Шимонко Иван Олександрович: другие произведения.

Сумасшедшая любовь

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:

Сумасшедшая любовь

Будь проклят этот день,

Когда ты мне приснилась!

Твой образ днем и ночью вижу я!

Ты для меня как ад и рай, весны струя!

Тебя люблю и ненавижу.

Люблю за теплые мечты,

Что согревают ночью,

Люблю за сладкий силуэт,

Что вижу я во сне...

Но ненавижу днем,

Когда осознаю, что рядом нет тебя;

Когда я понимаю, что ты иллюзия, мечта,

Не ваплотимая фантазия, мираж!

Из за тебя я мучусь, пропадаю,

Тоскую, в одиночестве сгорая:

Как можно полюбить другую,

Когда в душе и сердце образ твой...

Будь проклят этот день,

Когда ты мне приснилась!

Сцена... Темно... Нифига невидно, кроме фигуры какого-то человека...

Генрих. ...пускай лучше я узнаю, что мертв: и больше никогда не испытаю жажду любви, что так беспощадно жжет мое сердце, не испытаю боли одиночества, что своей колючей проволокой стягивает мою грудь... Но тогда я больше не увижу ее глаз! Неужели мои мечты были напрасны... Боже, не томи меня! Если я мертв - так покажи мне это... А если нет...

Звонит будильник.

Так значит - это... сон...

Мгновенно светает - но это не солнце, возможно, это театральные прожекторы. Наконец-то мы видим освещенный зал. Но сказать о нем ничего не можем: потому что он похож...похож... Да в том-то и дело, что он совершенно ни на что не похож!!! Слышно чей-то храп.

Ну что ж, Генрих, просыпайся.

Дядя Леня. А я и не сплю.

Оказывается, все это время дядя Леня спал на полу под кучей пустых бутылок. На нем: семейные трусы, гавайская рубашка. Он слегка пьяный и запухший. Дядя Леня выключает будильник и пытается что-то сделать - наверное, встать.

Генрих (удивленно). Вы кто?

Дядя Леня. Я дядя Леня, понял. А ты что тут делаешь? Небось, бутылки хотел забрать?!

Генрих. Честно говоря, я не видел ни вас, ни ваших бутылок.

Дядя Леня подымает будильник, смотрит на него, потом на Генриха. Заметно делается вежливым.

Дядя Леня. Вы, наверное, Генрих

Генрих. Он самый.

Дядя Леня ели сдерживает смех.

У меня что - смешное имя?

Дядя Леня. Почтеннейши извиняюсь... Я должен был вас встретить час тому назад... Ради Бога, извините... Но вы не волнуйтесь - все будет в лучшем виде, сейчас все исправим.

Дальше все напоминает гавайский ритуал принятия гостей: находит два гробовых венка, одного цепляет себе на шею. Ставит пластинку на граммофон, включает. Звучит приятный гавайский фольклор.

Генрих. Что организуем?

Дядя Леня. Все организуем!

Одевает гробовый венок на шею Генриха. Генрих заинтригован.

Дядя Леня (торжественно). Я, дядя Леня, перед лицом всей общественности...

Леня. Мы же здесь одни.

Дядя Леня. Цыть! ...перед лицом всей общественности официально поздравляю Генриха, он же Генри и он же Гена...

Генрих. Неужели с "Восьмым мартом"? (Смеется).

Дядя Леня. Цыть! ...с прошедшим событием. А точнее с тем, что десятого августа 2006 года Генрих, он же Гена, лег спать и во сне захлебнулся собственным языком, в конечном итоге - умер!

Музыка резко прекращается: наверное, зажевало пластинку. Услышав последние слова, Генрих вздрагивает.

Гип-гип-ура!!!

Леня достает из-за пазухи пионерскую дудку и дует в нее гимн Украины

Генрих. Мне это совсем не нравится!

Дядя Леня (очень обидчиво). Ишь ты какие пошли... Не нравиться ему... Что, совсем не нравится?!

Генрих (кидает венок). Совсем не нравится!!!

Дядя Леня (вот-вот заплачет). Я для них репетирую, стараюсь... пластинки модные достаю... А они: "Совсем не нравится!"... (Плачет.)

Генрих. Cлова сказанного - мне совсем не понравились.

