# Сезон дождей

Олег Сергеевич Шавловский

Пятая.

Изодранным рукавом болоньевой куртки Егор вытер лицо. На мокрой чёрной ткани кровь потеряла свой цвет.

Последняя доза яда уже проникла в кровеносную систему и поспешила к мозгу, почти выгоревшему от боролитицина. С этой атакой ему не справиться - шанс всего два процента. Егору никогда не везло.

Из смутных очертаний того, что когда-то было живым городом, за ним наблюдали голодные глаза. Егор знал, чего ждут их обладатели - и не желал давать им этого. Тени существовавших ранее зданий кишели охотниками, которые всё ещё боялись раскрыться. Они сомневались, но он уже давно обнаружил их.

Егор рассмеялся - впервые за несколько лет, - громко, долго, взахлёб. Слёзы смешались с дождём и кровью.

Келли стояла рядом, глядя в чёрное небо. Кажется, ей уже не было до него дела.

Конечно.

Ведь всё пошло не по плану.


Егор влюбился в неё, когда шёл ливень. Чёрные тучи, всего за несколько минут заслонившие собой всё небо с лёгкой руки внезапно усилившегося ветра, с рёвом извергали вниз водяную армию огромных мутных капель. По недавно сухому асфальту вдруг потекли толстые извивающиеся змеи, словно какие-нибудь лазутчики, просачивающиеся через решётки в канализацию.

Сквозь стеклянную дверь супермаркета он наблюдал, как суетливо прохожие пытаются найти защиту от убийственного дождя. Ветер хватал их за мокрые спутанные волосы, нагло срывал бейсболки и шляпы, настойчиво цеплялся за одежду, а косые ряды капель неистово нападали на каждый квадратный сантиметр их тел, причиняя, вероятно, немалый дискомфорт.

Егор сильно хотел домой. В тёмной квартире с разбросанными повсюду упаковками от быстрозаваривающейся лапши, смятыми сигаретными пачками и пивными банками, ему было гораздо уютней, чем в наводнённом напуганными людьми супермаркете. Но всё же приходилось выбираться сюда раз в несколько дней, чтобы матово-серый нанослой чёрного пластика кредитки нашёл ещё нескольких клиентов мусорному кладбищу покрытого исцарапанным линолеумом пола. Мысль о доставке на дом не спешила посетить забитое бесполезными программными ошибками сознание.

- Какая странная погода. Впервые в жизни вижу подобный ливень.

На ней были мятые серые брюки и белая мужская рубашка с коротким рукавом. Узкое миловидное лицо с лёгким налётом дешёвой косметики обрамляли нарочито неровно обстриженные волосы до плеч, выкрашенные в тёмно-русый цвет.

Егор неловко кивнул, пытаясь не пялиться на неё. Казавшаяся такой уютной квартира вдруг превратилась в мрачный склеп, наполненный холодом и безысходностью вечного одиночества, куда совсем не хотелось возвращаться.

По сравнению с тем, что его не испугал её мягкий грудной голос, погода была не слишком странной.

- Как думаешь, надолго это?

Егор пожал плечами. Она улыбнулась, не размыкая губ, и перевела взгляд на стремительно пустеющую стоянку.

- Кажется, это моё такси. Приятно было поболтать!

Она поправила на плече ремешок джинсовой сумки и толкнула прозрачную дверь, запустив внутрь холодный и мокрый порыв ветра. Пробежав несколько метров, она обернулась, встретившись с Егором взглядом. Спустя мгновение улыбка, украшенная орнаментом из липких волосинок, сменилась удивлением, чёрные зрачки взметнулись вверх...

А ещё через мгновение на неё рухнул трёхметровый рекламный экран, не выдержавший буйства природы. Такой ливень она видела последний раз в жизни.


Свою первую дозу боролитицина Егор проглотил спустя две недели.

Девушку звали Келли, и ей было двадцать четыре. Вспоминая её последние слова, он понял, что они звучали с едва заметным акцентом.

