Щетинина Елена Витальевна: другие произведения.

Свидание с Сикораксой

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


 Ваша оценка:


Свидание с Сикораксой

  

Да свершится всевышняя воля - но все же

хотелось бы помереть сухою смертью.

У. Шекспир "Буря"

  
   Мальчик лизал сахарную палочку и смотрел прямо на меня. На самом деле, он пялился на щель, из которой ему должно было вот-вот скользнуть предсказание, - но именно за этой щелью я и сидел.
   Давно нужно было поставить новую куклу, да. От этой несло гнилыми тряпками и тухлыми водорослями. Кроме того, металлические детали пьедестала проржавели, деревянные части набухли от воды - и я боялся, что случайно оцарапавшись в этом тесном ящике, запросто схлопочу заражение крови.
   Мальчик нетерпеливо протянул руку. Я тихонько вздохнул и стал копаться в ящике с досье. Ну да, Мэтью Батт, восемь лет. Класс мадам Уолш. Завтра среда, по средам у них математика, мадам Уолш придирчива к домашнему заданию, а вот Мэтью все время про него забывает.
   Ну что ж, не будем мудрствовать.
   Я подкрутил листок в печатной машинке и стал громко - пытаясь выдержать ритм известной песенки - печатать: "Будь внимателен к домашнему заданию по математике, завтра это будет нелишним". Нелишним или не лишним? Да, какая разница, собственно. Мэтью сам, небось, понятия не имеет, как это писать - а попадись предсказание в руки взрослым, какой спрос с безмозглого автомата?
   Бумажка выскользнула из щели прямо в липкую от сахара руку мальчика. Тот, наморщив лоб, прочитал - кажется, даже по слогам - предсказание, с подозрением взглянул на куклу и тяжело вздохнул. Эх, кажется, я испортил ему вечер. Надо исправляться.
   Я просунул руку в полость локтевого сгиба автомата - бррр, как там было сыро и склизко - и потянул на себя.
   Там, с той стороны, огромная облупившаяся кукла цыганки подняла руку и помахала мальчику. Мэтью ухмыльнулся, с громким хрустом откусил кончик палочки и вприпрыжку побежал прочь.
   Я взглянул на часы. Еще пятнадцать минут до закрытия парка - то есть минут десять до того, как Джок вытащит меня отсюда и запрёт балаганчик. Собственно, я и сам мог неплохо залезать в куклу и выбираться из нее - но Джок обеспечивал то, что никто не увидит этот процесс. Городок был маленьким, многие знали меня в лицо - и раскройся то, что я вот уже три года дурил всех, выдавая себя за куклу-прорицателя, это могло бы мне стоить целости этого самого лица.
   Я поежился.
   Где же там Джок? Сидит, небось, в тепле - и самое, главное, сухости.
   Сезон тумана начался позавчера - и первые клочья белой массы вползли на окраины города. Жители ближайших к городской границе домов уже переселились в центр - Чак Ландо, владелец гостиницы, привычно задрал цены, и многие беженцы брали двухместный номер на пятерых-семерых. Чак пару лет назад было сопротивлялся, требовал, чтобы все проживали в соответствии с маркировкой комнат - но ему быстро разъяснили, что поджог гостиницы гораздо хуже отразится на ее прибыльности, нежели перенаселение номеров.
   Туман приходил через каждые пятьдесят дней и хозяйничал в городе месяц - оставляя нетронутым лишь центр. Потом он уходил - из города, только из города, облюбовывая на этот раз поля, пролески, овраги. А мы возвращались обратно к привычной жизни.
   То, что жило в тумане, никогда не нападало на город - точнее, на свободную от тумана часть. Это был наш мир, наш город - и наша жизнь. А на скрытых мутной пеленой улицах уже хозяйничали они.
   Те, кто возвращался потом в свои жилища, обнаруживали слизь, обрывки водорослей, какую-то чешую, передвинутую мебель - если не сообразили или не успели ее спрятать - лужи на полу, пятна на потолке - все то, что давало понять: этот дом и этот мир они делят еще с кем-то.
   Как-то раз моему приятелю и сменщику Тилли пришла в голову, как ему казалось, прекрасная мысль - оставить записку тем, кто живет в тумане. Я сам помогал печатать ее на машинке. Помню как сейчас: "Хей, хей, кто-кто тут живет? Я Тилли из города. Как у вас дела?".
   Тилли оставил записку в заброшенном доме на окраине - там, где до нее точно бы не добрались местные шутники.
   А через месяц прибежал ко мне, взъерошенный, возбужденный и размахивающий куском пергамента. На том каллиграфическими буквами было выведено: "И тебе, Тилли, хей-хей. У нас все хорошо. А как у тебя?".
   Так Тилли и стал переписываться с Тем, Кто Живет в Тумане. Во всяком случае, я так называл это существо. Тилли же почему-то вбил себе в голову, что это девушка - причем, непременно прекрасная девушка. Записок от Того он мне больше не показывал, да и свои послания карябал сам - хотя почерк у него оставлял желать лучшего.
   А потом Тилли исчез. За пару дней до этого он обмолвился, что хотел бы встретиться со своей таинственной незнакомкой, и поэтому спрячется в том доме, когда придет туман. Туман пришел, а Тилли не вышел на работу. Больше мы его и не видели.
   С тех пор я работал тут без сменщика. Черт, ну где же этот гребаный Джок!
  