Дядя Леня. Так бы сразу сказал. К словам, между-прочим, я никакого отношения не имею. (Достает помятою бумажку). Что мне дали - то и прочитал. (Дает Генриху.)

Генрих (читает). ...Он же Гена, лег спать и во сне захлебнулся собственным языком, в конечном итоге - умер... Гип-гип-ура... Подпись...Господин "М"... (Щупает свой язык.) Так вот почему мне снилось, что я утонул...

Дядя Леня. Что снилось?

Генрих не отвечает: он как будто парализован, не может выговорить ни слова. Садится на пол.

Странные вы люди. Когда вы пьете свой утренний кофе и вам говорят, что сосед, живший напротив, - умер: вы делаете вид, что вам его жаль, и со спокойной душой продолжаете попивать кофейок. Но стоит сказать ему, что умер не сосед, а он сам - его тут же кидает в дрожь

Генрих. Дядя Леня, неужели я и вправду умер?

Дядя Леня. Нет.

Генрих. Нет?!

Дядя Леня. Ну... понимаешь... и "да" и "нет".

Генрих. Так умер я черт возьми или нет!!!

Дядя Леня. От куда я знаю: умер ты или не умер? Жизнь твоя - вот и решай сам: живой ты или...

Генрих. Ты меня в гроб загонишь!

Дядя Леня. Все там будем! Понимаешь... Для Земли ты уже мертв. И возможно, кокая-то жирная муха сидит на лбу, еще не остывшего покойника, то есть на тебе. И если ты следишь за моими мыслями, то должен пораскинуть мозгами и задуматься: "Где же я черт возьми нахожусь, если там, на Земле, жирная муха откладывает яйца на моем лбу!"...

Генрих Неужели...

Дядя Леня. Да, после смерти люди попадают в ад или в рай... Люди, которые умерли в чотное число, попадают в рай, а в нечетное - в рай... Но перед тем, как говорить людям - где они находятся, я всегда спрашиваю у самих покойников. Ну так что, Генрих, где ты находишься?

Генрих. Если верить вашим словам - это рай. Ибо умер я десятого августа. Я угадал?

Дядя Леня (смеясь). Конечно нет, тупица!

Генрих. Значит... все-таки ад...

Дядя Леня. Это не ад, и тем более не рай.

Генрих. Тогда что?

Дядя Леня (злобно и очень громко). Это остров Джиперс Скриперс!!!

Когда он произносит эти слова звучит ужасный гром, как в фильмах ужасов. Генри слегка напуган.

(Не громко.) Понимаешь, ты вроде бы как умер... Но дело в том, что Люся-бухгалтер ушла в декрет.

Генрих (истерически). Причем здесь Люся-бухгалтер?!

Дядя Леня. А при том: на ее место пришла новая, молодая, ты ее наверное знаешь. Сериалы смотришь? (Генриху плохо.) Так она снималась в сериале... как же его?..."Тля... "Тля... А вспомнил, "Блядина"!

Генрих (поправляет). "Ундина".

Дядя Леня. Да, точно - "Ундина". Так вот эта, мягко говоря, ундина по рассеянности забыла послать бумаги, удостоверяющие твою смерть.

Генрих. Куда послать???

Дядя Леня. Куда-куда - на небеса... Не перебивай меня... С почтой у нас - большие проблемы. Она приходит и уходит раз в четыре дня. А все потому, что почтальон - большой дефицит. Это там у вас, на Земле: быстрый доступ к Интернету, факс-модемы и прочие чудеса научно-техничного прогресса... Я начальству пятый год толкую: "Давайте компьютер купим." А они мол: "Денег нет, писарям за январь не уплачено!" А так и писари не нужны были бы: сократить всех по штату, и концы с концами, понимаешь... Нет, ты не подумай... Я добрый... Просто больно нелюблю писарей: скользкие они... А мне же много не надо: купили бы Pentim1 - и все.

Генрих. Нет, если уж покупать, так покупать: Pentim4 - как минимум.

