Щеглова Анна: другие произведения.

Виктори-Ана. Общий файл

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Название рабочее. Не окончено! Новое произведение, немного грустное, немного поучительное (надеюсь), немного наивное. Обновлять буду в общем файле, прошу прощения, если это не удобно. Обновлено 23.06.2008

  Какое яркое небо! Светло-голубое, кое-где белое, а затем идет полоска синего, почти фиолетового, и маленькие облачка, словно дымка, тянутся по всему небосводу. Солнце уходит за горизонт, поэтому в глаза уже не слепит. Жалко, что именно в такой прекрасный день придется умереть.
  Боли уже не было, порезанная от плеча до кисти правая рука просто онемела, а левая сжимающая окровавленный бок тоже не ощущалась. Пожалуй, можно назвать сегодняшний день неудачным. Интересно, а почему не болит сломанная нога? При попытке пошевелить пальцами левой ноги, меня пронзила жуткая боль. 'Значит, она все-таки существует', философски подумала я, а то как-то даже неприлично умирать одноногой. Силы быстро покидали меня вместе с кровью.
  Я прикрыла глаза. Триединый, как же досадно умирать одной, в глухой чащи, где не останется от меня даже трупа! В пределах нескольких верст нет ни одного селения, сплошные густые леса со зверьем и бродившей в поисках жертв нежитью. Только я со своей везучестью могла оказаться в таком глухом месте. Обидно быть съеденной дикими зверями, хотя удивительно, что до сих пор никто не появился посмотреть на пока еще живой ужин. Я лежу на пропитавшейся от моей крови земле уже не меньше тридцати минут, а пока никого не увидела и не услышала.
  Вся жизнь моя такая странная, порой ошеломляющая, но в основном глупая, а смерть будет вообще идиотская. Попытка ухмыльнуться над собой не удалась и я закашлялась, почувствовав, как изо рта потекла кровь. Ну вот, осталось недолго.
  Сбоку, в кустах, примерно локтях в десяти от меня, послышался шелест и осторожная поступь. Поступь зверя. Так может идти осторожная лиса, одичавшая собака или хищный волк, преследуя жертву, боясь спугнуть ее раньше времени. Повернуть голову в сторону опасности у меня не получилось, но сил не хватило. Оставалось лежать и прислушиваться, надеясь только на скорую смерть.
  Закрыв глаза, я вспомнила мою жизнь, короткую, но очень насыщенную. Перед глазами, в быстром темпе, промчался весь мой жизненный путь - от принцессы далекого королевства, до шустрого и известного в своем круге вора.
  
  
  
  Глава 1
  
  * * *
  
  Да, я принцесса, вернее родилась принцессой в стране довольно большой и богатой. Наше королевство называется Валий-Кон, мой отец заступил на престол в двадцать лет и до сих пор правит. Ничего, кроме политики, его никогда не интересовало: ни жена, которая из доброй и красивой (как говорила моя первая и самая любимая няня) превратилась во властную, жесткую, холодную женщину, ни дети, которых нас было шестеро. Кстати, я была пятая по старшинству дочь, младше меня только брат, с которым у нас разница в два года. С сестрами мы все погодки. Я была обыкновенным ребенком, ничем особо не выделяющимся и не примечательным, разве что принцесса. Никогда я не отличалась ни красотой, о которой слагали менестрели свои песни; ни добротой, перед которой преклонялись даже жрецы Триединого; ни особым умом, восхищавших придворных советников; ни смелостью и отвагой, покорявших сердца знаменитых рыцарей. Эти качества были у моих сестер. Красавица Джорджи-Ана старше меня на четыре года, добренькая Лили-Ана, у нас с ней разница в три года, умная Дорби-Ана с разницей в два года и, наконец, самая смелая принцесса нашего королевства Призли-Ана, старше меня все на год. То, что у всех нас имена заканчивались одинаково, иногда вызывало вопросу послов многих стран, но на самом деле ничего удивительного в этом нет, это наша семейная традиция, второе имя у девочек, было именем матери. Мою мать зовут Ана. Последним на свет появился долгожданный наследник, мальчик бы похож внешне на мать, но некоторые черты характера были исключительно отцовские. Исполнив таким образом свой долг, родители решили остановиться на продолжении потомства и дети стали предоставлены нянькам, гувернерам и фрейлинам. Мой младший, единственный и любимый брат Роклин, как мне кажется, все качества сестер воспитал в себе, кроме пожалуй врожденной привлекательности. Благодаря своей милой, располагающей улыбке и маленькой ямочкой на правой щеке он пакостил, не получая нагоняя, лишь легкое порицательное покачивание головой матери.
  О своих качествах характера могу сказать только, что с детства была очень обидчивых ребенком, однако мои сестра заявляли, что отличительной чертой у меня было высокомерие, я с этим не соглашалась, поскольку считала, что они путают это с моей гордостью, и только несколько лет спустя, стала понимать, что гордость и высокомерие - это совершенно разные качества.
  Никаких нежных сестринских чувств мы не испытывали друг к другу, так же как и не отмечали особой любви родителей. Поскольку большую часть времени мы проводили с придворными, с детства были в центре сплетен и интриг. Моя первая и любимая нянечка, которая в свое время нянчила еще мою мать, умерла, едва мне исполнилось шесть лет, а все последующие няньки были презираемые мной женщины, которые менялись несколько раз в год. Единственной моей отрадой был брат, с которым я проводила много свободного времени. Надо отметить, что он тоже был очень привязан ко мне, вплоть до моего вынужденного отъезда. Но все по-порядку.
  
  - Ваше Высочество, - низко поклонилась фрейлина, - Его Величество просил Вас прийти к нему в кабинет.
  Девушка не поднимая взгляд, осталась стоять неподалеку.
  - Можешь идти, - отпустила я ее, презрительно смотря на ее неумелый реверанс. Надо будет пожаловаться королеве, что мне подсовывают таких неумех и глупых фрейлин, - постой, Мари, - я вспомнила, что мне необходимо переодеть платье, поскольку ношу его уже два часа, а к королю необходимо идти свежей и опрятной, - позови мне служанку.
  - Ваше Высочество, - еще раз поклонилась она мне, - простите, пожалуйста, меня зовут Кристина.
  - Фрейлин Мари, - холодно отозвалась я, - я не собираюсь утруждать себя запоминанием всех имен приходящих слуг и фрейлин, мне удобно называть всех - Мари. Еще какие-нибудь пожелания? - съязвила я.
  Ниже опущена голова девушки, еще ниже сделан поклон. Может она и унижено себя сейчас чувствует, но ей сразу необходимо знать свое место, я ей не подружка, с которой она может сплетничать и вести панибратские разговоры.
  - Как будет угодно Вашему Высочеству.
  Уже лучше. Не понимаю Лили-Ану, которая ведет себя с прислугой, как с ровней, она даже со слугами вежлива! Ужас, и это королевская дочь, которой суждено стать королевой какой-нибудь страны! На моем лице застыла маска брезгливости, когда к моей прическе прикоснулась служанка.
  - Как смеешь ты грязными руками прикасаться ко мне? Мало ли что ты брала в руки! Знаешь же, что я не люблю это, немедленно вымой!
  - Но, Ваше Высочество, я же только что вымола руки, при Вас!
  - Что?
  Я медленно встала и, наклонив заинтересованно голову, посмотрела на служанку, которая смеет перечить королевской дочери.
  - Немедленно. Вымой. Руки.
  Я бы ее сразу же прогнала и наказала, попросив другую служанку после всего этого, но она хорошо делала прически, поэтому не хотелось искать другую.
  Служанка побледнела и рванула к рукомойнику.
  - И никогда не смей мне перечить!
  - Простите, Ваше Высочество, такого больше не повториться.
  - Я рада, что ты все поняла, теперь поправь мне прическу и дай синее платье с серебряной отделкой.
  
  Когда я пришла к королю, он сидел в своем кабинете один.
  - Вы меня звали, Ваше Величество? - я сделала неглубокий реверанс.
  - Проходи, Виктори-Ана, - не поднимая глаз от бумаги, он показал на стул, стоявший неподалеку от стола.
  Минуты две мы сидели молча. Я смотрела на своего отца. Мы не были близки, я не любила его, как впрочем, и он меня, но уважала. Уважала за властность, хладнокровие и уверенность, с которой он властвовал. Это был массивный мужчина пятидесяти лет, голова с каждым годом становилась все более седой, у него были правильные черты лица, пронизывающий и холодный взгляд синих, таких же, как у меня глаз. У всех сестер были карие глаза, доставшиеся им в наследство по материнской линии.
  - Как ты знаешь, твои сестры уже помолвлены, осталась только ты.
  Я молча наклонила голову, признавая правоту. Даже Призли-Ану просватал барон А'Гронт-иль-Ран.
  - Рина, - я поморщилась, терпеть не могу, когда сокращают мое имя, он заметил и видимо вспомнив это, исправился, - Виктори-Ана, я надеюсь, ты хорошо занималась с воспитателями и знаешь, где находится Пигрия и кто в ней правит?
  - Пигрия - страна на севере, расстояние от нашего королевства месяц конного перехода, - начала уверенно я, - климат умеренный, географически находится между Домиром и эльфийской столицей Ликь-иль-Еллой, а с запада омывается Большим океаном. Сейчас там правит король Клауди IV, который взошел на престол, путем захвата власти у своего старшего брата Силиана II, пять лет назад. Страна производит хороший сыр и вино, экспортируя его в близлежащие страны, в том числе в наше королевство. Импортирует в основном железо и оружие. Миролюбиво настроено к эльфам и совершает тайные нападения на соседнее государство - Домир, нанося при этом убытка себе больше, чем прибыли. В Южных лесах промышляют разбойничьи банды, заставляя нервничать соседние страны больше, чем свою собственную. Я думаю, что король специально не уничтожает их, получая свою часть прибыли от грабежей бандитов.
  - Ты девочка умная, - хмыкнул отец, автоматически поправляя рукой свою челку, - надеюсь, знаешь, когда и где такое говорить?
  Я улыбнулась, ну конечно отец, не такая уж и бестолковая.
  - Да, мой король.
  - Отлично, - он грустно улыбнулся. Ох, не нравится мне этот разговор. - Вчера пришли бумаги от короля Клауди IV. Его сын просит твоей руки. - он ненадолго замолчал. - Я дал согласие.
  Свое удивление и беспокойство я выразила только несознательным движением: немного приподняла правую бровь и сжала губы. Конечно, я знала, что рано или поздно меня настигнет участь моих сестер, но все равно была не готова.
  - Ты должна ехать к своему жениху через месяц, я дал указания, вещи уже собирают. Через три месяца ты сочетаешься с Клауди V в Пигрии.
  Теперь я была действительно шокирована. Ведь сестра только помолвлены, но еще ни одна, даже старшая, не замужем. А я, в свои четырнадцать лет, буду претенденткой на престол. Не скажу, что меня это радует, но и рвать на себе волосы тоже не буду. В конце концов - это моя обязанность и доля, как принцессы. Мы с сестрами, всегда знали, что такое произойдет. В династических браках никогда нет место любви и поэтому любить своего мужа я не обязана, как и он меня. Я рождена принцессой, значит, я рождена для короны. Не самая плохая участь для человека.
  - Дочь моя, - Встал со своего места отец, - я надеюсь, ты понимаешь все важность такого шага, и не будешь корить меня за столь раннюю женитьбу. Нам сейчас необходима поддержка на севере.
  Я опустила голову.
  - Понимаю, отец. Это мое предназначение. Мне жаль, что я не знаю своего будущего мужа, но не пойду против Вашего решения.
  - Не волнуйся, Виктори-Ана, он молод, как говорят, хорош собой, по-молодости горяч и приветлив. Надеюсь, у вас будет взаимная привязанность.
  Вот и решилась моя судьба. Хорошо, что он молодой, ведь на его месте мог оказаться плешивый старик с необъятным животом и постоянно потеющем лицом. Так что можно сказать, мне повезло с женихом.
  Я сделала реверанс и удалилась.
  
  - Вик, почему ты должна уезжать? - только своему брату я разрешала себя называть таким коротким именем, еще с того времени, когда он только начинал говорить и плохо произносил звуки. Вообще я считаю, что раз во мне течет благородная кровь, то все сокращения имени, более напоминающее клички собак, не позволительны, как по отношению ко мне, так и по отношению к другим членам своей семьи. Сестры звали брата, будущего короля нашего королевства, Рок, я же всегда называла его только Роклин.
  - Роклин, - я погладила по голове мальчика, - это мой долг, я не могу отказаться. У меня есть свои обязанности и привилегии, так же как и у тебя. Ты будущий король, я будущая королева. Ничего с этим не поделаешь!
   - А я бы на твоем месте сбежала! - воскликнула Призли-Ана, - Можно было бы собрать вещи и сбежать из дома. Представляешь, это же целое приключение! У тебя впереди много дорог, выбирай любую! Дикая природа, поражающая своей необузданность и красотой.
  - А что же ты не сбежала? - усмехнулась Джорджи-Ана, глядя, как Призли-Ана нервно ходит вокруг нас, поигрывая длинным ножом.
  - Джорджи, я же знакома со своим женихом, - смутилась она, - и хорошо его знаю. Он мне нравится, мне-то чего сбегать?
  Все мои сестры и брат собрались сегодня вечером у меня в комнате, когда услышали новость. Я уже смирилась с ней и представляла себе свою свадьбу. Все приготовления берет на себя жених, но кое-какие мелочи, например, платье, я бы хотела оставить за собой.
  - Дикая природа... - скривилась я и надулась, - Не люблю путешествовать, терпеть не могу останавливаться на ночь на постоялых дворах и у малознакомых родственников. Еще не люблю лошадей и запах потных мужчин в дороге, утром рано вставать, а потом весь день трястись в карете. А если придется ночевать в шатре на улице? Фу-у-у, комары, мошки, насекомые, дым от костра, нехватка воды, дикие звери, постоянное пение птиц. Вокруг лес и никакого общества, только компаньонка и рыцари. Даже поговорить не с кем.
  - Можно подумать, что ты часто ездишь в гости и трясешься по трактам, - хмыкнула любительница острых ощущений и приключений.
  - Призли-Ана, я ездила несколько раз к родственникам королевы, и мне этого вполне хватило, - парировала я.
  Подумав, что мне все это предстоит в скором времени, я передернула от отвращения плечами.
  - Зато ты увидишь новые места, новых людей! - Дорби-Ана в своем стиле. Ей бы только познавать новое, учиться. Ну и зануда!
  - Не понимаю, как ты не любишь лошадей, это же такие умные существа! - возмутилась Призли-Ана.
  Я посмотрела на нее свысока. И в ней есть королевская кровь? Да она, скорее дочь наемника или конюха, что за глупости: верховая езда и махание мечом. Это явно не для дочери короля, скорей бы она вышла замуж, и муж перестал бы потакать ее глупым желаниям, тогда и она стала бы истинной принцессой.
  - Может мне еще и поговорить с ними?
  - Не плохо было бы, - улыбнулась она.
  - Потные лошади хуже потных мужчин!
  - Не скажи, иногда такие экземпляры попадаются среди мужчин, что лучше бы оказаться в компании табуна лошадей, - рассмеялась Джорджи-Ана.
  Сестры рассмеялись над шуткой. Ничего смешного я в этом не увидела, только представила табун лошадей, который убегает от одного потного мужика. Какая гадость.
  - Джорджи-Ана, - обратилась я к сестре, театрально прижимая платок к носу, и скривилась, - давай не будем говорить об этом, а то меня сейчас стошнит!
  Тихое хихиканье Лили-Аны заставило меня надменно посмотреть на нее. И это принцессы!
  - Бедная Рина! - искренне пожалела Лили-Ана, - как мне жаль тебя! Ты там будешь одна, рядом никого из родных не будет!
  Я подумала о том, что, пожалуй, больше всего я буду жалеть, что со мной не будет моего любимого Роклина.
  - Лили, зато представь, когда Вики будет путешествовать, но наверняка она повстречает эльфов, - загорелись глаза старшей сестры, - вот бы мне повстречать этих красавцев! Но меня не отпускают никуда одну, какая жалость, - грустно закончила Джорджи-Ана.
  Я презрительно хмыкнула, ну кто сказал, что в одном лице могут уживаться красота и ум?!
  - Да что эльфы, вот я бы лучше сразилась с наемником!
  О, Триединый! Я закатила глаза.
  - Нет девочки, самое интересное, наверное, повстречаться с магом. Не со старым и некрасивым, как наш придворный Лоргшин, а с перспективным, молодым и симпатичным магом, - произнесла Дорби-Ана.
  - Или настоящим сказателем, - продолжали мечтать сестры, вот бы посидеть в настоящей корчме и послушать, как странствующий менестрель поет баллады!
  - Фи, девочки, хватит говорить всякие глупости! Вы меня только раздражаете своими неуместными фантазиями.
  Мое настроение еще больше испортила служанка, которая очень тихо зашла ко мне в со спины и неожиданно сказала:
  - Ваше Высочество, стол накрыт.
  - Иди вон, - прошипела я. Пожалуй, если так и дальше будет продолжаться, то или я скончаюсь от глупости своих слуг, или меня доконают мои собственные сестры.
  
