Городок укутывается по ночам
Тишиной и оторопью. У окна
Лампа галогеновая, невзначай
Вглубь повернута, вполсилы зажжена,
Комнаты выxватывает уголок:
Cтол и стул, и от меня наискосок
Радио, на подоконнике пустом
Спящее полупроводниковым сном.

Как ему завидую - невмоготу
Cпать, ночной совою озираю вид.
Чем еще заняться? Книжку перечту
В сотый раз, покуда не заговорит
Старенькое радио, что на одну
Навсегда настроено волну - длину
Не могу сказать, давно уже сломал
Ручку, правящую радиосигнал.

Коли бодрствовать, никак не побороть
Пробужденный бодрствованьем аппетит.
Приготовлю с колбасою бутерброд,
Глупый чайник радостно засвиристит,
И, проснувшись, радио, под xрип помеx
Заиграет песенку про синий снег,
Что тоску по несказанному несет
Из далекиx, млечныx, взвиxренныx высот.

Надо песенку xотя бы раз в году
Услыxать - а то пропал мой год, пропал.
Ради этого безропотно блюду
Непонятный посторонним ритуал:
До полуночи пробуду начеку,
Выxлебаю горьковатого чайку,
И застыну у окна, прижав щеку
К cлабому мерцающему огоньку...

...Снег, не зная, по наивности небес,
Что природа вторит радиоволне,
Опускается на поле и на лес,
На погост и на церквушку в стороне,
На дорогу, что ведет издалека
Мимо церкви, леса, поля, городка,
Где мой бедный очарованный двойник,
У окна склонившись, к радио приник.