Шалдыбин Денис Владимирович: другие произведения.

Нам с тобой ...

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:


 Ваша оценка:


  

Разбежавшись прыгну со скалы...

  
   Мой выходной -- мои правила. Именно так и никак иначе. Да четверг, но есть прелесть в выходных днях среди недели. Я не спешил вставать и включив легкую добрую комедию собирал в кучу мысли и планы на сегодняшний день. Из планов -- сегодня на коп. Из мыслей -- что бы съесть. Проваляться лишний час в кровати дав возможность всем спешащим по своим делам горожанам добраться до мест и освободить дороги. Пусть спешат, у них на сегодня еще миллион дел.
   Сегодня я готов на маленький подвиг, поэтому после душа замешиваю на стакане молока тесто для блинов. По будням такая роскошь не доступна из за вечного цейтнота. Долой надоевшие яичницы, овсянки и остатки ужинов. Блины -- вот завтрак достойный сегодняшнего дня, благо в холодильнике есть и варенье и сметана. Или нечто на сметану похожее. Ароматный чай с прошлогодним липовым цветом, домашний, заказанный с огромным трудом цветочный мед. Эх хорошо.
   Неспешно завтракаю листая новостную ленту в интернете. Ни в коем случае не вчитываться, а лишь регистрировать взглядом заголовки событий. Накой оно надо, новости в наше сумашедшее время смотреть и вникать опасно для психики. Если новостные сайты в интернете еще как-то вменяемы, то от круглосуточного политического бубнежа по всем каналам телевизора крышей подвинуться вполне реально. Видимо там вышли на новый уровень -- бюджетненько, остренько, прайм. Эра телевизионных балаболов.
   Вот в общем-то и нужный настрой и заряд бодрости на весь день.
   Сегодня на коп. С вечера собранные лопата и металлодетектор стоят у входной двери в ожидании выхода. Берцы и трехцветный камуфляж, рюкзак с термосом и бутербродами, очки, плеер, телефон. Подхватив весь этот нехитрый скарб прыгаю в машину.
   Увлечение бродить по покинутым местам с лопатой и металлоискателем подцепил совершенно случайно. Видео ролик из интернета, любопытство, тематический форум и спустя месяц раздумий я купил Терку. Друзья, как то так сложилось, совершенно не оценили моего нового увлечения. Некоторые увлекаются рыбалкой, некоторые пивом. Так что предложение часами бродить по лесу с лопатой приняли прохладно. Зато от вопросов, что ценного нашел, отмахиваться приходится постоянно. Советчиков тоже достаточно. Мол не там копаешь, не туда ездишь, как так почему железо не собираешь, скатайся по местам боев покопай. Ну и плюнул и езжу только один. Не объяснять же каждому, что в поиске мне любопытны любые находки и что копать по местам боев не собираюсь. Что в поиске интересен сам процесс. Откопать непонятную железяку и очищая ее щеточкой размышлять откуда эта вещь, как использовалась и как давно. Но как часто бывает работа и быт отбирают все свободное время. На хобби времени нет. Поэтому когда удается вырваться из рутины, отбросив проблемы работы стараюсь выкроить полный день на поездку.
   Прошлой осенью сравнивая старые карты и спутниковые снимки нашел координаты покинутой деревеньки Подопхаи. Чудное название подтолкнуло на поиск информации и пол дня было отдано только на то чтоб найти истоки такого слова и собрать крохи информации. Подопхаи на современном языке означают нечто вроде Выселок. В том понимании что при перенаселении одного села в приказном порядке некоторые семьи отправлялись на жительство в выбранное для деревни место, где и строили свой быт заново, разделывая новые поля. От более двух сотен лет истории деревни в интернете найти удалось совсем немного информации. Точнее практически никакой. Только про годы Великой Отечественной из мемуаров нашлось, что деревеньку оккупировали и потом впоследствии силами наступающей армии при помощи партизан отвоевали.
   В раздумьях незаметно для себя пронеслись двадцать километров трассы и свернув в незаметный съезд я повел машину по лесной дороге. Конец апреля выдался довольно прохладным, но все равно опустил передние стекла и весенний чистый воздух ворвался в салон автомобиля. По едва зазеленевшим кочкам белым бисером мелькают цветы подснежников. Запахи леса всегда действуют слегка опьяняюще и одновременно бодрят поднимая настроение. Веселый щебет птиц раздается наверное с каждого дерева в округе. Уже останавливая на выбранной полянке машину заметил как две белки устроили веселую чехарду на двух рядом стоящих соснах. Бегая кругами по стволу и то и дело перепрыгивая с одного дерева на другое.
   Оставив машину в стороне от дороги, мало ли какой тут расхититель леса на КАМАЗе будет ехать, и прихватив все необходимое я спустился к узенькой речушке. Здесь в низине на месте старого брода была положена секция железобетонной трубы и присыпана щебнем. Для вездеходов и серьезного грузового транспорта вполне удобный мостик, для моей же легковушки практически непреодолимое препятствие. Еще пара километров пешком по противоположенному берегу и вот она деревня.
   О том что когда-то здесь был населенный пункт понять можно только внимательно оглядевшись. Несколько жалко смотрящихся старых яблонь затянутых диким хмелем. Чем не брошенные домашние питомцы которые в прошлом дарили сочные фрукты хозяевам и гостям, теперь хилые, больные, да и яблочки мелкие и невзрачные горчат, никому не нужные осыпаясь по осени в густую сорную траву. Холмики заросшие крапивой все что осталось от домов. От крепких и основательных, от маленьких и местами неказистых, от сараюшек, бань. От теплых, уютных наполненных жизнью, смехом, суетой. По паре оставшихся бетонных столбов можно приблизительно определить где проходила дорога. Летом или осенью такие места обычно представляют буйные заросли сорняков и полевых трав. Лишь Апрель самый удобный месяц для копа, потому что прибитая за зиму снегом трава не мешает металлоискателю. Печальное зрелище. Деревня пережившая Наполеоновскую и Гитлеровскую армии без следа канула в лету на рубеже 21го века.
   Терка приветственно пиликнув динамиком перешла в рабочий режим. Я отключил оповещение на отклик черного металла, все таки мусора тут присыпано землей прилично, стал обходить приглянувшиеся места. Из осенних находок мне запомнилась жестянка с немецкими надписями. Как потом оказалось это крем для ног 1940 г выпуска. Фирма по сей день является популярным производителем косметики в Германии. Пяток монеток разных лет найденых в основном вдоль предполагаемой дороги. Небольшой чугунок закопаный донышком вверх заставивший понервничать. Сначало возникло предложение что это может быть миной, потом когда обкопал аккуратно вокруг и понял что это, предвкушение и мысленные благодарности леприконам. Даже то что чугунок оказался пуст и набит всего лишь песком сильно не разочаровало. Старый инструмент, косы, топорища, подковы -- таких находок на счету каждого поисковика предостаточно и для постороннего наблюдателя никчемный мусор. Ну да кому они интересны эти посторонние.
   Новый четкий сигнал на дисплее и резкий звук на высоких тонах заставил остановиться. Двигая катушку крест на крест определил точное место залегания и обкопав лопатой снял дерн с частью земли. Проверив что в ямке сигнала больше нет, а над дерном металлоискатель попрежнему уверенно пиликает стал неспеша разделять комки земли. Очередной находкой стала винтовочная гильза. Копать по местам боев мне не нравится. Но в центральных регионах страны сложно найти место по которым не прошли ужасы Великой Отечественной Войны. Вот и тут еще один подарочек из прошлого, эхо войны.
   Из того что удалось найти в интернете в мемуарах и сводках военного времени я знал, что немцы вошли в пустую деревню, покинутую жителями и в последствии обосновавшись разместили зенитные орудия и еще какие-то тыловые службы. Позже осенью 1943 года партизаны отбили деревню и удерживали ее до подхода основных частей Красной Армии. Серьезных боев здесь не было, но гильзы попадаются довольно часто и поле чуть южнее деревни засыпанно осколками.
   Сбросив снятый ком земли обратно в ямку я притоптал его и закинув лопату на плече двинулся дальше к присмотренному ранее холмику. Судя по всему строение было довольно большим и я решил посмотреть что могло сохраниться вокруг него. Обычно такие места засыпаны строительным мусором и копать там сложно. Много битого кирпича, лопата все время на что-то натыкается, а звенящий сигнал металлодетектора указывает лишь на сильно проржавевшую бесформенную железяку. Это место ничем не отличалось от себе подобных и я больше работал лопатой разгребая завал, чем прозванивая место. Погода видимо вспомнив что на дворе весна грела ярким солнышком и даже ветерок утром еще довольно свежий теперь был теплым и ласковым. Результатом получасового труда стали пробка водочная, пяток гвоздей, ржавая велосипедная цепь, горлышко бутылки с тисненой надписью "cogna.." и судя по форме клемма от акумулятора.
