Шалюкова Олеся Сергеевна. "Амуры

Амуры-муры.

Срочное собрание амуров.

Небольшой класс в сонном провинциальном городке. За окнами собирались грозовые тучи, и гроза должна была вот-вот разразиться в самом классе.

На учительском столе, закинув ногу на ногу, сидела черноволосая девушка. Белый короткий хитон обнажал длинные ровные ноги. Брюнетка задумчиво разглядывала свои идеальные ноготки, покрашенные в алый цвет. В серых глазах, опушенных черными длинными ресницами, блестели смешинки.

Время от времени дверь кабинета хлопала, но если бы кто заглянул в класс, он бы увидел только пустоту. Зато девушка время от времени отвлекалась от своих ногтей и помечала в огромном журнале, висевшем прямо в воздухе, прибывающих. Ручка с алыми чернилами то и дело оставляла кляксы, но девушку это, кажется, не волновало.

Дверь хлопнула в последний раз. За окном раздался жуткий грохот, и по подоконнику застучали первые, еще пока редкие капли дождя.

- Добрый день, господа амуры, - мурлыкнула девушка. - Я рада приветствовать сегодня вас здесь. К моему удивлению, вы собрались все. Надо отметить, что это вы сделали правильно.

- Еще бы, - раздался голос с последней парты. Рыжеволосый низенький крепыш посмотрел на девушку. - Попробуй тебе откажи, Горгона. С того света достанешь!

- Ну не надо так утрировать, - улыбнулась Медуза, черные волосы чуть заметно шевельнулись. - Я мягкая, белая и пушистая.

- Когда тебя не злить, - так же злобно добавил крепыш. - Горгона, пожалуйста, переходи к цели нашего собрания.

Медуза Горгона ехидно усмехнулась, спрыгнула с парты и остановилась у доски. Куда исчез нежный голосок, которым она очаровывала присутствующих. Сухим учительским голосом, девушка начала свое сообщение.

- Амуры, как обособленное подразделение, приписаны к греческому Олимпу, последние шесть веков. Несколько первых веков к вашему подразделению не было никаких претензий. Вы хорошо работали, четко отрабатывая план статистики. Однако в последние пятьдесят лет наблюдается поразительная и настораживающая картина. Снижается количество выстрелов. Любых, приносящих взаимную любовь или же нет! Одновременно с этим увеличилось число колчанов стрел, которые вы берете со склада. Руководство отправило меня, чтобы разобраться с тем, что происходит. Хотелось бы узнать, в чем причина таких провальных показателей.

Резко подавшись вперед, девушка ударила ладонями по парте. Легкий хлопок слился с раскатом грома. Вздрогнули все.

- И еще очень хотелось бы знать, - доверительно понизив голос, сказала Горгона. - Что вы собираетесь делать дальше?

Амуры, собравшиеся в классе, молчали. Расхожее мнение о том, что это такие маленькие мальчики с крылышками - было почти верным. Амуры действительно выглядели как маленькие детки, с белыми пушистыми крыльями, колчаном стрел за спиной. Но, во-первых, здесь были представители обоих полов, во-вторых, в последние несколько веков с неудачных луков, от которых устают руки, амуры перешли на скорострельные арбалеты. Впрочем, всегда оставались приверженцы классических методов, пользующиеся луками.

Напряженное молчание разбил тот самый рыжий крепыш, который осмелился что-то сказать легендарной Горгоне, надзирательнице за работой отделов.

- В последние пятьдесят лет, - немного задумчиво сказал он. - Люди перестали верить в амуров и в любовь. Наши стрелы просто не пробивают их толстые шкуры. Не помогает ничего... ни выстреливать одновременно несколькими стрелами, ни усилия нескольких амуров. Все бесполезно. Нас просто забывают, в нас не верят.

- А дети? - склонила голову Горгона.

- У них свой век, своя история. Свои кумиры, - рыжий амур вздохнул. - У них есть Интернет. И амуры им также не нужны.

- Почему вы не пользуетесь этим Интернетом? - поинтересовалась Горгона, опять усаживаясь на стол.

- Пользуемся, - тихо вздохнула светленькая девочка-амур в очках за первой партой. - Но это опять таки не дает никаких результатов. Таинственный и жуткий спам не дает нашим письмам доходить до сердец людей.

- В общем, - подал голос мрачный мальчик за второй партой у окна. - У нас ничего не получается. За последнее время мы перепробовали столько всего, но ничего не помогает.

- Вы пробовали договариваться с ангелами-хранителями? - уточнила Медуза.

- Да. Бесполезно.

- Вот как, - Горгона подумала, помолчала. - В общем, я очень сочувствую вам и вашему горю. Но нам нужны показатели. Вас много. Вместе вы что-нибудь придумаете. Но если через месяц показатели по-прежнему останутся на таком низком уровне, амуры будут расформированы.

Очаровательно улыбнувшись и послав воздушный поцелуй рыженькому амуру, Горгона исчезла.

Амуры переглянулись.

- И что будем делать? - спросил рыженький.

- А что мы можем сделать? - Чуть не заплакала светленькая малышка с первой парты. - Ничего мы не можем! Мы уже все перепробовали! Ничего не помогает! Все бесполезно!

- Нет.

К удивлению всех, встала одна из самых первых амуров, невысокая тоненькая как тростиночка, Фея.

- У нас остался еще один шанс. Пока вы размышляли и пробовали все нереальные методы, я убедилась в пользе и действенности самого простого способа.

- Что это? Что это? - загомонили амуры.

Фея нехорошо улыбнулась.

- Вначале я вам докажу действенность этого способа. А потом уже объясню, как это повторить.

Класс заполнил густой дым, а когда растаял - в здании старой школы не осталось ни одного амура.

Гроза продлилась еще полчаса, а потом выглянуло солнце, любовно осветившее вымытый провинциальный городок, который продолжал спать, не подозревая, что совсем скоро на его улицах начнут происходить совершенно невероятные вещи.

Рыжий-рыжий.

- Мяу? - толстый рыжий кот сидел перед витриной магазина и озадаченно оглядывал себя зелеными глазами. - МЯУ??? - шерсть на его загривке встала дыбом, когда несчастный котяра понял, ЧТО отражается в витрине. - Мяу! - толстые рыжие лапы разъехались, и бедное животное просто свалилось на землю.

Привлеченная странными звуками из магазина выглянула молоденькая прехорошенькая блондиночка, немного полноватая на вид. Подойдя ближе к рыжему коту, она присела перед ним на корточки, погладила по шерстке.

- Что случилось, маленький, ты потерялся?

- Мяу, - согласился рыжий и заплакал, замяукал, жалуясь на свою кошачью жизнь.

Постояв несколько минут над котом, девушка тяжело вздохнула и, подхватив животное на руки, внесла в магазин, оказавшийся цветочным.

- Я не могу сейчас заниматься только тобой, - сказала она, мило смущаясь. - Давай договоримся, ты тихонечко посидишь здесь, рядом с кассой. А во время обеда, до которого еще два часа, мы с тобой прогуляемся до магазина и я куплю тебе молока и мяса.

- Мяу? - немного удивленно спросил кот.

- А еще я попробую договориться с хозяином квартиры, которую я снимаю, - тяжело вздохнула девушка. - Если получиться, то я возьму тебя к себе. Правда, он котов не любит... Меня, кстати, зовут Карина. А тебя я буду звать Рыжим.

Кот тяжело вздохнул, потом немного неуверенно мурлыкнул и лег около кассы, закрыв нос пушистым хвостом. Карина взглянула на него и повернулась к входу, колокольчики над которым сообщили о прибытии клиента.

До обеда у девушки не оказалось ни одной минутки, чтобы передохнуть, клиенты валили валом, вызывая у Карины стойкое чувство недоумения. Она никак не могла понять, что происходит. Еще никогда маленький магазинчик на окраине города не пользовался такой популярностью.

А перед обедом в магазин неожиданно приехал хозяин.

- Ой, Игорь Петрович! - девушка застыла за кассой, нервно глядя в сторону кота, тихо мурлыкающего на прилавке.

- Здравствуй, Карина. О, у тебя новая игрушка? Милый котик.

- Игрушка? - эхом повторила девушка. - Милый? Котик?

- Ну да, рыжий такой, плюшевый, - Игорь Петрович вздохнул и со странным томлением посмотрел на свою кассиршу, только сейчас неожиданно увидев, какая у нее нежная кожа лица, какие красивые глубокие глаза, цвета топленого шоколада, какие губки, такого розового цвета, такие пухлые, что их хочется целовать вечно.

Красивая фигура, покатые ровные плечи, высокая грудь, тонкая талия, пышные бедра. С удивлением Игорь Петрович внезапно обнаружил, что девушка очень красива. А легкий румянец, окрасивший ее скулы, очень идет Карине.

Девушка смотрела на хозяина магазинчика и пыталась понять, почему тот застыл словно статуя, глядя на нее. И почему в его взгляде разгорается что-то очень странное.

- Карина, - поинтересовался мужчина. - А что ты делаешь сегодня вечером?

- Ничего... - откликнулась девушка.

- Как насчет того, чтобы сходить со мной в кино?

Карина подумала и неуверенно кивнула.

- Почему бы и нет?

Вспомнив о коте, она посмотрела на прилавок, но там уже никого не было... Рыжий пропал, словно его и не было, словно он всем пригрезился. Только на ключах от кассы качался плюшевый рыжий котенок, непонятно откуда появившийся

В узком переулке у стены стоял крепкий мальчишка с рыжими волосами и ругался так, что у портового грузчика завяли бы уши.

Среди нецензурных слов можно было выделить одну единственную идею.

- Ну, Фея. Найду - уши оборву! Не посмотрю, что старше!

Немного успокоившись, рыжий амур распахнул крылья и рванулся вверх. Сев на облако, чтобы отдышаться, он случайно посмотрел вниз и замер. Над магазинчиком, где он был только что в образе кота, полыхала радуга зарождающейся любви.

2. Письма с белой голубкой.

"Холодно", - плакался ветер какому-то белом лоскуту, то подкидывая его вверх, то спуская почти до крыш домов. - "Мне так холодно, Ойла!"

Белый лоскут распушил перья и оказался белой голубкой. Только, хм, странная какая-то голубка, на клюве очки, тоненькая золоченная дужка, на ноге браслетик, а глаза то, глаза умные и ... злые.

