Сапегин Александр Павлович: другие произведения.

Столкновение.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 9.16*360  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Общая сборка после правки ошибок. Низкий поклон моим добровольным бетам. Спасибо Наталия, Андрей и Иван за Ваш труд и помощь.

   Сапегин Александр Павлович
   Столкновение.
   Обложка [автор коллажа - Е.Сапегина]
   Пролог.
     
   - Дайм! Уходи по левому логу! Дайм!
   - Не спеши, Нарси, у меня для наших псоглавых друзей есть пара приятных сюрпризов. Не могу я их оставить без подарка, - Дайм скинул с плеч дорожную сумку, одним движением развязал тесёмки. - Сейчас-сейчас, будет вам пыль горь-травы в глотку.
   - Дайм, не время! Уходим, нам надо сбить их со следа Грона! - рядом с роющимся в мешке мужчиной остановилась высокая белокурая девушка. Ночное светило яркими блёстками играло в её серебристых волосах.
   - Одень капюшон, - рыкнул Дайм, - не отсвечивай.
   - Дайм!
   - Помолчи!
   Наконец он извлёк из горловины заплечной ноши искомое. Объект судорожных поисков представлял из себя небольшой глиняный горшок с два кулака размером. Отойдя в сторонку, Дайм, с маниакальной улыбкой на устах, глядя на которую любой здравомыслящий человек предпочтёт держаться от улыбающегося за линией горизонта, прикопал горшок в земле.
   - Та-ак, теперь фитиль... Нарси, дай табачный порошок.
   - Зачем?
   - Надо! - забрав у напарницы горсть толчёного в пыль табака, Дайм щедрой рукой раскидал его на тропе чуть ниже установленной в кустах бомбы. - Бежим, фитиль тлеет шесть-семь минут.
   - Что ты...
   - Шевели ногами, Нарси! Ветер дует на нас, если мы не уберёмся как можно дальше, то нас накроет облако яда и богиня Салли откроет врата чертогов, - задыхаясь от быстрого бега и морщась от бьющих по лицу веток, проговорил Дайм.
   Добежав до крутого косогора, пара беглецов на мгновение остановилась. Мужчина сбросил капюшон, прислушиваясь к многочисленным перелаям, доносившемся со стороны скрывающейся внизу тропы. Псаны взяли след, и теперь их альфы погнали загонщиков вверх, за людьми.
   - Шевелись! - Дайм подсадил девушку. Та, хватаясь руками за толстые корни, торчащие из земли, споро полезла наверх. Подпрыгнув, Дайм, ухватил свисающий конец, брошенной ему верёвки, и моментально оказался рядом с Нарси. - На перевал! К южному проходу! Бегом!
   Ба-бах!
   - Попались! Гурговы выродки! - радостно крякнул мужчина. Истошный вой умирающих псанов живительным бальзамом изливался на душу минёра. Через минуту завывания стихли, вместо них до людских ушей донёсся рык разъярённых преследователей. - Теперь они пойдут только за нами. Грон может не беспокоиться. Считай, что семена и кровь-трава доставлены князю.
   - Что было в горшке?
   - Огненное зелье, перетёртый корень лердана и порошок из ягод вороньего глаза. Только не говори, что за эту отраву без суда отрубают голову и тебе жалко псоглавых. Я бы их всех, своими руками... Всех, до последнего щенка! - сорвался на крик Дайм.
   Нарси повернулась к напарнику и отшатнулась от горящих ненавистью глаз. Попади под этот взор кто-нибудь из псанов, то он бы сгорел на месте. Настолько всепоглощающим было чувство, испытываемое мужчиной.
   - Я тебя понимаю и не собираюсь осуждать, - сказала девушка, - я бы сама..., - её пальцы судорожно сжались в маленькие кулачки. - Я убила десяток этих тварей и жалею, что мне не суждено убить ещё десять.
   - Ничего, сребровласка, мы добыли траву и семена. Знахари князя приготовят отвар и покончат с мором. Мы умрём не зря. - Дайм остановился. Зоркий взгляд мужчины успел заметить, как в предрассветном сумраке несколько блеклых теней с большими заплечными сумами перемахнули гребень перевала за спинами псанов, что гнались за отвлекающей группой. Дело сделано, Грон и его люди оторвались от преследования, теперь их не заполюют. Половина дневного перехода и начнутся земли людей, где экспедицию ожидают княжеские сотни, которые смогут дать отпор обнаглевшим псоглавым выродкам. - Осторожно. Дальше начинаются осыпи. Не хотелось бы зазря ноги переломать.
   - Дайм, ложись!
   Над головами парочки, плюясь искрами, пролетел огненный шар. Псаны задействовали тяжёлую артиллерию - шаманов. Шар взорвался на осыпи, породив обвал, который отрезал беглецов от южного прохода через перевал. Преследователи купились на устроенное представление и решили, что главная группа людей играет роль отвлечения, а шустрая пара и есть переносчики семян кровь-травы - лекарства от смертельного мора, постигшего людские княжества.
   - Гурговы твари, - в сердцах выругалась Нарси. - Они уже на тропе.
   - Лезем вверх, на уступ, - ответил Дайм, разглядывая десятки согбенных фигур, выползающих на горную тропу из-за кромки косогора. - Рассвет... Как некстати.
   Псаны внизу радостно завыли и залаяли, разглядев в первых лучах дневного светила две человеческие фигурки, упорно карабкающиеся вверх по крутому горному склону. Шаманы, встав в два круга, затянули рыкающие речитативы. В центре рыкающих хороводов родились сгустки пламени, с каждой секундой рукотворный огонь становился ярче и насыщенней, земля под ним почернела.
   "Вот и всё, - подумал Дайм, - живыми нас не выпустят".
   Тра-та-та-та, раздалось с уступа. Мгновенье спустя к звонкому металлическому тарахтению присоединились гулкие хлопки. На тропе разверзся ад. Ошарашенным беглецам показалось, будто гигантские воины с силой втыкают и выдергивают из земли исполинские копья. Псанов разрывало в клочья. Огненный шторм за секунду смёл десятки преследователей, тропа перестала существовать. Оставшиеся в живых псоглавые воины, воя от страха, громадными скачками неслись вниз. Многие не удерживались на крутизне, спотыкались, и к подножию гребня скатывались мешки с костями. Спрятавшимся в лесу повезло немногим больше - они прожили чуть дольше, чем их собратья на горной тропе. Окружающее пространство наполнил противный резкий свист, и невидимые исполинские копья перепахали рощи под горой.
   Дайм и Нарси, чтобы не сорваться вниз от возникшей тряски и не угодить под сыплющиеся сверху булыжники, всеми клеточками прижимались к холодному камню. Через несколько минут свист утих, а к беглецам опустились верёвочные лестницы. Напарники недоумённо посмотрели друг на друга, выбирать не приходилось. Кто бы не помог им, он обладал невиданным могуществом. Кем надо быть, чтобы сотворить такую магию? В головы мужчины и женщины пришли одинаковые мысли, что враг врага может оказаться другом, по крайней мере, они очень надеялись на подобный расклад.
   Подъём с помощью лестниц был несравненно легче, чем медленное карабканье по острым камням. Беглецы одновременно достигли края уступа. Нарси подняла голову вверх и столкнулась взглядом с широкоплечим седовласым человеком в странной одежде зелёного, лиственного цвета с чёрно-коричневыми пятнами и полосками. Серо-голубые глаза нежданного спасителя пробежались по фигуре девушки, отмечая и мужского покроя одежду, и лук за спиной, и походную заплечную сумку, и общий измождённый вид беглянки. Сильные руки с мозолистыми ладонями помогли ей перемахнуть через край. Второй человек в странной одежде помог Дайму. От уведенной картины беглецы застыли в шоке. Весь уступ был заставлен странными домами на колёсах и урчащими железными чудовищами от которых противно пахло сгоревшим земляным маслом. Между домов и железных агрегатов сновали десятки людей, многие из них таскали непонятного назначения заскорузлые деревянно-металлические дубины с торчащими вбок рукоятками. Но самое странное было не в домах и чудовищах, а в том, что на скале за уступом распахнулось громадное окно, за которым угадывался бескрайний лес...
  
   Часть 1.
   Росток.
     
   ...Россия. Дальний восток. Пос. Таёжный. Вадим...
     
   п.Терней - как пример п.Таёжного [] Вадим достал из короба последний груздь, очистил от налипшей листвы и мелких щепочек, придирчиво осмотрел и уложил его в чан. Маловато будет. Если так пойдёт и дальше, то придётся расстаться с планами по засолке пяти бочек грибов. Мало того, что год не блещет урожаем, ещё и нога подводит в самый неподходящий момент. Парень сунул в чан шланг, залив дары природы колодезной водой и приготовил гнёт. Хорошо, что два года назад он настоял на своём и установил в колодце глубинный насос. Дед для порядку побухтел пару дней, потом смирился и одобрил инициативу внука. Как тут не одобрить, когда недоросль убивался половину лета: выкопал глубокую траншею, уложил трубы и провёл воду в дом. Тут хочешь, не хочешь - одобришь. Не переть же супротив Полины, она баба боевая, упрёт руки в боки, встанет на своём и танком её не сдвинешь. С другой стороны, ежели затеяли ремонт по полной программе, то, стал быть, надо его до конца доводить.
   Залив грибы и придавив их крышкой, с уложенным на неё громадным булыжником, Вадим проковылял к щитку и отключил насос. Нет больше ни бабы Поли, ни деда Миши. Жили они долго и счастливо и умерли в один день, точнее в одну ночь. Пять лет назад, когда он с дедом ездил на каникулы к матери в Хабаровск, тот, мечтательно прикрыв глаза, обмолвился, что хочет умереть с газеткой в руках, сидя на унитазе. Чтобы тихо, спокойно, не страдая от старческих болячек и не мучая родных...
   Вадим тогда жестоко обиделся на старика и на мать. На деда за то, что тот собрался умирать, на мать за то, что слушала его разглагольствования и не одёрнула. Он потом два дня с ними не разговаривал. Нет, Вадим знал о том, что люди умирают. Старики в посёлке что-то больно часто повадились отходить в мир иной. Но, дед! Умирать он собрался. А внуку что делать? Куда топать? Матери и сводному младшему брату он даром не нужен. Отчиму тем более. Тот и слыхом не слыхивал, что у жены есть ребёнок не от него, пока дед однажды не заявился погостить на пару дней к дочке. Скандал был знатный...
   Вадим до восьми лет искренне считал стариков своими родителями, мать-кукушка до этого времени ни разу не отметилась в жизни сына. Один раз отметилась - родила. Баба Поля часто сокрушалась, что слишком баловала непутёвую дочь в детстве, прощала, когда следовало наддать ремнём, вот и выросло из Натальи не пойми что. Так всегда бывает, если в голове гуляет ветер - из пятой точки мозги не вложишь. Воспитывать следует, когда ребёнок помещается поперёк кровати, а не тогда, когда он вдоль не влазит. Упустила она дочь, упустила. Троих сыновей вырастила, а дочь не смогла. Не вложила разум в непутёвую голову. Уехав в город, поступать в институт, Наталья пустилась во все тяжкие, нагуляв на втором курсе ребёнка. Предполагаемый папашка, узнав о беременности подруги, моментально исчез за горизонтом, бросив её наедине с растущим животом. Наталья недолго горевала, решив вопрос кардинально. Зачем самой мучиться, менять пелёнки, ночей не спать, если есть родители? Ей надо личную жизнь устраивать...
   На пятом курсе она удачно выскочила замуж за сына какого-то нового русского. Молодожёны получили в виде свадебного подарка тур по Европам, японский джип и магазин. С магазином свалились проблемы с "крышей", но свёкр помог и тут, разрулил острые вопросы. Наталья быстро освоилась в роли хозяйки, держа в ежовых рукавицах и мужа, и бизнес. Рожать она, не думала, но уступила просьбе свёкра, мечтавшего о внуке. Антон был долгожданным ребёнком, став баловнем и любимцем семьи. А Вадим? А что Вадим? Так, с боку припёка, ошибка молодости. Денег и есть не просит, на шее не сидит, старики с ним справляются и ладно. Одним словом - отрезанный ломоть. В свидетельстве о рождении, в графе "отец" у него зиял жирный прочерк, отчество он получил в честь деда, ставшего ему и отцом и дедом в одном лице. Вадим Михайлович Белов - звучит гордо!
   Так получилось, что кроме стариков никому он был не нужен. Детство и юность Вадим провёл в тайге. Сначала дед водил его по грибным и ягодным местам, когда ему исполнилось десять лет, стал ходить за грибами сам. Михаил Пантелеевич не уставал повторять, что в тайге с голоду умрёт только ленивый. Лес прокормит, обует, оденет, надо только знать, что, где взять. В советские времена в Таёжном были мощный лесхоз и пчелосовхоз. Люди зарабатывали приличные деньги, лес и дикоросы шли на экспорт, никого в посёлке не удивляла импортная бытовая техника. Мёд на пасеках уходил моментально, заготконторы выстраивались в очередь. Куда, что делось в девяностых? Первым развалился пчелосовхоз, "полосатые мухи" оказались никому не нужны, пасеки в мановение ока стали нерентабельны, заготовители забыли дорогу в посёлок. Имущество совхоза тихой сапой растащили по домам. Под эту марку дед приобрёл пару медогонок, деревообрабатывающий станок и установку для стяжки бочек. Оплатой послужила четвертьведёрная бутыль чистейшего первача. Лесхоз агонизировал дольше. Но и его постигла печальная участь. Из всех производственных мощностей уцелела лесопилка, перекочевавшая в собственность бывшего директора лесхоза. Люди, оставшись без работы, подались в города, многие спились. Из крепкого посёлка Таёжный превратился в вымирающую деревню. В девяносто восьмом закрыли больницу, переформировав её в фельдшерский пункт. Благо школу отстояли, но дамоклов меч постоянно висел и над ней. Отдел образования, обеспокоенный наполнением классов и возрастом преподавателей, грозился закрыть школу, а учеников перенаправить в Благодатное, но отсутствие автотранспорта и мест в интернате, заставляли чиновников повременить с закрытием.
   Дед осуждающе смотрел на спившихся сельчан, приговаривая, что так опуститься могут только слабые духом и ни к чему не годные люди. Лес набит деньгами, приложи усилие, и они перекочуют в твой карман. Зверь, грибы, орехи, голубица, жимолость, калина, лимонник, брусника, женьшень, берёзовые веники, на худой конец. На рынке килограмм солёных груздей стоит от пятисот до шестисот рублей, особо не напрягаясь, те же грибы можно продать торгашам за триста целковых кило, причём они сами приедут в посёлок, погрузят товар и спасибо скажут, никаких тебе транспортных расходов. Тот же груздь и волнушку влёт разбирают хозяева расплодившихся ресторанов. Отдельной статьёй проходят мёд и кедровый орех - чем не источник дохода? Если с орехом сложнее, урожай у него раз в четыре года, то "мухи" каждый год жужжат. Липы и бархата в округе полно, надо руки из правильного места и терпение иметь, да товар подать красиво. Чтобы последнее утверждение стало былью, а не мифом, Михаил Пантелеевич сам мастерил деревянные бочонки на три, пять и десять литров - зима длинная, есть, чем заняться. Мёд заливался в бочонки, приобретая тот самый товарный вид, после чего сплавлялся в город. Хозяева одной торговой точки, с которыми скентовался шебутной старик, "купились" на оригинальную тару и недорогую закупочную стоимость товара. Да, бывало, они задерживали выплаты на пару-тройку месяцев, медок и грибы раскупали не сразу, но свою маржу дед Михаил имел всегда. С ягодой, кроме брусники, было хуже. Пока принесёшь её из тайги, да довезёшь по буеракам и колдобинам до городского рынка, она превращается в кашу и ни на что, кроме киселя становится негодна. Здесь требовался творческий подход. Варенье и джем неплохо котируются и поныне, хотя в магазинах полно свежих ягод и фруктов. Вари, да закатывай в банки - вот баба Поля варила и закатывала. Дед и Вадим ходили в тайгу, таская до дому короба дикоросов. Сельчане втихую завидовали, но не пакостили. Михаил Пантелеевич, разменяв седьмой десяток, был крепче столетнего дуба, а размер его кулаков по-прежнему соперничал с погаными вёдрами. Да внук у него вымахал на домашних харчах, как бык на комбикорме - на хромой козе не объедешь. Посему Беловых старались не задирать, себе дороже.
   Задевать не задевали, но многие кумушки, стоило Вадиму подрасти и войти в возраст, принялись строить относительно него матримониальные планы и настрополять подрастающее поколение невест. А что, парень крепкий, видный, мужской красотой не обделён, чем не жених? Зарабатывает, не дом будет, а полная чаша. На далеко идущие планы мамаш несостоявшийся жених клал с левым пробором, строя из себя тупого пня и делая вид, что намёков он не понимает. Благо баба Поля и дед, своими словами, видя алчный блеск в глазах некоторых особ, подробно просветили внука в вопросах взаимоотношения полов и что из этих взаимоотношений вытекает. Ещё в пять лет, когда мальчик разглядел в бане разницу между "пистолетиками" и начал задавать наводящие вопросы, дед рассказал ему, откуда дети берутся. Старик не был ханжой и считал, что младенцев в капусте находят только идиоты... Сам Вадим ночную границу между мальчиками и девочками переступил в девятом классе с одной одиннадцатикласницей. У Валентины относительно него не было никаких планов, кроме как хорошо и весело провести время. Кто-то мог сказать, что девица польстилась на малолетку, если бы малолетка не была крупнее и выше большинства одноклассников обольстительницы. Встречались они до самого лета, потом у Валентины был ЕГЭ, выпускной и старый "Москвич", отвёзший девушку в город. Больше они не виделись. Вадиму сильно не хватало весёлой и страстной в постели подруги, он не мог сказать, что это любовь или что-то близкое к ней. Скорее привычка, но девушка успела стать частью его жизни, и тут её вырвали с корнем. До окончания школы у него было несколько свиданий с другими девушками, раза три секс. Но, ни с кем он не встречался больше двух раз. Подруги хотели продолжения отношений - он не хотел...
   Время пролетело быстро, под крылом стариков он дожил до выпускного. Окончив одиннадцатый класс и получив результаты единого государственного, провожаемый строгими наказами и добрыми напутственными словами, снедаемый радужными перспективами, парень поехал в Хабаровск. Планов было море, как бы не хаяли деревню и отсталость местечковых педагогов, многие забывают, что в старых школах преподают преподаватели советской закалки, которые могут и умеют преподносить, а если не понятно, то вдалбливать знания в головы учеников. Результаты ЕГЭ позволяли надеяться на бюджетное место в политехе или железке. Сам Вадим окончательно не определился в выборе профессии. Можно было пойти в медицинский университет, но там требовалось знание химии, которого, в Таёжном, к сожалению, почти не дали. Сказалась-таки отсталость деревенских общеобразовательных учреждений и нехватка преподавательского состава.
   До краевого центра Белов-младший не доехал. ДТП, в которое угодил коммерческий микроавтобус в тридцати километрах от города, перечеркнуло мечты будущего студента. Через два месяца, проведённых в больнице, он, прихрамывая, вернулся домой.
     
