# Бег по лабиринту. Глава 4a

Юрий Борисович Салов

## Глава 4


Шальнев позвонил своему знакомому, который зарезервировал ему место на дневном рейсе местного автобусного перевозчика в Донецк. Он сделал несколько звонков, отменяя встречи, которые должны были состояться в ближайшие дни, и проверил свой календарь, чтобы убедиться, что не забыл чего-то, что нельзя было отложить.


Когда он убедился, что все в порядке, что все остальное может подождать до его возвращения, он повернулся к своему компьютеру и открыл файл по ДНР. Андрей научился тщательно протоколировать каждый раз, когда работал над делом, которое уводило его из города, что могло означать все, что угодно. По каждому из этих случаев он вел досье с фотографиями, картами, именами агентов, с которыми работал, и именами информаторов, которых использовал. Время, конечно, не стояло на месте, и люди и их обстоятельствами менялись с годами, но восстановление контактов с прежними знакомыми часто было самым быстрым способом приспособиться к изменениям в обществе, в котором эти люди должны были функционировать. Но контакты Шальнева в странах СНГ были более сложными. Нужно было многое учесть.


Будильник зазвонил в половине шестого.

Через несколько мгновений его мысли вернулись к Дмитрию Федорову - верный признак того, что ему пора вставать. Ему показалось, что он слышит шум ветра, отчего его передернуло, но когда он подошел к окну и выглянул наружу, то увидел только деревья на фоне тусклого свечения затянутого тучами неба, и черные силуэты их увешанных листьями ветвей были неподвижны. Он повернулся и пошел в ванную.

Он принял горячий душ, долго стоял под горячей водой, пока не почувствовал тепло во всем теле. Он вылез из душа, быстро вытерся, расчесал мокрые волосы, обернул полотенце вокруг талии и побрился, тщательно подбирая усы. Он высушил волосы, снова расчесал их, плеснул на лицо немного одеколона и пошел одеваться.

В пять пятьдесят пять он уже пересекал широкую прихожую, ведущую на кухню. Он взял банку с кофе, а затем перемолол бобы на несколько чашек. Он думал о Жанне Муравьевой, пока капал кофе, а он нарезал толстые ломти бекона и клал их на сковороду. Пока все это кипело, он прошел по короткому коридору к боковой двери, приготовился к ожидаемому холоду и вышел на лестничную площадку. Затаив дыхание, он поспешил по ступенькам к почтовым ящикам. Когда он вернулся на кухню, бекон уже шипел. Он бросил бумаги на разделочную доску, быстро схватил вилку и принялся перекладывать кусочки бекона на сковородке. он взял два яйца, которые уже достал из холодильника, разбил их в миску, быстро взбил венчиком и положил в миску вместе с ними две зеленые луковицы. Он отрезал два толстых ломтя хлеба от буханки на столе и положил их в тостер, перевернул бекон и вылил яйца на сковородку. Через несколько минут все было готово, слившись воедино, как произведение камерной музыки. Он положил все на разделочную доску, потянулся за газетами и сел есть и читать. Одиночество и смешанные ароматы кофе, бекона и жареного лука делали завтрак его любимым блюдом дня.


Он просмотрел свое донецкое досье, просмотрел лица и имена - достаточно для начала - закрыл папку, оделся и вышел из дома.


Хотя было уже почти девять часов, утро было темноватым с угольным сумраком и грязным туманом, висящим в холодном воздухе. уличные фонари были включенными, как будто был вечер, и все машины на улицах использовали свои фары. Легко было поверить, что до рассвета еще несколько часов. Андрей направился в центр. У него было много времени, поэтому он не боролся с пробками, что давало ему время подумать. Он не потрудился обеспечить жилье в ДНР, предпочитая оставаться гибким. А так он шел с пустыми руками. Он оставил свое оружие дома, что заставляло его немного тревожиться.

***