   Изрядно подустав я решил попить чаю и дожевать утренние блинчики и заметив в центре кургана довольно большой валун стал устраиваться на пикник, попутно размышляя, что это могло быть за строение. Судя по всему раньше здесь был или гараж или большой сарай, следов от печки нет и найденые практически сгнившие венцы уж очень небольшого диаметра. В моем представлении брус для дома должен был быть раза в два больше. Да и непонятной формы валун монументально возвышавшийся в центре совсем не вязался как мне кажется с интерьером крестьянской избы. Хотя в гараже такое украшение тоже было бы лишним. Может мельница. Но хоть устройство мельничного жернова я тоже себе плохо представлял валун на него никак не походил.
   Закончив жевать я снова взялся за Терку и стал обзванивать место вокруг валуна. Как там говорил Вини Пух - Это бзззззз не спроста. Ну вот и проверим. И снова звенит все вокруг, показывая гвоздики, куски проволки, обломок чугунной сковороды. Но меня разобрал азарт и место вокруг валуна уже расчищенно и углублено на штык лопаты. Мелкий металический мусор кучкой лежит в сторонке. Рядом кучка побольше из вывороченыз камней и обломков кирпича. Я уже практически готов был сдаться когда металлодетектор издал новый звук непривычной тональности. Поскольку признаков чернины вокруг уже не осталось я решил копнуть и этот сигнал и уже потом привести место к начальному виду присыпав траншею.
   Снова катушкой крест на крест точнее определяю место. Обкопав предполагаемое место откидываю землю в сторону и проверяю сигнал. Нет, в откинутой земле металлоискатель молчит и снова указывает на ямку. Еще углубив и вынув пару лопат, разделив землю на кучки проверяю где металл. В зазвеневшей кучке аккуратно разделяю землю просыпая ее через пальцы. И вот оно в ладони зажат бесформенный плотный комочек. Старой мягкой зубной щеточкой счищаю налипшую и спрессованную смесь глины и песка и на перчатке остается зеленовато-коричневое колечко, с мальенькой печаткой и непонятным узором по ободку. Находка довольно увесестая, но определить металл на глаз не могу. Может бронза, на медь судя по патине и окислам не похоже. Аккуратно промыв колечко тонкой струйкой воды из бутылки минералки протер его чистой тряпицей. Рисунок от этого четче не стал. Стянув перчатку я положил находку на ладоно и стал всматриваться в завитушки на ободке.
   Внезапно, колечко будто мгновенно растаяв, бронзовой лужицей растеклось по ладошке и в следующий миг без остатка впиталось под кожу. Что за. На ладони остались несколько крупинок песка и все. Впав вступор я на автомате потянулся к бутылке с минералкой и тщательно помыл руки. Ничего. Никаких странных ощущений или признаков ухудшения самочувствия не было Как впрочем не было и умных мыслей в голове. Что это могло быть? Ртуть? Да нет, ртуть насколько я знаю при очень низкой температуре принимает твердое агрегатное состояние. Может я зря полил водой. Есть же вещества которые в соприкосновении с водой. Эммм. Что? Впитываются под кожу. Нет бред. Хоббитов туда обратно нам тут тоже не надо. Не хватало еще заделаться магом и пугать окружающих фаерболами на день победы. Может попробовать шарахнуть молнией в бетонный столб стоящий на краю овражка?
   На всякий случай я отошел от места раскопок метров на десять и присел на поваленную временем березку. Закурив снова стал обдумывать ситуацию. Нужно срочно собрать все вещи и ехать в город в поликлинику. Говорить про колечко пожалуй не стоит, но попросить сделать общие анализы надо. Мистика какая-то. Оглядывая ладошку, ногти и по прежнему ничего не наблюдая меня начало обволакивать липким беспричинным страхом. Так и до паники недалеко. Взяв себя в руки, отдышавшись решил все таки действовать по порядку, не забивая голову причинами, вернуться в город и там уже обследоваться. Может все примерещилось и курс разноцветных таблеточек поправит перегоревшие винтики в голове.
   Вернувшись к валуну я неспешно перекидал дерн и землю на место. Почистил лопату, термос и минералка отправились в рюкзак и еще раз оглядел вокруг проверяя не забыл ли чего, собрался уходить. Каменюка возвышалась над взрытой землей и веяло от нее теперь чем-то нездешним, неизведанным, но вобщем-то и опасным валун не выглядел. На бочине обогреваемой солнцем остался след ладони. Хотя кажется я на камень не опирался, да и след был не от свежей земли, а слегка розоватый. Примерещится же такое. Подойдя ближе я протянул ладонь и накрыл ей след на камне.
   Ладошку кольнуло как от легкого электрического разряда. Запахло озоном и за спиной чтото ощутимо хлопнуло. Потянуло прохладным ветром и на земле вокруг заиграли непонятные отраженные блики. Поворачивался я очень и очень медленно. Будто решая в процессе, хочу ли я увидеть то что там хлопает, или мне стоит со всех ног бежать вперед не оглядываясь. Какого лешего было трогать этот валун. Будто других камней не видел.
   Все таки отпрыгивать и петляя по полю убегать в сторону машины не стал. Картина открывшаяся мне еще больше обескуражила. Но видимо пережитый стресс с колечком добавил организму и психике запас прочности. Метрах в двух за спиной, мерцая легкой рябью появляющейся на прозрачном озерце под легким ветерком, открылся разлом. Или портал. Или червоточина. Это как бы ее по научному обозвать еще. Открылось окошко туда. Неслабое такое окошечко, около четырех метров овальной формы. И где это Туда? И явно мне Туда не надо.
   Сквозь рябь было видно, что местность за разломом не сильно отличается от окрестности деревеньки. Все те же овражки, только деревья более кряжестые, вместо поля, начинавшегося метров через сто, смешанный лес. И весна по ту сторону вошла в силу, кроны деревьев и кусты покрывала молодая сочная листва. Яркая, высокая трава уверенным плотным ковром расстелилась повсюду. По эту сторону массивные, но редкие облака вяло ползущие по небу, на той стороне заметны небыли. В ряби портала как в воде отражался мой силуэт.
   Вот и славненько, помахав рукою отражению, я вознамерился ждать санитаров. Но поскольку сидеть без дела было бы скучно стал осматривать открывшийся проход. С обратной стороны была сплошная, темная, холодная муть и вглядываться в нее было некомфортно. Обойдя пару раз разлом я попытался все спокойно обдумать. Есть портал непонятной природы. На той стороне немного изменившаяся, но всетаки узнаваемая местность. Будущее или прошлое там? Или это иллюзия. Параллельный мир? Кому рассказать? Нет то что сейчас срочно названивать в экстренные службы и на телевидение я не буду это понятно. Взяв лопатку за деревянный черенок аккуратно погрузил ее до половины в зеркало портала. Вынув осмотрел и пришел к выводу что ничего не изменилось. Любопытство кошку сгубило, но кошки, впрочем как и десятка лабораторных крыс под рукой небыло. Значит нужно будет съездить в город и закупиться добровольными портало-испытателями в зоомагазине. Привязать клетку с хомяком и забросить внутрь. Потом понаблюдать за ними недельку. Получится ли снова открыть разлом? Вот тоже интересный вопрос, ну да время покажет. Перехватив лопату на манер копья я метнул ее в окно. Как показалось лопата пролетела пленку ряби и без всяких отклонений и задержек воткнулась в землю с той стороны. Будем считать что запуск искуственного обьекта прошел успешно. Нужны Белка и Стрелка.
   Еще минут пять я бродил у окна портала, рассмотрел размытые границы, оглядел валун более пристально. Сделал десятка два фотографий на смартфон. Уже совершенно успокоившись стал прикидывать кому и как об этой находке сообщить можно и какие выгоды извлечь. И тут абсолютно точно понял -- через десяток секунд портал закроется. Визуально все было по прежнему, но он закрывался. Как это знание образовалось и откуда пришло объяснить было невозможно. Только ощущение последних просыпающихся крупинок через узкое горлышко стеклянной колбы песочных часов. Сейчас разлом схлопнется и если его не удастся открыть вновь, по ту сторону все так и останется неизвестным и неизведанным. А вся эта история будет лишь странным приключением или упущенным моментом. И в неосознанном порыве подхватив рюкзак и металлоискатель, зажмурившись, глубоко вздохнув и задержав дыхание одним рывком шагнул в провал.
   Ну вот, допрыгался.
  
