Шегге Катти: другие произведения.

Глава 10. Костер На Площади

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Всё не так хорошо, как хотелось бы...

  Карета была сброшена в заснеженный овраг недалеко от проезжей дороги, после чего Марго замела с помощью своих чар все следы, и путь продолжали два одиноких всадника. Лисса по-прежнему носила мужскую одежду и изображала брата подруги, образ которой слегка изменился. Продырявленные после замужества тяжелыми серьгами уши быстро зажили, а вот от красной родинки на лбу не удалось избавиться даже колдовством и отварами, приготовленными Лиссой во время их остановок на постоялых дворах и деревенских избах. Колдунья прятала знак своего недавнего замужество под челкой, опускавшейся на чистый лоб.
  Скачка не прекращалась ни на один день, обе девушки желали поскорее достичь порта и сесть на корабль, следовавший в Минор, но в этой спешке Лисса испытывала лишь каждодневные мучения и боли от беспрерывной тряски в седле. Тайя удивлялась выносливости Марго, которая как настоящая дворянка чувствовала себя на лошади подобно рыба в воде и не произнесла ни слова жалобы за время их путешествия.
  В Бастаре, главном городе в Рустанаде, лежавшем в устье реки Агр, Азар щедро заплатил капитану небольшого руского грузового судна за проезд до Гореста и вдвоем со своей юной сестрой вступил на борт. В воздухе подул попутный весенний ветер, и капитан, не упуская такого шанса, направил корабль по северному курсу. Судно оставляло за собой ежедневно десятки лиг, ветер крепчал и наполнял широкие паруса. Столь благоприятная погода вызывала удивление у капитана и небольшой команды, управлявшей судном. Русы приносили благодарственные молитвы Тайре, для которой на корабле был зажжен яркий светильник и выставлена глубокая чаша багрового вина. На третью неделю плавания, когда капитан сменил курс корабля, ибо, пройдя вдоль побережья морийских земель, следовало повернуть на восток, чтобы не затеряться в бескрайних водах, подвластных лишь воле бога Моря, ветер также изменил направление и подул с запада, где в неизведанных краях скрывалось каждый вечер яркое солнце.
  Лисса прикрывала лицо черным пради. Она откликалась на привычное уже имя Азар и порой прикрикивала грубым мужским голосом на матросов, не спускавших взгляда со стройной фигуры Марго. Тайя не могла нарадоваться скорому безоблачному путешествию, в котором, она надеялась, Тайра, наконец, смилостивилась над своей грешной дочерью. Но Ланс с сомнением разделял её восторг:
  - Я не удивлюсь, если окажется, что благодарить за крепкий попутный ветер придется не Тайру, а твою сестрицу. Она проводит все дни на носу корабля, всматриваясь в синее море и привлекая к себе бесстыжие взоры. И с каждым днем она выглядит все более бледной и усталой.
  Капитан Сурот вел свое судно, не отдаляясь на большие расстояния от суши. Небольшой по размерам корабль уверенно обходил прибрежные мели. На горизонте уже два дня виднелись лесистые берега Минора, когда ветер внезапно прекратился. Штиль держался до вечера, и русы бросили якорь, намереваясь за время стоянки отправить к берегам шлюпку, чтобы пополнить запасы воды и продовольствия на корабле. Но на закате ясное небо, озаряемое последними отблесками солнца, мгновенно занесло черными тучами, в одинокую мачту неожиданно ударила молния, разломав её пополам, и на беззащитный деревянный парусник обрушились шквалы урагана, высокие волны и струи ливневого дождя. Второй удар молнии расколол неширокую палубу, судно быстро пошло ко дну.
  В суматохе, поднявшейся на борту, Лисса потеряла подругу. Марго в этот день не покидала свою низенькую каюту, Азару же надлежало охранять свою сестру от лишнего внимания и беспокойства, и ночевал он под навесом, пристроенным к входу в её каморку. При пробоине в палубе тайя оказалась под водой. Лишь благодаря Лансу, который поднял её на поверхность разбушевавшихся волн, она смогла зацепиться за широкое бревно, ранее служившее мачтой. Людские крики смешались с шумом грозы и волн. Капли дождя хлестали по озябшему телу девушки. Вода загасила факелы и светильники на корабле, и спасать собственные жизни жертвам кораблекрушения пришлось в полной темноте. Буря закончилась также быстро, как и началась. Дождь перестал, и море вновь отливало спокойной водной гладью.
  Ланс сообщил своей хозяйке, дрожавшей от холода и страха, что несколько матросов спаслась на шлюпке. Вскоре сама девушка различила тусклый огонек лампы и расслышала мужские голоса. Её вытащили из воды, после чего предложили глоток рома, бочонок которого русы выловили в усмирившихся волнах. Лисса расспрашивала о пропавшей Марго, но моряки не стали надолго задерживаться среди развалин судна в поисках оставшихся в воде товарищей и погребли в сторону предполагаемого берега.
  Пляж представлял из себя крутой глиняный спуск к морю, за которым вставали высокие деревья. Усталые люди в первую очередь позаботились о костре, который развели из сухого хвороста. Дождь, обрушившийся на парусник, был слишком коротким, так что даже земля не успела промокнуть под его струями. Или ненастье обошло стороной эти края.
  К утру скромный лагерь спасшихся в мутных водах людей пополнил капитан, его штурман и Марго, которую мужчины любезно укрыли промокшим камзолом. Капитан взял руководство своей поредевшей команды на себя и повел несчастных голодных людей по берегу моря на север. К обеду они достигли рыбацких хижин, в которых местные рыболовы с сочувствием отнеслись к измученным странникам. За несколько золотых, которые ещё позванивали в кошельке Азара, рыбаки доставили потерпевших бедствие по морю в обход выступавшим у берегов рифов к пристани минорского порта Олвион. При этом с их лиц не сходило удивление от рассказов капитана: ураган и гроза миновали эти места.
  Руские матросы вмиг приободрились, оказавшись на твердой земле портового города, в родной стихии, где путь постоянно преграждали носильщики, продавцы рыбы, в воздухе пахло солью и ромом. По берегу важной походкой расхаживали бывалые моряки, и на них бросала подозрительные взгляды портовая охрана, готовая прекратить пьяную потасовку или разнять повздоривших давних товарищей, не узнавших друг друга за долгие месяцы плаваний. Капитан завел своих людей в местный кабак, где начались бурные обсуждения происшедшего с парусником несчастья. За счет заведения пострадавшим были налиты полные кружки вина, и развеселившиеся матросы громко описывали ярость стихии и гнев Тайры, павший на их щуплое суденышко, которое отныне покоилось на дне моря. Команда могла ожидать помощи от главы Олвиона, к которому намеревался обратиться с прошением Сурот. Капитан желал испросить поддержку и у владельцев других судов в порту, которые согласились бы отправиться на место крушения и извлечь на поверхность воды хотя бы часть груза, легшего на дно. Организовать подобную экспедицию следовало в ближайшем будущем, пока остатки корабля не были разбиты прибрежными волнами или расхищены местными рыбаками, которые помогли русам добраться до города.
  Лисса и Марго сидели в одиночестве в шумной таверне. Тайя поправляла черную повязку на лице, её подозрительный взгляд, бросаемый в разные стороны, пресекал всякие попытки моряков подсесть за их крайний столик и завести разговор с симпатичной молодой девушкой, которая не отрывала взгляда от своей кружки вина. Марго за весь день не проронила ни слова. Морийские моряки приближались к молчаливым тонам и выказывали соболезнования по поводу их неудачного морского путешествия, предлагая при этом помощь в дальнейшем странствии. Очевидно, они уже узнали, кем приходился пради для молодой девушки - всего лишь братом. Но Азар не поддерживал подобные беседы и лишь угрюмо кивал в знак приветствия и благодарности или упрямо мотал головой в разные стороны, отказываясь от вина и других угощений завсегдатаев этого трактира. У Лиссы ещё сохранилось несколько золотых и серебренников, и девушка уже размышляла, как раздобыть новые монеты, чтобы продолжить путь в Горест. Разговоры с Суротом о возврате платы за проезд были в настоящее время бесполезны, а дожидаться пока капитан вернет себе хотя бы часть своего имущества также не входило в планы тайи. Она мечтала поскорее оказаться в теплой постели и вновь вернуть себе женский образ. Для этого стоило дождаться возвращения Ланса, как всегда исследовавщего новое место, в котором предстояло задержаться его хозяйке, прежде чем распрощаться с командой Сурота. Русы были бы очень удивлены, встретив в ближайшие дни свою бывшую пассажирку в сопровождении не скромного брата-пради, а белокурой подруги, поэтому для ночевки Лисса собиралась подыскать более приличное и отдаленное от порта место. Но, глядя на задумчивое лицо и опущенный взгляд Марго, она почти позабыла о желанном преображении, она не могла сдержать злости и возмущения:
   - Что ты натворила? - шептала тайя среди гула пьяных мужских голосов. - Это ведь твои проделки, Марго? Не могу поверить, что тебе такое по силам?! Ты могла нас всех погубить... Ты признаешь это? Ты не должна колдовать, пока не окажешься в окружении опытных учителей, Марго! Я тебе это уже сотню раз говорила... Лет через пятьдесят может ты и сможешь проворачивать такие трюки, но пока... у тебя ведь нет знаний, умений, опыта... Да не молчи!
  Марго по-прежнему не подымала глаз от стола.
  - Я не знаю, что это было, - тихо ответила далийка после долгой паузы. - Все шло хорошо... Просто я не смогла выдержать такой долгий срок, а может я ни в чем не виновата...
  - Ужас, ужас! Мы чуть не утонули, а она ни в чем не виновата! - Лисса перешла на крик. Её громкий бас заглушил оживленные разговоры в зале, так что тайя вовремя спохватилась и вновь перешла на шепот. - А сколько людей погибли из-за твоей шалости?! Море забрало их души... Что ты хотела сделать, вызвав эту бурю?
  - Неужели ты не понимаешь, я ничего не вызывала! И может быть... остальные матросы тоже спаслись, ведь мы не задерживались на берегу. А теперь капитан внимательно осмотрит тот пляж и совершит нужные обряды над утопленниками, если удастся выловить их тела.
  - Мы погубили невинные души! Если кто-то заподозрит в этом колдовство, - боязливо произнесла Лисса. Тут её глаза расширились, и она пригнулась к столу, стараясь спрятаться в тени. - Гарун, Марго! Настоящий гарун... - в голосе послышался неподдельный испуг.
   Марго подняла голову и внимательно взглянула на молодого человека, чья кожа в свете огней отливала темной бронзой. Он прошел в компании двух морийцев к соседнему столику. Лицо графини отражало усталость, и ничего более, но Лисса поспешно одернула её за плечо:
  - У тебя опять голубые глаза, - тихо предупредила она подругу. - Какая из тебя тонка?!
  - В портах Минора должно быть полно гарунов, братец, - спокойно ответила Марго. Она строго поглядела на тайю, её глаза стали темнеть, а на губах появилась слабая усмешка. - Не будешь же ты обвинять их всех в торговле рабами, да еще и морийцами. Так что не стоит шарахаться от каждого представителя этого народа.
  Девушки замолчали, прислушиваясь к разговору, который вели новые посетители таверны.
  - ...мачта рухнула на палубу. Слава Морю, что никто не пострадал, но теперь судно повреждено, и ремонт затянется на недели, - гарун говорил на чистом морийском языке.
  - "Филии" ещё повезло. На нашей малютке загорелись бочонки с ромом, и пожар спалил почти все каюты наверху. Хорошо, что удалось спасти товар в трюме, - ответил его собеседник. - Капитан собирался на днях выходить в море, ведь этот долгий штиль, наконец, прекратился и подул северо-восточный ветер. А в огне он потерял все карты, приборы и другие ценные бумаги.
  - Всемогущий Ал-гарун! Лучше бы мы вообще не заходили в этот порт! - сокрушался алмирец.