   *****
  
   Дед сдал. Вадим тогда до самой глубины души поразился произошедшим с родным стариком изменениям. Из крепкого столетнего дуба, за какие-то два месяца, Михаил Пантелеевич превратился в трухлявую, поеденную короедами, развалину. Старик близко к сердцу принял беду внука, глубокие морщины проложили настоящие противотанковые рвы на его лице, кожа пожелтела, став похожей на древний пергамент. Вадим стоял у порога и судорожно сглатывал, глядя в белесые, слезящиеся глаза деда. Баба Поля на фоне мужа выглядела огурчиком, но и её беда не обошла стороной. Бабушка постоянно бросала на мужа полные боли и переживаний взгляды, она ещё больше ссутулилась, выступающие вены на её ногах стали синее, взявшись многочисленными узелками, пальцы натруженных рук обзавелись шишками на суставах.
   - Приехал. Живой, слава Богу! - проскрипел дед. - Проходи за стол, неча дверь-то подпирать, нехай не отвалится. Садись, Вадимка, поснедаем, чем Бог послал, отметим выздоровление.
   Вадим, перекрестившись на красный угол, прошёл к столу, на который баба Поля наметала нехитрый обед, выставила салат из огурчиков и помидоров, подкрепив его нарезанной колбаской и запотевшей чекушкой водки. Обедали молча, дед не признавал разговоров за столом, свято блюдя принцип глухоты и немоты во время еды. Раздавив с помощью внука и жены "беленькую", Михаил Пантелеевич дождался, пока они завершат трапезу, вытер руки рушником и вперил взгляд, ставших подслеповатыми, глаз в младшего члена семейства:
   - Гуторь.
   - О чём, деда?
   - Ить, совсем немаять слов? Куды таперь, в армию? Институты нонеча промуханы, да не твоя вина в том. Жди повестки.
   Вадим покачал головой:
   - Нет, не годен я к строевой, хромые армии без надобности. Был я в комиссариате, через месячишку за военником поеду.
   - От оно как. Какие планы?
   - Какие могут быть планы, дед? Планы отложены на следующий год, дома буду. Денег подзаработаю. Сено косил? Чувствую, что нет. Дед, ты извини, но работник из тебя сейчас никакой.
   - Цыть! - старческий кулак так стукнул по столу, что посуда, жалобно звякнув, подпрыгнула на месте. - Не твоё собачье дело, решать, работник я или нет!
   - Не гоношись, пень старый, побереги себя, - баба Поля сурово посмотрела на мужа, дед моментально сдулся. Спорить с Полиной в такие моменты было себе дороже. - Не слушай его, сынок. Хорошо, что тебя выписали. Я уже и не знала, за что хвататься...
   Сено пришлось покупать, благо у Вадима оставалось больше половины взятых с собою средств, да старики не растрясли "кубышку". Рулоны под навес пришлось перекатывать в одни руки. Как бы дед не ёрничал и не хорохорился, уставал он быстро, к тому же у него появился нехороший кашель. Сено, комбикорм для скотины, картошка, все хозяйские дела, требующие силы, полностью легли на плечи внука. Вадим убрал и перетаскал в сараи созревший урожай, перекопал огород. Навоз, куда без него с коровой, бычком и двумя поросями, также перекочевал на Вадимовы вилы. Стайки приходилось чистить каждый день, и как старики справлялись без его помощи?
   После приезда внука дед, вроде, потихоньку пошёл на поправку. Освобождённый Вадимом от тяжёлой работы, он занялся пчёлами и садом. Особое внимание старика привлекало деревце, выросшее рядом с облепихой. Михаил Пантелеевич лелеял мечту сделать весной несколько отводков, проверить, пустят ли они корни, уж больно ему понравилось неизвестное растение.
   Если быть точным, тонкий серебристый росток, проклюнувшийся посреди кучи прелой травы и листьев, которые специально складывали под колючие кусты, Вадим заметил ещё в начале июня. Поначалу он хотел вырвать сорняк, но принюхавшись к медовому аромату, идущему от нежных зелёных листиков ростка, решил повременить с кардинальным решением. Интересно, может это и не сорняк вовсе? Дед, которому было указано на серебристого новосёла, согласился с мнением внука. Если что, топор всегда под рукой, срубить никогда не поздно. Тем паче старый экспериментатор хотел посмотреть, как на медовый аромат будут реагировать пчёлы, для чего съездил на пасеку и привез тройку ульев. "Мухи" к инициативе пчеловода отнеслись благосклонно. Им явно пришёлся по вкусу нектар, выделяемый по утрам и вечерам листиками деревца с бархатной, серебристой корой, которое к середине июля вымахало до трёх метров в высоту, выстрелив во все стороны множеством тонких веток и обзаведясь красивой зелёной шапкой.
   Так, в домашних заботах и хлопотах, пролетел остаток августа и почти половина сентября. Победив огород, Вадим отправился в тайгу. Он не оставил планов на высшее образование, по-прежнему мечтая поступить, теперь он определился точно, в медуниверситет. А для поступления требовались деньги на репетитора. Зима впереди долгая, есть все условия, чтобы подтянуть знания по химии. Тянуть деньги со стариков не позволяла совесть, от матери помощи ждать бесполезно, значит, необходимо крутиться самому. А как крутятся таёжники? Правильно - грибы, орехи, ягоды и дичь.
   Тайга, как на горе, совсем не радовала в этом году груздями, приходилось часами ходить по грибным местам, чтобы нарезать пятиведёрный короб. Лимонник тоже не уродился. Оставалась надежда на орехи - шишки1 на кедре было море, поэтому Вадим заранее сговорился с ватагой поселковых мужиков, приготовил молотилку с моторным приводом и сита. Молотилка была его персональной гордостью, как и привод, цепляемый к переделанному заднему колесу "Минска". Раньше шишковать он ходил и ездил с дедом. Но в связи с новыми обстоятельствами стоило скооперироваться с парой-тройкой надёжных мужиков. Чревато соваться в лес и лазать по кедрам одному, были случаи, когда одиночек находили между веток через два, а то и три года после пропажи. Зачастую муравьи успевали объесть незадачливых шишкарей до блестящих косточек. Да много ли возьмешь в одного? Гораздо легче разбить стан и работать группой. Или ты шишку в одну харю палкой сбиваешь, или на толпу кедрину аккуратно, чтобы не сбить кору, обстучать колотом.2
   Планы-планы, сколько бы ты не планировал, не стоит забывать, что на твои предположения всегда могут лечь чужие расположения. Бегая за груздями, Вадим не чурался резать жарёшники. Белые, подберёзовики, подосиновики и маслята неплохо дополняли ежедневный рацион. Хотя большая часть из них попадала в банки - зима длинная, а маринованные грибочки в морозный день у тёплой печи улетали влёт. Иногда грибник заходил к соседке - бабке Ширшихе. На самом деле Пелагея Матвеевна носила фамилию Ширшова, но, как водится, за глаза её звали именно так, иногда добавляя Ширшиха-ведьма. Вадим искренне не понимал такого отношения сельчан к одинокой бабусе. Она никому не отказывала в помощи и никогда ни с кого не брала денег. Стоило только медицине дать на ком-нибудь сбой, а врачам беспомощно развести в стороны руками, как люди вспоминали о старой деревенской знахарке и шли на поклон к нелюбимой и нелюдимой односельчанке.
   Никто не знал, сколько Пелагее Матвеевне лет, на памяти Вадима она всегда была сморщенной бабуськой невысокого росточка. Дед иногда говорил, что в молодости та была огонь-бабой и многие мужики добивались внимания красивой молодки. Но то было, когда он сам босиком носился по лужам, а в памяти сей факт отложился потому, что мать часто кричала она отца, чтобы тот не зарился на бесстыжую соседку. С тех пор утекло немало воды, Пелагея схоронила мужа и двоих детей, четверо младших сыновей и внуки уехали из посёлка лет тридцать назад, после отъезда ни разу не навестив мать, правда иногда отмечаясь редким письмом. Где и как они живут, никто не знал, а Ширшиха не говорила. Со знахаркой Вадим познакомился в семь лет. Случилось это после того, как он навернулся с груши и вывихнул правое плечо. Баба Поля не раздумывая повела хнычущего внука к соседке, справедливо рассудив, что в фельдшерском пункте, в котором два года как отсутствовал хирург особой помощи не дождёшься. Ширшиха осторожно пощупала тонкими пальцами отёкшее плечо мальчика, что-то пошептала, велев бабе Поле налить в таз тёплой воды и подать ей мыло. Намылив руки, она несколько минут водила ладонями по плечу Вадима, который с интересом следил за угрюмой соседкой, тут в её руке будто сам собою возник киндер-сюрприз.
   - Держи, - сказала знахарка. Вадим потянулся за лакомством левой рукой. - Нет-нет, другой ручкой, давай, - она улыбнулась доброй открытой улыбкой, обнажив на изумление белые и крепкие зубы, что было удивительно для древней старухи. Не понимая, что делает, забыв о боли, он потянулся правой. В плече щёлкнуло, резко стрельнуло болью и тут же всё прекратилось.
   - Молодец, - сказала Ширшиха, потрепав "пациента" по голове, глядя, как тот снимает с шоколадного яйца обёртку, вовсю пользуясь правой рукой. - Не болит ручка? Вот и ладненько, не падай больше.
   С тех пор мальчишка стал захаживать к бабке, то грибов ей принесёт, то ягод, иногда помогал по хозяйству: дров наколоть ли, или забор поправить. Сплетницы судачили, мол, приворожила старая карга Беловского внучка. Дед и баба, слушая досужие пересуды, поплёвывали в сторону. Ходить к знахарке они не запрещали.
   В тот день, парень, набрав ведро молоденьких подберёзовиков и маслят, решил проведать соседку, а то что-то долго она не показывалась на улице и в огороде. Не заболела-ли, чай?
   Ширшиха, сжавшись в позу эмбриона, лежала на старом, продавленном диване, в доме было не топлено, в воздухе витал тяжёлый дух ожидания смерти. Увидев Вадима, она с трудом разомкнула губы и протянула ему руку:
   - Возьми, - прошептала она. В глазах старухи плескалась неимоверная горечь, боль и тщательно скрываемая надежда. Вадим отступил на пару шагов назад. - Возьми, возьми, ВОЗЬМИ! - запричитала знахарка. - ВОЗЬМИ! Ты можешь, возьми!
   Понимая, что ещё не одну сотню раз пожалеет о необдуманном поступке, он шагнул вперёд, протянул руку и коснулся маленькой старческой ладошки. Пальцы пронзило электрическим разрядом, лицо Ширшихи расслабилось, казалось, она помолодела на четверть века.
   - Благословляю. Не греши, - тихо сказала знахарка, - деньги в верхней полке... Иду, Сёма...
   Бабка, лицо которой стало необыкновенно умиротворённым, повернулась на спину, сложила руки на груди и закрыла глаза. Грудь её несколько раз поднялась, на пятом или шестом вдохе остановившись окончательно. Пелагея Матвеевна умерла...
   - Матвеевна умерла, - огорошил Вадим деда, переступив порог дома.
   - Царствие Небесное, - набожно перекрестилась баба Поля.
   - Я ей грибов хотел..., а она...
   Знахарку похоронили в дальнем, старом конце кладбища рядом с заброшенной, заросшей бурьяном могилкой, на медной табличке креста которой ещё, поднапрягшись, можно было прочитать: "...Семён Аристархович Ширшов род. 07V...95...", дата смерти идентификации не поддавалась, как и эпитафия под ней. На новом деревянном кресте была приделана табличка с фамилией усопшей и датой смерти, когда Пелагея Матвеевна родилась, так и осталось тайной, ни паспорта, ни каких-либо метрик в доме не нашли. Документы как сквозь землю провалились. Вадим подозревал, что она не на много моложе покойного мужа и давно перешагнула вековой юбилей. На почте он отбил несколько телеграмм на адреса, указанные на конвертах, обнаруженных в верней полке комода рядом с похоронными деньгами. На похороны приехал младший сын с внуком. Визуально сыну было далеко за шестьдесят, да и внучок разменял четвёртый десяток - здоровенный мордатый детина за рулём крутого японского джипа.
   Внук знахарки развил бурную деятельность, никто в посёлке и моргнуть не успел, как старый, но крепкий дом покойной и обширный земельный участок с протекающим через него ручьем и подступающим сосновым бором, перекочевали в собственность ушлого потомка. Дед осуждающе проскрипел, что некоторые алчные выродки умеют маскироваться под людей, но смерть предков расставляет всё по своим местам, денег куры не клюют, а на достойный памятник копейку зажал. Дрянь человече...
   В конце сентября случилось то, чего Вадим боялся больше всего на свете...
   Не было ни предчувствия, ни пресловутых болей в сердце и душе, ничто не говорило, что что-то случится. По-привычке он проснулся в половину седьмого. В это время баба Поля обычно успевала подоить корову и похлопотать на кухне, но сегодня в доме было необычайно тихо. Прислушиваясь к натужному мычанию Зорьки, Вадим вышел на порог. Странно, свет в стайке не горел. Так-так, он прошёл в летнюю кухню и наткнулся на полные бадьи запаренного с вечера комбикорма. Скотину никто не кормил. Похолодев, парень рванул в дом.
   Дед и баба, обнявшись, лежали на кровати. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что они больше никогда не проснутся. Вадим тихо съехал на пол, уперевшись лбом в колени. Сбылась мечта старика, пусть он и умер не с газеткой в руках, сидючи на унитазе. Смерть пришла к нему во сне, забрав с собой и его и любимую супругу. Безносая поступила в высшей степени гуманно, взмахнув косой для двоих, не мучая их старческими болячками и не вгоняя в маразм.
   Вадим сидел в дверном проёме, безучастно смотря перед собой. Дед и баба ушли, а как же он? Что ему делать? Как бы его не воспитывали, не приучали к мысли о смертности родных и близких, не напоминали, что Смерть может прийти в любой момент, она явилась, как всегда, неожиданно. Да, её ждали, но не в этот день и не в этот момент. Он не дожидался, привыкнув, что за спиной есть кто-то, кто направит и посоветует, тот, на кого можно положиться и молча пожаловаться на превратности судьбы и несправедливость жизни. Они ушли..., он остался, теперь ему одному противостоять проблемам и превратностям и привыкать не надеяться на помощь родного плеча и доброго слова. Теперь он один...
   Вадим тяжело поднялся и, еле переставляя ноги, поплёлся к соседке. В груди было непривычно пусто. Тётка Лариса моментально заподозрила неладное, услыхав новость, ахнула, прикрыв рот ладошкой. Благодаря её помощи он как-то пережил первый, самый трудный день. Дальше не было легче - нет, просто на парня свалились все хлопоты по хозяйству, не дав горю захватить его полностью. Перемежая дойку и кормление, он носился по инстанциям, прося, требуя, оформляя и оплачивая, отправляя телеграммы родственникам и пытаясь дозвониться матери. Вечером второго дня порог дома переступил представительный мужчина в осеннем плаще и костюме-тройке. Гость оказался нотариусом, оказывается, старики в августе месяце, за неделю до выписки внука из больницы, составили завещание, коим оставляли всё на Вадима, признав его единственным наследником. В собственность парня переходил дом, земельный участок, коллекция серебряной, ещё царских времён, утвари и старинные Библии, стоимость которых он даже не брался предположить - однозначно много и сто пятьдесят тысяч рублей, заблаговременно снятых с книжек.
   "...Не то черви, сынок, что мы едим, а то черви, что нас едят... Предай нас огню... Прах к праху, лучше удобрить пеплом медовое дерево у облепихи, чем накрывать стол червям, обойдутся без меня, вот и Полина о том же глаголет... Перед Богом все равны... ". Вадим читал последние строки эксцентричного дедовского наказа и не видел слов, слёзы застилали глаза. Мужчины не плачут..., не плачут... - плачут и ещё как, только тихо, в кулак, вглубь сгораемой юности.
   На похороны не смог приехать только средний сын деда - дядька Валера. Валерий Михайлович жил в Питере, он обещался прилететь на девять дней, меж тем оформив денежный перевод на двадцать тысяч рублей. Виктор и Сергей Михайловичи приехали с жёнами, вечером третьего дня нарисовалась и мать. Одна. Её благоверный никогда не пылал любовью к старшему Белову, ни при жизни, ни после смерти. Мать напомнила Вадиму мордатого внука Ширшихи, она попыталась заикнуться о продаже дома и наложить лапу на столовое серебро, но была жестоко обломана сыном. Из дедовского наследства он передал дядьям и матери по одной Библии и на этом закрыл тему. Мать манерно обиделась, на что Сергей Михайлович указал, что на обиженных воду возят, на этой ноте она прекратила всяческие поползновения отхватить куш. Строго следуя завещанию, Вадим пригласил священника и сложил в дальнем конце огорода громадный погребальный костёр, на который ушло три машины дров.
   Жаркое пламя облитых соляркой поленьев скрыло гробы. Красные языки проводили души на небеса. Сельские сударушки не преминули почесать языки про последние похороны - Беловы живыми были не совсем от мира сего, стараясь выделиться из общей массы, они и после смерти отличились. Всё у них не как у людей, надо же устроить преставление, показать, какие они особенные. Вадиму было плевать на кривотолки, потреплются и престанут. Пепел погребального костра удобрил землю у медового дерева с серебристой корой, там же появились два аккуратных мраморных надгробия, извещавших - родился, умер, а сударушки пусть треплются...
   Всё проходит. Постепенно парень втянулся в суровые будни одинокого бобыля. Ему было не привыкать справляться по хозяйству, за пару скорбных дней он незаметно для всех превратился из недоросля в самостоятельного взрослого мужчину, которому по плечу преодолеть житейское море. После похорон пришлось корректировать планы на осень и зиму. Вычеркнутым оказался пункт, согласно которого намечался калым на кедровых орехах. Выезд в тайгу предполагал занять пару недель, но корова, свиньи и пчёлы никак не вписывались в сие расписание, поэтому от орехов пришлось отказаться. Покупателей на пчёл тоже не нашлось, кому охота выкладывать деньги за семьи, не зная, как они перенесут зиму, мало ли хозяин говорит, что протравливал и обрабатывал, клещ и обработанных пчёл уничтожал за милую душу. Наступит весна, там ясно будет. Вадим прикидывал и так и эдак, по всему выходило, что от коровы к лету придётся избавляться, никто не будет ухаживать за чужой животиной, пока хозяин постигает азы науки. Только что делать с домом? С посудой и Библиями проще, их можно сдать в какой-нибудь банк на хранение, а дом ни в одну ячейку не влезет, продавать он его не собирался. Сдать бы кому-нибудь в наём, но кому? Сплошные вопросы и никаких ответов или подсказок на оные. Не надумав ничего конкретного, он решил сначала дожить до весны, а там вернуться к назревающей проблеме.
   Пока суть да дело, потихоньку пополнялись бочки с груздями, осень выдалась тёплая и парень старался урвать причитающееся. На соседнем участке появились строители. Внучок Ширшихи подозрительно долго крутился у дома бывшего директора лесхоза, к бабке не ходи, мордатый владелец японского внедорожника стал обладателем лесопилки, иначе, зачем ему понадобилось строительство нового дома? Приезжие оказались иркутянами. Фирма с берегов Байкала специализировалась на строительстве домов из оцилиндрованного бревна. Местные пророчицы в кои-то веки оказались правы - лесопилка и деляна под вырубку сменили хозяина. Мордатый быстро перетасовал кадры, поменяв таёжнинских мужиков на китайских гастрабайтеров, готовых работать за сущие копейки в самых нечеловеческих условиях. В посёлке и так было туго с работой, а тут последний законный заработок уплыл на сторону. Мордатому намекали не злить лихо, в каждом первом дворе имеется ствол, а то и не один, да через один нарезной, но тот чужих советов не слушал и не обращал внимания на затаивших злобу безработных лесорубов. Китайцы моментом понаставили на пятнадцать километров вокруг деляны капканов и петель, хищнически уничтожая дичь. Охотники из местных пару месяцев терпели, в конце концов навестили южных соседей. Под блеск чёрного воронёного металла они потребовали унять аппетиты, в противном случае никто не гарантирует пришлым браконьерам, что пуля-дура не спутает их с каким-нибудь редким зверем. А там тайга большая, пойди, разберись, кто стрелял? Петли и капканы исчезли через три дня, русский язык, как оказалось, понимают все без исключения, если он подкреплён соответствующими доводами, а то, что китайцы рубят лес, то их хозяин на лесоповал загнал, а кушать каждый хочет, китаец он или русский Ваня, тут к трудолюбивым работникам нельзя придираться.
   Поселковые и мировые новости проплывали мимо сознания Вадима, разум которого был занят другими вещами. Без внимания остались статьи в газетах и телепередачи, освещающие строительство таинственных порталов в Индии и соседнем Китае. Сельчан не трогали победные реляции, посвящённые открытию новых заводов на Урале и западе России, ветер пропагандируемых перемен дул как-то мимо дальневосточной глубинки и никак не отражался на благосостоянии простых россиян. Ну, строят что-то там в Комсомольске-на-Амуре, так до того строительства полтыщи вёрст раком по буеракам. Парень активно зубрил школьный курс органической и неорганической химии. Нанятая им старая школьная учительница, лет десять как ушедшая на заслуженный отдых, поражалась упорству Белова-младшего, от всего сердца желая нанимателю успешно поступить в намеченное учебное заведение.
   В январе в Таёжный приехали дедовы знакомцы из Хабаровска. Узнав, что Михаил Пантелеевич почил в бозе, они сперва опечалились, как же - коммерсанты надеялись отовариться лесными разносолами, но внук почившего успокоил покупателей. Есть, мол, партия товару в количестве пяти столитровых бочонков. Парни тут же обрадовались, озвучив закупочную цену, оказавшуюся несколько ниже той, по которой они работали с дедом. Чего греха таить, на сто рублей за килограмм ниже. Видно рассчитывали, что молоденький хозяин берлоги в дремучем углу польстится на общую, довольно приличную сумму. Но молодой медведь оказался совсем не тем косолапым увальнем, которого в нём увидали. Вадим покивал, улыбнулся и вытурил незваных гостей за калитку. Езжайте, гости дорогие, туда, откуда приехали, за те смешные деньги, которые вы предлагаете, он сам свезёт грузди в город и продаст по четыре сотни за кило. Или вы рассчитываетесь по заранее оговорённой с дедом таксе, причём сразу, а не после продажи товара, или уматывайте. Купцы удивились озвученным условиям: почему сразу? За наглость. Да будет им известно, хрустящие дары леса третий год собираются исключительно им и дед не делал перед внуком никаких коммерческих тайн. Победила молодость. Несколько расстроенные любители солёного сначала не хотели слушать про мёд, но были сражены наповал запахом и вкусом сладкого товара из "особливых" туесков. Дед успел откачать по бидону из трёх ульев, ради эксперимента выставленных в огороде рядом с "медовым" деревом. К тому времени Вадим продал большую часть мёда, взятого с семей на пасеке по бросовым ценам скупщикам из районного центра, придержав главный товар. Чуть белесый, карамельного цвета медок до одури пах летом, бархатом, и солнцем, плавно тянулся за ложкой, переливаясь золотистыми искрами. Золото, а не мёд. ... Опять победила молодость. Купцы выставили мировую, переночевали у молодого и не по годам ухватливого продавца, и по зорьке двинулись обратно. Почему-то Вадим не сомневался, "особливые" туески вряд ли будут выставлены на витрину - разойдутся по друзьям и знакомым в виде дорогих подарков. Себе он оставил один молочный бидон.
   Долго ли, коротко ли, просвистел ветрами февраль, Зорька отелилась голенастым телком, на завалинках потемнел и осел снег. Строители с берегов Байкала закончили возводить хоромину мордатому внучку и теперь подводили верхние венцы баньки, вставшей в пятнадцати метрах от дома у излучины ручья. Соседями они оказались хорошими и не пакостливыми. Бригада иркутян работала давно и была на диво сплочённой - мужики стояли друг за друга горой. К слову, сдать объект они рассчитывали к концу января, успев до морозов залить фундаменты дома и бани, но форс-мажоры со снегопадами и общая удалённость Таёжного от железной дороги, существенно сдвинули сроки окончания стройки. Пришлось мужикам задержаться. Сказать, что у них не было конфликтов с местными задиристыми петухами, значит соврать, были и гулянки, и мордобои. Как всегда делили не водку - делили баб. Вадиму причины были не интересны. Он, к собственному удивлению, разбирался с последствиями...
   Первый раз ЭТО случилось второго января. Посёлок гулял. Кто из россиян не любит Новый Год? Сложный вопрос, народный праздник требует народных гуляний, но не выносит излишних возлияний. В любом случае найдутся те, кто нажирается больше, чем может выпить, но меньше, чем хотел. Таким господам окрестные моря становятся ниже щиколотки, а душа требует простора. Один из таких "распростёртых" топал на автопилоте мимо дома Ширшихи, совсем некстати вспомнив учинённые пришлыми строителями обиды. В роли яблока раздора в этот раз выступала эфемерная то ли Елена Прекрасная, то ли Манька Грудастая с Заречной улицы. Вспомнить-то он обиды вспомнил, но доказать их и наказать виновного в личных горестях не смог. Иркутяне ласково проводили незваного гостя. Как ласково? Синяк под глазом у того был почти не виден. Носитель блеклой подстветки, как мультипликационный Карлсон, обещал вернуться. Через час у калитки будущего особняка ошивался пяток "приведений с моторчиком", в том смысле таких же синих и прозрачных, как трезвышко охотников до молодецкой забавы - кулачного боя. На всю улицу сыпались угрозы, иркутянам предлагалось "ответить за базар". Слово за слово и пару пузырей подогрева, завязалась потасовка между самими правдолюбцами. Драчунов вынесло к дому Вадима, где они расставили точки над i, проверили целостность физиономий, перетёрли по понятиям и решили выпить по мировой. Где брать "мировую"? Да вот же дом, попросим хозяина, он нальёт, но хозяин наливать отказался... Ах, ты-ж, сука, своих не уважаешь? Вадим "приласкал" троих не сходя с места. Может он и охромел после аварии на одну ногу, но кулаки у него меньше не стали и стать Беловская никуда не делась. Один из стукнутых свалился на землю, зайдясь в припадке. Назревающая драка затихла сама собой. Тут на Вадима накатило, он, придавив коленом припадочного (им оказался Кирилл Нежданов, старший брат одноклассника Вадима, был он лет на пять старше самого хозяина дома), положил ладони ему на голову и подержал с десяток секунд. Парень перестал дёргаться, чуть-чуть полежал на снегу и открыл совершенно трезвые глаза.
   Кто первый сказал "колдун" - неизвестно, но шепоток быстро разнёсся по замершей толпе. Драчуны растеряли пыл и предпочли ретироваться. Кто знает, на что способен беловский выродок - нашлёт порчу, доказывай потом, что не верблюд. У короткой драки, оказывается, был ещё один свидетель...
   На следующее утро Вадим, покормив Зорьку, выходя из стайки, столкнулся с бригадиром иркутян...
   - Доброе утро, - первым поздоровался Вадим, чувствуя нутром, что Геннадий Михайлович Фомин, бригадир строителей и тёзка по отчеству, пришёл не просто так. Строители, пока Зорька не ушла в запуск, покупали у парня молоко, в связи с чем он быстро со всеми перезнакомился. Пожилой, тёртый жизнью калач, несколько заискивающе и робко смотрел на парня:
   - Доброе, Вадим Михайлович, - проявил вежливость гость.
   Хм-м, что-то новенькое, точно к ночи снег пойдёт, гордый, знающий себе цену, командир пришлых "варягов" снизошёл до величания молодого пацана по имени-отчеству.
   - Проходите в дом, там скажете, что вас привело ко мне ни свет ни заря.
   - Спасибо.
   Войдя в дом, гость стрельнул глазами из стороны в сторону, перекрестился на красный угол, который Вадим оставил нетронутым после смерти деда и бабушки, и в некой нерешительности остановился у шкафчика для верхней одежды.
   - Не стойте у порога. Чай, кофе или может, что покрепче?
   - Спасибо, от кофе не откажусь. Э-э, две ложечки сахару, забеливать молоком не надо.
   - А коньяком?
   - Не стоит, - улыбнулся бригадир на лёгкую подначку.
   Вадим на секунду замер у кухонного гарнитура. До него только что дошло, что гость предстал перед ним с чудным цветным переливающимся ореолом вокруг тела, и он откуда-то понимает значения цветов. Удивляться сил не было, эмоции кончились вчера. Бессонной ночью он долго думал и сопоставлял эпизоды вечерней драки и накатившей на него потребности помочь болезному односельчанину. Все логические выводы, так или иначе приводили к бабке Ширшихе, как он не хотел брать НЕЧТО, предлагаемое умирающей соседкой, знал, что не простой дар она отдаёт. Тряхнув головой, словно отгоняя мошкару, парень плеснул в кружки кипятка, после чего наметал на стол пару вазочек с различным печеньем и поставил розетки с мёдом и земляничным вареньем. Бригадир сидел за столом с каменным лицом, молча наблюдая за манипуляциями хозяина.
   - Прошу, не побрезгуйте угощеньем, - вспомнив одну из любимых дедовых присказок, сказал Вадим.
   - Благодарствую, - иркутянин был предельно серьёзен. Отдав должное великолепному мёду и душистому, с запахом лета, варенью, мужчина перешёл к сути визита, - Вадим Михайлович, вы колдун?
   - Вы верите в колдовство?
   - Тогда по-другому, вы - экстрасенс? И в колдовство не верю, я существо приземлённое. Верю в вещи материальные, которые могу пощупать руками или увидеть глазами.
   - Тогда вы не по адресу, - ответил Вадим, которого начал утомлять только что начавшийся разговор, - материальных свидетельств колдовства представить не могу.
   Гость, видя резкую перемену настроения хозяина, пошёл на попятный:
   - Я видел, хм-м, ночной инцидент...
   - Вот оно что! Чего же вы хотите от меня?
   - Посмотри Сергея, - от волнения бригадир перешёл на "ты".
   - А что с ним не так?
   История Сергея, парня двадцати трёх лет от роду оказалась проста, как мир. Не послушав наказа старших товарищей, тот попёрся на дискотеку. Чужих девчонок он не цеплял и вроде уже успел познакомиться с несколькими поселковыми парнями, чтобы их считать пусть не друзьями, а почти корешами. Но разгорячённым алкоголем задирам это оказалось далеко до фени, как и заступничество земляков. Парня вызвали в тёмную подворотню. Драки не было. Сергея сбили с ног и несколько раз пнули. Один из ударов пришёлся по позвоночнику. Парень на первый взгляд легко отделался, на теле у него не осталось даже синяков, так как пинавшие его были сами насинячеными до поросячьего визга. Но это на первый взгляд... Через месяц у него начали болеть руки, стала пропадать сила, пальцы разжимались сами собой...
   - Приводите, - Вадим одним словом завершил разговор, поняв, что не может бросить человека с подобной бедой один на один. Оставался вопрос к строителям, почему они не обратились в фельдшерский пункт или не отвезли парня в город, техника-то у них есть. Ждали с моря погоды? Фомин поблагодарил за кофе, раскланялся и пошёл к бригаде.
   Прошло пятнадцать минут, лай Снежка возвестил о новом визитёре или визитёрах. А где ты был, сторож хвостатый, когда приходил бригадир? В конуре сидел, прохиндей? Почему не лаял?
   Фомин пришёл в компании троих подчинённых.
   - У них тоже руки ослабли? - спросил Вадим. - Нет? Тогда я вас не держу. Сергей, останься. Калитку не забудьте закрыть.
   Цветной ореол вокруг парня был блеклым, сильно проигрывая в яркости соцветию бригадира, на грудном отделе позвоночника больного поселилась серая клякса, в самом центре которой пряталась небольшая чёрная точка. Нашлась причина бед молодого человека..., что с тобой делать-то, клякса с ножками?
   Вадим тщательно вымыл руки с мылом:
   - Разденься до пояса, - приказал он Сергею. - Верх сымай, штаны можешь оставить и ложись на диван лицом вниз.
   Сергей, на которого неожиданно сильно подействовали хриплые, гипнотические интонации в голосе молодого экстрасенса, впал в прострацию, на полном автомате скинул с себя свитер и футболку. Словно сомнамбула, на ногах-ходулях, он подошёл к указанному дивану, плашмя плюхнувшись на него. Действуя по наитию, Вадим кончиками пальцев, едва касаясь кожи, покрывшейся мурашками, провёл вдоль позвоночного столба парня. Подушечки едва ощутимо покалывало. В районе чёрной точки по рукам прошёлся странный разряд, невольному доктору показалось, будто у него засветились ладони, Сергей болезненно вскрикнул.
   - Лежи, не дёргайся! - прошипел Вадим. - Терпи, казак..., хм-м, на этом пока всё. Одевайся. Придёшь вечером. Возьми сменное бельё.
   Пациента не надо было упрашивать. Моментально облачившись, он, чуть ли не бегом сбежал от страшного соседа, хлопнув входной дверью. Через пару секунд скрипнула калитка.
   - Ну, Пелагея Матвеевна, ну, удружила. Век тебя помнить буду, - смахнув со лба крупные градины пота, сказал новоявленный знахарь. - И, что мне теперь со всем этим делать, а? Я и так в чудиках хожу, только славы злобного колдуна мне для полного счастья не хватало, - он посмотрел в окно, выходившее на бывший дом Ширшихи, сейчас там половина бригады обступила кругом его клиента, по-видимому, выпытывая подробности. - Не сиделось вам на берегу Ангары, ловили бы себе омуля, нет, припёрлись...
   День прошёл тихо и буднично (зубрёжка химии и биологии, повторение русского и английского языков), за исключением того, что Вадим растопил баньку. Интуиция подсказывала ему - следующий этап лечения должен быть именно там. Сергей появился в половину восьмого вечера, провожали его будто на убой. Несчастный, сейчас его злобный колдун разберёт на ингредиенты для зелий. Но ожидания клиента сотоварищи не оправдались. Вместо алхимической лаборатории его отвели в жарко натопленную баню, где хорошенько отхлестали веником, после чего, распаренного до одури, положили на пороге между парной и мойкой. На красную, как у рака, спину поклали свежий берёзовый веник, ручку которого обстучали обушком небольшого топорика.
   Вадим, с чувством выполненного долга смотрел на свою работу. Черная точка исчезла, будто её не бывало, серый цвет кляксы сменился на молодую зелень, да и сами границы бывшей мутной области расплылись и потеряли очертания, сливаясь со здоровым ореолом. Влив в Сергея сто пятьдесят грамм водки, он отправил его восвояси, наказав на неделю воздержаться от работы, в противном случае знахарь ни за что не ручается. Опьяневший от водки и от счастья парень, не чувствуя ставших привычными болей, рассыпался в благодарностях, сулил деньги, говорил, что он теперь должник до гробовой доски. Увидев протянутые ему мятые тысячные купюры, Вадим озверел, выхватил деньги, запихав их бывшему пациенту за пазуху, и на пинках выпроводил того из бани. Придурок, какой придурок...
   - Ты прости его, - сказал утром Фомин, - не держи зла на Серого. Молодой он, глупый, не знает, что для таких, как ты, взять деньги - грех. Мы лучше тебе беседку у ручья поставим, материала у нас навалом, хорошо?
   - Как пожелаете, ты только не нагружай его с недельку, да вместо матраса пусть на досках поспит, - почему на досках и почему неделю Вадим и сам не мог сказать, но так было надо, так было правильно.
   Через месяц, в последних числах февраля, Снежок остановил у калитки ещё одного посетителя, прибывшего с берегов Седого Байкала - Степана Загоруйко. Здоровенный детина, родители которого, коренные харьковчане, по комсомольской путёвке приехали строить БАМ, да так и приросли корнями к сибирской землице, работал у Фомина и крановщиком, и кровельщиком, и плиточником, и мастером на все руки. Стёпа серьёзно сошёлся с Тоней Павловой, сельской почтальоншей, миловидной тихоней среднего росточка. Кроме симпатичного личика и спокойного характера у Антонины были два несомненных преимущества - красивая грудь и богатая коса, опускавшаяся ниже пояса. Несмотря на милый характер, холостячка Антонина который год давала всем потенциальным женихам от ворот поворот. Бабы уже начали говорить про неё нехорошее, но тут неприступная крепость почти сдалась... Под таким напором любая бы выбросила белый флаг. Ухаживал Степан красиво, дарил цветы, которые привозил после рейсов в город, встречал и провожал с работы и на работу (как ему Фомин спускал с рук прогулы?), на почте отремонтировал двери и перегородку, сколотил новый стенд. Местные мужики, наученные горьким опытом, делали ставки, когда Тонька запульнёт ухажёра куда подальше, но та не спешила радовать общественность. Эксперты сарафанного радио поголовно сходились во мнении, что начальнице почтамта надо срочно подыскивать новую работницу, ибо нонешняя не сегодня-завтра помашет Таёжному голубым платочком. Весна приближалась, любовная лихорадка набирала обороты. Уж кого-кого, а встретить у порога Стёпу, Вадим ожидал меньше всего.
   - Привет, Степан.
   - Привет..., - Загоруйко упёрся взглядом в подтаявший сугроб у завалинки, покраснев, как маковый цвет. Как всё запущено-то...
   - Я это, - промямлил Степан.
   - Стёпа, ты рожай быстрее, не тяни резину.
   - Ну, это, лучше в доме...
   - Понял, не дурак. Был бы дурак, не понял, - Вадим пригласил краснеющего мужика в дом, на всякий случай оценивая состояние его ауры и цветовую гамму органов. На первый взгляд всё было в порядке, гость просто светился богатырским здоровьем. - Слушаю, Степан Борисович.
   Загоруйко сорвал с головы шапку, принявшись переминать её в громадных кулачищах как застоявшееся тесто:
   - Я это, - завелась волынка по второму кругу, - Вадим Михайлович, с девками..., бабами у меня..., того...
   - Только не говорите мне, что ни разу ещё не "того", - усмехнулся Вадим.
   - Да нет, того, но у меня не того..., не стоит, вот...
   - Интересные пироги, а как же вы с Антониной?
   - Ну-у, мы ещё..., она такая..., ну-у..., - лицо Степана стало настолько пунцовым, что переспелые помидоры скисли бы от зависти.
   - Ладно, - Вадим еле сдерживал себя, чтобы не рассмеяться в голос. Похоже, у Степы был сдвиг в мозгах и проблемы прятались в психологическом буреломе, в остальном здоровья у него было, хоть отбавляй. - Помогу я вашему горю или счастью, тут как посмотреть. Железные деньги есть с собой?
   - Есть, - Степан пошарил в кармане штанов, выудив оттуда три металлических десятирублёвки. - Вот, больше нету, я сбегаю, принесу ещё, если надо.
   - Стой. Куда собрался? Трёх десяток хватит.
   Вадим забрал у него монеты и демонстративно пошептал над каждой, после чего протянул их хозяину:
   - Держи, я тут заговор сделал на мужскую силу, сошьёшь в трусах кармашки, в них будешь вкладывать монеты. Трёх дней хватит за глаза, чтобы всё наладилось. Одна десятирублёвка на один день, смотри, не переборщи, Казанова.
   - Спасибо, - Загоруйко смотрел на блестящие дензнаки, как на величайшее сокровище. Да-а-а, припекло мужика, ни отпечь, ни пережарить. - До свидания.
   Прошла неделя, Вадим пошёл за хлебом в продуктовый магазин, возле которого встретил буквально светящихся счастьем влюблённых голубков. Судя по довольному виду Антонины, в постели у них было больше, чем отлично, что подтвердилось через несколько секунд. Загоруйко незаметно подмигнул благодетелю и показал ему большой палец. Самовнушение - вот великое чудо! "Благодетель" улыбнулся в ответ и встал, как вкопанный. Доигрались голубки - в животе Антонины горела яркая искорка...
   - Степан Борисович, Антонина Сергеевна, можно вас на минутку?
   - Что-то случилось? - тень беспокойства набежала на лицо Степана.
   - Можно и так сказать. Извините, что вмешиваюсь в вашу личную жизнь, но, какие у вас планы?
   Степан расплылся в улыбке:
   - Мы заявление в ЗАГС подали, если ты про это?
   - Хорошо, - тут Вадим позволил себе расслабиться и улыбнуться в ответ. - Антонина Сергеевна, вы, - шепнул он будущей мадам Загоруйко, указав взглядом на плоский, скрытый шубкой животик, та мило покраснела и неверяще стрельнула глазами. Вадим подтвердил новость тихим голосом:
   - Поздравляю. И с тем, и с другим.
   О том, что ему не поверят, он не думал. Новость, что в посёлке появилась вторая Ширшиха, точнее Ширших, а ещё точнее, что Белов оказался знахарем, давно разлетелась по дворам и была достаточно обсосана на кухонных посиделках. Бабы доказывали друг другу, что они знали, что по другому просто быть не могло. Кто, скажите, в здравом уме будет жечь покойников? Вадим чуть не выпал в аут, когда узнал, что ещё его дед летал на шабаш... Какие сказки тысячи и одной ночи? Вы по российским деревням пошукайте, вам та-ако-ое порасскажут.
   - О чём вы шепчетесь? - вновь проявил беспокойство Степан.
   - Да так, о своём, о женском, - отмахнулся Вадим, направляясь в магазин. - Тоня как-нибудь расскажет. Ещё раз поздравляю.
   - А? Ну, ладно, спасибо.
   - Спасибо! - крикнула Антонина, обрадованная доброй вестью.
     