- Для начала поставь меня куда-нибудь! - прокурлыкала голубь. - А то у меня от твоих кульбитов уже голова кружится!

Ветер странным образом курлыканье понял и опустил голубку вниз, на крышу одной девятиэтажки, отличающейся от остальных "сотоварищей", разве что цветом. Между серых бетонных блоков этот был тепло желтым и вместе с тем - такой же безликий.

- Итак, - Ойла распушила перышки, мимолетно пообещав себе оборвать крылья одной наглой Фее, - что случилось?

Ветер закружился по крыше, жалуясь, что в городе совсем нет любви, и ему не у кого выдернуть из рук надушенный платочек, нет девушек, смущенных перед первым свиданием, которых можно было бы мазнуть по разгоряченной щечке, когда они бегут на свидание, отчаянно опаздывая, нет смущенных юнцов, нет молодоженов... В городе все серо, тускло и затхло!

- И что ты хочешь от меня? - уточнила голубка.

"Конечно, любви!", - словно что-то само собой разумеющееся ответил ветер.

Ойла подумала, потом взлетела вверх, осматриваясь по сторонам, затем хищно улыбнувшись - нырнула вниз, к окну с распахнутыми створками.

Сколько Антон себя помнил, он любил одну девочку из соседнего дома. Двор-колодец и их дома, и их окна были напротив. Он иногда видел маленькую серьезную крошку, топающую в сад за ручку с бабушкой, и черные косички венчали два белых банта. Они ходили в разные садики, и маленькому Антону можно было любоваться своей возлюбленной только издали.

Потом первый класс... и разные школы. 1 сентября Антон очень волновался, спускаясь во двор, где его ждали родители на машине, а из соседнего подъезда вышла Она. Уже не такая пухленькая, по-прежнему неулыбчивая и одна. Ее никто не провожал, а после обеда - не встретил.

Во дворе они тоже не встречались. Антон играл с друзьями, а она или сидела дома, или уходила в библиотеку. Иногда еще мальчик видел ее вечером, когда она возвращалась из музыкальной школы со скрипочным футляром.

Еще несколько лет, и пятые-шестые классы. Антону пришлось заступаться за свою принцессу, после короткой драки к Ней больше никто не лез, не обижали и не задевали. Вроде бы и хорошо, но Она теперь смотрела на Антона с ужасом, и он так и не смог узнать ее имени.

Новый год и седьмой класс принесли Антону победу в классе "мальков" по городу, как называл их тренер тэквандо.

Стало немного не до девчонок, тренировки, тренировки, новый уровень, новая группа повышенного класса, за всем этим серьезная сероглазая и черноволосая девочка просто затерялась, оставив только редкий силуэт в окне.

А потом десятый класс, дурманящая голову весна и яркая красотка, идущая по двору, с неизменным скрипочным футляром.

Прекрасная Незнакомка выросла, вырос и Антон, но как и прежде, он не смог в себе найти силы подойти к ней и просто познакомиться.

Все, что ему оставалось - это еще более редкие и случайные встречи, да силуэт в ее окне.

Любовь буквально сводила с ума, и с этим тоже надо было что-то делать. И тогда Антон начал писать письма. Самое первое письмо, написанное почти полтора года назад, начиналось со слов:

"Здравствуй, прекрасная незнакомка!

Мы с тобой живем в одном дворе и в соседних домах с самого девства! Но наши дороги, кажется, никогда не пересекутся..."

Письма Антон писал, когда часто, когда не очень. Впрочем, если бы возникло у него такое желание, он мог бы их перечитать, но ... все письма были заклеены и стояли в узкой длинной коробке, в углу письменного стола.

Тихо шумел компьютер, из динамиков звучала нежная мелодия, классический этюд для скрипки, Антон дописал письмо, поставил точку, подписал дату и начал перечитывать написанное.

"Здравствуй, прекрасная незнакомка.

Сегодня юбилей, ровно 11 лет с того дня, как я тебя увидел, а еще один юбилей - почти два года прошло с того дня, как я написал тебе первое письмо. Каждое письмо я запечатываю и опускаю в коробку, подписав только порядковый номер, а затем - адрес твоей улицы и твоего дома. Я ведь не знаю ни твоей квартиры, ни твоей фамилии. Да что там фамилия! Я даже твоего имени не знаю!

Прошло 11 лет, целая жизнь со своими радостями и печалями. И очень скоро моя жизнь оборвется.

Я живу только благодаря тебе, тем редким и случайным встречам, твоему силуэту. Твои серьезные серые глаза - это та нить, которая привязывает меня к этому миру. Мои счастливые воспоминания, почти все, связаны с тобой, когда я вижу тебя. Пусть очень редко... но все же вижу.

Знаешь, больше всего я боюсь придти однажды во двор и увидеть кавалькаду машин и прекрасную улыбающуюся невесту, тебя. А ведь, однажды, это может произойти! От понимания этого мне становится еще больнее.

Кто бы знал, как много я готов отдать просто за твою улыбку, но идя по двору - ты не улыбаешься, я могу представить тебя на сцене, во время симфонического концерта, такую красивую... нежную... но по-прежнему, серьезную и без улыбки.

Больше всего, я хотел бы схватить тебя на руки, унести в высокий прекрасный терем и как сказочной царевне, положить к ногам весь мир.

Весь мир - ради твоей улыбки...

А еще меня пугает то, что я знаю дату своей смерти. Как только начнется учеба в университете, и я больше никогда, никогда тебя не увижу!

Писать больше не могу. Письмо растревожило мою душу, разбило мое сердце. Эта боль... эта сладкая боль подсказывает, что я еще живу.

Твой, навеки твой, Антон".

Отложив запечатанное письмо в сторонку, в ящик, парень переключил музыку на современный рок и лег на кровать, закрыв глаза.

Сон подкрался незаметно...

... и Антон уже не видел, как в комнату проскользнула белая голубка, выхватила из ящика последний конверт и была такова.

Соседний дом, соседняя квартира. Чистенькая, но немного бедноватая обстановка. Здесь живет Она - прекрасная незнакомка Антона, живет вдвоем с бабушкой. Маленькой пенсии той еле-еле хватает на квартплату и оплату обучения внучки.

На еду зарабатывает уже девушка, подрабатывая уборщицей сразу в двух магазинах. Бабушка еще вяжет теплые шали и свитера, продает их на рынке. Раньше было полегче, а теперь бабушке уже тяжело вязать и очень скоро и этот тоненький ручеек себя исчерпает.

Стоя перед большим зеркалом, высокая девушка с одухотворенным лицом играла на скрипке, нежные звуки разбивались в комнате, дрожали, отражаясь в зеркале.

Закончив свою ежедневную вечернюю репетицию, девушка протерла скрипку, а затем уложила ее в футляр, подошла к столу, заваленном многочисленным бумагами и нотными тетрадями и замерла, озадаченно глядя на белое неподписанное письмо, в верхнем углу которого стояла цифра 64.

В сторону были отложены дела, пробормотав:

- Вот чудастики, - девушка распечатал конверт.

Письмо захватило ее, она попала под его нежную власть, и оно нескоро выпустило ее из своих пленительных объятий.

Дочитав, девушка не стала писать ответ, а вытащила чистую нотную тетрадь и начала записывать мелодию, которая рождалась из глубин души. В доме напротив начали зажигаться огни, когда этюд был закончен.

Полная чувства благодарности, за этот порыв вдохновения, девушка решила написать ответ, честно объяснить, что она не может ничего сказать молодому человеку, которого никогда не видела.

"Здравствуй, Антон.

Меня зовут Алена. Сегодня произошел такой странный случай. Закончив свою вечернюю репетицию на своем столе я неожиданно увидела письмо. Твое письмо...

Как оно попало в комнату? Я так и не смогла понять. Честно сказать, я читала твое письмо, и мое сердце колотилось словно сумасшедшее!

Мне... больно говорить это, но, к сожалению, я не могу ответить взаимностью. Прости меня... мне, правда, очень жаль..."

Недописанная записка осталась на столе, девушка пошла к дверям, чтобы открыть стоявшей на пороге бабушке, позвонившей в звонок, а голубка, выскользнувшая из-за шторы, подхватила записку и исчезла.

Ойла собиралась дать Антону последний шанс забыть соседскую девчонку.

Зал филармонии был заполнен до отказа. Алена стояла перед зеркалом, нервно разглаживая платье, немного помявшееся, пока она ехала в автобусе.

Сегодняшний вечер был особенным. Выпускной вечер у тех, кто учился в музыкальной школе все это время. Скрипка лежала в футляре, на стуле, рядом с Аленой.

Подруга девушки, низенькая полноватая Аня, закончившая с отличием класс фортепьяно, покосилась на Алену:

- Ты уверена, что тебе стоило менять программу на выпускное выступление? - осторожно спросила Аня. - Сыграла бы классический сонет! А то за три дня до концерта вздумала ставить произвольный этюд! И о чем только Жанна Аркадьевна думала?

- А-ню-та! Не переживай, - пропела Алена. - Тебе понравится!

Черноволосая красавица ослепительно улыбнулась, и Ане не осталось ничего, кроме как улыбнуться в ответ.

Алена должна была выступать первой, вот ее объявили. Сердечко замерло, застучало часто-часто, словно птица, пойманная в сети. Впрочем, выйдя на сцену, Алена успокоилась. Она любила выступать, любила зрителей. Ей нравилось, что люди приходят в филармонию послушать и ее выступление. Вот первый, словно неуверенный взмах смычка, и скрипка застонала, задрожала, жалуясь на свою злодейку-судьбу.

Сидя наверху, за необычными рожками настенного светильника, Ойла слушала талантливое выступление Алены. Найдя в зале Антона, она кивнула сама себе и слетела вниз. Мальчишка не смог отказаться от тех чувств, которые бродили в его груди. Более того, он смертельно испугался, что однажды может забыть эту прекрасную и такую нежную девушку.

Впрочем, его можно понять, они будут счастливы, эта звездная пара.

Концерт в филармонии давно завершился, но выпускники и выпускницы никак не могли покинуть крышу родной АльмаМатер. Алене предложили как лучшей выпускнице года, работу в оркестре филармонии или... обучение в Москве. Девушка обещала подумать, но, скорее всего, она выберет первый вариант, это Алена понимала очень отчетливо. Старенькую бабушку одну не оставить, а брать ее с собой в неизвестность - хотелось еще меньше.

