Оркас Анатолий Владимирович: другие произведения.

Сказка о Золотой Рыбке

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 4.14*8  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Интересно, а есть ли люди, которые помнят - откуда вообще взялось "три желания" от золотой рыбки? Ведь у Пушкина про это ничего не было! Вот и попытался я про эти три желания подумать.

Сказка о Золотой Рыбке

 

Армин устало втащил свое тело на отвесный карниз, запоздало удивившись капризу природы - как ножом срезанный край скалы почти мгновенно переходил в уютную зеленую полянку. Стоит отойти пару шагов от края, как совершенно исчезает ощущение высоты. Маленькое горное плато густо заросло упругой травой, мелкие блеклые цветочки красиво заливали этот ковер причудливым узором. Плато упиралось в Дверь. Дубы, растущие вокруг, были чахлыми, и не производили впечатления мощи, как их низинные собратья. Но давали тень, прохладу и уют путнику, добравшемуся до этих мест. Армин упал на мягкую траву, даже не стащив заплечный мешок. Он дошел! Это событие само по себе вызывало трепет и разжигало заслуженную гордость. Путь к Запретной Горе был доступен любому дерзнувшему. И так же в любой момент можно было отказаться и повернуть назад. Если только найдется дурак, который проявит чудеса изворотливости и пройдет через чащобу, полную хищников, преодолеет пустыню с ядовитыми змеями и колодцами, пройдет подземный лабиринт, влезет на гору, и после всего этого отправится обратно не солоно хлебавши. Дедушка Вэй говаривал мальчишкам их кишлака:
- Дойти до Запретной Горы нелегко, но трижды будет вознагражден смельчак. Опасны хищники в первом лесу, злая воля толкает их к убийству путников. Но острый глаз, твердый шаг и неспешная осторожность помогут идущему. Широка пустыня за лесом, и нет в ней воды, а та что есть - смертельна. Но экономный и выносливый смогут ее пройти. У подножия Запретной начинается россыпь камней, и под землю ведет путь. Но мудрый найдет путь, и предстанет перед ним Запретная, опоясанная облаками и подпирая небо плечами. Сила нужна будет идущему, ибо не будет у него ни воды, ни еды, ни времени на отдых. Но запасливый найдет силу. И на вершине встретит он свою судьбу лицом к лицу, ибо все предыдущие трудности всего лишь предупреждение глупому человеку. На вершине ждет его Дверь. Открыть ее не сложно, сложно не открывать. И вот тут никто в мире не даст совета идущему. Вот тут судьба скажет свое слово, а пришедший выслушает ее, и уйдет восвояси. Но трижды будет вознагражден дерзнувший проделать этот путь. 
И дедушка Вэй качал седой бородой и ласково глядел на пацанят, жадно слушавших истории старика. Как сейчас был благодарен покойному дедушке Армин. Все было так, как он рассказывал. В лесу он даже разжился мясом и жиром дикой кошки, польстившейся на приманку. Этот жир чадил и плевался, но освещал путь в лабиринте. Мясо он потом выкинул - есть его оказалось невозможно. Но походу это не помешало. У Армина даже осталось несколько глотков воды во фляге. Он с наслаждением достал ее из мешка, привычно покатал на языке теплую воду, и спрятал флягу обратно. Дошел! Но предстоял еще обратный путь. 
