Сазари: другие произведения.

Источник

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Немного дописала, немного передела. Если видите откровенные ляпы - бросайтесь тапками...по музу)))


Источник.

Пролог.

   Настойчивый, можно сказать нахальный, стук в ворота, директриса остонского приюта для сирот услышала даже сидя в своем кабинете с закрытыми окнами. Нахмурив брови, она тяжело поднялась из-за стола. Спускаться с четвертого этажа ради невоспитанного визитера она, конечно, не собиралась - не те её годы, по лестницам ради праздного любопытства бегать. Но посмотреть, что там, у ворот, происходит, все-таки сочла нужным.
   К калитке как раз подбегала одна из сестер-наставниц, кто именно директриса рассмотреть не смогла. Ах, возраст, возраст! А ведь ещё десять лет назад у нее было прекрасное зрение. И лестница в каких-то четыре этажа не была тяжким испытанием, и во всем, чем жили её воспитанники, она предпочитала разбираться и участвовать лично. А теперь все больше своих обязанностей приходиться перекладывать на сестер. Может, действительно пора выбирать преемницу? Стряхнув мысли, которые последнее время стали её частыми гостями, директриса присмотрелась к тому, что происходило за окном.
   Нахальный визитер оказался молодым парнем из соседней деревни. Он отчаянно жестикулировал, то и дело указывая на запад, подпрыгивал на месте от избытка эмоций и порывался схватить сестру за руку. Если бы зрение директрисы было таким же острым как когда-то, она увидела бы, что парень неестественно бледен, а его одежда заляпана свежей грязью, будто он бежал сюда не разбирая дороги и даже несколько раз упал. Но и без этого пожилая женщина уже поняла - спускаться во двор придется. Парень очень взволнован, видать случилось что-то важное.
   "Скорее всего, кому-то опять нужен лекарь", подумала директриса, осторожно спускаясь. На территории, отданной когда-то бароном Остона приюту, находилось несколько маленьких деревень и ни в одной из них не было ни лекаря, ни мага, поэтому жители, в случае чего обращались именно сюда. Здесь же учились их дети. Это было честно: на содержание приюта все эти люди были обязаны платить налог и сестры считали помощь им своим долгом.
   Во дворе уже собралось довольно много людей. Воспитанники, у которых как раз закончились уроки, высыпали на улицу вместе с наставницами и с интересом слушали сбивчивый рассказ.
   Как оказалось, на этот раз была нужна помощь колдуньи. И не в деревне, а совсем недалеко, в пещерах, на другом берегу расположенного сразу за приютом озера. Пещеры эти уже давно имели не очень хорошую славу. Если туда забредали поиграть дети, домой они возвращались напуганными, истощенными и рассказывали ужасы про монстров. Несколько раз крестьяне собирались и проверяли их, вооружившись вилами и лопатами, два раза, поддавшись их уговорам, пещеры обследовала сестра-колдунья. Найти там ничего так и не удалось, но детям стали запрещать ходить туда, от греха подальше.
   На этот раз все началось как всегда. Двое малышей, мальчик и девочка, отправились в пещеры вопреки запретам родителей, на спор. Там им повстречалось чудище, напугало их до полусмерти и они бросились бежать. На этом моменте началось непредвиденное. Сделав несколько шагов, девочка провалилась одной ногой в расщелину и застряла в ней. Мальчик обнаружил пропажу только выскочив из пещеры. Слыша крики своей подружки, он какое-то время порывался вернуться за ней, но страх оказался сильнее и малыш помчался за родителями.
   Была уже почти ночь, когда отец девочки пришел забрать ребенка. Звать с собой он никого не стал, ожидая найти дочь напуганной, но целой и очень испугался, когда услышал, какой из пещеры доносится шум. Громкий отчетливый вой, перемешанный с рычанием, почти полностью перекрывал тихие детские всхлипы. Когда же крестьянин попытался войти внутрь, его испуг перешел в панику: проход был загорожен невидимой стеной.
   Так ничего и не добившись, мужчина вернулся домой. Новость подняла на уши всю деревню, решили послать за колдуньей, но тут вперед вышел пожилой мужчина, который накануне попросился на постой в соседний дом. Как выяснилось, он тоже колдун и согласен помочь в этом деле.
   Отправились сразу же. Кроме колдуна к пещере вернулся отец девочки и его младший брат. Остальным велели разойтись по домам и не путаться под ногами.
   На этом рассказ молодого человека, который и был тем самым младшим братом, можно сказать и заканчивался, поскольку в пещеру смог войти только колдун и о том, что там происходило, родственники девочки не могли даже догадываться. Ни колдун, ни ребенок до сих пор не вышли, только полчаса назад колдун подал голос и попросил позвать местную колдунью, так как ему нужна помощь.
   -- Вы должны были сразу прейти сюда, а не полагаться на какого-то заезжего шарлатана, - раздался за спиной у директрисы сухой и строгий голос сестры-колдуньи. - Ведите.
   Несмотря на искреннее волнение за судьбу ребенка и ужас от рассказанного, директриса все же проводила сестру слегка неодобрительным и грустным взглядом. Скорее всего, именно она будет её преемницей, так уж выходило, но последнее время директрисе стало казаться, что сама сестра считает этот вопрос уже решенным. Конечно, у неё всегда был сложный характер, но раньше она не позволила бы себе принять решение, полностью игнорируя присутствующую здесь директрису.
   Раньше... Но вернуть это "раньше" женщина уже не могла. Нужно думать о будущем приюта, и лучше будет, если она подумает об этом сейчас, пока в состоянии хотя бы это сделать сама.
   -- Пусть за ними идет и сестра-лекарь, - распорядилась женщина, делая вид, что не заметила ни бестактности своей возможной преемницы, ни того, что это заметили другие. - А когда вернуться, пусть поднимутся ко мне.
   Глава1.
   Любопытство не порок, а особо жестокая форма самоубийства.
   Унгардерен
  
   По утрам на берегу озера было удивительно тихо. Если прийти до рассвета, то можно полюбоваться на легкую дымку, которая поднимается над водой вместе с солнцем, послушать волшебные звуки просыпающегося леса, окунутся или побродить босяком по росе. Можно подумать в тишине о чем-то важном, а можно просто почитать.
   Унгардерен лежал на берегу озера и читал. Он нарочно уходил подальше от приюта, чтобы другие дети ему не мешали. Из-за этой привычки многие считали его отшельником и чудаком, но ему было плевать. Ещё один плюс жизни в приюте - когда вокруг постоянно так много людей, ты быстро начинаешь понимать, чего на самом деле стоит чужое мнение. Его нужно знать, принимать во внимание, иногда, возможно, даже уважать, но никогда не ставить над собственным.
   Унгардерен свободно общался с другими детьми, не пытался прослыть ни особо умным, ни загадочным. Но три часа в день он проводил один на берегу озера вот уже много лет и менять это не собирался. На самом деле, ничего особенного он не делал, просто читал. Когда-то давно, узнав, что в приюте он сможет жить только до пятнадцатилетия, Унгардерен решил прочитать все книги, которые есть в местной библиотеке. Проведя не сложные подсчеты, он начал уделять этому занятию по три часа в день и на прошлой неделе прочел последнюю книгу. Но уделять время чтению стало для Унгардерена приятной привычкой, поэтому оставшиеся до пятнадцатилетия две недели он решил посвятить повторению.
   Процесс его разочаровал. Возможно, беда была в его слишком хорошей памяти, но впервые читать было откровенно скучно, и Унгардерен постоянно отвлекался. Сначала на немолодого крестьянина, зачем-то отирающегося возле входа в запрещенную пещеру на другом берегу. Работающий вхолостую мозг сразу же подкинул парню семь гипотез, способных объяснить такое странное явление и утвердил самую достоверную: мужчина кого-то ждет. Он нервничает, значит, визави сильно опаздывает. А причина..., скорее всего та самая пещера. Опять деревенская ребятня туда свой любопытный нос сунула, не иначе.
   Унгардерен снова попытался сосредоточиться на чтении. Глупого стремления других детей ко всему запретному он никогда не понимал. Нет, от природы он был любопытен, даже больше: его единственным увлечением было получать новые знания. Но не рисковать же при этом собой! Покойникам, как известно, вообще ничего уже не нужно, им что богатства, что знания без надобности. Словом, в планах Унгардерена на жизнь, ненужный риск не значился. Вот бы ещё как-то разобраться с этими планами.
   Тут парень снова отвлекся от чтения, погрузившись в свои невеселые мысли. Как ни странно, они во многом совпадали с мыслями директрисы. Унгардерена тоже волновали предстоящие изменения в приюте, потому, что они имели к нему самое непосредственное отношение. Его считали самым талантливым из учеников. За последние несколько лет он сунул свой любопытный нос везде, где мог. Он помогал на кухне, когда прочитал кулинарные справочники и захотел научиться готовить, помогал сестре-садовнице и сестре-лекарю. О библиотеке, в которой он практически жил, и говорить не стоит. Два года назад он начал помогать директрисе вести учет и прочие дела. Это произошло после того, как он предложил несколько нововведений на кухне. Ему даже поручали учить читать и писать деревенских малышей.
   Унгардерен нарочно брался за многое. Он хотел стать здесь незаменимым и в глубине души надеялся, что тогда ему не придется расставаться с единственным известным ему домом. Можно сказать, что у него получилось. Что директриса не выгонит его он знал наверняка, но... Эта добрая женщина, увы, не молодела и последние полгода её здоровье становилось все хуже. А её правой рукой вот уже много лет была Танисса, сестра-колдунья. Единственная из наставниц, которая его терпеть не могла.
   Размышления Унгардерена прервал мелодичный девичий голосок:
   -- Так вот, оказывается, где ты от всех прячешься.
   Парень оглянулся и увидел свою погодку, Мьянку. Полуэльфийка, первая красавица приюта. Как обычно при виде девушки сердце пропустило удар, а в груди появилось чувство одновременно радостное и горькое. Мьянка попала в приют позже него и радость относилась скорее к воспоминанию о той растерянной девочке с которой они сразу же стали друзьями. Потом её заметила и взяла в свой класс Танисса. Способности у полуэльфийки оказались хорошими, не даром обое ее родителей были магами, и вскоре она стала любимой ученицей колдуньи. Мьянке льстило отношение наставницы, она начала копировать её манеру вести себя, одеваться. И, конечно, отношение к окружающим. В общем, дружба сошла на нет. Но Унгардерен на неё не сердился. Он понимал. Ведь ему тоже не хватало матери.
   -- А ты что здесь делаешь?
   -- Пришла посмотреть, как будет работать сестра Танисса. - Девушка кивнула в сторону пещеры и Унгардерен обнаружил, что погруженный в свои мысли, многое пропустил. У входа теперь толпилась компания: ещё один мужчина и две сестры. Никто не заходил, но колдунья делала у входа какие-то пассы руками. Впрочем, в колдовстве он ничего не понимал.
   Обернувшись, он встретился с взглядом Мьянки.
   -- А ты, как всегда, первый, Мудрец?
   Ни насмешливый тон, ни снисходительное выражение лица парня не тронули. Он уже привык за столько лет к особой манере общаться этой девушки и потому ответил как можно равнодушнее:
   -- Я, вообще-то, пытался здесь читать. Но видно сегодня не тот день. Может, просветишь, что происходит?
   Посомневавшись несколько секунд, Мьянка кивнула и пересказала все услышанное у стен приюта.
   -- ... и, естественно, я не могла остаться в стороне. По-правильному, Танисса вообще обязана была взять меня с собой. Я её лучшая ученица и мне, как будущей колдунье, такой опыт может очень пригодиться.
   "Глупости", подумал Унгардерен, но вслух этого говорить не стал. Мьянка все-равно плевать хотела на его мнение, только ссориться зря.
   -- Интересно, - продолжила девушка, - почему она не заходит?
   Сестра-колдунья действительно продолжала стоять на месте, читая какие-то заклинания.
   -- Наверное, не может. Или в этом нет необходимости. Все зависит от того, какая именно помощь нужна была тому неизвестному колдуну. Может, он использует её просто как донора силы или резонатора, или для пространственного расположения направляющих заклятия.
   Унгардерен пожал плечами. Улыбка, как и ответ девушки просто сочился ядом:
   -- А ты большой специалист в ворожбе, Гард!
   Но парень и не думал поддаваться на провокации:
   -- Мы по одним книгам учили теорию, Мьянка, а мои способности к практике тебе известны не хуже других, - ответил он самым будничным тоном.
   Картина у пещеры не менялась, впрочем, он мог бы подождать и посмотреть, чем все закончиться, если бы не общество Мьянки. У неё явно было желание с ним поцапаться, и Унгардерен решил этого не дожидаться.
   -- Уже уходишь?
   -- И тебе советую.
   -- Ну уж нет! - Девушка высокомерно вздернула носик и тихо рассмеялась. - Я ещё задержусь. Ты прав в одном: очевидно основную работу взял на себя колдун, а значит, самое интересное происходит сейчас внутри пещеры. Туда и пойду.
   -- И ради любопытства ты готова попасть под горячую руку наставницы?
   -- Гард, скажи, это ты сам выдумал, назваться самым умным? Какой мне смысл к ним, - она кивнула в сторону стоящих у входа, - подходить, если там все-равно защитное поле? Я знаю другой вход.
   Обычно Унгардерен был очень терпеливым парнем, но сейчас начал выходить из себя:
   -- А тебе не кажется, что там, где не могут справиться два специалиста, ты будешь, мягко говоря, не к месту?
   -- У тебя забыла спросить!
   Нет, ну скажите, чего она добивается?!
   -- Да иди ты... куда хочешь! Мне какое дело!
   -- Я всегда знала, Гард, что ты трус.
   На любого другого парня такое обвинение из уст самой красивой девчонки в приюте подействовало бы, как на быка красная тряпка, но Унгардерен только криво усмехнулся:
   -- Лучше вести себя как трус, чем как последний дурак.
   Лицо Мьянки резко побледнело, а в кошачьих глазах загорелась злость. Резко развернувшись, она скрылась за деревьями. Унгардерен почувствовал раздражение и досаду. Иногда у него возникало чувство, что сделать ему пакость было для этой..., хм... самым важным делом в жизни. Вот и сейчас: если с Мьянкой что-то случится, он будет виноват, что силком не отволок её в приют. Пойти с ней - все-равно неприятностей не оберешься. Можно, конечно, сделать вид, что вообще никого не видел и понадеяться, что эту дуру прибьют, но... Видать не было у него в роду кровожадных монстров. Бормоча все известные ему ругательства, Унгардерен побрел в том же направлении, где минуту назад скрылась девушка.
   "Вход", о котором говорила Мьянка, был, по сути, просто щелью в потолке пещеры, причем очень узкой, так что Унгардерен надеялся, что неугомонная искательница приключений в неё просто не пролезет. Но в любом случае, это было довольно опасное место: прямо над ним угрожающе нависал каменистый выступ, который периодически осыпался.
   Подойдя, Унгардерен смог наблюдать картину "Пятки начинающей колдуньи". Лежа плашмя девушка пыталась осторожно подползти к самому краю щели, но при этом не съехать вниз головой по камням. Достигнув, видимо, критической точки она застыла, вытягивая шею насколько это было возможно.
   Гард повторять этот трюк не собирался. "В крайнем случае ухвачу за ноги", решил он. Но в этот момент в наступившей тишине совершенно отчетливо послышался громкий утробный рык. Мьянка охнула, дернулась от испуга и сразу же стала съезжать. Унгардерен успел схватить её за одну ногу... и тут же получил каблуком второй.
   -- Это я, идиотка! - прошипел он, отчаянно пытаясь поймать одной рукой взбесившуюся конечность спасаемой. - Да не дергайся ты, сейчас точно свалишься!
   -- Сам ты идиот! Да ты знаешь, как я исп...
   -- Испугалась? А я говорил, что нечего всяким нервным в такие дела лезть!
   Правда, к чести девушки, Гарду пришлось отметить, что она даже не завизжала, так что у них ещё остался шанс убраться отсюда незамеченными. Но в такой исход ему все-равно верилось слабо, и он решил ничего подобного не говорить. Пока. Чтобы не сглазить.
   -- А ты лезь сюда, и я посмотрю, какой ты будешь храбрый! - огрызнулась Мьянка.
   -- Спасибо, мне и здесь хорошо.
   Следующие несколько минут прошли в молчании. Когда девушка снова заговорила, её голос звучал на несколько тонов мягче, что само по себе заставило Унгардерена передернуться:
   -- Гард, послушай, ... залазь сюда.
   -- Тебе чтобы провалиться собственного веса не хватает?
   -- Да не провалимся мы! Тем более вдвоем. Узко здесь слишком, даже я одна не пройду. Просто здесь... Я такого в жизни не видела. Слава богу... Даже нигде про такое не слыхала...
   Гард вздохнул и отпустил ногу девушки. Вроде не сползает. Ну что там она ещё придумала!
   За Мьянкой закрепилась слава самой упрямой особы в приюте и Унгардерен прекрасно знал - пока она не удовлетворит своё любопытство, уйти отсюда не удастся. Значит, придется лезть.
   Свисая вниз головой, Унгардерен снова мысленно наговорил девушке много нехорошего. В первую очередь потому, что её уверенности в их безопасности разделить никак не мог. Щель была очень широкой, просто во время очередного обвала часть её перекрыло крупными камнями, на которые они теперь вынуждены были опираться. Камень Гарда при этом постоянно опасно двигался, казалось, ещё чуть-чуть и уйдет из-под рук.
   Пытаясь ещё немного продвинуться вперед и одновременно принять более устойчивое положение, парень скользнул в сторону. Раздался тихий треск.
   -- Проклятье!
   -- Что?
   -- Да ничего! Рубашка порвалась!
   Рука наконец нашла что-то неподвижное, но острый булыжник, наверное тот самый, который ему одежду порвал, теперь оказался прямо под ним и больно впился в грудь. И ничего не поделаешь - его положение сейчас было самым идеальным, чтобы не упасть, и пещеру под ними было при этом прекрасно видно.
   Лицом к ним с закрытыми глазами сидел очень старый человек. Худосочный, с длинными абсолютно седыми волосами и изрезанным мелкими морщинами лицом. Вся его фигура была неподвижной, напряженной, а вокруг него стоял невидимый для большинства людей магический купол.
   Унгардерен бросил быстрый удивленный взгляд на Мьянку, словно спрашивая видит ли она тоже самое и получил утвердительный кивок.
   -- Там вообще все пропитано магией, причем разной. Но, что интересно, совсем не чувствуется магия Таниссы. Что она делает?
   Гард снова всмотрелся в сумрак, на этот раз внимательнее. Выход просматривался хорошо, и от него действительно не шло никаких колебаний, связанных с ворожбой. Зато от старого колдуна тянулось несколько устойчивых нитей. Чтобы рассмотреть к чему они ведут, пришлось податься еще немного вперед и зависнуть в совсем уж рискованном положении, но через минуту даже Унгардерен, который ненавидел любой подобный риск признал, что такого он точно нигде больше не увидел бы.
   Прямо под ним магические нити колдуна сплетали ещё один купол над спящей девочкой лет шести, а в шаге от неё находилось ... это. Ни на что не похожее существо с багряного цвета кожей, шестью конечностями, которые определить как руки или ноги Унгардерен затруднялся, и головой, увенчанной заплетенными в сложную конструкцию рогами. Но больше всего поражало то, что большую часть магии, наполняющей пещеру, создавало именно это существо. Она шла от него серо-синими спиралями и несла... страх.
   Тело дернулось куда-то назад само.
   -- Что это?!
   -- Я надеялась, что ты мне скажешь.
   Лицо Мьянки было бледным и напряженным. Гард отчетливо почувствовал, что она боится не меньше него и издевка в голосе проскальзывает только по привычке.
   -- Мьянка, пожалуйста, давай отсюда уйдем.
   Девушка чуть заметно кивнула. Значит действительно боится, если не спорит даже для видимости. Они начали медленно отползать назад, но тут что-то произошло. Магические потоки пришли в движение. Парень с девушкой испугано переглянулись. Они уже не видели того, что происходит в пещере, но оба почувствовали - ворожбу творит колдун. В ответ спирали страха тоже стали расходится активнее и вслед за ними раздался рев, похожий на тот, что они слышали вначале, но более громкий и яростный. Казалось, от него каждая клеточка тела начинала дрожать отдельно. А ещё (Унгардерену очень хотелось верить, что от страха ему это только показалось) задрожали камни под враз вспотевшими ладонями. Скорость отползания увеличилась до максимальной.
   Но они все-равно не успели. Рычание разрослось, перешло в другую тональность, пещера ощутимо затряслась и Унгардерен почувствовал как по спине больно ударило упавшим откуда-то сверху камнем. Рядом вскрикнула Мьянка.
   "Обвал", успел подумать парень, прежде чем под ними обрушился свод пещеры.
  