  - И это твоих рук дело?! - вновь яростно прошептала Лисса. Негодующие чувства обуревали её с тех пор, как под ногами внезапно распростерлось бушующее море. Эта гроза и ненастье означали для тайи крушение всех надежд, потерю вещей, денег, времени. Но самое обидное было, что в этом оказалась виновата Марго, хотя Лисса понимала в душе, что далийка не хотела такого окончания их плавания.
  - Хватит, Лисса, - ответила колдунья. - Я ужасно устала и не в силах выслушивать даже твои упреки. Я не знаю, как это все произошло, но может и ты... виновата кое в чем, или твой Ланс. А теперь пора подумать о ночлеге.
  - Что? Да как ты ... придумываешь... - ещё более возмущенно пробормотала тайя. Но тут в голове раздался знакомый голос, и Ланс своими известиями заставил девушку забыть все бранные слова, которые уже были готовы слететь с её губ.
  - Я видел черноморца! Царевича! Нашего Ортека! - выпалил дух, возвратившись в свою металлическую обитель на груди хозяйки. - На дворе уже довольно темно, но я не мог ошибиться. Это был он. Он шел с незнакомыми мне матросами и обсуждал по дороге резвость лошади, которую недавно приобрел на ферме за городом. Они направились к одному из кораблей в порту, если бы ты вышла на пристань, а не потягивала здесь вино...
  Девушка уже поняла, что их посиделки в кабаке могли привести к потере человека, которого она желала вновь встретить в последние месяцы. Она вскочила из-за стола, и, бросив рядом с полупустыми кружками несколько медяков, направилась к выходу, прихватив при этом за руку Марго. За порогом лил мелкий дождь, но, несмотря на это, тайя, следуя указаниям Ланса, поспешила к кораблям, стоявшим на рейде. Марго не отставала, графиня поняла, что волнение подруги связано с возвращением её духа-хранителя: Азар держался за рубаху на груди, под которой скрывалась заветная солонка, и разговаривал сам с собой.
  - Он же стал алмаагским принцем. В Онтаре чего только не рассказывали лавочники о переменах в Алмааге?!
  - В любом случае в настоящий момент наш прежний спутник в этом городе. И вполне вероятно, что ты, наконец, вновь встретишься с Дугласом и Вином. Тогда я смогу не опасаться каждую минуту своего отсутствия в твоих мыслях, что в это время ты вновь вляпаешься в неприятности. Дожидайтесь меня недалеко от корабля. Кстати судно это носит очень знакомое для меня прозвище - "Филия".
  Дух улетел, а Лисса и Марго укрылись под широким навесом на берегу, который защищал от дождя рыбацкие лодки. Тайя передала подруге слова Ланса.
  - Марго, если я снова увижу своего брата, я буду тебе благодарна до конца своей жизни, - девушку уже охватило предвкушение долгожданной встречи. Она крепко обняла подругу, которую готова была придушить от досады несколько минут назад. - Ведь если бы не ты, если бы не Ланс...
  - А ты не боишься, что твои друзья вновь постараются найти для тебя укромное безопасное место, а сами отправятся в дальнюю дорогу? - спросила Марго. Ей было совсем не до веселья, девушка уже почти валилась с ног.
  - Я никогда им не прощу, что они оставили меня одну, - заявила Лисса. - И сейчас я не допущу, чтобы меня провели как глупую девчонку. Думаю, уже даже Ланс согласен, что меня не переубедить: я твердо решила, что не брошу Дуга и отправлюсь с ним куда угодно, лишь бы помочь ему избавиться от проказы. А пока стоит подумать, как наказать этих предателей за то, что они даже не предупредили меня о своем побеге.
  - В твоем нынешнем наряде никто не признает в тебе Лиссу, Азар, - сделала намек Марго. - Ты могла бы подшутить над своими товарищами, отправившись с ними в путь в обличье юного пради, который стремится к новым странствиям и подвигам во славу Тайры. К тому же у нас уже есть история со страшным бедствием, в котором мы, бедные тоны, лишились всего имущества и лишь по воле богов остались целыми и невредимыми. Праведные морийцы должны сжалиться над своими соотечественниками.
  Лиссе сразу же пришлась по душе идея подруги. Маскировка помогла бы узнать истинные планы и намерения бывших попутчиков. Девушка уже привыкла к своему наряду и считала его даже более удобным для путешествий. Мужское обличье давало тайе преимущества: она не привлекала внимания к себе при расспросах в тавернах и лавках Рустанада, основными посетителями которых были мужчины, а также могла спокойно расхаживать в порту среди пьяных моряков, не пропускавших мимо ни одной женской юбки.
  Девушки окончательно продрогли, когда Ланс возвратился к своей хозяйке. Он сообщил, что на корабле встретил графа де Терро, который был как всегда бодр и здоров, но следов Дугласа духу обнаружить не удалось.
  - Как же так! Куда же он подевался? - возмутилась Лисса. - Нам следует поскорее узнать, что затеяли эти пройдохи, сбежавшие из государственного дворца, и где сейчас мой брат!
  - Для этого тебе следует подняться на борт судна. Думаю, они будут рады вновь встретиться с тобой. Все-таки за время нашего знакомства Вин и Ортек избавили тебя от плена и желали тебе только добра, - ответил Ланс.
  - Ну уж нет! Они меня предали, обманули... как и ты, - ответила девушка. - Нынче я не собираюсь слушать очередную ложь о том, куда они направляются и где они бросили Дуга. Я узнаю все сама. И тебе, Ланс, не остается ничего, как помочь мне в этом деле. Для начала ты выведаешь все их намерения.
  Приют и теплую постель девушки нашли на постоялом дворе в приморском районе Олвиона. Азар, скрипя сердцем, заплатил последние золотые монеты за две маленькие комнаты под чердаком. В глазах всех окружающих они оставались братом и сестрой, и ночевать им следовало в разных местах. Наутро Лисса вновь облачилась в высушенные у огня одежды пради. Пересчитав монеты в тощем кошельке, она лишь выругалась, представляя какие цены запросит хозяин за горячий завтрак, и на сколько дней хватит оставшихся серебренников.
  Целый день Азару предстояло прохаживаться по берегу, омываемому холодными волнами, для того, чтобы дать возможность Лансу не спускать глаз со старых знакомых. К обеду к юному пради присоединилась Марго, принесшая теплого молока и свежего хлеба. Девушка очень скоро нашла себе занятие: она собирала ракушки и гладкие блестящие камни на пляже, в то время как её брат продолжал бродить среди кораблей, иногда останавливаясь на приветствия проходивших мимо матросов. Одинокого пради подбадривали добрым словом, звонким медяком или дружеским хлопком по худой спине. История о рустанадском судне, разбившемся недалеко от города, уже облетела все прибрежные таверны и торговые места. Смотритель порта сообщил Азару, что комендант Олвиона создает фонд помощи потерпевшим кораблекрушение, и уже через несколько недель тоны смогут отправиться на родину, а пока городской чиновник предложил юноше и его сестре скромную комнату в бедных трущобах на окраине города.
  Ланс появлялся в сознании своей хозяйки крайне редко. Его сведения все больше укрепляли в Лиссе уверенность, что узнать истинные цели пирата и его подопечного можно будет только использовав хитрость, терпение и всеведущего духа. Он сообщил, что Вин и Ортек, вероятно, скрывались на судне от чужих глаз, так как отплыли из столицы без ведома и разрешения государя, курс "Филии" лежал в процветавший минорский порт на берегу Ольвийского залива - Вест, а далее в Горест, но из-за поломки мачты друзья прикупили резвых скакунов и собрались немедленно продолжать путь верхом.
  - Они все время обсуждают предстоящую дорогу и пока ни словом не обмолвились о Дуге, - подытожил Ланс. - Быть может Дуглас остался в Алмааге? Или уже исцелен живой водой - ведь царевич попал во дворец и стал там полноправным хозяином - и теперь Дуг возвращается в Релию, чтобы забрать тебя из дома старого графа де Терро!
  Когда небо стало затягивать сумерки, Лисса предупредила Ланса, вновь явившегося с разведки, что ужасно устала и собирается покинуть пост. Дух же был неумолим:
  - Ни в коем случае! Они могут выскользнуть из наших сетей в любую минуту. Я ещё не успел узнать твоих замыслов, но я не представляю, как ты собираешься, не вызывая подозрений, предстать перед графом де Терро. Он вообще не спускался на берег за время пребывания судна в порту и тебе не удастся попасться ему на глаза, а тем более напроситься в его спутники. Вина как заправного капитана в Олвионе узнает любой матрос, поэтому он не покидает своей каюты. Кстати наш капитан уже совсем не капитан, а всего лишь владелец этого судна. Слава Морю, он не растратил все свои богатства в сладких утехах в Алмааге, и я советую тебе попросить его о помощи: на твои жалкие серебренники мы вскоре останемся без ночлега и горячей похлебки, и тогда уж точно нам не догнать быстроногих коней, на которых твои друзья вскоре двинутся в путь. А он может привести к Дугласу. Тебя не подвело твое чутье - мы следовали верному направлению в Северный лес, - как всегда самые важные сведения Ланс говорил в конце, но слова о брате пролетели, казалось, мимо ушей тайи.
  - Просить о помощи?! - возмутилась Лисса. Она отошла от берега, исчезавшего под приливной волной, и направилась вдоль борта корабля к Марго, которая прогуливалась вблизи, прислушиваясь к крикам чаек и выбрасывая в темное море собранные за день мелкие камушки. - Даже не думай об этом! - она подошла к трапу, спущенному с палубы "Филии", и вовремя замолчала, не отрывая взгляда от незнакомцев, которые сошли перед ней на берег. Последним шел стройный молодой человек, закутанный в плащ. Он остановился и подозрительно взглянул в сторону чужака, который весь день не отходил от их судна.
  - Господин, - хриплым голосом обратился к нему Азар. Лисса прислушивалась к своему голосу, как будто первый раз говорила мужскими низкими интонациями. Она боялась, что Ортек, которого она узнала по бесшумным крадущимся движениям, осторожному повороту головы и внимательному взгляду черных глаз, распознает в ней бедную девушку, избавившую его от слепоты и поведавшую о судьбе его близкой подруги Двины, чей прах до сих пор надежно хранился в солонке под присмотром Ланса. - Сударь, я ... я хотел спросить вас, не следует ли это судно в Горест?
  - Да, "Филия" направлялась в столицу Минора, но нынче на нас обрушилось ненастье, и корабль поврежден. Капитан не скоро выйдет в море, - ответил Ортек.
  - Но вы ведь не собираетесь задерживаться в порту? - робко продолжил Азар. - Я со своей сестрой должен поскорее попасть в Горест, - слова выговаривались медленно и негромко. - Нынче же у нас не осталось ни гроша за душой...
  - Сударь, вы непременно войдете в наше тяжелое положение, - к трапу приблизилась Марго. Спутники Ортека, подозрительно оглядели её потрепанное вылинявшее в воде платье. А в Онтаре за это добротное сукно Робер выложил не один золотой, чтобы сделать приятный подарок своей молодой жене. - Вы выглядите как порядочный тон, следующий заветам Тайры. Не откажите в помощи своим соотечественникам, потерпевшем крушение несколько дней назад. Мы остались совсем без средств, - Марго говорила столь убедительно и жалостливо, что Лисса захотела одернуть подругу и утащить её подальше от мужчин, лишь бы не видеть её унижение. - Мой брат пради, и не в его привычках просить о милости. Но вы первый тон, которого мы заметили на берегу. Вы спустились с этого судна, но совсем не походите на матроса...
  - Что вы от меня хотите, милая девушка? - взор Ортека выражал непонимание и обеспокоенность.
  - Прошу вас, не откажите нам в сочувствии, - Марго вцепилась в рукава черноморца, с мольбой глядя в его глаза.
  - Я не капитан судна, чтобы принимать вас на борт, но поглядите на палубу: непогода нанесла и нам большой ущерб. В порту мы задержимся на недели. Чем я вам могу помочь?
  - Вы так похожи на моего кузена, к умирающей матери которого мы спешим в Горест. Мы не можем терять ни дня. А у нас не осталось средств не то, что на лошадей, а даже на горячий ужин!