Выйдя на улицу, Алена остановилась, словно поправляя ремешок на босоножке, а на самом деле заворожено посмотрела на молодого человека, грустно сидящего на скамейке под фонарем. В белом костюме, с букетом белых роз.

"Повезло кому-то", - вздохнула Алена. - "Красивый, синеглазый блондин... Где только девчонки таких находят?"

Вздохнув, девушка сделала шаг в сторону парка и замерла, увидев там темные силуэты. В свете луны, выглянувшей из-за облаков, блеснули серебряные пряжки и нашлепки. Давний "поклонник", принесший очень много бед. Местный парень, окруживший себя толпой нахлебников и подлецов всех мастей... Ну и еще, надо сказать, рокер Жак считал себя непомерно крутым и подчеркивал это на каждом шагу. Сердце закололо предчувствием неотвратимой беды. Шагнув в панике назад, Алена неожиданно оступилась.

Ойла нахмурилась. Рокеры в ее планы не входили, не стоило бы напоминать пока Алене о ее защитнике во дворе. Нет, девушка до сих пор благодарна тому мальчишке, благодаря которому она могла сейчас выступать, денег на вторую скрипку все равно не хватило бы. Но где-то в глубине души тлел страх перед тем же мальчишкой, что окинул ее обидчиков равнодушным взглядом, а потом словно размазался в воздухе.

Дверь хлопнула, во двор вышла Алена. Антон замер на скамейке, словно приклеенный. В голове промелькнула паническая мысль - зачем он сюда вообще явился? Подойти к ней? Отдать букет? Предложить подвезти? Благо на новенький серебристый Опель, выигранный в одном чемпионате, наконец, оформили документы.

Антон застонал сквозь сжатые зубы, и поднялся. Алена кинула на него заинтересованный взгляд и пошла к парку. А потом резко остановилась, словно чем-то напуганная, шагнула назад и... оступилась.

Парень еле-еле успел ее подхватить.

- Вы в порядке? - встревожено уточнил Антон.

Алена пожала плечами.

- Порядок - понятие относительное, но кажется - нет. Спасибо, что не дали мне упасть, но вам сейчас лучше уйти.

- Почему? - уточнил парень, с неохотой разжимая руки, поток ветра окутал девушку, и она зябко поежилась, пожалев, что не одела утром кофту. Пусть она старенькая, но зато сейчас не было бы так холодно.

На плечи совершенно неожиданно опустился белый нагретый пиджак, вкусно пахнувший мужским терпким одеколоном. Сразу стало теплее и неожиданно, словно защищеннее.

- Эй, ботаник, убери лапы от моей девчонки! - рявкнул глухой бас.

Антон вздрогнул, его глаза изумленно расширились, но к аллее он не повернулся, Алена съежилась, мгновенно уверившись, что Жак прав, и ее новый знакомый, такой красивый и грациозный, действительно ботаник.

- Алена, - тихо сказал Антон, - вы позволите отвезти вас домой? И да, - он спокойно улыбнулся, - а вот это - вам.

Растерянная девушка приняла из рук парня букет, прижала его к щеке нежными бутонами.

- Мне?

- Я совершенно не так представлял нашу встречу, - вздохнул парень. - По крайней мере, я надеялся, что смогу пригласить вас в кафе, смогу вам все объяснить...

- Что объяснить?

- Это я писал вам те письма.

Алена распахнула глаза.

- Вы? Но я же!

- Я получил вашу записку. О том, что вы не можете ответить взаимностью.

Девушка сжала виски, наблюдая за тем, как из тени парка выныривает рокер со своей бандой.

- Вы не сказали, что мне нельзя вас любить, - спокойно продолжил Антон.

- Но...

- Ботаник, не слышишь что ли! - бас рокера взмыл до высот и вдруг сломался на полуслове, когда парень повернулся.

- Привет, Жак, давно не виделись.

- Антон? - хрипло уточнил рокер. - Действительно, давно. С того момента как тебя перевели в резерв сборной. Ты и сейчас там?

- Что ты! Уже в самой сборной.

- Вот как, - рокер кивнул головой, побледнев, хотя казалось дальше некуда. - Твоя девочка?

- Моя, - согласился блондин.

И... Алена просто не поверила своим глазам! Крутой Жак как-то сдулся, что-то невнятно пробормотал, и его банда растаяла в тенях парка.

Антон повернулся, смущенно улыбнулся. В груди Алены что-то екнуло. Такой непонятный, но приятный жар раскатился по коже, скользнул по губам медовой горечью.

Девушка даже не столько шагнула, сколько качнулась вперед, но и этого было достаточно, чтобы ее подхватили, обняли, крепко-крепко прижали и тихо пообещали на ушко: никому, никогда, ни за что не отдавать...

Ветер стремительным порывом взлетел вверх, покачал на своих волнах хрупкую девочку в коротеньком голубом платьице. Поправив на носу очки, Ойла посмотрела вниз, где разгоралось пламя настоящей любви, которой не нужны амуры или Бог. Любви, которая дается очень редко, почти никогда, любви перед которой меркнет даже время.

- Стало теплее, - пропел ветер и дернул амура за светлую косичку, вырывая ту из раздумий. - Ойла, представляешь теплее!

- Я вижу, - кивнула амур, даже сейчас очень похожая на нахохлившуюся голубку, а потом взглянула на часы. Только постойте, какие-то это странные часы! Крючочки, загогулинки, стрелочки и термометры.

- Что теперь, Ойла? - спросил ветер, летая вокруг девочки.

- Еще одна любовь, и в городе можно будет начать сезон сердцепада. Ситуация стабилизируется сама собой, можно будет переходить к следующему городу.

- Еще одна? Разве надо не три любви?

- Три, - согласилась Ойла, - но видишь, в том конце города уже полыхает любовь? Кто-то из нас уже побывал там.

Маленькая амур выпрямилась и рванулась вверх, за пелену туч, поближе к звездам.

- Эй, Ойла! - окликнул ее ветер. - А с этими то что теперь будет?

- Конечно, все хорошо! - ответила амур.

И такая уверенность прозвучала в ее голосе, что ветру ничего не оставалось, кроме как... поверить!

3. Замечтательная змея.

Программа-почтовик тихо агукнула, сообщая о том, что пришло новое письмо.

Замученная до предела, Ольга щелкнула мышкой на "открыть" и только потом сообразила, что адрес отправителя в письме ей не знаком. А ведь за три года учебы, два курса из низ - в роли старосты, Оля выучила наизусть мэйлы всех одногруппников и наглядно знала адреса почтовых адресов тех из параллельного потока, кто иногда к ней обращался за консультацией.

Письмо открылось полностью, и Оля поняла, что отправить ЭТО письмо никто с ее курса не мог.

С экрана весело поблескивала глазками - змея. Совсем небольшая, с серебристой шкуркой, и прехорошенькая!

В сопровождающем письме было сказано:

"Привет, я замечтательная змея.

Отправь меня с добрыми пожеланиями трем своим друзьям и тогда ты встретишь свою любовь!"

Оля фыркнула. Такие глупые рассылки она не любила. Курсор подъехал к иконке удаления и завис над ней. Змея оказалась слишком хорошенькой. Такое лукавство в золотистых глазках.

Вздохнув, Оля выдвинула клавиатуру и сказала укоризненно.

- Вот видишь, из-за тебя мне придется отвлечься от книги! А ведь я только-только начала ее читать!

Змея молчала, но Оле на какой-то миг показалось, что к лукавству в ее глазах присоединилась порция ехидности.

- Хуже не будет, - продолжила девушка, - тем более что сегодня на улицу выходить я не собираюсь!

Замечтательная змея отправилась по трем адресам. Для Наташи с пожеланиями хорошо провести вечер, подруга собиралась в составе большой компании в кино.

Максу - терпения. Иначе этот "студентишка" в очередной раз не продвинется дальше 3-5 вопроса при подготовке к экзамену.

Лео - выспаться... за эту неделю друг неимоверно устал от своих неотложных дел.

Проводив взглядом три электронных конвертика, Оля фыркнула и вернулась к книге. На часах было около шести, когда в комнату вошла мама.

- Олёк.

- Ай-я? - девушка оторвалась от книги.

- Ты можешь сходить в магазин?

- Зачем? - удивилась Оля. - Мы же никого не ждем?

- Позвонила моя давняя подруга. У нее начался отпуск, а мы уже тысячу лет не сидели вместе! Я почти все приготовила, но у нас закончился майонез! И к тортику, к крему, нужен шоколад.

Девушка, скучнеющая на глазах, воспрянула духом.

- Ты сделала домашний тортик?

- Крем, - напомнила ей мама. - Но коржи уже остывают.

- Вот с этого и надо было начинать. - Оля подскочила на месте. - Я пошла!

- Стой. Ты так и пойдешь?

- А что со мной не так? Шорты. Футболка... все чистое, между прочим. Тем более, я до соседнего магазина.

- А вдруг там твоя судьба? - уточнила мама.

Девушка хихикнула.

- В таком случае, ей придется подождать, пока я переоденусь!

Подхватив кошелек и пакет, Оля мурлыкая под нос песенку, покинула квартиру.

В дверях супермаркета она чуть не столкнулась с парнем. Только резкий поворот позволил избежать столкновения.

Парень извиняющееся показал на телефон и вошел в супермаркет вслед за Олей, понятливо кивнувшей. Она не обратила внимания...

Все, что было нужно, было закуплено очень быстро. Оля прошлась по магазину, задумчиво изучила ассортимент молочного отдела и потянулась за последним шоколадным десертом, и соприкоснулась с другой рукой. Резко отдернув ладонь, девушка увидел того же парня, из-за которого чуть не упала.

- Извините, - улыбнулась девушка.

Парень бросил в сотовый пару фраз, и сложил телефон.

- Мы с вами уже второй раз встречаемся, девушка. Может, это знак?

Оля совершенно неприлично фыркнула.

- Слишком много знаков для одного дня.

- Ну, тогда, давайте договор.

- Договор?

- Мы познакомимся, и я не буду претендовать на этот восхитительный шоколадный десерт, который так...

- Стоп, стоп, хватит! - девушка хихикнула. - Я согласна познакомиться и забрать это чудо себе!

- Я Денис.

- Ольга.

- Очень приятно, - парень стоял, улыбаясь, а Оля только сейчас решила его разглядеть.

Высокий. Спортивный. Русые волосы. Синие глаза. Насмешливая улыбка. Взгляд зацепился неожиданно за татуировку на ключице. Маленькая серебряная змейка дремала, свернувшись кольцом.