Он забросил работу. Исходники очередного офисного шлако-софта так и остались не проверенными на наличие ошибок. Работодатель аннулировал контракт.

Он видел Келли в своих размытых чёрно-белых снах, где она казалась неясной тенью, медленно тающей в резких косых штрихах дождя. Единственной яркой деталью был её портрет, нарисованный розоватой водой на сером зернистом бетоне.

На восьмой день после несчастного случая Егор снова увидел её в том самом супермаркете. Девушка ходила между рядами бутылок с второсортным алкоголем, изучая этикетки. Некоторые она брала в руку и разглядывала пристальней, второй рукой придерживая сумку. Келли была реальна, Егор мог в этом поклясться - но, вспоминая момент её гибели, он понимал, что просто сходит с ума.

После этого случая он стал ещё больше бояться внешнего мира.

Перед сном, когда медленно ускользало в серость дождя сознание, его беспокоило какое-то неуловимое воспоминание, подобно чёрной точке на границе поля зрения - стоит слегка сместить взгляд, и она пропадает, а через некоторое время опять появляется, доставляя странное неудобство, отвлекая всё внимание на себя. Казалось, что это воспоминание - из недавнего прошлого, но любая попытка напрячь память неизменно оканчивалась полным провалом.

Иногда Егор выглядывал в окно - недавнее лето слишком резко уступило место осени. Непрестанно шёл дождь - мерзкий, моросящий, не чета тому ливню. Люди с разноцветными зонтами - словно кругляши детской мозаики, движимые огромной невидимой рукой, бесполезные попытки собрать из китайской пластмассовой дешёвки узор, который смог бы вызвать по крайней мере мимолётное чувство радости у строгих родителей.

А она стояла внизу, на потемневшем от влаги тротуаре, и смотрела прямо на него своими большими чёрными глазами и улыбалась, как тогда - слегка приподняв уголки губ и словно бы удивлённо вздёрнув брови...

Той ночью, когда сумасшествие одиночества достигло своего пика, Егор решился выйти наружу. Пустой подъезд встретил его шуршащей тишиной шагов и тусклым полумраком пыльных ламп. Морщинистая стена ухмылялась сотнями потрескавшихся губ на старой зелёной краске, пока ноги медленно отсчитывали ступени - лифт не работал, что бывало часто.

Пискнул домофон, разрешая тяжёлой двери выпустить мрачного человека в объятия дождливой ночи... и ожидавшей его снаружи девушки в белой и совершенно сухой мужской рубашке.

Прикосновение было удивительно реальным и тёплым. Когда её тонкие руки обвились вокруг его талии, у Егора перехватило дыхание. Волосы Келли пахли дождём - не этим, зябким и отвратительным, а согревающим летним ливнем, под которым хочется гулять бесконечно, не обращая внимания на потяжелевшую одежду.

Егор неловко обнял её, боясь, что девушка сейчас исчезнет. Но она всё так же прижималась лицом к его груди, и каждое мгновение делало её ещё более реальной, чем весь окружающий мир.

Может, через полминуты, а возможно, спустя полчаса, она осторожно отстранилась и заглянула в его глаза. Её лицо казалось всего лишь отражением в слабом течении реки... И она заговорила - неожиданно грубым мужским голосом:

- Как только оговорённый в контракте срок истечёт, мы извлечём чип и заключим с вами новый договор - уже на постоянной основе.

- То есть, я смогу участвовать в разработке? - спросил Егор, стараясь совладать с волнением в голосе.

Холодная морось дрожью пробежала по телу. Егор отпрянул от девушки, спиной ударившись о дверь подъезда. Он не помнил владельца этого голоса, но звуки подняли из глубин памяти нечёткую картинку прошлого - белые лабораторные стены, операционный стол, сверкающее новенькой краской оборудование с логотипом... логотипом... Изображение нырнуло обратно, оставив после себя лишь десяток кровавых брызг.

