Шевченко Юлия: другие произведения.

Осколки неба

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ПРОДА от 28.08.2022



Осколки неба

Влечение сердец рождает дружбу,

влечение ума - уважение,

влечение тел - страсть, и только

все три вместе рождают любовь.

Конфуций

   Пролог
  
   С силой нажимая на кнопку вызова лифта, нетерпеливо переступала с ноги на ногу - я физически ощущала, что время утекает сквозь пальцы. Ругнувшись сквозь зубы, ласточкой понеслась к лестнице, набирая в миллионный раз номер Яны. И в миллион первый раз слушая женский механический голос, сообщавший, что "Абонент находится вне зоны действия сети. Оставьте сообщение или перезвоните позднее". От злости и бессилия захотелось бросить телефон об стену, но я прекрасно понимала, что смартфон ни в чём не виноват, и Янка, поганка, вырубила свой телефон, чтобы ей не наяривали друзья, родители или те суки, которые посмотрели видео, в конце которого был указан "номер сговорчивой шлюхи".
   Бросив мимолётный взгляд на табличку "8 этаж", висящую на стене, только застонала и прибавила скорости - впереди меня ждали ещё двенадцать этажей и одиннадцать ступенек, ведущие к выходу на крышу.
   Я должна успеть... Нет, обязана! Ближе Янки у меня никого нет, и если с ней что-то случится, я себе этого просто не прощу!
   13 этаж... 15 этаж... Ещё немного...
   На ходу открыв мессенджер, нажала на микрофон и, стараясь не сильно пыхтеть и внятно выговаривать слова, затараторила:
   - Яна, не глупи! Не вздумай ничего с собой сделать, ты, идиотка притырошная! Яна, это не конец света! Прошу тебя, ответь на мои звонки!!!
   Споткнувшись на ровном месте, выронила сотовый, экран которого обиженно мигнул и затем погас. Но мне было плевать на дорогую игрушку. Поэтому я даже не стала возвращаться за ним - сопрут, значит, так тому и быть. Янка важнее.
   И лишь преодолев очередной лестничный пролёт, и чувствуя, как сердце громко колотится о рёбра, а ноги буквально подгибаются от перенапряжения, поняла, какого дурака сваляла. Янкин же телефон выключен, так какого лешего я тратила время и дыхание, отправляя голосовое сообщение? Это не моя подруга идиотка притырошая, а я.
   Слава Богу, 20 этаж! Остались несчастные ступеньки и я у цели! Лишь бы не опоздать...
   Ворвавшись на крышу, заметила тонкую фигурку, стоящую на парапете за низким металлическим ограждением, и держась за поручни руками. Холодный ветер трепал светлые волосы, серую толстовку размера оверсайз и безжалостно толкал в спину суицидницу, словно наслаждаясь представлением. Заходящее февральское солнышко окрасило эту жуткую картину в багрово-красные тона, отчего по спине пробежали мурашки.
   Господи, я успела... Успела!
   Но нет, радоваться пока рано. Вот как только стащу Васильеву с крыши, как только вернёмся на нашу уютную кухню, как только выпьем по 250 грамм коньяка, припрятанного мной на днюху, вот тогда и можно будет не только порадоваться, что подруга жива и здорова, но и вдоволь на неё наорать, а потом и посмеяться и порыдать. Но не сейчас. Сейчас нужно стащить Янку с парапета.
   - Ян... - горло, схваченное нервным спазмом, отказывалось вталкивать слова, поэтому получился какой-то хрип, а не нормальная человеческая речь. - Ян, слезай! - но я не отчаивалась и вновь принялась увещевать подругу. - Не дури!
   - Тоня?! - подруга удивлённо обернулась ко мне, отчего неловко качнулась вперёд.
   Честно, у меня чуть разрыв сердца не приключился, а судя по воплям, раздавшимся снизу, Яну, наконец, заметили либо жильцы дома, либо прохожие. Стало слышно, как истошно верещит какая-то женщина, мужчина нервно и довольно громко называет адрес нашей многоэтажки - видимо, вызвал скорую или полицию, а может быть и МЧС.
   Значит, мне нужно в лепёшку расшибиться, но удержать Янку от опрометчивого поступка. И продержаться необходимо до приезда специалистов. Ведь я из той категории людей, который скорее пожелает приятного полёта и подтолкнёт в спину, а не будет слёзно просить спуститься и не совершать глупостей. Но сейчас речь идёт о Васильевой, поэтому мне ни в коем разе нельзя отступать и ехидничать.
   - Конечно же, я, - растянув дрожащие губы в улыбке, сделала робкий шаг по направлению к девушке. - Ян, ну, ты чего надумала? А о родителях, обо мне и о своём ненаглядном Егоре ты подумала?
   Сообразив, что всё же съехидничала, мысленно отвесила себе пощёчину. Деликатней нужно быть, Антонина, деликатней!
   - В первую очередь о вас и думала, - пошла на контакт Янка. - Вот скажи, каково тебе будет дружить с той, кого голой вываляли в собачьих экскрементах, а потом заставили прогуляться в таком виде по центру города?
   - Ян, во-первых, мне всё равно, в каком виде ты гуляла по городу - хоть нагишом, хоть на ходулях, и ты это прекрасно знаешь, - обида, отчётливо зазвучавшая в моё голосе, заставила поморщиться светловолосую девушку. - А во-вторых, эти уроды накачали тебя наркотой, поэтому ты и выполняла все их команды. И они понесли заслуженное наказание, - вспомнив о том, что отморозков поймали в тот же день, когда я принеслась с выпученными глазами в отделение полиции, размахивая Янкиным заявлением, решила подсластить пилюлю.
   - Мне от этого не легче, - тихо прошелестела Васильева. - Видео по всей сети гуляет... И сегодня, когда я зашла в супермаркет за продуктами, ко мне прицепились какие-то тинейджеры, требующие, чтобы я сняла майку и показала им грудь, а то "видюха хренового качества".
   - Ты их лица, надеюсь, запомнила? - сжав кулаки, злобно проскрежетала зубами. Я никому и никогда не дам в обиду дорогих моему сердцу людей. И это не бахвальство. У меня редко слова с делом расходятся, а удар хорошо поставлен - зря, что ли пять лет в секцию бокса проходила.
   - Нет, Тонь, - плечи подруги поникли, а в голосе зазвенели слёзы. - Я бросила в них корзиной и убежала из магазина, позорно рыдая.
   - Ян, ну обделила природа этих идиотов как мозгами, так и чувством такта, что ж теперь, с крыши из-за них сигать?!
   - Не из-за них, Тоня, а из-за того, что я не хочу больше жить! - истерично взвизгнула подруга, опасно накланяюсь вперёд.
   - Васильева, не двигайся! - теперь пришла моя очередь истерично орать и заламывать руки. - Хочешь, мы уедем отсюда? - Заметив, как Янка повернулась ко мне, зачастила с пулемётной скоростью: - Я имею в виду не квартиру, а город... Страну, если тебе этого захочется. Обратимся к психотерапевту. Ян, ты знаешь, что я человек прямой...
   - Знаю, - невесело хохотнула подруга. - Про таких говорят "прямее только рельсы".
   - Вот-вот, - радуясь тому, что Васильева начала шутить и, хоть и криво, но улыбаться, мысленно скрестила пальцы на удачу. - Поэтому скажу честно: Янка, ты не первая и не последняя, кто подвергся буллингу. Тысячи людей ежедневно сталкиваются с различными проявлениями травли в школе, в университете, на работе и даже дома, но они же как-то справляются! А ты у меня "несгибаемая Янка"! Помнишь, тебя так в универе окрестили, когда ты не сдалась под натиском первого красавчика всея политеха - Сашки Прихотько?
   - Помню, - ещё шире улыбнулась подруга, а у меня аж от сердца отлегло - кажется, всё потихоньку начинает налаживаться. - Но тогда была другая ситуация, Тонь. Тогда меня только поклонницы Саши в темных углах универа зажимали, и шипели угрозы, а в этот раз были реальные издевательства.
   - Ян...
   - Тонь, прежде чем вывалять меня в дерьме, они пустили меня по кругу, - тихо, на грани слышимости, прошелестела Васильева. - Я не очень хорошо это помню... Точнее совсем не помню, но в кошмарах, которые снятся мне каждую ночь, воспоминания возвращаются. - Повернувшись ко мне всем телом, теперь девушка стояла спиной к опасному обрыву. - И тогда, в больнице, когда ты старательно отводила глаза и мямлила, что меня просто опоили наркотиками, мне на телефон пришло сообщение со ссылкой и довольно откровенными фотографиями. Перейдя по ссылке, в подробностях полюбовалась на свой позор...
   Да, я отчётливо помню момент месячной давности, когда я вернулась в палату подруги, и застала ту истерично то ли воющей, то ли хохочущей. Испугавшись, как бы у Янки крыша на нервной почве не поехала, заорала на вторую девушку, сжавшуюся на своей койке, чтобы она позвала медсестру с лошадиной дозой успокоительного, а сама бросилась скручивать подругу, справедливо опасаясь, что она сделает что-нибудь с собой. Дождавшись, когда Янка вырубится под действием успокоительного, сцапала её телефон, валяющийся на полу, и принялась листать переписку в поисках того, что довело мою уравновешенную Васильеву. И нашла... Но я даже подумать не могла, что Янка что-то скрыла от меня.
   И теперь хоть понятно, почему в конце видео были слова про шлюху... Суки!
   - Почему ты не сказала ничего в полиции?
   - Вначале я не помнила, да и транквилизаторы глуши все чувства, начиная от страха и заканчивая любопытством, а потом мне стали сниться эти сны...
   - Так, спускайся, и топаем в полицию! Напишешь ещё одно заявление!
   Пока я удачно заговаривала девушке зубы, умудрилась практически вплотную подойти к ней. Ещё два-три шага, и я смогу вцепиться в руки Васильевой и втянуть субтильную блондинку обратно на крышу.
   - Нет, Тонь, я не хочу больше никаких допросов, очных ставок, медицинских заключений и судебных разбирательств, - неожиданно твёрдым голосом заявила Янка. - Мне надоело... Хочется, просто обо всём забыть.
   - Яна, не делай этого! - Не отдавая себе отчёта в своих действиях, резко бросилась вперёд, надеясь успеть перехватить подругу, но поймала только воздух. Васильева разжала руки и полетела вниз спиной вперёд. - ЯНА!..
  