   Дверь балаганчика скрипнула, и я поднял голову, собираясь громко отчитать Джока за опоздание. Но возглас замер на моих губах - это был еще один клиент. Точнее, была.
   Не помню, чтобы я встречал ее раньше в городе. Не местная, да. Но обычно перед сезоном туманов никто по соседним городам не шляется, всем бы до своего дома добраться, вряд ли заезжая гостья...
   Ах да, точно - я едва удержался, чтобы не хлопнуть себя по лбу. Театр! Вчера вечером приехал театр. Раскинул свой шатер на пустыре под парком. Джок обмолвился об этом, а я, злой от того, что он в очередной раз опоздал, как-то пропустил это мимо ушей. Черт, это плохо. Сложно предсказывать чужакам.
   Девушка внимательно окинула взглядом куклу, затем порылась в складках плаща, вытащила что-то - и бросила в монетоприемник. Я подставил ладонь и поймал, не веря своим глазам.
   Мальчишки нередко, балуясь, кидали туда всякий хлам, в надежде, что тот сойдет за монету. Я же либо игнорировал его - либо мстительно писал в ответ какие-нибудь гадости.
   Но девушка скинула мне туда жемчужину. Настоящую жемчужину.
   Жемчуг был дорог. Его добывали из глазниц мертвецов, что покоились на дне океана. Местные несколько раз попытались получить его самостоятельно - и даже привязали пару трупов к пирсу. Но день за днем трупы качались на волнах, потом, когда к ним прицепили камни, ушли на дно - а жемчуг так и не вырос. То ли глазницы были не те, то ли жемчуг слишком стеснительный.
   Аппарат сдачи не дает, надеюсь, она это понимает?
  
   Я тихонько вздохнул, размял пальцы и задумался над машинкой. Итак, что бы написать? Ох, как я не любил вот таких внезапных клиентов. Одно дело, когда у тебя есть картотека, досье на каждого завсегдатая, когда ты знаешь, что у него в жизни происходит, что его заботит - а на это, скажу я вам, мы с Джоком потратили не один месяц.
   И совсем другое - когда приходит вот так, неизвестно кто, неизвестно откуда и хочет получить предсказание. Откуда мне знать, что у тебя в жизни будет, если я даже не в курсе, что там происходит?
   Ну да, конечно, случайные гости города - не те люди, которые могут подорвать репутацию нашего заведения, но все равно, профессиональная гордость не позволяла халтурить.
   Я снова вздохнул и осторожно выглянул в щель. Девушка поправляла прядь волос и, кажется, не выражала никакого недовольства тем, что кукла затягивает с выдачей предсказания.
   Ну ладно, тогда будем действовать старым проверенным способом. Если не знаешь, что предсказать на будущее - сам создай это будущее.
   "Вас сегодня ждет удивительная встреча с прекрасным человеком. Не упустите ее".
   Не слишком ли перехвалил себя? А ладно, сойдет!
   Листок высунулся из щели.
   Девушка осторожно, двумя пальцами, взяла его - и я увидел, как изогнулись ее губы в легкой улыбке.
   Ну что ж, будем создавать будущее.
  