  Моя мать встретилась со мной через несколько дней. Она величественно зашла ко мне в комнату и приказав слугам выйти, изящно присела на старинное, красиво витое позолоченное кресло, знаком показывая на рядом стоящее. Всегда поражаюсь, с какой грацией и легкостью королева справляется с порой очень сложным этикетом.
  - Виктори-Ана, - негромко начала она, - скоро ты выйдешь замуж, и будешь жить в другой стране, я хочу сказать тебе, что я верю в тебя, в то, что ты будешь примерной матерью и верной женой, и что самое главное хорошей королевой. Я прошу тебя об одном, не хочу чувствовать за тебя стыда, поэтому не подведи нас с королем. Изучай обычаи своей новой родины, тогда ты не будешь попадать в глупые ситуации. Ты самая младшая и не самая умная дочь, прости меня за такие слова, но ты ведь согласишься с такой формулировкой? Я не говорю, что ты глупа, просто у тебя мало жизненного опыта, поэтому не стесняйся писать нам и спрашивать совета. По мере возможности мы конечно же, тебе ответим. Жизнь тяжела, не теряй веры и здравого ума. Да поможет тебе Триединый!
  Да, странное напутствие матери перед бракосочетанием молоденькой дочери. Но королева закончила свое небольшое наставление и так же величественно удалилась в свои покои.
  
  Месяц, который мне дал король на подготовку пролетел, и вот я уже еду к своему новому дому. Три дня назад был дан бал в честь моего обручения. Все поздравляли меня с такое удачей. Конечно, быть будущей королевой такого сильного государства, как Пигрия достаточно большая удача, только меня в последнее время терзали плохие предчувствия и кошмары во сне. Раньше никогда не могла пожаловаться на молодой хороший сон, но в последние дни я даже боялась заснуть. Никому я не говорила о них, поскольку это бы посчитали нервной предсвадебной лихорадкой. Сны не предвещали ничего хорошего.
  Мне дали последние наставления родители, сестры пожелали счастливого брака, а остальные придворные, как мне показалось, не могли сдерживать радостные улыбки от того, что наконец-то я покидаю дворец.
  Мне выделили не большой по меркам королевского, кортеж, но достаточный, что бы спокойно, не заботясь о безопасности доехать до Пигрии. Компания, как я и предполагала, не доставила мне большого удовольствия. Человек двадцать гвардейцев, два обедневших рыцаря, старый барон, отвечавший за мою безопасность головой, служанка, да мальчишка-паж, он очень похож был на моего брата, и я с грустью вспоминала проделки маленького принца.
  Ямы да ухабы приводили меня в ужасное настроение, карета, уже после дня пути стала меня раздражать. Конский топот бесил меня не хуже толпы, которая встречалась в каждом селении и глазели на нас.
  Меня подбросило на очередной кочке, я ударилась о потолок, и мне пришлось высунуть голову из кареты.
  - Барон, - раздраженно позвала мимо ехавшего мужчину, он повернулся ко мне и почтительно поклонился, - меня укачивает! Вы можете сказать возничему, что бы ехал помедленней, или хотя бы аккуратней? У меня началась мигрень.
  - Я постараюсь решить этот вопрос, Ваше Высочество.
  - Отлично, - прошипела я, чуть не прикусив язык, когда карета попала в ямку.
  - Ненавижу путешествия, - я откинулась на мягкие, атласные подушки. Служанка испуганно вжала голову в плечи, - ты то хоть не трясись, не раздражай меня!
  Остановились мы на хорошем постоялом дворе. То есть для некоторых он хороший, но меня не устраивало в нем абсолютно все: хозяин, который любопытно поглядывал на меня и с алчным блеском пересчитывал деньги, которые барон отдал ему за ночлег; местные слуги, снующие под ногами; толпа проходимцев-постояльцев, которые бросали на нас любопытные взгляды; еда, очень мерзкая по вкусу и запаху; постель, которая была твердая, и я словно спала на досках.
  По настоянию моего отца, который боялся разных инцидентов по дороге, мы ехали инкогнито. По легенде я была дочерью графа, который отправил меня на лечение к родственникам в Домир. Даже форма моего сопровождения поменяла цвет с синего - королевского (и нашивками на спине на синим фоне золотой дракон, смотревший в небо), на коричневый - обычный цвет дворянства нашей страны.
  Утром меня разбудили мычащие, блеющие и ржущие звуки деревни. А так же тяжелый топот стада верблюдов за дверью, как мне спросонья показалось. Молодой и звонкий женский визг окончательно разбудил меня, и я поняла, что проспала не больше двух часов, поскольку долго не могла уснуть на жестком матрасе, а когда задремала, оказалось что уже утро.
  Не выспавшаяся, голодная и злая, я позвала служанку, которая помогла мне одеться и спустилась на первый этаж, позавтракать.
  Сразу за дверью меня ждали мои телохранители, они посадили меня за лучший стол, который по их мнению находился в самом центре зала. Меня же, перспектива находиться в центре этого немилого заведения бесила еще больше. Вокруг моего стола, за ближайшими местами расположились мои сопровождающие. Для принятия моего заказа, ко мне быстро подбежал сам хозяин, но поняв, что из всего предложенного хозяином я смогу позавтракать только свежей выпечкой и новым заграничным напитком, распространившимся очень быстро, но еще недавно не известным - какавом, я ограничилась этим, решив на обед заехать в город, в который по плану мы должны доехать в середине дня.
  Быстро позавтракав, мы уехали из этого захолустья и через несколько часов выехали на торговый тракт. Дорога стала ровнее и лучше, а на пути стали часто встречаться торговцы со своими большими и маленькими обозами.
  Почти седмицу мы останавливались на хороших постоялых дворах, но даже это стало для меня ужасным испытанием. Гвардейцы вздрагивали, когда я обращалась к ним с какой-нибудь просьбой. Извиняться за то, что иногда позволяла себе накричать на них, я не собиралась, тем более что все упреки с моей стороны были справедливыми. Я не виновата в том, что карету сильно трясло, а меня периодически укачивало, а так же в том, что мне часто хотелось в кустики и мы останавливались. Да и то, что стук копыт лошадей сопровождающих людей меня раздражал и им пришлось оборачивать копыта тряпками. Ну, а как можно не рассердиться за то, что от гвардейцев пахло конским потом и я попросила принять ванну, а точнее за неимением таковой искупаться всех мужчин в реке? Не так уж и холодно на улице, весна уже поздняя, солнце припекает, в крайней случай всегда можно развести костер. Правда, когда нам пришлось из-за них остановится у реки и мужчины пошли мыться, меня укусил комар. Я убила комара на своей руке, но ударила себя слишком сильно, поэтому на моей нежной и аристократически-белой коже появился синяк. Было очень больно и я едва не расплакалась. К моим несчастьям появилась обида на весь свет, когда я ненароком сломала себе ноготь. Но самое страшное - это неожиданно заползший на мое платье, (хорошо, что снаружи!) жук. На мой визг прибежали рыцари и барон, которые сторожили меня, пока остальная часть охраны принимала ванну, они прибежали и стали размахивать мечами, загораживая меня от врагов, но враг находился на мне, а эти презренные мужчины долго не могли понять, что случилось. В итоге я в истерике, рыцари в напряженном состоянии, лошади от моего визга нервно ржали и неспокойно перебирали копытами, а наглец паж зубоскалил. Когда все разъяснилось, меня отпаивали травяным успокаивающим отваром, мальчишке дали подзатыльники все рыцари, а с меня сняли страшного жука. Вот по этому я не люблю путешествовать и ненавижу дикую природу. Всегда найдется что-то или кто-то, раздражающее меня. Остается только молиться, что бы поскорее приехать во дворец.
  Тракт, с хорошей дорогой закончился и уходил в Домир, а та дорога, по которой нам предстояло проехать, лежала восточнее торгового пути и являлась менее удобной и оживленной.
  Начались ужасные для меня дни. Несколько десятков верст пришлось ехать только через небольшие села и крошечные деревни, в которых не было даже маленьких харчевен, поэтому еду готовили на костре, а ночевать приходилось практически на голой земле. Мой шатер обустраивали на ночь как могли уютней, но увы, создавался лишь минимальный комфорт. Один раз, я решила переночевать в карете, поскольку думала, что спать будет мягче. Но утром я поняла всю глупость моего поступка, когда не смогла повернуть шею, она так затекла, что только благодаря старанием служанки, у меня получилось немного размять ее. После этого, рисковать своим здоровьем не стала и стоически переносила все ночевки на земле.
  После таких подвигов у меня появилась идея сколотить большую карету, в которой надо установить кровать обить мягким материалом, поставить стол и стул, и с комфортом путешествовать.
  
  Скоро уже около трех седмиц я нахожусь в дороге, а тело все ломило, будто путешествую минимум два лунных месяца, каждая кочка отдавалась во мне болью. Отсутствие воды в той мере, которая мне была нужна, сказывалась не самым лучшим образом на моем здоровье и настроении. Я стала чувствовать все чаще мигрень и появилась аллергия на насекомых, таких как комары и мошки. Слава Триединому, очень скоро я буду находиться в нормальных условиях! Как сказал барон, мы уже находились в королевстве Домир, значит, еще день и мы свернем на дорогу на Пигрию, а там недалеко до столицы.
  Ужин состоял из практически безвкусной каши, пресного мяса и жесткого хлеба, который купили рыцари два дня назад в ближайшей деревне. Настроение было поганое, я думала о том, что отец мог бы лучше снарядить поездку, дать больше охраны, обеспечить меня необходимыми вещами и едой. Я была так обижена на короля за все трудности, которые мне пришлось испытать по пути, что решила некоторое время вообще не писать родителям.
  Когда прилегла на устроенное мужчинами ложе, то поняла, что совсем не смогу уснуть, поскольку колючие лапы ели постоянно прокалывали даже те тряпки, которые стелили поверх их для теплоты и мягкости. Когда же прилегла, то не могла уснуть от запаха гари и дыма, а так же неуловимого тухлого душка. Пролежав так с час, я решила больше не травмировать свою психику и пойти посидеть в карете, возьму больше подушек, решила я, и уютно посижу.
  Взяв подушки, которые лежали на кровати, и тихо выйдя из шатра, стараясь не разбудить служанку, примостилась в карете на скамьях, но не заметила, как задремала. Проснувшись от непонятного и негромкого шума, я протерла глаза и удивленно высунула голову наружу.
  В лагере тихо, но быстро ходили смазанные темнотой ночи, но тускло освещенные костром тени. Увидев, что эти самые тени держали в руках оголенные мечи, а в сполохах огнища на лезвиях четко выделялась кровь, я закрыла ладошкой себе рот, чтобы не кричать и быстро забралась обратно в карету и забилась в угол, трясясь от страха. Вдруг относительную тишину разрезал женский душераздирающий крик ужаса. Я пискнула и задрожала так сильно, что подумала, что карета, скорее всего, начала трястись.
  После вопля служанки, а что это она я не сомневалась, потому что в лагере только две женщины, одна из которых сейчас пряталась в карете, напавшие на картеж люди не стали таиться, а с криком торжества стали бегать по всему лагерю, поскольку звуки стали издаваться отовсюду.
  Закусив до крови губу от испуга и побледнев, я очень осторожно приподняла занавеску на окне. Представшая перед моими глазами картина была по истине ужасна! С этой стороны кареты, противоположной от костра, находились палатки гвардейцев, и неизвестные убийцы сейчас занимались методичным убийством моих стражей. Пользуясь тем, что все спали и не были экипированы полностью, напавшие расстреливали оборонявшихся из лука, тех, кто был ближе, просто рубили тяжеленными, на мой взгляд, мечами, больше похожими на топоры. Только несколько моих человек, находившихся по разные стороны лагеря, могли полноценно драться. Боясь, что перевес не в нашу сторону, я приняла решение бежать в лес, спрятавшись где-нибудь очень далеко. Дрожащей рукой приоткрыла дверцу. Подбадривая себя тем, что помочь своим людям ничем не смогу, а одев на ночь черное платье, сама того не осознавая дала себе шанс на спасение, я пригнувшись практически сползла на землю. Вдруг меня схватили сзади и прижав руку к открывшемуся от крика рту, мальчишечий голос тихо прошептал:
  - Принцесса, это я, Кристен, ваш паж. Пожалуйста, не кричите. Я сейчас уберу свою руку, хорошо?
  Я понимающе быстро закивала головой, соглашусь на все, что угодно, только бы не убили.
  Рука медленно выпустила меня, и я резво отскочила, но вставать во весь рост не все равно не стала. Это вправду оказался молодой паж, который тоже спрятался за каретой.
  - Надо бежать, - скорее поняла, чем расслышала я, - только очень осторожно и тихо. Лучше бежать в те кусты, - он показал в лес, который находился примерно в трех саженей от нас.
  Я молча кивнула и прошептала:
  - А нас не заметят?
  Мальчик пожал плечами:
  - Не знаю, но надо быстро, а то вообще не сможем сбежать.
  Мы опустились еще ниже и побежали. Самое страшное для меня оказалось пробираться через трупы моих солдат. Мало того, что пришлось вблизи видеть разрубленных почти пополам людей, но и часто ползти по крови и частям тела. Когда я увидела мертвого барона, стекленевший взгляд которого казалось, смотрел прямо на меня, а внутренности выпали на землю и я их случайно задела, у меня закружилась голова, в глазах замелькали звездочки, и нестерпимо затошнило. Парнишка, успевший уйти подальше, увидев меня, с расширенными от ужаса глазами и едва сдерживающий вопль, быстро вернулся и силой поволок дальше. Сдерживая судороги в животе, я ползла, а в глазах стоял застывший взгляд моего охранника.
  В лагере битва, а точнее бойня уже закончилась, слушались только стоны умирающих людей. У кромки леса, когда мы немного привстали, я оглянулась. Вокруг моего шатра бегали убийцы и, обложив его сухими ветками, с торжествующими криками бросили в него горящий факел.
  Мальчишка шикнул на меня и невежливо подтолкнул в спину.
  Застряв ногой между веток, я упала на колени, но не удержавшись, повалилась на живот и распорола лоб о торчавший из земли сук.
  - Щенок! - Громко зашипела от боли и обиды.
  Видимо что-то привлекло бандитов в нашей стороне, вряд ли они услышали меня, но мальчишка стал слишком приметной фигурой в своей светло-серой куртке. Послышался необычный свист и паж, безмолвно открыв рот, начал медленно оседать. Я в безмолвном крике рванула вперед.
  