Мягкая трава приятно подпирала бока, прохладный ветерок остужал потное лицо, и сладкая ленивая истома разливалась по измученному телу. Армин с удовольствием разглядывал дверь. Очень старая, просто старинная - арка сверху, прочное основание снизу, когда-то украшенная узором, она и сейчас пыталась выглядеть если не нарядной, то хоть опрятной. Ручка была выдолблена в камне, и являлась элементом узора. Армин отдыхал, наслаждаясь предвкушением. Оценивая пройденный путь, Армин не мог бы сейчас сказать, что ему больше нравится - предвкушать грядущее, или встать и пойти к нему. Руки уже не дрожали, но лодыжка еще побаливала. Не торопясь, он встал, прошел последние 10 шагов. Постоял. Оглянулся. Солнце стояло еще высоко, но уже собиралось на боковую. В небе парил орел. Зеленая площадка обрывалась в небесную синь. От красоты захватывало дух. Армин неожиданно почувствовал дрожь. На мгновенье мелькнуло постыдное желание все бросить и уйти, пусть тайны Запретной ждут себе следующего смельчака, а он и так совершил подвиг - Армин не знал никого, кто мог бы похвастаться тем, что стоял перед Дверью. Сейчас казалось, что этого достаточно. Но миг слабости минул, и юноша решительно вложил руку в углубление Двери, и потянул. Тщетно. Он потянул сильнее. Гладкий камень скользил под пальцами. Армин попытался уцепиться двумя руками. Ручка была очень неудобная - просто углубление в камне. Армин мгновенно вспотел. Отпустил дверь, тщательно осмотрел соединение двери с остальной породой. Нет, худшие его опасения не подтвердились - щель была вполне заметна, заедать дверь не должна. Запоров так же не наблюдалось. Да и от кого запирать дверь на вершине Запретной? С трудом сдерживая нарастающую панику, Армин попробовал еще раз. Потом еще. Привалился к двери всем телом, пытаясь приподнять ее. И вдруг дверь поддалась! Армин попробовал еще и еще. Дверь как будто издевалась над ним. Армин ударил ладонью по камню. Дверь качнулась. Несколько секунд Армин смотрел на следы узора, потом рассмеялся. "Открыть ее не сложно" - говаривал дедушка Вэй. Он опять оказался прав. Ручка была обманкой, просто элементом узора. Навалившись, Армин легко распахнул Дверь.


А за дверью была пустота. Сначала Армин не поверил глазам, посчитал, что со света не может разглядеть. Но шаг вперед и минута внимательного разглядывания убедили его - за дверью была небольшая ниша в камне. Шага 2-3 в длину. Высотой чуть выше его роста. И все! Армин ощупал стены. Пол, потолок. Он искал скрытые ниши, потайную дверь - хоть что-нибудь, что оправдало бы его поход. И что могло бы скрасить горечь поражения. Пусто! За дверью не было ничего. Армин сел перед дверью и тихо завыл. Сам испугался собственных звуков, всхлипнул, сжал кулаки.
- Будь проклят тот день, когда я поверил плешивому врунишке, сыну осла и шакала, отродью гиены, шайтан на твою голову, как я мог верить в эти сказки - причитал он - надо же - трижды будет вознагражден! Я и губу раскатал - уже три желания заготовил! И что теперь? Как жить дальше, как людям в глаза смотреть? Пустышка! Обманка! 
Армин высказал еще немало ругательств, все крепче и крепче. Не помогло. Горечь и обида по-прежнему жгли ребра и душили горло, а равнодушный камень молчал в ответ, подпирая спину и седалище страдальца. Армин тяжело встал, еще раз оглядел нишу. Ничего не изменилось. Качая головой, юноша вышел на площадку. Как сейчас его не радовали трава, небо, все так же паривший орел! Тихая злость перерастала в открытый гнев. Он пнул ногой траву перед Дверью. Кусок дерна отлетел вместе с землей, обнажив скальное основание. Неожиданно это отрезвило. К пьянящей горечи добавилась вина. Вина перед ни в чем неповинной травкой. Армин грустно подошел к краю пропасти.
- Нет уж - сказал он в звенящую пустоту - так просто от меня не отделаетесь. Обидно, конечно - он вытер запястьем слезу - но я еще поживу. Кое-что мы и сами могем.
Армин посмотрел на небо. Часа через три стемнеет. Ему совсем не улыбалось ночевать ни в лабиринте, ни в пустыне, которая с этой высоты просматривалась до самого леса. Здесь он по крайней мере чувствовал себя в безопасности. Единственная проблема, которая грозила ему на ближайшие несколько часов - скука. После трех дней сплошных опасностей и постоянного напряжения глаза сами искали опасность. Но ее не было. Десять шагов каменной площадки - ровной, как стол. Дверь, возле нее несколько чахлых дубков. Дверь в каменной стене. В стене! Армин приободрился. Он шел именно сюда, но у него куча свободного времени, и до вершины совсем немного. Юноша решительно забросил мешок в темноту за Дверь, и устремился на штурм стены.