   ********
   Строго говоря, я отправился в театр не только ради девушки. Мне нужно было появляться там, где собирались люди - а как иначе я составлял свое досье?
   Город был небольшим, новости сюда приходили поздно, развлечений особых не водилось - а в сезон туманов и подавно жизнь замирала. Поэтому то, что у нас на ближайший месяц появился свой театр - они же не такие глупцы, чтобы сняться с места и отправиться в туман? - было огромным событием. Конечно, многие побывали здесь уже вчера - чертов Джок, почему ты никогда ничего не говоришь вовремя? - но, может быть, хоть что-то для досье да накопаю. Ну и да... девушка тоже была симпатична. Может быть, у нее действительно будет удивительная встреча с прекрасным человеком?
   Я ухмыльнулся в воротник и, поежившись, поднял его повыше. Ох, далеко не та погода, чтобы бродить по улицам. Да прямо скажем - и не тот сезон.
  
   Туман шел не равномерно. Кое-где он был только на подступах, а кое-где уже протянул свои мутные пальцы глубоко в город. Вот и сейчас я обошел один из таких его клоков, брезгливо поморщившись.
   Мальчишки шумной ватагой топтались вокруг приятеля, сидящего на корточках у самой границы с белесой пеленой.
   Я подошел поближе.
   Сидящий - э, да это давешний Мэтью - осторожно тыкал палочкой в туман.
   И я в ужасе готов был поклясться, что с той стороны в Мэтью тоже тыкалась палочка! Что-то ворочалось там, в мутной пелене - и играло с мальчишками. Играло ли?
   - Эй! - рявкнул я им, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. - А ну брысь отсюда!
   Мальчишки прыснули во все стороны.
   Я повернулся к туману. Из него высунулось щупальце с крепко зажатой в нем палочкой, ощупало асфальт, а потом нырнуло обратно. Что-то зачвякало, в пелене мелькнула тень.
   Меня передернуло.
   Где-то наверху раздался мерный гул. Под ногами завибрировало. Потом еще. И еще. Я поднял голову. Сквозь туман была отчетливо видна огромная - футов в двадцать - тень, которая куда-то направлялась, размахивая кучей щупалец.
   Я сплюнул через плечо. Новомодное суеверие. Увидел тень в тумане - не к добру. Тени заменяли черных кошек - которые вместе с товарками других мастей исчезли из города лет тридцать как. Одни говорили, что кошек сожрали существа из тумана, другие - что кошки ушли в туман и сами стали такими же существами, а третьи мрачно цедили, что кормить надо лучше, тогда никто и не уйдет никуда.
  
   Театр вольготно раскинулся по всему пустырю - грязно-белый, цвета тумана, шатер, несколько вагончиков да куча мусора. Измельчали нонче храмы Мельпомены, мать ее.
   - Один билет, - сунулся я в окошко, пытаясь рассмотреть в полутьме билетера.
   Откуда-то из глубины кассы невнятно проскрипели.
   - Один билет, - отчетливее повторил я. - На сегодняшний спектакль.
   - Дзть! - скрипнули громче. - Дзить!
   - Что? - я повернулся ухом. - Я не понимаю.
   - Ды-зы-ть!
   - Да десять! - похлопали меня по плечу. - Что пристал к иностранцу, вон же написано.
   Я поднял взгляд. Да, точно, для таких идиотов как я - бумажка "1 билет - 10 монет". Я скосил глаза на стоящего рядом мужчину. "Мистер Хардвик, 45 лет, вдовец, владелец скобяной лавки" - привычно защелкало в голове. - "Надо добавить - был 21 апреля в приезжем театре".
  
