# Бумажные тигры и надувные драконы

Хуан Лаоцзыевский

"Бумажными тиграми" ославил империалистов незабвенный Председатель. "Надувными драконами" осмелимся мы дополнить пробел в мозаике. Председатель, правда, обиделся бы, узнав, что к последним мы причисляем и то государство, к созданию которого он приложил свои ум и энергию.

Все воинствующие национальные капитализмы - надувные драконы. Несмотря на несерьёзность формулировки, попробуем разобраться в её поистине китайской грамотности.

К началу XXI века мир стал фактически полностью капиталистическим. Хоть и не всюду этот капитализм в своей форме одинаков, суть его и направление развития едины. Как правильно учит нас Фукуяма-сэнсэй, близок час "конца истории", когда ценности либерализма (империализма) воссияют по лику всей земли.

Главное же формальное разделение между формами, или, если угодно, типами империалистических государств проходит в отношении их экономики к явлению глобализации (а политики, соответственно - к "неолиберализму"). ТНК империалистической метрополии являются активными проводниками этого процесса, прочие страны делятся на пассивно и активно вливающиеся в глобалистскую систему либо пассивно или активно сопротивляющиеся ей. Последние как правило претендуют на обладание альтернативным сценарием глобализации, образуют своего рода негласный интернационал (больше в намерениях и планах, чем на деле), которому небезызвестный западный интеллектуал дал апокалипсическое именование "Ось зла".

У каждой зверушки свои игрушки. Империализм I, провозглашая свободу, безопасность и развитие, насаждает в подчинённых странах тиранию, террор и хроническое системное отставание. Империализм II больше взывает к традициям, терпению и постепенности, независимость и "собственная гордость" придают ему своеобразную эстетическую ценность. А плоды его всё те же, что и у супостата.

И если с Тигром всё более менее понятно, то Дракон, живущий в мутной воде - существо скользкое.

Он похож вкусившего римской роскоши варвара. И ненавидит, и завидует, и не может уже обойтись без изведанных благ. Притом, за всё надо платить. Коли мало сил для нападения, приходится приторговывать с федератами, преуспевшими в сношениях с Империей.

Но и Метрополия не дремлет, ей тоже есть, что взять на вооружение от суровых соседей.

Империалистические государства взаимопроникают, взаимозависят.

Позволю себе пространную цитату из обзора Константина Рольника по материалам журнала "Социальное равенство":

<...> капиталистическая глобализация не способна уничтожить национальные границы и госаппараты, объективно уже отживающие свой век и препятствующие развитию экономики. Напротив, ТНК пользуется ими как инструментами подавления рабочего класса и установления своего господства в данном регионе. <...>

Империалистическая конкуренция национальных государств не уничтожается, но во все большей мере становится подчиненной конкуренции транснациональных корпораций. <...>

<...> правительства национальных государств пытаются для привлечения инвестиций сделать свои страны максимально открытыми влиянию мирового рынка. ТНК, в свою очередь, поощряют национальные правительства к такой политике, раскрывая перед национальными элитами преимущества глобализации. Национальные правительства, не следующие такой линии, не только подвергаются "субъективному" бойкоту и давлению со стороны международных финансовых организаций и их политических аппаратов, но и объективно, в силу законов рынка, оказываются на обочине мирового экономического развития.

Чтобы привлекать инвестиции и обеспечивать конкурентоспособность своей промышленности на мировом рынке, национальные элиты стремятся к "минимизации внутренних затрат", снижая себестоимость производства за счет уменьшения зарплат и уровня жизни рабочих этих стран, увеличения рабочего дня, отмены социальных льгот и гарантий. Для подавления возможных протестов населения, проводится урезание демократии и политических прав граждан. Это справедливо как для развивающихся, так и для развитых стран, элиты которых стремятся снизить расходы на оплату рабочей силы, сделав их сопоставимыми с аналогичными затратами в бедных странах.

Это о покорившихся, об овцах.. Но ведь и Драконам надо жить, "привлекать инвестиции и обеспечивать конкурентоспособность своей промышленности"!

Дракон жаждет Тигриного богатства, а Тигр Драконьей власти.

В сердцевине обоих этих форм, сокровенно от невооруженного взгляда, имеется жизнеспособный зародыш своей противоположности, своего декларируемого врага ("Там что-то чёрненькое белеется! - Нет, там что-то беленькое чернеется").

Вспомним традиционную и-цзинскую символику.

Тигр - это Инь в Ян (всесильный рынок, поддерживаемый государством), а Дракон - это Ян в Инь(всемугущее государство, питаемое рынком). Оба, сцепившись, приводят в движение машину грабежа и подавления, т.е. "развития".

Все войны, а тем более обе мировые империалистические войны были вызваны к жизни борьбой между империализмами разного уровня развития и типа организации. И во всех случаях в схватке государств побеждала система, дальше продвинувшаяся по пути универсализма. Надувной дракон с виду жутковат, да внутри его - воздух.

Я не зря выделил слово "государства" выше. Всё шло по правилам звериного царства, пока в историю не ввязывался человек. Человек в высшей степени организации - коллективно самодеятельного народа. пролетарские революции, это они прервали Первую мировую, отдаляли вторую, разрушали колониальные империи.

Трудовые массы непобедимы, а государства хрупки. Вспомним кичливую армию Саддама: опала как проколотый мячик, а освобождённая от сковывающих обручей деспотической государственности вавилонская голытьба оказалась способна на остервенелое и неутомимое сопротивление интервенции.

Американскому тигру не по силам переварить проглоченное. Ещё пара таких ежиков в брюхе - и умрёт зверуха в конвульсиях.

Это не значит, конечно, что следует приветствовать империалистическое вторжение, но и не следует особо страшиться его, прячась за спиною "родного" национального капитализма. Он и себя-то нигде защитить не может, на нас ему подавно наплевать.

Как бы не кружились в бешеной схватке Тигр и Дракон, придёт великий демоноборец - железная обезьяна Сунь Укун, и тяжелым крестьянским посохом разнесет в щепки колесо империалистической Сансары.

Аум!