   Глава 1.
   Четыре месяца спустя
  
   - Яна! - громко заорав, резко села в постели. По щекам текли слёзы злости и обиды, а руки мелко подрагивали. Действие успокоительного прошло... Либо я к нему уже привыкла и нужно покупать что-то более сильнодействующее.
   Откинув одеяло, поискала ногами тапочки, и, не найдя искомые, пошлёпала босиком на кухню. Мой расчёт был прост: не помогают успокоительное и снотворное, значит, поможет крепкий алкоголь. А такого теперь в моей квартире с избытком - остался после похорон Яны.
   Прошло уже четыре месяца со дня смерти моей лучшей и единственной подруги. А я всё не могу успокоиться и свыкнуться с мыслью, что Васильевой больше нет. По привычке, когда возвращаюсь домой, громко зову Янку и интересуюсь, что у нас на ужин. А потом, когда в ответ меня ждёт только тишина, вспоминаю, что Яна мертва.
   Достав из шкафчика начатую бутылку коньяка, от души плеснула янтарную жидкость в высокий стакан и бросила туда несколько кубиков льда.
   Настежь распахнув оконную створку, уселась на подоконник, свесив ноги из окна. Что, высоко и страшно? Как-никак 9 этаж! Да пофиг!
   Сделав приличный глоток коньяка, довольно прищурилась - через 10-15 минут мне полегчает, и уже не так будет паршиво на душе. И может быть мне даже удастся поспать... Точнее провалиться в тёмную яму без сновидений. Иначе я буду выглядеть как полудохлый зомби, а Янка не любила, когда её лучшая подруга отсвечивала синяками под глазами, что панда.
   Янка... Дурная моя подружка.
   В тот день, когда Васильева сиганула с крыши, а полицейский, которой о словах "вежливость" и "тактичность" даже не слышал, сообщил родителям Яны, что их дочь покончила с собой, тётя Маша попала в больницу с инсультом, а дяде Пете и Стасу - старшему брату Яны - пришлось разрываться между полицейским участком, моргом и похоронным бюро. Нет, я, конечно, старалась перетянуть на себя часть неприятных обязанностей, но всё же Петра Васильевича потянули на опознание тела, хотя я и подтвердила личность погибшей. Но нашим бюрократам плевать на всех и вся, лишь бы сто одна бумажка были заполнены и три тысячи подписей поставлены.
   Тело Яны отдали родным через три дня, когда судмедэксперт подтвердил, что девушка не находилась под действием алкоголя или наркотических веществ, ну а то, что в крови были обнаружены сильнодействующие транквилизаторы, так то понятно - в полиции быстро раскопали дело с видео и с гулянием по центру города голышом. Сотрудники правоохранительных органов лишь печально покачали головами, мол, такая молодая и красивая, ей бы ещё жить и жить, наотрез отказались заводить уголовное дело в соответствии с пунктом 2 подпунктами г) и д) статьи 110 УК РФ "Доведение до самоубийства". Видите ли, правоохранительные органы не нашли состава преступления, ведь парни, накачавшие Яну наркотой, уже счастливо сидели в тюрьме и никак не могли повлиять на дальнейшее поведение девушки.
   Как только родные получили тело, отлаженный механизм похоронного бюро пришёл в движение. Через сутки все, кто изъявил желание, могли прийти в помпезный холл крематория и попрощаться с Янкой, облачённой в белое свадебное платье и загримированную так, что даже я, будучи прямым участником трагедии, усомнилась в правдивости своих воспоминаний. Казалось, будто подружка спит, и стоит её только посильнее потрясти за плечо, как она распахнёт свои голубые глаза и так отчитает разбудившего её, что мало не покажется.
   Почему прощание походило в крематории? Да потому, что суицидников не отпевают и не хоронят на кладбище. Поэтому дядя Петя и решил кремировать дочь - всё лучше, чем похоронить за кладбищенской оградой и знать, что любой сможет надругаться над могилой родного человека. Да и Янка, моя романтичная Янка, как-то обмолвилась, что если с ней что-нибудь случится, то она хочет, чтобы её прах развеяли над морем. К сожалению, до моря от нас как до Луны пешком, поэтому пришлось ограничиться местной рекой.
   Людей, пришедших проститься с Васильевой, пришло такое количество, что не все поместились в довольно просторном холле. Да и как иначе? Ведь Янка была светлым, добрым и ласковым человечком, про таких ещё говорят "душа компании". Родственники, друзья, бывшие одноклассники и сокурсники, знакомые по университету, коллеги по работе, и множество поклонников, которые все как один припёрли белые розы. От их приторно-сладкого запаха у меня практически моментально разболелась голова, а перед глазами поплыли разноцветные круги, но я не могла выйти на улицу. Дядя Петя умчался решать какие-то вопросы, связанные с поминальным столом, поэтому за "старших" остались я и Станислав, на котором лица не было.
   Стаська души не чаял в своей младшей сестрёнке, баловал её нещадно и практически во всём потакал. И даже оплатил обучение сестры в престижном ВУЗе - к тому моменту, как Янка должна была поступать в университет, Стасик открыл своё дело, связанное с организацией праздников, и дела его шли в гору. Поэтому я откровенно опасалась, что Станислав наложит на себя руки, чтобы уйти вслед за сестрой. Но нет, слава Богу, чувство долга перед родителями, обида на Яну за то, что не рассказала всей правды, и злость на самого себя за то, что не доглядел, не уследил, не давали парню сорваться.
   Ну а я... Я жила только одной мыслью, что отморозки, совершившие такое с Васильевой, выйдут на волю через три года (да-да, наше законодательство лояльно относится к тем, кто искренне раскаивается и активно сотрудничает со следствием). И тогда их встречу я, агрессивная и озлобленная Антонина Медведева. Думаю, переломанных ног, рук и сотрясений мозга с них будет вполне достаточно. Что, я сама могу загреметь на нары после такого, ведь у меня 1 разряд по боксу и это будет являться отягчающим обстоятельством? Пле-вать!
   Помогая разместить многочисленные венки, букеты цветов и мягкие игрушки (никогда не понимала этой "фишки") возле гроба, пропустила момент, когда настала моя очередь прощаться с подругой. Станислав, как и всегда, максимально тактично намекнул на время, и мы вместе с ним подошли к гробу. Пачка успокоительного, сжеванного утром, уступила в борьбе с истерикой, поэтому я, позорно всхлипнув, рухнула на колени перед гробом Яны и громко разрыдалась. Не помню точно, но, кажется, я просила прощения у подруги за то, что не поняла раньше, насколько ей плохо, за то, что не догадалась, что Васильева что-то скрывает, за то, что не смогла отговорить, удержать, за то, что не успела поймать.
   Пришла я в себя, лишь когда Станислав отвесил мне довольно ощутимую пощёчину. Мы находились с ним на улице, укрылись в закутке, где обычно курили сотрудники крематория. На мои плечи был накинут его пиджак, а сам парень стоял на пронизывающем ветру в одной чёрной рубашке. По опухшим глазам, я поняла, что и Стас оплакивал сестру не только в душе.
   - Прости... - хрипло извинилась, и попыталась вернуть пиджак, но была остановлена гневным взглядом. - Нужно возвращаться. Я хочу видеть, как гроб Яны покатят в печь.
   - Уже, - последовал короткий ответ.
   - Что "уже"? - из-за недосыпа, стресса и истерики мозг соображал туго, поэтому я не сразу поняла, о чём говорит молодой человек. - Ты хочешь сказать, что Яну... Что её сожгли? - чувствуя, как к горлу вновь подкатывает тугой комок, поспешно задышала ртом, стараясь успокоиться.
   Стас лишь молча кивну и затянулся сигаретой. Его пальцы подрагивали, а по небритым щекам котились слёзы.
   Ошеломлённая тем, что не смогла подобающим образом проводить в последний путь подругу, устало привалилась к холодной стене, абсолютно не заботясь о сохранности чужой вещи. Станислав, заметив, что я сползла на стылую землю, присел рядом со мной на корточки, и крепко обнял, прижимая к тёплому боку. А мне было откровенно всё равно, заболею ли я или нет.
   Спустя несколько часов, когда нам выдали урну с прахом Яны, а все желающие отправились в кафетерий, в котором проводились поминки, дядя Петя, Стас и я отправились на мост - любимой место моей мечтательницы Яны. Стоя на пронизывающем ветру, который с каким-то особым остервенением трепал полы наших курток и мои кортике волосы, Пётр Васильевич развеял прах дочери над рекой. Практически как того и хотела Янка.
   Вежливо отказавшись от посещения поминок, вызвала такси и отравилась домой - зализывать душевные раны и подыскивать новое жильё. Квартира, в которой мы жили, принадлежала Васильевой. Не думаю, что после смерти дочери дядя Петя и тётя Маша захотят оставлять жилплощадь себе. Скорее всего, выставят на продажу и посторонний человек, пусть даже и лучшая подруга их дочери, будет явно лишним.
   Но не успела я переступить порог квартиры, как мне позвонил дядя Петя и непререкаемым тоном объявил, что "у меня есть полгода на то, чтобы подумать, хочу ли я владеть этой квартирой или нет". Если мой ответ положительный, то, как только родители Яны вступят в права наследования, они перепишут жилплощадь на меня. Если же нет, то я могу продолжать жить в квартире, пока не куплю своё собственное жильё либо не найду парня, у которого будут личные квадратные метры. Удивившись странному предложению дяди Пети, обещала подумать над этим.
   Тем же вечером приехал Стас и привёз несколько ящиков элитного алкоголя. Мол, дома или у себя оставлять не будет, боится, что либо дядя Петя, либо он сам уйдут в запой, поэтому и хочет оставить алкоголь у меня. Безразлично пожав плечами, помогла разгрузить машину и, скомкано попрощавшись с парнем, захлопнула перед его носом дверь. Возможно, Стас хотел поговорить о сестре, о нашем с ней разговоре на крыше или просто повспоминать моменты, связывавшие нашу троицу, вот только я была не в состоянии. Я буквально чувствовала, как истерика скребется внутри меня, а чёрная, непроглядная депрессия засасывает не хуже омута.
   Слава Богу, через несколько месяцев Марии Анатольевне стало лучше и, пройдя полный курс реабилитации, она вернулась домой. Женщина выглядела практически так же, как и до смерти дочери. Вот только левый глаз, который практически не открывался, и немного скошенный левый же уголок рта, выдавали то, что тётя Маша перенесла инфаркт. Станислав с головой погрузился в работу, расширяя бизнес, и изредка появляясь на пороге моей квартиры. Нет, мы не спали с ним, и не стали лучшими друзьями, мы просто выходили на прогулки на набережную, в кино, в кафе и только раз или два в клуб, когда уже было невмоготу и хотелось кричать от безысходности и одиночества. Дядя Петя держится молодцом, впрочем, как и всегда. Вот только он взялся опекать меня, словно родную дочь... Словно искал замену Янки, отчего на душе становилось гадко, и я старательно и в большинстве случаев вполне успешно избегала с ним встреч.
