный, скрытый от посторонних глаз пустой дворик, где примостилось засохшее изогнутое дерево, пара рассыпающихся каменных скамеек и исщербленное трещинами, печальное изваяние Богини, покрытое снизу мхом. Было так необычно найти в роскошном, величественном комплексе зданий храма такой уголок старины, что я в удивлении замер, рассматривая маленькую травку, пробивающуюся через потускневшие со временем плитки мрамора, засохший плющ, окутывающий стены небольшого садика...
  Мое раздумье прервал Валерий, он, глубоко вздохнув, проговорил, ласково обведя сад взглядом:
  - Это мое любимое место. Тихое, укромное, не оскверненное ненужной роскошью и богатством храма... все такое настоящее, что этот пейзаж каждый раз радует мой глаз.
  - Да? - я не мог поверить, что нашелся жрец который был против того ненужного богатства, которым себя каждый день окружали высокопоставленные жрецы. Кажется, я еще больше начинаю уважать этого священнослужителя.
  - Тоже самое я могу сказать и Вам, магистр, - легонько улыбнулся Валерий, правильно растолковав мое удивление. - Я был крайне озадачен, когда узнал, что простому священнослужителю решает помочь маг... и не просто маг, а сам Некириал Ленге. - я пораженно замер, а жрец, предугадывая мой вопрос, продолжил, спокойно садясь на скамейку. - Да. Я знаю кто ты... У храма есть связи в Совете магов, с моим положением я смог с легкостью достать интересующую меня информацию.
  - Вот как... - Что-то меня не радует тот факт, что какому-то жрецу подозрительно много известно обо мне.
  - Я должен был убедиться, что моему верному другу поможет достойный человек.
  - И как, я достоин? - усмехнулся я, осторожно присаживаясь вслед за жрецом.
  - Если бы это было бы не так - мы бы не разговаривали. Я все же Ее слуга и согласился на эту авантюру лишь по одной причине - я не могу позволить, чтобы в Священной яме Неверующих погиб невиновный. Это будет богомерзкое жертвоприношение, а не божий суд.
  - Вот, значит как. А что тогда Петра?
  - Сие молодое дитя не ведает что творит, - вздохнул Валерий. - У нее доброе Сердце и, несмотря на то, что в ее жилах течет демони... простите, я забылся... несмотря на то, что она маг, ее душа чиста и невинна. Эта девушка искреннее, милое дитя, которому еще многое предстоит познать в жизни. Я бы не смог приговорить ее к такому жестокому наказанию, обречь ее душу на уничтожение в Яме Неверующих... Всем свойственно ошибаться, главное нужно осознать и искупить свой грех...
  - Вы необычный жрец. - Я еще никогда не встречал слуг Богини с такой же философией как у Валерия. Обычно все люто ненавидели магов, а этот, похоже, относился к нашей братии вполне терпимо. С каждым мгновением мужчина удивляет меня еще больше.
  - Никериал, у вас Божественный дар Ее Милости - Вы Полный целитель, один из немногих у кого есть такие ценные способности. И все же вы не используете свой дар, не спасаете жизни невинных... Может, пора забыть свои прошлые обиды?
  Я был в недоумении. Он будет учить меня как жить? Это было необычно - я что, на исповеди? А как же его бесценный друг? Ну ладно, давай поиграем в твою игру, только чур, потом не обижаться.
  - Я ни на кого не Сержусь, это они, - я махнул в сторону рукой, - меня ненавидят! Каждый раз, когда я пытаюсь помочь, на меня с презрением плюют все кому не лень! Знаете, - я глубоко вздохнул, находясь под пристальным взором жреца, - когда на тебя устраивают настоящую травлю - желание помогать как-то само пропадает...
  - Но все же вы здесь... - улыбнулся Валерий, даря мне благословление, озарив жестом Богини. - Вы решили помочь, и я вам за это искренне благодарен.
  - Это просто старая вредная привычка, - усмехнулся я, - от которой уже поздно избавляться.
  Жрец на мгновение улыбнулся, внимательно посмотрев мне в глаза. Я немного занервничал. Что он постоянно на меня так смотрит? Неужели у меня подводка смазалась? О, Богиня, что я несу!?
  - Вы изумительный человек, - спокойно улыбнулся Валерий, излучая тонны божественной ауры. - Не желаете сменить свое призвание мага на служение Великой?
  Я чуть не рассмеялся в полный голос. Я и жрец? В храме что, все поголовно мазохисты? На мгновение мне представился пылающий храм, визжащие, бегающие в панике жрецы, рвущие на себе волосы и я, одиноко стоящий на фоне огненного зарева с потушенным факелом в руках.
  - Боюсь, тогда я нечаянно устрою здесь анархию, вакханалию и поедание пирожен нагишом в несметных количествах... Что вы так на меня странно смотрите? Я люблю пирожные, особенно шоколадные кексики покрытые ванильной глазурью... Кстати, заманчивая идея... Похоже, я с вашей помощью нашел свое призвание!
  - Отличная шутка...
  - Где? Я не шутил, - пару секунд понаблюдав за изумлением Валерия, я не выдержав, хихикнул в кулак. Похоже, все же моя сущность захватила бразды правления, свергнув "сладкий образ" пай-мальчика. Какой позор, я не смог продержаться в образе и суток. - Да не буду я делать из вашего святилища филиал Преисподней, у меня просто квалификации не хватит на такую масштабную реконструкцию.
  А так - отличная была идея. Только, чутье мне подсказывает, что вот эти мои мысли не следует озвучивать в присутствии жреца. Боюсь, после он подвергнет меня анафеме и прилюдно сожжет на костре... Ой, я забыл, у них же тут есть яма - быстрая и сама дешевая доставка душ в Преисподнюю.
  - А я уж было подумал... - нервно сглотнул жрец. Похоже, что он считал меня здравомыслящим, адекватным человеком. Жаль, теперь Валерий знает, что у магов своеобразное чувство юмора. Кстати, распознать шутку волшебника очень легко - он сначала превратит тебя в лягушку или спалит дом, а уж потом, радостно улыбаясь, сообщит, что просто пошутил. - Но служение Великой, самая благородная миссия в мире! Почему, вы не хотите стать на праведный путь? Может, есть какая-то особая причина?
  Дайте-ка подумать... Я на дух не переношу жрецов, не верю в Богиню и, по ночам перечитывая в библиотеке Ее Проповеди, смеюсь до колик в животе над каждым абзацем. В храме мне некомфортно, я уже начинаю опасаться силенвильских горожанок, и меня выводит из себя даже упоминание слов "исповедь", "индульгенция" и "посвящение" в случайном разговоре. Нет, что вы - я идеальная кандидатура на роль нового Преосвященства.
  - Ладно, я могу смириться с мыслью, что мне придется носить дурацкую робу и проводить никому ненужные исповеди, но каждый день красить глаза? Я вам что, девушка?
  Валерий неловко отвел взгляд, мгновенно смутившись своему внешнему виду. В отличие от меня его лицо пострадало от никому не нужных традиций еще больше. Надеюсь, теперь он понял, почему я считаю священнослужителей, как бы помягче сказать.... шизоидными фанатичными неврастениками?
  - Это... это дань Великой, - не очень уверено проговорил жрец, надеясь своим уверенным и фанатично-преданным Богине голосом убедить меня, что красить глаза - верх мужественности. Притворимся, что я проникся уважением и полностью поверил этому набору слов, по ошибке зовущемуся понятным объяснением.
  - Но дело не в этом. Мы должны поговорить с вами, Никериал, о нашей проблеме, - ловко свернул разговор Валерий, так и не раскрыв мне "великую" тайну священнослужителей. Ну, наконец-то он перестал меня искушать как демон и избавил от необходимости его изгнать. Эти проповеди и исповеди мало того что навевают смертную скуку, они еще меня нервируют. - Я не могу должным образом помочь другу... Нижние уровни хорошо охраняются, а мне запрещено даже близко туда спускаться...
  - Значит, я со своим рангом смогу туда с легкостью попасть?
  - Нет... - усмехнулся Валерий, - на уровни разрешено спускаться только Святейшествам и то после получения разрешения Преосвященства. У нас отличная охрана.
  Ну да. Какая же у жрецов хорошая охрана, если можно почти в открытую плести заговоры в маленьком дворике храма. Священнослужитель первой длани, заметив мой скептицизм, попытался оправдаться:
  - В эту часть храма почти никто не заходит, и скоро настанет время двухчасовой молитвы...
  - Плохо, что я не смогу попасть на нижние этажи... А может: подкоп, тайные коридоры, телепортация... - на каждое мое предложение мужчина печально качал головой. - А подкупить охрану?
  - Апостолы непогрешимы! - патетично воскликнул жрец, через мгновение тихо пробурчав себе под нос. - Я пытался... золото, власть, чревоугодие... их даже абонемент на полгода в "Игривую крошку" не заинтересовал... А там такие красотки...
  Я решил пропустить мимо ушей такую осведомленность Валерия на счет публичных домов. Мне даже не хочется знать, какими стараниями ему достался фактически пропуск в закрытый клуб для избранных. Откуда я об этом ведаю? Это все наш неугомонный вандал. Сегодня ночью, после того как я нечаянно его разбудил, он, чтобы заснуть, стал проговаривать в слух его любимые заведения Пурпурного квартала, их достоинства и недостатки. Главное достоинство этого "клуба" он считал в том, что там высококлассные путаны и высокие доходы владельца, которого он в последнее свое посещение заведения обокрал на кругленькую сумму.
  - Я так понял, что не существует возможности освободить Шиона до начала казни?
  - Увы, мое дитя... - искренне огорчился Валерий и, печально вздохнув, посмотрел на засохшее дерево. - Я так долго ломал голову пытаясь найти решение, но... Элисень отвернулась от своего слуги Шиона.
  Мне искренне стало жаль Валерия, он так волновался за своего друга, что я стал ощущать его беспокойство. Ему сейчас приходится тяжелее всех - он разрывается между долгом слуги Богини и лучшим другом. Даже самым самоуверенным и эгоистичным людям нужно, чтобы их хоть раз пожалели, бескорыстно протянули руку помощи и ободрили в безвыходной ситуации. Я должен был хоть немного успокоить Валерия, найти решение - ведь этого он так сильно от меня и ждал. А я пока что-то выход не вижу... Тот план с поджогом и превращением в руины святилища Богини я пока отложу в сторону. Я уже перед собой вижу расСерженного Фила и весь Совет... Нет, лучше лишний раз не дразнить Председателя. У него напрочь отсутствует чувство юмора.
  - Безвыходных ситуаций не существует, - я ободряюще хлопнул жреца по плечу. Перед глазами все еще стояло недовольное лицо друга, который грозил мне пальцем. - Мы что-нибудь придумаем. Но сначала я должен хорошенько осмотреться в храме.
  Чутье мне подсказывает, что это может мне пригодится.
  - А эти Апостолы... это вроде что-то вашей охраны?
  - Это дитя мое, священнослужители, выбравшие особый путь - охранять тайны Великой. Не просто стража... говорят, что они владеют тайными знаниями и могут победить в бою даже мага... Шион был из Апостолов.
  Я обреченно вздохнул. Да... мне везет как утопленнику. Оказывается, Шион не просто сумасшедший жрец, влюбившийся в мою племянницу, он элитный воин армии Богини! Все-таки как глупо это звучит со стороны. Я уже не удивлюсь, если узнаю, что Преосвященство плетет заговор с целью захвата мира и собирает армию из паломников для штурма столицы. Что на самом деле это просто секта, проповедующая оргии и жертвоприношения, а заповеди Элисень - манифест, в котором призывают к анархии и промывают доверчивым людям мозги. Интересно, сколько скелетов прячут на нижних уровнях священнослужители, и смогу ли я раскрыть пару грязных тайн этих "святых"?
  
  * * *
  
  В который раз я убедился, что Валерий - неглупый человек, хоть и жрец. Его фраза: "Скоро будет двухчасовая молитва" означала, что все жрецы к этому времени собирались в Главном молитвенной зале храма и вместе с Его Преосвященством молились Великой, стараясь как можно сильнее биться головой об мраморный пол. Конечно, высшим чинам, или как их называли дланям, можно было "примоститься" перед любой другой статуей Богини, чтобы лишний раз не мозолить глаза главному жрецу по какой-то давней традиции, но я не буду забивать вам голову чепухой жрецов.
  По легенде, Валерий, как доверенное лицо храма, должен был провести экскурсию по обители Богини только что прибывшему из самого Поморья молодому жрецу Карсефиану Ралию. Пока все жрецы бормотали молитвы, апостолы тихо дремали на своих постах я и друг Шиона спокойно прогулялись по храму, составили небольшой план на случай побега с использованием лазеек и со стороны посмотрели на место казни. Приближаться к яме, похожей на колодец, я не рискнул, Валерий очень точно подметил, что это может вызвать подозрения у охраны. Раньше времени выдавать себя я не собирался (хоть Валерий был и доверенным лицом храма и я как бы являлся новоприбывшим жрецом, который из чистого любопытства мог посмотреть на святыню, но по негласному закону к Яме Неверующих за несколько дней до казни нельзя было никому приближаться.)
  Я покинул обитель Богини ближе к вечеру, полностью погруженный в составление нашей спасательной операции с только что полученными полезными сведениями. Я пообещал Валерию заглянуть в храм еще раз, чтобы уточнить некоторые детали и предоставить надеющемуся на чудо жрецу свой хорошо продуманный план. Надежда - какое интересное слово. Заставляет всех верить в чудо, даже когда шансов на спасение практически нет... Даже скептику, который никогда не верил в удачу, всегда рассчитывал на себя и не ждал подачек Богини свойственно надеяться... Я хотел найти идеальное решение, что-то такое, чтобы, не привлекая лишнего внимания с минимальными усилиями спасти из власти жрецов бедолагу Шиона, но в голове почему-то крутились несуразные, немного сумасшедшие идеи. Магию в храмах применять нельзя и я прекрасно знал, что такое воздействие на окружающую энергию не только сожрет у меня больше сил, так еще и оставит жирный отпечаток, который учуют жрецы. Но в теории, в месте, которое находится не в здании храма, небольшое воздействие на предметы при должном умении и осторожности можно скрыть, особенно если имеешь под рукой жреца с высоким рангом, который вмиг сможет рассеять энергию, оставшуюся от заклинания, с удовольствием помолившись....
  Только я вышел с площади на городские улицы и у меня стали появляться кое-какие мыслишки на счет плана, как неожиданно кто-то схватил меня за шкирку и потащил за ближайший дом. Я даже не сразу сообразил, что меня кто-то нагло решил похитить - так сильно я ушел в себя. Но как только чья-то ладонь попыталась перекрыть мне дыхательные пути, я рассердился. Почти идеальный план, который я кропотливо составлял всю дорогу бесследно растворился, на прощанье показав мне язык. Дав себя отволочить за дом, я с упоением дожидался, когда меня и незадачливого самоубийцу не станет видно с улицы. Мне не терпелось показать ему урок хороших манер, пару раз ударив молнией и превратив в какое-нибудь мелкое млекопитающее - пускай знает, как вредно отвлекать мага от мыслей.
  - Не дергайся, красавица, - гадко захихикал подозрительно знакомый голос, медленно отлепив свою грязную ладонь от моего рта. - Свои денюшки и честь оставь при себе.
  - Риэл... назови мне хоть одну причину, почему я не должен убить тебя на месте, - тихо прошипел я, отплевываясь. Этому шутнику крупно повезло, что я сразу не шибанул его током - он что, не знает, что маги плохо понимают такие шутки?
  -Я красавчик, - довольно промурлыкал вандал.
  - Риэл...
  - Ну ладно, если так настаиваешь - я непревзойденный вор, покоритель дамский Сердец и душа компании.
   - Душа компании, мне хочется превратить тебя в жаркое...
  - Ты не первый, - усмехнулся рыжий парень, хлопнув меня по плечу. Что-то меня не удивляет факт, что вора хотят видеть мертвым.
  - Что за глупые шутки, Риэл, - недовольно пробурчал я, поворачиваясь к улыбающемуся вору. Смотря на его довольное лицо, мне так и хотелось его чем-нибудь ударить. Я не привык, когда со мной так шутят. - Мы же вроде договаривались, что ты не должен ко мне приближаться. Если тебя кто-нибудь увидит со мной, и не дай Богиня узнает, наша операция полетит к чертям. Ты так сильно ненавидишь Петру, что готов ей испортить жизнь?
  - Как мне было еще привлечь твое внимание? На свист ты не реагировал, когда кричал твое имя - игнорировал, - я попытался припомнить такие события, но память отказывалась со мной сотрудничать. Вор, увидев как я, нахмурив лоб, ушел в себя, возмущенно воскликнул. - Ну вот опять! Я перед ним распинаюсь как последняя баба, а он уснул!
  - Я не сплю, а думаю. Тебе конечно не известен столь трудоемкий процесс или ты привык спать с открытыми глазами?
  -Я даже не буду спорить с человеком, который одевается в женские платья. Признавайся, то что намазано у тебя вокруг глаз, ты у Петры спер...ла.
  Опять его подколы на счет внешности. И как ему не надоедает? Как только я и Риэл стали соседями по комнате он стал всячески надо мной подшучивать, начиная с одежды и заканчивая полом. Сколько раз он называл меня "девчонкой" не пересчитать. Мне было на его мнение наплевать, я даже научился мысленно душа Риэла мило улыбаться окружающим людям, а вот моя реакция, а точнее отсутствие какой-либо реакции на его слова, вора выводило из себя. Он обычно недовольно замолкал что-то начиная бурчать о "злобных колдунах" и о "родственничке Петры"
  - Что тебе нужно, раз ты не смог потерпеть до таверны?
  - Да так, ничего особенного. Я просто с помощью старых связей нашел логово тех ублюдков, что подставили Перу.
  Я пораженно замер. Риэл смог меня удивить, причем очень серьезно удивить.
  -Так быстро? - сумел выдавить из себя я, отойдя от потрясения. Не думал, что Риэл окажется в нашем деле настолько полезный. Я признаться, даже и не надеялся найти тех упырей - это потребовало много времени, да и будь я на их месте, то давным-давно покинул город, заполучив реликвию храма.
  - Медленно, - недовольно скривился парень, и на мгновение оглянулся. - Слушай, может не будем зря лясы точить, а сразу двинемся в нужном направлении? Знаешь, когда теребишь старые знакомства, обычно взамен получаешь огромный геморрой и стрелу в спину.
  - Какие хорошие у тебя друзья, - саркастично подметил я. Постойте-ка, мне не послышалось? Он что, ради моей племянницы подставил себя под удар? Я сплю и вижу сон? Богиня, молю, пусть это сумасшествие, по ошибке называющееся путешествием, окажется просто дурным сном.
  - Это естественно. Людям, почему-то не нравиться когда их держат под прицелом арбалета. Ну... всем кроме тебя. Если бы мне раньше сказали, что я встречу такого мазохиста, я бы послал их разгребать дерьмо конюшен Эврисхея.
  - Мне не послышалось? Ты мне только что сделал комплимент? - вандал недовольно фыркнул, постоянно оглядываясь и прислушиваясь к посторонним звукам. Смотря на его странный танец, я понял степень любви людей к Риэлу. - А ты пробовал начинать свои знакомства немного иначе? Например, завязать дружескую беседу...
  - И сразу получить удар мечом в живот? - перебил меня вор и искренне удивляясь, пожал плечами. - Знакомые, при виде меня, сразу достают оружие.
  - Что-то это меня ничуть не удивляет, - вздохнул я. Точно, сейчас я вспомнил, что и в нашу первую встречу вместо приветствия он навел на меня прицел арбалета. Вор что, со всеми так нежно здоровается?
  - Пошли скорее учить хорошим манерам тех недомерков, - нетерпеливо произнес Риэл чуть ли силком не таща меня к улице. - Я хочу побыстрее показать им как вредно для здоровья обижать мою девушку... то есть не мою... вообщем Петру.
  Как мило. Он до сих пор называет крестницу своей девушкой. Мне одному кажется или у Риэла точно с головой не все в порядке. Если мне не изменяет память, он сам от нее сбежал, сейчас идет спасать любовь всей ее жизни, и он до сих пор ставит себя в позицию ее парня? Это очень странно.
  - Ладно, ладно, - сдаваясь вздохнул я. Все равно надо вернуть тот камушек. - Только переоденусь...
  - Ты что! Нет времени на такие глупости!
  - Очень смешно. Ты и вправду надеешься, что те парни оценят твою шутку, когда к ним заявится жрец и благословит их ударом по голове?
  Риэл думал всего секунду, а потом радостно кивнул:
  - Это будет весело.
  
  * * *
  
  Когда идешь по одному из самых криминальных районов города в одеянии служителя Богини, все почему-то на тебя косо смотрят. Ты мило улыбаешься прохожим, мысленно проклиная Риэла за то, что затащил тебя в эту богиней забытую дыру. А твой подстрекатель, помня, что с "близкими" друзьями лучше дружить на расстоянии в пару тысяч миль, закутавшись в плащ, изображал прокаженного, который плелся вслед за жрецом.
  На улице становилось темно, все же, несмотря на то, что, по сравнению с окрестностями моего замка, в Силенвиле было теплее и городские службы хоть как-то прибрали на этой улице снег, сейчас была зима. Небо заволокло тяжелыми снежными тучами, и это навевало неприятные мысли о будущем снегопаде, в темных закоулках стали шевелиться личности, с которыми лучше никогда не сталкиваться, если вы конечно не конченый самоубийца, я же приближался к невзрачному трехэтажному дому, который нормальные люди обычно обходят стороной.
  Я мечтал о теплом камине, томике теории магистра Шаунгера и бутылочке чего-нибудь крепкого из Серванта. О тихом полумраке гостиной, звучании потрескивающих поленьев, о запахах пергамента с чернилами и слабом аромате карамели из стакана...
  Как только мы приблизились к искомому дому, вор сразу спрятался за дверью, доставая из плаща заведенный арбалет. План вандала был прост - я стучусь в дверь, пару минут несу какую-нибудь чушь, что обычно жрецы используют в своих проповедях, а потом в игру вступает Риэл и показывает бандитам "какой он ас". Мне его "гениальный план" не нравился. Я считал, что надо просто найти главаря и устроить небольшой допрос, но рыжий парень возмутился и сказал, что я "нифига не мыслю в настоящих разборках". Мне еле удалось уговорить его дать первое слово мне - вор просто порывался устроить там бойню. О реликвии жрецов он, похоже, совсем не волновался.
  Я, хорошенько размяв руки, немного закоченевшие на морозе, глубоко вздохнул и растянул глупую улыбку на пол лица - ну что ж, начнем? Давненько я не наставлял на путь истинный всякий сброд. Рыцари не в счет - они слишком предсказуемые, и с ними всегда скучно.
  Я три раза постучался в дубовую дверь. За дверью послышались звуки отодвигаемых стульев, топот множества ног. Задвижка со скрипом отодвинулась, и на улицу через маленькую щелочку выглянула рожа бандита. По-другому у меня язык не повернулся назвать небритую, сальную мордаху, что дыхнула на меня перегаром из проема. Я вновь натянул на лицо уже немного поблекшую улыбку, стараясь не кривиться от амбре, хлынувшее из небольшого проема. Казалось, что в этом доме жили рудокопы, пренебрегавшие гигиеной.
  - Здравия желаю, дитя, - я осенил небритое дите знаком Богини. Оно пораженно замерло, с трудом переваривая явление жреца к нему на порог дома. - Можно войти к вам в дом?
  Не слушая пораженного мычания мужчины, я, легонько отпихнув его в сторону, вошел в комнату. На меня сразу же уставилась, выставив вперед клинки орава дурно пахнущих бандитов. Не знал, что служителей Богини так добродушно встречают в каждом доме. И почему, когда я хочу с кем-то нормально поговорить, все показывает свое оружие? Я им что, кузнец?
  Изобразив добродушную улыбку этим милым господам, я поступил так, как на моем месте сделал бы любой ненормальный жрец. Молниеносно достав из складок одежды многострадальные Проповеди Богини, подаренные мне Ирен, я выставил их вперед, как бы показывая сим грешникам "Великую истину".
  - Узрите, грешники, - набрав в легкие побольше воздуха, взревел я на едином дыхании. Полукруг бандитов дрогнул. - Сия истина снизошла к вам, дабы пролить свет на ваши заблудшие души!
  - Че? - прогнусавил самый наглый из них. Видя его небритую физиономию я предположил, что со мной соизволил пообщаться глава этого сброда.
  - Я говорю, что пришел как бы спасать ваши задницы, - вздохнул я, опуская книгу. Для кого я стараюсь? Для кого толкаю свои речи, которым могло бы позавидовать даже Преосвященство? Похоже, в общении с этими субъектами нужно сразу переходить на лексикон Риэла. - По идее вы сейчас должны впечатлиться и просить прощения у Богини целуя мне персты... то есть по вашему руки... грабли.
  -Че?! - еще громче хрюкнул сторонник антисанитарии. - Смотрите-ка, а девка что-то вякает!
  Комната наполнилась одобрительным гоготом бандитов. Я обреченно закатил глаза, стоя в нескольких сантиметрах от почти дюжины колющихся предметов. Похоже, я ошибался насчет Риэла. По сравнению с этими молодыми людьми, он просто кладезь хороших манер, маэстро высокого слога и непризнанный гений.
  - Повторяю еще раз. Уверуйте в Богиню или...
  - Или че? - перебил меня главарь и растянул улыбку, обнажая свои желтые зубы. Он, похоже, считал, что полностью контролирует ситуацию. Какой наивный... - Топнешь ножкой и надуешь губки, куколка?
  Да у них еще и со зрением большие проблемы.
  - Да так, - улыбнулся я, внутри уже предвкушая реакцию мужиков. Если они считают меня дамой, так почему бы и не покапризничать немного? - Сейчас придет мой рыцарь и научит вас хорошим манерам.
  -Ка...
  Но не успел главарь вставить свою реплику, как дверь распахнулась от сильного пинка, и в проеме появился Риэл. Он, в мгновение ока, всадив два болта в ближайших противников, как герой дешевого дамского романа, патетично крикнул:
  - Рыцарь прибыл, дамы и господа!
  Секунду в комнате стояла гробовая тишина, мужчины, с трудом переваривая факт появления "рыцаря", пораженно замерли. Даже я не ожидал такого развития событий.
  Выйдя из оцепенения, орава бандитов, грозно взревев и подняв свое оружие выше головы, поперла на вора. Я скромненько отошел в сторонку, став наблюдать за эпической сценой: "Дюжина молодцов и один хитрый вор". Выдавать в себе мага мне что-то не сильно хотелось, думаю, крестница не одобрила бы, если бы узнала, что неожиданно в Силенвиле вспыхнул и полностью сгорел целый квартал. Я считаю, что при возможности всегда надо следовать плану, а по плану я тихий ангелок-священнослужитель. А самое ужасное, что "ангелок" мог бы сделать - это треснуть Проповедями богини бандита по голове, чем я собственно и воспользовался.
  Пока рыжеволосый парень бегал по дому, круша все подряд, чтобы замедлить движение идущей на него массы и нацелиться на мишени, я, спокойненько достав подарок Ирен, от всей души замахнувшись, треснул целящегося из арбалета в Риэла главаря по голове. Тот, удивленно мыкнув, повернулся, мигом вспомнив про забытого всеми жреца, и плавно стал оседать на пол. Чтобы закрепить результат и наконец-то вдолбить мужчине веру в возмездие Богини, я повторил прием два раза, добавив от себя чары утяжеления предметов. И кто теперь скажет, что Вера в Богиню совершенно бесполезна в битве?
  Пользуясь тем, что все отвлеклись на вора, который, ловко уворачиваясь от клинков бандитов, успевал не только с поразительной скоростью заряжать арбалет, но еще и отстреливать ближайших "счастливчиков", я спокойно прикрывал его с тыла. Ставил вокруг парня отражающие удары щиты и, зачаровывал врагов, чтобы он с легкостью мог попадать в обездвиженную мишень. Хорошая практика, чтобы освежить свои познания в защитных чарах. Но вот только я немного увлекся... Ну как увлекся - Риэл наравне с оставшимися бандитами поразился, когда его любимый арбалет загорелся синим пламенем, став стрелять огненными болтами. Поражая цель они взрывались, обволакивая мишень синим пламенем, в мгновение ока сжигая ее до горстки пепла.
  Я так увлекся, что даже не блещущие умом и сообразительностью враги заметили какой-то подвох во внезапном воспламенении оружия противника и повернулись ко мне, одиноко стоящему в темном уголке и махающего в воздухе руками.
  - Это я молюсь Великой, - почему-то решил оправдаться я, смотря, как двое бандитов к явному облегчению Риэла, тяжелой поступью направились ко мне. - А за нападение на священнослужителя Богиня жестоко карает.
  Ой, как жестоко карает - избивает грешников тяжелыми Проповедями...
  Но, как и следовало ожидать, тихому лепету слабого на вид жреца никто не прислушался. А зря...
  ... Устало усевшись на немного опаленный огнем стул, я умиротворенным взглядом осмотрел "поле битвы". Противно пахло паленым, перебивая застоявшееся амбре, царившее в доме. Рыжий вор, устало облокотившись на стену, с облегчением опустил руку держащую арбалет. Заклинание, окутывающее оружие, мерцая синим пламенем, плавно исчезло, оставив за собой еле уловимый запах озона. Левая скула парня стала набухать, правая рука, в которой он держал свое оружие, дрожала. Из-за раны на плече из-под рукава кожаной куртки слабо сочилась кровь, заливая пальцы и арбалет. Я поразился мастерству Риэла. Несмотря на то, что он в пылу драки получил травму руки, это никак не отразилось на его меткости. Он что, все это время терпел адскую боль или у него просто шок? Ведь его пальцы должны были онеметь... Ладно, сейчас главное - как можно скорее исцелить рану пока шоковое состояние не прошло. А вот куртку, наверное, ждет печальный конец. Как и его арбалет. Хлипкое все же у Риэла оружие, не может выдержать даже простенького заклинания "пламя Каскаллы". Вот у моей книжки даже страницы не опалились... Наверное, все же я перестарался, когда наложил такое же заклинание на Проповеди Богини. Все же со стороны это выглядело дико - объятая синим пламенем книга крушит врагов одним ударом...
  - Все-таки это было полным безумием, идти вдвоем в дом кишащими бандитами... - заключил я, осматривая погром, учиненный мной и Риэлом. Бедный дом - капитальным ремонтом тут не отделаешься.
  - И о чем я думал, когда звал его с собой? - обращаясь в пустоту, вздохнул вор. Повернулся ко мне, смерив самым грозным взглядом. - Какого демона я вдруг стал приманкой? По плану было, что мы в-дво-ем крушим сволочей!!
  А я удивленно смерил вора взглядом. Да?
  - Ты же сам назвал себя "моим рыцарем", - в шутку брякнул я. - И к тому же, ты ведь не считаешь, что у тебя чудесным образом воспламенился арбалет, а от ударов уберегла Пресветлая?
  - Ну да. Уберегла, - парень скептически вздернул бровь, и слегка поморщившись, прикрывая левой рукой свою рану, отошел от стены. Внимательно разглядел свой разваливающийся, опаленный пламенем арбалет. - Старушка Моли явно не ожидала такого подвоха...
  Он что, назвал оружие женским именем? У него точно с головой не все в порядке. Может он случайно ударился и сейчас бредит?
  Когда я, под ворчание Риэла насчет загубленного оружия, исцелил его руку, с горечью констатировав, что он будет жить, в углу кто-то замычал. Мы удивленно повернулись на звук. А главарь этих недомерков оказался крепким - несмотря на мои удары, он все еще живой. Вот только сотрясение мозга - это не легкая царапина, после которой можно легко подняться и связно мыслить. Боюсь, что без моей помощи он не сможет подняться.
  - Может, пересмотрим план? - спросил я у насторожившегося напарника. Он нацелился на мычащее тело многострадальным арбалетом, но оружие жалобно скрипнуло, и порвалась тетива. - Я, конечно, могу и сам отыскать кристалл, но легче, если он нам покажет, где тайник.
  Риэл жалобно, с надрывом в голосе хныкнул, рассматривая причиненный его Моли ущерб и вздохнул:
  - А смысл? Мне эта побрякушка не нужна. Что-то неохота собственноручно лезть в петлю. Святоши, как ревнивые бабы - не отстанут, пока не сведут со света.
  А вот мне очень любопытна эта реликвия. Кто еще из магистров сможет похвастаться, что изучал бесценный артефакт жрецов? Риэл очень точно подметил, что порой священнослужители ведут себя как ревнивые жены, ни за что на свете они не дадут свое сокровище в чужие руки. А если ты случайно его взял, то все - подыскивай себе местечко на погосте.
  Не став слушать вялых возражений моего напарника, которого больше интересовал испорченный арбалет, чем полуживой бандит и бесценная реликвия духовного мира, я направился к углу, стараясь обходить тела бандитов. Я думаю, что жрец с заляпанной кровью мантией будет смотреться на улицах священного города как минимум дико.
  Немного понежившись под целебными чарами, главарь шайки разлепил веки, неосмысленным взглядом посмотрев на меня. Подошел Риэл и, рывком подняв тушу мужчины, усадил ее на один единственный целый стул. Похоже, вор справился со своим горем и решил принять участие в допросе. Зная его, я могу предположить, что он просто сомневается в моих способностях выбить правдивые ответы.
  - К-кто... что... мне, - промычал главарь, постепенно приходя в себя. Риэл, особо не церемонясь, влепил ему оплеуху. Я возвел очи к потолку. Я старался, потратил силы, приводя мужчину в работоспособное состояние... Парень что, не понимает, что человеку, перенесшему сильное сотрясение мозга противопоказаны оплеухи?
  - Риэл... - вздохнул я. - Можно понежней...
  - Нежнее я только с дамами. Колд... Ник, просто постой в сторонке и посмотри, как работают профи.
  Я развел руками. Ну как знаешь. Я мог бы запросто вытащить все знания прямо из его головы, воздействовав на разум, но если Риэлу так хочется пойти сложным путем....
  - Че... че происходит? - внятно заговорил главарь, полностью придя в себя. Повертел головой, с ужасом округлив глаза. - Как! Я...
  - А ну живо сказал, куда припрятал кристалл! - рыкнул на него рыжеволосый парень, достав кинжал.
  - Че...
  - Кристалл!! Где чертов кристалл!!
  Бандит недоуменно округлил глаза, с опаской косясь на направленный на него кинжал. Он, сглотнув застрявший в горле ком, внимательно посмотрел на Риэла и испуганно сжался на стуле.
  - Т-ты-ы, - с дрожью в голосе пролепетал мужчина, похоже, совсем забыв про заданный ему вопрос. - Я тебя з-знаю...
  - Да? - подал голос я. А вот этот факт очень интересен.
  - Рыжая шевелюра... шрам на бров-ви... и на скуле... К-король?
  Я от удивления потерял дар речи. Король? Он? Да не... Но самое странное было в том, что главарь шайки не врал, я чувствовал, что он говорит правду. Может бандит имел в виду того короля, который имеет для него вес? Неужели Риэл - Теневой король?
  - Обознался, - прошипел вор, приставляя к горлу допрашиваемого кинжал. - А ну живо говори где...
  - Я был на сборе в столице, - скороговоркой испуганно пропищал мужчина, зажмурив глаза. - Я запомнил, запомнил портрет... живая легенда... К-король Риэл, самый молодой из всех...
  - А ну заткнул пасть!
  - Почему же, - хмыкнул я, скрестив на груди руки. - Мне очень интересно.
  - Это не относится к делу, - Риэл повернулся ко мне, недовольно нахмурив брови. Похоже, ему не очень нравилось, куда зашел разговор. - Я потом все объясню.
  - Я...я умер? - спросил главарь, смотря на вора со смесью ужаса и восхищения. Нда, я не ожидал, что Риэл у нас местная знаменитость.
  - А?
  - Вас же убили...
  - Да, ты уже покойник, - спокойно подтвердил опасения тронутого головой бандита вор. - А сейчас ты на суде Богини, - он показал рукой на меня. - Этот жрец будет решать куда тебе - наверх иль вниз. Если не хочешь вечные муки, живо отвечай на все мои вопросы. И без фокусов, понял?
  Совсем зашуганный мужчина утвердительно кивнул. От прежнего гонора и власти, которой он обладал, когда я только вступил в эти стены, не осталось и следа. И что с людьми делает страх?
  - Где кристалл?
  - К-какой кристалл?
  - Вещичка святош. Где?
  Главарь резко побледнел и чуть не заплакал, испуганно взирая на грозного Риэла. Мужчина, набрав побольше воздуха, пересилив себя, выдохнул:
  - Нету. Девка-блондинка забрала.
  Меня стали обуревать подозрительные сомнения. Нет, мужик не врал, но может Петра... Много ли еще в городе блондинок, у которых хватит наглости забрать у шайки бандитов реликвию?
  - Что за девка? - спросил я. Надо уж точно удостоверится. А то, когда разговаривал с крестницей, я не почувствовал лжи, но это еще могло означать одно - она что-то могла не договорить или повернуть информацию в свою пользу. Магов с раннего детства учат манипулировать словами, чтобы общаться с себе подобными.
  - Кэп еле словил девчонку со святошей. Много ребят погибло... долго ловили. Ее парня, эту златовласку сразу в храм сдали - Кэп сказал, мол, лишние проблемы не нужны. Жалко было... сдавать. Хоть и мужик, но выглядел как баба - кожа мягкая, гладкая, глаза светлые... то ли зеленые, то ли голубые, худющий, как пацан. Запал в душу. Если бы не приказ, оприходовали бы на месте. А так, нагрудный доспех сняли, тюкнули по голове, чтоб не сопротивлялся и в этой... длинной рубахе, что святоши носят, сдали... Девчонка - бестия. Всем мужикам ногой двинула... Свихнувшаяся баба. Кэп ее тоже приказал не трогать. Да не больно и хотелось. Попинали чуток, полапали, да и заперли в кладовке. На следующее утро приходим, а ее нет, да и этот кристалл забрала. Пробралась в комнату к Кэпу ночью и достала камень. А Кэп его берег... говорил, мол, ценная вещь, хороший куш отвалят - все разбогатеем. Счас... Девка как сквозь землю провалилась. Думали, что к своему дружку пойдет, а ее нет...
  - А где этот Кэп? - поинтересовался вор.
  - А я почем знаю? Когда понял, что блондинки нет в городе, смотался. Многие из наших смотались. Че делать, если дельце обломилось.
  - А ты? Почему не смотался?
  - А куды? У нас тут дельце новое обрисовалось, думали к Королю тутошнему пойти...
  Я вздохнул, выслушав рассказ до конца. Чувствую, что сегодня будет Серьезный разговор с Петрой. Тоже мне удумала - не договаривать своему дяде, тому, кто согласился спасти ее Шиона, такую важную деталь. Думаю, что мы узнали все что нужно...
  - Ладно, - устало проговорил Риэл, обращаясь к своему пленнику. - Слушай приговор. Правду хоть бормотал?
  Главарь шайки утвердительно закачал головой.
  - Правду, правду, - подтвердил я.
  - Ну тогда...- Риэл с силой ударил бандита рукояткой кинжала по голове. Мужчина, удивлено ухнув, вновь погрузился в небытие, упав со стула на грязный пол. - Тогда ... живи.
  
  Закутавшись в плащи, я и Риэл медленно шли по снежной мостовой. Мой прогноз сбылся - пошел снег, окутав белой пеленой весь город. Уставшие, полные сомнения, мы направлялись к таверне. Я улицы Селенвиля знал еще не слишком хорошо, так что меня вел вор. Несмотря на то, что наш поход принес плоды, у меня было паршивое настроение. Петра, моя крестница, впервые в жизни утаила от меня такие подробности. Скрыла, что реликвия, из-за которой и пошла вся эта заварушка, осталась у нее в руках... Я ради нее готов был пойти на любые жертвы, ведь она для меня не чужой человек, часть семьи, а она... Горечь. Разочарование в человеке. Я надеялся, что у Петры была на это особая причина...
  - Когда меня нет, Петра тут же влезает в неприятности, - вздохнул Риэл, нарушив затяжное молчание. Он ссутулился, нахмурив брови. - Непутевая девчонка...
  - Вот тут я совершенно с тобой согласен.
  Парень слабо улыбнулся. Он был бледный. Ему нужно хорошенько поужинать - несмотря на то, что я исцелил его раны, он потерял много крови, и организму требуется время, чтобы восстановить потраченные силы.
  Чтобы поддержать некое подобие милой беседы и скоротать время, я спросил:
  - Так что там насчет Теневого короля? Ты обещал все рассказать.
  - Да так, - отмахнулся вор. - Ничего особенного. Был я Теневым королем пару лет. Скукота и проблем по самое горло.
  - А кое-кто считал иначе...
  - Ну прославился я будучи мальчишкой. Взлетел вверх после пары дельц... Прозвали легендой, в семнадцать лет стал главой... Наивный был. Когда появились крупные проблемы, решил по-быстрому смотаться. Знакомый интрижку против меня организовал, - усмехнулся парень. - Хорошую интрижку - не отмазаться. Когда я сбежал, с новым Теневым королем, этим интриганом, кое-что не поделил.
  - Интересно знать что?
  - Жизнь. Видишь ли, у нас, по законам братства, следующим Теневым королем, можно стать только после смерти предыдущего. А мне что-то не очень хотелось оказаться в канаве раньше срока. Он-то думал, что сможет меня этим заговором убить. Да только я раньше смекнул в чем дело и выбрал единственный выход. Власть это хорошо, но жизнь дороже. Я порвал все связи и, инсценировав свою смерть, залег на дно.
  - А с Петрой после познакомился?
  - Да не, - поморщился вор, погрузившись в неприятные воспоминания. Видимо, ему тяжело досталась свобода. - Я же говорю, что пришлось порвать все связи... Я не хотел, чтобы ее коснулись мои проблемы. Она и так подвергала свою жизнь опасности, находясь рядом со мной...
  - И ты решил, что для нее будет лучше, если вы расстанетесь, - констатировал я. Риэл утвердительно кивнул.
  - Эта жизнь в прошлом. Колдун, - обратился ко мне вор. Он, хмурясь, Серьезно на меня смотрел. - Не говори Петре про этот разговор. Я помогу ей обрести счастье со святошей и сразу уйду. Я не буду больше ни тебе, ни ей докучать.
  - Ладно. Я сохраню все в секрете.
  - Спасибо, - улыбнулся рыжеволосый парень. Он остановился и, закрыв глаза, поднял голову. Снежинки плавно опускались на его лицо, превращаясь в маленькие холодные капельки. - Знаешь, я люблю снег. Всегда стараюсь хоть немного постоять под снегопадом. Ведь он может стать для меня последним...
  Я удивился таким пессимистичным ноткам. Похоже, что у парня крупные проблемы. Я даже догадываюсь почему...
  - Это из-за того что ты сегодня навещал своих старых друзей?
  - Да... За мной снова будут охотиться... Теневой король Гестел очень удивился, когда к нему пожаловал покойник, которого он собственноручно пытался убить... Я уже говорил, что меня все любят?
  
  
  Глава 4. Проклятие "Слез Элисень"
  
  - А ты веришь в Богиню?
  - Нет.
  - А она в тебя верит... А ты любишь Петру?
  - Ну, возм... Эй, это личное!
  - А Богиня знает все твои мысли ... А ты был на исповеди?
  - Колдун, ну че ты ко мне пристал! Иди доставай прохожих!
  Пособие "Как достать собеседника за три вопроса"
  Автор - Никериал Ленге
  
  Ирен
  
  Мне было скучно. Я считала, что отправившись в путешествие с головой погружусь в приключения, буду драться против толпы бандитов и разгадывать тайны Великой Элисень, но вся моя роль свелась к простому безделью. Меня просто оставили с Петрой куковать в таверне, строго настрого запретив выходить на улицу. После того как Ник и Риэл ушли, я попыталась наладить отношения с крестницей колдуна. Узнать ее получше, поболтать о пустяках, королевском дворе и Совете магов, но или я задавала неправильные темы, или просто девушке претило мое общество, и наш разговор не заладился.
  В последние дни Петра стала вялой, угрюмой и несговорчивой. Казалось, что она Серьезно больна или ее что-то сильно глодало, изнутри пожирая ее душу, - от прежней улыбающейся и веселой волшебницы не осталось и следа. В присутствии Ника и Риэла она еще пыталась изобразить жизнь, надевая жизнерадостную маску, но как только мы оставались наедине... Я пыталась с ней поговорить, спросить, что случилось, но легче провести дипломатические переговоры с гномами, отвоевав у них пару златоносных рудников, чем выдавить из старшей дочери Лиры хотя бы одно предложение. Спрятавшись ото всех в нашей комнате, она сидела на стуле возле окна и, не мигая, смотрела на золотые башни Главного кафедрального храма Силенвиля. Завтрак, который я принесла ей с кухни, Петра с презрением отодвинула, только с жадностью выпив целый кувшин воды, будто она мучилась нестерпимой жаждой.
  Беспокоясь за свою новую подругу, но не в силах помочь, я решила спуститься в зал. Целый день я наблюдала за Петрой, пыталась выяснить причину ее поведения, но, не солоно хлебавши, уставшая телом и духом, я пошла вниз. Там ко мне сразу пристали молодые подавальщицы, наперебой став расспрашивать вкусы и предпочтения колдуна. Я ничего не понимала. Если им так не терпится очистить душу на исповеди, зачем им знать такие подробности личной жизни Ника? Даже если предположить, что он им понравился не как духовный служитель Пресветлой, а как мужчина, во что я совершенно не верю, как им может нравиться Ник? Конечно он симпатичный, но его характер напрочь убивает в нем все его положительные качества. Он циничный, эгоистичный хам и извращенец, убивший за свою жизнь уйму таких же наивных и невинных девушек, как эти дамы. Конечно, доказательства его вины еще не найдены, но я их найду... возможно... займусь поиском, когда потеплеет... или летом, но я найду! Даже если судить по легенде, которую придумал Ник, влюбиться в него совершенно невозможно - он же жрец храма, а священнослужители дают священные обеты, и их строго настрого запрещено нарушать.
  Но девушки были настойчивы, и я с удовольствием, придумывая на ходу причуды и привычки "моего брата", стала рассказывать подавальщицам небылицы.
  Я так увлеклась, придумывая истории про то, как моего брата цапнул за нос рак, которого он хотел приобщить к вере в Великую, или как его загнали на дерево волки, когда он пытался им доказать, что они не правы, нападая на людей, что не заметила как на улице потемнело. Появились посетители, ворчавшие насчет внезапного снегопада, Гренет зажгла свечи и растопила камин, прогнав остатки холода из таверны, на работу пришла веселая девушка-менестрель, став играть свою новую задорную песню, а к моему столику подтянулись и другие слушатели, став ловить каждое мое слово о приключениях непутевого и наивного жреца. Одно меня печалило и не давало покоя - я своими руками создала образ романтичного героя, который перенесет через реку даму на руках, стращает бандитов так, что те со слезами на глазах сразу принимают веру в Богиню и сдаются властям... Я так увлеклась, что не сразу заметила, что все женщины таверны томно вздыхая, куда-то смотрят вдаль влюбленными глазами...
  Вдруг дверь распахнулась, и в зале появился Ник. Я его узнала сразу - несмотря на то, что он надел на голову капюшон, его самоуверенная, стремительная походка совсем не изменилась. Я, вмиг вскочив со стула под недоуменные взгляды слушательниц, подбежала к магу. Мне не терпелось узнать о подробностях его путешествия в храм. Я бы сама пошла с ним, чтобы своими глазами хоть раз в жизни посетить эту святыню, но Ник мне запретил, сказав, что энергия храма может разрушить чары.
  От его плаща веяло морозом и еле уловимым запахом гари. Он, сняв мокрый из-за таявшего снега капюшон, крепко меня обнял, тихо прошептав на ушко:
  - Где Петра... - не дав мне опомниться от такого странного вопроса, он громко, как будто стараясь на публику, завил - Сестренка! Надеюсь, ты хорошо себя вела в мое отсутствие и чтила Великую?
  Я, отстранившись и спрятав свое возмущение по поводу такой вольности с его стороны, коротко кивнула и, как бы заправляя за ухо прядь волос, пальцем показала в сторону лестницы ведущей на второй этаж. Думаю, если бы я применила изысканные дворцовые намеки, он, в связи с полным отсутствием приличного воспитания ничего бы не понял. Да и веера под рукой не было - пришлось придумывать все на ходу.
  - Господин жрец!
  Я и Ник удивленно повернулись в сторону столика, около которого кучкой стояли мои бывшие слушательницы. Я немного занервничала - у них был нездоровый блеск в глазах, и женщины не отрывали своего взгляда от колдуна. Такое странное внимание к своей персоне не могло утаиться от Ника. Он, изогнув бровь, в немом вопросе уставился на меня. Как он смог так быстро вычислить источник проблемы, навсегда останется для меня загадкой. Я попыталась невинно похлопать глазками и мило улыбнуться магу, но, фортуна сегодня явно была не на моей стороне. В глаз внезапно что-то попало, и я усиленно его тереть, скривила губы в подобие улыбки, отпугнув своей "красотой" проходящих мимо мужиков.
  Нда, а я уже стала забывать о том, что мерзкий колдун наградил меня внешностью мадам Красхильи после недельной пьянки... О, извините, где мои манеры? (А все пагубное влияние одной невоспитанной персоны)... Наградил меня внешностью досточтимой мадам Касхильи после празднования ее сорок третьего дня рождения.
  - Господин жрец! - вновь хором прокричали дамы.
  Никериал, обреченно вздохнув и нацепив на лицо обворожительную улыбку, повернулся к столику.
  - Слушаю вас, дети мои.
  - А вы возьмете меня с собой в путешествие? - крикнула рыжеволосая женщина лет тридцати пяти. Ей наперебой вторили еще пять дам.
  - Ч-что? - у Ника вмиг померкла улыбка, он, побледнев, ухватился за мою руку, чтобы не упасть. Я немного скривилась от внезапной боли и тяжести.
  - Вы будете носить меня на руках? - с потаенной надеждой в голосе стрельнула глазками женщина с телосложением нашего главного королевского повара.
  - А защищать мою честь? - восхищенно улыбнулась ее соседка, показав всем свои гнилые зубы. Мне было неловко это признавать, но на свете существуют люди страшнее этого богомерзкого морока.
  - Сначала наша исповедь! - отпихнув соперниц вставили свое слово три подавальщицы, на мгновение отвлекшись от своей работы.
  - Д-дамы, - заикаясь, нервно растянув губы в улыбке, сказал маг. - Я б-благодарен в-вам за оказанную мне честь, но мое Сердце уже давно и безвозвратно отдано Богине.
  Со всех сторон послышались огорченные вздохи. Ник содрогнулся, узнав количество своих поклонниц. Я наверное сейчас сплю и мне снится кошмар. А как еще это объяснить? Что с ними? Почему дамы так странно себя ведут? Ник что, их околдовал, подыскивая себе новых жертв? Почему... Ну почему они смотрят на мага, будто он посланник Великой?
  - Совсем-совсем отдано?
  - И никак не исправить?
  - Даже немного?
  - Никак нет, - еще печальнее дам вздохнул колдун и, осенив пространство знаком Богини, дополнил. - Но я всегда готов принять у вас исповедь...
  - Правда? - перебив "жреца", почти одновременно выкрикнули женщины.
  - Но только завтра, - поспешно выкрикнул Ник и, быстро схватив меня за руку, чуть ли не бегом пошел к лестнице.
  Я оглянулась назад. Если дамы провожали "жреца" влюбленными взглядами, то из посетителей таверны так и сочилась ненависть. Ведь их жены тоже попали под чары мага. Даже Гринет, грозная хозяйка таверны, мечтательно улыбаясь, смотрела нам вслед...
  Не волнуйтесь гражданки моего королевства! Я не дам вас в обиду! Я защищу вас от злых чар, и вы не станете новыми жертвами ритуалов злодея!
  