   ********
   В зале было сыро, не менее затхло, чем у меня в кукле, да вдобавок тканевая крыша текла.
   Я поежился, чихнул, отодвинулся подальше от лужи, которая скопилась рядом со мной - и стал изучать зал. Через пятнадцать минут у меня уже было готова весомая прибавка к досье, и я мог обратить внимание на сцену.
   Давали "Бурю" Шекспира. Просперо потрясал дурно приклеенной бородой. Калибан был органично уродлив и омерзителен. Ариэль почему-то то и дело щупал свое лицо. Миранда оказалась моей давешней клиенткой.
   А вот Фердинанд мне кого-то смутно напоминал. Э, да это же Тилли! Хох, прохиндей, вот ты где! Сбежал из города, примкнул к странствующему театру? Ну да, конечно, это всяко интересней, чем тухнуть в деревянной кукле. Ну вот только закончится представление, я тебя найду!
  
   Я не стал ждать, когда Просперо дочитает свой финальный монолог, и выскочил из театра. Обежал вокруг - и успел перехватить товарища, когда тот направлялся к вагончику.
   - Тилли! - окликнул я. - Тилли, чертяка! Куда пропал?
   Он даже не оглянулся.
   - Тилли! - я подскочил к нему и схватил за рукав. - Привет!
   Он медленно повернулся - и слова застряли у меня в горле.
   Нет, конечно, это был Тилли - и никто иной. Его нос, подбородок, скулы, волосы... Но нос набух, словно от удара, подбородок безвольно обмяк, скулы смазались, как сырая глина, а волосы висели мокрой паклей.
   - Тилли... - прошептал я. - Что с тобой стало...
   Кто-то быстро и крепко схватил мою руку, отцепил ее от рукава Тилли и резко отшвырнул - так, что у меня заныло плечо. Я поскользнулся на грязи и чуть не упал.
   За моим плечом стоял давешний "Просперо". Вблизи борода его казалась еще более дурно приклеенной, она топорщилась во все стороны, на коже из-под грима выступили красные пятна, а белесые старческие глаза обильно слезились. Для такой развалины подобная сила была неожиданной.
   - Ухдииии, - процедил старик. - Ухдии!
   - Но Тилли... - опешив, я повернулся к другу, но того рядом не оказалось. Он, неуклюже ковыляя - странно Тилли всегда славился ловкостью и гибкостью - был уже в паре десятков шагов от меня.
   - Извините, - пожал плечами я. - Видимо, обознался. Спутал с другом. Извините.
   Старик взглянул на меня - из-за слезящихся глаз и спутанной бороды я не мог увидеть его эмоций - что-то пробормотал, и ковыляя точь-в-точь как "Тилли", побрел прочь.
   Я застыл в растерянности. Неужели обознался?
   - Вы что-то забыли? - раздался за спиной мягкий голос. Я усмехнулся - на ловца и зверь того.
   - Добрый вечер, мисс, - галантно поклонился я, повернувшись. - А он добрый, не правда ли?
   Девушка слегка растерянно улыбнулась.
   - Вы не поверите, - продолжал удерживать инициативу я. - Сегодня у меня были дела, но я вдруг решил пойти в ваш театр. Представляете? И увидел вас! Это рука судьбы, не иначе.
   Тут я сделал паузу, давая девушке шанс вспомнить о сегодняшнем предсказании.
   Она рассеянно кивнула.
   Ну что ж, продолжим.
   - А вы верите в судьбу? - вкрадчиво спросил я.
   - Мне кажется, судьбе наплевать на то, верим мы в нее или нет, - рассмеялась девушка.
   Вот так, лед и треснул.
   - Как вы отнесетесь к тому, чтобы прогуляться? - спросил я. - Я покажу вам город.
  
