Почему мы валимся наискосок,
носимся, завихриваемся, выписываем
кренделя, выплясываем свой вальсок?
Почему на путаном пути своем

мы не останавливаемся ни на
полмгновения, с упорством варвара
иероглифические письмена
перебеливая, перемарывая?

Почему ни идеальные лучи
фонаря, ни кирпичи прямого здания
нас не выправят? Затейники-ткачи
не рассчитывают кружево заранее,

музыканты не расписывают нот
очарованного тысячеголосия,
заплетается летающий вьюнок,
спутываются небесные  колосья,

и пуды, пуды легчайшего зерна
взбалтываются до головокружения,
потому что ужас каменного дна
равен радости высокого скольжения,

потому что лучше взмыть бесплотной мглой,
чем упасть бесплодной рыхлой массою
в час, когда Господь наш, ласковый и злой,
опускает ветреную длань свою...