Сон о выборе

Во сне я побывал в гостях.
Какой-то пьяненький толстяк,
фальшивенький насквозь,
вопил: "К нам, к нам пожалте!". Я,
признаться, не люблю вранья,
а тут вот сорвалось:

приду. - Пришлось придти.  Cтою
и никого не узнаю:
вот вроде все свои,
а все чужие: cели в ряд,
и на пришельца не глядят,
хоть рожу им скрои.

Что ж, сел. Сосед, с кем был знаком
сто лет, играя локотком
соседки, на меня
не глядя, что-то обо мне
внушает ей... Молчу во сне,
но чую: западня.

Соседка, хоть лицом строга,
но внемлет басням, и нога
ведет тирадам счет,
и я тянусь из уголка,
чтоб из наплывов шепотка
понять, что он ей врет.

Во сне мы незнакомы с ней -
с той, что люблю так много дней,
почти сказал: всегда, -
и, незнакомая, она
глядит, как будто я - стена:
пуста, горда, чужда.

Чужее некуда. В чужом
углу, в чужом пиру, бомжом,
затершимся в салон,
я, как положено бомжу,
заметно слишком выхожу
в переднюю... Здесь сон 

изобретает новый ход:
из полумглы кривится рот,
и сверлят два зрачка
стекла с моею головой...
И ясно мне, что "Сам не свой" -
не шутка языка,

что я во сне себя из сна
не в силах вызволить, что на
пустой земле рожден,
что сон гласит: захлопни дверь,
беги во тьму, блуждай как зверь,
под проливным дождем;

не можешь - воротись назад.
Ты волен выбирать свой ад:
одна, другая дверь...
Мне стало тесно, замер дух,
и сердце - стук, и сон потух.
Что делать мне теперь?