  
   Мэтр Донек находил какую-то горькую иронию в том, что его жизнь может закончится вот так: случайно, из-за собственной глупой ошибки. А вероятность этого была и с того момента, когда он оценил возможности появившейся у входа колдуньи, стала ещё больше.
   Слишком слаба, даже пройти через барьер выставленный демоном не может... Впрочем, для неё это только к лучшему. Жива останется.
   Но, боги, как же глупо!
   Он, один из четырех королевских магов, практикующий почти сто пятдесят лет, погибнет при попытке уничтожить не самого сильного демона, потому, что не увидел поставленную для этого демона сеть!
   Но все же, подумалось ему, какой незаурядный случай! С каким удовольствием он изучит его детальнее, если выживет... А если нет..., хм... Интересно, сможет ли его душа покинуть ловушку или в этой пещере поселиться ещё один макшур?
   По губам колдуна скользнула горькая улыбка. Вот тогда у него точно будет время все здесь изучить. Только записать и передать это исследование в Университет возможности уже не будет...
   А ведь, как говорят в таких случаях, ничто не предвещало такой печальный финал. В этой деревне, названия которой он даже не знает, он остановился совершенно случайно. Выполнение одного королевского указа заставило мэтра Донека задержаться в Остоне и, выехав оттуда позже планируемого, он просто не успел до ночи доехать до ближайшего постоялого двора. Услышав же рассказ селян про таинственное нечто, живущее в местных пещерах, он просто пошел на поводу у собственного любопытства.
   Нет, он и сейчас об этом нисколько не жалел. Мэтр жил достаточно долго и видел достаточно много, чтобы спокойно относится к своей возможной смерти. Но то, как он провел это, не такое уж сложное, дело вызывало у него жгучий стыд. А при взгляде на дитя, даже во сне плачущее от страха, и на демона, которого он так и не уничтожит, стыд усиливался многократно и становился просто невыносимым!
   И все из-за глупой, непростительной в его годы и с его опытом неосторожности!
   По рассказам крестьян мэтр Донек предположил, что в пещерах засел какой-то представитель низшей нечисти, вызывающий страх. Почему именно низшей? Потому, что никто из детей не пострадал существенно, а взрослым эта тварь вообще побоялась показываться. Правда, его немного удивил тот факт, что это существо, по-видимому, никогда не покидает пещеру, хотя там у него нет никакой возможности для охоты. А ещё силовой барьер... Именно по его мощности мэтр понял, что внутри засел опасный противник, но достаточной осторожности не проявил.
   Когда-то давно, уже больше ста лет прошло, когда мэтр Донек был преподавателем в столичном университете, ему доводилось читать лекции по демонологии. Потом, ввиду того, что изучаемые на территории подвластной короне были практически уничтожены, этот предмет заменили "Инструкции к полевой практике применения боевых чар". Так или иначе, раздел, посвященный выявлению и оценке противника, он читал сотни, если не тысячи раз.
   "Первое, что вы должны сделать - это изучить среду обитания нечисти и магический фон. Именно магический фон расскажет вам о возможностях противника, а по тому, как обустроено гнездо, можно сделать выводы о разумности данного представителя нечисти, его опыте общения с людьми."
   Магический фон в пещере был очень странным. По силе проявления мэтр безошибочно определил демона, но... Что-то мешало этой силе вырваться, что-то, что Донек легкомысленно признал вторичным. Как скоро оказалось, зря...
   В пещеру вел низкий и узкий лаз. За ним открывался довольно просторный зал, тускло освещаемый откуда-то сверху, а прямо в центре ждал демон-гурон, прошедший первую стадию перерождения. Девочка лежала на полу, прямо перед ним, безвольное тельце, не способное даже выразить свое отчаяние, только маска ужаса на детском лице. Демонический сон, особый вид транса, когда сознание жертвы полностью подчинено заклинателю и тот вызывает в нем только определенные видения и эмоции. Гурон питался страхом, по крайней мере сначала. После третьего перерождения этот вид демонов становился вполне плотоядным.
   Несколько секунд колдун и тварь внимательно следили друг за другом. Демон не выдержал первым: вместе с утробным ревом в колдуна полетела волна силы. Мэтр мгновенно укрылся щитом, но до него долетела лишь малая доля мощного удара, а остальное... поглотила та, другая сила, сплетясь вокруг демона в плотный кокон, мощную магическую клетку.
   Становилось ясно, почему тварь не смогла покинуть это место. Вот только... мэтр предпочел бы точно знать, кто запер его здесь и, главное, как? Донек внимательно осмотрел пещеру, но ни рун, ни ограничивающего круга или артефакта не нашел. Очень странно. Но больше всего беспокоила сама сила, какая-то неправильная, не такая.
   По умному, с этим стоило разобраться. Но сколько ещё времени у девочки? Демоны не умеют останавливаться, им с каждым перерождением требуется все больше и больше сил. И надо же так случиться, что она застряла именно в его заговоренном круге! Убить демона не доставая её оттуда не получится, а достать будет непросто, он будет биться за неё, ведь её страх - его жизнь.
   В конце концов, мэтр решил попробовать. Нельзя оставлять там ребенка. Окружив себя защитным куполом, он подошел к демону как можно ближе и попытался дотянуться до девочки своей силой сквозь ограничивающий круг.
   Что это было ошибкой, Донек понял, когда было уже поздно. Нацелившись на демона, он ринулся вперед, всеми силами преодолевая окружающее его поле и не сразу заметил, что кроме силы оно выставляет против него свой СТРАХ, ВОЗМУЩЕНИЕ, а потом и ЗЛОСТЬ.
   Оно способно чувствовать, направлять себя. Оно... Нет, не живое, но было когда-то живым. Макшур! Призрак, наделенный магической силой!
   Несколько секунд потребовалось мэтру, чтобы понять, с чем он столкнулся и бросится назад. В эту секунду макшур отступил, разлетелся на обрывки синего тумана, чтобы через мгновение снова сомкнуться. За его спиной.
   Демон, умная тварь, сразу понял, что ситуация изменилась и с невероятной скоростью ринулся на колдуна, сопровождая физическую атаку новой волной силы. В ответ макшур начал сжимать силовое кольцо. Что оставалось делать мэтру Донеку? Только усилить до максимума свой защитный купол и костерить себя последними словами: действительно, уважаемый, помог - и ребенка не вытащил, и сам оказался между молотом и наковальней.
   Следующие несколько часов прошли в напряженной борьбе всех против всех. Демон пытался уничтожить колдуна и вырваться из круга макшура. Донек тоже был не против вырваться, в идеале с девочкой, предварительно убив демона, но для борьбы на два фронта его сил катастрофически не хватало. В результате, единственным его достижением стало то, что он смог накинуть на ребенка свой защитный купол, частично отгородив его от воздействия твари. Вынужденная диета должна была ослабить демона, вот только когда это случится, через несколько часов или дней, мэтр сказать не мог, так же как не мог с уверенностью утверждать, что сам не потеряет силы раньше.
   Но даже при благоприятном исходе оставался ещё макшур. Он существовал в этой пещере уже бог знает сколько времени и его силы колдун мог представить лишь приблизительно. Но он явно не собирался выпускать никого.
   Проиграв в голове все возможные варианты и оценив свои шансы как очень скромные, колдун неожиданно вспомнил про ещё один забытый ним фактор. В деревне упоминали, что поблизости живет какая-то колдунья. Сам он может и не справится, но с помощью - уж конечно!
   -- Да, мэтр, почаще надо выбираться из своего кабинета, -- в полголоса попенял он себе, отсылая за подмогой оставшихся снаружи родственников девочки. -- Совсем сноровку потерял. Просто стыдно перед молодежью.
   Вместе с надеждой к мэтру вернулось и его обычное уверенное расположение духа. Он даже позволил себе аккуратно прощупать макшура - все-таки редчайшее явление, очень мало исследованное.
   Колдунья мэтра разочаровала. Конечно, он понимал, что настоящему таланту в такой глуши нечего делать и все-таки надеялся на кого-то более... одаренного. Но лучше работать с тем, что есть, чем придаваться бессмысленному отчаянию. Так что думайте, господин королевский маг, думайте!
   Для того, чтобы прорваться через круг макшура колдунья слаба, но она свободна в передвижениях. Да и для телепатической связи её сил должно вполне хватить. Значит, нужно только объяснить ей с кем в столице связаться.
   Представив, как завтра весь Университет будет обсуждать этот случай, мэтр поморщился. Но он никогда не был настолько честолюбив, чтобы репутацию ценить выше своей и чужой жизни.
   Лучше всего, если удастся вызвать Ректеса. Один из лучших за все времена его учеников талантлив, уже достаточно опытен и не болтлив... Когда план наконец созрел в голове у мэтра и он приготовился поделится ним со своей невольной помощницей, судьба снова решила преподнести ему неожиданность.
   Во-первых, где-то сверху появилось ещё два действующих лица. И каких! Классический маг и стихийник, причем силы у обоих довольно неплохие. Но не успел Донек обрадоваться и подключить их к своему спасению, как они снова стали отдаляться. Что все это должно было значить колдун не понимал.
   Во-вторых, демон, который и так вел себя очень неспокойно, в попытках добраться до своей маленькой жертвы дошел, видимо до отчаяния. В последнюю атаку он вложил не только всю свою магическую мощь, он бился об защитный купол, не обращая внимания на лопающуюся от напряжения кожу. Мэтр и сам покрылся липким холодным потом. Ему даже стало казаться, что защиту не удержать, но укрепить её ещё больше все-равно было невозможно.
   Со стороны этот напряженный магический поединок выглядел скучно и однообразно: старый колдун, сидящий на полу и сосредоточенный только на магии, спящая девочка и демон, пытающийся до неё дотянуться, но не достающий по каким-то невидимым причинам. Что ж, мэтр Донек знал лучше других, что чем сложнее и серьезнее колдовство, тем меньше в нем эффектности.
   Поток силы внезапно иссяк. Сдавлено хрипя, тварь уставилась на недосягаемую девочку, а потом откинула голову назад и закричала.
   Что происходило в пещере следующие несколько минут мэтр помнил плохо. Звуковая волна как тисками сдавила голову и вызвала состояние, похожее на шок. Он помнил тот момент, когда купол стал стремительно истощаться, но своды обрушились, кажется, ещё до полного его исчезновения. По крайней мере, от падающих камней он колдуна защитил. А значит, защитил и ребенка. Не теряя драгоценного времени, Донек бросился к девочке, схватил её на руки и стал перебираться по камням туда, где как он помнил, был выход. Увидеть, насколько его засыпало, мешала пыль, которая после обвала стояла в воздухе.
   Но это было не важно. Выбраться сейчас было не главным. Перед самым обвалом демону все-таки удалось разорвать кольцо Макшура, и Донек спешил отойти от него подальше, прежде чем оно сомкнется вновь. В том, что это случиться сомневаться не приходилось: Макшура невозможно уничтожить, равно как и отвлечь от его жертвы.
   Мэтр услышал, как за спиной зашевелились камни, а из-под них раздался угрожающий рык. Сгустки магической силы, похожие на рваный темно-синий туман сразу же ринулись к нему, Донек напрягся, крепче прижимая к себе девочку. Самое страшное для мага - растратить всю свою силу и остаться беспомощным, а сейчас от силы Донека ничего не осталось.
   Макшур скользнул мимо и устремился прямо к демону. Мэтр вздохнул с облегчением, тяжело опускаясь на камни. Ноги подкашивались, руки дрожали, вместе с некоторым облегчением накатила страшная усталость. Позади опять раздался рёв, на этот раз полный ярости и отчаяния. Зверь снова оказался в клетке.
   Следующую минуту, а может десять или час, мэтр Донек провел в состоянии близком к обмороку. Магическое истощение всегда очень сильно влияло на физическое состояние, и сейчас ему просто необходимо было поспать, даже на твердых камнях, даже рядом с демоном-гуроном. Проснуться заставил кашель: кашлял кто-то рядом, совсем недалеко. Мэтр сразу же посмотрел на девочку, но она продолжала спать как убитая. Ничего удивительного если она проспит ещё день или два - после такого-то испытания!
   В двух шагах от мэтра, распластавшись на камнях, как сломанная кукла, лежала молоденькая эльфийка. Хотя... скорее полукровка или даже квартерон, понял Донек, присмотревшись к ауре внезапной гостьи. Магия классическая, а у чистокровных эльфов и большинства полукровок - стихийная.
   Эй, да это же одна из тех двух магов, которые наблюдали за пещерой сверху! Значит, уйти они не успели. Но, если эта здесь, то где же второй? Мэтр заставил себя перевернуться на спину, а потом даже сесть, выяснив попутно, что чувствует себя не так уж и плохо. Слабость, головокружение, но, в принципе, вполне можно жить. Эльфийка выглядела намного хуже: мало того, что упала с такой высоты, её ещё и присыпало камнями. Хорошо, если окажется, что там всего лишь переломы, а не разрыв какого-нибудь внутреннего органа.
   Когда мэтр Донек увидел второго мага, ему ужасно захотелось взвыть или крепко выругаться, что он, ввиду своего возраста и положения, делал крайне редко. Молодой паренёк, скорее всего тоже полукровка, явный стихийник, сидел перед демоном в этом чертовом кругу!
   В который раз колдун подумал, что на этой пещере, наверное, лежит проклятье, или это день такой, самый неудачный за все столетие. Он ничем сейчас не мог помочь пареньку, только выбраться отсюда самому и, как планировал, связаться со своими знакомыми в столице. Продержится до их прибытия - хорошо, а не продержится... Значит, не повезло тебе, парень. Единственное, что старый мэтр мог сейчас сделать, это дать полукровке какой-нибудь дельный совет.
   В отличие от своей спутницы, падение юноша перенес почти нормально: несколько царапин и только одна более серьезная рана на груди, насколько глубокая не видно, но по рубашке уже расползлось приличных размеров кровавое пятно. Сидел он на корточках, упираясь ладонями в землю и периодически встряхивая опушенной головой.
   Это встревожило мэтра - парню будет намного сложнее сосредоточится на своей защите, если у него сотрясение. Подавшись вперед, колдун попытался рассмотреть ауру стихийника внимательнее и ахнул, когда понял, чем отгораживается тот от твари. Он использовал как щит Макшура! И совсем уж невероятным было, как он это делал.
   Он пропускал силу Макшура через себя, сливался с ней и таким образом оказывался словно внутри потока. Лица не было видно, а аура вод воздействием слияния была сильно искажена, так что мэтру оставалось только догадываться, что ощущает сейчас полуэльф. Боль? А может...
   Донек смотрел на происходящее с ужасом и... ученым интересом. Он силился вспомнить, были ли когда-нибудь случаи, что бы макшур вселялся в живое существо, но, увы, ни одного упоминания о подобном ему не встречалось. То, что делал этот парень или наоборот, то, что макшур с ним делал, было невозможно, невероятно! Поэтому мэтру оставалось только наблюдать. Предположить, чем все это закончится, он не мог.
   В голову колдуну пришла мысль, что позвать на помощь лучше всего прямо сейчас, но любопытство ученого её благополучно задавило. Тем более, что полуэльф наконец-то ожил, поднял голову и окинул пещеру внимательным взглядом нереально сиреневых глаз. Потом поднялся, провел рукой по воздуху, словно пытаясь что-то нащупать, удовлетворенно кивнул сам себе и начал негромко бормотать какую-то тарабарщину.
   Маг может распознать заклятие сразу, в какой бы форме или на каком бы языке оно не произносилось. Ведь заклятие - это лишь оболочка, средство, позволяющее комбинировать и направлять силу. Одно и тоже действие, выполняемое представителями разных магических школ и течений, будет иметь разную форму, но любой маг узнает его.
   Тому, что делал полуэльф, мэтр Донек не знал аналогий. Это было что-то совершенно чуждое как классической магии, так и магии эльфов, с которой мэтр был довольно не плохо знаком. Но оно действовало, причем быстро и очень эффективно.
   Сначала круг, очерченный макшуром ожил: к уже заключенной в нем силе добавилась сила заклинателя и ловушка, и без того не слабая, превратилась в сплошную матовую сферу. Мэтр с трудом видел, как парень делает какие-то движения руками, словно дергает за невидимые нити. Демона уже не было видно, даже его сила не просачивалась, слышно было только, что он снова начал кричать, но критической разрушительной отметки его вопль так и не достиг.
   Сфера сжалась и исчезла с тихим "Чпок!". Парень, как подкошенный рухнул на камни, а в пещере не осталось и следа ни макшура, ни демона.
  
   Глава 2.
   Если не знаете, куда идти, идите, куда посылают.
  
   Не смотря на то, что по приезде в столицу мэтра Донека ждала аудиенция у самого короля, в остонском приюте для сирот он задержался ещё почти на неделю. Сначала потому, что восстанавливал силы сам, а потом потому, что ждал, пока поправится полуэльф, тот самый заинтересовавший его мальчишка.
   Сначала мэтр планировал уехать как можно скорее и вернуться, уже разобравшись со своими делами, но потом выяснилось, что после выздоровления юноша, скорее всего, покинет приют, и Донек решил остаться. Конечно, ему не хотелось вызвать недовольство его величества, поэтому в объяснительном письме, отправленном в столицу, мэтру пришлось несколько преувеличить количество ранений полученных в поединке с Гуроном. Совсем чуть-чуть, что бы оправдать свое опоздание. Уж слишком все произошедшее здесь было интересно!
   Юноша не приходил в себя четыре дня. Донек списывал это на последствия тесного контакта с макшуром, никаких других причин не было. Ни одного перелома, да и рана на груди - сущий пустяк, неглубокая, аккуратная и ровная, словно её нанес не камень, а хорошо заточенный нож. На второй день на теле парня не осталось даже синяков, и это притом, что магией его не лечили - мэтр и сам был ещё не вполне здоров, а сестра-колдунья заявила, что в этом нет необходимости. Эльфийская регенерация. Впрочем, мэтру показалось, что этому мальчику колдунья не стала бы помогать, даже если бы он умирал. Не любила она его. Это бросилось в глаза ещё там, в пещере.
   Когда группа "спасателей" наконец попала внутрь, в сознании был только мэтр Донек. Родственники девочки забрали её домой, как только их заверили, что с ней все будет в порядке. Даже не поблагодарили. Хотя, чего уж там...
   Обнаружив в пещере воспитанников приюта, сестра-колдунья пришла в бешенство. Причем виновником, по её твердому убеждению, мог быть только мальчик. То есть сначала она пыталась повесить всех собак на самого мэтра, обвиняя его в глупости и некомпетентности, но после того, как он представился, перенесла свой гнев на парня.
   Для мэтра Донека настоящим потрясение стало узнать, что колдовство этот молодой человек не изучал. По мнению сестры-колдуньи, у него не было способностей. Когда же Донек вкратце обрисовал ей все, что здесь произошло, женщина, к его удивлению, разозлилась ещё больше и начала оказывать первую помощь своей ученице, бормоча что-то про мутантов и опасных ублюдков.
   В течение следующих дней мэтр старался узнать о парне как можно больше. Но что интересного может быть в биографии пятнадцатилетнего сироты, всю свою жизнь прожившего в приюте? Звали его Унгардерен. Необычное имя, услышав его, мэтр очень удивился. На одном из трольих диалектов это означало "парящий высоко", вот только откуда этот умирающий язык знали обычные крестьяне, которыми были его родители? Живут тролли далеко, на противоположном конце континента, а поверить в то, что среди предков мальчика был тролль... очень сложно. Скорее его принимали за эльфа, и имя считали эльфийским.
   Больше всего мэтра конечно интересовали способности парня, но как выяснилось, тестировали его только один раз, очень давно. Способности обнаружили, определили как стихийные и уже готовились передать Унгардерена эльфам (они претендовали на всех стихийников по закону), но что-то не прошло. Эльфы заявили, что сила мальчика какая-то не такая и что они не смогут его обучить. Так он и остался здесь, о чем, как в один голос твердили все сестры, никогда не жалел.
   В приюте Унгардерена очень ценили и отзывались о нем как о спокойном, начитанном, очень серьёзном подростке, который, без сомнения, далеко пойдет. Все, кроме сестры-колдуньи. Она говорить о нем не хотела категорически. Впрочем, источник информации мэтр в конце концов нашел. Им стала та самая ученица колдуньи.
   На второй день пребывания мага в приюте она сама пришла к нему в комнату поблагодарить за свое спасение. Мэтр честно ответил, что не за что (так оно на самом деле и было), но она явно искала какой-нибудь повод, что бы задержатся подольше. Это было не удивительно: молодая колдунья, способностями превосходящая свою учительницу, впервые встретила по-настоящему сильного колдуна, и ее просто распирало от желания узнать о нем больше.
   Девушку звали Мьянка, она была полуэльфийкой и история её жизни была значительно интереснее, чем жизнь Унгардерена. И мать и отец девушки были колдунами, довольно известными и состоятельными, а все её детство прошло в столице. Ей самой будущее колдуньи пророчили ещё с пеленок, так же как удачное замужество и счастливую, состоятельную жизнь. Но не вышло. Родители Мьянки погибли когда ей было шесть лет, во время беспорядков на границе и сказка кончилась.
   Так как наследницей Мьянка оказалась довольно богатой, кандидатов на роль опекуна нашлось хоть отбавляй. Как этот вопрос решался - судом, турниром или методом наёмных убийц - девушка так и не узнала, но вскоре у неё появился добрый дядюшка, который первым делом сдал её в "школу".
   Столичный приют, который опекает сама королевская династия, "приютом" можно было назвать с большой натяжкой. Скорее это было учебное заведение для незаконнорожденных отпрысков богатых семей, для детей, от которых вроде как и не отказывались, но и при себе держать не желали. Официально он числился как приют, но на самом деле каждое место там стоило больших денег. Хорошее место, Мьянке там даже нравилось, и почти год она искренне верила, что "дядюшка" позаботится о ней. Пока ей не сообщили, что поместье, принадлежащее ей, разорилось и дядюшке придется перевести её жить в другое место. Пока она не оказалась здесь.
   Четыре девушки в одной комнате, постоянная борьба за лучшее одеяло, более легкую работу, за собственные вещи - для вчерашней принцессы это был просто ад. Прошло много времени, пока она привыкла. Опекун, естественно, больше не появлялся.
   Еще одной разбившейся мечтой девушки стали эльфы. Уже в приюте она услышала про то, что сирот полукровок по закону обычно забирают в Илмириис, эльфийскую магическую школу. Это был бы очень удачный вариант, но... увы, Мьянка унаследовала способность к классической магии от матери, так что эта сказка тоже не сложилась.
   Оказалось, что Мьянка с Унгардереном погодки и вместе проходили тот неудачный для них обоих отбор, так что девушка смогла почти дословно пересказать, что эльфийский маг говорил о способностях парня:
   -- Сказал, что он стихийник, но какой-то не такой. Не помню... он называл его каким-то эльфийским словом. А ещё сказал, что обучать Гарда как обычного мага бессмысленно, а та, его магия, опасна для жизни, причем для него самого. Правда, директриса все-таки настояла на том, чтобы он учился у Таниссы, может, надеялась, что что-то у него получится. Но он не продержался там и полгода.
   -- Почему?
   -- Ну, сначала не мог освоить даже азов. А потом... В общем, произошел несчастный случай. Ребята из класса, сейчас они уже не учатся здесь...
   -- Почему не учатся?
   -- Так выпустились уже. Они на два года старше нас были, этот Мелис и его приятель... кличка Крыс, а по имени не помню. Так вот они взяли тогда моду дразнить Гарда, ну, из-за того, что у него ничего не получается. Он ведь у нас самый умный, учителя на него не нарадуются, а тут такой облом. Вот парни и отыгрывались. Они тогда огонь вызывать научились и при возможности старались засвистеть в него огоньком.
   -- И ваши учителя к этому спокойно относились?
   -- Здесь приют, мэтр, и порой сюда попадают такие экземпляры, что любой демон рядом покажется мальчиком-васильком. Так что на такие мелочи никто и внимания не обращает. Тем более, что в Гарда ещё попасть даш ума. У него реакция как у чистокровного эльфа, хотя он никогда никакими тренировками или чем-то подобным не занимался.
   Так вот, однажды Мелис бросил в него огонек прямо на уроке, когда Танисса отвернулась. Ну и попал, на свою голову... Гарду ничего, только рукав пропалило, он большую часть огня прямо в руку поймал, а потом возьми и брось его назад, да такой силы! Парта в головешку обгорела, а Мелис - такой себе симпатичный шашлык. До сих пор все удивляются, как его тогда откачали. А сестра-колдунья категорически отказалась учить Гарда дальше.
   Мэтр Донек понимающе кивнул. Весь этот разговор происходил на берегу озера, не далеко от той самой злополучной пещеры. Это место Мьянка показала мэтру, когда он захотел прогуляться и оно ему очень понравилось. Если верить девушке, Унгардерен тоже любил гулять здесь.
   -- Из-за этого случая сестра Танисса так его не любит?
   -- И из-за этого, и вообще... Говорят, она вообще тех, кто смешанных кровей, не любит. Что-то личное, наверное.
   Такое объяснение мэтра сильно удивило.
   -- Но ты тоже полукровка, а любимая ученица, как я понял.
   -- Да, но эльфы, это вроде бы еще ничего. А вот всякие там полуорки и четвертьтроли - таких она на дух не переносит. А в Гарде, говорят, всего намешано. Когда эльфы не знали, забирать его или нет, ему делали пробу крови, и там такое выдало, что никто ничего не понял. Только бегали и кричали, что это какая-то ошибка, что там что-то с чем-то не совместимо и все такое.
   Над полученной информацией мэтр задумался надолго. Пробой крови назывался специальный магический анализ, с помощью которого обычно определяли, способности какой расы унаследовал полукровка. Поговаривали, что этот метод когда-то разработали по приказу короля, который сильно сомневался в верности супруги и хотел быть уверен, что престол наследует именно его сын. А почему проверялась в первую очередь раса? Ну, наверное, у королевы был оригинальный вкус.
   В последствие изучением проблем наследования занималось много ученых, которые обнаружили ряд интересных закономерностей. Например, что эльфы совершенно не способны иметь потомство с гномами и орками, люди - только с гномами, а вот с полукровками этих двух видов - вполне.
   Были свои нюансы и в наследовании способностей. Тот, в ком текла хотя бы немного гномьей крови, практически всегда обладал повышенной устойчивостью к магии, полуорки, случалось, могли практиковать шаманство с классической магией практически наравне. Зато полуэльфы наследовали магическую силу только одного из родителей: если эльфа - значит точно будет маг-стихийник, если человека - значит будет совсем без способностей или классик, а так, что бы и то и другое никогда не случалось. Самыми интересными и непредсказуемыми были случаи, когда смешивалась кровь трех рас и больше, но такое бывало редко.
   Если Унгардерен - именно такой случай, то это многое объясняло. Надо только выяснить, чья ещё кровь - орков или все-таки троллей - так на него повлияла, вызвала такое необычное искажение силы...
   Чем больше мэтр Донек думал об этом, тем сильнее в нем разгорался интерес. Он уже твердо решил, что предложит Унгардерену поехать с ним в столицу, осталось только дождаться, когда он поправиться и сделать ему предложение так, чтобы он не смог отказаться.
   -- Скажите, мэтр, а почему вас так заинтересовал Гард? - Донек вздрогнул. Задумавшись, он совсем забыл о сидящей рядом девушке.
   -- Я ученый, дитя мое, и меня всегда интересовали новые чары или носители необычной силы. Изучение таких случаев порой открывает совершенно неожиданные пути для развития магической науки. А ваша наставница к мальчику не справедлива: любой необученный колдун может быть опасен, от вида силы это совсем не зависит.
   -- И вы теперь будете его... изучать?
   -- Скорее обучать. А ещё правильнее сказать, учится вместе с ним, искать возможности для реализации его силы. По крайней мере, я на это надеюсь.
   Мэтр видел, что девушка мучается, не решаясь задать волнующий её вопрос. Он даже догадывался, о чем пойдет речь, и когда она, наконец, произнесла его, совсем не удивился.
   -- Мэтр, скажите, а у меня... есть какая-нибудь возможность продолжать учится магии в столице?
   -- Не хочу тебя обнадеживать. Пойми меня правильно: ты можешь поехать в Университет, и я даже не сомневаюсь, что ты в него поступишь, способности у тебя не плохие. Но какой это имеет смысл? Ты должна представлять насколько дорого будет обходиться жизнь в столице, а у тебя, как я понимаю, денег нет. Но даже если представить, что ты найдешь деньги, скажем, разыщешь своего опекуна и через суды что-то с него стребуешь. Заметь, я сказал это лишь гипотетически. На самом деле, такой возможности у тебя нет. Так вот, даже если ты сможешь не только поступить, но и доучиться, работать тебя все-равно сошлют в какую-то провинцию, может немного лучше, а может и хуже этой. Так не лучше ли тебе просто остаться здесь и продолжать помогать сестре-колдунье? Поверь, столица не предложит тебе ничего лучшего, а здесь у тебя наверняка много друзей.
   Брови девушки нахмурились, а глаза гневно блеснули:
   -- Столице не нужны хорошие колдуньи или вы просто не верите, что я смогу стать достаточно сильной?
   Голос девушки дрогнул, хотя она изо всех сил старалась не дать волю своей обиде.
   -- Что бы получить хорошее место в столице или в другом крупном городе одних способностей мало, нужны ещё связи. Это правда, даже если тебе неприятно её слышать.
   -- И исключений совсем не бывает?
   -- Бывают. Но это действительно ис-клю-чения. Сюда относятся колдуны невероятной силы или имеющие какую-то уникальную, единственную в своем роде способность. Таких мало, можно пересчитать на пальцах одной руки. Ты, Мьянка, к ним не относишься. Даже вывернувшись на изнанку, выше просто хорошей колдуньи ты не пойдешь. А в столице таких много.
   -- Понятно.
   Девушка вздернула подбородок и отвернулась, чтобы собеседник не увидел её глаза. Через минуту она вспомнила о том, что кто-то из сестер давно ждет её в приюте и умчалась, оставив мэтра одного.
   Донеку неприятно было говорить все это девушке. Он прекрасно понимал её чувства: в отличии от других, у неё могло быть все о чем она мечтала и было бы, если бы не вмешалась судьба. Но что поделаешь?
   Да, ему было её жаль, но мэтр давно понял, что всем все-равно не поможешь. Чем лучше эта девочка других таких же, каждый год приезжающих в Университет?
  