  Дверь в нашу с Петрой комнату была приоткрыта, и оттуда доносился чей-то осиплый обеспокоенный голос:
  - Петра... Милая... Что с тобой?
  Маг нахмурился и решительно вошел в комнату. Я пошла следом, закрыв входную дверь номера на замок. Ник, войдя в мою комнату, создал белый огонек, который, ослепительно сверкнув, озарил царивший здесь полумрак. Дочь Лиры сидела на том же месте, как и пару часов назад, когда я покинула комнату. Риэл стоял около двери, не отрывая взгляда от хрупкой фигурки девушки, сидящей около окна. Как он так быстро оказался в нашем номере? Неужто залез через окно в комнате Ника?
  В комнате царило сильное напряжение, которое как будто давило на тебя, заставляя строить ужасные предположения. Я испугалась - по моей коже пробежали мурашки, я замерла на месте не в силах даже сделать шаг, чтобы помочь подруге.
  - Петра Гоннери! - властно произнес маг, нарушив тягостное молчание. Он как будто по мановению руки снял с меня оцепенение, заставив мое Сердце биться чаще от испуга. Светловолосая девушка, будто только что очнувшись ото сна, удивленно приподняв брови, повернулась к нам. Тени от светового огонька рисовали на ее лице страшную картинку - казалось, что перед нами сидит только что воскресший мертвец.
  - Девочка моя, - еле слышно прошептал рыжий вор, сделав неуверенный шаг вперед. - Что... как ты...
  - Что-то произошло? - искренне удивилась Петра, смотря на нас как на умалишенных. От ее прежней маски страдалицы не осталось и следа. Может, я просто брежу, и все это мне привиделось? Может на самом деле Петра не сидела на стуле как истукан, пугая окружающих своим поведением?
  - Не притворяйся, - фыркнул Ник, и лениво махнув рукой, зажег все свечи в комнате. Ослепительный огонек погас, комната наполнилась ровным, теплым светом. - Мы всё знаем.
  -Что всё? - улыбнулась Петра, непонимающе хлопая глазками. Я если честно сейчас тоже ничего не понимала. Что этот спектакль все значит? Что творится с колдуном и вором? Я, конечно, понимаю, что Петра ведет себя в последнее время странно, но нельзя же ее за это винить.
  Бесчувственные мужланы! Девушка просто волнуется за своего любимого!
  Только я открыла рот, чтобы возмутится поведению мужчин, как Ник, будто предчувствуя мои слова, коротко отрезал:
  - Ирен, не лезь.
  Я возмущенно фыркнула, но послушалась. Больно надо лезть в их разборки. Мне просто не нравится, как они разговаривают с Петрой, будто она заговорщица, задумавшая свергнуть короля.
  - Мы все знаем про реликвию, Петра. Про эту гребанную вещицу святош, - Риэл, саданув кулаком о стену, стремительно приблизился к сидящей волшебнице. - Где она?
  - Ты о чем? Что со всеми вами?! Это шутка? Если да, то ни капельки не смешно.
  - Господи, Петра, харэ притворяться! - не выдержав, крикнул вор. - Я и твой родственничек были у тех придурков, и знаешь, что они нам про тебя наваяли?
  - А ты не кричи на меня! - девушка встала и грозно сощурила глаза. - Тоже мне разорался! Ты что, дурмана обкурился, а?
  - Петра, - вздохнул Ник, спокойно подойдя к своей крестнице и вору. - Куда ты дела кристалл?
  Я открыла от удивления рот. Ничего себе поворот событий... Только, что это за кристалл? Что здесь происходит?
  - Что с вами? - не выдержав, крикнула я, смотря на эту троицу. Не люблю, когда от меня что-то скрывают. - А ну быстро объяснились!
  - Ну вот, у нашей куколки проснулась привычка командовать, - усмехнулся Риэл, посмотрев на меня, и показал рукой на свою бывшую девушку. Та, скрестив на груди руки, недовольно переводила взгляд со своего дяди на вора. - Ты у своей подруги спроси, почему она сочинила миленькую историю про похищение реликвии.
  - Я не сочинила! У меня и Шиона правда отобрали...
  На девушке скрестились недоверчивые взгляды мужчин. За стеной пьяные посетители заголосили какую-то песню, громко бренча бутылками и топая ногами, на улице заунывно завыла собака...
  - Петра... что ты не договорила?
  Светловолосая девушка обреченно вздохнула и плавно опустилась на стул. Я осторожно подошла к ней и положила на ее плечо свою ладонь - если что, я не дам ее в обиду. Петра благодарно улыбнулась.
  - Ладно, я все расскажу, но только пообещайте, что не будете кричать. Особенно это касается дяди.
  - Что, все настолько плохо? - усмехнулся маг, убрав с лица мешавшие волосы. Я на миг представила себе истерику Ника, взяв за основу нервный срыв советника Розари, когда тот увидел бюджет страны. И вправду, ужасное зрелище...
  - Может быть, - Петра пожала плечами.- Смотря, как ты к этому отнесешься.
  - Не тяни кота за хвост, а рассказывай, - нетерпеливо нахмурился вор, опершись рукой на подоконник. Все замерли в ожидании. Мое Сердце забилось сильнее готовое в любое мгновение выпрыгнуть из груди. Наконец-то в этой поездке случилось хоть что-то интересное.
  - Я не врала, когда говорила что меня и Шиона поймали в ловушку и отобрали "слезы Элисень". Просто я... я решила, что спасение Шиона важнее, чем... времени с каждым мигом остается все меньше. А я ведь тебя знаю дядя, ты никогда бы не согласился спасать моего жреца, пока не убедился бы, что со мной все в порядке... Даже сейчас остальное не важно, пока он не окажется в безопасном месте!
  - Что случилось, Петра. Хоть это ты мне можешь рассказать? Я уже в Сиенвиле и не убегу, нарушив свое обещание.
  - Точно? Просто... просто обещай дядя, что независимо от того что узнаешь, спасешь...
  - Петра, - перебив девушку, раздраженно буркнул вор. - Не нагнетай. Если я обещал что помогу, так что ты зря волнуешься? Да и твой родственничек вряд ли тебя бросит в последнюю минуту.
  - И я... - я решительно посмотрела в глаза племянницы колдуна. - Род Келионнендора никогда не нарушит данного слова! Обещаю, даже если ты вызвала из глубин Преисподней демона и вырезала целое поселение невинных людей, ты навсегда останешься моей подругой!
  - Ого, - удивился Ник. - Какое смелое обещание...
  - Молчал бы, душегуб невинных девиц, - недовольно прошипела я, пряча руки за спиной, удерживая себя от желания оттаскать Ника за его длинные волосы. Как он порой меня раздражает! Я хочу приободрить подругу, а он изволит шутить! Я этому колдунишке еще не простила того, что он очаровал своей богомерзкой магией невинных дев таверны.
  - Нет, ничего такого, - слабо улыбнулась Петра, пряча в пол глаза. - Просто... просто я разбила кристалл.
  Мы пораженно замерли, не в силах вымолвить и слова. У Ника в тот момент было такое выражение лица, что я Серьезно стала опасаться, что у него может случиться Сердечный приступ, или он без чувств упадет в обморок. Риэл, приоткрыв от удивления рот, плавно осел на пол, явно позабыв слова. Единственной, кто не так сильно впечатлился сказанному, оказалась я. Я просто не совсем понимала происходящее вокруг действие. Мне слабо верилось, что так называемую реликвию духовного мира можно было легко разбить - наверняка это была дешевая подделка. У меня не было такого же, как и у колдуна скептического отношения к священнослужителям. Я считала, что жрецы давным-давно спрятали свою бесценную реликвию, выставив на ее место подделку. Также поступал и мой отец - в нашей казне не было настоящих фамильных украшений и артефактов, все ценное король спрятал в потайную комнату, доступ к которой могли иметь только те, в чьих жилах течет кровь рода Келионнендора.
  - Я с самого начала догадывалась, что это лишь жалкая подделка, - нарушив затянувшееся молчание, сказала я. Наконец-то я могу доказать свое превосходство над этими наивными неучами, а то не все же им одним надо мной смеяться. - Служители Великой не глупы, чтобы так легко дать украсть их святыню.
  - Ты не права... - вздохнула Петра. Я возмутилась. Это почему это я не права? Я всегда права! - Реликвия оказалась настоящей.
  - Какая-то хрупкая реликвия. - Риэл уселся на полу поудобнее, скрестив под себя ноги. - У всех жрецов руки растут из одного места? Не могли сделать ее на совесть?
  - Может она была слишком древняя, - пожал плечами Ник.
  - Да говорю же - это просто подделка!
  Петра отрицательно покачала головой. Она, посмотрев в окно, на разыгравшуюся на улице настоящую метель, медленно провела пальцем по стеклу. Когда она заговорила, ее голос был тихий, она еле сдерживалась чтобы не заплакать:
  - Я сбежала из плена, прихватив с собой реликвию. Дура, все надеялась, что это сможет спасти Шиона. Но опоздала... я... я упала, как глупо это звучит... я упала и почувствовала, как кристалл треснул и разбился у меня в нагрудном кармане... Я не могу объяснить, что произошло, но помню только то, что мне было нестерпимо жарко, как я задыхалась, еле сдерживаясь, чтобы не закричать от боли... Если бы не Валерий, мы бы сейчас не разговаривали. Я очнулась через несколько дней и узнала про ситуацию в храме... что Шиона приговорили к казни, что только мне под силу его спасти... Нет, я бы и так ринулась за ним даже в жерло вулкана, но так глупо утратив главную ценность Силенвиля... А Валерий даже меня не винил. Такой добрый человек - я подставила его самого близкого человека, а он... - она вздохнула, сжав лежавшую на колене руку в кулак. - Но на следующий день произошло это...
  - Что случилось?
  - Мне больно, я больше не могу терпеть этот жар... с каждым днем все хуже, я чувствую, я ощущаю то, что прежде никогда не чувствовала. Я вижу то, о чем не смела и мечтать... я постепенно схожу с ума, мои мысли путаются, а в голове постоянно звонят колокола кафедрального храма... Люди ходят, молятся... я вижу их мысли, чувства, судьбы...- из глаз девушки помимо ее воли полились слезы. Риэл, привстав, сострадающе смотря на Петру, протянул вперед руки, наверное, хотел ее обнять, чтобы утешить, но опомнившись, резко сел на место. Ник был хмур, он внимательно смотрел на племянницу, ничего не предпринимая. - Порой я теряю связь с реальностью... и это происходит все чаще.
  Петра быстро вытерла тыльной стороной ладони слезы и с надеждой посмотрела на Ника. Когда отец приговорил меня к замужеству, я сразу, без промедления поняла, что сбегу. Когда я попала в замок колдуна, я чувствовала, что без помощи не дойду невредимой до города, я знала, что должна остаться и переждать зиму и ажиотаж по поводу моего исчезновения. А сейчас, я впервые в жизни не знала, что мне делать. Сейчас уверенная в себе волшебница выглядела такой ранимой и беззащитной, а я стояла как истукан и отстраненно наблюдала за происходящим. Как я могла проворонить такие переживания? Почему Петра так глубоко спрятала свои чувства? Боялась, что если мы все узнаем, то не захотим ей помогать спасать Шиона? Это не похоже на дворец. Никто не пытается играть своими эмоциями, чувства здесь такие искренние, настоящие, что становиться нестерпимо больно в груди. Похоже, я начинаю забывать, что значит жить при королевском дворе...
  - Не важно, что со мной будет, не важно... даже если я умру, - Петра схватила Ника за край рукава робы, решительно посмотрев ему в глаза. - Спаси, обещай, что спасешь Шиона!
  Мне невольно вспомнилась история, которую рассказала Лира. Как она похожа на свою мать в молодости - такая же решительная, жертвует своей жизнью ради любимого. Мне даже стало немного стыдно. Я понимала, что никогда не смогу стать такой же. Я себя чувствовала жалко, ничтожно - я такая эгоистка, забочусь только о себе.
  - Что ты такое говоришь, Петра! - возмутился Риэл, в мгновение ока вскочив на ноги. - Ты подумала обо мне, Нике и своих родных? Богиня, ты думаешь, что твоему святоше будет приятно узнать, как дорого досталась его свобода?!
  - Так я и знал. Ее аура...
  - Что с ней? - нетерпеливо обратился к задумчивому Нику вор.
  - Она пылает тем золотым огнем. Это чувство, - светло-Серые глаза волшебника расширились от удивления. Он видел то, что было скрыто от наших глаз. - Эта энергия пожирает ауру Петры! Она, сжигая прежние плетения, изменяет конфигурацию ауры на нечто новое...
  Я и Риэл неверяще посмотрели на бледную девушку. Я, конечно, мало что поняла из сказанной Ником фразы, но ясно было одно - дело плохо. Петра сидела на стуле, сжимая на коленях руки в кулаки. Ее яркие, зеленые глаза смотрели на Риэла, в них читалось сожаление, некая боль от совершенных поступков.
  - И никак не исправить? - осипшим голосом спросил у колдуна рыжий парень.
  Ник, сжав губы, напряженно посмотрел на меня и Риэла. Похоже, он и сам плохо понимал, как можно было все исправить. Я еле сдерживалась, чтобы не заплакать от страха за подругу, от сострадания к волшебнице. Почему они так смотрят? Почему не могут помочь?
  - Это еще не все...- тихо произнесла волшебница. Все удивленно повернулись к ней. - У меня кое-что появилось на теле, на месте где разбился кристалл, может даже немного выше... Мне кажется, что эти слезы слились со мной... или они попали мне на кожу и...
  Вдруг, к всеобщему удивлению, Петра непослушными пальцами стала расстегивать пуговицы шерстяной кофты.
  Видя, к какому позору стремится себя подвергнуть волшебница, я, возмущенно крикнув, пихнула мужчин:
  - А ну быстро отвернулись от дамы, извращенцы!
  Мужчины, посмотрев на меня как на умалишенную, показно закатив глаза, повернулись к Петре спиной, пробурчав себе под нос:
  - Я вообще-то целитель.
  - Что я там не видел...
  Петра сняла кофту, оставшись в простой белой рубашке на завязках, которые находились у нее спереди. Даже через ткань я видела, как что-то светилось ниже левого плеча, примерно на уровне декольте. Она неспешно стала растягивать завязки, обнажая плечи... Я закрыла ладонью рот, чтобы не закричать от ужаса. Ник и Риэл, увидев мою реакцию, мигом повернулись к светловолосой волшебнице.
  Казалось, что золотой свет был единым целым с бледной кожей волшебницы, что он, плавно переливаясь и становясь ярче, двигался спиралью к ослепительно яркой области кожи. Это было похоже на какую-то невообразимо красивую мерцающую татуировку ракушки, которая рассеялась на коже золотыми капельками... Она была небольшого размера, но кожа вокруг "знака" немного почернела, словно была чем-то больна... Я засмотрелась на "спираль", мне казалось, что она непрерывно движется, что в ее мерцающих капельках скрыт тайный смысл, тайное послание Богини...
  - Все ясно, - спокойно сказал колдун, вернув меня к реальности. - Похоже на эффект Риатондерии. Хотя, честно признаться, это первый случай, когда в слиянии участвовал человек. Наверное, на это повлияло то, что ваши энергии совместимы или, наоборот, совершенно несовместимы, и поэтому "слезы Элисень", соприкоснувшись с кожей, создали такой эффект...
  - Это лечится?
  - Не волнуйся, вандал. Я конечно не специалист в этой области, но и не зеленый новичок.
  - Значит, я перестану слышать голоса? - с надеждой в голосе спросила Петра. - Больше не буду видеть те ужасные события? Тот пожар, разрушения, крики...
  Ник согласно кивнул.
  - Еще минута и я начну верить в Богиню, - нервно усмехнулся вор и устало сел на кровать. Его руки дрожали, но сам он улыбался, будто колдун только что облегчил его душу, выслушав исповедь.
  - Ты что, не веришь в Великую? - возмутилась я. Не может быть! Он атеист!
  - А зачем в нее верить? Она же не существует.
  - А это тогда что? Это ее кара, которая опустилась на похитителей реликвии!
  - Похитителей реликвии убил мой арбалет, а Петра просто неудачно упала и вляпалась в очередную гадость.
  Ник обреченно вздохнул, слушая нашу перепалку, и собрал на затылке волосы в хвост, связав их лентой. Он снял плащ, закатал рукава робы, готовясь к какому-то ритуалу.
  Петра вновь с надеждой посмотрела на своего дядю:
  - Дядя, независимо от того выдержу ли я процедуру или умру, обещай, что не оставишь Шиона. Обещай, что спасешь его...
  - Не говори глупости, - фыркнул маг и, повернувшись к нам, грозно сдвинул брови. - А вы, а ну бегом вышли из комнаты!
  
  * * *
  
  Дверь, громко хлопнув, закрылась. Моему возмущению не было предела! Меня выгнали из комнаты, как какую-то оборванку вместе с этим хамоватым вором! Нет, я бы и сама выставила вон Риэла, негоже даме оголятся перед мужчиной, который ей не брат и не муж, но меня то за что? Подругу Петры! Кто ее поддержит, когда на нее опустилось проклятие Богини за совершенные грехи? Да и кто выгнал! Этот нахальный колдун силком выставил за порог, заявив, что мол, я ему видите ли буду мешать.
  Я, возмущенно фыркнув, последовала минутному порыву - вместе с вором приложила ухо к стене. К демонам воспитание - меня гложет любопытство! Мне казалось, что наглый колдун обязательно будет шептаться о всяких неприличностях с племянницей, промывать косточки мне и Риэлу. Я и рыжий парень стали по одну сторону баррикад - не только мне было интересно узнать, о чем разговаривает волшебник с Петрой.
  Вор, немного постояв и попытавшись подслушать разговоры, нахмурился. И я его понимала - ничего не было слышно. Неужели в тавернах настолько толстые стены? Но рыжий парень не растерялся, он быстро пробежался глазами по прихожей. Вдруг его взгляд задержался на кувшине, который я забыла отнести сегодня утром вниз. Лицо вора просветлело, он, в мгновение ока оказавшись около тумбочки, где стоял поднос, схватил глиняный кувшин и, выплеснув на пол остатки воды, вернувшись к стене, приложил горлышко к стене.
  Я скисла. Теперь у этого невоспитанного нахала есть ценное устройство по подслушиванию разговоров. И даже не конфискуешь данный агрегат - он, к сожалению, не знает слово "галантность". Я, оглядевшись в поисках чудо-устройства, увидела простую кружку. Конечно, это не совсем то, что я хотела, но на большее, увы, в таком захолустном месте можно не рассчитывать. Не теряя минуты, я подбежала к ней, но только я взяла кружку в руки, как вдруг дверь спальни с грохотом распахнулась, и в проеме появился расСерженный Ник. Он, грозно сощурившись, посмотрел на замершую картину, став похожим на моего отца, когда тот застукал заговорщиков за составлением планов по его свержению.
  - И что это все значит? - учтиво поинтересовался он. Я попыталась спрятать кружку за спину. Вор, взяв кувшин нормально, в мгновение ока оказался рядом со мной.
  - Ирен решила попить водички, а я ей помогаю, - нагло соврал Риэл, делая вид, будто хочет налить воды в мою кружку. Я ему по мере своих сил и возможностей старалась подыграть, подставив под воображаемую струю воды так и не состоявшееся приспособление по подслушиванию.
  - Да, да. Конечно. Риэл предложил свою помощь.
  - Там же пусто, - заметил Ник, скрестив на груди руки.
  - Да? - Риэл, изобразив самое настоящее удивление, посмотрел внутрь кувшина. - И вправду. А я и не заметил.
  - Какое горе... - вторив вору, как можно печальнее вздохнула я.
  Ник ухмыльнулся, сделав вид, что полностью нам поверил и как бы невзначай молвил:
  - Тогда вы не против, если я поставлю на комнату "полог тишины"?
  Я нахмурилась. Это заклинание всегда ставит наш королевский маг на комнату, в котором проходит совещание отца. Сколько я ни старалась, куда бы ни залезала, я никогда ничего не могла подслушать. "Полная звукоизоляция", как любит довольно мурлыкать мой отец, смотря на свою чумазую дочурку.
  Вор показно фыркнул и махнул рукой.
  - Конечно нет!
  А я вот не была так счастлива. Теперь мы точно ничего не узнаем. И как Риэл может это спокойно говорить? Бесчувственный хам! Он что, ни капельки не волнуется за Петру?
  Колдун, вдребезги разрушив мои мечты и надежды, довольно щурясь закрыл дверь, оставив меня и Риэла с горечью думать о сложившейся ситуации.
  Вдруг вор, просветлев лицом, быстро поставил на поднос кувшин и ринулся в комнату, где он и Ник спали. Я, бросив рядом с кувшином кружку, поспешила за ним. Что он задумал? Риэл не тратя время на разговоры, распахнул окно, впустив в комнату холод и случайно залетевшие снежинки.
  - Что ты делаешь? - удивилась я, наблюдая за тем, как вор ставит правую ногу на карниз. В комнате было темно, но я смогла разглядеть довольную ухмылку рыжего парня. Похоже, ему нравилось то, что он задумал. А мне что-то не по себе от его идеи.
  - Как что? Я хочу узнать, что творится в комнате. Меня что-то не прельщает оставлять тех двоих наедине.
  - Но там звукоизоляция!
  - Для того чтобы смотреть, не нужны уши, - фыркнул наглый вор и полностью выйдя на улицу прикрыл за собой окно.
  Я осталась одна. Повторять подвиг парня меня что-то не тянуло, и я решила, чтобы хоть как-то себя развлечь, зажечь свечи в прихожей. Я не хотела случайно сломать в впотьмах ногу, споткнувшись о половицу. В комнате было прохладно, я, кое-как заставив гореть первую свечку, осторожно, моля Богиню, чтобы та не погасла, открыла дверь в прихожую, как вдруг...
  Вдруг дверь комнаты Петры с грохотом раскрывается, и за порог кубарем вылетает Риэл.
  - Я сказал не мешать мне! Что непонятного! - слышу я недовольный голос Ника.
  - А я и не мешал... - вор тяжело поднялся, небрежно отряхиваясь от пыли. - Кому я нафиг мешал? Ты сделал из мухи слона!
  - Подглядывание не делает тебе чести...
  - А раздевать Петру делает?
  - И ревность, кстати, тоже... - усмехнулся колдун и закрыл дверь в комнату, оставшись с нами в прихожей. - Ты считаешь, что я смогу вылечить ее сквозь одежду?
  Я стояла на пороге, осторожно прикрыв ладонью свечку, чтобы та не погасла, пока я наблюдаю за небольшой сценкой. Так я и знала, что план Риэла провалится. Никогда ему не быть шпионом.
  - Отлично! Хорошо, ты своего добился! Я ухожу!
  - Риэл, ты куда? - я посторонилась, пропуская вора к заветному окну.
  - К оружейнику, - мрачно буркнул вор, войдя в комнату. - Этот колдунишка зверски изуродовал мою Молли!
  - Он издевался над твоей девушкой?! - поразилась я.
  - Если бы... - вор, сняв с пояса, с потаенной нежностью погладил опаленный, не разваливающийся на одном добром слове арбалет. - Пойдем к лекарю Молли... Тебя вылечат, и ты будешь как новенькая....
  - Ты ее еще на погост отнеси и заупокойную прочитай, - фыркнул Ник, не страдающий муками совести. Он открыл дверь в комнату к Петре и насмешливо выкрикнул прямо с порога. - Это развалюху никто больше не спасет за такой короткий срок... И сейчас поздно. Думаешь, что специально для тебя откроют лавку и обслужат по первому разряду?
  - Какой ты догадливый, - подозрительно усмехнувшись, Риэл исчез в окне.
  Подул сильный порыв ветра, и моя многострадальная свечка вмиг погасла. Я вздохнула. И что мне теперь прикажете одной делать?
  Плотно закрыв ставни, я снова зажгла ее и поставила на подоконник, немного понаблюдав за ровным пламенем...
  Ладно, спущусь в зал. Мне в голову пришли еще пара интересных историй про наивного и доверчивого "брата".
  
  Ник
  
  Поставив "Полог тишины" на комнату, я повернулся к племяннице. Петра полуголая сидела на кровати, смущенно прикрываясь руками. Ее щеки предательски алели, а сама она прятала взгляд, ни в какую не желая посмотреть на меня.
  - Я знаю, что ты скажешь, - прошептала она, внимательно разглядывая белую простыню. Я неспешно подошел к ней и сел рядом. - Почему я раньше не сказала, почему до последнего терпела боль? Я просто не смогла признаться. Я всегда старалась сама решать возникшие трудности, без чьей либо помощи, а тут... Мне просто было стыдно. Да еще я очень хорошо знаю тебя, дядя. Если бы я сразу на духу выложила все, ты бы ни за что на свете не стал бы спасать Шиона, прежде чем не убедился бы, что моему здоровью больше ничего не угрожает. Мы могли бы неделями сидеть в замке, прежде чем ты соизволил бы меня отпустить... А времени мало... очень мало.
  Я вздохнул. Переубеждать девушку не имеет смысла - ведь она сказала чистую правду. Да, для меня важнее безопасность Петры, чем какой-то сомнительный юнец. Видимо, она и вправду слишком хорошо меня изучила. Вот бы и Ирен хоть каплю ума и соображалки крестницы - а то навязчивая принцесса уже надоела со своим упрямством и закрыванием глазок на очевидные вещи. Но своей выходкой Петра меня изрядно напугала. Я уже очень жалел о том, что раньше не просканировал ауру девушки, держа свое обещание не вмешиваться, пока меня не попросят. В этот раз пресловутая этика целителей сыграла со мной злую шутку - я чуть собственным бездействием не отправил в могилу первенца Фила. Лучший друг точно никогда не простил бы мне смерть Петры.
  В эффекте Риатондерии я разбираюсь хорошо, понимаю, как соединить два свойства вместе, как разъединить - все-таки это основы любого опыта. До узкого специалиста, конечно, не дотягиваю, но сейчас под рукой у нас не было хотя бы одного риатондеринца. Так что буду действовать по старинке, опираясь на собственные чувства и знания.
  Я внимательно посмотрел на неподвижно сидящую, сутулившуюся девушку, у которой на предплечье, мерцающей золотой спиралью тянулась метка. Мои руки впервые за много лет задрожали. Мое Сердце замирало в страхе при мысли, что своими действиями я могу причинить вред близкому человеку. Нет, если бы на месте Петры оказался любой другой человек, я бы без промедления провел разъединение, но здесь я начал сомневаться в собственных силах. Я для начала решил досконально просканировать внутренним взором предплечье, чтобы хоть как-то себя успокоить, но это только усугубило положение. Теперь ноющее чувство беспокойства переросло в сильный страх - этот артефакт крепко сплелся с нитями жизни крестницы, если у меня дрогнет рука, я запросто могу убить Петру.
  Да что это со мной? Мои руки тряслись, а разум уже просчитывал последствия неумелой операции. Даже когда я проводил сложнейшие операции, где пациент был уже на грани смерти, нет, когда его душа уже была в чертогах Богини, мои руки с легкостью спасали жизнь. А тут...
  Вдруг затянувшее молчание прервала крестница. Она, немного ежась от холода и неловко прикрывая руками грудь, слегка улыбнувшись, посмотрела на меня:
  - Дядя...
  - Что?
  - А ты знаешь, почему реликвию называют "Слезы Элисень"?
  - А есть разница? - я пожал плечами, собирая волю в кулак. Надо успокоиться и подумать о чем-нибудь приятном. Шоколад, горящий рыцарь, мурчащий Ларсик устроившийся на коленях. Нет, что-то не очень помогает. - У этих фанатиков все названия с причудами, не говоря об их обрядах. Настоящие мазохисты... А их устав? Это самая страшная книга прочитанная мной за всю жизнь. А я, между прочим, для расширения кругозора читал книги из Серии "Чернокнижник. Любовь к трупам, кровавым ритуалам, и геноциду. Полный курс для чайников". А у чернокнижников, что не страница, то извращенная пытка и намеки на некрофилию.
  Петра усмехнулась, слабо поверив моей рецензии на прочитанный устав. Это книга и вправду привела меня в ужас, легче перечислить, что можно делать жрецу, чем попытаться объяснить, что ему не разрешается. Кстати, как я понял, думать священнослужителю тоже не желательно. Какой из меня получается плохой жрец - не прошло и два дня, как я уже нарушил с полсотни правил.
  - Шион рассказывал мне об одном древнем предании.
  ... Однажды, Богиня Элисень заскучала на небесах и решила посетить наш мир смертных. Но как только ее нога ступила на землю, она узрела страдания, смерть и переживания народа. Ее взору открылись кровопролитные войны, наводнения, пожары, оползни, губившие на своем пути все живое... Слезы упали из глаз Прекрасной Богини. Она так сильно переживала несчастья народа, что проходящий мимо босоногий мальчуган спросил, почему она плачет. "Почему вы не боитесь жить в таком ужасном мире? - со слезами на глазах спросила Пресветлая, - Не легче сразу умереть, чтобы не видеть войны, смерть и страдания?" Мальчик задумавшись, пожал плечами: "Вот если бы люди умели видеть будущее, то не совершали бы ошибок" Прониклась словами мальчика Богиня и, улыбнувшись, решила даровать ему свою милость. Она собрала свои упавшие слезы в красивейший кристалл и дала его в руки ребенку со словами: "Теперь, все в твоих руках".
  Стоит сказать, что после этот мальчуган вернул в страны мир, создал веру в Великую Богиню Элисень и стал первым Хранителем реликвии. Богиня даровала свои слезы, наполненные ее состраданием и любовью, чтобы человечество могло само вершить свою судьбу, дала решимость и уверенность в своих силах, чтобы совершать подвиги, предвидя, к чему это может привести. Говорят, что те, кто владеет кристаллом, видят будущее и, чувствуют боль и страдания людей, как свои собственные. Жрецы считали, что реликвия может предотвращать ужасные события и дарить людям счастливый мир. Раньше я наивно предполагала, что это предание глупостью, а сейчас...
  Я погладил Петру по голове и поцеловал ее в макушку.
  - Теперь все будет хорошо, - заверил девушку я.
  Не знаю, что пытались рассказать жрецы этим преданием, я понял смысл лишь в одной фразе "все в твоих руках". Построй счастье сам, а не жалуйся на судьбу. Проведи операцию, а не дрожи от страха при мысли, что ты сделаешь роковую ошибку. Действуй, и тогда перед тобой откроются все пути... Будь смелым, ведь ты вершитель своей судьбы.
  Страх сам куда-то исчез, вместо него появилась невиданная решительность и уверенность в своих силах. Ведь кроме меня Петре не на кого рассчитывать. Мне нельзя сомневаться в своих силах и уповать на счастливое стечение обстоятельств.
  Мои руки перестали дрожать, я успокоился и решительно посмотрел на девушку. Теперь я был полностью готов.
  Крестница легла спиной на белую простыню и, глубоко вздохнув, видимо успокаивая себя, закрыла глаза. Я, закатав рукава робы и размяв пальцы, внимательно посмотрел на ее "метку". Настраиваясь на кропотливую и точную работу, я думал с чего лучше начать. Кончики моих пальцев защекотало от выпускаемых нитей энергии. Это были даже не нити, а невидимые человеческому взору сотканные из магической энергии тонкие крючки которые должны были, осторожно разъединить нити энергии реликвии и Петры. Сложная работа, в которой нет места даже случайной оплошности. Если я нечаянно порву "нить" Петры - то ее аура как полотно разойдется, а потом, если срочно не предпринять определенные процедуры угаснет, забрав с собой жизнь юной волшебницы.
  Но только я слегка дотронулся до кожи волшебницы, как вдруг случилось непредвиденное. Петра пронзительно закричала и, резко закатив глаза, как в эпилептическом припадке стала изгибаться на кровати дугой. Мое Сердце пропустило несколько ударов, я, в мгновение ока спрятав "крюки", пытался удержать голову девушки на подушке. Ее "метка" засияла ярче, пройдя золотой волной по коже как при вспышке электрического заряда во время опыта. Мои уши разрывались от душераздирающего крика, мысли метались в голове в ужасных предположениях, Сердце бешено стучало, стало жарко как при тридцатиградусной жаре. Но не успел я понять, в чем дело, как вдруг Петра резко изогнувшись, обмякла, распластавшись на смятой простыне. Первое что я сделал - это проверил пульс. Облегченно вздохнув, обнаружив бешено бьющуюся жилку, я вытер со лба дрожащей рукой выступивший пот. Вот поэтому целители, никогда не проводят сложные операции своим родным и близким - вероятность ненужного волнения и из-за этого врачебной ошибки вырастает многократно. Целители ведь тоже люди...
  Вдруг девушка резко открыла глаза став хватать ртом воздух. Она, глубоко дыша, посмотрела осмысленным взглядом на меня и, в мгновение ока сев на кровати, уткнулась мне в грудь, сжав в объятиях. Она, всхлипывая, сквозь слезы жалобно прокричала:
  - Не умирай! Пожалуйста, не умирай, прошу тебя!
  Я шокировано замер, чувствуя, как девушка дрожит от сильных рыданий. Она, душа меня в своих объятиях, взахлеб шептала одно единственное слово: "Не умирай!".
  - Петра... - прошептал я, чувствуя, что еще чуть-чуть и мои ребра дадут трещину. - Ты меня больше так не пугай. Я уже подумал, что задел жизненные нити... Видишь, руки до сих пор трясутся...
  - Обещай, обещай, что не умрешь! Пожалуйста, обещай... - повторяла она, все крепче сжимая руки. Я, осторожно взяв крестницу за плечи, заставил ее посмотреть себе в глаза. Ее взгляд был затуманен под пеленой слез, она так на меня смотрела, жалобно всхлипывая, что у меня сжалось Сердце...
  - Я не собираюсь умирать.
  - Это все из-за нее! - еще пуще разревелась Петра, пытаясь вытереть слезы. - Это из-за Ирен...
  - Ирен? - перебил ее я, усмехнулся и попытался пошутить, чтобы разрядить ситуацию. - Я так и знал, что однажды она меня сведет в могилу.
  - Я видела! Я все видела, как только ты дотронулся до меня! Видение было таким ярким, четким! Пожалуйста, обещай, обещай...
  - Ну ладно, я клянусь, что не умру. Ты только не плачь... Петра, я же магистр, меня сложно убить... Тем более принцессе это явно не под силу.
  Девушка резко замотала головой и нахмурилась, пытаясь собраться с мыслями:
  - Нет... это не она. Огонь... много огня, трудно дышать... Ты кому-то что-то кричишь... Свистят стрелы, чьи-то крики, топот ...Я...я не помню, мне больно вспоминать... Но я знаю точно, что это из-за нее!!!
  Я ее обнял, легонько погладив по спине. Она, еще немного поплакав, успокоилась, слушая, как бьется мое Сердце. Нет, если и дальше будет продолжаться в том же русле - у меня будет Сердечный приступ. Не привык я к таким истерикам.
  Немного отойдя от срыва, Петра шмыгнув носом, вдруг ни с того ни сего констатировала:
  - Ирен милая.
  - Милая? - искренне удивился я словам крестницы, усмехнулся, вспомнив, как принцесса постоянно обвиняет меня во всех несчастьях в мире. - Я знаю, что в глубине души она ангел во плоти, но знаешь, когда тебе постоянно твердят, что ты "злодей погубивший кучу невинных девиц" это начинает раздражать.
  - А ты просто не давай ей повода.
  - Петра, ты ведь понимаешь, что это невозможно? Ирен упрямее осла - даже если я буду тих и мил, она высосет его из пальца, что я злодей. У королевских особ одна философия: "Все неправы, одна я права". И попробуй переубедить! Она ж птица высокого полета, это мы ползающие твари.
  - Значит, ты все оставишь как есть?
  - Ты опять волнуешься зря? Я же говорил, что меня не так легко убить. Милая, я же тебе обещал, что не погибну, - я успокаивающе улыбнулся, крепче обняв племянницу. - А зачем мне стараться и переубеждать принцессу? Со временем она сама прозреет. Сейчас Ирен как раньше не кидается на меня с бешенными глазами, крича на всю округу, что я "злодей". Так, просто побурчит на тему какой я плохой. Как дите малое - привлекает к себе внимание. Кстати, Петра, ты тоже дите.
  - Это еще почему? - искренне возмутилась девушка и, освободившись из моих объятий, скрестила на груди руки.
  - Потому что ты ведешь себя как неразумный ребенок. Тоже мне удумала, скрывать такое... - я показал рукой на "метку", которая несколько минут назад пылала золотым пламенем. - Ты думаешь, что петь по тебе панихиду будет намного лучше? Или хотела на день рождения отцу предоставить гроб? У моего друга нервы не железные, а хоронить его я не намерен, пока досконально не изучу некромантию. Просто не рискуй жизнью зря. Если своя жизнь не в милость, подумай, хоть немного о своей семье. Они тебя очень любят, особенно Фил. Ты ж его папина дочка... А сейчас ложись обратно. Я намерен скорее избавиться от "паразита".
  
  Следующая попытка разъединения прошла без существенных затруднений. Помня свой предшествующий горький опыт я, чтобы случайно не вызвать у девушки новый приступ, погрузил ее в сон. За несколько часов спокойно и не торопясь распутал сложные хитросплетения артефакта жрецов, освободив ауру крестницы от чужого влияния. Хотя стоит признаться, что пару раз я чуть не оборвал "нити Петры".
  Смотря на сладко сопящую Петру, укрыв ее одеялом, я тихо, с горечью прошептал:
  - Дети наше будущее... Да, Фил? Вот только кто убережет их от ошибок...
  Я сжал в руках небольшой кристалл похожий на застывшую янтарную каплю. Если долго смотреть на нее, то можно увидеть, как золотые пузырьки вертятся в бешеном круговороте.
  Я усмехнулся, небрежно положив реликвию на прикроватную тумбочку. И из-за этой безобидной вещички началась вся эта канитель... Стоп, что это я говорю? Надо срочно ее изучить!
  
  * * *
  
  Глубокой ночью, когда я и Ирен сидели в моей комнате, и я рассказывал о Кафедральном храме, в окно ловко пролез Риэл.
  - Знакомьтесь! - радостный вор показал всем новенький арбалет. - Это Катрин!
  - А как же Моли? - удивилась принцесса, вмиг отвлекшись от моей истории.
  - Какая Моли? У меня не было никакой Моли, - он улыбнулся, будто не понимая, что от него хотят и, спрятав новенькое лакированное оружие за спину, тихо прошептал - Не говорите больше о Моли. Катрин ревнивая.
  Ирен пораженно замерев, похлопала глазками, смотря на Риэла как на сумасшедшего.
  Я обреченно вздохнул. Этот парень неисправим... Но хоть у нас теперь спрятан в рукаве существенный козырь. Только вряд ли жрецы больше увидят свою драгоценную реликвию. Что-что, а древние могущественные артефакты - моя вторая тайная страсть после неудержимой тяги к шоколаду. Интересно, а существуют ли шоколадные могущественные реликвии?
  
  
  Глава 5. Казнь апостола Шиона
  
  - Хорошо летит... жаль, что про крылья мы как-то забыли.
  - Демоны! Я так и знал, что в моем безупречном плане есть маленький изъян!
  "История магии" Неожиданное изобретение левитации.
  
  Самые гениальные решения приходят в последний момент.
  Импровизация - вот ключ к успеху.
  Мемуары наемного убийцы "Спокойной ночи, детка"
  