   ********
   Да, наверное, предложение выпить кофе слегка неуместно для позднего вечера - но я не мог придумать ничего другого в сезон тумана. Город и так практически впал в оцепенение, закрылись многие лавки, и мне стоило большого труда уговорить хозяина кафе выставить столик на улицу.
   Туман добрался уже на эту улицу и тихонько колыхался на невидимом мне ветру.
   - К завтрашнему обеду тут уже никого не будет, - сказал я девушке.
   - Почему? - мелодичным голосом, рассматривая пенку на кофе, спросила она.
   - Туман совсем близко, - ответил я. - Он движется медленно - так что только к обеду перекроет площадь. Поэтому хозяин и не хотел, чтобы мы сидели тут - не за нас боится, нет, просто ему не хотелось заново убирать столик в подсобку.
   - Но почему вы говорите, что тут никого не будет?
   - Но люди же не останутся, когда здесь туман, - я не мог понять, она дразнила меня, задавая такой дурацкий вопрос?
   - Да, но разве речь идет только о людях?
   - А, вы про этих... - я махнул рукой в сторону тумана. - Но это же... это же... они.
   - А, ну да, ну да... - она кивнула и покрутила в руках чашку. - Верно, я и забыла.
   - Они вообще тут не должны быть, - мрачно ответил я. - Ученые до сих пор не колются, что это такое тогда было. Эксперимент, небось. Раскрыли какую-то дыру - из нее и полезла всякая шваль. А мы теперь живи с этим. Точнее, этими.
   - Угу, - вяло кивнула девушка.
   Я взглянул на ее гримасу скуки и спохватился:
   - О, простите меня, я увлекся. Ради Бога, простите...
   - Все в порядке, - улыбнулась она. - Мне, наоборот, интересно.
   - Да?
   - Да, - кивнула она. - Мне интересно, как здесь относятся к тем, кто живет в тумане.
   - Ну а что в других городах?
   - Да так же, - она пожала плечами. - Нелюбовь, иногда ненависть. Отвращение. Страх.
   - Ну это неудивительно, - кивнул я. - Люди боятся неизвестного.
   - Страх -- самое древнее и сильное из человеческих чувств, а самый древний и самый сильный страх -- страх неведомого... - отчего-то мечтательно произнесла она.
   - Что? - переспросил я.
   - Ах нет, не обращайте внимания, - махнула она рукой. - Старый знакомый.
   Я вежливо улыбнулся.
   - А как ваше имя? - спросил я.
   - Зовите меня Миранда, - ответила она.
   - Но это не настоящее имя, да?
   - Имя ничего не значит, - пожала плечами она.
   Я задумался, не зная, что ответить.
   - Скажите... - сказала она, водя пальцем по ободку чашки. Кофе она так и не отпила. - Скажите, а вы не думали, что те, кто живет в тумане, тоже как-то относятся к вам?
   - Эмн...
   - И их может интересовать, что вы думаете о них?
   - И им может не нравиться... - я посмотрел за ее спину и замер с открытым ртом.
  
   Туман надвигался. Медленно, вкрадчиво - но, черт возьми, как быстро! Он подползал к нам, словно собираясь взять в кольцо.
   - Что "и"? - спросила она.
   - Бежим, - отрывисто бросил я, вскакивая.
   - Что?
   - Бежим! - я схватил ее за руку, рывком сдернул со стула и практически потащил прочь.
   - Эй, - крикнул я в открытую дверь кафе. - Туман! Выметайтесь!
   Хозяин выскочил мгновенно, словно стоял рядом - и так же, как за пару минут до этого я, замер с открытым ртом. Вряд ли он успеет - только если бросит кафе открытым и побежит вслед за нами.
   У меня мелькнула мысль бросить Миранду, спасаться самому - но какой-то всплеск то ли благородства, то ли трусости помешал это сделать. Да, скорее всего именно трусости - вдруг кто узнает об этом малодушном поступке?
   Наконец, мы вывернули в проулок и остановились.
   Я тяжело дышал, глотая вязкую слюну. Ноги у меня дрожали, и пришлось опереться о стену, чтобы не упасть. Миранда была совершенно спокойна и, казалось, даже не запыхалась.
   - Вы... это... - пробормотал я. - Хорошо бе... бегаете.
   - Спасибо, - улыбнулась она. - Как я понимаю, на этом наш вечер окончен?
   Я смог лишь выдавить из себя улыбку да слабо махнуть рукой.
  