Телефоны Дениса и Ольги разразились негодующими воплями одновременно. Махнув на прощание рукой, Ольга двинулась к выходу, прихватив по дороге пару банок оливок, из-за которых и позвонила мама.

В восемь часов Ольга наводила перед зеркалом последние штрихи. В отражении была она и одновременно не она.

Высокая и симпатичная девушка. Черные волосы, в короткой стриже, обычно растрепывались и придавали Оле поистине мальчишеское очарование. Но сейчас волосы легли ровно, обрисовав контур лица.

В зеленых глазах появилось что-то странное, словно девушка соприкоснулась с тайной, но сама не заметила этого.

Оля застегивала легкие босоножки, когда в дверь позвонили и раздались голоса. Поднявшись на ноги, девушка поправила белый сарафан и вышла в коридор, чтобы окунуться в синие как небо глаза.

Денис стоял у зеркала, разглядывая фотографии, прикрепленные к краям, но заслышав шаги обернулся.

- Привет, - хрипловато сказала Ольга.

- Привет еще раз, - улыбнулся парень, протягивая чайную розу на длинном стебле. - Это тебе.

- Спасибо.

Где-то далеко хлопнула дверь. Девушка опустила голову, стремясь унять колотящееся сердце, неожиданно сошедшее с ума.

Шагов она не услышала, зато шепот над ухом прозвучал, словно гром среди ясного неба.

- Ты так быстро убежала... я уже думал, как тебя искать. То ли обойти все дома в округе, то ли пару дней посидеть у дверей магазина, в надежде увидеть тебя.

- Извини, - тихо отозвалась Оля. - Я не думала, что...

- Что произведешь такое впечатление? - Денис усмехнулся, осторожно коснулся щеки девушки.

- На меня чуть не налетела сущая фея из Питера Пэна, о которой я грезил еще мальчишкой! Я оббежал весь магазин, но фея словно пропала. Словно привиделась мне.

Девушка опустила голову, потом посмотрела Денису в глаза.

- Чес слово! Я извиняюсь, что так получилось! Я согласна даже, - Оля задумалась.

- Пойти со мной на свидание. Вот прямо сейчас, - продолжил парень за нее.

Ольга окинула его задумчивым взглядом, потом сверкнула улыбкой.

- ОКе!

Дверь квартиры хлопнула, закрываясь. Над новой парой полыхало зарево настоящей любви, разгорающейся без всяких амуров и прочим мелких божков...

Две мамы проследили за своими детьми из окна, обменялись поистине заговорщическими улыбками и, прихватив вино и пиццу, перебрались из зала, где был накрыт стол, на кухню, где было хоть и теснее, но уютнее!

Выключенный компьютер мигнул. Из темного экрана выбрался мальчишка. Серебряные волосы были в беспорядке, золотистые глаза насмешливо сияли.

Амуру Злату такое маленькое приключение понравилось намного больше, чем применять стрелы и просто расстреливать людей, как в тире.

Вылетев в окно, Злат пролетел над кварталом и нырнул в сквер, завис над небольшой компанией. На гитаре играл парнишка, его слушала вся компания, затаив дыхание. А в стороне от них по соседней аллее, шла девушка, уставшая и погрустневшая.

Амур подумал и взял парные стрелы первой любви. Два коротких выстрела, точно в яблочко.

Девушка вышла из-за деревьев и встретилась взглядом с певцом. Тренькнула замолчавшая гитара.

Злат взлетел в небо, размышляя над тем, почему его стрелы неожиданно сработали? И вместо симпатии в сердцах двух молодых людей появилось пламя первой любви?

Амур улетал все дальше. Таяла и маленькая серебряная змейка на ключице Дениса.

- Скажи, - тихо спросила Оля, стоя в руках парня. - А если бы мы не встретились в магазине?

- Я все равно влюбился бы в тебя сразу же, - засмеялся Денис. - Но то, что ты воплощение моей мальчишеской мечты, узнал просто немного позже.

Девушка весело хмыкнула.

- Значит, это было неизбежно?

- Конечно, - согласился парень, осторожно поцеловал девушку в висок.

Оля улыбнулась и положила голову ему на плечо.

Под мостом влюбленных в воде мечтательно отражалась полная луна. Маленькая тучка рядом с ней неожиданно напомнила Оле змейку, но приглядевшись повнимательнее, девушка поняла, что это ей только показалось...

Амуры - муры 4.

Золотая бабочка.

=1=

Стоя у окна троллейбуса, Марина смотрела в окно. Тополиный пух падал с деревьев, словно первый снег.

Девушка очень любила такую погоду, но что поделать, если зима была всего лишь раз в году? А вместе с зимой и первый снег? Так приятно, когда белые пушистые хлопья нежно ложатся на щеки, касаются ресниц, жгуче-колючими поцелуями покрывают кожу.

Марина тряхнула головой и улыбнулась. Скажи, кому хочешь, что она влюблена в снег - так не поверят! Да еще и покрутят пальцем около виска. А что она могла поделать? Она никогда не была нормальной в прямом смысле этого слова! Талантливая художница, она смотрела на мир сквозь призму своего дара. И видела то, что не видят другие.

Нежная бабочка с широкими крыльями неожиданно залетела в распахнутые двери и села на ладонь. Девушка зачарованно тронула крылья, золотистая пыльца осталась мазком на пальце...

=2=

Троллейбус остановился резко... Марину швырнуло вперед, прямо на черноволосого парня, стоявшего немного в стороне и уткнувшегося в какую-то электронную игрушку.

Хоп! Игрушка отправилась в карман, парень развернулся и поймал девушку, поставил на ноги.

- Что это было? - потрясенно спросила она, выглядывая в окно.

Пассажиры тревожно застучали к водителю.

- Резко отключился ток, - сказал парень над головой.

Марина залилась краской, как только поняла, что он еще ее обнимает.

- Простите, пожалуйста. Я вас даже не поблагодарила!

- Все в порядке.

Парень улыбнулся и поправил растрепанную челку. Марина несмело улыбнулась в ответ.

- Меня зовут Марина.

- А я Вадим. Очень приятно встретить такую красавицу, в таком месте, как троллейбус.

Девушка засмеялась.

- Именно таким транспортом я передвигаюсь чаще всего. А у вас, Вадим, очень дорогая одежда. Я бы сказала, что очень странно - что вы сегодня едете троллейбусом. Дайте угадаю, у вас иномарка. Белая... ауди?

Парень покачал головой.

- Марина, да вы никак ведьма?

- Ну, если только совсем немножко, как и все девушки!

- А вы можете махнуть рукой? Произнести какое-нибудь заумное заклинание, чтобы троллейбус поехал? Я опаздываю на совещание...

Девушка хихикнула.

- Periculum est in mora. Fiat lux!

Вадим вскинул голову. Раздался легкий гул. И... троллейбус поехал...

- Вот это да!

- Это не я!

- Я думаю по-другому...

Троллейбус ехал почему-то быстрее чем обычно, или это так казалось? А на следующей остановке в троллейбус набилась толпа народа... и Марину и Вадима оттеснили друг от друга. Молодые люди даже не успели обменяться номерами.

=3=

- Так странно...

Появившаяся позади подруга влюблено посмотрела на картину, которая выходила из-под легкой руки Марины.

- Ты о чем? - отозвалась художница, осторожно прорисовывая крылья той самой бабочки, которая села ей на ладонь в троллейбусе пару дней назад. Пару дней, которые она провела в мыслях о том молодом человеке...

ООО!!! Мысленно застонав, девушка попыталась выкинуть из головы мысли о брюнете с синими глазами, ямочке на подбородке и такими губами с изящным изгибом, что...

Спасла Алена, уточнив свой вопрос.

- Если я правильно помню, ты не очень любишь акварель!

- Ага, но красоту бабочки по-другому не передать.

- Марин, а Марин.

- Что?

- Ты же знаешь, через неделю выставка... в Музее Искусств. Давай я туда заберу твою бабочку?

- Зачем?

- Марин, - Алена вздохнула. - Ну, подумай сама! Картина на выставке. Ты в окружении поклонников и потенциальных покупателей! Вспышки фотоаппаратов!

- Настолько большая выставка? - удивилась художница.

- Ну, да.

Марина внимательно посмотрела на картину, бабочка словно взмахнула крыльями.

- Нет, Ален. Я не хочу ее продавать.

- Ну, дай просто на выставку.

- Бери, - сказала художница и замерла, пытаясь понять, почему она согласилась.

Не дожидаясь, пока подруга передумает, Аленка схватила картину и... сбежала.

=4=

Вадим вытянулся на диване, посмотрел за окно. Несколько приглашений лежали на столе. Можно было бы вытащить какое-нибудь одно и почтить своим вниманием протокольное мероприятие.

Но, откинув голову на подлокотник, парень мучительно застонал. Из головы не выходила девушка, встреченная в троллейбусе, в котором он поехал только потому, что машина сломалась на проспекте! А вызывать такси было уже некогда.

Такая красивая, такая хрупкая, в белом сарафане. Каштановые волосы с рыжиной, рассыпавшиеся по плечам, карие глаза, пухлые губки, которые были изогнуты в мечтательную улыбку.

И бабочка! Как ни странно на ладони у девушки Марины сидела бабочка.

Вздохнув, Вадим сел. Он даже несколько раз поездил на троллейбусе, в надежде еще раз встретить девушку, но... ему не везло.

Значит, надо постараться ее забыть...

Им не замеченная, за окном порхала бабочка. Золотистая пыльца с нее сыпалась вниз.

=5=

Марина двигалась в толпе людей, задумчиво разглядывая картины. Около ее бабочки стояло несколько человек...

Но внимание привлекли двое молодых людей. Один в темно-синем костюме не сводил задумчивого взгляда с бабочки на картине. Второй в белом тихо посмеивался.

- Почему картина не продается? - повернулся тот, что был в белом, к Аленке, мягко подошедшей ближе.

Та пожала плечами.

- Художница не хочет продавать. А вот она и сама.

Молодые люди развернулись синхронно. Марина нервно вздохнула. Вадим улыбнулся, взгляд потеплел, согрелся.

- Ну, здравствуй, ведьмочка.

- Здравствуй, бизнесмен.

Бабочка с золотистой пыльцой вспорхнула вверх. Села на люстру и обратилась. Маленькая девочка с золотыми крыльями посмотрела вниз. И неожиданно... встретилась взглядом с художницей.