  

Мы наш, мы новый мир ... откроем.

  
  
   На ум пришли строки из бородатого анекдота " Я то куда дурень полез! Я же читать не умею! ".
   Сидя на полянке и разминая ушибленное плечо я оглядывался вокруг. Чертовы устроители портала, табличку "осторожно ступенька" повесить не удосужились и я на втором шаге споткнувшись неудержался и жестко приложился плечом. Громко, кратко и нецензурно высказавшись о неудачном приземлении услышал уже знакомый хлопок разлома и сообразил, что обратного пути нет. Надеюсь только пока.
   Дышалось легко, значит воздух тут есть и он пригоден для дыхания. Гениально! Эксперементатор блин. Вокруг все указывало на скорое лето. Солнышко прилично припекало. Знакомо щебетали птички, мелкая вполне привычная насекомость жужала вокруг. Деревья и трава тоже выглядели как дома. Эх где ты дом. В памятке попаданца, а кем меня теперь еще назвать, первым пунктом идет проверка связи, дабы удостовериться, что ты точно попаданец, а не перепивец. Как и ожидалось сигнала сети нет, но удалось вывести на экран последнюю загруженную карту с навигатора. Сравнив мысленно карту, ландшафт около деревни где я копал и полянку где очутился, пришел к выводу что место все таки то-же, хоть и здорово изменившееся. В сторонке все так-же журчит мелкая речушка, поля заменил довольно чистый и крепкий лесок. Эльфов на первый взгляд заметно небыло. В центре полянки стоял валун, этот выглядел как внушительных размеров мраморный блок и на одной из граней четко выделялся силуэт ладони. Чтож, судя по всему шанс вернуться есть. В пяти километрах ниже по течению, Дома, речушка впадала в такую же и они на пару образовывали нечто более соответствующее гордому названию Река. Там начиналось село и проходящая через него трасса. Наверное стоит в первую очередь прогуляться туда и посмотреть что в этом месте здесь. Но сначала осмотреть каменюку и попробовать открыть проход.
   Подойдя к камню я с некоторой опаской вновь приложил ладонь к следу, ожидая легкого электрического укола, но к моему глубокому сожалению камень остался глух. Все попытки хоть как-то активировать портальный девайс ни к чему не привели. Поливание водой, мытье рук, матерные выражения -- все впустую. И почему-то внутри я был уверен что так и должно быть, сейчас камень не сработает. Как говорится "приходите завтра". Хотел было пнуть, но подумал что мало ли как хрупкая каменная техника к этому отнесется. Попытки прозвонить вокруг Теркой и поискать колечко отложил на потом. Взгляд привлекла тропинка едва натоптанная и уходящая вдоль реки в лесок. Грибники или эльфы, но тут явно кто-то ходил и очень хотелось верить, что это не дикие животные кровожадной натуры. Очень уж не хотелось оказаться здесь первым и единственным человеком. Нужно попытаться найти местных и разузнать что и как тут. Может залечь у поселения, если такое обнаружится и скрытно понаблюдать издали.
   Переложив складной, китайский нож из рюкзака в карман камуфлированных брюк и взвалив на плече металлодетектор с лопатой я направился по этой тропинке намереваясь дойти до устья двух речушек. И почему я не охотник, сейчас бы шел с ружьем. А так вся надежда на лопату. С металлоискателя много не настреляешь. И нож одно название, хлебушек порезать на привале. Хочется конечно верить что тут вокруг безопасно, но обманываться не стоит.
  -- Эй, товарищ, подождите! - я ощутимо всем телом вздрогнул. Не успел и десятка метров от полянки отойти как громкий окрик из кустов заставил обернуться. Эльф?
   Вывалившийся из кустов мужик длинноухого лучника из расы перворожденных напоминал слабо. Вобще не напоминал если быть точным. Хвостов, чешуи и ложноножек тоже не наблюдалось. Высокий, крепкий дядька, с окладистой бородкой, в просторной нательной рубахе без пуговиц и в серых штанах очень похожих на галифе, в мягких высоких кожаных сапогах и с винтовкой на плече. На голове у сего аборигена красовался то-ли серый картуз, то-ли кепка с алой звездочкой в центре. В руке вещмешок, но не привычной зелено-болотной окраски а тоже темно серого цвета. Мужик уверенно направился ко мне, с подозрением, но как мне показалось и с надеждой оглядывая меня. Поскольку он шел открыто и винтовку попрежнему с плеча не снимал, лишь привычно придерживал за антапку, я тоже не стал ничего предпринимать и в боевую стойку с лопатой на перевес переходить не спешил.
   -Здравствуйте, товарищ. - мужик подойдя ко мне несколько растерянно осмотрел меня с ног до головы и протянув руку для приветствия неуверенно выдавил, - Вы Русский? Кто вы?
   Вот тебе бабушка и юрьев день. Напугал меня бородач изрядно своим окриком, но покрайней мере теперь точно стало понятно, что я тут не один. Опять же в спину мне не стрельнул, связывать или еще как лишать свободы пока не торопится. Ходит правда гад тихо. Прочистив в раз охрипшее горло я тоже протянул руку.
  -- Русский я. Из под Смоленска. Антипов Дмитрий. Эмм, турист вроде как.
   От моих слов бородач широко и искренне улыбнулся. На вид дядьке было около пятидесяти, но сейчас глаза светились радостью и какой-то надеждой, которые махом смели лет тридцать с простодушного лица. Он крепко сжал мою руку, а потом проревев по медвежьи что-то вроде "аааэрррх" обнял обеими руками и крепко стиснул.
  -- Свооой! Свой же! - отпустив меня из объятий он крепко саданул ладонью по пострадавшему уже от приземления плечу. - Турист! Ха!
   Стащив картуз он махнул им в сторону кустов и звонко свистнул. Соловей-разбойник блин. Таких встречающих надо десятой стороной обходить, плече снова ныло, а уши заложило от богатырского посвиста.
   - Пойдем провожу до села. - он подхватил брошенные вещи. - Меня Семеном звать, то есть красноармеец Коваленко. Вот дела же! Вот сейчас шуму то будет. И не ждал же никто давно.
   Тут кусты из которых вышел дядька затрещали и оттуда чуть в стороне от нас на полном скаку вылетел конь со всадником.
  -- Гони! - мой новый знакомый еще раз заливисто свистнул вслед всаднику. И уже обернувшись ко мне пояснил, - надо председателя предупредить. А мы пока пешочком пройдемся, тут близко.
  -- Послушай. Семен ты можешь мне толком объяснить, что тут происходит и собственно куда я попал. - глядя вслед конному, я несколько обалдевая от событий повернулся к странному красноармейцу. Бородач, уже собиравшийся идти по ранее обнаруженной тропинке, остановился и почесав ту самую бороду, принялся объяснять.
  -- Тут Дим видишь какое дело, циркуляр у нас есть на такой случай. Гостей к председателю вести. Там, значит, все и растолкуют. Из меня рассказчик, как из козы баянист. И расспрашивать, как-бы не почину мне тебя. Так что не боись, всему свое время. Ты только скажи мне, - он замялся и снова с непонятной надеждой спросил, - а ты сам пришел? Ну в проход, сам?
  -- Вроде того. - буркнул я, все еще раздосадованный своим безоглядным поступком. - Ну веди, Сусанин.
   Семен хмыкнул и направился по дорожке быстрым, легким шагом и сразу взял такой темп, что пришлось поторапливаться дабы не отстать.
   Какое то время мы шли в молча. Я украдкой оглядывал одежду спутника, впрочем он тоже бросал на мои вещи любопытные взгляды. Его вещи оказались груботканными и довольно просто сшиты. На рубахе если вглядеться можно было увидеть, что нити местами разной толщины, по вороту и манжетам шла незатейливая вышивка крестиком, бледно-красной и серой нитками. Штаны из более плотной материи и тоже довольно грубой, без карманов, с кожанной вставкой по внутренней стороне бедра. Сапоги из мягкой коричневой кожи, тоже были явно ручной работы с подошвой и каблуком, как мне показалось, из пресованной кожи. Все вещи имели следы поношенности, штопки и ремонта. Штопанные вещи и аккуратные заплатки вообще смотрелись непривычно, ну не принято мудрить с заплатками сейчас. Вот такое средневековое рукоделье. Единственной более современной деталью была винтовка и звездочка на кепке. В голове возникало все больше вопросов, а гипотезы и предположения о том что здесь происходит и кто эти люди я старательно отбрасывал подальше. Еще слишком мало фактов и разумно будет дождаться когда, как обещал мне провожатый, всю обстановку обрисует таинственный председатель.
  -- А это у тебя что за приспособа такая? - все таки не удерживался от вопроса Семен. - Миноискатель похоже? Ты сапер?
  -- Почти угадал. - я улыбнувшись и внутренне облегченно вздохнув, что выдалась возможность сбавить темп, стал рассказывать что такое металлоискатель и для чего на нем экран. Что наушники тут не нужны и что используется он для поиска скрытых в земле металлических вещей. Что прибор может определить какой металл скрыт, глубину и приблизительно обьем.
  -- Справный миноискатель. - подвел итог моему рассказу красноармеец Коваленко. - А костюмчик почему в пятнах. Зеленые, белые, коричневые. Это для маскировки?
  -- Да. Это камуфляжная раскраска, но ее носят все кому не лень. Охотники, рыбаки, грибники.
  -- Эвон как. Грибники говоришь камуфлируются. От грибов что ли? А ягодники тоже так ходят? - непонятно было потешается ли Семен, или пытается вытянуть из меня какую то информацию. - Да, каких только чудес на свете не бывает. Не нам про то судить, верно турист?
   Пройдя еще немного и поднявшись на пологий холм мы остановились. В низине по ту сторону холма действительно две речушки сливались в одну и на ее берегу раскинулось село. Я не спеша продолжать движение, закурил и стал осматривать открывшуюся картину. Два десятка рубленных домов в окружении пристроек, сад, пара мостиков и брод, еще десяток больших построек на втором берегу реки. Село опоясано реденьким плетенем, центральный въезд и выезд обозначены чем то вроде арки. Вдоль реки по обе стороны раскинулись поля, судя по однообразному зеленому ковру на них уже засеяные. На лугу у устья пасли скот. Козы, свиньи, коровы, одним довольно внушительных размеров стадом бродили вдоль берега.