  Небо заволокло тяжелыми снежными тучами, спрятав яркое светило от великой несправедливости, что должна была свершиться через несколько минут. Холодный, пронизывающий до костей, ветер играл во внутреннем дворе Кафедрального храма, колыхая разноцветные одеяния жрецов. Огромный двор заполонили толпы священнослужителей, они с нетерпением смотрели на каменный помост, находящийся посередине импровизированной площади. Это сооружение даже трудно было назвать помостом - оно похоже на четыре искусные мраморные арки, усыпанные барельефами на религиозную тематику, возвышающиеся над площадью подобно статуям. Рядом с арками недвижно стояли апостолы в начищенных до блеска нагрудных доспехах и в красных, словно пропитанной кровью, длинных до пола хламидах. Их волосы были заплетены в косу, а расписанные учением Богини пики смотрели строго наверх.
  На помосте возвышался, по-другому у меня язык не повернулся сказать, Его Преосвященство. Он оценивал присутствующих слуг Богини долгим пронзительным взглядом, его седые волосы были такой длины, что казалось, они подметали полы белоснежной хламиды, а на его лбу три алых круга сияли на солнце. У меня перехватило дух от ауры, исходящей от старца, казалось, что перед нами не смертный, а посланник Великой.
  Хотя я Серьезно сомневался в его "святости" - мне что-то слабо верилось, что жрецам дозволено проводить казни и выдвигать обвинения. Они же формально слуги Великой, которая не приемлет насилия.
  На самом помосте находилась так называемая Яма Неверующих - это огромный колодец, диаметром примерно семь метров, огороженный ажурным чугунным забором. В паре шагов от Его Преосвященства, прямо к яме, вытянулся "каменный язык Неверующего", как называют его священнослужители. По нему делает свои последние шаги осужденный, прежде чем упасть в бездну.
  Я и Валерий стояли неподалеку от помоста, изображая равнодушное спокойствие, Петра, Риэл и Ирен заняли места за нами, надев зеленые плащи с капюшонами. Мы воспользовались разрешением Его Преосвященства присутствовать на данном мероприятии послушникам. Хотя, по его же наставлению, им обязательно нужно было скрыться от глаз жрецов под зелеными плащами, дабы не марать священное место своим присутствием. Стоит заметить, что это нововведение значительно облегчило мою головную боль по скрыванию морока Ирен и личности Петры - священнослужители на миг расслабились, посчитав, что ничто не сможет угрожать срыву их священной казни, чем я сразу решил воспользоваться. Ведь раньше послушников даже близко не подпускали к внутренним залам храма, пока они не дадут все клятвы, а тут такая щедрость.
  Вчера, углубившись в изучение священного писания и внутренних правил жрецов, я обнаружил одну прореху в законах, которую можно было ловко обыграть на казни. Конечно, прореха в правилах была рисковая, но выбора не оставалось, да и придумать что-то стоящее за такой короткий срок я был не в силах. Тем же днем, ближе к вечерней трапезе Его Преосвященства, я появился в обители Богини, чтобы обговорить с Валерием мои планы. Жрец с неохотой, горестно повздыхав и назвав меня "демоном-искусителем", одобрил сценарий нашего поведения на следующий день, так же как и рискованный запасной вариант. К сожалению, мое предложение "сжечь все дотла и, быстренько прихватив с собой Шиона, скрыться в потайном проходе" он без промедления отверг. Жаль, а я хотел пойти по самому простому пути...
  Для меня вообще была великая трагедия, когда Валерий не разрешил мне посетить библиотеку храма, мотивируя свои действия тем, что он не может мне позволить осквернить священные писания. Как будто я собирался их рвать и рисовать каракули, как малое дитя, на каждой странице. Может я просто хотел почерпнуть для себя мудрость Богини? Может в тот момент я был готов принять свою судьбу служителя Великой? Конечно, на самом деле я жаждал поискать записи об этой проблемной реликвии, но нашему священнослужителю не следует знать такие подробности. Я вовсе не собирался дарить ему и этому цирку, по ошибке зовущемуся "братство храма", такой ценный артефакт. Может потом, через несколько лет, вдоволь наигравшись с реликвией, под сильным давлением совести, я и подброшу под дверь колыбель со свертком, в которой будут находиться "Слезы Элисень", но до этого момента...
  Огромные створки храма медленно раскрылись, явив собравшимся жрецам подсудимого и его конвоиров. Я, как и все присутствующие на площади, с интересом стал разглядывать осужденного. Шион, похрамывая и качаясь из стороны в сторону, медленно ступал босиком на промерзлые плиты двора. (Хоть и в храме был горячий источник, обеспечивший жрецов круглогодичным летом, во дворе каменные плиты остыли, покрывшись тонкой корочкой льда из-за ударивших сегодня ночью морозов.) Его красная хламида в нескольких местах была порвана, а сам несчастный придерживал одной рукой расползающиеся края грязного одеяния, не давая оголиться торсу. Он был хрупкого телосложения, его раньше золотые, а теперь непонятного, желтоватого оттенка волосы были неаккуратно обрезаны почти под корень, оголив лебединую шею. На скуле Шиона был виден огромный почерневший синяк, а нос был сломан. Единственное, что было примечательно в его в детском округлом лице - это яркие, словно ясное небо, голубые глаза, которые сейчас безразлично смотрели вперед.
  На нем не было цепей, которые могли бы удержать от побега, да и вряд ли парень смог бы самостоятельно убежать - он с трудом ходил, сутулясь, и прижимая левую руку к животу.
  Эта маска безысходности и смирения, которую на себя нацепил бывший жрец, тронула меня до глубины души. Я с горечью вспомнил свои страдания, которые пережил, находясь в плену у Лиры. Все то время меня поддерживала мысль, что я должен оберегать своего названного брата, помогать ему даже в самых безрассудных начинаниях. А здесь было сразу видно, что парень сдался, что он даже не надеется на спасение. Я едва заметно усмехнулся. Ну, нет, пускай даже не думает ступать прямо в ручки к смерти. Через пару десятков лет он скажет мне спасибо.
  Когда Шион проходил мимо нас, Валерий, с трудом сдерживаясь от нахлынувших эмоций, сжал руки в кулаки. Он, не отрывая взгляда от сломленной фигурки своего друга, удерживал себя от необдуманных действий. Несмотря на то, что на лице Валерия почти не было эмоций, я явно осознавал, что ему сейчас очень тяжко.
  Осужденный, с помощью конвоиров поднявшись по ступенькам на помост, предстал перед очами Его Преосвященства. Старик с плохо скрываемой надменностью, молвил:
  - Бывший апостол Шион, за совершенные в сторону нашей Пресветлой Богини Элисень злодеяния, вы приговорены к высшей мере наказания, дабы своими вечными муками в геенне искупить тяжкие грехи. Вам дарована Наша милость завершить свой жизненный путь в Яме Неверующих, - он ,презрительно бросив в сторону Шиона взгляд, нехотя проговорил. - Наша милостивая Богиня даровала вам право последнего желания.
  Бывший апостол осторожно обернулся, посмотрев на разноцветную толпу, заполонившую внутренний двор храма. Его взгляд быстро заскользил по рядам, на секунду замерев на нас. На мгновение глаза Шиона вновь вспыхнули, в них искрой загорелась жизнь, когда он увидел Валерия. Парень, с трудом улыбнувшись и проводив жреца прощальным взглядом, вновь повернулся к Преосвященству.
  - В-с-е-е... - еле слышно проговорил осужденный, обреченно посмотрев на колодец.
  - Значит, вы отказываетесь от милости Великой? - старик безразлично махнул рукой, призывая конвоиров. Те, схватив под локотки полуживого парня, подтащили его к выступу. К так называемому "языку Неверующего" - Как опрометчиво...
  - Я-а... у-же с-сдела-а... хо-оте... - пересиливая боль, пробормотал Шион, еле шевеля губами. Я нахмурился - у него явно ушиб челюсти. - Я-а... не-е... ша-а-ле-е-ею...
  Апостолы выставили вперед свои пики, побуждая своего бывшего собрата сделать неуверенные шаги по "языку" в сторону бездны. Площадь затаив дыхание замерла...
  Сильный порыв ветра прошелся по площади, подняв рваные полы хламиды Шиона. Парень, судорожно вздохнув и задрожав от холода, закрыл глаза. Он, даже не обернувшись, не дожидаясь пока пики, подталкивая к пропасти, вновь коснутся его спины, смело пошел вперед. Когда до края "языка" оставалось совсем немного, Валерий зажмурил глаза не в силах смотреть на последние мгновения жизни его лучшего друга. Шион, умиротворенно улыбнувшись, без сожалений шагнул в бездну...
  Но, не успела макушка Шиона скрыться в колодце, жрецы в едином порыве осенили "Яму Неверующих" знаком Богини, как случилось непредвиденное. Какой же для них был шок, когда через пару мгновений из бездны выскочил, как пробка, только что отмоленный осужденный и с высоты нескольких метров, словно тряпичная кукла, упал на скользкие камни площади. Все присутствующие служители Богини пораженно замерли, некоторые впечатлительные объекты даже осели без чувств на землю, не выдержав явления "чуда". Шион пошевелился и с трудом сел на мостовой, отхаркнув кровь, также с неким удивлением осматривая шокированных жрецов. Похоже, он был озадачен, увидев вместо Преисподней невыразительные лица своих бывших собратьев. Только наша компания оставалась по сравнению с другими во вменяемом состоянии.
  Как я уже говорил ранее, в законах священнослужителей я нашел интересную прореху. Если к осужденному применили смертную казнь, но он по милости Великой все еще жив, то второй раз приводить в исполнение приговор строго запрещается. Ладно, если бы смертный приговор был через повешение (можно было подпилить веревку и списать все на то, что Богиня не желает смерти данному человеку), но что можно придумать, если казнь проводится с помощью ямы? Вчера посетовав на несправедливую судьбу, Петру, и храм, я, взяв под локотки Валерия, двинулся в сторону "Ямы Неверующих". Когда все священнослужители аппетитно хрустели салатом на вечерней трапезе, а апостолы, глотая слюнки, думали о своих счастливых сытых товарищах, я и жрец подошли на несколько метров к яме, чтобы помолиться. На самом деле в течение пары часов молился только Валерий, бормоча под нос псалмы, мне же досталась куда более сложная роль. Осторожно, чтобы никто не заметил колебания энергетического фона, я прикрепил в колодце нечто похожее на упругую сеть, которая смогла бы вытолкнуть осужденного на поверхность. Во дворе храма колдовать было легче, чем в самой обители, но, несмотря на это, мне приходилось трудно. Я потратил в два раза больше энергии, чем это требовалось при таком простом заклинании. Да и была еще одна проблема: сеть не могла продержаться долго - из-за разрушающей энергии храма ее хватит лишь на один или два "прыжка". И сейчас я довольно лицезрел действие своего творения... Конечно, посадка была жестче, чем я планировал, но Шиона я все равно буду основательно лечить. По сравнению со спасением его жизни, ушибы и раны не в счет.
  Первым, кто произнес хоть какие-то связные слова, было Его Преосвященство. Он, пораженно сойдя с пьедестала по лестнице, ткнул в полуживого Шиона своим пальцем.
  - Ты-ы-ы... Ка-а-ак... Великая, - он на мгновение возвел очи к пасмурному небу, - Почему именно он?
  Небо загадочно молчало, только нагнетая обстановку. Я смиренно ждал... Только бы получилось, только бы план сработал...
  Шион рассеянно оглядывался по сторонам, не зная, что делать дальше. Я его понимал - он уже морально приготовился к смерти, и тут фортуна выкинула такой фортель. Бывший жрец плотнее запахнув свою порванную хламиду, дрожа от холода и боли, с еле уловимой надеждой посмотрел на Его Преосвященство. Апостолы, которые мгновение назад стояли чуть ли не с раскрытыми ртами, быстро подбежали к осужденному, выставив вперед свои пики. Валерий было подался вперед, но я его остановил, выставив руку вперед и покачал головой. Еще было не время... Нужно дождаться...
  По законам Его Преосвященство должно было помиловать блудного жреца и отпустить восвояси, даже восстановить сан... Дважды судить за одно и тоже преступление нельзя, даже в мирских делах. Это я прекрасно знал. Но, похоже, свои собственные правила, священнослужители знали еще хуже, чем подставной жрец.
  Не дождавшись знаков Великой, старик, скривившись, как при зубной боли, гневно приказал:
  - К яме... Неверующих... нет, убить на месте. Преступление карается смертью.
  Апостолы, растеряно переглянулись, но последовали приказу посланника Великой. Четыре пики были плавно отведены назад, готовясь к решающему удару. Шион, судорожно вздохнув и стерев дрожащей, грязной рукой сочившуюся из опухшей губы кровь, зажмурил глаза.
  - Стойте! - в отчаянье выкрикнул Валерий, выбегая вперед. Пики резко становились, едва не коснувшись осужденного кончиками лезвий.
  Священнослужитель первой длани выбежал на дорожку и встал между своим другом и его палачами. Я, внутри негодуя по поводу несдержанности одного священнослужителя, выбежал за ним следом из толпы.
  - Что случилось, жрец Валерий? - с расстановкой произнес старик, искренне удивленный этим поступком.
  - Нельзя карать невиновного! - воскликнул темноволосый мужчина, закрыв Шиона спиной от пик апостолов. - Богиня даровала ему второй шанс, и по зако...
  - Здесь я закон! - перебив Валерия, провозгласил глава кафедрального храма. Я стоял совсем рядом к Его Преосвященству, изо всех сил стараясь не снять маску наивного простачка. Нда, как я и думал, таких жрецов как Валерий жуткий дефицит в религиозном мире. Власть развращает людей. Только сильные духом могут не поддаться соблазнам и не начать гнить изнутри.
  - Но...
  - Жрец Валерий, быстро отойдите от грешника! Или я начну подозревать, что вы его соучастник.
  Жрец, как будто пребывая в дурном сне, с круглыми от шока глазами, отошел от своего друга. Казалось, что наконец-то прозрел, увидев в своем наставнике не великого человека, а настоящее чудовище. Шион облегчено опустил голову, убедившись, что его товарищу больше не грозит опасность. Видимо осужденному апостолу трудно и больно было смотреть вверх.
  Я быстро подошел к Валерию, потянув его за робу. Нужно придерживаться плана, а сейчас он занялся какой-то никому не нужной импровизацией. Священнослужитель, не веря своим глазам, нехотя передвигая ногами, еле слышно пробормотал: "Я всегда придерживался законов, всегда следовал правилам... но Шион был прав..."
  Отодвинув к краю дорожки одеревеневшего жреца, я незаметно сильно ущипнул его за руку, призывая быть благоразумным. От сильной боли Валерий пришел в себя, но вот только благоразумия не набрался. Он, очнувшись, и возмущенно сдвинув брови, попытался сказать что-то нелестное своему главе, как вдруг...
  Я ощутил что-то острое около моей шеи и почувствовал на своем затылке чье-то дыхание. Нисколько не удивившись происходящему, я немного скосил глаза вправо, убедившись, что к горлу Валерия также был представлен острый кинжал. Наконец-то Петра и Риэл решили задействовать запасной план, и сделали это как раз вовремя - еще чуть-чуть и, благодаря нашему святому другу, запасной вариант не имел бы хорошего воздействия на жрецов.
  Племянница и вор приставили к нашим горлам кинжалы, сняв уже ненужные капюшоны, служившие маскировкой под послушников. Жрецы ахнули и в ужасе попятились от сумасшедшей парочки, тем самым образовав вокруг нас большой круг. Апостолы, сразу забыв про Шиона, направили свое оружие на нарушителей. Глава кафедрального храма замер, не в силах поверить, что кто-то решился на такой Серьезный грех, как прерывание священной казни. Мне даже было немного жаль старика - не повезло ему наткнуться на нашу сумасшедшую компанию. Пускай радуется, что я выбрал не легкий план, а то пылала бы его обитель синим пламенем... а библиотека нашла бы свое пристанище у меня в замке.
  - А ну быстро отошли от Шиона, сволочи! - закричал прямо мне в ухо Риэл, держа свой кинжал на опасном расстоянии от моей кожи. В тот момент я думал только об одном - почему? Почему именно наглый вандал стал моим "похитителем"? За что мне такое наказание? У него ведь сдержанности, как у разъяренного быка, увидевшего виляющий зад деревенского дурака. Риэл, только приступив к роли, уже старался меня оглушить - у меня звенело в ушах от его никому не нужных воплей.
  - Или мы их убьем! - вторила своему бывшему возлюбленному Петра. В ее глазах так и читалась жажда убийства. Мне стало даже немного не по себе. Стоит признать, что из племянницы получилась бы великолепная лицедейка. В тот момент, на долю секунды я поверил, что она с легкостью убьет своего заложника лишь бы спасти Шиона. - Живо бросили оружие!
  Девушка оказалась столь убедительной, что апостолы, поверив в то, что она без сожаления устроит резню в священном месте, бросили свое оружие на пол. Пики, расстроено звякнув, оказались на холодных камнях. Наблюдавшие за этим спектаклем жрецы стали возмущенно шептаться и показывать на нас пальцем, но никто из них не проявил ни желания, ни смелости выйти вперед и обезвредить нападавших. Как я и предполагал, в священнослужители идут обычно слабохарактерные трусы, которые заботятся только о себе и своем кошельке. А те, кто имеют хоть частичку воли и желания помогать другим, сразу идут в расход - никому не нравятся выскочки и наивные идеалисты.
  Шион, подняв голову, между спинами апостолов увидел Петру. Его лицо просветлело, он даже невзирая на боль попытался улыбнуться своей любимой. Когда я увидел его ясные глаза, с надеждой смотрящие на Валерия, мне сразу стало легче на сердце. Жрец улыбался одним лишь взглядом, как будто увидел свет в непроглядной тьме отчаянья. Меня так обрадовало то, что я увидел у парня, который смирился со смертью, желание жить, что я захотел с помощью магии быстро освободить Шиона и скрыться в неизвестном направлении. Но, к сожалению, это были лишь невыполнимые мечты. Я прекрасно понимал, что если я использую свою энергию, жрецы сразу же нажалуются Совету магов, а Совет выйдет прямиком на меня. Нет, в некоторых случаях приходится притворяться и хитрить, чтобы потом тебе не аукнулись твои необдуманные действия.
  Его Преосвященство, расширив глаза от возмущения по поводу такого святотатства, стал медленно подходить к похитителям и их заложникам.
  - Как вы посмели! - его голос осип от еле сдерживаемой ярости, а руки начали дрожать. - Вы на священной зе...
  - А ну заткнись, мразь! - пуще прежнего рыкнул вор, без угрызений совести перебив главу храма. Старик попунцевел от такого хамства и стал возмущенно хватать воздух ртом. Апостолы обеспокоенно повернулись к Его Преосвященству, боясь, что Богиня решит забрать мужчину раньше срока на заслуженный отдых на небе. Я чуть не плача закрыл глаза - мои бедные уши...
  - Дитя мое, не следует грубить посланнику Великой, - попытался вставить свое слово Валерий, ничуть не беспокоясь о том, что он находится на волоске от смерти. - Богиня Эли...
  - Да я посмотрю, ты прям жаждешь оказаться в ее чертогах первым! - усмехнулся Риэл, но почему то пододвинул кинжал к моему кадыку. Я четко стал ощущать холодное лезвие. Мне стало казаться, что вандал все-таки жаждет меня убить. Я боялся лишний раз сглотнуть, про себя костеря на эврейском умного парня.
  - За нападение на священнослужителей Пресветлая строго карает, - угрожающе прошипел я, еле шевеля губами, стараясь мило улыбаться. Надеюсь, Риэл поймет мои намеки и перестанет переигрывать, отодвинув хотя бы на несколько миллиметров лезвие, а то я ранимый. Могу нечаянно его поджарить, прежде чем он перережет мне сонную артерию. К сожалению, природа не наградила рыжего парня чувством меры и зачатками совести. Я уверен, он даже не будет страдать, если случайно дернет кинжалом, и я захлебнусь в собственной крови.
  - Если будете выполнять то, что мы скажем, никто не пострадает, - спокойно сказала Петра пытаясь сгладить оскорбительные выкрики своего напарника. Она что, боялась, что ее тоже подвергнут анафеме? Ну, с Риэлом все понятно - за то, что он только что прилюдно оскорбил и унизил главу храма, его будут как минимум пару тысячелетий считать врагом народа. Жрецы народ обидчивый. Я не удивлюсь, если увижу, что глава Преисподней Настерривиль в священных писаниях будет с ликом вора. Или же они решили поиграть со жрецами в плохого и хорошего дознавателя? Вот только я сомневаюсь, что такая схема будет действовать в данной ситуации.
  - Вы, девочки в доспехах, - обратился к апостолам Риэл. - А ну быстро отошли к той хреновине, и чтоб я видел ваши накрашенные ноготки.
  "Хреновиной" оказалась Священная яма Неверующих. Я с каждый мгновением все больше поражаюсь религиозности своего нового друга. Он с таким трепетом и уважением относится к священным местам и регалиям жрецов! И это не говоря о том, что он только что поставил под сомнение половую принадлежность элитного отряда храма, в котором по правилам жрецов не может быть женщин. А вор умеет заводить новые знакомства - не удивительно, что все хотят его убить.
  Апостолы попятились к арке, держа руки на уровне груди. Похоже, они впервые столкнулись со столь неадекватным человеком.
  - Ч-что вы делаете, неверные! - взревел глава храма, перейдя на фальцет. У него начался нервный тик. Молодец Риэл, ты своего добился - теперь тебя хочет убить и самый святой, милостивый, всепрощающий человек в мире.
  - Как что? Ты что, совсем ослеп, дедуля? Мы спасает вот этого бедолагу.
  Рыжий парень кивнул на сидящего на каменный плитах Шиона. Шион, с трудом удерживая себя в сознании, дрожал, еле понимая, что сейчас происходит вокруг. Я немного взволновался - вот это плохо. Похоже, парню становится с каждым мигом все хуже - его организм держится из последних сил. Если бывший апостол потеряет сознание, то придется для себя решить, что мне дороже, жизнь и свобода или счастье любимой племянницы.
  Его Преосвященство, путаясь в полах своей хламиды, задыхаясь от возмущения, ткнул пальцем в вора. Точнее в меня, так как у меня оказалась роль щита хамоватого рыжего вора.
  Зрители нашей сценки пораженно ахнули, надеясь, что сейчас похитителей поразит гром с неба, что они превратятся в пыль, что падут наземь став дергаться в предсмертных конвульсиях, ну или еще что-нибудь такое в религиозном духе. Но вот только сколько не тыкал в Риэла священнослужитель, сколько не орал на него - вору было все нипочем. Точно, я всегда подозревал, что парень на самом деле земное воплощение Настерревиля.
  На долю секунды я представил Риэла в роли Главы Преисподней, и мне стало очень смешно. Вот он высотой почти семь метров, с огромными черными, как обсидиан кривыми рогами, кровожадно ухмыляясь, топчет своими копытами клумбу с любимыми цветочками Его Преосвященства... Вдруг меня оторвал из грез противный пискливый голос старика:
  - Я не позволю! Ап-ап... постолы!
  Словно в такт моим мыслям прокричал глава церкви. Я чуть не рассмеялся. Перед глазами все еще стояла вытоптанная клумба и рвущий в отчаянье на себе волосы старик. Только после слов вора я понял, что к цветам эта фраза совершенно не имела отношения.
  - Стоять на месте или ваши голубки, - он хищно посмотрел на меня, будто примеряясь как лучше разделать мою тушку, - будут с перерезанными глотками.
  - Думаю, Великая не одобрила бы смерть священнослужителей, - вставила свое слово Петра. - Так что вам лучше не дергаться.
  Его Преосвященство попятился к своим апостолам, став как-то странно мотать головой. Его руки дрожали, мне казалось, что еще чуть-чуть, и он будет скалиться и изрыгать слюну как бешенная дворняга.
  - Убить, убить, убить, - сначала тихо, но потом все громче прокричал старик. Его бешенные глаза, трясущаяся в гневе губа - похоже гнев пересилил весь здравый смысл, что теплился в теле этого маразматика. - Убить их всех!
  - Но Преосвященство, они же слуги Вел... - решился сказать кто-то из апостолов.
  - Убить их всех! - истерично топнул ножкой старик и тихо прошептал себе под нос. - Никто, никто не должен узнать эту постыдную тайну... Да, да жрецы должны благодарить меня за оказанную им честь умереть ради блага Великой. Они погибнут за правое дело. Да, да за правое дело.
  Площадь замерла в ожидании, некоторые из священнослужителей и послушников стали молиться за души двух несчастных жрецов. Апостолы, не в силах перечить прямому приказу посланника Богини, решительно направились к нам. Преосвященство торжествующе улыбнулось, уже смакуя еще не существующую победу. Риэл и Петра растерянно переглянулись, но импровизировать не решились, дожидаясь, начала моих действий. Мне все это начало напоминать какую-то третьесортную театральную постановку. Не хватало лишь внезапно выпрыгивающего из кустов героя и тревожной мелодии скрипки для нагнетания обстановки.
  Я судорожно обдумывал новые варианты. Стоит признать, что я совершил большой прокол. Не думал, что глава храма окажется таким... гм... неадекватным человеком. Убить своих же людей, на священной земле и все ради какого-то хлипкого, измученного апостола? Похоже, я совсем разучился разбираться в людях.
  Неужели я умру из-за одного фанатика, который так уверовал в свою святость и непогрешимость, что возвел вокруг себя культ? Как бы ни так. Хоть и оба плана с треском провалились, сдаваться я не собирался. Простите Валерий, Фил, но мне все-таки придется сделать это. Интересно, а как жрецы отнесутся к ярким обжигающим фениксам из пламени? Иллюзия прекрасно сможет отвлечь несколько сотен жрецов, апостолов и Его Преосвященство. Пока они будут пытаться разобраться в чем дело и молиться Пресветлой, мы тем временем под шумок заберем Шиона и скроемся в ближайшем потайном проходе... Вот только из-за разрушительного воздействия энергии храма, иллюзии продержатся недолго. Надеюсь, мы успеем сбежать, прежде чем священнослужители придут в себя.
  Но как только я мысленно стал концентрировать энергию для масштабной иллюзии, в дело вступила всеми позабытая принцесса. Не знаю, как она сумела незамеченной пробраться на помост, но известно одно - не успели апостолы подойти к своим брошенным пикам, как Ирен, стоя около языка Неверующего, засвистела, притянув к себе все взгляды. А я и не догадывался, что у этой девушки есть такие ораторские способности. Не думал, что в королевское образование входят уроки по свисту. Хотя стоит признать, чтобы одним звуком заставить себя слушать целую толпу - для этого надо иметь талант.
  Через пару томительных секунд пронзительного свиста, девушка, с поистине королевским достоинством, сняла зеленый капюшон, разрушив остатки моих чар. Надо сказать, что перед тем как зайти в храм, я наложил на плащ чары, которые удерживали в стабильности морок. Но как только принцесса сняла капюшон, чары вместе с личиной развеялись. А я ведь ее предупреждал, что если она будет действовать опрометчиво, то все узнают, что она разыскиваемая принцесса. Неужели она решилась на такой легкомысленный поступок ради Петры?
  - А ну стоять! - тяжело дыша, изо всех сил прокричала Ирен. Достала из кармана платья небольшой золотистый кристалл, подняв его выше головы. - А то ваша реликвия вдребезги разобьется!
  Я устало закатил глаза, все еще изображая заложника у Риэла. Так и знал, что не стоило брать с собой принцессу, ну или на крайний случай не доверять ей столь важную вещь. Хотя, если честно признаться, вещь была не такая уж и важная...
  Вчера Ирен целый день зудела, пытаясь воззвать к моей совести, порядочности и религиозности. Она очень настойчиво требовала, чтобы опасный артефакт жрецов, который "не в тех руках может принести в мир хаос", оказался в ее надежных руках. Я, конечно же, всеми силами отнекивался от такого безумия, но потом, когда девушка стала моим персональным привидением, став ходить за мной чуть ли не в уборную, я кардинально поменял свое решение. На скорую руку создав хлипкую копию артефакта, положив в ее основу небольшую частицу энергии реликвии, я со спокойной душой вручил подделку Ирен, искренне надеясь, что теперь от меня отстанут. Но, похоже, я опростофилился по полной программе...
  Наша компания стояла ни жива ни мертва, соревнуясь по удивленному выпучиванию глаз со слугами Богини. Ирен, нахмурив свой прекрасный лобик и грозно сдвинув брови, решительно сверлила глазами Его Преосвященство. Религиозная девушка пошла наперекор своим принципам, чтобы защитить друзей. И это меня больше всего удивило. Надо сказать, я в тот момент начал даже уважать девушку, хоть в мыслях и костерил ее за необдуманные действия на всех известных мне языках.
  - Слезы Богини Элисень? - с благоговением молвил старик, нарушив затянувшееся молчание. Он повернулся к завороженной толпе и громогласно воскликнул. - Узрите, братья и сестры! Святыня вернулась в обитель! Богиня благоволит нам!
  Со всех сторон послышался радостный гул. Жрецы плакали от счастья и бились лбами о холодный каменный пол, приветствуя возвращение блудной реликвии. Даже апостолы прослезились от счастья, с трепетом взирая на кристалл, который держала в руках Ирен.
  Солнце на мгновение вышло из-за туч, ласково осветив внутренний двор храма. Реликвия заискрилась в руках Ирен, ее золотые локоны заиграли на солнце, подрисовав девушке световой ореол. Поднялся сильный ветер, заколыхал зеленый плащ принцессы, и слуги Богини восхищенно вздохнули, взирая почти влюбленными глазами на синеглазую девушку... На мгновение моему взору открылась потрясающая иллюстрация к священному писанию. Но вот только яркое светило выглянуло ненадолго, да и я не являлся сугубо верующим человеком.
  - Дитя, ты посланница Великой! Ты только что спасла мир от уничтожения! Верни же в лоно храма святыню, дабы...
  - Нет! - перебив Его Преосвященство, возмутилась принцесса. - Да я никогда в жизни Вас не послушаю! Вы, лицемерный... б-болван!
  Выкрикнув, как ей казалось самое страшное оскорбление, она залилась, как и старик, краской. Но вот только если принцесса сгорала от стыда, то глава храма покраснел от еле сдерживаемого гнева.
  Его Преосвященство, мгновенно помрачнев, сузил глаза, став всматриваться как во врага народа. Ну все Ирен. И ты допрыгалась. Теперь тебе сулит роль женушки Настерревиля... нет, его грешной любовницы. Если мне не изменяет память, у главы Преисподней нет супруги.
  - А ну-ка живо отдала кристалл, дрянная девчонка! - в бешенстве взревел глава храма, став подниматься по ступеням.
  - Дрянная? - прошипела принцесса. Сзади меня Риэл тихо присвистнул, еле слышно прошептав: "Ну все. Дедуля - труп" И как не странно, я был с ним полностью согласен. Принцесса сильнее сжала в ладони кристалл, удерживая себя от того, чтобы не убить священнослужителя за оскорбление Ее Высочества на месте. - Я вам покажу, какая я дрянная девчонка...
  Ирен подошла к главе храма и вместо того, чтобы отдать кристалл, извинившись за свои еретические действия, она, размахнувшись, влепила старику смачную пощечину. Звонкий шлепок был подобен грому среди ясного неба - толпа ахнула от удивления, апостолы пораженно замерли на месте, не в силах вынести такого кощунства, Риэл выпал в осадок, став хихикать, называя принцессу своей Богиней. Даже я невольно вздрогнул, с горечью осознав свое пагубное влияние на девушку.
  Старик пораженно осел на ступени, дотрагиваясь рукой до алого отпечатка ладони. Ирен невозмутимо продолжила свое шествие вниз, слегка разминая видимо чуток садящую от удара ладонь.
  - Повторяю еще раз, - с расстановкой произнесла она, грозно сверля присутствующих взглядом. - Я без сожаления разобью ваши драгоценные "Слезы Элисень", если вы не будете выполнять мои требования. Хотите это проверить?
  Она замахнулась рукой для удара, в которой был наполненный золотистым сиянием кристалл. Апостолы, вздрогнув, и подняв руки на уровне груди, попятились от этой безумной девицы подальше, в их лицах так и читалось, что они больше всего на свете боятся, что Ирен приведет свою угрозу в исполнение. Из толпы я услышал всхлипывания особых впечатлительных слуг Богини. Когда Ирен хочет, она умеет быть убедительной.
  - Ты и ты! - она показала рукой на меня и Валерия. - Быстро подошли сюда и взяли Шиона. И без глупостей! Риэ... Рыжик и ... Зеленоглазка следите за этими двумя!
  Я, еле сдерживаясь от смеха, состроив самую печальную мину на которую был способен, пошел выполнять требования "похитителей". Ирен чудит по полной программе: назвала Риэла, бывшего Теневого Короля, кличкой собаки, заставляет священнослужителей похищать с казни осужденного, избивает бедного старика и вовсю командует.
  Валерий и я подошли к полулежащему Шиону и, взяв его под локотки, попытались поставить на ноги. Осужденный с неохотой разлепил веки и, всматриваясь в друга, из последних сил прошептал, прежде чем погрузится в беспамятство:
  - Ты-ы... при-ишел...
  Жрец первой священной длани, слегка улыбнувшись, перекинул правую руку друга на свое плечо и тихо сказал:
  - Теперь все будет хорошо.
  Под изумленное и испуганное перешептывание жрецов мы спокойно двинулись к выходу с площади. Апостолы провожали нас взглядами, обещавшими муки и страдания в случае того, если им отдадут приказ на захват беглецов, Его Преосвященство, сидя на ступенях все еще невидящим взглядом смотрел на пол, дотрагиваясь до своей щеки. Риэл что-то бурча на тему несуразных прозвищ, выставил вперед свой кинжал, как бы заставлял меня нести осужденного. Петра, все время всматриваясь и оглядываясь по сторонам, подгоняла нашу компанию вперед. Замыкала шествие Ирен, держа на уровне груди кристалл. Она очень внимательно смотрела назад на Его Преосвященство и жрецов, одним взглядом обещая, что если они дернутся - то кристалл окажется на каменных плитах площади.
  Это было похоже на поединок взглядов. Апостолы ждали, пока Ирен ослабит внимание, чтобы обезвредить похитителей и освободить заложников. А принцесса старалась выиграть нам время, чтобы мы успели убежать.
  Но вот только судьба опять решила вставлять нам палки в колеса...
  Вы должно быть будете смеяться над нелепостью случившихся далее событий. А вот мне и моим спутникам тогда было вовсе не до смеха. Дело в том, что, когда до тяжелых створок входа в храм оставалось несколько метров, Ирен, удивленно пискнув, упала. О, эти коварные покрытые гололедом ступени - бич каблуков и копчиков милых дам. И ладно бы она упала как все нормальные люди вперед, сумев выставить перед собой руки. Но нет, наша милая принцесса решила сымпровизировать. Ирен поднимаясь по ступеням задом наперед, не отрывая своего грозного взгляда от напряженных апостолов - видимо, она сильно хотела прожечь в них дырку, на третьей ступеньке нечаянно поскользнулась и, размахивая руками во все стороны, в попытке удержать равновесие, плюхнулась на спину. Но это было еще полбеды. Главная проблема заключалась в следующем. Но для начала один вопрос: скажите, у всех дам руки аки решето?
  Когда она махала руками, из ее пальцев выскользнул кристалл и под ошеломленные вздохи ближайших жрецов, совершив пару кульбитов в воздухе, упал на каменные плиты. Реликвия сначала нехотя треснула, а потом, быстро покрывшись маленькими трещинками, разбилась, выпустив золотое сияние наружу.
  Подул сильный, шквальный ветер, начав в том месте, где разбился кристалл, завихряться в смерч. Сильный поток воздуха потянулся к небесам, бешено закручиваясь в спираль. Изнутри аномалии наружу стал пробиваться золотой свет. Он, полностью окутав смерч, соединившись с хмурыми небесами, стал расширяться, захватывая все больше пространства. Священнослужители, вереща и испуганно крича мольбы о спасении и молитвы, стали бежать на другой конец площади, спасаясь от золотого смерча. На площади образовалась давка. Священное место погрузилось в хаос.
  Стало темно. Небо над храмом почернело, выпуская из туч небольшие молнии, которые притягивал к себе смертоносный поток воздуха, засасывал внутрь бешеного водоворота. Сквозь свист смерча, испуганный гул жрецов, гром с небес я услышал, как Риэл что-то пытался мне прокричать. Повернувшись к воротам, я увидел, как Петра, Валерий с Шионом и Риэл заходят внутрь храма, пригибаясь под сильными порывами ветра.
  Длинные волосы все время лезли в глаза, ветер подталкивал меня вперед к золотому смерчу, в котором уже можно было увидеть ослепительные вспышки молний, хламида вместе с плащом превратилась в настоящий парус. Я не сразу смог увидеть Ирен, неподвижно сидящую ниже на ступеньках. Она, не отрывая взгляда от бушующей аномалии, мелко дрожала, не в силах вымолвить и слова. Я ее даже немного понимал. Мне бы тоже было не по себе, если бы я знал, что из-за меня начался весь этот хаос.
  Но, в отличие от принцессы, я понимал, что это явление продержится недолго, максимум оно будет пугать это скопище священнослужителей еще пару минут. Ведь в "подделке" была лишь малая частичка разрушающей энергии, подкрепленная моей стабилизирующей силой. Но стоит признать - даже я не ожидал такого развития событий. Кто бы мог подумать, что энергия, вырвавшись наружу и не найдя около себя достойного носителя, или, как я считаю, симбионта, станет так резонировать с окружающим пространством. На мгновение я представил, что случилось бы, если бы в тот момент в руках неуклюжей Ирен оказалась настоящая реликвия. Вот тогда бы точно можно было с чистой совестью начинать паниковать и быстро писать завещание, чтобы Совет магов не прибрал к рукам мое богатство.
  Хорошо, что у Ирен получился отличный бросок, плохо, что смерч бушевал в паре метров от ступеней. Хотя теперь в этом наше преимущество - теперь никто из священнослужителей, пока неистовствует аномалия, не сможет покинуть двор. Я не видел из-за свистящего, окутанного изнутри слепящим золотистым светом смерча нашего дорогого главу храма и апостолов, но я надеюсь, что они, так же как и я, наслаждаются кульминацией маленького представления. Я, например, был в восторге от такой удобной возможности оторваться от погони и бесследно исчезнуть.
  Растормошив шокированную девушку, я помог ей подняться на ноги, и мы, еле держась на ногах от сильных порывов ветра, пошли к немного раскрытым створкам, где нас дожидались товарищи. Мои уши закладывало от гула, я тянул за руку принцессу, боясь, что ее может затянуть в смертоносный вихрь, волосы хлестали мне по лицу, порываясь залезть в рот, а плащ поднимался чуть ли не до плеч...
  Зайдя последним в пустующий храм и окинув прощальным взглядом площадь, где царил настоящий хаос, я закрыл тяжелые створки. Стало непривычно тихо...
  
  * * *
  
  По просторным, начищенным до блеска коридорам храма бежали пять человек. Первым бежал Риэл, он, держа в наготове свой новый арбалет, настороженно осматривался по сторонам. Второй был Валерий, который нес на руках хрупкого Шиона, направляя нашего бравого вора к потайному проходу. Следом за ними бежала Петра... Я и Ирен плелись последними.
  - Как он? - догнала Валерия Петра, обеспокоенно всматриваясь в потерявшего сознание Шиона.
  - Плохо... - буркнул светлоглазый жрец, сильнее сжимая в руках своего друга. И крикнул впереди бегущему вандалу. - Сейчас налево!
  Наша компания побежала по левому коридору. Мелькали кельи, просторные залы, поражавшие своей роскошью, галереи в которых висели чьи-то портреты... Я, встревожено смотря вслед Валерию, думал о спасенном жреце. Времени мало, а я чувствую, что работы предстоит много. Не думал, что апостолы такие изверги. Издеваться над своим же собратом, когда тот дожидался казни - благодаря таким индивидам религия превращается в секту. В светлых идеях люди извращают смысл в пользу себя, все больше вера приобретает политический оттенок. Она все глубже погрязает во лжи, в мирской грязи и несправедливости... Боюсь, что если все пойдет также, то какое-нибудь Преосвященство, уверовав в свою святость, пойдет очищать мир от несправедливости огнем и мечом. И, конечно же, первые кто познают его милость, будут члены Совет магов... Нда, какие меня одолели пессимистичные мысли.
  - Какой кошмар, ужас! - вдруг залепетала принцесса, которая плелась самая последняя. Она была бледна, испуганно оглядываясь по сторонам. - Я разбила реликвию! Я своими собственными руками обрекла мир на страдания! Нет, на уничтожение! Не видать мне спасения! Теперь гнев Богини обрушится на меня!
  Я, обреченно вздохнув, остановился, дожидаясь впечатлительную девушку. Только самобичевания Ирен мне не хватало для полного счастья.
  - Не мелите чушь, - я взял принцессу за руку и почти силком потянул ее вперед, заставив ускорить шаг. - А работайте ногами.
  - Нет! - вдруг принцесса резко остановилась, выдернув из моей ладони свою руку. Она встала поСередине коридора, как вкопанная. - Я больше никуда не двинусь с этого места! Возможно, если я приму наказание, то Великая смилостивится и...
  Не дослушав бред принцессы, я с чувством выругался, повергнув воспитанную девушку в культурный шок. Ну, почему в самое неподходящее время Ирен выкидывает такие безумные номера? Не могла бы заняться сеансом самобичевания в другое время? А не тогда, когда по нашим пятам следуют апостолы, которые так и жаждут насадить нас на пики!
  У меня не было сейчас времени выслушивать слезливый религиозный бред про наказания и вступать с девушкой в полемику. Петра уже убежала - мы отстали, надо срочно догонять компанию. Я прислушался к посторонним звукам, надеясь, что апостолы еще не пустились по нашему следу в погоню. Пока все было тихо...
  - Отлично, - с расстановкой произнес я. У меня не оставалось выбора. Если она так жаждет испортить себе жизнь, то я отговаривать ее не буду, но сейчас...
  Не слушая возмущенных воплей Ирен, я, закинув ее на плечо, побежал догонять племянницу и компанию.
  - Да как вы посмели!- возмущенно пыхтела Ирен, вися вниз головой и пытаясь колотить мою спину. Мммм, какой хороший массажик. - А ну живо поставили меня на место!
  Конечно поставлю, но только тогда, когда мы окажемся около потайного прохода, а лучше за чертой храма. Мне как-то не доставляет удовольствия таскать на своих плечах девиц, которые не ценят того, что я спасаю их даже от самих себя. Похоже, безумие заразно.
  - Да? - усмехнулся я. - А я погляжу, вы, Ирен, самоубийца.
  - Это еще почему?
  - Не вы ли только что говорили, что хотите добровольно сдаться жрецам?
  - Но я же разбила реликвию! - чуть не плача воскликнула наивная принцесса. Может ей все-таки признаться, что это была подделка? А то она так и с моста прыгнет, чтобы искупить свой "великий грех". - Вы же сами видели, какой ужас начался по моей вине! Я не хочу быть навеки проклятой!
  Видела бы она консилиум магистров. Вот это - ужас и армагеддон локального масштаба. Обмен новыми заклинаниями у волшебников превращается в настоящий хаос еще на пятой минуте собрания. А через два часа ничего не остается в живых в радиусе километра... А этот смерч - так, легкое дуновение ветра по сравнению с баталиями двух магистров, которые не сошлись во мнениях.
  - Ага, значит казненной в "Яме Неверующих" вы быть хотите?
  - Это еще почему? - удивилась девушка, перестав проводить сеанс массажа. Она надменно хмыкнула, наверное, закатив глазки. - Я принцесса, меня нельзя казнить.
  - Скажите это тому психопату, - хихикнул я, на миг представив лицо Его Преосвященства. За ту великолепную пощечину тщеславный старик самолично толкнет Ее Высочество в бездну. И ему будет глубоко плевать, что он только что лишил короля его любимой дочурки.
  Видимо я и Ирен подумали об одном и том же. По крайней мере принцессе вдруг резко перехотелось совершать такой опрометчивый поступок.
  - Стойте, - обдумав неприглядную перспективу быть осужденной безумным маразматиком, забрыкалась Ирен. - Я передумала. Я пойду сама.
  Я облегченно поставил принцессу на мраморный пол. Не думал, что мои слова так быстро подействуют на ее наивное сознание. Неужели случилось невозможное, и она поумнела?
  Принцесса красная как рак, для проформы посверлив меня своим грозным взглядом лазуритовых глаз, пригладила растрепанную прическу. Я терпеливо дожидался копушу. Если нас поймают апостолы, то я буду знать, кого винить. Женщины... И почему у них всегда внешность на первом месте?
  Вдруг ни с того ни сего Ирен прыснула в кулак.
  - Что? - удивился я, разведя по сторонам руками.
  - Ваша прическа... - принцесса улыбалась, смотря на мои растрепанные волосы. Я показно пригладил рукой свою безумную прическу, которой наградил меня шквальный ветер. Мне сейчас не было дела до своей внешности. Мои мысли занимало будущее лечение покалеченного жреца.
  - Все? - раздраженно спросил я.
  - Не-е-ет... - Ирен улыбаясь, пересилив рвущийся наружу смех, учтиво поинтересовалась. - Ник, я и не знала, что вы следите за модой.
  - Это еще почему? Что за глупые предположения...
  - Когда я висела вниз голов... когда вы решили прокатить меня на себе, то я почувствовала, что от ваших волос пахнет "Цветочной феей". Это, кстати, очень популярные при королевском дворе духи... у престарелых дам.
  Я нахмурился не совсем понимая, что только что сказала девушка. Причем здесь духи? В душу прокралось смутное подозрение, что что-то здесь не чисто. Золотоволосая девушка, не дожидаясь меня, вовсю улыбаясь, побежала догонять нашу компанию, оставив меня одного разбираться со своими проблемами.
  Осторожно взяв пару локонов своих волос, я их понюхал. Противный приторно-сладкий запах...
  Риэл... Он умудрился незаметно облить мои волосы духами, когда я был его заложником на площади! Все, решено - я убью этого вандала!
  
  Глава 6. Тайны силенвильских жрецов
  
  Каждое приключение имеет свое начало и конец.
  Главное чтобы в конце не было неожиданных сюрпризов.
  
  Понять, что творится в голове у женщины, может только женщина.
  И от этого факта мужчинам становится не по себе.
  