   На пятый день, незадолго до рассвета, Унгардерен пришел в себя. В комнате было тихо, слишком тихо, невозможно тихо для комнаты, в которой живет шесть человек. Там даже ночью доносятся какие-то звуки: кто-то посапывает или ворочается в кровати, кто-то откровенно храпит.
   А тут тишина. Унгардерен открыл глаза и обнаружил, что лежит в лазарете.
   Сразу вспомнилось, что он уже приходил в себя один... нет, даже два раза. Ему тогда мерещились именно эти стены. Слышал знакомые голоса, но глаза так и не открыл, потому что почти сразу же провалился в беспамятство.
   Хотя скорее его состояние можно было назвать навязчивым бредом. Все это время Унгардерен видел странные сны. Непонятные и связные, черно-белые и цветные, короткие, как вспышка, и очень длинные - все они были о демонах и незнакомых Гарду людях. Эти люди одевались в необычные одежды и говорили на незнакомом языке, но, как часто бывает во сне, все казалось понятным и правильным.
   Демоны... Демоны были разными, их было очень много и Унгардерен постоянно сражался с ними. Большинство из них были намного страшнее и опаснее, чем тот, которого он видел в Запретной пещере.
   Или... это тоже был сон?
   Случившееся стояло перед глазами с убийственной ясностью, заставляя парня первый раз в жизни усомниться в своей памяти. Если только не рассматривать как рабочую версию, что бред у него начался уже тогда.
   Построением более-менее связной гипотезы Унгардерен занимался до самого утра. Если не брать во внимание разбегающиеся, словно тараканы, мысли, чувствовал он себя отлично и несколько раз порывался пойти на улицу - авось на свежем воздухе думалось бы лучше. Но, в конце концов, решил не пугать никого своим исчезновением (после всего, что случилось и так, наверное, влетит), и дождаться сестру-целительницу. От неё и узнал последние новости: что провалялся он здесь намного дольше, чем предполагал, что с ним хочет поговорить придворный колдун из столицы (вот это да!), что у Мьянки было несколько переломов, но она уже на ногах, а директриса, напротив, слегла после всех этих переживаний. Последнее Унгардерена сильно огорчило, к тому же он почувствовал себя виноватым - директриса всегда относилась к нему хорошо. Он решил первым делом проведать её, но целительница запретила, мол, больной нужен отдых и абсолютный покой.
   Зато его срочно хочет видеть Танисса. Унгардерен поморщился, понимая, что теперь точно влетит, и никуда от этого не денешься, но пошел.
   Разговор с сестрой-колдуньей получился, как всегда, коротким и неприятным:
   -- Я не стану выяснять, Унгардерен, как вы с Мьянкой оказались в Запретной пещере, и что там случилось. Я даже не стану спрашивать, когда и каким образом вы учились использовать свою силу, вопреки запрету, который на вас наложили несколько лет назад.
   -- Но я не...
   -- Я только хочу напомнить, - колдунья резко повысила голос, давая понять, что не позволит себя перебивать, - что через неделю вам исполнится пятнадцать лет, и вы должны будете нас покинуть. И попросить не затягивать со сборами. Лучше всего, если вы начнете их прямо сейчас.
   Колдунья ушла и парень проводил её взглядом. Ну вот и все, прощай детство.
   Конечно, неожиданностью это не стало, но настроение все-равно сползло на подвальный уровень. В отличие от многих воспитанников, Унгардерен любил приют, уезжать отсюда было грустно и немного страшно - мало ли какой она обернётся, новая жизнь. А вот теперь ещё и обидно: прожил здесь всю жизнь, и на прощанье вместо добрых слов получил пинок под зад.
   Впрочем, это он конечно утрировал. Спускаясь во двор, Гард натолкнулся на группку своих одноклассников, сразу же потребовавших отчета о его приключениях и на двух сестер, которые были очень рады видеть его здоровым и опять упомянули о столичном маге, страстно желающем с ним поговорить. У самого Унгардерена никакого желания говорить с метром Донеком сейчас не было, но кто его спрашивал? Все уши прожужжали о том, что он и так, хоть и невольно, отнял уйму времени у очень занятого человека и отстали только когда он пообещал найти его прямо сейчас.
   Естественно, в первую очередь поиски начались с кухни. Проглотив с армейской скоростью все, что для него выставила повариха и прихватив несколько пирожков про запас, Унгардерен отправился в комнату гостя, но там его тоже не оказалось. Через полчаса, оббегав уже весь приют и прилегающий к нему парк, парень решил махнуть на колдуна рукой и считать свое обещание выполненным - он ведь честно искал и не его проблема, что этот тип не нашелся.
   Что ему действительно сейчас нужно сделать, так это подумать о своем будущем. Решив так, Унгардерен направился к своему любимому месту у озера.
   Нельзя сказать, что бы вариантов у парня совсем не было. Всех, кто рос в приюте, специально учили многому, чтобы дети смогли пристроится в жизни, так что Гард мог устроится и на мельницу в ближайшем поселке, и помощником кузнеца или плотника. Но самым большим везением было бы, конечно, попасть в замок или поместье кого-то из дворян. Например, на кухню. А что? Хотя ребята и поднимали его за это на смех, но Унгардерен очень хорошо готовил. Все говорили, что у него очень легкая рука. Ещё в поместье одной пожилой маркизы Гард был знаком с садовником и тот тоже как-то жаловался, что все никак не найдет себе подходящего ученика. Почему не попытаться?
   Погруженный в свои фантазии, рисовавшие его то с лопатой, то в поварском колпаке, Унгардерен не сразу заметил, что его любимое место для размышлений уже кем-то занято. А когда заметил, не сразу узнал величественном и богато одетом старце того изможденного старика, за которым наблюдал несколько дней назад.
   Донек тоже рассматривал парня. Сейчас, при свете дня он отчетливо видел, что эльфийского в нем на самом деле не очень много, по сути, только гибкая вытянутая фигура, для подростка вполне типичная, манера легко и бесшумно двигаться и разрез глаз. А вот цвет действительно, необычный - сиреневый, причем Донек никогда, ни у одной расы не встречал такого. У эльфов, как и у людей, глаза бываю голубые, карие и зелёные, только оттенки насыщенней и ярче. Черты лица приятные, но определить по ним принадлежность к какой-то расе Донек затруднялся, впрочем, с полукровками так часто бывает.
   Некоторое время они молча рассматривали друг друга, а потом Донек заговорил:
   -- Ну здравствуй, таинственный победитель демонов! Здоров же ты спать! Я уже отчаялся тебя дождаться. - Мэтр тепло улыбнулся и пригласил Унгардерена сесть рядом. - А мне очень хотелось поговорить с тобой до отъезда.
   -- О чем? - исключительно для поддержания разговора спросил парень, усаживаясь. На самом деле он догадывался, какие у мага могут быть к нему вопросы и заранее чувствовал себя идиотом, представляя как будет объяснять то, чего сам не понимает.
   -- В первую очередь я хочу тебя поблагодарить. Признаться, я не знаю как всё закончилось бы без тебя.
   Унгардерен не любил не заслуженных похвал и ещё сильнее смутился.
   -- Я не очень хорошо помню, что произошло в пещере, - пробормотал он, надеясь таким образом поскорее закончить неприятный разговор. - Да и то, что помню не понимаю.
   -- В таком случае, может быть, мы попробуем разобраться вместе? Все-таки я сто шестьдесят восемь лет занимаюсь магией, а при таком стаже положено хоть что-то понимать в своей работе! - в ответ на недоверие, написанное у юноши на лице, он усмехнулся. - Вот только поймешь ли ты, что я буду объяснять, зависит от того, как много ты сам знаешь о магии. Хотя бы теоретически.
   -- Ну-у, всю нашу библиотечную литературу, посвященную этому вопросу я прочитал.
   -- Значит, магия тебя все-таки интересует? - в глазах мэтра заплясали лукавые огоньки, но парень в ответ только передернул плечами:
   -- Просто я думаю, что лишних знаний не бывает, а в библиотеке я вообще все перечитал.
   Мэтр Донек посмотрел на Унгардерена с невольным уважением и новым интересом:
   -- Что ж, хорошо. Хотя обилием магической литературы, скажу прямо, ваша библиотека похвастаться не может, но "Практическую магию" Таосса я там видел и как базовый учебник она не плоха. Если ты её читал, то должен догадаться с чем нам пришлось иметь дело.
   -- В пещере был демон, - сразу же ответил парень.
   -- Да. А по некоторым классификациям даже два.
   -- Как это?
   Мэтр с удовольствием отметил, что впервые за разговор Унгардерен удивился. Значит, ему удалось его заинтересовать.
   -- Ты хорошо видишь чужую магию?
   -- Не знаю... Просто вижу.
   -- Как бесцветное колебание воздуха?
   -- Нет, цветное. Ваша магия сейчас бледно-желтая, а в пещере была оранжевой.
   -- А какого цвета была сила демона?
   -- Темно-серая, - мгновенно вспомнил Унгардерен, но тут же неуверенно запнулся. - То есть, такой я её видел сверху, вначале. А потом...
   -- Вот именно. Что ты видел, когда упал?
   Парень задумался:
   -- Грязно-зеленая. Да, точно, от него шла грязно-зеленая волна. А серо-синяя тоже была, но... она была как будто снаружи. И она была...
   Унгардерен запнулся, не зная как описать свои ощущения, но мэтр Донек его понял.
   -- Именно. Это была сила совсем другого существа.
   -- И это тоже был демон? - в голосе парня прозвучало сильное сомнение.
   -- Учитывая, что ты вступал с ним в непосредственный контакт, его природу ты должен понимать лучше меня. А к демоническим сущностям его относят только в некоторых классификациях. Мы называем его макшур, это призрак, иначе говоря.
   -- Призрак. - Кажется, в это парню поверить было совсем не сложно.
   -- Да, но очень редкий и необычный вид.
   -- А они еще на виды делятся?
   -- Конечно. И их несколько десятков, если хочешь знать. Самое грубое деление послесмертий на опасные и безопасные. Безопасные - это те, которые существуют, но физически проявить себя не могут никак. Опасные..., ну, их довольно много. Разные полтергейсты, способные двигать предметы и таким образом убить, покалечить человека или просто напугать. Есть фантомы, они могут менять форму, заманивать в ловушку иллюзиями, а иногда и вселятся в живых существ.
   На последних словах Унгардерен вздрогнул, но мэтр продолжил, словно этого не заметил:
   -- Макшур, как я уже сказал, совершенно особенный вид призрака. Редчайший, хотя это только к лучшему, потому что он может быть самым опасным. Макшур - это призрак колдуна, агрессивный и наделенный магическими способностями.
   -- Он тоже может, ну, это... вселятся?
   Похоже, парня этот вопрос серьезно волновал.
   -- До встречи с тобой я ни разу не слышал про такие случаи.
   "Значит, он видел", пронеслось у Унгардерена в голове, и парень занервничал не на шутку. Не хватало, что бы теперь его считали одержимым опасной нечистью. Но ещё страшнее, что навеянные макшуром воспоминания и сейчас продолжают всплывать в его сознании! Неужели он действительно одержимый?
   -- А-а... что вы делаете, когда призрак в кого-то вселяется? - спросил Унгардерен совсем упавшим голосом.
   -- По-разному бывает. Но успокойся, это не имеет никакого отношения к тебе. Макшур не мог захватить твое тело по очень простой причине: что бы вытеснить личность живого человека, послесмертие должно сохранить свою, а макшур в этом плане призрак довольно примитивный. Он сохраняет силу, но обычно направляет её на какое-то определенное действие и ни на что другое не способен.
   Лицо парня немного прояснилось, но было видно, что успокоился он не до конца.
   -- Одержимые ведут себя иначе. Даже если призраку не удается полностью их поработить, они будут страдать периодическими провалами в памяти, во время которых себя не контролируют. А ты ведь все помнишь?
   -- Все. - Про себя Унгардерен подумал, что помнит даже больше чем нужно, но... Сказать об этом колдуну? Или все-таки не говорить?
   -- Я предполагаю, - продолжал между тем мэтр Донек, - что тебе удалось вступить в контакт с макшуром благодаря особенностям твоей силы. Она у тебя очень необычная, как иногда бывает у представителей смешанных кровей...
   -- И совершенно бесполезная.
   -- Ну почему же. Во время поединка с демоном она проявила себя выше всяких похвал. Просто ты - стихийник, к тому же весьма необычный. Не удивительно, что ваша колдунья не смогла тебя ничему научить. Это совсем другая сила.
   -- Я знаю. Классики развивают силу в себе и накапливают её, а стихийные маги в любой момент могут воспользоваться силой извне и использовать её практически безгранично. Только в том и проблема, что я не могу найти эту точку доступа к силе. Я вижу её, чувствую, но она будто... за закрытым окном и открыть его я никак не могу.
   Определение Унгардерена было сумбурным, но по сути правильным, а вот в чем его проблема Донек не мог понять. Ах, как бы ему хотелось проконсультироваться с каким-нибудь магом эльфов! Но попробуем зайти с другой стороны:
   -- Хорошо. А в тех случаях, когда тебе все-таки удавалось колдовать, как ты преодолевал это, как ты выразился, окно? Ведь в пещере ты использовал очень мощное заклятие на которое тебе никак не хватило бы собственных сил. Или раньше, мне рассказывали, что у тебя получилось вызвать мощный огонь на уроке.
   От этих слов Унгардерен скривился, будто его заставили жевать полынь.
   -- Да не преодолевал я ничего! Просто..., когда Мелис в меня попал, оно само открылось. Я будто почувствовал огонь, а схему заклятия просто знал, вот оно само и получилось!
   -- Подожди, ты хочешь сказать, что использовал силу самого нападавшего?
   -- Не знаю! - буркнул парень. - Наверное. А в пещере было ещё проще. Когда я оказался внизу, на меня будто что-то такое нашло... Не знаю как объяснить. Словно рядом, или просто во мне, появился ещё кто-то, и я видел все его глазами. Мы думали и чувствовали одно, но знал и умел он намного больше.
   -- И что он знал?
   -- Что под камнями на полу уже давно готова ловушка и нужно только прочитать заклинание, чтобы её замкнуть. А силу я тоже брал из него. Вернее отовсюду, но используя его как проводник.
   Мэтр Донек задумался, механически почесывая переносицу. Все оказалось не так как он ожидал, а даже ещё интереснее.
   -- Унгардерен, а ты помнишь это заклятие и сейчас?
   -- Ну, да, наверное...
   -- И как была сделана эта ловушка?
   Парень неуверенно кивнул.
   -- А ты можешь мне сказать, она была направлена на то, чтобы уничтожить Гурона или выбросить в другое измерение?
   -- Не то и не другое. Она должна была его просто закрыть, замкнуть в чем-то.
   Унгардерен резко вскочил и хлопнул себя по лбу:
   -- Вот черт! Его надо найти и забрать!
   Донек, который ни разу за свою длинную карьеру придворного мага не слышал, что бы демонов ловили, был заинтригован.
   -- Что бы лучше во всем разобраться нам действительно стоит сходить в пещеру еще раз. И объясни мне поподробнее, как тебе удалось его закрыть.
   Унгардерен говорил всю дорогу. К своему огромному удивлению, он обнаружил, что новые воспоминания присутствуют в его памяти довольно упорядочено и больше чужими не кажутся. Но самое интересное - он внезапно осознал, что сможет, если захочет, опять использовать открывшийся ему в пещере источник сил. И повторить все, что делал. Даже больше: он за какие-то четверо суток научился охотиться на демонов и очень хорошо в них разбираться.
   -- Эта ловушка искажает пространство. Выбирается какой-то предмет и его внутренняя структура искривляется, создавая такой себе мини-мир. В него и изгоняется демон. Причем внешне клетка остается такой как прежде.
   -- Но зачем это делать?
   -- Демона тоже можно использовать как источник сил. Или как цепную собаку, ведь мини-мир теперь накрепко связан с его жизнью.
   Мэтр Донек был поражен.
   -- Я никогда не слышал о подобном. Если, как ты говоришь, все эти знания тебе при контакте передал макшур, то мне очень хотелось бы знать, кем он был при жизни. К какой школе принадлежал?
   Унгардерен попробовал проанализировать воспоминания:
   -- Он был охотником, как мне кажется. И ещё, думаю, это было очень давно.
   Донек внимательно выслушал описание того, как современники макшура одевались, но это ему ничего не прояснило, так же как и несколько фраз на их языке.
   -- Ладно, этот вопрос можно будет выяснить в столице. Достаточно посмотреть в летописях, какие народности жили за последние, скажем, тысячу лет на этой территории.
   Когда они, наконец, пришли, Унгардерен смог своими глазами полюбоваться, как стараниями Гурона изменился ландшафт. Бывшая пещера теперь превратилась в котлован, на треть засыпанный камнями. Спуститься внутрь получилось без проблем, так же, как и определить нужное место: там, где он упал в прошлый раз, на камнях виднелись пятна засохшей крови.
   Парень принялся внимательно осматриваться вокруг в поисках предмета, на котором чувствуется отпечаток магии. Что именно это было, он не знал. Дело в том, что колдун, в последствии ставший макшуром, подготовил ловушку и клетку заранее и при прочтении заклинания Унгардерен ориентировался просто на определённый магический заряд и в том, что делал, не особенно разбирался.
   Донек тоже осматривался по сторонам, но думал о другом:
   -- Унгардерен, а как именно этот охотник готовил ловушку? Когда я пришел сюда в первый раз, на полу почти не было камней, но никаких символов или рисунков я не видел.
   -- Вместо символов они использовали разные минералы и травы.
   -- Что?! Нет, я слышал о таком способе, его практикуют шаманы орков, но для демона такой ограничительный круг не подойдет - слишком слаб! Его только и используют от мелкой домашней нечисти в качества профилактической меры.
   Парень, который как раз заметил что-то между камнями, только передернул плечом.
   -- Вам виднее. Но у этого вашего макшура, как и у меня, магия была необычная, ближе к стихийной. Он не вкладывал в круг свою силу, а просто использовал разные средства, чтобы её призвать. Главное, чтобы эти средства были непосредственно связаны с природой, свойства каждого растения или камня сами выполняли роль нужного символа.
   Парень замолчал, внимательно что-то рассматривая.
   -- Что-то нашел?
   -- Угу. Вот он, наш демон. - Унгардерен показал мэтру маленькую медную монетку, с отверстием посередине. - Хорошо, что во время колдовства она поднялась в воздух, иначе мы бы её под этим завалом до зимы не нашли.
   Донек попробовал взять "клетку" в руку и тут же обжегся - мини-мир не признавал никого, кроме создавшей его руки.
   -- Но самое интересное вот. - Парень кивнул на место, которое разгребал и отодвинулся, что бы мэтру было лучше видно. Под камнями белел череп, тоже заляпанный кровью и в нескольких местах пробитый. - Как вы думаете, это он?
   На лице у юноши отразилась смесь брезгливости, жалости и любопытства, очевидно он никогда раньше не видел покойников.
   -- А еще я нашел то, чем порезался. - Донек только сейчас заметил, что кроме монетки он крутит в руках старый нож. - Я сначала думал, что это просто острый камень...
   Больше в пещере им было нечего делать. На обратном пути мэтр Донек решил, что лучшего момента все-равно не представится и предложил Унгардерену отправится в столицу вместе с ним.
   -- Но чем я буду там заниматься? - растеряно спросил парень, для которого это было неожиданностью.
   -- Большей частью, изучать свою силу. Мне очень хотелось бы знать, какие ещё она открывает перед тобой возможности. Знания этого охотника меня тоже, честно говоря, очень заинтересовали. Ты понимаешь, что этот случай дает нам возможность заново открыть неизвестную или давно забытую школу?
   Глаза мэтра заблестели, как всегда, когда его увлекал новый проект, но слова юноши заставили его снова вернуться на землю.
   -- Простите, мэтр Донек, но моя сила слишком непостоянная величина, чтобы связывать с нею свое будущее. Я планирую посвятить себя какому-то ремеслу. Может это и не так увлекательно, как ваши исследования, но зато этим всегда можно заработать на жизнь.
   -- Понимаю, - колдун постарался, чтобы его голос прозвучал как можно спокойнее. - Ну а если я найду для тебя в столице постоянное место? Для начала ты можешь стать моим ассистентом.
   На самом деле мэтр с самого начала думал о такой возможности. Почему нет? Парень не глуп, в меру любопытен и не избалован, как большинство учеников Университета. Что с них взять? Дети вельмож. Сначала из кожи вон лезут, чтобы попасть на выгодное место, а потом боятся переломится выполняя простейшее поручение. Но главное - Унгардерен был нужен мэтру. Чем это не причина дать парню шанс?
   Но Гарда предложение Донека не убедило.
   -- А если ничего особенного в моей силе нет? Когда вы узнаете от меня все, что вам нужно...
   -- Это вовсе не значит, что ты перестанешь быть для меня полезным. Как у моего ассистента, у тебя будут и другие обязанности, и, поверь, ты ещё будешь мечтать избавиться от них. Ну, а если мы все-таки не сработаемся, не важно почему, я обещаю, что найду тебе другую работу. Хотя бы помощника смотрителя библиотеки, раз уж ты так любишь читать. Решайся.
   Действительно, что тут думать? Уезжать ведь как ни крути надо. А эта возможность не хуже, да что там, гораздо лучше остальных. По крайней мере, колдуну Унгардерен действительно нужен.
   -- Хорошо.
   -- Вот и прекрасно! - старик не скрывая радости, похлопал парня по плечам. - Признаюсь тебе по секрету, как своему новому ассистенту, что я ещё несколько дней назад должен был появиться у короля. Так что мы отправимся завтра утром, если ты не против.
   Унгардерену, по большому счету, было все-равно. На сборы его скромных пожитков и десяти минут хватило, а прощаться с уезжающими в приюте было принято во время последнего ужина, когда сестры и воспитанники собираются за общим столом. Он видел подобное много раз, и всегда это мероприятие казалось ему излишне растянутым.
   Собственный прощальный ужин прошел для Унгардерена быстро, как никогда. Добрые напутствия уже бывших наставниц, прощание с друзьями и просто одноклассниками. Даже директриса, несмотря на запрет сестры-целительницы, вышла с ним попрощаться.
   Танисса тоже снизошла до нескольких напутственных слов. Правда, произнесённые в её привычной манере, они скорее напоминали пожелание отправляться к демонам.
   Уже уходя из зала, Унгардерен понял, что единственной, кто к нему сегодня не подошел, была Мьянка. За вечер он видел её только раз. Девушка стояла у окна, отдельно от всех и на её лице было совершенно ей не свойственное, отстраненное выражение. Но у парня не было ни сил, ни желания думать об этом. Ему ещё нужно было примериться с мыслью, что завтра он навсегда покинет свой первый настоящий дом.
  
  
   Глава 3.
   Иногда нужно начать новую жизнь только для того, чтобы понять, как хороша была старая...
  