  -- Дима, угости папироской. В жизни таких не видел. - от созерцания деревушки меня отвлек Семен. Я протянул ему сигарету и чиркнув зажигалкой помог ему раскурить ее. Почти сразу он поперхнулся дымом, натужно раскашлялся и едва отдышавшись тут же о каблук притушил сигарету. - Ох ну и дрянь. Ты уж извини, но редкостная мерзость.
   Порывшись в своем мешке он вытянул длинную курительную трубку и зачерпнув из деревянного маленького тубуса пригоршню сухой травы сноровисто набил чашу. Подпалив от зажигалки лучинку основательно раскурил и выпустив клуб сладкого, ароматного дыма махнул в сторону села.
  -- Вот тут и живем. Сейчас уже крепко встали, хозяйство богатое. По началу тяжко пришлось. Ну да что уж теперь. - дав мне еще пару минут он махнул рукой. - Ну пошли что ли, вон уже люди собрались. Встречать будут. Чего их томить.
   Кивнув я зашагал вниз. Внимательно всматриваясь в домики подметил что большинство кровлей крыто черепицей, часть кажется соломой и то в основном на хозпостройках. Огородики за домами совсем небольшие, что в общем то не очень соответствовало моим представлениям о огородах деревни. Как мне помнится обычно от центральной улицы в обе стороны ставились дома, а все что за домом считалось огородом. Хоть до ближайшего леса сажай. Заборчики, все тот же бесхитростный плетень, едва на пол метра от земли. На дальнем берегу дымила труба над одним странного типа сооружением. Несколько пристроек будто стянули в кучу и накрыли одной крышей. В одной из больших пристроек, готов прозакладывать что угодно, была баня. На специально сооруженных козлах сушились веники и рядом аккуратной стопкой красовались деревянные бадейки и шайки. Около пристройки поменьше на веревках висело и сушилось разнообразное белье. Соседнее длинное строение тоже ни с чем спутать было нельзя. Рядом с ним под навесами стояли длинные столы и лавки.
   Пока я все это осматривал мы почти подошли к въездной арке. На самом верху ее красовалась деревянная пятиконечная алая звезда. За воротами толпились человек пятнадцать. Все смотрели в нашу сторону и напряженно молчали.
  -- Ты вот что. - остановил меня Семен. - Давай мне все свои вещички. У нас,значится, народ простой, здоровкаться начнут, обниматься, а у тебя руки заняты. - он уверенно и настойчиво взял лопату, терку и рюкзак и возразить у меня в общем-то ничего не нашлось. Как там он говорил. Есть циркуляр и все объяснят. Ну что-ж посмотрим.
   Мы снова двинулись к встречающим до которых оставалось едва тридцать метров. Люди собрались разные, мужчины и женщины, все явно за пятьдесят. Одежда мало чем отличалась друг от друга. Мужчины почти все как и мой попутчик, рубахи, галифе, бороды, кепки. На некоторых нечто вроде жилеток или безрукавок. Многие в лаптях чудно заплетенных поверх портянок. Женщины в длинных серых юбках с оборками и заправленных белых, расшитых блузах. В алых и белых косынках. Некоторые с расшитыми платками на плечах. Может это какая-то секта? Выделялись одеждой двое стоящих впереди мужчин. Первый невысокий, плотный с круглым лицом, на котором красовались пышные буденовские усы, одет был в пиджак, жилетку и такого же материала брюки. Этот костюм тройка коричневого цвета на общем фоне сразу бросался в глаза. Второй был милиционер. Да вот так сразу и понятно. Милиционер советских времен. Молочно-белая гимнастерка перетянутая ремнем с кобурой. Тонкий ремешок через плече, петлицы и фуражка. Он единственный из всех присутствующих мужчин был гладко выбрит, что учитывая практически сто процентную бородатость остальных мужиков обращало на себя внимание. Цепкий взгляд, умные глаза на слегка вытянутом лице. Внимательно оглядел меня, потом перевел взгляд на Коваленко идущего чуть позади.
   Тем временем мы почти дошли до ворот и пиджачный открыто улыбнувшись вышел на встречу и протянул руку для рукопожатия.
  -- Здравствуйте товарищ. Я Герасимов Игорь Борисович -- председатель колхоза "Оплот надежды". Добро пожаловать к нам. Мы очень рады. Правда. Вы не представляете просто как мы рады вам.
  -- Добрый день Игорь Борисович. Я Дмитрий Владимирович Антипов. - ответив на рукопожатие и тоже постарался выдавить из себя улыбку, - я хоть ничего не понимаю, но поверьте мне тоже очень рад знакомству. Семен пообещал мне что вы все проясните.
   Люди стоявшие вокруг тоже облегченно заулыбались. Все стали о чем -то вполголоса переговариваться. Мужики чесали бороды, и пихали друг друга. От группки женщин раздалось нечто вроде "Ох и худенький". Протиснувшаяся невесть откуда собачонка, сначала обежала все собрание, а потом виляя доброй половиной тела вместе с хвостом и припадая на передние лапки, просеменила ко мне . Не знаю почему, но именно тут меня отпустило все напряжение копившееся с момента окрика в лесу.
  -- Конечно, конечно. Мы с вами все обговорим, у нас тоже очень много вопросов. Может даже больше чем у вас. Но не беспокойтесь Дима, вы здесь среди друзей.
   Сбоку раздалось едва слышное вежливое покашливание.
  -- Участковый Ермолаев. Предьявите документы товарищ Антипов.
  -- Саша, ну что ты так сразу. Человек только пришел.
   Ну кто бы сомневался. Зоркий и бдительный страж порядка оказался участковым. Козырнув он протянул руку и в этот раз явно не для рукопожатия. Протянув в ответ ему обложку в которой благодаря удобству и наличию дополнительных секций удобно хранились паспорт, водительские права и паспорт на автомобиль я несколько минут наблюдал как участковый внимательно листает и читает документы. На лице доблесного шерифа не отразилось ничего. Очень внимательно изучив все, он кивнул сам себе и убрав мои документы в свой нагрудный карман обратился к председателю.
   - Думаю вопросов будет больше чем ты мог представить, Борисыч.
   Возникла небольшая заминка, но поскольку страж порядка ничего дальше пояснять не стал, народ снова о чем то зашушукался. Председатель тоже словно очнувшись продолжил приветственную программу.
  -- Товарищ Антипов! Ну как говорится хлебом и солью мы рады приветствовать вас на нашей земле. Угощайтесь! Настасья, где ты там.
   Из рядов встречающих улыбаясь вышла плотненькая, русоволосая и розовощекая женщина несущая на тканом расшитом полотенце круглый каравай. Ну тоесть круглую булку хлеба с воткнутой сверху маленькой деревянной чашечкой-солонкой. Протянула мне это угощение и пробормотав что-то вроде " угощайся милок, уж чем есть, пирогов то не ставили, кто же ждал". Я оторопел и почти растерялся незная как себя вести. Нет конечно все такое в фильмах видел. Хлеб да соль. Но так меня самого еще никто не встречал. Поэтому не сумев от волнения ничего из себя умного выдавить кроме "спасибо большое", отломил краюху и повозюкав ей в солонке с черно-серой крупной солью спешно заживал угощение. Хлеб, еще теплый и восхитительно вкусный запил поданным в глиняной крынке молоком. Соль имела странный цвет и несколько необычный вкус, но об этом решил пока не спрашивать.
   Все вокруг улыбались и настороженность с лиц пропала. Пара теток украдкой вытерли слезинки в уголках глаз. Семена с моим барахлом обступили мужики и судя по донесшемуся "не хватай", изучали мои вещички. Как ни странно, но кроме председателя и участкового больше никто не спешил знакомится и вмешиваться в беседу, так и стояли чуть позади едва слышно перешептываясь. Впрочем с торжественной частью явно закончили.
  -- Товарищи! - председатель обернулся к селянам. - Вечером мы все соберемся и у всех будет возможность послушать рассказ нашего гостя. Более того думаю, что он обязательно ответит на ваши вопросы. Но лучше если все будут в сборе, а то знаю я вас -- на одних пересказах все на изнанку перевернете. Поэтому когда харчи в поле повезете передайте чтоб не задерживались. Мы же пока введем товарища в курс нашего житья. Соберемся после заката в столовой. Пока же прошу всех вернуться к выполнению своих трудовых обязанностей. Агрепина Сергеевна выдели одну из доярок помогать на кухню. Настасья на обед никаких изменений, а к вечеру мы на вас расчитываем. Уж расстарайтесь. Праздник неожиданно объявился, но небольшое застолье устроить не грех.
   Люди стали неспешно расходиться. Игоря Борисовича тут же оттянули в сторонку две женщины, одной из которых оказалась та самая Настасья и судя по обрывкам разговоров бурно обсуждался праздничный ужин. Председатель отмахивался обееми руками от насевших поварих и ворчливо повторял " Шиш вам а не поросенка, улов проверьте может рыбы с реки принесут или пирогов пеките. И самовар в сельсовет тащи, с баранками." Что ему в ответ протарахтели тетки я не понял, но Борисыч поперхнулся и погрозил второй женщине кулаком. Впрочем ни капельки ту не испугав. Меня от этой сценки отвлекла легшая на плече рука участкового.
   -Пойдемте в сельсовет. Пока Товарищ Герасимов раздаст указания у вас будет время передохнуть, умыться с дороги. - и уже обернувшись к председателю, - Борисыч догоняй! - Тот лишь кивнул и отмахнулся. Ну а я спорить не стал. Действительно пошагал вслед за Ермолаевым и неотступно топающим рядом красноармейцем Семеном.