Через два часа он пытался отдышаться на вершине, с ужасом представляя, как будет спускаться. Если путь к Двери был тяжек, но был, то к вершине пробираться приходилось на пределе сил и изворотливости. Практически ровные стены с небольшими (но частыми) трещинами и зазубринами. Цепляясь за них, Армин и долез. Но спускаться вниз... Совсем другое дело лезть по отвесной стене, не видя, куда поставить ногу. Дыхание наконец успокоилось, но легкая дрожь все еще пробегала по телу. Закатное солнце превратило облака в розовые кудряшки, они лениво паслись на фоне темнеющей земли, а над Армином изогнулся стремительно сереющий купол. На вершине очень сильно дул ветер, прижимая к камню, и иногда чувствительно толкал в бок. Кроме того, ветер был холодный. Армин собрался с духом, еще раз оглядел величественный простор, и пустился вниз. И почти сразу сорвал себе ноготь. Цепляясь здоровыми пальцами, он больно задел мужским местом за выступ, и висел, пытаясь перетерпеть боль. Потом понял, что нога скользит. Пришлось продолжить спуск. Потом дрогнула рука, нога все таки сорвалась, и он повис на четырех пальцах. Второй рукой он пытался ухватить опору, и понял что не успевает.
- Ой, мама, помогите - прошептал он, представил, сколько ему лететь, и сорвался.
Страх взрезал от печенок до ушей, захватило дух, поэтому Армин даже не вскрикнул. Мимо пронеслись серые камни, скала ударила в плечо, развернула в падении, зацепила за воротник, рванув мгновенной болью, пятки ударили во что-то твердое, и Армин плюхнулся перед Дверью. На что-то относительно мягкое. Прошло несколько секунд, и юноша поднял голову. Он был жив. Армин встал со своего мешка, который смягчил падение последних метров, и тщательно прислушался к себе. Выходило, что переломов не было. Шайтан-ага, выходило, что кроме ушибленного плеча и сорванного ногтя у него вообще ничего не болело! Юноша недоверчиво поглядел вверх. Высоко. Слой травы тонок, в этом он убедился. Летел он долго. И - даже не ушибся. Пытаясь унять крупную дрожь, Армин залез в пещерку, вытащил одеяло, завернулся в него, подложил под голову практически пустой мешок, и лег переживать. Постепенно дрожь отпустила, и юноша провалился в сон.
Проснулся он от холода. За дверью шелестел дождь. Дождь - это хорошо. Это вода. Вода была нужна - пить хотелось все сильнее. Промозглый холод сковал позвоночник и нижнюю часть спины неприятным панцирем - одеяло тонкое, а скала холодная. Армин с кряхтением разогнулся, вылез из одеяла, сразу попав в цепкие лапки ночного холода. Достал фляжку, выпил последнюю воду, приоткрыл дверь, выбрался в утреннюю тьму, на ощупь пристроил фляжку у стены, чтобы в нее попадала струйка воды. Залез обратно, и задумался, где теплее. Завернулся в одеяло - мокрая одежда прилипла к телу. Зря он выходил под дождь - в сухом состоянии он бы дотерпел до утра, а сырость его доконает. Потом Армин неожиданно подумал, что дождь к утру может и не кончиться. Тогда не будет тепла - на такой высоте воздух холодный всегда. Спускаться по мокрым камням - тоже самоубийство. Впрочем, вчерашний случай наводил на размышления... Но испытывать судьбу столь наглым образом Армин не решался. А если не повезет? А если неведомая сила - плод его надежд и фантазии? Так хотелось верить, что чудесное падение вчера - это награда, та самая, о которой говорил старый Вэй. Глупо получилось. Армин поменял позу. Лучше не стало. Ведь так все хорошо задумывалось - он выяснил путь, он приготовился ко всем неожиданностям, он тренировался в скалолазании, он даже три желания загадал такие, чтобы никому не было обидно. Здоровья родителям, спасти любимую, и невосприимчивость к змеям - себе. В последнюю очередь. Уж очень Армин боялся встречи со змеями - он видел, как умирал Алибек-баши, которого на перегоне укусила змея. Докторша суетилась со своими шприцами, но Алибек почернел, и умер через два дня, распухнув как воздушный шарик. С тех пор Армин до дрожи боялся змей. Перед походом он купил в аптеке противогюрзовую сыворотку, она так и валялась в мешке. Если не разбилась. Сейчас Армин мучительно размышлял, что делать дальше. Если дождь не прекратится к утру, все равно надо будет спускаться, иначе следующий рассвет встретит его труп. Это будет долго и мучительно, а падение со скал может... может и окончиться хорошо. И все равно останется одно желание. Или не одно? Сколько уже реализовалось? Вчера он хотел развлечений - и посетила мысль о подъеме на вершину. Потом - падение. Ночью хотелось пить - пошел дождь. Случайности? Совпадения? Или реализация мысленных желаний?