   Разбудил его Донек с первыми лучами солнца.
   -- Прости, что так рано, но я очень тороплюсь. Сегодня нужно сделать очень много дел.
   -- А завтракать мы не будем? - прошептал Гард одеваясь. - То есть, я не против, конечно, можно поесть и по дороге...
   -- Позавтракаем когда прибудем в Тио. - увидев недоумение на лице парня, мэтр пояснил: - Мы идем телепортом.
   -- Что!? - теперь Унгардерен действительно разволновался. - Простите, мэтр, но я не смогу...
   -- Не бойся. Я буду держать телепорт для нас обоих. Конечно, придется потратить силы просто немерено, но добираться верхом времени нет.
   Юноша кивнул, но по лицу было видно, что ему все-равно страшно. Телепортация - сложнейшее магическое действие. Она требует огромного количества сил и среди классических магов её практически не использовали. Стихийники, как считается, практически все могут телепортироваться, но Унгардерен, естественно, этого не умел.
   Круг для перехода мэтр приготовил во дворе. Ещё одно изобретение классиков - накопитель готовился заранее, чтобы свести к минимуму потери силы. Наверное, Донек создавал матрицу перехода ещё вечером, потому что над кругом уже клубилась магическая золотистая дымка.
   -- Надеюсь, наши шутники ничего тут не дорисовали, - пробормотал Унгардерен, но мэтр услышал его и абсолютно серьезно проверил написание всех символов, обойдя круг.
   -- Нет, все в порядке. Не волнуйся и становись рядом со мной. Вот сюда. Сейчас я открою телепорт, а ты главное крепко за меня держись и ни в коем случае не отпускай.
   Донек закрыл глаза, сложил руки перед собой, как для молитвы, и принялся бормотать заклинания, едва-едва шевеля губами. Не зная, за что хвататься, Гард вцепился мэтру в плечо.
   Раньше Унгардерен ассоциировал телепортацию с полетом. Летать он, конечно, не умел, но все-равно понял - ничего общего. Это было просто падение, причем началось оно с того, что они провалились сквозь землю. От неожиданности он чуть не отцепился от мэтра, но в последнюю секунду подсознание завопило, что тогда он останется в этом Ничто навсегда и пальцы сами сжались мертвой хваткой.
   Закончился переход быстро, их словно выплюнули в реальный мир, и только почувствовал твердую опору под ногами, Унгардерен понял, что от пережитого ужаса весь дрожит.
   -- Да что же это такое?! Ты мне плечо сломаешь! - начал было возмущаться мэтр, но взглянув на белое как мел лицо парня, его глаза, с расширенными почти на всю радужку зрачками, сменил гнев на милость. - Ну все, мы уже на месте, можешь меня отпустить.
   "Место" представляло собой большой округлый зал с высокими потолками и стрельчатыми окнами, совсем без мебели, но с шестью кругами перехода, выложенными мрамором на полу. Тот, в котором они стояли, был пустым, а вот пять остальных - хорошо заряжены силой.
   -- Добро пожаловать в Университет. Можно было бы и домой ко мне перенестись, но я никак не подберу место, чтобы разместить там постоянный круг, а телепортироваться в пустоту намного сложнее. Так что пройдемся ножками.
   Не смотря на то, что переход его явно утомил, мэтр Донек выглядел очень довольным, чувствовалось, что он вернулся в свою естественную среду обитания. Унгардерен напротив, ощутил себя листком, оторвавшимся от дерева и подхваченным ветром. А когда они вышли из зала, и он с высоты телепортационной башни увидел Университет...
   -- Нравится? - с легкой гордостью поинтересовался Донек, довольный произведенным эффектом.
   -- Не знаю. Величественно, но... как-то подавляет.
   -- Ничего, привыкнешь. К хорошему привыкают быстро.
   Университет был не просто замком, это был целый замковый комплекс, занимающий территорию, достаточную чтобы разместить небольшой город. Величественные старинные здания, башенки и башни, перемежеванные парками и невзрачными, очевидно хозяйственными, постройками.
   -- Вы живете здесь? - спросил Унгардерен, когда немного оправился от первого впечатления.
   -- Нет, в городе, но не далеко.
   -- А где буду жить я?
   -- У меня. Думаю, нам обоим так будет удобнее.
   Гард кивнул, но подумал, что обсудить все детали его будущей работы стоило ещё в приюте. Однозначно, с головой у него было не все в порядке, иначе он бы об этом не забыл.
   -- Мэтр, а что именно я буду делать как ваш ассистент?
   -- Работать, мальчик мой, работать. Последние полгода я, по королевскому приказу, провожу ряд исследований, не очень интересных, но, увы, необходимых. Ведь скоро может так статься, что нам придется готовится к войне.
   -- С кем? - не понял парень.
   -- Ну с кем ещё? С орками. Мы уже несколько столетий воюем только с ними.
   Унгардерен почувствовал себя жутким провинциалом: королевство, оказывается, во всю готовится к войне, а он об этом ни сном, ни духом.
   -- А разве мы не победили у них ещё десять лет назад?
   Мэтр Донек окинул своего помощника снисходительным взглядом:
   -- Прежний король Льеес Второй, действительно смог отбросить армию орков и обезопасить северные границы, но не столько за счет армии, сколько за счет выгодных военных союзов с племенами троллей-кочевников. Вот только кочевники - народ ненадежный и вожди у них меняются чаще, чем погода весной. Причем новые вожди не считают себя обязанными соблюдать старые договоренности. Два года назад поступили сообщения, что тролли возобновили набеги на наши границы. Орки об этом узнали едва ли не раньше нас и зашевелились. А когда полгода назад Льеес умер и на трон взошел молодой Ньят, - Унгардерен вспыхнул от стыда: он понятия не имел, что у них сменился король, - от шпионов стали поступать сообщения о переговорах между их вождями. Так что новой войны не избежать. - Старик хмыкнул. - За последние четыреста лет это стало традицией: каждый новый король начинает свое правление с войны за границы.
   Гард слушал, приоткрыв рот. До этого момента он не осознавал, насколько его жизнь меняется. Ну, встретил какого-то заезжего мага, ну, предложили ему работу в крупном городе: захотелось колдуну изучить что-то эдакое - у всех свои причуды. Все так. Но только сейчас он понял, что оказался в поле интересов одного из влиятельнейших людей королевства и в ближайшее время познакомится с другими, а может и с самим королем! Вот так просто, телепортом, переместился из провинции в обитель власть имущих! От этих мыслей становилось страшно. Вот так судьба и делает ход конем!
   Впервые за время знакомства Унгардерен посмотрел на старого мага с некоторой опаской и почти благоговением. Тот заметил и рассмеялся в ответ:
   -- Не надо, не надо смотреть на меня так, будто я тебе тайну прохода в королевскую сокровищницу открываю! Да об этом вся столица болтает. Поживешь здесь с недельку, покрутишься, и не такое услышишь.
   Гард обратил внимание, что в Университете очень мало людей. За то время, что они спускались с башни и шли к воротом им встретилось не больше десятка прохожих. Все как один вежливо раскланивались с мэтром Донеком и почему-то чрезвычайно волновались за его здоровье, так что Унгардерен уже и сам стал приглядываться к старику, но тот вроде прямо сейчас помирать не собирался. А после расшаркиваний с одним важным господином лет пятидесяти и вовсе буркнул себе в бороду:
   -- Не дождешься!
   На парня, следующего за метром, никто не обращал внимания, но Донек, едва они отходили на достаточное расстояние, кратко представлял ему каждого.
   -- Это Отвис, заведующий кафедрой астрономии, - отрекомендовал он маленького старичка. - А это Дьяре, ассистент из лабораторий.
   Мужчина, встреча с которым так раздосадовала мага, оказался мэтром Закуа, ещё одним из четырех придворных колдунов.
   -- Запоминай, тебе, как моему помощнику, придется со всеми общаться.
   Рассмотреть город за пределами Университета Гарду не удалось, потому что жил Донек действительно рядом: выйдя за ворота, они оказались на месте через три минуты. Жилище колдуна ничем не отличалось от окружающих - довольно большой и ухоженный двухэтажный дом, окруженный садом. Явно не бедная часть города.
   Дверь открыла женщина, в которой с первого взгляда угадывалась экономка. Средних лет и довольно крупного телосложения, в идеально выглаженном платье с девственно чистым передником и сложенными в простую и аккуратную прическу седеющими волосами.
   -- С возвращением, мэтр. - учтиво поклонилась она и сразу же цапнула его сумку. - Вещи разобрать или отнести в ваш кабинет?
   -- В кабинет. - Донек с видимым удовольствием вытянулся в кресле. - И, Лорес, позволь тебе представить моего нового ассистента. Унгардерен. Он будет жить с нами, так что подготовь ему, пожалуйста, комнату и завтрак.
   -- А вы не будете завтракать?
   -- Нет. Я переоденусь и сразу же отправлюсь к королю. Ну, пожалуй, выпью только чаю. Пока меня не будет, - обратился Донек к парню, когда экономка ушла, - можешь осмотреться в доме. Только осторожно в лаборатории, а то превратишься в тарантула какого-то.
   Гард в ответ насмешливо блеснул глазами:
   -- "Полное превращение - сложный и энергоемкий магический процесс, требующий длительной подготовки". Конец цитаты. "Практическая магия" Таосс.
   -- Какой умный... Согласен, случайное превращение полным быть по определению не может. Но я не думаю, что к твоим прекрасным глазам пойдут ослиные уши или козлиные рога.
   Унгардерен согласился и пообещал ничего магического в доме не трогать.
   Когда маг ушел, он в ожидании завтрака принялся изучать гостиную. Особенно его заинтересовало оружие на стенах и натертый до блеска деревянный пол.
   Пол потому, что сверкал как зеркало, и невозможно было представить, что по нему кто-то ходил. Интересно, они его каждый день натирают или тут какая-то магия? А оружие - потому что мэтр Донек не производил впечатления человека, когда-то увлекавшегося фехтованием. В конце концов, Унгардерен решил, что эта коллекция здесь просто для красоты. Сам он никогда не держал в руках меч и вообще не любил насилия, но, как и все мальчишки, блеском заточенной стали любовался просто заворожено.
   Появилась Лорес и предложила ему перейти в столовую, где сейчас накроют на стол. Почему-то от мысли, что ему будут прислуживать, Унгардерен почувствовал себя неловко. Ладно ещё мэтру, уважаемый человек и по возрасту годится Лорес в прадеды. Ну а он здесь кто такой?
   -- Лорес, а кроме меня кто-то ещё будет завтракать?
   -- Нет.
   -- Ну, тогда я могу поесть и на кухне.
   Женщина удивленно вздернула брови, но спорить не стала.
   На кухне Гард познакомился со всеми, кто работал в доме мага: служанкой Нисой и немым конюхом по имени Мар. Сначала они отнеслись к его появлению несколько насторожено. Как потом выяснилось, предыдущими помощниками Донека были молодые аристократы, ребята с претензиями и вообще довольно заносчивые, вот слуги и не знали как вести себя с очередным выскочкой. Когда же Унгардерен объяснил вкратце, кто он такой и откуда взялся, все вздохнули с облегчением и общение пошло.
   -- И много у мэтра было ассистентов? - заинтересовался Гард, поглядывая то на Лорес, то на вторую порцию каши, которая возникла перед ним словно неоткуда. Экономка, на самом деле намного более добрая женщина, чем на первый взгляд могло показаться, почему-то восприняла рассказ о приюте как сигнал, что его обязательно надо усиленно кормить.
   -- Достаточно. Человек он, в общем-то добрый, но как дело заходит о его работе - становится просто зверь. По несколько дней из своих лабораторий не вылазит, не ест ничего, и, наверное, даже не спит. Угодить ему тогда невозможно. Самое лучшее, на глаза не попадаться. Вот напортачит что-нибудь очередной помощник - и все, отправляют его к папочке с припиской: "Бездарь, олух, назад не присылать".
   Унгардерен хмыкнул:
   -- Тогда мне не стоит рассчитывать остаться здесь надолго.
   А про себя подумал, что это зависит от того, кем мэтр его считает: ассистентом или очередным научным исследованием.
   Поев, Гард отправился осматривать дом. Надо сказать, что два его этажа сильно друг от друга отличались, настолько, что можно было подумать, будто там живу разные люди. Если все помещения внизу - гостиная, столовая, кабинет, он же библиотека, гостевая комната и даже кухня - были образцово-показательными, то в лабораториях, занимающих почти весь второй этаж, царил первозданный хаос. Объяснялось это просто - слуги не допускались на второй этаж, а сам мэтр уборкой не занимался, предпочитая тратить время на более полезные занятия. В свое время Лорес пыталась отвоевать право убирать там хотя бы раз в две недели, но ничего из этого не вышло. Единственная уступка, на которую пошел хозяин - пообещал не позорить её как работницу и не допускать наверх гостей.
   Из всех комнат первого этажа Унгардерену по вполне понятным причинам больше всего понравился кабинет. Он с восторгом взял в руки несколько старинных изданий и даже нашел книги на эльфийском языке, которого он, увы, не знал. Но все-равно интересно: страницы в них были настолько тонкими, что почти просвещались, и на ощупь - не бумага, а самый настоящий шелк. Изящные, с вензелями, письмена были написаны какими-то необычными чернилами, которые и спустя годы отливали серебром, будто только что нанесенные.
   Большинство книг были посвящены магии, что и понятно - дом-то колдуна. Но нашлись трактаты и по истории, философии, экономике и политике, а так же целая полка тетрадей, исписанных по-видимому самим мэтром Донеком. На них Унгардерен задержался долго, но в конце концов отложил: он ещё слишком мало знал, чтобы понять хотя бы треть написанного.
   Лаборатории, вопреки ожиданиям, парня не заинтересовали. Там действительно было много магических предметов, а на полу и на стенах виднелись символы, накапливающие разную энергию и готовые к применению поля. Только Унгардерен пользоваться всем этим не умел абсолютно. Да что там! Он даже назначения большинства этих предметов не знал! Поэтому, пройдясь по лабораториям, как по музею, ничего не беря в руки, он снова спустился в библиотеку и засел в ней до вечера.
   Мэтр Донек вернулся к ужину, довольный неимоверно, и сидя за столом, сиял как только что отчеканенный золотой.
   -- Все вышло замечательно и даже лучше! Его величество отстраняет меня от работы, которой я до сих пор занимался.
   -- И... это хорошо? - не понял Гард.
   -- Естественно. Я передам все свои результаты мэтру Дорию и смогу заниматься с тобой. Я смог убедить его величество, что это принесет большую пользу королевству.
   Унгардерен тупо уставился на мэтра, недоумевающее приоткрыв рот. Какую такую пользу он может принести целому государству? Вот ведь у человека мания величия! Как придумает что-то, как завернет!
   -- Ты помнишь, я говорил тебе, что может начаться война, и по распоряжению короля мы все сейчас разрабатываем несколько направлений, которые могут дать нам в ней преимущество? Так вот, представь себе каким преимуществом в бою может стать твой ручной демон.
   Унгардерен ахнул, перед его глазами пронеслись картины чужих воспоминаний. Не было нужды представлять, он это уже знал. У охотника было несколько демонов и ему не раз приходилось использовать их как оружие. Вот только на существ, не относящихся к нечисти, он никогда их не натравливал, даже если речь шла о его врагах или собственной жизни. Это запрещал кодекс его школы.
   Видения, в которых демоны сражались между собой, были ужасны, но направить этих монстров на людей или даже на орков? Это же будет просто бойня!
   От таких мыслей аппетит у парня сразу же пропал.
   -- Я вижу, ты представил, - удовлетворенно хмыкнул Донек.
   -- Но... это же бесчеловечно!
   -- А по-твоему, война - это дружеская встреча нескольких тысяч живых существ? И орки, двигаясь по нашей территории, будут только цветочки нюхать?! - в голосе мэтра появилось раздражение. - Их племена разрастаются как на дрожжах, мы оттесняем их, но через несколько лет они снова как саранча наползают на приграничные территории. Ты знаешь, сколько тысяч человеческих жизней эти войны уже унесли? И конца и краю этому нет. Удержать их полагаясь только на армию невозможно. Орки множатся как кролики и практически во всех войнах за последнее столетие, численное превосходство было на их стороне. Мы выигрывали благодаря магии и удачным военным союзам.
   Но дед нынешнего короля крепко рассорился с эльфами из-за реки Ниссей, когда позволил гномам на нашей территории разрабатывать одну перспективную шахту. Его сын, Льеес, дипломат и вовсе был никакой, а расхлебывать все это сейчас приходится Ньяту. Эльфы уже отказались помогать нам в предстоящей войне и своего решения они не изменят. Тролли - союзники ненадежные, остаются только гномы, но их эта проблема мало волнует. От них до орков далеко.
   А что касается магии, то шаманы орков, не очень сильно отстают от нас, а по численности их почти в два раза больше.
   Унгардерен подавлено смотрел в свою тарелку. Последней войны он не помнил, потому что Остона она не коснулась, а во всей этой политике ничего не понимал, и в будущем предпочел бы не понимать, потому что считал себя очень мирным человеком.
   -- Прости, я понимаю, тебе сложно осознать столько новой информации в первый же день, - уже более миролюбиво сказал Донек, видя как растерялся и расстроился парень. - И это очень хорошо, что ты понимаешь, каким грозным оружием могут стать твои новые знания и относишься к их применению с ответственностью. Если тебе интересно, его величество король Ньят, в некотором смысле с тобой согласен. Он настоял, чтобы о том, над чем мы будем работать не узнала ни одна живая душа кроме нас троих. С результатами король ознакомится лично и в Университет пойдет только та информация, которую он сочтет общественно-безопасной, остальное будет надежно спрятано. Ньят умный и образованный человек, он прекрасно понимает силу знаний и то, какой они иногда могут причинять вред. Он поступит так, как будет нужно королевству. Или ты не доверяешь своему правителю?
   Это был риторический вопрос. Не в том смысле, что королю Унгардерен доверял безоговорочно, парнем он был ещё неопытным, но дураком себя не считал: короли тоже люди и непогрешимыми не бывают. А если принять во внимание его непонятную расовую принадлежность, то ещё не известно, по отношению к кому он должен патриотизмом страдать. Может, у него в роду и орки были?
   Просто если им в самом деле заинтересовался король, какое значение теперь имеет его мнение? Сейчас ему предложили помочь родине по-доброму, но кто сказал, что в случае чего не попросят по-плохому?
   -- Между прочим, его величество распорядился оформить тебя как младшего научного сотрудника. Что смотришь? Другим ради этого приходится много работать и учиться. Нужно только определится, к какой кафедре тебя приписать. Раньше у нас была кафедра демонологии, но демоны за последние лет сто пятьдесят стали явлением настолько редким, что её упразднили.
   -- А на какой работаете вы?
   -- Я придворный маг, мальчик. А в Университете работал сначала именно по этому направлению, потом на кафедре боевой магии. Ещё позже занимался изучением различия в чарах представителей разных рас, разрабатывал системы защиты от магии разных видов, которые базировались на этом исследовании... Словом, где я только не работал. - Мэтр Донек вздохнул с легкой грустью, вспомнив свои лучшие годы. - Ладно, разберемся. А сейчас давай подумаем, с чего нам начать...
   Мэтру не терпелось приступить к новому проекту как можно скорее, но не получилось: ещё целых три дня ему пришлось потратить, передавая дела мэтру Дорию. Этот придворный маг разбирался во всем медленно и основательно, что с одной стороны только радовало, все-таки работа, на которую потрачено столько сил переходит в надежные руки, но с другой - ужасно раздражало.
   Чтобы Унгардерен не тратил время, мэтр поручил ему записать воспоминания охотника, желательно расположив их в хронологическом порядке. Интересно, представлял ли он при этом, сколько времени нужно, чтобы пересказать в подробностях насыщенную и довольно длинную жизнь? В первый же день Гард понял, что это задание из разряда подсчета воды в море ложками: к вечеру он только успел закончить описание жизни племени к которому охотник принадлежал и перейти к ранним детским воспоминаниям.
   Впрочем, то, что процесс шел медленно, парня не расстраивало - это давало ему возможность обдумать, что именно он собирается рассказать мэтру. Не смотря на его убедительную речь, Унгардерен уже сожалел, что в приюте повел себя так неосторожно и решил ошибку больше не повторять.
   Можно рассказать о том, как охотники классифицировали нечисть, об их кодексе, укладе и порядках, о том, как именно их охотник стал макшуром и прочих интересных, но не очень важных мелочах. Но о том, какую боевую магию они использовали и как именно, Гард решил рассказывать как можно меньше: он не политик, чтобы решать кто прав, а кто виноват, и быть ответственным за чьи-то смерти, пусть даже и орков, не желал.
   Парень не успел поделиться с магом, а теперь и не собирался, что жизнь охотника он помнит практически всю. Так даже лучше, проще будет объяснить отсутствие каких-то данных - скажет, что не знает и кто докажет, что это не так?
   На второй день мэтр предложил ему немного развеяться и заодно отнести в Университетскую библиотеку книги, которые он брал для работы, на что Унгардерен с радостью согласился. Чтобы парню не пришлось плутать по городу и допрашивать с пристрастием прохожих, Донек выдал ему специально зачарованную карту, которая отмечала одним крестиком его местоположение, а другим - то место в которое нужно было попасть, и даже могла подсказывать лучшие маршруты. Чтобы карта заработала, достаточно было задать ей вопрос. Мэтр утверждал, что она подчиняется даже мысленным командам, не нужно изображать на улице разговаривающего с самим собой идиота, но у Гарда общаться с картой мысленно не получалось.
   Перед тем, как выпустить парня на улицу, Донек приколол к его куртке небольшую брошку-булавку, от которой ощутимо веяло магией. Когда она оказалась совсем близко, Унгардерен почувствовал, что дышать стало труднее, словно его накрыли плотным колпаком.
   -- Не волнуйся, это защитная сетка. Сейчас она вплетется в узор твоей собственной силы и ты перестанешь её ощущать.
   -- Зачем мне это?
   -- Тио - город большой и опасный. Конечно, магам его опасности угрожают намного меньше, но ты ещё не научился пользоваться своей магией, так что побудешь под защитой моей.
   -- А разве у местных разбойников нет своих магов? - спросил Гард уже стоя на пороге со связкой книг подмышкой.
   -- Есть, но в основном они очень слабые, другие себе лучшее применение находят. Да и сами местные воры с сильными связываться не хотят. Если среди них появляется сильный колдун, об этом довольно быстро узнает городская стража и тогда им не избежать серьёзной облавы.
   С волшебной картой дорогу Унгардерен нашел быстро. Под библиотеку в университетском комплексе отводилось величественное здание с могучими каменными великанами при входе. А внутри... Что и сказать, это был целый город, нет, царство книг. Библиотека в доме мэтра Донека сразу превратилась в каплю в море. А он ещё думал, что мэтр скромничает, говоря, мол, не держу дома ничего, кроме самых необходимых книг!
   Собрание приюта по сравнению с этим и библиотекой называть становилось совестно. Н-да. Если следовать тому же методу, Унгардерену понадобиться с десяток жизней что бы все здесь перечитать. И не обычных жизней, а хотя бы лет по триста каждая.
   Затем Унгардерен познакомился с заведующим библиотекой, приятным, очень вежливым... гномом. И всю беседу краснел от стыда за собственное невежество. Он-то всю жизнь считал гномов подземными полудикими существами с зачатками разума, обросших гривой немытых волос! Тарус же (так звали смотрителя библиотеки) был элегантно одет, густые волосы заплетены в косы и собраны сзади в прическу, а из-под рыжих бровей смотрят спокойные и мудрые глаза. К тому же, в отличии от всяких самоуверенных недоучек, гном знал в совершенстве восемнадцать языков (а он искренне верил, что они и читать-то не умеют!), держал в памяти весь каталог библиотеки, и собеседником был интереснейшим! Словом, через полчаса общения Унгардерен забыл напрочь, все, что знал о гномах раньше, а в одного конкретного представителя этой расы был почти что влюблен.
   К сожалению, все прекрасное имеет свойство кончаться: когда их беседу прервал молодой мужчина, разыскивающий какую-то книгу, Унгардерену пришлось вспомнить, что Тарус все-таки на работе и не может заниматься им одним.
   -- Прошу прощения, я отнял столько вашего времени...
   -- Ничего, - улыбнулся гном. - Всегда интересно пообщаться с молодыми людьми, наделёнными любопытным разумом. Живое общение - единственное, чего может не хватать, когда живешь среди такого обилия книг.
   -- Я совсем забыл, что мэтр Донек давал мне ещё одно поручение. Его интересуют книги, в которых описаны необычные стихийные маги.
   -- Что вы подразумеваете под словом "необычные"? - уточнил гном.
   -- Ну-у, стихийники, которые практиковали магию, не такую как магия эльфов.
   Тарус задумался, нахмурив свои густые брови.
   -- Интересная тема... Не могу сейчас ответить вам точно, возможно, подобное где-нибудь упоминалось... Я поищу. Зайдите через несколько дней.
   Выйдя на улицу, Унгардерен замер, наслаждаясь прекрасной погодой: солнце, легкий ветер, чириканье птиц... Ему вдруг захотелось ещё раз с высоты птичьего полета взглянуть на город. Страха, как сразу после прибытия, он больше не чувствовал, ведь его ближайшее будущее более-менее определилось, и теперь ему хотелось поближе познакомиться с городом, в котором ему предстоит жить.
   Оглянувшись по сторонам, Гард увидел по соседству башню, очень похожую на башню телепортации. По крайней мере, она точно была не ниже. Подумав, парень направился к ней.
   Как и в прошлый раз, людей на территории Университета почти не было, а те, что были не обращали на Унгардерена особого внимания, и когда он начал подниматься на башню по лестнице, обвивающей её серпантином, его никто не остановил.
   Если в прошлый раз панорама его испугала, то теперь он насладился ею в полной мере. Тио действительно был огромным и очень красивым городом. Даже с такой высоты Гард не видел его границ! Зато видел сверкающие верхушки дворца, который однозначно мог быть только королевским, и разрезающую город на две части широкую ленту реки, с многочисленными переброшенными через неё мостами.
   В университетском комплексе тоже было на что посмотреть. Удивительно, как он в прошлый раз умудрился не заметить, что магия здесь немного другая, будто концентрированная, вокруг отдельных зданий она просто густым дымом висит! И она в разных местах разная, по крайней мере по цвету, почувствовать её иначе он с такого расстояния не мог.
   Полюбовавшись видами с полчаса, Унгардерен понял, что пора спускаться. Что зря волновать колдуна? Ещё подумает, что с ним что-то случилось и искать начнет. Уже преодолев почти половину ступенек парень вдруг ощутил смутное беспокойство и оглянулся. Никого. Тем не менее чувство присутствия кого-то чужого, внимательно за ним наблюдающего не отпускало. Унгардерен начал спускаться быстрее, а потом и вовсе перешел на бег. Когда паника достигла апогея он не выдержал, обернулся снова... и тут же на кого-то налетел.
   Чувство, что за ним наблюдают, сразу же исчезло. Зато обернувшись, Гард испугано охнул, потому что узнал недовольное лицо пострадавшего, и сразу же согнулся в поклоне:
   -- Прошу прощения, мэтр Закуа, и у вас господин.
   Придворный маг, которого так не любил Донек, только поджал губы, а вот его неизвестный спутник прищурился, и довольно долго задержал на Унгардерене взгляд своих внимательных серых глаз.
   -- Кто вы, молодой человек? Я вас не помню. Вы новый ученик этой кафедры или ассистент?
   -- Я помощник мэтра Донека, - пробормотал Гард, молясь, чтобы не стали спрашивать, что он тут делает, и не удержавшись, добавил: - Я не нарочно, правда.
   Мужчина с серыми колючими глазами неожиданно приветливо улыбнулся:
   -- Ничего страшного, с кем не бывает.
   И отступил в сторону, позволяя пройти. Унгардерен осторожно проскользнул между ними, очень стараясь не задеть даже воздух вокруг недовольного мага. Между прочим, второй тоже был магом, хотя на первый взгляд и не казался им. Внушительная фигура, рукоять большого меча под плащом - типичный воин, и все же... Гард отчетливо видел его силу, силу неплохого колдуна, а взгляд у него... вообще не понять кого.
   Уже спустившись на два пролета тонкий эльфийский слух парня уловил обрывок разговора, явно для него не предназначенный:
   -- Ты знаешь его?
   -- Кажется видел. Да, когда Донек вернулся, он был с ним. А что он тебе?
   -- Ты разглядел его силу?
   Больше Гард ничего не услышал, видимо колдуны ушли слишком далеко или зашли внутрь, но даже то, что достигло ушей, заставило его напрячься. Нет, не то, что сероглазый им заинтересовался, а то как он это сказал.
   Дома никто и не думал о нем волноваться. По словам Лорес, сразу после его ухода мэтр с коллегой заперлись в кабинете и до сих пор носа оттуда не высовывали. Унгардерен пообедал и отправился к себе. Он собирался рассказать Донеку об этой встрече, не потому, что считал её сколько-нибудь важной, а просто так, для информации, но к тому моменту, когда у колдуна нашлось для него время, благополучно об этом забыл. А когда мэтр всерьез за него взялся на то, чтобы думать о глупостях, времени и вовсе не осталось.
   Лорес было права: увлекаясь работой Донек действительно сильно смахивал на буйного сумасшедшего. Обдумывая что-то или излагая свои мысли он быстро ходил по комнате, то активно жестикулируя и срываясь на крик, то тихонько бормоча себе под нос. Кстати сам нос, который он во время размышлений почесывал, к вечеру становился красным как у пьяницы со стажем или жертвы диких ос. Когда какая-то мысль казалась мэтру особо удачной, он тут же мчался ее записывать, но если спустя несколько дней эту мысль не получалось осуществить на практике мог в порыве гнева испепелить не только неугодную ему запись, но и все, что оказывалось рядом.
   Тем не менее работать с мэтром Донеком Гарду понравилось. Изучив его записи (которым до конца было ещё очень далеко) мэтр сразу же составил для них план. Первым пунктом значилось, используя имеющиеся данные, разузнать все об этом племени или народности. Зачем выдавливать по капле информацию из памяти Унгардерена, если какая-то её часть может быть уже кем-то изучена и записана?
   Осуществлялась эта задача просто: Гард снова сбегал в библиотеку и действительно кое-что нашел. Упоминания о том, что приблизительно тысяча двести лет назад на территории нынешнего Остона жила народность полулюдей-полуорков. Магия у них тоже была необычная: смесь шаманства и магии стихий, и известны они были именно как охотники на демонов. Правда, долго этот народ не просуществовал. В те времена на этой территории промышляли кочевники, так что кто-то погиб в войнах, а кто-то просто ассимилировал.
   Об их магии вообще и об ритуалах в частности говорилось очень мало. Сам неизвестный автор объяснял это тем, что представители другого народа с другой силой все равно не смогут эти знания применять.
   Донек в ответ на это только фыркнул.
   -- Я занимался проблемой различий в магии полжизни и могу тебя заверить - адаптировать заклинание, применяемое одной школой под другую силу можно всегда. Другое дело, что иногда шкурка может не стоить выделки.
   -- Почему?
   -- Возьми к примеру ту же телепортацию. Изначально это заклятие стихийников, мы просто переделали его под себя, но сама суть его такова, что требует большого количества энергии, не важно из какого источника. Поэтому, если телепортируется эльф, черпающий силу из стихий, он никаких неудобств не ощутит и сможет через минуту повторить прыжок снова. Если же перемещается классический маг, он за один раз исчерпает весь запас накопленной внутри силы и долгое время не сможет больше колдовать. Получается, использовать заклятье мы смогли, но тех выгод, что оно дает эльфам не получили. Потому и используем телепортацию крайне редко.
   Этот вопрос мэтр Донек объяснял Унгардерену долго и подробно, потому, что вторым пунктом шло описать и опробовать все ритуалы, которые парень сможет вспомнить, а потом перейти непосредственно к их адаптации под классическую магию.
   Именно этого Гард боялся больше всего, потому что собирался скрыть от колдуна довольно многое, но когда дошло до дела стало ясно, что и того, чем он готов поделиться им хватит на месяцы, если не годы работы.
   Изо дня в день маг дотошно выспрашивал у помощника мельчайшие подробности ритуалов и их записывал. Затем проводились испытания, причем делать все приходилось Унгардерену, так как Донек работать с незнакомой силой не мог, только внимательно за всем наблюдал. Потом он проводил разные сложные подсчеты и заставлял парня повторять ритуал, изменяя какие-то его составляющие.
   Порой казалось, что для мэтра это захватывающая игра, да и Гард, если честно, получал от использования своей силы массу удовольствия. Кроме того, эти испытания позволили ему освоить свои новые навыки и довести их почти до автоматизма, а эксперименты мэтра Донека пополнили его арсенал новыми заклятиями, созданными на базе старых.
   С адаптацией дела продвигались намного медленнее. Сила охотника не имела ничего общего с тем, с чем раньше работал Донек, и предыдущий опыт ему совсем не помогал. Мэтр много часов проводил занимаясь какими-то расчетами, в которых Гард помочь ему, в меру нехватки образования, никак не мог. Вот тогда колдун вспомнил о его "пробелах в памяти" и сообщил своему помощнику, чем ещё собирается его занять.
   -- Думаю, есть один... э-э... человек, который поможет тебе упорядочить имеющиеся знания и вспомнить недостающее. Работа с разумом - его специализация и он достиг в ней вершин, каких не достигал ещё никто.
   -- Кто он? - поинтересовался Унгардерен, а внутри зашевелился червячок смутного беспокойства.
   -- Выдающийся телепат.
   Сердце пропустило удар и свалилось камнем в желудок.
   -- Не бойся! - мэтр засмеялся, увидев, как изменилось его лицо. Гард мысленно чертыхнулся. Он всегда думал, что умеет скрывать эмоции, но видимо нужно учиться делать это лучше. Хотя бы для того, что б не приходилось их объяснять. Но обошлось - Донек понял его испуг по-своему. - У всех у нас есть тайны, Унгардерен, и никто не любит людей, которые их узнают, особенно тех, кто может сделать это вопреки нашему желанию. Поэтому у телепатов очень строгий кодекс: они не имеют права рассказывать о том, что увидели, если только ты сам не разрешишь.
   -- А как это можно проконтролировать? - Гарду от этих слов стало ощутимо легче, но все же хотелось быть абсолютно уверенным. - Мало ли что можно пообещать.
   -- Становясь учеником этой школы, маг должен принести особую клятву и подтвердить её специальным обрядом. Если потом клятва будет нарушена, колдун умирает. Так что лучше телепатов тайны не умеет хранить никто. Само собой, у него много работы. Не знаю, сможет ли он уделить тебе время, а если сможет, то когда, но на всякий случай в следующий раз возьми в библиотеке литературу по этому вопросу. Будет лучше, если ты пойдешь к нему хоть немного подготовленным.
   Что Унгардерен мог на это ответить? С одной стороны знакомится с телепатом было боязно, с другой - интересно, и если это ничем ему не грозит...
   -- Хорошо, если договоритесь, я схожу к нему.
   Но Донек уже не слушал его, а быстро записывал какую-то новую идею. Для него вопрос с самого начала был решенным, так что он только рассеяно кивнул:
   -- Да, да...
  
