# Судьба-Полынь Книга Вторая Глава 40

Sba Морана,

Глава 40

Ильгар


Лимонами пахло очень сильно. Они лежали на столе, высыпавшись из развязанного мешка, желтые и красивые. От одного взгляда на них рот наполнялся слюной.

- Вашей жене будет полезно после такой долгой зимы, угощайтесь. Северяне их хранят в меду, нарезными кольцами, и готовы платить громадные деньги даже за один плохонький лимончик. Западнее, в Лоте, за каждый мешок идут жаркие

торги - иногда даже до рукоприкладства доходит! Но эти - лучшие, из моего личного сада. Кстати, вот еще кое-что для вашей прелестной жены.

Пара апельсинов появилась, будто по волшебству.

- Прямиком с берегов Кораллового моря. Слаще, сочнее фрукта не сыскать!

Ильгар одобрительно кивнул.

Напротив сидел смуглый мужчина, облаченный в толстый халат, вязаную шапку и обувь из валяной шерсти. Несмотря на близость жаровни с алыми углями, гость то и дело согревал дыханием озябшие пальцы, пил пряное вино. В бородке, заплетенной в косу, сверкали камни и костяные украшения. Тонкие, непривыкшие к грубой работе пальцы унизывали не перстни, как было принято у богачей в свободных землях, а кольца. Серебро и золото.

- В моем обозе имеется еще корица, перец, толченые водоросли, янтарь. Все это - вам.

Вино остыло, став довольно неприятным на вкус, но Ильгар все же сделал пару глотков, хотя и помнил советы тестя - не пить из чужой посуды, не садиться за стол с незнакомцами и уж подавно никогда не спешить соглашаться на сомнительные предложения. Несколько правил он уже нарушил за сегодняшний вечер, что ж...

- Я знал Нерлина с детства, и до сих пор еще не смирился с его смертью. - Врать приходилось, смотря прямо в глаза собеседнику, и казалось Ильгару, что тот улавливает фальшь в каждом слове. - Вы действительно знаете, кто его убил?

- Увы, - собеседник развел руками, - конкретное имя назвать не могу. Но кое-какие зацепки имеются, поэтому я мерзну здесь, среди камней и не менее холодных людей, надеясь на вашу помощь, Ильгар.

Следовало в очередной раз посетовать на невесть куда запропастившегося Кальтера - вот где его совет понадобился бы! Вероятнее всего, тот предложил бы решить дело ножом или стрелой, но Ильгар предпочитал пока не торопиться.

- Если это будет в моих силах, - осторожно произнес он.

- Ни мгновения в вас не сомневался! - торговец рассмеялся, продемонстрировав белоснежные зубы. - Как только пощадили моего посла и согласились встретиться здесь - тут же понял, что дело будет сделано.

"Здесь" - это в одной из уцелевших комнат торговой гильдии. Часть зданий отстроили за лето и осень, но зима разогнала работяг по домам. До сих пор стены хранили запах сажи, а кое-где под потолком чернели разводы копоти. Место мрачное и достаточно тихое, чтобы без лишних глаз поговорить с человеком, приславшим утром гонца.

Паренек, смуглый и ловкий, как кошка, умудрился пробраться в особняк, чем совершенно сбил Ильгара с толку. Неслышно вошел в каминный зал и положил на столик письмо.

- Девей Ги прибыл в город, - мальчишка поклонился. Он путал гласные, что было свойственно островитянам Кораллового моря, и носил родовые татуировки на скулах. Опасливо покосившись на столовый нож, застывший у собственного горла, пролепетал: - Извините, следовало оставить письмо на коврике у входной двери?

В те мгновения у Ильгара в голове промелькнул каскад красочных картинок, как наемный убийца - неважно, на кого работающий - так же легко проникает в поместье, убивает Ракавира, Рику, Майти, его... поэтому большую часть сказанного испуганным сопляком пропустил мимо ушей.

- Друг Нерлина... месть... знает, кто убил... кто виноват... Ваша помощь...