  - Сударь, я слышал, что вы собираетесь отправиться на восток. Разрешите присоединиться к вам, ибо в нынешнем положении, я не могу ни обеспечить, ни защитить свою сестру, - уже более уверенным голосом заявил Азар. - В волнах мы потеряли оружие, одежду, сбережения.
  - Интересно, от кого до вас дошли эти слухи, - Ортек вопросительно взглянул в сторону своих попутчиков. Но те лишь недоуменно пожали плечами. - Я сочувствую вашему бедственному положению, - Ортек отстранился от Марго и обращался к Азару. - Возьмите, это все, что у меня есть. - Он протянул пради мешочек, полный монет, который был прикреплен к его поясу. От глаз Лиссы не ускользнул длинный меч в изящных ножнах, укрытый под плащом.
  - Благодарю вас, сударь, - Марго перехватила монеты и присела перед черноморцем в низком поклоне. - Где мы сможем отыскать вас в Горесте, чтобы вернуть деньги? Поверьте, наша тетушка, да прибавит Тайра ей здоровья и лет, щедро отблагодарит вас за помощь.
  - Не стоит никаких благодарностей, - ответил Ортек. - Думаю, вы сможете купить лошадей и продолжить свой путь. Да благословит вас, Море! - черноморец повернулся и направился прочь от судна в окружении других моряков.
  - Да пересечет Море наши пути, чтобы воздать вам по заслугам! - крикнул Азар на прощание.
  - Он совсем не заслуживает такой участи: оказаться в числе твоих неприятелей. А женская месть за предательство хуже немилости богов, - съязвил Ланс. - Теперь тебе не следует упускать его из виду. Он мог заподозрить что-либо неладное в слезных просьбах Марго, и мы должны быть в курсе всех изменений в планах наших беглецов.
  Лисса следовала за матросами "Филии" до конюшен, где прошлым вечером Ортек оставил купленных лошадей. Ланс то делился с хозяйкой разговорами между царевичем и его спутниками, то вновь ускользал из солонки, чтобы не упустить слов и не потерять их из поля зрения.
  - Как я и предполагал, они задумали отъезд на рассвете, - говорил дух, когда усталая Лисса украдкой следовала за моряками, возвращавшимися на судно. - Эти двое должны доставить лошадей к скалистому пляжу, что лежит в десяти лигах от города. Туда поутру прибудет лодка с пассажирами. Ортек ещё раз осмотрел коней, на которых им предстоит одолеть долгие дни пути. Они купили всего две лошади, значит, в дорогу двинутся в одиночестве, без своей команды. А вот на чем ты двинешься за ними следом?
  - На рассвете?! Через несколько часов... - бессильно ответила девушка. - Неужели, ты заставишь меня сейчас ещё искать лошадей и расспрашивать про скалистый берег... Нет, Ланс, я ужасно устала, я не могу...
  - Тогда ты скорее всего больше их никогда не увидишь. Ты же глава семьи, Азар! Все предстоит делать самому. Твоя сестрица Марго сможет подсобить только тем, что устроит потоп и отправит "Филию" к утру на дно морское. - Ланс как обычно не терял чувства юмора и подбадривал свою хозяйку, которая с трудом передвигала онемевшие от холода, уставшие ноги.
  ***
  Двух всадников, спешивших по главной дороге, что соединяла прибрежные города и поселки в Миноре, удалось догнать лишь в конце целого дня погони, благодаря тому, что они задержались в одной из деревушек, чтобы расспросить о прямом пути на восток по местным полям и лесам. Ланс не упускал их из виду и торопил девушек, по-прежнему, наряженных в одеяния тонов, которые с раннего утра отправились по пятам беглецов.
  Во время быстрой скачки у Лиссы не было возможности давать советы подруге о том, как расположить к себе пирата и черноморца. Но тайя не сомневалась, что Марго справится со своей задачей: именно ей предстояло завести разговор со встречными всадниками, так как, по утверждению Лиссы, граф де Терро как настоящий дворянин не сможет отказать в помощи красивой девушке. Беседа с Вином и Ортеком, которых преследователи настигли на перекрестке широкой дороги, покрытой пылью и грязью, превзошла все ожидания. Путники даже не стали скрывать своих настоящих имен, лишь изобразили из себя моряков, скачущих в Горест, чтобы уладить торговые дела и предупредить о задержке судна. Ортек, казалось, не выразил подозрений по поводу того, что тоны так скоро отправились в дальнюю дорогу, ибо Марго вновь напомнила ему о болезни и возможном скором конце их дорогой тетушки, а Вин согласился сопровождать одинокую девушку, стоило той обеспокоиться предстоявшему долгому пути по незнакомой стране, где она и её юный брат могли стать жертвами разбойников и грабителей. Колдунья обещала щедрое вознаграждение за общество вооруженных мужчин, которые не оставят в одиночестве несчастных путешественников среди чужих краев, тем более один из них, по твердому убеждению тонки, являлся их соотечественником, а другой - чистокровным морянином.
  Дорога четырех всадников в следующие дни пролегала по населенным местам Минора. На ночлег они останавливались в деревенских трактирах, где снимали комнаты, или в гостеприимных избах свободных крестьян-землепашцев, которые самостоятельно обрабатывали принадлежавшие им небольшие наделы земли. Вскоре они свернули с шумного тракта на узкие лесные тропы вглубь страны напрямик на юго-восток к устью Дона, где расположился столичный град Минора, Горест, самый восточный город и порт в Мории.
  Дни становились длиннее и более теплыми под лучами ласкового весеннего солнца. Лес пах свежей травой, новыми почками, листьями, распускавшимися на ветвях молодых деревцев и вековых исполинов. Природа оживала новыми красками, запахами и звуками. Пробуждались лесные обитатели, щебетали пернатые жители, в земле и воздухе копошились многочисленные насекомые.
  Привал устроили на небольшой поляне в стороне от тропинки, проходившей между высокими ясенями и дубами. Солнце ещё проливало свои лучи сквозь ветви деревьев, но путешественники прервали путь и остановились около чистого ручейка, впадавшего в неглубокую яму в земле, аккуратно выложенную гладкими камнями заботливыми дровосеками. Лошадям, которые с самого утра везли своих седоков по вспаханным полям, зеленых лугам и редкому лесу, необходим был отдых.
  Ортек поил измученных животных, Марго же в это время примостилась на толстой коряге и наблюдала за тем, как её брат обучался владению мечом. Вин показывал Азару, как правильно держать в руках оружие, двигаться в бое, не упускать из внимания своего соперника и предугадывать его действия.
  - Конечно, Ортек более опытный фехтовальщик, - усмехнулся Оквинде, лукаво взглянув на своего товарища. - В Рустанаде у него были отличные учителя, но самые легкие приемы тебе могу показать и я. - Релиец поддерживал руку пради и плавно двигал ею, чтобы закрепить со своим учеником навыки нападения и защиты в бою.
  - Может быть, стоит увидеть противника напротив себя, чтобы на практике запомнить твои уроки, - жестко ответил Азар. Хотя на самом деле Лисса с крайней неохотой лишь высказала предложение Ланса, который убеждал свою хозяйку, что не допустит её неудачи и поражения.
  - Если Ортек одолжит тебе свой меч, то я проверю, как ты усвоил мои советы за прошедшие дни, - ответил Вин, с удивлением глядя на своего невысокого худого ученика, выказавшего подобную смелость, являвшуюся скорее дерзостью.
  Лисса с трудом подняла оружие двумя руками, но вскоре в действие вступил Ланс: девушка перестала чувствовать тяжесть меча, она приняла стойку, которую ей показывал граф, и по совету духа расслабила кисть. Лицо девушки было скрыто от соперника черной тканью пради, но её глаза широко раскрылись от смущения и удивления, когда меч в её ладони легко и быстро рассекал воздух, отражая удары Вина. Легкий толчок в спину заставил тайю сделать шаг вперед, и в это время её меч полоснул по плечу пирата, разрезав гладкий шелк его одежды. Граф отступил, до этого медленные и показательные движения его тела мгновенно изменились: видимо, де Терро помнил поражение в Алмааге и решил не давать слабину сопернику. Он подобрался сбоку к новичку и разящим ударом выбил у того оружие. Лисса вмиг потеряла уверенность и равновесие в бою и, закружившись на месте, повалилась на землю.
  - Как же так! - сокрушался Ланс. - Я не могу следить за твоими руками и ногами одновременно. Если бы ты не топталась на одном месте как грузная баба около печи, мы бы уже приложили острие к его горлу. Я бы считал это достаточным наказанием за то, что он оставил тебя в Бору.
  Вин протянул своему ученику руку и помог подняться. Азар, выслушав похвалу своего наставника, отошел к роднику, возле которого примостился Ортек. Лисса чувствовала ноющую боль в руке, уставшей от тяжелого оружия. Она исподлобья глядела на Вина, присоединившегося к Марго. До девушки долетали отголоски разговора, начатого сестрой. Графиня благодарила Вина за заботу о своем брате.
  - Ты очень способный ученик, - обратился к юноше Ортек. - Дорогого стоит царапина на теле такого опытного воина как Вин. Да ещё в первом поединке. Что ты планируешь делать после такого, как доставишь сестру в Горест?
  - Не знаю, - рассеяно ответил Азар. Все его внимание было приковано к разговору Марго и Вина. Ланс также испарился из солонки, предпочитая не пропустить ни слова из речи пирата и колдуньи.
  - Я бы посоветовал поскорее выдать сестру замуж и вступить в войска. Государю нужны такие храбрые воины.
  - Как же ты сам не спешишь в Лемах? - иронично спросил пради. - К тому же кто возьмет в жены такую своенравную девицу как Марго. Характер у неё совсем не как у добропорядочной тонки - упряма как ослица на водопое! - Лисса вновь поглядела на Марго, которая с заигрывающей улыбкой расспрашивала Вина. Ортек вслед за ней обратил взор в сторону красивой пары. Милая тонка, казалось, уже очаровала его друга, и по её изгибу тела, льнущему к собеседнику, он мог поспорить, что это она проделывала с мужчинами не в первый раз.
  - Значит, ты бывалый моряк и ходил вместе с Ортеком по Великому и Южному морям? - лукаво спрашивала Марго, придвинувшись к своему собеседнику, который устроился рядом с ней на бревне. - И ты видел и гарунов, и светляков, и алмаагцев, и эрлинов, и даже степняков?
  - Разный люд сходит на берег в приморских портах, - ответил Вин.
  - А я знаю, кого вряд ли можно повстречать в порту. Говорят, что жители Рудных гор уже сотни лет как не выходят на поверхность земли из своих темных пещер, прячась от солнца и свежего ветра.
  - Не стоит доверять всем слухам, которыми полнятся городские рынки, сударыня, - улыбнулся релиец. - Торговля с Рудниками почти затихла, но все равно степняки доставляют их камни и металлические изделия по реке Алдан в Аватар.
  - Вин, неужели ты поглядел и на этих низкорослых номов или рудокопов, не помню, как точно их называют, - Марго изображала из себя наивную простушку. Лисса глядела на подругу и удивлялась, как ей удается не выказать того, что она лжет. Это бесчестное умение прекрасно демонстрировала Двина, сама тайя не могла скрывать румянца и смущения в глазах, когда произносила неискренние слова. Но Марго легко справлялась с ролью: ей предстояло разговорить спутников и узнать о том, куда делся Дуглас.
  - Я поглядел на разные странности и чудеса на этом свете, - ответил Вин, дотрагиваясь рукой до подбородка девушки, - но никогда не встречал таких прекрасных голубых глаз у жительниц Рустанада. Мне следовало бы почаще блуждать по Бастару, чтобы по достоинству оценить красоту его жительниц.
  - Просто мой отец был одним из ... таких ...матросов, - девушка смущенно заморгала, и её губы изобразили милую улыбку. - Из-за этого я теперь не могу найти себе подходящего мужа, который бы не обращал внимания на прегрешения родителей, и мы отправились в Минор с надеждой на более ... - Марго замолчала, ибо Вин привлек её к себе и нежно поцеловал.