Дядя Леня. А игры на нем можно будет...(неловкая пауза) Пока наши не передадут на небеса бумаги, удостоверяющие твою смерть, ты, по небесному, будишь считаться живым. А это означает, что официально - ты жив. Ты можешь есть, пить, любить, плодиться, можешь даже кому-то морду набить, одним словом - полноценный мужик. Но помни: также ты можешь умереть, так что делать последние, бить кому-то морду - лучше не надо - у нас этого не любят: это же не Москва. Но ты не волнуйся, мы все исправим - через день-два ты сможешь с улыбкой на лице сказать: "Я покойник!". И заметь, не просто покойник, а самый настоящий мертвец, на этот раз официально; тебе даже выдадут карточку, удостоверяющею твою мертвость... Потом будет Великий Суд...

Генрих. Великий Суд?

Дядя Леня. Может не такой Великий, но все же, Суд. Не торопи событий: сам все увидишь... Потом будет корпоративная вечеринка в твою честь, вернее в честь твоего ухода в ад, или в рай. Мы все будем молиться за то, что бы твоя душа горела в аду...

Генрих (удивленно). За что?

Дядя Леня. Нет, ты неправильно понял. Попробую Объяснить... Первый вариант - ты попадаешь в рай. Ангелы, в честь еще одной спасенной души, приносят нам всякою гадость: коржики, печенья, карамельные конфеты, торты и бисквиты, пироги и рогалики, черничное мороженое, шоколадные тефтели или развесной шоколад...

Генрих. Хорошо, я понял! А второй вариант?

Дядя Леня. Сатана, в знак благодатности за пропащею душу, высылает нам маленький презент: в виде ящика пятизвездочного коньяка и контейнера молоденьких девиц - грешниц, у которых физические возможности в десять раз превышают умственные. Еще раз повторю: против тебя лично ничего не имею... И по-моему - ты хороший парень... Но после вечеринок "сладкий стол" , на протяжение двух недель, у меня наблюдаеться "сладкий" стул. А "сладкий" стул, как известно, приводит до слипания "левой" и "правой"... (Показывает место на котором сидит.) Прямо как клей "Момент"... А у меня кожа нежная, понимаешь...

Генрих. Понимаю. Но ты же говорил: кто умирает в четные числа попадает в рай, а кто в нечетные...

Дядя Леня. Я пошутил.

Генрих. Я умираю со смеху. Ха-ха-ха...

Дядя Леня. Мой папа был известный юморист девятнадцатого столетия... Хочешь анекдот про зайца?

Генрих. Хочу.

Дядя Леня. А он тебя не хочет... (Корчится на полу со смеху.) Эту шутку мой отец придумал.

Звонит очень старый телефон... Где он взялся? А у вас что, фантазии нету? Вот сами и придумайте... Генрих удивленно подымает трубку... Голос из телефона - до ужаса неразборчив.

Генрих (в трубку). Але... Да. это остров Джиперс Скриперс... Да, это Генрих... (Протягивает трубку Лене.) Вас, к телефону...

Дядя Леня (в трубку). Але... Да... Нет... Да-да... (Ложит трубку.) Не может этого быть...

Леня очень ошарашен, ходит туда-сюда и разговаривает сам с собой...

Очень интересно...

Генрих. Что там?

Дядя Леня. Очень интересно...

Генрих. Ну что же там?

Дядя Леня. Еще один...

Генрих. Еще один полу мертвец как и я?

Дядя Леня. Да... Но дело в том: что у нас никогда не было двух клиентов одновременно... Это все мне очень не нравится... Жди меня здесь, никуда не уходи, скоро буду... (Уходит.) Стереги бутылки: мало тут всяких ходит! Ты отвечаешь за них головой... (Ушел.)

Генрих (сам). Интересно, кто этот "еще один"? Но то что я не один - уже радует.

Выходит старуха одетая в лохмотья совецких времен. В одной руке держит дрючок, в другой - авоську... Идет на ощупь: наверное слепая. Наткнувшись на бутылки, старуха принимается их собирать...

Бельдора. Человятиной пахнет...

Генрих. Не хочу вас огорчать, но это не ваши бутылки.

Бельдора (продолжает собирать бутылки). А-а... Что... Ничего не слышу!

Генрих. Я говорю не трогайте бутылок - они не ваши.

Бельдора. Наверное послышалось.

Генрих (громко). Я говорю это мои бутылки!

Бельдора (вспыльчиво). А где написано, что они твои! Покажи мне!

Генрих. Так вы же слепая!