   ...Россия. Н-ск. Секретный научный центр...
     
   - Чёрт..., - несколько минут напряжённой тишины, и хриплый голос вновь поминает нечистого, - ЧЁРТ!
   Обладатель хриплых обертонов вскочил с удобного кожаного кресла на колёсиках (от резкого движения со стола слетело несколько листков, но человек не обратил на них никакого внимания, все его мысли были заняты другим), прошёлся перед своим рабочим столом, постучав костяшками пальцев по рабочей поверхности предмета интерьера.
   - Чёрт! - в третий раз разнеслось в кабинете. Говоривший, прищурив глаза, посмотрел на интерком. Со стороны могло показаться, что аппарат офисной связи неким образом загипнотизировал человека.
   Закончив буравить интерком взглядом, человек протянул к нему руку, придавив толстым пальцем одну из кнопок.
   - Слушаю вас, Илья Евгеньвич! - из динамика громкоговорителя донёсся приятный женский голос.
   - Настя, вызови ко мне Савушкина.
   - Его нет...
   - Как нет? - удивился Илья Евгеньевич.
   - Вы же сами разрешили ему выезд в город, - секретарша выдала не меньше удивлённых тонов, поражаясь забывчивости шефа, за которым ранее ни разу не замечалось склероза.
   - Да-да, припоминаю. Как не вовремя... Кто-нибудь живой из его заместителей есть?
   - Иону.
   - Угум, Василий с физической фамилией...
   - Пригласить?
   - Будь добра и, Настюш, сооруди мне кофейку.
   - Что-нибудь ещё?
   - Нет, спасибо.
   Закончив разговор и собрав с полу рассыпавшиеся бумаги, Керимов застыл посреди кабинета, провалившись в тяжёлые думы.
   - Что это, ошибка или...? - спросил он у самого себя, оборвав мысль на полуслове. - Если..., нет, невозможно...
   Тут в дверь осторожно постучали.
   - Разрешите? - в кабинет опасливо заглянул Василий Иону, успевший навести справки у секретарши шефа, колдовавшей у кофеварки, что тот несколько не в настроении.
   - Входите, - разрешающе махнул рукой Керимов, усаживаясь в кресло. - Присаживайтесь, Василий Николаевич, поверьте мне - в ногах правды нет. Разговор у нас будет недолгий, но тяжёлый. Что вы можете сказать относительно этого?
   Керимов придвинул к подчинённому папку с подборкой документов, с которыми знакомился несколько минут назад.
   - Материалы готовил я, - ответил Иону, стрельнув по бумагам глазами.
   - Замечательно. Это позволит нам избежать некоторых ненужных вопросов. Перейду к сути. Больше всего меня беспокоят результаты полевых измерений, изложенные во втором приложении. Вы показываете существенный рост напряжённости магнитного поля в аномалиях. Средняя разница между показаниями, снятыми прошлой экспедицией и последними данными составляет около пяти процентов. Здесь не может быть ошибки?
   - Нет, - качнул головой Иону, - я потому и акцентировал пояснительную записку на результатах полевиков, что установленные в указанных точках стационарные приборы фиксируют устойчивый рост.
   - Какой?
   - Две сотых процента. В день.
   - В день?
   - Да.
   - Та-а-к, почему я узнаю об этом последним? - казалось, в кабинете резко упал столбик термометра и выморозился воздух от нешуточной угрозы, прозвучавшей в голосе Керимова. Василий невольно втянул голову в плечи, стараясь не смотреть в полыхавшие яростным огнём гнева глаза нависшего над ним начальства. Во взгляде Ильи Евгеньевича читалось обещание тысячи и одной ночи адских мук. - Почему, я вас спрашиваю!?
   - Мы хотели дождаться результатов средиземноморской экспедиции, так сказать, сравнить параллели.
   Керимов, плюхнувшись в кресло, прошёлся пятернёй по короткому ёжику волос на голове и постарался успокоиться. В принципе ребята Савушкина не совершили никакого криминала, а Иону следовало похвалить за своевременный доклад, а не срываться на него. Василий Николаевич правильно поступил - собрал разрозненную информацию, нашёл общее зерно, подверг его всестороннему анализу и только тогда, когда убедился, что ошибки быть не может, уведомил руководящие верхи.
   Прервав начальственный разнос, в кабинет вплыла Анастасия. Поцокав каблучками по дубовому паркету, девушка поставила на стол для совещаний поднос с двумя чашечками ароматного кофе, рядом с которыми примостились кувшинчик сливок и ваза с рассыпчатым сахарным печеньем.
   - Спасибо, Настя, - поблагодарил девушку Илья Евгеньевич.
   - Пожалуйста, - кокетливо стрельнув глазками, ответила та. Стоило шефу отвернуться в сторону, как она, приподняв в немом вопросе бровки, посмотрела на Иону. Василий молча провёл ребром ладони по горлу.
   Настя ободряюще улыбнулась носителю "физической" фамилии, мол, где наша и ваша не пропадала и, покачивая бёдрами, вышла из кабинета.
   - Везёт вам, Василий, мне девушки давно так не улыбаются, - грустно сказал Керимов, от которого не укрылась пантомима подчинённых. - Старею, наверное. Угощайтесь.
   - Спасибо, - Иону понял, что начальство остыло и "моральный секс" откладывается до следующего удобного случая.
   - "Спасибо-м" вы от меня не отделаетесь. С сегодняшнего дня жду от вас ежедневный мониторинг, а к пятнице мне нужен развёрнутый анализ. В средствах наблюдения можете не стесняться. Если необходимо, то вам помогут военные и орбитальная группировка. Второе. В ваше прямое подчинение переходят все "полевики", геофизики и группа мат-анализа, приказ будет подписан сегодня. Непрофильные работы прекратить. Все ресурсы отдела должны быть направлены на ЭТО! - мощная лапища Керимова хлопнула по провокационной папке.
   - Но до пятницы осталось три дня!
   - Я рад, что вы это понимаете. Мне хотелось бы знать, понимаете ли вы, что нам угрожает в скором времени, если ваши выводы подтвердятся? - Керимов вперил свой взгляд в переносицу собеседника.
   - В общих чертах...
   - Надо же, как вы точно выразились, объёмно! В общих чертах нам угрожает такая большая ж..., что мне становится дурно только от одной мысли о её размерах. Три дня и ни секундой больше! Понятно?
   - Понятней некуда, - тяжело вздохнул Иону. Начальственное угощение придётся отрабатывать на триста процентов, кофе нынче дорог.
   Когда кофе был допит и Керимов остался один, он несколько минут сидел, откинувшись на спинку кресла, размышляя о том, что мир изменился окончательно и бесповоротно. Его открытия, несмотря на то, что из семьи рядом с ним осталась только супруга, дали человечеству шанс. Реальный шанс не только выжить и не угробить себя в какой-нибудь ядерной междоусобице, но и достойно встретить надвигающиеся глобальные изменения, которые на первый взгляд не связывались с его работами.
   Может сбежать к сыну? Лена вторую неделю канючит, просит отправить её дней на десять к Ирине и внучке... А что он там будет делать? Кому он нужен? Дети выросли и разлетелись по собственным гнёздам, причём младшие обзавелись всамделишными крыльями и людьми их можно назвать с большой натяжкой. Но кем бы они не стали - они его дети. Илья Евгеньевич любовно огладил пальцами рамки нескольких фотографий, установленных на компьютерном столике. Андрей, Ольга, Ирина с мужем, вот старшая дочка держит на руках свёрток, перетянутый розовой лентой. Два месяца назад по земному времени Керимовы-старшие стали дважды дедушкой и бабушкой. Лияна - Солнышко, была похожа на деда - короля Тантры. Материнскими, соответственно керимовскими в девочке были только глаза. Говорят, что у детей оттенок радужки меняется по мере взросления, но Илья Евгеньевич надеялся, что насыщенная небесная синь, поселившаяся в глазках Лияны, не изменится. Керимов взял в руки самую большую рамку, на которой были запечатлены четыре дракона: Андрей, Ания, Ольга и маленький Ильюшка. Сын звал к себе, но Илья чувствовал, что его место тут...
   Научный центр за прошедшие девять месяцев разросся неимоверно. К бесконечным подземным уровням добавилось несколько наземных корпусов, выстроенных за какие-то два квартала. Штат центра рос как на дрожжах. На сегодняшний день в штатном расписании числилось три с половиной тысячи сотрудников. Если к ним прибавить заштатных работников силовых ведомств, обеспечивающих безопасность и сохранность государственных секретов, а так же сотрудников технических служб, поддерживающих нормальное функционирование громадного хозяйства, то общее количество людей, крутящихся вокруг тайны межмировых и подпространственных перемещений, переваливало за десять тысяч человек. Мог ли он два года назад подумать о том, что из начальника полусотни человек превратится в руководителя многотысячного коллектива? Даже в самых смелых мечтах такого у него не было. Он добился всего сам, воплотил мечты, хотя для этого потребовалось два десятка лет. Можно сказать, что Керимов находился в зените карьеры и научной славы. Под его руководством пущены в работу порталы в Индии и Китае, строится портал в Японии, идут переговоры с Германией, Францией, Британией и Турцией, выражают определённые интересы Мексика, Соединённые Штаты и ещё три десятка стран. Инвестиционный золотой дождь, пролившийся на центр, породил полноводные денежные реки.
   Не жизнь, а малина. Но острые колючки не дают забывать о многочисленных "заклятых друзьях". Вместе с деньгами на центр и сотрудников посыпались предложения о раскрытии малюсеньких тайн. Город наводнили агенты иностранных спецслужб. Н-ск превратился в закрытую зону, многие учёные и сотрудники заведения попали в перечень не выездных лиц. С другой стороны, теперь в Н-ске можно было ночью выйти на улицу с пачкой денег в руках и, не опасаясь грабителей пройти до магазина и обратно. Правоохранительные органы вымели преступность подчистую.
   Даже не будь инвестиций, центр мог бы спокойно перейти на самоокупаемость. Для этого были все предпосылки, но кто отпустит в свободное плавание гусыню, несущую золотые яйца?
   Граждане государства российского частенько обсуждают великолепное состояние звёзд кино и эстрады, последнее время многие обратили внимание на пышущих здоровьем олигархов и политических деятелей. "Звёзды" и иже с ними в интервью ссылаются на некие супер-диеты и спортивные центры, но их блокированная память надёжно хранит воспоминания об эльфийских дугарах и створках древесных раковин, в которых им пришлось провести от трёх дней до двух недель. Говорят, что здоровье не купишь, но последнее время в народе ходят упорные слухи, что это отнюдь не так. Некие тёмные личности за определённую мзду берутся доказать слова на деле. Процедура не из дешёвых, тем паче, что часть денег приходится переводить в золото, уходящее на оплату услуг магов из другого мира, но здоровье дороже. Специалисты генерал-лейтенанта Санина поставили дело на поток. Прибавьте к этому чешую драконов, значение которой для современной фармакологии просто невозможно переоценить и настойку на крови тех же самых драконов. Десять миллилитров которой на организованном российскими спецслужбами чёрном рынке стоит около пяти миллионов долларов, причём магический товар улетал быстрей, чем горячие пирожки в базарный день. Рыцари плаща и кинжала честно делились с драконами половиной выручки, переводя её в камни, золото или продукцию техногенного мира. Обманывать зубастых компаньонов было себе дороже, крылатые твари жёстко отслеживали каждую пробирку и не гнушались копаться в головах земных посредников. До Керимова доходили слухи, что иномировую торговлю контролирует кронпринц, сын императрицы драконов, и он же настоял на жесточайшем контроле. Илья Евгеньевич не то, чтобы не верил слухам, но с трудом представлял Андрея в роли теневого воротилы, пока Санин не открыл ему глаза на отпрыска, назвав того серым кардиналом Иланты. Генерал не стал пояснять свои слова, посчитав, что отец кардинала сам доберётся до истины. Сам куратор научного центра несколько раз акцентировал внимание торговых посредников и российских дипломатов, расквартированных в Ортене и Кионе, чтобы они со всей ответственностью отнеслись к требованиям крылатых хозяев мира и не злили последних. Получить проблемы с существами, открывающими межмировые порталы усилием воли, было бы нежелательно, тем более на территории Иланты появляется всё больше и больше точек, недоступных для наблюдения. Местные маги неким образом экранируют громадные области, а в районе Мраморного кряжа наблюдение вообще невозможно - "окна" земных наблюдателей либо отбрасывает прочь, либо происходит резкий сброс нагрузки и схлопывание. По собранным в столице Тантры сведениям, драконы и прибывшие с ними эльфы и люди строят новую столицу империи. Но мощнейшие экраны сводят все попытки земных спецслужб узнать местоположение оной на нет. Землянам оставили несколько свободных точек доступа, рекомендовав все контакты проводить через них. Никто не сомневался, что драконы, установив правила игры, смогут их контролировать. Земные наблюдатели не могли сказать исследуют ли крылатые монстры соседние миры или нет, но и обратных доказательств не было. Вселенная породила мириады миров, вполне вероятно, что интересы Иланты и Земли не пересекутся, но что-то с трудом в это верилось. Первые не раз заявляли, что их экспедиции неоднократно посещали земной континуум и что легенды о драконах имеют под собой реальные обоснования. Сказать, что такое положение нервировало власть предержащих, значит ничего не сказать...
   Драконы и магия были одним аспектом, на другой чаше весов лежали высокотехнологичные миры, наблюдение за которыми приносило не меньше дивидендов. Благодаря сворованным у соседей технологиям Россия постепенно вылезает из разряда стран третьего мира. На китайские и японские деньги строятся заводы, на которых решено апробировать новейшие решения в микроэлектронике и машиностроении. Особой строкой проходят нанотехнологии и военные разработки... Разумы членов правительства и президентской администрации рисуют радужные перспективы и воздушные замки. Илья Евгеньевич хмыкнул - недолго им осталось почивать на лаврах...
   Керимов аккуратно поставил на стол рамку с фотографией драконов, открыл папку, содержащую последние данные по мониторингу электромагнитной и гравитационной обстановки в аномальных точках, на которых предположительно, располагались древние проходы из мира в мир. Ещё раз перечитал выводы Иону, привычным жестом прошёлся рукой по волосам:
   - Хорош предаваться меланхолии, - учёный подтянул к себе телефон, набрав короткий внутренний номер. - День добрый, Александр Владимирович! Керимов беспокоит.... Чего я такой беспокойный? О-о, я вам сейчас такое расскажу и беспокойным станете вы... Какие шутки в моём возрасте? ...Серьёзней некуда, дело не терпит отлагательств.... Хорошо, через пятнадцать минут у вас в кабинете....
     
   *****
  
   ...Россия. Н-ск. Секретный научный центр..., пятница....
     