  
   Взрыв громкого хохота заставил Мьянку вздрогнуть и поднять уже почти опустившуюся на столешницу голову. Перед глазами немного прояснилось, и она увидела, что по-прежнему сидит в той же таверне за тем же столом. Перед ней тот же, заказанный ещё в начале вечера бутыль, только теперь полный почему-то лишь на половину. Может, выпил кто? Вот твари!
   Или, это она сама? Не зря же её так развезло, как никогда в жизни. Впрочем, раньше она и не пила. А сегодня специально хлестала самую дешевую выпивку не закусывая, потому что было так горько и обидно, что хотелось выть.
   Сегодня она ходила к своему "дядюшке". Кричала, скандалила, требовала и угрожала, пока охрана не вышвырнула её вон. И откуда?! Из её собственного дома! Эта скотина заявила, что этот дом теперь его. Даже возражать и оправдываться не стал, сволочь, а с ухмылочкой похвастал, как блестяще это дело провернул!
   "Не пугай меня судом, девочка. Любой суд подтвердит, что мои права законны. И не надо называть меня подлецом. Я, напротив, по отношению к тебе был просто немыслимо добр. Не понимаешь? Все это можно было получить намного быстрей и дешевле, достаточно было просто устроить тебе маленький несчастный случай. А ты до сих пор жива. Так-то."
   Значит, она ещё благодарна ему должна быть! За то, что обокрал и засунул жить в свинарник! Спасибо, благодетель, что не убил!
   "Не надо делать драму на ровном месте. Ты думаешь, твои родители все это наживали честным кропотливым трудом? Да матушка твоя точно так же моего отца подсидела, что бы дед не поделил перед смертью наследство, а все оставил только ей.
   Кто-то падает, кто-то поднимается. Хочешь подняться быстрее и выше? Подставь ногу ближнему и помоги ему поскорее упасть. И это не подлость, это просто жизнь. Считай произошедшее ценным уроком, который дорого тебе стоил, но с другой стороны - бесплатных жизнь не дает."
   Бессильная злость трясла Мьянку, как лихорадка. Хотелось зарыдать, как когда-то в детстве, навзрыд. Но ещё больше хотелось подкараулить эту скотину в темном переулке и нож в спину всадить. Нет, не в спину, ей хотелось видеть его глаза ...
   Девушка сжалась, пытаясь унять дрожь, и опять потянулась за бутылем.
   Никто из посетителей не смог бы догадаться, насколько кровожадные мысли бродят в головке молоденькой и хорошенькой полуэльфийки, одиноко сидящей за столом. Многие посматривали на неё заинтересовано, некоторые даже пытались компанию составить, но девушка ответила выпушенной с руки молнией и ухажеры понятливо разошлись. Поэтому Мьянка удивилась, когда заметила, что напротив неё на лавке сидит какой-то мужчина. Наверное, подошел когда она здесь носом клевала. Ладно, пока не лезет, пусть сидит.
   Передумала она в то же мгновенье, потому что незнакомец ловко увел бутыль у неё из-под пальцев и переставил на другой конец стола.
   -- Мне кажется, красавица, тебе уже хватит.
   -- Тебя не спросила, - прорычала Мьянка, одновременно вызывая молнию на кончиках пальцев. - А ну поставил назад и свалил!
   На руки девушки мужчина посмотрел с улыбкой и совершенно без страха, и выполнять её требования даже не подумал.
   -- Я тоже так могу, - он пожал плечами, а потом наклонился и добавил доверительно: - А могу и лучше, учитывая, что я трезв. Расскажи-ка мне лучше, красавица, как ты здесь оказалась.
   -- Спустилась поужинать и выпить. Нельзя?
   -- Можно. - И вдруг без всякого перехода проронил: - А вот раскисать так из-за одного неудачного разговора не стоит.
   Мьянка отшатнулась и впервые посмотрела прямо на незнакомца. Хорошо одетый мужчина лет сорока, глаза внимательные, колючие, из-под плаща рукоятку оружия видно.
   -- Кто вы? Что вам нужно?
   -- А сама не вспомнишь? Понятное дело, столько выпила. Мы уже встречались.
   -- Когда?
   -- Вот протрезвеешь, попытайся сама вспомнить. Очень полезное упражнение для ума. Сейчас это не важно.
   -- А что важно?
   -- Дела, красавица, дела. Твои, например, которые пока идут не очень. Да, да, представь себе, я в курсе. И мои.
   Мьянка уже пожалела, что вообще сегодня пила. Туман в голове очень сильно мешал думать, а ещё её начало подташнивать. Хотелось поскорее избавится от незнакомца и подняться в комнату, которую она сняла или хотя бы выйти на воздух.
   -- Мои, ваши... По-человечески можете объяснить, что вам надо?
   -- Что бы ты мне помогла. Рассказала про одного своего знакомого.
   -- Зачем мне это? И при чем здесь мои проблемы?
   -- О-о, тут самая прямая связь! У людей есть традиция оказывать ответные услуги. Ты поможешь мне, а я тоже смогу тебе помочь.
   -- В чем? - Мьянка чувствовала, что задает глупые вопросы, совсем не те, что надо, и очень старалась собрать в кучку остатки мозгов, но получалось не очень.
   -- А что бы тебе хотелось? - тоном демона-искусителя поинтересовался незнакомец.
   -- Вернуть себе своё! - с пьяной горячностью воскликнула девушка и даже зачем-то попыталась встать, но сразу же плюхнулась назад. - А ещё прибить этого гада, что б он сдох! И... потом я буду жить в своем доме...
   Мужчина тихо рассмеялся:
   -- Что ж, это очень хорошо! Замечательно, когда у человека есть высокая цель, ещё лучше, если эта цель вполне осуществима... Но к высокой цели нужно идти небольшими шагами. Для тебя, например, на данном этапе проблематично даже остаться в Тио, ведь в кошельке у тебя не хватит денег, чтобы ещё на неделю оплатить проживание здесь. - Он сделал жест рукой, обводя зал таверны. - А я, если ты согласишься помогать мне, могу решить эту маленькую проблемку прямо сейчас.
   Не дожидаясь её ответа, незнакомец подозвал хозяина и вытрусил ему на ладонь из кошелька несколько золотых.
   -- Девушка хочет оплатить комнату на месяц вперед. С питанием.
   Провожая хозяина изумленным взглядом, Мьянка с опозданием подумала, что надо было брать деньги самой. Зачем ей оставаться здесь ещё на месяц?
   -- Если согласишься помогать мне, считай что это аванс.
   -- А если не соглашусь?
   -- Тогда просто безвозмездный подарок. Чтобы ты взяла с собой приятные воспоминания о столице, когда будешь возврашатся в свою провинцию. Походи, погуляй, а потом будешь рассказывать об этом детям и внукам.
   Мужчина хотел добавить ещё что-то, но осекся, встретив полный ярости и ненависти взгляд.
   -- Определись со своими планами, девочка, - продолжил он уже деловым тоном, - и если в них есть пункт остаться здесь, в Тио, то ты будешь помогать мне. Сейчас расскажешь то, что мне нужно, а потом... будешь оказывать мне разные мелкие услуги. Ну, об этом мы ещё отдельно поговорим.
   -- Какие услуги?
   Мужчина покачал головой:
   -- Посмотрим. Сначала мелочи: кого-то встретить, что-то забрать, что-то отнести.
   -- Вы - вор? - озвучила Мьянка внезапную догадку. Вернее, озвучил язык, прежде чем помутненный алкоголем разум успел его остановить.
   Незнакомец несколько секунд её внимательно рассматривал, прежде чем ответить:
   -- Нет. Больше того, пока ты будешь держаться меня, никаких проблем с законом у тебя не будет. Как видишь, от нашей встречи тебе пока одни выгоды. Давай теперь перейдем к тому, что нужно мне.
   -- А этот мой знакомый, ему ничего плохого не будет? - Этим вопросом Мьянка озадачила саму себя. Просто сделка с этим загадочным господином вызывала у неё какое-то странное чувство близкого грандиозного подвоха. А ещё ей казалось, что рассказав все, что ему нужно, она тем самым согласится и уже не сможет повернуть назад.
   -- Это имеет значение? - спросил незнакомец насмешливо. - Нет, ему ничего не угрожает. Пока. Скажем так, я забочусь о безопасности некоторых высокопоставленных людей и в моя обязанность знать все о тех, кто входит в их окружение. Довольна?
   -- Да.
   -- Тогда расскажи мне все, что ты знаешь о новом помощнике мэтра Донека, неком Унгардерене.
  
   Когда через три с небольшим часа таинственный собеседник Мьянки покинул таверну, вслед за ним на улицу выскользнули ещё два посетителя и сразу же пристроились за спиной, как молчаливые тени.
   -- Ты хочешь о чем-то спросить, Мор? - поинтересовался мужчина того, кто шел за его правым плечом.
   -- Зачем все это? Девчонка не сказала почти ничего такого, чего мы сами не знали. Да и разговорить её можно было проще: заплатить побольше или припугнуть.
   -- Нет, Мор, в этом деле она ещё будет нам полезна. Так что пусть пока живет. И присматривайте, что бы она действительно не попыталась укокошить своего дядю. - Мужчина хмыкнул. - Не то, чтобы я был сильно против, но рано ещё...
  
   Глава 4.
   Разговор ученика и учителя некроманта:
   -- Мэтр, кто все-таки опаснее, мертвые или живые?
   -- Иногда мне кажется, что между ними нет большой разницы...
  