  
  Прошло больше суток после нашего побега из обители священнослужителей. Потайной проход привел нашу уставшую компанию в какой-то неблагополучный район Силенвиля, который находился неподалеку от квартала складов. Риэл отвел нас к складу своего знакомого торговца, заверив, что тот великодушно согласился приютить беглецов на пару дней, пока сам доставляет товар в соседний городок. Мы туда еще вчера перетащили наш скудный скарб, поверив вору о надежности его приятеля. Надо отметить, что склад оказался хоть не просторный, рассчитанный на малую партию товара, зато в нем было целых три небольших подсобки. Повсюду валялись пустые коробки, обрезки ткани, и другие бракованные товары которые не представляли для торговца ценности.
  Удобства были минимальные, даже ниже минимальных, но нам не привлекающее внимание помещение нужно было вовсе не для комфорта. Я воздвиг в одной из подсобок импровизированный походный госпиталь, соорудив с помощью магии из пустых ящиков, сена и чистых простыней которые купила Петра на рынке, постель, стул, тумбочку. Крестница позаботилась о приемлемой температуре в помещение, и других удобствах - таких, как свечи, тазики с чистой водой, еда, лежанки и одежда. Слава Богине, тьфу ты, пора отучаться от этой вредной привычки... хорошо, что Петра намного лучше меня владеет бытовой магией и ориентируется на рынке, как я в своей библиотеке. Все-таки что бы ни твердили эмансипированные волшебницы, коих развелось в последнее время слишком много, создавать в доме уют и хорошие условия для жизни это привилегия дам.
  Больше двенадцати часов я не отходил от постели Шиона, исцеляя его раны. Описывать весь процесс я не буду. Не думаю, что кому-то будет интересно выслушивать отчет какого-то целителя о проделанной работе. У бывшего апостола было сотрясение мозга, множественные ушибы и гематомы по всему телу, отбита почка и некоторые другие органы, как я говорил ранее, ушиб челюсти, трещины в паре ребер и сломана пара пальцев на руках... и это был лишь краткий список увечий. Я не мог поверить, что с такими травмами Шион мог самостоятельно ходить и даже хоть как-то, но говорить и осмысливать происходящие вокруг события. А если посмотреть на то, что его держали в казематах храма не один день, и избивали регулярно, то это вообще чудо, что он не умер еще до начала казни. Может его насильно поили целебными отварами, чтобы он случайно не отправился в загробный мир раньше срока? В одном я убедился точно - все люди одинаковы, будь то апостолы или обычная городская стража... Если они знают, что заключенный обречен на смерть, то выпускают на нем весь накопившийся пар. Такое отношение к другим меня всегда выводило из себя. Человеколюбие, сострадание, альтруизм - почему эти понятия обесценились в нашем обществе?
  И честность. Теперь люди врут даже самым близким, которые искренне желают им только добра. Я так устал от лжи Петры и от чокнутых священнослужителей, что когда стал раздевать Шиона, чтобы подготовить его к операции, уже ничему не удивился. Даже тому, что возлюбленный племянницы оказался девушкой. Для целителя пол, вероисповедание не имеет существенной разницы. Если лекарь будет заморачиваться по поводу того, девушка на его операционном столе лежит иль парень, то упустит драгоценное время, которое может стоить пациенту жизни.
  Для себя решив, что после того как я спасу жизнь этой девицы, устрою допрос с пристрастием Петре на счет ее нетрадиционных вкусов, я полностью погрузился в процесс исцеления. Томительные часы ожидания для других, для меня пролетели в одно мгновение. Но как только жизнь моей пациентки была спасена, я, накрыв ее простыней и сверху своим теплым шерстенным плащом, обессилев, рухнул как подкошенный на дощатый пол. В подсобке благодаря племяннице было тепло, некогда толстые длинные свечи догорали, грозясь в любое мгновение погаснуть, а стоявшая в тазе мутная вода, которой я избавлял тело бывшей жрицы от грязи и засохшей крови, ловила блики пламени, нервно дергаясь от сквозняка.
  Мои глаза слипались после многочасовой операции, внутри царила опустошенность, но не такая, какая бывает после оков, а другая - сладкая истома, тесно переплетенная с чувством выполненного долга, согревающая душу, заставляя наливаться тело свинцом. Оно отправляло мое сознание путешествовать по миру грез, отодвигая все проблемы и вопросы на второй план. Я и не заметил, как уснул у постели больной, устроив свою голову на свежей, пахнущей душистым сеном простыне...
  Мне снилось, что я с упоением душил Его Преосвященство, а после сеанса душения хорошим пенделем отправил старика в незабываемое путешествие в бездну Ямы Неверующих. Вдруг внезапно у меня в руках оказалась огромная шоколадка, но не успел я даже развернуть лакомство, как с небес спустилась Великая. Она пожурила меня за то, что я с ней не поделился шоколадом, и попыталась отнять плитку. Я возмутился такой наглости и стал с ней о чем-то рьяно спорить. Не выдержав давления со стороны этой страшной женщины, которая прямо тянула свои загребущие ручки в сторону моего шоколада, я, не мудрствуя лукаво, сбросил и ее в колодец. Пускай лучше попытается отнять у Настрревиля его любимую кружку чая, чем мой шоколад. Издав победный клич и для профилактики обругав на эрейском шокированных апостолов, я нетерпеливо развернул золотистую обертку и с наслаждением надкусил плитку, как вдруг...
  Проснулся я от того, что кто-то легонько прикоснулся к моему плечу. Я сразу подскочил на месте, не совсем понимая, где я нахожусь. Мое сознание все еще пробовало на вкус отвоеванное лакомство. И почему, когда я кого-нибудь исцеляю, мне всегда снятся бредовые сны про шоколад? От резкого пробуждения что-то тяжелое и теплое упало с моих плеч. Я, убрав с глаз мешавшие волосы, сонным взглядом посмотрел на пол - это было Серое шерстяное одеяло. Неужели Петра накрыла меня, пока я спал?
  В комнате было светло, через маленькое застекленное окошко возле потолка пробивались солнечные лучи. Тело после отдыха в неудобной позе затекло, и теперь у меня ныла спина, а ноги неприятно покалывало, возвещая о том, что кровь наконец-то пробралась к отлежанным конечностям. Я зевнул подтянувшись. Нет, пора прекращать практику сна вне удобной постели. Мне надоело постоянно гадать, где я сейчас, и разминать затекшие конечности.
  Похоже, я спал, используя вместо подушки свои руки - правая щека и рука были непривычно горячими. Протерев кулаком свои сонные глаза и еще раз заразительно зевнув, я посмотрел на импровизированную кровать, сделанную из ящиков. На меня внимательно смотрели ярко-голубые глаза моей пациентки.
  Я поперхнулся на Середине зевка, смущенно улыбнувшись девушке. Нда, а мне везет. Теперь она запомнит на всю жизнь сонную неопрятную мордаху своего целителя. И когда кто-нибудь будет упоминать о Никериале Ленге, перед ее глазами будет всплывать нечто беловолосое, зевающее во весь рот.
  Шион внимательно смотрела на меня, укрытая по шею теплым плащом. Она, открыв свои обветренные, потрескавшиеся губы, сухим голосом спросила:
  - Я все не могу понять, сон ли это?
  - Что? - нахмурился я, еле встал на ноги и отряхнулся от пыли. Голова от недосыпа и переутомления нещадно болела, ломило спину - я стал чувствовать себя как какой-то дряхлый старик. Сейчас бы выпить бодрящее зелье или завалится спать в свою уютную постель. - Почему ты так решила?
  - Ничего не болит... я... я не хочу просыпаться, - чуть не плача проговорила девушка, умоляюще смотря на меня, будто я был каким-то маньяком. Я вздохнул. Сколько раз я уже сталкивался с таким взглядом и не перечесть. Физическое тело можно исцелить быстро, а вот душу... с покалеченной душой все намного сложнее. Душевные раны, которые ей причинили в казематах жрецов, будут затягиваться очень долго, да и затянутся ли они вообще? Странная штука память. Наш мозг лучше всего запоминает моменты из жизни, которые были насыщены яркими эмоциями, такими как любовь, радость, гнев, боль... страх. И не поверишь, что крошечный гиппокамп, часть головного мозга, похожая на морского конька, может навсегда разрушить твое представление о мире...
  - А ты не спишь, - спокойно улыбнулся я растерянной бывшей жрице и подошел к ящику, на котором лежала фляга с водой. Петра унесла тазик с водой, положив вместо него флягу и накрытую тряпкой тарелку с едой. Взяв флягу, я присел на корточки перед своей пациенткой. Придержал ей голову, позволив маленькими глотками отпить воду. Бывшая жрица жадно глотала жидкость, будто не пила много дней. - Теперь все будет хорошо.
  Напившись, она, глубоко задышав, блаженно прикрыла глаза. А Шион - водохлебка - выдула почти всю флягу, оставив мне водички на дне. Я вздохнул - ладно, попью позже.
  - И правда - не сон, - впервые искренне улыбнулась яркоглазая девушка. - Вкус воды настоящий.
  - Точно ничего не болит? - учтиво осведомился я, отложив флягу в сторону.
  Я захотел было дотронуться до девушки, чтобы проверить ее физическое состояние, но она вдруг резко перехватила мою ладонь, сжав кисть в тиски. Ее лицо на мгновение исказилось от гнева и злости, обещая мне медленную смерть, если я до нее дотронусь хоть пальцем. Но через пару томительных секунд пациентка отпустила руку так же резко, как и схватила.
  - Простите, - извиняюще попыталась улыбнуться она. Подняла свою тонкую руку, по-новому смотря на ладонь. - Я... не знаю, что на меня вдруг нашло. Мне... я просто не хочу, чтобы вы до меня дотрагивались.
  - Все ясно, - вздохнул я и, встав с корточек, сел на ящик. Я был знаком с таким поведением. Мой наставник по целительству, магистр Гарриус, объяснял это как посттравматический синдром. Когда я только учился, проходя практику в госпитале, сталкивался с такими пациентами. Шион просто боится, что я причиню ей боль, что буду избивать ее, как те палачи, до потери сознания. Сейчас самым лучшим выходом из ситуации будет не упоминать при ней события прошлых дней. - Хорошо, тогда давай просто поговорим. Без осмотра. Тебя ведь устраивают простые разговоры?
  Яркоглазая девушка коротко кивнула, внимательно смотря на меня.
  - Для начала познакомимся. Меня зовут Ник. Как ты уже, наверное, догадалась я целитель и по совместительству дядя твой... гм... подруги Петры. А тебя ведь зовут Шион?
  - Петры? - на мгновение удивилась она, но через секунду фыркнув, лукаво улыбнулась. - Не знала, что у нее есть такой симпатичный молодой дядя. Да, меня зовут Шион, у моего папы была на удивление богатая фантазия. Я люблю прогулки под луной и свежую выпечку... красть из кухни храма.
  Я усмехнулся. Точно, она с племянницей два сапога пара. Неудивительно, что они за такое короткий промежуток времени сблизились. Ну, хотя бы она пытается шутить, а не впадает в апатию. Это факт меня радует, значит, у нее крепкие нервы, и организм избрал верную тактику исцеления покалеченной души.
  - А теперь расскажи мне о том, как ты сейчас себя чувствуешь.
  - Главное, что мне больше не больно, - искренне улыбнулась она. - Не очень удобно лежать, хочется повернуться, я чувствую, как мое тело затекло... Когда я пытаюсь пошевелиться, по телу проходят мурашки, как вспышка тока... Непривычно... О, еще чуть не забыла, у тебя... давай сразу перейдем на "ты", у тебя Ник, очень колючее одеяло. Все жутко чешется.
  - Это... км... не одеяло, а мой плащ, - смущенно пробормотал я, отвернувшись, когда девушка особо не церемонясь, стала чесаться под одеялом, в блаженстве растянув улыбку на пол лица.
  -Да? Но это сути не меняет... у-у-у-у... какой он все-таки колючий.
  Исходя из слов девушки, можно сделать вывод, что организм у нее крепкий, смог быстро усвоить мою энергию. Я, конечно, не слишком ей верю, что у нее ничего не болит - таких чудес медицина еще не знала, но выглядит она лучше. Болезненные оттеки спали, цвет кожи поменялся с Серого на нежно-розовый, нет кругов под глазами, синяков. Говорит она бойко, постоянно улыбается, руки двигаются, пальцы функционируют нормально - физическое состояние больной можно считать удовлетворительным. Только вот взгляд у нее, несмотря на показное веселье и радость, затравленный.
  Вдруг входная дверь открылась и в комнату вошла моя племянница. Шион вздрогнув от резкого звука, с любопытством стала осматривать первую посетительницу.
  Петра тихонько прикрыв за собой дверь, удивленно посмотрела на нас. Увидев мою пациентку, лицо племянницы просветлело, она чуть не плача от радости кинулась к кровати.
  - Шион! Я так рада, так рада, - сказала волшебница дрожащим от волнения голосом, после повернулась ко мне, в ее глазах стояли слезы. - Дядя, я всегда знала, что ты самый лучший!
  Она крепко меня обняла, пытаясь одной рукой унять льющиеся против воли слезы. Девушка, всхлипывая и одновременно смеясь, говорила мне какие-то слава благодарности, клялась в вечной любви и повторяла другие несуразные фразы, какими благодарят за помощь целителя люди. Я, немного послушав ее счастливый бред, отпрянув от удушающих объятий, строго посмотрел в глаза этой маленькой лгунишки.
  - Ты мне солгала, - сухо произнес я. Улыбка племянницы вмиг померкла. Я был на нее зол. Сколько можно мне врать? Сколько можно меня использовать? - А я тебе верил, Петра. Ты меня сильно разочаровала.
  Я встал с ящика, и направился к двери. Сил моих больше не было слушать это лгунью и слушать ее увертки. Моя душа ныла от боли, которую мне причинила Петра. Она ведь моя крестница, дочь моего лучшего друга - самого близкого и дорогого для меня человека. Я всегда, даже если против нее будет целый мир, буду ее поддерживать, помогать, если она обратится ко мне за помощью. Но больше всего на свете я не люблю, когда мне лгут, я предпочитаю слышать горькую правду, чем сладкую ложь. Я верил ей, я слепо верил моей маленькой племяннице, и она меня так жестоко обманула. И от этого на моей душе сейчас было погано, мне казалось, что будто мне всадили кинжал в спину.
  Я свою работу сделал, я сполна выполнил свое обещание - Шион спасена, ей больше ничего не грозит. Меня теперь ничего не удерживало в этом прогнившем изнутри "святом" городке.
  - Постой! - крикнула Петра, схватив меня за рукав робы. - Да, я лгала. Признаю. Но у меня на это были причины...
  - Какие причины?! - перебил я девушку, сверля ее грозным взглядом. Ну вот, началось. Теперь она будет снова лгать... Как мне все это надоело. - Какие причины? Хотя бы сейчас не лги! Прошу, не надо разочаровывать меня сильнее.
  - Ты бы не спас Шион, если бы знал, что она девушка! - крепче сжимая рукав, упрямо посмотрела на меня дочка Фила.
  - Петра, я, конечно, не одобряю твой выбор, и вообще отношусь негативно к таким нетрадиционным отношениям, но...
  - Какие такие нетрадиционные отношения? - возмутилась бывшая жрица. Я удивленно посмотрел на свою пациентку. Только не говорите мне, что крестница и в этом мне навесила лапшу на уши. - Я и Петра просто подруги. Красавчик, я, конечно, притворялась мужчиной, но не настолько же!
  У меня как будто камень с души упал - моему другу не придется сообщать, что его дочь предпочитает девушек. А я уже было поверил в то, что Риэл оказался настолько плох, что Петра навсегда разочаровалась в мужском роде. А что, было бы забавно посмотреть на его выражение лица, если бы я сообщил ему эту "потрясающую" новость.
  - Если бы я сказала тебе, что хочу спасти подругу, причем жрицу, ты бы никогда не согласился, - вздохнула Петра, отпустив мой рукав. Умоляюще посмотрела на меня, надеясь, что такое оправдание сможет удержать меня в этом городе еще на пару часов. - Тем более нельзя было чтобы хоть кто-то узнал раньше срока, что Шион девушка. Это поставило бы ее жизнь в еще более Серьезную опасность.
  Я, немного поразмыслив, решил повременить со скорой отправкой домой. Любопытство пересилило обиду на племянницу. Да и по своей натуре я человек отходчивый... бываю иногда.
  - Почему?
  - В апостолы берут только мужчин, - вздохнула Шион. Я и Петра повернулись к кровати. - Считается что женщина - это греховный сосуд, притягивающий к себе демонов. И если жриц еще как-то, но терпели, то священные войны Великой должны быть непогрешимы душой и телом. Я с детства мечтала стать апостолом. Мечтала служить Богине Элисень, беречь мир от демонов и зла, что скрывается в Сердцах людей. Я с легкостью прошла все испытания чтобы стать войном Великой - до изнеможения тренировалась, часами медитировала, неустанно молилась прося Богиню дать мне сан... но вот только была одна проблема - я по воле Пресветлой родилась не того пола.
  - И ты притворилась мужчиной? - вздохнул я. Глупая девчонка. И что ей так нетерпелось положить свою жизнь на алтарь религии? Не понимаю я этих фанатиков. Какой резон служить Богине и губить зря свою молодость? Она же простой человек, ее жизнь так скоротечна, не лучше ли ее потратить на хорошую цель, а не на религиозные бредни?
  - А что мне оставалось? Я хотела осуществить свою мечту. Я была осторожна, никто даже не догадывался, что в ряды апостолов затесалась женщина. Мне повезло в одном, - девушка, горько усмехнувшись, показала рукой на себя. - Богиня не наделила меня формами, я похожа на мальчишку... стоит затянуть потуже бинты, надеть свободней хламиду - и все считают тебя парнем. Никто даже не мог предположить, что я жрица. Да и из-за того, что я была легче остальных, проворней, гибче я стала быстро продвигаться по иерархии апостолов вверх, и вот однажды мне дали шанс доказать, чего я стою на деле...
  Шион, фыркнув, посмотрела на Петру. Я улыбнулся. Пристальный взгляд моей пациентки ясно давал понять, что этот шанс она с треском провалила. Петра оказалась не по зубам даже девушке, которая посвятила свою жизнь служению Богине. Похоже, с каждым мгновением моя обида тает. Крестница всегда умела растопить мое Сердце. Настоящая проказница - и как на такую можно долго Сердиться?
  - А что я? Вы хотя бы подумали об моих нервах? - хохотнула племянница, не выдержав красноречивого взгляда своей подруги. - Дядя, представь, какой для меня был шок, когда симпатичный жрец никак не реагировал на мои намеки! Я уже стала считать себя уродиной и неудачницей! Я к нему со всех сторон подбираюсь, глазки строю, чуть ли не голышом расхаживаю, а его только на смех пробивает.
  - Это было забавное зрелище, - улыбнулась Шион. - Я тогда стала всерьез опасаться, что она на меня накинется прямо на улице.
  - Не хочу слышать такие подробности, - я протестующе замахал руками. Мое бурное воображение уже нарисовало картинку борьбы двух девиц. О, эта эпическая битва таскания за волосы, смертельный бой на длинных ногтях... Нет, это зрелище не для слабонервных и я не хочу знать таких подробностей. Пускай этот неловкий момент навсегда останется тайной Петры и Шион.
  Подруги засмеялись в полный голос.
  - Шион, смотри, - хихикнула Петра, показывая на меня пальцем. - Ты смутила дядю.
  Золотоволосая девушка укрылась с головой плащом, хохоча во весь голос. Я возмутился такому наглому вранью племянницы.
  - Я не смутился!
  - Ой, ой, ой, какие мы грозные, дядя. А алые уши мне привиделись? - я вмиг закрыл руками уши. Смех стал еще сильнее. - Ну если ты совсем не смутился, то тогда я уверена ты не будешь против того, чтобы я рассказала, как узнала, что непреступный жрец, в которого я почти по уши влюбилась, оказался девушкой?
  - Ты лучше расскажи, почему ты представила Шион своим возлюбленным?
  "Возлюбленный" под одеялом стала хихикать громче. Похоже, она только что узнала о своих бурных отношениях с волшебницей.
  - Но я люблю ее как подругу! - патетично воскликнула Петра, надменно закатив глазки. - Я тебе не врала когда говорила, что люблю Шион и хочу ее спасти! Это ты сам выдумал про моего возлюбленного - я просто не стала возражать твоим предположениям. Мне папа всегда говорил, что нельзя обижать старых людей.
  "А еще он правильно тебя учил, как врать магу, говоря только правду", - мысленно вздохнул я. Стоит признать, уроки отца она усвоила прекрасно. Фил гордился бы своей непутевой дочуркой. Заварить такую кашу под силу только Петре. Но скажите мне, почему именно я должен ее расхлебывать?
  - А Валерий знает, что я "твой возлюбленный"? - подала голос Шион, перестав смеяться и высунув голову из-под плаща.
  - Конечно, - фыркнула племянница, махнув рукой. - Это ведь была его идея.
  - И ты согласилась? - удивился я.
  - А почему бы и нет? - пожала плечами девушка. На миг ее лицо вновь стало грустным, и она еле слышно проговорила. - Я просто хочу, чтоб хоть у кого-то было все хорошо. Шион... она заслуживает быть счастливой.
  - Петра... - тепло улыбнулась яркоглазая девушка моей племяннице. - Ты же знаешь, что я сама виновата. Апостол должен отвечать за свои ошибки. А я сильно согрешила и сполна за это поплатилась.
  Светловолосая волшебница протестуще замахала руками, и села на пол возле постели Шион.
  - Нет, это моя вина! Прости, прости меня, Ши, - прошептала она, гладя бывшую жрицу по неровно стриженным золотым волосам. - Из-за моей глупости и самонадеянности ты так страдала, - ее голос дрогнул. - Они тебя сильно мучали?
  Шион судорожно вздохнув, закрыла глаза и вдруг резко крепко сжала ладонь Петры. Она замотала головой:
  - Ни...ничего ст...страшного... Все ... позади. Все позади...
  - Петра, - угрожающе проговорил я. Она что, совсем не понимает, что нельзя человеку, перенесшему такое сильно психологическое напряжение напоминать о тех событиях? Она бы еще предложила жертве маньяка связать руки иль пойти в подворотню, чтобы провести следственный эксперимент.
  - Что? - удивленно посмотрела на меня племянница. Сама наивность. Кошмар, неужели она понабралась этого от Ирен?
  Вдруг ни с того ни сего, из закрытых глаз Шион потекли слезы. Петра обеспокоенно стала всматриваться в лицо своей подруги, я нахмурился - только этого мне не хватало.
  - Я не могу... Я боюсь открыть глаза, - прошептала она, сильнее сжав ладонь племянницы. - Боюсь, что когда открою, то окажусь вновь в той темнице. Что вы окажетесь просто моим сном, моим видением на грани смерти.
  Я подошел к бывшей жрице, которая сейчас была на грани истерики. Присев к ней на кровать, я осторожно дотронулся до ее руки, в которой она судорожно сжимала ладонь волшебницы. Шион дрогнула от моего прикосновения и, всхлипнув, резко открыла глаза.
  - Не бойся, - успокаивающе проговорил я, ласково улыбнувшись испуганной девушке. Пришлось надеть на себя маску ненавистного мне жреца. Думаю, если я еще один раз скажу фразу как священнослужитель, мир не дрогнет и не превратится в прах. - То испытание уже позади. Ты его выдержала с честью и Великая простила тебе все грехи.
  - Что за чушь, - буркнула племянница, за что получила от лучезарно улыбающегося жреца подзатыльник. Я, в отличие от нее, пытаюсь привести в чувство Шион, а она еще недовольна.
  - Я не надеялась, что меня спасут, я смирилась со своей судьбой, - еле улыбнулась девушка, вытирая слезы моим плащом. Она вновь невидящим взглядом посмотрела на потолок, сказав подрагивающим от волнения голосом. - Нет, на самом деле я хотела жить... но когда тебя каждый день истязают, когда кроме решетки и тусклого света от факела ты ничего не видишь, слышишь только противное пищание крыс, чувствуешь, как они ползают по тебе, нюхают, как они... просто внутри что-то ломается и хочется только одного - умереть. Ты молишь своих тюремщиков о смерти. Ты жаждешь получить свободу, чтобы перестать терпеть эту адскую боль...
  - Не надо вспоминать то, что причиняет тебе боль, - нахмурился я, перебив бессвязный поток слов бывшей жрицы. Если так будет продолжаться в том же духе она уйдет в себя и потом ее трудно будет научить вновь радоваться жизни. - Забудь те события как страшный сон.
  - Я не могу, - отрицательно покачала головой бывшая жрица. Дотронулась рукой до своих некогда длинных и роскошных волос, которые сейчас напоминали золотой ершик. - Не сейчас... Темница постоянно стоит у меня перед глазами... Нет, я не хочу забывать. Я хочу помнить.
  Я вздохнул - ну как знает. Я всего лишь хотел помочь, исходя из знаний, полученных на практике в больнице Парнаско. Не легче ли вычеркнуть из памяти эпизод причиняющий тебе боль? Не понимаю я логики женщин. Зачем они постоянно усложняют себе жизнь?
  - Слушай, Шион, так значит они не узнали, что ты девушка? - тихонько спросила моя крестница. - Ну, когда бросили в темницу.
  - Узнали...
  - И все равно продолжили бить? Вот сволочи!
  - Наоборот, - нахмурилась Шион. - Когда они узнали, что я девушка стали меня бить. Это ведь великое святотатство, что женщина проникла в ряды апостолов. Его Преосвященство пришел в ярость, когда узнал об этом. Я слышала, как он приходил, и лежа на холодном грязном полу, чувствовала пропитанный лотосом аромат его сандалий.
  Теперь понятно, почему этот маразматик не внял "просьбе Богини" отпустить жреца и все верещал о том, что никто не должен узнать "эту постыдную правду". Я все больше разочаровываюсь в религии. Не они ли твердят, что избивать беззащитных дам это грех? А сами - великорослые мужланы, гордо именующие себя апостолами, слугами Великой, измывались над бедной хрупкой девушкой и только из-за того, что она решила, как и они, служить Богине. Да, как я посмотрю жрецы настоящие мужчины, непогрешимые и невинные слуги Элисень.
  - Все, - решительно заявила крестница, встав с колен. - Если они еще раз хоть пальцем до тебя дотронутся, то я разнесу по камешкам чертов храм, а всех твоих палачей сброшу нафиг в эту несуразную яму. И плевать мне на последствия!
  Я усмехнулся:
  - А ты когда-нибудь задумывалась о таких мелочах?
  - Конечно, - уверенно хмыкнула Петра, но немного подумав, замялась. - Ну, хорошо, я почти всегда думаю о последствиях. А если и не думаю, то ловко их избегаю.
  - Ну-ну... - что и исследовало доказать. Племянница думает головой в самую последнюю очередь и из-за этого постоянно попадает в неприятности.
  - Эй, что это за "ну-ну"! Дядя, ты не веришь в мои способности?
  В твои способности я-то верю, но вот окружающим тебя людям твои фортели приносят массу неприятностей и добавляют седых волос в шевелюру.
  За стеной послышались возмущенные крики Ирен, возгласы Риэла, их возня... Они громили склад, попутно о чем-то яро споря. Я обреченно вздохнул. Так и знал, стоит мне оставить эту неугомонную парочку одних - они сразу же найдут причину, чтобы покричать и подраться. Надо разнять этих маленьких деток пока они не подняли на уши весь район. Жрецы наверняка ищут нас по всему Силенвилю, порываясь отправить в гости к Настерривилю, точнее не в гости, а на постоянное проживание в Преисподнюю. Зачем им помогать? Тем более без подарка являться в гости не прилично, а я как назло не люблю дарить подарки малознакомым демонам и властителям геенны огненной. Хотя стоит отметить от свидания с милой суккуброчкой я бы не отказался. Устроили бы романтический ужин на фоне огненного зарева от бывшего храма, с музыкой, под руководством оркестра 'Горящий жрец', а прислуживал бы нам само Преосвященство... Мечта. Жаль, что после придется убить суккубу - они обожают высасывать энергию мага... гм... в конце свидания.
  Шион приподнялась на кровати, видимо надеясь увидеть нарушителей спокойствия. Но через миг она, резко побледнев, без сил упала на постель.
  - Тебе еще рано вставать, - заметив состояние бывшей жрицы, подметил я. - Твой организм хоть и исцелен, все еще не окреп после перенесенных травм. Если так резко будешь вставать, то у тебя будет кружиться голова, станет тошнить.
  - Не хочу... не хочу быть такой слабой, - прошептала Шион, пытаясь еще раз подняться. Ее руки задрожали от напряжения, лицо исказилось от боли, но она упрямо села, одной рукой держа сползающий плащ. Крестница попридержала свою подругу за плечи, помешав ей упасть обратно на простыню.
  Подняв с пола одеяло, которым меня укрыла Петра, когда я спал, и, отряхнув его от пыли, я укрыл им дрожащую от холода Шион.
  - Ши, я сейчас принесу тебе одежду, - ласково проговорила Петра, поглаживая бледную девушку по плечу. - Ты оденешься, и мы пойдем. Хорошо?
  Яркоглазая девушка едва кивнула, стараясь удержать себя в сознании.
  Я, недовольно вздохнув, положил свою руку ей на лоб. Из моей ладони полился ослепительно-белый свет, который ласково окутал макушку Шион, облегчая ее страдания. Моя пациентка не дернулась от руки, как в прошлый раз, она позволила себя исцелить, довольно жмурясь под лучами моей энергии. И почему никто не любит слушать моих советов? Говорил же этой непутевой девчонке, что рано ей вставать, нельзя так резко подниматься. Но нет, она пошла наперекор.
  Я все понимаю, она, наверное, просто боится, что сейчас совсем беззащитна, боится, что вновь испытает тот ужас, в котором жила последние дни. Такая психологическая травма выбивает из колеи даже самых смелых мужчин, а тут простая девушка, хоть и с сильным духом. Почему никто не хочет понимать, что советы целители дают не потому, что нам хочется поговорить, а потому, что мы просто не любим, когда наша кропотливая многочасовая работа может пойти насмарку из-за глупости пациента.
  Племянница, оставив мне на попечение свою подругу, встала и направилась к двери. Я, на миг отвлекшись от созерцания блаженной улыбки Шион, внезапно вспомнив об одной вещи, крикнул волшебнице:
  - Петра, спасибо за одеяло.
  - Одеяло? - удивившись, остановилась Петра и посмотрела на шерстяное одеяло. - Ты о чем? Я не заходила в комнату. Дядя, я же тебя хорошо знаю, если тебя беспокоить, то ты превратишь нарушителя в горстку пепла, а мне как-то не хотелось раньше времени умирать... Постойте-ка, - она, подойдя к кровати, вгляделась в теплый плед. - Это же одеяло Ирен. Ах, дядя, дядя... Ты у нас погляжу ловелас... за Шион вовсю ухлестываешь, теперь я погляжу и Ирен попала под воздействие твоих чар.
  - Не мели чушь, Петра. По сравнению с тобой - я просто ангел, - фыркнул я. Я не верю, что Ирен, проигнорировав мое милое предупреждение: "И если кто-нибудь зайдет сюда - со света сгною!" добровольно не только засунула в "госпиталь" свой любопытный носик, так еще и накрыла своим единственным одеялом "злого колдуна". Нет, это нонсенс... Хотя эта особа непредсказуема. Я не могу никак понять, что творится в голове у этой девчонки, и это меня напрягает.
  - Ну, не знаю. Про тебя много слухов ходит, зло-ой колдун Нике-еериа-а-ал... - провыла как привидение Петра и, изобразив дьявольский смех, скрылась в другой комнате.
  Я обреченно опустил голову. Нет, моя жизнь начинает с каждым мгновением все больше напоминать детский сад. Причем в этом дурдоме я играю роль воспитателя.
  
  * * *
  
  Шион, переодевшись в мужскую одежду, купленную Петрой на рынке, с моей помощью немного поев жидкой каши, решилась выйти, опираясь на племянницу и познакомиться с остальными членами нашей "команды по спасению". Конечно, глупо звучит, как название какого-то сборища героев, но другого я не придумал.
  Как только я и девушки вышли из маленькой комнаты, в которой был организован госпиталь, мы стали свидетелями интересной сценки.
  Вор лежал на полу, а на нем сверху восседала принцесса, борясь с парнем руками. Ирен мешала рыжему вору встать, изо всех сил удерживая его на спине. Рядом с ними ошивался Валерий, который безуспешно пытался утихомирить этих гладиаторов. А я даже и не догадывался, что у Ирен и Риэла такие близкие отношения. Неужели их открытая неприязнь было лишь прикрытием настоящих чувств? Я бы даже сказал, что ненависть давала их отношениям особую перчинку. Они с такой страстью дрались, пыхтели друг на друга, кричали, что мне даже стало немного неловко прерывать эту идиллию.
  - Кхм... Ирен, - поинтересовался я, с интересом наблюдая, как растрепанная, красная девушка пытается прижать к полу вора. Нда, стоит мне на секундочку отвлечься, как она уже соблазняет других мужчин. - Я что-то пропустил? Почему вы...
  - Так его, дорогуша! - перебив меня на полуслове, поддерживая принцессу неожиданно закричала Шион. - А теперь захват левой! И штаны, штаны не забудь снять! Тяни их рывком, рывком!
  - И кляп в рот! - ободряюще присвистнув, подхватила свою подругу Петра. О, Богиня, они стали похожи на тех сумасшедших, что собирались в амфитеатре на бои воинов. Такой же маниакальный блеск в глазах, такие же движения руками... - Руки заломи! Куртку расстегни и кинжалы выкини, а то мешать будут!
  - Вы что кричите? - поинтересовался я у своих спутниц. Эти девицы так увлеклись, что я стал подозревать в их словах какой-то скрытый не совсем приличный смысл.
  - Как что? - искренне удивилась Шион и показала рукой на разгоряченных Ирен и Риэла. - Она же хочет его изнасиловать, мы просто помогаем советами.
  Вор и принцесса внезапно замерли и, расширив глаза от ужаса, посмотрели на нас. Через мгновение они вновь взглянули друг на друга, скривившись от отвращения и вмиг вскочив на ноги, оказались друг от друга на несколько метров. Вот это любовь - понимают друг друга с полуслова!
  А довольные подружки, провернув это маленькое представление, улыбаясь чуть ли не до ушей, смотря на наших смущенных голубков, хлопнули в ладоши.
  - Ах Ирен, Ирен, - как можно печальнее вздохнул я. Сейчас я докажу этим лисичкам, что не только они могут так импровизировать. - Вы разбиваете мне сердце. Я считал вас целомудренной девушкой из приличной семьи, а вы!
  - Это не то, что вы думаете! Я пыталась помочь! - с обидой, пылая от стыда, выкрикнула принцесса. - Я пыталась его остановить!
  - Какие у вас интересные методы, - одобряюще цокнул языком я. - Сразу видна школа мадам Лиры.
  - Эта сумасшедшая на меня накинулась!- вставил свое слово наш пострадавший, одергивая куртку. - Сшибла с ног захватом и уселась сверху!
  - А как еще я могла удержать тебя, недоумок, на месте!
  - А нефиг было меня удерживать, истеричка!
  - Ах ты хам безмозглый! - принцесса, больше похожая на какую-то фурию, подняла с пола небольшой обломок доски и погрозила им Риэлу. - Я тебя сейчас научу манерам!
  - Все равно не попадешь - мазила! - подливал в огонь масла рыжий парень, похоже, совсем не беспокоясь за будущее "обучение". - У тебя глазомер, как у косого пьяницы!
  - Стоп! - выкрикнул я, остановив вновь начавшиеся разборки между девушкой и вором. Еще чуть-чуть и они снова могли накинуться друг на друга. А это даже не смешно. Если принцесса дралась в полную силу, то сразу было видно, что Риэл поддавался даме, видимо не воспринимая ее вСерьез. - Хотя бы один адекватный человек скажет мне, что здесь происходит?
  - Я не знаю, - безразлично пожала плечами Петра. Бедная племянница, она и не догадывается, что я ее адекватной не считаю. - Когда я выходила, они уже друг на друга орали, и Ирен кидалась в Риэла досками. Он так смешно уворачивался!
  - Это потому что он - придурок, - прошипела характеристику вору Ирен, пытаясь испепелить его взглядом.
  - А ты наивная дурочка, - покрутил вокруг виска вор, также показывая свое мнение об Ее Высочестве, за что чуть не получил по лбу доской, которую сразу метнула Ирен. К сожалению девушки, рыжий парень в последнее мгновение успел увернуться. Вот так относится светская власть к мнению народа...
  - Сей спор произошел по вине молодого человека, - спокойно сказал Валерий, устало махнув рукой на эту парочку. - Неразумное дитя решило проигнорировать Вашу, Ник, просьбу и зайти в комнату, чтобы о чем-то побеседовать с Шионом. Но Риэл был остановлен юной девой Ирен, которая решилась вмешаться, дабы сохранить ему жизнь от вашего гнева.
  - Эй, кто из нас тут еще неразумный! Следи за словами, святоша!
  - Я не хотела его спасать! Больно он мне нужен! Я не хотела, чтобы он помешал Нику лечить Шиона!
  - Сколько раз тебе повторять, что я не помешал бы! Почему Петре и тебе можно туда заходить, а мне нет!
  - У меня были веские основания! Я приносила еду, болван!
  - А вдруг я хотел этому колдунишке принести свет, радость и счастье? - рыкнул на Ирен вор и стремительно подошел ко мне, намереваясь что-то прокричать прямо в ухо. Но он, бедный, не знал, что от этого гама и шума, мои нервы были на пределе, - Ты, раскраш...
  Не дослушав его речи я, нервно усмехнувшись, двинул со всей силы кулаком по челюсти вору. Тот, не ожидая такой моей реакции на свои слова, не успев блокировать удар, рухнул как подкошенный на пол. На мне скрестились шокированные взгляды моих путников. Ирен, торжествующе улыбнулась. Я в блаженстве вздохнул - тишина, наконец-то на складе воцарилась долгожданная тишина. Век бы слушал...
  Да и интуиция мне подсказывает, что Риэл явно не хотел мне сказать, что я прекрасный сказочный принц, наверняка он придумал новое оскорбление, которое якобы должно меня задеть. Нет, сносить такое к себе отношение я больше не намерен. Да, я знаю, что я по своей натуре пофигист, могу долгое время не обращать внимание на ребячество и хамское обращения некоторых личностей, но и у меня терпение не безгранично. Пускай скажет мне спасибо, что я его просто ударил, а не применил магию, как мне сперва хотелось. Сил моих больше нет сносить к себе такое отношение и бессмысленные крики. Хотя бить маленьких детей нельзя... Какой я все-таки ужасный человек, избивающий неразумных детей - никогда мне не быть жрецом. Надеюсь, я переживу эту горькую правду.
  Риэл злобно сверля меня взглядом, вытер кровь с разбитой губы и стремительно поднялся, видимо намереваясь отплатить мне той же монетой.
  Валерий решительно встал между нами:
  - Успокойтесь, Богиня говорит, что...
  - Пшел прочь, святоша! - рыкнул Риэл, столкнув со своего пути жреца.
  - Ты! - тыкнул в меня пальцем вор похожий сейчас больше на бешеную дворняжку, чем на адекватного человека.
  - Повторить? - сузил глаза я, для наглядности концертируя в руке небольшой пучок искрящейся энергии. - Только дай мне повод. Ты ведь все это время добивался от меня именно такой реакции, теперь я надеюсь, ты доволен?
  Даже детей иногда надо учить воспитанию. А я был не прочь преподать вандалу урок того, что не следует дразнить мага. Конечно, волшебники по своей сути немного апатичны, стараются не обращать внимания на писк хамов-самоубийц, и из-за этого нас начинают считать мазохистами, безвольными, бесхребетными, но если все же разозлить магистра, то мало не покажется. Мало кто знает, что нас с детства учат сдерживать свои эмоции, желания, чтобы не потерять концентрацию и контроль. Ведь маг, который не умеет сдерживать себя в руках - это стихийное бедствие для общества. Я не превратил вора в горстку пепла лишь по одной причине - не хочу при дамах показывать себя с такой стороны. Риэлу повезло - на моем месте другой магистр давно бы без сожаления расправился с такой "надоедливой мухой".
  - Отлично! Ты, - еле сдержался от самоубийственной выходки вор и обратил свой взор на бледную Шион. - Внимательно слушай меня!
  - Я? - пискнула бывшая жрица, совсем не понимая, что от нее понадобилось парню, которого она ни разу в жизни не видела.
  - Береги Петру. Если ты, недомерок, ее хоть пальцем тронешь, обидишь - я приду и всажу тебе болт в лоб. Я понятно говорю?
  - Да... - не совсем понимая, что сейчас происходит, подтвердила девушка.
  - Отлично!
  Риэл круто развернувшись, подошел к своим брошенным вещам, и, подняв с пола свою собранную сумку, арбалет и даже не попрощавшись, быстро вышел на улицу.
  - Что это было? - удивленно проговорила Шион, показывая рукой на ворота, через которые только что ушел вандал.
  - Наш малыш психанул и сбежал. Я его обидел, - довольно улыбнулся я и встретился с печальным взглядом племянницы. Моя улыбка померкла.
  - Он ведь не вернется, - утвердительно проговорила волшебница, придерживая бывшую жрицу. - Он обещал, что как только поговорит с моим возлюбленным уйдет из моей жизни навсегда... Риэл всегда держит свое слово.
  - Вот как? Значит, его угроза мне была всего лишь проявлением заботы? - хмыкнула бывшая жрица и, изобразив более мужественный голос, сквозь смех проговорила: - Милая, я тебя никогда не дам в обиду, пойдем в наш уютный шалашик и... будем играть в кости.
  - Боюсь, Валерий будет тебя ревновать, - через силу улыбнулась Петра, с тоской смотря сквозь ворота куда-то вдаль. Ирен ахнула, увидев свои пыльные штаны, смутившись, попыталась отряхнуться и что-то сделать с растрепанной прической.
  Я вздохнул. Хамоватый вор ушел, вроде это должно было меня сильно обрадовать, теперь никто не будет мусолить мне глаза, действовать на нервы, отпуская несмешные шуточки, но почему-то смотря на мою крестницу, на Сердце было тяжело. Я, пересилив себя, нехотя пробубнил, в глубине души надеясь, что меня не услышит Петра:
  - А ты ему нравилась...
  - Что? - неверяще повернулась ко мне племянница. И почему, когда совершенно не надо, у нее такой хороший слух? Совесть, что же ты наделала? Я ведь не переношу этого хмыря.
  - Я говорю, что он... ну ты понимаешь... Богиня, Петра, не заставляй меня произносить это вслух!
  - Он меня бросил, - как маленький ребенок обижено забубнила волшебница.
  - Риэл хоть и безмозглый идиот, действующий мне на нервы, но как ни странно он тебя любит.
  Хотя, что тут странного? Именно такой самоубийца свяжет свою судьбу с моей взбалмошной крестницей, у которой уже столько лет в голове гуляет ветер. А форточку чтобы прекратить этот сквозняк никто пока не удосужился закрыть.
  - Дядя, откуда ты...
  - Он сам мне недавно сказал. И взял с меня слова тебе об этом не говорить, но чтобы позлить этого хмыря я...
  Не дав мне договорить мою великолепную фразу, Петра, счастливо чмокнув меня в щеку, ринулась вслед за Риэлом. Я обреченно проворчал вслед этой девчонке: "Кошмар. Из-за тебя Петра, теперь мне даже его немного жаль" Потеряв опору в виде моей крестницы, Шион ухватилась за меня и, потянув за рукав, прошептала:
  - У них что-то Серьезное?
  Я раздраженно отмахнулся от такого провоцирующего вопроса. Вот теперь меня Фил точно убьет, когда узнает, какой неадекватный, хамоватый, с плохой репутацией, парень стал возлюбленным ее дочери. И самое главное, если узнает, кто поспособствовал возобновлению их отношений. И что стоило мне промолчать? Но нет - поддался ежеминутному порыву. Надеюсь, они снова поссорятся и Риэл навсегда исчезнет из жизни племянницы. Я сполна насмотрелся на его тараканов, которые расплодились в его пустой голове.
  Шион, увидев мою реакцию на свои слова, довольно усмехнулась:
  - Значит точно что-то Серьезное.
  Немного приведя себя в порядок после драки, ко мне и Шион подошла смущенно улыбающаяся принцесса. Она теребила в руке свой золотой локон, пряча глаза в пол. Я нахмурился - ну а теперь какие проблемы?
  - Спасибо Ник, что защитили мою честь.
  - Да? - Я удивленно посмотрел на нее. Когда я успел совершить такой "героический поступок"? Потом припомнил то, что я не выдержал бессмысленного ора вора (впервые за много десятилетий не сдержал себя в руках - так вор сильно мне надоел) двинул ему кулаком по челюсти. Неужели она приняла это на свой счет? Ну ладно. Пускай думает как хочет, мне не жалко. - Да, конечно... Я не мог позволить Риэлу... - гробить мои нервы, - заставлять вас страдать.
  У Ирен как-то подозрительно заблестели глаза, и она счастливо всхлипнув, на несколько мгновений попыталась сжать меня в объятиях. Я еле удержал равновесие под напором двух дам. И почему всем нравятся на мне виснуть? Я что - бесплатная общественная вешалка? Что-то меня действия принцессы с каждым днем все больше и больше начинают удивлять. То она меня ненавидит, то пытается задушить в объятиях... Это что, ее новая тактика по убийству "злого колдуна"? Если так - то эта тактика меня сильно смущает, пускай она предпочтет первый вариант.
  - О, господин... - принцесса, оставив попытку убить меня, повернулась к Шион и сделала реверанс. Я впервые вижу, чтоб реверанс делали в штанах.- Господин Шион, я так рада, что вы теперь в добром здравии. Извините меня за мои ужасные манеры. Я до сих пор не удосужилась представиться - перед вами Ее...
  - Ее зовут Ирен, - нагло перебив принцессу, представил я ее. Не хватало мне еще, чтобы Ирен стала читать свой полный титул. Такими темпами, да с такой конспирацией скоро весь Силенвиль узнает, что город посетила Ее Высочество. Мне вполне хватило того, что золотую макушку Ирен увидела почти тысяча жрецов.
  - Я беру свои слова обратно, - пробурчала недовольная принцесса, нахмурив брови. - Ник, Вы невоспитанный... хам, - повернулась к Шион и приветливо улыбнулась. - Мне приятно с вами познакомится... но... извините за бестактность, но вас не смущает то, что ваша возлюбленная ушла к... другому?
  - А меня должно это смущать? - удивилась Шион и, видимо вспомнив про свою "любовную интрижку", дополнила. - Ах да. Петра... ну что ж. Это ее выбор. Я сам виноват, что не смог удержать ее трепетное Сердце в своих руках. Мне теперь остается только одно, пожелать ей счастья в объятьях ее избранника.
  - Как красиво, - восхищенно прошептала принцесса, краснея. Не хватало еще, чтобы она в Шион влюбилась. - Какой вы благородный, - бросила на меня короткий злобный взгляд, - не то, что некоторые!
  Я развел руками. Ну извините, резко тупеть и приобретать слепое благородство в ближайшее время я не намерен. Красивые слова хороши только для того чтобы соблазнять дам да и тем, кто кичится своим благородством, называя себя романтичным героем.
  - Женщины, - фыркнул я, вспоминая свою племянницу. И в кого она пошла характером? Хотя что тут гадать, воспитание Лиры - это настоящий кошмар наяву для пансионата благородных девиц. - Они само непостоянство. Сегодня с одним, завтра с другим. А нам страдать... спасать всяких "возлюбленных".
  - Мужчины, - сжала кулаки Ирен, видимо приняв мои мысли вслух на свой счет. - Дураки и хамы. Даже не стремятся понять женщин, считая, что они самые умные. Поверхностные, эгоистичные чурбаны!
  Я удивился такой оскорбительной характеристике. Мне показалось или на самом деле принцесса выдвинула претензию лично мне? Я эгоистичный и поверхностный чурбан? В каком это месте? Почему о таких своих качествах я узнаю последним?
  - Но мужчины умнее дам, - возразил я, выразительно на нее посмотрев, намекая на далеко не проницательный ум девушки. Принцесса презрительно фыркнула: "шовинист" и отвернулась, скрестив руки на груди, видимо посчитав себя выше этого бессмысленного разговора.
  Я тихонько облегченно выдохнул, неужели мои мольбы были услышаны? Она наконец-то поняла и приняла все свои недостатки и решила больше не трепать мне нервы? Но, к сожалению, интуиция мне подсказывала, что Ирен решила не вступать в полемику лишь по одной причине - она старалась показать себя с самой лучшей стороны перед Шион. Стоит признать, что несмотря некоторую резкость черт, бывшая жрица была весьма симпатичной, я даже ей немного сочувствовал.
  Ведь когда Шион скрывалась под обликом апостола, то наверняка подвергалась из-за внешности нападкам силенвильских горожанок. Я вздрагиваю, когда вспоминаю этих женщин... Перед глазами встает картинка - как по спокойным улицам города спасаясь от толпы девиц, бежит золотоволосый апостол. Женщины, сметая все на своем пути, визжа от восторга, тянут руки к бледному, испуганному жрецу, он из последних сил ускоряет бег, как вдруг на его пути появляется препятствие. Жрец на всей скорости врезается в телегу с капустой и под радостные ахи девиц, и возмущенный крик продавца падает на холодные камни мостовой. Последнее, что увидел апостол перед тем как померк свет - это загребущие руки и кровожадные улыбки барышень...
  
  Прервала мои мрачные мысли Шион. Она, внезапно перестав за меня держаться, покачиваясь из стороны в сторону, осторожно пошла к Валерию. Девушка еле передвигала ногами, которые еще не окрепли после исцеления, кривилась от боли, но, хоть и с трудом, шла вперед. Но, не успев проделать и половины пути, Шион внезапно споткнулась и упала прямо в руки вмиг подхватившего ее Валерия. Золотоволосая жрица, покраснев, подняла глаза и наткнулась на проникновенный взгляд мужчины. Валерий умиротворенно улыбнувшись, осторожно обнял ее.
  - Я так рад, что с тобой все хорошо, - прошептал он "своему лучшему другу" уткнувшись лицом в ее золотые волосы. - Я так волновался... Слава Богине, она услышала мои мольбы и сохранила тебе жизнь.
  - Валерий! - всхлипнула Шион, сильнее прижимаясь к жрецу. Из ее глаз видимо против воли потекли слезы. - Я думала, что больше тебя не увижу!
  - Я больше тебя не отпущу! Ты слышишь, никуда не отпущу! - вторил возлюбленной жрец, все еще не веря в свое счастье. Он, крепко сжимал девушку, видимо боясь, что она растворится, что она окажется всего лишь сладким сном.
  Я еще в начале путешествия подозревал, что Валерий решил помочь Петре не из-за сильных дружеских чувств к апостолу. Я чутьем догодывался, что между ними было нечто большее. В моем понимании священнослужители - это алчными пьяницы с фанатичным блеском в глазах, которые тыкают заповедями во все щели. О, я забыл про еще одну характерную черту - они самые настоящие мазохисты, я до сих пор не могу смириться с мыслью, что жрецы считают нормальным разукрашивать лицо. Так вот, и как такой фанатик мог запросто отринуть свои обеды и предать Его Преосвященство ради друга?
  Я, немного полюбовавшись на сладкую парочку, повернулся и увидел кислую мину Ирен. Мне казалось, что она еле сдерживается от рвотных позывов, смотря на воссоединившихся возлюбленных как на какое-то мерзкое чудовище. Интересно, что же ее так возмутило?
  - Они же мужчины, - еле выдавила из себя наивная принцесса, ответив на мой немой вопрос. - А обнимаются... как любовники.
  Я чуть не хлопнул себя по лбу, сдерживаясь от того, чтобы не рассмеяться в полный голос. А я уже забыл, что Ирен и Риэл не знают, что Шион на самом деле прелестная девушка, а не "сказочный принц".
  - Ирен, вы раскрыли маленький секрет священнослужителей, - не удержавшись, усмехнулся я. - Поздними вечерами в кельях жрецы познают искусство содомитов со своими братьями по вере.
  - Но как же так... - поверив мне на слово, захлопала глазками девушка, повернувшись в мою сторону. Какая она все же наивная. - В Заповедях...
  - В них так и написано: "Возлюби брата своего..." - еле сдерживаясь от смеха, вспомнил я строки их заповедей Богини. Никогда не думал, что знание священного писания понадобится мне для такого дела. Интересно, а священнослужители трактовали в таком ключе свой "закон"? Хотя, мне что-то не особо хочется узнавать ответ на свой вопрос.
  - Правда? - скривилась Ирен, и немного посмотрев на "парочку" густо покраснела. - Ник, и вы тоже?
  - Что тоже?
  - Ну, вы же жрец.
  - И что? Вообще-то я всего лишь притворялся жрецом, - нахмурился я. Что-то мне не нравится, куда завернул разговор.
  - И Вас не соблазняли жрецы? - с придыханием прошептала Ирен. Я в ужасе вздрогнул, отшатнувшись от девушки. Богиня, что же она себе вообразила? - Не заманивали в дальнюю келью, чтобы показать всю прелесть служения Великой?
  - Срочно замуж, - хмуро пробубнил я. Ну у Ирен и фантазия. И где, скажи те мне, хваленое королевское воспитание? Как у нее ума хватило додуматься до такой мерзости с моим участием?
  - Что? Зачем замуж?!
  - Чтобы не придумывали себе всякие извращения.
  - Но вы же сами говорили об этом! - возмущенно сверлила меня взглядом девушка. Я невинно развел руками. Что-то я не припоминаю, чтобы зачитывал ей манифест о "Содомиских наклонностях жрецов" Просто слегка направил ее по этому пути, а до остального она сама додумалась.
  - Ничего я такого не говорил. Вы все сами себе напридумывали.
  - Но...
  - А Шион, - торжествующе улыбнулся я, уже представляя реакцию девушки на свои слова. - Тот, кого вы назвали благородным, - и наверняка уже записывала в идеалы мужчины, - на самом деле девушка!
  - Не может быть!
  - Еще как может, - ухмыльнулся я, смакуя победу. Никогда не забуду в этот момент выражения лица Ирен. У нее так в удивлено вытянулось лицо, брови поползли наверх, а синие очи попытались скопировать глаза совы, что я еле сдержался от смеха. Какое же мне удовольствие доставляет дурить принцессу, а вроде я должен быть ей примером - никогда мне не стать адекватным человеком.
  - Но тогда она и Петра, - вновь смутилась принцесса, покраснев до корней волос. Нет, ей и вправду надо срочно искать мужа. Что за мысли?! - Они вдвоем...
  - Думайте, что говорите, - вздрогнул я, в ужасе представив себе эту картинку. - Петра, просто отличная лицедейка, а Шион нужно было притворяться парнем.
  - Но почему?
  - Потом объясню, - отмахнулся я от расспросов Ирен и, повернувшись к нашим слугам Великой, навострил уши. Наши голубки, вдоволь насладившись игрой в обнимашки, опять что-то стали говорить.
  По небу проплыла большая туча, закрыв собой яркое, но холодное зимнее солнце. Склад на несколько мгновений накрыла тень. Я посмотрел в окошко, покрытое морозными узорами, находившееся возле потолочных балок - в голове стали крутиться безрадостные мысли, связанные с моей племянницей. И где она так долго бродит? Неужели до сих пор не догнала вора? А может догнала и сейчас доказывает ему свою любовь? Я уже начинаю ощущать себя сватом, потому что куда ни посмотри - везде любовные пары воссоединенные с моей помощью. Осталось только пристроить одну занозу, и можно с чистой совестью менять профессию. А вдруг я стану знаменитым, женя сумасшедших рыцарей и героев, что будут забретать ко мне в гости? Устрою брачное бюро возле стен замка, а Ирен посажу встречать героев и зазывать истошными мольбами о помощи случайных прохожих. Через несколько лет таким нехитрым способом я прославлюсь, заработаю непререкаемый авторитет и, завладев Сердцами людей, стану властителем мира. Интересно, а что сказала бы Ирен о моем гениальном плане по захвату мира?
  "Она скажет, что ты идиот, - внезапно проснулся мой внутренний ехидный голос. - И накорню уничтожит твое бюро, чтобы даже исключить возможность "воцарения зла". Может уже хватит городить чушь? Совсем умом тронулся от голода, недосыпа и переутомления".
  Я нахмурился и, попытавшись утихомирить внезапно вспыхнувшее чувство голода, прислушался к разговору.
  - Валерий, прошептала Шион, посмотрев в глаза жрецу. - Почему? Почему ты пришел? Почему меня спас? Ты этим нарушил предписания Великой, ты проклял себя, обрек свою душу на вечные муки! Я... моя душа уже проклята... я не хочу, чтобы ты страдал из-за меня...
  - Неважно, - улыбнулся Валерий. - Если тебе суждено гореть в Преисподней, то я лучше разделю с тобой твою боль, чем буду почивать в царстве Великой в одиночестве.
  - А правила?
  - К Настерревилю правила, - махнул рукой священнослужитель. Я с Ирен выпучили от удивления глаза. Я даже усомнился в своем здравом уме и слухе. Этот момент навсегда войдет в историю, как единственный, когда за многотысячную историю религии жрец послал к демонам священные правила, которые поклялся соблюдать.
  - Что за правила? - на всякий случай решил уточнить я, до конца не поверив своим ушам. Я должен снова услышать то, что жрец добровольно отказался от служения Богине, а лучше взять с него расписку и повесить ее у себя в замке. Таким раритетом я буду хвастать перед друзьями, и даже может покажу Его Преосвященству, чтобы вызвать у него нервный срыв.
  - Правила из Священного писания, - улыбнулась зардевшаяся от фактического признания в любви Шион. Все же слух меня не подвел. Где бумага и перо? Срочно надо записать этот момент пока Валерий не передумал, мне не терпится об этом рассказать Филгусу. - Мы даем обеты соблюдать их даже ценой своей жизни... Просто, в отличие от меня Валерий ярый приверженец правил и дисциплины и...
  - Правила, - ухмыльнувшись, небрежно отмахнулся Валерий, перебив девушку. - Я понял, что правила не могут показать мне, как спасти свою душу, если ты идешь наперекор своему Сердцу. Я уже один раз нарушил предписания, сохранив тайну одного юнца, моя душа уже лишилась возможности прикоснуться к перстам Великой. "Уж лучше следовать велению Сердца и страдать, чем превратиться в безвольного голема, исполняющего бездушные правила"
  - Это же...- задрожал голос моей яркоглазой пациентки.
  - Да, - улыбнулся мужчина, с нежностью смотря на бывшую жрицу. - Это твои слова, когда мы впервые встретились в заброшенном дворике. Тогда я наивно посчитал их ересью, заставлял тебя отречься от сана и покинуть храм пока никто не узнал правду, но... Пути Элисень неисповедимы, кто бы мог подумать, что я добровольно уйду из храма, нарушу все правила, чтобы только вновь увидеть твою счастливую улыбку. Ты всегда была со мной рядом, поддерживала и охраняла мою душу, и мое Сердце уже не представляет жизни без тебя.
  Принцесса восхищенно ахнула, ловя каждое слово из разговора бывших слуг Великой. Для нее это была история, наполненная романтикой, когда двое выступая против целого мира и высших сил, хранят в своем Сердце любовь, храбро выдерживая все испытания. Когда они уже знают, что в их истории не будет счастливого конца, что их души за это светлое чувство обречены на вечные муки. Я уже говорил, что священнослужителю запрещается любить всех кроме Великой, запрещается зарождать в своем Сердце это эгоистичное чувство, чтобы не поддаться мирской суете? Ведь когда мы любим, то жаждем дать своей половинке себя без остатка, в нашей душе кипят такие волнения, что быть хладнокровным при принятии каких-либо решений, которое может затронуть родных, мы уже не в силах. А жрец должен без сожалений выносить приговоры, даже если этот приговор твоей возлюбленной. Ему нельзя сомневаться, нельзя иметь другие желания кроме служения Элисень. Не понимаю я этих фанатиков. Зачем лишать себя всех удовольствий, зачем слепо служить той, которая никогда не ответит на твои молитвы? Зачем жертвовать свою жизнь и молодость Богине, которая при рождении даровала тебе право на счастье?
  Валерий и Шион слились в долгожданном поцелуе, заставив принцессу густо покраснеть, смущенно опустив взгляд на пол. Два Сердце пели одну арию, открыто заявив всему миру о своих чувствах. Этот момент был только их, я с Ирен были посторонними, которые не должны были нарушать воссоединение возлюбленных после стольких страданий и преград. Но оказывается, только один я не хотел нарушать воцарившуюся идиллию.
  Дверь склада внезапно открылась, и прямо с порога я услышал немного шокированный голос Риэла:
  - Вот теперь, Петра, я верю, что между вами ничего не было, - вор стоял в проеме, с ужасом взирая на пару, но в следуюшее мгновение он внезапно закрыл глаза рукой. - Мои бедные глаза, я видел, как целуются мужики! Я же ослепну!
  - Риэл, не ворчи... - племянница, отодвинув с прохода вандала, непринужденно вошла в помещение. Ее возлюбленный усилено тер глаза отказываясь верить в то, что он увидел целующихся содомитов.
  Я коварно улыбнулся уже предкушая второй акт своей потехи под невинным названием "Байки из будней жрецов и лапшичные уши Риэла". Он у меня после моего невинного рассказа нормально на людей смотреть не сможет, я сильно подкорректирую его мировоззрение.
  Но мой идеальный план разрушила неугомонная принцесса.
  - Риэл, Шион - девушка, - вдребезги разбила мои мечты Ирен. Я, чуть не хныча, посмотрел на невинную мордашку девушки. За что она так со мной жестоко обошлась? Не могла промолчать и дать сыграть второй акт? Моя великолепная постановка сорвалась из-за длинного языка одной особы.
  - О... как, - смог выдавить из себя пораженный такой новостью вор и полностью войдя, закрыл за собой дверь.
  Риэл скептически рассмотрел смущенную жрицу, уделив внимание скрытой за свободной рубахой груди. Не знаю, что он надеялся там увидеть, но его взгляд явно желал прожечь в том месте точку. Вор усиленно думал, корча рожи, смотря то на Шион, то на хмурого из-за такого поведения вандала Валерия.
  - А где доказательства? - не веря, вздернул бровь парень, небрежно кидая на пол свою сумку.
  - Тебе что, мою грудь показать?
  - Было бы неплохо, - усмехнулся Риэл, за что сразу получил подзатыльник от племянницы.
  - Я тебе дам, - погрозила кулаком крестница перед носом вора. Риэл невольно вздрогнул, уже представив, что его будет ждать.
  - Уже и пошутить нельзя, - буркнул парень, потирая затылок.
  - Так это шутка? - невинно состроила глазки вандалу Шион, убирая руки от краев рубахи. Так я и поверил, что она уже собиралась ее вздернуть, явив Риэлу доказательство того, что она девушка. Хотя... я могу предположить, что ради того чтобы увидеть изумленное лицо парня жрица пошла бы на такую жертву, даже находясь перед своим возлюбленным. Моя крестница выбирает себе в друзья только неадекватных личностей. - Ну ладно, если не хочешь, то не буду показывать.
  - Не... хочу... - через силу выдавил из себя парень, покосившись на хмурую Петру. По моей спине пробежали мурашки, когда я глянул на свою племянницу. У нее взгляд точь-в-точь как у Лиры - страшно. Жена Фила несмотря на свой легкомысленный характер весьма ревнива, и если она начинает подозревать в чем-то моего друга или окружающих его дам, то лучше сбежать на соседний континент, чтобы не попасть под ее раздачу.
  - Тогда не бузи по пустякам, - улыбнулась Шион и хлопнула по плечу такого же хмурого, как и Петра, Валерия. Я жрецу сочувствовал, это же надо было ему по уши влюбиться в такую безрассудную девушку. - Не волнуйся милый, он не хочет видеть меня полуголой.
  У меня вытянулось лицо. Она что, на самом деле считает, что эта фраза должна успокоить Валерия? Нда, бедный, бедный мужик. Единственный адекватный жрец во всем городе и обречен на такое наказание.
  - Подождите-ка, так значит ты и святоща... - усмехнулся Риэл. - Не думал, что в храме кипят такие страсти. Вам что, по вечерам делать было нечего?
  - Дитя, служитель Великой по вечерам неустанно молится, дабы искупить грехи прихожан.
  - Так значит, это теперь так называется? - хихикнул Риэл, явно подумав не о сладких пирожных и молитвах. Он, повернувшись к Ирен, издевательски ухмыльнулся. - Ирен, так вот что ты имела в виду, когда говорила, что любишь молиться? Знаешь, я тогда тоже люблю молиться, долго и по несколько раз.
  Принцесса и Валерий покраснели от гнева. Не в силах вынести такого кощунства по отношению к религии, жрец, не торопясь, стал засучивать рукава своей длинной хламиды, синеглазая девушка, деловито осмотревшись, подняла с пола большой кусок старой доски, с трудом удерживая его в руках. Я, уворачиваясь от этого орудия убийства, переместился в противоположный конец склада, дабы принцесса в порыве гнева не пришибла заодно и меня.
  - Что? - искренне удивился парень, пятясь под напором жаждущих испить его кровушки людей. - Я что-то не то сказал?
  - Язык - твой злейший враг, - вздохнул я, прикоснувшись рукой ко лбу. Неужели из-за этого человека опять на складе поднимется шум? Мои бедные нервы, и почему я общаюсь с такими людьми?
  Шион фыркнула в кулак, с интересом наблюдая, как жрец и принцесса, сговорившись, пытались загнать в угол рыжего парня. Не знаю, как Валерий, будучи всепрощающим жрецом, собирался вдолбить в пустую голову парня зачатки разума, но намерения Ирен мне были предельно ясны. Что победит: весомое святое слово или грубая сила - не имеет значения, все равно итог один - лечить Риэла придется мне.
  - П-петра! - в отчаянье выкрикнул рыжий парень, удерживая обрушившуюся на него доску с помощью своего арбалета и смотря как к нему, разминая пальцы, приближается жрец.- Утихомирь этих психов!
  Племянница устало махнула рукой в сторону возлюбленного и, отвернувшись, направилась к своим вещам, которые грудой валялись на противоположной стороне от Риэла. Похоже, ей было совершенно все равно, что случится с вором, или же она не воспринимала это баловство вСерьез.
  Не дождавшись от возлюбленной помощи, Риэл, скривившись, через силу выдавил:
  - Колдун! Хоть ты их утихомирь?
  - А зачем? - мило улыбнулся я. - Вы так хорошо смотритесь вместе.
  Парень, тихо ругнувшись, отбросил с помощью арбалета доску и попытался спешно ретироваться к проему, ведущему в подсобки, наверное, надеясь в одной закрыться. Ловко уклонившись от замаха принцессы и цепких пальцев Валерия, он, торжествующе усмехнувшись, внезапно споткнулся на ровном месте, плашмя упав на пыльные, покрытые сенной трухой доски.
  - А если ты передо мной извинишься и назовешь ... ну, например, "господином", то я тебя спасу, - как бы невзначай произнес я, с интересом наблюдая, как Риэл попытался уползти от "возмездия".
  - Да никогда! - возмущенно выкрикнул, пыхтя парень. Ирен выкинула доску, решившись испытать вора как новую грушу, и ухитрилась схватить его за ноги. Риэл, цепляясь ногтями за пол, угрожал. - Если не отстанешь от меня истеричка, я возьмусь за тебя вСерьез!
  - Держите его крепче, дитя Ирен! - одобряя насилие над человеком, крикнул Валерий, сложив руки в молитвенном жесте. - Сейчас я изгоню из него злобных духов!
  - С удовольствием, Валерий! - коварно улыбнулась принцесса, цепкими пальцами пытаясь вырвать из рук Риэла арбалет, которым он пытался отбиться от девушки. Вор сопротивлялся изо всех сил, наседая на принцессу. - Я вижу в нем скопище демонов!
  Наблюдая с первого ряда за "гладиаторским боем", Шион, присев на пустой ящик, заметила, повернувшись ко мне:
  - Ник, а у вас веселая компания, хоть и чуток сумасшедшая.
  Я вздохнул, полностью согласившись с бывшей жрицей. Нда, безумие заразно. Хорошо, что никто не знает, что я сейчас себя еле удерживал от того, чтобы не пойти помогать Валерию "изгонять демонов". Мой коронный удар заповедями богини Элисень изгонит любую пакость из Риэла.
  
