Когда все эти морды молодого бизнеса окончательно осточертевают, я иду в "Чаптер" пить темное и горькое ирландское пиво, дышать дымом сигарет в полутьме, пытаясь урвать все что можно от пассивного курения и слушать, облокотившись на спинку нарочито грубого, но добротного деревянного стула, своего друга Леху, который прописался в "Чаптере" давно и надолго.
... да, так она и сказала, - закончил Леха рассказ, задумчиво посмотрел на кончик сигареты. Затем вздохнул и затушил ее в пепельнице. - Все-таки хрен этих баб поймешь.
Я из чувства солидарности сочувствующе кивнул и отхлебнул пива. Затем поднял голову и снова взглянул на Леху. Он задумчиво теребил свой восьмидесятидолларовый галстук.
- Нет, все-таки нет в этом мире справедливости, - заключил он.
Словно услышав его слова, дверь бара резко распахнулась и впустила внутрь невзрачного мужичка в дорогом, но нескладно сидящем на нем сером костюме. Его голова как у автомата начала поворачиваться слева направо и тут я увидел его ледяные острые как медицинский скальпель глаза. Понятно. Если бы сейчас были бурные девяностые, то самое время было бы прятаться под стол. Но времена сейчас более-менее спокойные, да и не принято в нашем тихом "Чаптере" гадить - чревато это. По-видимому, кто-то с конторы заглянул и явно по делу. Не успел я додумать эту мысль до конца, как он повернулся к двери, удерживая ее открытой для следующего за ним человека. Вошедший, слегка кивнул охраннику (ошибся я, значится, хоть и несильно), и мельком взглянул вглубь бара. И тут я его узнал.
- Справедливость? - внезапно севшим голосом переспросил я у Лехи. - Не-е-ет. Она есть. Можешь посмотреть на ее олицетворение, - и я, слегка наклонив бокал, указал на вошедшего, который тем временем вместе с охранником направился к стойке бара.
- Где?! - Леха обернулся и зашарил глазами по посетителям.
- Не шуми, - шепотом скомандовал я, - Вон у стойки бара видишь мужика в простеньком таком сереньком свитере? Знаешь кто это?
- Ни хрена себе простеньком! - Леха в отличие от меня разбирался во всей этой модной дребедени, - Такая простота хуже воровства! А его может и знаю, но так сразу не скажу. Он же спиной к нам сидит.
- Александр Евгеньевич Пировский. Он же Саша Справедливый. Прошу любить и жаловать, - произнес я, маскируя свои чувства иронией.
- Что?! Тот ..?!
- Да, - перебил я Леху, - он самый.
- И как его сюда занесло?! - удивился Леха.
- Ну, может тянет его иногда узнать, чем живет народ попроще, - съязвил я и глотнул еще пива, надеясь что оно поможет успокоится.
- Слушай, это не его жена пару лет назад... - начал Леха.
- Да, - снова перебил я его.
- И с чего бы это его справедливым прозвали, - философски поинтересовался Леха у своего бокала и парой больших глотков допил пиво.
- Так ты не зна-а-е-шь? - протянул я.
- Нет. Расскажи.
***
Дверь гостиничного номера хрустнула и c треском распахнулась от удара. Начищенная бронзовая ручка, жалобно звеня, покатилась по паркету. Лена, взвизгнув прикрылась простыней. Миша вскочил от неожиданности. В дверном проеме появился широкоплечий мужик в плаще, молча подошел к нему и резко толкнул в грудь. Ноги у Миши подкосились, и он плюхнулся назад в кровать. Тем временем в номер вошел еще один молодой здоровенный парень, быстро огляделся, подошел к письменному столу взял стул и поставил его напротив широкой двуспальной кровати, метко прозванной в народе трахадромом.
- Они здесь, Александр Евгеньевич, - сообщил он куда-то за дверь.
В номер неторопливо вошел, человек лет сорока - сорока пяти в дорогом кашемировом пальто, также не спеша уселся на стул, взглянул на часы, а затем поднял свое усталое холеное лицо и с интересом взглянул на девушку в кровати, испуганно натянувшую простыню до самого подбородка. В глазах его заплясали сумасшедшие чертики.
- Ну, здравствуй, Лена. Не помешал? - вежливо поинтересовался он.
- Саша, я ...
Сидящий на стуле предупреждающе поднял руку.
- Извини, но у меня нет ни времени, ни желания выслушивать все то дерьмо, которое принято лепетать в таких случаях. Поэтому я, если позволишь, сразу перейду к делу, - тут его внимание привлек Миша, снова попытавшийся встать, но тут же замерший, когда мужик в плаще приоткрыл полу плаща, демонстрируя пистолет в плечевой кобуре.
- Кстати, Вам, молодой человек, это тоже может быть интересно, - с сарказмом заметил сидящий.
- А ты..., Вы кто такой, - запинаясь, спросил Миша.
- Ваше незнание в определенном смысле похвально, - улыбнулся сидящий, - более того, оно подтверждено моими людьми и, думаю, еще сослужит Вам еще неплохую службу. Но сначала я хотел бы поговорить со своей совсем еще недавно горячо любимой женой. В общем так, Лена, ты помнишь наш разговор перед самой свадьбой.
- Но, Саша ...
- Помнишь?! Я тебя последний раз спрашиваю?! И постарайся не отвлекаться. Это меня расстраивает.