   Длинный подземный переход из административного корпуса на второй подземный уровень, соревнуясь с больничными операционными, сверкал идеальной чистотой. Белая керамическая плитка, устилающая пол и стены, отражала гулкие шаги двух человек. В зеркальных поверхностях потолочных светильников проплывали искривлённые, вычурные отражения директора научного центра и куратора от силовых ведомств. Обе личности спешили в конференц-зал, где первому предстояло довести неоднозначную, шокирующую информацию до ушей и разума приехавших в Н-ск высоких правительственных чиновников.
   - Илья, прошу тебя, без профессорской зауми, пожалуйста. Это не та аудитория, - наставлял Керимова на путь истинный генерал-лейтенант Санин. За полгода учёный и силовик не только плотно сработались и нашли общий язык, их отношения стали по-настоящему дружескими. Между собой оба облечённых властью человека были на короткой ноге, но ни один, ни другой не позволяли дружбе влиять на работу. Служебные отношения блюлись свято.
   - Товарищ генерал...
   - Вот именно, что генерал, а мечтаю о маршальском жезле!
   - Не похожи вы, Александр Владимирович, на гасконца.
   - Д`Артатьян просто не знал, что у маршалов пенсия больше!
   - Мечтаете о покое, кресле-качалке и бутылочке вина по вечерам?
   - Вашими молитвами покой мне только снится. Сдохну на работе - никто и не вспомнит.
   - Полноте вам, Александр Владимирович, - Керимов по-дружески хлопнул генерала по плечу, у того от такого похлопывания чуть не подогнулись ноги. - Вы такая изрядная сволочь, что всех нас переживёте.
   - От, спасибо вам господин учёный на добром слове, теперь я просто обязан пережить всех злопыхателей. И за сволочь отдельный поклон.
   - Обращайтесь, - натянуто улыбнулся Керимов. - Шутки в сторону, кого принесла нелёгкая?
   - Министра обороны ты знаешь, некоторых силовиков тоже, из новеньких советник президента и заместитель министра иностранных дел.
   - По глазам вижу, что не всех назвал. Кого спрятал за пазуху?
   - Да, Илья, тебя на хромой козе не объехать. В роли сладкой вишенки на нашем торте сегодня сам премьер, - ответил Санин.
   - Сурьёзные люди, - осклабился Керимов.
   - Администрация и правительство придают огромное значение твоему вопросу. Я хочу, чтобы они тебя не только слушали, но и УСЛЫШАЛИ!
   - Это не проблема, стать понятным и услышанным легко. Трудно, Владимирович, применить возникшее понимание на практике. Вопрос несколько шире той плоскости, на котором его размещают. Боюсь, что время секретов закончилось и как бы нам не хотелось, а придётся налаживать отношения и прямые контакты с Западом и Востоком.
   - О политике потом рассуждать будем. Для этого есть другие ведомства и люди, разбирающиеся во внешнеполитических вопросах лучше нас, грешников. Ты лучше думай о делах праведных.
   - Они у меня из головы не идут. Как-то уснуть не мог, лежу, ворочаюсь, жена смотрит на меня и зубами скрипит - злится, что я сам не сплю и ей не даю. Думаю, посчитаю ради такого случая баранов, так семьсот семидесятый вдруг начал блеять о природных порталах и принялся копытцем на земле вычерчивать формулы и уравнения.
   - Тяжёлый случай..., соберись, Илья...
   - Ты кого успокаиваешь? Иди-ка сам хлебни валерьянки.
   - Ладно, не гоношись. Пришли, - сказал Санин, остановившись у бронированной двери, перекрывающей проход.
   - Прошу предъявить пропуска, - выступил вперёд старший охранник из дежурившей у двери вооружённой троицы. Керимов пристально посмотрел на генерала, тот пожал плечами, как бы говоря, что люди на посту нынче не из его епархии, а прибыли с московскими гостями и ему не подчиняются. Охрана придирчиво проверила документы, куратор и директор приложили ладони к сканеру, сличающему отпечатки пальцев. Закончив проверку, охранники козырнули.
   Генерал достал из нагрудного кармана пластиковую карточку, провёл ею по считывателю:
   - Прошу.
   - Рубикон пройден, - тихо прошептал Керимов, входя в конференц-зал.
     
   *****
     
   Людей в зале было гораздо больше, чем озвучил Санин. По-видимому, кроме высших государственных чинов были приглашены различного рода эксперты и консультанты, впрочем Керимова новые действующие лица никоим образом не волновали. Раз уж всесильные органы госбезопасности позволили присутствовать народу, то с допуском к секретной информации у них всё в порядке. От обратившихся к нему многочисленных заинтересованных взглядов, Илья Евгеньевич мигом позабыл приготовленную речь и ощутил мелкий мандраж нижних конечностей. Чувствуя себя студентом первокурсником, на негнущихся ногах, Керимов прошествовал к кафедре, установленной возле опущенного экрана. Доклад учёного предполагал показ некоторых слайдов и видеороликов.
   Прокашлявшись, Илья справился с волнением и поднял взор на аудиторию, встретившись взглядом с премьером, сидевшим в первом ряду, как раз напротив докладчика. Номинально второе лицо государства оценивающе смотрело на борцовскую фигуру учёного, встреть которого в тёмной подворотне, невольно подумаешь о том, что деньги и ценности лучше отдать сразу. Широкоплечий, могутный мужик с физиономией грубо отёсанного кирпича никак не вязался с одним из лучших умов России. Глядя на него сложно было предположить, что "гопник" свободно изъясняется на нескольких иностранных языках и при этом имеет учёную степень, являясь директором самого закрытого научно-исследовательского центра страны. Премьер казался безучастным, но в его глазах пряталась нешуточная обеспокоенность складывающимся положением. Ясно как божий день, на стол высокого гостя успела лечь папка с описаниями последних открытий керимосвкой команды, но не это было в ней главным, а неутешительные выводы, приведённые в конце. Похоже, Санин не преуменьшал, говоря о серьёзном отношении, которое придают в правительстве и президентской администрации информации из научного центра. Визит премьера тому самое наглядное доказательство. Керимов поискал взглядом генерала. Куратор устроился на "Камчатке", вольготно вытянув вперёд натруженные за день ноги. Генерал ободряюще улыбнулся, чуть кивнув головой, как бы говоря, начинай, мол, не тяни резину.
   Илья Евгеньевич, достав из кармана лазерную указку, сурово посмотрел на ассистента, тот правильно интерпретировал немой приказ шефа. Повинуясь легким щелкам клавиатуры померк свет, подвешенный к потолку проектор исторг из себя яркий пучок и на виниловом экране появилось изображение сфинкса на фоне пирамиды Хеопса.
   - Прежде, чем перейти к основному докладу, ради которого вы бросили сотни неотложных дел и собрались сегодня в этом зале, - начал Керимов, Санин же воздел очи горе и закрыл лицо руками. Горбатого могила исправит, вроде уже сто раз согласовали, что и как говорить, но неугомонный директор центра опять всё переиначил. Неймётся ему. Илья Евгеньевич меж тем продолжил, - хочу задать вам два вопроса (небольшая театральная пауза). Первый: что вы знаете о древнейшей истории?
   Аудитория, ошарашенная такой постановкой вопроса, замерла, ожидая развязки, коя не заставила себя ждать:
   - Если вы что и знаете, то выкиньте эти знания на помойку, - припечатал Керимов. - Пока вы обдумываете мои слова, хочу задать второй вопрос: что вы знаете о прецессионном и нутационном движении земной оси? По выражению лиц некоторых слушателей вижу, что озвученные термины им знакомы. Для тех, кто теряется в догадках, позвольте объяснить, что я имею в виду. Земля совершает оборот вокруг своей оси за двадцать четыре часа, а земная ось вращается относительно оси, перпендикулярной к эклиптике, описывая конус. Таким образом, вращение Земли похоже на вращение волчка: имеет место прецессия. По отношению к продолжительности человеческой жизни период этого прецессионного движения очень велик - полный оборот земная ось делает за 25 776 лет. Попрошу не отвлекаться. И я не сошёл с ума. Астрономия имеет прямое отношение к тому, что будет поведано вам далее, - Керимов обвёл зал ледяным взглядом. Государевы люди, попав под обмораживающий прицел льдисто-холодных глаз, в которых не было и доли шутки, невольно втягивали головы в плечи, превращаясь в само внимание. Премьер чуть заметно ухмыльнулся. - Продолжим. Прецессия оказала огромное влияние на длительный период развития астрономии, когда наблюдения велись невооруженным глазом. Во-первых, астрономический север определяется продолжением земной оси в небесную сферу. Поэтому направление астрономического севера - возможно, это звезда, то есть Полярная звезда, - со временем изменяется. Через несколько столетий современная Полярная звезда перестанет указывать на север, и на протяжении прецессионного цикла "полярными" могут стать все остальные звезды, расположенные вблизи круга, который описывает земная ось. На самом деле это не идеальный круг вследствие пертурбаций. Так, например, в эпоху палеолита Северный полюс пересекал Млечный Путь, и за пятнадцать тысяч лет до новой эры "полярной" звездой была дельта Лебедя. Северное небо в те времена существенно отличалось от нашего. Теперь возникает вопрос, когда же в действительности была открыта прецессия. Общепринятая научная точка зрения заключается в следующем: первое - прецессия была открыта в сто семнадцатом году до нашей эры Гиппархом Родосским. Второе - прецессия была неизвестна доколумбовым культурам. Другими словами, коренные жители Америки не знали о прецессии до открытия Америки Колумбом. Так ли это на самом деле? Думаю, не ошибусь, если начну утверждать, что древние египтяне, астрономы месопотамских культур и доколумбовой Америки знали о прецессии. Об этом говорит расположение египетских пирамид, ориентированных по звёздам, многочисленные вавилонские глиняные таблички на которых сохранились результаты астрономических наблюдений, а также города индейцев. Я имею в виду место, которое сами ацтеки называли городом богов - Теотиуакан. Теотиуакан находится недалеко от современного Мехико, и даже сегодня он выглядит огромным городом, где в период наивысшего расцвета проживали более ста двадцати тысяч человек. Главные храмы-пирамиды города ориентированы по солнцу и звёздам. Большинство из вас задаётся вопросом: какого ляда я полез в дебри и копаюсь в древней астрономии? Просто мне стало интересно, а кто подвиг предков вести наблюдение за небом, затрачивая на них сотни лет, каким образом они делали расчёты, которым поражаются их современные коллеги, почему древние разбивали календари на своеобразные эпохи, каким образом возник зодиакальный цикл? Почему эти эпохи и циклы включают в себя двадцать пять тысяч лет? Зачем древним египтянам было строить пирамиды и возводить сфинкса, возраст которых, по моему убеждению, переваливает за пару десятков тысяч лет до нашей эры, о чём свидетельствуют следы эрозии на скульптуре. Позвольте заметить - дожди в Сахаре прекратились с окончанием ледникового периода, с того момента прошло порядка десяти тысяч лет. Не буду водить вас вокруг да около. Скажу лишь, что учёные возглавляемого мною коллектива считают памятники древности созданиями иных культур, пришедших на Землю из других миров. Именно пришельцы принесли древним цивилизациям знания астрономии и календарь, они же являются прародителями древних цивилизаций, появившихся в Месопотамии. Пришельцы из других миров приложили руки к строительству городов-обсерваторий Ариев, обнаруженных на южном Урале. Вы можете сказать, что мои слова не более, чем чушь собачья, но позвольте оградить вас от поспешных и опрометчивых выводов. Как вы все знаете, работа института продвинулась далеко за декларируемые официальными органами рамки и ушла гораздо дальше, чем предполагали до недавнего времени многие из присутствующих здесь. Опираясь на полученные из одного соседнего мира научные данные, некоторые из моих коллег, извините, имён называть не буду, выдвинули теорию о существовании в прошлом природных или искусственных порталов в иные миры. Всем вам известно, что теория о множественности миров нашла подтверждение и строительство в Индии, Китае и Японии точек перехода в незаселённые миры, санкционированное президентом и правительством не прошло мимо вашего внимания. Взвесив "за" и "против", руководство центра направило несколько экспедиций в так называемые центры древних цивилизаций. Для чистоты эксперимента нами также были обследованы несколько аномальных зон типа Пермского и Бермудского треугольников. Результаты инструментальных замеров, выполненных по адаптированным технологиям иных миров, показали однозначный ответ.
   - Какой? - раздался из зала нетерпеливый возглас.
   - Во всех обследованных центрах древних цивилизаций некогда существовали проходы в другие миры. К сожалению, за истечением лет мы не смогли просчитать треки и выявить временные координаты миров, чтобы выполнить привязку к ним с помощью наших установок. Компьютерный анализ показал, что последние "окна" закрылись около двух тысяч лет назад. Исходя из этого, можно считать правдивыми легенды и мифы о псоглавых людях, кентаврах и прочей мифологической нечисти. Наши предки могли контактировать с иномирянами, обладавшими экзотической внешностью.
   - Что с аномальными зонами? - Керимов и премьер синхронно поморщились.
   - С аномальными зонами несколько сложнее. Для ясности картины хочу добавить, что все аномальные зоны и обнаруженные нами следы порталов имеют привязки либо к месторождениям металлов, либо к естественным разломам земной коры. Если обобщить данные - к местам повышенной геомагнитной активности. Возвратимся к аномалиям. Пока сложно говорить достоверно, но творящуюся в них чертовщину мы склонны относить к остаточному влиянию магических вселенных.
   - Извините, - словно школьник поднял руку один из приглашённых, сидевший в третьем ряду.
   - Да. Представьтесь, пожалуйста, - обратил на него внимание Керимов.
   "Школьник", оказавшийся учёным-физиком, сотрудником какой-то там лаборатории (место работы докладчик не расслышал, занятый в это время наполнением стакана минералкой из стеклянного графина), отодвинув стул, проехавший ножками по паркету с противным скрипом, встал, представился и задал мучивший его вопрос:
   - Вы хотите сказать, что магия существует? По-моему это абсурд, попирающий фундаментальные законы мироздания.
   Илья Евгеньевич повернул голову к премьеру, как бы спрашивая у того взглядом, можно ли представить доказательства? Для Керимова не являлось открытием, что некоторые скептики, а может быть большая часть аудитории, согласна с Фомой неверующим. Прагматики, они считают, что магия - это сказки для детей, но раз их пригласили сюда, значит, на высшем уровне решено приподнять завесу тайны. Премьер смежил веки - добро получено.
   - Я понял вас, - ответил Керимов. - Не знаю, обрадуетесь вы или разочаруетесь, но магия существует. Мы вышли на несколько магических миров. Те технологии определения треков, о которых я говорил выше, взяты нами как раз из магического мира. Я говорил о кентаврах и прочих тварях, думаю, что многие волшебные сказки зиждутся на реальных фундаментах.
   - Вы считаете, что..., - физик покрутил в воздухе пальцами правой руки, - магия возможна и в нашем мире?
   - Считаю, тем более есть тому доказательства. Из-за грифа секретности я не могу вам их предоставить, вместо этого вы можете бегло ознакомиться с результатами наблюдения за одним из магических миров, - ответил Илья Евгеньевич, кивнув ассистенту. Тот пощёлкал мышкой и на экране пошли кадры осады какого-то средневекового города. Неожиданно в сторону лагеря осаждающих из города вылетел громадный огненный шар. Мгновение и зрителям пришлось прищуриться, так как на экране, за рябью помех, полыхнула вспышка как при атомном взрыве, над землёю вырос грязно-коричневый гриб, от толстой ножки которого во все стороны покатил всепожирающий огненный вал. Достигнув стен, пламя опало, так и не перевалив искусственный рубеж. Картинка тут же сменилась, зрители стали свидетелями нескольких практических занятий группы молодых людей на площадке, напоминающей полигон. Молодёжь весело перебрасывалась валунами по тонне весом, тройка парней оживляла каменного голема. Смена кадра и на камеру накатывает волна мертвецов-зомби.
   - Невольно поверишь, когда сам являешься свидетелем невероятных событий. Всё же предлагаю на время оставить в стороне вопросы магии и вернуться к нашим баранам. Не возражаете? Прекрасно, так, на чём я остановился? На аномалиях.... Несколько месяцев назад мы решили установить постоянный мониторинг аномальных зон и мест, где в древности существовали проходы. Каково же было удивление наблюдателей, когда они обнаружили устойчивый рост контрольных параметров. Благодаря нашим математикам, составившим метаматематические модели работы портальных установок, мы выявили, что электромагнитные параметры в зонах напоминают второй этап работы установки, когда происходит накопление и концентрация потенциала в центральной точке. Геофизики уверены, что все регистрируемые параметры в аномалиях связаны с движением магнитных полюсов Земли. Мы до сих пор не знаем всех тайн нашей планеты. Земля - это величайший магнит и генератор с неисчерпаемыми возможностями и запасом энергии. Одни грозовые разряды чего стоят. Специалисты центра и мои коллеги думают, а другого нам не остаётся, что что-то происходит в мантии и ядре. Как я сказал, в результате движения полюсов, начались изменения в электромагнитной и геомагнитной обстановке, как следствие, в древних порталах, подвергаемых мониторингу, выявлено образование или начальная стадия так называемого "тоннельного" эффекта. Есть, конечно, ещё одна точка зрения или гипотеза, что активность в порталах связана с эксплуатацией установок, расшатавшей природные крепи и защиту планеты, её мы тоже стремимся отработать, но главное не в этом. Если подтвердится первый вариант и зависимость аномалий от геомагнитной обстановки и полюсов, а пока всё указывает именно на это, то через полтора-два года можно будет встречать делегации из других миров, которые могут быть как из отсталых, так и из тех, где цивилизации опередили нас на многие годы и столетия. Опасность в том, что мы не можем рассчитать, обнаружить и перекрыть защитными полями все возможные места образования природных точек соприкосновения и взаимопроникновения параллельных миров. Катаклизм затронет планету целиком. И ещё, я - скептик, не верящий в мирный высший разум. Надеюсь, вы понимаете, о чём я?
     
   *****
     
   - Илья Евгеньевич, как вы считаете, какие у нас шансы? - первым делом спросил премьер, когда Керимов, Санин, министр обороны, премьер и ещё пара человек, обличённых немалой властью, переместились в кабинет куратора научного центра. - Только честно, лизоблюдов, приукрашивающих действительность мне и за воротами центра хватает.
   Генерал расстарался, распорядившись украсить тяжёлый дубовый стол легкими закусками и коньяком. Любители лёгких напитков могли оценить дорогое марочное вино с французских виноградников, а те, кто совсем не переносил алкоголя, рвали ноздри, втягивая бесподобный аромат свежезаваренного кофе.
   - Честно? - переспросил Керимов, пробарабанив пальцами по крышке стола и провалившись в тяжёлые думы. Высокие гости терпеливо ждали ответа учёного. Чёрный кофе в чашечке руководителя центра исходил паром, отдавая тепло и аромат окружающему пространству.
   - Честно, - выдохнул Илья Евгеньевич через плотно сжатые зубы, - хреновые у нас шансы, если честно. Простите за русский народный. Хм-м, знаете, мы элементарно не готовы к встрече с иными мирами. Знание того, что они существуют, не добавляет нам знания, как и чем они существуют. Вы понимаете, о чём я?
   - Понимаю, я уловил соль аналогии, продолжайте, пожалуйста, - ответил премьер.
   - Не так давно в центре был создан целый отдел. В нём мы постарались собрать специалистов, которые проводят всестороннее исследование древних мифов и легенд. Кропотливый труд, легенды необходимо уложить на кальку современных знаний и топографию порталов. Знаете, - Керимов тяжёлым взглядом обвёл присутствующих, - у нас под носом было столько различных подсказок и фактов существования других миров, что оставалось только диву даваться, как и почему мы не видели этого раньше. Яркий пример - Атлантида. Платон описал высокоразвитую цивилизацию, но археологи так и не смогли подтвердить или опровергнуть слова греческого мыслителя. Было множество экспедиций и различных инсинуаций на данную тему. Но, как мне кажется, Атлантида не затонула, а находится по ту сторону закрывшегося портала. В средиземноморье нами обнаружена обширная аномальная зона, судя по остаточным колебаниям, доступ в неё закрылся около десяти тысяч лет назад. Были и другие свидетельства, как прямые, так и косвенные. Если мы возьмём некоторые древнегреческие карты, то количество островов, изображённых на них, неизмеримо больше, чем мы видим сейчас. Неужели мореплаватели ошибались? Не верю. Три тысячи лет назад мореходство в средиземноморье было развито не меньше, а как бы не больше, чем сейчас. Я думаю, что моряки действительно видели эти острова и бывали на них. Только они не осознавали, что ходят не в тех морях. Косвенным свидетельством можно считать некоторые факты, взятые в "Одиссее". Где он, родимый, бродил тридцать лет, как смог заблудиться в море, которое исхожено вдоль и поперёк? А древнеиндийские трактаты? Индусы живенько так описывают применение ядерного оружия и последствия атомных взрывов. Говорить можно нудно и долго, но в итоге я пришёл к мысли и выводу. Что мы ничего не знаем о своей истории двух, трёх и более тысячелетней давности. Европейские сказки описывают драконов, которых считали выдумкой и суевериями и тут выясняется, что те неоднократно посещали землю, найдя аборигенов чистыми варварами. Варвары нападали на членов экспедиций, соответственно учёные не ждали, когда в них наделают дырок, предпочитая плюнуть в мелких вражин огнём. Вопросов больше, чем ответов.
   - Илья Евгеньевич, давайте проблемы испанского народа оставим испанскому народу. Одиссей бродил в средиземноморье, пусть там и остаётся, я бы попросил что-нибудь рассказать, как бы говоря, о родной рубашке. Российская действительность и история мне ближе к телу.
   - Да, к слову, что вы знаете о гипербореях? - тут же отреагировал Керимов.
   Премьер пожал плечами, предпочитая услышать ответ от рассказчика. Учёный грустно улыбнулся и продолжил:
   - Могучее племя, обитавшее далеко на севере. Счастливые люди... Не буду морочить ваши головы дальше. Но гипербореи, как и атланты остались только в мифах. В тех же мифах и сказаниях говорится, что они воевали между собой, то есть северяне чистили морды жителям средиземноморья, те, естественно, не оставались в долгу. Меня волнует один вопрос, вы заметили, где обитали одни и где другие, ничего, что они шастали в гости друг к другу через всю Европу? Ладно, не буду о грустном, перейду к прозе. Прошу обратить пристальное внимание на Каспий. Я не буду вести полемику о том, что он из себя представляет: величайшее озеро или внутренне море. Я попытаюсь объяснить загадку колебаний уровня Каспия. Его воды то отступали от берега, то без видимых причин затапливали целые города. В школе мы все изучали принцип сообщающихся сосудов. Исходя из моей теории, Каспийское море сообщается с морем в другом мире, где-то в его глубинах скрывается портал, открытие которого приводит к колебаниям уровня воды.
   - Илья Евгеньевич, мне кажется, вы несколько уклонись от темы, и увели разговор в сторону, - прервал учёного министр обороны. - Я вижу, что вы оцениваете положение, как учёный-исследователь, вопрос же затрагивал другую плоскость.
   - А с какой плоскости не посмотри, ничего хорошего нам не светит. Если порталы откроются в техногенный мир типа Игрума, это оттуда мы спёрли некоторые нанотехнологии и высокотехнологические разработки, которые можно поставить на поток в условиях нашего станочного парка, то с нами даже разговоров вести не будут. Быстренько накостыляют по зубам, наложат лапы на все месторождения и заставят, как проклятых, пахать на них. На Игруме, кстати, название мира местное, без транскрипций, демократические ценности как-то не прижились, там ценность человеческой жизни не возведена в ранг культа, первое место занимает социум. Если ради выживания социума требуется пожертвовать десятком жизней, то ими пожертвуют. Жертвы сами с радостью пойдут на смерть ради выживания народа. Другой менталитет... И танки у них другие, и воздушный флот летает на генераторах высокочастотных колебаний. Летающие тарелки как будто с Игрума списаны. Принцип Игрума - тотальный контроль. Другой крайностью может стать проход в развитый магический мир.
   - Почему? - спросил советник президента.
   - Потому, что противостоять ему мы можем только на макро уровне, долбая издалека ядрён-батонами, устраивая авиа бомбардировки и массированные артналёты, но на уровне индивидуального противостояния неизменно проиграем. Приведу пример: маг элементалист, владеющий стихией воды и взвод автоматчиков, застигнутый врасплох. Кто кого? Как быстро автоматчики будут высушены до состояния египетских мумий? Не забывайте, что мы на восемьдесят процентов состоим из воды. С другой стороны, того же мага отправит в иной мир обычный Ваня со снайперской винтовкой, если пальнёт по дурню из укрытия, расположенного метров за пятьсот от окаянного вражины.
   - Хорошо, мы поняли вас, - сказал премьер, - что лично вы можете предложить для того, чтобы сгладить, скажем так, углы?
   - Что я могу предложить? - опять переспросил Керимов. - Таки-да, есть у меня пара-тройка советов...
     