Бельдора. Хоть я и слепая, но этот факт не запрещает мне утверждать: на бутылках не написано, что они твои! Правильно! А значит - бутылки ничьи. В данной ситуации я их первая нашла. И скорее, я отрежу твой болтливый язык, чем уступлю тебе бутылки!

Генрих. Я пообещал их сторожить!

Бельдора. Только через мой труп!!!

Старая ведьма бросает авоську и кидается на Генриха с дрючком

Генрих. Ладно, ладно... Твоя взяла, забирай их себе.

Бельдора. Ты серьезно?

Генрих. Забирай их... Биться со слепой старухой с дрючком - не входило в мои планы.

Бельдара. Ох, добрая ты душа. Вот видишь, до чего я докатилась - за бутылку готова горло перегрызть. А ведь раньше была интеллигентная ведьма. Жила в основном за то, что наводила порчу на людей, и был спрос, гадала, ворожила. А сейчас что: порча из моды вышла, а гадание - все променяли на гороскопы. Куда не глянь: газеты, журналы, Интернет, - везде гороскопы. Что за люд пошел? Теперь стала никому ненужной... Извини забыла представиться: Бельдора Василивна, для друзей просто ведьма Бельдора.

Генрих. Генрих, для друзей просто Гена.

Бельдора. Для общей характеристики могу добавить: никогда не вступала в комсомол, дважды была чемпионкой по фехтованию, в результате чего - осталась без глаз.

Генрих. Ирония судьбы.

Бельдора. Слушай, Генрих, ты гороскопы читаешь?

Генрих. Нет.

Бельдора. Тогда давай я тебе погадаю. Этой гадалке меня научила одна девочка.

Дальше все напоминает мистику.

О! Вижу... Зовут тебя Генрих!

Генрих. Я вам это уже говорил.

Бельдора (громко). О! Вижу... Опасность! Опасность близко... Она уже тут... О нет!!! Гибель... Страшная гибель... Из-за... Из-за... Девушки...

Старуха в трансе. Идет дождь, где-то гремит гром. Пролетела маленькая ворона.

О! Остерегайся его!!! Он опасен...

Генрих. Кто опасен?

Бельдора (с ужасом). Мастер!!!

Эти слова она выговаривает с визгом, они сопровождаются ужасным громом. После этого она падает.

Запомни это имя, но никогда не смей произносить его. Ибо произнеся его добра не жди.

День превратится в ночь,

А ночь - станет жуткой тьмой!

Из этой тьмы как вихрь вылетает он,

Чтобы посеять мрак и ужас!

Как будто все силы зла слилися воедино

В одном и том же месте - в нем!

Он повелитель тьмы,

Он предводитель зла,

Он хуже сатаны,

Он жалит как змея!

Все, что имеет душу, в присутствии его

Трепещет, вянет, погибает.

Стая ворон кружит над ним,

Чтобы полакомиться тушью тех,

Кто повстречал его...

Генрих. Довольно. Допустим, я поверю... Но почему он не явился в тот миг, когда вы назвали, или лучше сказать провизжали его имя?

Бельдора. Видать, боится меня, думает, порчу наведу. И правильно - это я очень хорошо делаю... (Делает тоскливое лицо.) Когда-то: мы учились в одном классе, сидели за одной партой, делились яблоками и бутербродами. Он ухаживал за мной: дергал за косички, мацал мою грудь, которой на самом деле не было, иногда, с любовью бил кулаками по лицу. Одним словом - все было идеально. Но это длилось не долго: в параллельном классе училась эта грязная стерва Маргарита! (Резко становится очень злой.) Она была полной дурой и полной противоположностью меня: не носила бантики, курила "Беломор". На большой переменке, ее всегда можно было увидеть возле пивной бочки. А если ее там не было - значит, кто-то повел шалаву в чебуречку. Нет, ну я тоже не без греха, но не в пятом же классе... Ты наверное понимаешь к чему я клоню. Он променял меня на эту... Аргументируя это тем, что я не вступила в комсомол. Теперь, очевидно, ему стыдно взглянуть мне в глаза.

Генрих (удивленно). Мастер и Маргарита.

Вороны демонически каркают.

Бельдора. Цыть!!! Никогда не упоминай его имя! Нет, это не булгаковские герои.

Генрих. Да, наверное ему дали такое имя не потому, что он был бесценным писателем.