  Бежала я долго, не останавливаясь даже передохнуть, хотя с учетом того, что бег не был моим любимым времяпровождением, боюсь, что пробежала не больше пяти верст. Через некоторое время от усталости и крови, сочившейся из раны в глаз, которая щипала, пришлось остановиться и присесть на землю. Прижавшись спиной к дереву и с трудом восстановив дыхание, увидела, что солнце уже начинает неохотно вставать, оттесняя ночь.
  Кровь не останавливалась. Пришлось отрывать от нижней юбки большой кусок белой материи и прижать к голове. В легкие прорывался тяжелый воздух, такое ощущение, что вдыхаю не летний, но ночному прохладный, а ледяной и морозный воздух. Не переставая от бега и страха дрожать, я все-таки прикрыла глаза и незаметно для себя задремала. Из беспокойного сна меня выдернуло шуршание листвы. Моментально вскочив, я прижалась спиной к стволу дерева и стала искать причину пробуждения, проглядывая сквозь листву по сторонам, с ужасом ожидая увидеть прячущихся убийц. Как оказалось, звуки шли от маленького ежа, который бегал неподалеку.
  Облегченно рассмеявшись, села на землю, но из глаз уже лились слезы. Мне было чрезвычайно жалко себя, ведь я осталась одна, в лесу, в незнакомой стране. Что же мне теперь делать? Куда идти? Конечно, жаль и моих людей, которые погибли сегодня ночью, но сейчас я находилась в отчаянии, поскольку помочь мне было некому, я могу умереть от голода или, что еще хуже, на меня могут напасть дикие звери или нежить. Истерика повторилась, слезы стали горче, а уныние сильнее.
  Все еще всхлипывая, я встала и поняла, что ко всему прочему, у меня очень сильно разболелась голова. Когда я увидела ручеек, словно подмигивающий мне сквозь заросли и, подойдя напиться и умыться, то обратила внимание, что все мое платье было в крови. Заново прокрутив сегодняшнюю ночь, меня повторно затрясло. Только усилием воли заставила себя успокоиться и умыться.
  Одежду отстирать не получилось, хотя она и была темная, но все равно кровь не смывалась и в некоторых местах бурые пятна особо выделялись. К тому же платье порвалось и не подлежало восстановлению, во всяком случае, не с моим талантом, точнее отсутствие такового. Посмотрев на себя в водную гладь, я обнаружила, что на лбу, над правой бровью у меня появился кровоточащий шрам и, судя по рваным краям, ровно срастись порез не сможет. Мои светло-пепельные, шикарные волосы, превратились в грязно-пепельные.
  Я снова заплакала.
  Успокоилась только после нескольких глотков воды, и устало приподнялась. Выбора нет, придется идти вперед, может мне все-таки повезет?! Понять, с какой стороны пришла, у меня не получилось. Я растерялась, когда увидела, что все деревья одинаковые, а никаких заметин, указывающих на ближайший населенный пункт, не было. Решив, что ничего не измениться, если пойду прямо от ручья, не долго думая, решительно направилась в намеченную сторону.
  В лесу тропинка, на которую я абсолютно случайно вышла, довольно странно петляла, иногда внезапно исчезала, а через несколько саженей, так же неожиданно появлялась заново. К нежданной гостье лес отнесся достаточно хорошо, даже издали, меня не потревожили ни звери, не встречались и густые заросли, не дающие пройти. Уже через час, я стала чувствовать усталость и голод, но в связи с тем, что не знала какие ягоды съедобные, а какие нет, мне пришлось шагать дальше, молясь Триединому для обретения надежды найти путь домой. Он помог, только не совсем так, как ожидала. Я вернулась в наш лагерь...
  
  Когда внезапно оказалась у своего бывшего шатра, то первое время не могла поверить, неужели весь ужас пережитого вернулся?! Утром это место казалось еще страшнее, чем ночью. Везде лежали мои мертвые подданные, к горлу подступила тошнота. Закрыв руками рот, что бы случайно не закричать, и периодически жмурясь, я пошла к карете, поскольку там были мои вещи, а мне необходимо переодеться. Кареты на месте не было, видимо разбойники увели ее вместе с лошадьми. Я осталась растерянно стоять посередине поляны. На меня накатила волна страха: я одна; вещей и еды нет; вокруг меня мертвые люди, которых необходимо похоронить, но представить, что мне нужно эти останки брать руками и копать яму - я не могла.
  Растерянно обвела лагерь взглядом и уткнулась на палатку рыцарей. Может там будет одежда какая-нибудь? Стараясь не смотреть на тела и старательно их обходить, я зашла в палатку. В ней не было трупов, все выбежали навстречу своей смерти на улицу. В палатке застал меня большой беспорядок, видимо нападавшие обшарили всех и самое ценное унесли. Поскольку все мои деньги находились у барона, у меня не было даже медяка.
   Единственное, что меня сейчас порадовало, так это то, что я обнаружила в сундуке одежду, правда не женские платья, а мужские, скорее всего мальчика-пажа. Штаны были мне впору, а рубашка размера на два больше, сдерживая брезгливость, скинула все свои грязные и мокрые вещи на пол и переоделась. Хорошо, что вещи были хоть и старые, но постиранные. Фигура у меня пока не сформировалась. Острые, угловатые коленки, выпирали, а маленькая грудь не выделялась, я не была худой, как Призли-Ана, но не такой полной, как сестра Лили-Ана, поэтому в новых одеждах оказалась похожа скорей на мальчика, чем на принцессу. Но выбора у меня большого не было, в этих вещах стало тепло и свободно, а также непривычно - сейчас, когда юбки не пеленали ноги, я могла свободно и легко двигаться.
  Из продуктов, к моему большому сожалению, было только несколько сухарей и небольшой кусочек вяленого мяса. Однажды, попробовав у Призли-Аны кусочек такого мяса, зареклась его когда-нибудь есть, но сейчас он мне показался самым лучшим деликатесом в жизни. Моментально сгрызла и сухарик. Еще два кусочка оставила на потом, ведь не известно, когда я попаду в ближайшую деревню.
  Красивую фляжку я увидела случайно, когда нагнулась за тесемкой на пол, что бы перевязать свои длинные волосы. Фляжка валялась на еловых ветках, заменяющую кровать для рыцаря. Решив, что в нее смогу налить воды, я взяла ее с собой. Она оказалась почти полной и принюхавшись, почувствовала аромат вина. Причем очень хорошего и дорого. Выливать такую жидкость не стала, оставив для своего утешения. Я не очень часто пью вино, но иногда, на балах тайком от родителей, брала бокал - другой. Глотнув, поняла, что не ошиблась и это достаточно вкусное вино, хоть и крепковатое.
  Я вышла из палатки и пошла в ту сторону, куда собирались сегодня поехать. Повернувшись к лагерю на повороте, я опустила голову:
  - Извините, что не могу похоронить вас, я обещаю, как только получится, обязательно пришлю сюда людей. Простите за то, что вас убили из-за меня. Спите с миром. Да примет вам Триединый к себе!
  Грустно вздохнув, я пошла прочь от ночного кошмара.
  
  
  Глава 2
  
  * * *
  Целый день я шла по лесу, стараясь не сбиваться с тропинки, надеясь или прийти в поселение, или встретить на дороге людей.
  Я уже успела съесть оставшиеся сухари и выпить флягу вина. После нескольких глотков, мне стало тепло внутри, жизнь уже не казалось такой страшной и непредсказуемой, а меня посетили мысли (Триединый, и это мои?!), что путешествия и приключения, пожалуй, дело хлопотное, рискованное, но довольно увлекательное! После последнего глотка голова перестала болеть, зато начала кружиться, а земля начала подозрительно качается.
  Вооруженный отряд, скакавший навстречу, показался мне очень смешным, один мужчина был огненно рыжий и напомнил мне нашу дворовую собаку, которая щенилась очень часто, но ее, почему-то любила дворня, а еще один из этих мужчин с большими темными, лихо подкрученными усами, забавно подпрыгивал, когда лошадь подскакивала.
  Я не выдержала и рассмеялась, увидев еще одну колоритную личность. Мужчина был маленького роста, с крысиным лицом, а передние верхние зубы сжимали нижнюю губу, что делало его похожим на смесь крысы и кролика.
  Если бы я не была пьяна и громко, невежливо не рассмеялась, то отряд, который возглавляли эти люди, проскакал мимо меня. Но они остановились, резко дернув за поводья.
  - И фто тебя так раффмешило, пожволь ужнать? - разгневанно спросил хорек. Видимо смеялись над ним уже не единожды, раз он так остро переживал.
  Да, смеяться над убогими не вежливо, но остановиться уже не могла, особенно после его слов. Только покачала головой, типа, ничего-ничего, не обращайте внимания, я сейчас такая странная, посмеюсь и перестану.
  Увы, моего смеха он не понял и, крикнув своему человеку, велел обыскать меня. Это породило новую волну веселья: обыскивать? Меня? Принцессу?
  Смех прекратился, когда я поняла, что с их стороны это не было шуткой и мужчина, стоявший ближе ко мне, резво спрыгнул с лошади и быстро подошел.
  Я испуганно отпрянула:
  - Не смейте ко мне прикасаться! - возмутилась я и приосанилась, - Я принцесса Виктори-Ана, дочь Шагала II, короля Валий-Кона!
  Дружный смех заставил меня покраснеть и, сжав зубы, спиной начала идти назад. Внезапно, я уткнулась спиной в круп лошади рыжего, который незаметно для меня подъехал сзади.
  Взвизгнув, я стала вырываться из железной хватки мужлана, который лапал меня. Моментально протрезвев, я испугалась и закричала:
  - Я принцесса Виктори-Ана! Немедленно отпустите меня, - пытаясь вырваться, укусила за плечо обыскивающего меня человека, а он только шикнул на меня, и как не в чем не бывало, продолжал водить по телу своими ужасными руками, - я будущая жена короля Клауди V! Оставьте меня, не трогайте! - плакала я от унижения, срываясь на крик.
  Найдя фляжку, он выпустил меня, оттолкнув от себя.
  - Вот, что нашел, Ваше Сиятельство, - протянул мужчина флягу хорьку и довольно фыркнул, запрыгнул к себе на лошадь.
  - Так, так, так, - довольно протянул хорек, - воруем знафит? Где ты вжяла ее, бродяжка?
  Утирая рукавом слезы, я шмыгнула носом.
  - Я не воровка! Я принцесса! А эта фляга моего подданного. Он умер, точнее убит. На нас напали, - быстро говорила я, - только я одна выжила, а они там, - показала рукой в лес, - найдите их, умоляю! И похороните по человечески! Они заслуживают погребального костра или могилы.
  Хорек гадко ухмыльнулся.
  - Принцеффа, говоришь? Принцеффы не ходят как оборванки, и не воруют имущефтво! Марк, фхвати ее и дофтавь в тюрьму, пуфть ф ней ражберутся, как офобо важной перфоной.
  Громкий смех мужчин резанул меня как пощечина. Я испуганно вжала голову, и панически оглядываясь, с надеждой всматривалась в лица. Сочувствия не увидела, лишь усмешки и интерес.
  - Оставьте меня в покое! - выкрикнула я, бросившись бежать.
  Далеко убежать не получилось. Меня поймал все тот же мужчина, который обыскивал и схватив на волосы, заставил сделать поклон хорьку.
  - Голову надо преклонять перед благородным графом Куальдом! - воспитывающие произнес Марк.
  Я стала вырываться. Никогда, ни перед каким-то там графом, я не преклоняла голову. От боли выступили слезы, волосы словно вырывали с корнем.
  - Никогда, - вырывалась я, - никогда я не приклонялась ни перед кем, и сейчас не буду! Мой отец убьет тебя! Он пойдет войной на ваше гнусное государство и уничтожит его, сотрет с карты мира!
  Последние слова уже появились сквозь зубы, и на земле.
  - Убивать тебя я не буду, - холодно заявил граф, - за противогофударфтвенные речи ты фгниешь в тюрьме! Уведите эту шваль! Марк, - перед тем, как развернуться и уехать, хорек дал последние распоряжения, - а чтобы наша принцеффа фледила в фледующий раж за яжыком, обрежь ей пожалуй волофы.
  Я перестала вырываться и открыла рот от изумления. Это сон, закрыла глаза и повторяла, 'это все сон'. Только кошмар становился все ужасней и ужасней. Внезапно почувствовала, как волосы резко дернули, и голове стало сразу же легко. Мои шикарные длинные волосы, мою гордость неровно обрезали ножом почти под корень.
  
  Пока меня везли в тюрьму, я потрясенно молчала. Не может быть, что это со мной происходит! Смерть моих людей, потеря моих волос и самое страшное - оказаться в тюрьме. Не факт, что в этом месте поверят мне и что дальше делать, я не знала.
  Меня завели в пустую комнату.
  - Сядь, - приказал Марк и толкнул на стул.
  Мужчина вышел. Оставшись одна, я вспомнила алчные и странные взгляды отряда. Что им нужно было от меня? Деньги? Но ведь один обыскал меня и ничего не нашел.
  Грузный, постоянно вытирающий потный лоб, мужчина зашел ко мне не раньше, чем я успела подумать худшее, затем наоборот размечталась, что меня узнали, поэтому сейчас готовят встречу и с минуты ну минуту придут извиняться с хорьком, то есть графом Каким-То-Там во главе.
  - Значит это вы оскорбили графа Куальда? - с интересом посмотрела на меня вошедший. - Зря, девушка, зря. Он, между прочим, достаточно влиятельный, что бы не только засадить вас пожизненно, но и на казнь послать.
  Я побледнела.
  - Но я его не оскорбляла! Понимаете, я шла по дороге, а он на встречу, меня разобрал смех, и я не смогла сдержаться. А он меня, - заплакала я, - меня...руками...он...
  трогал...а потом волосы...а они мертвые...напали ночью...а я бежала...
  - Спокойнее, девушка, - очень хладно остановил меня мужчина, - Меня зовут Дар Праст. Я дознаватель. Теперь расскажите, что произошло.
  Я рассказала ему все. Куда ехали и как оказались мертвы сопровождающие, о том, что произошло дальше. Слушал он внимательно и вдумчиво.
  - То есть вы утверждаете, что являетесь дочерью короля Валий-Кона?
  - Да, господин Праст, я младшая дочь короля Шагала II.
  - Знаете, - он уютней расположился на своем кресле, - честно вам скажу, я не верю вашему рассказу. Абсолютно. У нас нет сведений, что по Домиру будет путешествовать будущая королева Пигрии. И вы, если честно, мало похожы на благородную принцессу. Скорей уж я вижу перед собой авантюристку, которая попалась в ловушку и теперь любыми путями пытается выкрутиться. Хочу посоветовать рассказать, кто вы есть на самом деле. Подумайте, я приду через десять минут.
  Он невозмутимо вышел, оставив меня одну. Я тяжело вздохнула и положила голову на стол. Незаметно уснула и проснулась от шума открывающей двери. Моргнув, я поняла, что прошло намного больше времени, чем десять минут, поскольку из маленького и зарешеченного, довольно высокого окна, лился багровый закатный свет.
  - Вижу время вы даром не теряли, - послышался уставший голос дознавателя, - надумали правду говорить?
  - Но ведь я не врала, - в отчаянии вскрикнув, прижала руки к груди.
  - Хорошая актриса! - усмехнулся он и, повернувшись ко мне спиной, позвал стражников, - уведите ее. Завтра мы опять с вами поговорим, - на прощание добавил он мне.
  