   Допив остатки коньяка, поставила пустой стакан в раковину и отправилась собираться. Сегодня ровно четыре месяца, как Яны не стало. И каждый месяц, 13-го числа, я еду на мост, туда, где был развеян прах моей лучшей подруги.
   Сегодняшний день не стал исключением. Надев чёрное платье длиной до колен, с V-образным вырезом и рукавами-фонариками, уложила волосы. Придирчиво осмотрев себя в зеркале, осталась довольна - Янке нравилось, когда я прихорашиваюсь. Брызнув на запястья духами, схватила чёрный клатч и обулась в чёрные же босоножки на низком квадратном каблучке. Ну вот, я готова.
   Высочив из квартиры, решила не дожидаться лифт, и легко побежала вниз по ступенькам. Миновав прохладный вестибюль подъезда, пробкой выскочила в одуряющую июньскую жару. Не знаю у кого как, а вот на юге страны стояла невыносимая жара, при которой даже в тени было выше тридцати градусов. Поэтому нет ничего удивительного в том, что по моей спине моментально потекли капельки пота, а на лбу выступила испарина.
   Добежав до остановки, вскочила в нужный автобус, уже собиравшийся отъезжать, и устало прикрыла глаза. Нужно что-то делать с ночными бдениями и кошмарами. Длительный отпуск, взятый на работе в связи с трагическими событиями, подходит к концу, так же как и сбережения, поэтому пора брать себя в руки и выходить на работу. На которой, чёрт побери, всё и все будут напоминать о Яне.
   Я была старше Яны на год, поэтому, к тому моменту, как Васильева закончила университет, уже работала помощником главного редактора гламурного журнала и вела спортивную колонку в местной газете. Яна, недолго думая, не только поступила в тот же институт, что и я ранее, но даже на ту же специальность! Поэтому мне ничего не оставалось, как подсуетится и устроить Васильеву в тот же фэшн-журнал, где работала и я. Так было даже веселее: можно было перемывать косточки коллегам, не вдаваясь в пространные объяснения, да и домой мы возвращались, как правило, вместе. И если на меня, рослую брюнетку, мало кто мог покуситься, то на субтильную и хрупкую блондинку заинтересованно косились многие, а некоторые ещё и руки осмеливались тянуть. Пока либо я, либо Стас не объясняли наглецу, что так делать нельзя и для жизни опасно.
   Выйдя за одну остановку до нужного места, свернула в цветочный магазин и купила двадцать четыре ромашки - так любимые Васильевой. (Я же говорила, что Янка была романтичной особой.) И чётное число не потому, что так положено, а потому, что Яне было всего лишь двадцать четыре года, когда она умерла.
   Поднявшись на мост, недовольно прищурилась - на том месте, куда я обычно кладу цветы, стоял какой-то парень и пристально смотрел на воду. Нет, конечно, я могла попросить его сдвинуться на несколько метров влево или вправо, но не хотелось потом всё время ловить настороженные или заинтересованные взгляды незнакомца. Поэтому решила, что Яна простит меня, если я возложу цветы не на то место, на котором мы развеяли её прах, а немного левее.
   Тряхнув волосами, бросила солнцезащитные очки в клатч и, игнорируя любопытного соседа, положила ромашки на широкий каменный поручень. Расправив их лепестки и листики, критически оглядела дело рук своих и осталась довольна.
   "Ну, привет, овца! - как и при любом мысленном разговоре с Васильевой мне с трудом удавалось сдерживать гнев и обиду. - Надеюсь, тебе сейчас хорошо, и ты нежишься на райских Мальдивах. А вот мне и твоим родным без тебя, Янка, очень плохо и тяжело..."
   Предательские слёзы покатились по щекам (как будто было малого того, сколько я выплакала конкретно за это утро, и в целом за четыре месяца). Но я даже не подумала их стирать. Зачем? Уж лучше я выплесну свою боль через слёзы, крики и истерику, чем напьюсь в драбадан и набью кому-нибудь морду.
   И да, я, как верующий человек, знаю, что самоубийцы не попадают в рай. И от осознания этого, мне становилось ещё тоскливее и страшнее за мою Янку. Поэтому буду тешить себя лживыми иллюзиями о счастливом Янкином послесмертии.
   - Девушка... - раздавшийся справ мужской баритон, вырвал меня из мысленного общения с подругой. - Почему вы плачете?
   - Потому что это не ваше дело, - моментально огрызнулась, одарив нахала уничижительным взглядом.
   К сожалению, разглядев нарушителя моего личного пространства, в моём взгляде появилось не только раздражение, но и лёгкая степень заинтересованности (будь проклята женская сущность!..). Передо мной стоял идеал любой женщины - высокий темноволосый альфа-самец с широкими плечами, прямой талией и узкими бёдрами. Даже человеку, далёкому от спорта, стало бы понятно, что незнакомец профессионально занимается (либо занимался ранее) борьбой, плаванием или греблей - короче, тем видом спорта, где развивается круглая мышца спины.
   С первого взгляда было понятно, что мужчина знает толк в моде, поэтому выбранная им одежка - тёмно-синие бермуды, подобранная в тон приталенная футболка с V-образным вырезом и белые кроссовки с лейблом известной фирмы - выгодно подчёркивали его фигуру и бронзовый оттенок кожи. На запястье местного денди красовались далеко не дешёвые механические часы, на груди, приковывая внимание, висела кожаная сумка-слинг, а глаза прятались за массивными солнцезащитными очками-маской. И если бы не шикарная фигура, брендовые шмотки и аксессуары, которые буквально кричали, что передо мной стоит довольно обеспеченный мужчина, то фиг бы я его из толпы выделила с его-то самой обыкновенной внешностью: тонкими губами, прямым носом, высоким лбом и подбородком с ямочкой.
   В памяти моментально всплыла статья, написанная Васильевой около полугода назад - Янке как раз досталась тема "Люди с ямочками на подбородке: ангелы или демоны?". Так вот, пока она собирала информацию по вопросу, пока перелопачивала туеву тучу литературы по физиогномистике, пока писала статью на поставленную тему, моя соседка по квартире не переставала делиться со мной полученной информацией. Честно говоря, искренне полгала, что слушала её трескотню вполуха, и что забыла всё сказанное Яной в следующую же минуту, но сейчас, столкнувшись обладателем ямочки на подбородке, память выдала довольно приличный объём сведений, которыми со мной щедро делилась Васильева.
   Итак, Лафатер считал ямочку на подбородке признаком добродушия. Монтегацца отмечал, что ямочка, увеличивая привлекательность, указывает на то, что у этого человека тело красивее души. А Ламброзо, описавший в своих трудах особенности внешности "типичных преступников", считал, что выдающийся вперед четырехугольный, раздвоенный подбородок выдаёт прирожденного убийцу, а подбородок более аккуратный, с ямочкой посередине, характерен для мошенника, внешность которого вообще довольно добродушная и располагающая к себе.
   Также издавна считалось, что люди с ямочкой на подбородке "поцелованы Богом" - натуры яркие, неординарные и артистичные. И в то же время, они имеют ряд черт, делающих их довольно опасными личностями.
   На Руси тоже не обошлось без своих, местных, поверий. Мужчин с ямочкой на подбородке в целом не жаловали. Им приписывали непостоянство, необузданный темперамент и упрямство. И в тоже время добрых молодцев, отмеченных ямочками на подбородке, уж очень любили девушки.
   Вот и пойми теперь, какой типаж стоит передо мной: добряк, гнилая душонка в красивой обёртке, убийца или мошенник, неординарная, но поехавшая крышей натура, или же темпераментный и упрямый мужчина?
   - Вы на меня так смотрите, словно пытаетесь заглянуть в душу, - открыто улыбнулся незнакомец, снимая солнцезащитные очки. Глаза у него оказались глубокого карего цвета, отчего мне неожиданно стало не по себе, и я склонилась к неординарному, но поехавшему крышей типажу. - А теперь в ваших глазах плещется настороженность, - всё не унимался мужчина.
   - Послушайте, вы совсем ничего про личное пространство не слышали? - решив, что быть милой и приветливой с незнакомыми людьми совершенно не обязательно (хотя, когда была жива Яна, я активно выдавливала улыбку и рассыпалась в витиеватых и вежливых фразах, если со мной заговаривали незнакомые люди). - Я пришла к подруге, поэтому прошу вас по-хорошему - идите своей дорогой! - и я отвернулась, решив игнорировать приставучего мужика.
   - Я знаю, Антонина, что сегодня четыре месяца, как умерла Яна.
   Мужчине удалось всего одной фразой разбить моё душевное равновесие, собранное из кусков с таким трудом. Резко крутанувшись на пятках, вцепилась похолодевшими пальцами в ворот тёмно-синей футболки, и с силой дёрнула незнакомца на себя. Когда наши лица оказались на одном уровне, я, из последних сил сдерживая себя в руках, тихо прошипела:
   - Кто ты такой, демон тебя побери, и откуда знаешь про Яну?
   - Да, не так я представлял себе наше знакомство, - криво улыбнулся мужчина, совершенно не опасаясь моих действий. - Позволь представиться, - и он протянул мне руку для рукопожатия. - Ярослав Воронов. И нас с тобой, Тоня, связывает общее горе.
   - Воронов, ещё хоть одно слово не по теме, и я сброшу тебя с моста. - Встряхнув мужчину за грудки, злобно проскрежетала сквозь зубы: - Откуда ты знаешь про Янку и про то, что сегодня ровно четыре месяца, как она умерла?
   - Нанял частного детектива, - как само собой разумеющееся ответил оппонент, абсолютно не опасаясь меня. - Не хочешь поговорить в более спокойном месте? В кафе, например? - и он недвусмысленно кивнул на любопытных прохожих, смотрящих на нас с таким интересом, что даже мне стало неловко.
   - Сядем на террасе и кафе выбираю я, - я моментально выдвинула свои условия, прекрасно понимая, что на открытом пространстве на виду у множества людей, этот человек, будь он даже самыми Чикатило и Михасевичем в одном лице, мне ничего сделать не сможет. В принципе, как и я ему. Поэтому ещё бабушка надвое сказала, кто кого опасаться должен.
   - Договорились, - легко согласились со мной и одарили открытой улыбкой.
   - И перестань постоянно улыбаться, - скривившись, с трудом разжала пальцы и даже осторожно провела ладонями по ткани футболки, разглаживая её. - Раздражает.
   Понятливо кивнув, Ярослав выразил готовность следовать за мной, поэтому мне ничего не оставалось, как вновь повернуться к широким перилам моста, на которых лежали уже начавшие вянуть н жарком солнышке ромашки. Проведя кончиками пальцев по мягкой жёлтой сердцевине цветка, попавшегося под руку, сгребла ненавистные ромашки в охапку и бросила их в воду.
   "Не скучай, Яна... - Наблюдая за тем, как цветы летят в воду, и краем уха слыша, как две девчонки-подростка спорят о том, почему я избавилась от букета (первая утверждала, что я повздорила со своим парнем - видимо, в этой незавидной роли выступал Ярослав, - вот и вышвырнула его подарок, а вторя же настаивала на том, что я просто чокнутая дура - и, в принципе, была недалека от истины), попрощалась с подругой. - Я скоро приду тебя навестить. Может быть, ко мне даже присоединится Стас. Но сейчас мне нужно выяснить кто такой этот Воронов, и какого хрена ему от меня надо. Так что пакеда, подружка!"