  Лисса была не в силах отвести взор от долгого поцелуя подруги и релийского моряка. А затем она вскочила с места и помчалась сквозь заросли кустарников в чащу леса. Гнев, ненависть, отчаяние сжали сердце, слезы комом застряли в горле. Она бежала по прошлогодней сухой листве, подгоняемая мыслями о предательстве, с невыносимым желанием вернуться назад и расцарапать лицо этому красивому пирату, который на её глазах соблазнил её единственную подругу. Девушка повторяла про себя проклятия и обвинения в сторону Вина, она даже не заметила возвращения духа, который раскалывал голову громкими вопросами о том, куда она бежит.
  Громкий рев огромного зверя, и треск сухих сучьев под его лапами вернули Лиссу в реальность. В нескольких шагах от нее стоял взрослый медведь, отощавший после долгих месяцев зимней спячки. Он поднялся на две лапы и обнажил длинные когти, оглушая округу ужасным голосом. Лиссу, застывшую на месте от испуга и недоумения, по воле духа солонки отбросило назад на несколько шагов, и девушка упала в мокрую гнилую листву подальше от зверя. Медведь опустился на землю, направляясь в сторону несчастной жертвы, но тут между ними вспыхнула огненная стена. Хищник зарычал ещё громче и помчался в обратную сторону, сминая своим туловищем молодые кусты, ломая тонкие ветви.
  К Лиссе подбежала Марго. Её взъерошенные волосы, в которых запутались сухие листья и мелкие кусочки веток и коры, показывали, что девушка тоже не выбирала дороги во вовремя погони, в которую она бросилась, едва оторвалась от сладких губ графа и вспомнила о своем брате-подруге.
  - С тобой все в порядке? - обеспокоено спросила графиня. - Ты не поранилась? - Она прижала Лиссу к себе, погладив её по голове.
  - Что случилось? Откуда этот дым и гарь? - к девушкам подбежали мужчины, непонимающим взглядом оглядывавшие ряд деревьев, обожженных пламенем. В воздухе пахло костром и опаленной шерстью. Огонь не успел охватить ветви и толстые стволы, лишь оставил следы пожарища на древесной коре.
  - В лесу начался пожар, - ответила Марго. - Видно, Тайра опалила своим пламенем деревья, запрещая нам ехать этим путем. Стоит вернуться к лошадям и двинуться в дорогу. До заката мы ещё одолеем несколько лиг.
  Вин помог девушке подняться на ноги. Азар также покинул сырую землю, очищая свой наряд от грязи, листьев и сучьев. В неловком молчании путешественники продолжили свой путь.
  - Молодой тонке уже мерещатся знамения Тайры, - шепнул Ортек своему другу. - Вряд ли после этого она позволит тебе сегодняшние вольности, Винде. А если они повторятся, её братец может заколоть тебя в бою или во сне. От такого позора далеко не убежишь!
  На следующий день лес остался позади, и копыта лошадей ступали по влажной протоптанной земле, покрывавшейся зеленой травой и первыми весенними цветами. Кругом простирались луга и поля, холмы и косогоры соседствовали с неглубокими оврагами. К полудню всадники подъехали к светлой роще, за которой, как сообщил Ланс, лежало чистое озеро, заросшее молодым камышом.
  - Вин сказал, что знает в Горесте несколько хороших гостиниц, где мы могли бы остановиться, пока не отыщем дом нашей тетушки, - шептала Марго, когда подруги отстали от своих спутников, которые уже почти скрылись среди редких деревьев. С самого утра девушка не могла выбрать случая, чтобы поговорить с Лиссой наедине. - Вероятно, они остановятся в одной из них, и мы сможем и дальше не потерять их из виду.
  - Ланс их и так ни за что не упустит, - резко ответил Азар.
  - Так может стоит прекратить эти расспросы?! С помощью Ланса мы все равно узнаем, что они замышляют, куда направляются, с кем встречаются... Конечно, общество графа де Терро мне очень приятно, но он уже корил меня за любопытство, а Ортек не спускает с меня подозрительного взгляда, едва я интересуюсь его прошлыми или будущими планами. Самое худшее - на них не действует мое колдовство, они распознали цвет моих глаз, хотя я пыталась перекрасить их с помощью чар.
  - Конечно, они не спускают с тебя взоров, - фыркнула Лисса. - А ты вместо того, чтобы развязать им язык, позволяешь распускать руки. - Тайя ударила свою лошадь по бокам, ускорив её шаг, и оторвалась от подруги. Но Марго нагнала её и вырвала узды из рук:
  - Лисса, прости меня. Я не ... сдержала себя. Он, наверное, очень многое для тебя значит, но вчерашний поцелуй был лишь ничего не обещающим флиртом, заигрыванием.
  - Тебе не стоит оправдываться. Наш граф не пропускает ни одной юбки. Я сама виновата, что забыла тебя предупредить об его любвеобильном нраве. И для меня он ничего не значит. Ты можешь продолжать строить ему красивые глазки, только бы ты сама не запуталась в своих чувствах и желаниях, Марго! К тому же не забывай, что ты тонка и должна заботиться о своей чести.
  - Моя честь не пострадает от общества красивого мужчины, который столь доброжелательно относится к паре обездоленных странников, - заявила Марго в такт упрямому тону подруги. Она отпустила её лошадь, и Азар, вскинув голову, горделиво поскакал вперед.
  - Ты только что отказалась от своих прав на нашего графа, о котором грезит любая девушка. Он не раз доказывал симпатию к тебе, и не говори мне, что ты в него не влюблена по уши, - убежать от голоса Ланса было, к сожалению, невозможно. - Конечно, девичье сердце будет покорено его заботой, отвагой, силой! А ты даже не попыталась предостеречь от этого Марго. Ты только подтолкнула её в его объятия. И что теперь? - Лисса обреченно слушала духа. Его слова лишь подливали масло в огонь, который полыхал в обожженной обидой груди девушки, она хотела зарыдать от безысходности и тоски, и лишь разум не давал волю слезам - к чему сокрушаться над тем, чего невозможно достичь, что будет лишь краткой иллюзией и обернется страшным разочарованием.
  - Так вот, - продолжал Ланс, - можешь прятать свой взор и прикрывать лицо, чтобы никто не догадался о твоих чувствах, но пока ты изображаешь Азара, то не забудь в следующий раз защищать оружием честь сестры, а не прятаться от бесстыдников в лесу.
  Спокойная прозрачная поверхность лесного озера привлекла к себе усталых путников и животных. После краткого привала решено было продолжить дорогу по широкой тропе сквозь весеннюю рощу. Марго предложила Лиссе искупаться после вчерашнего угара огненной завесы, поэтому Азар предупредил спутников, чтобы они поезжали вперед, а он останется сторожить свою сестру, которая желает окунуться в прохладном водоеме. Вслед за мужчинами Лисса отослала и Ланса, которому следовало проследить, насколько честно спутники соблюдают договоренность и будут ожидать тонов на другом конце леса.
  - Лучше бы прямо сказала мне, что я должен проследить, чтобы они не подглядывали за красавицей Марго, да и сам я был лишен этого прекрасного действия, - пробормотал напоследок Ланс. - Хотя чего я не видел за долгие недели вашей дружбы? Но я повинуюсь вашему желанию, хозяюшка, и удаляюсь. Смею лишь напомнить, что плавать без моей помощи тебе пока не дано, да к тому же вода ещё холодная, поэтому не забудь заранее развести костер.
  Марго спустилась к берегу и быстро сбросила с себя пыльное платье и плащ, оставшись лишь в нижней рубашке. Она кинула одежду в воду, и одним лишь взглядом закружила вещи в небольшой омут, после выжала очищенный наряд и расстелила его на берегу, где сложенная охапка дров мгновенно вспыхнула ярким пламенем. Вскоре к ней присоединилась Лисса, которая убедилась, что их попутчики скрылись среди деревьев, и её разоблачению ничего не угрожает. Девушка сняла с себя мужскую одежду и ополоснула её в холодной воде. Обеденное солнце припекало и ласкало бледную кожу. В тоненькой сорочке тайя вступила в озеро. Она не стала гнаться за подругой, которая уже далеко отплыла от берега, забавно ныряла и плескалась на середине водоема.
  - Лисса, иди сюда, - весело кричала Марго. - Здесь совсем не глубоко. Ты же не собираешься лишь ноги промочить. Окунись с головой в эту чистую воду.
  Тайя осторожно пошла по скользкому илистому дну. Кожа покрылась мурашками, а тело сковывал холод, хотя постепенно организм перестал его ощущать. Погрузившись по грудь в чистые воды озера, девушка решила последовать примеру колдуньи. Она закрыла пальцами нос и согнула колени, чтобы нырнуть и полностью очиститься в прохладной воде. Но босые ноги поскользнулись на гладком дне, и Лисса с громким криком опрокинулась в прозрачную жидкость. Она яростно махала руками, но нос и рот заливало водой. Девушка не успела сама подняться, как на помощь пришла Марго, которая вытащила её на поверхность озера. Колдунья помогла подруге выйти на берег, отирая от влаги её испуганное лицо. Они подошли к костру, согревая онемевшие конечности и промокшую нижнюю одежду.
  - Ланс, - спохватилась Лисса. Она по привычке прижала ладонь к груди, чтобы дотронуться до солонки. Но под мокрой сорочкой виднелось лишь продрогшее тело. - Ланс! - Лисса с ужасом в глазах дотронулась до шеи, на которой всегда висела позолоченная цепочка. - Марго, где солонка?
  - Ты, наверное, потеряла её в озере, - ответила Марго, оглядывая промокшую подругу. - Цепочка достаточно широкая, она могла слететь с твоей шее, когда ты упала.
  Тайя поспешила вновь в воду. Она ошарашено оглядывала широкую гладь озера.
  - Мы должны её найти, - кричала она срывающимся мужским голосом. - Марго, мы должны его найти, Ланса, понимаешь! - Она склонилась к воде. У берега легко различалось глиняное дно озера, заросшее тиной и занесенное песком. - Ланс! Ланс! - с надеждой взывала Лисса. Марго присоединилась к подруге, и девушки вновь погрузились в холодную воду, пытаясь отыскать маленький амулет. Нынче никто не мог им подсказать, что за ними со страхом и любопытством наблюдали две пары мужских глаз.
  - Лисса, ты совсем окоченела, - спустя некоторое время проговорила Марго. Она подошла к тайе и вытащила её на берег, где горел костер. Бледное лицо Лиссы было залито слезами, из горла доносились сиплые всхлипывания. - Тебе необходимо согреться, иначе подхватишь жар и кашель. Одевайся, а я тем временем ещё несколько раз нырну. - Она обняла дрожащую девушку, которая разрыдалась с новой силой. Марго помогла ей надеть высушенные вещи и закутала в плащ. - Успокойся, Лисса! Мы обязательно его найдем. С ним ничего не случится, он ведь даже не заметит и не почувствует своего исчезновения, - графиня одела на голову тайи пради и спрятала под покрывало светло-золотистые волосы Лиссы, прилипшие к мокрому лбу.
  Марго не успела и вскрикнуть, когда заметила незнакомого мужчину в грязной крестьянской одежде, подкрадывавшегося к ним из-за зарослей камышей. В тот же момент сзади на неё обрушился сильный удар по затылку, девушка почувствовала страшную боль и мягко опустилась на землю. Лисса пыталась поддержать подругу, но перед нею предстало скривленное ненавистью багровое лицо, над которым была занесена тяжелая дубинка. Тайя закричала, что есть мочи, но это не уберегло её от удара по плечу. Девушка упала на землю рядом с костром, который потух с падением ведьмочки. Лисса заметила ещё одного нападавшего и перекувыркнулась по берегу, пытаясь ускользнуть от его ударов. Но чужаки были точны, непреклонны и беспощадны в своих действиях. На бедную девушку посыпались удары дубинкой и тяжелыми сапогами. Она взвыла от боли.