   Прекрасная пора - весна. Даже ранняя, когда сыро, грязно и холодно. Все равно. Сам воздух её дает силы, цвет неба, ветер - все становится особенным, и сколько бы люди не считали себя неповторимыми созданиями, давно возвысившимися над природой, их кровь ускоряет бег тогда же, когда и сок под корой любого дерева. У эльфов даже праздник такой есть, заменяющий им новый год: каждую весну, одновременно с цветением первых цветов они отмечали свое Новое Рождение. Собственных дней рождения у них, кажется, нет.
   Унгардерену, возможно из-за его эльфийский корней, эта традиция нравилась. Он любил весну и сейчас с легкой грустью отмечал, что в этом году пора пробуждения первых цветов и листьев прошла мимо него. В университетском парке, где он сейчас прохаживался, весна уже наступила: цветение деревьев шло полным ходом, ветер разносил по аллеям запахи и лепестки, а птицы старались перещеголять друг друга в мастерстве выводить трели.
   Унгардерен вдохнул полной грудью и подумал: хорошо-то как! И загадал, чтобы это продлилось подольше.
   Это зависело от того, как быстро мэтр Донек договорится со своим знакомым телепатом. Гард поджидал его, ходя кругами вокруг той самой башни, с которой любовался видами семь месяцев назад. Семь месяцев... Подумать только!
   Парень прикинул, что получиться, если измерить это время его новыми познаниями об Университете, столице, о колдовстве. Получалось действительно много. И главное, о своем решении приехать в Тио он пока не жалел, потому что работать с Донеком было интересно и за эту работу, по королевскому распоряжению, ему более чем щедро платили.
   Рука Гарда скользнула под плащ, туда где в новеньких ножнах скрывался от посторонних глаз восстановленный нож охотника. Тот самый, найденный в пещере нож, которым он порезался и который взял с собой только из-за украшенной драгоценными камнями рукояти. Здесь, в столице он собирался его продать, но по непонятной ему самому причине, так и не решился.
   Вместо этого заплатил бешенную сумму мастеру, чтобы оружию вернули прежний вид и стал таскать за собой повсюду.
   Возможно, дело было в том, что прежний хозяин им очень дорожил и не просто так - этот нож он использовал в работе. Собственно, только благодаря проведенной над ним ворожбе он и сохранился так хорошо в не самых благоприятных условиях. Теперь он, соответственно мог пригодиться и Гарду. Вот только происхождение странной привычки думать или успокаиваться положив руку на рукоять, он никак не мог объяснить.
   Шаги мэтра Унгардерен услышал задолго до того, как в поле видимости возникло его озабоченное лицо.
   -- Что-то случилось? Он нас не примет?
   -- Ты уже приходил на кафедру телепатии? - ответил Донек вопросом на вопрос, причем так резко, что Унгардерен растерялся.
   -- Нет. То есть я поднимался как-то наверх, но внутрь не заходил. А что?
   -- Зачем ты туда поднимался?
   Мэтр задавал вопросы так, что Гард чувствовал себя нашкодившим мальчишкой. Это было неприятно и незаслуженно, поэтому парень обиделся и с вызовом ответил:
   -- Воздухом дышал, видами любовался. А что, нельзя?
   Мэтр задумался, терзая кончик носа и исподлобья поглядывая на Унгардерена:
   -- Мэтр Лерос согласился принять тебя прямо сейчас. Но говорить с тобой он будет наедине. - Гард с самого начала так планировал, а вот Донека это кажется оскорбило. - У меня сложилось впечатление, что он нас ждал, но откуда он узнал о тебе? И что именно?
   Парню все эти терзания показались глупыми:
   -- Какая разница? Вот познакомлюсь с ним и он обо мне узнает вообще все. По-моему вы этого и хотели. И вообще: мы идем, стоим или возвращаемся домой?
   -- Идем, - решил Донек, но при этом недовольно поджал губы. - Да, я забыл тебя предупредить о...э-э... состоянии мэтра Лероса. Он уже давно не совсем человек, так что ты ничему не удивляйся и не пугайся.
   -- Как это - не совсем человек? А кто? Дождевой червь?
   -- Унгардерен! Что за сравнения! - Мэтр поморщился. - Он призрак.
   В голове у Гарда замелькала куча вопросов, которые он уже не успевал задать. Как такое может быть? Впрочем, этот вопрос был глупым. Получает ли приведение жалование и как его тратит? Но больше всего парня волновал вопрос: если мэтр уже мертв, то как можно быть уверенным в сохранности его тайны? Не может же он умереть ещё раз.
   "Надеюсь, в первый раз он умер не за нарушение клятвы", подумал Унгардерен проходя в открытую Донеком дверь.
   Кабинет, в котором его принимал призрак мэтра Лероса был просторным, чистым и... нежилым. На столе не было письменных принадлежностей, ничто не указывало на то, что здесь недавно был хозяин, который чем-то занимался: читал, принимал посетителей, курил или пил вино. На столике рядом с креслом, расположенным ровно напротив письменного стола, был только графин с водой и один стакан.
   Сам призрак "стоял" у книжного шкафа и первое впечатление производил вполне нормальное. Нужно было долго присматриваться, чтобы заметить, что он слегка просвещался. Такой тип лица Гард называл благородным: высокий лоб, прямой нос, открытый взгляд. Короткие волосы гладко зачесаны назад.
   -- Вот, позвольте представить: мэтр Лерос - мой ассистент Унгардерен.
   Мэтр кивнул парню и ожидающе посмотрел на колдуна. Тот надулся, видимо все же надеялся, что ему позволят остаться, но вышел.
   Когда за Донеком закрылась дверь, Гард неуверенно посмотрел на призрака. Нет, мертвые его не пугали, просто он как-то не очень представлял как с ними нужно себя вести. Как с живыми, что ли? Поэтому начинать разговор он предоставил мэтру Леросу. В конце концов, именно он изъявил желание с ним поговорить. Призрак тоже смотрел на него. Наверное, при жизни у Лероса были серые или голубые глаза, вот только вряд ли они были настолько прозрачными. Сейчас они производили жутковатое впечатление.
   -- Я знаю кто ты такой, мальчик.
   Голос у призрака тоже был странный, гулкий, будто с дна колодца говорят.
   -- Кто я такой? Э-э... Простите, я не очень понимаю...
   -- Я хочу объяснить тебе, кто ты такой.
   Гард почувствовал себя ещё более неловко, а в голове мелькнула шальная мысль: бывают ли призраки сумасшедшими? Будто подтверждая её, Лерос громко рассмеялся. Звук получился такой, что Унгардерен помимо воли отскочил назад, сердце подскочило и успокоилось только когда рука нащупала дверную ручку.
   -- Не бойся меня, мальчик! - продолжая улыбаться, покойный мэтр жестом пригласил его вернуться в комнату. - И, если тебе интересно, то да, призраки бывают сумасшедшими. Только отклонения появляются ещё в их бытность людьми. Я же ничем подобным не страдал, напротив, многие утверждали, что для своего возраста и профессии я чересчур нормален...
   Гарт от удивления даже забыл про свой страх.
   -- А... как вы...?
   -- Тебе ведь говорили, я - телепат.
   -- Но вы же...
   -- Да, я уже тридцать восемь лет как умер. Но сохранил свои способности в послесмертии. Между прочим, тебя это не должно удивлять. Ты ведь уже имел возможность убедиться, что смерть не развеивает в прах душу, память, так сказать, личностный опыт. Она просто обрывает существование тела. И это разумно, иначе наша жизнь не имела бы смысла... Предупреждая твой следующий вопрос, я сразу хочу извиниться: когда ты был здесь в прошлый раз, я заинтересовался тобой и без разрешения прочитал твою память.
   Гард сразу вспомнил ощущение, которое возникло у него при спуске с башни, а призрак, продолжающий беззастенчиво следить за его мыслями, подтверждающее кивнул и снова ответил, опережая вопрос:
   -- У тебя необычная аура, именно это сначала меня заинтересовало. Но потом, когда я увидел твои воспоминания... Я несколько растерялся и мне нужно было всё обдумать, прежде чем с тобой поговорить. А потом ко мне пришел Донек и попросил дать тебе несколько уроков по работе с мыслью. Всё само собой сошлось...
   Мэтр Лерос нахмурил лоб, напряженно что-то обдумывая и стал похож на нормальное привидение, то есть завис над полом, слегка покачиваясь, и вперил свой прозрачный взгляд в пустоту. Но Унгардерен уже перестал его боятся и даже был заинтригован, поэтому, подождав какое-то время для приличия, решил взять инициативу в свои руки.
   -- Вы очень громко думаете, молодой человек. - Мэтр очнулся внезапно. - Нет! Это совсем не упрек, а, скажем так, замечание, или даже наблюдение. Это позволит читать ваши мысли даже самому плохонькому телепату. Для магов вообще и для вас в частности это о-очень не желательный момент, поэтому я обязательно научу вас скрывать мысли на первых же наших уроках.
   -- Простите, мэтр, но мне показалось, что вначале вы хотели поговорить со мной не об этом.
   Унгардерен почувствовал странное облегчение от того, что ему наконец удалось хотя бы одну свою мысль высказать до конца. Все-таки общение с телепатом сильно напрягало.
   -- Да... - мэтр Лерос конечно уловил последнюю мысль и улыбнулся в ответ понимающе и немного виновато. - Дело в том, мальчик, что мне уже доводилось встречать таких, как ты. Я имею в виду, наделённых такой же силой.
   Гард даже сам удивился, когда понял, что перестал дышать и пялится на мэтра во все глаза. До этого момента ему казалось, что происхождение его силы больше Донека интересует, а сам он просто ищет свое место в жизни и подыгрывает колдуну только чтобы теплого местечка при Университете не лишится. Но сейчас ему пришлось признаться хотя бы самому себе (а значит и Леросу, но кто считает привидения?!), что вопросы "кто я?" и "откуда?", для него не такие уж незначительные.
   -- Да, я видел таких как ты. Но... может, ты все-таки оторвешься от двери и присядешь? Потому что, как я вижу, вопрос тебя интересует, а значит, нас ждет длинный разговор.
   Гард послушно уселся в предложенное кресло. Призрак остался висеть напротив, в позе, создающей впечатление, будто он опирается на стол. На самом деле ни сидеть, ни опираться на что-либо он естественно не мог, но явно старался создать для своего гостя более непринужденную и естественную атмосферу.
   -- Для начала мне придется провести для тебя небольшой экскурс в историю, - начал Лерос. - Думаю, ты слышал в детстве легенды о происхождении рас, о том, что когда-то давно ни эльфов, ни гномов, ни людей не было, а жили в нашем мире только одни древние - мифический народ. Они создали всех живущих ныне существ, а сами удалились... Так вот, это не просто легенда, так оно и было на самом деле и к тебе эта история имеет самое непосредственное отношение.
   Унгардерен не стал высказывать свои сомнения по этому поводу, Лерос и так уловил их.
   -- Это не пустые домыслы, мальчик. Существует много доказательств жизни древних и первым может послужить хотя бы то, что у всех народов легенды посвященные им почти не отличаются. Правда, каждая раса считает прямым потомком древних именно себя, а остальных - менее удачным экспериментом, но не это важно. Все мы несем в себе частичку их наследия. Эльфы, как считается, были первым их опытом и больше всего похожи на них, но зато орки сохранили намного больше древних ритуалов. Люди... Скорее всего мы тоже были каким-то экспериментом. Наша магия слабее эльфийской, но зато спектр её намного шире. Гномы магией не владеют вообще, но они к ней абсолютно неуязвимы.
   Я понимаю, что ты хочешь спросить: зачем? Многие задаются этим вопросом, но ответа на него никто не знает. В отличие от того, почему и куда древние "ушли". - Лерос горько улыбнулся
   -- Согласно легендам, древние были могущественными колдунами, но далеко не все: запредельной силой обладали только старшие мастера, подмастерья были намного слабей, а ученики - даже по человеческим меркам были довольно слабыми. Перед смертью мастер выбирал наследника, которому завещал свою должность, а вместе с ней силу и знания. А когда он умирал, наследник проводил специальный ритуал и сам становился мастером, буквально в одночасье.
   В этом и был секрет невиданной мощи древних - они накапливали и преумножали ее на протяжении сотен лет, в каждом поколении добавляя что-то, но ничего не теряя...
   Унгардерен слушал, а перед его глазами стояла пещера, демон и макшур, и он снова переживал то необычайное чувство. Объединение с чем-то более сильным и совершенно чужим, и незнакомая магия, которая вдруг начинает бежать по твоему телу, воспринимаясь как своя...
   Неужели?
   -- ... но созданные ими расы начинали крепнуть и расти, - продолжал тем временем Лерос. - Создавать свои общины, потом государства, воевать друг с другом за территорию, и однажды поднялись против своих создателей. Сейчас уже никто не знает, из-за чего разгорелась та война. Эльфы утверждают, что её начали сами древние, решившие уничтожить всех, кого ранее создали, но им не очень-то можно верить. Вполне возможно, что эта история выдумана ними, чтобы себя обелить, ведь именно они, те, кому древние дали больше всех силы и почти вечную жизнь, их и предали. Не имея возможности победить, так как силы всех эльфийских магов даже с одним древним сравниться не могли, они придумали очень коварный способ их уничтожить.
   Они создали "Заклятие мертвой силы". Сейчас уже никто не скажет, как именно оно действовало, но результат... да, это был страшный результат! Перенимать силу умерших древние больше не могли, а те, кто пытался, через несколько дней мучительно умирали.
   Магистры жестоко отомстили. Тогда они уничтожили почти всех эльфов.
   Но со временем эльфийский народ возродился, а вот древние выжить не смогли. Лишенные доступа к источнику своей силы они быстро потеряли былое могущество и земли, а их потомки рассеялись по земле.
   И вот тогда, если верить легенде, последние из древних Магистров, может для того, чтобы дать надежду своему народу, а может в отместку всем нам, создали Чистый Источник.
   -- Что создали?
   -- Точно никто не знает, но многие исследователи считали, что Источник - это мощнейший артефакт. Нет никаких сведений о том, что именно он делает, но некоторые исторические факты указывают, что он может наделять необыкновенной магической мощью.
   -- Что это за факты?
   -- Сведения о людях, которые искали Источник и... находили...
   -- Так его нашли? - Унгардерен оживился. Одно дело легенда, которую любой желающий может переврать, и совсем другое - реальный предмет, который куча свидетелей видели и трогали своими руками.
   -- Я не сказал "нашли". Я сказал именно "находили", разные люди или правильнее сказать нелюди, потомки древних, в разные времена.
   Гард поймал себя на том, что ему не нравится когда его называют нелюдем. Слишком уж похоже на нечисть. Если люди тоже потомки древних, то почему их потомок по другой линии, если так можно выразится, не может называться человеком?
   -- Ты абсолютно прав. - Согласился с его размышлениями призрак. - Я просто хотел подчеркнуть тот факт, что найти Источник никому из обычных людей не удавалось.
   -- А те, кто его находили, с чего вы взяли, что они были как я? Я хочу сказать, мне с самого первого дня в Университете и даже раньше, в приюте, твердили, что людей со способностями как у меня больше нет, никогда не было, а если и были, то об этом никто ничего не слышал. А теперь вы говорите об этом, будто о чем-то общеизвестном.
   Призрак нахмурился и покачал головой.
   -- Ты потомок древних, тот, в ком отчетливо проснулась их кровь и сила. Такие как ты были всегда, более того, ещё каких-то тысячу лет назад вас было очень много. Но, по понятным причинам, свою силу вы практически не применяли и школ не основывали, поэтому информации о вас в магическом сообществе с каждым столетием становилось все меньше. А около двухсот лет назад она пропала совсем, и это произошло не случайно.
   Шли войны, жестокие, кровопролитные. Чтобы добиться хоть какого-то преимущества над врагом король дал разрешение совету магов провести чудовищную акцию. По всей стране и даже за её пределами разыскивали наделенных древней силой. Кого-то заманивали в столицу обещаниями, кого-то угрозами, кого-то просто привозили силой. Попутно находили места захоронения выдающихся колдунов прошлого и даже некоторых древних, а потом... Потом их заставляли проводить обряд.
   Унгардерен уставился на призрака, чувствуя как все внутри холодеет.
   -- Но это же их...
   -- Да, убивало. Но не сразу. Прежде чем они умирали, с ними обычно успевал поработать телепат. Маги пытались добраться до утраченных знаний древних. Частично им это удалось, но до Источника они так и не добрались, а по сравнению с тем, чего они хотели это было ничтожно мало. И уж конечно не стоило жизни нескольких тысяч человек.
   Все это происходило в условиях чрезвычайной секретности, именно поэтому вся литература, касающаяся предмета исследования, была изъята и спрятана в надежном хранилище. По специальным каналам, через подставных лиц, все источники информации разыскивали даже за границей. Вероятно, боялись, что враги смогут этот эксперимент повторить.
   Унгардерен вжимался в кресло. Ему вдруг стало неуютно в городе, наполненном колдунами, и захотелось оказаться как можно дальше отсюда.
   Что-то в рассказе мэтра Лероса его зацепило, и когда он понял, что, по телу волной пробежала дрожь.
   -- Вы телепат, вы тоже ...
   Он поднял голову и посмотрел в прозрачные глаза призрака. Договаривать не было необходимости, все было ясно и так.
   -- Да.
   На Унгардерена навалилась апатия и горечь. Он не поднимал голову, но чувствовал, что призрак продолжает на него смотреть. Вспомнились слова Донека: "Король сделает все, что будет в интересах королевства". За ними пришел страх и понимание - когда о нем узнают, это будет конец.
   -- Я не рассказал о тебе Донеку. - Тихо отозвался призрак. Его голос был надломленным и печальным, он не пытался оправдаться, только успокоить и объяснить. - Он не плохой человек, но слишком увлечен наукой. Я не рассказал о тебе никому. Но это не значит, что ты можешь чувствовать себя в безопасности. Маги по-прежнему алчны до силы и знаний и если хоть один узнает, как тебя можно использовать в покое тебя уже не оставят. Особенно, когда они поймут, что ты можешь то, чего древние не смогли. Ты провел ритуал, там, в пещере, случайно. Ты взял силу умершего мага, но сам при этом не умер.
   До Гарда постепенно начинало доходить.
   -- Не торопись с выводами, - посоветовал призрак, - и хорошенько все обдумай. Самым безопасным для тебя будет уехать отсюда поскорее и обо всем забыть. Если же останешься, то уже сейчас начинай думать, кем будешь для магов: игрушкой или опасным врагом.
   Сложный выбор. Честно говоря, Унгардерен до сих пор не мог поверить, что все это происходит на самом деле и именно с ним. Хорошенький случай: ты - потомок древней расы и все власть имущие просто мечтают (а если ещё не мечтают, то скоро начнут), поиметь с тебя какую-то выгоду, причем скорее всего тебе в убыток.
   -- Похоже, сегодня, вместо того, чтобы помочь тебе разобраться в твоих мыслях, я добавил туда путаницы. - заметил призрак мага.
   -- Почему вы мне помогаете?
   Мэтр Лерос вздохнул:
   -- Я всегда понимал, что это было чудовищно, то, что мы делали тогда. И всю жизнь раскаивался. Но раз я все ещё здесь, наверное, этого было мало. Я не хочу, чтобы подобное повторилось опять.
   -- Вы хотите сказать, что этим проектом снова занимаются?
   -- Я не могу ответить.
   Гард замер. "Не могу". Телепат не может рассказать о том, что случайно узнал. Следующий вопрос он задал осторожно подбирая слова:
   -- Вы не можете рассказать мне об этом?
   Призрак молча кивнул. Та-ак! Вот это уже беда! Но что же делать?
   Мэтр Лерос снова кивнул, на этот раз словно приглашая Гарда идти за собой и отплыл к окну. Там, продолжая стоять к парню лицом, он положил ладони на подоконник у себя за спиной.
   -- Если ты не сможешь уехать, а играть тебе предложат на неприемлемых условиях, я бы посоветовал тебе найти Источник.
   Он говорил медленно, выделяя каждое слово, и продолжая внимательно смотреть парню в лицо.
   -- Вы знаете где он?
   Напряженное молчание.
   "Понятно, знаете, но не можете говорить. Но вы все-таки пытаетесь дать мне какой-то знак?"
   Опять молчание.
   "Я не понимаю!", обреченно подумал парень.
   -- Ничего, - тихо ответил призрак, - подумай, а не надумаешь - снова приходи. Я ведь ещё должен научить тебя работе с мыслями.
   На том и расстались.
   Мэтр Донек ждал Унгардерена внизу, на том самом месте, где недавно гулял он сам. Вопреки ожиданиям, он не стал сразу же набрасываться на парня с расспросами, а только уточнил:
   -- Он согласился с тобой позаниматься? - Гард кивнул. - Вот и хорошо.
   Больше в тот день они не говорили. Колдун то ли сердился, то ли обдумывал что-то. Придя домой он заперся в лаборатории и до ужина оттуда не выходил. Даже, вопреки уже сложившейся традиции, не задал помощнику задания. А Унгардерен сначала обедал, не чувствуя вкуса еды и не слушая, о чем болтает вокруг прислуга, потом сидел в своей комнате, потом гулял, опять сидел запершись и думал, думал...
   Первым побуждением было найти повод и уехать отсюда куда глаза глядят, но... Вот именно , что "но". Он работал не с каким-то неизвестным колдуном, а с придворным магом, и, что ещё хуже, работал на короля. Все те семь месяцев, что Гард здесь жил, о них не забывали. Мэтр Донек каждый месяц таскал во дворец доклады и, возвращаясь рассказывал, что его величество ими очень доволен, так что надежды, что его в ближайшее время выгонят, нет.
   А может они с самого начала все знали? То есть не "они", а сам Донек. Может, он и привез его на самом деле для...?
   Нет. Тогда они не занимались бы столько времени охотником. Да и Лерос что говорил? "Я не сказал Донеку". Если бы колдун уже все знал, телепат увидел бы это и сказал бы как-то иначе, намекнул.
   Нет, мэтр ничего не знает. Он совершенно искренне ищет любые данные о людях с подобными способностями. А вот король... Он обязан знать, ведь кто бы не работал над тем проектом, о котором Лерос "не может говорить" разрешение на это должен был дать король. Или не должен? Сколько вещей происходит за спинами венценосных особ.
   Унгардерен вздохнул. Его размышления зашли в тупик и не только на эту тему.
   Говоря об Источнике Лерос явно пытался ему на что-то намекнуть, может даже указать направление поиска, но Гард хоть убей не мог его понять. Если бы он подошел к шкафу, какому-то предмету или на что-то выразительно смотрел - тогда ясно. Но он подошел к окну, положил руки на пустой подоконник, а смотрел исключительно на него.
   К ужину Унгардерен спустился уставший и злой, чувствуя, что его мозги скоро закипят от такого количества размышлений. Что забавно, у Донека, который выбрался на ужин, вид был точно такой же.
   -- Как успехи? - спросил парень из вежливости.
   Мэтр только рукой махнул.
   Ясно, дела стоят.
   -- Прости, что я утром был так... несдержан. - Унгардерен только пожал плечами, мол, чего уж там. - Я даже не поинтересовался, как прошел твой визит. Но дело в том, что пока я тебя ждал мне в голову пришла одна идея... Правда до конца ещё не оформившаяся.
   Ложка застыла перед Гардом на полдороги. Что, ещё одна?! С какой скоростью он их плодит? Больше всего Унгардерену не понравился тон, которым это было сказано, такой медово-осторожный. Ничего приятного таким тоном не говорят.
   -- Что за идея? - пока спокойно уточнил парень, но ложку на всякий случай отложил.
   -- Все это время мы изучали силы и возможности макшура, его память, но совсем не уделяли внимания тому, что между вами случилось, как и почему между вами наладилась связь. Твоя или его сила стали тому причиной? И главное, сможешь ли ты это повторить?
   Излагая свои мысли Донек внимательно наблюдал за своим помощником, ожидая реакции: заинтересуется, обрадуется, испугается, разозлиться. Но Унгардерен сидел совершенно спокойно, разве что поза его стала напряженнее. Мэтр продолжил:
   -- Вот я и думаю, пока на других фронтах у нас случилась заминка, почему бы нам в этом направлении не поставить эксперимент? Попробовать восстановить, так сказать, те условия и посмотреть, сможешь ли ты вступить в контакт с кем-то другим.
   Червячок сомнений снова поднял голову и нервно захихикал: "Дождались, приехали, а главное - вовремя-то как!".
   Гард порадовался, что отложил ложку - было сильное желание в это старческое лицо чем-нибудь заехать. Но ответить удалось сохраняя спокойствие:
   -- Мэтр, а кто вам сказал, что я этого хочу? Между прочим, процесс был не из приятных и повторять его у меня нет ни малейшего желания. Так что простите, но об этой идее вам придется забыть.
   Если бы в ответ Донек разозлился и начал давить - это было бы лучшим доказательством того, что он с самого начала вел с ним игру и все это, включая разговор с Леросом, заранее спланировано. Но мэтр так искренне растерялся от его ответа, что Унгардерен мгновенно его простил. Вот она - столичная жизнь, на каждом углу начинают казаться заговоры.
   -- Но, Унгардерен, послушай, разве ты сам не хотел научиться управлять своей силой, лучше изучить её? Мы же говорили с тобой об этом ещё в твоем приюте! - Донек заговорил с парнем тем тоном, каким взрослые объясняют детям, почему вода мокрая, а огонь горит. "Сейчас начнет уговаривать", понял Гард и приготовился к обороне. Спорить с мэтром, даже когда он не сердился, было делом не легким.
   -- Хотел и перехотел. Мэтр, это мое окончательное решение, и давайте не будем об этом!
   Естественно отделаться от колдуна так просто не получилось.
   Несколько часов объяснял Донек своему молодому и глупому помощнику, что нельзя отказываться от того, что само в руки пришло.
   -- Унгардерен, у тебя невероятный дар. Он позволяет осваивать целые разделы магии за немыслимо короткий термин! Ты знаешь, сколько времени потребовалось мне, чтобы освоить демонологию? Больше ста двадцати лет упорной, ежедневной работы! И мне до сих пор недоступно многое из того, что вот так, просто, получил ты. А если выяснится, что это для тебя не предел? Ты понимаешь, что сможешь стать не просто сильным магом - сильнейшим! И не за целую жизнь, а всего за несколько лет. Может быть... Да нет! Наверняка! Ты сможешь стать самым молодым в истории придворным магом! И ты готов отказаться от всего этого. Из-за чего? Из-за того, что процесс обучения может быть немного неприятным? Из-за того, что ты просто боишься? Да знаешь, где бы я сейчас был, если бы перед каждой возникшей на моем пути преградой отступал?
   Мэтр Донек убеждал, доказывал и приводил примеры. Унгардерен в ответ тоже не молчал, но опыта в ведении дискуссий ему не хватало и его аргументы разбивались в пух и прах.
   Ах, тебе не нужна должность при дворе, ты боишься ответственности? Покажи мне работу, на которой ответственность не нужна. Да с любого слуги могут шкуру спустить, за плохо начищенные сапоги хозяина! А могут и просто так.
   Ты не хочешь быть привязанным к одному месту? Да кто тебя держит?! Не смеши меня! Если хочешь знать, я при своей профессии весь мир объездил и не один раз.
   Наконец, Унгардерен не выдержал и привел свой главный аргумент:
   -- Как вы не понимаете?! Да если все выйдет, если потом об этом все узнают, а так оно и будет, решать, что делать дальше с моим даром, мне не дадут. А я не хочу до конца жизни быть чье-то марионеткой, даже марионеткой короля! Вы уже подставили меня так однажды, доложили обо мне королю, чтобы я не смог сделать шаг назад, чтобы быть уверенным, что мне придется помогать вам, даже вопреки своему желанию!
   Последние слова ещё не затихли в воздухе, а Унгардерен уже захотел взять их назад. В комнате повисла тишина, но даже в ней вопрос мэтра прозвучал надломлено и тихо:
   -- Ты воспринимаешь это так?
   Гарду стало стыдно за собственную черную неблагодарность.
   -- Нет. - Ответил он устало. - Вы знаете, что мне нравиться работать с вами. Но для меня все это... чересчур. Чересчур сложно, когда тебе пятнадцать лет, а в тебе вдруг становятся заинтересованы первые люди королевства. Чересчур быстро все происходит. Вчера я был ещё никто, сегодня маг, а завтра - вон какую судьбу вы мне напророчили! А я за всеми этими переменами просто не успеваю, потому что ещё одной ногой во вчера живу. И я действительно боюсь, что те самые высокопоставленные заинтересованные лица, которые разберутся во всем и увидят свои выгоды гораздо быстрее, сделают из меня марионетку на веревочках.
   Они замолчали. Мэтр задумался, а Гард только сейчас заметил, что осип от крика. Удивительно, как голос не сорвал. А ещё он вспомнил, что в доме они не одни и мысленно застонал, обзывая себя последним кретином. Да, о сохранности тайны он может больше не волноваться! Учитывая, как хорошо озвучен был разговор, их слышала не только прислуга, но ещё как минимум два квартала, за исключением, пожалуй, глухих.
   -- Что же, в некоторых вещах ты наверное прав, - Вынес свой вердикт Донек. - Возможно, я действительно тороплю события. Давай договоримся так: ты все хорошенько обдумаешь. Я же со своей стороны обещаю, что об этой стороне нашей работы по возможности никому не буду рассказывать. И сообщать его величеству тоже не буду.
   Унгардерен согласился.
   -- Только имеет ли это смысл после того концерта, который мы здесь устроили?
   -- Ты о шуме? - Донек рассмеялся. - Можешь не волноваться. Ты когда-нибудь пытался в коридоре послушать, что происходит в кабинете или в лаборатории?
   -- У меня нет привычки подслушивать, - обиделся парень.
   -- Хорошо, хорошо. Ну а на кухне, там ведь всегда довольно шумно и она рядом с этой комнатой. Вспомни, нам когда-нибудь мешали посторонние звуки?
   Гард напряг память и обнаружил, что нет.
   -- Вот именно! Я придворный маг, Унгардерен, и должен заботиться о сохранности своих тайн, особенно учитывая, что они часто совпадают с государственными. Ты между прочим давно мог заметить, что в моем доме нельзя позвать кого-то из соседней комнаты. То есть, позвать можно, но тебя все равно не услышат. Невнимателен, очень невнимателен! - попенял мэтр ему напоследок и пожелав доброй ночи ушел наверх.
   Гард нарочно напряг слух, но не услышал ни шагов на лестнице, ни того как открыли и закрыли дверь.
   Следующие несколько дней Донек действительно не возвращался к этому разговору, давая Унгардерену время все обдумать. Вместо этого он перешел к стратегии намеков, как бы подталкивая своего помощника к принятию правильного решения.
   В результате парень понял только одно: этот старый упрямый ... все равно не отстанет и если он не найдет выход в ближайшее время, Донек может нарушить обещание никому о нем не говорить. Значит, придется соглашаться, а потом уже как-то выкручиваться. Знать бы ещё как?
  
   Глава 5.
  