   Кивком головы дав понять Ярославу, что готова идти, быстрым шагом направилась к знакомому кафетерию, где мы с Яной, Стасом и ещё парочкой общих друзей обмывали мой диплом несколько лет назад. Заняв свободный столик на террасе, залитой солнцем, жестом пригласила Воронова присаживаться.
   - Что будете заказывать? - к нам моментально подлетела рыжеволосая официантка, облачённая в фирменную одежду и с неизменной улыбкой на веснушчатом лице.
   - Кофе без сахара и молока, пожалуйста, - даже не взглянув в меню, Ярослав быстро сделал заказ. - А ты, Антонина?
   - Принесите мне тоже, что и ему, - я не стала утруждать себя вежливыми словами, решив, что оставлю девчонке хорошие чаевые. Дождавшись, когда официантка скроется за дверями кафе, вернулась к интересующему меня вопросу: - Итак, Ярослав, кто ты такой мы выяснили. Теперь я жду ответа на второй вопрос.
   - Я ответил, - тонкие губы мужчины уже начали растягиваться в улыбке, но заметив моё нахмуренное лицо, он резко передумал улыбаться. - Антонина, позволь рассказать тебе всё с самого начала, и лишь после того, как ты меня выслушаешь, решишь, стоит ли общаться со мной и дальше или мы распрощаемся с тобой здесь раз и навсегда.
   Закусив губу, бросила на оппонента оценивающий взгляд. Интуиция, которой я привыкла безоговорочно доверять, буквально вопила, что новый знакомый опасный и скользкий тип, и что бежать от такого надо на всех парусах. Но любопытство не хуже чёрта толкало в спину, и заставляло сидеть на месте и ждать рассказа Воронова. И, естественно, не последнюю роль сыграло и то, что этот человек знает о Яне и о том, что с ней случилось. Возможно, он сможет рассказать мне что-то новое, то, до чего не докопался следователь?
   Приняв решение, согласно кивнула, невербально обещая выслушать историю Ярослава от начала и до конца.
   - Итак, как я уже сказал меня зовут Ярослав Воронов, и я пережил смерть моего брата два года назад. - Заметив, как я дёрнулась при этих словах, мужчина протянул через стол руку и ободряюще сжал мою ладонь. - Думаю, Антонина, ты и сама уже поняла, что я довольно обеспеченный мужчина, поэтому, когда Арсений покончил с собой, нанял частного детектива в поисках правды. Следователь, занимавшийся делом моего брата, упорно не замечал состава преступления, ведь Сеня оставил предсмертную записку, из которой следовало, что он устал от безответной любви, поэтому и решился свести счёты с жизнью. Мы были с братом очень близки, но ни о какой девушке, вскружившей глупому Сени голову, он ни разу не упомянул. Несколько месяцев спустя мной были найдены несколько дневников, которые Арсений начал вести в подростковом возрасте, да так и не избавился от вредной привычки.
   - Парень вёл личный дневник, куда записывал всё самое сокровенное? - я некультурно перебила Ярослава, решив всё же уточнить настороживший меня момент. - Звучит сомнительно.
   - Это ты просто Сеню не знаешь... Не знала... - сообразив, что употребил глагол в неверном времени, мужчина поспешно поправил сам себя. - В его комнате висели не постеры с Morgenshtern'ом, Бастой или полуголыми девицами, а пасторальные пейзажи. Кровать была завалена мягкими игрушками, которые ему дарили все друзья и родственники, зная о любви Сени к этим пылесборникам. - Заметив, как у меня постепенно вытягивается лицо, Воронов нервно хохотнул. - Вижу, что ты мне не веришь. Сейчас... - и мужчина полез в карман за (ну, кто бы сомневался?) айфоном последней модели. Потыкав пальцем в сенсорный экран, он протянул мне дорогостоящее средство связи и принялся пояснять, листая фотографии: - Вот, это квартира Сени. Его кровать и гордость - книжные сокровища.
   Моему взгляду предстала довольно просторное светлое помещение без каких-либо стен или перегородок. Три стены студии были отделаны белыми панелями, а вместо четвёртой стены было огромное панорамное окно, и, судя по виду из него, квартира Воронова-младшего была как минимум на десятом этаже. На полу лежал лакированный паркет из светлого дерева, а в углу комнаты, некогда служащей хозяину, как спальней, так и гостиной, был электрический камин. Напротив окна стояла огромная двуспальная кровать, накрытая светлым пледом и, как и говорил Ярослав, заваленная разнообразными мягкими игрушками и милыми девичьему сердцу думочками. Правая от окна стена была занята огромным книжным стеллажом, собранным из покрытых лаком необструганных досок. Каких только книг там не было! Работы великих классиков, как отечественных, так и зарубежных, литература по психологии и философские труды, книги на английском языке, комиксы и манга, произведения современных авторов, причём в самых неожиданных жанрах - юмористическая проза, любовные романы, фэнтези и приключения. На самой верхней полке стояла примечательная картина, на которой было написано "LIFE BEGINS WITH ME". Перед книжным стеллажом стоял диван-трансформер, обтянутый серой тканью, и тоже заваленный подушками; а перед ним - стеклянный столик, в центре которого стояла ваза с живыми цветами. На стенах, как и говорил Ярослав, висели картины, которые так любят рисовать уличные художники: яркие летние пейзажи, спокойное море с маяком, кошка с котятами, лежащие в корзинке с огромных бантом, девушка, стоящая к зрителю спиной и облачённая в лёгкий сарафанчик. Помимо большой люстры, висящей в центре комнаты, рядом с каждым предметом мебели стоял небольшой торшер, очень похожий на тот, который использует Pixar в своих заставках.
   - Впечатляет, - только и смогла протянуть, рассматривая многочисленные фотографии и видео чужой квартиры. - Он точно один жил?
   - Да, - вновь разыскивая что-то в телефоне, ответил Ярослав. - Сеня был чрезмерно впечатлителен, раним, сострадателен и общителен. Он мог приди в неописуемый восторг от самых простых вещей, которые не заметит большинство людей. Например, бабочка, сидящая на цветке, могла вызвать у него бурю положительных эмоций и захватить его мысли как минимум на три дня.
   Рассказывая о брате, Ярослав с нежностью смотрел на экран айфона, из чего я сделала вывод, что он нашёл фотографию почившего брата.
   Воронов максимально обтекаемо охарактеризовал психотип Арсения. И из полученных данных стало понятно, что парень обладал сенситивным типов. Вот только такому психотипу так же присущи рефлексия - когда в голове ни с того, ни с сего вспыхивает какое-то воспоминание и человек зацикливается на нём. Так же такой тип личности очень тяжело переносит публичную критику, боится быть прилюдно осмеянным. Возможно, Ярослав просто-напросто не замечал негативных черт Арсения, либо придерживался мнения "о мёртвых либо хорошо, либо ничего".
   - Могу я..? - кивком головы указав на айфон Ярослава, осторожно забросила удочку.
   - Да-да, конечно, - и мужчина поспешно протянул мне айфон.
   С сенсорного экрана мне открыто и легко улыбался молодой парень, лет двадцати трёх - двадцати пяти. С таким же бронзовым оттенком кожи, как и у старшего брата, и чёрными непослушными вихрами, торчащими в разные стороны. Вот только черты лица разительно отличались от черт Ярослава. Сеня был обладателем носа с небольшой горбинкой, по-детски пухлыми губами и ореховыми лукавыми глазами.
   - Сколько ему было, когда он умер? - поинтересовалась я, с жадностью рассматривая фотографию незнакомого паренька.
   - Двадцать пять, - ответил Ярослав. - Это фото сделано за три месяца до трагедии.
   "Значит Ярославу около тридцать лет," - на чистом автопилоте мозг сопоставил имеющиеся цифры и выдал примерный возраст моего оппонента.
   - Не похоже, что он был безответно влюблён, - вновь окинув пристальным взглядом довольного жизнью парня, в очередной раз утвердилась в своих подозрениях. - Что-то не вяжется в этой истории.
   Не успел Ярослав ответить на моё высказывание, как к нашему столу подошла официантка с заказанным ранее кофе. Дождавшись, когда девушка расставит чашки и пожелает нам приятно провести время, вернула айфон законному владельцу, и вцепилась трясущимися пальцами в кружку. Я даже не рискнула отпить кофе, опасаясь расплескать напиток и тем самым выдать своё волнение.
   - Ты права, Антонина, - сделав хороший глоток ароматного напитка, Ярослав вернулся к прерванному разговору. - Никаких признаков того, что брат был влюблён по уши - я имею в виду, постоянная переписка и трёп по телефону с любимой девушкой, покупка милых девичьему сердцу подарков, траты на кафе, рестораны или кино - не было. Но следователь упёрся в одну позицию и баста. Его даже не переубедили дневники Сени, которые я нашёл, и в которых было подробно описано где, когда и как Сеня познакомился с Дарьей.
   - Ты же принёс их уже после того, как дело было закрыто?
   - Да, - покаянно опустил голову Ярослав. - Я не мог заставить себя переступить порог квартиры брата. Теперь корю себя за то, что поддался слабости. Возможно, сейчас бы эта Дарья и все, кто причастен к травле моего брата, уже коротали жизнь на зоне, - зло выплюнул Воронов.
   - Погоди-погоди, - теперь уже я вцепилась в руку мужчины. - Ты же сказал, что в предсмертной записке были только слова о неразделённой любви. Так откуда взялась травля?
   - Ох, прости, - Ярослав несмело улыбнулся. - Я столько раз мысленно проговаривал с тобой этот разговор, что сейчас прыгаю от одного вариант к другому, - и он невесело рассмеялся. - Итак, давай начнём всё заново и по порядку. - Получив мой согласный кивок, мужчина взял в руки салфетку и принялся складывать её в самолётик. - Арсений покончил с собой, оставив предсмертную записку, в которой объяснял свой поступок неразделённой любовью. Следователь, который вёл дело, слышать ничего не хотел ни от меня, ни от друзей Сени, что никто слыхом не слыхивал ни о какой девушке, в которую якобы Сеня был безумно влюблён.
   - Может, он поделился секретом с вашей матерью? - рискнула предположить, неожиданно осознавая, что Ярослав ни слова не сказал о родителях. И это не есть хорошо.
   - Наша мать умерла семнадцать лет назад, - оправдал мои наихудшие опасения мужчина. - Спустя несколько лет отец повторно женился и переехал во Владивосток - у него свой бизнес, связанный с добычей рыбы и изготовлением рыбных консервов.
   "Вот и нашлось логичное объяснение тому, откуда у парней собственные квартиры, крутые тачки, айфоны и бренодовая одежда," - и вновь мозг на автомате нашёл ответ на вопрос, мучавший меня на подсознательном уровне.