  Побои прекратились, когда жертва обездвиженно замерла на земле. Беднягу подняли и засунули в рот грязное тряпье, одновременно другой разбойник опутал её руки и ноги толстыми веревками.
  - У неё открыты глаза, - со страхом произнес один из мужчин.
  - Так ударь её посильнее, пока эта ведьма не вернула себе силы и не прокляла нас на всю жизнь, - в подбородок тайи врезался грузный кулак, она почувствовала свежую кровь во рту и погрузилась в неизвестность.
  Лисса очнулась в открытой телеге в окружении двух здоровенных мужиков. Третий сидел впереди и управлял лошадью. Рядом лежало спутанное веревками тело Марго. К заднему ободу были привязаны уздечки лошадей девушек, которые медленно тащились вслед груженой повозки. Лисса чувствовала невыносимую боль во всем теле и на лице. Едва она открыла глаза, один из мужиков, голову которого покрывала черная шапка, кивнул своему низкорослому напарнику. Тот достал со дна телеги флягу и осторожно приблизился к пленнице.
  - А она ничего мне не сделает? - он опасливо взглянул в сторону крестьянина.
  - Мы с Верилом легко с ними справились, - задорно ответил мужик в шапке. - Я же говорю, что сейчас они почти лишены сил, а вот в полнолуние не поможет даже настой сонника.
  У Лиссы обожгло все горло, когда, сняв кляп, грязные мужские руки раскрыли ей рот и влили в него полкружки браги. Крепкий напиток разлился по подбородку, в груди замерло сердце и дыхание. Девушка со злостью выплюнула жидкость, откашливаясь от горячительного вкуса, на глазах выступили слезы. Но мужчина не стал ждать, пока она придет в себя, и засунул ей обратно в рот грязный кляп. Вскоре девушка перестала понимать слова и шутки, которыми перебрасывались её захватчики. Она сползла на дно телеги, устланное соломой, и заснула.
  - Эй, хозяйка, зови старосту, - тайя очнулась от громкого крика. Девушку подняли на плечо и выволокли из повозки, бросив на пыльную землю. Рядом лежала связанная Марго. Она заморгала, и Лисса решила, что с подругой все в порядке, хотя её голубые глаза терялись в огромных черных зрачках. - Хватит копошиться на грядках, хозяйка, - продолжал кричать ямщик, привстав на козлах. - Зови своего муженька, господина Бриста. Скажи, что мы привели ведьм, которые намедни спалили амбар у Греев и залили кузницу.
  Уже наступали сумерки. На пороге появился грузный мужчина лет пятидесяти. Его истертый кафтан расходился на толстом брюхе, а на непокрытой голове виднелась большая плешь. На крики мужиков сбежались соседние жители, которые с любопытством осматривали пленниц и слушали объяснения своих односельчан.
  - Ты зачем, Верил, будоражишь мне народ? - строго спросил хозяин молодого крестьянина, который так яро требовал его общества. - Опять чего-нибудь натворили? С тобой, как всегда Дерий и Лой.
  - Господин староста, - ответил ямщик, которого назвали Верилом. Он был самым старшим среди напавших на девушек крестьян, - мы спасли нашу деревню от новых напастей. Старуха Грей была права, когда сказала вчера, что пожар в её амбаре проделки ведьм. Мы сегодня с ребятами сами убедились в этом, застав этих чужаков на озере, где они утопили свою жертву, чтобы обрести новые силы. Глядите! - Верил поставил Лиссу на ноги и стянул с её головы пради, прикрывавший лишь её светлые волосы, а затем он разорвал её верхнюю рубаху и обнажил грудь. - Это женщина из светляков, а носит мужской костюм южан.
  В толпе послышались возмущенные крики, и кто-то швырнул в девушек камнем с обочине дороги. Староста захлопал в ладони, чтобы привлечь к себе внимание. Со всех сторон уже раздавались обвинения чужаков в колдовстве, а также звучали возгласы восхищения отвагой молодых крестьян, не побоявшихся вступить в схватку с отверженными богами отродьями, которые облачились в тела юных странниц.
  - Всякому вашему слово должно быть доказательство, - заявил Брист. - Иначе за клевету не видать вам милости Моря. Завтра мы выслушаем ваш рассказ, а также слова этих несчастных, заблудших в неверии душ. А пока отведите их в мои кладовые: одну в подвал, другую в сарай с инструментами. И напоите их на всякий случай сонным отваром.
  Дерий и Лой потащили тайю в деревянный сарай, находивщийся недалеко от дома старосты. Они засунули её в темное помещение, распутав перед этим веревки, и закрыли дверь на внешнюю защелку. В полумраке девушка нащупала деревянные стеллажи у стены, невысокий пень-табурет, ржавый плуг, старую сбрую. Она улеглась на длинные широкие доски, на которые были сложены ровные бруски. Лисса измождено вытянулось на своем жестком ложе. Голова гудела, тело изнывало от ссадин и ран. В темноте она пыталась уснуть и забыть кошмар, который происходил с нею наяву. Ведь грудь не охлаждал металл солонки, а значит это был всего лишь сон.
  Наутро солнечные лучи стали пробиваться через щели между деревянными досками, из которых был сооружен тесный чулан. Лисса проснулась, когда отворилась дверь, и в нее вошел низкий незнакомый мужчина. Он оставил на земле масляную лампу, протянув девушке миску с горячей кашей и свежим хлебом. После того, как пленница в молчании поела, минорец поднес к её губам кружку с темной жидкостью.
  - Что это? - недоуменно спросила Лисса. - Дайте мне обычной воды.
  Кружка выпала из рук мужчины, и он испуганно отодвинулся от узницы. Лисса заметила, как он крепко сжал за спиной кулаки, что по старинным обычаям и традициям означало защиту от нечистых духов. Минорец попятился к выходу, по пути он захватил со стеллажей железные инструменты, быстро выскочил наружу и захлопнул дверь.
  Её голос был по-прежнему низким и грубым, как и подобало мужчине. Ланс изначально закрепил свои чары, и тайя разговаривала уже привычными звуками даже без присутствия духа. Его колдовство сохранилось после пропажи солонки. Лисса в ужасе прикусила губы: теперь, когда она выглядела в глазах окружавших как обычная девушка, её грубый голос лишь пугал людей. Но она была не в силах его изменить.
  Следующий визит был ещё менее приятен. За пленницей явились её вчерашние неприятели, от побоев которых на лице отпечатался большой фингал, а смещенные ребра в груди и спине не давали девушке всю ночь сомкнуть глаз. Крестьяне повели тайю в просторный дом старосты. В длинной комнате, в которую через пару высоких окон проникали яркие лучи солнца, расположился сельский люд. За массивным столом восседал господин Брист. Подле него стояли две пожилые женщины, одна из которых, вероятно, приходилась старосте женой. На лавках вдоль стены сидели местные землепашцы, которые с любопытством глядели на вошедшую девушку. Некоторые из них держали в руках глубокие миски с прозрачной водой, которой брызгали преступницу, произнося при этом молитвенные слова богу Морю. Лисса не заметила в комнате Марго, обеспокоено гадая, где укрыли подругу и как она себя чувствует.
   Староста громким командным голосом успокоил взбудораженный народ и начал следование по делу, призвав в свидетели богов. Для начала он предоставил слово Верилу, который празднично приоделся для подобного случая.
  - Мы ехали по дороге на пахоту и решили свернуть к югу, чтобы напоить лошадей, - начал рассказ здоровяк. - Мы подошли с Дерием к озеру и видим, у противоположного берега, который зарос камышами, купаются девушки. Ну, мы и укрылись в траве и стали ближе подкрадываться, чтобы получше их разглядеть. Добрались до камышей, одна из них - вот эта, - парень пальцем указал на Лиссу, - вынырнула в это время из воды, а рядом с ней её сообщница. Вышли они на берег и как закричали. Я диву даюсь: вроде девки две, а ещё слова мужика откуда-то доносятся. Побежала эта ведьма назад к озеру и стала искать кого-то в воде. И тут я понял, что это она говорит мужским голосом и зовет кого-то по имени. Никак до этого утопила младенца, а потом опомнилась. В общем, я сразу сообразил, что они ведьмины отродья, ведь как раз за день до этого случились в нашей деревне такие напасти как пожар и затопление. Я и уговорил Дерия схватить их и на суд божий и людской привезти, чтобы прекратить их злодейства. Только они вышли из воды, мы и накинулись на них. Вода то, во славу Моря, силу их всю отняла, так что они быстро оказались в наших руках. Справились как с бешеными кошками. Только я сразу решил, что надо их чем-то опоить, а то на земле могут они вернуть себе свои темные умения, хотя до полнолуния, когда мать Тайры, Тея выпускает на волю всех подземных духов, ещё две недели.
  - А ещё, - тут вперед выступил Дерий, - костер они развели на берегу. Так едва мы их повязали, от огня не осталось ни дыма, ни потухших дров, лишь горстка холодного пепла. Мы его в озеро сдули, чтобы развеять их колдовские чары.
  Староста внимательно выслушал рассказ парней, а затем перевел взгляд на Лиссу, которая стояла рядом со своими обвинителями.
  - Кто ты? Девица иль молодец? Куда направляешься и что ищешь в наших местах? - со всей строгостью спросил он бедняжку.
  - Да что здесь ищет светлячка?! Ворожбу навела на нас, честных минорцев, да скрыть свои колдовские следы не успела! - раздался громкий возглас одного сельского мужика.
  - Я легалийка, - ответила Лисса и в смущении замолчала. В её сторону полетела куча проклятий, едва в комнате зазвучал низкий голос пленницы. Девушка не знала, что говорить на суде. Истинной правде никто из них не поверил бы, а обманывать следовало предсказуемо: чтобы Марго говорила перед старостой те же слова. Но девушки никогда не обсуждали такого финала их путешествия и не договаривались о новых именах в случае своего разоблачения. К тому же раньше у Лиссы всегда был опытный советчик, Лансу были ведомы все намерения и секреты других людей. - Я ни в чем не виновата. Я не ведьма, - Лисса кричала сквозь ропот возмущенных сельчан, многие из которых повскакивали со своих мест, намереваясь вцепиться в одежду тайи. Но её охранники надежно огородили своими спинами девушку от того, чтобы быть растерзанной неугомонной толпой.
  Когда шум в комнате стих после громких просьб старосты соблюдать тишину и порядок, заговорила высокая женщина, стоявшая возле кресла Бриста.
  - Что вы взъелись на человека, услышав лишь его голос? - обратилась она к сельчанам. - Да, он более похож на мужской, чем на женский, но разве наш пастушонок не лепечет тонким голоском как малая девчонка?! Так отчего же женщине не говорить грубовато и хрипло? На то была воля Моря и Тайры, или довели её такие вот сволочи мужики, как вы. Сразу бросаетесь на несчастную, как будто дикий зверь перед вами!
  - А ты молчи, Совья, - закричала ей в отчет полнотелая краснощекая крестьянка. - Сама то с востока, вот и защищаешь светляков. А им не место в Ароне! В нашей деревушке испокон веков не случалось ничего, так нет же, занесло ветром окаянным этих ведьм - на тебе после этого и болезни, и несчастья. Сжечь их на костре!
  - Послушаем дальше эту... женщину, - громким голосом Брист остановил бабью перебранку. Он махнул рукой Дерию, чтобы тот подвел пленницу поближе к столу. - Что ты можешь сказать в свое оправдание? Кого вы утопили в озере?
  - Мы никого не убивали, - ответила Лисса. - Я всего лишь потеряла свой медальон в воде и хотела его отыскать.
  - Что ты врешь! - крикнул Верил. - Ты звала его по имени ... Ланс, точно Ланс. И ревела, как будто у неё дитя малое оторвали от сердца. А какое у неё сердце?! Ведьма она! Сколько раз я её палкой огрел, она все извивалась на земле. Уж думал сейчас обернется змеей и уползет в подземную нору.
  - Почему ты носишь мужскую одежду? - Брист вновь обратился к Лиссе.