Армин испугался. Он неожиданно почувствовал себя в западне. Каменные стены кельи, дубовая дверь на засове, и бдительная стража перед дверью. И некуда бежать. Армин запаниковал - он вдруг физически ощутил толпу желаний, которые толпятся внутри, ссорятся, пишут номерки на руках - кто первый на реализацию? Непроизвольно он попытался остановить этот поток, потом попытался остановить попытку, потом дернулся к чуду, потом - от него, и наконец услышал словно наяву ласковый голос дедушки Вэя "... Никто не сможет дать совета. Человек будет один на один с судьбой, и она скажет, а он выслушает". Мудрый, мудрый дедушка, зря я тебя ругал, всю правду ты сказал, это я тебя не слушал. Поток желаний внутри как бы угас, и изнутри возник вопрос: "А чего бы он сейчас больше всего хотел бы?". Сначала Армин ответил честно - здоровья родителям. Потом червь внутри него закопошился - это чудо, но оно скоротечно. Еще лет пять, десять - и старики уйдут в могилу. Вечности для них Армин просить не решался. Потом выползла мысль о змеях. Как-то странно выползла, змеей. Удивительно, но сейчас змеи совершенно не пугали. Даже заползи сейчас в дверь стадо гюрз - Армин даже не изменил бы позы. Холодно-то как! Если бы не дождь, он бы попытался согреться двигаясь по площадке. Но во тьме, да под дождем... А здесь не развернуться. Если бы не дождь, он бы попытался развести костер. Но сейчас это было бесполезно. Если бы не дождь... Армину страшно, до дрожи в ногах захотелось домой. Он представил свою квартиру на третьем этаже, маму, согревающую чай, отца, застывшего в молитве на коврике, и потянулся туда всей душой. Шли секунды, образ оплывал как воск на свече, и оставались тьма и холод. И холодный камень под спиной. Армин все-таки встал, попытался подрыгать руками и ногами. Задел пальцем за стенку, и увял. Сел обратно. Опять холодный камень! Он попытался нащупать, где он сидел до этого, там камень должен быть чуть теплее. Кажется, здесь. Или здесь? Он встал на колени, и стал пробовать камень ладонью. Кажется, вот здесь - самое теплое место. А вот тут - еще теплее. А, здесь! Вот тут самое теплое место! Армин закутался в одеяло, прислонился к выбранному месту, и снова погрузился в тягостные размышления.
Тишина, возможная лишь в пещере. Тихо так, что слышно собственное сердце. Мысли текут вяло. За стеной шуршит дождь. Зябкий холод вытекает из складок одеяла, голова тяжко клонится к коленям. Покидать нагретое место не хочется, и Армин тщательно сбрасывает сонную одурь, но сидеть неудобно, затекла попа и спина, голова налита свинцом, глаза слипаются. Армин пытается стряхнуть сон, и ударяется головой об скалу. Это не больно, но спать уже не хочется. Тело затекло, Армин встал, осторожно потянулся, покрутил руками. Ощупью добрался до двери, нащупал ручку, потянул на себя.
Из-за двери на него хлынул морозный воздух промозглого утра. За дверью тяжко клубился сырой туман, пополам с рассветом. Сразу же стало зябко, неуютно, захотелось опять под одеяло. Армин так и сделал - нырнул в тканую шерсть, сразу же согревшись. Спина как будто погрузилась в ванную - приятное тепло расслабляло, разгоняло остатки утреннего тумана. Это не туман - понял Армин - это облака. Идти некуда. Он застрял.