   Идти оказалось довольно далеко, на другой конец села и поскольку попутчики не донимали меня беседой то ничего не мешало внимательно осмотреться вокруг. Как я успел заметить еще на подходе, домики были бревенчатые, на довольно высоком каменном фундаменте. Небольшие оконца зияли пустыми рамами и в то же время причудливо обрамленные красиво резанными наличниками. Под окнами большинства домов стояли глухие съемные ставни. Никаких фронтонов у крыш небыло, избушки были накрыты пирамидками черепичных крыш с торчащими из них печными трубами. Символически разгороженные плетнем участки с висящими на них крынками и половичками. Небольшие цветущие плодовые деревца, скорее всего вишни, маленькие грядочки. Поленницы под навесами с соломенными крышами. На некотором отдалении за домами стояли сортиры. Ох как прохладно в феврале когда удобства во дворе. Собачьи будки мирно соседствовали с маленькими курятниками. Куры и петухи бродили вокруг домов совершенно не обращая на прохожих внимания. Впрочем как и собаки. Собак было довольно много и хоть большинство встретившихся барбосов были едва ли в половину больше средней кошки, но у каждого дома их крутилось по паре штук. Кошек на глаза не попалось, а собакам на появление нового человека было наплевать. Лишь одна или две вяло махнув хвостом дали понять, что мое присутствие замечено.
  -- Вот так и живем! - Семен прокомментировал заметив мое внимание. - По четыре, пять человек. Кто, значит, с кем уживается лучше. Мой дом вон через один будет. Если на постой не определят куда еще, то милости просим.
   Следующий дом ничем не отличался от уже виденных. На соломенной крыше практически пустой поленницы заметил две пары снегоступов. Крылечко с лавочками скрывала тенью статная береза, в кроне которой я приметил пару скворечников интересно сделанные из чурбаков.
  -- На постой уже решено устроить в комнате при сельсовете. К вечеру там все организуют. Кровать и тюфяки есть, - участковый разрушил планы Семена. - Стол и сундук притащат. Там и до кухни близко. А у тебя и так угла свободного нет, нечего теснится. Или ты решил с гостем отметить знакомство? Опять зерна на солод уволок? Узнаю что снова брагу поставили, пеняйте на себя.
  -- Да ну, когда это было!
  -- 12 сентября в том году. А потом еще к доктору приставал за разрешением перегнать в спирт и обещал поделить честно.
  -- Ну было и было. Так то эксперимент был. И не для себя же, для всех.
  -- Потравитесь эксперементаторы.
   Семен дальше тему развивать не стал. Может и правда ушлый красноармеец припас нечто горячительное для особого случая. Впрочем вот уж не отказался бы. Интересно как тут у них с этим делом -- по карточкам? Или автолавка приезжает раз в неделю. Тем временем мы спустились к речушке через которую был перекинут один из мостиков едва ли двух метров в ширину. Весь настил был явно свежий из некрупных бревнышек, стянутый на манер плота веревками к балкам перекинутым от опоры к опоре. По одному краю мостика были устроены перила. Дальше дорожка вела к десятку крупных строений среди которых узнавались очертаниями столовая, склады, коровники и видимо кузня-баня, над трубой которой вился дымок. В начале этой промзоны и стоял дом сельсовета. Просторная вытянутая изба с широким крыльцом, коновязью у которой стоял печального вида коняка меланхолично пожёвывая свежекошенное сено из большого короба. В аккуратно обложенных камнем клумбах зеленели пока еще не распустившиеся цветы. Над входом на легком ветру покачивалось полотнище алого флага с вышитыми серпом и молотом.
   Задерживаться у входа мы не стали и пройдя внутрь помещения через довольно низенькую дверь я попал в просторное помещение сплошь заставленное лавками. С одной стороны было сделано нечто похожее на подиум и рядом стояли пяток плетеных кресел. Внимание привлек странного вида метровый щит, на резной раме которого гордо именовалось "Доска почета". Само по себе наличие такой доски в данном антураже было само собой разумеющимся. И текст на доске выведенный аккуратным трафаретным шрифтом был читаем. Но вот лишь присмотревшись я сообразил что доска с зачерненым основанием покрыта крашеным воском, а весть текст лишь прочерчен на ней. Сообщение на доске гласило " Коллектив колхоза Оплот Надежды выражает огромную признательность Чуркиной Екатерине Матвеевне и восхищается ее самоотверженным поступком сохранившим коллективную собственность!!! 27 марта товарищ Чуркина без сомнения и колебания прыгнула в воду за свалившимся с моста козленком и вынесла его на берег!..." там еще что-то было про "ровняться, вручен вымпел, поздравляем", а меня вдруг одолела мысль " Интересно, а козлы тонут?"
   Семен взявший на себя роль гида стал объяснять куда посмотреть и на что обратить внимание.
   -Ага, Катька бой-баба, вода холоднючая, а она хряп с моста и козла этого за ногу хвать. Чуть не утопила бедолагу. - он почесал бороду и оглядевшись продолжил. - Тут значится у нас актовый зал, собрания проводим ну и концерты когда праздник. Вон за занавеской доктора кабинет. Только его нет пока. - он махнул куда-то в сторону, - У них на опытном участке высадки какие-то по плану были. Но скоро будет, без него не обойтись. Не доктор, а цельный проффесор.
  -- Болтун ты Сеня. Проходите в кабинет.
  -- И ничего я не болтун, доктор у нас голова! А кабинет вона с той стороны, - и он показал на противоположенную от докторской стену. - вот и кабинет.
   В отличии от медпункта проход в кабинет преграждала деревянная дверь из широченных, плотно подогнанных досок. Войдя внутрь взгляд сразу привлек длинный, метра в четыре и шириной больше метра, сверкающий глянцевым лаком дубовый стол. Массивные резные ножки, панели с орнаментом, изящные кромки. Выполненный с тщательностью и любовью настоящим мастером после всего виденного до этого простого и даже местами топорного, в прямом смысле слова, быта он обескураживал. Такой стол мог бы стать украшением офиса любого руководителя. В довесок к нему рядком стояли десяток стульев, с гнутыми ножками и широкими спинками, сделанных из того же материала и не менее аккуратно.
  -- Видал как умеем. - Семен ухмылялся видя какое впечатление произвел стол. - Эт Борисычу на юбилей смастерили. За дубом верст за семь ехать пришлось, там и заготовки пилили и столешницу кололи. Одну пилу сломали, ох и шуму за нее потом было. Не скажешь же как сломали, тайна. Потом две недели мастерили. Мужики значится стругают на втором складе, а пара баб рядом ходит. Глядь, Борисыч идет, так под руки его и давай голову клумить, да в сторонку уводят. Доктор тогда как-раз подсобил. Воску с маслом намешал и говорит натирайте чтоб как у кота, значится. Вобщем всем миром делали. Председателя чуть кондрашка не хватил, когда ему показали подарок. Ну и там доктор подсобил.
   Едва мы начали рассаживаться как в актовом зале послышались шаги и обрывки разговора. В дверь вошел уже знакомый пиджачный председатель и за ним следом еще один высокий сухопарый мужчина. Новоприбывший тоже носил костюм, черный пиджак и штаны выглядели или выгоревшими на солнце или сильно полинявшими от стирки, настолько бледный был цвет. Но сам костюм был скроен более аккуратно и сидел на вошедшем вполне пристойно. Добрый, участливый взгляд сразу же остановился на моей скромной персоне и мужчина целеустремленно двинулся на встречу.
  -- Феноменально! Нет! Вы только подумайте! Просто невероятно! - долгое, крепкое рукопожатие и доктор, а кто же это еще мог быть, наконец представился. - Доктор Белозерцев. Евгений Михайлович, к вашим услугам юноша. В прошлом полевой хирург, сейчас же начальник мед. службы колхоза. Эм... и зоотехник по совместительству, и агроном иногда. И все-таки! Вы только подумайте! Как там? Расскажите, непременно расскажите все! С подробностями!
  -- Подожди ты. - председатель, уже успевший занять свое место, оборвал тарахтение хирурга и повернулся к Семену. - Вот что, ступай на вход. Совещание у нас будет сейчас. Любопытных гони в шею. Настю только пропусти, обещала скоро быть с чем да печевом. И гляди чтоб под окнами не бродили, вечером все.
   Семен оглядел всех, разочарованно поскреб бороду и потопал на выход. Мы же расселись за стол, участковый достал мои документы и разделив их передал на изучение остальным. Дав несколько секунд Герасимову и Белозерцеву на то чтоб вчитаться в написанное, повертеть в руках ламинированные права, изучить не самые удачные фотографии он наконец повернулся ко мне.
  -- Итак Дима, расскажи нам, как ты прошел сюда, что сейчас по ту сторону прохода, время какое. Можешь ли обратно проход сделать.
  -- Документы. Почему документы часть на английском языке? -- Вставил свои пять копеек доктор.
   И все так пристально смотрят на меня. Ждут что я сейчас начну рассказывать. Угу, трибуну только повыше дайте. Меня вдруг одолело раздражение на весь этот цирк, на сектантов этих. Или может это секретный советский проект по коммунизации параллельных миров?
   -Вот что. - Я несильно хлопнул ладонью по столешнице и протянув руку, собрал свои документы. - Сейчас сначало вы сами мне все расскажите. Кто вы, эльфы вашу бабушку? Для чего тут обитаете? Зачем соорудили портал? И когда вы его включите чтоб пройти обратно? Только после этого можете меня расспрашивать.
   Ермолаев насупился, уж больно не понравилось милицейскому как я забрал свои документы. Он уже готовился что-то сказать, но тут вмешался доктор.
  -- Это разумно. - он почесал переносицу указательным пальцем. - Да. Разумно. Юноше действительно будет проще ориентироваться в своем рассказе и в ответах на наши вопросы если он будет знать историю нашего прибытия в это место.
   Участковый досадливо хмыкнув, изобразил невнятным жестом, мол дело ваше и отойдя к окну принялся набивать трубку, явно отвлеченно о чем-то размышляя.
  