   ********
   Ночью мне не спалось. Я то забывался тревожным, тяжелым, липким сном - то вскакивал, разбуженный очередным кошмаром. Мне снился туман - и те, кто жил в нем. Кто мог жить в нем. Вряд ли природа была в состоянии додуматься до таких искореженных, извращенных, страшных созданий, какие в ту ночь рождал мой измученный мозг.
   Я подошел к окну и распахнул его, в надежде глотнуть свежего воздуха. Тщетно. Туман принес в город сырость, тлен и духоту. Что-то свистело в районе пристани - высоко-высоко, на грани тончайшего писка. Меня передернуло, и я захлопнул окно. Потом забрался в кровать, завернулся в одеяло и так, прижавшись спиной к стене, намеревался провести остаток ночи.
   Что-то произошло, я отчетливо понимал, что что-то произошло. Сегодня. Но что я сделал не так? Я обидел туман? Фу, какие глупости. Я обидел тех, кто живет в тумане? Но о них и не так отзывались, например тот же Тилли. А Тилли жив-здоров, я же его вот видел. Ну, может быть, не совсем и здоров, но ведь жив... А Джок? Такого ненавистника тумана еще поискать надо - бывший моряк, он лишился средств к существованию и теперь был вынужден охранять липового предсказателя. Но вот, Джок не то что жив, а еще и здоров как бык.
   - Твою мать! - процедил сквозь зубы я.
   - Ою ать! - тоненьким дребезжащим голоском донеслось с потолка.
   Я истошно заорал, скатился с кровати, нащупал на тумбочке будильник и что есть силы запустил его в сторону, откуда был слышен голос. Раздался хруст и звук осыпающихся на пол деталей.
   - Аааааа! - в тон моему ору ответил голос.
   Я нашарил рукой выключатель - и щелкнул его, будучи готовым в любой момент выскочить из комнаты.
   На потолке сидела огромная - с локоть - мокрица. Да, огромная, да, с локоть - но мокрица.
   - Уф, сука, - выдохнул я.
   - У! Ука! - сообщила мокрица все тем же дребезжащим голоском.
   Остаток ночи я провел на кухне, придавив дверь комнаты одним из кухонных шкафов.
  
   ********
   Наутро я сказался Джоку больным и отказался работать. С меня хватило и давешних приключений - а ожидать новых, будучи запертым в тесный ящик, я не собирался.
   Джок долго матерился, размахивал руками, но ничего поделать не мог.
  
   Девушку я нашел сразу, она сидела на пороге одного из вагончиков и разговаривала с парнем, которого я принял за Тилли. Увидев, что я приближаюсь, "Тилли" развернулся и поковылял прочь.
   - Доброе утро, - сказал я, глядя ему в спину и подходя к девушке.
   - Доброе, - ответила она. - Вы интересуетесь нашими актерами?
   - О нет, только одним, - я указал рукой. - Мне просто показалось, что это мой старый приятель. Обознался, бывает.
   - Обознался, бывает, - эхом отозвалась она.
   - Вы ночью ничего... ммм... не замечали? - осторожно спросил я.
   - Смотря, что вы понимаете под необычным, - лукаво прищурилась она.
   Я ухмыльнулся и развел руками.
   - Замечательно, - вдруг сказала она. - Просто замечательно. Я и не ожидала, что мне так повезет.
   - М? - спросил я.
   - Предсказание, - пояснила она. - Кукла-предсказатель в балаганчике в парке.
   - А, - кивнул я.
   - Мне нагадали удивительную встречу.
   - А, - снова кивнул я, не понимая, к чему она клонит.
   - Я сначала думала, что у вас неплохое лицо...
   - Спасибо, - усмехнулся я.
   - Но вы быстро бегаете. Значит, и с телом все в порядке.
   Я хотел спошлить, но она продолжила:
   - У нас нехватка новых кадров. В предыдущих городах неудачно было. Только Калибану сейчас хорошо. Я бы с удовольствием поболтала бы с вами - но это мы можем сделать и потом. А Ариэлю так нужно новое лицо!
   А потом она протянула руку, и на ее ладонь лег туман.
  