  * * *
  
  - Вы издеваетесь? - скулил как раненая собака Риэл, смотря на две половинки своего нового арбалета. - Сломать два отличных арбалета меньше чем за неделю. Колдун, за что ты так ненавидишь мое оружие?
  Я пожал плечами.
  После безрезультатной борьбы Риэл смирился с судьбой и через силу, задушив свою гордость, попросил у меня помощи. Пару мгновений насладившись своим превосходством, я сдержал свое обещание, но кто бы мог подумать, что арбалет так воспротивится моей магии. Я всего-то наложил на него защитное заклинание. Ну как защитное... Я скосил взгляд на наших угрюмых воителей. Ирен и Валерий пытались испепелить меня взглядом. Черные от сажи, в дырявой одежде, с грязными, торчавшими во все стороны волосами они были похожи на трубочистов, которые случайно залезли в трубу дома алхимика или же на Фила после очередного взрыва неудавшегося зелья. Я, нервно усмехнувшись, почесал затылок - похоже, я немного переборщил с мощностью заклинания, и теперь убивать будут меня.
  - Сначала Моли, потом Катрин... - ворчал парень, пытаясь соединить две половинки оружия. - Мне кажется, что какой-то изверг, - он зыркнул на меня, - явно желает моей смерти.
  - И не только твоей, - одновременно буркнули "охотники на демонов". Я вздрогнул под пристальными взглядами троицы. Может мне быстренько где-нибудь спрятаться и переждать бурю?
  - А обещал спасти... из тебя паршивый герой. Чтобы я еще раз поверил колдуну? Да никогда.
  - Ну, извините, дисСертацию по теме "Спасение неблагодарных вандалов" я не защищал, - огрызнулся я. В следующий раз, если он попросит меня помочь, даже целуя мои ноги, я просто пройдусь по нему и пойду себе, как ни в чем не бывало, дальше. Вот мелкий засранец, а кто мне "спасибо" скажет? Его Величество Рафиус восстанет из могилы и пожмет мне руку за спасение самого никчемного человека?
  - Выше нос, - словно луч света во мраке появилась Петра, со спины стиснув чумазых Ирен и Валерия. - Улыбнитесь, и счастье улыбнется вам в ответ. Нельзя держать зла на других, даже если они хотели вас убить.
  Луч света померк, превратившись в еще более густой мрак. Ну, спасибо тебе, Петра. Теперь, благодаря твоим воодушевляющим словам, Ирен устроит на меня охоту, а Валерий попытается изгнать как злого духа.
  Чтобы не стать жертвой свирепой принцессы, мне пришлось заранее подписать безоговорочный акт капитуляции. Интуиция мне подсказывала, что если я так не поступлю, то между мной и Ирен что-то исчезнет, и нам никогда больше не подружиться. А я не хотел терять ту маленькую деталь, на которой держится весь механизм наших отношений.
  - Не волнуйтесь, - сдаваясь, вздохнул я, внутри холодея от мысли, что мне предстоит так много работы. - Я все исправлю.
  - Так и быть, я тебе помогу, дядя, - сжалилась племянница, сразу заслужив от меня взгляд, наполненный безграничной любовью, а зря... - А то я тебя знаю, сразу начнешь приставать к Ирен.
  Я побледнел под взглядом, который на меня сразу бросила Ирен. От него так и веяло могильным холодом. Спасибо тебе Петра, благодаря твоей заботе меня теперь считают извращенцем и хотят еще больше убить. Ты всегда так сильно пеклась о моем благополучии, что легче самому лечь в могилу.
  - Распустите руки - прибью, - с фальшивой милой улыбкой предупредила принцесса. Меня иногда сильно пугает эта девушка, да и не меня одного. Риэл, услышав эту угрозу, побледнев, отполз от воинственной особы подальше на несколько метров.
  
  * * *
  
  Каждое путешествие имеет свое начало и конец. Обычно в старинных балладах финал играют в замке на пышном пиру по случаю победы, женитьбы, восхождения на престол, спасения принцессы и так далее по огромному списку подвигов. Ну, а наш финал скромно уместился перед открытым порталом, установленным мной на скорую руку. И судя по неровно колеблющимся краям и завихрениям энергии, послужит он всего-то пару раз. Как заметила Петра, рассматривая мой наспех сляпанный межпространственный проход: "Хуже плохого мага бывает только ленивый магистр".
  Все здоровые (хоть бы кто отказался от бесплатных услуг целителя), чистые (с ужасом вспоминаю, как использовал бытовую магию, пытаясь привести в порядок принцессу) мы стояли и не знали, как прощаться. На складе повисло неловкое молчание, нарушавшееся свистом легкого порыва ветра исходящего из открытого, мерцающего голубой дымкой портала.
  Каждый думал о своей дальнейшей жизни, в помещении повисла едва уловимая грусть - наши дороги расходились, и никто не давал гарантии, что они смогут когда-нибудь вновь сойтись.
  Все проблемы, которые раньше откладывались до спасения жрицы, вылились наружу, заставив крепко задуматься о выборе дороги, которая возможно могла определить нашу дальнейшую судьбу. У каждого были свои нерешенные вопросы, будь то жрецы, которые вряд ли оставят Шион в покое, Теневой король, следующий по следам Риэла и, конечно же "спасители Ирен", которые после представления в храме наверняка активно начнут свои поиски. Нет, это далеко не конец пути, это лишь начало новой дороги...
  Крепко обняв меня, Петра грустно улыбнулась:
  - Береги себя, дядя.
  - Как всегда, солнышко, - подмигнул я племяннице, поцеловав ее в светлую макушку. - Ты тоже не влезай в неприятности и веди себя прилично.
  Конечно, надежды на то, что Петра опять не сунет свой любопытный носик туда, куда не следует, совсем нет, но я, как ее дядя, должен сделать эту, хоть и бесплотную, попытку вразумить непослушное дитя. Я никак не могу понять, почему ее постоянно тянет к приключениям?
  - Я прослежу, - хмыкнул Риэл, держа в руках свою сумку и сумку племянницы. На его поясе висела целехонькая Катрин. Он из меня чуть душу не вытряс, требуя починить "его новую любовь", причем был крайне недоволен моей работой над арбалетом. Щурясь, просматривая каждый миллиметр бедного оружия, он недовольно цокал языком, заставляя меня скрежетать зубами от гнева.
  - Бывай, колдун, - парень усмехнулся, нагло протянув свою руку для рукопожатия. Дивясь таким хорошим манерам я, нехотя, но без злобы, пожал ему ладонь. Несмотря на все наши разногласия, надо хоть напоследок проявить толику вежливости. - Ешь девиц, гоняй рыцарей, твори злодейства. Хоть ты и угробил мой любимый арбалет, с тобой было на удивление весело работать.
  - Тебе тоже всего хорошего. Следи за Петрой, внимательно следи. У нее шило в одном месте и нюх на большие проблемы.
  - Дядя! - возмутилась крестница, нахмурив брови.
  - Не волнуйся, со мной не пропадет, - приобнял девушку за талию вор. Это ты пропадешь с ней, глупец. Если в тебе есть хоть капля разума, то лучше беги от Петры на всех парах пока не стало слишком поздно. - Я больше глаз с нее не спущу.
  Петра покраснела, легонько поцеловав Риэла в щечку. Мне все-таки его немного жаль - девушка далеко не подарок. И зачем ему наступать на одни и те же грабли дважды? Неужели он надеется перевоспитать непослушную девицу? Я внимательно смотрел на светловолосую волшебницу, чувствуя биение ее внутренней энергии, ее легкое, будто дуновение ветра свободное Сердце, опровергающее любые рамки. Мне всегда казалось, что она похожа на ветер, что ее мечущаяся душа не приемлет подчинения, что она живет своей свободой, стремится познать мир, шагая легкой поступью по королевству. Нет, невозможно запереть ветер на одном месте. Он думает, что сможет шагать за ней вслед, унимая ее безумные порывы? Как он долго сможет удержать ее подле себя? Посмотрим, время все расставит по своим местам.
  Говорят, что призвание зависит от мага. Мне трудно судить о себе, но призвание Петры это воплощение ее души. Повелевать и быть ветром, таким же свободным, не принимающим ни каких правил и законов...
  - Ирен, - легонько обняв, подмигнула племянница принцессе. Что странно, Ее Высочество совершенно не воспротивилась таким вольным проявлениям чувств. Она робко стояла, печально понурив головой. - Ты хорошая девушка - открытая, честная, только, чур не обижай дядю, - крестница коротко бросила на меня сочувствующий взгляд. - Нельзя издеваться над старым человеком, но только если он не будет к тебе приставать. Знаешь, я где-то слышала, что старики те еще развратники. Это, наверное, потому, что...
  - Пе-етра-а-а, - тихо прошипел я, прерывая никому не нужные размышления об испорченности старый людей. Ее опять понесло не в то русло. Она же вроде должна прощаться с Ирен, а не настраивать ее против меня. Девушка и так на меня стала бросать какие-то подозрительные взгляды, явно придумав про меня очередную пакость. Если будет продолжаться такими темпами, то я никогда не смогу убедить Ирен в том, что не причастен к кровавым ритуалам. - И где ты видишь, что я старик?
  - Дядя, сколько тебе лет! Ты же ровесник моего папы!
  - Неправда, я его младше на год.
  - Как будто это что-то меняет. Ты постоянно ворчишь как отец и пытаешься отыскать мою совесть.
  - Может потому, что я хочу, чтобы ты сперва научилась думать, прежде чем лезть в проблемы?
  - Причем здесь это и то, что тебе почти сотня лет?
  Пока я и племянница выясняли отношения, Риэл и Ирен долго сверлили друг друга взглядами, не зная, какими прощальными словами следует друг друга наградить. За путешествие у них были бурные отношения - драки, ссоры, совместный поход в лес за дровами, они делились накопленной мудростью и пытались подслушать мою беседу с Петрой. Я понимал, что им тяжело будет друг без друга, что нежная душа вора не выдержит долгой разлуки с циничной, хамоватой принцессой скрывающейся под ликом наивной дурочки.
  Ирен надменно фыркнула и отвернулась, не пожелав общаться с Риэлом. Он же покрутив пальцем у виска, состроил ей на прощанье какую-то гримасу. У них высокие отношения - понимают друг друга без слов. Ведут себя хуже Петры - она-то хотя бы старается выглядеть взрослой, а эти же застряли на уровне пятилетних детей.
  Валерий и Шион едва заметно улыбались, наблюдая за нами. Жрец придерживал за талию свою спутницу, укрыв девушку плащом, чтобы та не простудилась, когда они выйдут из портала на мороз. Я пристально вгляделся в лицо Валерия, увидев в его взгляде едва уловимую грусть. Жрецу наверняка трудно далось решение отказаться от длани и уйти их храма ради осужденной жрицы. Бросить все, чего добился, ради любви - безрассудный смельчак.
  - Что будете делать?
  - Богиня подскажет, - вздохнул Валерий, посмотрев на портал. - Осядем в глухой деревеньке, и я стану рядовым жрецом. К сожалению, мои руки могут лишь исцелять души и Сердца людей. Не ведаю, смогут ли они научиться работать на земле, взращивать урожай.
  - Хочу спокойную жизнь, - прошептала Шион, крепче обняв руку темноволосого мужчины. - Подальше от этого города. Думаю, с моими навыками я стану хорошей пастушкой. Буду целыми днями наблюдать за плывущими в небесной глади облаками и слушать осторожный шепот деревьев. Не хочу больше видеть Силенвиль, Преосвященство и священнослужителей - я неимоверно ото всех устала.
  - Пойдемте с нами, - подмигнула грустным слугам Элисень Петра. - Вместе мы придумаем, как начать жизнь с чистого листа.
  - Петра, только куда мы отправимся? - нахмурился Риэл. Его явно не прельщало то, что он должен был провести намного больше времени с Валерием и Шион.
  - Может, вернешься домой? - внес предложение я, особо не надеясь, что ко мне прислушаются. - Я понимаю, ты зла на них, обижена, но...
  - Хорошо, - подозрительно быстро согласилась Петра. Я от удивления открыл рот, поперхнувшись своей уже заготовленной речью. Может у меня слуховые галлюцинации? - Думаю, что хватит дуться на маму. Я же уже давно не ребенок.
  Я недоверчиво вздернул бровь. Да неужели?
  Петра сейчас очень подозрительно себя ведет... Столько лет не общалась с родителями из-за пустяка, а сейчас вдруг решила пересилить свое непрошибаемое упрямство и первой сделать шаг к примирению? Неужели моя твердолобая племянница наконец-то одумалась?
  - Да и родителей пора с моим женихом познакомить, - продолжила подозрительно улыбаться Петра. Я обреченно закатил глаза. Теперь все понятно - она решила довести до инфаркта отца, заставить мать лишиться дара речи, а своего дорогого Риэла наказать за то, что ее бросил. Мне с каждым мгновением все больше жалко парня. Тащить в лапы Лиры новую жертву? А Петра жестокая. Может намекнуть вандалу, что ему лучше добровольно сдаться Теневому королю, чем неподготовленным приходить в логово своей будущей тещи?
  Риэл вздрогнул, видимо шестым чувством ощутив, какую пакость ему хочет подложить неугомонная девица:
  - С родителями?! Женихом?! - он в ужасе посмотрел на мою племянницу и дернулся, попытавшись сбежать от знакомства с будущими родственниками, но, к его несчастью, у Петры стальная хватка. Она, мило нам улыбнувшись, силком подтащила бледного вора к порталу и, определив точные координаты отчего дома, не слушая возражения вандала на тему, что он еще психологически не готов для знакомства с отцом Петры, смело шагнула в голубую дымку. Последнее, что я увидел - это обреченный взгляд парня, который умолял меня спасти его от упрямой волшебницы. Я хоть его прекрасно понимал, на выручку не поспешил - Риэл сам виноват в своих проблемах. Пускай учится отвечать за свои действия по всей строгости закона. Он еще не ведает, какая Лира страшная женщина... Да и Филгус явно не обрадуется такому неожиданному знакомству с будущим зятем. Какой сомнительный подарок Петра решила принести в дом. Думает, что раз она впервые за столько лет явилась на глаза родным, ей сразу простят такого... гм... ответственного и приличного парня? Да я бы на месте друга запер девушку дома, а Риэла отправил восвояси...
  - А с Риэлом все будет хорошо? - внезапно пожалела вора принцесса. Не думал, что Ирен станет сострадать тому, от которого хотела всеми правдами и неправдами избавиться.
  - Ну... думаю, что его не так легко убить, - почесал затылок я, вСерьез задумавшись о том, как воспримет эту новость Филгус. Вроде Петра не говорила Риэлу, что ее отец член Совета магов и если друг узнает профессию парня, то... Нет, лучше в ближайшее время не приходить в гости к названному брату. - А если что, Фил живет недалеко от госпиталя Парнаско.
  - А причем здесь это?
  - Потому что я хорошо знаю Фила... - вздохнул я, в который раз подивившись девушке. Никак не могу понять, она притворяется или и вправду глупая? Помню, когда я однажды гостил пару дней у друга, маленькая Петра похвасталась отцу, что ей один мальчик подарил цветы. Тогда Фил незамедлительно пошел к пацану и провел с ним воспитательную беседу, чтобы узнать Серьезность намерений к его дочери. Что характерно, после разговора мальчик исчез из жизни племянницы так же внезапно, как и появился. Фил чрезмерно заботился о благополучии своего ребенка и Петра, не выдержав такой опеки и давления со стороны матери, которая хотела сделать из нее выдающуюся волшебницу, после очередного скандала сбежала, когда ей было всего шестнадцать лет. Сколько лет она не появлялась дома? Прошло больше десятилетия, а девушка с легкостью вспомнила координаты отчего дома. Может она в тайне жалела о своей горячности, может она поняла мотивы родителей и хранила в Сердце этот ключик - координаты места, где ее могут всегда принять и понять?
  - Думаю, что и нам пора откланяться, - улыбнулся Валерий, почтительно кивнув мне головой. Я даже смутился от такого проявления уважения жреца. Склонить хоть и слегка голову кому-то кроме Пресветлой Богини... Еще немного и я буду чувствовать себя знаменитостью.
  - Не стоило... - пробормотал я, нервно взлохматив волосы.
  Как они отнесутся к тому, если узнают, что я украл реликвию? Не думаю, что я увижу в их взглядах столько же уважения. Внезапно проснувшаяся совесть стала неистово бороться с жадностью за право обладание "слезами Элисень". Я не знаю, чем закончился бы этот бой, если бы не Ирен. Внутри все похолодело при мысли, какой мог случиться скандал, если бы она узнала, что реликвия не разбилась и до сих пор спрятана в потайном кармашке моей сумки. Я наложил на свои вещи защитные чары от одного рукастого субъекта еще в самом начале путешествия, и никто кроме меня не мог знать, что внутри спрятан ценный артефакт. Даже Валерий - защитные чары поглощали исходящую из "Слез Элисень" божественную ауру. Нет, никогда я добровольно не отдам "свою прелесть" пока вдоволь с ней не наиграюсь, тем более ни при каких обстоятельствах не буду доставать ее перед Ирен.
  - Прощайте, - благодарно улыбнулась нам Шион и, держась за Валерия, медленно прошла к порталу. Проход сквозь пространство был до сих пор открыт на координатах заданных Петрой и, как по голубой водной глади, колеблясь, показывал нам смутные очертания мостовой и каменных домов. Жаль, что этот наспех сделанный портал не мог передавать образы живых существ на той стороне, так бы я увидел ждущую возле портала свою подругу Петру и обреченного на многочасовую каторгу Риэла.
  Когда до моста связующего Силенвиль и столицу королевства осталось сделать всего пару шагов, Шион, словно внезапно что-то вспомнив, повернулась к нам. Ее щеки пылали, глаза готовы были расплакаться в любой момент, а губы дрожали, словно не зная как оформить поток бессвязных мыслей в слова. Короткие золотые волосы бывшей жрицы трепетали на ветру от портала, а пальцы цеплялись за рукав голубой робы светлоглазого мужчины. Вдруг она, на что-то решившись, встрепенулась с места и, колыхнувшись, словно ветер, в один миг стиснула меня в сильных объятьях. Я даже не успел ничего заметить - вот эта скорость! Теперь понятно, почему ее взяли в элитный отряд жрецов. Это с виду она кажется хрупкой и слабой женщиной, а на самом деле сильная и быстрая воительница.
  - Спасибо, - прошептала Шион мне, едва коснувшись губами уха. - Ты даровал мне вторую жизнь. Я тебя никогда не забуду, мой милый спаситель, - вдруг она коротко усмехнулась и, понизив голос, с придыханием произнесла. - Я так тебе благодарна, что будь мы одни, я бы показала прямо здесь и сейчас размер своей признательности, красавчик.
  Я отпрянул от девушки, потрясенный до глубины души распущенностью здешних служительниц Пресветлой Богини. Мои уши запылали от последней фразы яркоглазой бывшей жрицы. И как это понимать?
  - Чт-то? - выдавил я, вСерьез став опасаться за здравость своего рассудка. И почему на складе внезапно стало жарко?
  - Я... сказала... - с расстановкой соблазнительно прошептала девушка, обняв мою голову руками, будто собираясь поцеловать. Мое Сердце замерло, когда ее губы стали медленно приближаться... - Что... это шутка.
  И заливисто засмеявшись, быстро шмыгнула к недоумевающему над такими действиями бывшей жрицы Валерию. Я уже в который раз потерял дар речи, негодуя такому жестокому розыгрышу. Какая она... какая она... бесстыжая девка! А она точно не сестра Петры?
  - О чем вы говорили? - учтиво поинтересовался жрец у хихикающей подруги.
  - Лучше тебе не знать... - сквозь смех пробормотала бывшая жрица. - У него было такое лицо... На всю жизнь запомню.
  Портал за ними замкнулся, снова став мерцающей голубой дымкой. Видимо Петра закрыла проход, "стерев" координаты.
  - Распутная... жрица, - пробормотал я, немигая посмотрев вслед девушке. И как ее раньше с такими мыслями и юмором не вычислили в храме? Чудеса да и только.
  - Вы что-то сказали?
  - Нет, - буркнул я любопытной принцессе, пытаясь сквозь портал передать Шион мое желание оттянуть ей уши в целях перевоспитания. С каждым мгновением мне кажется, что она распущенней моей племянницы. Чем жрице промыла мозги моя ветреная крестница?
  И почему никто из них не смог как нормальные люди проститься? Обязательно надо было устраивать такой спектакль?
  - Ник, а мы? - потянула меня за рукав Ирен, кивнув головой на портал.
  - А что мы? - вздохнул я. - Пойдемте домой, Ирен. У меня там есть одно неотложное дельце.
  Я мечтательно улыбнулся, уже представляя, как стою перед зеркалом. Наконец-то моя мечта, которую я лелеял уже пару дней, претворится в жизнь.
  - Какое?
  - Я жду не дождусь, когда сожгу эту дурацкую хламиду, умоюсь, отстригу себе эти лохмы и самое главное - забуду об этой поездке как о страшном сне.
  - А вам идут длинные волосы, - смущенно проговорила принцесса, накручивая на палец локон своих волос. - Вы с ними такой милый.
  Я подозрительно сощурился. Нет, второй раз наступать на одни и те же грабли я не намерен.
  - Вы что-то хотели?
  - Что вам сказала Шион? - нетерпеливо выпалила на одном дыхании любопытная девица.
  - Тайна магистра.
  - Ну почему-у-у? - как малое дитя стала канючить Ирен, дергая меня за рукав. Я обреченно возвел очи к потолку.
  - Потому что тайна магистра.
  - А если я признаю, что вы хороший и попрошу рассказать?
  Есть ли грань любопытства принцессы? Сдалось ей это...
  - Соблазнительно, - на миг задумался я, - но все равно - тайна магистра.
  - И кстати, не вы ли обещали мне рассказать, почему Шион притворялась апостолом? Я до сих пор жду ответа. Надеюсь, это не тайна магистра? - съехидничала девушка.
  Я мысленно ругнулся на древнеэрейском, негодуя по поводу хорошей памяти принцессы. И за что мне такое наказание?
  
  Глава 7. Привет из прошлого
  
  
  Месть - это блюдо подаваемое холодным,
  Но за давностью лет оно может испортиться,
  Превратившись в невразумительную пародию.
  
  
  
  Ненавижу оказываться правым на счет надвигающихся проблем. Стоило мне и Ирен вернуться в замок и отдохнуть пару дней от безумного путешествия, в которое я был втянут крестницей, как неприятности стали тут же обивать порог моего дома.
  Кто же мог представить, как сильно аукнутся все решения, что были приняты мной в последнее время? Правильно говорят, что нельзя оставлять живыми своих врагов. Нельзя проявлять снисходительность и великодушие к тем, кто впоследствии может преподнести тебе пару неприятных сюрпризов. Жалость и сострадание к людям когда-нибудь меня погубят. Неужели история вновь повторится?
  Все началось солнечным январским утром, когда я тихо дремал у себя в лаборатории после бессонно проведенной за исследованиями ночи. Лучи светила, пробиваясь сквозь наспех задернутые тяжелые шторы, светили мне прямо в лицо, мешая почивать, используя вместо подушки большой, пропахший душистыми травами и спиртом стол. Щурясь от яркого света, зевая во весь рот, я, нехотя разлепив тяжелые веки, отлепил голову от стола. Спина и шея тут же отозвались ноющей болью. Щека забрала с собой пару листков тонкого пергамента с записями исследований, которые прилипли ко мне, когда я внезапно задремал на только что написанных листках с еще не высохшими чернилами. Отклеив приставшие заметки и протерев сонные глаза, я глянул в висевшее возле стола зеркало, с удивлением заметив оставшиеся чернильные разводы на лице.
  На столе под грудой исписанных листов моих заметок лежали многострадальные "Слезы Элисень". Я безрезультатно бился над реликвией жрецов уже пару дней и никак не мог найти к ней подход. Энергия кристалла сопротивлялась моему вмешательству, не желая сотрудничать и раскрывать свои тайны. Единственное, что я узнал - аура камня имеет элементы целительской магии, но в то же время его энергия втягивает в себя энергию живых существ, обращая ее в собственную, что негативно сказывается на организме, который порой не успевает восполнить потерю жизненной силы. По крайней мере, магические ожоги магу гарантированы - проверено на себе. Пришлось даже носить перчатки, когда я выходил за пределы лаборатории, чтобы Ирен не заметила мои пострадавшие во имя магической науки руки. Но, несмотря на это, я не собирался сдаваться, наоборот, внутри меня начинала бурлить энергия, когда я оказывался в лаборатории и приступал к изучению артефакта. Я собирался раскрыть всего его тайны, даже если это может навредить мне. Скажите, какое стоящее исследование обходится без риска? Ведь крайне занимательно экспериментировать, рискуя жизнью, пытаться разгадать то, что находится за гранью понимания человека.
  За ночь ожоги затянулись, я немного восстановил свои силы, чтобы вновь начать штурм неприступной крепости. Но прежде чем начинать эксперимент, хорошо было бы умыться ледяной водой из колодца или постоять пару минут на свежем колючем морозе, чтобы полностью проснуться. На кухню к Милене за завтраком лучше сходить попозже, убедившись, что в оной нет домовой. А то я опасаюсь, что она накормит меня по-королевски, то есть не отпустит, пока не убедится, что я не смогу встать из-за стола без посторонней помощи.
  Подтянувшись и размяв затекшие и от этого ломящие мышцы, я уже было собрался телепортироваться на объятый солнечным светом двор, чтобы вдохнуть свежий морозный воздух и умыть лицо колючим, тающим в ладонях пушистым снегом, как вдруг в голове прозвучал требовательный "звоночек" от Фила. Я нутром с досадой чувствовал, что друг явно хочет поговорить со мной не о георгинах, что разводит его жена. Неужели он узнал, что отчасти это я виноват, что его старшая дочка крутит роман со знаменитым вором? Может сказать бедному отцу семейства, что я старался отговорить этих двоих от такого неразумного шага, как показаться на очи родителям до свадьбы?
  Быстро переместившись на улицу и освежившись, (а я в прямом смысле освежился - поскользнулся на ровном месте и с головой окунулся в ледяное покрывало земли, став подобен снежному чудовищу), я вернулся в свою обитель и, отряхиваясь, ментально открыл зеркальный проход.
  В отражении появился собственной персоной магистр Филгус Гоннери, сидящий за столом в высоком кожаном кресле. И судя по выражению лица названного брата, кричать на меня он явно не собирался, а может и собирался, скрывая это под маской невозмутимого спокойствия.
  - И что мне с тобой делать, горе ты мое луковое? - вздохнул Филгус, с тоской взглянув на меня через зеркало. Я уселся, скрестив ноги, на свое излюбленное место на столе прямо перед зеркалом. У меня холодок пробежал по спине - лучше бы друг кричал, возмущаясь моей безответственной натуре. Когда братец вдруг начинает так спокойно вести беседу, обычно окружающим светят крупные неприятности. Неужто он так сильно расстроился появлению в жизни дочери возлюбленного с сомнительной родословной и неприглядным родом занятий?
  - А что-то случилось? - состроил я невинную гримасу, нервно взлохматив рукой мокрые от снега волосы. Первым делом после возвращения из Силенвиля я взял ножницы и обрезал пропахший лотосом и противными духами Риэла длинный "атрибут жреца". За несколько дней путешествия они мне так надоели, что я сейчас наслаждался короткой стрижкой. Чтобы ни говорила Ирен о том, что образ священнослужителя мне к лицу, я никогда больше не буду так над собой издеваться. Я бережно сохраню в своей памяти ритуальное сожжение хламиды в библиотечном камине. Стены обители пыли и знаний навсегда впитают в себя запах моего триумфа: ритуальных плясок под названием "гори быстрей, сволочь... хм... доказательство моего постыдного образа" и злодейского смеха над пеплом священного одеяния.
  Я в душе вздрагивал при мысли, что явление друга связано с принцессой или с моей небольшой командировкой в Силенвиль. Если Фил узнает про мой спектакль в храме, то он явно не обрадуется тому, сколько его лучший друг сорвал оваций. Нет, сейчас я жажду чтобы Фил посетовал на то, что у него такая-сякая дочь и плохой названный братец, который за его спиной сводит Петру со всякими сомнительными личностями.
  - Да так, ничего особенного, - непринужденно хмыкнул дружище. - Только вот тебя собираются судить всем составом Совета магов.
  Меня как будто внезапно ударили мешком по голове, забыв сказать, что это первоапрельская шутка. Я расширил глаза от ужаса, потерял дар речи, в мыслях повторяя слово "суд", разумом не понимая его значения. У меня дрожали руки, вмиг стало невыносимо жарко, будто я очутился в Преисподней, а рот стал выдавать вместо слов какие-то нечленораздельные звуки. Может я просто сплю, и мне снится кошмар? Я попытался ущипнуть себя, чтобы убедится в реальности происходящего, мой разум все никак не мог поверить в то, что это происходит наяву. Мои страхи вновь стали реальностью? Неужели мне снова придется испытать этот ад?
  - Такие вот дела, - спокойно продолжил говорить друг, подперев щеку рукой. Не могу понять, почему мой лучший друг спокоен как удав? Меня всего трясло от предстоящих разбирательств, я не знал, что мне предпринять, чтобы избежать наказания Совета, а ему хоть бы хны. Будь я невинно чист перед законом, как пять десятилетий назад, когда мне предстояло встретиться с Советом магов на заседании суда в качестве обвиняемого, я бы не беспокоился. Но сейчас-то за моей душой водится пару грешков, которые лучше не ведать высшим чинам в числе прочих которых находится и укрывание пропавшей принцессы. Что-то мне стало дурно...
  - Мне срочно нужно что-нибудь выпить, - пробормотал я, усиленно потирая дрожащими руками виски. Ничего не соображаю, надо опустить пару стопок чего-нибудь крепкого, чтобы унять расшалившиеся нервы и посмотреть на проблему спокойным, здравым взглядом.
  - А я уже, - икнул Филгус, показывая мне припрятанную под столом открытую и почти наполовину опустошенную бутылку какого-то спиртного. Теперь понятно, почему друг такой безмятежный - он принял успокоительное, прежде чем сообщить мне эту "радостную" весть. - Поделиться, к сожалению, не могу. Телепортационный ящик сломался, а починить все руки не доходят.
  Я обреченно понурил голову, внезапно вспомнив, что всю спиртосодержащую продукцию Милена где-то спрятала, все еще Серчая на меня за то, что я разгромил ее кухню и гостиную, даже лабораторный спирт с помощью Ирен унесла, конечно не весь, но зря переводить свои запасы, напиваясь до белочки я не намерен. А то, что у друга сломан пространственный ящик меня не удивило - он уже столько лет из-за лени не может его починить, списывая это на занятость.
  Хорошо, чтобы успокоиться существует еще один способ.
  Я взял со стола свои заметки и стал медленно, наслаждаясь каждой минутой рвать их на клочки. Все равно я уверен, что там написана какая-то чушь, который соизволил воспроизвести мой сонный мозг сегодня ночью. Ценность эти бумажки будут иметь только в одном месте, хотя нет, в двух - надо же еще чем-то кроме дров и сомнительных мантий поддерживать огонь в камине.
  - Почему мне так не везет? - озвучил мои мысли Фил, глотнув из горлышка мутной жидкости. - То дочь какого-то необразованного придурка приводит в мой дом, то на лучшего друга заводят Серьезное дело. Сын довел до истерики магистра Нестера, подорвав его дом во время урока по зельеварению, младшенькая решила показать свой характер и, вызвав на магическую дуэль каких-то мальчишек, побила их словно младенцев. Родители тех пацанов с претензиями сразу же притопали ко мне, убеждая, что моя десятилетняя малышка Нестерревиль в юбке. А Лира... эх, а жена вместо того чтобы мне помочь науськивает Рину на избиение мальчишек, а с учителем сына спорит до хрипоты, доказывая ему, что он плохой магистр раз его ученик не может приготовить даже простое зелье. Сама же знает что способности к варке зелий у Ила от меня...
  - Невесело, - мрачно проговорил я, смотря, как ровное пламя сжигает в моих руках мелкие клочки бумаги. И кто врет, что пламя успокаивает нервы? Сколько сжег листов - а ни на йоту не успокоился. Так... мне срочно нужен Джек. Я хочу на нем выпустить пар или... я где-то слышал, что говорили, будто еще кошки даруют своему хозяину душевное равновесие. Ну и где бродит этот кошак, когда он так нужен своему создателю? - Что за дело-то? С чего это меня будут судить? Мне нужно хотя бы знать, к чему готовиться.
  - Точно, - хлопнул себя по лбу не совсем трезвый товарищ. - Я же должен тебе рассказать об обвинении, которое тебе предъявлено. И еще Партар шкуру с меня спустит, если я забуду передать тебе его важное послание. Оно кстати записано у меня на бумаге.
  Светловолосый маг порылся в карманах расстегнутого камзола, достав оттуда какой-то маленький замызганный клочок бумаги. Нахмурился, видимо пытаясь разобрать плохой и к тому же мелкий почерк Председателя Совета магов.
  - Магистр Никелиал Ленге, - попытался скопировать интонации своего начальника член Совета магов. - Вы полный идиот...
  - А дальше? - поинтересовался я после затянувшейся паузы.
  - Все, - скомкал и выбросил бумажку Филгус. - это было все послание.
  Дайте-ка угадаю, Председатель руководствовался выражением: "краткость - сестра таланта"? Не думал, что старый магистр такого высокого обо мне мнения, раз словил в коридорах дворца Совета Фила и подсунул ему эту бумажку.
  - А обвинение?
  - Его тебе предъявят, когда ты явишься к дознавателям. Кстати, ты завтра должен явиться к ним, или тебя объявят в розыск, как беглого преступника.
  - Кошмар...
  - По сравнению с тем, что творилось вчера, это так, мелкие неприятности, - с кислой миной пробурчал Филгус, видимо вспоминая вчерашние события. - Если бы не я с Даром, и как ни странно Партар с парой лояльно настроенных магистров тебя вообще судили бы заочно, а потом прибыли в замок со стражей, чтобы препроводить в камеру и зачитать решение суда.
  - Чтобы я без тебя делал, дружище, - облегченно вздохнул я, всем Сердцем благодаря Фила за помощь. Как иногда полезно иметь друзей в высших эшелонах власти.
  - Как что, - светловолосый волшебник взболтнул бутылку с усиленным интересом став смотреть на жидкость. - Сейчас ты бы отдыхал ближайший десяток лет в камере, в запечатывающих кандалах... Я понять не могу, эта женщина разбавила мой темный Ресхлейский ром? То-то пробка поддалась на удивление легко, - друг обреченно вздохнул, возведя очи к потолку, - Лира, ты иногда убиваешь меня своей заботой...
  - Дайте-ка угадаю, кто хотел меня упечь за решетку. Шайка Стефана?
  - Тут и гадать не нужно, - маг, согласно кивнув головой, отодвинул в сторону испорченный женой ром и, не мудрствуя, достал из потайного отсека стола небольшую темную бутыль смородиновки. Как я узнал? Просто мне и Филу пару лет назад подарил четыре штуки настойки предприимчивый крестьянин за одну услугу. Вот что значит случайно помочь человеку в избавлении от паразитов. - Магистр Стефан после того как ты его прилюдно унизил, считает тебя кровным врагом. Этот скотинитус, полсовета настроил против тебя. И почему Ники ты все время наживаешь себе влиятельных недругов?
  Я пожал плечами. Откуда мне знать это великую тайну мироздания? Я ведь приятный в общении, абсолютно неконфликтный человек. Ну и что, что из-за меня магистра Стефана вытурили из Совета магов, и он на пару лет обрел статус посмешища в глазах других магистров. Кто же знал, что он так негативно относится к критике в свой адрес. Проще надо быть к другим волшебникам и адекватно относиться к дружеским советам или хотя бы сносно воспринимать язвительность некоторых особ, раз сидишь в кресле Верховного Целителя.
  - Фил, расскажи, в чем меня конкретно обвиняют? Хотя у меня, конечно, есть смутные подозрения, что это касается Ирен...
  - Всегда и во всем виноваты женщины... К королю недавно заявилась шайка каких-то оборванцев, гордо заявив, что они нашли потерянную принцессу. Конечно же отчаявшийся король сразу же назначил им аудиенцию. Там они ему поведали, что Ее Высочество Ирен нагло похитил не кто иной, как злой колдун Никериал, который прежде поставил королевство на грань вымирания, наслав эпидемию. У них еще доказательства были - золотой локон Ее Высочества. Король хоть и узнал волосы своей дочери, сразу отправился к нам, чтобы подтвердить догадки. Мы провели генетическую экспертизу и установили, что шайка героев не врала и предоставила королю волосы его младшей дочурки. Тогда Нагелий, наградив "смелых и отважных героев" воспользовался правом созыва и созвал срочно Совет магов с целью покарать мерзавца и скорее вернуть невинное дитя в лоно семьи пока душегуб не соблазнил его сокровище. Нам удалось притормозить дело, чтобы разобраться во всей этой ситуации, но... Магистр Стефан очень злопамятный волшебник, он даже не поленился заручиться поддержкой Нагелия, чтобы свести тебя со свету. И теперь он от имени королевской семьи будет представлять на заседании сторону обвинения, а как ты сам понимаешь, он постарается на тебя натравить все магическое сообщество. Я и Дар знаем, что ты невиновен, но вот остальным с легкой руки Стефана суют под нос ложную информацию. Дар пытается утихомирить общественность, пока я и Партар ищем выходы из сложившейся ситуации.
  - А с чего это Председателю мне помогать? - искренне удивился я. Я не состою с магистром Рагнессом в таких близких отношениях, что он будет защищать опального мага, рискуя своим креслом. Неужели я, сам того не ведая, получил огромное состояние в наследство или же магистр внезапно осознал, что я его давно потерянный троюродный племянник по линии матери?
  - Не имею ни малейшего понятия. Хотя, зная натуру моего дорогого начальника, я могу с уверенностью предположить, что он всего-то хочет заманить тебя в Совет на кресло целителя. Сейчас там временно восседает марионетка Стефана, а это выводит из себя Председателя похлеще, чем его заместитель, магистр Нестелл.
  Я усмехнулся. Мать Адриана и Мариан, судя по рассказам друзей, может вывести из себя даже статую. Не позавидуешь старику. Фил достал рюмку и, откупорив смородиновку, налил себе немного насыщенной темно-лиловой жидкости.
  - Значит, чтобы избежать тюрьмы мне нужно завтра быть уже в столице?
  - Да, - кивнул друг, наслаждаясь запахом настойки. - В полдень у тебя повестка к дознавателям. Ничего такого - простая формальность перед слушанием, допрашивать-то тебя будут только на суде. А вот через день или два, точного время слушания еще не объявили, ты предстанешь перед полным составом Совета магов. Стефан хочет устроить целый аншлаг, так что не удивляйся тому, что слушание будет открытым, и на нем будут присутствовать куча магов. Какой дурак пропустит такое зрелище? - я обреченно простонал - только этого мне для полного счастья не хватает. Я им что, бесплатное развлечение? Мне что-то не очень хочется выступить в роли клоуна. Я уже давно позабыл про этого магистра, а он как некстати решил свершить свою "великую месть" пятидесятилетней давности. Ему что, это до сих пор жить спокойно не дает? И существуют же в нашем мире такие злопамятные субъекты. - Со стороны обвинения будет, как я уже говорил магистр Стефан, а со стороны защиты тебя решила поддержать, как ни странно магистр Алия Эрлеан.
  - Алия? - чуть не упал я со стола, округлив от изумления глаза. Быть этого не может. Скажите мне, что я сплю и вижу самый страшный затянувшийся кошмар в своей жизни!
  - Я тоже удивился. Вы же расстались после сильного скандала десять лет назад. Никогда бы не подумал, что она решит спасти тебя от кандалов.
  - Я с этой неуравновешенной садисткой ничего общего иметь не желаю, - подозрительно сощурился я, скрестив на груди руки. Как же, так я и поверил, что эта женщина решила безвозмездно мне помочь. Кто-кто, а Алия альтруизмом не страдает, за долгие годы общения с ней я досконально изучил ее натуру.
  - Она хороший дознаватель, прекрасный оратор... имеет вес в магическом сообществе, - стал выискивать достоинства магнессы друг. Я понять не могу, на чьей стороне Филгус? - Ну и что, что у нее есть пара ... гм... странностей. Когда ты с ней встречался, это тебя не сильно волновало.
  - А теперь меня это волнует, - вздохнул я. Не хочу с ней видеться. Конечно, мы встречались и неплохо проводили время вместе, но отношения из-за ее наклонностей не сложились. Я пытался понять и принять ее "странности" - у каждого свои тараканы в голове, но всему же есть предел терпения. Просто мой предел был достигнут больше десятилетия назад.
  - Ради Пресвятой энергии, Ники, ты же можешь немного ее потерпеть? Нам повезло, что тебя решила защищать именно Алия. У Стефана на нее качественная аллергия, он даже невольно вздрагивает, когда произносят ее имя в случайном разговоре. Магистр Эрлеан специально ради тебя вышла из отпуска, чтобы отстаивать твою честь в Совете магов, - нравоучительно проговорил друг и вдруг что-то вспомнив, фыркнул. - Мне Дар рассказывал, что видел, как побледнел магистр Стефан, когда ему сообщили, что со стороны защиты будет выступать Алия.
  - С чего это мне повезло? Скорее наоборот... - нахмурился я. Чтобы магнесса и ради меня прервала свой бесценный отпуск? Она точно жаждет получить мою душу. Правильно, что ее опасается этот интриган местного разлива, понять, что творится в голове у этой женщины невозможно. Говорят, что в тихом омуте черти водятся. Так вот, у нее настолько тихий омут, что там наверняка открылся филиал Преисподней.
  Она любит проводить время в самых темных и холодящих в жилах кровь закоулках мира, испепеляя на месте каждого, кто изволит потревожить ее отдых. Я до сих пор понять не могу, как она с ее специфическими методами работы спокойно трудится во благо Совета магов дознавателем?
  Я помню, как Алия устроила со мной магическую дуэль и только из-за того, что я намекнул ей, что не желаю жить с ней неделю в "Пропащей яме рудокопов". Решила, что если может уложить меня на лопатки, то я по доброй воле поеду с ней в то гиблое место. Победу одержал я, но все равно уже через пару часов мы тряслись в дилижансе, держа путь в ущелье - я не смог устоять против ее чарующих светло-карих глаз. Галантный кавалер - уступил даме, за что и поплатился... От нечисти пришлось отбиваться мне, пока она спокойно проводила свои исследования многообразной фауны. И каждый ее со мной отпуск заканчивался одним и тем же - мы ссорились и пару лет отдыхали друг от друга, каждый занимаясь своими любимыми делами. Потом нам становилось скучно, мы сходились, позабыв все обиды, клятвенно обещая друг другу учитывать мнения обоих сторон, и круг повторялся заново... Хорошо, что сейчас у меня есть иммунитет против ее пленительных глаз и щенячьего взгляда. Я больше не поддамся ни на какие провокации!
  - Что это? - показал пальцем Фил на что-то позади меня. Я повернулся и увидел, что из-за заметок выглядывала, мерцая золотой энергией реликвия. Я взял кристалл в руки и повертел его перед зеркалом.
  - Это, дорогой мой Филя - трофей.
  - Трофей? - удивленно проговорил друг, отодвинув опустошенную рюмку. - И откуда эта вещица?
  Судя по загоревшимся глазам светловолосого волшебника он, как и я, попал под пленительные чары реликвии. Может немного похвастаться перед магом? Хотя нет - лучше другу не знать в какую передрягу угодила его дочурка, а мне не вспоминать. Слишком свежо в памяти замученное лицо Петры и обреченный взгляд устремленный вдаль...
  - Простая вещица жрецов, - помрачнев, вздохнул я. Перед глазами до сих пор стояло бледное лицо племянницы, и ее слова которые запали мне в душу: "Не важно, что со мной будет, не важно... даже если я умру. Спаси, обещай, что спасешь Шиона!" Простой артефакт заставил задуматься молоденькую девчонку о смерти... - Ничего особенного. Пытаюсь исследовать ее уже пару дней, но пока с результатами не густо.
  - Может, я помогу? - заинтересовался Фил, став разминать пальцы, поддавшись исследовательскому азарту. Я пожал плечами, не противясь вмешательству друга. Призвание моего названного брата - видеть, что скрыто в сердцах людей и окружающей действительности. Поэтому прочесть "душу" реликвии Филгусу ничего не стоит. Ему трудно читать только сердца магов - с людьми всегда много проблем. Ведь у каждого есть свои тайны, скелеты, спрятанные в шкафах, которые не показывают публике. Фил же не будет лезть в душу каждому магу, ища намеки на темную магию? Он, конечно, может "выпотрошить мага", увидеть всего его тайны, но это требует много сил, да и испытуемому будет крайне болезненно то, что кто-то лезет в его сердце. Так что друг ограничивается беглым просмотром души, безошибочно определяя темный ли перед ним волшебник, либо просто "с тараканами в голове", например, как магистр Стефан, Алия, Лира и половина служащих Совета.
  Фил может "видеть" неживой предмет через зеркало, в отличие от "душ" людей. И я, зная эту особенность, пользовался услугами друга, когда долго не мог понять, как разгадать артефакт. Но делал это не часто, все же самому интересно дойти до истины... Хотя сейчас устоять перед просьбой Фила я не смог. Самому не терпелось понять с чего лучше начать "плясать".
  Я, спрыгнув со стола, приблизил "слезы Элисень" почти вплотную к зеркалу помогая другу с настройкой пространства. Светловолосый волшебник на той стороне отражения зажмурил глаза, вытянув вперед свою правую руку, чтобы установить связь с объектом, прощупать ауру кристалла, дабы после погрузиться в "душу". Филгус много раз пытался объяснить мне свои чувства во время "видения" и я прекрасно выучил все его движения. Вот он нахмурился, нащупав связующую нить, резко двинул рукой в сторону, потянув энергию на себя... Кристалл завибрировал в моих руках, его стало охватывать золотое сияние, которое усиливалось с каждым мгновением... На лбу друга выступили капельки пота, он, стиснув зубы уже двумя руками крепко сжал пальцы, пытаясь добраться до "сердца" реликвии. Я замер, чувствуя, что еще мгновение и мне будут доступны тайны, которые прятали священнослужители от мира уже пару тысячелетий.
  Вдруг дверь на той стороне с грохотом резко открывается. Фил, от неожиданности вздрогнув, вмиг выскакивает из транса, потеряв связь с моим пространством. В лаборатории кристалл перестал вибрировать, мгновенно потухнув, спрятав свое сияние внутри. У меня Сердце чуть из груди не выпрыгнуло от такой неожиданности. Ну и кого в такой момент принесли демоны?
  - Папа! - раздался возмущенный голос незабвенной Петры. Ну конечно, кто бы сомневался, я бы даже сказал, что удивился бы, если бы это оказалась не любопытная дочурка друга. Я мгновенно спрятал реликвию на столе под горой бумаги - незачем крестнице знать, что у меня есть этот кристалл. - Это что такое?!
  Светловолосый волшебник вдруг встрепенулся, полностью придя в себя после неудачного сеанса и грозно сдвинув брови, хотел, наверняка, отчитать дочь за то, что она ворвалась в кабинет отца без спроса, но не тут-то было. Петра опередила друга, подбежав к столу и тыкнув пальцем в стоящие бутылки.
  - Это что такое, папа?! - стараясь скопировать тон матери, стала отчитывать отца девушка. Я тихонько выдохнул - а я уж было подумал, что она заметила наш эксперимент. Неужели пронесло? - Ты пьешь?
  - Пе-е-етра-а-а... тебя не учили стучать? И вообще, я, кажется, закрывал дверь на замок!
  - Да? - неловко смутилась светловолосая волшебница под пристальным взглядом Фила. - Я случайно, не задумываясь, открыла...
  - Ты прывыкла, что перед тобой раскрыты все двери? - усмехнулся я.
  - О, и дядя здесь, - наконец-то заметила меня дочка друга. Я уселся обратно на стол, а то мне было непривычно общаться с такого неудобного ракурса. Удобнее восседать на столе, где все под рукой. - О чем говорили?
  - О том, какие любопытные дочери пошли в последнее время, - притворно вздохнул Филгус. Мне ничего не оставалось, как поддакивать другу. Не зачем Петре знать наши проблемы, пускай побудет в счастливом неведение. - Мешают своим отцам работать, врываются без спроса в кабинеты, не здороваются с собеседниками родителя.
  - Кошмар, что пошло за воспитание!
  - Верно, коллега, - серьезно кивнул магистр Гоннери, будто зачитывал доклад на заседании Совета магов. - Молодежь нынче не чтит правила и традиции, заповеданные нам предками.
  - Да ну вас, - махнула рукой Петра. - Не хотите рассказывать, и не надо. И я воспитанная! Кстати, дядя, привет.
  Я приветственно помахал зеленоглазой волшебнице рукой. Наконец-то она вспомнила о манерах и хоть как-то проявила ко мне толику уважения. Нда, молодежь нынче пошла наглая. А если бы Фил разговаривал не со мной, а, например, обсуждал проблемы экономики с Партаром Рагнессом? Председатель не такой добрый и снисходительный человек как я.
  - Ты зачем пришла? - устало вздохнул названный брат, потерев рукой веки. Видимо друг всю ночь не спал, пытаясь хоть как-то помочь мне, облегчив мою незавидную участь.
  - Я уже забыла... неважно, - пожала плечами девушка, не сводя глаз с алкоголя отца. - А бутылки я конфискую. Еще утро, а ты уже пьешь, так нельзя.
  - Ты с матерью сговорилась? - схватив смородиновку, недовольно буркнул Фил, опасаясь, что ее отнимут. - Это нельзя, то нельзя... Дайте мне пару часиков расслабиться в одиночестве! С вами никаких нервов не запасешься.
  - Расслабляйся по-другому, - девушка попыталась отобрать у отца настойку. - Например, вышивай гладью или занимайся садоводством.
  - Советчица... первое - это женская муть, второе... попробуй тут облагородить сад - мелочь сразу его вытопчет, сожжет и отравит. Ты думаешь я забыл, как ты мелкой выливала не получившиеся зелья под мою экспериментальную яблоню? А я вот до сих пор помню, как дерево пыталось меня схватить и съесть. Если хочешь так сильно помочь, приготовь мне успокоительный отвар, а то твоя мама вернется только завтра.
  - Успокоительное? Ну я в зельеварении не сильна...
  - Тогда не мешай отцу лечить нервы народным методом.
  - Нет, отдай, - она снова попыталась отобрать смородиновку. Фил сдаваясь, вздохнул, позволив девушке одержать победу. Петра победно ухмыльнувшись, схватила бутылку, спрятав ее за спиной. Я еле сдерживался, чтобы не расхохотался в полный голос - какая крестница все же наивная. Лира бы сразу заподозрила мужа в укрывательстве неинвентаризированного алкоголя, раз он с легкостью расстался с бутылкой, а она довольна этой фальшивой победой.
  Нда, другу не позавидуешь - то жена, то дочь пытаются строить из себя главных в доме. Фил умен, он считает, что лучше потешить гордость своих дам даруя им видимую власть, чем выслушивать бесконечные упреки. Все равно последнее слово всегда за магом.
  - Лучше бы следила за братом и сестрой, чем отбирала у отца честно заработанную бутылку, - буркнул Фил, провожая печальным взглядом смородиновку, которую Петра без сожаления вылила в горшок с фикусом. У меня дажес заныло от такого кощунства. Тратить бесценный подарок доброго крестьянина на полив цветка? Я всегда подозревал, что женщины коварные создания.
  - За Илианом Риэл следит, - отмахнулась от отца юная волшебница. - Учит его стрелять из арбалета в кошек.
  - Кошек миссис Розалии? - вмиг протрезвев, побледнел друг.
  - На них не написано, что они кому-то принадлежат, - Петра обиженно показала хмурому магу глубокие царапины на руках. - К тому же эти злые бестии меня чуть меня не убили!
  - Но почему кошки! Можно было, например, пострелять в мишени.
  - Это скучно. Нужны подвижные цели.
  - Тогда почему не голубей?
  - Голубей больше в нашем районе нет, - улыбнулась племянница, явно припомнив смешной случай. - Они на свою погибель решили справить нужду на макушку Риэла.
  Друг, проворчав на эрейском пару ругательств на тему ума и сообразительности детей и одного возлюбленного своей старшей дочери, откинувшись на спинку кресла, пролепетал:
  - Эта кошатница же скальп снимет с Ила и с твоего недоразумения, если с ее кошек упадет хоть волосок.
  - Не волнуйся, - беззаботно усмехнулась Петра, поставив перед отцом пустую глиняную бутыль. - Иля впервые взял в руки арбалет, он ни за что не попадет в кошек, хотя...
  - Что, - помрачнел друг, видимо предчувствуя проблемы.
  - Вот если брату будет помогать Риля...
  Друг, стремительно встав, исчез, видимо телепортировавшись к этим охотникам на соседских питомцев.
  - И чего папа так всполошился? - искренне удивилась девушка.
  - Это тебя надо спросить, - хмыкнул я. - Я-то вашу соседку не видел.
  - Откуда я могла знать, что эта стерва до сих пор жива? - скривилась Петра, видимо припомнив свои детские обиды. - Я-то надеялась, что ее загрызут ее тридцать три кошки.
  - Петра нельзя такое говорить о старом и больном человеке, - вздохнул я, в который раз удивляясь доброте и смиренности своей племянницы. И чем ей так не угодила бедная старушка? - И не надо мне вешать лапшу на уши на счет того, что ты не знала, что это кошки твоей соседки.
  - Да я и не собиралась... Мне уже начинает казаться, что она продала душу демону. Ну не может обычный человек так долго жить!
  Еще как может, если это жена магистра. Фил жил в районе, где обосновались маги, которые хоть как-то связаны с Советом, значит эта миссис Розалия наверняка жена или вдовушка какого-нибудь магистра. Хотя, определенно она вдова, раз ее дом заполонили мяукающие существа. Не думаю, что на свете существует такой кошатник, который добровольно превратит свой дом в питомец для орущих созданий. Маги обычно редко женились на смертных женщинах, а если и женились, то обеспечивали любимую длинной жизнью, чтобы как можно дольше скрасить свое одиночество. Ведь у магов и простых людей разная продолжительность жизни - у нас она связана с бурлящей в жилах энергией, чем больше силы скрыто внутри мага, тем дольше он будет обитать в этом бренном мире.
  - Ладно, - вздохнул я. Думаю, что Фил не скоро управится с "охотниками", а разговаривать с Петрой дожидаясь друга, меня что-то не тянет. - Передай отцу, что завтра я приду во дворец совета, и мы обо всем там и поговорим.
  - Хорошо, - кивнула светловолосая волшебница и коварно улыбнувшись, оглянулась на дверь. - До скорого, а я пойду спасать Риэла от гнева папы.
  