Второй раз он проснулся от жажды. Сразу же вспомнил о фляге. Рванулся к двери, стукнулся головой о стенку, и тихо чертыхаясь, добрался до двери ощупью. Из щели падал слабый поток света. За дверью оказалось роскошное утро - солнце высоко, ослепительно синее небо, и в десяти шагах - луг из облаков, сквозь который чернела земля. Армин на несколько секунд застыл, пораженный увиденным зрелищем. Он даже ухватился за Дверь - так тянуло к себе идеально синее небо, и взлетной полосой, протянутыми ладонями лежала искрящаяся трава, продолжаясь пушистой твердью. Казалось, что сама гора сейчас наклонится, и Армин устремится по плавной наклонной траектории над землей и облаками. Армин на мгновенье представил себе, как разворачиваются за спиной могучие крылья, как отталкивается он от скалы. И тут же испугался, рванулся сначала вперед, потом - назад. Так и остался стоять у Двери, тяжело дыша. Прислушался к себе. Нет, никаких изменений в себе он не чувствовал. Ни крыльев, ни воздушной легкости. Армин вздохнул, подобрал флягу, напился. Еще раз с сожалением взглянул в распахнутый простор. Размялся, собрал мешок. Не удержался, проверил рукой камень на том месте, где лежало одеяло. Еще раз грустно вздохнул. Камень как камень. Жесткий и холодный. Запоздало удивился - утренний воздух покалывал щеки морозцем, но ни малейшей зябкости он не испытывал - как будто действительно провел всю ночь у теплой печки, и сейчас выскочил остудиться и проснуться. Проверил мешок, аккуратно закрыл Дверь, и начал спуск. Ухватился за очередной камень и от страха плотно прижался к скале. Палец не болел. Сорванный вчера ноготь не болтался, и не беспокоил.
- А я, дурак, еще хотел себе крылья пожелать - вслух посетовал Армин, - вот бы красиво падал!
Прогнав пинками подступающую горечь, продолжил спуск. 

Спрыгнув у подножия Запретной, Армин порадовался, что не разучился удивляться. Спуск был УДИВИТЕЛЬНО легким. Это было похоже на спуск по лестнице - нудно, но не сложно. Каждое движение руки встречало удобный зацеп. Каждый раз нога удобно упиралась в камень. И при этом ничто не цеплялось, ничто не мешало. Подъем занял куда больше сил, времени и нервов. Армин зашагал в лабиринт камней, на ходу прикидывая, сколько же чудес уже свершилось, и сколько же ему осталось? Сначала получалось пять. Потом - два. Потом - одно. Потом он насчитал и вовсе восемь, добавив к чудесам неизвестно откуда взявшееся желание штурмовать вершину Запретной. Он думал об этом до самого вечера, не особенно отвлекаясь на дорогу. Дорога была знакомой, лабиринт он прошел часа за два, сразу же направившись к водопою. Пересохшая лужа была полна после ночного дождя. Напился, наполнил флягу, направился к лесу, и по дороге неудачно стукнулся ногой о камень. Вспомнил весь известный матерный лексикон, особо длинные выражения повторил несколько раз. Хромая, побрел дальше, и вернулся к подсчету чудес. Например, чудо это или нет - он не ел вторые сутки, но голод не терзает внутренности - просто хочется есть. Так же "просто" ему хотелось вчера. А ведь был подъем на Запретную, штурм вершины, падение, зубостучательная ночь и спуск. И - просто хочется есть. Можно терпеть хоть до вечера. Считать чудом или нет путь в лабиринте, практически идеальное чувство направления, из-за которого Армин пошел именно сюда, до сих пор твердо уверенный, что идет правильно. Ведь лужу он нашел сразу, не раздумывая. Считать ли чудом, что нога перестала болеть, и даже шевеление ушибленным пальцем не вызывает ничего, кроме тени боли. Считать ли чудом ясный солнечный день после вчерашней грозы? А вообще, что из произошедшего чудо, а что - просто больная фантазия поверившего в чудо Армина? Армин размышлял об этом до вечера, решив силой воли исключить из чудес тот факт, что ясно видимый лес как будто не приближался, и до сумерек он так и не смог добраться до деревьев. Ну что ж, еще одна ночь в пустыне. Пробираться по лесу, постоянно уповая на спасительное чудо - Армин и надеялся, и не хотел этого. Слишком сильно изменила Запретная его взгляды на эту жизнь. Теперь он постоянно ожидал исполнения своих самых тайных желаний, своих явных желаний, и даже отблесков своих мечтаний - и метался в этой чаще, не находя даже проблесков подтверждения. Чудо лежало за пазухой как кинжал, и постоянно хотелось его вытащить и применить. Только Армин был не в силах сделать или не сделать этого. Он ничего не решал. Как и раньше. Не зря, ох, не зря носит Запретная свое имя!