Бельдора. А хочешь, я тебе расскажу, почему Маргариту назвали Маргаритой.

Генрих. В тридевятом царстве...

Бельдора. Мать назвала эту дрянь, в честь свиньи Маргариты, которая спасла ее семье жизнь в голодомор, тридцать третьего... (Нюхает.) Слушай, Генрих ты не замечаешь этого запаха?

Генрих. Да, вам не мешало бы помыться, желательно с мочалкой и мылом.

Бельдора. Нет, я не про себя... Хотя, я знаю здесь одну баньку. Если хочешь мы могли бы хорошенько попариться... (Каркают воробьи.) У меня плохое предчувствие, Генрих.

Генрих. Неужели пункт приема бутылок сегодня закрыт?

Бельдора (встревожено). Он здесь, Генрих... Он здесь... Я его чувствую старой задницей. Она меня еще никогда не подводила... Мы с тобой умрем, Гена... Он здесь... (Каркают кузнечики.)

Генрих. Кто, здесь?

Бельдора (кричит визгом). Мастер!!!

Произнеся его имя, мы слышим деревянный стук, исходящий из задницы старухи. Белбдора резко подымается с мета, на котором сидела. Они с осторожностью рассматривают это место.

Генрих. Теперь я понимаю, почему вы почувствовали именно задницей.

Бельдора. Мы мертвы, слышишь.

Стук продолжается дальше. Генрих с ломом и Бельдора с дрючком подходят. Генрих снимает черное покрывало, на котором сидела Бельдора.

Бельдора. Скажи мне, что там?

Генри. Два гроба...

Бельдора. Аа-а!!! Мы умрем, Генрих!!! Мы умрем!

Слепая ведьма с криком и визгом убежала, но буквально через десять секунд возвратилась, что бы забрать авоську с бутылками. С визгом убегает со сцены.

Генрих (сам). Неужели, это тот самый Мастер...

Звонок телефона. Генрих не знает: поднять, или нет, но в сеже подымает.

Голос из телефона. Дубина, открой крышку гроба!

Генрих с ужасом кидает трубку. Через мгновение: опять звонок. Генрих подымает.

Голос из телефона. Открой, а не то худо будет!!! (Связь прервалась.) Пи-пи-пи-пи-пи...

Герих, переведя дух, принимается открывать гроб. Мы слышим как скрипят гвозди, вытаскиваемые из гроба. Все, что остается сделать - это открыть крышку... Генрих вспоминает слова старухи.

Генрих. День превратится в ночь,

А ночь - станет жуткой тьмой!

Из этой тьмы как вихорь вылетает он...

Он открывает крышку гроба со словами "вылетает он". Так и случилось: от туда "вылетает" Мастер, с поднятыми вверх руками.

Мастер. Аа-а-а!!!

Эта сцена, больше всего напоминает хулигана, который хочет напугать ребенка... Генрих падает на землю.

Испугался?

Генрих (кивает головой). Да...

Мастер. Я тебя понимаю. Не каждый день увидишь гроб, из которого кто-то вылазит...

Мастер отряхивается. Честно говоря: он больше похож на сумасшедшего клоуна, чем на повелителя тьмы... На нем красно-зеленая тельняшка, как у Фреди Крюгера.

Генрих. Я тебя представлял немножко другим.

Мастер. Может, ты хотел увидеть небритого, вонючего мужика в костюме зайца, по имени Балалайка, ассоциирующийся у тебя, с песнями Высоцкого.

Звучит песня Высоцкого. Под нее выбегает мужик в костюме зайца, описываемый Мастером. У него на спине трехструнная гитара,. За сценой слышно лай собак - Шарика и Кубика; Альма, почему-то не хочет лаять... Заяц стает между Мастером и Генрихом, замеряет как статуя, изображая Деву Марию... Затем, выбегает охотник на лыжах. За спиной у него ружье; на голову хаотически надета шапка-ушанка.

Охотник. Ах ты падло!!!

Подъезжает на лыжах к Зайцу. Кланяется и крестится перед ним три раза, приняв его, за Деву Марию.

(К Генриху) Ребъята! Тут заяц не пробегал?

Генрих указывает пальцем, в противоположную сторону Зайца

(Про Балалайку) Все равно, пристрелю кабеля! (уходит)

Заец уходит со сцены, напевая...