Весело хохотнув, та погрозила маленькой амуре пальцем, и, приняв предложенную Вадимом руку, двинулась с ним к другой картине.

- Это еще не любовь, - усмехнулась Алена. - Но уже близко.

- Не любовь? - удивился друг Вадима. - Я, кстати, Антон, прекрасная.

- А я Алена. Но это не любовь. Она любит снег.

- Снег? - еще больше удивился парень.

Алена кивнула.

Муза с золотыми крылышками вздохнула.

- Снег из ее души вытеснить не удалось. Но снегу теперь придется потесниться...

Темно-фиолетовое небо над головой завораживало своей дальностью и красотой. Рожок луны насмешливо подмигивал откуда-то из созвездия Близнецов. Запрокинув голову, Вадим улыбнулся.

- Смотри. Звезда падает.

- Загадал желание? - засмеялась художница.

- Конечно, - лукаво посмотрев на Марину, молодой человек улыбнулся. - Пойдем в Музей? Становится прохладно.

Девушка кивнула. Золотистая пылинка, непонятно откуда взявшаяся, впиталась в кожу на ее плече, на миг образовав тоненький вензель...

Первый снег в душе дрогнул и ... растаял. Оставив только бабочку с прозрачными крыльями. Одну мечту на двоих...

Выглянув из-за крыши музея, девочка-амур тихо хихикнула.

- Золотые кольца, золотые кольца скоро вас свяжут!

Взлетев над музеем, она рассыпала золотую пыльцу, коснувшуюся сердца каждого посетителя, и полетела вверх и выше. Еще выше над городом! К тому облаку, на котором сидел, ожидая ее, серьезный черноволосый мальчик в очках.

В конце концов, лучше амуры влюбляют тогда, когда любят сами!

5. Жестокий романс.

С утра небо тяжело хмурилось. За столиком в уличном кафе сидели две девушки. Одна высокая блондинка, модельной внешности, одетая по высшему классу. Ее подруга была одета похуже, да и выглядела значительно скромнее.

Хотя, если приглядеться к брюнетке, можно было бы понять, что природные данные у нее не хуже.

Блондинка бесшумно поставила на стол чашку кофе, хищно сверкнули кольца на тонких пальцах.

- И о чем ты думаешь? - тихо и как-то проникновенно уточнила она.

- Ты же знаешь, Ань, сделать ничего нельзя.

Анна фыркнула.

- Можно. Было бы желание.

- Откуда у меня желание? - брюнетка оставила чашку с зеленым чаем, сложила на краю стола ладошки. Французский маникюр и ни одного кольца. - Проблема в том, Ань, что мне деваться некуда.

- Как это некуда? Все всегда заканчивается хорошо.

- Аня... я не верю в сказки со счастливым концом.

- Варь, почему? Это же так...

- Потому что у меня не было тех, кто мог бы мне их прочитать, - Варвара пожала плечами. - Я ведь детдомовка, Аня. Это тебе родители готовили по утрам завтрак и заплетали косы. Мне приходилось сражаться за свою жизнь столько раз...

- Варь, - блондинка растеряно посмотрела на подругу. - ты же никогда не говорила!

- Не считала нужным взваливать на тебя и эту ношу, я ведь, Ань, когда вышла из детдома, не могла поступать учиться. У меня не было денег. А ОН меня взял...

- Шестопалый может и свинья порядочная, но он точно не дурак, - вздохнула блондинка. - Но теперь то, Варька, у тебя есть диплом. У тебя есть некоторые накопления. Почему ты не сбежишь от него?

- Куда? - Варя сняла очки, потерла уставшие глаза. - Никто в нашем городе не станет связываться с Шестопаловым. А из города он меня не выпустит.

- Плохо быть главным секретарем такого бандита...

Брюнетка грустно усмехнулась.

- Да мы ведь теперь уже не бандиты, Ань. Он вот собрался в Думу баллотироваться. Мужик он крепкий, слово свое держит. Его ведь выберут. А тогда, тогда мне точно от него никуда не деться.

- А хотелось бы? - уточнила блондинка.

Варвара опустила голову.

- Намекаешь на то, что я была в него влюблена? Прошла эта любовь, прошла. И я бы сейчас предпочла бежать от него на край света.

Аня задумчиво посмотрела на подругу.

- А может махнешь ко мне под крыло? Я быстро сделаю из тебя знаменитостью и отправлю за рубеж?

- Аня, Аня... Ты свое дело собирала по крупицам не для того, чтобы в один день все разрушить из-за подруги-неудачницы.

- Варь, но ты все же подумай.

- Нет, и хватит об этом. Подставлять тебя я не стану.

В сумочке затрещал телефон, тяжело вздохнув, Варя извлекла симпатичную игрушку.

- Шеф намекает, что перерыв уже заканчивается. И мне пора возвращаться, - встав Варя накинула на плечо ремешок сумочки и улыбнулась подруге. - Да не переживай ты, Анютка. У него просто сейчас мама побывала в гостях, вот он и злится.

- Ладно, подруга. Увидимся в субботу, как и договаривались.

- Ежели ничего не случится, то да.

Помахав друг другу, девушки разошлись в разные стороны.

***

На крыше старого театра, на реставрацию которого все никак не давали денег, сидели двое. Высокая девушка, с черными вьющимися волосами, смотрела в сторону. Белый греческий хитон подчеркивал оливковую гладкость ее кожи. В черных жгучих глазах стояло на удивление мирное выражение.

Рядом сидела другая... Ребенок, лет 14 на вид, с абсолютно белыми волосами... белые выцветшие глаза, белые крылья.

Фея. Самый мудрый амур из последнего поколения.

- Спасибо, - тихо сказала амура. - Если бы не ты, Медуза, то я бы не скоро смогла достучаться до амуров и объяснить им, что если они не поймут несколько заповедей, то любовь в мире начнет исчезать. А вместе с ней и амуры.

- Да, - Горгона легла на крышу, задумчиво изучая розовый дождь, идущий над городком. - Амуры уже перебрались в другой город?

- Да. Здесь осталась только я. Нужно поставить окончательную точку в странностях этого городка, - вытянув ладошку Фея поймала небольшое переливающееся сердечко. - Любовь, как вирус. Двое влюбленных заражают окружающих. Симпатия, дружба, влюбленность - кое-где вновь зажгут пламя любви, и все снова повторится. Но иногда... иногда бывает и наоборот. Чье-то недоверие может разрушить чужие чувства. Это сложно... влюбить не обычных мальчиков и девочек друг в друга, а озлобленное сердце научить верить в сказку, но если получится... если получается - такой костер полыхает сильнее и греет больше людей.

- Здесь есть такой человек?

- Есть. И я хочу попробовать сделать все, чтобы научить ее любить. Любить вопреки всему.

Горгона вздохнула.

- Удачи тебе, Фея. И ... обращайся в случае чего.

- Спасибо, ровного полета, Меди.

Откинув копну волос, Медуза Горгона, выдумавшая проверку из главного храма, взлетела.

Проводив ее взглядом, снялась с места и Фея.

***

Бумаги, бумаги, телефонные звонки, важные поручения. До конца дня Варя даже ни на миг не присела.

И только когда за начальником закрылась дверь, она позволила себе рухнуть в кресло, скидывая узкие лодочки. Босые ноги приятно холодили деревянные полы.

Полив цветы и заправив кофеварку, Варвара поставила офис на сигнализацию и покинула, наконец, работу.

Узкие лодочки немного жали ноги. Шпильки звонко цокали по асфальту. Тучи сгущались все сильнее... и Варя очень надеялась, что успеет вернуться до дождя домой.

Заглянув по дороге в магазин и купив продукты на выходные, девушка обнаружила... пелену дождя.

Стоя под козырьком, Варя мрачно подумала о том, что зайти за продуктами было все же плохой идеей.

Спокойное за спиной:

- Поделиться с вами зонтиком?

Заставило Варю обернуться.

Прислонившись спиной к стене, стоял парень. Симпатичный и неожиданно хрупкий, словно статуэтка.

- Я вас знаю, - улыбнулся он. - Мы живем в одном доме. Меня тоже отправили за покупками, но в отличие от вас я захватил зонтик.

Варя улыбнулась в ответ.

- Сегодня утром, когда я вышла на работу, небо всего лишь хмурилось, а наша метеостанция не обещала дождя!

- Ну что поделать. Нашу станцию скоро надо будет переименовать в службу метео-гадания. Кубик выпал четной стороной - дождь будет. Нечетной - не будет.

Девушка весело засмеялась.

- Вы забавный и совсем не страшный. Так что делитесь со мной зонтиком.

Парень кивнул, купол большого зонтика раскрылся над ними.

Идти можно было не очень близко друг к другу. Варя краем глаза все смотрела на парня. Было в нем что-то знакомое...

- Скажите, а вы случайно не актер?

- С чего вы взяли?

- У вас очень необычная и яркая внешность.

- Нет, - парень улыбнулся. - Я даже не задумывался о возможности такой карьеры. Ой, где же мои манеры! Меня зовут Карим, прекрасная.

- А я Варвара. Варя.

- Так же любопытны, как и ваша тезка?

- Что вы, - Варя погрустнела. - Любопытство по нашей жизни штука опасная и совсем не прибыльная.

Карим пожал плечами. Хорошенькая соседка его заинтересовала. Но... к сожалению, дом был уже рядом.

- Мы пришли, Варвара.

- Действительно... Спасибо, - девушка тряхнула головой. Темные волосы во время дождя всегда закручивались на глазах.

Она уже выходила из лифта на своем этаже, когда Карим неожиданно спросил.

- Варвара, а какие у вас планы на завтра?

- Пятница тяжелый рабочий день. Так что вернуться домой и лечь спать. А что?

- В музее искусств выставка местных художников. Может быть, прогуляемся?

- Завтра?

- Да. А в субботу на шашлыки!

- Насчет шашлыков не уверена, а на выставку, - Варвара задумалась, потом решительно кивнула. - С радостью!

Карим улыбнулся.

- Я зайду.

Двери лифта за ним закрылись, и кабина поехала вверх.

Войдя в свою квартиру, Варя наклонилась, снимая лодочки, а когда выпрямилась, то ей в лицо смотрело дуло вороного пистолета. Тихо щелкнул курок....

На конце пистолета затеплился огонек.

Отодвинув Шестопалого в сторону, Варя двинулась на кухню.