Он ухватил верткого пацана за шиворот, толкнул в кресло.

- Теперь медленно и потише, если хочешь жить.

И вот, вечером, едва стемнело, он отправился на руины торговой гильдии. При нем был топорик на короткой рукояти и любимый тычковой нож, надежно спрятанный в жилете. Ильгар, когда служил стражем, подсмотрел у грабителей из трущоб этот трюк - даже тщательный обыск не поможет отыскать короткое лезвие. Топорик взял для отвода глаз, чтобы на входе добровольно отдать стражам торговца, показав тем самым добрые намеренья.

Мальчишка не сказал, как много людей у Девея, но и дураку понятно, что влиятельный торговец вряд ли бы приехал в город без наемников.

У того и вправду имелся отряд из пяти человек. Их разоружили при въезде в город, но они где-то умудрились раздобыть дубины и пару колунов. На Ильгара смотрели с подозрением, но обыскивать не стали - так проявлялся благодушный настрой Девея Ги. Правда, топорик все же попросили оставить у порога в комнату.

Ильгар слушал внимательно, боясь пропустить даже крохотный намек. Если Девей хоть сколько-нибудь знает о тайных трудах Кальтера или Ильгара, придется его убить.

Но все оказалось гораздо запутаннее, чем думалось поначалу.

- Ее зовут Тейнера, - Девей помрачнел, принялся тасовать с пальца на палец кольца, - по просьбе Нерлина я оказывал ей некоторые услуги, так что мы, можно сказать, представлены друг другу. Живет она, насколько знаю, в Ландгарде, и вращается в самых высоких кругах.

Смутное узнавание настигло Ильгара, по спине покатился пот.

- Не смейтесь, уважаемый, но от этой женщины веет опасностью! Не уверен, человек ли она. Судя по некоторым поступкам, в ее жилах течет кровь волчицы. Я лично просил Нерлина больше нас не сводить, поскольку во время одного... гм... дельца, Тейнера убила двенадцать человек. Некоторых руками наемников, но и сама не гнушалась запачкаться.

Торговец склонился над столом и поманил Ильгара. Шепот прерывался глубокими вздохами.

- Мои люди видели, как она спускает кровь из трупов, делая надрезы в определенной последовательности. Эта женщина - жуткое создание, невесть как избежавшее очистительного огня!

- Какое отношение она имеет к смерти Нерлина? - Ильгар знал, кто убил мятежного торговца. Знал и то, что Нерлин хранил чьи-то слишком опасные тайны и не смог поведать их даже после смерти.

- Самое прямое, полагаю, - Девей Ги протянул ладони к жаровне. - Она втравила его в какие-то авантюры, о которых Нерлин никому не говорил. В итоге - гильдия дорого заплатила. Я чую запах огня и смерти, от этого места хочется плакать.

- Если у вас есть доказательства злодейств этой женщины - обвините ее публично. Подобные ритуалы вне закона.

Торговец рассмеялся.

- Тейнера прикрывается властью. Нерлин тоже был на короткой ноге со многими значимыми людьми. Эти нити я связал в интересный узор - в деле участвуют не последние люди империи. Поймите, если эта бестия решила устранить всех, кто был с ней связан - моя жизнь окажется печально короткой... Поэтому прошу помощи, а не просто взываю к отмщению.

- Вы ждете от меня каких-то действий? - Ильгар внимательно посмотрел на собеседника. - Невозможно просто прижать к стене высокопоставленную особу и вытрясти из нее правду.

- Никакая месть, увы, не вернет Нерлина к жизни, да и вам, вхожему в самую влиятельную семью Сайнарии, негоже лезть в дрязги торгашей. Но во всем этом есть один штрих, способный заинтересовать даже вас. Я рискую жизнью, произнося это в холодном городе, но... Тейнеру часто видели в общества Ракавира.

- Опасный намек, не находите?