  Камера - это маленькое, вонючее помещение, в котором на полу лежала гниющая солома. А еще, там много черни разного возраста и пола. По-крайней мере мне досталась именно такая камера.
  Сморщив носик от ужасного смрада исходившего от плебеев, я обхватила себя руками за плечи и прошмыгнула в угол, сжавшись в комок. Когда меня привели, то никто не обратил внимания, и я старалась как можно тише себя вести.
  - Эй, парнишка, ты за что здесь? - спросил кто-то рядом со мной.
  Боясь поднять глаза и посмотреть на беседующих, уткнула глаза в пол. В них появились слезы. Жизнь становилась все хуже и хуже. 'Хорошо моим мертвым подданным, давно уже в царстве Триединого, а мне возможно предстоит казнь', - в отчаянии подумала я.
  - Эй, - меня внезапно потрепали по плечу, я вздрогнула всем телом и вжала голову, боясь шелохнуться.
  - Парнишка, ты в порядке? - участливый голос заставил меня поднять голову.
  Надо мной стоял мужчина лет пятидесяти, со светлыми волосами, с полуседой бородой и усами, внимательно смотревший на меня.
  - Вы мне? - тихо спросила я, тайком глядя на стражников, боясь привлечь нездоровый интерес к моей персоне, но их не было видно.
  - Конечно, - немного удивился мужчина, - я же с тобой беседую.
  - Спасибо, я нормально. - Я робко улыбнулась.
  - Не сказал бы, - незлобно усмехнулся он. - Я Нил. А ты?
  Без разрешения, мужчина уселся рядом со мной. Честь принцессы не давала мне покоя, я не должна даже разговаривать с ним, и тем более разрешить присесть рядом. Но, вспомнив сегодняшний день, решила промолчать, меня не кому защитить, и никой рыцарь не вступиться за даму.
  - Вик..., - закусив вовремя язык, я не договорила полностью имя. Придется побыть какое-то время просто Вик, а что более смешнее, мужского пола.
  - Очень приятно Вик, - он не заметил заминки, или сделал вид, что не заметил и протянул мне руку.
   Зачем? Но быстро вспомнила, что это вроде у мужчин привычка такая - пожимать их. Улыбнувшись этому глупому обычаю, некрепко поздоровалась.
  - Хилый ты какой-то, - заметил Нил, когда при рукопожатии он с силой надавил, и я поморщилась.
  - Я просто давно не ел... - опять проглотила вовремя окончание, и мой живот заурчал в подтверждении, что заставило меня густо покраснеть.
  - Сейчас исправим, - улыбнулся мой новый знакомый, - эй, у кого-нибудь есть перекусить? Малец голодный.
  Нил обратился к сокамерникам, и я с удивление обнаружила, что они вполне добродушно отнеслись к новому человеку. Женщина, сидевшая неподалеку от нас, с кряхтением приподнялась с места и протянула мне кусок хлеба:
  - Ешь, мальчик.
  - Спасибо. - Немного удивленно ответила я, не ожидая человеческой доброты от преступников.
  Глянув на хлеб, увидела плесень на одной корочке и сдерживая брезгливость, откусила маленький кусочек. Ник, внимательно наблюдающий за мной, одобрительно кивнул. После первого кусочка голод пробрал меня до дрожи. Быстро съев хлеб, я больше не обращала внимания на плесень.
  - Спасибо большое, - еще раз и более сердечно отблагодарила я женщину.
  - На здоровье! - ласково улыбнулась она.
  - И за что же тебя посадили, Вик?
  Спросил вроде между прочим, но глаза остро следили за мной. Усилием воли я взяла себя в руки и призналась:
  - За воровство. Но я ничего не украла, - быстро ответила я, но поняв, что проболталась, повторила еще раз, - ничего не украл, а нашел, но они сказали, что я лгу. Но я не обманываю! Взял фляжку у моего слу...чайного знакомого, его убили, а мне хотелось пить, вот я и решил, что мне она нужнее. А потом по дороге встретил графа, как его? Короче он очень на хорька похож, так вот во фляжке было вино, и я выпил его, захмелел, - горячо рассказывала я, иногда помогая объяснению руками, - а когда увидел их компанию, рассмеялся, а он меня схватил, - заплакала я, - и велел бросить в тюрьму, а фляжку с собой забрал. Они меня сюда привели, говорят, что мол, ты авантюрист и вор.
  На последних словах я всхлипнула и утерла рукавом глаза.
  - Да, - задумчиво посмотрела на меня Нил, - это ты видимо графа Куальда встретил. Ух, и жуткая сволочь он, попал ты малец, - покачал он головой. - Только если он фляжку-то с собой забрал, то у тебя есть возможность от сюда уйти. У меня есть человечек знакомый, который за определенную сумму может тебя выпустить, нет доказательств - нет преступления.
  Если бы все было так просто, с горечью подумала я, помимо всего прочего, они считают меня авантюристкой.
  - У меня нет денег. - Сказала я правду.
  - Да, - почесал он голову, - а родители есть?
  Я замялась, сказать ложь у меня не позволяла совесть, а правду нельзя.
  - Они отказались от меня, - из больших зол, я выбрала меньшее.
  Мужчина понимающе покачал головой, знаю, мол, такие дела. Задумчиво на меня посмотрев, он, как будто решившись на что-то, махнул рукой и сел ко мне поближе, практически шепча в ухо.
  - Кто дознаватель?
  - Дар Праст, - тоже тихо ответила я.
  - Он уже ушел. - Задумчиво заключил Нил, - Значит так, я могу дать тебе немного денег, чтобы выбраться отсюда, но в обмен хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня. У меня есть несколько медяков, хватит, чтобы тебя сегодня выпустили на свободу. Ты пойдешь по адресу, передашь одному человеку, что меня поймали, пусть он выкупит меня.
  - Но ведь у вас есть деньги! - Удивилась я.
  - Глупый, - хмыкнул он, - тебя спасут и несколько медяков, меня же несколько серебряников. Я довольно известен в определенных кругах и меня могут за мои подвиги как минимум сослать на каторгу, а максимум - отрубить голову. Для них большая радость поймать меня.
  - А вы не боитесь, что как только я выйду, то сбегу?
  - У меня нет выбора. За те деньги, что я имею, ничего сделать не смогу, и если не рискну, останусь с медяками в кармане, но отрубленной головой. - Серьезно и немного обреченно признался мужчина.
   Я кивнула в ответ.
  - Думаю, можно попробовать...
  Тешить себя надеждой не хотелось, ведь если охранник знает, что я называю себя принцессой, а не обыкновенным маленьким вором, то ни за что за эти гроши меня не отпустит, а если не знает, то у меня есть шанс оказаться на воли.
  - Даю слово чести, что сделаю для вас все, что смогу. - Торжественно встала я. Такие клятвы я практически не даю, но если даю, 'из коже вот лезу' - как говорила моя няня, но выполню.
  Он весело рассмеялся и легко встав, потрепал по голове.
  - Слово чести! Отлично сказано!
  И посмеиваясь, пошел общаться с охранником.
  Я вдруг поняла, что никто никогда так со мной не обращался. В последнее время люди благородного происхождения мне хамили, другие - оскорбляли, а женщина, которая никогда меня не видела, поделилась хлебом. Что бы не заплакать, я закусила нижнюю губу.
  Нил пришел быстро и наклонившись, жарко зашептал:
  - Сейчас тебя вызовут для допроса, охранник отведет тебя до черного выхода. Если сделаешь, что обещал, то вот адрес. Идешь до корчмы 'Красный дракон', там увидишь дорогу вниз, она одна крутая, доходишь до огромного особняка, и поворачиваешь направо и идешь до конца улицы. С левой стороны смотри ярко-синий дом, отсчитай от него на той же стороне третий по счету. Там живет Кривой Сак, постучи три раза, затем пауза и еще два стука. Скажешь, что прислал тебя я, пусть он найдет Джорби. Он все поймет.
  - Хорошо, - закивала я.
  - Эй, парень, - окликнул меня охранник, - выходи на допрос.
  Я почувствовала, что многие стали смотреть на меня заинтересованно, некоторые с сочувствием и было несколько откровенно злобных.
  Караульный быстро вел меня по коридору, изредка поглядывая назад. У выхода, он подтолкнул меня к двери и проговорил:
  - Парень, иди быстро по дороге вверх.
  - Спасибо!
  - Твое спасибо уже в кармане позвякивает, - огрызнулся он и проворно пошел назад.
  Я, следуя совету, стремительно вышла из здания и, не оборачиваясь, боясь сглазить, пошла вверх по улице.
  
  Дом, на который указал Нил, я нашла, только с трудом. В темноте трудно разглядеть особняк и еще сложнее увидеть цвет дома. Несколько раз сворачивала не туда и возвращалась назад. После нескольких часов я наконец-то оказалась в доме. Открыл мне худощавый мужчина, лет сорока. Внимательно посмотрел на меня, затем обвел взглядом улицу, видимо ничего интересного не обнаружив, грубо спросил:
  - Тебе чего?
  - Я от Нила.
  - И? - все также недоброжелательно поинтересовался грубиян.
  - Вы Кривой Сак?
  Неожиданно он дал мне подзатыльник.
  - Для тебя я дядя Сак!
  Стало обидно и больно, меня еще никогда не били.
  - Что вы себе позволяете? - холодно процедила сквозь зубы я и приосанилась, за что и получила второй подзатыльник, только сильнее.
  - Повторяю вопрос. Чего тебе надо?
  - Нил в тюрьме, - всхлипнула я, кусая губы, - и просил найти какого-то Джорби. Нил сказал, что вы поймете, - обиженно закончила я.
  Стремительно развернувшись, Кривой Сак зашел в дом и уже от туда крикнул мне:
  - Если будешь ждать его здесь, то заходи и закрой дверь, если нет, то все равно захлопни, только с другой стороны.
  Подумав, что идти мне некуда, а спать жуть как хочется, я живо приняла решение и прикрыла дверь изнутри.
  
  Сак показал мне комнату на втором этаже. Давно я не спала на кровати, пусть не на моей: большой и уютной, а на маленькой и деревянной, я легла не умываясь, и сразу же уснула.
  - Эй, соня, - сквозь сон услышала знакомый голос.
  Потягиваясь, я зевнула и отмахнулась от него, как от надоевшей мухи.
  - Роклин, принеси мне воды, - прохрипела я.
  - Конечно, конечно, - хмыкнул голос, - сейчас принесу, хозяин.
  Рукой показав, что я просыпаюсь, и брат пусть не издевается, а принесет прохладную воду, иначе мое горло будет выдавать звуки мужского баса, а не нежный голос принцессы.
  Внезапно на меня вылилось ведро воды (мне так показалось вначале) и я, взвизгнув, резко села на кровати.
  - Что это было? - ошарашено посмотрела на мужчин, которые стояли надо мной с пустым стаканом воды. Спустя несколько минут, я вспомнила, что нахожусь в доме у незнакомого грубияна, а меня считают вором и мальчиком. Со стоном я упала на мокрую кровать.
  - Проснулся? - спросил меня Нил.
  - Угу, - буркнула я в ответ.
  - Вставай, - тормошил меня отвратительно бодрый соратник по камере. - А у нас завтрак есть...
  На слово 'завтрак', я заинтересованно приподняла голову, но, не увидев мужчин, поняла, что если не потороплюсь, то от еды может остаться только слово.
  В ускоренном темпе сбегала в туалетную комнату и умылась. Когда случайно задела на лбу рану, то вскрикнула от боли, и начала активно искать зеркало. Оно обнаружилось, но очень маленькое. Когда я глянула на отражение, от испуга едва его не уронила. На меня смотрела большое страшилище с большими глазами и всклоченными волосами. Поняв, что зеркало просто-напросто выпуклое, я пригляделась внимательней. Глаза мои? Мои. Волосы мои? Теперь сомневаюсь. Этот Марк не просто отрезал косу, он вырезал волосы, поэтому сейчас они торчали в разные стороны, где-то прядь есть, где-то обрезана под корень, единственная почти ровная прядь была на челке. Сдерживая себя от слез, я приподняла челку и ужаснулась. Кровяной шрам был с полвершка , косой и неровный, располагался над правой бровью. Аккуратно промыв рану, я прикрыла ее челкой. Нижняя губа оказалась прокусана и распухла. После завтрака, надо будет приказать подать воды и тогда я вымою голову.
  Что ж, пожалуй, в костюме пажа и с такой прической, я и впрямь похожа на мальчика. Придется побыть мужского пола. Так спокойнее.
  
  Когда я спустилась на первый этаж, то увидела моих новых знакомых сидящих на большой кухне и тихо беседующих. Услышав меня, они обернулись. Кривой Сак мрачно глядел на меня из-под густых темных бровей, а Нил наоборот, улыбался, будто вместо меня увидел пуд золота. Он такого внимания я растерялась и остановилась.
  - Что? - немного басом спросила я и прокашлявшись добавила, - что вы на меня так смотрите?
  - А что, ты такой важный человек, перед которым мы ниц падать должны? - скривился Сал.
  Было бы неплохо, подумала я, но высказаться по этому поводу не стала.
  - Смотрю вот на моего спасителя, так сказать свежим взглядом, - довольно улыбнулся Нил.
  - И? - Насторожилась я, нахмурено наблюдая за ним.
  - А что ты хочешь услышать?
  Я пожала плечами.
  - А покушать можно? - робко поинтересовалась я.
  - Ешь, - хмыкнул Нил, пододвигая тарелку с чем-то очень вкусно пахнущим.
  - Как вкусно! - буквально через две минуты, на тарелке не осталось ни крошки, и я живо поинтересовалась, - а что это было?
   Мужчины переглянулись, а Сак пораженно ответил, будто я сказала несусветную глупость:
  - Картофель, тушеный с капустой.
  - Да, я так и подумал, - растерялась я, - просто очень вкусно.
  Если они так удивленно уставились на меня, значит это едят все простолюдины и надо осторожно выражаться, иначе случайным словом могу выдать себя и оказаться опять в тюрьме или, что еще хуже, меня бандиты могут захватить и потребовать выкуп. Король, конечно, заплатит, но не известно, что мне еще предстоит вытерпеть.
  - Странные у тебя волосы, - Кривой Сак подозрительно уставился на меня.
  - Да это я случайно запутался, - на ходу сочинила я, обжигаясь чаем, - и пришлось обрезать. Сегодня подрежу аккуратно.
  - У тебя они что, по колено были, что ты умудрился их накрутить? - продолжал выпытывать хозяин.
  - По плечи, - неохотно отозвалась я, - вот за дерево и зацепился.
  - Оставь в покое мальца, Сак, - пришел на помощь Нил, - он нам потом расскажет.
  Я покивала и молча продолжала пить чай. Кривой Сак фыркнул и забрав посуду, понес ее в другую комнату.
  - Что собираешься делать? - Как бы между прочим, спросил сокамерник.
  - Не знаю пока. Мне нужно в Валий-Кон ехать, у меня там родственники. Только денег нет.
  Я почесала затылок. Все-таки необходимо помыться. Позор! Принцесса с колтуном на голове!
  - На счет денег я и хотел поговорить с тобой, - зеркально почесался Нил.
  Я насторожилась. Чувствую неприятность впереди.
  - Да?
  - Ну, ты ведь должен мне пару медяков, да за постой и за еду.
  Похолодев, я в упор посмотрела в глаза вора. На свое и мое удивление, Нил быстро отвел глаза.
  - Кхм, - прокашлялся он, стараясь скрыть смущение, - так вот, деньги. Если тебе нужно, могу дать тебе шанс подзаработать.
  Я молча ждала продолжения. Если он узнал, что я девушка, то даже предположить страшно, что может предложить он мне.
   Как-то раз, я застала фрейлин Джоржди-Аны за разговором, в котором они упоминали женщин, которые зарабатывали своим телом. Только недавно, Лили-Ана краснея, пыталась объяснить, что это как долг перед мужем, только такие женщины исполняют его за деньги. И назвала она таких женщин - падшие. Быть падшей я не хотела, поэтому решила, во что бы то ни стала не признаваться своим новым знакомым, что являюсь женщиной.
  - И?
  - Мне нужен напарник в одном деле. Ты поможешь мне - я помогу тебе.
  Я молча ждала продолжения.
  - Короче, - решительно заявил он, - мне нужен помощник. Один я не справлюсь с делом. Мне необходим молодой и юркий, который сделает небольшую работу. Конкретно пока я тебе ничего не скажу. Ты согласен?
  - А если я сделаю все, как просите, вы мне денег дадите, чтобы уехать?
  - Если у нас все получится, то да.
  Деваться мне было некуда.
  