   *****
     
   - Однако! - натужно улыбнувшись, сказал премьер, провожая взглядом массивную фигуру учёного.
   Широкая спина директора научного центра целиком закрыла дверной проём. На мгновение мелькнул пост охраны с внешне невозмутимыми и лениво-скучающими лицами охранников. Керимов плавно развернулся, прощально кивнул и аккуратно захлопнул за собой дверь.
   - Оригинально, - нарушил тишину советник президента, - у наших учёных, оказывается, есть чувство юмора.
   - Что вас рассмешило? - повернулся к советнику Санин.
   - Да так, ничего. Если отмахнуться от того, что нам предложили вспомнить Сталина, засунуть в..., гм-гм..., забыть о демократии и поставить экономику раком, переведя производственные мощности на военные рельсы, наплевав на ВТО и международные обязательства, то я совсем не против остальных советов вашего протеже и программы действий, разработанной господами из Федеральной Службы Безопасности и министерства обороны.
   - А в чём уважаемый Илья Евгеньевич не прав? - кинул шпильку Санин.
   Советник первого лица государства задохнулся от праведного негодования. - Вы одобряете тиранию?
   Генерал-лейтенант, посмотрел в глаза премьера и министра обороны, задав мысленный вопрос о происхождении этого идиота. Генерал-полковник Савичев, не так давно сменивший на ответственном посту министра завхоза с мебельной фабрики, поднял очи горе и на мгновение состроил страдальческую физиономию, будто у него произошёл прострел больного зуба. Лицо премьера осталось непроницаемым, но в его ответном взгляде сквозила молчаливая поддержка действий генерал-лейтенанта. Главный чекист страны, до этого успешно маскирующийся под мебель, тихо хмыкнул в кулак.
   - Как нас учит история, - перешёл на лекторский тон Санин, - в критических и чрезвычайных ситуациях именно концентрация всей полноты власти в одних руках и оперативное управление экономическими рычагами является оптимальным вариантом. Нам предложили сделать именно это. Воспользоваться опытом ГКО.
   - Не вижу никого, кто смог бы заменить Сталина, - не сдавался советник, - но это полбеды, откуда вы планируете брать финансирование? Хотите развалить бюджет и стабфонд? Нам никто не позволит забрать под контроль добывающую и тяжёлую промышленность, легкой, как таковой уже и не осталось. Америка нас спонсировать не будет.
   - Это хорошо, что вы говорите "нас", значит, вы отождествляете себя с теми людьми, которые собрались в этом кабинете, - осторожно сказал Санин.
   - Не такой я идиот, - глаза советника моментально превратились в холодные льдинки, за колючими гранями которых прятался недюжинный ум, изворотливость и готовность идти по головам конкурентов. Глянув на него и оцарапавшись о колючий взгляд оппонента, Санин понял, что человек, сидящий на противоположном краю стола, не с бухты-барахты попал в президентский пул и крепко там окопался, тот между тем продолжил:
   - Я предпочитаю быть на стороне победителя и понимаю, для чего и зачем мы здесь собрались, - особо было выделено "мы", - через пару лет об Америке и зелёных бумажках можно будет забыть. Выживет тот, кто готов грызть глотку и не боится измазаться ручками и харей в реальной крови и это, простите меня, не Америка. Мне было интересно, как скоро и как далеко вы намеревались зайти, - советник улыбнулся, - вижу, что коалиция сформирована и намерения у неё самые серьезные.
   - Добро пожаловать в нашу команду, - сказал премьер. - Рад, что не ошибся в вашей оценке, - быстрый взгляд на директора ФСБ. Сомкнутые веки в ответ.
   Простая фраза и тяжёлая грозовая туча, повисшая в кабинете, превратилось в перистое облачко, люди несколько расслабились. Теперь они все повязаны круговой порукой. Премьер, министр обороны, директор ФСБ, первый заместитель министра финансов, советник президента и, казалось бы далёкий от власти, но в одночасье ставший одной из ключевых фигур, генерал-лейтенант Санин, словно Святая Троица с иконы Рублёва искоса посматривали друг на друга и думали о том, как делить и что делать с жертвой под названием ВЛАСТЬ, враз потерявшей манящую привлекательность. Грядущие перемены сразу навешали на неё тяжёлые вериги ответственности, лишив претендентов права на ошибку и возможности пойти на второй срок, но даже такая, ложащаяся тяжеленым бременем, она манила к себе.
   - Дальнейшие шаги предлагаю рассмотреть чуть позже, а пока предлагаю обсудить это, - премьер на правах старшего взял слово на себя, выложив из папки на стол несколько листов, на которых размашистым почерком были законспектированы некоторые пункты программы действий, предложенной аналитиками ФСБ и министерства обороны. - Предлагаю снять с обсуждения первые три пункта из бесплатных советов Ильи Евгеньевича, - присутствующие сдержанно улыбнулись, - а вот предложение поставить изучение магии на широкую научную основу и поискать в стране одарённых людей, считаю актуальным. Думаю, Керимов прав, нам стоит обратиться за помощью к драконам. В наши дрязги они не полезут, но смогут надавить на Тантру в части организации обучения земных магов в учебных центрах и, Александр Владимирович, нам до зарезу нужна информация по миурам..., меня волнует их последний заказ. Зачем средневековым мастерам столько марганца, коксующегося угля и чугуна?
   - Сергей Александрович, - премьер обратился к финансисту, - надеюсь, что с вашей стороны не будет проволочек с финансированием строительства порталов в крупнейших городах и выделением средств на нужды центра. Александр Владимирович, что хотите делайте, узлом завяжите учёных, ужом вывернитесь, но через шесть месяцев у нас должна быть отработанная технология постановки защитных экранов и закрытия порталов. Вам, господа, - министр обороны и директор ФСБ подтянулись, - необходимо в трёхсуточный срок разработать программу действий силовых органов. Ваши специалисты предлагают сформировать бригады быстрого реагирования. Пусть они обкатают этот вопрос со всех сторон: численность, вооружение, оснащение. Не мне вас учить. Особые бригады должны быть сформированы не позднее, чем через пять месяцев, чтобы успеть взять на вооружение портальные технологии. И, - премьер с отвращение отодвинул от себя чашку с остывшим кофе, кивнув на неё Санину. - Александр Владимирович, распорядитесь, пожалуйста...
     
   ...Россия. пос. Таёжный. Вадим...
     
   Вадим с силой захлопнул ноутбук - подарок деда на окончание одиннадцатого класса и успешно сданный ЕГЭ. Встал из-за стола, раздражённо пнув ни в чём не повинное офисное кресло. Скрипнув сочленениями, обиженное несправедливым обращением, кресло кувыркнулось на бок, ударилось об диван и согнало с подушки полосатого кота, навернув того спинкой по голове. Васька, послеобеденный сон которого был прерван таким варварским способом, подскочил на месте и с перепугу свалился на пол, как всегда приземлившись на все четыре лапы. После чего громко мявкнул, решив искать покой и справедливость на улице, правда, немного оригинальным способом. Лорд Подполья и Гроза Мышей остервенело заработал конечностями, с пробуксовкой сорвавшись с места, в два прыжка взлетел на окно, сиганул в форточку и... повторно полетел на пол. Хвостатый дератизатор не учёл противомоскитной сетки, которая закрывала проход к вожделенной свободе и покою. Чего уж там показалось или привиделось коту - неизвестно, но Василий заорал благим матом, выгнулся дугой и повторил попытку штурма окна, забыв о более привычном и надёжном ходе через подпол и отдушину. В этот раз животина вышла победителем в столкновении с хлипкой преградой, которую хозяин толи от лени, толи по забывчивости не снял на зиму - кот просто-напросто сорвал её с креплений, заодно сбросив с подоконника пару горшков с фиалками. Продолжая на весь двор сыпать кошачьим матом и жаловаться на судьбу-кручинушку, он скрылся за курятником, перепугав по дороге кур, выбравшихся поклевать камешки на оттаявшей от снега завалинке.
   - Васька! Засранец, - беззлобно выругался Вадим, подняв перевёрнутое кресло и с тоской глядя на разбитые цветочные горшки. - Пусть так..., всё равно пересаживать надо.
   Фиалками увлекалась баба Поля, она была настоящей фанаткой неприхотливых растений. В доме все подоконники были уставлены глиняными горшочками всяческих форм и размеров, вместо крышек у которых были пышные шапки цветущих растений различных окрасок. После смерти бабушки эстафету флориста принял на себя Вадим. У парня, как говорят в народе, была лёгкая рука, хоть он и не любил фиалки, но в память о бабушке не дал цветастому великолепию зачахнуть. Зелёные жители горшков с благодарностью приняли заботу осиротевшего хозяина, став ещё пышней и ярче.
   Вадим аккуратно смёл веником рассыпавшуюся землю, собрал осколки и занялся пересадкой пострадавших цветов. Для этого дела он ещё в феврале купил в сельмаге несколько новых горшков и заказал иркутянам, ездившим в город, прикупить в магазине специальной землицы, которую он перемешал с огородным чернозёмом. Ведро с получившейся смесью хранилось в подполье, постоянно пополняясь заваркой из использованных чайных пакетиков и чайными листьями, кои шли на подкормку дождевых червей, обитавших в том же ведре. Последние на таком, вроде бы неприхотливом корме, плодились и размножались, отдавая частичную дань своими соплеменниками, шедшими на заклание и погибавшими на рыболовном крючке. Хозяин и кормилец порой хаживал на рыбалку, благо своенравная речка Дикая, вбиравшая в своё искристое тело ручей, пересекавший огородные участки Беловых и внучка почившей знахарки, протекала в трехстах метрах, если считать от порога дома. Спрятавшись под ледяным панцирем, Дикая хранила глубокие ямы с плескавшимися в них ленками и таймешатами, надо только знать, где эти ямки.... р.Дикая []
   Вадим пересадил цветы, вымыл руки, протёр пол и надолго застыл у окна с цветочным горшком в руках, бездумно, пустым взглядом, глядя на двор и думая о том, что мечтам стать дипломированным специалистом не суждено сбыться. Всё в пустую, все эти занятия, репетитор, химия, биология, анатомия, английский - всё это сизифов труд, камень, которой он никогда не закатит на вершину. Раскатал губу..., закатай обратно и пристегни пуговичкой. На него иногда накатывали приступы чёрной меланхолии, захлёстывающие с головой и вышибающие почву из-под ног. В такие моменты Вадим сам себе казался невольным отшельником, брошенным на маленьком острове со всех сторон окружённым бескрайним океаном. Чтобы ты не делал, какие бы плоты не сколачивал в попытках выбраться с осточертевшего клочка суши - коварные океанские течения возвращали плоты обратно и разбивали их об острые рифы жизни. Сейчас был именно один из таких моментов....
   Парень не хотел, но сам не заметил, как стараниями односельчан постепенно превратился в нелюдимого отшельника. Люди злы. Зло зачастую кроется не в людской природе, а в человеческом отношении к непонятным явлениям, к тому, что нельзя понять разумом простого обывателя. В таких случаях они отгораживаются, строят стены, предпочитая не видеть, не трогать и не замечать... К тому, что в посёлке появился знахарь-колдун сельчане привыкли быстро, языкастые кумушки быстро наградили молодого парня кучей не снимаемых ярлыков, запустив по посёлку несколько сплетен, где он чуть ли не младенцев в котлах варит. Сначала он смеялся над нелепицами, потом заметил, что люди чураются и побаиваются его. Да-да, Белов никому зла не делал и не делает, но кто знает, на что он способен? Такого задирать будет себе дороже, ещё наградит чем-нибудь. Вона, вылечил одного эпилептика, приступов у того за два с половиной месяца ни одного не было, но мозги у бедолаги точно на бок повернулись - пить-курить бросил, от запаха водки его тошнит, дома усидеть не смог, подался в город - на заработки и... пропал, ни писем, ни звонков - ничего. Постепенно из страха выросла невидимая стена отчуждения, которую старались не пересекать лишний раз. Совсем как с бабкой Ширшихой, к которой ходили, когда болячка припекала так, хоть на стену вешайся. Так и с Вадимом. К нему приходили сами, приводили детей, благодарили, но он видел настороженность, мелькавшую в глубине глаз посетителей. Лишь пара соседей, да бригада иркутян не замечали невидимой преграды, относясь к нему как раньше, видя в нём молодого парня, взвалившего на свои плечи дом и хозяйство, и не давая ему окончательно стать изгоем.
   Вадим бы с радостью плюнул на всё и уехал. Деньги он заработает, но как быть с домом? Корову с телком и пчёл он продаст тому же деду Бондарю или тётке Ларисе, кур или продаст или забьёт. Но как быть с домом? Как быть с могилами деда и бабушки? Дом он продать не сможет, нет в посёлке покупателей, а просто так бросить родной угол, Снежка, Ваську.... Он думал, что не будет ничего делать, но наоборот прирос хозяйством. Иркутяне построили у ручья беседку в восточном стиле, совсем, как у Кузьмича из "Особенностей национальной охоты". Будущий молодожён - Степан, вырезал на окна новые наличники и красивого конька на крышу. За зиму и половину марта двор и тропа в баню обзавелись новым навесом из металлочерепицы, рядом с беседкой ждала своего часа куча мелкого белого отсева, чтобы стать красивой дорожкой, как растает снег. Дом. Как оставить его, бросить, когда он сам прирастает с каждым днём? Дилемма..., а может, бросить... Если бы люди знали, как он устал от одиночества. Целыми днями один. Так и свихнуться недолго...
   Вадим вынырнул из тяжёлых дум, что толку париться? Он посмотрел на ноутбук, зацепился взглядом за полку с учебниками и толстыми тетрадями, исписанными мелким, чуть ли не каллиграфическим почерком и упрямо поджал губы. Нет, он не сдастся, до лета есть время, он что-нибудь придумает. Нельзя бросать учёбу, если он будет учиться в меде, то сможет лечить людей, имея за спиной академический багаж знаний, а не непонятно откуда выскакивающие познания и интуитивные навыки.
   Оторвав хозяина от разглядывания полок, поднял лай Снежок. Вадим выглянул в окно, пёс бросался на ворота, у которых остановился "Лендкрузер" с амурскими номерами...
     
   "Кого это нелёгкая принесла? - раздражённо подумал Вадим. Он ещё не отошёл от приступа чёрной меланхолии". Мысленному пожеланию, чтобы тонированная иномарка разворачивалась в обратную сторону, не суждено было сбыться.
   Из джипа со стороны водителя вышел здоровенный парень в строгом костюме-двойке, про которого сто лет назад сказали бы, что у него косая сажень в плечах. Россиянин конца двадцатого века высказался бы, что водила - качок. А судя по физиономии и жуткому шраму, пересекавшему лицо водителя от внешнего угла правого глаза до подбородка, то для шрамоносца попадание семи пуль в голову не будет смертельным ранением. Водитель огляделся вокруг, цепким взглядом оценивая обстановку и хоромину по соседству с домом Вадима, подошёл к калитке, сквозь зубы цыкнув на злопыхающего кобеля по ту сторону забора, и нажал кнопку звонка, выведенного на правую воротину.
   Вадим никого не хотел ни видеть, ни принимать. Настроение не то. Не стой он у окна, можно было бы качка игнорировать, сделать вид, что никого нет дома, а так он засветился по полной программе, придётся проявить толику уважения и выйти на порог.
   - Эй, пацан! Где тут экстрасенс живёт? - крикнул качок, стоило Вадиму выйти на крыльцо.
   Давно его так не кликали - "пацан", да ещё через губу, с пренебрежением, приправленным хорошей порцией высокомерия, отвык он от подобного. Поселковые и иркутяне обращались к молодому знахарю по имени-отчеству или просто по имени, за глаза односельчане звали Вадима колдуном или просто Беловым, однофамильцев у него не было.
   - Эй, пацан, я спрашиваю, где бабку найти?
   Богата и могуча родная речь, да только у некоторых язык на "базар" заточен. Ни здрасте тебе, ни до свидания, нормально так, с ходу в лоб потребовали выдать информацию. Знахарку ему подавай. Нет знахарки - отошла она, совсем отошла. Определился бы уже, кого потерял, бабку или экстрасенса? Ясно, кто вам нужен, но задачу никто облегчать не собирается, тем более, когда незваные гости после двух слов вызывают резкую неприязнь и антипатию. Судя по раскачиванию машины, качок приехал не один, сквозь тонированные стёкла в салоне просматривались два нечётких человеческих силуэта.
   Качок нетерпеливо переминался с ноги на ногу, ожидая, когда тормозь на крыльце разродиться ответом. Вадиму никогда не нравились подобные "хозяева" жизни, смотрящие на всех свысока, как на быдло, мерящие окружающих по толщине кошелька. Было в водителе нечто неуловимое, делающее его духовным родственником внучка Ширшихи. Возможно, он был не прав в оценке гостя и судит предвзято, разглядев лишь наносную штукатурку, но встречают по одёжке, а копать до ума и ранимой души желания от чего-то не возникало.
   - Пелагея Матвеевна умерла, найти её можно на кладбище, - ответил он через плечо, разворачиваясь на каблуках и скрываясь в доме. Толика уважения оказана, пора гостям и честь знать, могилку найдут сами. А то, что он валенком прикинулся и дурочку включил, так качок окромя валенка на пороге никого и не видел. Прежде, чем переться к чёрту на кулички мог бы для приличия людей поспрошать...
   Получив ответ, здоровяк ненадолго завис, переваривая слова хозяина, видимо, что-то не сходилось у него с источниками информации, утверждавшими, что живёт в Таёжном сильный экстрасенс. Водитель немного потоптался у ворот, прикидывая так и эдак, через пару минут мыслительный механизм в его черепушке пришёл к какому-то решению и выдал команду. Гость запрыгнул в салон. Человеческие контуры качнулись к переднему сиденью, между людьми завязалась короткая дискуссия. Руками никто не размахивал, в истерике не бился. Через минуту глухо рыкнул дизель, глушитель выплюнул сизое облачко солярного выхлопа и джип резво покатился в сторону центра посёлка.
   Вадим подошёл к окну и проводил взглядом внедорожник. Не сказать, что он шибко тяготился унаследованным от Пелагеи Матвеевны даром, но ни к чему ему излишняя известность. Джип из Амурской области был первой ласточкой, принёсшей в клювике доказательство древнего постулата, гласившего, что сарафанное радио распространяет информацию быстрее скоростного интернета. Таёжный не совсем оторван от мира. С появлением в посёлке операторов сотовой связи и провайдеров всемирной сети в разы увеличился обмен информацией между лесными аборигенами и городскими родственниками. В городах, ессно, тоже есть уши, которые любят, когда в них вдувают необычные сказки, особенно если они имеют волнующий мистический окрас, соревнуясь с телевизионными "Битвами экстрасенсов". По телевизору можно показать что угодно, придумать и смонтировать на компьютере, а тут Манька-своячница сама, своими глазами видела...
   Правильно в своё время пела Алла Пугачёва про цыганку и людей, желающих знать предначертанную судьбу. Знают же, что карты врут, старая гадалка правды не скажет. Но нет, идут к ней на поклон, звеня монетами и надеясь на удачный расклад. "Меня обманывать не надо, я сам обманываться рад". Гадалка тасует колоду, раскладывает дам и королей, зная, что клиент пришёл за надеждой и удачей в делах, и она даёт ему искомое, а что удачи нет, то карты так легли, ведь всегда есть два пути, милок или милая, не на тот ты свернула - твой валет был на другой развилке.
   Дар Вадима из другой области, но кое-что в нём сродни гаданию цыганки, рассчитанному на психологический аспект, взять того же Степана. Потерпел когда-то мужик фиаско на любовном фронте и вбил себе в голову, что его "инструмент" повис на "половине шестого", пока ему не перепали заговорённые монетки, психологический клин не вышибался. Правда, до этого мнимый импотент стал свидетелем исцеления настоящего больного и был психологически готов к чуду, приняв его за чистую монету. Последнее как раз и роднило знахаря с шарлатанкой - вера людей в чудо. Одни мечтают обмануть судьбу, вторые хватаются за соломинку, надеясь избавиться от недуга, в борьбе с которым медицина расписалась в полном бессилии. Вадим подозревал, что широкоплечий парнишка и пассажиры джипа были из когорты гоняющихся за чудом...
   Вскоре машина скрылась из виду. Вспомнив о пустующей со вчерашнего вечера хлебнице, Вадим решил прогуляться до магазина. Кроме хлеба не помешало бы чая и печенья прикупить, и гречка вот-вот закончится. Сунув в карман пакет, () проверив на месте ли портмоне, он спустил с цепи Снежка и отправился за покупками.
   "Час от часу не легче!" - про себя выругался Вадим, возвращаясь от торговой точки и узрев у родных ворот знакомое средство передвижения, вокруг которого наматывал круги здоровяк со шрамом. На другой стороне улицы стояла соседка. Тётка Лариса, активно жестикулируя, что-то поясняла хозяину иномарки. Тут она обернулась, увидела прихрамывающего Белова, махнула в его сторону рукой и поспешила скрыться за надёжными воротами родного дома. Скрылась, как же! Наверняка старая "партизанка" заняла замаскированный НП, открыла форточки, настроила окуляры и слуховые аппараты, приготовившись внимать. В деревне не так много развлечений, новые люди в глухом медвежьем углу сами по себе канают за развлекательную передачу. А тут такое событие - к Белову аж из Благовещенска приехали! Кто же пропустит бесплатную развлекуху? Вадим с трудом подавил родившееся в груди глухое раздражение.
   Качок, ожидавший запропастившегося хозяина дома, состроил зверскую рожу, шагнув ему навстречу:
   - Пацан, это ты что ли экстрасенсом будешь? Чо, бля, сказать не мог?
   - Здравствуйте! Откуда я знаю, кто вам нужен, - дипломатично ответил Вадим. Опять никто не хочет с ним здороваться и представляться, такое впечатление, что об этикете и нормах поведения в городе не имеют понятия. - Вы бы сразу определились: к бабке вам или к кому другому, в посёлке из медицинских учреждений ещё есть фельдшерский пункт.
   - Ты, чо, баклан, самый умный? - Глаза качка налились дурной кровью, казалось, он сейчас сорвётся и бросится на Вадима с кулаками. Пассажиры в машине сидели тише воды, ниже травы, хотя они не могли слышать разговора из-за музыки (как ни странно - классической) доносившейся из салона. - Решил поприкалываться?
   Вадим спокойно смотрел на накручивающего себя мужчину, размышляя о том, что помощь психолога и невропатолога тому не помешает. Слишком возбудимый, ему стоит подлечить нервишки. Почему некоторые до сих пор живут по принципам и понятиям девяностых годов прошлого столетия? Базар-вокзал. Скупщики таёжных разносолов из Хабаровска рассказывали, что современный рэкет обзавёлся манерами, галстуками, костюмами-тройками, юридической поддержкой и дань собирает с улыбками на лицах. Соответственно клиентам не так больно расставаться с честно заработанными деньгами. Пожав плечами на последнее заявление, Вадим молча повернулся к калитке. В спор и словесную перепалку влезать он не хотел, да и никогда не был особо силён в искусстве "базара", обычно довольствуясь кулаками. В школе его не задирали даже самые отъявленные двоечники, не боялся он и качка. Был тот не на много больше его самого.
   - Стоять! - на плечо легла тяжёлая рука.
   - Руку уберите! - сказал Вадим.
   - Мы не закончили разговор.
   - Закончили!
   - Не понял?
  
