Я ненавижу этот Монсегюр, 
   Он слишком далеко от Ивелина. 
   И ладно парни, так и нас, как дур, 
   Зачем-то тянет в путь военный длинный. 
   Сначала, вроде, на Тулузу шли, 
   Потом узнали, что Тулуза с нами, 
   И нас куда-то в дебри завели, 
   И объявили: "Монсегюр пред вами!" 
   В болоте возле штурмовой стены 
   Мне б сапоги резиновые срочно. 
   Я поняла, что мастера - козлы, 
   И это всё подстроено нарочно! 
   Я это им сказала бы в глаза, 
   Если б попался под руку хоть кто-то. 
   По грязи я скакала, как коза, 
   Но сзади шла тяжёлая пехота. 
   Пехота крыла матом всё и вся, 
   Особенно Тритона "обласкали", 
   Вся армия в грязи, как порося, 
   А он стоит себе и зубоскалит. 
   Я уж молчу, что треть хороших стрел 
   Он спёр у нас, сказав, что негуманно. 
   Пол полигона разозлить успел, 
   И было ему, видимо, забавно. 
   В итоге он добился своего, 
   И половина лучников стреляли 
   Почти что исключительно в него, 
   И пару раз, конечно же, попали. 
   Потом мы всё же взяли Монсегюр, 
   Кусок стены разворотив по жизни, 
   И с помощью стреляющих бандур 
   По мере сил мы помогли отчизне. 
   Надеюсь, не забудет нас страна, 
   Ведь мы на благо Франции старались, 
   И это была честная война, 
   И мы на год вперёд навоевались. 
   А через год мы может быть ещё 
   Куда-нибудь повоевать поедем, 
   И тесно став в строю плечом к плечу 
   Рванём вперёд к очередной победе. 

4 августа 2004