- Да!
- Вот и чудесно. Если ты не против, то я, пожалуй, введу в курс дела и этого молодого человека. Думаю, это его тоже некоторым образом касается. Видите ли, молодой человек, та особа, которую Вы имели честь непосредственно перед моим приходом трахать, является моей женой. Я познакомился с этой юной особой несколько лет назад и быстро понял, что я ее люблю. Под словом "люблю", я имею в виду действительно люблю, а не только то, что мне приятно спать с ней. Я пришел к выводу, что хочу провести с этой девушкой остаток моей жизни, но поскольку я ее именно "любил", то ее мнение было для меня также небезразлично. Должен сказать, что мой род занятий наложил на меня некоторый отпечаток, сделав меня убежденным скептиком. Поэтому, так как человеком я был, да и остаюсь довольно обеспеченным, я не мог не принимать в расчет то, что это может повлиять на решение девушки стать моей женой. А мне, как и всякому влюбленному человеку хотелось искренности. Я решился сделать девушке предложение, от которого она МОГЛА отказаться. Может, это было с моей стороны и не слишком романтично, но сделано из самых лучших побуждений, дабы избежать недопонимания в будущем. Я предложил несколько простых условий. Первое - если Лена выходит за меня замуж, то соответственно спокойно может пользоваться всеми теми благами, которые предоставит ей статус моей жены. Второе - если она почувствует, что мы не подходим друг другу, то она просто должна мне об этом сказать и мы расстанемся без претензий, а она также получит некую весьма солидную сумму. Это на мой взгляд должно было свести так называемый эффект золотой клетки к минимуму. Но было и третье, самое важное для меня условие. Если Лена решит меня все-таки покинуть, то она должна сделать это ДО того, как найдет себе кого-нибудь еще, иначе ее ожидают очень серьезные неприятности с моей стороны. В самом деле, если ее не устраивают отношения со мной это понятно, хоть и очень печально для меня, но если она, не прерывая их, завела бы кого-то еще, то я ощутил бы, что меня просто цинично использовали. Я даже не против того, чтобы меня использовали, но мои жизненные принципы допускают это только в том случае, если это делается с моего ведома и согласия. Лена эти условия приняла, и мы прожили, как я думал, счастливо несколько лет вплоть до сегодняшнего дня.
- Я не..., - начал было Миша.
- Я понимаю Ваше беспокойство молодой человек, - перебил его сидящий. Что ж, изложу то, что я думаю относительно Вас. Видите ли, так уж вышло, что мой бизнес строится в основном на уважении и авторитете. А Вы ведь не будете отрицать тот факт, что, то, что вашу жену трахает какой-то сопляк никак росту уважения окружающих к мужу этой особы не способствует. Логика тут примитивная, знал ведь чью жену трахнуть собирается, но не побоялся. Поэтому хотя бы из чисто деловых интересов я должен поступить с этим молодым человеком так, чтобы об этом потом вспоминали с ужасом и трепетом. Это хоть в какой-то мере могло бы компенсировать урон, нанесенный моему авторитету.
Миша смертельно побледнел.
- Но с другой стороны, - продолжил сидящий, - я не чужд чувства справедливости. Поэтому для меня все уперлось в вопрос, знали ли Вы, что трахаете именно мою жену. Небольшое расследование этого вопроса показало, что на этот счет Вы были не в курсе. С чем Вас и поздравляю. Так как это автоматически сымает все мои к Вам претензии, то Вы можете спокойно уйти. Думаю, семейная сцена, которая последует за Вашим уходом, не должна представлять для Вас интерес.
- Миша не уходи! - закричала Лена, - Миша, он же убьет меня!
Миша отвел взгляд, встал с кровати и молча и медленно, как во сне, принялся одеваться.
Поняв, что с этой стороны помощи ей не дождаться, Лена обернулась к сидящему.
- Саша! Я не хотела, Саша! Это все он! - она обвиняющее ткнула пальцем в Мишу, - Я же люблю только тебя!
Сидящий молча покачал головой.
- Ты же любишь меня, Саша! Ты... Ты не сможешь! - Лена разразилась истерическим смехом.
- Я любил не тебя, - спокойно ответил сидящий, - Той девушки, которую я любил больше нет. Ты уничтожила ее. Ты убила мою любовь. А за убийство моей любимой и расплата должна быть адекватной.
Раздался стук двери. Миша выбежал в коридор гостиницы и ,не оглядываясь, побежал прочь.
***
- ... в общем, пацана того он таки отпустил. А жену его нашли мертвой на следующий день в перевернутом автомобиле возле трассы за городом. Автомобильная авария это такое дело. С каждым может случиться, - завершил я свой рассказ.
- Ни хрена себе, - присвистнул Леха и с опаской покосился на сидящего у барной стойки, - Нет, он все-таки полный псих, того урода, который его жену трахнул отпустил, а девку завалил!
- Псих, - согласился я, - Но справедливый псих.
- Слушай, Миха, а откуда ты то об этом знаешь? - спросил у меня Леха.
- Да так... Люди рассказали. Ну, мне пора, - я бросил на деревянный стол несколько купюр. Пожал Лехе руку на прощанье и направился к выходу.
Когда я был уже у самой двери, Пировский заметил меня и дружелюбно мне улыбнулся. Я хотел было хлопнуть дверью, но передумал и тихо закрыл ее за собой.