   Когда на улице буяет весна, нужно иметь особый талант, чтобы подолгу находиться в плохом настроении. У стариков он иногда развивается со временем, а вот молодежи это не свойственно вовсе. Поэтому Унгардерен, отогнав мысли обо всех возможных неприятностях будущего как назойливую муху, окунулся в их с мэтром дела. А дела уперлись в нехватку материала. Им нужен был труп, а ещё лучше несколько, для чистоты эксперимента. Для начала Донек хотел проверить, не произойдет ли контакт от простого соприкосновения с телом умершего человека. Унгардерен в это не верил: во-первых, он уже видел покойников, когда жил в приюте, а во-вторых, он же не обнимался в пещере со скелетом охотника!
   Но колдун в исследованиях был педантичен и любил пошаговый подход, говорил, что проверять нужно каждый фактор, который гипотетически может осуществлять какое-либо воздействие. В общем, говорил он много, хотя Унгардерен вроде бы и не возражал. Любая заминка была ему только на руку.
   Сначала Гард подумал, что за материалом для эксперимента они отправятся на ближайшее кладбище. Воображение уже нарисовало картинку: ночь, они с мэтром с лопатами на перевес, холмики с надгробиями освещены полной луной, а со стороны мрачных силуэтов деревьев доносится зловещее уханье филина. Или что-то подобное. Но реальность разочаровала.
   Оказалось, что в Университете для подобных нужд, а может и для чего-то другого имелись свои покойники разной степени свежести. Морг находился в одном здании с кафедрой некромантии, и мэтр мог воспользоваться его "постояльцами" вполне легально.
   Некроманты обитали в некотором отдалении от других университетских помещений, в глубине сада. На то была довольно веская причина: этот вид магии имел довольно своеобразный "запашок", специфический остаточный шлейф силы, который сопровождал практически все ритуалы этой школы. Обычные маги реагировали на него по-разному: некоторым он был безразличен, другим - просто неприятен, но были и такие школы, с которыми вызываемая некромантами сила была несовместима, причем столкновение всегда заканчивалось в пользу некроманта. Силу, которая берет свое начало из смерти, сложно чем-то перебить.
   Не зная, как поведет себя на кафедре некромантии сила Унгардерена, мэтр Донек посоветовал ему внимательно прислушиваться к себе:
   -- Сразу же скажи, если почувствуешь дискомфорт, онемение кожи, головокружение или удушье. Хотя, принимая во внимание, что твоя сила может вступать в контакт с умершими, все должно пройти хорошо.
   Так и вышло. Необычную магию Гард почувствовал заранее, она витала над маленьким трехэтажным зданием темно-сиреневым дымком. Её "запах" показался ему немного приторным, прохладным и сладковатым, но ничего неприятного он в нем не нашел, а через минуту и вовсе перестал ощущать, приняв как что-то естественное.
   -- Мэтр, а почему у некромантов такое маленькое здание? Им ведь для ритуалов нужно довольно много места, а тут ещё и морг.
   -- То, что ты видишь - только апартаменты заведующего кафедрой, все основные помещения находятся под землей. К тому же на данный момент у нас только шесть практикующих некромантов и ни одного ученика этой школы, так что много места им не нужно.
   Унгардерен заменил, что приближаясь к зданию мэтр побледнел и у него появилась одышка, его сила реагировала на некромантию плохо. В голову парню пришел ещё один вопрос, но озвучить его он не успел - они зашли внутрь.
   Внутреннее убранство здания тоже разительно отличалось от всего, что Унгардерен уже видел в Университете, но не в сторону темноты и мрачности, которые согласно существующим в обществе предубеждениям, должны сопровождать эту науку, а совсем наоборот. Из цветов в помещении преобладали белый и светло-зеленый, а мебель, та вообще была такой, такой! Ничего подобного Гард даже представить себе не мог: утонченность, красота и изящество делали каждый предмет в комнате произведением искусства.
   В результате, вместо того чтобы усесться на стул, Унгардерен наклонился над ним и, ахая, стал рассматривать выполненные талантливейшими мастерами узоры, словно картину.
   Донек только усмехнулся. За спиной парня раздалось вежливое покашливание, он подскочил и обернулся, чувствуя как лицо приобретает бурячный оттенок. И ахнул ещё раз: перед ним стоял самый настоящий эльф. Как и полагается, гибкий, высокий, без определенного возраста, черноволосый и голубоглазый. Правда, вопреки расхожему мнению, что у всех эльфов волосы должны быть длинными и прямыми (дань какой-то традиции), именно этот эльф был довольно коротко подстрижен и (о, кощунство!) волосы у него немного вились.
   Необычное убранство комнаты сразу же стало понятным. Конечно, только эльфы, известные на весь мир своей способностью все доводить до совершенства могли создать такое.
   Но что он здесь делает? Эльфы естественно покидают Элледеран время от времени, но поселяются за его пределами очень редко. Да и некромантию никогда не практикуют, потому что...
   -- Добрый день, мэтр Нирелен. Не могли бы вы уделить нам полчаса своего времени и предоставить для одного ... э-э, эксперимента два-три тела? Да, позвольте представить: это мой ассистент, Унгардерен. Гард, это заведующий кафедрой некромантии, мэтр Нирелен.
   ... у них некромантия запрещена законом.
   Эльф - некромант?! Вот это да!
   Дело в том, что в Элледеране эта область магии не просто вне закона, занятия ею приравниваются к тягчайшим преступлениям, таким как государственная измена и караются однозначно - смертью.
   А тут - эльф-некромант...
   Унгардерен невежливо уставился на мэтра, но тот видимо привык к такой реакции. Он просто вздернул бровь и ответил парню таким же откровенным взглядом, будто предлагая задавать вопросы, если они есть. Вопросы моментально исчерпались, зато мозаика на полу стала вызывать необычайный интерес. Эльф спокойно обернулся к Донеку.
   -- Вам нужны тела какого-то определенного возраста, пола, расы? В хорошем состоянии или все-равно?
   -- Абсолютно все-равно. Только, чтобы не шокировать мальчика, - метр с намеком покосился на Гарда.
   -- Отдельное помещение, инструменты?
   -- Нет, совсем ничего. Даже переносить тела оттуда, где вы их храните не надо. Мы... не будем проводить с ними никаких манипуляций. Нам нужно только посмотреть.
   Если такое заявление и удивило эльфа, то он ничем этого не показал, а просто кивком предложил идти за ним в подвалы. Вот это было настоящим классическим логовом некроманта. Каменные залы освещенные только факелами, сырые и холодные. Проходя зал для ритуалов мэтр Донек побледнел еще больше, а на его лице выступил пот. Унгардерен посмотрел на него с сочувствием. Сам он, напротив, ощущал какой-то подъем, прилив сил. Правда, кроме этого было ещё напряжение, но не четкое, едва уловимое.
   Наконец они вошли в длинную комнату и Гард с удивлением стал рассматривать... большие прямоугольные аквариумы. Пока не понял, что именно в них хранят покойников. Почему-то мысль о том, что придется прикасаться к мертвецу, плавающему в этой зеленоватой жиже была более неприятной, чем мысль о скелете или хотя бы сухом трупе. А тут мало того, что мертвые, так ещё холодные и липкие.. Фу!
   Мэтр Нирелен повернул несколько рычагов на стене и аквариумы опустились на пол, а тела остались лежать над ними на ровных столах.
   -- Вас оставить?
   -- Да, пожалуйста. - Донек прислонился к стене, стараясь незаметно отдышаться.
   -- Если что-то понадобится я на верху.
   Эльф вышел за дверь, напоследок задержав на Унгардерене внимательный взгляд.
   -- Ну и... что мне делать?
   -- Тоже, что ты делал в пещере. Подойди к телам поближе, прикоснись.
   Гард посмотрел на покойников и остановил свой выбор на молодом парне, приблизительно его возраста. Явных следов насилия на нем не было, казалось, что он просто спит. Подойдя к столу, Унгардерен замер в ожидании, но ничего не произошло. Тогда он заставил себя взять покойника за руку. Снова ничего.
   -- Ну что? - не выдержал Донек, который внимательно наблюдал за его действиями.
   -- Не знаю. Но мне кажется, что мы не то делаем. Понимаете, охотника я с самого начала чувствовал, а здесь ничего. Может я действительно могу получать информацию только от призраков и тело тут не причем? Или дело в том, что охотник был колдуном, и так произошло исключительно из-за его силы.
   Для чистоты эксперимента, Донек заставил Унгардерена подойти и к другим трупам. Двое мужчин почему-то были без рук, а на пожилой женщине, тело которой было неестественного красноватого оттенка он почувствовал остатки магии, но больше ничего интересного.
   -- Ладно. Тогда идем отсюда.
   Гард даже удивился, что колдун не предложил ему попробовать ещё чего-то этакого, но видимо ему здесь действительно было очень худо. По крайней мере наверх он шел гораздо быстрее, чем спускался сюда.
   -- Возможно ты прав и дело именно в духе, - бормотал он скорее для себя, чем для помощника, - но тогда... Что мы делаем тогда?
   Мэтр Нирелен обнаружился сразу же, в приемной. И снова окинул Унгардерена внимательным взглядом, будто что-то искал.
   -- Вы быстро. Надеюсь, эксперимент прошел успешно?
   -- Увы. Но отрицательный результат это тоже результат. Мэтр, вы не будете против, если я присяду? - Эльф кивнул и Донек грузно опустился на стул. - Я хотел бы проконсультироваться у вас по ещё одному вопросу. Вы не могли бы внимательно посмотреть на мальчика и сказать, что видите?
   Нирелен послушно перевел на Гарда свои спокойные, как утреннее небо, глаза.
   -- Он закрытый стихийник.
   -- Закрытый?
   -- Да. Не имеющий доступа к источнику силы. Такое бывает. Он не сможет колдовать.
   -- Как интересно. А если я скажу вам, что он уже колдует?
   -- Это невозможно.
   Голос эльфа прозвучал категорично, но взгляд цепко ощупал парня ещё раз.
   -- Вы хотите сказать, что в Элледеране подобные способности не развивают?
   -- Когда закрыт доступ к источнику, их нет смысла развивать. Это все-равно, что пытаться восстановить пересохшую реку наливая в нее воду чашками.
   -- Хорошо, - мэтр задумался, потирая по привычке кончик носа. - Вот ещё что: когда в детстве Унгардерена проверяли, ему сказали, что попытки развить силу могут быть опасны для него. Что это значит?
   Эльф неопределенно пожал плечами:
   -- Что угодно. Возможно, его просто хотели предостеречь, скажем, в поисках силы прибегать к черным ритуалам. Да мало ли что.
   Унгардерен сам не понял, на чем основывалось это ощущение, ведь ни голос, ни выражения лица Нирелен не изменились, но он почувствовал - эльф солгал.
   -- Что вы имели в виду, когда сказали, что он уже колдует? - спросил некромант у Донека самым безразличным тоном, но Гарду это безразличие показалось деланным.
   Мэтр замялся. Он ещё не решил, что именно нужно рассказывать о своем помощнике. С одной стороны, ему с самого начала хотелось проконсультироваться с эльфами: всем известно, что они более сведущи в магии, чем люди. Но с другой стороны мэтр боялся, что если парень их заинтересует, они все-таки заберут его, как и предписывает закон.
   Нирелен был единственным эльфом, лишенным подданства Элледерана и с соплеменниками не общался, поэтому Донек и обратился к нему. Но сохранит ли он в тайне то, что услышит?
   Эльф продолжал ждать ответа на свой вопрос.
   Если бы мэтр обсудил это с Унгардереном, тот бы категорически запретил ему о себе рассказывать, но, обдумав все за и против, колдун пришел к другому решению и вкратце пересказал историю своего знакомства с парнем.
   Эльф слушал очень внимательно, а потом задал только один вопрос, адресованный Унгардерену:
   -- Как ты себя чувствовал после передачи силы?
   -- Не знаю. Я был в обмороке четыре дня, а потом -нормально.
   На мгновение непроницаемое лицо некроманта дрогнуло, и Гард отчетливо увидел, что эта новость его огорчила. "Ну ничего себе! - возмутился парень про себя. - Его больше обрадовало бы, если бы я умер?!" Нет, эльф явно ему совсем не нравился. Может, на его оценку повлияло то, что рассказывал мэтр Лерос, но Унгардерен почему-то воспринимал эльфа как потенциального врага.
   -- А сюда вы пришли затем, чтобы попробовать повторить этот опыт. - Нирелен не спрашивал, а утверждал. - В таком случае я рад, что у вас ничего не вышло. Это очень рискованный эксперимент, для юноши он мог закончиться как угодно. Я просто поражен, мэтр Донек, что вы подвергли своего помощника такому риску!
   Мэтр поморщился, но отвел глаза:
   -- Бросьте, риск был минимальный. Если ничего не случилось при его взаимодействии с макшуром... К тому же сегодня мы даже дух не призывали, а пробовали не произойдет ли контакта при простом взаимодействии с телом. Жаль, конечно, что нет, это настолько упростило бы дело...
   -- Вы хотите заставить его контактировать с духом?!
   На этот раз некромант даже не попытался скрыть эмоции, вскочил и отошел к окну.
   -- Мэтр Нирелен, я ни в коем случае не подвергну Унгардерена ненужному риску. Но если он научится управлять этой своей необычайной способностью, вы понимаете, какие это откроет возможности для него самого, для нас всех, для развития магии?!
   Эльф ответил Донеку взглядом, в котором смешались жалость и презрение, но мэтр, воодушевившись своими планами, этого не заметил.
   -- Но для того, чтобы все прошло благополучно, я прошу вас о помощи. Позвольте Унгардерену присутствовать при обряде вызова духа.
   Некромант так сверкнул глазами, что из них едва не посыпались молнии. Гард понял, что сейчас их пошлют куду подальше и ощутил огромное облегчение. Но Нирелен вдруг улыбнулся кончиками губ, с упреком покачал головой и поинтересовался совершенно нормальным тоном:
   -- Вас бесполезно отговаривать? Если я вам откажу, вы проведете обряд сами?
   -- Именно. Хотя, не буду скрывать, что призыв духа - не моя специализация.
   Эльф вздохнул:
   -- Ну что с вами делать? Это просто шантаж, но я вам помогу. Исключительно, чтобы не терзаться, когда вы наделаете непростительных ошибок!
   Мэтр Донек неподдельно обрадовался:
   -- Прекрасно! Благодарю вас, Нирелен! В таком случае мы вернемся сегодня вечером и...
   -- Нет, не сегодня, - перебил его некромант. - Не сегодня. Мне нужно все подготовить. Вы прекрасно знаете, что в силу некоторых обстоятельств большинство духов, с которыми я работаю, довольно агрессивны. Так что вам придется подождать, пока я подберу что-то подходящее. Но, как только случай представится, я вам сообщу.
   -- Да, конечно вы правы. - Было видно, что отсрочка расстроила Донека, но он не стал спорить с эльфом, который и так не горел желанием помогать.
   Уже прощаясь, Нирелен заметил:
   -- Все-таки магия смерти очень вредна для вас, мэтр. Может, вам не стоит присутствовать на обряде?
   Донек хотел было возмутится, но эльф остановил его взмахом руки.
   -- Дело конечно ваше, но... из вашей затеи может ничего не выйти. Стоит ли подвергать себя напрасной пытке? К тому же, во время обряда вы почувствуете себя намного хуже, чем сейчас, и будете не в состоянии за чем-либо наблюдать.
   Колдун нахмурился, но ничего не смог возразить. Он и сам над этим думал. Это было ещё одной причиной, по которой он хотел заручиться помощью некроманта: не был уверен, что сможет сделать все как следует.
   -- Пусть ваш помощник приходит один, - предложил Нирелен, уловив его сомнения. - В случае чего, мне будет легче откачать одного, чем двоих.
   -- Посмотрим, - уклончиво ответил Донек.
   Почти весь обратный путь они проделали молча. Метр чувствовал себя действительно скверно и даже шел с трудом, а Унгардерен просто не хотел разговаривать. Визит к некроманту оставил в его душе неприятный осадок. Он злился на Донека за то, что он нарушил слово и рассказал о нем. И кому? Эльфу!
   Гард давно заметил, что у мэтра есть мерзкая привычка сообщать важные и неприятные факты в последний момент. Вот и о том, что ему возможно придется рассказать одному нужному им человеку кое-что из их планов, он упомянул уже по пути сюда. Но о том, что этот "кое-кто" эльф, даже не упоминалось!
   Допустим, у мэтра не было причин принимать этот факт во внимание. Он ведь не знает, что после разговора с Леросом парень их заочно побаивается. Но рассказал-то он не что-то, а практически все! Ну кто его просил?! Ему же человеческим языком объясняли!
   Получается он только сделал вид, что понял, а на самом деле дал обещание чтобы добиться от Унгардерена согласия, и сразу же о нем забыл.
   Как далеко маг готов зайти в своих исследованиях? Принимает ли во внимание, чем эти исследования могут закончится для него, Унгардерена? Или считает, что он - ценный материал, который нужно использовать по максимуму на благо науки? Сразу же представилось, как в разговоре с кем-то похожим на мэтра Нирелена он называет его "объектом исследования" или "наблюдаемой единицей". И тон, тот же самый деловой тон, которым он обсуждал с некромантом характеристики необходимых покойников. Гарда передернуло.
   Что же касается эльфа, то Гард мог поклясться, что тот сказал им не все, что знал. Его поведение вообще показалось парню странным. Он вел себя... Как бы точнее выразится? Как заинтересованное лицо. Впрочем, это был первый чистокровный эльф, какого он видел, поэтому трудно судить. Кто знает, какое поведение у них считается нормальным? Единственное, что Унгардерен знал точно: ему хотелось, что бы подходящего мертвеца некромант так никогда и не нашел. После всего услышанного общаться с духами ему было страшно. А если представить, что делать это придется в подвале, наедине с трупом и эльфом - так вообще. Смешно сказать, но именно соседства Нирелена он боялся больше.
   Мечты Унгардерена сбывались почти две недели. От некроманта не было никаких вестей, в связи с чем мэтр Донек с каждым днем все больше становился раздражительным и нервным. Адаптация заклятий по-прежнему не удавалась, из-за этого мэтр задерживал ежемесячный отчет, который он должен был подавать королю. Это тоже его немыслимо злило.
   -- Чтобы я, с моим-то опытом, да не смог?! Все равно должен найтись способ! - буянил он последние несколько дней. Эта фраза стала второй по повторяемости, почетное первое место занял монолог о безответственных и необязательных некромантах, который могли дословно процитировать все обитатели дома.
   Чем больше портилось настроение мэтра, тем лучше оно становилось у его помощника. И чтобы не портить его, дома Унгардерен старался бывать как можно меньше.
   В городе проводилась неделя весенних праздников и ярмарок, так что вопрос куда пойти и чем себя занять не возникал. Приезжие циркачи и актеры давали по несколько представлений в день, соревнуясь друг с другом, каждый вечер небо озаряли фейерверки, то взлетая, как птицы, то распускаясь, словно цветы.
   Сидя в маленьких уютных кабачках, парень с наслаждением слушал приезжих музыкантов и улыбался в ответ на улыбки танцовщиц. Его молодая душа, как шелушу, стряхивала с себя заботы, и вырвавшись из четырех стен тянулась к ярким огням, веселью и радости.
   Немного огорчало только то, что наслаждаться этим праздником жизни приходилось в одиночестве. Сейчас Унгардерен в полной мере ощутил, как ему стало не хватать приютских друзей. Ему даже померещилось однажды, будто из толпы его позвала Мьянка. Он оглянулся но, естественно, никого не увидел.
   Завести друзей в Тио у него не получилось. Времени не было, да и знал он, кроме Мэтра Донека только магов, самому молодому из которых было уже за сто пятьдесят. Правда, на кафедре боевой магии, где он числился, учились и работали молодые люди, но он был там всего два или три раза. Сначала к нему отнеслись как к диковинке: полукровка, который учился у орочьих шаманов (так мэтр объяснил происхождение его сил), а потом просто забыли. Вот и шатался он по городу один.
   И буквально везде натыкался на некроманта.
   Сначала это казалось совпадением, потом - забавным совпадением. Посудите сами: семь месяцев он этого эльфа не знал и в глаза не видел, а только познакомились - стал натыкаться на него практически везде. Но через какое-то время это стало казаться Унгардерену странным, очень странным. Он что, нарочно за ним ходит? Следит? Но зачем? Да и кто так следит? Уж эльф, тем более чистокровный, может при желании стать незаметнее воздуха, а Нирелен даже не пытался скрыть своего присутствия.
   Словом, некромант будто нарочно его нервировал, в то время, как Унгардерен старался о нем забыть.
   Когда неделя праздников закончилась, Гард ещё раз посетил мэтра Лероса. Призраку хватило одного взгляда, чтобы увидеть все, что произошло с парнем со дня их встречи и подтвердить его худшие опасения:
   -- Можешь даже не сомневаться, Нирелен тебя раскусил. Эльфы живут намного дольше нас, людей, и ничего не забывают. Они прекрасно помнят древних и с одного взгляда могут узнать того, в ком их сила и кровь.
   -- Мне нужно его опасаться?
   -- Боюсь, что да. Обычно эльфы к таким как ты довольно лояльны, потому что вы не можете воспользоваться своей силой и совершенно безвредны для них. Но ты - исключение и он теперь это знает.
   -- Да, спасибо вам, мэтр Донек. - пробурчал Гард.
   -- Не обвиняй его, он действительно нашел единственного некроманта, который никому не расскажет о тебе. Местным колдунам - потому, что он эльф, а эльфам - потому что на родине он вне закона. Хотя у этого народа своеобразное понятие обо всем на свете и о преданности родине в том числе. Честно говоря, я даже представить не могу, как он поступит.
   Затем они перешли непосредственно к занятиям. Лерос объяснил, как можно почувствовать телепата, сосредоточенного на тебе, и в общих чертах рассказал, как Унгардерен должен управлять собственным мысленным потоком.
   -- Для тебя это жизненно важно, ты обязан контролировать то, что твориться у тебя в голове. Ты принял в себя не только чужие воспоминания, но и часть личности, которая могла быть полной противоположностью тебе. Древние никогда не допускали случайных слияний, потому что конфликт личностей мог привести к сумасшествию, но раз с тобой такое случилось, в первую очередь ты должен научится отличать какая мысль или эмоция принадлежит именно тебе. Те же, что исходят от охотника, внимательно анализируй, прежде чем принимать или подавлять. Так ты сможешь контролировать процесс вашего становления одним целым.
   Домой в тот день Унгардерен вернулся уже под вечер и тут же получил нагоняй за то, что не сказал, куда ушел. "Вот так оно, наверное, иметь родителей", подумал парень с досадой.
   Когда же Гард сообщил, что провел весь день у Лероса, мэтр почему-то обиделся ещё сильней.
   Скорее всего, вечер так и прошел бы в молчании, если бы его не испортил посыльный от мэтра Нирелена, который все же пришел. Некромант сообщал, что ждет Унгардерена в полдесятого вечера.
   Мэтр расцвел. За эти две недели он достаточно подробно объяснил Унгардерену, что представляет собой обряд призыва духа и как его проводят и теперь начал допрашивать его с старческой дотошностью, проверяя ничего ли он не забыл.
   Гард нервничал и, хотя помнил все прекрасно, отвечал невпопад. Ему не хотелось думать о предстоящем и он решил соскользнуть на другую тему.
   -- Мэтр, я давно хотел спросить, зачем в Университете хранят мертвецов? Для экспериментов? И откуда их берут в таком количестве? Я не думаю, что родственники этих людей добровольно позволяют их забирать для таких целей, вместо того, чтобы похоронить.
   -- Опытов над покойниками в Университете ставят не так уж и много. Обычно для этого берут тела бродяг или преступников, которых хоронят за счет города. Близких, как ты понимаешь, у таких людей нет или они давно от них отреклись.
   Но это не контингент мэтра Нирелена. Он работает только с богатыми людьми и правительственными службами. Ты не поверишь, но родственники "клиентов" мэтра Нирелена сами привозят к нему тела и за его услуги очень много платят.
   Унгардерен уставился на мэтра, ничего не понимая.
   -- Кафедру некромантии финансирует не Университет, а служба правопорядка. Все те мертвецы, которых ты видел, умерли не своей смертью. Некоторым отойти в лучший мир помогла магия, а другие просто погибли, но по какой-то причине найти виновного или доказать вину подозреваемого в ходе расследования не удается. Так вот, если родственники погибшего достаточно богаты, они могут заплатить некроманту и он узнает о случившемся, так сказать, от первого лица. Или оплата идет из городской казны, если дело государственной важности.
   Мэтр ещё что-то говорил, но Гард уже не слушал. Он опять почувствовал себя так, словно его обманули и подставили. Мало того, что он должен вступить в контакт с духом, не смотря на то, что это опасно, так ему еще подсовывают дух человека, умершего насильственной смертью, а значит, скорее всего, настроенного не очень дружелюбно.
   Эльф что-то говорил про "агрессивных духов" с которыми ему обычно приходится работать, но тогда Унгардерен не понял, что он имеет в виду.
   Но самое главное - Донек считает, что предупредить его об этом не обязательно! Мелочь, ничего не значащая деталь! Он даже не вспомнил бы об этом, если бы Гард не спросил.
   "Вот тебе и ответ, во сколько он ценит твою безопасность", подумал парень с горечью, но тут же сам на себя разозлился.
   А нечего тютей быть! Думать о себе нужно самому, а не от кого-то поблажек ждать. Расслабился, поплыл по течению, вот и приплыл.
   Шагая по вечернему парку к кафедре некромантии Унгардерен решил, что никаких усилий для того, чтобы вступить в контакт с духом, прилагать не станет. Наоборот, будет держаться как можно дальше. Заставлять его некому: мэтр долго сомневался, но в конце концов решил не идти, а эльф и сам от всей этой идеи не в восторге. А потом, если Донек придумает ещё что-то эдакое, придется с ним серьезно поговорить. О том, к примеру, что ассистент - это не безгласная собственность и собственная жизнь ему куда дороже всяких призрачных перспектив.
   Репетируя мысленно гневные тирады парень незаметно дошел до места. Знакомая магия смерти появилась в воздухе и Унгардерен сразу же почувствовал себя намного увереннее и спокойнее. Странно, но ночью она стала как будто бы сильней. Сила, витающая вокруг здания, пульсировала и светилась сапфировым светом.
   -- Так и будешь любоваться или зайдешь?
   В приюте многие пеняли Унгардерену, что он подкрадывается бесшумно и пугает своим внезапным появлением. Парень отбрасывал все обвинения, просто не понимая, как приближение семидесяти килограмм можно не услышать. Может из-за того, что кроме эльфийской манеры двигаться у него был ещё и эльфийский слух?
   Но сейчас он смог, наконец, оценить, насколько это неприятно. Он совсем ничего не слышал, а эльф стоит у него просто за спиной!
   -- Пойдем, время уходит. - подтолкнул его некромант.
   Донек упоминал, что некроманты стараются проводить свои обряды в наиболее благоприятные для этого периоды. Могут, конечно, и в любое другое время, но результат получается более слабым, а сил требуется больше.
   -- Мне показалось, что аура этого места изменилась.
   -- Естественно, - ответил эльф, - сейчас цикл.
   Они прошли темную приемную и не зажигая света стали спускаться вниз.
   -- Ты ведь видишь в темноте? - запоздало спохватился Нирелен, когда они уже почти спустились.
   -- Не так, как эльфы, но гораздо лучше людей.
   На этот раз в морг они не пошли, а остановились в зале для обрядов. Тело ещё не старого, но словно высохшего мужчины лежало на полу. Круг, очерченный вокруг него, был замкнутым только снаружи, изнутри от него отделялась линия и закручивалась спиралью. Линии, заряженные силой, светились и притягивали взгляд, но стоило засмотреться и они словно оживали, начинали кружиться, затягивая сознание внутрь.
   -- Отвернись! - Гард вздрогнул, услышав гневный окрик эльфа, и сразу же отвел глаза. - Ещё рано. Лучше отойди в сторону, а когда будет нужно, я тебя позову.
   Парень послушно отошел обратно к двери. Он ведь так и планировал - держаться подальше. Хотя обряд помимо воли вызывал любопытство. Например, почему так тихо? Ведь эльф уже призывает силу, это даже спиной чувствуется! Где же заклятия, которые должны его сопровождать? Страх, принципиальность и обида на Донека боролись в нем с врожденным любопытством.
   -- Подойди. - Голос Нирелена звучал по-загробному ровно и тихо.
   Унгардерен обернулся и не смог сдержать удивленный возглас, хотя к чему-то подобному был готов. Над телом мужчины парил дух. Он не имел формы и постоянно менялся, но для послесмертий это нормально. Более странным Гарду показалось, что дух меняет цвет. Цвет - это отпечаток ауры, он не сильно меняется даже при жизни человека, а если такое случается, то только за большой период времени, как результат произошедших в жизни перемен и совершенных человеком дел. Аура отражает чувства, которые мы испытываем наиболее часто.
   Дух - это портрет ауры человека на момент его смерти, он уже не способен меняться. Все это Унгардерен знал, поэтому и был так удивлен.
   Он бросил вопросительный взгляд на эльфа, но тот ничего не ответил, просто стоял с полуприкрытыми глазами и что-то беззвучно произносил.
   Гард сделал несколько осторожных шагов к кругу. Прислушался к себе. Да, призрака он ощущал, но круг закрывал от него достаточно надежно. А может и не круг, в любом случае он чувствовал чужое присутствие не внутри себя, как это было в пещере, а, как и всю магию мира, снаружи, и был абсолютно уверен - внутрь это не попадет.
   -- Подойди ближе. - Эльф с неожиданной силой схватил его за запястье и притянул к себе. Ногти впились до крови, глаза встретились, и от того, что промелькнуло во взгляде некроманта, Унгардерен испугался по-настоящему. Холодная, обреченная решимость.
   По-прежнему глядя эльфу в глаза, Гард отскочил в сторону, зажимая кровоточащие царапины на запястье второй рукой. Стена, отгораживающая его от мира дрогнула, накатилось знакомое головокружение. В панике он сделал ещё несколько шагов назад, споткнулся об что-то и повалился на спину, уже чувствуя, как его разум наполняется чем-то чужим. Последнее, что он видел - лицо эльфа, неотрывно наблюдающего за ним напряженным взглядом, но продолжающего неподвижно стоять.
   То же лицо стало первым, что он увидел, когда глаза наконец-то снова открылись. Он лежал на холодном каменном полу, а вокруг него вились кольца силы, сияющей сапфировым светом. Это единственное, что было хорошо. Голова не болела, и даже не раскалывалась - она разрывалась изнутри!
   -- Соберись, сосредоточься на силе и проведи ее по телу, мысленно задерживаясь на тех местах, где чувствуешь боль.
   Слова "соберись" и "сосредоточься" с его нынешним состоянием никак не вязались и сначала Гард просто отвернулся от эльфа, намереваясь умереть, полностью его игнорируя. Но смерть не приходила, а боль не уходила и Унгардерен понял - придется делать невозможное.
   Сила смерти слушалась его удивительно легко. Внутри тела она ощущалась как прохладная черная река, вечно голодная и все в себя всасывающая, нужно было просто показать ей, что именно забрать, а потом осторожно выпустить её на волю.
   -- Полегчало? Сможешь идти?
   Унгардерен кивнул и даже сам поднялся, демонстративно не замечая протянутую для помощи руку. Нирелен отреагировал на это по-эльфийски - никак.
   В приемной Гард плюхнулся на тот же стул, который в прошлый раз облюбовал мэтр Донек. Ему в руки попытались сунуть бокал с каким-то напитком, но он отпрянул будто от яда и в этот момент его прорвало:
   -- Вы что, убить меня решили?! Что я вам сделал?
   Некромант нисколько не смутился, а лишь вопросительно изогнул бровь.
   -- Разве я говорил тебе заходить в круг? Или силой в него втаскивал?
   -- Вы вцепились в меня! И поцарапали мне руку! - Гард даже поднял ту самую руку, чтобы показать запястье, но желаемого эффекта не добился: на месте ранок едва виднелись беленькие следы. Проклятая эльфийская регенерация! Эльф снисходительно улыбнулся.
   -- По-твоему я должен был до утра ждать пока ты соизволишь выйти из ступора и подойти?
   Некромант был прав и Унгардерен почувствовал себя не так уверенно.
   -- А если ты с самого начала не хотел участвовать в обряде и пришел только чтобы не злить Донека, то так и нужно было сказать.
   Выражение лица парня стало Нирелену лучшим ответом. Эльф снова протянул ему бокал и на этот раз Гард не стал отказываться. Там оказалось вино, очень хорошее, наверное, тоже эльфийское.
   Молчание затягивалось. Унгардерена подмывало спросить, что некромант собирается с ним делать, а тот, кажется, сам ещё этого не знал.
   -- Вы следили за мной, - неизвестно зачем сообщил парень эльфу.
   Тот не стал спорить, а просто поправил:
   -- Не следил, а наблюдал.
   -- И что высмотрели?
   -- Ты не понимаешь себя и своей силы. Хотя это дело времени, ещё успеешь понять.
   -- А вы понимаете? Тогда объясните, отчего мне сегодня было так плохо? Или вы все-таки подстроили это нарочно, хотели меня убить, но что-то не прошло?
   -- Если бы я хотел твоей смерти, ты бы уже умер, - пришлось признать, что это веский аргумент. - А подтолкнуть тебя пришлось, потому что удерживать духа сложно, а сам ты не торопился проводить обряд.
   Унгардерен посмотрел на запястье и неожиданно понял:
   -- Чтобы открыться, нужно просто пролить немного крови. Моей.
   -- Конечно. Ты даже этого не знал? А плохо тебе было, потому что нельзя объединять сознание с духом сумасшедшего.
   Парень взвился:
   -- Да вы...! Да я же мог... Правду говорят, что эльфы - просто бездна коварства!
   В ответ на последнюю фразу Нирелен улыбнулся, будто ему сделали изысканный комплимент.
   -- Во-первых, я сам не знал до того, как его вызвал. Я выбирал человека, умершего в результате естественных причин и никто не сообщил мне о его душевном нездоровье. Во-вторых, я изгнал его сразу же, так что никакого вреда он тебе не нанес.
   -- А с чего вы вообще надумали помогать мне? - буркнул Гард. - Стоял я спокойно под стеночкой, никому не мешал.
   -- Мне до конца не верилось в то, что рассказал Донек. Захотелось самому убедиться.
   Парень открыл рот, глотнул воздуха, как рыба, и закрыл назад. Ну какие тут могут быть комментарии?! Просто слов подходящих нет! Все маги, что люди, что эльфы, законченные садисты! Экспериментаторы!
   Некромант, полностью игнорируя его состояние, налил себе ещё вина.
   -- Все это мелочи. Важный вопрос, что делать дальше. Ей богу, проще было дать тебе умереть.
   Такой вариант Унгардерен даже не рассматривал, а чтобы отвлечь от него внимание эльфа пошевелил мозгами и выдал:
   -- Может, ничего не делать. Скажем мэтру Донеку, что ничего не получилось.
   -- А он скажет: ну и ладно! Не очень-то и хотелось! - Нирелен посмотрел на него как на идиота. - Ты глупостей не говори.
   На самом деле Гард и сам уже достаточно знал мэтра, чтобы поверить в простой исход дела. Его девиз: что не получилось в первый раз, а потом во второй и в третий, в тридцать третий получится обязательно. Упорство - наше все!
   Если сказать, что ничего не получилось, он не отступит, а начнет искать причины, возьмет все в свои руки и на следующий сеанс точно приползет лично, и в каком состоянии он не будет, хоть полутрупа, кульминацию действий не пропустит никак. А если сказать все как есть... Нет. Если от него сейчас отделаться невозможно, то тогда дело и вовсе будет труба.
   Унгардерен закусил губу, чтобы не взвыть от отчаяния. Ну что делать?!
   -- Ты можешь сказать Донеку правду, но не всю, - снова заговорил эльф, нахмурив лоб и внимательно разглядывая что-то на дне своего бокала. - Расскажи все, что было до контакта. Он ведь не знает, что ключевым моментом при проведении обряда является твоя кровь? - Гард интенсивно замотал головой. - Вот и чудесно. Скажешь, что присутствие духа ощутил, но вступить в контакт не смог. Пусть придумывает какие угодно причины: что нужно попробовать другой обряд, что подходят только души магов - соглашайся. Придешь сюда ещё несколько раз. Но пока я буду искать подходящий материал, подгадывать с подходящим циклом, может ещё несколько месяцев пройдет.
   -- А потом?
   -- А это от тебя зависит. Думай. Можешь начинать прямо сейчас. Со своей стороны могу дать тебе ещё один стимул.
   -- Какой?
   -- Если ничего не придумаешь, мне все-таки придется тебя убить. Ничего личного, просто я не могу позволить, чтобы такое оружие попало в руки человеческих магов. Сейчас - особенно.
   Налюбовавшись вдоволь побледневшим и судорожно дергающимся лицом парня, Нирелен рассмеялся:
   -- Я же пообещал, что дам тебе время, так что не спеши заказывать надгробную певчую. Может, тебе повезет: начнется война и всем станет не до тебя. И ещё одно - если собираешься что-то скрывать от Донека, советую снять эту штучку, - эльф указал на булавку, которая, по словам колдуна, укрывала его защитным полем. - Неплохая работа, вплетается в собственную ауру носящего ее объекта, но при этом сохраняет с создателем очень тесную связь. Поэтому создатель всегда может узнать, где находиться оберегаемый объект, чем он занят. Даже с кем и о чем он сейчас говорит.
   -- Что? - Унгардерен начал лихорадочно отдирать от себя булавку-шпиона.
   -- Не бойся. Здесь, - эльф обвел помещение рукой, - классическая магия не действует. Да и в других местах Донек не мог следить за тобой долго - просто не хватило бы силы. Но пусть это будет тебе уроком: если хочешь сохранить свои тайны научись проявлять недоверие ко всем и ко всему.
  