- Не поймите превратно! Просто пришло в голову... возможно, Ракавир знает об этой женщине что-нибудь важное. Я не могу прийти к нему и попросить протекции, мало ли, какую роль Тейнера играет в делах Сеятеля. Мой ум короток для политики и военных дел, а в подобных делах за скоропалительные выводы можно головой поплатиться. Поэтому и прошу вас, Ильгар. Что значит слово торгаша - воробьиный чих. А вот слова солдата, отважного стража...

- Вы, надеюсь, не ждете от меня никаких обещаний?

- Было бы глупо требовать нечто подобное. Не забудьте лимоны, дорогой друг! Они прекрасны и полезны.


Пару дней он выжидал, разрываясь между желанием броситься на поиски Тейнеры и семейными делами. Рика все больше лежала, ей требовался особый уход и внимание. Как назло Ракавир укатил из города, пользуясь внезапно наладившейся погодой, и не объявлялся десятый день. Он мог бы ответить на некоторые вопросы, но - увы. Майти выглядела как никогда несчастной - отец взвалил на хрупкие плечи старшей дочери слишком много забот. В общем, жизнь замкнулась в стенах поместья, и было непонятно, когда это изменится.

Девей Ги явно переоценивал его возможности, раз считал, что Ильгар имеет хоть какую-то реальную власть или водит дружбу с нужными людьми. На деле выходило, что он не может даже выяснить, где сейчас находится Тейнера.

- Сходи-ка ты на плац, - сказала однажды Рика. - А то ходишь по дому, как скорбный призрак, разглядывая собственные ботинки, или над душой сидишь. Из тебя не получится наседки, Ильгар, по глазам вижу, со скуки киснешь. С нами ничего не случится - за каждым поворотом страж стоит! Осталось только в туалет чудака с орбом поставить.

- Надо будет - поставим двоих.

Но Ильгар согласился, что размяться - не самая плохая мысль. С тех пор, как вступил в ополчение, он стал заниматься еще усерднее и теперь чувствовал себя лучше, чем когда бы то ни было, только из-за последних событий третью неделю не мог выбраться на плац.

Он взял флягу с водой и отправился к казармам коротким путем, через проулки, по которым ходил еще стражником. И был изрядно удивлен, когда кто-то незаметно подкрался и коснулся его плеча.

Разворот дался легко. Как и подсечка. Ильгар присвистнул, разглядев сбитого с ног противника.

- Ты, пацан, совсем ничему не учишься?

Он спрятал нож и поднял с земли мальчишку-посыльного. Тот потирал ушибленную голень и виновато улыбался.

- Зря скалишься, так запросто можно нарваться на нож. В ваших края принято подкрадываться к людям в темных проулках?

- Я не хотел снова лезть в особняк, - парень пожал плечами. - Стражей в саду стало больше, теперь у них есть псы...

- Что ты здесь делаешь? Девей Ги тоже в городе?

- Уехал на следующий день после встречи с вами. Он боится.

- Еще бы... ты замерз, чего дрожишь?

Парень кутался в шерстяную накидку, хотя на улице вроде бы было тепло.

- Вокруг слишком много камня.

Ильгар отвел парня на площадь, купил два горячих пирога с капустой и чашку ромашкового отвара.

- Как тебя зовут?

- Энто, сын Болумуку.

- Почему ты здесь, Энто? И чего от меня хочешь?

Парень быстро расправился с едой и теперь с живым интересом разглядывал торговую площадь.

- Оглох?

- Простите! Рынки на побережье и уж тем более на море не похожи на этот. Тут все чинно, никто не дерется и не кричит... Я остался в городе, чтобы помочь вам в поисках.

- Тебя это не касается, мальчик. Я найду караван, идущий к Коралловому морю, устроишься в нем конюхом или котлы будешь чистить, пока не доберетесь на побережье. Ешь ты вряд ли много, так что торговцы не откажутся от еще одной пары рук.

Энто покачал головой.

- Я остался ради господина Девея, а не ради вас. Ему грозит опасность! Поэтому не уйду, пока не добьюсь своего.

- Какая бы опасность ни грозила торговцу, тебе с ней не сладить. Видишь, даже я пока что бессилен.