  - Я скрываюсь от своих родных, - медленно ответила Лисса. Её выдумки могли как спасти, так и погубить девушку, ведь непременно последуют допросы Марго. - Я сбежала из дома, - как обычно, Лисса предпочитала, чтобы обман очень близко походил на истину и даже являлся ею в некоторой степени.
  - Да это одеяние пради, а не легалийцев, - выкрикнул пожилой старик, который опирался на длинный шест у входной двери. - Никак они утопили молодого руса или тона, чтобы забрать его одежду и дальше морочить людям голову.
  - Вы посмотрите на её волосы, - тут же воскликнула одна из жительниц Арона, - она остригла их, чтобы навести порчу на наш урожай и наших детей. Не слушайте её голос, он сведет вас с ума! Ведьма! Ведьма!
  Вновь разбушевавшуюся толпу не удалось успокоить даже громкому голосу старосты. Он, наконец, велел парням увести девицу обратно в сарай и позвать в зал другую пленницу, чтобы расспросить её о жертвоприношении на озере.
  - Она уж точно не легалийка, - сказал он Дерию, когда парень приблизился к испуганной Лиссе, чтобы сопроводить её до места заточения. Тайя прижалась к столу старосты, подальше от свирепых лиц деревенского люда. - И не забудь её напоить еще раз отваром, чтобы жители были поспокойней, видя её вялое выражение лица.
  К вечеру Лиссу охватил озноб, который очень быстро перерос в жар. Девушка испытывала жажду. Она свернулась калачиком на неотесанных досках, моля Тайру о спасении, надеясь при этом лишь на помощь Марго: колдунья должна была выпутаться из любой ситуации, ведь она уже не раз творила несусветные чудеса. Когда сарай вновь погрузился в полную темноту, дверь отворилась, и человек, на которого Лисса уже не обращала внимания, находясь в бредовом состоянии, положил на землю перед узницей тарелку с едой и кружку дымящегося навара. Сухие губы девушки просили о питье. Зеленая горькая жидкость была влита в горло измученной пленницы. Лисса окунулась в мучительный сон. Наутро её пища ничем не изменилась - та же противная настойка, от которой начинала кружиться голова, и в ушах гудели непонятные голоса.
  Лисса потеряла счет времени за недолгие минуты просветления, наступавшие после часов забвения. В мужчинах, вновь поддерживавших её по дороге в дом старосты, она с трудом узнала Дерия и низкого худого Лоя. На дворе уже сгустились сумерки, приятный теплый ветер гнал темные тучи, заносившие звезды на высоком небе. Лисса вступила в комнату, где её допрашивали в прошлый раз. Нынче она была почти незаполнена народом. Брист не пустил на порог взбудораженных крестьян, крики которых о немедленной казни ведьм раздавались под распахнутыми окнами.
  Глаза слипались, тайя с трудом передвигала отяжелевшие ноги. Она присела на скамью, которая располагалась посреди комнаты. Рядом с собой она разглядела поникшую фигуру Марго. Лисса хотела дотронуться до подруги рукой, но кто-то яростно ударил её прутом по пальцам, и девушку насильно отодвинули на дальний край сидения. Она пыталась слушать, о чем говорили сельчане и староста, как и прежде восседавший за столом в конце комнаты, но ужасно хотелось спать, и гул голосов сливался в навязчивое отдаленное жужжание, в глазах расплывались образы крестьян, голова медленно опускалась на грудь. Она пришла в себя, лишь когда парень, стоявший позади, встряхнул её за плечи. Брист задал ей вопрос и ждал на него ответа. Лисса взглянула на старосту деревни. В руках он держал толстую цепочку, на которой висела солонка Ланса.
  - Это мое! - изо всех сил закричала девушка. - Верните мне, это мой медальон! - Она вскочила на ноги, но была остановлена крепкими мужскими ладонями.
  - Значит, ты узнаешь эту вещь, - ответил Брист. - Так слушайте же, жители Арона, эту золотую цепочку мои люди сегодня отыскали у озера, где Верил пленил этих двух колдуний. Теперь уже нет сомнений, что они замыслили негодное богам дело, потопив в водах нашего священного озера невинного человека. Его тела мы пока не нашли, но эта драгоценность несомненно принадлежала ему, и, как говорил Верил и Дерий, слова которых полностью подтвердились, эти девицы очень сильно сокрушались по этому поводу. Теперь мы видим, что на самом деле они хотели вернуть себе потерянное украшение, а не спасти свою жертву.
  - Неправда, это все ложь! - кричала Лисса. Её взор окутала темнота, но девушка не могла допустить, чтобы солонка попала в чужие руки. - Отдайте мне цепочку! Прошу вас, хотя бы на мгновения дайте мне её в руки! Я должна до неё дотронуться, - она наклонилась вперед и с грохотом свалилась на жесткий пол. На коленях девушка вытянула руку в окружавшую её темноту с мольбами, но в ответ послышались проклинавшие возгласы, и чужие руки усадили её на место.
  - Завтра обеих ведьм ждет заслуженная участь, - староста поднялся и прокричал со всей силой, старясь заглушить гул голосов в комнате. Ещё больший шум после его слов поднялся около дома среди крестьян, которые с яркими факелами на пороге ждали окончания суда. - Они сгорят в огне, и души их навсегда сгинут в темных подземельях Теи, так и не представ перед лицом всесильного Моря и дарящей жизнь Тайрой!
  - Ты не можешь так поступить, Брист, - над головой Лиссы зазвучал уже знакомый женский голос. На её горячий лоб опустилась мягкая ладонь. - Она вся горит, девушка в бреду и ничего не осознает, а вы вместо того, чтобы с благословения Моря помочь ей, обрекаете её на незаслуженную смерть. Люди, опомнитесь, - обратилась женщина к своим соседям, - разве они похожи на ведьм? Разве ведьмы подвластны болезням? Эта бедняжка весь день пролежала в сыром сарае, объятая сильным жаром, а её спутницу вы опоили такой дозой сонного напитка, что она придет в себя лишь через неделю.
  - Настой сонника всегда наводил дрему на ведьм, - послышался женский выкрик.
  - Ты целительница, Совья, - послышался мужской голос, - бери и лечи этих ведьм до завтра, если хочешь чтобы они в здравом уме поднялись на костер. - В ответ раздался взрыв смеха. - Только не вини нас, если потом болезнь перейдет на тебя и твоих детей. У меня вот уже собака издохла из-за этих ведьм. Пора уже кончать с ними!
  - Совья, у нас есть все доказательства их злодеяний, - зазвучал голос Бриста. Туман перед глазами Лиссы постепенно растаял. Она различила высокую молодую женщину перед собой, к ней приблизился староста Арона. - Одна из них жительница Рустанада, сбежавшая от мужа. На её лбу виднеется красная родинка...
  - Она могла потерять мужа, развестись с ним и после этого покинуть родную страну, - перебила его своими доводами целительница.
  - Да она плод греха! - закричал Дерий. - Все видели её светлые глаза, неподобающие для праведных русов и тонов. И за это Тайра обрекла её на вечные прегрешения!
  - Будь благоразумна, Совья, - зашептал Брист, приблизившись вплотную к женщине, которая, по-видимому, играла важную роль в деревенской жизни. - Я их не могу отпустить. Старуха Грей уже приходила ко мне со своим мужем и заявила, что её многочисленное семейство самолично спалит мой сарай и дом, если я не казню этих девиц. Они колдуньи. Разве не говорят об этом их одеяния, голоса, а также рассказ наших ребят? Они могут завираться, но я сам отправился сегодня в те места...
  Лисса более ничего не расслышала. Её охранники вновь подняли девушку со скамьи и повели через заднюю дверь в сарай. Незнакомые мужчины сопровождали Марго, которая за все время не вымолвила ни слова. Казалось, графиня погружена в глубокие размышления или грезит с открытыми глазами.
  - Надо напоить эту светлячку сонником, чтобы завтра она не смущала своими ужасающими криками честный народ, - сказал по дороге Дерий своему попутчику. Крестьяне поддерживали девушку за локти, таща по земле в темноте, освещаемой лампой в руках одного из них.
  - Я боюсь даже приближаться к ней, Дерий. Сейчас омоюсь у колодца, чтобы очиститься водой от проклятых ведьминых чар, - сказал другой мужчина. - Жена грозила мне, что не пустит нынче в постель, когда узнала, что это я отыскал в озере золотую цепь несчастного утопленника. Как это наш староста не чурается брать эту вещицу в руки, на ней непременно порча, приведшая к гибели хозяина.
  - Да брось ты! Бристу уже приглянулось это украшение. За столом он не спускал с него глаз, а потом одел на шею да спрятал под камзол, подальше от людских глаз. Золото остается золотом даже в руках ведьм. На твоем месте я бы оставил эту вещицу себе.
  - Упаси меня Море! Этот амулет следует завтра бросить в огонь, который спалит тела колдуний и низвергнет их души в недра земли.
  Охранники отворили дверь и завели тайю в её прежнюю темницу. Незнакомец подобрал с земли пустую деревянную кружку и наполнил её жидкостью из фляги, которая была спрятана у него за пазухой.
  - Да не жалей ты зелья, - сказал Дерий, наблюдая за действиями напарника.
  - Это остатки отвара и их следует разделить пополам. Вряд ли Совья мне продаст ещё травы, чтобы заварить свежий напиток.
  Мужчина протянул кружку Лиссе, но она отклонила его руку. Дерий не был столь осторожен с пленницей: он навалился на девушку и с силой влил содержимое посуды в рот несчастной, которая вертела головой в разные стороны и отчаянно отбивалась руками и ногами.
  - Ух, ты, проклятое отродье, - озлобился крестьянин. - Налей еще и держи её покрепче! Она расплескала всю кружку. Что ты вылупился на меня? Доставай флягу! Я же говорю тебе, что это и есть настоящая ведьма, и завтра она не сможет и пальцем пошевелить, когда её охватит пламя костра. Её подружка и так уже еле передвигает ноги, нечего тратить на неё последние капли сонника. Она ведь всего лишь несчастная жертва колдовства, и ей придется принять незаслуженную гибель... Но такова уж воля богов!
  
  ***
  - Как бы ты ни объяснял их пропажу, не могу избавиться от ощущения, что все это выглядит очень странно, - произнес Вин, сидя за широким дубовым столом, на котором дымились горшки с горячей похлебкой. В печи, выстроенной из глины в углу небольшой комнаты, трещал огонь. За ширмой, разделявшей помещение на две части, кричал младенец, которого пыталась успокоить его мать, хозяйка этого дома.
  Уже второй день друзья в одиночестве продолжали свой путь на восток. Они были крайне удивлены затянувшимся ожиданием своих спутников на лесной опушке, в конце которого мужчины возвратились к чистым водам озера, но там не увидели ни тонов, ни их лошадей. Было очевидно, что брат и сестра решили отправиться другой дорогой, даже не распрощавшись со своими провожатыми.
  Ортек и Вин не могли задерживаться в распускавшейся зелени минорских полей и лесов. Всадники помчались в столицу, понимая, что каждый день простоя мог лишить их встречи с другом. После очередного ночлега под звездным небом, друзья вновь приблизились к людским жилищам, чтобы пополнить запасы продовольствия. Их путь по черным полям пересекла утоптанная сельская дорога, и к вечеру они достигли небольшого поселка, названного Дионом, где за пару золотых устроились на ночлег. Хозяйка накормила странников ужином и скрылась в другой половине дома в заботах о своих многочисленных детях, а её веселый шумный муженек отправился в сельский кабачок, чтобы закупиться и не зря провести ночь с приезжими гостями за полными чарками крепкого вина.
  - Азар очень серьезно воспринял твое отношение к Марго, - ответил Ортек. - Согласись, что если бы они и дальше продолжали с нами путь, ты бы точно покорил сердце его красавицы сестры. Он решил не допустить этого и вовремя свернул с погибельной дороги.
  - Нет, - не унимался релиец, - они были так настойчивы в своих просьбах отправиться с нами в Горест. Я все время подозревал в них лазутчиков Элбета, который мог прибегнуть к любым средствам, лишь бы не упустить нас из виду. К тому же Марго была очень любопытной, а её братец не таким уж неумелым и неопытным, как пытался казаться. Девушка то совсем не походила на тонку, она настоящая морянка. Куда же они подевались?! Может быть они наведут на наш след минорских солдат?