Балалайка. Где был я вчера - не найти днем с огнем,

Помню только что стены с обоями

Помню Клавка была, и подруга при ней:

Целовался на кухне с обоими...

Генрих удивлен произошедшим (а вы?).

Генрих. Что это было?

Мастер. Заяц... Это еще ничего. Однажды во Франции, я видел беззубую обезьяну, которая рассказывала наизусть "Евгения Онегина" - голосом Боярского... И, возможно, она не знала наизусть все произведение, но "Письмо Онегина к Татьяне" она рассказала изумительно... Теперь я понимаю, что Пушкин - был вовсе не голословен: "И днем и ночью кот ученный...

Генрих (смеется). Вы очень смешной человек. И вовсе не похожи на того Мастера, о котором мне рассказывала старуха.

Мастер, услышав свое имя, со страхом падает на землю. Каркает вся живность театра, даже режиссер.

Мастер. Ц-ц... Ты что, смерти своей хочешь? Почему ты назвал это имя?

Генрих. Не думал, что тебя напугает собственное имя... Ааа... Значит ты не Ма... (Закрывает себе рот.)

Мастер. Да, ты прав: я не твоя мама, и уж тем более не...

Слова прерывает стук, доносящийся из второго гроба. Живность не перестает каркать.

Голос из гроба. Вы меня разбудили!

Мстер. Мы его разбудили.

Услышав это, Генрих падает в обморок.

Что я такого сказал? (Мастер подходит к гробу, и стучится, как бы прося войти.)

Голос из гроба. Кто там? (Голос неразборчивый, и явно не трезвый.)

Мастер. Сто грамм!

Услышав эту фразу, лежащий в гробу, начинает бушевать и брыкаться. Сложно определить: матерится он, или бормочет какую-то веселою шансоновскую мелодию. Мастер подымает гроб так, что он стоит вертикально, крышкой гроба повернут к нам. Резко, лежащий в гробу, - замолкает. Мастер, не понятно от куда, достает банку с огурцами. Одной рукой он ловко достает с банки огурец, другой - чекушку какой-то жидкости, но заметьте: не 0,37, не 0,33, а именно 0,25 мл. В это время - крышка гроба открывается... Если бы вы увидел этого человека на улице - вы бы сказали: "Алкаш". Одежда грязная и потрепанная, на ногах сандалии, на лице - недельная небритость, и двухнедельная запойность В правой руке он держит стакан, в левой - вилку... Генрих приходит в себя, и внимательно смотрит за происходящим.. Мастер вливает "паленную" водку в граненый стакан, а потом, плавным движением руки, насаживает огурец на вилку... Человек из гроба посмотрел на Мастера, на Генриха - скривился. Потом посмотрел на водку и соленый огурец - заметно помягчал. Затем выдохнул, резко поднял стакан ко рту, но остановился... Простоя в таком положении некоторое время, он опустил стакан и кинул на Генриха недружелюбный взгляд... Генриху, это явно не понравилось. Одно мгновение, два - и человек из гроба молниеносно выпивает водку, за считанные секунды съедает огурец. Закончив трапезу, он отдает стакан и погрызенную вилку Мастеру. После чего, выдвинув лицо вперед, широкими шагами подошел к Генриху. В его блатной походке наблюдалась нечеловеческая агрессия. Генрих сжал правую руку в кулак, ожидая мощного удара в лицо. Но вместо того, что бы ударить Генриха, он протягивает руку.

Человек из гроба (ласково). Бред Пит, для друзей, просто - Пити.

Генрих. Генрих, можно просто - Гена. (Жмут друг-другу руки.)

Мастер (к человеку из гроба). Ладно, хватит придуриваться. Надо все ему объяснить.

Генрих. Было бы неплохо.

Мастер. Дело в том, что я совсем не Мастер, как ты мог подумать.

Генрих. Так кто же вы, голодранцы?!

Мастер. Начну с себя: на "с" начинается, на "ь" кончается.

Генрих. Сволочь!!! И дружок твой, алкаш, тоже сволочь!

Мастер. Нет, ты не угадал. Я твоя Совесть, а он твой Ангел-Хранитель.

Звучит отрезок из песни "Алилуя", и резко прекращается... Извините, что водил вас за нос...