   - Мы с Арсением были детьми на тот момент, поэтому волей-неволей пришлось уезжать вместе с отцом и его новой женой, - не замечая моего отрешённого взгляда, вещал дальше Воронов. - Хотя, стоит отметить, мачеха ни меня, ни Сеню ни разу ни словом, ни делом не обидела, но дружеских и доверительных отношений между нами так и не сложилось. Поэтому, думаю, нет ничего удивительного, что я, а затем и Сеня, решили поступать в университет в родном городе, и вернулись на малую родину,- и вновь кривая улыбка исказила тонкие мужские губы. - В последний раз я виделся с отцом на похоронах Сени.
   - Мне очень жаль... - не столько произнесла, сколько с трудом пошевелила губами я, но Ярослав меня отлично понял.
   - Тоня, тебе абсолютно не стоит чувствовать себя некомфортно - это всё дела давно минувших дней, - и он вновь сжал мои пальцы в своей большой и горячей ладони.
   Уткнувшись в кружку с кофе, мысленно возмутилась.
   Дела давно минувших дней... К сожалению, я не могу сказать того же о трагедии, случившейся с моими родителями тринадцать лет назад. Возвращаясь с местного курорта, они проигнорировали штормовое предупреждение, о котором буквально кричали все и каждый, поэтому нет ничего удивительного в том, что отец не справился с управлением на одном из горных серпантинов, и их машина рухнула в обрыв. К сожалению, выжить им не удалось.
   В одночасье я осталась круглой сиротой, и если бы не тётя Маша - дальняя родственница отца, долго и нудно оббивавшая пороги разнообразных инстанций - то жить бы мне в детском доме до моего восемнадцатилетия, а не в дружной семье Васильевых. И смерть Янки я переживаю так тяжело, потому что она была не просто моей лучшей подругой, она была мне сестрой.
   Конечно, не обошлось без недопонимания со стороны Стаса. Ему на тот момент было семнадцать лет, и парень готовился к призыву в армию (почему-то он вбил себе в светловолосую голову, что сначала должен отдать долг Родине, а уже потом думать о высшем образовании), и по каким-то загадочным причинам он посчитал, что родители теперь будут уделять Яне меньше внимания и заботы. И виновницей тому была я. Ох, как же он был зол! Я потом больше никогда не видела его таким взбешённым, не сдерживающимся в выражениях. Станислав поливал меня и моих родителей такой отборной грязью, что дядя Петя не выдержал и влепил ему увесистую оплеуху. И последовавшие за этим несколько недель, пока Стас не ушёл в армию, мы с ним держали строгий нейтралитет, упорно не замечая друг друга.
   Естественно, ни на какую присягу я не поехала. И дядя Петя решил оставить меня и Янку дома, решив, что я с горя могу ещё руки на себя наложить. Стасик, ждавший любимую сестрёнку, словно тринадцатую зарплату, очень расстроился (и, конечно же, обиделся на меня), что Янка променяла брата на дальнюю родственницу. Но орать и топать ногами не стал, прекрасно помня о том, что рука у Петра Васильевича тяжёлая.
   Отслужив, как и положено, двенадцать месяцев, Станислав вернулся домой совершенно другим человеком. И вместе с ним поменялось и его отношение ко мне. Нет, конечно, я не стала любимой сестрой, но и врагом быть перестала. Стас стал покупать мне милые подарки, брать в кино или кафешки, водил на каток - в общем, вёл себя как образцовый старший брат. Вот только на любые просьбы рассказать о своей службе отвечал категоричным отказом, и даже не делился какими-то армейскими байками, типа "А вот когда я стал "дедом"...". Ну а я же, в силу возраста и наивности, быстро простила и забыла прежние обиды.
   А всё-таки жизнь странная штука: мы с Ярославом пережили потерю близких людей примерно в одном и том же возрасте. Ему было тринадцать, когда умерла их с Арсением мать, а мне - двенадцать, когда погибли мои родители. Ярослав похоронил брата, когда тому было двадцать пять, а я похоронила практически сестру, когда ей было двадцать четыре. И в первом и во втором случае разница всего лишь год. Ненавижу такие совпадения!
   Отпив кофе, вновь вернулась к прерванному разговору:
   - Следователь быстро закрыл дело, чтобы не портить статистику отдела и был счастлив. Через какое-то время, когда тянуть дальше уже было невозможно, ты всё же приехал на квартиру брата. Как ты нашёл его дневники? Вряд ли целенаправленно искал.
   - Да, ты права. Мне нужно было найти документы на жилплощадь, чтобы утрясти некоторые юридические моменты с наследованием, и я принялся перерывать шкафы в квартире, совершенно не догадываясь, где Арсений хранил квитанции по коммуналке и нужные мне документы. И вот тогда-то я и наткнулся на его дневники. Их было тринадцать - один ежедневник на год. Какие-то дневники были заполнены лишь наполовину, а какие-то исписаны полностью или вообще со вставными листками. Я прекрасно знаю, что читать личные дневники некрасиво, но, сама понимаешь, ситуация была не та, когда стоит держаться нравственных принципов.
   Согласно кивнув, всё же задалась вопросом, как бы поступила я, найди вдруг дневники Янки. Полезла бы читать сокровенные тайны подруги (хотя у нас с Васильевой и так друг от друга секретов не было... ну, за исключением того, что её изнасиловали...) или сделала вид, будто ничего не находила?
   - Расскажешь? - осторожно уточнила, пристально смотря на мужчину.
   - Конечно, ведь только благодаря этим записям я и узнал, что над Арсением издевались и гнобили. И виной всему была это треклятая Дарья! - скрипнул зубами Ярослав и с силой сжал кулаки, сминая готовый салфетный самолётик. - Если тебе интересно, то могу даже показать фото страниц дневника, на которых написано про Дашу.
   - Нет, не хочу, - я ответила резче, чем мне бы того хотелось. У меня и так своих психологических травм с головой хватает, не хватало ещё и неразделённую любовь Арсения к ним добавить. - Всё же, он твой брат, и будет правильно, если ты сам расскажешь мне то, что посчитаешь нужным.
   - Хорошо, - Ярослав совершенно не обиделся на мой резкий тон. - Итак, давай перенесём на два с половиной года назад - к тому моменту, когда Арсений повстречался с Миленой - милой девушкой-консультантом в ветеринарной клинике, куда примчался Сеня, нашедший рядом с домом собаку с поломанной передней лапой.
   - Ты это всё из дневника узнал? - Честно говоря, никогда не вела дневник, и потому не знаю насколько подробно нужно в него всё записывать, но такие подробности откровенно напрягают.
   - Нет, это я и без его записей помнил, - тепло улыбнулся мужчина, хотя взгляд так и остался холодным и отчуждённым. - Брат позвонил мне в то утро, и буквально прорыдал в трубку, что дворняге нужна помощь. Я поискал в интернете ближайшую ветклинику и направил туда Сеню. Итак, он знакомится с Миленой - кстати, о ней я был осведомлён, и, оплатив все услуги ветеринара, чуть ли не месячное проживание псины в стационаре и наилучший рацион для своего нового четвероного знакомого, Сеня, набравшись смелости, приглашает Милену в кафе. Естественно, девушка соглашается. А как же иначе, дурочка сразу смекнула, что Сеня не просто добродушный простофиля, нет, он простофиля с тугим кошельком и собственной жилплощадью, - довольно желчно охарактеризовал девушку Ярослав, отчего я скривилась.
   Не привыкла судить о человеке по внешности, и не терплю подобного от других. Но перебивать Воронова и делать ему замечание не стала - а то ещё заартачится, а мне жизненно необходимо узнать, как он вышел на Янкину смерть и, соответственно, на меня, и каким образом связаны смерти Арсения и Яны.
   - Не скажу, что отношения Сени и Милены развивались бурно и страстно, - не замечая моей перекошенной рожи, Ярослав вещал дальше. - Они несколько раз сходили в кафе-кино-в клуб, но до постели так дело и не дошло. То ли девушка чётко дала понять, что без штампа в паспорте ни-ни, то ли Сеня не захотел настаивать и сам объявил целибат. Хотя лучше бы он её трахнул, - неожиданно в сердцах выплюнул мужчина, отчего сидящий недалеко от нашего столика престарелый джентльмен неодобрительно покосился в нашу сторону. - Может, тогда бы никакая Даша и не появилась на горизонте!
   Заметив, как Воронов с силой сжал кулаки, знаком попросила крутящуюся рядом официантку повторить наш заказ. А сама пристально смотрела за оппонентом, ожидая от него любой, даже самой неадекватно реакции - хоть и прошло уже два года с момента смерти его брата, а Ярослав всё ещё не смирился. Мысленно я прикидывала смогу ли оказать достойное сопротивление мужчине, если тот вдруг в припадке ярости бросится крушить столики и швырять в людей посуду. Если Ярослав занимался плаванием, то с большой долей вероятности мне удастся уложить его на лопатки, и дождаться приезда как полиции, так и скорой помощи. А вот если он занимался самбо или другим единоборством, то тогда мои шансы одержать над ним победу стремятся к нулю - всё же он не только заведомо сильнее и выше меня, но ещё и более развит физически.
   Но, слава Богу, Воронов не стал буянить. Выпустив сквозь плотно сжатые зубы воздух, повторил эту процедуру несколько раз, и вроде как успокоился. По крайней мере, вежливо поблагодарил официантку, поставившую перед ним вторую кружку кофе, и, дождавшись, когда она уйдёт, вернулся к прерванному рассказу.
   - Дарья объявилась в жизни Арсения неожиданно, словно ураган, - при этом слове мужчина криво улыбнулся, явно издеваясь над любовными романами, столь любимыми женской половиной населения. - И, не поверишь, Тоня, их встреча произошла, словно по сценарию какой-нибудь мыльной оперы! Сеня, спокойно идущий по тротуару, услышал женские крики о помощи и, не раздумывая ни секунды, бросился на зов. Представь, тощенький, хиленький Арсений, который ни разу в жизни не посещал качалку, а с уроков физкультуры частенько сбегал, ломанулся помогать незнакомке! - и Ярослав разразился громким и заливистым смехом. Хоть он и смеялся от души, заразительно, откинув темноволосую голову назад, мне смешно не было от слова "совсем".
   - Так что произошло, когда твой брат добежал до девушки? - решив, что хорошенького понемножку, вернула разговор в интересующее меня русло.
   - Его избили, - Ярослав, чей смех оборвался, словно по щелчку пальцев, дал лаконичный ответ. - Как я потом узнал из его же записей, в тот день какой-то нарик вырвал у Дарьи сумку, где лежала не только карточка с зарплатой, но и золотые украшения, доставшиеся ей от матери. Девушка отчаянно нуждалась в деньгах, вот и решила заложить золотишко в ломбарде. И тут надо же было такому случиться, злоумышленник вырывает сумочку из её рук и даёт дёру! - голос Ярослава просто сочился ядом, и я его прекрасно понимала.
   Ситуация, которую он только что описал, шита белыми нитками и ни один человек, находящийся в здравом уме, не бросится за наркоманом, справедливо опасаясь получить по голове от его дружков, ждущих в ближайшей подворотне. Но, видимо, Арсений и, правда, был излишне романтичной натурой, которому бы было лучше родиться в середине девятнадцатого века, когда джентльмены вызывали друг друга на дуэль за честь дамы, а не в суровом и циничном двадцать первом веке.