- В чём дело? - нормальным голосом спросила Келли. В её взгляде было неподдельное удивление.

Егор помотал головой и пошёл прочь, не обращая на неё внимания.

Холодный городской ветер вёл его по пустому пространству улиц, по мокрому песку детских площадок, по узким переходам, в сторону единственного в округе людного места - клуба "Блеск". Первый в жизни добровольный поход в такого рода заведение, преследующий лишь одну цель...

Светящийся неон вывески, окрашивающий наполненный влагой воздух в жёлтый и розовый. Тяжёлая бронированная дверь цвета грязи. Глухие удары танцевального бита. Вооружённый солидным "Кольтом" охранник с огромными бицепсами - очень может быть, что искусственно выращенными на этих новомодных дорогих стероидах.

Кислая мина на квадратном лице выражала явное неудовольствие "прикидом" Егора, поэтому он сразу протянул кредитку. Маленькая сенсорная клавиатура приняла пин-код вместе с отпечатками пальцев.

На минуту Егор потерял ориентацию в пространстве. Грохочущая музыка и мерцающий свет, вибрирующий пол, тела, тела, тела... Всё это обрушилось на его сознание подобно снежной лавине, сметая волю - хотелось развернуться и бежать, не останавливаясь, до самого дома, такого тихого, такого родного и уютного...

Он справился с этим. А минут через десять даже несколько освоился в этом странном, непривычном месте - Келли всё время была рядом, не позволяя затеряться и сломаться.

Найти торгаша не составило труда - он сам нашёл Егора. Пластиковый пузырёк с пятью жёлтыми дисками таблеток перекочевал из рук в руки в затенённом углу рядом с женским туалетом. Коммуникатор с выгравированным на корпусе человеческим мозгом, опутанным проводами - знаком "AI Tech." - запомнил номер платежа и пароль к нему, и спрятался в кармане спортивных брюк человека, лица которого Егор даже не разглядел из-за постоянно движущихся в хаотичном танце теней, и не поинтересовавшегося, откуда у такого оборванца деньги на один из самых дорогих в мире наркотиков.

Через несколько минут осунувшееся лицо с резко выступающими скулами и острым подбородком, покрытым тёмной щетиной, блестящими бегающими глазами наблюдало из зеркала за тем, как первая таблетка выполняет своё предназначение. Именно оно, и ещё слепяще-белые стены туалета клуба "Блеск", стали единственными свидетелями первого шага навстречу безумию.


- Зачем ты здесь?

Ночные здания полыхали огнём, с которым не мог совладать жалкий осенний дождь. Егор нарочно раздувал ноздри, чтобы лучше чувствовать запахи жёлтых, оранжевых и багровых пламенных цветов. Что-то из того детства, в котором он ещё видел парки с пёстрыми клумбами, когда зелень ограждала маленький клочок природы от душного воздуха окружающего мегаполиса, и казавшиеся такими чистыми и сладкими запахи кружили ребёнку голову, как взрослому - боролитицин.

Тишина - словно они двое оказались в крохотном воздушном пузыре посреди космического вакуума. Только негромкие звуки их шагов и голоса.

- Ты забавный, - улыбнулась Келли, осторожно прикасаясь к его руке.

- Да ладно? - смутился Егор, стараясь совладать с дрожью, которую вызывала её сухая и мягкая кожа.

- Правда. Только немного грустный. Почему?

- Потому что ты умерла.

Они молча гуляли по горящему городу, и Егор лишь изредка замечал мелькающие силуэты редких прохожих. Люди словно таяли, чтобы не мешать его одиночеству, уходили в параллельный мир, оставляя его гореть в этом. Разумом Егор понимал, что это лишь галлюцинация, вызванная препаратом - но сейчас он полностью переключился на чувства, дав передышку измождённому сознанию.


Холод его разбудил, но не давал откинуть тонкое одеяло. Лихорадочная дрожь, волнами пробегающая по телу, заставляла сжиматься в комок.

В голове было пусто.