Одеяло кололо подбородок, и на груди у Армина неудобно лежал толстый шланг. Армин в полусне попытался сбросить его, но шланг поехал куда-то не туда, стекая с груди не в бок и на песок, а к ногам, через самое заветное мужское место. Армин распахнул глаза, сжал зубы, и очень осторожно посмотрел. Она сползала к уютной впадинке между ногами юноши, и не торопясь сворачивалась кольцами. Куда она смотрит, понять в предрассветной мгле было сложно. Только очень сильным усилием воли Армин подавил в себе желание вскочить и рвануться. Сердце билось гулко и дробно, отдаваясь в животе и ногах. Армин испугался еще сильнее - того, что змея может почувствовать его страх, его пульс, и от этого разозлиться и таки укусить. Секунды текли, на глазах удлиняясь и превращаясь в минуты. Змея свернулась, и лежал спокойно в ТАКОМ месте, что мышцы под ней просто сводило и кололо от напряжения. Над песком пронесся порыв ветра, обдав разгоряченные щеки утренней прохладой, и бросив щепотку песка на кожу. Змея чуть шевельнулась, плотнее прижимаясь к телу человека. 
- Да ей просто холодно! - осенило Армина. Холодно? Это он помнил. Он помнил зубную дробь, сведенные мышцы, и тупое отчаяние, парализованный холодом разум. Мышцы постепенно расслаблялись, страх утекал в песок. В принципе, Армин даже позволил бы змее греться и дальше, но теперь животный страх уступил место вполне конкретному опасению - неудачно повернуться во сне, и ударить змею. И уж тут укус обеспечен. Он осторожно высвободил одну руку. Змея напряженно вскинула голову, посмотрев ему в лицо. Армин спокойно и осторожно поднял свободный край одеяла, натянув его вверх. Змея спешно сползла на песок и заскользила в барханы. Армин перевернулся на бок, поудобнее поправил мешок под головой и закрыл глаза. Умиротворение было восхитительным. Чудо, не чудо - а все остались живы. Буквально через минуту юноша спал.

Армин вышел к шоссе и поднял руку. Постоял пару минут. Машины с шипением проносились мимо. Никто не хотел останавливаться и подбирать незнакомого паренька. Тем более - в не очень чистой и свежей одежде, и с заплечным мешком. Армин не стал расстраиваться - дойти до Запретной, вернуться, и теперь отчаиваться от людского равнодушия? Смешно! Будет нужно - остановят. Армин повернулся спиной к потоку, поднял правую руку с оттопыренным большим пальцем, и зашагал. Идти было далеко - он вышел совсем не там, где ожидал. За очередным подъемом он увидел стоящую машину. Когда подошел поближе, то увидел, что капот поднят, а возле машины пританцовывает девчонка.
- Авария? - приветливо кивнул подошедший Армин.
- Да - ответила девушка - ехали, ехали, и вдруг мотор заглох. Как назло!
Армин подошел к капоту. Пожилой мужчина с худым, обветренным и морщинистым лицом чуть оторвал взгляд от переплетений проводов и шлангов, взглянул на подошедшего, и опять уткнулся в мотор.
- Что-то серьезное?
- А... Шайтан его знает! Чихал всю дорогу, чихал, и нате! А ехать еще сорок килОметров, и тут такая оказия. Ты, парень, извини, мы тебя видели, но очень уж спешим. 
- Да не вы одни - кивнул на пролетающий мимо поток Армин.
- Эх - только и сказал водитель, снова по локти уйдя в недра машины.
- У меня дядя Гизел прилетает - сказала девушка с виноватой ноткой в голосе - Он из Москвы лекарство везет. А мы его встречать ехали.