  

***

  
  -- Товарищ комиссар. Товарищ комиссар. - Легкое прикосновение руки к плечу мигом сбросило липкий, тяжелый сон. Впрочем и не сон даже, а всего три часа настороженной дремы. - Светает, вы разбудить просили.
   Он приподнялся и неуклюже спрыгнул с борта грузовика, где завернувшись в шинельки спали еще четыре бойца. Закоченевшее и неотдохнувшее тело, казалось впитавшее в себя добрую половину утреннего тумана, протестовало. Механически запеленав ступни в портянки, надев сапоги и затянув портупею, Ермолаев постарался найти фуражку, только едва посветлевшая полоска неба над лесом света давала мало.
  -- Залезай в кузов -- он кивнул в направлении машины, - час до отбытия у тебя есть. Вздремни.
  -- Есть час вздремнуть! - боец в момент залетел на освободившееся место и обняв винтовку моментально уснул.
   Тем временем младший лейтенант НКВД Александр Ермолаев старался привести сонные мысли в порядок. Канонада на западе утихла, однако как бы в противовес идущей с востока полоске рассвета, та часть неба щерилась черно-алыми отсветами пожаров. Вспомнился командир третьего дивизиона Иван Богданов, который провожая комиссарскую полуторку и умудрившись добиться согласия сопроводить часть подвод с ранеными, все повторял "Снаряды кончаются, ты уж скажи им пусть снарядов подбросят". Вспомнился приказ 18-му артполку "С данных огневых позиций не отходить. К вам будет послано подкрепление пехоты", продублированный в том числе и с его Александра участием. Что выехать из города удалось за час до темноты, а поскольку зажигать фары и неспешно тащиться сопровождая три конные подводы по дороге часто обстреливаемой авиацией противника и опасаясь передовых групп немцев было равносильно самоубийству, сьехав пару верст с дороги заночевали в деревеньки со странным названием Подопхаи. Впереди еще 30 верст и выдвигаться надо рано, едва водитель сможет различать дорогу.
  -- Коваленко -- он обойдя машину слегка пихнул крайнего бойца.
  -- Я, товарищ комиссар. - Пробурчал тот не потрудившись не только пошевелиться, но даже пилотку с лица стащить.
   Вот же поганец. Нет понятно что стойки смирно и положенных по уставу трех строевых шагов Ермолаев не ждал, ну хоть пилотку то с ряхи стащил бы и глаза открыл. И не боится же страшных НКВДщных петлиц. Впрочем кому они нужны эти строевые шаги, забот и без этого хватает.
  -- Через час выезжаем, собрать фляжки, ведра, все что есть и наполнить водой, у селян спроси чтонибуть. Но чтоб именно спросил. Скажешь нам ехать далеко -- раненых поить надо будет. Потом поднимай всех. Кузов оборудовать под перевозку ран-больных.
  -- Так не влезут же! - вот тут боец откинул пилотку приподнялся и удивленно уставился на командира.
  -- Выполнять. - Александр и сам понимал что усадить на полуторку четверых бойцов, двух санитарок и двенадцать раненых задачка непростая, да и растрясет больных, но другого выхода уже не видел.
  -- А завтрак когда?
  -- Если за час не соберетесь, то немцы завтрак принесут.
  -- Есть час на сборы! Ненадобно нам немецких завтраков, у нас вон и сало есть, селянки вчера угостили, чтоб значит фашисту не досталось. И хлеба найдем, вон яблонька сочная, не переживайте товарищ комиссар -- все будет готово.
   Александр направился к стоящим в ряд пяти телегам, на которых из зоны боев вывозили остатки разбомбленного госпиталя. Две измученные девчонки санитарки и уставший, казалось не спавший с начала войны хирург, земляк Ленинградец. Нужно было убедить упрямого медика переложить раненых в машину и оставив лошадей селянам двигаться максимально быстро. Впрочем если будет налет, то спасти лежачих будет сложно. Оставлять же раненых в деревне было опасно, он точно знал, оккупированные села будут осмотрены и укрывающих, раненых, жителей расстреливают без суда. О том как вести себя деревенским если в деревню войдут немцы, он вчера перед сном долго разговаривал с председателем соседнего колхоза заехавшим сюда привезя жену в дом матери. И хоть Борисыч, как тот просил себя называть, сам до половины додумался своим практичным деревенским умом, разговаривали они долго. На совет покинуть колхоз и вступив в армию отойти к местам сбора, тот отмахнулся заявив что не бросит в беде своих людей, несмотря на то что коммунист и неприязнь фашистов к партийным осознает.
   Доктор уже суетился вокруг раненых, меняя повязки. Одна из сестричек сматывала развешанные на просушку бинты, другая ассистировала.
   -Аааа, Александр Владимирочич, доброе утро голубчик. - Александр поморщился, потомственный врач Белозерцев иногда в беседе вставлял словечки от которых нормальному советскому гражданину становилось не по себе. Одно только " милостевый государь" при знакомстве, едва не превратило все в конфликт. Но то как самоотвержено Евгений Михайлович оберегал и выхаживал своих пациентов говорило за себя.
   -Доброе. - Александр ответил на приветствие не-то с вопросительной, не то с подозрительной интонацией, впрочем ехидничать не стал и сразу перешел к делу.
   Как оказалось двое раненых за ночь скончались и размещать в машине нужно будет только десятерых больных из которых трое смогут двигаться сидя. Две щупленькие девчонки много места не займут. Оценив предусмотрительность старлея распорядившегося запастись водой и обсудив способы эвакуации раненых с машины в случае налета, они уже собирались расходиться и руководить сборами, как вдруг какой-то мужичек прикативший в центр деревеньки на велосипеде, стал тренькать в звонок, бить палкой в пустое ведро и переодически кричать что-то типо " Сюда! Все сюда!"
  -- Это что за фокусы? - Недоуменно пробормотал доктор, моя руки в припасенном ведре с водой.
  -- Пойдем Евгений Михайлович. Это либо по твоей специальности, либо по моей. Или свихнувшийся, или паникер, сабботажник. - Александр поправил кобуру с пистолетом и неособо удивляясь, доводилось и не такое видывать в предфронтовых зонах, зашагал к велосипедисту.
   Встревоженные жители, явно не сомкнувшие за ночь глаз быстро окружали горлопана. В деревнях такое часто доводилось наблюдать, вроде все при деле, улица пустая, а стоит погреметь и покричать и не пройдет пяти минут как все село вокруг стоит и внимают. Деревенские послушать всегда с охоткой, вот только послушают, послушают, а сделают по своему. Это Александр тоже знал, еще с тех времен когда совсем молодым выпускником ездил в составе агит-поезда разьясняя селянам о необходимости коллективного хозяйства. Слушать слушали, а скотину били и за копейки на рынок везли, лишь бы в колхозы не сдавать животинку.
  -- ...Безопасное место, там вы сможете безбоязненно дождаться возвращения красной армии и вернуться к своим домам. Брать с собой только самое необходимое и инструмент, место там глухое. Нет ничего далеко нести не придется, Кур, коз, поросят, берите -- но крупную скотину нет. Агрепина ну что ты мелиш, борька твой сорок пудов поди весит, и ходит то ели ели. Ласковый? Кто ласковый? А кто чуть не сожрал соседскую шавку когда та в свинарник за кашей полезла? Нет уж пусть на немца тут охотится.
  -- Это что за деятель? - Александр легонько толкнул в бок Борисыча.
  -- Так эт Мольнар. Егор. Вон его дом. - и председатель махнул рукой в старую рубленную избу и стоящий рядом не то амбар, не то огромный сарай. - Он в город за женой поехал, угораздило же ее за матерью третьего дня уехать. Вот вернулся, пробраться не смог. Говорит собирай деревня вещи -- спрячу вас от фашистов.
  -- Дурачок ваш местный?
  -- Да ну, скажешь тоже,он то с женой лет пять назад приехал, на заработках в столице был. И с тех пор у нас в колхозе, почитай самый важный механник, руки золотые.
  -- Тогда какого черта он тут вытворяет, - пробурчал комиссар и уже к велосипедисту -- Эй, товарищ, подойдите.
   Деревенские шустро отхлынули в сторонку и начали обсуждать услышанное. Некоторые бабы отправились явно собирать скарб, как там еще власть решит, дело не понятное. Но собрать вещи и удобно сложить у выхода не помешает. Особых споров слушать ли горлопана небыло, видимо доверяли местные Мольнару, хотя может и страх, ожидание оккупации и крушение надежд что все обойдется тоже свою роль сыграли.