Он с трудом вытянул руку, и её тут же обхватил холодный воздух. Пальцы прошлись по журнальному столику, но заветного пузырька не нашли.

Через минуту Егор понял, что спал в одежде. Таблетки лежали в кармане брюк.

Он с трудом проглотил вторую дозу вместе с кислой слюной, и провалился в сон.


Стены комнаты лизали языки пламени. Когда Егор проснулся, они уже успели прогнать холод.

С кухни доносился тихий женский голос. Егор попытался вспомнить, пускал ли Келли в дом, но прошедшая ночь сгорела дотла.

Он слушал, стоя за тонкой дверью, к которой только начинал подкрадываться огонь, как меняется голос девушки.

- ...прорыв в области биотехнологий. Но это может оказаться опасно, - грубый, больше похожий на мужской.

- Конечно, ведь это эксперимент. Я готов, - этот голос больше напоминал Егору собственный.

Сквозь рифлёное тонированное стекло он не видел, действительно ли там сидит Келли, но силуэт был один.

За дверью никого не было. Стоя на пороге, Егор ощупывал взглядом плывущее в странной дымке помещение, но говоривший (или говорившие?) бесследно исчез.

Он обернулся - позади стояла Келли, раскрасневшаяся и мокрая, в одной рубашке, которая едва прикрывала бёдра. Её кожа слегка блестела в отсветах окружающего их пламени.

Егор решил, что не потерял голову лишь благодаря наркотику.

- Проснулся наконец. Ты весь день проспал, - укоризненно произнесла девушка, но её губы были растянуты в улыбке.

- Да... Здесь кто-то был? - он почти не смутился. Ни упрёком, ни её внешним видом.

- Только мы. Вдвоём, - Келли подошла почти вплотную. Воздух вокруг неё был жарче языков пламени.

- Странно...

- Это те таблетки. Выкинь их, - на миг, всего на миг, в её голосе прорезалась сталь.

И Егор предпочёл не возражать.

- Ладно. Ты была в душе?

- Ага. А теперь мы пойдём в комнату...

Поцелуй был странным. Егор не почувствовал вкуса, но с возбуждением справиться не мог - поэтому не сопротивлялся, когда она потащила его в спальню.


- Удивительно... Наверное, так выглядит конец света.

Она выходила всего на минуту, подарив Егору возможность незаметно проглотить третью таблетку. Ему не понравилось, что пламя начало угасать - и только наркотик заставил его вспыхнуть с новой силой.

За оконным проёмом, стекло в котором лопнуло от жара, виднелся город. Один большой пожар, на фоне которого Келли казалась изящной тенью.

Егор потянулся за водой, которую девушка принесла с кухни. Пластиковая карточка словно сама легла под ладонь, когда он ставил кружку обратно на столик.

Оплавленный пластик скрывал надписи и цифры. Наверное, это было чем-то вроде пропуска, но на нём остался лишь изломанный логотип - опутанный проводами мозг. "AI Tech." Разработки в области биотехнологий и искусственного интеллекта. Работа мечты.

- Удивительно... - прошептал Егор. Келли не отреагировала - даже когда он начал одеваться.

Воцарившееся везде пламя не смогло помешать холодному дуновению страха.


Улицы были усыпаны обломками. Егор медленно брёл, позволяя ногам самим выбирать направление - идти уже было некуда.

Наверное, так выглядит конец света.

Наверное, все люди ушли отсюда, когда поняли, что этот огонь им не под силу. С ним не мог справиться даже дождь - а может быть, дождь просто подпитывал его.

Хорошо, что они ушли. Хорошо, что оставили его наедине с холодными взглядами из горящих зданий. Наблюдатели - Егор назвал их "охотниками" - выжидали. Следили. А он их видел.

Когда сбывается мечта, ты попадаешь в ад.

Келли - одна из них. Но теперь Егор был уверен, что она, в отличие от других, была внутри него. Была... Но он выпустил её.

Так что стало с экспериментом?