- Ты что, болеешь? - спросил Армин.
- Нет, это не мне. Это маме. У нее гипертериоз. 
Что это такое, Армин не знал. Он знал, что такое больная мама. И что докторша со шприцами выпишет свидетельство о смерти, а потом спокойно уедет. На чихающем "Газике". Ей все равно, заглохнет машина или нет. 
В это время водитель сел в машину, попытался ее завести. Бесполезно. Еще раз покопался в моторе, снова попытался. Было видно, как девчонка - лет 16-17 - не находит себе места.
- Дядя Айрам! А может, пока машину поймать?
- Бесполезно - зло сказал водитель. - Вон, парень, тоже ловит, да что? Все пешком и идет.
- Ну надо же что-то делать?!
- Знаю, что надо! А что я тебе сейчас сделаю? Это надо ее еще до города тащить. Ну, лови машину!
Девчонка кинулась к шоссе, замахала руками. Тщетно. Проносились мимо, лишь сигналили, если она слишком далеко выбегала на полотно.
Армин думал. Нет, он думал не над тем, помогать или не помогать встречным людям. Он даже не думал, что ежели и осталось у него желание - то последнее. Он думал - получится, или не получится. Это очень страшно - почти как встреча со змеей в пустыне. Вот скажешь "Я вам помогу" - а окажется, что ничего не можешь. А она посмотрит теперь не с надеждой и ожиданием чуда, а с презрением. Армин думал. Он думал, как и что делать? Что он делал там, на Запретной? Ничего ведь не делал. Просто падал, просто мерз. А девушка перестала прыгать возле шоссе, а села у машины и заплакала. 
- Чего ты плачешь? - сказал Армин - ну, подождет тебя твой дядя Гизел, все равно ведь кто-то да остановится!
- Он не подождет - сказал Армину Айрам. Он уезжает дальше на поезде в Усть-Каменогорск. Он, конечно, привез лекарства, но не будет из-за них на поезд опаздывать. 
Армин подошел к капоту.
- Открывай.
Айрам нехотя потянул рычажок, железка щелкнула, и приподнялась. Армин заглянул внутрь. Подавил идиотское желание спросить "А что это?". Покопался в разноцветных проводах. Подергал руками шланги. Айрам придирчиво следил за его действиями. 
"Ну, милая, поехали! Пожалуйста!" взмолился про себя Армин. Захлопнул капот.
- Давай подтолкну - сказал он водителю.
- Что толку? 
- Давай. Заведется. Поедем.
Девчонка подняла голову и взглянула на Армина. Потом на Айрама.
- Да ты один машину не толкнешь.
- Тогда давай вдвоем. Покажешь ей - как ее зовут?
- Жаннар
- Вот, и покажешь Жаннар, куда давить, на что жать. А мы - толкнем. 
Водитель с сомнением покачал головой. Но действительно показал девушке педаль сцепления, и сказал, когда на нее жать.
- Навалились! - крикнул Армин.
Со второго раза машина завелась.
- Да ты волшебник! - изумленно выдохнул Айрам - Аллах тебя послал!
- Да ладно, удачи вам! - сказал Армин.
- Садись давай! - Айрам открыл заднюю дверь.
- Мне вообще-то в другую сторону - замялся Армин.
- Садись! - прикрикнул Айрам - Ты что, сильно спешишь? Прокатишься с нами, а потом я тебя подкину.
Армин залез на заднее сиденье. Жаннар забралась рядом с ним. Машина бодро выехала на шоссе, и затряслась в сторону города.
- Спасибо - сказала тихо Жаннар и взяла Армина за руку.


Армин сидел на раскладном стульчике в тени деревьев в садике. В правой у него была пиала со свежим чаем, а левой он держал на коленях любимую внучку. Вторую уже. Старшему внуку было уже шесть, а внучке - четыре. Дети готовились к юбилею - сегодня Армину исполнилось шестьдесят. Из обширного дома доносились голоса многочисленной родни, у ворот остановился еще один автомобиль. Вот, и Сайгар приехал. И тоже с детьми! Сколько лет не виделись?
- Жаннар! - крикнул Армин - Сайгар приехал! 