  ***
  
  После разговора с Филом я еще пару часов сидел на столе, бесцельно смотря на свое отражение в зеркале. Меня одолевали тяжелые раздумья о нелегком положении, в которое я угодил из-за своей глупости и мягкоСердечия. Так и знал, что моя доброта выйдет мне боком. В первый раз, когда сер Гриворд прибыл к моему замку, дабы вызвать на поединок и случайно увидел Ирен, - я его пожалел, решил, что грех убивать такого безобидного и наивного рыцаря с Кодексом рыцарей вместо мозгов. Второй... я не смог поднять руку на ребенка. Из него в будущем мог вырасти сильный маг, а я дурак лишать нашу братию такого генофонда? Хотя я отправил шайку героев в лес, кишащий голодной нечистью и нежитью, - они не только всем назло выжили, так еще и за такой короткий срок добрались до столицы, побывав на аудиенции у короля.
  Единственный, кто был самым здравым, нет, самым неадекватным, но умным членом этой сумасшедшей братии, - это тот жрец. Он не только понял, как преуспеть в миссии даже без принцессы, но и наверняка именно жрец привел героев в столицу. Я что-то не верю, чтобы на Алинора внезапно снизошло озарение, и он, потратив большие деньги, воспользовался городскими порталами (а другого способа, чтобы так быстро добраться до столицы, я не знаю).
  И мало мне героев, которые наябедничали монарху о том, с кем и где проводит свой отдых его непутевая своенравная дочурка, так еще и этот хмырь Стефан решил пустить мне молнию в спину. Сидел бы в своем кабинете и не рыпался по любому поводу - так нет же, решил свершить свою великую месть. И на кого свои костлявые ручонки потянул? Ладно, я все понимаю, старый человек, в бывшем тот еще развратник, превратившийся в ходячую мумию, решил направить свое нереализованное либидо в мою сторону, показывая, что он еще что-то может. Но зачем, если он решил привлечь мое внимание, устраивать такую трагедию и фарс с этим судом? Прислал бы цветы, прикупил бы две... нет, три, а может пять или десять коробок шоколадных конфет и прибыл бы в мой замок с признанием в вечной любви. Я бы его понял, даже в кои-то веки посочувствовал Стефану в его безответных чувствах и, забрав конфеты, выдворил его за пределы своего дома. Зачем все усложнять?
  Ах да. Магистр Алия Эрлеан - это отдельная глава моих нерешенных проблем. Как я уже убедился на практике, у меня просто потрясающий нюх на неадекватных девиц. Нет, конечно, глубоко внутри она хороший человек - добрый, понимающий, только это редко проявляется в повседневной жизни. А если и проявляется, то окружающих людей всегда прошибает холодный пот от милой улыбки и добродушного взгляда магнессы. Нет, если выбирать между Стефаном и Алией, я сразу пойду к первому. От него-то знаешь, что ожидать, в отличие от бывшей подруги с богатым воображением и неуемной энергией.
  И почему мне так везет? Почему, когда я стараюсь делать людям добро, передо мной прямо из воздуха вырастает ворох проблем? На мне что, красуется клеймо "Возьму на себя все проблемы мира совершенно бесплатно"?
  Сначала Ирен со своей бурной фантазией, потом племянница подкинула мне работенку, тем самым настроив против меня весь религиозный бомонд, а сейчас нарисовался суд со Стефаном и Алия, от которой совершенно не знаешь чего ожидать.
  А утро так хорошо начиналось...
  Просидев в такой гнетущей обстановке пару часов и совершив маленький рейд на кухню, захватив в плен целых три бутерброда с бараниной, я решил выйти на улицу и подышать свежим воздухом, дабы очистить разум от невеселых мыслей. Ну и, конечно же, сбежать от гнева Милены, когда та узнает, что я случайно разгромил ее кладовую, ища вяленое мясо и свежую булку хлеба. Но я не специально - кто же знал, что эти полки такие хлипкие...
  Я спокойно спускался по лестнице, с наслаждением уплетая бутерброд, как вдруг услышал заливистый смех Ирен во внутреннем дворике. Любопытство взяло бразды правления в моем разуме, и я, вприпрыжку преодолев оставшиеся ступени, рывком открыл входную дверь, оказавшись на улице. Морозный воздух пах свежестью, улица сразу же приняла меня в ледяные объятья, грозясь превратить в то, что сейчас пыхтя и смеясь, пытались соорудить Ирен и Джек. Точнее кособокого снеговика делала Ирен, а Джек лишь кружил вокруг нее, давая, в его понимании, ценные рекомендации. Неподалеку от нее прогуливался Ларсик, устроив охоту на наглых голубей, которые пировали кусочками хлеба, пожертвованными принцессой.
  Чтобы продолжить свое дальнейшее знакомство с впавшей в детство девушкой и подстрекателем-приведением, я переместился к себе в комнату, надел теплую куртку и шапку, а также доел бутерброды.
  Вернувшись на промерзлый воздух, я увидел, что Ирен стояла перед снеговиком, всматриваясь в его еще недоделанную голову, наверняка решая, каким лицом его следует наградить. Рядышком ошивался призрак, что-то нашептывая доверчивой девушке, гнусно при этом хихикая. Меня передернуло - надеюсь, он не советует принцессе наградить снеговика моим ликом?
  - Ирен, что вы делаете? - окликнул я задумавшуюся девушку.
  - О, - принцесса оглянулась, озарив меня счастливой улыбкой, - Ник, а мы тут как раз о вас говорили.
  Я скис. Так и знал, что Джек предложит изобразить именно меня - он как всегда сама оригинальность.
  - Помянешь лихо... - проворчал призрак, в мгновение ока спрятавшись за снеговиком, опасаясь за свою бестелесную жизнь. В дневном свете его было почти не видно обычным зрением, но я не задумываясь считываю энергетические поля, так что для меня Джек, даже если он полностью станет невидимым, будет как на ладони. А вот принцессе наверняка с трудом приходилось общаться с бестелесным духом.
  - Бить не буду, - вздохнул я, заочно отпустив Джеку все его прежние грехи. Мне срочно нужен тот, кто будет следить за замком и Ирен. А выбор, к сожалению, невелик. - Не прячься.
  - А мне и там хорошо, - буркнул Джек. Ох, и доиграется этот проказник, ведь мое терпение не безгранично - изгоню и дело с концом. Мне и так хватило того, что он был так рад нашему возвращению из Силенвиля, что устроил мне массу сюрпризов. Нет, я на него не Сердился - вот если бы я попался в его дурацкие ловушки - другое дело, а так...
  - Джек, я знаю про мокрый пол и открытое окно в восточной галерее. И я тебя прощаю. Все равно твой фокус с ледяным полом не удался.
  - Так это ты устроил?! - возмущенно закричала принцесса, ткнув пальцем в еще больше побледневшего призрака. - Я же упала и сильно ушиблась копчиком!
  Я удивленно посмотрел на покрасневшую от стыда и гнева девушку. Она попалась в безобидную ловушку Джека? Хотел бы я увидеть, как принцесса пыталась пройти по обледеневшему полу галереи. Наверняка это было занимательное зрелище.
  - Хотя нет. Удался, - я еле сдерживался от смеха, красочно представив себе тридцать три падения синеглазой девушки. Даже удивительно, что эту ловушку она не приписала мне в список злодеяний. - Но только с Ирен.
  Ирен возмущенно стала сверлить меня взглядом, будто бы это я виноват в ее бедах. Извините, миледи, но в мою обязанность не входит оберегание вашей сиятельной пятой точки.
  - И Джек, твоя шутка с вином тоже оказалась провальной, - припомнив еще одну проказу призрака, произнес я, внимательно наблюдая за реакцией Ирен. - Это же верх глупости подмешать в вино чернила. Ты думаешь, я не заметил, что цвет вина в графине поменялся?
  Ирен побледнела. Я торжествующе улыбнулся. Так и знал, что мимо и этой ловушки не прошел любопытный носик нашей принцессы. Ее как магнитом тянет к ловушкам Джека. Я не удивлюсь, если узнаю, что эта неделя после возвращения из Силенвиля для девушки оказалась особенно незабываемой. Джек, оказывается, сильно скучал по своему хозяину. По крайней мере, я лично обнаружил пять безобидных ловушки, а это еще надо учесть факт того, что в эти дни я редко выходил из лаборатории.
  - Так там было вино с чернилами? - прошептала принцесса, прикрыв рукой рот. - А я решила, что это какой-то новый сорт вина...
  Я вздохнул, дивясь везучести Ирен. Мне казалось, что королевские особы больше всех не доверяют винам с подозрительным цветом, боясь, что в них может оказаться яд. А она...
  - Признавайтесь, в какие еще детские ловушки вы попадались?
  - Детские? Да их ставил настоящий мастер!
  - Я так понимаю, в детстве Вас не подвергали таким розыгрышам?
  Ирен замотала головой. Я обреченно закатил глаза - оно и видно.
  - Джек! - Ирен резко развернулась к снеговику. - Ты... А где этот призрак?
  Я усмехнулся. Пока мы обсуждали бурную неделю принцессы, пройдоха быстренько исчез, опасаясь за свою бестелесную жизнь. И правильно, Ирен прямо пылала от праведного гнева.
  - Попадись он мне на глаза, - сжав кулаки, гневно прошипела принцесса. - Я ему покажу, как шутить над Нашим Высочеством!
  Я тихо стал пятиться назад, решив, что пока мне рано умирать, даже от рук красивой дамы. Но мне в кои-то веки повезло - вместо меня принцесса в свои жертвы выбрала снеговика, со всего маху снеся ему голову, явно представив на его месте Джека. Я нервно сглотнул - так, я вдруг понял, что мне срочно нужно собираться в столицу. Времени так мало, а я еще даже не собрал сумку!
  Внезапно из покалеченного снежного тела как пробка вылетел потерянный призрак, вереща что-то о безумных девицах и о своей травмированной психике. Он, не теряя времени даром, быстро шмыгнул куда-то в замок, на прощание облив нас дождем несуществующих слез. Я поразился интуиции Ирен - так быстро и точно вычислить укрытие Джека... А она страшная.
  - Вы убили снеговика, - хмыкнул я, с некой печалью смотря на остатки снежного тела. Он умер, как подобает герою, своей жизнью спася мой дом от возможного кровопролития. - И Джек, кажется, очень хорошо понял, что теперь и Вы жаждете испить его кровушки.
  - Никого я не убила. - Ирен убрала лезущие в глаза золотые пряди и подтянула теплые варежки, заботливо связанные для нее Миленой. - Сейчас новую голову слеплю, ничего сложного. И Вы мне будете в этом помогать.
  - Я? - искренне удивился я, пряча свои замерзшие пальцы в карманы куртки. - Почему это я должен лепить голову какой-то снежной бабе?
  Принцесса уперла руки в бока, видимо поражаясь моему воспитанию:
  - А как же помощь даме?
  Я шмыгнул красным от холода носом:
  - Дама сама виновата. И у меня много дел. Мне... - надо составлять завещание, - мне еще надо подготовиться к поездке.
  - Какой поездке? - золотоволосая девушка удивленно захлопала ресницами. - Мы же совсем недавно прибыли из Силенвиля!
  Я нервно почесал затылок, в мыслях коря себя за несдержанность. Ведь не хотел говорить, а вырвалось! Я, конечно, знал, что рано или поздно придется сообщить Ирен о том, что мне нужно будет на несколько дней оставить замок, но так хотелось оттянуть этот момент до последнего... Или просто оставить на столе записку, а самому быстренько шмыгнуть в портал, пока меня не хватились. Больно надо посвящать всех в свои проблемы и давать некой особе еще один повод считать меня злодеем.
  Я представил реакцию Ирен на новость о том, что меня будут судить. Воображение стало рисовать длиннющий монолог триумфальной речи девушки на тему "наконец-то справедливость восторжествовала" и "сдохни в тюрьме, убийца несчастных девиц!".
  - Вы даже не представляете, что произошло! - вздохнул я, вскинув руки в стороны. - Кошмар! Ужас! Катастрофа!
  - Ч-чт-то... - испуганно вздрогнула девушка, лицом став белее снега.
  - Я поверить не могу, как это могло случиться! - не слушая испуганного блеяния Ирен, продолжил я заливаться в пафосе. - Я пропустил целых три собрания нашего кружка "Великие злодеи-поработители мира и убийцы невинных девиц"!!
  Конечно, на ходу придуманное название было кошмарным, но и оно сумело произвести на принцессу должный эффект. Ирен замерла, приоткрыв от удивления рот, пораженно взирая на меня, как будто бы ей только что объявили, что я посланник Великой. В ее взгляде было столько неподдельного удивления что я, не выдержав, добавил:
  - В прошлый раз они приносили в жертву проповедника. Жаль, а я так хотел это увидеть! Но ничего, вот завтра...
  - Подождите, - перебив меня, Ирен замотала головой, пытаясь собраться с мыслями, - я правильно поняла, что Вы...
  - А что тут понимать! - я хлопнул по плечу принцессу, заставив ее вздрогнуть.
  Синеглазая девушка открыла рот, чтобы что-то сказать, но так и не смогла сформулировать свои мысли в слова. Нда, и почему она такая доверчивая? Ей точно строго противопоказано жить при королевском дворе. Такую наивность сразу завербует оппозиция или заговорщики, а она даже об этом и не узнает. И это только в лучшем случае... А я-то считал, что моя учебная программа "Научим Ее Высочество работать мозгами" начала приносить плоды. Какое разочарование.
  - Ирен, - усмехнулся я, Серьезно посмотрев на ее шокированную мордашку. Ничему жизнь не учит девушку. - Вас так легко разыграть. Не удивительно, что это удалось даже Джеку, а у него фантазии и выдумки, как у шестилетнего ребенка.
  - Разыграть?
  - Ну да. Вы что, всерьез считаете, что я буду тратить свое драгоценное время на вступление в сомнительные секты? - нахмурился я. Внезапно вспомнилось, что одна моя знакомая, которая должна будет отстаивать мою честь в суде, с удовольствием вступила бы в какую-нибудь секту, чтобы разрушить ее до основания. Фил как-то предлагал Алии для разнообразия попытаться стать жрицей, на что она ответила, что губить храм, как общественный институт не входит в ее ближайшие планы. - У меня срочные дела в Совете магов. Ничего особенного... и уж там точно не будет темных кружков и тайных собраний. В этом я Вас уверяю.
  - В Совет магов?
  - А что вас так удивляет? Мне же надо хоть иногда появляться на публике.
  - Вы же... как бы... - замявшись, смущенно опустила глаза принцесса. Я удивленно вскинул брови. Что она себе напредставляла? Хотя я догадываюсь. - Вас ведь считают злодеем и... ну, вы не боитесь в Совет... идти.
  Боюсь ли я идти? Конечно, в глубине души я дрожу от страха при мысли о суде. Сама мысль о том, что я опять испытаю на себе тот кошмар, который случился около пятидесяти лет назад, страшит меня. Опять оправдываться перед Советом, отстаивать свою честь перед такими тугодумными магистрами как Стефан, слушать за спиной перешептывания магов... Может и вправду, не надо было жалеть Ирен и давать ей кров, чтобы переждать зиму? Сочувствие, жалось к слабым только делают меня уязвимым и дают еще один повод врагам причинить мне вред.
  Хотя... смог бы я тогда пройти мимо умирающей девушки? Смог бы я подавить в себе человеческие чувства, навсегда заперев свою душу в замке? Ирен разрушила мою обычную неспешную и планомерную жизнь, построив из осколков спокойствия какой-то сумбур. Хотя нет, зачем лукавить? Это я позволил принцессе диктовать свои условия, так как хотел разнообразия, хотел впустить свежий ветерок в свою жизнь затворника. Кто же мог подумать, что золотой теплый ветер, который казался мне вначале спасением от прозябания в глуши, окажется ураганом, который пронесется по моей устроившейся жизни, принеся с собой только разрушение.
  В глубине души я надеялся, что это сможет хоть немного заменить мне ту, которая навсегда оставила глубокую рану в моем Сердце. Не получилось. Я до сих пор живу прошлым, пытаясь хоть немного вернуть те счастливые дни.
  - Конечно боюсь, - после продолжительной паузы усмехнулся я. - Ведь во дворце Совета работает Лира, а она намного страшнее всех фанати... кхм, всех тех, кто считает меня злым колдуном. Кстати, могу Вас заверить, что также как Вы категорично настроенных против меня магов единицы.
  Я, конечно, нагло привираю, говоря принцессе, что моих врагов мало в лоне Совета, но вряд ли мои недруги организовали клуб "Сгори в геенне огненной, Никериал Ленге!". Я уже представляю, как они бы за кружкой чая, хрустя печеньем и поедая пирожные, обсуждали бы, какую девицу на этой неделе я сгубил или делали бы ставки на героев и рыцарей, что пытаются меня убить. Нет, таких категоричных личностей, чтобы, сотрясая губой и тыкая в меня пальцем, верещали, что я такой нехороший человек, который губит генофонд женщин, отдавая их демонам, к счастью нет.
  - Почему?! - возмутилась принцесса, ее покрасневшие на морозе щеки заалели сильнее. - Я не считаю Вас злодеем!
  - Пра-авда-а? - растянулся в улыбке я, намеренно растягивая гласные. Неужели она наконец-то одумалась, и мои мольбы были услышаны?
  - Сейчас Вы не злодей, а вот были Вы им в прошлом - решит следствие, - быстро пролепетал девушка, отведя взгляд. - Я еще не полностью уверена в вашей невиновности.
  - А-а-а... Ну ладно, - безразлично махнул рукой я. Я уже привык к упрямству Ирен и ее нежеланию открыть глаза на факты. - Если Вам будет так удобнее... Ищите и дальше свои несуществующие скелеты. Только вряд ли Вы их найдете.
  - Вы не верите в мои способности?
  - Я верю в вашу способность находить проблемы на пустом месте, - вздохнул я и, подышав на замерзшие ладони, развернулся, пойдя по скрипучему снегу обратно в замок. Я чувствую, что еще немного и мой нос и ладони превратятся в сосульки. Не люблю зиму - всегда мерзну.
  - Эй, - окликнула меня Ирен, негодуя тому, что ее бросили, даже не попрощавшись. - Вы куда? А как же снеговик?!
  - Я верю в ваши силы! - не поворачиваясь и не сбавляя шага, я поднял руку вверх, показав девушке кулак в знак поддержки. - Помните, жизнь этого создания в ваших умелых руках!
  Но, не успев пройти и Середины пути, я вдруг ощутил подлый удар по затылку. Я дотронулся рукой до немного садящего места и резко развернулся, удивленно посмотрев на довольную девицу. За что?
  Ирен поигрывала в руке только что слепленным снежком, намереваясь отправить его вслед за братом. Она, нацелившись, отвела назад руку, прицельно кинув снежок в меня. Я ловко увернулся от снежного заряда и отряхнул шапку от снега. Видимо, принцесса окончательно и бесповоротно впала в детство. Сначала снеговик, сейчас снежки, а что потом будет? Будет во дворе строить снежное укрытие для героев? Или объявит мне войну, закидав снежками?
  - Ирен, и как это понимать?
  - Давайте играть в снежки! - растянула девушка губы в улыбке, и, наклонившись, слепила смертоносный заряд. Ее золотые пряди выбились из-под шапки, волной спустившись на плечи, нос, щеки, и подбородок покраснели от мороза, а синие глаза сияли от азарта. - За отказ - расстрел снежками на месте!
  Я усмехнулся и, напялив на голову холодную шерстяную шапку, лукаво подмигнул принцессе:
  - Вы сами напросились. Пощады не ждите.
  - А она мне и не нужна, - фыркнула Ирен, доводя снежок до идеальной круглой формы.
  Я наклонился, замерзшими покрасневшими пальцами взяв в руки цепкий колючий снег.
  Ну что ж. Ненадолго можно расслабиться, от души закидав принцессу снежками.
  
  * * *
  
  Тяжело дыша, разгоряченные неистовой битвой снежками, мы без сил упали на пушистый снег. Сил говорить больше не было, через край бурлили положительные эмоции, заставляя глупо улыбаться голубому безоблачному небу. Давно я так не отдыхал, и самое главное безнаказанно обстрелял принцессу, превратив ее в снежную королеву. Ради этого стоило провести сегодняшний день на улице.
  Я уже и вспомнить не могу, когда я играл в снежки последний раз. Кажется, что это было в прошлой жизни, когда я и Фил жили у старого ворчливого магистра. Мы тогда в снежном поле лепили настоящие ледяные хоромы, строили высоченные горки, поражая местную детвору своим мастерством, и просто радовались жизни, совсем не думая о завтрашнем дне.
  - Ник, - глубоко дыша, убирая снег с лица произнесла Ирен, легонько хлопнув по мне рукой. Я лениво повернул голову в сторону девушки, готовый слушать то, что скажет моя оппонентка по детской забаве. - А Вы надолго уезжаете?
  - Не знаю, - нахмурился я и сел прямо, отряхиваясь от снега. - Может на пару дней. Зависит от того, как пойдут дела. Но точно могу сказать, что ненадолго.
  - Это хорошо, - слегка улыбнулась синеглазая девушка и посмотрела на ясный небосвод, провожая взглядом стаю чирикающих, беспокойных воробьев. - Я буду Вас ждать.
  Я едва кивнул в ответ, наслаждаясь минуткой этого безмятежного спокойствия. Как я тогда хотел, чтобы этот миг продлился вечность. Миг, когда все проблемы кажутся такими далекими, а будущее радужным и счастливым. Миг, когда мир остановился, давая тебе понять, что такое истинное счастье. Миг, когда ты вечность можешь любоваться бескрайним небом, лежа в ледяных объятиях снега...
  
  
  
  

Часть Третья: Суд и Предрассудки

  
  Глава 1. Встречи во дворце совета
  
  Встреча со старыми знакомыми всегда заканчивается головной болью -
  то ли от попойки, устроенной на радостях, то ли от разборок.
  А вот чем закончится встреча со своей бывшей возлюбленной,
  не возьмутся предсказать даже прорицатели.
  Но ждать чего-то хорошего лучше не следует.
  Мудрость пациента палаты Љ 12, Госпиталь Парнаско,
  отделение интенсивной терапии
  
  Пресветлая Богиня! Так и знал, что опоздаю!
  Я торопливо шагал по начищенному до блеска мраморному полу дворца Совета, в уме браня себя за легкомыслие. На мне был длинный темно-синий сюртук из камлота, на шелковом, кремового цвета шейном платке сияла на свету Серебряная брошь с вязью магических рун, показывающая, что я магистр магии. На поясе, в специальной небольшой кожаной сумке лежала книга с заклинаниями, волосы держал обруч, скрепленный из тонких пластин гельиона (Серебра закаленного при помощи магической силы и окисленного в специальном растворе). Еще я надел темно-зеленый пиджак с парчовой вышивкой, легкую белоснежную рубаху, простые штаны и кожаные сапоги с высоким голенищем.
  Мне пришлось выглядеть, как подобает аристократу, чтобы достойно предстать перед очами своих коллег магов. Если дома и на улице я мог ходить хоть голым (хотя нет, я погорячился, ходить нагишом перед принцессой... зачем мне лишняя головная боль? Да и холодно, особенно после шалостей одной призрачной заразы, что пооткрывала половину окон в замке), то для официальных визитов мне срочно приходилось вспоминать, куда я в последний раз положил обруч, книгу и спрятал от клептомана Джека свою драгоценную брошь.
  В Келионендор я прибыл на пару часов раньше назначенной встречи с дознавателями и, чтобы с пользой провести свободное время, решил сходить в Городскую библиотеку. Резиденция Его Величества находилась близко к городу и я, держа свое обещание добровольно не посещать столицу, так и куковал в своем замке, не ведая какие приятные сюрпризы ждут меня в городе, основанном родом Келионендора. Оказывается, за мое долгое отсутствие библиотека переехала в бывший храм Богини, и теперь в обители знаний не только стало много места, она еще пополнилась замечательными фолиантами, которые я давно жаждал прочитать.
  Так сильно жаждал, что, зачитавшись, совсем позабыл о времени. Очнулся от пленительных строк только тогда, когда услышал величественный гул городской башни с часами, отбивающий полдень.
  Я сразу же переместился к дворцу Советов, но в нем существовало правило, при неисполнении которого маг строго карался. Внутри здания нельзя было телепортироваться, поэтому я сейчас шагал к лестнице, ведущей в подземелье, где находился департамент дознавателей.
  Совет был центром общественной жизни магов. Он издавал законы, проводил суды и вел неусыпный контроль над соблюдением законов.
  Правительство магов находилось в огромном здании на центральной улице столицы. Дворец потрясал приезжих своей архитектурой. Высокий и белоснежный, он тянулся вверх дугой, заканчиваясь башней обсерватории, он будто маяк, освещал путникам дорогу в город. От великолепного сооружения так и веяло волшебством, пахло энергией, что была заложенная в фундаменте дворца. Он хранит столько тайн, столько знаний собраны под крылом Совета, что у меня всегда невольно захватывает дух при каждом визите во дворец. Роскошь... дворец был роскошен как снаружи, так и внутри, соревнуясь по красоте с резиденцией короля. Многочисленные арки, мрамор, витражные окна, создающие разноцветные блики на полу и на стенах...
  В нем собрались лучшие умы магического сообщества, его можно было по праву назвать центром науки, знаний. Сюда стремились попасть все, даже я в молодости мечтал хоть одним глазком взглянуть на величественные залы дворца Совета. До сих пор с замиранием Сердца вспоминаю, как впервые увидел его, будучи еще мальчишкой. Меня поразила необычная архитектура. Мне тогда казалось, что только Великая могла сотворить такое чудо.
  Но, несмотря на великолепие верхних залов, нижние этажи хранили в себе страх, отчаянье попавших туда провинившихся магистров. Беспощадный механизм правосудия работал круглосуточно. Самое страшное место - департамент дознавателей. Вот туда я направлялся.
  Темный и холодный, стены которого впитали в себя боль сотни людей. Раньше я там проводил много времени на допросах фальшиво приветливых палачей, на себе ощутил, что значит отчаянье, боль, которую испытываешь, когда осознаешь, что тебе никто не верит. Как рушатся все твои надежды, и навсегда рвется на лоскутки душа от несправедливой клеветы. Я уже испытывал, что это такое носить запечатывающие оковы, сидя в камере вместе с бедолагами, сходящими постепенно с ума. Когда дни превращаются в один бессвязный кошмар, пустота пожирает тебя изнутри, и ты начинает чувствовать, как лишаешься рассудка... Нет, я совсем не жажду вновь испытать такие восхитительные ощущения. Для меня тогда неделя в камере оказалась сущей пыткой, от которой я еще долго не мог прийти в себя, а то, что сейчас меня ждет...
  Лучше умереть, чем вновь ощущать самое ужасное чувство на свете - свою беспомощность, чувствовать, что ты потерял свою душу, как только оковы сомкнулись на твоих запястьях, а дорогой человек растоптал твое Сердце, поверив лживым словам других.
  Я, не обращая внимания на удивленные взгляды прохожих, которые уставились на мой обруч и брошь, торопливо шагал к телепорту, которым пользовались маги вместо лестниц. Хотя в этом огромном здании лестниц было предостаточно, просто... хотя, что тут лукавить. Причина всему - наша дорогая матушка-лень. Самая губительная и одновременно великая черта любого магистра. Ведь без лени, без желания облегчить свою жизнь вряд ли бы совершались самые великие изобретения. Например, тот же портал или зеркальные чары. Но в тоже время она губит тех, кто слаб духом.
  Шагнув в объятый золотым сиянием круг и представив желаемое место, я очутился в темном коридоре. В отличие от холла, в котором было полно людей, здесь всегда на удивление тихо, и вряд ли встретишь магистров, которые добровольно спустились в это мрачное, гнетущее место.
  Я невольно вздрогнул, вспомнив не совсем приятные события, связанные с этим местом. Надо быстрее закончить с этим делом и вернутся на поверхность.
  Но все мои тайные страхи меркли перед тем кошмаром, что может встретиться мне на пути - в департаменте дознавателей работает никто иная, как Лира. А встретить ее в темном закоулке отделанного черным мрамором коридора для меня подобно смерти. Я нервно сглотнул, представив ее удушающие объятия... Быть задушенным огромной грудью - кто захочет так бесславно погибнуть?
  Я, холодея от ужаса от предстоящей перспективы быть убитым в таком невзрачном месте, воровато огляделся и пока никто не видит, сломя голову помчался по коридору. Мои шаги гулко отдавались по мраморным плитам, в мыслях я повторял, как заклинание единственную фразу: "Хоть бы никто это не видел! Хоть бы никто не.."
  Вдруг как назло, когда я проскочил пустой поворот коридора, до моих ушей долетел чей-то удивленный оклик. Тяжело дыша, я мгновенно остановился, костеря невольного свидетеля на эрейском. Сердце застучало быстрее, по спине пробежали мурашки - в мысли прокралась одна подлая мыслишка о том, что Фил вряд ли погладит меня по голове за то, что я прилюдно позорю честь магистра.
  Поправив шейный платок с холодной брошью, я повернулся, решив, если что устранить свидетеля моего позора, например, на пару дней заморозив его тушку и припрятав в ближайший шкаф. Но вся моя решимость куда-то исчезла, когда я разглядел того, кто прервал мою дистанцию. Я вздрогнул, мгновенно признав план по устранению ненужного свидетеля негодным - это был мой лучший друг собственной персоной. И судя по выражению лица, член Совета явно желал оттянуть меня за уши, как нашкодившего сынулю.
  - Знаешь, Ники, - усмехнулся друг, шутливо погрозив мне пальцем, - я был прав. В тебе несомненно пропадает талант бегуна.
  - Угу, - буркнул я, поправив давящий на голову обруч. Что-то какой-то он шибко приветливый, от него так и сквозит фальшью. Ну, хоть друг не пытается воззвать к моей совести и чести магистра - уже хорошо. - И тебе привет, Фил. А в тебе скрыт талант шпиона. Я тебя и не заметил.
  Светловолосый волшебник фыркнул, шутливо возведя глаза к темному потолку. Я напрягся - мне не нравится его поведение. Почему Фил так себя ведет? Главный приверженец правил и дисциплины не хочет меня пожурить за шалость? Куда катится мир?
  - Это не трудно, особенно учитывая твою потрясающую внимательность. Вот только ты не находишь, что коридоры дворца не самое подходящее место для оттачивания своих навыков? Ай-ай-ай, магистр Ленге. Представьте, что было бы, если бы вас увидел за тренировкой многоуважаемый магистр Стефан? Вы так желаете, чтобы он нечаянно лопнул от счастья, засадив вас в камеру за нарушения распорядка и дисциплины в святилище Совета?
  - Я готов пойти на такие жертвы, - вздохнул я, самоотверженно готовясь принести себя в жертву, чтобы спасти всех от этой скотины, - но если это точно отправит многоуважаемого магистра на погост. Но вот только, извини, у меня нет сейчас никакого желания обсуждать Стефана и мое блестящее поведение. Я опаздываю на свидание к кровопийцам.
  И махнув другу рукой, собрался было пойди дальше, как друг, внезапно схватив меня за руку, рывком затащил за угол в тень. Я поразился действиями мага, ведь он был четвертым членом Совета магов, фактически он вместе с десятью такими же магистрами управлял всем магическим миром, зачем ему вести себя так подозрительно? Внутри пробежал нехороший холодок, я предчувствовал куда большие проблемы чем те, что коснулись меня вчера. Да и фальшивое приветливое поведение Филгуса при нашей встрече... Ой как все это мне не нравится. Так и знал, что лучше мне не следовало совать свой нос в Совет и остерегаться столицы как огня. Сейчас бы спокойно попивал чаек, умиротворенно смотря, как падает за окном белоснежный снег.
  - Фил... - прошипел я, выдернув рукав камзола из цепких пальцев друга. Я опаздываю, а он зачем-то пытается играть в заговорщиков!
  - Не волнуйся Ники, - прошептал магистр Гоннери, внезапно сняв с себя маску приветливого дурачка, и вдруг оглядел пустующий коридор. - Я знал, что ты будешь опаздывать, поэтому и пришел сюда. Признай, пунктуальность никогда не была твоей сильной чертой, - Фил хлопнул меня по плечу и, вздохнув, положил руку на свой лоб. - Не волнуйся, магистр Эрлеан решила развлечь своих коллег и магистра Стефана парой баек из своего последнего путешествия.
  - Магистра Стефана!? - побледнел я. Внезапно стало жарко. Если там присутствует этот хрыщ, то точно нужно срочно бежать к дознавателям. Они же с меня три шкуры снимут за простое опоздание! - Фил, я...
  - Горе луковое, а не брат, - шутливо продолжил причитать друг. Внимательнее разглядев мага, я нахмурился. У волшебника заметно тряслись руки, круги под глазами выдавали пару бессонных ночей, которые он наверняка провел, пытаясь мне помочь, растрепанная прическа, покрасневшие глаза, вымученная улыбка... Его нужно было срочно гнать спать, пока он не довел себя до нервного срыва. - Я хотел поговорить с тобой на счет той реликвии жрецов, пока Алия развлекает дознавателей.
  - Это не может подождать? Фил, я спешу. Ты же знаешь, что лучше лишний раз не испытывать судьбу, тем более если ее пытается решить твой враг. А ты... иди домой. Ты когда в последний раз спал?
  - Это неважно, - отрезал друг и, серьезно посмотрев мне в глаза, с нажимом проговорил. - Послушай хоть немного то, что я попытаюсь тебе сказать! Ник, я не могу с тобой видеться до заседания. Великая, даже сейчас... - он, внезапно понизив голос, прошептал, - даже сейчас я нарушаю уйму правил. Это единственная возможность поговорить.
  - Ну хорошо, что там с артефактом, - сдаваясь, вздохнул я, внимательно смотря на друга. Не нравится мне взвинченность названного брата. Никогда еще я не видел его в таком состоянии.
  - Я порылся в библиотеке насчет этой реликвии, - нахмурившись, прошептал маг. - И нашел ее настоящее название. Ведь это "Слезы Элисень"?
  - Так быстро? Ну, да... это они. А что? И вообще, зачем ты...
  - Я беспокоюсь, Ник, - перебил меня волшебник и пригладил свои растрепанные волосы. - Я даже знать не хочу, как она очутилась у тебя в руках, просто... Эта вещица приносит только неприятности владельцам.
  - Думаешь, что она проклята? - фыркнул я. Вот и не думал, что взрослый человек может верить в сказки. - Чушь собачья.
  - Я серьезно, Ники, - схватил меня за рукав Фил, с беспокойством посмотрев мне в глаза. - Еще ни один жрец, что владел "Слезами Элисень" не умер спокойно в своей постели. Они либо сходили с ума, либо чахли, угорали как спички за пару недель, некоторые умирали при весьма загадочных обстоятельствах.
  - Ты принимаешь желаемое за действительное. Знаешь сколько гнили внутри религиозного общества? Это просто результат интриг.
  - Да говорю же, их смерть напрямую связана с артефактом, - продолжал настаивать друг. - Когда я пытаюсь его прочувствовать, заглянуть в "душу" у меня волосы встают дыбом от ужаса. Им не должны владеть смертные. Для нас он слишком силен. Слезы прокляты!
  - Ты, Фил, вроде уважаемый магистр, а веришь в проклятья.
  - В мире есть многого неизвестного, что не по силам нам понять, - с грустью вздохнул светловолосый магистр, отпустив мой рукав. - Помнится, когда мы были детьми, ты был со мной согласен.
  - Это не проклятье, Фил, - вздохнул я, хлопнув брата по плечу. - Это предубеждения людей. Они просто внушают себе то, что с ними должно что-то случиться, и пожалуйста - получают желаемое. Люди - вершители своих судеб, а не какие-то высшие силы. Фил, обещай мне, что сейчас пойдешь домой и поспишь. Не изводи себя.
  - Но...
  - Извини, мне пора идти. Не хочу, чтобы меня отчитывали, как нашкодившего ребенка.
  Я, не оборачиваясь, торопливо пошел по коридору. Фил рассеяно стоял, смотря мне в след.
  - Надеюсь, ты прав, - услышал я его обеспокоенный оклик, - но, пожалуйста, будь осторожен.
  Я согласно махнул рукой. Я всегда осторожен.
  Фил, мой милый друг... Ты до сих пор пытаешься обо мне заботиться как старший брат, хотя детство для нас уже далеко в прошлом. Но... несмотря на это, я тебе искренне благодарен. Ты моя единственная семья, и сейчас я не имею право тебя впутывать в свои проблемы, я должен сам справиться с ними, так как это я виноват в их существовании.
  