   - Тут понимать нечего. Мне не о чём с вами разговаривать. Руку уберите!
   - А то, что?
   Вадим скинул с плеча чужую руку, развернувшись к водителю джипа, когда и как он успел перейти на второе зрение, он не помнил, для него было важным, что его противник светился яркими цветами здоровья. Он выпустил силу, мысленно прокачивая энергию через каналы на руках, действуя точно так, когда занимался лечением людей. Энергия сконцентрировалась на ладони и выстрелила в крепыша. Светящиеся жгутики на горле качка оказались передавлены белым лассо, вытянувшимся из руки Вадима. Мужчина натужно задышал, потом скривился, хватаясь руками за горло, и рухнул на колени, пытаясь вдохнуть воздух.
   - Отпусти его! Дарт Вейдер недоделанный! - раздался звонкий девичий голос.
   - Проваливай! - сказал Вадим мужчине, освободив того от энергетического захвата.
   Освобождённый перестал скрести руками по невидимой удавке, сделал глубокий вдох, порозовев лицом:
   - С-с-сука, - прохрипел он, - падла, ты что творишь...
   - Мало? Могу добавить! - вторая волна гнева чуть не захлестнула парня.
   - Только попробуй! - донеслось со стороны машины. - Папа за Вадима тебя заживо похоронит!
   - Проваливайте, - повторил "деревенский" Вадим городскому тёзке и его звонкоголосой заступнице, демонстративно отвернувшись от четырёхколёсного коня. Он специально не обращал внимания на девчонку и не смотрел в её сторону, чтобы не увидеть ауру и тёмные болезненные метки в разноцветье человеческого тела. Стоить только глянуть на говорунью, разглядеть наличие недуга, и он не сможет отказать в помощи. Понтовая девчонка въедет во двор на одной жалости, чего Вадим совсем не хотел, потому предпочёл игнорировать болезных гостей.. Пелагея Матвеевна наказывала не грешить. Будет ли грехом обычное игнорирование? Трудно сказать.... От того, что страус, спасаясь от проблем, прячет голову в песок, не делает напасти невидимыми. Спрятаться от них можно, можно их игнорировать, но от этого они никуда не денутся, настигнув убегающего от их внимания в самый неподходящий момент, навернув бедолагу вдоль и поперёк хребтины.
   Он понимал, что маленький конфликт у ворот может иметь большие последствия. Наблюдатели за соседскими заборами накачают из мухи слона, добавят пикантных деталей, и пересказ, обрастая надуманными подробностями, пойдёт гулять по посёлку. Поселковые слухи и бредни воспалённого сознания некоторых кумушек не так страшны, как возможная реакция городского пижона. Красный петух любит сухое дерево... Свои побоятся связываться с кочетом, а городским падальщикам бояться нечего, так что последствия могут быть самые разные.
   Вадим опять не к месту вспомнил Ширшиху - она никогда никому не отказывала в помощи. Но старуха была куда как опытней и сильней молодого, необученного преемника - знахарка издали чувствовала неприятных для неё людей, умело избегая встречи с ними. Хитрая бабулька знала, как и когда применять отвод глаз. Наследник дара этим хитрым искусством ещё не овладел, посему не был застрахован от форс-мажоров в общении с "татарами незванными", типа отползающего от него тёзки.
   Щёлкнув засовом на калитке, Вадим отделил себя от внешнего мира и его забот. Старый, добрый аутотренинг порой творит чудеса. Не оглядываясь, он скрылся в доме.
   Джип некоторое время давил колёсами подтаявшую землю у ворот, неясные людские контуры, скрытые тонировкой, наклонялись друг к другу, по всей видимости, решая, как поступить. Минут через десять, с резкой перегазовкой "японец" сорвался с места, разбрызгивая весеннюю грязь и серый рыхлый снег, () быстро скрылся за поворотом.
   Тётка Лариса долго наблюдала за тёмным неподвижным силуэтом, застывшем в окне беловского дома, что выходило аккурат на ворота и хорошо просматривалось из её кухни. Замершего в ступоре парня со спины подсвечивало солнечными лучами, которые били в угловое окно. Иногда соседке казалось, что Вадим качается из стороны в сторону, но вскоре она разобралась, что это шевелится тюль, складками которой играет прорывающийся через открытую форточку сквозняк.
   Любопытная соседка пыталась разобраться в том, свидетелем чего она стала не так давно. Лариса всегда была наблюдательной, зачастую подмечая то, что упустили другие. Она умела анализировать и давать оценку различным мелким и незаметным фактам. Пусть её способность замечать скрытое и неочевидное была чисто бытовой, но она помогала женщине всегда быть в курсе всех курсирующих по Таёжному слухов и сплетней, и, что немаловажно, выделять из сплетен реальные факты, составляя реальную картину того или иного события.
   Лариса видела, что Ширшиха с малолетства привечает беловского внучка, подолгу чем-то занимается с ним в доме или что-то рассказывает мальчишке, сидя на сколоченной им же для древней знахарки лавке. Такое отношение нелюдимой бабки к кому-либо само по себе могло родить не одну сплетню, но Ларисе хватало ума и такта не лезть туда, куда её не просят. Ширшиха могла запросто сглазить или наслать порчу. Старухе было далеко за сто лет, но сил от этого у неё меньше не становилось. Характерным показателем было поведение заезжих цыган, десятой дорогой обходивших дом деревенской знахарки. Чувствовали ромалэ силу, предпочитая не связываться с её источником.
   Лариса знала, что подобные Ширшихе просто так не умирают. Ведьмы и колдуны не могут покинуть бренный мир, не передав дар. Не поэтому ли старая карга - Пелагея, привечала мальца? Ведьма растила наследника, а Белов старший никак ей не препятствовал. Или заколдовала его знахарка или хитрый дед сам подтолкнул внука к ведьме. Старики вспоминали, что дед старого хитрована слыл сильным колдуном, не только заговаривая в тайге зверя, но и насылая дождь в засушливые годы. Потом сила у Беловых уснула, проснувшись через четыре колена. Сколько лет прошло? Значить, правду люди говорят, что наследуют через четыре поколения. Ай да Белов, ай да старый хрыч. Всех перехитрил. Женщина нервным жестом поправила выбившиеся из-под платка волосы, вспоминая канувший в лету сентябрь, смерть Ширшихи. Ведьма передала дар и Вадим принял. Сам принял, добровольно. Сила передаётся только с согласия принимающего. Досталась ноша парню и ведь выдержал, вынес на плечах и смерть стариков и овладение даром, не сломался. У Беловых всегда был стальной стержень. Почти всегда... Непутёвая дочь не в счёт, зато сын у неё копией деда получился, обломал мать с наследством, как нашкодившую девчонку, прогнал прочь. Пусть радуется, дура, что от отчего порога не отрекли. Такой может.... Лариса посмотрела на заплывшие грязью следы джипа на дороге и плотнее закуталась в шаль....
   Приезжий ей сразу не понравился - высокомерный сноб. Стоило увидеть возвращающегося из сельмага Вадима, как она быстро закруглила вынужденную беседу, поспешив занять место у окна, подспудно гадая, пустит Белов приезжих в дом или откажет в гостеприимстве? Отказал.... Женщина вздрогнула и поёжилась от волны холодных мурашек, пробежавших по спине. Для себя она решила, что накажет родственникам и соседям никогда не задирать молодого знахаря. Не дай Бог столкнуться лицом к лицу с испивающим саму душу холодом, льющимся из глаз парня, в один миг ставшего похожим на ту, что взмахом косы отбирает жизнь. В тот миг Лариса подумала, что Вадим убьет городского здоровяка. Тот уже и хрипеть перестал, завалившись на бок, но Белов сумел обуздать ярость и отпустил приезжего дурака. Женщина машинально перекрестилась, вот Вадимка, и вторая сторона монеты....
  

*****

   Мир менялся, рушился на глазах, то, что раньше казалось незыблемым, оплывало подобно восковой свече. Яркий, трепещущий огонёк на конце фитиля дарил не только свет - он открывал глаза на скрытое в тенях, пляшущее под фривольные изгибы пламени...
   В голове было на удивление пусто. Мысли, которые роились в черепушке, попрятались в укромных уголках. Сам хозяин пустой головы бездумно пялился на почерневший снег за окном, не замечания ни сквозняка, ни стылого весеннего холодка, облизывающего углы комнаты и оседавшего лёгкой сыростью на отпотевающих гладких и стеклянных поверхностях. Пробравшись стылыми пальцами под тонкую ткань одежд, холод привёл человека в чувство.
   Зябко поёжившись, Вадим отошёл от окна. Уже вечер? Это сколько он изображал из себя статую? Хорошо в доме голубей нет, а то уляпали бы голову помётом, он бы и не заметил. Старые ходики с грузиками-шишечками, натужно скрипнув, отбили семь часов вечера. Сильно его припекло, однако... Вадим посмотрел в окно. Вечереет, тётка Лариса что-то кричит мужу и гневно тычет рукой в бадью с картофельными очистками и запаренным комбикормом... Парень спохватился - на соседку смотрит, а у самого скотина не кормлена! Быстро переодевшись, он развёл с утра запаренный комбикорм тёплой водой из бойлера, разделив смесь по вёдрам. Большое - Зорьке, маленькое - Тёмчику, которого он потихоньку прикармливал, отучая от молока, но телок, нет-нет, да пробирался к мамке, выдудонивая её досуха. Стоило войти в стайку, сразу стало понятно, что парного молока на ужин не будет. Тёмчик умудрился вновь пролезть к мамке и сделать своё черное дело, оставив нерадивого хозяина без пайки. Нечего, родимый, ушами хлопать и изображать из себя статую. Беззлобно выругавшись и загнав наглого бычка на место, Вадим вычистил навоз и подсыпал на пол свежей соломы. После чего накормил мычащих и кудахтающих, разжившись в летках четырьмя свежими яйцами. За неимением лучших вариантов на ужин будет глазунья с помидором и зелёным луком. Последний, как и укроп с петрушкой, парень второй год выращивал в подполье в специальных ящиках с сырыми опилками. В роли солнышка выступали лампочки. Место ящики занимали немного, зато в любой сезон в доме была зелень.
   Глядя через открытую заслонку на пляшущие языки пламени, весело пожиравшие трещащие полешки, Вадим погрузился в себя, вспоминая не столь далёкие события, выбившие его из наезженной за зиму колеи.
   ...Это было неожиданно приятно - держать чужую жизнь в кулаке. Тёплая истома, как сладостная нега после секса, растекалась в тот момент по телу. Это была ВЛАСТЬ над жизнью и смертью, манящая и притягательная. Она дарила силу, а не отбирала её, как при лечении, ложась на язык сладким привкусом, а не приторной горечью человеческой боли. Он едва сдержался, еле-еле устоял на грани, чуть было с головой не нырнув в тёмный омут. Молодой знахарь звериным чутьём смекнул, что омут может не выпустить его обратно. Выпивая чужую жизнь, он был похож на наркомана, испытывающего кайф-приход. Так и подсесть недолго.... Осознав это, он ужаснулся и разжал руку, выпустив энергетический поводок, который сжимал шею городского тёзки. Звонкий окрик девчонки, обозвавшей его Дарт Вейдером, послужил своеобразным толчком. В голове зароились воспоминания и слова Пелагеи Матвеевны, сказанные перед смертью. "Не греши", - проронила она. Без сомнения, Ширшиха намекала о второй стороне дара, доставшегося парню. Палка оказалась о двух концах: первый - лечит, второй - калечит. Спровадив непрошеных гостей, он впервые серьёзно задумался над тем, что ему досталось, и был ли это только дар почившей в бозе знахарки. Только ли? Сколько бы он не бился, не искал ответы, ясно было одно, теперь ему предстоит всю оставшуюся жизнь балансировать между аверсом и реверсом доставшейся в наследство монеты, которую нельзя было причислить ни к золотому дублону, ни к медному грошу, ибо обе стороны требовали в первую очередь ответственности. Да-а, с его даром можно было озолотиться или сгинуть ни за грош, или отвернуться от мира, живя затворником, как сделала Пелагея Ширшова...
   Вадим поставил на печь любимую бабушкину чугунную сковородку, которую, если честно, не променял бы ни на какой самый модный тефлоновый "Тефаль". Никакое разрекламированное чудо не могло сравниться с чугунным раритетом производства тридцатых годов прошлого века. Сковорода была волшебной. На ней не подгорали блины, картошка будто сама собой прожаривалась до золотистой корочки и всё, что на ней готовилось было произведением кулинарного искусства. Даже простая глазунья превращалась в царский ужин, а не становилась завтраком вечно голодного студента.
   Перекусив приготовленной на скорую руку глазуньей, он уселся в старое кресло, в котором любил читать книги, перенявши привычку от деда. В этом старом, продавленном кресле, наделённом особой аурой, думалось по-особому легко. Все важные решения принимались парнем после часа другого кресельных раздумий.
   "Будем исходить из того, - думал Вадим, - что дед знал или подозревал о наличии у меня экстрасенсорных возможностей. Значит, для этого были какие-то предпосылки или зацепки, смог же он сделать соответствующие выводы, как и Ширшиха. Почему Пелагея Матвеевна предложила дар мне, на каком основании? Думай, Дарт Вейдер, думай. Как дед, живя в тайге, мог увидеть в тебе знахаря?"
   Тут у Вадима что-то щёлкнуло в голове. Мысленный поток зацепился за слово "тайга". Да, лес для него был вторым домом, он никогда не блудил, не боялся зверя, всегда находил грибные и ягодные места, даже в самый неурожай не возвращался домой пустым. Любой овощ, посаженный им на огороде, всходил и созревал на неделю раньше, чем у соседей, картошка практически никогда не болела болезнями, скотина и животные всегда тянулись к нему. Вадим вспомнил реакцию пасечника - деда Бондаря, когда он, семилетний пацан, уселся на спину Бугру - громадному кобелю, охранявшему таёжную пасеку от поползновения косолапых любителей мёда. Бугор был из породы то ли Неделянов3, то ли Наделянов, весил под восемьдесят килограммов и не боялся никого. За то и был отправлен в лес, ибо кобель мог выйти победителем в противостоянии один на один с косолапым. Пёс слушался и подпускал к себе только хозяина и какого же было удивление последнего, когда малолетний шкет взнуздывает грозного стража и тот безропотно катает его по поляне на манер ласкового пони. Бугор (порода Меделян) [] Старший Белов тогда только посмеялся в усы, хлопнул Бондаря по плечу и о чём-то ненадолго задумался. О чём думал дед? Вадим по-стариковски покряхтел, разминая онемевшие от долгого сидения ноги. Встав, он походил по комнате, подкинул дров в печку, после чего вернулся на насиженное место. Мысли потекли по накатанной колее, возвращаясь в минувшее детство. Дед ни слова не сказал против походов внука к соседке. Белов старший всегда почтительно обращался со сморщенной бабуськой, она отвечала ему той же монетой. Странно, почему Вадим не замечал или не вспоминал об этом раньше? Ширшиха никого не пускала в личное пространство, но почему-то сделала исключение для него и для деда. С бабушкой знахарка держалась тоже ровно, конечно, без того пиетета, с которым она относилась к нему. Парень чувствовал, что ответ кроется где-то рядом. Стоит только потянуться рукой в нужном направлении, но отгадка постоянно ускользала, словно он что-то позабыл и этот маленький нюанс не даёт мозаике сложиться в цельную, завершённую картину. Несомненно, дед знал о его предрасположенности. ...Ширшиха тоже знала и, возможно, учила его, но почему он ничего этого не помнит? Почему?
  
  
  
   Продолжение следует...
  
  
   1. шишки на кедре было море - местн. диалект. Имеется ввиду богатый урожай, большое количество шишек на кедрах.
  
   2. Колот - напоминает большую дубину, считается браконьерским приспособлением, так как при сильных ударах по стволу кедра повреждается кора дерева.
  
   3. Правильно - Меделян - это довольно крупная молосоидная собака с силой и мощью бульдога, стойкостью, выдержкой и благородством мастифа, обладающая превосходной шерстью с подпухом, что защищает ее от длительных зимних морозов. Прекрасный семейный страж и компаньон, особенно для загородной жизни. Свое название он получил в честь древней, безвозвратно утерянной, истинно Русской породы - Меделянская собака, которая и стала прототипом Современного Меделяна.
  
  
  
   Вадим тонул. Сил не осталось даже на то, чтобы просто барахтаться, но он продолжал упорно бить руками по тёмной морской глади. Ноги с каждой секундой становились тяжелее, теряя чувствительность в холодной воде. Скоро и тело станет таким же, как и оледеневшие ступни и тогда прощай небо - здравствуйте раки! Берег, ему бы суметь догрести до берега, тёмная полоска которого не становилась ближе из-за течения, уносящего жертву в бескрайний океан. Вадима сковала холодом, одеревеневшие руки повисли безвольными плетями, вынырнувший из глубин водоворот ухватил его за голени и потянул вниз, тёмная вода сомкнулась над головой, грудь сдавило от нехватки воздуха. Морская бездна раскрыла пасть. Проводив взглядом последние пузырьки, выпущенные из сжатых давлением лёгких, он открыл в немом крике рот и проснулся...
   Сердце с бешеными перебоями стучало о грудную клетку, казалось, что оно вот-вот проломит хлипкую преграду и выпрыгнет наружу. Мышцы между рёбрами болезненно стянуло. Как говорят в народе - ни вздохнуть, ни пёрнуть.
   - Приснится же..., - прошептали посиневшие губы. Вадим, смахнув со лба обильную испарину, дёрнулся встать с кресла и тут же скривился от сонма мурашек, побежавших по затёкшим от долгого сидения в неудобной позе конечностям.
   Старые ходики, дёрнув шишечками с облетевшей позолотой, отстучали четыре часа.
   - Вот это я даванул...
   Поджимая озябшие пальцы ног, кресельный засоня проковылял до окна и захлопнул форточку. Дрова в печи давным-давно прогорели. Судя по тому, что уголья и зола не давали искр, когда их пошевелили кочергой, а стылый уличный холод, пролезший через форточку и дымовую трубу с открытым на всю катушку дымоходом, вольготно обосновался в доме, случилось это часа три назад. Вадим выбрал совком золу, накидал на колосья огрызков бересты с тонкими расколотыми полешками и чиркнул спичкой. Вскоре горячее пламя жадно чавкало, поедая свежую порцию дров и плотоядно поглядывало на ведёрко уголька. Холод недовольно сдавал захваченные позиции, оседая каплями слёз на запотевших окнах.
   - Надо переделать бак на печное отопление, - сказал Вадим сам себе, смотря на радиаторы.
   Два года назад они с дедом установили в доме алюминиевые радиаторы и небольшой расширительный бачок, который смонтировали на кухне. Нагревалась вода парой электрических тэнов, врезанных в самодельный бак бойлера. Для того, чтобы обеспечить нормальную циркуляцию, в трубу, идущую от бойлера, был врезан маленький циркулярный насос. Первый месяц деревенские самоделкины нарадоваться не могли на сотворённое чудо инженерной мысли, но получив счет за электроэнергию - призадумались. В пересчёте на рубли "новодел" за один месяц "скушал" две с половиной тысячи целковых. Удовольствие выходило не из дешёвых.
   - Поторопились мы, Вадимка, - помяв в руках бумажку от энергосбыта, задумчиво сказал дед. - Хорошо-то оно хорошо, дык оно всё равно, что печь червонцами топить, а ведь ещё морозов настоящих не было. Дорогое удовольствие-то выходит.
   Покумекав, мастера приняли соломоново решение. В обиход была запущена следующая схема - тэны подключались к пускателю с цифровым таймером, который включал бойлер с часу ночи до шести утра. Не зря же в доме установлен двух тарифный счётчик, так пусть оправдывает себя. Днём топили печь. Вадим было заикнулся о способах обмануть злокозненный прибор учёта, но дед так глянул на него, что махинатор проглотил и слюну и заготовленную в пылу речь.
   - Никогда Беловы не воровали! - рявкнул старик, как обрезал. На сих словах конфликт с нечистой совестью был исчерпан.
   Пока дед с бабушкой были живы и получали, как говаривал дед - стипендию на пенсионный постой, он не особо задумывался об экономии. Денег Беловым хватало. Со смертью стариков, парень уже сам отвечал за холостяцкий бюджет и предпочитал экономить копейку, которая, как известно, бакшишем рубль огребает. Планы на университет никак не гармонировали с растратами на электроэнергию. С наступлением оттепелей электроотопление было выведено из работы. Тепловой режим в доме поддерживался исконным деревенским методом через дрова и уголь. Стоило хозяину заснуть в кресле и забыть о дровах, форточке и капризной весенней погоде, как та сама напомнила о себе двадцатиградусным морозцем и порывистым ветерком.
   Поняв, что заснуть больше не получится, Вадим взялся за хозяйские хлопоты. Вечером заниматься ими было как-то недосуг. Голова была занята другими думами.
   Запарив комбикорм и нарубив тыкву, он включил телевизор. Бумкающий на краю сознания "матюгальник" позволял несколько расслабиться и не чувствовать себя одиноким.
   - Люк! - Вадим чуть не поперхнулся чаем. - Люк! Я твой отец! - вещал с голубого экрана мужик в чёрном плаще и маске.
   Парень развернулся к телевизору.
   - Брутальный мужик, реальный чувак, - буркнул он. - И чего на бедного наезжают? Мне бы ещё фонарик, как у него. Таким было бы прикольно дрова колоть.
   Вадим улыбнулся, представив себя за колкой поленьев лазерным мечом. Вечерние метания и страхи в свете нового дня показались несущественными. Стоило ли себя так накручивать и из-за чего? До него жили с подобным даром и он проживёт. Сейчас новоприобретённая способность воспринималась по-иному. Он смотрел на экран и думал о том, что в жизни нет чёрного и белого. Цвета придумали люди, добро и зло так часто меняются местами и часто они сами не знают кто из них кто. Ещё бы, ведь историю пишет победитель.... Добро, по жизни, всегда побеждает зло, всегда! Ставит его на колени и зверски забивает ногами.
   Новая грань дара, как новое испытание на прочность и способность остаться человеком. Дар - это как лишний пулемёт в хозяйстве или бронепоезд на запасном пути. Кушать и денег не просит.... Вадим допил чай, посмотрел на дно кружки, грустно улыбнулся и подумал о том, что не мешало бы плотно налечь на тренинг самоконтроля. Резюмируя недавние размышления, он пришёл к выводу - тренировать следует обе стороны дара или даров, однобокое развитие ни к чему хорошему не приведёт и никогда не приводило. Контроль, контроль и ещё раз контроль! Бронепоезд бронепоездом, но если у него сорвёт тормоза? Значить, надо сделать так, чтобы их не сорвало, а поможет ему.... Великая сила - интернет, сколько знаний скрывают твои бездонные виртуальные пространства, поделишься ли ты ими?
   - Гугл в помощь, - сказал Вадим, ставя грязную посуду в посудомойную раковину.
   Преодолев стены курятников и прозрачные преграды оконных стёкол, до молодого знахаря донёсся крик петухов. Здравствуй, день грядущий.
  

*****

   До обеда небо хмурилось мутной дымкой и рваными облаками. Ветер стаскивал серых странниц в одну кучу, набивая себе перину. Как-то незаметно хмарь заполнила все уголки небосвода. От горизонта до горизонта теснились тяжёлые, наполненные снегом "подушки". Чуть погоняв их, ветер плюхнулся на приготовленное ложе, выбив из перины белый пух. Белая стена снегопада накрыла Таёжный и окружающие посёлок сопки.
   Вадим лениво помахивал лопатой, расчищая дорожки к бане и могилкам деда и бабушки. Снегопад не прекращался. За какой-то час снегу навалило по колено. Если не поработать сейчас, то к вечеру до бани и с бульдозером будет не пробиться. Хвостатый сторож, спущенный с цепи, гавкая на всё подряд, словно молодой щенок, носился вокруг. Он то целиком зарывался в мягкие свежие сугробы. То хватал пастью белую снежную массу, облизываясь, будто это не снег, а кусок парного мяса. То прыгал на лопату, играючи кусая черенок. Хозяин четвероногого друга временами поддевал пса, вываливая на него с лопаты плотные комья снега. Хвостатый не на долго отбегал в сторону, делая вид, что обиделся, но через пару мгновений лающее торнадо вновь нарезало круги вокруг парня. Пройдя дорожки по второму кругу, Вадим бросил бесполезное занятие. Снег, словно песок, гонимый пустынным суховеем, на глазах переметал расчищенную тропу.
   Посёлок словно вымер. Непроглядное снежное покрывало всех по домам разогнало, даже собаки предпочитали не высовываться из будок, чего уж говорить о людях. Неугомонные иркутяне и те не казали носу из отгроханной хоромины. Кроме Степана, но тот с некоторых пор обитался по другому адресу, охраняя покой невесты. На работу Загоруйко являлся выстиранным и выглаженным, лоснящимся от домашних разносолов и с мечтательной искрой в глазах. Все его разговоры вертелись вокруг Тонечки, а когда Антонина проговорилась, о своей непраздности, радости будущего папаши не было границ. Жених и невеста в тот же вечер заявились к Вадиму с возом горячительного и приглашением на свадьбу. Коньяк, вино и конфеты тот принял, а от приглашения ненавязчиво отказался, мотивируя отказ взмахом руки и указующим перстом, ткнувшим в стайки и дом. Как и на кого хозяйство бросить? Ведь знаменательное событие Степан и Тоня решили перенести в Иркутск. Бригада обсуждала новость бурно. Фомин не стал кочевряжиться, объявив следующий день выходным. Бригадир в уме подсчитал количество водки, сделав для себя неутешительный логичный вывод - болеть народ будет сурово и работники из них будут никакие. Но действительность оказалась не столь мрачна, как предрекали прогнозы многоопытного Геннадия Михайловича. Ребята праздновали весело, с песнями и шутками-прибаутками, Тоня, несомненно, была королевой вечера. Никто не напился, больше половины "снарядов" так и осталось нераспечатанными. Оставшуюся "беленькую" рачительный Фомин припрятал до лучших времён.
   Вадим сидел дома и впервые за долгое время не знал, чем заняться. Телевизор смотреть не хотелось. С интернетом был облом. Связь через мегафон-модем присутствовала, но скорость была такая, что и Смерть повесится, пока дождётся загрузки чего-либо. Книги все перечитаны на несколько рядов, заниматься весь день аутотренингом? Увольте! Поэтому лай Снежка был встречен с некоторой радостью. Подкрадывающаяся хандра спряталась до следующего раза. Кто-то едет...
   По дороге, натужно переваливаясь с боку на бок и через сугробы, загребая бампером снег, катило очередное внедорожное чудо японского автопрома. К бабке не ходи, водитель джипа правил своего "коня" к дому с известным адресом. Вадим вышел на порог. Внедорожник, нарезая колею, подкатил к его воротам. Машина была другая, нежели вчера, хоть и той же марки. Тонированные "Лендкрузеры" отличались номерами. Пробившийся через снежные завалы джип был из родного региона. Зачастили гости, зачастили. И снежная буря им не помеха, видимо серьёзно припекло. За лобовым стеклом угадывались силуэты двух человек. Судя по контурам - женские, что подтвердилось через пяток секунд. Открыв водительскую дверь, на снег спрыгнула стройная девушка в коротеньком пуховичке:
   - Встречай гостей, Белов! - задорным голосом крикнула она.
   - Валька? - Вадим узнал гостью. - Пчёлка! Ты ли это?
   - Гляди-ка, узнал! Я, Белый! Я, ты ротик-то закрой, челюсть она не казённая или решил за бульдозера поработать? Почистишь дорогу до моих предков?
   - Пожужжи мне.
   - Ну-ну, напугал ежа голым задом.
   - Тебя, Пчёлка, напугаешь. - Вадим открыл калитку и подошёл к Валентине.
   - Привет, Беленький! - девушка, повиснув на его плечах, смачно чмокнула парня в губы. - Белый, тебя бриться не учили? Совсем одичал тут без присмотра. Чуть всё лицо не ободрал мне своей щетиной.
   Вадим улыбнулся. Больше двух лет прошло, а Валентина всё такая же. Непоседливый, непосредственный, бесцеремонный и очаровательный вихрь на двух ножках. За два года девушка ещё больше похорошела и расцвела. Жизнь в городе пошла ей на пользу. Он сразу отметил профессиональный неброский макияж, призванный оттенять естественную красоту, а не заменять её и холёные ухоженные руки с аккуратными ноготками. Физическим трудом Валя себя явно не изнуряла.
   - Привет, красавица! - Вадим, ничуть не стесняясь второй гостьи, хлопнул Валю по круглой попке, затянутой джинсами.
   - Подлизываешься? - в ответ девушка шутливо ударила его по рукам.
   - Констатирую.
   - Беленький, ты такой же неотёсанный чурбан, каким был два года назад и что я в тебе нашла? Нет, чтобы завалить даму комплиментами, ты сразу руки распускаешь.
   - Пчёлка, мне просто интересно, каким мёдом тебя кормили в городе, что у тебя распухли самые привлекательные места, ты извини, не смог удержаться.
   - И где тот скромный мальчик, которого я помню? Признавайся, куда ты дел Беленького, который постоянно был красненький?
   - Пропил. Чем у нас можно заниматься? - Вадим пожал плечами.
   - Белов, тебя не учили, что обманывать нехорошо? Мне тут синичка на хвосте принесла, что ты на досуге колдуном заделался.
   - Ага, есть такое. На метле летаю. Младенцев в котлах варю, порча, сглазы, привороты за пол цены. Тебе, как вип клиенту - бесплатно. Предки нашептали?
   - Почему сразу нашептали. Маман каждый раз, как я домой звоню, про тебя новую байку рассказывает. Я девушка доверчивая, но даже я не знаю, чему можно верить, а чему нет.
   - Не вытерпела и решила поинтересоваться у первоисточника?
   - Типа того. Помощь твоя нужна, - Валентина моментально перешла на деловой тон.
   - Помилуйте, хозяйка, чем деревенский холоп может помочь барыне из города? - продолжая дурачиться, ответил Вадим. Он давно оценил состояние ауры и цветовую палитру органов девушки, не найдя ничего страшного кроме пары мелочей.
   - Если ты про джип, то он не мой.
   - Как я понимаю, и помощь нужна не тебе, - Вадим сбросил маску недалёкого крестьянина.
   - Умница, возьми с полки пирожок.
   - Пчёлка, крылья поотрываю. Девушка, - парень повернулся к джипу, - Валентина случайно не ради вас распинается?
   - Ради меня. Здравствуйте, меня зовут Ирина.
   Пассажирка вышла из машины, ею оказалась стройная женщина с тонкой талией, высокой грудью и копной чёрных вьющихся волос, обрамляющих миловидное аристократичное лицо, форма которого напоминало сердечко. Высокие скулы задавали тон, прямой носик и пухлые губки смягчали линию подбородка, но царствовали над всем зеленющие глазищи. Проснувшийся в парне знахарь возраст Ирины оценил в двадцать восемь-тридцать лет.
   - Прошу в дом. Не будем о делах на улице.
   - Вы идите, - сказала Валя, - А я до своих прокачусь. Ирина Сергеевна, можно?
   - Можно, - улыбнулась женщина, - я звякну, если что.
   Женщина достала из салона объёмную спортивную сумку. Вадим, показав себя джентльменом, подхватил не такую уж тяжёлую ношу.
   - Прошу, - отворил он калитку. - Снежок, место! Проходите, он не укусит.
   - Спасибо.
   - Йес! Папаня обалдеет. Скажу, что джип мой, - Валентина забралась в машину. - Не скучай, Беленький!
   - И тебе не чахнуть. Не застрянь, Шумахер.
   - Не застряну! - джип рванул с места, не замечая наметённых сугробов.
  