   ********
   Я могу представить, как теперь выгляжу. Не увидеть, нет - здесь нет зеркал, а стенки банок ничего не отражают. Я могу только смотреть на других - и в них видеть себя. Голова. Череп без волос, ушей, век, губ - без кожи. Мясо - под воздействием вещества, в которое мы погружены, оно стало иссиня-фиолетовым - и мышцы. Больше ничего. Головы. Фиолетовые шары с неморгающими глазами, немым ртом и сознанием, бьющимся в черепе как птица в клетке.
   Тилли плавает в самой крайней банке. Надо сказать, что узнать его крайне сложно - все свои характерные черты он оставил в лице, которое носит каракатицеподобное существо.
   Я как-то видел, как актеры переодевались. Если бы я мог, то, наверное, упал бы в обморок - но у меня нет тела, чтобы падать, нет глаз, чтобы их закрыть, нет шеи, чтобы отвернуться, да и с сознанием что-то не то, так как никак не удается его потерять. Там, под человеческой кожей, которую они натягивают на себя, как девушки натягивают чулки, пульсируют комки плоти с щупальцами, присосками, псевдоподиями - я не знаю, как назвать все те отростки, которыми пестрят их тела. После спектаклей кожа сушится в гардеробной - я буду называть ее так - на крючьях, словно сдутые резиновые куклы в ожидании праздника.
   Мое лицо неплохо сидит на Ариэле. Надо же, я никогда не думал, что мои черты могут стать такими... девичьими. Думаю, если бы мне это сказали когда-то тогда, я бы обозлился, может быть, полез в драку. Сейчас же я смотрю на Ариэля, и думаю, что это - не самая плохая роль для моего лица. Хотя всех нас рано или поздно ждет Калибан.
   Именно ему достаются все лица, вся кожа, пришедшая в негодность. Костюм, сшитый из них, висит на нем мешком, из прорех то и дело проглядывают щупальца - но кто это заметит? Несколько раз куски кожи отвалились с него прямо во время представления - но даже на это зрители не обращали внимания. Тупые, слепые зрители, неужели вы ничего-ничего не видите?
   Нас не так много. Девушка - я так и не могу выучить ее настоящее имя, а называть Мирандой не поворачивается язык - да, да, язык у меня тоже остался - говорит, что мы лучшие, что нам повезло. Мне сложно быть согласным с ней. Наверное, везение было бы в том, чтобы умереть.
   Но театру надоело ставить "Бурю". Вот уже десять лет в нем идет только "Буря" - единственная книжка, которую они много лет назад обнаружили в одном из городов. Теперь книги редкость, бумага быстро сыреет в новом климате, страницы рассыпаются, плесень сжирает буквы. Они так больше и не нашли ни одной. И живут в вечной "Буре".
   Они хотят, чтобы мы придумали новые истории. Странные истории, красивые истории, великие истории - чтобы зрители рыдали и смеялись, кричали и аплодировали.
   Мы плаваем в мутном, вязком растворе, не моргая, не дыша, дрожа кончиками языка - и пытаемся придумать истории. А потом приходит девушка, чье имя я не могу запомнить, засовывает в банки какой-то механизм - и дрожание языка превращается в слова. И мы рассказываем.
   А потом снова погружаемся в немоту.
   И одна мысль, одна мысль почему-то преследует меня теперь, бьется в висках, пульсирует на языке.
   Почему я, раздавая людям будущее, - так и не придумал его для себя?
  

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Енодина "Не ради любви" (Любовная фантастика) | | О.Обская "Невеста на неделю, или Моя навеки" (Попаданцы в другие миры) | | Лаэндэл "Заханд. Финал" (Боевое фэнтези) | | А.Оболенская "С Новым годом, вы уволены!" (Современный любовный роман) | | А.Респов "Эскул. Небытие" (ЛитРПГ) | | М.Ртуть "Черный вдовец" (Попаданцы в другие миры) | | Л.Каминская "Не принц, но сойдёшь " (Юмористическое фэнтези) | | М.Ваниль "Исцели меня собой" (Романтическая проза) | | А.Эванс "Право обреченной 2. Подари жизнь" (Любовное фэнтези) | | М.Анастасия "Хороший ректор - мертвый ректор" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"