  ***
  
  -...и вот когда, стерев с себя эктоплазму, он мне сказал, что... Что с вами, магистр Стефан, почему вы не пьете свой чай? Вам дурно?
  - Нет, что вы, - раздался приглушенный мужской бас. Я, стоя за дверью кабинета, в которой собралась вся комиссия, напрягся, отдернув свою руку от ручки двери. - Просто... я внезапно понял, что не люблю чай.
  Я тихонько фыркнул. Какая нелепая отговорка. Мне даже его немного жаль. Слушать байки Алии категорически запрещается во время еды - аппетит отбивает напрочь. Проверено на себе. Горько признавать, но это правило даже действует на шоколад. В последний раз, я подавился своим любимым лакомством, слушая рассказ Алии о том, как она вскрывала еще живого несгелиарского крикуна.
  Она любит красочно описывать все милые вещички, которые с ней происходят каждый день. Только в этом и заключается главная проблема - эта маньячка ходит по местам, которые нормальные маги обходят десятой дорогой, и умиляется любой нечисти, что переходит ей дорогу. Стоит отметить, что в понятии магистра Эрлеан слово "умилиться" это значит вскрыть и исследовать бедное живое существо. Хотя нет, в редких случаях она просто наблюдает за его повадками, с маниакальным блеском в глазах записывая все действия нечисти в свой журнал.
  - Как же так! - воскликнула звонкоголосая волшебница. - Не любите чай! Это же напиток богов! - Ну конечно, так тебе и поверили. Хотя чему я удивляюсь - это же Алия, первая в мире чаеманка и основательница культа бодрящего напитка. Столько лет прошло, а она, похоже, нисколечко не изменилась. - Ну тогда, может отведаете кофия? Я привезла сорт очень дорогого и ароматного кофе.
  - Но...
  - Не упрямьтесь, магистр, где вы еще отведаете заморских напитков, если не у меня в кабинете? Кому налить?
  Послышались одобрительный гул и многочисленные просьбы налить кофейку. Похоже, что все собравшиеся дознаватели во главе со Стефаном были обезоружены обаянием этой сумасшедшей девицы. Хотя я подозреваю, что все просто решили бесплатно попробовать дорогой напиток. Что сказать - наивные. Я бы у Алии и простой стакан воды с опасением взял, неизвестно, что она туда может намешать.
  Подождите-ка, она что, устроила там чаепити... то есть кофепитие?
  Решив больше не испытывать судьбу и прекратить спаивание ни в чем не повинных людей одной чаеманкой, я резко открыл дверь и вошел в комнату. Как-никак люди, которые должны будут рассматривать мое дело, должны быть в трезвом уме и здравой памяти.
  Но, когда я зашел в кабинет, моим глазам предстала весьма занятная картина, которая настолько шокировала меня, что я пораженно замер на пороге, чуть не открыв от удивления рот.
  Комиссия из пяти человек во главе со Стефаном послушно сидела за столиками, образующими полукруг, и робко прихлебывала ароматный кофеек. Документы неаккуратной стопкой были отодвинуты на край, вместо них все пространство стола занимали сладости к чаю. Алия ходила около дознавателей с горячим кофейником и подливала напиток им в чашечки, что-то при этом приговаривая. Я сглотнул слюнки, наметанным глазом обнаружив в фарфоровой миске шоколадные конфеты, завернутые в разноцветную бумажную обертку. Только не это...
  О, Богиня, в тот момент я подумал, что ошибся комнатой и вместо допросной посетил скромное собрание клуба домохозяек. Так необычно было увидеть такую идиллию, воцарившуюся в стенах места, в котором почти все дрожали от страха, давая показания.
  Неохотно оторвав взгляд от манящих конфет, я сконцентрировался на деле.
  - Приветствую вас, магистры. Надеюсь, мое опоздание не заставило вас скучать?
  - Что вы, магистр Ленге, - очаровательно улыбнувшись, повернулась ко мне Алия. - Вы задержались не настолько долго, чтобы позволить нам изнывать от скуки. Да и добропочтенные члены комиссии изволили послушать о моем путешествии.
  Я едва заметно улыбнулся магессе в ответ. Несмотря на ее скверный характер, в глубине души я был рад видеть девушку. Ее лучистые, словно наполненные янтарем глаза, также насмешливо смотрели на мир, как и несколько лет назад, короткие до плеч каштановые волосы неряшливо, чтобы они не лезли в глаза, были убраны за уши. Вместо красивого платья она, как всегда, надела поверх свободной, держащейся на плечах рубахи кожаный корсет и пришла в облегающих силуэт штанах.
  Ей никогда не нравились платья, которые обычно носили магессы, она предпочитала вместо пышных юбок удобную, в ее понимании, одежду. Вот только иногда Алия перегибала палку и вместо удобства...
  За столько лет Совет смирился с эпатажностью своей сотрудницы и уже не делал замечаний по поводу ее внешнего вида. Как любила повторять сама магесса, ее вульгарный и вызывающий образ сотворен лишь за тем, чтобы в ней не признали магистра магии, когда она участвует в различного рода операциях департамента дознавателей, будь то поиск опасных преступников иль внедрение своего сотрудника в преступный синдикат. Какой в здравом уме человек признает в ней сотрудницу Совета?
  - Опаздываете, магистр Никериал Ленге, - с расстановкой произнес Стефан, улыбаясь лишь уголками губ. Внешний вид этого седеющего "великого мстителя" я не то что описывать, даже вспоминать не желаю. - Похоже, вы совершенно не уважаете распорядки Совета. Надо будет отметить это в характеристике.
  - Что вы, магистр, - я нахмурился, разглядывая комиссию, которая должна будет принимать у меня показания. Если этот хрыщ настроит против меня этих магов, и они нарисуют в своих бумажках, что я якобы не уважаю дисциплину, то это "перышко" потом может перевесить на суде весы не в мою пользу. - Я все это время стоял у порога кабинета не решаясь прервать восхитительный рассказ магистра Эрлеан. Негоже прерывать даму на полуслове.
  - Магистр, - как ни в чем небывало обратилась Алия к бывшему члену Совета, наливая другим членам комиссии горячий напиток. - Вы еще не попробовали кофе. Я старалась, варила его для вас. Ради него я гонялась за тем монахом целых три часа чтобы он... - внезапно девушка немного смутившись, отвела взгляд, - Хм, это часть истории лучше пропустить. Да и к кофе она имеет лишь косвенное отношение.
  Я возвел очи к потолку, догадываясь по улыбке этой бестии, что она имела в виду. Просто я хорошо знаю эту девицу и могу сказать точно, что к кофе, в отличие от чая, она холодна и гоняться за несчастным мужчиной, чтобы выведать секреты этого напитка магнесса никогда бы не стала. Скорее она бегала за ним совершенно по противоположной причине, а монах откупился от нее этим кофе. Бедный мужчина... судя по довольному лицу Алии, она не только заполучила откупные, но еще и вытребовала от монаха все что ей было нужно. Я даже знать не желаю, зачем она охотилась за тем парнем целых три часа... Скажу, что только в одном наши пороки схожи - мы не можем спокойно пройти мимо сильного артефакта и за его обладанием готовы сразиться даже с Владыкой Преисподней. Бедный Настерривиль - лучше ему, для его же блага, не владеть никакими сильными реликвиями.
  "Все равно переплюнуть меня она не сможет, - самодовольно хихикнул внутренний голос. - Вряд ли она нашла артефакт равный по силе "Слезам Элисень". Может после суда похвастаться?"
  - Какой необычный вкус шоколада и жженого сахара, - глотнув горячий темно-коричневый напиток, довольно пробормотал магистр Стефан. - Никогда еще не пробовал такого восхитительного кофия.
  - Правда? - обрадовалась Алия и, зардевшись, нежно погладила рукой кофейник. - Я знала, что вам понравятся экскременты циветтов.
  В комнате в мгновение ока воцарилась тишина. Все замерли, пораженно посмотрев на свои кружки, и надеясь, что ослышались. Но неугомонная магесса не остановилась на достигнутом, она, похоже, решила полностью деморализовать магистров, с невинной моськой продолжив рассказывать про необычный напиток:
  - Нет, вы не волнуйтесь, все не так как может показаться на первый взгляд, - заверила темноволосая девушка побледневшую комиссию. Я, невольно вздрогнув, скривился, посмотрев на чайник. До сих пор с ужасом вспоминаю, чем меня поила это женщина. - Понимаете, когда этот зверек съедает зерна кофе, и они проходят через его желудочно-кишечный тракт, то приобретают незабываемый вкус. И вот когда непереваренные зерна выходят вместе с экскрементами наружу, то их собирают и...
  Несчастные магистры прикрыли рукой рты, сдерживаясь от рвотных позывов. Магистр Стефан с невозмутимой миной на лице поставил чашку и, встав из-за стола, еле разжимая губы сказал:
  - Извините, но мне нужно на секунду покинуть вас.
  Как только за магистром захлопнулась дверь, с Алии как будто слетела маска. Она, с силой поставив кофейник на стол и нахмурившись, обратилась к замершим дознавателям.
  - Вот теперь можно начинать допрос, - в приказном тоне проговорила она, сузив глаза и всматриваясь в лица четырех магов. - Вы так не считаете?
  - Но...
  - Ничего страшного, что магистр Стефан пропустит начало, - хмыкнула волшебница, и коварно улыбнулась, мельком посмотрев на кофейник. - Кто же мог подумать, что у магистра такой нежный желудок?
  "Он сам виноват, - еле слышно проговорила магесса, убирая со стола кофейник и сладости. Пока дознаватели отвлеклись, подозрительно принюхиваясь к своим чашкам, я сумел быстренько схватить и спрятать в кармане две шоколадные конфеты. - Не надо было отказываться от чая".
  Я, довольно хмыкнув, покосился на бурчащую темноволосую девушку. Кто бы сомневался, что за измену ее любимому напитку она могла не только дать Стефану такой гм... необычный кофе, но и еще подсыпать туда слабительного, тем более, если учитывать их с магистром давние дружеские отношения. Я удивляюсь этому человеку: за столько лет у него должен был появиться инстинкт самосохранения, а он не только без опаски берет предлагаемые Алией напитки, да еще и так беспечно себя ведет. У магистра, что, на радостях что он меня может посадить, окончательно отказал мозг?
  Дознаватели нанюхавш... убедившись, что в их кружках нет экстракта галлюциногенных грибочков, кивнули мне, готовые начать принимать показания. Дело с моим именем перекочевало с края стола в руки одного из магистров.
  Я скромненько присел на отодвинутый девушкой стульчик и, глотая слюнки, думая о греющих душу своров... позаимствованных конфетах, начал давать показания о том, каким макаром у меня в замке появилась принцесса и почему эти психопаты пожаловались Его Величеству, что я якобы держу Ирен взаперти и всячески над ней измываюсь.
  За весь допрос магистр Стефан так и не появился, и, судя по довольной улыбке Алии, он будет недоступен комиссии как минимум пару часов.
  
  
  После допроса дознаватели, скромно кивнув мне и скучающей, попивающей чаек Алии, открыли дверь и неспешно стали выходить из комнаты. Я, потянувшись и зевнув, встал со стула и уже собрался было отправиться следом за магистрами, как услышал подозрительно тихий голос одной чаеманки:
  - А вас, магистр Ленге, я попрошу на минутку задержаться.
  Дверь за дознавателями с хлопком закрылась, оставив меня наедине с бывшей подругой. Я недоуменно покосился на магессу, не совсем понимая, что ей от меня нужно. Неужели будет давить мне на совесть, отчитывая меня за Ирен? А может, будет к оной ревновать? Бр-р-р-р, даже одна мысль о том, что меня можно ревновать к этой девице заставляет меня вздрагивать от ужаса.
  Но Алия как всегда застала меня врасплох своим вопросом.
  - Доставай! - требовательно протянула вперед руку девушка, прихлебывая чай.
  - Что?
  - Ты оглох, Ник? Я говорю, доставай конфеты, которые ты так "незаметно" украл у меня прямо из-под носа.
  - Сдалась тебе эта конфета, - неохотно достал из кармана я шоколадное лакомство и протянул этой бестии. - Тебе жалко?
  - Вторую! - нахмурилась зоркая дознавательница.
  - Какую? - попытался я скопировать глупое выражение лица Ирен. Но, похоже, пантомимы не мой конек.
  - Ты хочешь, чтобы я провела обыск? - сощурила глаза наглая магесса. Вот пристала, как ведьма к проповеднику. Я, проклиная ее за такое хорошее зрение, кинул ей и вторую конфету. Знаю, звучит по-детски, но она - самая настоящая жадюга.
  - И что тебе это дало? - недовольно пробурчал я. Как она могла лишить меня последней радости?!
  - Что? Дайте-ка подумаю.... Ах да, точно - моральное удовлетворение.
  - До сих пор злишься? - усмехнулся я, скрестив на груди руки. - Глупо.
  - Я не злюсь... - пробурчала магесса и вдруг со всего размаху кинула чашку с недопитым чаем на пол. Она, жалобно брякнув, разбилась на мелкие фарфоровые осколки, а чай, почувствовав свободу, маленькой лужицей растекся по мраморным плитам. - Я в бешенстве!! Как ты мог!
  Я уже который раз за день удивился логике волшебницы. Что я мог? Что я сделал? Не могла бы она конкретней выражать свои мысли? Я ей не тепепат - мысли читать не умею. Да и вроде я пока что ничего экстраординарного не вытворял, что могло бы привести в бешенство и так неуравновешенную девушку. Вдруг меня посетила пугающая до жути догадка - не может быть, она так взбесилась из-за пары конфет?
  - Ну извини, я не знал, что они для тебя так дороги, - попытался выкрутиться я. - Сказала бы сразу, я бы на них даже и не...
  - Ты о чем? - нахмурилась Алия, перебив меня на полуслове.
  - А ты? - также посмотрел на нее я.
  В комнате на мгновение воцарилось неловкое молчание. Вдруг ни с того ни сего девушка заливисто засмеялась, прикрыв рукой рот.
  - Ники, твоя логика меня убивает, - прохихикала она, смахивая выступившие слезы. - Ну, не могу я из-за этого на тебя долго злиться. Ты такой милашка.
  Меня ударили словно обухом по голове. Я и "милашка"? О, Великая, за что мне такое наказание? Чувствую себя каким-то маленьким невинным зайчиком, и это мне совершено не нравится.
  - Пока, - раздраженно махнул рукой я и направился к выходу. Вот еще, надо мне смотреть на то, как она надо мной смеется.
  - А ну-ка стоять! Куда намылился? - возмущенно прокричала магесса, рывком дернув меня за камзол. - Я еще с тобой не поговорила!
  Я чуть не потерял равновесие от такого резкого торможения, ели сдерживаясь от того, чтобы не поморщиться. Ее когти... Моя спина... Она когда-нибудь подстригает свои орудия убийства? Демоны, а я и забыл, как это опасно поворачиваться к ней спиной, с ее-то манией вцепляться длинными ногтями во все, что в районе досягаемости.
  - А чем мы тогда занимались все это время? - учтиво осведомился я, стараясь не кривиться от боли. - Не могла бы ты меня отпустить?
  - Ты мне нужен, - девушка отцепилась от камзола, но теперь мертвой хваткой повисла на моей руке. И почему все, кто встречается на моем пути, жаждут моей смерти? В чем я так провинился, что на меня ополчился весь божий свет?
  - Ты не поверишь, - усмехнулся я. - Эту фразу я слышу от каждого третьего встречного.
  - Но ты мне действительно должен помочь! Это вопрос жизни и смерти!
  - Я вам что, бюро скорой помощи?
  Я не пойму, на мне что, где-то написано, что я патологический альтруист? И решу любому быстро и бесплатно все проблемы?
  - Стань моим партнером, - не слушая моего бормотания, висла на моей руке Алия. В уме я раздраженно считал до десяти... Нет, я для себя решил, что больше ни один человек не заставит меня ему помогать. Хватит с меня приключения в Силенвиле. Мои нервы не выдержат повторного издевательства, тем более, если этот час икс настанет так скоро. - Мне одной страшно идти в логово оккультистов.
  Я неверяще изогнул бровь. Да неужели? Тебе и страшно? И это говорит та, что без опаски шляется по таким местам, где человек - лишь лакомый десерт для нечисти?
  - А почему я? Выбрала бы себе другую жертву, - я показал рукой на дверь, - У тебя в распоряжении целый департамент! Уверен, что любой бы магистр счел за честь умереть во благ... то есть послужить во благо Совету!
  - Да они все какие-то хлюпики, - фыркнула волшебница. - А вот у тебя внешность и манеры, как у этих фанатиков. Сострой позловещей рожицу, хрякни, мыкни, пробурчи что-нибудь в своем репертуаре - никто не заподозрит, что мы из Совета.
  Ага, они решат, что мы сбежали из дурдома. И почему это меня сравнивают с психами из какой-то секты? Неужели Ирен была права и я похож на "злого колдуна", что сломил и соблазнил несчетное количество девиц?
  Я вздрогнул, с ужасом взирая на эту девицу. Ну уж нет, второй раз на одни и те же грабли я вставать не намерен. Пускай она занимается этим дельцем, а с меня уже хватит и образа фанатика веры. Встревать в какие-то сомнительные операции департамента дознавателей я не намерен, тем более, я за это ничего не получу. Хотя нет, получу - по голове, поджелудочной и почкам... нет, мне что-то не хочется прибавлять багаж неприятностей к моему нехилому послужному списку проблем.
  - У тебя прекрасно получается, - довольно улыбнулась Алия, видимо, приняв мою реакцию на свои слова, как вживление в роль уголовника. - Пара минут у зеркала и ты готовый тайный агент департамента.
  - Нет! Ни-за-что-и-ни-ког-да!!! - я попытался отцепить пальцы магессы от своей руки, но стало только хуже. Она вцепилась когтями в ни в чем не повинную руку, готовая в любой момент ее оторвать. - Отстань, Алия! Ищи себе другого дурака, а я больше на твои уловки не поведусь!
  - Как ты можешь! - она, внезапно опустив мою руку, резко повысила голос. - Как ты можешь так говорить после всего того, что между нами было!
  - Легко и просто. Мне проблемы не нужны, тем более сейчас.
  - Так значит, ты отказываешься, - попыталась прожечь меня взглядом Алия. Я не повел и бровью. Такие детсадовские фортели на меня даже не действуют. Только Филгусу дано одним лишь взглядом довести меня до дрожи в коленях. Ей до него еще учиться и учиться. - Ну ладно... Ты точно не хочешь мне помочь?
  - Это даже не обсуждается. Мне сейчас надо думать о суде, а не о каких-то сектах психопатов.
  - Я потратила на тебя лучшие годы своей жизни! А ты не только за столько лет даже не попытался извиниться, ты мне отказываешь в невинной просьбе! Как ты можешь так со мной жестоко поступать?
  - А ты извела столько моих нервов! А на прощание разрушила Северную башню, запугала до полусмерти Джека, а он, между прочим, призрак и в довершение всего забрала и не вернула мои книги и заметки об экспериментах! И кто из нас пострадавшая сторона? - возмутился я началу наигранного скандала своей бывшей девушки и, понизив голос до шепота, добавил. - Ты действительно думаешь, что я куплюсь на твои крики о разрушенной судьбе и погубленной молодости? Может хватит ломать комедию?
  - Ну ладно, - смахнула фальшивые слезы Алия и уперла руки в бока. - Но ты мне и вправду должен помочь. Или же обещания для магистра Никериала Ленге просто пустой звук?
  - Когда это я свершил эту великую глупость, что-то там наобещав? - недоверчиво нахмурился я. - Что-то я этого не помню.
  - Как тут упомнишь, если для тебя книги были на первом месте, - недовольно фыркнула дознавательница. - Всегда когда я хотела с тобой серьезно поговорить, а ты как уткнешься в свою книжульку и кроме "угу" ничего не говоришь! Ты хоть раз слушал, о чем я пыталась тебе поведать? - я неловко усмехнулся. Ну да, есть за мной такой грешок - не слушать бессмысленного щебетания дам. В такие моменты я ухожу в себя и рефлекторно отвечаю на все вопросы согласием. - Так вот, и в один из таких вечеров, мой дорогой, когда я поведывала тебе о тяжелом и неблагодарном труде дознавательницы, ты и согласился сходить со мной на операцию чтобы ...
  - Ну уж нет. Ты бы мне еще на смертном одре напомнила об этом нелепом обещании. Сколько лет уже прошло? Лет семь-восемь?
  - Но мне и вправду нужен напарник, а у всех мужчин нашего отдела есть один недостаток: на их лицах написано, что они просиживают задницы на службе у Совета.
  - А Лира? - внезапно вспомнил я одну не безызвестную особу, служащую под началом департамента. Должна же она хотя бы раз спасти меня от незавидной участи. - Почему не возьмешь ее? У нее всегда только одно выражение на лице - "дайте мне быстро жертву".
  - И чем она мне поможет? - фыркнула магесса, взяв в руки конфету. Я отвел взгляд, не в силах смотреть на такое кощунство. - Для нее даже телекинез проблема, а страшные глазки и я умею делать. Нет дорогой мой, это только ты ее боишься, аки девица старого развратника, а для них - она лакомый кусочек, который сразу же пойдет на алтарь, с ее-то внушительными сис... хм... качествами.
  Я на миг представил эту картинку, как нашу бывшую злодейку привязывают к алтарю, чтобы ее принести в жертву, а она ехидно ухмыляясь, дает советы своим мучителям о том, как именно нужно проводить жертвоприношения и сетует на дилетантность нынешнего поколения сектантов.
  Вдруг из серого клуба дыма появляется демон и под смиренный ропот, и поклонение секты подходит к алтарю, смотрит на лицо жертвы, намериваясь вкусить плоть девы и... бледнеет. Лира радостно, как дорогому другу, кричит приветствия адской твари и начинает громко и во всех подробностях вспоминать ее давние и весьма не невинные отношения с этим демоном. Сектанты хватаются за сердца, внимая у жертвы историю о молодости своего нынешнего Владыки, а демон, плюнув на приличия, сгорая со стыда, быстро сбегает к себе обратно в Преисподнюю и там, спрятавшись под одеялом, в дальнем уголке своего замка дрожит от ужаса, вспоминая свою бывшую хозяйку...
  Лира, как ни в чем не бывало, сама быстро освобождается от пут, и через несколько минут, своевольно рассиживаясь на каменном постаменте, поигрывая жертвенным обсидиановым кинжальчиком, начинает читать лекцию своим новым ученикам об правильных основах жертвоприношения...
  Нет, Алия права, Лире ни в коем случае нельзя идти на операцию по задержанию сектантов.
  - Хорошо, - я вздохнул, прогоняя образ хохочущей Лиры из своих мыслей. - Я стану тебе помогать, но только при одном условии.
  - Каком? - сразу оживилась Алия, кинув в себе в рот шоколадную прелесть. Быстро, почти не жуя, проглотив конфету, она дополнила. - Но учти, соблазнять Стефана я не буду. Это конечно может помочь нам, чтобы выиграть дело, если мы будет его шантажировать... но мне и так противно на него смотреть, а если я...
  - Отличная идея! И почему я об этом первый не додумался? - перебив дознавательницу, хихикнул я, за что схлопотал от девушки гневный взгляд и обещание напоить меня кофе. - Нет, моя просьба по сравнению с твоим предложением совсем невинна и чиста.
  - И какая? - Алия взяла в руки кофейник, показывая, что если ей не понравится, то меня насильно заставят почувствовать гурманом.
  - Три конфеты, - я, глотая слюнки, указал пальцем на конфеты, лежащие в фарфоровой миске. Алия недоуменно оглянулась, с подозрением посмотрев на лакомство. - Ты даруешь мне это чудо, и я весь твой...
  - За конфеты? - изумилась девушка и, взяв в руки, чувствуя в чем-то подвох, осмотрела ни в чем не примечательные конфеты. - Подкуп конфетами? Хотя... - она посмотрела меня и, хмыкнув, дополнила. - А я уже стала забывать про твою слабость. Как там звали ту девчонку? Мэриал?
  - Мариан, - сокрушающе вздохнул я. Да, по вине сестры Адриана я теперь обречен до конца жизни быть в рабстве у шоколада. Ненавижу любовные зелья...
  - Маг и попался на такую глупость, - ухмыльнулась темноволосая дознавательница, довольно поигрывая в руке конфетой. Я усмехнулся. Она уже в сотый раз повторяет эту фразу. Как будто я был виноват, что на миг расслабился в кругу своих друзей. Кто ж знал, что секундная слабость станет для меня роковой? - Ты же вроде принимал лекарство... Неужели не помогло?
  Я нахмурился, нехотя вспоминая не совсем приятные месяцы своей жизни. Это сейчас я могу спокойно пройти мимо шоколада, отгоняя от себя желание попробовать лакомство. А больше десятилетия назад, когда я еще встречался с Алией, и это так безумно злило Мариан, что она подмешала в шоколадную выпечку любовное зелье, я не мог даже нормально мыслить, каждую секунду своего существования мечтая о шоколаде. А если мне не давали столь желанное лакомство, то мне сразу становилось плохо, и я угасал прямо на глазах друзей от безумной тоски.
  Помнится, тогда магистр Эрлеан сильно поругалась с сестрой Адриана (Фил говорил, что она чуть не сняла с Мариан скальп, требуя от незадачливой волшебницы выдать ей состав зелья). Но то ли от испуга, то ли всему виной была девичья память, что девушка забыла почти половину компонентов, ее пытка не принесла больших результатов.
  Я с содроганием вспоминаю те времена... Если бы Алию не оттащили от девушки Фил и Адриан, то дознавательница убила бы волшебницу, а так, подруга всего-то попала на пару недель в госпиталь. (А если учитывать взрывной характер магистра Эрлеан - это она еще легко отделалась)
  Лекарство помог сделать мой коллега, и по совместительству мой бывший учитель по целебной магии, и уже через несколько месяцев я мог спокойно гулять по городу, не пугая кондитерские лавки своими налетами. Нда, стыдно даже припоминать, как тогда называли меня ни в чем не повинные кондитеры... "Шоколадным маньяком" еще долго будут пугать изготовители сладостей своих конкурентов.
  - Помогло, но зависимость ушла не до конца, - мое лицо горело, как только я вспомнил, как срывал плакаты со своим изображением с дверей лавок... В то время Фил насильно поил меня лекарством, а я всегда сбегал из замка в близлежащие города, чтобы насладиться любовью, которой щедро одарила меня Мариан. Меня, конечно же, друг ловил за разграблением очередной лавки и, связав, под изумленно-испуганные взгляды кондитеров, волок домой, изредка попинывая мою нисколечко не раскаявшуюся тушку. - У нее получилось невероятно сильное зелье. Без точного состава я не смогу полностью создавать антидот.
  - Так значит твой черный плащ до сих пор при деле? - хихикнула Алия, видимо тоже вспомнив то время, когда из-за любовной лихорадки к шоколаду за мной по всему королевству бегал брат, спасая от "злодея" кондитеров. Тогда у меня была весьма странная привычка - всегда на свидание к любимому лакомству надевать черный плащ.
  - Конечно нет, - фыркнул я, смущенно отведя взгляд. - Его еще много лет назад сжег Филгус, посчитав, что такой акт жертвоприношения удержит меня в замке...
  - И помогло?
  - Ну, из-за заклинания "привязи" я при всем своем желании не мог отойти от Фила больше чем на сто метров, а "сбросить" с себя путы для меня тогда была невыполнимая миссия.
  А все потому, что я не мог связно мыслить из-за своей любви. Люди правы, влюбленный человек резко глупеет и не видит реальности.
  - Да... веселое было времечко, - довольно сощурив словно наполненные янтарем светло-карие глаза, улыбнулась дознавательница, взяв в руки три конфеты. - Даже жалко, что меня не было тогда с тобой рядом. Но эту тварь должен был хоть кто-нибудь проучить, чтобы она больше не заглядывалась на чужих мужиков! Интересно, а она читала мои послания, которые я ежедневно присылала ей в госпиталь?
  Я пожал плечами - сие мне не ведомо, хотя судя по тому, как вздрагивает и испуганно озирается по сторонам Мариан, услышав в случайном разговоре имя своей давней обидчицы, можно предположить, что "пожелания о скорейшем выздоровлении" дошли до своего адресата.
  Тогда, за избиение дочери заместителя Председателя Совета магов, Алия отделалась лишь запретом подходить к Мариан в течение года и срочной работой на другом конце континента по поимке темных магов. Мне тогда было искренне жаль своих блудных собратьев - тогда магнесса была не в духе из-за того, что не могла помочь Филу излечить меня от зелья.
  - Хватит, у меня сейчас будет изжога, если я и дальше буду вспоминать эту дрянь, - слегка скривилась дознавательница и небрежно кинула мне "плату". Я, трепеща от волнения, с легкостью поймал лакомство. Ну, наконец-то, мои дорогие, вы вернулись к папочке... - Только магистру Гоннери не говори, что я тебе их дала. А то "твоя нянька" понизит меня до уборщицы за спаивание ни в чем не пов... Эй, ты куда собрался?
  Пока волшебница разглагольствовала о том, что с ней может сделать Фил, я быстренько направился к двери, мечтая потихоньку сбежать из этого ада. Но как только я открыл дверь, фортуна показала мне жирную фигу - меня заметила Алия. Настерревиль меня побери, и почему мне так везет?
  Я, слегка повернувшись и мило улыбнувшись этой демонице, выбежал из комнаты и, мгновенно захлопнув дверь, не задумываясь, наложил на выход печать.
  - Ах ты скотина, Никериал! - бешено взревела Алия, долбя в дверь. Я отшатнулся, на всякий случай наложив на печать еще три предохранителя. Надеюсь, мое заклинание удержит ненадолго магистра Эрлеан, пока я успею скрыться. - Думаешь, эти штучки со мной пройдут? А ну живо снимай печати! Ты же обещал мне помочь!
  Я что, дурак, самому надевать петлю шею? Пускай распутает мое заклинание, может одумается и выкинет из головы свою идиотскую идею втянуть меня в дела департамента.
  Тем более, я не горю желанием сейчас кому-нибудь помогать. Мне сполна хватило и экстремального экскурса в религиозную жизнь, организованного моей незабвенной племянницей.
  - Когда? Я старый больной человек с зачатками склероза, - притворно вздохнул я, любовно поглаживая в руке столь желанное лакомство. - И я напрочь забыл, как снимать печати. Ты уж прости меня, грешного.
  - Эй! Снимай, (цензура) печати! Никериал! А то когда я выйду (цензура), ты, (цензура), станешь (цензура) ...
  Не слушая дальнейших выкриков дознавательницы, я торопливо пошел к выходу из департамента, попутно разворачивая конфету. О, этот манящий сладкий аромат, вкус, который отправляет тебя высшие слои эфира, доставляя невиданное доселе наслаждение, тающий на языке шоколад со стекающей горьковатой начинкой... Подождите-ка, с начинкой? Я подозрительно понюхал надкушенную сладость и усмехнулся, покачав головой. Алия... ну кто бы сомневался, что она решит купить конфеты с коньяком, хотя странно, что моя незабвенная чаеманка в них ничего не подмешала...
  Мимо меня, в сторону кабинета, в котором я запер Алию, прошествовал бледный Стефан. Я коротко ему кивнул и пожелал удачи. (А она ему понадобится, если он решит пойти в одну "особенную" комнату.)
  Как все, однако, удачно складывается.
  Я, напевая себе под нос одну веселую песенку, наслаждаясь конфетами, только начал радоваться жизни, подходя к порталу, который должен был вывести меня к вестибюль дворца, как я услышал чей-то взволнованный оклик:
  - Магистр Никериал Ленге! Магистр, стойте! Подождите, пожалуйста!
  Я остановился, удивленно оглянувшись. Судя по голосу, это была явно не моя смерть (то бишь это не Алия пришла по мою душу). Ко мне бежал пузатый, невысокий мужчина, слегка покрасневший от небольшой пробежки.
  - Магистр... вы... - он, тяжело дыша, поклонился чуть ли не до пола, приведя меня в еще большее недоумение. Давно никто в Совете не проявлял ко мне при встрече столько уважения. С чего это на опального мага обратили внимание? - Вы... Очень приятно с вами встретиться.
  - Да? - моему изумлению не было предела. Я даже осмотрелся по сторонам, посчитав, что он обращается не ко мне. - И чем обязан такой честью?
  - А вы именно такой, как говорили, - глупо улыбаясь, пристально стал смотреть на меня этот странный мужчина. Я как можно незаметнее скомкал фантики и сунул их себе в карман. - Как же приятно с вами познакомится. О, простите мою глупость. Я же не представился. Эрнест Ранмару, к вашим услугам.
  - Очень приятно, мистер Ранмару, - я пожал этому человеку руку, в уме перебирая имена и фамилии знакомых магов. Может я где-нибудь про него слышал?
  - Вы, вы просто не представляете, как я рад! Я столько про вас наслышан!
  - Да? - я нахмурился. Только этого мне не хватало. Мне лучше побыстрее от него отделаться. - Извините, но я спешу.
  - Как же! Подождите секундочку, вы мне очень нужны!
  - Да неужели, - саркастически улыбнулся я. Они что, все сговорились? Или это новая тактика Алии, посылать вместо себя других?
  - Ну конечно! - Эрнест смотрел на меня полным восхищения взглядом. Я поежился от такого пристального внимания. Только не говорите, что мне на пути попался какой-то фанатик. - Вы же ученик магистра Азеля Гариуса!
  Я от удивления потерял дар речи. Он знает моего наставника по целебной магии?
  Азель Гариус - как давно я не слышал этого имени. В отличие от моего учителя, у которого я вместе с Филом провел свое детство, магистром Гариусом я восхищался. Лучший целитель королевства, глава госпиталя Парнаско, новатор многих преобразований в медицинской сфере и просто хороший волшебник. Когда я обнаружил свое призвание, то Гариус лично взял меня под свою опеку. Я почти жил в больнице, под его чутким руководством постигая искусство исцеления. Тогда я искренне считал, что мое призвание это помогать людям, дарить больным второй шанс. Тогда мне казалось, что улыбка пациента и слезы счастья его родных - лучшая плата за мой труд, что благодарность людей - источник сил любого целителя. Как же это все было глупо и наивно...
  Но почему же мое Сердце так затрепетало, как только я услышал про Азеля? Почему мне сразу захотелось вновь увидеть его умиротворенную улыбку и сияние глаз, когда он лечит пациентов? Почему мне самому захотелось ринуться в госпиталь и вместе с ним исцелять безнадежно больных людей? Даже когда его нет рядом, он дурно на меня влияет.
  - Азеля... Магистра Гариуса, - я нервно взъерошил свои волосы, чуть не скинув обруч, от вдруг нахлынувших детских воспоминаний. - Ты... Вы его знаете?
  - Конечно, - гордо выпятил живот Эрнест. - Я работаю в госпитале Парнаско уже более десяти лет. Магистр Гариус - лучший глава за всю его историю!
  - Это точно, - тихо проговорил я и обратился к мужчине. - Так зачем я вам понадобился?
  - Беда!
  - Что-то с Азелем? - побледнел я.
  - Нет, что вы. Слава Великой, что нет, - сразу замахал руками он. Я с облегчением выдохнул. - Просто главы сейчас нет в королевстве, и некому лечить...
  - Не смешите меня. В госпитале полно целителей.
  - Вы не понимаете, кроме вас в городе больше нет полного целителя! Вы должны нам помочь! - в отчаянье выкрикнул мужчина, взяв меня за края камзола. - У нас много пациентов находящихся на грани жизни и смерти. Без полного целителя они отправятся в чертоги Великой!
  - А я-то тут причем, - буркнул я. Не могу поверить, что Азель покинул госпиталь и своих горячо любимых пациентов. Да он годами не выходил за порог лечебницы, беспокоясь за здоровье больных. Можно сказать, что он жизнь положил на алтарь медицины. - Уверен, среди вас есть компетентные специалисты, которые могут помочь больным. Если это было бы не так, то магистр Гариус никогда бы не оставил госпиталь.
  Уж я-то его хорошо знаю. Для того чтобы не расставаться с больными, он три раза отказывался от кресла целителя в Совете магов. За всю свою жизнь Азель только один раз надолго покидал больницу - объявил бойкот, когда из-за клеветы короля Рафиуса меня судили и посадили на неделю в камеру.
  - Но как же так! Вы же любимый ученик главы!
  - Извините, но...
  - Никериал!!! - вдруг я услышал разгневанный голос Алии. По моей коже пробежали мурашки, а в голове почему-то заиграл похоронный марш. - А ну стой, прихвостень Настерревиля!
  Я обернулся, и в ужасе попятился от быстро приближающейся катастрофы. Не успел скрыться, а свобода была так близка... Видимо, даже Стефан не удержал нашу дьяволицу. Ну что ж, мир праху его... а сейчас будет мир праху моему.
  Как только к нам приблизилась эта разгневанная фурия, я попытался спрятаться за мистером Ранмару. Авось не станет меня убивать при свидетеле.
  - Аля... Ты... ты уже поговорила с магистром Стефаном? - нервно произнес я первое пришедшее в голову. Так, главное при разговоре с ней - держать дистанцию.
  - Со Стефаном? - нахмурилась магесса, на мгновение позабыв, что она хотела со мной сделать. - А я должна была с ним поговорить?
  - Я видел, как он направлялся к тебе.
  - Да? О, так это был он... - что-то вспомнив, неловко усмехнулась Алия и тихо добавила. - Кто же знал. Может пойти и извиниться?
  Я пораженно посмотрел на эту женщину. Впервые в жизни мне стало жалко этого маразматика. Что же она с ним сотворила, что даже хочет извиниться, хотя я ни разу в жизни не видел, как она у кого-то просит прощения?
  - А что с ним? - решил уточнить я.
  - Наверное сотрясение мозга, - всерьез задумалась дознавательница, приведя в еще большее недоумение моего собеседника. Эрнест, чуть ли не открыв рот, слушал наш странный диалог. Великая, и почему мне кажется, что я постоянно предстаю перед глазами других, как какой-то маньяк.
  - Всего-то... - хмыкнул я. - И чем же ты его так приложила... хотя, дайте-ка угадаю - дверью?
  - Он сам виноват, нечего было подходить так близко, - фыркнула девушка, нисколечко не раскаиваясь в содеянном. И вдруг улыбнулась моему "щиту". - Мистер Ранмару, приветствую вас. А что вы делаете в стенах Департамента дознавателей? Вроде сегодня не день медицинского осмотра заключенных.
  - Сегодня я присутствую здесь по личным делам госпиталя Парнаско, магистр Эрлеан, - поклонился дознавательнице мужчина.
  - Тогда приятного вам дня, - очаровательно улыбнулась ему девушка и посмотрела на меня. Ее улыбка вмиг померкла, она сверлила меня взглядом. - Магистр Ленге, - с нажимом проговорила Алия. Я побледнел, с горечью вспомнив, что так и не успел составить завещание. - Нам нужно поговорить. Срочно. В моем кабинете.
  Добровольно идти в логово адской бестии? Ну уж нет, мне пока жизнь дорога.
  - Извините, - как можно правдоподобнее вздохнул я и положил свою руку на плечо Эрнеста. - Но я, увы, не могу. Я уже пообещал помочь госпиталю Парнаско в одной услуге. Вы же понимаете, что жизнь больных всегда стоит на первом месте!
  - Ты добровольно идешь в госпиталь? - неверяще усмехнулась девушка. - Это правда, мистер Ранмару?
  - Конечно, - я насильно потащил недоумевающего Эрнеста к порталу. - Нам нужно срочно отправиться к моим пациентам. Каждая минута может быть на счету!
  - Ну ладно, - стушевалась Алия, видимо поверив в правдивость моих слов и задумавшись, пробурчала. - А я тогда пойду проведаю Стефана. Вдруг все же не придется перед ним извиняться...
  Когда я и мой новый знакомый отошли достаточно далеко от злополучного места встречи, я отпустил целителя. Не могу поверить, что мне удалось избежать гнева магнессы, но теперь, выбирая из двух зол меньшее, мне придется идти в обитель болезней и милсестер*. Не люблю встречаться со своими коллегами целителями - они порой выводят меня своей надменностью и заносчивостью.
  - Ну что ж, - тихо пробормотал я, смиряясь с ролью бесплатной медицинской помощи. Чтоб тебя, Азель, почему ты решил уехать именно сейчас?! - Лучше Парнаско, чем сектанты.
  - Так вы поможете? - радостно заблестели глаза Ранмару.
  - Конечно, - мрачно буркнул я. Куда я денусь, раз обещал, то надо держать свое слово. Да и мой учитель меня не простил, если бы я на произвол судьбы оставил его больных. - Ведите меня в госпиталь Парнаско.
  Фил, ты был прав. На мне весит страшное проклятие - вечно помогать другим. И, похоже, мне от него никогда не удастся избавиться...
  
  1.Прим. автора, милсестры - милосердные сестры, аналог медсестер
  
  
  Глава 2. Горькая правда об эпидемии
  
  Воспоминания - это яд.
  И чем их больше - тем больнее на душе
  от ностальгии по давно ушедшим дням.
  
  - И как это понимать?
  Я пораженно замер в дверях, смотря на вполне здорового и живого магистра Гариуса, который спокойно сидел в кресле и почитывал потрепанный фолиант.
  Вот лицедеи... Прихвостни Настерривиля! Заманили меня в логово дракона под таким невинным предлогом! Чтоб я еще раз поверил в то, что Азель оставил своих больных на произвол судьбы? Да никогда!
  Я повернулся к подельнику своего учителя надеясь услышать внятное оправдание, перед тем как он оправится в чертоги Богини. Мистер Ранмару, стушевавшись под моим пристальным взглядом, что-то буркнул на прощание и быстро ретировался из кабинета главы госпиталя Парнаско.
  Дверь с грохотом закрылась, щелкнул замок, повеяло магией наложения печатей. Я помрачнел. Ну, спасибо, тебе, Эрнест. Запер меня в одной комнате с человеком, с которым я бы никогда по доброй воле не остался наедине.
  Нда, сейчас я себя ощущал, как жертва гарленской ползучей росянки. Сама по себе нечисть передвигается очень медленно, несколько метров за пару десятков лет, и чтобы не умереть от голода, она, почуяв потенциальный обед, с помощью специфичного запаха воздействует на разум жертвы, порождая в его рассудке самые желанные галлюцинации. Несчастный путник ведется на обман разума и добровольно следует в пасть нечисти. И вот сейчас ловушка росянки только что захлопнулась...
  Пора мне уже привыкнуть к выходкам Азеля. Если припомнить, то он всегда надо мной в детстве подшучивал: то страшные байки про госпиталь начнет травить, то милсестер подговорит, чтобы они этикетки на лекарствах местами поменяли, чтобы я самостоятельно научился по запаху и цвету определять вещества, то придумает про пациента такую историю, что мне было страшно ему в глаза смотреть не то, что осматривать... И это называется взрослый и всеми уважаемый полный целитель...
  Но я все равно, несмотря на его характер, считал магистра Гариуса своим вторым отцом. Восхищался его силой воли, умением, тем, как он держался перед больными. Он был моим кумиром... до того случая с эпидемией. Тогда мое мировоззрение резко переменилось, и я перестал понимать учителя, перестал верить в доброту и благодарность людей, которых целители спасали порой даже ценой своей жизни. Разочаровался в своей мечте стать Верховным целителем и изменить мир к лучшему. Сделать то, чему меня всегда учил магистр Гариус.
  Несмотря на то, что я относился к нему с теплотой, мы после той эпидемии виделись редко. Просто я не мог открыто смотреть ему в глаза - мне было очень стыдно и неловко. В глубине души я чувствовал, что предал его, отринув свои прошлые идеалы.
  Я, подергав за ручку запертую дверь, тихо ругнулся на эрейском и обреченно посмотрел на сидевшего в кресле целителя. Учитель спокойно читал книгу, изредка перелистывая страницы, казалось, что он как будто не замечает присутствие другого человека. Но я то знаю, что это не так. Нет, Азель просто ждет, пока я не начну говорить первым... выжидает, чтобы я приблизился к нему, полностью попав в его поле зрения - он настоящая гарленская росянка.
  Я, вздохнув, нерешительно стал приближаться к креслу. Мое Сердце бешено стучало, уши предательски алели, а в горле стал ком - почему всегда перед Азелем я ощущаю себя как нашкодивший щенок? Что за ужасное чувство беспомощности и стыда... Нет, пора решительно встретиться со своим прошлым. Мне надоело, что дела давно ушедших дней сейчас доставляют мне столько неприятностей.
  Подойдя к спинке кресла, я замер, не спеша начать столь неприятный разговор. Сколько лет мы уже не виделись? Сколько лет нормально не говорили, а лишь в короткие мгновения встреч перебрасывались незначительными фразами? Неужели магистр Гариус меня простил, неужели он решил первым нарушить столь затянувшееся молчание?
  - Мальчик мой, - тихо прозвучал голос моего бывшего учителя. Я вздрогнул, услышав столь родной голос приемного отца. - Подойди поближе, дай мне взглянуть на тебя.
  Азель бережно закрыл старинный фолиант, спокойно показав мне рукой на пустующее соседнее кресло. Перед глазами вновь мелькнули полузабытые обрывки детства, когда я часами сидел в кабинете Азеля, получая нагоняи и за книгами постигая теорию целительства. Здесь все пропахло историей... все забытые обрывки воспоминаний вновь выстроились в моей голове в мозаику, заставляя Сердце жалобно ныть от ностальгии по давно утраченному детству.
  - Что на меня смотреть? - фыркнул я, сев на предложенное место. И чего я боюсь? Совсем раскис, как тряпка. - Рога не выросли, хвост не появился, даже не позеленел!
  Магистр Гариус встал и, к моему удивлению, положил свою руку на мой лоб. Из ладони полился свет, который, как электрический заряд в одно мгновение пробежал по телу, заставив неприятно поежиться.
  - В целом - удовлетворительно, - довольно хмыкнул учитель, снова сев на свое кресло. Я поморщился, приглаживая волосы. Ненавижу, когда он так делает. Я ему не пациент, чтобы меня осматривать. - Слегка повышен уровень сахара в крови, что говорит о том, что ты недавно ел сладкое, переутомлен...
  - Мне неинтересно, - перебил я целителя, скучающе на него смотря. - Я и сам прекрасно знаю состояние своего здоровья.
  - Ты осунулся, побледнел... Нервы шалят?
  А как тут не нервничать, когда что не день - испытание для психики. Как же мне все надоело...
  - Все просто отлично, магистр Гариус. Так зачем вы меня заманили в госпиталь под таким... гм... необычным предлогом? Могли бы просто принести приглашение, я бы...
  - Ты опять бы его проигнорировал, Ник. Мальчик мой, почему ты меня избегаешь? Почему не назовешь как прежде, дядей Азелем?
  - Какой ты дядя, - усмехнулся я, смотря на магистра. За столько лет Азель ничуть не изменился: лукавый взгляд, темные, почти не тронутые сединой волосы - на вид ему можно было дать тридцать пять лет. Нет, это в детстве я мог называть его дядей, тогда разница в возрасте была заметна, а сейчас... - Ты больше похож на моего старшего брата. Также поучаешь, давишь на совесть... Учитель, вы же позвали меня не просто так.
  - Да... не просто так, - магистр вздохнул, погладив корешок толстой книги. Он неспешно обвел взглядом свой старый кабинет, задержав взгляд на портретах прошлых глав госпиталя. - Сложно поверить, но в этом году этим стенам стукнет две сотни лет. Госпиталь многое пережил на своем веку - и плохое и хорошее. Я оберегаю его уже больше семидесяти лет... под моим руководством он пережил эпидемию, которая унесла больше половины населения страны, столько талантливых целителей отправилось в чертоги Великой стараясь спасти как можно больше жизней. И знаешь что?
  - Что?
  - Мы ведь до сих пор не оправились после той потери. Самая большая потеря для страны была не в том, что погибли молодые целители, а в том, что мы утратили того, кто мог своим умением и талантом заменить всех своих погибших товарищей. Полный целитель, коих в мире единицы, отказался спасать жизни больных... Это был удар в спину, Ник. Ты же был и остаешься моей главной надеждой, ты мой приемник...
  - Это все в прошлом.
  - Не говори так! - Азель чуть не вскочил с места, яростно пронзив меня взглядом. Мне казалось, что он еле сдерживается от того, чтобы меня не ударить. - Ты забыл, чему я тебя учил? Целитель навсегда остается целителем, чтобы там не говорили остальные. Тебе плюют в спину - ты лечи и улыбайся. Ты едва сдерживаешься от боли и усталости - не важно, ты все равно должен исцелять, пока последний пациент не будет осмотрен! Целитель не профессия, не призвание - это жизнь окружающих тебя людей! Мы ответственны за каждую слезинку больного! - он, закрыл глаза, массируя себе виски, и через несколько секунд безмолвия, собравшись с мыслями, дополнил, горько улыбнувшись. - Нельзя зарывать в себе такой сильный дар, Ник. Я же вижу, как ты страдаешь и только из-за своей дурости и непрошибаемого упрямства, ты до сих пор...
  - Нет, - сухо вымолвил я, с жалостью посмотрев на Азеля. Вот поэтому я и избегал с ним встречи, всегда ссылавшись на срочные дела. Мое сердце сжимается от боли, зная, что я разочаровал человека, который был мне как отец. - Я все понимаю, но во мне тогда что-то сломалось... Я больше не могу, как раньше помогать людям, помня с какой ненавистью они закидывали меня проклятиями, молились Великой, дабы я скорее сдох в канаве... Они в один миг забыли все, что я для них сделал, все, чем я пожертвовал... они поверили не мне, а какому-то ублюдку, который и пальцем не пошевелил для их спасения! Каждый раз, когда я смотрю на пациента, я вспоминаю искаженное от злости лицо старухи, которая сквозь слезы пыталась выцарапать мне глаза, хотя раньше она мне так искренне улыбалась, когда я исцелял ее больные ноги.
  Прошлое, что же ты со мной сделало? Почему люди помнят лишь плохое? Почему я обречен всю жизнь помнить свой позор, лица тех бедолаг, которые так сильно желали мне смерти, наплевав на то, как они раньше бросали мне цветы, радуясь победе над эпидемией? Хотя нет, это не люди - это стадо, которое беспрекословно следует за своим пастырем, волком, скрывающимся под личиной благодетеля.
  - Сколько лет прошло? Сколько десятилетий минуло с той болезни, что осиротила нашу родину? Не пора ли оставить в прошлом свои обиды и перевернуть страницу, начав все с чистого листа? - Азель не сводил с меня взгляда, наверное, пытаясь отыскать в моей душе прежнего беззаботного юнца, которого обожал весь госпиталь, а милсестры бегали хвостом, порываясь при каждой возможности помочь. Да... как вспомню - так вздрогну. Фил всегда над этим ухахатывался до слез, называя меня жертвой девичьих грез. - Ник... я так надеялся на то, что ты за столь долгое время придешь в себя, одумаешься и вернешься в госпиталь. Мальчик мой, ты ведь всегда любил лечить больных, я до сих пор с умилением вспоминаю твое счастливое лицо, когда пациенты дарили тебе улыбки, а твои полки в кабинете ломились от рукодельных подарков ребятишек из детского отделения. И не пытайся сейчас уверить меня в том, что ты это забыл!
  - Нет, я помню... Я пытался, - прошептал я и, сняв с головы обруч из гельиона, всмотрелся в вязь тонких рун вытравленных на пластинах. Похоже, мне так и не удаться избежать этого неприятного разговора, похоже, пора перестать бегать и все расставить по своим местам. - Да, прошлое не вернешь, я это понимаю. Я знаю, что надо жить, смотря только вперед, но знание не дает силу и мужество, чтобы понять и принять такие простые истины. Я пытался начать жить заново, после того как меня унизили и растоптали душу, мне даже казалось, что у меня начало получаться.
  Я усмехнулся, припомнив свои первые попытки найти себя в чем-то кроме исцеления людей, но ни охота на нечисть, ни другие занятия среднестатистического мага не приносили должного удовольствия. Я начал заниматься исследованиями, так как они больше всего походили на мое прошлое... А потом появилась она (в Серебряных пластинах мелькнул образ золотой макушки одной королевской особы) и мой хрупкий мирок, который я выстраивал долгие годы, дал Серьезную трещину.
  - Но знаешь, Азель, прошлое само стало стучаться в мою дверь. Оно как старая рана начало напоминать про себя и с каждым днем все хуже, больше... И вот опять, как повторение дурацкого спектакля - глупое обвинение, допросы, суд... - я с горечью стиснул обруч, в Сердцах выплюнув. - Как же все достало!
  Магистр привстал с кресла и, по-отечески улыбнувшись, потрепал меня, как в детстве, за волосы. Я слегка поморщился - никогда не любил эту его дурацкую привычку. Но в глубине души я искренне радовался - Азель всегда, когда мне было плохо, поддерживал меня таким странным способом, заставлял улыбаться, идти дальше вперед... Ведь именно так поступают настоящие отцы?
  - Узнаю своего любимого ученика... - он, заметив мою недовольную гримасу, рассмеялся. - Не грусти, Ники, твои друзья и я тебя всегда поддержим. Ведь ты - мой непутевый сынок.
  - Я знаю, - от его слов на сердце стало легче, казалось, что с моих плеч свалилась непосильная ноша... Я всегда знал, что мои родные и друзья - моя опора и мне было безумно приятно, что, несмотря на мое поведение, магистр Гариус до сих пор считает меня своей семьей. Похоже, все эти годы я был неисправным эгоистом...
  Может и вправду, пора уже отпустить прошлое и начать жизнь заново? Лечить как раньше больных, смеяться над шутками милсестер и дарить конфеты ребятишкам из детского отделения. Они опять будут звать меня дядя Ник и просить покатать на спине, сотворить пару сверкающих разноцветных шаров, чтобы на пару мгновений забыть о болезни... Нет, это лишь глупые наивные грезы. Сейчас все так запуталось, что я уже не смогу просто, как ни в чем не бывало вернуться в то место, с которого все и началось.
  - Я хочу сказать, - вздохнул магистр, улыбаясь лишь уголками губ, - что даже самые безнадежные ситуации решаются легко и просто с помощью обычной улыбки. Я ведь прекрасно знаю, из-за чего тебя хотят судить, - я удивленно вскинул брови. Ну вот, приехали, теперь меня будут отчитывать. Но вместо этого Азель вдруг начал подшучивать. - Украл, значит, королевскую девицу?
  - Кто тебе это рассказал? - обреченно вздохнул я. Хотя, что тут думать и так все ясно...
  - Твой друг, Филгус Гоннери. Приходил на днях ко мне в госпиталь, сообщил, что ты опять попал в переплет с этим родом Келионендора. Я ему выдал укрепляющей настойки и посоветовал взять на работе отгул и отдохнуть денек дома...
  - Не крал я ее, - уже в сотый раз я принялся объяснять ту дурацкую ситуацию, в которой я очутился из-за своей глупости и мягкосердечия. - Она сама решила погостить у меня дома, потому что наслушалась сказок, что, мол, я злодей, сотворивший эпидемию. Мне порой кажется, что все в роду короля Рафиуса страдают слабоумием.
  - Сплетни людей порой принимают причудливые формы. Мне вот тоже однажды рассказали, что в городе пополз слух, что я на самом деле женщина, переодетая в мужчину и каждую ночь я выхожу из своего кабинета в пустующие коридоры госпиталя, чтобы случайно вышедшего больного...
  - Мне совсем не интересно.
  - Ну, как знаешь. Я клоню это к тому, что людям свойственно верить тому, чему их учат с самого юного возраста. Если бы тебе говорили, что небо зеленое - то ты бы принимал это утверждение за истину, пока не вышел на улицу и не узрел синеву нашего небесного града.
  - Ирен ничем не переубедишь, - усмехнулся я. - Я уже столько раз пытался... Но она непреклонна. Ее упрямство не ведает границ, весь ее род такой... упрямый.
  - Мой мальчик, ты и вправду так считаешь или хочешь в это верить? Ты с этой молодой особой в чем-то схож... Только лишь с одной поправкой - вы упрямо верите в разные вещи. Ты цепляешься, как за якорь, за свою обиду на людей, чтобы не забыть о том нелицеприятном эпизоде своей жизни, она - за то, что ее учили в детстве, потому что если она признает, что это ложь - это значит, что все, в чем убеждали ее родные, было одним лишь обманом. Мне казалось, что я прекрасно смог научить тебя психологии или за столь долгое время ты...
  - Нет, ты ошибаешься. Я не на людей не обижаюсь! Да я и вообще не обижаюсь!
  - Так значит, слухи не врали... Я так и знал, что вся проблема в ней, - магистр лукаво улыбнулся и почему-то показал пальцем на один портрет, висевший у него за спиной прямо над дверью. Я всмотрелся в изображение и изумленно ахнул. - Ты, наверное, и не догадывался, что у госпиталя есть свой покровитель. Это Ее Королевское Величество Элизабет Келионендорская, жена короля Рафиуса. В свои годы правления она очень многое сделала для госпиталя, а ты понимаешь, что в те времена королевство только начало восстанавливаться от эпидемии, и народ воспринял ее как посланницу Великой. Лучом света в годы мрака...
  - А я и не знал...
  - А хотел ли знать?
  Я пропустил мимо ушей риторический вопрос Азеля, не отрывая глаз от столь родного лица Ее Высочества. Элиза... как долго я не слышал этого имени.
  На портрете Элизабет молилась Великой, устремив свой взор куда-то вдаль. В ее в рыжеватых, собранных в тугой пучок волосах держалось розовое, отделанное золотом и усыпанное белоснежным жемчугом, арселе.* На хрупких плечах надето богато украшенное атласное платье дворянки с гербом королевского рода на груди, изящные пальцы скрестились в молитвенном жесте, казалось, что она старается поведать Великой о судьбе надеющихся на чудо больных.
  Ее Высочество была изображена на холсте молодой, красивой женщиной, которая только что взошла на престол, став правой рукой своего царственного супруга. Простолюдинка, получившая свой титул графини от приемного отца, которая в одно мгновение своей красотой, изяществом и умом смогла вскружить голову королю Рафиусу и добиться признания знати и народа.
  Она была так похожа на свою мать характером, внешностью...
  Эти слегка припухлые алые губы, взгляд пронзительно голубых глаз, устремленный вдаль - душа вновь жалобно заныла, оплакивая предательство той, кому я полностью открыл свое сердце, той, кто так легко смогла его растоптать.
  Уже прошло полвека с нашего расставания, а я только сейчас узнал о том, что она решила помогать госпиталю. Неужели осознала то, что была не права и таким способом пыталась искупить свою вину? Хотя нет, Элиза никогда бы так не поступила. Твердолобостью и непрошибаемой уверенностью в своей правоте она могла дать фору даже Ирен, а это значит, что она решила укрепить свое положение на королевском дворе. Что же случилось, раз ей пришлось искать поддержку в народе? Король ее разлюбил, знать пыталась морально уничтожить? Элизабет унаследовала от своей матери - моей подруги детства, незаурядный ум, смекалку и умение нравиться окружающим, который использовала только для своего блага.
  - Магистр! - вдруг дверь резко открылась, и в кабинет ввалился целитель в перепачканном кровью медицинском одеянии. - У нас тяжелый случай! Пациент уже три раза уходил за грань...
  - Извини, Ник, - Азель решительно встал и быстро направился к выходу. - Дождись меня, я скоро вернусь, и мы продолжим нашу прерванную беседу.
  Я хмыкнул. А куда я денусь? Похоже, учитель решил полностью убедить меня вернуться к целительской практике.
  Покровительница госпиталя Парнаско лукаво улыбалась, наблюдая за нами с портрета. Роковая красавица, что стала камнем преткновения между мной и Рафиусом. Та, на которой отчасти лежит вина за события, которые происходят сейчас со мной и со всем королевством.
  - Элиза, - горько усмехнулся я, оставшись с ней наедине. - Ты даже с того света доставляешь мне неприятности.... Неужели ты меня так сильно ненавидела? И могла ли ты представить, что твоя правнучка решит завершить твое так и незаконченное дело?
  Страницы той не написанной истории остались только в моей памяти, почти все действующие лица тех лет мирно почили на тот свет, оставив потомков самих разбираться с правильностью принятых ими решений. Но так горько вспоминать те мгновения счастья, которые я посмел ощутить в годы Черной эпидемии.
  