  - Сак, мне необходима вода. Скажите, кто сможет принести ее ко мне в комнату? - вежливо спросила я.
  - А пожалуйста, ты не привык говорить? - Кривой Сак оторвался от такого важного занятия, как изучения содержимого кружки, явно не молока и презрительно посмотрел на меня.
  - Пожалуйста.- Растягивая слово, попросила я и сжила кулаки.
  - Что?
  - Мне надо воды. - Глубоко вдохнула и выдохнула я.
  - И что? - меланхолично спросил кривой и косой мужлан, потягивая из кружки.
  Едва сдерживаясь, я начала сначала.
  - Сак, мне необходима вода, для того, чтобы помыться, - объясняла ему, как маленькому, - пожалуйста, - выделила я слово, - принесите мне воды.
  - Слушай сюда, маленький щенок, - лениво начал он, - здесь нет слуг, которые будут по твоему слову и жесту все делать. Уж не знаю, откуда ты взялся и что ты из себя представляешь, но запомни на будущее. Здесь ты никто! И никто не будет тебе прислуживать, если надо - делай сам, если хочешь воды - пойди за ней, если нужна ванна - наполни ее сам.
  Я, скрипнув зубами, молча кивнула.
  - И научись просить нормально, тогда может тебе кто и поможет, - вслед крикнул Кривой Сак.
  Нила я застала все в той же кухне.
  - Нил, пожалуйста, помоги мне заполнить ванну, я хочу помыться, - уже менее уверенно попросила я его.
  - Да без проблем.
  Я заулыбалась, хорошо, когда есть такие отзывчивые люди.
  - Два медяка.
  Я неприлично открыла рот. А бескорыстный и отзывчивый мужчина расхохотался, и ударив меня тяжелой рукой по плечу, сказал:
  - Я пошутил!
  Говорить, что шутка у него не вышла, не стала. Только бы помог.
  - Пойдем, принесем ванну и воду, - похохатывая, он повел меня на второй этаж.
  
  Расслаблялась в горячей воде я долго, она уже превратилась почти в холодную. Но после нескольких ведер, которые мне пришлось носить с первого этажа на второй, руки дрожали, и я долго не могла ничего сжать. Если бы не Нил, принесший большую часть воды, мне не удалось натаскать самой, и осталась бы я без ванны. Когда грязь и кровь с моих волос смылась, я руками исследовала, что же осталось от моей шикарной прически. Горько вздохнув, приняла решение подравнять их ножницами. Всматриваясь в зеркало, аккуратно подстригала остатки былой роскоши.
  Шрам на лбу останется, поняла я, но когда заживет, возможно, он не будет особо выделяться.
  Чистая и довольная, я спустилась вниз. Надо помочь Нилу и тогда поеду домой, а от туда, с самой лучшей охраной королевства, к моему жениху. Правда, я с трудом понимала, чем могла помочь я вору, и решила сегодня поговорить серьезно об этом.
  На первом этаже Нила не оказалось, а недовольный Сак указал адрес, где находился тот в настоящее время.
  
  Нил нашелся в корчме, неподалеку от места нашего обитания. Настороженно зайдя в заведение сомнительного характера, я с изумлением обнаружила его, стоящего за барной стойкой. Уже более уверенным шагом, стараясь не смотреть на подозрительных личностей быстро подошла к мужчине.
  Увидев меня, Нил расплылся в улыбке и, показывая на ближайший, свободный стол крикнул:
  - Вик, садись, сейчас подойду.
  Сев к двери спиной, на самый краешек стула, стала с удивлением осматриваться. Поскольку никогда не была в таких заведениях, меня захватило волнующее чувство чего нового и неизведанного. В корчме было много народу, почти все столики в довольно большом зале, были заняты. Здесь находились и купцы, видимо приехавшие с товаром в столицу, здесь же, с некоторой опаской заметила наемников, несколько из них занимали отдельные маленькие столы и угрюмо сидели за ними, остальные шумной компанией отмечали удачное окончание работы, а еще увидела несколько походно одетых женщин, сразу видно не благородных кровей, которые пили наравне с мужчинами. В углу я заметила несколько подозрительных мужчин, явно криминального вида.
  - Будешь есть? - не услышав, как ко мне подошел Нил, я вздрогнула от его голоса.
  - Нил, у меня не чем расплатиться! - вспыхнула я.
  - Мы же с тобой договорились, ты живешь пока за мой счет, - усмехнулся он в ответ. - Сейчас принесу тебе рыбу, сегодня она удачно получилась.
  Я благодарно улыбнулась. Все-таки очень хорошо, что встретила я его на своем пути, иначе сейчас бы вообще сидела голодная в тюрьме. Буквально через пять минут у меня на столе стояла тарелка с большой, прожаренной рыбой. Съела ее очень быстро, она оказалась удивительно вкусной.
  - Вот, наше лучшее пиво, - поставил передо мной кружку пенистого напитка Нил и присел рядом.
  - Я никогда не пил пива, - смутилась я.
  - Вот и попробуешь!
  Предчувствуя отвращение от холуйского напитка, приятно пораженная, выпила за раз полкружки. Нил, увидев удивление на моем лице, довольно рассмеялся.
  - Знал, что тебе понравится.
  - Нил, это все ваше? - показала рукой на зал, спросила я.
  - Мое.
  - Корчма называется 'Два друга', мы с другом основали его еще десять лет назад, а три года назад мой друг и компаньон умер, без ложной скромности могу сказать, что это заведение самое известное в Домире. Ну, и я не стал его переименовывать.
  Я согласно кивнула.
  - Чистый и подстриженный ты выглядишь моложе, - сделал комплимент мой бывший сокамерник, - насколько понимаю, ты пришел сюда поговорить о той помощи, которую можешь оказать мне?
  - Да, мне бы хотелось, как можно скорей закончить работу, тогда я смогу уехать.
  - Боюсь, что скоро не получится, - он покачал головой, - во-первых, то, что мне необходимо, появится в Домире не ранее, чем через два месяца, во-вторых, тебе за это время придется кое-чему подучиться, чтобы сделать то, что необходимо.
  - Вы говорите загадками! - расстроилась я, огорченная тем, что придется здесь находиться так долго, - что необходимо конкретно от меня и чему мне надо учиться?
  Мужчина сделал небольшую паузу и произнес:
  - Через два месяца, в Домир приедет один человек, и у него будет находиться одна вещичка, мы с тобой должны ее украсть.
  Я непроизвольно открыла рот.
  - Украсть? Я?
  - И ты, и я. Это мое условие! - жестко закончил он.
  
  
  Глава 3
  
  * * *
  
  Лежа в постели, я тщательно продумывала план побега. Я принцесса, а не воровка! У меня в крови были короли, советники и высокопоставленные лица, но НИКОГДА наши потомки не запятнали себя ничем противозаконным. Однажды с отцовой стороны, чтобы зайти на престол, мой предок свергнул своего брата и сам начал править, но это вполне нормальная вещь. А вот красть...
  Нет, я не была здесь под замком, но убежать отсюда, это означает, что в любой момент могу нарваться на стражу, и тогда мне никто не поможет. А остаться здесь, значит принять участие в этой авантюре. Ах, если бы была возможность послать родителям весточку, но увы, до королевства почти месяц пути. Если же поехать к жениху, то меня в лучшем случае прогонят как самозванку, а в худшем казнят как авантюристку.
  Тяжело вздохнув, поняла, что для меня сейчас самое выгодное остаться здесь и сделать, что он просит. Только необходимо, чтобы никто никогда из моих родных и подданных не узнал об этом. Значит, побуду какое-то время мальчиком. Пока грудь маленькая, это возможно скрыть без проблем. Шире рубашка и никакой косметики.
  
  Утро выдалось пасмурное, такое же, как и настроение. Встав пораньше, я пошла сказать Нилу, что согласна на его предложение. Интересно, чему он собирается меня учить? Я довольно хорошо знаю арифметику, идеально: манеры и дипломатическую беседу, умею писать и люблю читать, также играю на нескольких музыкальных инструментах и красиво пою. Умею вышивать, как и полагается идеальным женам и благородным дамам. Только не уверена, что именно это ему нужно.
  Нашла его опять в корчме.
  - Ник, - зайдя уже более непринужденно в заведение, поздоровалась я. В зале никого не было, видимо слишком рано для посетителей, - уделишь мне минутку?
  Ник, протиравший кружку тряпкой, хмыкнул.
  - Уделю, присаживайся, я сейчас принесу тебе поесть.
  Я выбрала стол в углу, он ничем не отличался от остальных, просто я всегда не уютно себя чувствую, когда сижу спиной к входу, не знаю почему, но хочу быть уверена, что со спины никто не подкрадется.
  Я осмотрелась. Обыкновенные дубовые столы и такие же массивные стулья, на стенах висят не зажженные еще фонари, стойка (длинная и высокая, в два аршина ) тоже из дуба. Окна корчмы были маленькие, затянутые слюдой и располагались высоко. Над стойкой висела картина, на которой неумелый художник пытался изобразить город, но больше это было похоже на несколько размазанных расплывчатых пятен. Ник подошел ко мне с тарелкой яичницы и кружкой с пивом. Увидев мой недоуменный взгляд на кружку, он хмыкнул и, отдав тарелку мне, уселся напротив.
  - Еда тебе, выпивка мне. Привыкать пить не надо! Мал еще!
  Я хотела возмутиться, что давно уже взрослая и самостоятельно и сама решаю, пить мне или не пить, и никакие приказы не потерплю. Открыв рот для гневного высказывания, я не успела ничего сказать, так как меня прервала девушка, которая быстро подошла к нашему столику.
  - Нил, - возмущенно начала она, - почему сегодня должна работать я одна? Пусть Сласка выходит! У меня тоже бывают проблемы, но сейчас она просто решила прогулять! Ой, какой хорошенький мальчик! - быстро, без перехода, перевела она оценивающий взгляд на меня, а ее большие глаза, неумело подведенные углем, весело заблестели, - кто это у нас такой хорошенький?
  Я растерянно покраснела и умоляюще уставилась на мужчину.
  - Глен, не смущай мальчика, - рассмеялся он, правильно истолковывая мою просьбу, - брысь на кухню!
  Хозяин легко ударил ее по месту, ниже талии. Я покраснела еще больше, а Глен, на удивление, легко подскочила и принялась весело смеяться. Девушка радостно побежала к кухне, но у двери обернулась и, подмигнув мне, исчезла в пристройке. Корчмарь, усмехнувшись, прикрыл мой открытый рот.
  - Привыкай, года через три, на тебя все девки вешаться будут!
  Я сжала зубы. Ну что за идиот! На принцессу ни кто не может вешаться ни мужчины, ни тем более женщины! 'Надо успокоиться и промолчать', уговаривала я себя и несколько раз шумно вздохнула и выдохнула. Стало немного лучше. Нил с усмешкой смотрел на меня.
  - Я по делу, - собравшись и выпрямившись, села на краешек стула, холодно произнесла я, - что конкретно от меня необходимо.
  Мужчина серьезно посмотрел на меня и, оглядевшись по сторонам, немного приблизил лицо ко мне, я с трудом удержала себя, чтобы не отпрянуть.
  - Поговорим на чистоту?
  - Да!
  - Как я тебе говорил, месяца через два, в Домир приедет один человек, у него с собой будет шкатулка с артефактом, которой заказал мне другой человек. Думаю, понимаешь, говорить конкретно не буду кто. Так вот, этот другой, платит очень хорошие деньги за артефакт, есть одно 'но'. Эта вещь будет очень хорошо охраняться. Вероятно, на некоторое время, она будет помещена в одно здание, которое сторожиться будет менее строго. Вот именно в этом месте нам и необходимо его украсть. Больше шансов не будет. Помещение маленькое и находится под крышей башни. Башня в замке, ее окружают дворовые постройки, сам замок, вокруг ходит охрана. Твоя задача: проникнуть в помещение и открыть дверь изнутри. Я захожу и доделываю работу.
   - А как же я попаду туда, если туда практически нереально пробраться?
  - Не нереально, а просто тяжело. Там есть окно, но оно находиться высоко и маленькое по диаметру. С твоей фигурой легко можно пролезть в него, а вот мне проблематично. Именно поэтому, я подумал про тебя.
  - Но как я пролезу в маленькое окно, да еще и в башне? - возмутилась я.
  - А вот для этого и надо тренироваться, - довольно потирая руки, протянул мужчина.
  - Как? - нервничала я все сильнее.
  - У меня есть знакомый акробат. Вот он то тебя и научит некоторым уловкам!
  - Какие уловки? Какой акробат? Нил, вы с ума сошли? - ужаснулась я.
  - Рад, что тебе нравится моя идея. - Рассмеялся в ответ вор.
  - Ни-и-и-л, - угрожающе протянула я, - что я смогу научиться делать за два месяца?! Это же нереально!
   Мужчина откинулся на кресло и хлебнул большой глоток из кружки.
  - У нас есть несколько месяцев. Ты еще растешь, и у тебя пока растягиваются сухожилия, пусть хоть немного шансов, но есть вероятность того, что ты сможешь беспрепятственно проникнуть в здание. Я, со своей фигурой, точно не проползу по туннелю, не подтянусь на веревке, - улыбнулся он, похлопывая себя по выпирающему животу, - так что на тебе основная часть.
  - А что тогда будете делать вы? - стало интересно мне.
  - Не забывай, эта вещь - артефакт, предмет магический, и взять его сможет только человек подготовленный, - хмыкнул он.
  - А вдруг я не смогу?
  - А ты должен! - Вор перестал улыбаться, и его хищный, властный и немного холодный взгляд вонзился в мой, немного растерянный. - Если у тебя ничего не получится, ты можешь застрять там, и тогда тебя застигнут на месте. Если сделаешь все правильно, мы вместе выберемся.
  - А если не могу? - уперлась я.
  - Тогда тебя вероятней всего убьют на месте.
  - Кто?
  - Хозяин артефакта не оставит свидетелей в живых.
  - А, - я немного запнулась, - я не хочу. Нил, я отказываюсь. - Твердо закончила я.
  - Мальчик, неужели ты думаешь, что после того, что я тебе рассказал, ты останешься в живых? - не по-доброму усмехнувшись, удивился мужчина.
  - Но ты же почти ничего не сказал мне! Ты меня убьешь? - похолодела я.
  - Из того, что я рассказал, знающий человек сделает правильные выводы. А если ты вдруг решишь меня предать и побежишь к страже, поверь, ты долго не проживешь, предателей нигде не любят.
  Я задумалась. Выходит, что сама себя в угол загнала? Убежать не смогу, если меня догонят (а что именно так и будет, я не сомневалась, поскольку плохо ориентируюсь в этой бандитской среде), то не проживу и пяти минут. Если попадусь в замке, меня тоже убьют. Никакого шанса спастись от челяди нет.
  - А если я помогу тебе? Ты убьешь меня потом, как соисполнителя?
  Густые брови Нила удивленно приподнялись.
  - Соисполнителя? - Задумчиво повторил он и добавил, - Конечно, нет, своих не убивают. Тем более, может, ты мне когда-нибудь еще понадобишься.
  - А гарантии?
  Он весело рассмеялся.
  - Парнишка, ты мне определенно нравишься! Я даю тебе слово. А слово Нила, - приподнял он указательный палец кверху, - много значит, спроси любого!
  - Ну, ладно, - вставая, вор задумчиво похлопал себя по бедру, - пойдем, я познакомлю тебя с твоим учителем.
  Вдохнув и опустив голову, я побрела за мужчиной.
  