   - Что это вы товарищ тут за агитацию развели? - отойдя почти к самым подводам с ранеными начал комиссар? - Или партизанский отряд собираете из баб, стариков и детей? Что за самоуправство и почему не согласованно с властями. Назовитесь!
   Последнии фразы Александр практически прорычал в лицо мужечку. Это часто срабатывало, от спокойной беседы, вдруг перейти в рев. Но не тут то было, агитатор по прежнему с доброй, да черт возьми именно доброй, не ехидной, не снисходительной, не с рассеянной, а именно с доброй улыбкой смотрел на старлея.
  -- Мольнар Егор. Жителей села провожу в безопасное место. Никто там не станет угрожать. Там безопасно. Вы поможете им. С вами селяне будут еще в большей безопасности.
   Чем дольше этот человек говорил ему, тем спокойнее становилось на душе у Александра. Рука, в начале разговора сжимавшая пистолет, расслабленно опустилась вдоль тела. Накатила волна тепла и доверия. Взгляд этого человека казалось втягивал в себя волю и злость, но так же забирал усталость и тоску которая поселилась внутри подпитываемая картинами ужасов войны.
  -- Вы свою задачу выполнить не сможете сейчас. На дорогах немцы, вам не прорваться к Ельне. Пройдете с селянами и когда будет спокойнее я вас выведу. Поможете людям обустроиться. Тут вы видите старики, бабы, дети. Вы им поможете.
   Старлей пробовал разозлиться, чтоб скинуть с себя эту ватную умиротворенность, отвести взгляд от бездонных глаз Мольнера. В конце концов у него приказ, у него раненые, которых надо довести до госпиталя. Толи последнюю мысль он произнес вслух, а может это было очивидно, но Егор продолжал.
  -- Больных возьмете с собой, там они поправятся. - Оказывается они уже шли около обозов и тот клал на грудь каждому раненому руку. Остановившись около двух самых тяжелых он с сожелением продолжил. - не всех. Этих двоих оставите тут. Я позабочусь о них.
  -- Я не брошу ниодного пациента -- вдруг встрепенулся доктор, тоже како-то неестественно заторможенный и расслабленный.
  -- Это больше не пациенты. - тот положил ладони на лоб сначало одному бойцу, затем второму. - Собирайтесь, у нас есть пол часа.
   Повернувшись он зашагал сново к селянам и в пару фраз разогнал всех собирать вещи. Пока он уходил и доктор и Александр смотрели в след не имея сил шелохнуться. Потом ярость вернулась, старлей выхватил пистолет, какое-то время смотрел вслед странному человеку, затем зло сплюнув повернулся к машине.
  -- Стародубцев! Машину заводи! Подгоняй сюда, грузимся и выезжаем!
   Бойцы удивленные внезапной раздражительностью командира засуетились.
  -- Они мертвы -- как-то рассеянно прозвучало за спиной. Обернувшись Александр увидел что два бойца пару минут назад находившиеся на грани жизни и метавшиеся в болезненном бреду затихли и на измученных лицах появилось упокоенное выражение. Маска.
   Отъезд задержали еще на двадцать минут, отведенных на то чтоб вырыть неглубокую братскую могилку где и похоронить четверых ушедших раненых. Взять с председателя обещание что бойцов по возможности перезахоронят и погрузить в кузов оставшихся. Машина тронулась, но преодолеть дорогу было не так просто. Около того дома на который показывал староста собралось все село. Пол сотни человек, пяток коров, козы, тюки, мешки. Детвора ревела не переставая, дети чуть постарше, нагруженные в половину своего роста пытались утешать младших. Вспомнилась колонна беженцев под Киевом. Завывание вражеской авиации. Бессильная злоба, дикая, затуманивающая, до боли в груди. Какая-то тетка державшая на спине мешок в котором что-то хрюкало и визжало. И явно не в один голос. Освобожденные доктором телеги селяне тоже пригнали сюда и набили их под маковку.
  -- Товарищ комиссар посигналить? - водитель рассеянно смотрел на этот затор и прикидывал как обьехать селян.
   Ермолаев не собирался идти вместе с чертовым Мольнером. Он четко решил что если этот странный тип подойдет еще раз то он прострелит ему ногу. Но сейчас видя это жалкое зрелище, в котором дети держащиеся друг за друга мал-мала-меньше, с надеждой идут в неизвестное безопасное место. Как в людях мысленно смирившихся с приходом врага вдруг начинает теплиться надежда. Тоска отступившая под взглядом незнакомца начала возвращаться вновь. Доктор сидел рядом в кабине и молчал. Молчал так показательно, что Александр скрипнул зубами.
  -- Отделение спешится! Принять часть поклажи у населения, детвору в кузов, потеснятся. - Даже отсюда с двух десятков метров он увидел как ему улыбнулся чертов горлопан и стал открывать ворота амбара.
   Его бойцы уже через минуту подсаживали детвору в кузов. Он и сам потянул руки к исхудавшей, изможденной женщине и принял у нее маленькую, щуплую, девочку лет семи.
  -- Как тебя звать милая?
  -- Настя. А вы нас защитите дядя солдат?
  -- Конечно дорогая, для того солдаты и нужны. - Он сглотнув комок протянул ребенка принимающему в кузове доктору. Девочка болезненно ойкнула, но сразу же собралась и стиснув куклу присела на место. Белозерцев еще несколько минут повозился с девочкой, незаметно оглядев ее руки, шею. Перекинулся с ней парой слов и нахмуренный спрыгнул с машины. Подойдя к матери вежливо поздоровался и уточнил чем болеет девочка. Беззвучно плача, женщина обьяснила что зимой у ребенка обнаружили лейкимию и врачи только развели руками. А теперь еще война. Бедная мать находилась на грани. Оставив врача успокаивать мать, Александр направился к Егору.
  -- Будет тяжело. - Рассеянно улыбнувшись проговорил тот когда комиссар прошел в амбар. - Ну ничего. Зато так будет правильно.
   Старлей не понял к кому это относилось. То ли что будет тяжело идти, то ли что там будет тяжело. Оглядевшись он сообразил что огромный амбар на самом деле пуст, лишь у сены возвышается большой камень. Мольнер совершенно не удивился решению Ермолаева присоедениться к ним. И занимался тем что пытался втолковать какой-то бабе что три мешка угля брать не надо с собой. Затем отведя в сторону комиссара обьяснил.
  -- Сейчас я открою проход и вы по два три человека будете туда идти. Ничему не удивляйтесь. И солдаты пусть поддерживают порядок. Сначало люди с вещами, потом телеги, потом машина. У нас мало времени, поэтому нужен порядок и четкое выполнение правил -- прошел и в сторону, освобождая путь. Председатель пойдет первым и будет наводить порядок там.
   И опять этот странный человек не дав ничего уточнить ушел, направившись к селянам которые тащили плуг. Александру оставалось только идти ставить боевую задачу отделению. Бойцы выслушали, тоже ничего не поняли.
  -- Так это, товарищ комиссар, тут что люк под землю? Бункер вроде как?
  -- Незнаю Алешенька. Незнаю. - задумчиво проговорил Ермолаев.
  -- Эмм. Так я это. Семен! Красноармеец Коваленко!
  -- Да какая разница. - все так же негромко и задумчиво.
  -- Виноват! Товарищ старший лейтенант! Исправлюсь!
   Урезонить хохмача Александр не успел, в центре амбара полыхнуло белым пламенем, запахло как после грозы и отварилось окно . Окно ведущее на полянку у леса расцвеченного теплыми цветами августовского рассвета. Мирными цветами. Стало очень тихо. Кажется даже поросята в мешке у дородной тетки перестали визжать, все в изумлении таращились в такое чудо. Вперед вышел Борисыч. Постоял, размашисто перекрестился и шагнул вперед. Общий выдох пронесся в едином порыве, но никто не шелохнулся. Борисыч отчетливо видимый на той стороне помахал рукой. Из толпы селян, протиснувшись между ног, копыт и колес выскочила маленькая собачонка, тявкнула и без сомнений сиганула к председателю. Закружилась по полянке уткнув в землю остренькую мордочку, вбирая чутким носом запахи нового места.
  -- Ну че мы, глупее Жульки? - вышедшая из толпы тетка поудобнее ухватила за руку мальчонку, закинула мешок с поросятами на спину и направилась к проходу.
  