   - Проходите, - Вадим взял гостью под локоток. - Не беспокойтесь, ничего с вашим джипом не случится.
   - Я не беспокоюсь, - ответила Ирина. - Меня удивляет другое.
   - Что же, позвольте полюбопытствовать?
   - Где Валя научилась ТАК водить машину? Не откроете секрета, а то она сама молчит, как партизан на допросе.
   Вадим усмехнулся и почесал маковку, решая, говорить или нет. Потом подумал, что будет забавным ознакомить гостью с некоторыми моментами биографии своей боевой подруги.
   - Вы наверно заметили, Ирина Сергеевна...
   - Просто Ирина, когда вы величаете меня по отчеству, я чувствую себя старухой.
   - Хорошо, - Вадим на всякий пожарный придержал рукой Снежка, ткнувшегося носом в бёдро гостьи. - Пчёлка, простите, Валя натура увлекающаяся.
   - Что-то есть такое.
   - В десятом классе она проигралась в карты в пух и прах одному однокласснику. Играли на желание, а так как она сразу заявила, что никакого секса в картах не приемлет, то ей выставили неприемлемое условие, как думали некоторые. Валентина должна была спереть у отца машину и проехать на ней вокруг Лысой сопки, а водить она, как вы понимаете, не умела. Дорога тоже не ахти, это ещё ласково сказано.
   - Жестокие у вашей молодёжи шутки.
   - Никто не ожидал от Пчёлки геройских поступков, желание было из разряда невыполнимых и все понимали это, только Валька оказалась натурой не только увлекающейся, но и упёртой. Она пошла к дядьке - брату отца. Выложила ему, как на духу, своё горе. Пошмыгала носом, похлопала ресницами и уломала родственничка устроить ей бесплатные курсы экстремального вождения. Две недели, в тайне от жены и брата, тот учил племянницу водить машину на старом танковом полигоне. Обучение закончилось экзаменом - Пчёлка угнала из гаража отцовский УАЗик и совершила, с точки зрения парней, невозможное. Если учесть, что она училась на шишиге и таком же "козлике", да на разбитой вусмерть трассе, то её заезд вокруг сопки не представлял особых трудностей. Парни были посрамлены, Валька получила от отца горячих по мягкому месту, но с тех пор она отвозила и привозила батю с рыбалки. Туда, как вы понимаете, чтобы узнать дорогу, обратно, потому что на рыбалку без водки не ездят. Как говорила сама Пчёлка - это её епитимья за то, что взяла без спросу отцовскую развалюху. Как я понимаю, всю дорогу рулила она? - Ирина кивнула. - Выходит Пчёлка отучилась на права, молодец. Как видите, никаких хитростей и загадок, просто после наших буераков и "козликов", любой сможет управлять заграничным жеребцом.
   - Весело тут у вас. Вы хорошо рассказываете, Вадим, я не ожидала от деревенского жителя..., м-м...
   - Культуры речи?
   - Да, словарный запас молодёжи сейчас засорен словами паразитами, мне буквально режут уши "типа" и "короче", вставляемые через слово. Выпускнице филологического факультета бывает несколько тяжело в современном мире.
   - Великая вещь - воспитание! - Вадим поднял вверх указательный палец и заговорщицки подмигнул. - Его величие познаёшь во всей полноте, когда оно подкрепляется дедовским ремнём и отлучением от сладкого. Старики у меня были старой формации и прав ребёнка не изучали, больше руководствуясь испытанными, домостроевскими методами, - он демонстративно потёр зад и состроил страдальческую физиономию. Ирина звонко рассмеялась. - Что же мы стоим на пороге, прошу. Гардеробная слева. Предлагаю разогреться с дороги чайком со смородиновым и малиновым листом, потом перейдём к сути ваших проблем, - голосом профессора Преображенского добавил он, чем вызвал ещё одну открытую улыбку.
  

*****

   А проблемы у Ирины были, настоящие и серьёзные, в простонародье они назывались простым, коротким, но ёмким словом - рак. Болезнь выявили на ранней стадии, то есть она была вполне операбельна. Врачи советовали молодой женщине пройти курс химиотерапии. Одна из клиенток косметического салона госпожи Ланской, узнав от знакомых о горе хозяйки заведения, рекомендовала пару клиник в Израиле и Германии. В Герцлия Медикал Центр лечилась московская тётушка клиентки, а в Германии проходил курс реабилитационного лечения бизнес-партнёр мужа. Оба отзывались о клиниках и лечении положительно. Если Ирина не хочет уезжать из России, то можно поискать хороших врачей и у нас.
   Не то, чтобы Ирина боялась заграницы - она боялась неизвестности и того, что дорогостоящее лечение окажется неэффективным. Её успокаивали и говорили, что болезнь выявлена на ранней стадии, соответственно шансы на успех самые что ни на есть реальные. Затягивать с решением не стоит, рак шуток и промедления не любит. Пока суд да дело, она продолжала работать, салоны красоты требовали постоянного догляда. Однажды она невольно подслушала разговор молодых сотрудниц одного из салонов, расположенных в центре города. В этом заведении у неё работали самые опытные девушки, обладавшие прекрасным вкусом и являвшиеся настоящими мастерицами своего дела. Ирина сама подбирала сотрудниц в ВИП-залы, подмечая перспективных девчат не только в своих заведениях, она ничуть не чуралась сманивать будущих работниц и работников у конкурентов. В зале было пустынно, накладки случаются у всех, выпало "окно" и у её подчинённых. Девушки пили кофе, обсуждая вчерашние "Битвы экстрасенсов". Одна из них, слушая подруг, постоянно усмехалась, словно знала нечто такое, о чём не говорят и не показывают по телевизору. На вопрос товарок, почему она постоянно морщится, Валентина Пчёлкина ответила в духе того, что есть у неё хорошо знакомый экстрасенс или колдун, тут уж кому как нравится и он подобной фигнёй не занимается. Узнав сколько деревенскому уникуму лет, девушки подняли Валентину на смех, в ответ та индифферентно пожала плечами, сказав, что ничего никому доказывать не собирается, а парень реально лечит людей. Одного товарища, к примеру, избавил от эпилепсии, попутно закодировав от пьянства и курения. Тут же всплыл сальный анекдот про кузнеца и его способ кодировки. Валя сдержанно посмеялась со всеми и отошла от подружек. Ирина неожиданно для себя заинтересовалась рассказом, после работы она пригласила Валентину к себе в кабинет и осторожно поинтересовалась у девушки, правду ли та говорила во время перерыва. Вызванная на откровенность сотрудница не стала отнекиваться от своих слов, повторно добавив, что не собирается никого ни в чём убеждать, а экстрасенса она знает, так как они одно время встречались. Валя не знает, каким любовником был Григорий Распутин, но все её ухажёры в подмётки не годятся Беленькому. В смысле Вадиму.... В смысле.... Слушая подчинённую, Ирина решила попробовать. Чем черти не шутят. А вдруг? Если рекламный колдун окажется шарлатаном или не сможет помочь, то всегда можно показаться западным специалистам. Время ещё есть. На поездку в Таёжный она сама себе выделила три дня. Сказано - сделано, на следующий день, прихватив Валентину, она поехала в посёлок колдуна.
   Увидев молодого парня у ворот, она сначала пожалела о своём необдуманном решении, но встретившись с ним взглядом, женщина уверовала в правдивость слов Валентины. Было во взгляде Вадима что-то такое, не поддающееся описанию. Потустороннее.
   - Это оно? - После чаепития спросил он, указав на живот Ирины. - Красное пятно на матке заставило вас бросить бизнес и приехать ко мне?
   Женщина вздрогнула всем телом. Для того, чтобы окончательно увериться ей хватило всего двух фраз, сказанных хозяином, с лица которого сползла юношеская маска, обнажив побитого жизнью мужчину со стальным стержнем внутри. Что-что, а такие тонкости Ирина улавливала чётко. Ей всегда нравились сильные, волевые мужики.
   - Да, - испугавшись, сдавлено пискнула она.
   - Интересно, - Вадим вышел из-за стола, попросил её встать, а сам опустился на колени, бесцеремонно задрал блузу и приложил горячую ладонь к плоскому женскому животику. - Интересно, словно чага на берёзе, только сидит внутри и пожирает здоровые участки. У вас рак?
   - Д-да, - язык отказывался повиноваться.
   - Попробую вам помочь.
   Странно, как всего одно слово может вселить надежду....
  

*****

  
   Вадим никогда не думал, что лечение будет настолько выматывать его и физически и психологически. Первый день он пытался подобрать ключики к опухоли, продолжавшей упорно игнорировать его усилия. Дело с мёртвой точки сдвинулось на второй день, когда он догадался привлечь к решению задачки вторую сторону дара. На лечение уходило от силы два часа в день, потом он просто падал от усталости, настраиваться на чужую энергетику оказалось нелёгким делом. Чтобы ненароком не убить Ирину, он действовал с максимальной осторожностью, умерщвляя клетки опухоли и отделяя их от здоровых зон. Дальше организм должен был сам вывести получившийся материал из себя. Долгая и нудная работа, вторая сторона дара оказалась хорошим орудием разрушения, строить с его помощью было неимоверно тяжело. Всего ему понадобилось пять дней.
   Валентина ежедневно, по нескольку раз навещала берлогу младшего Белова и проведывала выздоравливающую хозяйку. На третий день Вадим проспал утреннюю дойку, так как Валя ночью проведала его. Следующим вечером они легли пораньше, хотя уснули ближе к утру. Корову он подоил вовремя, но до обеда отказался воспринимать действительность. И откуда ночью силы брались? Ирина изредка хихикала, бросая весёлые взгляды на квелого "доктора" и довольную Валентину, напоминавшую кошку, съевшую кринку сметаны.
   Вечером пятого дня он сообщил, что сделал всё, что возможно. Смысла торчать женщинам в Таёжном, как бы ему не хотелось обратного, больше нет. Для подтверждения результатов необходимо обратиться в больницу и сдать полагающиеся анализы. Радости пациентки не было предела. Отъезд был намечен на полдень субботы.
   Утром Вадим шлёпнул Пчёлку по аппетитной пяткой точке, отправив её в магазин за хлебом и печеньем. Недолго думая, та прыгнула в джип и упорхнула.
   - Наши люди в булочную на такси не ездят, - высказалась Ирина.
   Заслышав через открытую форточку звуки автомобильно движка, Вадим вышел на порог встретить возвращающуюся из шоп-тура девушку, но вместо "крузака" Ирины к воротам подкатили два джипа с амурскими номерами. Захлопали дверцы, из первой машины вышли четверо парней с цепкими взглядами киллеров или профессиональных телохранителей, что иногда одно и то же. Любой, глядя на них мог с полной уверенностью сказать, что остроглазая четвёрка принадлежит к серьёзной организации, хотя и не относящейся к государственным структурам. Хлопнув водительской дверцей второй иномарки, на свет Божий выбрался шрамоносец, которого Вадим отправил восвояси неделю назад...
   - Принимай гостей, хозяин!
   - От таких гостей мясо слезет с костей, - прошипел Вадим.
   Востроглазая четвёрка лениво подпёрла задами джип, на котором прикатила в Таёжный, всем своим видом показывая, что их здесь нет, а то что отражается в глазном хрусталике, это плод воспалённого воображения. Один из стриженых парней как бы невзначай распахнул полу дорогого пиджака из английского сукна, на мгновение мелькнули ремни плечевой кобуры, солнечный зайчик отразился от блестящего металла вложенного в неё пистолета. Вроде нечаянный жест, но Вадим умел понимать намёки. Только что его ненавязчиво предупредили, что упакованная компания не любит и не понимает шуток, а в чести у братушек серьёзные разговоры. Белов перевёл взгляд на довольно ухмыляющегося шрамоносца. Незваный гость из соседнего региона, ощущая за спиной поддержку хватких парней, мог позволить себе ухмылку:
   - Хозяин, не вежливо держать гостей на пороге.
   - Не вежливо приезжать без приглашения, - парировал Вадим.
   - Кто старое помянет, тому глаз вон, - беспечно отмахнулся амурчанин. - Может, пригласишь? Разговор есть. Не для лишних ушей, лучше перетереть в доме.
   Вадим скептически оглядел залётного гостя, хмыкнул, и открыл калитку. Пока никаких претензий ему не предъявили, явных понтов никто не крутил, может и обойдётся, но лучше ухо держать востро.
   - Проходи, коли так, - сказал он, придержав лающего Снежка за ошейник.
   Ещё один чёрный камушек на оценочные весы гостя. Собаки чувствуют людей. Когда к молодому знахарю приехала Ирина, пёс лишь пару раз вяло махнул хвостом, обнюхал женщину, ткнулся носом в бедро, и отошёл. Через день хабаровчанка была признана хвостатым сторожем за свою, ей позволялось почесать его за ушами и погладить по голове. Сейчас же, не придержи его хозяин, кобель порвал бы чужака. Открывая дверь в сени, Вадим подумал, что сглупил, не стоило амурчанину, который так и не сделал ни одной попытки представиться, знать о гостье. Оставалось надеяться, что Ирина поймёт ситуацию правильно и отсидится в бывшей спальне стариков.
   Слава Богу, Ирина не первый год занималась бизнесом, научившись разбираться в тонких нюансах. Разглядев в окно незваных гостей и топающего по дорожке за Вадимом мужчину, она быстро собрала со стола в гостиной косметику, подхватила со спинки стула халат и скрылась в выделенных ей апартаментах, на намечающихся переговорах она явно была лишней.
   Войдя в дом, гость потянул носом, уловив запах дорогих женских духов, скорее всего произведённых в стране, накрытой тенью Эйфелевой башни. Рейтинг хозяина в его глазах моментально вырос на пару пунктов. Подруга, пользующаяся продукцией французских парфюмеров, наверняка знает себе цену и отличается от деревенских доярок, как сто баксов от родного деревянного тугрика. Да и колдун не производит впечатление аскета. Гость по себе помнил, в восемнадцать лет он не мог спокойно пройти мимо ни одной юбки, гормоны бурлила так, что их излишки из ушей пёрли, а тут колдун. Потерев шею в защитном жесте, амурчанин незаметно оскалился, парнишка любую пальцем поманит, придушит, такой уламывать не будет - шибанёт по мозгам и баба сама под него ляжет. Притягательный аромат духов говорил, что знахарь к тому же личность эстетствующая.
   - Я вас слушаю, - Вадиму не нравилось выражение и тень порока промелькнувшее на лице выходца из криминальных структур, он решил как можно быстрее закруглить разговор. - Что такого вы хотели мне предложить, о чём нельзя говорить на улице. Присаживайтесь, в ногах правды нет.
   - Это ты точно заметил, - сказал гость, отодвинув от стола стул с высокой спинкой и умасливая на нём зад, в его словах явственно сквозил второй смысл, попахивающий давнишними криминальными разборками. Поставив локти на стол, и сцепив пальцы в замок, он пристально посмотрел на Вадима. Парень усилием воли абстрагировался от буравящего взгляда, как бы показывая собеседнику, что игра в гляделки не самый лучший вариант ведения беседы, да и бесполезно пытаться проткнуть его взглядом, он сам может не хуже, если не лучше.
   - Хорошо, малый, - сказал шрамоносец, которого покоробило, что ему без слов указали на его место. - Серьёзные люди хотели бы предложить тебе работу...
   Речь шрамоносца сводилась к тому, что знахарю не стали предъявлять претензий за нападение на конкретного пацана, то бишь его, так как серьёзные люди, к вящей радости знахаря, оценили его умения и предлагают поднять с земли нехилое бабло. Вадиму предлагается высокооплачиваемая работа в солидной фирме, он будет числиться каким-нибудь аналитиком или писарем, но заниматься ему придётся по природному профилю. Фирма гарантирует благоустроенную жилплощадь в Благовещенске, железобетонную крышу, рекламу, прикрытие от закона и других криминальных структур, если таковые проявят к юному уникуму интерес. Дабы не растрачивать талант попусту, лечить он будет только тех, на кого ему укажут пальцем. Конечно, не без благотворительных акций, тут никуда не деться, хороший PR никому не помешает, тем паче компании, обласканной властными структурами. Это были пирожки с повидлом, теперь будут с ливером и печенью. Серьёзным людям импонируют его умения лекаря, но вторая сторона таланта понравилась больше. Работа по второму "профилю" будет оплачиваться по отдельной сетке.... Думайте молодой человек, ваше будущее зависит от того решения, которое вы примете сейчас. Неназываемые "благодетели" в лице шрамоносца были откровенны перед вами и выложили на стол все козыри. Лучше предложений просто не будет, те же люди приложат все усилия, чтобы талант молодого человека не достался конкурентам. Нет-нет, никто убивать его не будет, но ведь есть и другие способы добиться нужного результата, правда? На этих словах амурчанин улыбнулся. Его улыбка напоминала оскал большой белой акулы из кинофильма "Челюсти" - щёлк, и окровавленная жертва утянута на дно и растерзана морской хищницей. Перед вами, молодой человек, поставили колодец, из которого можно напиться, в него же можно плюнуть. Не ошибитесь.
   Ничем не показав, что его как-то заинтересовали слова "вербовщика", что того непередаваемо нервировало, Вадим, опершись лопатками на спинку стула, задумался. Мда, весёлые и радужные перспективы..., куда ни кинь - всюду клин. То-то гость так доволен собой, видимо браток живёт по принципу: сделал гадость - сердцу радость. Хороший принцип, жизнеутверждающий.
   Судя по настрою гостя, отказ того очень обидит. Серьёзные люди, делегировавшие его, не любят, когда им отказывают, но и соглашаться на "работу" нельзя. Принять предложение шрамоносца значило напялить на себя ярмо и ошейник. Пусть прутья клетки будут сделаны из золота, всё равно это клетка, а ограничивать рамки своей свободы Вадим не горел желанием. Пусть он на всю жизнь пропишется в деревне, но гробить дар и душу по указке крёстных отцов он не намерен. В то же время перед ним чётко описали перспективы и прямо намекнули, что правоохранительные органы куплены с потрохами, дёргаться не стоит, никто ему не поверит. Мало того - поверят как раз другим людям. С другой стороны, попади он в лапки официальных госструктур, вряд ли ему предложат занятие по другому "профилю". Все они одним миром мазаны.
   Покумекав на разные лады, Белов младший решил отказаться от заманчивого предложения, но сделать это в мягкой форме, так, чтобы у "вербовщика" осталась иллюзия в будущем получить согласие строптивого рекрута. Пока "серьёзные люди" дозреют до нового захода, успеет немало воды утечь и любое их предложение потеряет актуальность.
   - Предложение заманчивое, но пока вынужден отказаться от него. С моей стороны будет верхом неразумности дёргаться куда-то, не закончив стадию ученичества, - резюмировал Вадим, дополнительно подпустив туману со знахарской учёбой. Шрамоносец скривился. Пусть боссы поломают мозги над загадкой несуществующего наставника, для полноты картины стоит подкинуть тематику торга к полученным предложениям "работы":
   - Мы могли бы вернуться к обсуждению, когда я завершу обучение, но сразу оговорюсь: я не согласен с тем, что мне будут тыкать пальцем, кого я должен лечить. Дар невозможно загнать в жёсткие рамки, так что это требование однозначно невыполнимо. По второму вопросу, по нему я буду говорить не с вами, а с тем, кто принимает решения.
   - Ты, малой, хорошо подумал? Не спеши с ответом, - повторил присказку гость.
   - Подумал я хорошо, - ответил Вадим, прислушиваясь к доносящемуся с улицы шуму.
   - Руки убрал, быстро, кобель! - не узнать звонкий голос Валентины было невозможно, как и весёлый гогот четырёх лужёных глоток.
   Что сказал девушке кто-то из стриженых затылков, как и отклик Пчёлки, Вадим не расслышал, но видимо бодигардам сильно не понравились слова стоязыкой и быстрой на ответ подруги знахаря, так как наступившую мимолётную тишину нарушил гневный выкрик:
   - Ты чО сказала, сучка? Лярва ох....
   Бросив на гостя злой взгляд, Вадим выскочил из-за стола и рванул на улицу. Забытый хозяином амурчанин вышел следом. Острая на язык и не признающая в родном посёлке авторитетов Пчёлка, по незнанию, а не по женской глупости могла наворотить делов, что, похоже и произошло.
   Один из пришлых кабанов, схватив громадной лапищей девушку за подбородок, прижал её к джипу. Валя попробовала пнуть ухаря между ног, но тот подставил бедро и удар прошёл впустую. Перепуганная девушка судорожно засучила ногами, она совершенно не ожидала, что в родном посёлке, в котором её знает распоследняя блохастая псина, с ней может произойти нечто подобное и словесная перепалка, начавшаяся с болючего щипка за попку, закончится таким образом.
   - Руки убрал, - прорычал Вадим, выбежав за ворота. Никому не позволено причинять боль его близким. От одного взгляда на перепуганную до смерти Пчёлку, он почувствовал, как в груди поднимается тёмная волна.
   - Чо?
   Кабан, держащий Валю, словно в замедленном кино, повернул голову и уставился на Вадима налитыми кровью глазами. В следующее мгновение парень выпустил рвущуюся из него тьму. Бодигард отпустил девушку, захрипел, выпучил глаза и рухнул на грязный снег, его товарищи, не будь дураками, потянулись за оружием. Зря они обозначили свои намерения. Стороннему наблюдателю могло показаться, что три далеко не мелких мужика одновременно получили мощные удары под дых, их лица изобразили крайнюю степень удивления, а губы сложились в буквы "О", из глаз телохранителей покатились слёзы.
   - Белый, сзади! - крикнула Валя.
   Занятый четвёркой, Вадим совершенно забыл об оставленном за спиной шрамоносце, за что тут же поплатился. Отреагировав на крик, он успел повернуться лицом к новому источнику опасности, чтобы нарваться на прямой удар в челюсть. Из глаз знахаря выстрелили снопы искр, только что птички вокруг головы не зачирикали. Второй удар выбил почву из-под ног и отправил его в нокаут. Видя, как уделывают его людей, гость из Благовещенска не остался в стороне.
   Упав в грязь, Вадим некоторое время пребывал в прострации. Когда в голове немного прояснилось, а в глазах перестали летать мириады мушек, перед его лицом нарисовался ботинок с рифлёной подошвой. Руки выстрелили вперёд, перехватив ногу пинающего почти у самого носа. Крутнуть ступню не получилось, от сильного удара по почкам Вадим выпустил ногу шрамоносца, к которому на помощь подоспел очухавшийся "кабан", гонимый жаждой мщения за то унижение и животный страх, которые он испытал несколько мгновений назад. Второй удар ноги пришёлся в живот. Бандиты что-то кричали ему, но он их не слышал, гулкий шум в ушах надёжно блокировал внешние звуки. Белов, закрывая внутренние органы от повреждения, сложился в позу эмбриона, в его голове крутились различные проклятия на головы бодигардов и безымянного шрамоносца, но после трёх следующих пинков, ударов больше не последовало. Парень не видел, как через соседский забор посыпались иркутяне с ломиками и дрынами наперевес, в первых рядах подоспевшей подмоги бежал Степан Загоруйко. Бригадир атакующих держался немного позади, прижимая к плечу приклад триста восьмой "Сайги", а из ворот дома напротив вышла тётка Лариса с мужниной двустволкой в руках. Залётные ухари моментально попрыгали по машинам. Взревев двигателями, внедорожники сорвались с места и быстро скрылись за поворотом.
   Подбежав к Вадиму, иркутяне подхватили его на руки и занесли в дом, где командование взяла на себя Ирина. Белова быстро раздели и, не слушая возражений, мокрыми полотенцами оттёрли от грязи. К наливающимся синякам приложили пакетики со льдом, который наковыряли в ручье.
   - Беленький, ты как? - склонилась над ним Валентина.
   - Жить буду, но не долго, - ответил Вадим, сглатывая солоноватую кровь из прикушенной правой щеки и прокушенного языка и чувствуя, как наливается бланш под левым глазом.
   - Я так думаю, что предложения работодателя о высокой зарплате аннулированы, - глядя правым глазом на Ирину, слышавшую весь разговор, сказал он.
   - Возможно, - дипломатично ответила женщина. - Я не поняла, что произошло на улице?
   - Ребяткам не понравилось жужжание Пчёлки, я за неё заступился доступными мне методами, но не учёл того, что нельзя оставлять врага за спиной.
   - Да, Вадим Михайлович, умеете вы находить приключения на задницу и другие части тела, причём на ровном месте, - скрипнув ножками стула по полу, сказал бригадир иркутян Фомин Геннадий Михайлович, заняв место на котором недавно восседал незваный гость из Амурской области. Услыхав тираду Фомина, Валя густо покраснела, ведь это из-за неё Беленькому досталось на орехи.
   - Не я такой, жизнь такая.
   - Жизнь, - проворчал Фомин. - Как бы они не вернулись закончить базар за жизнь. Худо тебе будет.
   - Ничего, - отмахнулся Вадим, - отобьёмся с божьей помощью. Бог не выдаст, свинья не съест. В следующий раз умнее буду. И, да. Спасибо, выручили!
   - Спасибо скажи тётке Ларисе, вот бой-баба, с ружьём на улицу выскочила.
   - Скажу.
   - Спасибо на хлеб не намажешь, что делать будешь, если они вернутся? - задал животрепещущий вопрос Фомин.
   - Не если, а когда, - внёс ясность Вадим.
   - Когда? - в глазах Вали мелькнул испуг, она до сих пор принималась трястись мелкой дрожью, переживая прошедшие события.
   - Думаю, скоро. Базар у нас будет серьёзный, но на моих условиях.
   - С чего ты так решил? - задала за всех вопрос Ирина.
   - Когда меня попросили прилечь на землю и принялись оглаживать бока, я почему-то не мог ни о чём думать и только в голове крутился старый анекдот про дедка-экстрасенса, на которого наехали братки. Дедок обиделся и наградил их поносом. Те день терпели, два, на третий день стало им невмоготу и они взмолились, чтобы дед освободил их от напасти, любые деньги сулили. Посмотрел на них дед и говорит: мол, снимает он с них епитимью, езжайте домой - зассанцы. Не знаю чем, не знаю как, но я шарахнул по уродам проклятием, чтобы у них сфинктеры не держали. От всей души приложил, - под общий хохот закончил Вадим.
   - Сурово! - отсмеявшись, сказал Фомин.- Да, Вадим Михайлович, страшно быть твоим врагом. Вечером лёг спать нормальным, а утром проснулся со вторым хе...., инструментом на лбу. Но знаешь, этих мужиков не жалко, они честно заработали. Мне кажется, что они вряд ли найдут бабку, которая освободила бы их от твоего подарочка, так что покупай освежитель воздуха и жди гостей.
   Иланта. Великий Лес. Элиэль - дочь бывшего Владыки Ратэля....
  