  Когда я увидела учителя, то очень удивилась, поскольку все мои учителя были старые и седовласые, а акробат оказался молодым тридцатилетним мужчиной. Немного пониже меня ростом, достаточно худой, он выглядел совсем молоденьким юношей, только темные с проседью волосы, глубокие морщинки у глаз, и серьезный, немного печальный взгляд, выдавал в нем возраст.
  Видимо Нил уже договорился обо мне, поскольку акробат, после представления меня, молча кивнул и повел, держа за локоть.
  - Итак, тебе необходимо заниматься акробатикой, - начал он, когда мы пришли во двор дома, там оказалась небольшая площадка с ровно скошенной травой, у забора на двух подпорах, лежало бревно, неподалеку расположены какие-то гимнастические снаряды, - я научу тебя, но большую часть тебе придется осваивать самому, я не могу постоянно находиться с тобой. Здесь ты можешь тренироваться, сколько тебе захочется. Так, скинь рубашку, она будет мешаться, - приказал он, снимая с себя сорочку и оставаясь в брюках.
  Я покраснела и крепче прижала рубашку к телу, отрицательно качая головой. Он удивился, хмуро посмотрел на меня и повторил приказ.
  - Я не могу, - от волнения хрипло произнесла я, придумывая на ходу причину, - у меня там шрамы и я никогда не снимаю одежду при посторонних.
  Акробат немного призадумался и пожал плечами.
  - Тебе будет не удобно заниматься. Ладно, купи себе облегающую рубаху к следующему разу, сейчас оставайся так, но заправь ее в штаны.
  - Хорошо, - радовалась я, что легко отделалась.
  Далее, учитель показал, как делается мостик; садился на шпагат; высоко подпрыгивал и делал сальто в воздухе; гнулся, словно удав; крутился на месте словно заведенный, раз десять; разбежавшись, подпрыгнул на бревно, с него перескочил на лестницу, чудом удержавшись на ней, балансируя руками, затем прыгнул на крышу дома, а от туда не сбавляя темпа, под мой удивленно-пораженный вздох, легко спрыгнул на землю, перевернувшись в воздухе несколько раз.
  После бешеных прыжков совсем не запыхавшись, он обратился ко мне:
  - Ты конечно так не сможешь сделать, этому учатся с малолетства, но необходимую растяжку и навыки получишь.
  - Учитель, но это же тяжело! Я, наверное, не смогу.
  - Не учитель, - сморщился мужчина, - а Волин. Если не лениться, а все время заниматься, то кое-какие успехи будут уже после двух недель интенсивного обучения.
  
  У меня потянулись длинные, очень тяжелые дни. Приходя рано утром к нему во двор, я разминалась с Волином, затем он оставлял меня одну, а сам уходил на представления. Вначале, я делала вид, что усердно занимаюсь, растягиваясь, но сама старалась избегать тяжелых упражнений, но неожиданно очень быстро втянулась и вскоре не притворяясь, с удовольствием занималась акробатикой.
  Завтрак, в виде булочки, брала с собой, а обед пропускала, давая себе отдохнуть и полежать. После обеда приходил Волин и начинались настоящие мучения. Купив на деньги Нила, после первого урока облегающую одежду, утром я тщательно перевязывала грудь тряпкой. После нескольких дней интенсивных тренировок, сильно похудела и уже не беспокоилась, что кто-нибудь догадается, что я женщина.
  В теле появилась гибкость и плавность. Поесть нормально представлялось только вечером, после заката солнца, но когда приходила домой, то единственным желанием было оказаться в кровати. Не видя меня несколько дней, Нил стал оставлять холодный ужин и ведро воды в комнате. Спуститься вниз и подогреть воду сил не было, поэтому каждый вечер я выливала на себя ведро воды, вначале с визгом, а затем довольно спокойно реагируя на прохладную водичку.
  Через месяц я хорошо делала колесо и подпрыгивала на высоту аршина, спрыгивая, правильно группировалась и приземлялась не на пятки, как вначале обучения, а на пальцы и, делая перекат через голову, присаживалась для очередного упражнения. Но до полного шпагата сесть не могла, не хватало нескольких вершков.
  Особо мне нравился кувырок с прыжком. Для этого необходимо с разбега прыгнуть и оттолкнуться, а приземлившись на руки, выполнить кувырок с вращением вперед. Начала с небольшого прыжка, но сейчас я могу сама регулировать высоту и длину прыжка.
  Для выполнения задания, поставленного Нилом, надо было научиться гибко согнуться так, чтобы я могла провести некоторое время в таком состоянии в маленьком сундуке. Но как бы я не старалась, находиться в скорченном состоянии в маленьком помещении не могла больше пяти минут.
  А вот другую задачу: пролезть в окно, диаметром с локоть, с небольшим затруднением, но смогла. После такого удачного трюка, Волин решил сузить диаметр, но пока для меня это оставалось непосильной задачей.
  Но самое главное обучение заключалось в умении вскрывать замки. Поскольку необходимо залезть в закрытую комнату, то передо мной стояла первостепенная проблема: научиться открывать любые по сложности замки. Нил лично показывал возможные варианты замков и их вскрытие, но поскольку меня это не заинтересовало, больших успехов я в этом не достигла. Правда, когда он меня припугнул, что от ловкости открытия любого, даже маленького и легкого, зависит моя жизнь, я заставляла себя внимательно слушать и практиковаться.
  Посчитав, что мне может пригодиться жонглирование, акробат с вдохновением принялся учить меня этому тяжелому искусству. Когда стану королевой, обязательно уменьшу налоги для акробатов и жонглеров, и буду приглашать на праздники. Обучение начали с простейших палок, которые надо было перебрасывать из руки в руку, но очень долго палки падали, не долетая до цели, и их заменили на другие предметы (факелы, ложки, кольца, даже мечи в ножнах). Это занятие так захватило меня, что все свободное время я посвящала жонглированию с ножами. Как-то раз, застав за этим занятием, Нил посоветовал Волину обучить меня заодно и метанию ножей в цель.
  Когда учеба дошла до хождения по узкой плахе на высоте, я отказалась ходить на высоте двухэтажного дома, резко высказав, что не хочу научиться летать. На что мне было заявлено учителем, что все равно придется учиться падать с высоты. Для силы своих слов, он толкнул меня с высоты. Закричав от ужаса, я машинально сделала несколько кувырков и приземлилась на землю. Отбив руки при неправильной посадке, я тихо скулила, сидя на земле.
  Подойдя сзади, Волин легко ударил меня по плечу.
  - Молодец Вик! Я горжусь тобой! Через часок повторим, а пока на шпагат!
  Застонав, я села на шпагат. Полностью.
  
  Прошло два с небольшим месяца.
  Каждую ночь в течение нескольких недель, я просыпалась от кошмаров, в которых меня всегда ловили на месте преступления, а мой отец приказывал казнить меня на площади. Дни летели с неимоверной скоростью, но пока Нил молчал об операции. Акробатика, так же как и жонглирование, забирали все мое время. Сейчас, я могла спокойно делать мостики и легко крутилась колесом, даже прыгала с высоты, хотя и старалась как можно реже заниматься этим, кроме того, с трудом и без Волинова изящества, но довольно быстро забиралась по канату на крышу дома.
  Волосы мои немного отрасли и их пришлось постригать, зато они теперь сравнялись по длине. Шрам остался в виде неровной розовой полоски, а сама очень похудела, лицо осунулось, торчали ребра. Жила я теперь на верхнем этаже корчмы, с отдельным выходом в проходной двор.
  Сегодня был один из немногих дней, когда я была свободна. На днях, Волин, со своей труппой уехал в столицу Домира - Нок-Гор на гастроли и я занималась самостоятельно. Решив посветить день себе, а также наметив поход на рынок, я встала поздно и спустилась в корчму.
  - Вик, - радостно чмокнув в щеку, встретила меня Глен у порога, - рада, что пришел позавтракать! Нила сегодня не будет, он вчера сказал, что у него какие-то дела. Сейчас я принесу тебе покушать, - весело щебетала девушка и побежала на кухню.
  Надо сказать, что у нас с Глен и Слаской сложились дружеские отношения, как оказалась, девочки вполне нормальные, не высокомерные, веселые и беззаботные. Глен была очень оживленной и беспечной, Сласка более задумчивой и менее активной, но они не приставали ко мне, не задирались. Поэтому я иногда разрешала им целовать меня в щеку, взамен они быстро обслуживали меня за столом и невольно обеспечивали мне прикрытие, чтобы ни у кого не возникли сомнения в том, что я мальчик.
  Усевшись за мой стол, я оглядела зал и поздоровалась с завсегдатаями. Утром народу было мало, ходили в основном знакомые наемники и пьянчуги близлежащих домов.
  - Как дела Вик? - Крикнул с другого конца зала огромный наемник-огр Урваал. Познакомились мы с ним с месяц назад. Он ввалился в корчму, когда посетители уже ушли, а здесь были только мы с Глен. Она убирала зал после работы, а я наоборот, встала пораньше, потому что Волин заставил меня ехать с ним в лес для тренировки.
  Было часов пять утра и чтобы не заснуть, я спустилась выпить кофе. Глен, позевывая, устало терла столы, и мне, горько вздохнув, пришлось самой варить себе кофе. Внезапно дверь резко открылась и с грохотом ударилась о стену, в корчму, сделав шаг, упало существо огромного вида. Девушка вскрикнула, опередив меня на долю секунды, я захлопнула рот и решила повременить с визгом. Существо оказалось раненым огром. С трудом растолкав его, мы с Глен отвели постоянно спотыкающегося мужчину в помещения для работников и он лег на кровать. Мне, высокородной принцессе, пришлось промывать рану и перевязывать низшее существо, но оставить больного не позволила моя гордость и жалость. Пока официантка бегала за Нилом, а тот пришел, я успела перевязать огра. С тех пор, когда наемник был в городе и посещал корчму, мы перебрасывались с ним небольшими фразами и интересовались новостями.
  - Хорошо, Урваал, что нового? - автоматически ответила я.
  Кричать через все помещение было неохота, поэтому мне пришлось встать со своего места и плестись к столику наемника.
  Широко улыбаясь, он похлопал по столу, привлекая внимание официанток.
  - Пива мне и мальчонку, - когда подошла Сласка, заказал он.
  Я отрицательно покачала головой:
  - Нет, не могу, мне много сегодня надо сделать со свежей головой.
  - Отказываться от бесплатной выпивки? - Огр удивленно уставился на меня.
  - Ну ты же понимаешь, я молодой еще, - покраснела я.
  - У нас с вот такого возраста, - показал он рукой рост с половину меня, - начинают пить пиво.
  В ответ я пожала плечами.
  - Ты откуда идешь? Какие новости? - я плотоядно уставилась на тарелку тушеной капусты в руках Сласки.
  Она доброжелательно улыбнулась и поставила передо мной тарелку. Схватив ложку и глотая слюнки, я поняла, что очень проголодалась. Забыв про манеры, прожорливо набросилась на еду.
  - Был в Валий-Коне, подзаработал немного, правда не люблю я там работать, люди-то жадные, платят гроши, а работа все более хлопотная попадается. Вот и сейчас работка досталась. Ихняя принцесса поехала к своему женишку, да пропала где-то под Домиром-то. Подрядили несколько наемников найти ее, да нашли мы в лесу лагерь, значит. А там все убитые, на куски изрубленные, а жара-то стоит, вот и вонь привела нас к стоянке. Ну, мы и нашли ее то.
  При первых словах Урваала, я с трудом проглотила пищу и застыла, жадно ловля каждое слово.
  - Кого? - забыв про еду и сдерживая тошноту, подалась я вперед.
  - Ну, принцессу эту! Ее в шатре-то и сожгли! Осталось только обожженное тело, ну мы и привезли ее в ихнее королевство. Опознали, значится ее родственники, да похоронили по-королевски. А найти убийц не могут, наняли вот несколько наемников, да только видимо без толку все это. Время уже прошло, надо было раньше.
  Я пыталась осмыслить сказанное. Как это опознали и похоронили? Неужели мои родные не могли отличить меня от служанки, которая погибла вместо меня?!
  - А это точно принцесса? - как можно невинно спросила я, с трудом сдерживая боль.
  - А то! Наследник, говорят, как увидел, запричитал 'Виктори-Ана, как же я?', а королева говорят в обморок упала, как увидела. Только возможно она от страха упала-то, - усмехнулся огр, - там же головешка от принцессы-то осталась. Траур в столице был, насколько я понял, эту девицу не очень-то и любили, вот народ и не переживал особо.
  Я похолодела. Родители сразу похоронили, оказывается эта чернь меня не любила, как теперь жить, что делать?
  - Что мальчонку пугаешь, - услышала я, словно сквозь пелену, - видишь, он даже есть перестал, такие ужасы рассказываешь!
  Дальнейшее было для меня, как во сне. Глен, которая выговаривала огру, что нельзя такие ужасы рассказывать во время еды, Сласка, помогавшая мне встать из-за стола и довела до комнаты, говоря что-то при этом. Упав на кровать, я закрыла глаза. Не хотелось никого слышать, видеть и разговаривать. Меня тошнило, голова закружилась и разболелась. Представив, что отец хладнокровно объявляет меня погибшей, а мать нюхает соль и боится подойти к трупу, сестры вздыхают, но продолжают заниматься своими делами, а у брата рвется сердце от горя, я со стоном свернулась в калачик. Мне приходится выживать, бороться за жизнь, а они похоронили меня, вместо розыска. Отделались малой кровью.
  Пролежав до вечера, я с трудом приподнялась. Если меня предала моя собственная семья, то делать дома нечего. Надо выжить здесь, выбраться из грязи и с высоко поднятой головой прийти домой и показать, что я жива, что я самостоятельна и не завишу ни от некого. А они пусть потом кусают локти, что бросили меня, когда мне это было жизненно необходимо.
  Заставив себя встать, ополоснула лицо и с маской безразличия вышла из комнаты. Я не девушка, теперь я парень, вор, акробат, кто угодно, только не принцесса Виктори-Ана. Она умерла в лесу, также как и все на той поляне.
  Зайдя в корчму с головной болью и комком в горле, с обидой увидела, что мой стол занят какими-то людьми. Пришлось пробираться сквозь толпу и садиться в центре. По пути, я случайно задела наемника и тот пролил пиво на стол.
  - Эй, ты, - пока искал подходящее слово мужлан, я же спокойно смотрела на него, понимая, что если меня ударит, то для меня сразу все проблемы перестанут существовать. И я усмехнулась уголком рта.
  - Нахал, щенок, парень, малыш, - нагло подсказывала я.
   Наемник покраснел, затем побелел и медленно встал из-за стола.
  - На малыша ты явно не тянешь, - сквозь зубы прошипел он.
  - Наверное, - легко согласилась я и наклонила голову на бок, разглядывая громилу. Давай, только один удар.
  - Сосунок, - выдохнул наконец бугай.
   Я грустно вздохнула.
  - Возможно.
  - Мел, - наемнику на плече упала рука Нила, и он холодно произнес, - мальчонку не тронь.
  - Нил, - возмутился он, - ты чего? Меня оскорбляют, а я молчать должен?
  - По-моему он не словом тебя не оскорбил, - парировал мой бывший сокамерник.
  Наемник глубоко вздохнул и сел, прожигая меня взглядом.
  - Попадешься в узком переулке, пришибу, - мрачно пообещал мне Мел.
  Запомню.
  Нил, подталкивая меня, отвел к свободному столу у стены.
  - Что с тобой? - встревожено и грубо спросил мужчина. - Что, зубки прорезались?
  - А почему бы нет? - очень спокойно ответила я, но только сейчас до меня начал доходить результат разговора с наемником. Меня стало потряхивать.
  Нил отошел и быстро вернулся с двумя кружками.
  - Пей.
  Я молча выпила залпом содержимое и только в конце поняла, что это не пиво и не вода, это оказалась брага. Резко выдохнув, я закашлялась.
  Улыбнувшись, Нил подал мне другую кружку, видя, что я настороженно смотрю на нее, развеял сомнения, заверив, что это на сей раз вода. Запив водой, я отдышалась и спросила.
  - Зачем?
  - В первый раз?
  - Что? - Напряглась я.
  - Брагу пил? - Уточнил он, внимательно наблюдая за мной.
  - Да, - не соврала я, и быстро приняв решение, спросила вора, - Нил, научишь защищаться?
  Совершенно не удивившись моему вопросу, он задумчиво осмотрел зал.
  - Вряд ли силой ты победишь здесь кого-нибудь, но подумать надо, - решил он и произнес то, что я боялась услышать, - Человек приехал, вещь на месте. На днях мы пойдем.
  