- Ты вроде говорил, что больше не приедешь без звонка.

- Кто он?

- Что? - Варя закрыла холодильник и повернулась к своему боссу. - Ты о чем, Сергей?

- Кто этот мелкий?

- Сосед, - девушка пожала плечами. - Я оказалась под дождем, а он поделился зонтом.

- Значит, сосед.

Зажигалка была отброшена. Сигарета отправлена в массивную пепельницу.

Прижав Варю к стене, Сергей навис над ней, словно топор над головой. Взгляд колючих "кошачьих" глаз скользнул по лицу и остановился на пересохших губах девушки.

Дыхание внезапно сбилось. Мало понимая почему, Варя нервно облизнула губы.

- Отпусти, - попросила она.

- Зачем же? - Сергей приподнял ее лицо, вторая рука скользнула по пуговицам пиджака, расстегивая его. - Мне и так...

В голубых глазах Вари появилась паника, она изо всех рванулась в сторону. Сергей замер, не выпуская девушку. Но его руки еще мгновение назад, так грубо сминавшие пиджак, стали нежнее, осторожнее.

- Ты ведь сегодня разговаривала с подругой, Варенька. И она предлагала тебе уйти к ней. Ты, умная девочка, отказалась. Но подружку твою стоит проучить, чтобы не смущала мое имущество.

Холодная угроза была Варе так знакома, что она замерла, как кролик перед удавом.

- Нет! - сорвалось с ее губ. - Нет! Не надо!

- Что не надо, Варенька?

- Не трогай, Аню! Я же ей отказала! Это был обычный девичий разговор! Без последствий!

- Вот как, - Шестопалый усмехнулся и заправил за маленькое ушко прядь завитых волос, - но ты ведь виновата, Варенька.

Девушка затихла... Одинокая слезинка скатилась по щеке. Плотно сжав веки, чтобы не расплакаться горько и отчаянно, она тихо сказала.

- Делай со мной что хочешь. Аню не трогай!

Шестопалый тяжело вздохнул. Варя стояла перед ним дрожа, словно в ознобе. Слезы все равно катились по щекам. На запястьях проступили красноватые следы - на утро обязательно появятся синяки.

Сейчас Варя напоминала замерзшего воробьишка. В сердце - мраморном куске - неожиданно затеплилось что-то похожее на жалость...

Но, недостойное настоящего мужчины чувство, сразу же исчезло, стоило вспомнить парочку под одним зонтиком.

Тихое дыхание и неожиданно царапающие слова.

- Ты ведь, Варенька, мне никогда не улыбалась так искренне, как этому малознакомому юнцу!

Девушка втянула голову в плечи, сжалась еще больше...

- Я тебя боюсь! - крикнула она панически.

- Поня-ятно, - шершавое касание скользнуло по щеке, стирая соленую дорожку. - Ты же, девочка, на меня работаешь почти шесть лет. Я тебя как бездомную кошку взял, пригрел, дал дом, образование, возможность жить. Я тебя ни разу не ударил, не тронул, не дал в обиду. А все что ты можешь сказать, так это "я боюсь"?

Варя всхлипнула. Что она могла поделать? Страшнее, чем возможные удары или случайные касания других мужчин, были взгляды Шестопалого. Злые, колючие, оценивающие.

Распахнув глаза, Варя воинственно вскинула подбородок, закусив губу чуть ли не до крови.

- Ты же меня за человека не считаешь! Ты смотришь на меня, как на кобылу племенную! Можно продавать или еще рано!

Серый засмеялся.

- Ты мне еще поговори, Варенька.

- Отпусти! Итак, из-за тебя никакой личной жизни. Единственную подругу не могу привести в гости.

- Правильно, Варенька, никаких гостей у тебя не должно быть.

Шестопалый равнодушно опустил руки, отошел, давая Варе свободное пространство для побега.

Девушка не двинулась с места.

- Зачем тебя, Серый? Затем тебе я? - тоскливо спросила она. - Отпусти. Найдешь себе другую секретаршу. Покладистую, спокойную, которая...

Шестопалый вновь навис над Варварой.

- Ты о чем говоришь, девочка? Я шесть лет ждал, когда ты наконец вырастешь, совсем не для того, чтобы отпускать!

- Отпусти, пожалуйста, - губы девушки задрожали. - Ты же сам говорил, деньги мишура! Ты зарабатываешь столько, что хватило бы на десяток таких как я!

Варя отчаянно зажмурилась, когда рука мужчины легла ей на плечо. Придвинувшись еще ближе, Шестопалый тихо сообщил.

- А мне не нужны "такие КАК ты", мне нужна ты. Вся ты.

- Тебе нужно мое тело? - Варя посмотрела в глаза Серого, медленно расстегнула верхнюю пуговичку тоненькой блузки. - Так забирай его! Я... как-нибудь потерплю!

- Дура, - холодно сказал Шестопалый. - Тело твое мне не надо. Мне нужно твое сердце. Твоя душа.

Варя истерически хохотнула, хотела что-то сказать, но ... не успела.

Сергею надоело что-то говорить, девушка не успела опомниться, а ее руки уже удерживались над головой...

А чужие губы неожиданно мягко и осторожно прикоснулись к ее. Совсем чуть-чуть, не углубляя поцелуй, простое касание, словно... ее целовали с нежностью? Поцелуй прервался. Варя открыла глаза.

В "кошачьих" глазах Шестопалого было странное выражение, словно он хотел большего, но... одновременно и не желал этого.

Томительный взгляд скользил по телу, а потом совершенно неожиданно Варю отпустили. Тяжелые шаги. Хлопнула дверь...

Шестопалый ушел.

Ноги перестали держать тут же. Жалобно всхлипнув, Варя опустилась на пол, закрыв лицо руками. В голове вспыхнула всего одна мысль: "Надо бежать".

Но на следующий день Сергея в офисе не было... и Варя успокоилась. Возвращаясь из офиса домой в лифте она неожиданно встретилась с Каримом.

- Доброго дня, Варвара, - парень улыбнулся и подвинулся к девушке. - Мы идем на выставку? Ваши планы не изменились?

- Карим. Простите. Мой... начальник очень негативно относится к молодым людям, появляющимся рядом со мной. И мне не хотелось бы, чтобы вы пострадали.

Парень фыркнул, откидывая челку с лица.

- Варвара, поверьте, я могу постоять за себя. И какой-то там гипотетический начальник мне не угроза.

- Даже если это Шестопалов?

- Даже если это он, - ни на миг не задумываясь, согласился Карим. - Варвара, ну соглашайтесь. Вы выглядите очень уставшей. А вечер в компании приятного молодого человека... что может быть лучше?

Варвара расхохоталась.

- Ванная в доме с ароматическими свечами и бокалом легкого вина.

- Ванную можно принять и после выставки!

Девушка вздохнула. Соблазн был так велик... рядом с этим парнишкой отчего-то было так спокойно.

Скользнув взглядом по нему, Варя вдруг замерла. Кольцо?

- Вы женаты, Карим?

- Ну, - парень усмехнулся. - Вроде как бы и да. Брак на бумаге есть, а жена предпочитает общество моего сводного брата.

- Простите.

- Ничего, - Карим улыбнулся. - Я не очень против. Так что, Варвара, не откажетесь?

- Не откажусь, но, пожалуйста, зовите меня Варей.

- Хорошо, Варя. Тогда в 8 я за вами зайду.

- Договорились!

Ровно в 8 часов, Варя стояла в коридоре, в нетерпении оглядывая себя в зеркале. Легкое шелковое платье светло-голубого цвета, босоножки на высоком каблучке. Волна волос расплескалась по плечам, умелый макияж (уроки Ани не прошли даром). В общем, из зеркала смотрела красивая и очень нежная девушка.

В дверь позвонили. Открыв, Варя расплылась в улыбке. Букет белых лилий в хрустящей обертке отправился в вазу, а Варя с восхищенным спутником поехали в музей.

Там было многолюдно, художница нашумевшей "бабочки" все-таки согласилась открыть свой вернисаж.

Около одной из картин, Варя замерла как вкопанная. Ночной луг был залит лунным сиянием, и на этом лугу пасся белоснежный конь.

- Тебе нравится? - немного недоуменно сказал Карим.

Варя кивнула, не в силах сказать ни слова, потом ее взгляд скользнул по ценнику. Девушка как-то потускнела и резко отвернулась, оперлась на предложенную руку и двинулась с Каримом по галерее дальше.

Точные, но довольно ехидные комментарии от спутника вернули на лицо девушки улыбку. Хорошее настроение наполняло светом ее голубые глаза, в движениях появилась пластичность танцовщицы, грация, завораживающая всех мужчин.

В дверях на балкон, Варя и Карим столкнулись с другой парой. Высокий мужчина в белом костюме поддерживал под локоток хрупкую рыжеволосую спутницу. Завидев Варю, Шестопалый резко остановился. Остановилась и его спутница, с недоверчивым интересом окинув девушку взглядом.

В другое время, Варвара, скорее всего, пугливо бы сжалась, но сегодня в ее душе играл белоснежный конь, и она расправила плечи и с превосходством посмотрела на спутницу Шестопалого.

Карим улыбнулся.

- Добрый вечер, Сергей, Катенька, ты как всегда прекрасна.

Красотка гневно фыркнула, но... промолчала. Шестопалый раздвинул губы в улыбке.

- Добрый, Карим. Вот уж кого не ожидал сегодня увидеть сегодня здесь, так это тебя, да еще и с такой спутницей.

- Что поделать, - усмехнулся желчно парень. - Не все складывается так, как бы нам хотелось.

- Возможно. Позволишь поговорить с твоей спутницей? А ты пока со своей женой пообщаешься.

Возражения увяли на губах Вари.

- Женой? - спросила она, вслед за Сергеем выходя на балкон. - Вот та ощипанная и есть его жена? А ты тогда... его брат?

- Брат, - согласился Шестопалый. задумчиво глядя вниз. - Ты нашла себе хорошего заступника, Варя.

Девушка промолчала. В голове билась испуганная мысль. "Неужели, Сергей не увидел тогда, что я шла с его братом?"

- Что же, развлекайся. Мы увидимся позже.

И Сергей неожиданно... вышел. А на балкон скользнул Карим, пробежал взглядом по Варе и улыбнулся.

- Он тебя не обидел?

- Нет...