- Сладить или не сладить - дело второе, - он улыбнулся, - почему бы для начала не попробовать? Не прогоняйте меня, господин Ильгар. Я благодарен Девею Ги, он забрал меня, сестру и мать с нашего острова, где лютовал Черный зверь, и хочу отплатить добром.

- Что еще за зверь?

- Мы так называем моровую болезнь. Ее разносят черные мухи и комары. Первыми она поражает коров и быков, а потом перекидывается на людей. Моя семья была бы давно мертвой, не брось якорь в нашей бухте корабль Девея. Он принял нас, хотя видел измазанное сажей полотно над пристанью.

- Сладкая история, но я по-прежнему не знаю, как ты поможешь.

Паренек огляделся, словно боялся, что подслушают. Проговорил негромко:

- Это я видел, как госпожа Тейнера сцеживает кровь убитых.

- Удивлен, что тебе доверили сопровождать такую важную особу.

- Я умею красться неслышно, хорошо ориентируюсь даже в местах, где никогда прежде не бывал, кроме того, знаю четыре языка и умею писать. Пусть вас, господин Ильгар, не вводит в заблуждение цвет моей кожи и странный акцент. Но, клянусь, лучше бы в тот день выбрали мою сестру! Она младше, но талант у нас схож... В общем, я видел, что женщина сделала с теми несчастными людьми, и рассказал Девею Ги не всю правду.

- Почему?

- Испугался.

- Что же там творилось такое? Снова дрожишь, хм... не согрелся?

- Это не от холода, господин Ильгар! - темные глаза Энто блестели. - Страшно вспоминать, а слова цепляются за язык...

- Тогда ты просто обязан избавиться от этих слов, - Ильгар ободряюще улыбнулся, - и прямо сейчас начнешь отплачивать Девею за его доброту. Подумай над тем, что, если не остановить Тейнеру, ее страшные поступки будут повторяться. День за днем.

Парень перевел дух и принялся за рассказ. Ему это давалось непросто, но Ильгар требовал продолжать - слишком важные события окружали эту особу.


Дым от табака смешивался с дымом от поленьев, только что подброшенных в очаг. Старые угли трещали, выстреливая снопами искр.

- Мать твою, трактирщик, - пророкотал кучер в старом засаленном тулупе, - прочисть клятую трубу! Чадит - хоть на улице пей!

- Так и шел бы на улицу, коль здесь не по душе, - мрачно ответил трактирщик. Он бросил последнее полено и пошурудил кочергой. - Кому еще пива? Погреб закрывать?

- А давай еще пару, - Кальтер махнул рукой, - и лука в сухарной крошке подай, только посочнее, не пересушенного!

Когда запотевшие кружки, накрытые пенными шапками, оказались на столешнице, шпион довольно причмокнул. Рядом на тарелке дымилась нехитрая закуска.

- Какой богатый аромат солода и хмеля, чувствуешь? Лучшее пиво в городе!

- Спорить не стану.

Пили в тишине - наболтались за время, пока шли к таверне. Пересказали все последние новости, коротко обсудили новую неудачу войск на Безымянной. Потом подступили к главному... Разговор выдался сложным, после такого промочить горло было просто необходимо.

- По второй? - Кальтер отодвинул кружку и утер пену с отросших во время странствий усов.

- Охотно.

Темнело. В зале зажгли пару лампадок, плотно затворили единственное окно. Кажется, на улице шелестел дождь. Народу набилось полный трактир, кто-то негромко наигрывал на флейте, с полдюжины бесед, ведшихся за столами, сплетались в неразборчивый гул. За этой стеной шума было легко спрятаться от чужих ушей.

- Жутко, - Кальтер покачал головой. - Что за ритуалы такие?

- Кто бы знал, - вздохнул Ильгар, от пива ему обычно хотелось спать, но только не сегодня. - Она делала разрезы на шее, запястьях и бедрах. Никаких слов не произносила, знаков тоже не чертила.