  Глава 4
  
  * * *
  
  Один раз в седмицу в замок приезжали крестьяне с продуктами и купцы с товарами. Поскольку только в этот день туда пускали без проверки, это была прекрасная возможность беспрепятственно попасть и украсть из башни артефакт.
  Для того чтобы незаметно проникнуть в замок, нам с Нилом, надо было спрятаться в повозке под соломой, а Сак, как продавец овощей, взял на себя отвлекающую миссию. Мы с вором должны спрятаться во дворе, а когда стемнеет, мне необходимо забраться на крышу построек, используя новые навыки и приобретенные Кривым Саком приспособления. Вор тем временем пройдет в башню, максимально используя артефакты и свои магические навыки. Как мне описывал Нил, башня была самим высоким зданием в замке, но рядом стояло несколько разных по высоте домов, поэтому их можно было использовать, как своеобразную лестницу. От ближайшей крыши до выступов на башне было около сажени и это расстояние нужно было преодолеть быстро, поскольку окна многих построек выходили как раз на эту сторону, а вот взобравшись на башню, предстояло пройти немного в сторону от построек, и можно перевести дыхание. По выступам предстояло забраться еще около двух-трех саженей, а единственное окно башни выходило в поле.
  Я тряслась в повозке и с трудом сдерживаясь, чтобы не спрыгнуть с нее и не убежать, куда глаза глядят. Первый раз мне помешал Нил, который случайно взглянул на меня, когда я практически спрыгнула с этого ужасного средства передвижения, мне ничего не оставалось, только как сказать, что захотелось размять немного ноги. Для вида проделав несколько упражнений для разогрева, снова пришлось прыгнуть телегу, поскольку вор наказал больше так не делать и сидеть тихо, словно мышка.
  Выступы, как говорил Сак, достаточно широкие и длинные для того, чтобы спокойно стоять и перескакивать на другие крыши. Единственная сложность - это темное время суток и моя боязнь высоты.
  Кроме нескольких крюков с привязанными длинными веревками используемых для подъема и круглого артефакта, мощного, но одноразового использования, Сак купил для меня темную одежду с капюшоном и маской с прорезью для глаз, и легкую тряпичную обувь с резиновой подошвой, приспособленную специально для хождения по канатам, так как эта обувь-носки имела отдельный разрез для большого пальца. По совету Нила, на талию я намотала несколько саженей толстой веревки, не известно, как высоко мне на самом деле придется лесть.
  Чтобы не привлекать внимания своим нарядом, поверх одели широкую рубаху и шаровары, а ступни, как у многих бедных детей оставались голыми и если бы вот уже два месяца не тренировалась разутая, то не смогла бы простоять на земле и минуты. Но мои нежные ноги оказались не готовы для прогулки босиком и я постоянно наступала на камни и ветки. Шипев от боли, я кусала губы, но молчала, делая вид, что ходить по камням мое любимое занятие. Если Нил что-то и заподозрил, то мне ничего не говорил, только периодически посматривал на меня, а может просто проверял наличие неопытного напарника за спиной.
  Я незаметно достала висевший на шее артефакт. Диаметр медальона-артефакта около перста , цвета темной меди, а в центре него сиял нежно-зеленый камень, насколько я разбираюсь в камнях, это должен быть хризолит. По кругу были выбиты различные странные руны и специальные магические знаки. Расположенности к языкам и магии у меня никогда не было, поэтому утверждать, что это магические знаки, а не просто рисунки, я не могла. Сак уверял, что этот оберег настроен выдержать любую мощную магическую атаку, но сдержит только одну, поэтому необходимо тщательно просмотреть ловушки по пути. Главное забраться в узкое окошко и пробраться до двери 'хоть пролети над полом', съязвил Сак. Все остальное сделает Нил. После кражи, мы должны спрятаться, а утром я, нацепив на себя рубаху, под видом слуги, выберусь из крепости. Примерно также выйдет напарник.
  Нил сидел на повозке спиной ко мне, а возницей был Кривой Сак.
  - Главное, - сказал вдруг Нил тихо, будто разговаривая сам с собой, но повернув немного голову в мою сторону, - когда в комнату залезешь, ничего не трогай! На всех предметах может лежать и проклятие на смерть, и связь вещи с хозяином, как только ты коснешься, к тому придет сигнал, а некоторые вещи настраиваются просто на взрыв, тогда от тебя и клочка не останется.
  Я нервно сглотнула.
  - А пол? Я могу спокойно по нему пройти? - тоже тихо спросила я и задумчиво посмотрела на следующую за нами колымагу. На ней сидел высокий и широкоплечий мужчина, с большой темной бородой и густыми бровями, хоть мы и были на расстоянии нескольких аршин, но я заметила озорной блеск его глаз. Рядом с ним сидела маленькая, худая женщина и хмуро смотрела по сторонам, а на руках она держала непоседливого трехгодовалого малыша, который не мог просидеть спокойно ни минуты, все время ерзал. Дернув отца за бороду и получив несильный шлепок от матери по рукам, он закапризничал и с ревом завертелся. Безобразное воспитание у этих плебеев, подумала я, когда вспомнила, что мать или отец никогда не били нас, а уж няньки тем более.
  - Вероятно.
  - Вероятно?! - громко спросила я, за что получила тяжелый укоризненный взгляд вора.
  - Откуда я могу знать точно? - резко и немного брезгливо ответил он, - я там не был. Вот там и пригодится тебе твой медальон.
  - А если там больше одной ловушки? - вполне справедливо возмутилась я.
  - Ты только сейчас начал об этом думать? По-моему довольно поздно, пути назад нет.
  Я вспомнила его обещание меня убить и с отчаянием сжала голову руками.
  - Да ладно тебе, - немного мягче ободрил меня Нил, - зачем заранее настраиваться на провал. Да поможет нам Триединый!
  Да, подумала я, видимо и остается только уповать на благосклонность Триединого к ворам.
  - Как мне воспользоваться медальоном? - успокоившись через несколько минут, спросила мужчину.
  - Он сам активируется, только когда полезешь, вытащи его из-под одежды и пусть просто болтается на веревке. Все помнишь? Мы подъезжаем уже, сейчас отъезжаем в сторону и прячемся.
  У меня сжалось сердце, заболел живот и срочно захотелось в туалет. Но услышав от меня такое, Нил посоветовал мне заткнуться и сесть в повозку. Я бросила взгляд на замок. На высоком холме стояла обычная, ничем не примечательная крепость, вокруг которой вырыт глубокий, но не широкий ров, с застывшей зеркальной гладью стояла тухлая вода, а деревянный подъемный мост был единственной дорогой во внутрь. Две квадратные, невысокие башни стояли по бокам мощных, обитых железом дубовых ворот. Крепостная каменная стена с бойницами отлично защищала от нападения.
  Посмотрев повыше, я увидела ту самую башню, ради которой приехали. Это был донжон. По моим, менее оптимистичным, чем Нила, подсчетам, донжон был высотой примерно семь саженей и шириной около двух. Это была самая большая башня в замке. Круглая, расширяющаяся в основании вежа, что давало ей большую устойчивость, завершалась четырехгранной пирамидной крышей, а саженей в пяти от земли, она имела небольшой выступ, кверху от которого башня немного сужалась, и сажени через две находилось еще одна каменная ступень, расположенная практически над крышей. Таким образом, донжон имел вид круглой, двухступенчатой башни. Со стороны моста, башня не имела никаких окон, значит оно находилось в стороне от людского потока, как и говорил Нил. Перед донжоном находилось менее большое, но достаточно высокое здание, высотой около четырех саженей. Это здание имело прямоугольную форму и было немного выше воротных башен. Правее, возвышалось жилое здание, оно было вполовину от высоты главной вышке.
  На крыше проезжих башен вяло отмахиваясь от мух, стояли стражники и с ленцой посматривали на подъезжающий обоз.
  - Вик, таал тебя возьми! Хватит по сторонам пялиться, немедленно залезай в воз! - зло зашипел на меня Кривой Сак.
  - Зря ты так нервничаешь, мальчонка правильно делает, что просматривает местность, ночью же ничего не видно, а ему нужно продумать путь до окна, - услышала я глухой голос Нила из-под сена и утвари, - только не очень долго стой там.- Уже ко мне обратился коллега.
  Оглядевшись по сторонам, и не увидев ничего подозрительного, я быстро залезла под сено. Устроившись поудобнее, почувствовала тяжесть придавившего меня веса. Дышать стало тяжело.
  - Еще чуть-чуть, - выдохнула я, - и меня соскребать со дна придется.
  Слева от меня я услышала тихое хихиканье Нила, а сверху ворчание ненавистного Сака.
  - Тебя просто так не раздавишь, даже если и захочешь, верткий, как блоха.
  Через толщину наваленного надо мной разного добра, звуки доходили глухие, но когда рядом с головой тяжело опустилась чья-то рука, я вздрогнула, а первой мыслью было 'попались'. Но это оказался Кривой Сак, который давал понять, что пора аккуратно выползать на свет. Вздохнув, я высунула голову наружу. Рядом с повозкой стоял Нил и настороженно поглядывая по сторонам, махнул мне рукой. Я вылезла и упала рядом с телегой, делая вид, что что-то закатилось под нее. Встав и отряхнувшись, огляделась. Повозок было много, не меньше десятка и почти рядом с каждой велась торговля. К нам подходил Кривой Сак, подобострастно кланялся повстречавшемуся недавно мне тому самому хорьку, который не признал во мне благородную кровь и состриг волосы. Граф Как-Его-Там брезгливо морщась осматривался.
  - Ваше сиятельство, мои овощи самые свежие, а фрукты самые сладкие и полезные.
  - Жамолкни! - с отвращением прервал его рекламу граф. - Меня не интерефует твои овощи. Покаживай товар!
  Хорек пренебрежительно осмотрелся по сторонам, бросив на меня рассеянный взгляд, он переключился на ту самую женщину с ребенком, которая ехала позади нас. Я молниеносно наклонилась. И уже подглядывая, увидела тот интерес, который проявил к миловидной крестьянке, граф.
  Отмахнувшись от Сака, предлагавшего золотой медальон, он заинтересовано подошел к повозке семейной пары.
  Нил, стоявший рядом со мной внимательно посмотрел на меня.
  - Там граф, который меня поймал, - пояснила я.
  - А, да, - задумчиво оглянулся он на того, - ты говорил что-то про графа Куальда. Выходи, вряд ли он сейчас о тебе вспомнит. У него сейчас другая игрушка.
  Я осторожно привстала. Куальд вертелся вокруг настороженной женщины.
  - Зря он привез ее сюда, - почесал макушку Сак, кивнув на мужа этой несчастной.
  - Почему? - мне стало интересно.
  - С этим высокородным, но совершенно не благородным выродком надо быть на стороже. Он нашел себе сейчас жертву и не отступиться от нее ни в коем случае. А когда поразвлекается - отрежет волосы.
  - Зачем? - побледнела я.
  - Это унижение, которое устраивает после насилия он и его приспешники, - объяснил Нил, - эти показывается статус женщины-шлюхи.
  - Отрезав волосы он унижает ее и показывает, что она падшая женщина? - меня начало трясти от позднего страха и от пережитого оскорбления.
  - Можно сказать и падшая, - хмыкнул Сак, - но точнее шлюха.
  Горло пережал ком обиды. Меня, принцессу от крови прилюдно унизили, растоптали гордость и плюнули в душу, оскорбив мою честь. По щеке потекла непроизвольная слезинка.
  - Ищи убежище, придурок, - получила я по шее от Кривого Сака и, сжав руки в кулаки посмотрела по сторонам.
  Нила рядом уже не было, видимо он нашел себе уголок и притаился. Увидев недалеко от воза конюшню с открытой дверью, скользнула внутрь. Скривившись от вони и задержав дыхание, осторожно пробралась вглубь помещения. Лошади - это большие вонючие и зловредные животные, они заржали, учуяв мое появление и пришлось искать укрытие в первом попавшемся пустом стойле. Присев в уголок, я закрыла глаза и неожиданно для себя уснула.
  Проснулась от шума закрывающейся двери и ржание лошадей.
  - Чаво шумите? - хрипловатый мужской голос окончательно разбудил меня, я быстро упала на пол и подползла к стене.
  Кто-то очень шумно прошел между стойлами и зашуршал сеном. Судя по тому, что лошадям дали вечерний порцион на улице уже довольно поздно. Громко разговаривая сам с собой, конюх закончил кормить подопечных и закрыл дверь. Настороженно привстав, огляделась. Конюха нет, ну хоть это хорошо. Я тихо подошла к двери и попыталась ее приоткрыть. Заперта! Он вышел и закрыл за собой дверь. Покачав головой, шумно вздохнула. Опять мне жутко повезло. Обойдя по периметру всю конюшню, в одном месте увидела приоткрытое окно. Прислушавшись, я легко подпрыгнула и подтянувшись на руках выглянула на улицу. Солнце село, а новорожденный месяц скудно освещал темноту. Прикинув, что сейчас уже около десяти часов вечера, я закусила губу. Мы договорились с Нилом встретиться у башни около девяти, значит он давно там и сейчас волнуется. Практически почувствовав его руку дающего мне подзатыльник, я выдохнула и закинула ногу на раму, а затем бесшумно соскочила на землю и стремительно присела.
  Из открытых окон жилого хозяйского здания слышался шум гуляний: гул голосов, женский визг и смех, звон посуды и пение менестреля. Изредка до меня доносилась ругань слуг и пьяные разговоры стражников. Сделав шаг, тихо произнесла бранные слова, которые часто произносит Сласка, когда мужики в таверне шлепают ее по ягодицам, и отскочила к стене конюшни. Я забыла снять с себя одежду и теперь меня легко заметить. Вмиг стащив с себя рубашку, чуть не запуталась в веревке намотанной на талии, успокоившись, быстро, но аккуратно сняла брюки. Так, теперь поторапливая себя, сняла с руки маску и завязала на затылке ткань, затем развязала обувь и, одев на ноги, пошевелила пальцами. Довольно удобно. Размотка веревки заняла еще какое-то время, зато намотав ее на локоть получила два длинных мотка. Накинув их на плечо, поправила два стилета по бокам и достала медальон. Теперь поглядывая по сторонам, быстро подобрала скинутую одежду и забросила ее в кусты. Пригнувшись и оглядываясь, я побежала пробежками к башне.
  Прячась от света факелов и стараясь находиться неподалеку от стен, минут через пять я спокойно добралась до назначенного места. Подойдя, я начала вглядываться в тени, но вора не было. Неужели он меня бросил?! Внезапно позади себя услышала шорох и оказалась с зажатым рукой ртом.
  - Где тебя таал-ло носили? - услышала злой голос Нила.
  - Меня заперли в конюшне, - оправдывалась я, когда меня отпустил мужчина.
  - Идиот, - констатировал факт напарник и тяжело вздохнул. - Ну что, готов?
  - Нет, - замотала я головой.
  - Готов, готов. Вот веревка с крюками, - он всунул в мои дрожащие руки оставленные у него железные крюки, - даю тебе час на все. Ровно через час я буду ждать тебя у двери. Не успеешь за час, пришибу, - спокойно и поэтому жутко добавил он и подтолкнул меня к ближайшей постройки.
  - У меня живот заболел, - оповестила я и вполне натурально согнулась от боли.
  - Убью.
  Просящее посмотрела на мужчину, но он или не видел моего жалостливого взгляда, или просто не обратил на него внимания, но достал нож. 'Намек вполне прозрачный', решила я и размотала веревку с крюком.
  То, что происходило дальше, я помню как в тумане.
  Высота ближайшего со мной здания была саженей три, но рядом стояло довольно небольшое помещение с сажень высотой, на которое можно было забраться, не используя веревку. Пригнувшись, добежала до него за несколько минут. Глянув по сторонам и не заметив никого, я собралась и выдохнув подскочила. С высотой я ошиблась на полсажени, поэтому не приземлилась на ноги, как рассчитывала, а зацепилась рукой. Чтобы не соскользнуть вниз, подтянулась и ухватилась за выступ на крыше второй рукой. Раскачавшись, правой ногой зацепилась за козырек и легко подтянула тело на крышу. Упав на жилище спиной, повернулась на живот и выглянула. Стража на воротах дремала и не обращала внимание на двор.