Вечер прошел приятно, но уже дома, после теплого душа, переодеваясь в ночнушку, Варя пыталась понять, о чем говорил Шестопалый, когда сказал: "Увидимся позже"...

Варя уснула, но сон был легким и приятным. Белый конь мчал ее куда-то по лунной дорожке.

Варвара проснулась от того, что рядом было чужое присутствие. Распахнув глаза, девушка недоуменно обнаружила в своей кровати... Шестопалого.

Мужчина лежал на спине, задумчиво изучая потолок. Он был одет, и это немного успокоило Варю.

Повернувшись на бок, Сергей внимательно посмотрел на девушку.

- Ты мне снишься? - уточнила Варя, зевнув.

- Снюсь, - согласился Шестопалый.

- Почему же впервые ты мне снишься с таким нежным взглядом? - сонно спросила Варя. - Обычно ты смотришь на меня так сердито...

- Я такой, какой есть... - тихо ответил мужчина.

- Ты странный, - Варя отчаянно зевнула и... закрыла глаза, провалившись в глубокий, без сновидений сон.

***

Амура вздохнув, села на люстру, заглянув вниз. Какие же сложные люди попались. Ну, тогда осталась последняя попытка и ей... придется уйти.

Больше трех раз вмешиваться в судьбы людей амурам нельзя.

Качнув головой, Фея обернулась. Белоснежный конь вылетел из окна и ворвался в небо.

С утра и до самого вечера, муза копытами месила облака.

***

Проснувшись наутро, Варя не обнаружила в квартире ничьих посторонних следов. Более того, даже тот сон... Девушка никак не могла понять, с чего бы это подсознанию подбрасывать такие странные картинки?

До вечера Варя суетилась по дому, и Аня получила извинения и отказ, и Карим. Варвара хотела побыть одна.

Ближе к 10 часам вечера за окном грохотнуло раз, другой. Потом крупные капли дождя застучали по стеклу, и одновременно с этим в дверь позвонили.

Открыв, Варя замерла.

- Сергей?

Мужчина стоял у стены, задумчиво изучая погоду за окном.

- А где твои ключи? Ты же... ты всегда открываешь сам!

- Ради разнообразия, ключи я забыла в машине. Пригласишь на чашку кофе?

- Заходи, - недоуменно откликнулась Варя, ничего не понимая.

Войдя в прихожую, Сергей занес и какую-то большую коробку.

- Это тебе.

- Но... у меня... не скоро день рождения!

Мужчина нахмурился.

- Я знаю, это... просто так....

Варя вздохнула.

- Хорошо. Спасибо. Я могу открыть?

- Безусловно, - кивнул Сергей и остался в прихожей, стаскивая мокрую куртку.

Из комнаты, куда ушла девушка, до кухни не доносилось ни звука и помявшись, Шестопалый двинулся туда.

Сидя на полу, Варя влюблено смотрела на белого коня...

- Он прекрасен... - выдавила она, наконец. - Спасибо.

Сергей промолчал. Варя успела встать и, собрав обрезки ленты, понести их в мусорное ведро, когда за окном оглушительно загремел гром.

Сдавленный стон был очень тихий, и Сергей может быть ничего и не успел бы понять, но руки Вари разжались... Ленточки посыпались на пол, а она, отчаянно зажимая уши, опустилась на пол...

Шестопалый оказался рядом, осторожно коснулся лица Вари.

- Девочка, да что же ты, грозы боишься?

Следующий раскат вкупе с молнией дали ему ответ. Застонав, Варя бросилась в сторону кладовки.

Сергей не пустил, поймал и задержал. За окном бушевала гроза.

- О-о-отпусти! - прорыдала Варя.

Сергей вздохнул и обнял ее, прижал к себе, окутывая теплом своего тела, запахом своего одеколона.

- Варя.

Тихий шепот ударил по натянутым нервам, по спине пробежала волна мурашек, тело, словно одна большая струна, натянулось и зазвенело.

- Варечка.

- Отпусти. Мне страшно!

- Варенька, это всего лишь гроза.

- Опусти, Сережа, ну отпусти же меня!

Шестопалый замер, никто и никогда не называл его Сережей. Никто, кроме мамы... еще, когда был жив отец... И их семья была нормальной....

Сердце затопило волной нежности, наклонив голову, мужчина покрыл легкими поцелуями щеки девушки, коснулся кончика носа, поцеловал уголки губ.

В глазах Вари мелькнула паника. Дальний раскат грома, и она задрожала, забилась в руках Сергея. И тогда тот наклонился еще ближе. И поцеловал девушку. Со всей страстью, что копилась в его сердце все это время.

Раскат грома стих. Сергей отстранился. Варя прижала дрожащую ладонь к губам, заворожено на него глядя.

- Чт-что это было?

- Извини.

Варя села. Шестопалый извиняется? Это что-то новенькое... Но все же...

- Зачем? Зачем ты меня поцеловал?

Сергей медленно подошел к девушке, схватил ее за плечи и тряхнув, отчетливо произнес.

- Да, я просто люблю тебя! Люблю с того самого первого дня, когда ты такая хрупкая появилась в моем офисе. Мое сердце, кусок мрамора, как я был уверен, внезапно стукнулось в груди и сказало, "Это она". Там не было даже примеси страсти, желание оберегать, защитить ото всего мира. Шесть лет, почти шесть лет, я был рядом с тобой. Я надеялся, что однажды ты скажешь, что любишь меня, что не можешь без меня жить. А вместо этого ты, ты вонзила мне нож в спину, спутавшись с моим младшим братом!

- Отпусти меня! - перебила Варя.

- Что?

- Отпусти! Мне больно!

Руки на ее плечах разжались. Варя смотрела за окно. Раскат молнии и очередной гул грома пронеслись мимо нее незамеченными.

В сердце вдруг проснулась какая-то ехидная часть и спросила:

"Ты была влюблена в него с того момента, как только увидела. Он причинял тебе боль своими многочисленными подружками. И ты эту любовь загоняла вглубь себя. А может быть, стоило просто поцеловать его? Ну же, Варвара, это совсем не страшно..."

Девушка встала очень резко. Сергей даже не успел отстраниться.

- Есть только один способ это выяснить, - твердо сказала себе Варя.

Ее нежные губы коснулись твердых губ Сергея, и весь мир потонул в вспышке молнии и... звона разбитого стекла.

Падая вниз и утягивая за собой Сергея, Варя тихо сказала,

- А оказывается, я тебя люблю.

Она не слышала уже, как кричал Сергей, как отчаянно выла сирена скорой помощи, как гремел гром и ругался светловолосый Карим.

Весь мир сузился до одной белой точки, а потом перестала существовать и она...

***

Варя открыла глаза. Белый потолок уходил куда-то в сторону. На столике были белые розы в вазе.

На стуле рядом с кроватью спал Сергей. А на спинке кровати сидела девочка с белыми крыльями.

- Брежу?

- Нет, - Фея подлетела ближе. - Уже нет.

- Уже?

- После операции... когда ты отходила от наркоза. Ты много чего сказала. И что полюбила Сергея, и что тебе из-за него было очень больно - от смены его подружек. И про то, что в детдоме тебя чуть не...

- Хватит! - Варя тяжело дыша, прервала рассказ амуры. - Не надо больше ничего говорить. Почему я жива?

- Он сидел у твоей кровати, не отходя ни на шаг, - Фея вздохнула. - Он сказал, что не отпустит тебя, ведь он едва-едва тебя поймал.

- Странно звучит, словно я... птица.

- Но ты и есть для него синяя птица удачи. Ладно, Варя, мне пора. Будь осторожнее и... не бойся любить. Любовь прекрасна, какая бы она ни была.

Амура исчезла одновременно с тем, как проснулся Сергей.

Долгую минуту, он смотрел на Варю, потом взял ее ладонь и поцеловал.

- Ты в порядке?

- Пятьдесят на пятьдесят, - задумчиво ответила девушка.

- Я так рад, что ты пришла в себя.

- А как я здесь оказалась?

- Покушение на меня. - Еще один поцелуй... - А ты закрыла меня своим телом от той пули. Маленький кусочек свинца...и меня могло бы не стать. А вместо этого чуть не стало тебя.

- Ты жив... это главное.

- Главное то, что живы мы оба, - Серый отвел с лица любимой прядку волос. - Варя, выздоравливай быстрее, - попросил он неожиданно нежно.

- А что будет? - спросила девушка, погружаясь в целебный сон.

Но ответ она все же еще успела услышать.

- Будет свадьба и медовый месяц. Возражения не принимаются.

- 6 - Когда падают звезды...

В тихий летний вечер падали звезды. Падали вопреки законам физиков и астрономов, которые утверждали, что насыщенность метеорного потока, мимо которого проходит Земля в августе снижается. Звезды падали и падали вниз, словно пытаясь до кого-то достучаться.

В ту ночь уставшие амуры (а новая практика приносила просто невероятно отличные результаты) почему-то все спали.

Впрочем, были и не спящие.

Не спала молодая женщина Варя, склонившаяся над кроваткой с сыном. Ее муж, подпирая косяк, любовался своей женой и сынишкой.

Не спала и другая пара, застыв около мольберта ,на котором раскинулся прекрасный лунный пейзаж, Вадим и Марина рассуждали, кому ее подарят. Продавать такую теплую картину не хотелось.

На позднем киносеансе на плече Дениса уснула Оля...

Антон и Алена были в Париже, бродили по осенним аллеям.

Вздохнув, от стильного белого ноутбука отстранилась девушка. В ее комнате было темно и слишком жарко... Хотя хозяйку это не смущало. Черные вьющиеся волосы она давно убрала в высокую улитку, закрепив ее китайскими палочками для волос. И скажи кто Медузе Горгоне, что греческой "нечисти" не положено пользоваться иностранными "игрушками", он бы точно испытал ее фирменный взгляд.

Впрочем, никого не было... И именно это заставляло Горгону тоскливо смотреть в окно, на падающие шальные звезды.

В голове всплыл давний разговор с одной маленькой амурой.

- Ты знаешь. Иногда, когда люди видят падающую звезду, они загадывают на нее желание. Они верят, что где-то там их желание будет услышано и исполнено.

Медуза улыбнулась своим мыслям и положила голову на руки. Сон подкрался незаметно и... окутал уставшую девушку своим покрывалом.

Проснулась она - от телефонного звонка. Несколько долгих секунд, девушка изумленно изучала экран мобильного телефона...