  - Для Элбета не секрет, что если я сбежал, то держу путь в северный лес. Он уже давно заслал в Горест десяток своих разведчиков с приказами арестовать нас. И хотя его проницательности нет предела, я не считаю, что Азар и Марго его шпионы. Колдун ведь не мог подстроить это кораблекрушение возле Олвиона.
  - А если мог... Ведь мачта "Филии" сломалась нежданно-негаданно, как будто Тайра обрушила на нас свой гнев в дополнение к затишью на море, которое тогда держалось несколько дней.
  - Маги говорили о величии колдунов, но то, о чем ты говоришь, по силам лишь богам, Вин. Если бы Элбет был настолько всемогущ, то мы давно бы томились во дворце государя или в его подземельях. Я подозреваю тонов в обмане, но вряд ли он связан с нашими делами. Если Марго не тонка, значит она совсем не сестра юному пради. Может это пара влюбленных изгнанников, бегущих от гнева своих родных?! Азар тогда в лесную чащу не на охоту побежал: видимо, приревновал свою названную сестру, а потому и решил упрятать её подальше от твоих глаз, и они сбежали.
  - Зачем он тогда вообще искал нашего общества, Ортек? Нечистое тут дело, на сердце неспокойно, боюсь я, что случилось с ними что-то неладное.
  - Мы ведь обыскали все озеро. Если бы они утонули, то их вещи и лошади остались бы на берегу, - убеждал товарища черноморец.
  Дверь отворилась, и в комнату вошел хозяин, широкоплечий минорец, в руках он держал полный кувшин вина.
  - Запоздал я, гости дорогие, да омоет Море вашу дорогу, - мужик присел за стол и наполнил кружки проезжих странников. - Лошади ваши в конюшне у старосты, накормлены, напоены, к утру сможете продолжать путь. А я зашел ещё к старине Долу, что торгует вином, которое из Веста доставляет, и узнал последние известия. Волосы аж от страха на голове поднялись! Я на обратном пути ещё у колодца омылся, чтобы защититься от нечисти разной и колдунов северных. Слыхали вы аль нет, а в соседней деревне Арон, что на юго-западе от наших домов стоит, ведьм поймали. Шабаш они устроили несколько дней назад: деревню затопили, избы деревянные пожгли, людские жизни загубили. На силу их у озера, защищаемого всемогущим Морем и его водяными, остановили, скрутили крепкими путами и готовят уж побольше дров, чтобы на костре жарком подпалить их зверские души и тела, - хозяин залпом выпил полную чарку вина, а затем подлил себе ещё терпкого напитка.
  - Ведьмы?! - переспросил Ортек. - Так с чего вы решили, что это ведьмы?
  - Мне неведомо этого, сударь. А сын Дола только недавно вернулся из Арона. Говорит он, староста ихний суд устроил, прежде чем поджарить этих наряженных девиц. Одна из них разговаривает, будто зверь воет, а другая молчит как рыба, да только родинка у неё на лбу как у всех женщин Рустанада. Южанка она, хотя глаза как небо голубое. А южане все, как известно, испокон веков поклонялись чудищам лесным и кровососов породили. Так что ежели и не ведьма она, то точно упырь. Они ведь убили невинного парнишку, и труп его в озере утопили.
  - В каком озере? - обеспокоено спросил Вин. Он подозрительно поглядел на черноморца, который ответил ему таким же вопрошающим взглядом.
  - Озеро, что возле березовой рощи. Чистое оно как слеза, а на праздники видии совершают там обряды омовения всех праведных минорцев. Далеко до него пешком то - пару дней пути на запад.
  - А к деревне этой как проехать? - задал вопрос Ортек.
  - Наши мужики тоже отправляются назавтра в Арон. Всем охота поглядеть на казнь ведьм. Да только по проезжей дороге лишь к вечеру доберешься до тех мест. Я же утром вам прямую дорогу через лес покажу, чтобы вы ещё успели отыскать в деревне свободное для ночлега место.
  Друзья выехали из Диона еще до рассвета. Всю дорогу по редкому лесу и изрезанными буераками равнинам лошади не знали покоя, подгоняемые длинными плетьми наездников. После обеда вдали среди засеянных полей показались высокие крыши деревянных домов. С околицы деревни можно было расслышать гул сотен голосов. Проселочная дорога очень скоро оказалась перекрытой любопытными крестьянами, которые устраивались на телегах, забирались на высокие деревья, лишь бы поближе рассмотреть деревянный помост, под которым были уложены вязанки дров, облитые маслом.
  Вин продвигался на лошади вперед, прокладывая дорогу громкими окриками в толпу и меткими ударами кнута по плечам тех, кто не сразу уступал дворянину. Местом для казни служил широкий перекресток перед домом сельского старосты, который нынче был заполнен женщинами, срывавшими свой голос в криках, полных ненависти и злости, и мужчинами, многие из которых вооружились ржавыми мечами, вилами да косами. В центре толпы возвышались два столба, к которым были привязаны преступницы. Вин не сразу рассмотрел их, так как лица осужденных были обращены в сторону дома старосты. Немолодой грузный, лысеющий мужчина стоял на крыльце дома и зачитывал приговор, пытаясь перекричать шум толпы. Сельский люд совсем не обращал внимания на длинные замудренные слова, произносимые господином Бристом, они ждали лишь его команды, знака, после которого крестьяне с зажженными факелами подожгли бы ведьм, чтобы толпа насладилась их мучениями и праведным возмездием за преступные помыслы и действия.
  - Вин! Вин! - Ортек пытался докричаться до релийца. Он продвинулся ближе к дому старосты Арона и увидал осунувшиеся лица бедных девушек, привязанных к столбам. - Это они! Это Марго и... Вин, это Лисса.
  Оквинде протиснулся к черноморцу и взглянул на худые маленькие фигурки ведьм. Его кнут со свистом взлетел в воздух, обрушиваясь на невинных людей, преграждавших дорогу к старосте, зачитывавшему приговор.
  - Остановитесь! - кричал он. - Именем государя, приказываю вам остановиться!
  Взоры минорцев обратились на незнакомого всадника. Брист замолчал, внимательно осматривая человека, который приближался к нему верхом на лошади.
  - Кто вы такой, сударь, что присвоили себе право распоряжаться на нашей земле?
  - Кто вы такой, что смеете судить моих людей без моего ведома? Я граф де Терро, владетель релийских земель и краев, где исполняю волю Моря и государя. - Заявление релийца обратило к нему сотню изумленных глаз. Видимо, даже обычные крестьяне уже прослышали о графе, который привел в далекие палаты государя в Алмааге его родного внука, выросшего в заморских краях Черноморья.
  - Я староста Арона, избранный волей старейшин с благословения Главного Минора для управления этими зелеными краями, - почетно ответил Брист. - Вы можете доказать свое имя и объяснить причину вашего здесь появления, господин? - уже более тихим и немного взволнованным тоном добавил аронец.
  Народ затих и с жадностью ловил каждое слово ведущейся возле дома старосты беседы.
  - Вот кольцо дома де Терро с его родовой печатью, - Вин поднял вверх свою ладонь, на среднем пальце которой блистал большой зеленый камень, вставленный в золотую оправу. - Я потерял возле озера своих спутниц, которых теперь вижу привязанными к столбам. Я требую их немедленного освобождения, потому что они являются моими крепостными, то есть собственностью, и могут быть осуждены лишь своим хозяином.
  - Это в ваших владениях, сударь, - лукаво ответил Брист. - А на нашей земле вы можете быть осуждены вместе с ними, ежели не признаете их вину и не накажете со всей строгостью, как того требуют законы Мории. - В эту минуту староста внезапно изменился в лице. Его рот скривился в ужасающей гримасе боли, руки выпустили на землю листок бумаги, на котором был записан суровый беспощадный приговор для преступниц. Минорец запрыгал на месте и заголосил, он наклонился к земле, руками спешно разорвал на груди камзол и извлек на всеобщее обозрение украшение, которое до этого послужило веским доказательством вины захваченных у озера ведьм.
  - Я узнаю эту цепочку и драгоценность на ней, - медленно произнес Вин. Он вынул из ножен длинный меч и его острием дотронулся до груди Бриста.
  - Снимите! Снимите с меня это! - орал староста. - Огонь уже охватил мою душу. О, Море, сжалься надо мною! Тайра, помоги! - он упал на землю, преклонившись перед изумленной толпой.
  Вин легко сдернул с него цепочку, которая сперва обожгла его руку, но затем очень быстро остыла. В голове графа раздался незнакомый голос:
  - Ты должен вернуть меня Лиссе. Одень ей на шею солонку.
  - Вы захватили моих людей, а после ограбили их, - громко произнес Вин. - При этом вы ещё обвиняете несчастных измученных девушек в колдовстве?!
  Но его слова не могли удовлетворить людскую жажду крови и огненного зрелища. Толпа требовала жертвы. Жги костер! Спалите ведьм! Их чары сводят с ума честных людей! Крики доносились со всех сторон. К помосту полетели камни и угрозы. Ясное небо над головой внезапно занесло тучами, но люди уже не замечали ни света, ни спустившейся на землю тени: их глаза представляли яркое пламя праведного костра.
  - Зажигай! - крикнул один из мужиков, в руках которого горел большой факел. Он бросил его в кучу дров, которые вспыхнули желтым огнем. В тот же миг в его лицо врезался твердый кулак черноморца. Ортек спешился и придерживал за узды коня. После скорой расправы с одним из поджигателей, царевич обнажил меч. Его окружили вооруженные крестьяне, факелы полетели в сухие дрова с другой стороны эшафота. Костер вспыхнул с неимоверной силой. Ортек отступал в пламя огня, кружил вокруг него, высматривая место, по которому можно было подняться наверх и помочь пленницам освободиться.
  В этот миг с неба ударила молния, повалившая высокое дерево на разъяренных крестьян, загремел гром, и с неба полил дождь. Холодные струи хлестали по спинам испуганных жителей Арона. Дождь шел как из ведра, очень быстро залив огонь и намочив до голого тела любопытных зрителей, многие из которых поспешили разбежаться по домам или под надежные навесы.
  Перекресток широких дорог почти опустел, тучи полностью скрыли дневной свет, под ногами разрастались лужи, и мешалась грязь. Ортек взобрался на деревянный помост, не обращая внимания на крупные капли дождя, насквозь промочившие одежду. Острием меча он перерезал веревки, связывавшие конечности девушек. Он подхватил на руки опавшую на дрова Лиссу и передал её Вину, который уже добрался до места казни и усадил девушку к себе в седло. Затем Ортек помог спуститься Марго, взобрался на лошадь, и рядом с ним устроилась далийка.
  Люди, на которых с неба лил несмолкаемый дождь, расступились перед дворянином, восседавшим на коне с бессознательной девицей в седле. Ей на шею он набросил золотой медальон. Копыта утопали в месиве из грязи и мелких камней. Вслед за релийцем двинулся его спутник. Молчаливые аронцы, большая часть которых придвинулись к домам, крепко сжимали ладони в кулаки, произнося при этом молитвы Морю. Вода, льющаяся с неба, была доказательством божьей милости. Но кого пощадило Море, гадали испуганные сельчане: мирных жителей, избавив их от колдовских чар, или невинных девушек, павших жертвой обмана, клеветы и слепой ненависти.
  Всадники проскакали десяток лиг под проливным дождем. Возле крупного валуна, застывшего у корней старого дуба, Вин спешился. Деревня осталась далеко позади, и на небе уже рассеялись темные тучи. Граф осторожно опустил тайю на влажную землю около камня. Она до сих пор не пришла в чувства. К подруге подбежала Марго. Она схватила Лиссу за голову и замерла над девушкой, не спуская взора с её бледного лица. Через некоторое время ведьмочка поднялась с земли. Тайя вздрогнула и открыла глаза. Она недоуменно оглядывалась кругом, её рука тут же потянулась к солонке на груди:
  - Ланс! - тихо проговорила Лисса мужским басом. - Ланс! - девушка слабо улыбнулась, из её горла вырвался прежний девичий голосок.
