Сфинкский : другие произведения.

Эльбрус

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:

 []

Назидает ли это?

Бриджит была женщиной с которой я переспал, но она не была моей женщиной. Самый надежный принцип подобных встреч в жизни заключается в том, чтобы не задавать себе вопрос: "Назидает ли это?". Сейчас то, как это произошло, напоминает трагикомическую картину "сумасшедшей клиники", в которой доктор играет джаз, а пациент ему подыгрывает, а тогда...

Шли километры горного машрута и метры подъёма на Эльбрус. И вскоре, забыв про совет своего редактора "остерегаться остановиться в женщине, заблудившись в ее подробностях", я "приклеился" к заднице идущей впереди Бриджит. В голове вместо совета редактора начал повторяться один и тот же (его же) верлибр:

Муравей на стене
Потом на столе
Потом на полу
Потом на пороге
Потом нигде

Шли километры, метры подъёма... Я не отрывался от задницы Бриджит и, соблюдая ритм шага, повторял один и тот же верлибр:

Муравей на стене
Потом на столе
Потом на полу
Потом на пороге
Потом нигде

Снова и снова. Может быть, это были симптомы горной болезни, может - просто болезни, о которой я ничего не знаю пока, но только глядя на задницу Бриджит, я шёл и повторял:

Муравей на стене
Потом на столе
Потом на полу
Потом на пороге
Потом нигде

Шли километры, метры - подъёма...

Муравей на стене
Потом на столе
Потом на полу
Потом на пороге
Потом нигде

Трагикомичность ситуации заключалась в том, что я не помнил продолжение верлибра. И не кого было спросить. Вскоре я заметил, что изменения, происходившие со мной, превратились в скрытую форму отсутствия:

Муравей на стене
Потом на столе
Потом на полу
Потом на пороге
Потом нигде

Ключевое слово - "нигде"!.. И опять: Муравей на стене
Потом на столе
Потом на полу
Потом на пороге
Потом нигде

То, что я забыл продолжение - это только частный клинический случай, а общий - ... я уже говорил: доктор играет джаз, а пациент ему подыгрывает. Женщина "играет" задницей...

Муравей на стене
Потом...

Я стал ей подыгрывать... И как вы думаете? - Что происходит с женщиной, о заднице которой вы думаете постоянно? - Её раздевают. Трогают. Целуют. Ебут... А дальше?

Чтобы спастись от затянувшихся отношений и незнания как их прекратить, я начал размышлять о том, чтобы подумал Карен сам о заднице Бриджит...

Шли километры... Метры... Карен периодически появлялся в моих мыслях и, как капеллан, пробормотав молитву, осенял меня только комическим крестным знамением: "Сгинь, нечистая сила. Останьтесь чистые феррамоны".

И вот тогда, когда мы проходили около скал Пастухова и шли далее на верх - уклон не большой, градусов 15-20, и стало видно, что от скал он становится чуть больше, а снег - жестким, и льда вроде бы нет, но есть:

Муравей на стене
Потом на столе
Потом на полу
Потом на пороге
Потом нигде

Я полностью обезумел, потому, что трижды маньяк тот доктор Кеворкян, кто убивает мысль о женщине в себе.

Потом на столе
Потом на полу
Потом на пороге
Потом...

После часа подъема я начинал ощущать, что белые рифмы верлибра и ветер усиливаются, последний перекатывает невесомый снег по склону, как слова Карена. Чем выше - тем ветер усиливается. Иду в ритме, но замечаю, что язык, пальцы ног и рук начинают потихоньку отмерзать. Решаю во время движения - шевелить всем: языком, пальцами рук и ног - чтобы не дать им отмерзнуть. Одновременно - думаю о об Эльбрусе - чтобы самому не исчезнуть с него:

Скалы!! Боже мой, они казались так рядом, а мы шли до них целых два часа средним темпом. Оборачиваюсь - вижу огромную вереницу фонариков за собой, которая растянулась до Приюта.

Всё!.. Остановка. Надо одевать кошки. Здесь склон становится круче, а снег - жестким. Идем дальше... Вдруг замечаю - то ли у Бриджит не было кошек, то ли рант под них, то ли задница, действительно, исчезла как муравей, только теперь вместе с ними исчезла и нормальная температура моего тела (она - поднялась), и какое-то неопределенное время (которое тоже исчезло) я не чувствовал ничего потому, что стал... мёртвым. Так было нужно потому, что мертвец - неуязвим. И тут я вспомнил!.. Продолжение.

А на стене продолжает
висеть "Муравей"
Так что же тогда
ушло?


 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список