  
  
   Элиэль активировала сторожевую паутинку, осмотрелась вокруг, отмечая каждый валун, куст и широкий лист лопуха, задержала взгляд на колдующем у костерка Ируэле, шагнула в заросли широколистного трубника и скинула с себя мужского покроя одежду.
   - Бр-р, - зябко поёжилась молодая эльфийка, сунув ножку в заводь.
   Да, горные речки южных пределов Великого Леса это вам не горячие источники родного Медового урочища, в которых можно было нежиться часами, наслаждаясь массажем головы. Сильные пальцы Тивиэль одинаково хорошо разминали мышцы плеч и нежно касались затылка, лёгкими касаниями пробегались от висков до основания шеи. От умелых рук служанки всё тело покрывалось мурашками наслаждения, а не бледно-синими пупырышками, которые порождались ледяным дыханием прозрачной воды, стекающей с отрогов Северных Скалистых гор.
   Элиэль вздохнула, зачерпнула из холщового мешочка добрую порцию мыльного порошка и решительно вошла в обжигающе холодную воду. Окунувшись с головой, она быстро намылилась. Пальцы девушки на мгновение остановились на голове, мимолётный миг грусти и сожаления об оставшихся в прошлом причёсках и длинных, до попы, шелковистых волосах и руки остервенело взлохматили коротко стриженую шевелюру. Прочь сожаления, прочь.... Потерять волосы не так страшно, как потерять голову. Придёт время и она отрастит косу. Только когда оно придёт?
   От прозвучавшего громкого щелчка Элиэль дернулась и вторично нырнула с головой, в следующий миг гибкая девичья фигура, взметнув фонтан брызг, была на песчаном пятачке, в руках у девушки поблёскивали благородной сталью узкие ножи. Любой видящий маг смог бы разглядеть несколько боевых плетений, готовых сорваться в атаку. Даже купаясь, эльфийка не снимала с голеней специальных перевязей, в которых скрывалась пара узких ножей, любовно отточенных до бритвенной остроты и несколько защитных амулетов. В любом состоянии девушка держала наготове три-четыре плетения, для активации которых достаточно было вставить ключевую руну. Парадокс, эльфийка не стеснялась обнажаться, но без оружия чувствовала себя бесстыдно голой. Годы вынужденного бегства, последовавшие за смертью отца, научили её одному немаловажному правилу - всегда быть во всеоружии. За два года Элиэль научилась убивать и отучилась краснеть и закрывать руками свои прелести. Ируэль накрепко вбил в её прекрасную головку инстинкт воина, который первым делом хватается за клинок и активирует магический щит, а не стыдливо прячет груди. Наставник, ставший для девушки настоящим отцом, говорил, что врага иногда полезно ошеломить аппетитными полушариями с острыми бугорками сосков, после чего можно смело выкалывать похотливые зенки, ведь мужчины, будь они хоть орками, хоть людьми или эльфами, чаще всего не ожидают никаких действий от женщины застигнутой неглиже. Таким образом, преимущество оказывается не у сильного мужика, а казалось бы слабой дамы. Главное правильно им распорядиться и первой ткнуть ножом или заклинаем.
   - Спокойно, Эль, - невозмутимо сказал Ируэль, флегматично рассматривая разбросанные по поляне дымящиеся ветки.
   - Что произошло?
   Резкое движение ножкой и подброшенная перевязь с узким клинком влетает в руку девушки. Движения настолько быстрые, что не подготовленный человек вряд ли разглядел бы момент, когда из руки, завладевшей облегчённым мечом, исчез нож.
   - Земляной орех, Тарг его задери.
   - Понятно, - ухмыльнулась эльфийка.
   Наставник умудрился развести костёр над земляным орехом, скрытым тонким слоем почвы. Был бы тот зрелым, ничего бы не произошло. Сердцевина спелого ореха, спрятанная под толстой скорлупой, напоминает сливочное масло, от жара зрелый плод просто трескается, а вот зелёный, заполненный сладковатым, приятным на вкус молочком, превращается в маленький котёл, закрытый плотной крышкой. Иногда котёл даёт трещину и лопается, иногда взрывается. В этот раз произошло второе.
   - Ты или домывайся, или облачайся. Или ждёшь, когда комары ягодицы облюбуют? - язвительно сказал Ируэль.
   На высказывание наставника девушка презрительно фыркнула, пара мгновений и только колышущиеся толстые листья трубника, напоминали о том, что кроме хмурого эльфа на поляне был ещё кто-то.
   Ируэль тщательно просканировал грунт под ногами, проверяя его на сокрытые сюрпризы, не хотелось бы вторично выглядеть растяпой, то-то Эль посмеётся. Мол, сколько выговаривал, а сам хуже первогодка, топающего в лесу, как стадо барлов во время гона. Надо же так по-детски лопухнуться.... Эльф недовольно качнул головой, потёр уродливые шрамы на левой половине лица и, призвав заклинанием раскиданные по поляне головёшки, устроил новое кострище между выступающих корней старого дуба, который занимал ближний к реке край поляны. На месте бывшего кострища уже вовсю пробивалась молодая зелёная травка, свежее пятно которой ярким бельмом выделялось на фоне чуть повядшей летней зелени. Пройдёт несколько часов, магия развеется и ни один следопыт не сможет отличить молодую былинку от старой. От места, где когда-то полыхал костерок не останется и следа.
   Пока Элиэль мылась, Ируэль освежевал подстреленного ученицей час назад жирного зайца, натёр тушку смесью специй, чуть подсолил и насадил на ветку. Через минуту у костра в землю были вбиты две рогулины и ужин занял положенное ему место над раскалёнными углями . Вскоре над поляной поплыл вышибающий слюнки аромат зайчатины. Казалось, что эльф целиком и полностью погрузился приготовление пищи, подкидывает в костёр ветки, выгребая палкой из него горячие угли и подкладывает их под пекущееся мясо, но открывшаяся постороннему взгляду картина не соответствовала бы истине. Кашевар внимательно следил и за охранной паутиной и за юной эльфийкой, которая после купания состирнула одежду, переоделась в сухой запасной комплект и теперь, устанавливая сторожевые маячки и настраивая для незваных гостей, буде такие, нехорошие ловушки, ходила широкими кругами вокруг лагеря.
   - Какой аромат! - раздалось в какой-то момент за спиной, острый кинжал кольнул эльфа между лопаток. - Умираю с голоду.
   Ируэлю стоило больших усилий сохранить маску невозмутимости. Оставив вместо себя фантома и незаметно накрывшись пологами, воспитанница застала его врасплох. Что ж, ему стоит похвалить их обоих: Элиэль оказалась прекрасной ученицей, а он отличным наставником. Девушка с блеском усваивала преподаваемую науку, если так пойдёт и дальше, то скоро ему нечего будет передавать воспитаннице. Дальнейшим наставником девушки станет опыт и набитые от собственных ошибок шишки.
   - Очень хорошо, поздравляю!
   - Спасибо, наставник, - улыбнулась Элиэль, радостная от того, что ей наконец-то удалось перехитрить учителя.
   - В следующий раз добавь в мыльный порошок больше толчёного корня белолиста, тебе надо лучше скрадывать запах. У меня не волчий нос, но запах фиалок я почувствовал за три метра, - выкрутился Ируэль, плеснув добрую ложку дёгтя в бочку мёда.
   Улыбка сошла с лица эльфийки как сходит прошлогодний снег на горных склонах. Жестоко? Да, но только так можно заставить ученицу держать себя в постоянном тонусе и непрерывно совершенствоваться.
   - Наставник, я когда-нибудь смогу вас превзойти?
   - Сможешь, - улыбнулся Ируэль, - первый шаг ты сделала. Должен сказать - очень хороший шаг. Действуй в том же духе, и ты превзойдёшь меня, - добавил он, помятуя о том, что ученик, в его случае - ученица, должна видеть планку, которую желает достичь. Нельзя, чтобы она разуверилась в собственных силах. В наставничестве, для достижения результата похвальбы и порицания должны уравновешивать друг друга.
   - Садись кушать, - сказал эльф, ткнув острой палочкой в пропечённый бок зайца.
   - Божественно! - обгрызая с задней лапы румяную корочку, Элиэль довольно щурила глаза. - Почему у меня не получается так вкусно?
   - Благодарствую. Что я могу сказать - приготовление пищи это тот секрет, который нельзя передать, либо ты умеешь готовить, либо нет. Этому нет рационального объяснения. Тут нужна душа.
   - И заяц.
   - И заяц, да только зайчик, приготовленный без души по вкусу будет не слаще конского яблока. Любое дело спорится, когда к нему с душой подойти. Доедай и ложись спать, нам надо выйти до восхода.
  

*****

  
   - Почему они его убили? Наставник, почему?
   Ируэль, откинув плащ, приподнялся на локтях и посмотрел на дочь владыки Ратэля. Бывшего владыки.... Небольшие языки пламени, мелькавшие между расклинённых брёвнышек, давали немного света, но их было достаточно, чтобы разглядеть кроваво-красные отблески в глазах Элиэль и лихорадочный румянец на её щеках. Сколько раз она задавала ему этот вопрос? Сто? Двести? Ируэль перевернулся на спину, направив взор в звёздное небо, которое иногда перечёркивали красные искры, отрывающиеся от танцующих язычков пламени.
   - Страх и власть. Их гнал страх потерять власть. Они не так испугались драконов, как боялись потерять власть. Твоего отца назначили виновным во всех поражениях, к тому же он неосторожно показал, что у него достаточно сил и влияния, чтобы избавиться от опеки совета Владык, вот этого ему не могли простить. Стая мелких шакалов может растерзать пещерного волка. Владыки набросились на Ратэля, как бешеная стая, им нужна была голова на кол, чтобы показать её драконам. Лианам-убийцам без разницы кого душить....
   - Но почему, он ведь мог....
   - Мог, но тогда бы на поверхность выплыли бумаги хельратов, которые перехватил Владыка Гитаэль. Не знаю, почему, но "изменённые", которые координировали разведку в Тантре, предали твоего отца. Бойня на школьном полигоне и компрометирующие бумаги, это звенья одной цепи.
   - Они всё равно выплыли и мы два года бегаем от ищеек Владык.
   - Выплыли, но мы получили фору и успели покинуть Лес. Отец спасал тебя.
   - Если бы он не связался с этими тварями, то не пришлось бы никого спасать и, глядишь, сам бы жив остался!
   - Если бы он не связался с хельратами, то у него бы не родилась неблагодарная дочь, которая корчит из себя обиженного ребёнка! Не смей тявкать на память предков!
   - Как? - Элиэль вскочила со скатки. Прозвучавшее в её голосе удивление можно было резать ножом. - Почему мне раньше об этом не говорили?
   - Твои отец и мать очень хотели детей, - глухо, под нос, произнёс Ируэль, поняв, что в запале проболтался, одновременно ощущая острое чувство вины и странного облегчения. Несколько десятилетий хранить в себе тайну оказалось очень тяжело. Эльф незаметно пожал плечами, а может он не сдержался от того, что давно хотел раскрыть секрет, а тут такой случай и возможность?
   - Причём здесь хельраты?
   - ...Слуги Смерти продали твоему отцу снадобья из крови и плоти дракона. Мириэль полгода пила настойки, только тогда она смогла понести....
   - Близнецы Всемогущие, - поражённо выдохнула эльфийка. - Я..., я..., у меня....
   - Да, в твоих венах есть частица драконьей крови. Ты пахнешь цветами... - фиалками.... Ни люди, ни эльфы не пахнут цветами. Теперь ты знаешь, откуда произрастают корни ненависти некоторых Владык.
   - Я - дракон?
   - Нет, конечно. Мы проверяли. Ты - эльф, чистокровный эльф, но с некоторыми специфическими изменениями. К примеру, магически и физически ты сильнее обычных эльфов.
   - Почему ты раньше ничего мне не говорил? - похоже, что сегодняшней ночью это был самый популярный вопрос.
   - Подумай и скажи, что-нибудь изменилось бы?
   - Пожалуй, нет, - после недолгого раздумья ответила Элиэль.
   - Ты сама ответила на свой вопрос. А теперь не соблаговолишь ли принять горизонтальное положение и не стоять надо мной мрачной тенью? Не забывая, нам завтра, точнее уже сегодня, рано вставать. Спи!
   Элиэль плюхнулась на скатку и завернулась в плащ.
   - Какие у вас, Наставник, планы на завтра?
   - Близнецы Всемогущие! - взмолился Ируэль. - Пойдём в ближайшую деревню с портальной площадкой.
   - Зачем?
   - Спрячемся в Ортене.
   - В Ортене?
   - В Ортене! СПИ УЖЕ!
  

*****

  
   - Не трясись.
   - Вам легко говорить, наставник, вы не успели наследить в Ортене.
   - С чего ты взяла? Наследить я успел, да только за четыреста лет Хель прибрала в свои чертоги тех, кто мог бы меня узнать. Тебе тоже не стоит понапрасну беспокоиться.
   - Вы думаете? - в голосе Элиэль язвительность перемешалась с ядом. - Я достаточно потопталась по великосветским салонам и успела посетить множество званых приёмов. Не думаю, что ортенская аристократия страдает плохой памятью на лица. Спрятаться за иллюзией не получится, гильдейские маги сразу зададутся ненужными вопросами.
   Ируэль, слушая воспитанницу, согласно кивал головой, вставляя "агакающие" междометия, на последних словах он создал две ростовые иллюзии и развернул к ним эльфийку:
   - Найди десять отличий.
   Элиэль уже хотела сказать наставнику пару "ласковых" слов, но они застряли у неё в горле. Напротив неё стояли две призрачных девушки и обе были ею, с той лишь разницей, что иллюзорных красавиц разделяла пропасть в два года. Призраки отличались как небо и земля. Если левую девушку можно было сравнить с прекрасной ланью, то к правой больше подходил эпитет настороженной хищницы. Глядя на первое изображение создавалось впечатление тепличного цветка и неземной хрупкости, изнеженного создания, привыкшего к поклонению и мягкой перине дворцовых апартаментов. Второй призрак был наёмницей, сроднившейся с физическими нагрузками, меч и кинжал в руках эльфийки, облачённой в кожаный костюм и нательную рубаху мужского покроя, смотрелись совершенно естественно, короткая стрижка, мозоли на руках, за спиной плащ, которым воительница привыкла укрываться лёжа на земле. Изменились черты лица: милый взгляду овал сменил заострившийся подбородок, если левая иллюзия взирала на мир широко открытыми глазами, то правая глядела на эльфов прищуриваясь, оценивая степень грозящей ей опасности. Лань и пантера. Нет, девушки не были похожи. Обе принадлежали к расе эльфов, были высоки и прекрасны, насколько могут быть прекрасны эльфийские женщины, но на этом сходство заканчивалось.
   - Прошу прощения, учитель. Вы, как всегда правы. Вряд ли в Ортене кто-либо знаком с беглой наёмницей из Светлого Леса.
   - Я уверен, аристократы и те, кто имел честь быть представленным эльфийской принцессе, по-прежнему пребывают в плену стереотипов и даже представить себе не могут, что изнеженная красавица уступила место лесной волчице, но! - Ируэль поднял вверх указательный палец. - Нам ни в коем случае нельзя расслабляться и терять бдительности.
   Шагая по лесной тропе к большому торговому посёлку на границе Великого Леса и Тоира, эльфы ещё долго обсуждали легенду, уточняли различные мелочи и согласовывали нюансы. Общий план был хорош, но Тарг прячется в мелочах. На душе спокойней, когда ты догадываешься, где расположены острые углы и можешь их обойти.
   Когда солнечный диск начал восхождение на вершины, вздымающихся на востоке гор, Ируэль знаком приказал воспитаннице остановиться и протянул ей длинный белый шнур.
   - Почти пришли, - сказал эльф. - Наложи на меч узел "мира" и скрой ножи, нам не нужны неприятности.
   Элиэль молча оплела шнуром оголовье клинка и завязала узел, который не давал извлечь меч из ножен. Через несколько минут ходьбы до путников донёсся переливчатый звук рожка пастуха, собиравшего скотину на пастбище. Тропа ещё три раза вильнула и ковровой дорожкой застелилась между межами с рожью и пшеницей, упираясь в крепкий тын пограничного селения, за которым вырастали островерхие крыши домов и поблёскивали портальные стеллы.
   - О чём задумалась? - неожиданно спросил Ируэль.
   - Да думаю, много ли с нас маги сдерут за портал до Ортена.
   - Сколько-то заплатить придётся, но не больше денег.
  

*****

  
   - Собирайся! - наставник, забыв о манерах, ввалился в комнату Элиэль.
   Девушка как раз перебирала обновлённый гардероб, за сутки пребывания во втором по значению городе королевства Тантра, она успела прошвырнуться на торг и пробежаться по лавкам и оружейным рядам, прибарахлившись несколькими рубахами, парой мягких сапогов и двумя десятками швырковых ножей, крепившихся на специальной перевязи, которая вешалась на грудь. Надежды увидеть и приобрести миуровские ганнеры не оправдались. В открытой продаже изделия хвостатых мастеров не наблюдались. Вполне возможно, оружие можно было купить за большие деньги на чёрном рынке, но выходов на подпольных торговцев эльфы не имели....
   Собираться? Можно и собраться. Элиэль давно не задавала глупых вопросов, если наставник сказал собираться, значит так надо. Как всегда, позже он объяснит причины спешки, а пока лучше молчать в тряпочку и не препираться. Сказано - сделано. Побросав тряпки в походную суму и подхватив меч, она вышла в коридор, в конце которого её ждал воспитатель. Кинув корчмарю монету номиналом в десять серебряных звондов, Ируэль попросил придержать их номера до утра. Всяко бывает, вдруг найм не сложится - не хотелось бы терять номера в таком приятном заведении. Хозяин заверил, что постояльцы могут не беспокоиться и пожелал им удачи.
   Эльэль молча шагала за наставником. Улицы Подола были запружены людьми, возвращающимися домой с мануфактур, звонкими стайками носились дети. Степенно прогуливались, ожидая мужей, мамаши с младенцами на руках и никому не было дела до двух эльфов, целеустремлённо идущих по собственным нуждам. Девушка ещё вчера отметила, что в городе полно эльфов, орков и полукровок и никого это не удивляет. Представители разных рас мирно уживаются друг с другом и сквозь пальцы смотрят на смешанные пары. Горожане доброжелательно отнеслись к пришельцам с Нелиты и серым оркам, которые плечом к плечу с королевскими воинами, стражей и ополченцами стояли на стенах города, обороняя его от орды "зеленух" и армии Светлого Леса.
   - Не отставай, - бросил Ируэль через плечо. Девушка прибавила шаг.
   - Наставник, куда мы идём?
   - Уже пришли.
   Эльфийка остановилась чуть позади старшего товарища, подозрительно осматривая вывеску волонтёрской конторы.
   - Вы уверены, что мы правильно пришли?
   - Более чем! - ответил Ируэль, отворяя тяжёлую дубовую дверь заведения. - Мой источник сообщил, что агенты тайной канцелярии набирают магов для работы в другом мире. Годичный контракт, полный пансион и сохранение инкогнито. Год в другом мире, то, что нам нужно, а если за это ещё и заплатят....
  
  
  
  
  
  
   Продолжение следует...
Оценка: 9.16*360  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Гатаулин "Вирусапиенс" Е.Звездная "Хелл.Обучение наемницы" Е.Малиновская "Демон-хранитель. Сделка" А.Флим "Я - лорд звездной империи" А.Кувайкова "Друзей не выбирают. Эпизод 1" А.Вербицкий "Испытания на прочность" И.Сафина "Принц для роскошной женщины" А.Илларионова "Оборотни Его Величества" М.Князев "Полный набор-5. Бог Дракон" А.Баренберг "Вторым делом самолеты. Выйти из тени Сталина!" В.Гвор "Прорыв выживших. Враждебные земли" Ю.Скуркис "Роковое наследие" А.Радов "Изгой: Начало пути" В.Горъ "Граф-3. Клинок его Величества" В.Хватов "Ядерная осень" А.Валерьев "Объект Родина" В.Коротин "Броненосцы победы" Я.Денисенко "Закон сильного" О.Виноградова "Непристойное предложение" М.Михеев "Путь домой" Е.Никольская "Мой огненный и снежный зверь" О.Шовкуненко "Оружейник-2. Бой без правил" В.Поляков "Чернокнижник" О.Говда "Рыцарь" Ю.Иванович "Лиходеи Апокалипсиса" Н.Кузьмина "Летящая против ветра" В.Поселягин "Я - истребитель"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"