   Глава 6.
  
   Что-то происходило. Конечно в Тио, как и в любой столице, что-то происходило всегда, это вам не вечно спящая провинция. Здесь каждый день праздники, казни, прием прибывающих от других государств делегаций, кого-то убили, ограбили или застукали с чужой женой - жизнь кипит! Но именно поэтому у столичных жителей нюх на неприятности, они сразу подмечают в череде будничных событий те, которые предвещают настоящую беду.
   Вот уже которую неделю на рынках и по кабакам болтали, что дело явно идет к войне. Приезжие, случайно услышавшие это недоумевали: с чего вдруг такие сплетни? Но видавшие виды местные жители знали с чего.
   За последний год король Ньят четыре раза отправлял к эльфам посольства и это учитывая, что с остроухими Гидия уже давно едва ли не на ножах. Опять же, слишком часто стали мелькать при дворце приграничники со срочными депешами, а приезжающие со стороны границы с орками купцы, все как один жалуются, что проходу нет от раскосых: те с насиженных мест как крысы бегут.
   -- Им-то что? - удивилась Лорес, имея в виду купцов. Каждое утро она вместе с Унгардереном выслушивала ворох новостей, которые Ниса приносила с рынка. Вот и сейчас парень вместе с информацией поглощал свой завтрак, пока Лорес мелко крошила капусту для пирогов, а Ниса выкладывала свои покупки на стол.
   -- А то. Раскосые хоть и полукровки, а плодятся как орки, в каждой семье выводок - не меньше десятка. Вот они и стараются к какому-то купцу подкатить, мол, пожалейте детей, довезите до ближайшей заставы! А кому она нужна, такая забота? Тащить за собой этот табор, да ещё, может, кормить.
   -- Но почему они бегут? - скорее подумал вслух, чем спросил Унгардерен. Девушка пожала плечами.
   -- Люди говорят - это верный знак того, что начинается война.
   Продолжить разговор не дали кухонные часы - громким щелчком они напомнили парню, что уже девять и он, спешно закончив завтрак, пошел в лабораторию к колдуну.
   Мэтра Донека городские сплетни сейчас мало волновали, равно как и что либо другое - его работа наконец-то сдвинулась с мертвой точки. Они с Унгардереном опять жили в сумасшедшем режиме, недосыпая и недоедая, как в самом начале, только теперь их роли поменялись: Донек составлял формулы будущих заклятий и испытывал их, а Гард обязан был описывать сам процесс и результаты.
   Вот и сейчас мэтр уже был на месте и что-то шкрябал в тетради. Парень поморщился: он вел записи аккуратно и по возможности упорядочено, чтобы потом не приходилось разбираться и переписывать, а у мага почерк был просто отвратительный.
   -- Ты опоздал, - возмутился мэтр. Несправедливо возмутился, потому что накануне они договорились собраться именно к девяти. Но Унгардерен покорно извинился, забрал у мэтра тетрадь и сразу же приступил к работе. Тому, что Донек сейчас не способен думать не о чем другом, он был только рад.
   С тех пор, как удалось найти ключик к заклинаниям охотника, он не требовал от Гарда, что бы тот продолжал опыты с некромантом и парень ему об этом не напоминал.
   Сегодня колдун готовился испробовать новое заклинание, направленное на дезориентацию противника в пространстве. В первую очередь он проверил заранее начерченный на полу круг накопитель. Конечно, это заклятие требовало не так уж много сил, но зачем их тратить, если можно обойтись без этого? Круг был полностью заряжен, а "противник" - тощая черная курица, покорно ожидала своей незавидной участи в клетке.
   Мэтр вступил в круг, подождал несколько секунд, позволяя своей силе слиться с накопленной, затем сфокусировался на "противнике" и начал читать заклятие. Повинуясь, сила потекла к курице тоненьким ручейком, а достигнув цели, стала вплетаться в её ауру, насыщая и изменяя её. Птица, которая до этого вела себя в высшей степени флегматично, встрепенулась, закудахтала и стала биться о прутья клетки.
   "В результате воздействия, подопытный объект начал проявлять немотивированное беспокойство и осуществлять нелогичные, противоречащие инстинкту самосохранения, действия, влекущие за собой получение физических увечий", тут же записал Унгардерен.
   "Этап второй: проверка на существах, способных оказать магическое сопротивление..."
   Осторожный стук в дверь и для мэтра и для его помощника стал неожиданным. Их никогда не беспокоили во время работы. Унгардерен посмотрел на часы - без четверти десять.
   -- Что такое? - раздраженно спросил маг. - Я же предупредил, что для всех занят!
   -- Письмо, мэтр, - голос У Лорес был виноватым и испуганным. - От короля.
   Гард удивился, а вот придворный маг выглядел только крайне раздосадованным. Это были, пожалуй, единственные слова, способные заставить его отвлечься, но, очевидно, ни одно дело, даже королевское, он не считал достойным такой жертвы.
   Все с тем же недовольным видом он открыл дверь и взял у служанки письмо, прочитал его и помрачнел еще больше.
   -- Что-то случилось, мэтр?
   -- Случилось. Поработать нам сегодня не удастся. По мнению его величества, наше присутствие сейчас требуется в другом месте. Собирайся. В одиннадцать нам предписано явиться на кафедру боевой магии.
   -- Мне тоже идти с вами?
   -- Да.
   Разузнать что-то ещё не получилось, так как Донек сам ничего не знал. В письме было три строчки указаний и никаких объяснений. Просто кому куда явиться и когда. Мэтр внезапным вызовом был недоволен, а Унгардерен изнывал от любопытства с тревогой пополам: тот, кто что-то скрывает, в любой неизвестности видит повод для тревоги.
   На кафедре боевой магии к их приходу уже собралось шесть человек. Четырех он знал: мэтр Споро, заведующий кафедрой, беседовал о чем-то с молодым, но очень важным господином, а три ассистента - Лерар, Нокс и Мара стояли у стены. Рядом с мэтром Споро и неизвестным господином стояла еще одна незнакомая Гарду женщина с аурой сильного мага.
   Когда они вошли, незнакомец скользнул по ним взглядом и мэтр Донек сразу же отвесил ему глубокий поклон. Гард тоже поклонился, правда, с опозданием и не так почтительно, просто на всякий случай, а потом поинтересовался у колдуна шепотом, кто это такой.
   -- Король! - мэтр даже глаза закатил от его невежества.
   Но откуда ему знать в лицо короля! Кстати, надо хоть рассмотреть на будущее. Так значит, вот он какой. Довольно молодой, нет и сорока, высокий, русоволосый, магической силы нет.
   Ньят почувствовал, что его рассматривают и повернулся. Унгардерен сразу же отвел глаза. В комнате были стулья, но, из-за короля, наверное, сесть никто не решался. Гард тоже не стал наглеть, а отошел к стене и стал по соседству с другими ассистентами. Нокс и девушка его присутствие проигнорировали, а вот Лерар наклонился, чтобы выглянуть из-за них и приветливо кивнул.
   Донек присоединился к королю и другим магам, но все важное уже обсудили без него. Его величество только кратко ответил на несколько вопросов мэтра (Унгардерен отметил, что ответы Донеку не понравились) и обратился ко всем:
   -- Господа, я попросил вас собраться по очень важному поводу. - Ассистенты оторвались от стены, вытянулись по струнке и приготовились внимать. - Думаю, все уже слышали, что у нас снова проблемы на границе.
   "Война", чуть слышно шепнул своим соседям Лерар, но король его услышал и возразил:
   -- Нет, пока ещё не война. Но может статься, что это намного хуже. Что-то терроризирует пограничные земли, и это не вражеские войска. По собранным нами данным, на границе появилась новая нечисть. Есть подозрение, что этих тварей создали шаманы орков и то ли нарочно натравили на пограничные поселения, то ли не смогли удержать. Я обратился к мэтру Споро с просьбой отправить в форт Гуар отряд боевых магов, чтобы разобраться в ситуации на месте и позаботиться об этом существе или существах.
   -- Позаботиться? - Унгардерену показалось, что Ньят сделал на этом слове ударение.
   -- Уничтожить, - раздраженно пояснила ему Мара, но было видно, что причиной её нервозности является страх.
   -- Нет, - возразил король. - Разве что в самом крайнем случае. Ваша основная задача поймать её и доставить сюда. Мы должны знать, с чем нам предстоит иметь дело.
   -- А какого класса ориентировочно эта нечисть? - Осторожно спросил Лерар.
   -- Трудно судить, но сильная, очень сильная. Все имеющиеся данные я передал мэтру Споро, он ознакомит вас с деталями, но готовьтесь к тому, что она может оказаться сильней демона второго класса.
   Ассистенты дружно охнули, а Мара, глаза которой от испуга округлились, пролепетала:
   -- Но как же мы его сможем поймать?!
   Странная особа. Ну, где это видано, что король должен объяснять такие вещи боевому магу?
   Ньят тоже так подумал и выразительно посмотрел на мэтра Споро, намекая, что ему не внушают доверия специалисты, которых он подобрал. Но все-таки ответил:
   -- Именно принимая во внимание сложность задачи, я попросил собрать группу. С устранением нечисти мог бы справиться и один маг. К тому же, мы включили в группу ассистента мэтра Донека. - Унгардерен и колдун уставились на короля с одинаково глупым выражением на лицах. - Насколько мне известно, в его школе разработана техника, позволяющая пленить демона, и ему уже приходилось ее применять.
   Этот факт кроме короля и Донека был никому не известен и все присутствующие сразу же посмотрели на парня с новым интересом.
   -- Простите, ваше величество, но как же наша работа? - попытался возразить придворный маг, но король ответил ему тоном, пресекающим любую дискуссию:
   -- Я думаю, на данный момент это более важно, мэтр. Руководителем группы мэтр Споро порекомендовал мне назначить метрессу Караллу, что я и делаю. Подробнее в курс дела введет вас она.
   Метресса только кивнула присутствующим, кажется, кроме Унгардерена она со всеми была знакома.
   -- Удачи вам и скорейшего возвращения, - попрощался король Ньят. Все, как по команде склонились в поклоне. - Проводите меня, Донек.
   Когда дверь за королем и его придворным магом закрылась, атмосфера в помещении сразу же изменилась. Ассистенты рухнули на стулья, причем так дружно, что Гард чуть не съязвил по этому поводу, а заведующий кафедрой и метресса, напротив, подобрались и перестали скрывать свою озабоченность.
   -- Как вы понимаете, его величество изложил суть дела кратко и очень поверхностно, - заговорила Каралла. Голос у нее оказался низким и хрипловатым. - А кроме этой сути есть ещё несколько моментов, задачу нам, увы, не облегчающих.
   Во-первых, по следам нашей твари или тварей, точное количество неизвестно, но предположим множественное число, идет отряд орков с очень сильным шаманом. Может, они наблюдают за ней, направляют каким-то образом или сами хотят поймать - не важно.
   -- Нужно держаться от них подальше, - понятливо кивнул Лерар.
   -- Нет, его величество хочет, что бы мы нашли этот отряд и уничтожили. И обязательно захватили шамана.
   -- А его величество не слишком много хочет? - возмутилась Мара, как-то сразу утратив к коронованной особе всю почтительность. - Да никаких сил не хватит, чтобы удерживать всю дорогу от границы до Тио сильного шамана и демона. Мы же не эльфы какие-то, чтобы иметь их безграничный запас!
   -- Везти будем только демона, шаман живым нам не нужен. Но с этим связана вторая неприятная новость: с нами едет некромант.
   Тут возмутилась не только Мара.
   -- Какой гений это придумал? Мы же дохлые рядом с ним будем! Какое там колдовать!
   -- Это мэтр Нирелен! - Повысила голос Каралла, пытаясь перекричать ассистентов.
   К удивлению Унгардерена, эта новость их немного успокоила.
   -- Это ещё куда ни шло, - уже спокойнее заговорил Лерар. - Но нельзя как-то вообще без некроманта?
   Метресса покачала головой:
   -- Или тащить сюда живого шамана, что как вы сами заметили очень проблематично, или ехать с некромантом, чтобы он мог провести обряд там.
   -- Мы можем привести в столицу тело. - Терпеть соседство магии смерти им явно очень не хотелось.
   -- Нет. Это не простой орк, а шаман, почти маг, с ним и сразу после смерти работать никто не возьмется. А нам очень нужно узнать об этих созданиях все подробности: сколько их, где они, какие ещё существуют виды. Вы сами понимаете, ребята - если задачу нам ставит сам король, простой она быть не может.
   Маги промолчали. Все понимали, что с присутствием некроманта придется мириться.
   -- Здесь все ясно. Значит, переходим к демону. - Все дружно повернулись к Унгардерену. - Ты действительно сможешь создать ловушку? - Парень кивнул. - А потом её удержать? - Опять кивок. - И как долго?
   -- Да сколько угодно. Думаю, главной проблемой будет его туда загнать.
   Метресса, да и другие, смотрели на Гарда с легким недоверием. Он их даже понимал. Он вдвое моложе самого молодого из ассистентов и им трудно поверить, что у него уже может быть опыт охоты на демонов. А если вспомнить, что у него на счету только один демон и на того он свалился случайно, то можно сказать, что они правы. Но вряд ли стоит их об этом предупреждать.
   -- Да, нечисть действительно за милю чувствует заряженное магией поле, но, судя по данным, которые нам оставил король, этих тварей магия только привлекает, - заметил мэтр Споро.
   -- Но я не использую заряженные поля. Мне понадобиться обычный символический круг, на подобии шаманских, без каких-либо накопителей. Мы заманим в него тварь, я его активирую и захлопну.
   -- Ты стихийник? - поняла наконец метресса.
   Парень, для которого разговор о его силе уже стал больным местом, только кивнул.
   -- Что же, это действительно к лучшему. Остается решить, как мы будем его транспортировать. Впрочем, наймем повозку в форте...
   -- Это не понадобится, - возразил Унгардерен и чувствуя себя фокусником, показал монету с Гуроном, которую всегда носил на запястье. - Мы будем перевозить его вот так.
   Следующие полчаса Гард объяснял классикам принцип создания мини-мира, который они до конца так и не поняли. Но зато убедились, что от пятнадцатилетнего парня тоже может быть польза. А сам Гард узнал, как это приятно - хвастать перед более опытными людьми знаниями и достижениями, даже если понимаешь, что отчасти приписываешь себе чужие заслуги. Главное, что другие об этом не знают! Маги внимали ему с таким интересом, что Унгардерену то и дело приходилось себя тормозить, чтобы не сболтнуть лишнего.
   Добираться в Гуар решили телепортом. Университетские телепорты были достаточно мощными, чтобы переправить даже мага-ученика. Отправляться договорились на рассвете и все разошлись собираться.
   Унгардерен никогда не путешествовал, поэтому смутно представлял, что стоит взять с собой. Зато охотник в свое время странствовал много, и его память услужливо преподнесла список: смена одежды, деньги, оружие и набор подручных средств для ловли демона. Что ж, все это у него уже было - для того, чтобы показывать ритуалы Донеку пришлось закупить. Жаль только, что руки не дошли сделать собственные защитные и сигнальные амулеты. Да и умение управляться с Гуроном не помешало бы.
   Парень поймал себя на мысли, что предстоящая поездка его не пугает, а наоборот, вызывает легкий азарт. Может потому, что сам он о демонах ничего не знает, а во времена охотника их было как мух и он, в отличие от нынешних боевых магов, убивал их сотнями? Унгардерен точно знал - охотник демонов не боялся, а воспринимал как хищников, наделенных магией зверей, охота на которых была его ежедневным промыслом. Что там Лерос говорил о слиянии личностей? Наверное это оно, потому что таких эмоций от предстоящей встречи со смертельно опасным противником Гард, всю жизнь старающийся обойти возможные опасности, испытывать точно не мог.
   "Значит, после слияния я стану смелее", решил Унгардерен. "Или глупее. А потом, очень скоро, могу вообще стать таким же мертвым, достаточно вспомнить, как закончил этот храбрец. Нет, лучше всего для моей безопасности почаще пользоваться собственными мозгами".
   Мэтр Донек уже сидел в гостиной, и настроение у него было... странное. За все время их знакомства Гард ещё не видел его таким: мэтр сидел неподвижно и застывшим взглядом смотрел на чашку уже остывшего чая. Он выглядел погасшим, что ли. Заметив парня, он резко вскинулся и на его лице мелькнула гримаса боли и... вины.
   -- Тебе придется ехать, мальчик. Король остался непреклонен в этом вопросе.
   "Так дело в этом!". Унгардерен облегченно перевел дух и искренне улыбнулся:
   -- А вы надеялись удерживать меня в четырех стенах, пока я не состарюсь?! Ну уж нет. Я, кажется, уже говорил вам, что мечтаю попутешествовать? Да и опробовать новые навыки не откажусь.
   -- Унгардерен, тебе предложили не увеселительную прогулку! Это задание опасно даже для опытного мага.
   -- Бросьте, я же не один еду. К тому же я разумный трус и если тварь окажется действительно такой нереально мощной, предложу ей в качестве аперитива группу магов, а сам тем временем сбегу.
   "Надеюсь".
   -- О боже, да я не о нечисти волнуюсь, а о том, что ты едешь в приграничье! Это опасное место даже в мирные времена.
   Парня тронуло, что мэтр за него так переживает. Он этого не ожидал.
   -- Послушайте, вы сами сказали, что от нас уже ничего не зависит. Так стоит ли нервничать? Не подрывайте своим приступом пессимизма мой боевой дух!
  
  
  
  
  

Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com С.Панченко "Ветер. За горизонт"(Постапокалипсис) М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) В.Каг "Операция "Удержать Ветер""(Боевая фантастика) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) А.Емельянов "Тайный паладин"(Уся (Wuxia)) М.Шугар "Училка и хулиган"(Любовное фэнтези) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк) С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис) Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"