   "А ведь и Янка была такая же наивная дурёха, верящая в любовь с первого взгляда и в благородство людей, - неожиданная мысль, пришедшая в голову, заставила меня похолодеть. - Так, Антонина, перестань искать параллели между Васильевой и Вороновым-младшим. Эти ситуации просто похожи и больше ничего!"
   Но как бы я себя ни убеждала, как бы ни отмахивалась от прицепившейся мысли, в душе всё равно копошилась тревога. Уж больно ситуации были похожи! И Сеня, и Яна совершили суицид, разница между ними была всего лишь год, так что можно считать, что они свели счёты с жизнью в одно и тоже время, и брат Ярослава, и моя подруга были натурами излишне романтичными, наивными и ранимыми... Так, хватит!
   - Надеюсь, Арсений снял побои и обратился в полицию? - поглощённая своими безрадостными мыслями, спросила больше для галочки, а не ради ответа.
   Но ответ, сорвавшийся с губ Ярослава, заставил меня не просто похолодеть, нет, он выбил почву из-под моих ног. Настолько наивных и беззаботных людей я ещё не встречала. Даже моя Янка безропотно накатала заявление в правоохранительные органы, когда пришла в себя в больнице.
   - Нет, - вертя в руках чашку с кофе, Воронов постарался говорить беспристрастным тоном. - Сеня, с разбитым лицом, ссадинами и синяками по всему телу, первым делом бросился успокаивать рыдающую девушку, у которой не только сумку спёрли, но и на её глазах избили её же заступника. Слово за слово, и молодые люди познакомились. Как выяснилось, Даше позарез нужны были деньги, чтобы оплатить трёхмесячную задолженность по аренде квартиры, в противном случае хозяйка апартамент грозилась выкинуть вещи жилички из окна, а на саму девушку подать в суд за несоблюдение контракта. Арсений, словно рыцарь, не только успокоил новую знакомую, но так же дал ей необходимую сумму и вызвал такси, что бы Дашенька в безопасности добралась до дома.
   - А Сеня, как посмотрю, довольно подробно вёл дневник, - вскользь заметила, воспользовавшись паузой в повествовании Ярослава.
   - Это я ещё хвалебные эпитеты, адресованные вертихвосте, опускаю, - криво ухмыльнулся мужчина, делая большой глоток кофе. - Не прошло и двух дней, как Дарья сама связалась с Сеней. И, поверь, те четыре страницы, посвящённые мыслям и надеждам Сени, которые заполонили его голову после звонка девушки, я воспроизводить не буду! - Коротко кивнув, поспешно спрятала улыбку за чашкой с кофе. - А спустя три недели Дарья переехала к Сени.
   - Так это же прекрасно, что у твоего брата появилась постоянная девушка, - никак не могла взять в толк, почему Ярослав начинал пениться и шипеть при одном только упоминании той самой Дарьи. - Только не говори, что у тебя "комплекс старшего брата"!
   - Скажешь тоже! - Ярослав бросил на меня злой взгляд, но, спохватившись, попытался смягчить его вялой улыбкой. - Ты просто основную ещё часть не слышала. - Согласно кивнув, подалась вперёд, опасаясь пропустить нечто важное в его повествовании. - Как только Сеня и Даша съехались, девушку словно подменили. Всё чаще она стала посещать сомнительного рода мероприятия, на которых не только рекой лился алкоголь, но и в свободном доступе были наркотики. Не раз и не два Сени приходилось заступаться за её честь, и кулаками отстаивать свои же слова. Сама понимаешь, что мой брат ни разу не вышел победителем ни из одной драки. Дальше - больше! Когда Арсений попытался приструнить Дарью, та, громко рассмеявшись, показала ему многочисленные фотографии и видео, на которых было отлично видно, как Сеню насилуют друзья этой сучки. А что самое ужасное - мой брат ничего подобного не помнил! Не поверив Дарье, он обратился в частную клинику, где подтвердили, что у него был секс с другими мужчинами. В тот же день, вернувшись домой, он впервые наорал на девушку и, приперев её к стенке, добился правды. Как оказалось, Дарья и её друзья специально провоцировали Сеню на драку и, когда того нокаутировали, вливали в него алкоголь смешанный с лёгкими наркотиками. Для организма моего брата, который ничего крепче слабоалкогольных коктейлей никогда в жизни не пил, это пойло имело сногсшибательный эффект.
   - Какой ужас...
   - Нет, Тоня, ужас настал позже, - Ярослав услышал мой тихий комментарий, и злобно оскалился. - Поругавшись с Дарьей, он дал ей сутки, чтобы она исчезла из его квартиры, а сам приехал ко мне с ночёвкой. Я отлично помню тот дождливый день, - и Ярослав криво ухмыльнулся. - Знаешь, прозвучит банально, но, мне кажется, сами небеса намекали на грядущую катастрофу, и только я один был поглощен рутинными делами и рабочими вопросами. Я видел, что брату откровенно плохо, но не стал ни о чём расспрашивать, решив, что если захочет - сам расскажет.
   - Ну, да, расскажет, - теперь и я скрипела зубами от злости, понимая, что и сама не многим лучше и дальновиднее Ярослава. - Вы же мужики гордые, кичитесь тем, что сильный пол и "мужики не плачут", и никогда не обратитесь за квалифицированной помощью.
   - Да, гордые... - эхом повторил мои же слова оппонент. - Но я и подумать не мог, что у Сени тоже есть эта пресловутая мужская гордость! - и Ярослав с мукой в глазах посмотрел на меня.
   Не отдавая себе отчёта, пересела поближе к этому физически сильному, но морально сломленному мужчине, и крепко обняла - именно так обнимал меня Стас на похоронах Яны. Мне это в тот момент хоть немного, но помогло. Надеюсь, мои объятия хоть немного, но облегчат боль Ярослава.
   Удивлённо замерев, мужчина не предпринял попытки вырваться. Уткнувшись лбом мне в плечо, Воронов продолжил рассказывать дальше.
   - В тот вечер мы так и не поговорили, а рано утром я уехал на работу - дела требовали моего срочного присутствия. Вечером Сеня вернулся в свою пустую квартиру - Дарья и её вещи исчезли, словно её там и не было, и впервые в жизни напился, прикончив практически весь алкоголь, который нашёлся в его квартире. Наверное, дней десять-двенадцать всё было тихо, потому что Сеня в этот период не делал никаких записей в дневнике, а потом он вновь стал общаться с Миленой. И чем больше проходило времени, тем сильнее он испытывал тоску по Дарье.
   По всей видимости, у Арсения, на фоне того, что он узнал о том, что он был не единожды изнасилован другими мужчинами, развился стокгольмский синдром. Этот термин, популярный в психологии, описывает защитно-бессознательную травматическую связь, взаимную или одностороннюю симпатию, возникающую между жертвой и агрессором в процессе захвата, похищения, применения угрозы или насилия. В роли жертвы Сеня видел себя (что и понятно), а вот в качестве агрессора выступала Дарья, благодаря которой жизнь Воронова-младшего полетела в Тартар.
   - За несколько недель до его смерти на телефон и в социальные сети Сени стали приходить сообщения самого пошлого, грязного и вульгарного содержания. Некоторые отправители не гнушались даже присылать фото своего члена, чтобы заинтересовать Арсения в физической близости. Видимо некто - и я подозреваю, что Дарья - пустил по сети номер Сени, с какой-нибудь мерзкой припиской, типа, этот мальчик может дать в задний проход троим сразу. - При этих словах Ярослав втянул воздух сквозь сжатые зубы, и с такой силой сжал подлокотники плетёного кресла, что костяшки на его руках побледнели. - Не справившись с кучей звонков и сообщений, он удалил все аккаунты в соцсетях и сменил номер. На какое-то время в его жизни наступила тишина, и именно в этот момент Милена намекнула на дальнейшее развитие их отношений, а именно знакомство с её родителями. Видимо это послужило катализатором для и без того взвинченного Сени, и он наорав на девушку, бросил трубку. Не знаю, что и как работало в тот момент в его голове, но Арсений позвонил Дарье и предложил возобновить их отношения. Девушка, услышав предложение моего брата, лишь громко расхохоталась и сказала, что "пользованный мужик ей ни к чему, но её друзья скучают по Сениной попке" и бросила трубку. И этот была последняя запись в его дневнике.
   - Он решил покончить с собой? - понимая, что Воронов добрался до конца истории, осторожно разжала руки и медленно, словно боялась спровоцировать мужчину, откинулась на спинку своего кресла.
   - Да. Он, написав предсмертную записку, наглотался таблеток.
   - А кто его нашёл? - решив, что раз уж добивать историю, то до самого конца, задала неприятный вопрос.
   - Я, - как ожидалось, Ярослав не стал увиливать от ответа. - Для нас с Сеней было нормой не общаться несколько дней, поэтому я забил тревогу только неделю спустя, когда в очередной раз не смог дозвониться до брата. А когда попал в его квартиру тело Сени уже начало разлагаться, - и мужчину передёрнуло от воспоминаний.
   Понимая, что Ярославу тяжело всё это вспоминать, решила уточнить ещё несколько вопросов, на которые мне требовались ответы, и лишь после этого сменить тему. Не зря Янка всегда жаловалось, что я - чёрствый сухарь, которому слово "сострадание" ничего не говорит.
   - Ярослав, разве нельзя восстановить удалённые странички и, соответственно, сообщения в соцсетях? - Поймав недоумённый взгляд оппонента, пояснила: - Насколько поняла, времени с момента удаления сообщений прошло не так уж и много, поэтому следователь мог обратиться в техподдержку социальной сети и затребовать восстановление переписки.
   - Не только мог, но так и сделал, - согласился со мной мужчина. - Вот только ему прислали ответ, что переписка удалена у обоих пользователей, что уже делает её восстановление крайне затруднительным делом, так ещё и Сеня удалил свои аккаунты, если ты, Тоня, не забыла. И вот тут уже ничего поделать нельзя: нет страницы - нет переписки.
   - Да ладно! - не поверила я. - Некоторые соцсети позволяют восстановить удалённые страницы от полугода до года, а тут сразу такой категоричный отказ!
   - Конечно отказ, ведь Сеня ещё и номер телефона поменял, а симку со старым номером, к которому были привязаны все аккаунты, спустил в унитаз. - Заметив мою приподнятую бровь, Ярослав немного стушевался: - Я, конечно, немного утрирую, но суть от этого не меняется - симка со старым номером исчезла. Ну а следователь, который занимался этим делом, удовлетворился ответом от техподдержки и тем, что была написана предсмертная записка. Плюс не забывай, что дневники Сени я нашёл далеко не сразу, а месяца через три-четыре после его смерти. Так же давай прибавим к этому, что мои сведения о личной жизни брата заканчивались на том моменте, когда он в первый раз порвал с Миленой, и ни о какой Дарье ни я, ни его друзья ничего не знали. Следователь пошёл по пути наименьшего сопротивления и просто прикрыл дело, как самоубийство.
  