- Да ну? - удивилась, выбегая из дома жена - и этот бродяжка вернулся! Ну, счастлив ты, дед. Как они на твой юбилей, а?
Она кинулась к воротам, обнимая прибывшего, провожая к юбиляру, потом убежала в дом.
- Садись - кивнул Армин.
- Да нет, папа... Мы лучше по дому поможем. Сколько лет не виделись. Вот, познакомься. Ингар. 
Ингар, года четыре, засмущался и спрятался за папину ногу.
- Садись сюда, Ингарчик, вот, посмотри, какие персики! - ласково сказал старик - таких персиков больше нигде не покушаешь!
Ингар потянулся к спелому шарику.
- Ну, и правда, садись, да дедушку слушай - сказал Сайгар, усадил сына на скамейку, где уже сидели с десяток карапузов - родственников и соседей. Потом подмигнул, и ушел в дом.
- Ну так вот - продолжил Армин - вокруг леса почти вырубили. И этот остался, и опасностей, считай, и не уменьшилось. Был я в том лесу года три назад. Зверье ходит, никуда не делось. И пустыня за лесом. А раз лесов стало меньше - пустыни стало больше. Так что еще трудней пусть туда стал.
- Дедушка Армин - сказал соседский пострел десяти лет - а если туда на вертолете лететь?
- Ах ты хитрюга - усмехнулся Армин - может, тебе еще гору сюда, на блюдечке принести? Помнишь, в мультике "Вовка в тридевятом царстве" Золотая Рыбка что говорила? "Ты невод изготовил? Ты меня поймал? Так чего кричишь?". Так и тут. Не для того трудности эти расставлены, чтобы любой дурак пришел, и свои желания загадывать стал. Не каждому золотая рыбка в сеть попадается. 
Пацаненок болтал ногами и ничуть не верил дедушке. 
- Если ты туда на вертолете прилетишь... Не знаю я, что будет! Ни разу на вертолете не летал. Может, прилетишь, а там и нет ничего. Гора, как гора. Ни Двери, ничего...
- А если пешком? - спросила соседская девочка.
- А если пешком, то надо пройти сначала тот лес. Только оружия с собой брать нельзя, иначе не дойти до Запретной горы. Ну, ножик там, или топор... Но не автомат. Лес пройдешь, а в пустыне он не нужен. В пустыне с автоматом бесполезно, не защитит он. Нет, там нужна ловкость и осторожность. Ты же Чудо выслеживаешь! А какое чудо - с автоматом? Потом пустыня. Тоже пешком, и тоже с одной фляжкой. А в пустыне воды нет, а какая есть - ядовитая. Потом - сама гора. Я лез - крючков в ней не было. Но может и можно их туда вбивать. Не знаю. Дойти до горы можно, и залезть на нее можно. И даже обратно слезть. А вот на самой горе! 
Если дойдет смелый до горы, увидит он Дверь. Простая дверь, открыть ее просто, и войти просто. А за дверью ждет Судьба. Войти к ней просто, да вот какая она - Судьба - неизвестно. Какая есть, такую и встретишь. И уж от нее уже никуда не денешься. Иначе - зачем шел?
Армин взглянул на вершину Запретной, видимую сквозь верхушки деревьев, и продолжил:
- Но какая бы судьба ни была у человека, любит Аллах детей своих. Трижды будет вознагражден дерзнувший дойти до Двери. Награду он получит сполна. Да вот только сумеет ли воспользоваться подарками? 
Армин оглядел лица детей, жадно внимающих сказкам старика. У них все было так просто. Пошел, загадал желание. Три штуки на брата. Каждому свое. Так просто, так понятно! Они сейчас и верят, и не верят тому, что рассказывает дедушка. И абсолютно правильно делают. Ведь самое главное, самый большой секрет Армин не сможет выдать при всем своем желании. Что после путешествия в гости к Запретной, а на самом деле - к самому себе, вся остальная жизнь будет одним сплошным чудом. Что никогда дерзнувший не сможет отличить плодов своих усилий от воли Аллаха и от чудес Запретной. Что всю оставшуюся жизнь он в каждом событии будет искать чудо. И будет его находить.
Так стоит ли куда-то идти?



Оценка: 4.14*8  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"