Ей не могли звонить. Никто не знал, что она на Земле. Никто...

Трубку брать не хотелось, но в дело вступило любопытство. Алые коготки стукнули по крышке телефона и...

- Алло?

- Доброй ночи, девушка, - хрипловато прозвучало на том конце. - Вам не кажется, что падающие звезды прекрасны?

- Не думаю, - вздохнула Горгона, поставив локоть на стол и опираясь на кулак подбородком.

Та самая интуиция, которая редко обманывала магических порождений, подсказала ей, что собеседник банально... набрал случайный номер.

- Почему не думаете? - удивились на том конце.

- Потому что на такие звезды надо смотреть на улице. Желательно стоя на самой высокой крыше. И не одной, а с кем-нибудь высоким и сильным.

- Именно с высоким? - хохотнул мужчина.

- Да! - с вызовом ответила Медуза. - Я сама высокая и обожаю шпильки! И я не обворожительная голливудская актриса, которая ради мужчины отказалась носить высокие каблуки!

- А вы очень высокая?

- Преступно.

- И, наверное, вы преступно красивая?

- А это уже решать не мне, - засмеялась Медуза. Настроение странным образом повышалось.

- А кому?

- Наверное, тем, кому не везет, и кто встречается мне на пути.

- Почему же тогда "не везет"?

- Потому что я страшная и опасная, - ответила Медуза.

- Страшная и опасная, - задумчиво повторил мужчина. - Возможно, возможно. А могу ли я узнать ваше имя?

- Вас не смущают те эпитеты, которыми я описала себя?

- Нет. Настоящая женщина и должна быть опасной, чтобы могла постоять сама за себя.

- Не думаю, что это так, - вздохнула Горгона. - А зовут меня Медуза. Правда, если я все же отзываюсь и прихожу, то это к добру не приводит.

- Ваша мама увлекалась греческой мифологией?

- Нет, - против воли улыбнулась девушка. - Я та самая Горгона из мифов, правда волосы у меня не змеиные. Хотя взгляд... да, взгляд завораживающий.

- Та самая? - на том конце помолчали. - Уж извините, верится с трудом. Ах да, простите. Я забыл представиться. Меня зовут... Натан.

- Странная заминка, - вздохнула Медуза.

- Медуза, если вы все равно скучаете... Давайте, лучше встретимся с вами? Через полчаса. В самом крупном ночном клубе, который есть в вашем городке.

- С чего вы взяли, что он вообще есть? Или что их несколько?

- Возможно, я отвечу на этот вопрос, но немного позднее.

- Позднее?

Но в трубку уже неслись короткие гудки.

Медуза Горгона тоскливо посмотрела на часы. Потом на себя в зеркало. Было скучно... и неожиданно, вопреки всему, захотелось развлечься.

Улыбнувшись своему отражению, девушка неожиданно... проснулась.

Медуза вышла из такси и осмотрелась по сторонам. В ее сторону покосились охранники от клуба и застыли соляными столбами. Девушка разгладила подол вызывающе алого платья, поправила каскад смоляных волос и зашла в клуб, провожаемая потрясенными взглядами.

Ночной клуб был полон. Люди куда-то шли, что-то пили, что-то обсуждали. Гул голосов сливался в шум, но он не вызывал головной боли, не доставлял неприятностей.

- Леди?

Медуза обернулась, рассматривая высокого смуглого мужчину за своей спиной. Черные прямые волосы отливали синевой и были рассыпаны по плечам. В одном ухе висела, позвякивая серебряная сережка.

Яркая рубашка была расстегнута почти до середины, белоснежные брюки, белые сандалии.

На ком другом это смотрелось бы вызывающе и отталкивающе. Но на этом мужчине, пожалуй, даже интересно и немного интригующе.

- Вы пришли разглядывать меня или танцевать? - усмехнулся Натан.

- А разве вы звали меня танцевать? - засмеялась Медуза.

С этим мужчиной ей почему-то было очень легко и просто.

- Конечно, - кивнул Натан, беря девушку за ладонь и увлекая за собой.

- Я не танцевала уже... - начала было она, но он перебил.

- Просто слушайте ритм...

Через несколько минут зал раздался в сторону, оставляя в центре двоих. Она словно языки огня кружилась в зале, то стекая в его руках расплавленной лавой, то обжигая, отталкивая.

Мерцала светомузыка, окутывая странную пару феерической подсветкой.

Они не напоминали профессиональных танцоров, в их движениях не было десятилетиями отточенной слаженности, зато там была страсть, огонь. Они были порывисты и не столько танцевали, сколько проживали каждый танец.

Она умирала в его руках и возрождалась. То вел в танце он, то позволял вести ей. На парня за стойкой ди-джея было странно смотреть, парень был весь мокрый.

Когда в зале раздались первые аккорды медленного танго и он буквально стек по стене, оставляя пульт без присмотра, на него покосились понимающе, но все внимание захватила пара.

Оттолкнешь? Он скользнул ближе, провел рукой от ее плеча вниз, к тонкому запястью, тронул зазвеневшие золотые браслеты.

А разве я что-то тебе должна? Она выдернула руку, отвернулась, но лукаво взглянула на него. В серых глазах мелькнули алые огни.

Может, попытаемся? Он обошел ее, прижал к себе.

Нет! Она откинулась назад, пряча свое лицо. Черный каскад коснулся пола, скользнул по спине.

Как хочешь... Он отвернулся, шагнул назад, оглядел замерший зал.

Куда? Она прижалась к нему со спины, обняла.

Ты передумала?

Я подумаю!

Медленно и осторожно. Шаг навстречу друг другу и два назад, боясь столкнуться и боясь разойтись. Взгляд во взгляд.

Станцуем?

Ты меня пугаешь!

Почему?

Ты не похож на других!

Еще бы. Я другой. Не такой, как все.

Думаешь? Взгляд серых глаз стал усталым. И музыка закончилась.

Отшатнувшись, девушка повернулась на каблуках, склонилась в легком поклоне и покинула ночной клуб, пользуясь тем, что Натана окружила восхищенная толпа.

Первая смс пришла через два дня, когда Медуза уже заставила себя забыть про случайно знакомство.

"Решила поиграть в Золушку? А где тогда моя туфелька?"

Девушка усмехнулась, и удалила смс-ку из телефона. На одном из "фронтов" греческого олимпа возникли проблемы, и ей было не до знакомств и не до мужчин, особенно человеческих.

"Знаешь, твое молчание начинает меня уже пугать!" - пришла вторая смс к концу первой недели.

"Почему?" - спросила она, наслаждаясь чашкой горячего чая.

"Ты странная"

"А я должна быть похожей на других?"

"Наверное, да"

"Зачем?"

"Чтобы мне было проще"

"Обойдешься"

Отбив последнее слово Медуза усмехнулась. Необычный поклонник начал надоедать, и он словно понял это и исчез на две недели, во время которых девушка о нем вспомнила один раз и только тогда, когда услышала в старом кафе выступление саксофонистки.

В голове промелькнуло.

"А как было бы с ним станцевать вот под это?"...

Он появился через неделю. С белым тюльпаном и неизменной улыбкой на лице. Медуза оторвалась от офисных бумаг, лежащих перед ней, удивленно посмотрела на простой, но такой приятный цветок.

- Прошу... прощения?

- Раз уж вы отказали мне в танце и общении, может быть, сейчас, согласитесь на чашечку кофе?

Медуза вздохнула. В пронзительно синих глазах читалось: "и не смей отказываться".

- Хорошо, - она поднялась на ноги и кивнула. - Думаю самое время, чтобы немного отдохнуть.

Натан улыбнулся и предложил девушку руку.

В маленьком кафе одуряюще пахло кофе с корицей и свежими булочками. Устроив Медузу за столиком в центре кафе, Натан ушел к стойке, а когда вернулся у него на подносе стояли две чашки кофе и корзинка с маленькими круассанами.

В кафе они пробыли несколько часов. Завязавшийся разговор обо всем и одновременно ни о чем... им было тепло вдвоем и приятно.

- Мы встретимся еще раз? - спросил Натан, когда они уже покидали кафе.

Девушка улыбнулась и развела руками.

- Почему бы и нет?

Вскинув голову, Медуза неожиданно проснулась. За окнами все так же падали звезды. На телефоне, в диспетчере не отражалось никаких звонков и смс-к. А календарь на стене нахально утверждал, что сейчас... тот самый августовский день, когда она только познакомилась с Натаном.

Протерев почему-то заслезившиеся глаза, девушка решительно набросила на плечи теплую кофту и вышла в коридор. Затем на лифте поднялась вверх и вышла на крышу девятиэтажки. Звезды неожиданно оказались близко-близко.

Не так близко, как они были, когда она возносилась на Олимп, гораздо дальше, но при этом они стали понятнее и ... теплее?

Сильные руки неожиданно обняли за талию, притянули к себе. Твердые и немного холодные губы коснулись ушка девушки.

- Больше не будешь от меня убегать? - спросил Натан тихо.

Медуза закрыла глаза.

- Я постараюсь...

Маленькая амура поправила очки, показала язык своему довольному отражению в окне старого магазина, и взлетела выше.

На то, чтобы подкинуть телефон одной черноволосой и одинокой красотки, индийскому богу танцу Натараджу ушло ровно три минуты и облик белой голубки.

На то, чтобы уговорить помочь греческого Морфея, пятнадцать минут и бутылка коллекционного коньяка.

А на то, чтобы провернуть всю задумку, ушло несколько дней подготовки и много-много сил на падающие звезды.

"Но", - амура повернулась, смерила взглядом пару на крыше, окруженную светом легкой любви-нежности, и полетела дальше. - "Оно того стоило"...

Шалюкова Олеся Сергеевна: другие произведения.

"Амуры - муры"

Комментарии: 42, последний от 08/03/2012. © Copyright Шалюкова Олеся Сергеевна (olesjash@mail.ru) Размещен: 16/10/2010, изменен: 11/02/2011. 86k. Статистика. Сборник рассказов: Фэнтези, Любовный роман Городские легенды.		Оценка: *9.8550** Ваша оценка:
Аннотация: Любовь - странная штука, она приходит и уходит, когда ей вздумается. Но иногда, случается такое, что человек встретил свою вторую половинку... а любовь не возникла. Просто потому, что не зажглась искра, не вспыхнула. И тогда - на помощь приходят маленькие амуры, их стрелы разят без промаха, и магия истинной любви раз за разом зажигается над городом.