  1.Арселе́ (фр. arcelet) - женский головной убор. Представлял собой металлический ювелирной работы каркас в форме Сердца (или в форме подковы), надеваемый на плотный чепец.
  
  * * *
  
  Мерно тикали большие дубовые часы, за окном, на заснеженной, объятой солнцем улице доносился радостный смех ребятишек. Я, удобнее усевшись в кресле, довольно усмехнулся - окна главы госпиталя выходили на внутренний двор госпиталя, где дышали свежим воздухом больные.
  Сколько я себя помню, Азель всегда любил наблюдать за прогулками своих пациентов: смотреть на веселые игры детей, видеть, как любуется небом человек, которому недавно вернули зрение, замечать первые, неуверенные шаги людей после долгой болезни или операции...
  В кабинете уютно и тепло, все здесь родное, греющее душу, прогоняющее все мои тревоги и мрачные думы. Казалось, что я вернулся в беззаботное детство, когда засыпал с книгой на коленях прямо в этом кресле, укутавшись зимними холодными вечерами в теплый колючий плед.
  Чувствуя вдруг накатившую усталость, небольшой подарок организма за пережитое в эти дни волнение, я снял теплый камзол, бережно положил его на соседнее кресло, кинул на него обруч. Пока Азель занят с тяжелым пациентом я немного отдохну.
  Я, вздохнув, закрыл глаза, сквозь полудрему став сливаться со звуками, доносившимися с улицы. В мыслях стало пусто, тихо, так спокойно...
  Вдруг, перед глазами, на грани сна и яви промелькнул образ смеющейся девушки, которая, обвив мою шею руками, краснея и запинаясь, прошептала: "Я буду с тобой всегда"
  Я вздрогнул и внезапно открыл глаза, упершись немигающим взглядом на висевший прямо передо мной большой портрет Элизабет.
  И почему я об этом вспомнил именно сейчас?
  
  * * *
  
  Отчаянье, слабый, но от того не менее тошнотворный запах гари витали в воздухе. Люди, укутанные с ног до головы в какие-то тряпки, спешили скорее оказаться дома, никто не разговаривал, не смеялся, все боялись случайным жестом, вздохом подхватить заразу, которая уже почти год лихорадила королевство, принося каждый день огню кровавую жатву.
  Я с лихвой насмотрелся на неизвестную болезнь в госпитале. Целители вместо того чтобы лечить, каждый час сжигали трупы в дворике больницы, в один миг превратившись в гробовщиков. Некогда цветущий, благоухающий вишневыми деревьями двор превратился в братскую могилу сотням бедолаг, которым не посчастливилось заразиться. Огонь неистово сжигал всех - детей, стариков, женщин... мои друзей, с которыми я столько лет спасал людские жизни. Мой приемный отец в одно мгновение состарился на несколько лет, провожая в последний путь свою жену, любимую дочурку Катрин, которой должно было исполниться пять лет, своих коллег, пациентов... Зараза не щадила никого, казалось, что это была кара Великой за все грехи человечества.
  Я смотрел на пустующие улицы Бринголя, и мое Сердце сжималось от боли. И не поверишь, что раньше это был один из самых больших городов королевства. Как же жалко стал выглядеть город в столь трудное время - разграбленный мародерами, пропахший гарью, смрадом, от него вместо смеха и задора, стало веять страхом и отчаяньем. Почему небеса прогневились на нас? За что дорогие мне люди должны так страдать?
  Я сжал в руке листок письма и решительно направился по неприветливой улице, ища указанный адрес.
  Азель так не хотел отпускать меня из столицы, он боялся, что потеряет еще и меня. Но я не мог иначе. Видеть каждый день обреченные лица больных, слышать, как тайком в подсобке каждый миг оплакивают своих родных и близких милсестры, чувствовать невыносимую, раздирающую на клочки душу скорбь. Ужасаться тому, что люди с каждым днем все больше начинают жалеть о том, что живут, что они хотят скорее умереть, лишь бы перестать чувствовать боль. А ты, хоть ты и полный целитель, тот, кому даровано возвращать людей даже из-за грани, не можешь ничего поделать с какой-то заразой.
  А эти выскочки, этот всезнающий ублюдок Стефан, что просиживает задницу в кресле Верховного целителя, спрятался во дворце совета и даже не высовывает свой длинный нос на улицу. Он должен искать выход из сложившегося кризиса, он должен хоть что-нибудь делать для стабилизации ситуации, мы должны скорее положить на лопатки эту заразу и предотвратить новые смерти! А этот кусок ходячего идиотизма, как трус надеется отсидеться за крепкими стенами дворца.
  Я пытался, пытался достучаться до этих твердолобых магистров. Настерревиль меня побери, я постоянно искал любые зацепки, что помогли бы мне понять вид болезни, понять, как ее надо лечить. Я не мог сидеть на месте, зная, как изводит себя отец, я боялся, что мой любимый брат оправится на встречу к Пресветлой Богине раньше назначенного срока. Хорошо, что когда начался этот кошмар его не было в королевстве, а теперь, когда наша родина стала изолирована магическим барьером, чтобы эпидемия не перекинулась на соседние страны, Фил не может сюда попасть. Хоть маленькая, но радость.
  Несколько дней назад мне в госпиталь пришло письмо от Амалии:
  
  "Мой дорогой друг,
  
  Прости, что я беспокою тебя в столь тяжелое для нас время, но мне больше некому поведать о своих тревогах. Я слышала, что Филя женился, передай ему мои поздравления и извинения за то, что я не смогла присутствовать на свадьбе. Я не могу его тревожить в столь счастливые мгновения его жизни, да и до меня дошли слухи, что он не в стране, так что одна надежда на тебя, Ники.
  Совсем недавно, моя сноха писала, что Черная болезнь наведала и Бринголь. Я боюсь за свою дочь, моя маленькая Элиза такая хрупкая девочка, она всегда в детстве сильно болела. Молю тебя, забери ее оттуда в столицу. Все же хоть там немного спокойнее, да и она может помогать тебе и магистру Гариусу в госпитале. Кстати как он? Как его жена и Катрин? Надеюсь, с вами все в порядке.
  А я... А что же я, мой милый друг. Похоже, Великая все же решила забрать меня к себе в чертоги. Видать, слишком приглянулась я нашей небесной владычице. Не ищи меня, когда получишь письмо - уже будет поздно. Даже сейчас, начитывая эти строки писцу, я еле удерживаю свою душу в теле.
  Моему мужу, и Элизе передай, что я решила отправиться в Чертовы пещеры на Гар-Аском перевале и, предчувствуя неизбежное, написала это письмо. Незачем им знать мой столь печальный, совсем не героический конец. А если... если Шона уже нет в живых - позаботься о моей дочурке. Хотела бы я еще разок ее увидеть, да так будет лишь больнее.
  Странно распорядилась судьба. Я была так далеко от заразы, а все равно смерть взяла свое. Знаешь, а слухи не врали - в Чертовых пещерах и вправду есть черные, как мрак, камни, наполненные удушающей аурой. Все твои амулеты вмиг сгорели, как только я к ним прикоснулась. Необычно, не правда ли? Хотела бы я, чтобы ты это увидел, да сколько я тебя знаю, ты ни за что не полез бы со мной в эти горы. Больные ведь важнее, не правда ли, мой дорогой целитель?
  Мне даже кажется, что это проклятие передалось мне от них, хотя... что я говорю? Как болезнь может появиться из-за камней? Смешно слышать свои слова.
  Не вини себя. Это был мой выбор. Жаль, что я так и не смогла полюбить и сделать счастливым Шона, а для Элизабет стать хорошей матерью. Но любовь к приключениям затмила все. Да я и сама понимала, что обычная жизнь простой женщины создана не для меня.
  
  Еще раз прости и прощай.
  С любовью, твоя подруга Амалия"
  
  И вот, еще раз поругавшись с Советом, оставив прощальную записку Азелю, тайно собрав свои вещи, ночью я двинулся в Бринголь.
  На душе было горько, я не верил, что эта зараза решила отнять у меня и Амалию, а я, даже если бы был с ней тогда рядом не смог бы облегчить ее страдания. Но оставить единственную дочь Амалии на произвол судьбы я не мог, да и сидеть в столице мне было тошно. А больные... а что больные? Никто из нас не мог им помочь, а и дальше работать гробовщиком я был не намерен.
  
  Я потер усталые глаза и, заразительно зевая, подошел к окну. Ребятишки из детского отделения, смеясь и кидаясь снежками, строили во дворе снежную цитадель.
  Вдруг из госпиталя вышла милсестра и стала отчитывать детей за то, что они гуляют без шапок и расстегнули в пылу битвы полушубки. Мальчишки и затесавшаяся в их компанию девчонка с косичками стали бегать от "грозной милсестры" между деревьями, успевая закидывать работницу госпиталя снежками. Взрослые пациенты заливисто смеялись над попытками милсестры утихомирить детей. Старики с клюками грозили молодежи прекратить это безобразие...
  Азель бы порадовался такой картине.
  И не поверишь, что раньше в этом дворе пылал огромный костер. А деревья вишни, которые сейчас весной радуют пациентов белоснежными цветами, были срублены, пойдя на дрова.
  Порой кажется, что это был лишь очень страшный затянувшийся кошмар...
  Никогда мне не забыть тех минут, когда единственный раз в жизни я видел, как плачет мой неунывающий и всегда улыбающийся приемный отец.
  
  Азель смотрел на сжигающий его близких костер и беззвучные слезы ручьем текли по его щекам. Вдруг он встрепенулся и попытался подойти к погребальному костру, но я схватил его руку не дав сделать и шагу.
  - Она пошевелилась, - неверяще прошептал убитый горем отец, безумными глазами смотря на тела своей жены и дочери, которых уже лизало ненасытное пламя. - Смотри, моя Кити пошевелилась! Надо скорее... надо скорее вытащить ее!
  Я сильнее стиснул его руку не желая отпускать. Мое Сердце разрывалось от боли, горло душило от еле сдерживаемых слез, но разум на удивление был чист и ясен. Я понимал, что это не может быть правдой, я знал, что это лишь обман зрения, но почему во мне так легко проснулась едва уловимая надежда?
  - Нет, Азель... это... это, - почему такое простое слово комом встало у меня в горле?
  - Нет! Отпусти меня, Ники! Надо скорее, скорее вытащить мою маленькую дочурку!
  Он вырывался, но я все сильнее и сильнее сжимал его руку не желая отпускать.
  Не в силах больше выдержать такого безумия я схватил его за плечи и в первый раз жизни, чуть не крича, затряс, пытаясь привести вменяемое состояние:
  - Катрин мертва! Мертва, отец! Она больше четырех часов не дышала, ее мозг умер, Сердце перестало биться! Мы три раза проверили, ты и я сколько раз ее возвращали из грани! Но эта зараза ее отняла у нас! Она не могла шевелиться!
  Моя маленькая сестренка больше не будет дергать меня за штанину, требуя покатать на спине. Я обнял своего учителя, пытаясь хоть немного задушить его и свою боль...
  Пытался удержать его на месте, чтобы он не прыгнул за ними в костер. Глаза стала покрывать предательская пелена... А Азель впервые на моей жизни плакал... плакал навзрыд, крепко сжимая меня в своих объятиях. Он тихо, сквозь слезы шептал, повторяя это раз за разом, как заклинание:
  - Только ты не покидай меня. Прошу... Я не смогу пережить, если и тебя не станет, мой мальчик.
  
  А Амалия. Последняя просьба моей подруги перевернула с ног на голову всю мою жизнь. Могла ли она представить, что столь невинная просьба навсегда изменит историю, что Элиза сыграет одну из ключевых ролей в судьбе государства? Амалия всегда мечтала о славе и могуществе, вот только все это досталось ее дочери.
  Тогда я нашел на месте указанного адреса лишь пепелище, а соседка, услышав, что я один из ведущих целителей госпиталя Парнаско, соизволила открыть дверь и сообщила мне весьма неприятные известия. Оказывается, вся многочисленная родня со стороны мужа Амалии недавно умерла от Черной болезни и только чудом, молодая Элиза избежала этой страшной участи. А за медицинский осмотр и избавление ее от мигрени соседка даже соизволила сообщить, где сейчас обитала осиротевшая девушка. Она стала работать подавальщицей в одной из таверн. Туда-то я и направился в первую очередь, стараясь не вспоминать, каким похотливым взором провожала меня эта женщина, елейным голоском просив заходить еще...
  Но по прибытии в таверну меня ждала весьма занимательная картина.
  
  Я стоял перед воротами таверны и не мог поверить своим глазам. Милый, невинный ангелочек Элиза, о которой мне писала подруга, предстал перед моим взором совсем в ином свете. А то, что эта девушка дочурка именно Амалии, я понял сразу - внешностью и характером она явно пошла в мою подругу.
  Семнадцатилетняя девчонка со светло-рыжей косой, крича на всю улицу проклятия, пыталась прогнать с помощью простой метлы трех подвыпивших мужчин. И прогоняла их весьма успешно: они испуганно пятились назад, пытаясь между выкриками девицы хоть как-то оправдать свое поведение.
  - Ах вы, козлы недоделанные! - заливалась Элиза и угрожала колючей метлой своим "жертвам", оттесняя их к воротам. - Быки недоразвитые! Я вам что, какая-то шваль припортовая, чтобы зенки на меня выпучивать, да и под юбку пытаться залезть?
  - Нет, ты не так поняла! - попытался оправдаться один из мужчин, примирительно выставив вперед свои руки. Он, видимо, тоже слышал народную мудрость, что с умалишенными нужно говорить тихим, спокойным голосом. - Мы не хотели...
  - Да ты ж подавальщица! - возмущенно кинул аргумент его дружок, наверняка думая, что указание на профессию успокоит девушку или хотя бы заставит задуматься. Я усмехнулся - эти простаки сейчас себе сами роют могилу.
  Я оказался прав - такой факт только еще сильнее разозлил Элизу. Она в дополнение к "грозному оружию" взяла с рядом лежащей во дворе большой вязанки дров первое попавшееся полено.
  - Так если я подавальщица, значит я вам и бесплатная подстилка, так что ли? Руки они решили свои пораспускать! - она стала трясти перед ними поленом, решая, в кого оно полетит первым. - Я вам эти руки-то поотрываю и в задницу засуну по самое горло!
  Видимо такая перспектива ничуть не обрадовала парней, они, плюнув на оправдания, уже мечтали только об одном - быстрее скрыться от этой неадекватной девицы куда-нибудь подальше. Эти посетители таверны уже жалели о том, что решили расслабиться и пощупать прелести молоденькой подавальщицы. Кто ж из них мог знать, что у такого красивого цветка могут быть острые шипы.
  Наблюдая за этой сценой, я не мог сдержать улыбки - так забавно было смотреть на эту житейскую ситуацию в такое время. Мне впервые за несколько месяцев стало немного легче на душе. Видеть такой проблеск жизни в пучине всеобщего отчаянья людей было подобно глотку свежего воздуха. Сразу на миг забылся, как страшный сон, этот полный горестей год, казалось, что все эти месяцы я просто жил в кошмарном сне, и только сейчас смог наконец-то проснуться...
  Вдруг открылась дверь, и из таверны на улицу выбежал полноватый старик. И судя по тому, как он смотрел на Элизу и ее собеседников - это был или управляющий, или сам глава данного заведения.
  - Элиза, что ты делаешь! - воскликнул он, с ужасом взирая на расправу своей сотрудницы. - Зачем ты пугаешь клиентов!
  Я довольно улыбнулся - значит чутье меня и на этот раз не обмануло, и передо мной и вправду единственная дочурка Амалии.
  - Пугаю? Что вы, господин! Я им просто доступным языком объясняю, что они ошиблись в выборе заведения. А то они решили, что попали в бордель!
  - А ну, марш в таверну! - прошипел работодатель своей сотруднице, одним взглядом обещая ей Серьезную головомойку. Элиза возмущенно нахмурилась, но подчинилась.
  Покраснев до кончиков волос под пристальными шокированными взглядами мужчин она, судорожно сжимая в руках полено и метлу, невозмутимо, стараясь не потерять достоинства, прошествовала в дом. Только вот дверь захлопнулась с таким грохотом, что со звоном упала висевшая над нею подкова.
  Хозяин с неким облегчением выдохнул и повернулся к посетителям, став чуть ли не раболепствовать перед ними:
  - Смиренно прошу меня извинить за мою невежественную сотрудницу, - унижался он перед немного приободрившимися мужчинами. Ничто уже не напоминало о том, как они трусили перед девушкой - головы гордо подняты, пренебрежительный взгляд, которым они смотрели хозяина таверны, наверняка намереваясь получить компенсацию за унижение собственного достоинства. - Она недавно приступила к работе и еще не полностью уяснила свои обязанности...
  Я, презрительно бросив взгляд на торгующихся мужчин, прошел мимо них в таверну. Хозяин пытался замять инцидент, лишь бы только не потерять клиентов, а те пытались получить с него деньги.
  С одной стороны я вполне его понимал - в эпидемию дела не только придорожных, но и городских таверн стали совсем плохи. Люди опасались общественных мест, боясь заразиться "Черной болезнью", и поэтому выручки данным заведениям едва хватало, сводить концы с концами. Конечно, иногда были смельчаки, но в большинстве своем это нечистые на руку люди, мародеры, бандиты и... что греха таить, Элизе сейчас просто повезло, что она со своим характером не нарвалась насовсем отъявленных негодяев.
  Девушка для недалеких умом мужчин в первую очередь объект удовлетворения своих желаний, особенно в такое неспокойное для страны время, когда стража не может обеспечить безопасность горожан. Не думаю, что у нее были бы шансы против трех настроенных Серьезно мужчин, да и хозяин таверны ничего не смог бы поделать против такого произвола, а если бы она также как и сейчас им дерзила и пыталась отстоять свою честь - они бы убили ее на месте...
  Амалия правильно беспокоилась за свою дочь - лучше увести ее туда, где стража контролирует ситуацию, пока она со своей миловидной внешностью и дерзким языком не нарвалась на проблемы.
  Но стоило мне только открыть дверь, как внезапно я почувствовал удар, который в мгновение ока отправил смотреть глупые сны, и заменять собой коврик для вытирания ног. Я даже не успел ничего толком понять - все произошло так быстро, что я не смог выставить перед собой даже обычный телекинетический щит, который я обычно ставлю не задумываясь.
  В сознание я приходил с трудом. Нещадно болела голова, ломило тело, видимо, от неудачного падения... Пробормотав исцеляющее заклинание, я, держась за голову, нащупав на лбу огромную пульсирующую шишку, открыл глаза.
  Я лежал на диване, а рядом со мной сидела Элиза, обеспокоено всматриваясь мне в лицо. Я пораженно замер, на пару мгновений не отрывая взгляда от девушки - у нее были такие родные небесно-голубые глаза Амалии, что мне даже показалось, что передо мной сидит моя подруга. Сердце сразу защемило от нестерпимой боли, горюя об этой невосполнимой утрате.
  - Извините, - виновато проговорила девушка, опуская глаза в пол. Она взяла в руки миску с водой и, отжав тряпку, приложила ее к шишке. - Я думала... я вас перепутала с кое-кем другим. Мне так жаль.
  - Ничего, - я сел, поправляя на голове холодный компресс. Еще пару мгновений и от "боевого ранения" не останется и следа. Как хорошо, что я целитель... - Я сам виноват, что... гм... не заметил летящий предмет.
  Элиза смутившись, посмотрела на небрежно лежащее в углу многострадальное полено. Я тихонько засмеялся - вот так ирония судьбы. Получить по голове вместо тех идиотов. А мне везет.
  - Я магистр Никериал Ленге, - я, очаровательно улыбнувшись, подмигнул растерянной Элизабет. "Не хочу тянуть кота за хвост, а перейду сразу к делу,- решил я, - чтобы быстрее уехать из этого неприветливого города". - И я приехал за тобой.
  Но, кажется, я слишком поторопил события. Второй раз получить по голове, но уже железной миской с ледяной водой, было как минимум обидно.
  Впервые девушка при знакомстве со мной так сильно желала меня убить. Неужели моя очаровательная улыбка, от которой таяли милсестры, больше не срабатывает? Какой удар... Годы тренировок на сотрудницах госпиталя - все насмарку.
  
  Я улыбнулся, прокручивая раз за разом в голове нашу первую встречу. Элиза меня потрясла с первого мгновения... точнее с первого удара по голове - еще никогда до этого дама так сильно не выказывала желания со мной пойти. Я тогда считал себя талантливым, привлекательным магом, за которым девчонки бегали толпой, надеясь только на то, чтобы я уделил им частичку своего времени... Это сейчас я перебесился, и мне не нравится слишком назойливое внимание, а тогда я и дня не мог прожить, не словив на себе восхищенный взгляд или вздох прохожей дамы.
  Кто же знал, что милая девочка, о которой мне писала Амалия, вырастет в весьма боевую особу, что при знакомстве со своим будущим опекуном применит грубую силу полена и миски. Мне порой кажется, что Ирен эту часть характера унаследовала от нее, а Элиза в свою очередь получила ее от Амалии. Моя старая подруга при первой же возможности старалась доказать всем и вся свою самостоятельность, старалась показать, что не намерена прятаться за спину мужчины, что она и сама вполне может позаботиться о собственной безопасности.
  Я всегда слегка сочувствовал Шону. Трудно было иметь такую жену. Конечно, он и она не были виноваты - их судьбу за них решили родители. Амалию выдали замуж, как только ей стукнуло шестнадцать, и увезли из нашей деревни в город, но она недолго жила в доме своего мужа. Я думаю, что Шон искренне полюбил рыжеволосую девушку, раз спокойно сносил ее неусидчивый характер, а после того как их маленькой дочурке исполнилось три года и вовсе отпустил ее на поиски приключений. Амалия возвращалась домой редко, но всегда вела переписку с мужем, интересуясь судьбой своей дочери.
  После того, как я убедил Элизу пойти со мной, (а убеждать ее пришлось долго - пока не закончились предметы, которые она могла поднять и кинуть в меня, и пока нас со скандалом не выставил вон из таверны этот старик), мы поспешили в столицу. Я хотел скорее избавит... отправить девушку в госпиталь Парнаско к Азелю, а самому уже без балласта искать панацею от болезни. Но моим планам не суждено было сбыться. Видимо Великая решила основательнее научить меня уворачиваться от летающих предметов... Кстати, эта способность приобретенная в годы эпидемии мне потом не раз помогала - например, в общении с одной принцессой.
  Может быть, во всем виновата долгая дорога, или же воля Пресветлой Богини, но за время пути в столицу я и Элиса сблизились. Она больше не смотрела на меня волком, бормоча "маменькин посыльный", а начала улыбаться, рассказывать мне о своей жизни, семье...
  Путь в столицу по объятой эпидемией стране был нелегок. Если раньше я мог без особой опаски проходить через города, идя в Бринголь, то сейчас на мне лежала ответственность за Элизу. Я опасался, что она может случайно подхватить заразу, и поэтому мы шли в Келионендор обходной дорогой, не заглядывая в города.
  Тогда стояло особенно душное лето. Почти весь скот умер или был забит, в городах появилась еще одна напасть - их наводнили голодные крысы, зараженные Черной болезнью. Почти некому было сеять хлеб, а половину запасов зерна съели крысы, и все со страхом дожидались холодов, когда на страну опустится страшный голод. Люди дни напролет проводили в храмах Пресветлой Элисень, моля ее о снисхождении... Большего подъема веры религия еще никогда не видывала.
  Чтобы хоть как-то отвлечься от этой реальности и скоротать время в дороге, я и Элиза много разговаривали. Порой ночь напролет мы сидели возле костра, травя друг другу интересные истории. Я рассказывал ей об ее матери, госпитале, своем приемном отце, Филе, детстве... Никогда еще раньше я так сильно не доверялся девушке, даже Амалия многого не знала о моей жизни, а тут... тут меня как будто прорвало. Хотя, наверное, это потому что мне достался внимательный и участливый собеседник, который с восхищением заслушивался моими приключениями? Кто ж знает. Но факт остается фактом - я раскрыл ей свою душу.
  Вдруг я для себя начал помечать, что с каждым днем все меньше вижу в Элизе отражение Амалии, а все больше красивую молодую девушку. Стал замечать, что порой просто любуюсь ею, смотря, как она готовит еду, спит, смеется, слушая мои истории, с восхищением любуется природой...
  Это приводило меня в смятение. Я не мог себе простить того, что увлекся дочерью своей подруги. Корил себя за то, что посмел ощутить мгновения счастья в это нелегкое для королевства время.
  Чувствуя сильные угрызения совести, я раз за разом перечитывал прощальное письмо Амалии, стараясь хоть как-то подавить всю ту бурю чувств, что зарождалась в моей душе, когда я смотрел на Элизу. Эти мысли меня изводили, и только незримое присутствие подруги, которое я чувствовал, когда держал в руках письмо, удерживало от не обдуманных поступков.
  И вот однажды вечером меня вдруг осенило. А вдруг Совет и я ошибались, вдруг мы не там ищем способ избавления от Черной болезни? Вдруг надо искать не способ, а источник заразы? Ведь если мы будем знать, из-за чего началась эпидемия, если у нас в руках будет образец исходной материи, эталон, то будет проще простого создать антидот и назначить лечение.
  Целители тогда были глупы и самоуверенны... Сейчас-то мы всегда ищем причину, чтобы остановить возможное распространение болезни от источника, а не между заболевшими, помня горький опыт эпидемии, а тогда... Все тогда искали только способ лечения. Говорят, что люди учатся на своих ошибках. Вот только за ошибки целителей приходиться платить самую высокую цену, которая насчитывает в себе множество невинных жизней.
  
  Сейчас была глубокая, необыкновенно тихая ночь. Мы остановились на ночлег на небольшой, пахшей полевыми цветами поляне. Тихо догорал костер, а я не в силах заснуть, одолеваемый тяжелыми думами о судьбе королевства, решил посторожить сон девушки ...
  Сидя на бревне, подбрасывая ветки и кору в жадное пламя, я смотрел на темно-синее ночное небо: любуясь ярким Путем Ареи, освежая в памяти созвездия... С теплотой вспоминая, как детьми, валяясь в душистой траве, я и Фил наперебой пытались научить Амалию ориентироваться по созвездиям, показывали мерцающий путь Ареи, что посеяла на небесном полотне звезды, рассказывали мифы и легенды, которые вычитали тайком от учителя в пыльных томах по астрономии... Как вдруг меня осенило.
  Ведь камни хранят в себе сгустки темной энергии, которые могут Серьезно повлиять на организм, и чем древнее, темнее энергия, тем хуже ее воздействие на окружающий мир, когда она вырывается по ряду причин наружу.
  Это озарение пришло ко мне так внезапно, что я не смог сдержать в себе вмиг нахлынувшие эмоции.
  - Я идиот! Я тупоголовый безрогий олень!
  Я метался возле костра, ругая себя за то, что не догадался раньше, как можно было исцелить эту неизлечимую болезнь и спасти от смерти уйму народа. Если я бы додумался до этого раньше, Катрин и Амалия были бы живы... Отец бы не чах на глазах, в королевство бы вновь вернулась жизнь!
  - Что-то случилось? - Элиза, сонно потирая глаза, приподнялась на локотках со спального мешка. Девушка щурилась и хмурила брови, явно недовольная тем, что я случайно разбудил ее своими выкриками.
  - Чтоб я был помощником Стефана, - продолжал я бормотать себе проклятия, ходя взад и вперед возле бревна. - Чтобы Лира подстерегла меня в безлюдном темном переулке и...
  - Да что случилось-то? - не выдержав, закричала разбуженная девушка. - Орешь как будто сел голым задом на ежа! Сейчас ночь и некоторые пытаются выспаться перед тяжелой дорогой!
  Я на миг замолк и, нахмурившись, посмотрел на возмущенную моим поведением Элизу.
  И тут я не выдержал, и, сбиваясь, начал делиться своим озарением:
  - Я понял! Я все понял! - подбежав к Элизе, я, в порыве эмоций, подхватив ее на руки, закружил на месте. - У меня появилась зацепка, которая может оказаться для всех спасением! Нет, я точно уверен, что она сработает!
  - Спасение? Ты про что? - она, боясь упасть, обхватила мою шею руками, совсем не понимая, что со мной происходит. - Отпусти меня на землю! Что ты делаешь? Ник, да что с тобой?
  - Я знаю, как вылечить Черную болезнь! Нет, конечно, я еще не знаю как, но мне кажется... нет, я точно уверен, что схватил ниточку, которая приведет меня к разгадке!
  - Правда? - шокировано проговорила девушка, смотря мне прямо в глаза. Вдруг она, счастливо всхлипнув, крепко стиснула меня в объятиях. Я замер на месте, от изумления чуть не уронив Элизу. - Я так рада... - тихо проговорила она. Я чувствовал ее дыхание своей шеей, и мое Сердце учащенно забилось, стало, несмотря на ночную прохладу, нестерпимо жарко.
  Я внезапно понял, что она слишком близко... Что я в порыве эмоций я вдруг позабыл о том, что обещал себе держаться от девушки на расстоянии, чтобы не наделать глупости, чтобы не причинить ей боль...
  - Но прежде чем начать исследования, я должен обо всем доложить Совету, - охрипшим от волнения голосом, стараясь преодолеть эту неловкую паузу, продолжил я. "Нельзя, не смотри на нее" - повторял я про себя, стараясь не смотреть на Элизу. Влюбился как мальчишка, да и в кого? В дочь лучшей подруги. Позор на мою голову.
  Аккуратно поставив ее на землю и, отстранившись, я подошел к костру... А ведь мне и вправду придется идти во дворец совета, чтобы продолжить следовать своим выводам... Подштанники Настерревиля! Сейчас на счету каждая минута, а я должен заниматься лизоблюдством перед этим инфантильным тараканом Стефаном, чтобы он мне выдал разрешение! Одна мысль о том, что я должен перед ним унижаться, выводит меня из себя! Я уже столько лет не могу понять, почему такой недалекий магистр стал Верховным?
  Я, немного успокоившись, повернулся к Элизе и застал интересную картинку. Она, спешно убрав постели, связывала их ремнями, чтобы нагрузить на лошадей.
  - Элиза... что ты делаешь?
  - Как что? - как ни в чем не бывало сказала девушка, скатывая в рулоны спальные мешки. Я поразился ее скорости. - Как я поняла, тебе сейчас нужно быстрее ехать в Совет, чтобы начать поиск лекарства? Ведь так? - я коротко кивнул, искренне удивленный сообразительностью Элизы. Нет, я знал, что она умная, но так быстро все решить и не побояться ночью куда-то ехать? - Так вот, чем мы больше тут рассиживаемся, тем больше будет умирать людей. Тем больше детей останутся без родителей, тем больше будет пролитых слез...
  Она замолчала, на мгновение о чем-то задумавшись. Я хотел, но не решился к ней подойти. У нее недавно умерла вся семья, она осталось совсем одна в этом жестоком мире... Я очень хорошо понимал, как это так тяжело, когда все дорогие тебе люди уходят за грань, заставляя тебя жить с этой раздирающей душу скорбью, с мыслью о том, что ты никогда не будешь так же счастлив, как прежде. Что не сможешь обнять дорогого тебе человека, донести ему те чувства, что не успел выразить...
  - Да, ты права, - решительно произнес я, смотря на пасущихся рядом скакунов. Я их магически "привязал" к поляне, чтобы они не сбежали, надо только снять заклинание, оседлать их и привязать к седлу наш небольшой скарб, можно двинуться в путь. Благо до Келионендора осталось не так далеко. - Хотя я мог бы быстро телепортироваться... Нет, нельзя тебя оставлять одну, - сразу засомневался я.
  Я бы мог сделать портал но... Говорил мне Азель поднатореть в начертании и активировании межпространственных многоканальных телепортов! Но мне все было некогда, все мое время занимали пациенты, попытки пробиться в Совет, сместить этого Стефана с поста Верховного Целителя и занять его место, чтобы модернизировать отрасль целительства... Так и остался неучем в пространственной магии. Все думал, что успею... Ага, успел. Когда нужно я не могу, и из-за моих промахов страдают невинные люди.
  - Я... - она вздохнула и, решительно посмотрев на меня, произнесла. - Иди, я справлюсь. Главное... главное, чтобы скорее закончился этот кошмар, - Элиза улыбнулась, но было видно, что она это делает с неохотой, пытается сама себя убедить в чем-то. - Да и до столицы не так далеко. Если что, поспрашиваю по дороге путников.
  - Нет. Нельзя, - я испугался, представив, как она одна едет по дороге. Ведь с ней может случиться что угодно. Она такая милая и невинная... ну и какая разница, что слегка грубовата. - Я обещал твой матери, что позабочусь о твоей безопасности.
  Да и я не смогу оставить ее совсем одну. Несмотря на то, что Элиза говорит, я же вижу, как ей становиться страшно от мысли, что она поедет одна. Ты ведь даже сама не веришь в свои слова и думаешь, в них поверю я?
  Мага нельзя обмануть, моя девочка, как бы ты не старалась.
  - А нельзя ли... никак нельзя обойтись без Совета?
  - Нет, - фыркнул я, вспомнив это недоразумение, что сейчас прячется в Совете. - Если я не обосную им свои предположения, то эти выскочки, этот идиот, который называет себя верховным целителем, может на полном основании назвать мои исследования бредом сивой кобылы и не одобрить их в борьбе с эпидемией, - я впервые за все время пожалел, что Филгус сейчас не в королевстве. Если бы он был сейчас в Совете, то мне никуда не нужно было ехать. Он всегда быстро разделывался с формальными делами. - Эти бюрократы... марионетки Настерревиля!
  - А тогда ты можешь и меня телепортировать? - искала варианты девушка, с надеждой посмотрев на меня.
  - Я в порталах не силен, - пробормотал я, стараясь не смотреть ей в глаза. Идиот, тупоголовый дегенерат! Нужно было читать книги кроме целительства! - Одноканальная телепортация рассчитана на одного человека, максимум двое и то допускается это только тогда, когда второй объект в бессознательном состоянии или прилегает близко к телу первого объекта. А многоканальный телепорт или как его еще называют портал - рассчитан уже на несколько объектов, но вот я в нем не слишком хорош...
  - Так сделай одноканальный... или как там его называют.
  - Нет, - усмехнулся я. Не все так просто. Пространственная магия самая сложная и самая опасная, и шутить с ней чревато Серьезными последствиями. - Одноканальная телепортация рассчитана на мага и при несоблюдении правил тебя может разорвать на кусочки. Хочешь полтела оставить здесь, а остальное отправить в столицу? Я ведь наши жизни подвергну Серьезной опасности.
  - Но... - попыталась возразить Элиза. Я начинал Сердиться - похоже, она совсем меня не поняла.
  - Нет! Категорически нет!
  - Я сама могу за себя решать! - нахмурилась девушка, подойдя ко мне. - Я уже взрослая и самостоятельная личность! И если я сказала, что телепортируюсь, то я...
  - Я обещал твоей матери, что с тобой...
  - Хватит! - покраснев от гнева, крикнула она, топнув ногой. - Надоело! Хватит! Амалия то, Амалия се... Мне глубоко наплевать на то, что ты наобещал моей покойной мамочке, которую я за всю свою жизнь видела только пару раз! Она как-то не интересовалась моей жизнью, и тут вдруг на тебе - после своей кончины она начинает указывать, что мне делать! Я слушалась, уважая ее память, но мое терпение лопнуло. Если я сказала, что хочу телепортироваться с тобой в столицу, значит...
  - Нет, - сухо произнес я. Ее слова сильно меня задели. Как она может говорить такое о своей матери? Амалия всегда заботилась о ней, всегда ее любила! Мне ведь от одной мысли, что с Элизой что-нибудь может случиться, сразу становится не по себе. - Я не хочу подвергать тебя такой опасности, Элиза, - вздохнул я, не отрывая взгляда от ее чарующих светлых глаз. Они даже ночью так сияли, что у меня невольно перехватило дыхание. Хотелось плюнуть на всех и просто обнять ее, вдохнуть аромат ее светло-рыжих волос... Почувствовать, хоть на мгновение, что это значит быть счастливым. - Я никогда не смогу простить себя, если ты умрешь. Я ведь даже не смогу защитить тебя в случае опасности...
  - Так вот в чем дело, - тихо произнесла девушка, вдруг что-то для себя поняв. - А может дело не в моей матери, а в тебе? Ты боишься, что со мной может что-то произойти?
  - Конечно, - ляпнул я, не подумав, а когда осознал, что моя фраза прозвучала двусмысленно, попытался хоть немного оправдаться. - Конечно, я беспокоюсь. Я же твой опекун.
  - Ах так, - ухмыльнулась девушка, и прежде чем я успел хоть что-то предпринять, к моему изумлению, поцеловала меня прямо в губы. Я замер, потеряв дар речи. Ничего не понимаю... - Если судьбой мне предначертано умереть, то теперь у меня больше нет сожалений.
  - Но... А-а-а... я... я же твой опекун...
  - Ты так и не понял? - тепло улыбнулась Элиза, крепко обняв меня. - Я давно уже осознала, что тебе не безразлична... Просто... Не важно умру я или нет, я хочу быть с тобой рядом. Быть с тобой всегда.
  - Я... - я так долго себя сдерживал, чтобы не обидеть девушку, и тут вдруг выясняется, что она совсем не против отношений. Все цепи на моей душе, которые я с таким трудом выстроил, в один миг лопнули. Не веря в свое счастье, я крепко прижал к себе Элизу, уткнувшись лицом в ее душистые рыжеватые волосы, и прошептал, боясь спугнуть момент. - А я тебя никогда добровольно не отпущу.
  В тот миг, когда я ее поцеловал, я понял значение слова счастья - это когда твоя любимая отвечает тебе взаимностью, когда столь желанные губы шепчут тебе слова признаний. А ты знаешь, что она только твоя, и ради ее улыбки готов перевернуть весь мир с ног на голову, как бы это глупо не звучало со стороны.
  Больше нет горьких сожалений. Нет больше выдуманных преград. Прости, подруга, но я больше не в силах скрывать свои чувства... Я стал эгоистом, и это мне почему-то очень нравится.
  Даже если это станет для меня роковой ошибкой, я хочу запомнить этот миг навсегда.
  
  Я невольно усмехнулся, взглянув на портрет Элизабет. Эти отношения были самой большой ошибкой в моей жизни. Я так влюбился, что, прыгнув в этот омут с головой, совсем не подозревал, что могу в нем захлебнуться... Мне тогда казалось, что я буду с Элизой всегда. Что она моя судьба. Сейчас-то я понимаю, что, если бы это было бы правдой, она бы так со мной не поступила, сейчас я осознаю, что она меня просто использовала. Расчетливо, хладнокровно... а я и не заметил. Я просто не мог поверить, что она с милой улыбкой вонзит мне кинжал в спину, чтобы стать королевой. Единственное, в чем Элиза отличалась от своей матери - это то, что она умело использовала людей для достижения своих целей.
  Тогда Элизабет все-таки решила поехать одна в столицу, а я тем временем, переместившись в город и дав себе зарок вызубрить пространственную магию, чтобы больше не оказываться в глупых ситуациях, (к моему удивлению я очутился не перед госпиталем Парнаско, а в постели неизвестной мне дамы, которая, увидев какой ей подарок послала судьба, решила немедля его развернуть и наслад... еле успел сбежать через окно от опасности быть задавленным молодой, но пышноватой горожанкой и гнева ее мужчины, который застал эту интересную картинку), первым делом отправился во дворец совета.
  Но эти твердолобые магистры меня изрядно разочаровали. Они даже не пожелали выслушать мои идеи, настаивая на моей молодости и некомпетентности. Моему возмущению не было предела. Я и не компетентен? Меня судят не по заслугам, а по возрасту? Да я спас за последний год больше жизней, чем Верховный целитель за всю свою никчемную жизнь!
  В очередной раз поссорившись с Верховным и нажаловавшись Филу по зеркалу о том, что в его отсутствие Совет совсем деградировал в одноклеточные, я пошел искать лекарство без разрешения магистров. Стефан, обидевшись на мое гневное письмо насчет его идиотизма Председателю Совета, закрыл мне вход в архив, чтобы я не смог продолжить свои поиски. Хорошо, что Азель мне помог достать нужные документы.
  С помощью учителя я сопоставил статистические данные вспышек "Черной болезни" в городах и нашел предполагаемое место очага болезни. Им оказался всеми забытый небольшой город у подножия Рекьюренских гор. Быстро собрав свои пожитки и прихватив карту, я прыгнул на коня и галопом поскакал в то место. За мной увязалась Элиза, мотивируя свои действия тем, что никуда не собирается отпускать меня в одиночку... хотя мне казалось, что это все было из-за того, что она боялась остаться одна в незнакомой столице, даже у моего учителя.
  Рекьюр раньше был большим и процветающим горнодобывающим городом. Но несколько десятилетий назад на него сошел ужасающий силы оползень, сметя и погребя под собой большую часть города. После этой катастрофы Рекьюр стал тихо угасать. Местные упрямо верили, что оползень был гневом местных горных духов за то, что они потревожили эту землю, добывая полезные ископаемые. Самое интересное было еще в том, что в тот же год произошло пару обвалов в шахтах, а камнепад, который завалил дорогу только подтвердил суеверные догадки людей. Многие жители сбежали, испугавшись новых напастей, остались только старые и самые упрямые.
  Но по сведениям, которые мне удалось достать, я узнал, что пару лет назад один энтузиаст, а если точнее, новый наместник Рекьюра, сер Нар Эсхел, решил возродить пришедшую в упадок вотчину с помощью разработки карьера по добыче медной руды и золота. Смешно, но благие намерения наместника стали началом этого кошмара.
  Кто же мог угадать, что они там обнаружат.
  
  На месте Рекьюра я обнаружил мертвый город. Пустой, мрачный... от него так и веяло смертью, обреченностью и злой энергией, которая мешала мне спокойно вдохнуть. Если бы не мои амулеты, которые впитывали в себя эту дрянь, что витала в воздухе, то я бы так и не дошел до города. Маги более чувствительны окружающей энергии, и Элиза сильно возмутилась тем, что я без веской причины решил отправиться в город один. Простые люди не могли почувствовать воздействия на них такого чужеродного воздействия, а я же напротив прекрасно понимал, что подвергнул здоровье девушки Серьезной опасности, поэтому и убедил ее подождать меня, поставив на нее и вокруг лагеря сильные обереги, которые впитывали в себя всю темную энергию. Но это одно - "очистить" одну небольшую поляну и другое - весь город, где веяние темной энергии только усилилось.
  Мне тогда было тяжело физически и морально исследовать этот мертвый город. Приходилось постоянно поддерживать целительское поле, чтобы "очищать" воздух вокруг себя, мои Серебряные амулеты с вплавленными чарами оберегов каждый час чернели, заставляя еще следить и за ними. Мне что-то не хотелось заразиться Черной болезнью, пока не найдено лекарство. Еще неизвестно как она бы повлияла на мой организм, забудь я про меры предосторожности.
  Всегда когда вспоминаю Рекьюр, передо мной вновь и вновь мелькают обрывки воспоминаний, как я мурлыкал себе под нос незатейливую песенку, боясь мертвенной тишины улиц, чувствовал затылком на себе чей-то пристальный взгляд. Страх... он заставлял меня каждые полминуты сканировать улицу, ожидая внезапного нападения.
  Я ощущал, что этот город уже не принадлежит живым, что он давно перешел в распоряжение мертвых, и от скопления темной энергии здесь могла подняться нежить. Если не прямо сейчас, то пройдет год или два и эту округу заполонят неупокоенные мертвяки.
  А все из-за алчности и жадности одного человека. А может это был замысел Пресветлой наказать человечество за излишнее любопытство? Нда, оказывается поездка в Силенвиль не прошла для меня бесследно, я к своему ужасу начинаю видеть в произошедших много десятилетий назад событиях умысел высших сил. Смешно.
  Как Она могла направлять руку того рабочего Риба, что долбя породу, он нашел тот злосчастный сундук? Это она заставила