Прелесть боролитицина в том, что он даёт билет в один конец. Не примешь вовремя дозу - кома. После пяти доз выживают двое из ста. Выхода нет.

Егор улыбнулся и проглотил четвёртую. Действительно - выхода нет. Что бы там ни происходило в реальности, но его мир уже сгорел в дьявольском пламени.

Он не помнил, когда в последний раз ел и пил, но организм это совсем не смущало.

Незачем. Главное, что сейчас мозг работает на пределе, и пока он не сгорел, есть возможность выяснить... вспомнить...

Лишь бы не спутать это с очередной галлюцинацией.

- Я же попросила тебя выкинуть их. Почему ты солгал?

Егор не помнил, как Келли нашла его. Возможно, просто появилась из воздуха.

- Потому что ты лгала мне. Кто ты?

- Я Келли. Забыл? - наркотик затуманил глаза, и лицо девушки поплыло, покрылось рябью, как в тех снах.

- Нет. Не забыл. Но Келли погибла. А ты просто пытаешься манипулировать мной с помощью её образа, - Егор ухмыльнулся. Ему нравилось это. Разоблачение доставляло садистское удовольствие, которое подкреплялось ожиданием её реакции...

Она расхохоталась - громко, долго, взахлёб. Капли дождя касались её, но девушка всё равно оставалась сухой. В отличие от Егора, который промок до нитки.

- А ты уверен, что Келли вообще когда-то существовала?

- Да. Это, пожалуй, единственное, в чём я уверен.


Он ушёл. А когда Келли пропала из виду, побежал.

Потому что мысли, не успевая за его бегом, оставались далеко позади.

Конечно же, он был уверен в том, что Келли заговорила с ним в супермаркете, а потом погибла под рекламным экраном. Конечно, он был уверен в том, что исполнил свою мечту - принял участие в испытаниях крупной разработки "AI Tech." Конечно же, он был уверен в том, что они нарочно заблокировали воспоминания об эксперименте.

Конечно же, это не галлюцинация, вызванная боролитицином.

Егор бежал по тлеющим руинам, а холодные глаза охотников неотступно следовали за ним. Ищейки корпорации - не хотят потерять подопытного из виду. Наркотик стирает грань между реальностью и галлюцинацией, разгоняет мозг до предела, и шестое чувство становится невероятно сильным. Пусть охотники нереальны - но кто-то за ним всё равно следит.

Поэтому он не останавливался.

Невидимые обладатели холодных глаз выдавали себя непрекращающимся змеиным шипением, которое Егор легко отличал от звука испаряющегося на горячих развалинах дождя.

Когда ноги подкосились, этот бег прекратился. Егор упал на раскалённый мокрый бетон, но не почувствовал боли в разбитых коленях - лишь по лицу прошлось слабое покалывание.


Всё это бессмысленно.

Пора заканчивать бег.

Пятая.

Изодранным рукавом болоньевой куртки Егор вытер лицо. На мокрой чёрной ткани кровь потеряла свой цвет.

Последняя доза яда уже попала в кровеносную систему и спешила к мозгу, почти выгоревшему от боролитицина, подобно этому городу, подобно всему миру. Шанс выжить всего два процента. Егору никогда не везло - ни в работе, ни в любви.

Из смутных очертаний того, что когда-то было живым городом, за ним наблюдали голодные глаза. Егор знал, чего ждут их обладатели - и не желал давать им этого. Тлеющие тени существовавших когда-то зданий кишели охотниками, которые всё ещё боялись раскрыться. Они сомневались, но он уже давно обнаружил их.

Егор рассмеялся - впервые за несколько лет, - громко, долго, взахлёб. Слёзы смешались с дождём и кровью, окончательно затуманивая глаза.

Келли стояла рядом, глядя в чёрное небо. Он не помнил, как она оказалась рядом - может быть, просто появилась из воздуха. Ей уже не было до него дела.

Конечно.

Ведь всё пошло не по плану.