   Глава 2.
  
   - Хорошо, я поняла, что тебе попался халтурный следак. И ты, решив докопаться до истины, обратился к частному детективу. Верно?
   - Преклоняюсь перед твоей проницательностью, Тоня, - отвесил мне шутовской поклон Воронов.
   - Не ёрничай, - огрызнулась в ответ. - Поделишься, что удалось раскопать детективу?
   - Конечно, - не стал отнекиваться мужчина. - У тебя же есть ещё минут двадцать свободных? - неожиданно поинтересовался Ярослав, отчего я моментально насторожилась.
   - Допустим, - насторожено ответила, осторожно и, стараясь делать это незаметно, я осмотрелась по сторонам. Вот хоть убейте, но мне некомфортно в присутствии Воронова. Хотя, по идее, я должна ему сочувствовать - как известно, общее горе сближает. - Почему интересуешься?
   - Хочу, чтобы ты услышала всю информацию, раскопанную частным детективом, и не от меня, а от него самого, - не отрывая взгляда от айфона, в котором что-то быстро набирал, ответил оппонент.
   - Неожиданно... - мне стало стыдно за своё недоверие. - Он где-то рядом?
   - Да, в паре минут ходьбы отсюда, - Ярослав, наконец, оторвался от дорогостоящего средства связи. - Как уже упоминал ранее, я не раз и не два представлял нашу с тобой, Антонина, встречу. Поэтому к реальному знакомству решил подготовиться основательно.
   - Тогда где же цветы? - я всё же не смогла сдержать сарказма, хоть и понимала, что в данной ситуации он абсолютно неуместен.
   - Чтобы ты меня ими по лицу отхлестала, даже не дав объяснить цель знакомства? - проницательно уточнил Воронов, миролюбиво улыбаясь. - Тонь, ты меня, конечно, прости, но Удальцов и про тебя раскопал некоторую информацию. Всё же ты не просто подруга Яны, а её, как сейчас модно говорить, кузина.
   - Удальцов? - пропустив мимо ушей извинения мужчины, зацепилась за незнакомую фамилию.
   - Удальцов Кирилл Иннокентьевич, - к нашему столику подошёл высокий, очень худой мужчина со светлорусой шевелюрой и небольшой бородкой. Его хитрые серые глаза быстро обшарили мою фигуру, стоящие на столе чашки с кофе, переместились на Воронова и вновь вернулись ко мне. Тонкие губы были искривлены в приветственной улыбке, но, вместо того, чтобы располагать к себе, эта улыбка наоборот отталкивала всех ещё больше. - А вы, я так понимаю, Антонина? - и он протянул мне руку, то ли намереваясь пожать мою ладонь, то ли поцеловать, словно джентльмен, сбежавший из восемнадцатого века.
   "Ох, права была Янка, - вынужденно растянув губы в ответной улыбке, уверенно пресекла попытку Кирилла облобызать мою ладонь. - Мне не угодить: у одного глаза злые, у второго рожа обвислая, третий низкий, четвёртый мерзкий..."
   - Присаживайся, Кирилл, - из-за столика поднялся Ярослав и пожал детективу руку. - Тебе что-нибудь заказать?
   - Нет, благодарю. - Удальцов сел на стул, на котором недавно сидела я, пока меня не дёрнуло обнять Ярослава в качестве утешения и поддержки. - Предлагаю сразу перейти к делу - у меня на сегодня ещё две встречи с клиентами запланированы, - нам открытым текстом сообщили, что он занятой человек, который не тратит время на китайские церемонии. Получив наши с Вороновым согласные кивки, Кирилл достал из кармана визитницу и, выудив одну, протянул её мне. - Антонина, если возникнет необходимость в расследовании пикантного дела без лишней огласки, обращайся ко мне.
   - Премного благодарна, - сцапав картонный прямоугольник, не глядя запихнула его в клатч. - Кирилл, расскажи, что удалось узнать о смерти Арсения, и каким образом с этим связаны мы с Яной?
   - С вашего позволения, прекрасная леди, я опущу цепочку моего расследования. - Не замечая, как меня передёрнуло от подобного обращения, Кирилл подался вперёд и, положив руки перед собой на столик, делился добытой информацией: - И начну, пожалуй, с того, что смерти Арсения и Яны связаны между собой.
   - Как? - услышав столь нелепое предположение, скептически хмыкнула. - Ни Яна, ни Сеня знать друг друга не знали - в этом я уверена все 200%.
   - Не знали, - легко согласились мной. - Но о них знали в одном очень интересном и закрытом клубе "Поончах".
   - Понч... чего?
   - "По-он-чах", - медленно и раздельно повторил странное и абсолютно незнакомое слово Удальцов. - Так в хакасской мифологии величается демон-душитель, настроенный крайне враждебно к людям и провоцирующий своих жертв совершать самоубийства путём повешения. Люди, состоящие в клубе, возомнили себя современными поончахами. Жертва выбирается рандомно, например, открывается любая социальная сеть и первый человек, выпавший, допустим, по запросу Сидоров Вильгельм Фёдорович, и становился жертвой. Далее в игру вступают нанятые актёры либо сами члены клуба, которым хочется пощекотать себе нервы и получить дозу адреналина. Подстраивается две абсолютно разные встречи жертвы с актёрами, для простоты объяснения будем звать их так. Первая встреча обычно обыгрывается в спокойной обстановке, например, случайное столкновение в супермаркете. И вот, Сидоров уже знаком с девушкой, которая в клубе будет зваться Ангел. Вторая же судьбоносная встреча происходит недели через две-три, и уже обыгрывается в экстремальных условиях, например, незнакомку сбивает мотоциклист и поспешно скрывается с места преступления. Конечно же, Сидоров бросается на помощь несчастной. Эту девушку называют "Демоном".
   - Ангел и Демон... - одним глотком допив остатки кофе, покрутила пустую чашку в руках. - Думаю, первая девушка вся из себя милашка, нежная ромашка и подкармливает бездомных животных, а вторая же оторва, стерва и красотка каких поискать.
   - В точку! - Кирилл довольно похлопал в ладоши, словно мне удалось его приятно удивить. - Когда жертва знакомится с актёрами, приходит очередь членов клуба действовать. Им на телефон приходит ссылка на тотализатор, и богатенькие мальчики и девочки, мужчины и женщины делают свои ставки - довольно солидные суммы, между прочем, ведь в "Поончах" абы кого не берут, а только по личной рекомендации и после длительной и тщательной проверки. Когда ставки сделаны, актёры начинают действовать. Они постепенно приручают жертву. В качестве отчётов ежедневно на сайт клуба сбрасываются видео и фото, из которых становится понятно, как идут дела и кто - Ангел или Демон - лидирует. Спустя какое-то время, обычно не более четырёх месяцев, несчастная жертва вынуждена сделать выбор, с кем же ей хочется остаться - с милой, любящей, но нереально скучной девушкой или же с сексуальной, горячей и опасной оторвой.
   - И что происходит потом, когда Сидоров определяется? - внутри меня всё сжалось от нехорошего предчувствия.
   - Если жертва выбирает Ангела, то от неё отстают. Спустя какое-то время девушка сама бросит Сидорова, но уже никому не будет интересно, шагнёт ли тот за окно или нет. - Кирилл не спускал пристального взгляда с меня и Воронова. - А вот если жертва выбирала Демона, то тут начиналось самое интересное - неприкрытая травля, издевательства, сексуальное насилие, рукоприкладство... И вот тут уже начинался второй тотализатор: сколько несчастная жертва продержится в подобных условиях. Если Сидоров оказывался стойким оловянным солдатиком, и даже не помышлял о том, чтобы свести счёты с жизнью, "любящая" девушка подсыпала ему наркотики либо психотропные, чтобы у него быстрее крыша поехала и он, покончив с собой, поставил точку в игре.
   - Игре? - тихим, наполненным злости и ненависти голосом переспросила я.
   - Да, Антонина, именно игре, - спокойно повторил Удальцов. - Всё - клуб, тотализаторы, нанятые актёры, ставки и жертвы - придумано ради развлечения избалованных богачей, которые готовы расстаться с парой сотен тысяч, лишь бы получить подобного рода изощрённое удовольствие.
   - Да они больные! Им лечиться надо!!! - меня начало трясти от злости, отчего кружка, выпав из моих рук, покатилась по столу. От падения на землю её спасла отменная реакция Ярослава, который не только успел поймать чашку, но и сжать меня в крепких объятиях. - Не трогай меня! - абсолютно не контролируя ни свои эмоции, ни своё поведение, гавкнула на мужчину.
   - Тише, Тоня, тише, - голосом доброго дядюшки психиатра принялся увещевать меня Воронов, но рук не убрал, лишь плотнее прижал меня к своей груди. - Дослушай до конца, прошу тебя.
   Последние слова Ярослава подействовали на меня, как ушат ледяной воды. Он прав, и дураку было понятно, что это всё присказка, и сейчас Удальцов поведает нам саму сказку. Чёрную, жестокую, мерзкую... как сама жизнь, раз в ней позволяется жить таким отморозкам, как поончахи.
   Замерев в сильных руках мужчины, отстранённо отметила, что Ярослав всё же занимался восточными единоборствами, а не плаванием. Несколько раз глубоко вздохнув и медленно выдохнув, сжала и разжала кулаки, пытаясь успокоить бушующее внутри меня пламя. Когда эти способы наконец помогли, уставилась на молчавшего Кирилла и прошипела сквозь зубы:
   - Если этот клуб только для чеканутой элиты, как ты узнал о нём и о том, что творится внутри него?
   - Мне повезло выйти на бывшего члена "Поончаха", - пожал плечами детектив. - Несколько лет назад он участвовал в подобной, кхм, забаве - играл роль Демона. К сожалению, жертва сделала неверный выбор: предпочла очкастому книжному червю крутого парня на байке. Моему осведомителю всё казалось забавной игрой, в которой ровно за секунду до прыжка девушки с моста её остановят, всё ей объяснят и извинятся, но когда ничего подобного не произошло, и жертва шагнула в пустоту, он понял, что слишком заигрался в Бога.
   - Только не говори, что его так просто вычеркнули из списка членства.
   - Нет, конечно. Ему пришлось дать расписку о неразглашении, да и такие вещи, как видео и фото, на которых он издевался над несчастной девушкой, служили отличной гарантией, что он не пойдёт в полицию, - Удальцов, сам того не подозревая, вновь активировал во мне режим Берсерка.
   - Так какого же хе... он сейчас решил высунуть нос из подполья? - Дёрнувшись в сильных руках, поняла, что меня пока отпускать не собираются. - Мне нужно выпить, пока я никого не покалечила.
   - Хорошо, - безропотно согласился Ярослав, знаком подзывая рыжеволосую официантку, обслуживающую наш столик. - Ещё два кофе, пожалуйста, и бокал коньяка для дамы.
   Дождавшись, когда расторопная официантка выполнит заказ, сделала большой глоток янтарной жидкости, отчего моментально закашлялась. Отмахнувшись от Ярослава, который заботливо похлопал меня по спине, вернулась к прерванному разговору:
   - Кирилл, только не говори, что эта мразь раскаялась!
   - Ты сама, Тоня, это сказала, - издевательски ухмыльнулся детектив.
   - Я хочу с ним встретиться. Лично!
   - Исключено, - моментально отбрили меня. - Он поделился со мной информацией, рискуя собственной свободой, поэтому единственным его условием было полное инкогнито.
   - А вдруг он соврал? - мне не хотелось так легко верить в то, что моя милая, замечательная и супернаивная Янка попалась на дочку каких-то богатеньких индюков, у которых денег и свободного времени было хоть попой жуй.
   - Антонина, я понимаю, что тебе трудно смериться с тем, что Яна покончила с собой из-за игры подонков, - Ярослав, не дал Удальцову даже рта раскрыть, хотя тот явно собирался что-то сказать. - Но пойми, мы все здесь собрались, чтобы вывести на чистую воду этих е...утых поончахов, и сделать так, чтобы они понесли заслуженную кару.
   - Так, стоп! - Понимая, что окончательно запуталась, начала, что называется, от печки: - Те, кто издевался над Янкой, получили реальные сроки и сейчас отбывают наказание в местах лишения свободы. - Посмотрев сначала на Воронова, а потом на Удальцова, печально констатировала: - Это всего лишь мелкие сошки, которым хорошо заплатили за работу и утроили гонорар, при условии, что они возьмут вину на себя. Верно?
   - Верно, - согласно мотнул головой Кирилл. - Вот мы и хотим добраться до верхушки, а именно до тех, кто делал ставки и придумывал издевательства.
   - А что насчёт Арсения? Как мы сможем узнать, кто руководил Миленой, Дарьей и её дружками?
   - С Сеней всё сложнее, - скрипнул зубами Ярослав. - Прошло уже два года, и, что-то мне подсказывает, что Дарья и её подельники испарились на просторах нашей необъятной Родины.
   - Кириллу не удалось их найти, - не столько спросила, сколько констатировала очевидный факт. Получив согласные кивки от мужчин, вернулась к делу Васильевой. - Ладно, и как вы планируете копать под этот закрытый клуб, если ваш информатор не горит желанием нам помогать, в "Поончах" нам вход заказан, да и заветной ссылкой на него с нами тоже никто не поделится.
   - Я бы сказал "легко и просто", но не хочу врать, - выпустив меня, наконец, из объятий, Ярослав сдвинулся на край плетёного кресла и сгруппировался, словно ожидал от меня удара. Столь необычная реакция мужчины меня моментально насторожила. - Я... Кхм, то есть мы с Кириллом хотим, что бы, Тоня, перерыла вещи Яны. Нас интересует, чем и кем она жила последние полгода. Её новые хобби, увлечения, переписка, знакомства... В общем всё то, о чём ты была не в курсе, но это имело место в жизни твоей подруги.
   Только я открыла рот, чтобы сообщить Воронову и Удальцову, что у Янки от меня (так же как и у меня от неё) секретов не было, моментально его и захлопнула. Как показал наш последний разговор с Васильевой, секреты у неё всё-таки были. Теперь осталось понять, обрадуются ли тётя Маша, дядя Петя и Стас, если я не только узнаю всё тайны Янки, но и разворошу осине гнездо, из-за которого и умерла моя подруга. Для себя-то я всё решила, причём сразу и ни на секунду не задумываясь: костьми лягу, но добьюсь справедливого наказания для всех ублюдков, приложивших руку (как буквально, так и фигурально) к издевательствам над моей Янкой.
   - Допустим, мне удастся что-нибудь раскопать, что будем делать потом? Вряд ли организаторам игр есть дело до того, что какая-то-там Васильева Яна переписывалась с Иваном Петровым, который в конечно счёте оказался тем самым Демоном из игры. Получится зеркальная ситуация с ситуацией Арсения - следователь, который вёл дело моей подруги, только отмахнётся от моих доводов и косвенных улик.
   - А вот тут начнётся самое интересное и сложное для тебя, - широко улыбнулся Воронов. - Тебе нужно будет наведаться к осуждённым за издевательства над Яной, и показать ему, допустим, скрины переписки или совместные фото Яны и её нового парня.
   - К кому именно? - я просто чувствовала, как моё лицо становится восковой маской, которая не выражает никаких эмоций. - Думаю, ты в курсе, что на скамье подсудимых их было трое.
   - К любому, - в диалог вступил детектив, задумчиво потирая бородку. - Думаю, у каждого из них есть возможность связаться с вышестоящим и доложить о том, что ты роешься в прошлом Яны, и раскопала кое-что интересное.
   - Договорились, - махнув официантке, пробегавшей мимо, попросила счёт. Достав из клатча сотовый, протянула его Ярославу. - Вбей свой номер. - Поймав недоумённый взгляд карих глаз, пояснила: - Кирилл дал мне свою визитку, а как связаться с тобой я не знаю.
   - Да, конечно... - растерянно пробубнил Воронов и проворно вбил свой номер в телефонную книгу моего сотового. Вернув мне телефон, Ярослав ни с того, ни с сего накрыл мою ладонь, лежащую на столе, своей рукой. - Антонина, ты же понимаешь, что это очень опасно?
   Удивлённо уставившись на наши руки (Ярослав что, заигрывает? Нашёл время!..), осторожно убрала свою ладонь со стола. Вцепившись похолодевшими пальцами в клатч (не понимаю, почему меня с души воротит от этого мужчины, но мне определённо неприятны ни его прикосновения, ни его внимание), искривила губы в жалком подобии улыбки:
   - Ярослав, я - КМС по боксу, - да, приврала, но от этого никому хуже не будет, - поэтому бабушка надвое сказала, кто кого бояться должен и в тёмном переулке почаще оглядываться.
   - Ох, Тоня-Тоня... - недовольно качнул черноволосой головой Воронов. Но дальше тему развивать не стал - к нашему столику подошла официантка и мужчина забрал у неё расчётницу и, не глядя, бросил туда довольно крупную купюру, которая не только покрывала стоимость нашего кофе, но и одаривала рыжеволосую девушку отличными чаевыми. - Тебя подвезти? - небрежным жестом бросив на столик расчётницу, мужчина грациозным движением поднялся на ноги.
   - Нет, - отрицательно мотнув головой, пояснила: - мне нужно всё ещё раз обдумать и понять, откуда начинать копать.
   Распрощавшись с Кириллом и Ярославом, резко поднялась из-за стола и быстро направилась к выходу из кафе. Мне действительно предстояло о многом подумать...
  