  Взглянув на прилегающее здание, на которое хотела забраться сначала, поняла, что мне необходимо преодолеть еще сажени две. Почти ползком добралась до него и уже у стены встала во весь рост. Прикинув расстояние, решила на сей раз не рисковать, с размаху кинув на крышу здания крюк. Послышался глухой удар и негромкий скрежет металла. Хорошо, что Нил догадался обернуть крюк тряпкой, иначе этот скрежет был бы слышен в самом дальнем углу крепости. Я остановилась и прислушалась, вроде все тихо, никто не бежит ко мне, используя мат и острые мечи. Натянув и подергав веревку услышала, как крюк зацепился за карниз. Ухватившись за толстую веревку, я стала подниматься быстро переставляя ноги и перехватывая руками канат. Добравшись до верха, одной рукой схватилась за край крыши и забралась на крышу. Итак, половину пути я прошла довольно быстро и легко. Теперь меня ждет самое трудное: потянуться до выступа и дойти до окна. Бросит крюк сразу в окно не получится, поскольку оно находится дальше и мне не видно его в темноте.
  Приглядевшись к донжону, увидела выступ в сажени от этой крыши. В принципе не много, но от здания до нужного мне места еще полсажени длины. Можно перепрыгнуть, только нет гарантии того, что смогу удержаться на месте. Если бы высота была немного пониже, то можно бы использовать доску, которая лежала неподалеку, но это нереально. Хотя это здание и находилось выше, чем проезжие башни, но вставать в полный рост не рискнула, тем более отсюда виден угол жилого дома. Присев на корточки, обхватила голову руками и почесала лоб. В голове пронеслись варианты решения задачи от реалистичного: крикнуть на помощь, до фантастического: попробовать допрыгнуть. Поймав себя на мысли, что мне начинает нравится эта авантюра, я обругала себя последними словами и сжав зубы, смотала крюк и оставила его на крыше. Нести тяжело и не удобно, тем более что у меня есть еще один такой же.
  Решительно выпрямившись, подошла к краю здания. Размяв руки и посмотрев по сторонам, оттолкнулась от карниза и вздрогнув, застыла. Во дворе послышался какой-то шум. Я быстро припала к крыше, но шум вскоре прекратился, а выглянув, не увидела ничего подозрительного. Встав во весь рост, еще раз осмотрелась. Вроде ничего опасного. Подойдя опять к карнизу, оттолкнулась и прыгнула.
  Странно, но приземлилась именно туда, куда собиралась. Выступ оказался действительно широкий, с пол-аршина. Одной ногой оказалась впритык к стене, а вторая почти висела над обрывом. Сердце вздрогнуло. Я быстро развела руки в сторону и обхватила башню. Удержалась. Слава Триединому! Сердце благосклонно решило продолжить работу. Рукавом стерев пот со лба, аккуратно повертела головой в стороны и наверх. Мне надо идти влево, вспомнила я и стала понемногу передвигать ноги, прижавшись вплотную к башне. Вниз не смотрела, во-первых, это высоко, примерно саженей в пяти от земли, во-вторых, такое ощущение, что ночью расстояние увеличивалось почти вдвое.
  Примерно через сажень я посмотрела наверх. Оказывается, немного перешла, окно было правее в аршине от меня. Пройдя обратно, я оказалась как раз над окном. Снизу сложно определить расстояние, но до него примерно сажень. Теперь осторожно размотать веревку с крюком и попытаться забросить его в окно. Аккуратно размотав веревку и отступив от стены немного назад, приготовила крюк. Теперь надо успокоить сердце и с первого раза попасть в цель.
  Внезапно что-то громыхнуло и появились яркие вспышки со стороны жилых помещений. До меня звук доходил лишь отголосками, а сияние с моей стороны было достаточно тусклое. Было в этом что-то очень знакомое. Так, напряги свою память, настраивала себя. И вдруг отчетливо вспомнила, на что это похоже. Когда у нас во дворце были праздники, то несколько магов для увеселения устраивали красивые всполохи, они создавали огненные шары и пускали их в небо. Устроить такое могли только очень сильные маги. Но зато было очень красиво. Мое ностальгическое настроение испортил голос разума, который настоятельно указывал на то, что такой звук можно использовать для отвлечения от звука разбившегося стекла, если таковое есть в окне. Судорожно сжимая крюк, я настроилась. Только бы успеть!
  Звуки вспышек повторялись с периодичность в несколько секунд и, зная по опыту, у одного мага уходить много сил, а граф Куальд вряд ли имеет по рукой несколько сильных магов. Значит, у меня осталось мало времени. Успокоившись, я прикрыла на секунду глаза и решительно раскачала веревку. Раз, два, три. Пора!
  Крюк со свистом полетел вверх, и я посмотрела туда же. Звук разбитого стекла скорей почувствовала, чем услышала, потому что он практически слился со звуком взрыва. Быстро прильнув к стене, я снова обругала себя последними словами, поскольку не предусмотрела такой простой вариант, что осколки будут падать вниз. А внизу соответственно нахожусь я. Надо признать, что мне и здесь повезло, большие куски стекла видимо упали вовнутрь, а маленькие пролетели рядом со мной, но практически не задели. Только один осколок полоснул меня по руке. От боли втянув в себя воздух, я сжала рану рукой и стиснула зубы. Постояв с минуту, убрала руку от пореза и поднесла к глазам. Странно, вроде больно, но крови на ладони мало, значит царапина не серьезная.
  Вспышки продолжались, но все реже и реже. Они прекратились, когда я была уже на половине к окну. Подтягиваться становилось все труднее, от нервного напряжения тряслись руки. Пришлось остановиться и передохнуть, но, почувствовав, что силы таяли с каждым аршином, я решительно продолжила путь к окну.
  Держась одной рукой за веревку, а другой сняв моток каната и набросив на раму с осколками устало ухватилась за раму. Со стоном подтянувшись, я практически ввалилась в окно и упала на пол комнаты. Стерев пот со лба, почувствовала, как бинты, которые стягивали грудь, тоже мокрые от пота.
  - Ванну, ванну, - устало скандировала я сама себе и начала осматривать комнату.
  Обыкновенная квадратная комната полторы на полторы сажени. В комнате висел тусклый магический светильник, поэтому я могла рассмотреть в комнате, что пол деревянный, а стены каменные. Она практически пустая, за исключением дубового невысокого полутора-аршинного стола, на котором, судя по всему и находится тот злополучный артефакт, накрытый конусообразной стеклянной крышкой и разной рухляди (меч, кольчуга, ножи и амулеты) на полу. Видимо ей пользуются достаточно часто, раз оставляют такие фонари в комнате, поскольку магический свет без пропитки не продержится больше дня. Выходит, что минимум раз в день, здесь появляется маг. Что не может радовать.
  Ой, какая прелестная цепочка с камушком! Средней толщины цепочка из белого золота, а в центре овального амулета из желтого золота находился небольшой ярко-голубой камушек, который подмигивал мне: бери, мол, красавица, для тебя создан. Пискнув от восхищения, я схватила украшение и поднесла к глазам, дабы рассмотреть поближе ценность камня. Камень оказался всего-навсего бирюзой, поэтому я разочарованно простонала. Неожиданно, глаза ослепила яркая вспышка, и я временно ослепла. Закрыв руками глаза и присев на корточки, заскулила. Ведь говорили же не трогать ничего! Но я не удержалась от соблазна, всегда любила украшения. Едва не выкинув обратно в кучу хлама эту ужасную вещицу, я замерла. Если оставлю ее здесь, а она мне пригодиться, то не смогу исправить, если понадобиться, поэтому надо взять ее с собой, только спрятать, чтобы Нил не догадался. Поморгав, я открыла глаза. Резь прошла, в глазах изредка вспыхивали звездочки, но довольно быстро все прошло и, посмотрев по сторонам, я живо надела цепочку на шею, спрятав ее под одежду.
  Моментально встав на ноги, подошла к двери. Прислушавшись к своим внутренним часам, решила, что прошло уже около часа, и взялась за ручку. Руку укололо, медальон-артефакт, выданный Саком засветился и с негромким пшиком затух. Помотав головой чтобы прийти в себя, я открыла дверь и столкнулась со спокойно стоящим Нилом.
  - Долго ты.
  Я развела руками.
  - Как получилось.
  Он хмыкнул и, отодвинув меня к выходу, осторожно зашел в комнату. Быстро осмотревшись, мужчина подошел к столу. Закрыв глаза, он сосредоточился и провел руками над крышкой. Тихо выругавшись, вор вытащил из кармана брюк небольшой жезл и прикоснулся им к стеклянной преграде. По крышке пошла разноцветная рябь и, погладив поверхность два раза, она затухла. Похоже, что Нил неплохой маг. Подождав с минуту, напарник осторожно прикоснулся к стеклу и аккуратно приподнял его, а другой рукой забрал книгу со стола. Книгу? Насколько я помню, одними из самых сильных артефактов бывают кольца и книги. Значит это действительно очень важная и мощная магическая вещь. Облегченно выдохнув, Нил повернулся ко мне.
  - Теперь тихо уходим. Стража в это башне спит, а на улице пока все тихо. Переодеваемся и прячемся до утра. Когда утром начнут ходить слуги, спокойно выходишь и делаешь вид, что работая на кухне, тебя срочно послали в город за чем-нибудь. Встретимся в трактире.
  Согласно кивнув, я первой начала спускаться по лестнице. Винтовые узкие ступеньки резко спускались вниз, заставляя с опаской ступать по ним, держась за стену рукой.
  - Крюк с веревкой забыл! - внезапно вспомнила я.
  - Таал тебя побери! А голову не забыл? - разозлился Нил.
  - Нет, - промямлила я и закусила губу от обиды.
  - Иди уж, - беззлобно проворчал мужчина и легонько толкнул меня в спину.
  Обреченно вздохнув, продолжила спускаться. На первом этаже я увидела двух стражников, мирно спавших на своем боевом (как получилось) посту.
  - Как это вы их?
  - Сонный наговор, - усмехнулся вор.
  - То есть вы легко могли зайти в башню, усыпив стражу, а зачем тогда я вам нужен был?
   - Потом объясню, сейчас не место и не время. Иди.
  Осторожно выглянув из-за открытой двери и не обнаружив ничего подозрительно, я тенью выскользнула из башни. Вдруг послышался гул и крики. Я оглянулась на Нила. Тот тоже был удивлен шумом и, прижав меня рукой к стене башни, выглянул во двор.
  - Таал, таал, таал, - тихо ругался вор, - видимо книга была связана с хозяином сигналом. Как только я взял ее, нитка порвалась, и он почувствовал чужое присутствие.
  - Значит, они знают, что мы украли ее? Сейчас они прибегут сюда и среди них есть хороший маг?
  Он оглянулся на меня и задумчиво сдвинул брови.
  - Именно! Есть идеи? - задумчиво, будто разговаривая сам с собой, поинтересовался мужчина и осмотрелся.
  - Так же, как я забиралась на башню, - быстро сообразила я. - Залезу на крышу того здания, - показала рукой на крышу строения, с которого прыгнула на донжон, - затем перелезу на крепостную стену, вы будете находиться между этим помещением и стеной, я сброшу веревку, и вместе слезем с той стороны.
  - Ворота закрыты, - рассуждал вслух Нил, поглядывая на меня, - выбора нет, с книгой я не спрячусь, здесь он найдет меня. Хорошо, - решился он, - пошли.
  Мы рванули с места, и увидели, как по двору хаотично и бестолково бегали люди, вероятно, их разбудили, но четко задачи не поставили вот они и создавали видимость деятельности, что нам на руку.
  Нил хлопнул меня по плечу и побежал за застройки к стене, а я с разбегу, не раздумывая, подпрыгнула и практически без проблем запрыгнула на крышу. Удивив сама себя такой прытью, побежала ко второй постройке. Не останавливаясь, опять прыгнула, но на этот раз, немного не допрыгнув, зацепилась пальцами за карниз. Подтянувшись из последних сил, услышала неподалеку от башни крики, значит, им объяснили задачу и теперь у нас очень мало времени. Это дало мне силы, и я перекинула ногу на крышу. Выдохнув, последним усилием забралась и, не дав себе отдышаться, подбежала к веревке с крюком.
  - Дура, - попеняла себя, - если бы не оставила здесь крюк, то давно были бы уже на стене.
  Схватив крюк, на локоть намотала веревку и подбежала к краю крыши. Придется прыгать вниз. Крепостная стена была достаточно широкая, чтобы правильно приземлиться, высота до нее примерно в две сажени, а длина чуть больше аршина.
  Прыгнув с крыши, я заставила себя не кричать от страха, нечего раньше времени указывать наше месторасположение, хотя, судя по крикам из башни, стража уже побывала там, а сейчас побегут обшаривать двор.
  Приземлилась ровно в том месте, в котором планировала. Удивленно помотав головой, посмотрела вниз. Нил стоял неподалеку, но увидев меня, подбежал к стене.
  - Лови, - вниз я сбросила веревку, предварительно зацепив крюк за камни стены.
  Теперь есть время передохнуть решила я, но тут же передумала. Нас увидели стражники с проезжей башни и быстро натягивали луки, предварительно крикнув остальным и показав на нас. Вот сейчас и начнется настоящая погоня. Присев на колени, усложнив при этом задачу охраны - стрелять по нам, я обнаружила заступ, за который можно привязать веревку. Быстро сняв ее с плеча, прицепила за найденный выступ и скинула со стены. Нил залез на стену и тяжело дыша, огляделся. Рядом послышался свист стрел, стреляли они наугад, поэтому ни одна из стрел не достигла (хвала Триединому!) цели.
  - Бегут, - коротко предупредила я и показала на веревку, - лезь.
  Он кивнул и ухватился за сброшенный на наружную стену канат. Я быстро отцепила крюк и пристроила его к противоположной стене. Нил тяжело перекинул ногу и только начал спуск, когда рядом послышались крики стражи. Схватившись за веревку и дернув ее для крепости, я прыгнула со стены. Ну что сказать? То, что зря так сделала, поняла тут же, сдерживая скорость лишь руками и ногами, я не подумала, что скорость будет приличная, поэтому канат сотрет кожу на ладонях. Вскрикнув от боли в содранных руках, я быстро оказалась на земле.
  Нил был еще на половину пути к земле, а сверху свесилась охрана и стали резать канат и бросать в нас копья. Если бы дело было днем, то мы уже давно лежали мы пришпиленные к земле, но темнота скрывала нас. Видимо подумав тоже про темноту, стражи стали сбрасывать вниз зажженные факелы.
  - Я вниз, - крикнула напарнику и поняв, что ничем не смогу помочь ему, побежала с обрыва.
  Бежать оказалось очень трудно, замок был построен на скале, поэтому на пути попадалась горная порода, камни прикрывали проход и приходилось огибать их, в тоже время скорость увеличивалась, и я с трудом маневрировала. С разбегу упала в тухлую воду и поплыла к противоположному берегу. Горькая, прокисшая вода попадала в рот и нос. Хорошо, что я обучалась в детстве плавать, иначе лежать бы мне сейчас на дне этого рва. Быстро переплыв препятствие, я с трудом выбралась на берег и огляделась. На стенах бестолково бегали стражники и судорожно помахивая факелами, что-то агрессивно кричали. Со стороны ворот тоже показались яркие огоньки и конское ржание.
  Послышался всплеск воды, и я обратила внимание на Нила, который быстро пересекал ров. Пока стояла и тяжело дышала, мужчина преодолел ров и выскочив неподалеку, крикнул:
  - Чего стоишь, дурень? Быстрее за мной!
  Он побежал в сторону от башни. Я мчалась не отставая.
  Хорошо, что рядом рос достаточно густой бор, в ином случае, нас давно бы догнали.
  Мокрые и грязные, мы практически ворвались в дом. Еще по дороге, Нил помог снять с меня маску, чтобы не привлекать лишнего внимания. Поскольку пройти через ворота в город мы не могли, Нил показал одну прореху в городской стене, через которую мы добрались без приключений.
  
  
  
  
  
  
  
  Одна верста = 1,06 километра
  Одна сажень = 2,13 метра
  Один вершок = 4,4 сантиметра
  Один пуд = 16,3 кг
  Один аршин = 71,1 см
  Один перст = 2 см.
  Согласно религиозным представлениям, Таал является богом подземного мира. Его слуги - таал-ло по поверьям забирают души умерших и отправляют их к Таалу.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"