  

***

  
   Доктор продолжал рассказывать, а я сидел и тихо обалдевал. Прошедшие сюда в 1941 году люди так и не дождались проводника Егора, то ли сгинувшего в страшные дни Великой Отечественной, то ли по иным причинам не вернувшимся за беженцами.
  -- Поначалу мы осмотревшись отошли сюда к речке, - взял на себя рассказ Борисыч, - шалаши смастерили. Сашка, - он кивнул на участкового. - тот солдатиков своих у камня в захоронке посадил, если немец пройдет, то чтоб знать дали. И почитай, почти до конца сентября ждали. Худо-бедно осмотрелись вокруг. Наша это земля, только леса буреломные, да луга. Ни деревень, ни полей, нету ничего. Как и небыло никогда. Отстояли мы табором почти до первых морозов и только тогда зашевелились. Зима впереди, а запасов почитай и нет.
   В общем и деды, и прадеды по большому счету от нас, потомков ничем не отличались. Как говорится пока гром не жахнет, мужик не перекреститься. Ближе к холодам, осознав что в ближайшее время обратного пути не предвидится, селяне в спешном порядке соорудили две большие землянки, накрыв наспех сделанными крышами из бревен и лапника. Расположив их входами напротив друг-друга, сделав внутри небольшие закутки для скота, грубые нары в два яруса и выложив подобие очагов. Пол устелил все тот-же сосновый лапник. Озаботились сбором и сушкой грибов, заготовкой дров. Лес, дремучий и богатый на дары густой стеной окружал поселение. Собирали все, что могло помочь перезимовать. Рябину, бруснику, клюкву, даже жёлуди из небольшой дубравки. Провизию захваченную из домов за месяц благополучно подъели почти всю. Доели бы точно и остальное, но лес баловал дичью -- лоси, кабаны, зайцы, давались охотникам легко, практически не пугаясь людей. Бобры, утки, гуси, нагулявшие за лето, тоже частенько попадали в общий котел.
   -Ты не представляешь, - председатель казалось снова переживал те тяжелые моменты -- сидим, обсуждаем что еще можно запасти на зиму, и тут кто-то ляпнет "а что мы по весне сажать будем". У меня, веришь, пот холодный по спине. Думаю- дед покойничек в гробу перевернулся и строго так пальцем мне, мол вот он крестьянин потомственный, дурак мол, одним завтрашним животом думаешь. Кинулись, собрали все что можно. Картохи пару пудов всего, пшеницы чуток, морковка, луковички, да чеснока малость. Вот те крест -- все богатства те я одной рукой бы поднял. Сам сорную яму по щипотке помогал перебирать.
   Приспичило колхозникам, помойку появившуюся за время после перехода перерыли, отсортировали. Дополнением к семенному запасу стали яблочные огрызки, шелушеные стручки гороха с несколькими пропущенными горошинами, семена тыквы и недоеденные подсолнухи. От безнадежности выбрали и крупные кортофельные очистки. В скарбе селянок нашли семена капусты, помидоров, огурцов, укроп, лук. Все богатство передали под надзор одной из бывших медсестер, с наказом следить за состоянием и тщательно оберегать. Чем она и занималась до ранней весны.
   Уходившие в августе люди встали перед проблемой теплых вещей и с наступлением первых заморозков в заготовительных рейдах колхозники выглядели похлеще француза 1812 года. Пара ватников, пяток шинелей, один заношенный тулуп, вот и вся зимняя одежда на без малого сотню человек. С обувью дела обстояли еще хуже. По сухой погоде спасали лапти и две пары портянок, в дожди и слякоть солдатские сапоги. С первыми снегопадами за пределы поселения уходить было разрешено только чтоб проверять силки и на речку за рыбой и водой.
   Рыбу впрок решено было не заготавливать, благо сплетенные жаки исправно поставляли на оскудевший стол разнообразную речную рыбу. Красноперка, линь, подлещики, карасики набивались в плетеные корзинки и хоть пустой рыбный навар к концу зимы порядком всем осточертел, река прокормила оторванных от привычного мира людей. С началом подготовки к зиме Ермолаев собрал все оружие. Для охоты на лесного зверя теперь использовались силки, петли, капканы. Эксперименты с ловчими ямами себя практически не оправдали. За ту первую, самую тяжелую зиму патроны на охоту выделяли всего два раза для добычи лосей. Первого удалось добыть легко, а за вторым подранком охотники бродили почти весь световой день и уже по темноте, с факелами, на волокушах, насквозь промерзшие, дотащили тушу к землянкам. Весь охотничий отряд следующим же днем свалился с сильной простудой.
   Раненые бойцы наудивление быстро поправились, востановили силы, уже через месяц после попаданства на равных участвуя в сооружении временного жилья. Прилив сил и бодрости, улучшение самочувствия ощутили и все остальные. Стали проходить привычные хвори. Порезы, царапины заживали с такой скоростью, что доктор только удивлялся. За всю его практику даже близких к этому показателей не только он сам не видел, но и не читал о подобном в работах своих коллег.
  -- Что же это получается, - неудержался я. - вы тут бессмертные все что-ли?
  -- Нет. Здоровья место это нам прибавило знатно. Все так. Только и погост свой тоже у нас есть. Там на холме за дубравой. - Борисыч побарабанил пальцами по столу -- Двоих не уберегли. Никита Городецкий под лед провалился. Антонину в лесу деревом зашибло. Ну и троих по старости схоронили. Бабку Матрену первой зимой в последний путь проводили. Дед Максим тот годков двадцать назад помер, баба Женя лет двенадцать. Им уже когда мы пришли сюда всем седьмой десяток шел.
   Тут нас прервали. В дверь легонько стукнув вошли Семен и Настасья, неся в руках две объемные корзинки. На стол тут же споро расстелили тканую скатерку, из корзинок появилось печево и глиняные крынки, заботливо обмотанные тряпицами и затянутые бечевкой.
  -- Угощайтесь! Кушайте пока горячее, все только из печи. - Настасья ловко достала из второй корзинки плетеный короб с куринными яйцами, солонку, пучок зеленого лука и черемши. - Чай, самовар и баранки я потом принесу.
   Семен ухватил пирожок, получил в бок от хозяйки и они вышли. Я осмотрел стол с предложенным угощением сообразил как сильно оказывается проголодался. Горка горячих, румяных расстегаев с рыбой посыпанные мелко порубленной зеленью, исходящий ароматным паром из крынок рыбный бульон. Куриные яйца оказались сырыми, я подсмотрел и намотал на ус как доктор ловко расколотив одно аккуратно перелил содержимое в открытый верх пирожка. На время обеда все серьезные разговоры были отложены. Но как только последний расстегай, был съеден пришла моя очередь рассказывать.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   (

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Черчень "Джентльменский клуб "Зло". Безумно влюбленный" (Романтическая проза) | | М.Эльденберт "Девушка в цепях" (Романтическая проза) | | В.Крымова "Возлюбленный на одну ночь " (Любовное фэнтези) | | Э.Тарс "Б.О.Г. 4. Истинный мир" (ЛитРПГ) | | С.Суббота "Белоснежка, 7 рыцарей и хромой дракон" (Юмор) | | Л.Миленина "Не единственная" (Любовные романы) | | Д.Вознесенская "Игры Стихий. Перекресток миров." (Любовное фэнтези) | | Т.Серганова "Хищник цвета ночи" (Городское фэнтези) | | П.Эдуард " Кваzи Эпсил'on Книга 4. Прародитель." (ЛитРПГ) | | А.Россиус "Ковен Секвойи" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"