- Похоже на выдумки... пойми меня, это же слова ребенка, и совсем не то, что мы видели своими глазами, верно? Как ему вообще можно доверять? А Девею Ги? Он тот еще подонок, насколько я знаю, возит на острова дурманящие отвары и выменивает на специи и бычьи шкуры у местных.

- Я все это трижды в голове прокрутил. Девеем явно движет страх за свою шкуру - вот он и приехал сюда. Думает, раз я в родстве с главой Сайнарии, значит, смогу добраться до этой Тайнеры.

- Заблуждение типичного прохвоста, - Кальтер вытер пену с губ, - считает, что у всех должны быть связи и длинные руки, которыми можно убирать неугодных. Ну, ладно, положим, мотивы у него крепкие и он действительно заинтересован в деле. А мальчишке-то чего надо? Где он, кстати?

- В самом безопасном месте.

- У эйтаров небось?

- А то.

- Славно.

Кальтер замолчал, разглядывая влажные разводы на столешнице, оставленные кружками и пивной пеной.

- Спускать кровь... этим многие дикие народы занимаются, сам знаешь.

- Знаю. Но это полдела.

- Вот вторая половина как раз пугает меня сильнее, - шпион поежился, - она вливала мертвецам воду в рот?

- Именно. Перед этим зашивала раны, глазницы, а влив воду - и губы тоже. Спустя какое-то время мертвецы начинали дергаться, дрожать и затем вставали.

- Ох, демоны меня разорвите, даже слушать тошно. Знаешь, было бы недурно навестить нашего знакомого старца, кое-что соображающего в делах оживших мертвецов, и задать пару вопросов. Я, признаться, никогда ничего подобного не видел.

Ильгар понял, что наступил подходящий момент.

- Видел.

- Ты о чем?!

- Когда мы впервые ехали в Сайнарию, помнишь? Ливень, палатка... разгромленная повозка. Ты выстрелил в странного воина, вышедшего из тумана, но он лишь покачнулся. Они пришли с дождем. И пришли вновь этой зимой, сравняв казармы стражей с землей, зарезали кучу народу. Один мой приятель, переживший ту бойню, говорил, что из ран врагов хлестала вода.

Кальтер покачал головой.

- Безумие какое-то.

- Вот уж нет, друг. Как раз за всем этим стоит крепкий, коварный разум. Мне кажется, однажды, выйдя на улицу, я увижу паутину, что оплела этот город, дома, людей.

- Понимаю тебя. Надо добраться до этой сучки как можно скорее и вытрясти правду любыми способами.

- Это слишком трудно, Кальтер. Она сильна сама по себе, а еще за ней стоит некто наделенный властью. Если и выступать против такого врага, то лишь открыто, опираясь на законы Сеятеля.

- Думаешь, настало время попросить помощи у Ракавира?

- Именно. Он ее сотрет в порошок... но лишь тогда, когда получит неопровержимые доказательства. Слова мальчишки не в счет, как ты понимаешь.

- Тогда поищем иные подступы, Ильгар. Не хочется ставить под удар всю твою семью... да и наши труды тоже. Слишком много сил вложено в распутывание клубка.

- Эта женщина создает почти неуязвимых солдат, Кальтер! Скольких еще она сотворит за время, пока ее выслеживаем? Сотню? Две? Или несколько тысяч? Зимой они напали на Сайнарию, а в сезон дождей...

Ильгар запнулся. Посмотрел на друга так, словно только что прозрел или проснулся от векового сна.

- Что б меня...

- Осенило?

- Еще как! Вайрантур! Сезон дождей длится в Вайрантуре три месяца! Ты понимаешь, что к тому времени на столицу может обрушиться целая армия? Войска стянуты на Безымянную, чтобы прихлопнуть альянс ложных богов, но с тыла никто не ждет нападения.

- Добавь к этому еще кое-что, - шпион потемнел лицом, глаза заблестели, - пыльную бурю, например. И великанов, которые из нее появились. Если они разом ударят - столица не выстоит, там нет стен, как в Сайнарии, и гарнизон относительно небольшой. Да, выхода у нас нет. Идем к Ракавиру?

- Идем.