   Вернувшись в квартиру, устало скинула обувь и первым делом прошла в ванну. Мне требовался контрастный душ, чтобы привести мысли и чувства в относительный порядок. Дорога от кафетерия до дома, которую я практически пробежала, не принесла облегчения и хоть какого-то порядка в мыслях.
   Завернувшись в банное полотенце, заколола мокрые волосы и прошла в комнату Яны. Уверенно толкнув дверь, всё же в нерешительности замерла на пороге светлой комнаты - я не заходила сюда с момента смерти Васильевой, да и сейчас мне было сложно сделать первый шаг. Даже думать о том, что придётся копаться в вещах покойной подруги и искать доказательства того, что её втянули в эту треклятую игру, было больно.
   Но либо я переворошу вещи Яны, и найду или не найду эти пресловутые доказательства, либо спущу всё на тормозах и тогда те, кто по-настоящему виновен в смерти моей подруги, будут и дальше гулять на свободе и втягивать таких же наивных и доверчивых людей, как Васильева, в свои махинации.
   Глубоко вздохнув, стремительным шагом подошла к окну и распахнула его настежь. Тёплый воздух ворвался в комнату, взметнув мою чёлку и разбросав какие-то бумаги по полу. Окинув воцарившийся беспорядок безразличным взглядом, решила начать поиски с полочки над кроватью и дальше двигаться по часовой стрелке.
   Сказано - сделано!
   Не прошло и часа, как во мне плескалось два бокала коньяка - ну, не могла я спокойно перебирать вещи Яны, вспоминания историю той или иной вещицы, купленной или подаренной подруге, - а на полу царил форменный бардак. Нет, вначале я осторожно, словно хрупкий фарфор, перебирала разнообразные игрушки, записные книжки, шкатулки с украшениями и прочую дребедень столь милую девичьему сердцу. Но по прошествии четверти часа мои нервы стали сдавать, и вместо того, чтобы ставить вещи на их законные места, я просто швыряла их на пол. В какой-то момент поняла, что глаза застилают слёзы, а руки мелко подрагивают, поэтому пришлось прерваться и вновь принимать ледяной душ, в тщетной попытке успокоиться. Попытка с треском провалилась, поэтому в дело пошёл алкоголь.
   К моему глубочайшему сожалению (или всё же к радости?..) мне пока не удалось найти никаких улик, доказывающих, что у Янки был ухажёр, причём не из категории "хороший мальчик". В порыве злости распахнув дверь встроенного зеркального шкафа, одним движением смахнула на пол кофточки и шортики Янки, сложенные аккуратными стопками. Вместе с одеждой на пол полетели и мешочки для саше, заполненные сушёной лавандой.
   Схватив очередной мешочек, который должен был полететь следом за остальными, растеряно замерла. Помимо сушёной травы в нём лежал какой-то то ли пузырёк, то ли что-то, скрученное в небольшой рулон. Попытавшись развязать завязочки на мешочке, только туже затянула узел, отчего ещё больше разозлилась, и бросилась к туалетному столику, стоящему справа от кровати, в поисках маникюрных ножничек. Переворошив все баночки, тюбики, корзинки с кремами и туеву тучу непонятных приспособлений, наконец нашла искомое. Распоров мешочек, вытряхнула на столешницу содержимое и испуганно замерла.
   Помимо сушёной лаванды из мешочка вылетела чёрная флэшка, объёмом 4 гигабайт, и скрученные в рулончик полоски с фотографиями из фотобудки, коих в торговых центрах пруд пруди. Схватив находки, понеслась к себе в комнату - что-то мне подсказывало (и явно не пресловутая женская интуиция), что я нашла то, что мне было нужно. Теперь осталось понять, как правильно этими находками воспользоваться, чтобы треклятые игроманы как можно скорее вышли на меня. И вот ещё одна загвоздка: стоит ли идти с этими находками и полученной от Воронова и Удальцова информацией к следователю, который вёл дело о гибели Яны?
   Вспомнив о том, с какой недовольной рожей молодой мужчина осматривал тело погибшей, с какой ленцой опрашивал её друзей, соседей и сослуживцев, и с каким удовольствием он закрыл дело Васильевой, решила, что уж кому-кому, а следователю Степчюку Фёдору Михайловичу ни слова не скажу.
   Включив ноутбук, только с третьей попытки попала флэшкой в нужный разъём, и, пока ноут загружался, а антивирусник проверял съёмный носитель на вирусы, развернула фотографии. Их оказалось не так много, как мне того хотелось бы - всего три полоски, на каждой из которых по три небольшие фотографии размером 5*5 сантиметра. С самой первой полоски на меня смотрела Янка в окружении подружек - вот Иришка, нацепившая синий парик, старательно корчит рожицы, а супер серьёзная Кира машет волшебной палочкой в сторону Янки, которая весело хохочет, обнимая огромного бурого медведя. И так все три фотки, только парик, медведь и волшебная палочка на каждом снимке переходили к новой девушке, но суть от этого не изменилась - Васильева весело провела тот день. Тогда почему она спрятала эти фотки?
   Задумчиво проведя указательным пальцем, по лицу Янки, решила позже созвониться с Ирой и Кирой и расспросить их об этом дне. Думаю, девчонки смогут пролить хоть немного света на волновавший меня вопрос. Отложив фотографии, расправила вторую полоску. На ней были запечатлены Яна и высокий, крепко сложенный темноволосый парень. На верхней фотографии молодой человек скромно сидит рядом с Васильевой и строит рожицу в объектив камеры, а моя дурная Янка смотрит на него щенячьими глазами. На второй фотографии парень уже усадил Янку к себе на колени и нагло обнимает её руками, полностью покрытыми татуировками. К сожалению, разобрать, какие именно тату набил себе этот козёл, не было возможности из-за размера фотографии. И, наконец, на последней, третей, фотографии парочка страстно целовалась...
   Ошеломлённо уставившись на полоску с фотографиями, только и могла, что издавать невнятные звуки. Нет, конечно, Янка не была невинной девственницей в свои-то годы, но и вот так, нагло обжиматься и пуще того - целоваться в засос - практически на виду у честного люда, это точно не про неё! Да у Васильевой нервный тик начинался, если парень, с которым она ходила на свидание, нагло обнимал её за талию или опускал руку на бедро.
   Отбросив фото целующейся парочки, схватила третью полоску. Честно говоря, я была уже готова ко всему, но то, что запечатлела камера, явно выходило за рамки моей готовности. На верхней фотографии были изображены Янка, уткнувшаяся носом в огромный букет красных роз, и (ох ты ж!..) ещё один ухажёр Васильевой - рыжеволосый атлетически сложенный парень. И если Янка была полностью поглощена цветами, то рыжик глаз не мог оторвать от моей подруги. На средней фотографии Яна, которую ухажёр поднял на руки, приобнимала молодого человека за плечи и так счастливо улыбалась в объектив камеры, что у меня невольно расплылась ответная улыбка на губах. Опустив глаза на последнюю фотографию, невольно вздрогнула - Янка и рыжик самозабвенно целовались. Вот только если между темноволосым и Янкой буквально искрило от сдерживаемой страсти и похоти, то на аналогичном фото с рыжиком не было накала страстей. Нет, скорее этот поцелуй был благодарностью за чудесно проведённый день и шикарный букет.
   Кстати, что-то я не припомню, чтобы Янка припёрла домой ни огромного медведя, ни не менее габаритный букет красных роз...
   Разложив две последние полоски на столе, вновь пристально их рассмотрел. Открытие, посетившее мой мозг, после пятиминутного анализа фотографий, заставило меня зарычать и мысленно выматериться.
   Первые фотографии были зеркальным отображением друг друга - на одном Янка смотрит влюблёнными глазами на темноволосого, а на втором - рыжик не может отвести взгляда, полного обожания, от моей подруги. Вторые и третьи фотографии постарались выдержать в одном стиле, а именно объятия и поцелуй. Мне моментально вспомнились слова Удальцова, что отморозки, согласившиеся сыграть роли Ангела и Демона, должны были делать ежедневный фото- и видеоотчёты, и отправлять их на сайт клуба. И если эти полоски попали в руки поончахов, возомнивших себя вершителями чужих судеб, то они быстро смекнули, кого именно выберет Янка в конце концов.
   Антивирусник пискнул, оповещая о том, что вирусов не найдено, и я моментально переключилась с фотографий на флэшку. Открыв съёмный диск, с удивлением обнаружила вордовский документ, папку с фотографиями, на которых были запечатлены Янка, темноволосый и рыжик (естественно, парни ни разу на фотках не пересеклись) и несколько видео, на которых были засняты Янины родители, Стас и я. Решив, что видео и фото подождут, пока прочитаю текстовый документ, два раза щёлкнула по нему мышкой. Раскрывшаяся на экране страница, заставила меня не только сжать кулаки в бессильной злобе, но и скрипнуть зубами - передо мной, скажем так, лежал дневник Васильевой.
   Буллинг (от англ. bullying) - травля
   Издавна считается, что девушку, не вышедшую замуж при жизни, хоронят в подвенечном платье.
   Бермуды представляют собой штаны длиной ниже или выше колена.
   Физиогномистика - учение, согласно которому тип личности человека, его душевные качества и даже состояние здоровья связаны с чертами его лица. Сегодня считают лженаукой.
   Лафатер (1741-1801) - швейцарский антрополог и писатель.
   Монтегацца (1831-1910) - итальянский врач.
   Ламброзо (1835-1909) - итальянский психиатр.
   Жизнь начинается со мной.
   Комплекс старшего брата или сестры - когда старший ребенок в семье всячески опекает младшего, учит уму разуму, наставляет на путь истинный.
   КМС - кандидат в мастера спорта
  
  
  
  
  
  
  
  
  

21

  
  

1

  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"