  - С ней будет все в порядке, - устало произнесла Марго, смущенно поглядывая на своих спасителей. - Теперь она быстро наберется свежих сил и вернет здоровье.
  Вин присел возле Лиссы. Девушка поднялась с земли, опираясь спиной на валун. Руками она сжимала виски, в которых с её пробуждением заколотил невидимый молоток. Тело опять чувствовало боль от ушибов и ссадин, желудок требовал еды, но сердце радостно забилось при виде невредимых людей, окружавших её, и от голоса Ланса, вновь зазвучавшего в её голове.
  - Лисса, как ты себя чувствуешь? - обеспокоено спросил граф.
  Она пристально взглянула в его серые глаза и ответила жестким тоном:
  - Где Дуглас?
  Дождь над Ароном орошал землю до позднего вечера. Вода залила поля, дороги превратились в сплошное месиво грязи. Люди радовались и удивлялись столь нежданным весенним осадкам. Но более до окончания жаркого лета небо над минорской деревней не омрачалось дождевыми тучами, и неслыханная засуха постигла сельчан в тот год. Их соседи, на чью долю достались редкие пасмурные дни, собрали скудный урожай, не забывая и за это благодарить Море и Тайру. На помощь провинившимся перед богами аронцам посылали бродячих видиев, но даже их прошения на берегу лесного озера, почти высохшего в тот сезон, не помогли избавить несчастных крестьян от голода и нищеты. И молитвы служителей Моря оглашали в те времена не один поселок и город на северном побережье Великого моря, ибо нарушился привычный период ветров и дождей, и небо низвергало на морийцев то бури и ураганы, то жаркое солнце в безветренной тиши.
  
  ***
  Ворота закрывались с заходом солнца, но подъемный мост через широкий ров, заросший травой, залитый дождевой водой и отбросами из домов горожан, давно не трогался с места, ибо враги не подступали к морийской твердыни со времен гарунских войн. Стражники отворили тяжелые затворы, заслышав громкий стук рукоятки меча о железный покров ворот, и без лишних расспросов пропустили в минорскую столицу четырех пеших крестьян, которые не забыли отблагодарить за это золотой монетой.
  Две молодые девушки, скрывавшие хорошенькие личика под кружевами накрахмаленных чепцов, держали в руках большие корзины, полные свежей выпечкой. Их спутники были наряжены в добротные холщовые одежды, в которых местные землепашцы обрабатывали окружные поля. Мужчины спросили ближайшую дорогу в порт и поспешили по широкой мостовой, освещаемой факелами, прикрепленными к стенам домов. Крестьянки последовали за ними, игриво подмигнув при этом ночным караульным и угостив их горячими пирогами. Странники были безоружны, их простые бесхитростные лица не вызвали у солдат ни тени подозрения в злом умысле: разве это грех пропустить в город запоздавший рабочий люд да ещё и получить за это, хвала Морю, немалое вознаграждение.
  С востока дул несильный ветер, приносивший прохладу и соленые запахи моря. Свернув в темный переулок, путники изменили свой облик. Со дна корзин мужчины достали длинные мечи и черные плащи, крестьянская шапка была заменена глубоким капюшоном, скрывавшим лицо. Их дамы также набросили на плечи плащи - ночи были звездными и холодными, а складки темной ткани согревали тело и прятали его от любопытных глаз.
  "Чайка", как все портовые таверны, в столь поздний час гостеприимно распахивала двери перед заезжими матросами. Окна нижнего этажа ярко блестели огнями многочисленных ламп и светильников, на улице слышались веселые звуки скрипки, доносившиеся из залы. Верхние этажи здания сдавались постояльцам. Самый высокий мужчина отделился от своих друзей и скрылся на пороге заведения, зазывавшего к себе громкими пьяными криками и звонким женским смехом. Его друзья укрылись за углом таверны под кроной высокой липы, уже покрывшейся зеленой листвой.
  Лисса прислонилась к холодной каменной стене. Она притронулась к солонке, которую нащупала под толстой блузкой. Ланс испарился вслед за Вином, и девушка с нетерпением ожидала от него скорых известий, а может даже горячей встречи с Дугласом. Лисса до сих пор не могла привыкнуть после закрытых нарядов пради к глубокому вырезу на груди и длинным многочисленным юбкам, которые носили местные крестьянки. Новые одеяния всадники выменяли на ближайшем к городу хуторе на своих быстрых и выносливых лошадей. С животными пришлось расстаться, так как пробираться верхом по запутанным тропинкам густого северного леса было крайне сложно и неразумно, а лишнее золото не помешало бы даже в дремучих местах, ежели там обитали люди.
  Марго молчаливо стояла рядом с подругой, укоризненно потупив взгляд. На неё поглядывал молодой царевич. Несколько дней назад Лисса призналась своим освободителям, что её подруга Марго, которую она встретила за стенами обители стариц, на самом деле являлась не просто далийской графиней де Баи, а настоящей колдуньей. Тайя не удержала свой язык, когда Вин любезно благодарил Марго за костер, который девушка развела из собранного в лесу хвороста. С тех пор девичьи разговоры в их небольшом лагере затихли. Марго обиделась на тайю за излишнюю искренность, хотя Лисса честно оправдывалась тем, что очень скоро эта тайна стала бы известной всем: ведь не случайно же Марго следует в Великий лес.
  Увидеть колдуна наяву для черноморца было уже не новинкой. Но если Элбет очень редко демонстрировал свои способности, то Марго в последние дни их скачки по минорским краям не упускала шанса ещё раз подчеркнуть свои умения. Как справедливо полагал Ортек, таким образом девушки продолжали общаться друг с другом, ведь за проказами колдуньи в действие обычно вступал дух-хранитель Лиссы, Ланс.
  - Что разведал Ланс? - спросил Ортек.
  - Он ещё не вернулся, - буркнула в ответ тайя.
  Разговор не клеился, ожидание вновь продолжилось в молчании под звуки неунывающей скрипки.
  - Так и замерзнуть можно, неподвижно стоя на морозном воздухе, - Лисса затопталась на одном месте, пытаясь согреться под теплым плащом.
  Марго игриво взглянула на свою спутницу. Перед лицом Лиссы, на котором тут же изобразился испуг, загорелся небольшой огонек, освещавший темный закоулок, в котором стояли друзья, и излучавший поток тепла.
  - Марго! - зашипела Лисса. - Перестань немедленно! Кто-то может увидеть.
  - А зачем скрываться, - ответила Марго. - Здесь люди, наверное, привычные, ведь колдуны живут совсем рядом. А к тому же, если люди не увидят, так все равно услышат от того, кто любит много разговаривать вслух... иногда с самим собой...
  - Да перестань, Марго, хватит уж меня корить. Ортек бы и сам вскоре догадался, - Лисса приблизилась к подруге, но говорила достаточно громко, чтобы её слова были услышаны их попутчиком. - У черноморцев просто особое чутье на ведьм. Поверь мне. И тогда было бы ещё хуже, а пока он лишь с нами не разговаривает.
  - И не спускает глаз, - добавила Марго.
  Ортек удивленно поднял брови вверх. Заговорщический тон девушек наводил на мысль, что враждебность в последние дни они испытывали не по отношению друг к другу, а по большей мере к его собственной персоне. Черноморец действительно не мог не волноваться, что рядом с ним находится ведьма. Ведь, в конце концов, проклятие пало на главу его народа из-за морийской ведьмы, а не колдуна. А рядом с ним путешествовали две девушки, в которых было столько загадок, что он нередко корил себя за то, что не понимает их подмигивания и подшучивания друг с другом, принимая их забавы за ссоры, не различая в обычном разговоре или взгляде скрытую обиду. Женские глаза и улыбка всегда способны свести с ума любого мужчину, околдовать его и направить на безумные поступки. Но маги дали царевичу хорошие советы во время постижения им мудрости и знаний: колдовство не страшно, если тебе ведом колдун.
  - Я не боюсь ведьм, Марго, - заговорил Ортек. - Ваши чары уже заставили страдать мой народ, но отныне ни одному черноморцу не пасть их жертвой.
  - Я все время старалась не навредить людям, а помочь им, - ответила Марго. Пламя в воздухе иссякло, и собеседники вновь погрузились в темноту.
  - И как же ты дальше будешь помогать обычным смертным, после того как в кругу опытных учителей познаешь все секреты колдовства и обретешь огромную силу и власть? - спросил черноморец.
  - Я уже решила, что буду делать дальше, - Марго внимательно взглянула вначале на Лиссу, потом на Ортека. - Пожалуй, я отправлюсь в поход за живой водой. Если по твоему мнению, Ортек, колдунья её уничтожила, то может колдунье суждено её вновь отыскать.
  Лисса улыбнулась в темноте. Она понимала, что очень скоро ей предстояло расстаться с подругой, которую очень сильно полюбила за дни их странствий по морийской земле. Она с горечью и печалью ожидала предстоящую разлуку, но просить графиню продолжать опасный путь по неведомым болотам за Рудными горами тайя была не вправе. Лисса уже представляла, что вдвоем с Марго ей будет намного легче уговорить Дугласа и Ортека взять её с собой на поиски, а в том, что они поначалу будут против этого решения, не приходилось сомневаться.
  Ортек лишь засмеялся в ответ на слова графини:
  - Никогда не поверю, чтобы колдунья отправилась за живой водой! Но посмотрим, что нас ожидает на том берегу Ольвийского залива, и что ты скажешь вразумленная своими сородичами, вечными чародеями.
  Солонка перестала охлаждать кожу Лиссы, что означало возвращение духа. Но Ланс подозрительно молчал, хотя обычно начинал говорить в голове, когда Лисса ещё не осознавала его присутствия. Девушка обеспокоено тряхнула медальон и шепотом позвала хранителя. В это время послышался топот тяжелых мужских сапог, и из-за угла таверны вынырнула фигура графа де Терро, озаряемая лишь лунным светом.
  - Дугласа здесь нет, - устало произнес Вин, приблизившись к друзьям.
  В воздухе повисло напряженное молчание. Лисса не могла вымолвить ни слова: в пересохшем горле застрял ком горечи и рыданий.
  - Этот пройдоха Панон сказал, что около пяти недель назад он сдал одну из комнат на верхних этажах рудокопу, которого звали Дугласом. Панон признался, что парень расспрашивал об Оквинде де Терро, но он не стал доверять его словам и посчитал, что этот ... бродяга ... пытался обмануть его и пожить за чужой счет, прослышав об его знакомстве с Одноглазым, капитаном судна, на котором этот минорский ... скряга... проплавал целый год. В общем, - Вин был зол, его голос срывался при упоминании хозяина трактира, который, к сожалению, со временем позабыл прежнюю дружбу и оказанные ему услуги, - через пару недель, когда у Дуга закончились монеты, Панон выставил его вон из комнаты. И он не знает, куда делся этот постоялец. Он запомнил лишь коренастый вид парня и то, что он никогда не снимал с рук длинные черные перчатки.
  - Как же так?! - безнадежно произнесла Лисса. - Где же его искать?!
  - Слава Морю, он жив и верно следовал своему пути, - ответил Ортек. Его голос был полон радости и облегчения. - Скорее всего он двинулся далее к нашей цели. Так что вперед в лес! Надеюсь, что колдуны не обратят нас при первой же возможности в невиданных зверей, - он лукаво взглянул на Марго.
  - Думаю, нам недолго придется гадать о том, куда отправился Дуглас, - голос Вина был по-прежнему очень серьезным. - Перед уходом он оставил для меня записку. - Пират достал из-под плаща запечатанное воском письмо.
  Релиец намеревался при свете уличного факела, прикрепленного к входной двери в таверну, прочитать сообщение от друга, но листок бумаги был мгновенно вырван из его руки. Лисса судорожно раскрыла свернутое письмо, а на ладони Марго, наклонившейся к подруге, затрепетал яркий огонек света.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"