Совесть. Вот мое удостоверение. (Дает.) От тебя нам ничего ненужно, это ты нуждаешься в нас. А явились мы, потому что именно сейчас ты находишься в большой опасности.

Генриих. Единственная опасность, которую я вижу - это вы.

Ангел Хранитель. Не дури, Генри!

Совесть. То, что ты попал именно на этот остров - очень подозрительно. Название Джиперс Скриперс тебе ни о чем не говорит?

Генрих. Да, по-моему так назывался кокой-то фильм ужасов.

Совесть. То-то же

Генрих. Правда, я его не смотрел.

Совесть. Неважно. Я очень чувствительна к опасности, ну а если и твой Ангел Хранитель здесь - то что-то непременно должно произойти. (К Ангелу.) Правда алкаш.

Ангел Хранитель. Прошу заметить, что ангелы не каждый день являются людям. Такие случаи можно на пальцах перечислить. Так что можешь гордится: перед тобой самый настоящий Ангел Хранитель. (Ему делается плохо, он берется за живот.)

Генрих (шутя). Так значит, я попаду в Библию?

Совесть. Возможно, но перед этим тебе придется заполнить кучу бланков, пройти медицинское обследование, и сделать обрезание. У тебя венерические заболевания имеются?

Генрих. А что?

Совесть. Дело в том, что Бог ненавидит две вещи - сифилис, и прыщи.

Генрих. Я конечно не проверялся, но на 98,3% уверен, что сифилиса у меня нет. Вот только с прыщами...

Совесть. Прыщи? Все пропало! Не быть тебе Святым Геной.

Генрих. Он у меня один, маленький, и тем более подмышкой... Слушай, может Бог не увидит?

Совесть. Бог все видит! Говоришь маленький. Анну покажи...

Генрих снимает рубашку. Совесть разглядывает прыщ. Тем временем, Ангелу делается совсем плохо, но на него никто не обращает внимания...

Совесть. Нет, увидит. Хотя, знаю я один метод: вычитал в журнале "Здоровье".

Генрих. Да уж, эта современная медицина делает чудеса. Что же это за метод?

Совесть. Называется "выдавить".

С этими словами, Совесть надавливает на прыщ. Генриху больно, он кричит... Ангел пытается вырвать, но у него не получается...

Будишь ты теперь в Библии на первых страницах.

Генрих. А куда же старые девать?

Совесть. Вычеркнуть.

Генрих (возмущенно) Как вычеркнуть?

Совесть. Молча... Понимаешь, в историю создания мира за семь дней - мало кто верит. Видь все знают, что за семь дней, не то что мир, даже фильм малобюджетный не сделаешь, пускай это будет сам Господь Бог. А что это за дурацкая история о Адаме и Еве. Дарвин сказал: "Люди пошли от обезьяны, и точка!".

Генрих. Эти истории нужно понимать образно.

Совесть. Нынче у людей с образным мышлением не очень...

Ангел на четвереньках, вытирает слюни. Ему так плохо, что он ели выговаривает слова.

Ангел. Ты что веру православную поганишь, падло! (Его опять стошнило.)

Совесть. Наверное, что-то не то съел...

Генрих. Ты хотел сказать - сожрал!

Совесть. Может сожрал... Я то здесь причем?

Генрих нюхает пустую бутылку и банку с огурцами.

Генрих. А при том, что сожрал он паленою водку, с твоими не досоленными огурцами десятилетней давности. А в суме, они дают двойную, убойную силу: понос, и рвоту!

Совесть (изумленно). О-о- о.

Генрих. Одновременно!

Совесть. Мне его очень жаль. Но ты же знаеш, что телевизор я не смотрю, и в общаге не жила: а потому, ничнго не знаю о поносе и рвоте... Его, что-то может спасти?

Генрих. Навряд ли!

Совесть. Так что, может его лучше добить как собаку... чтоб не мучился?

Ангелу, хоть и плохо, идея ему совсем не нравится...

Генрих. Ты сошел сума, он ведь не собака!

Совесть. По определению - он самая настоящая собака: лазит на четвереньках, дышит как она... от него даже воняет, как от собаки...

Совесть принимается что-то искать... Ангел, который не может выговорить ни слова и подняться с четверенек, очень напуган оригинальным предложением Совести...

Где же он?

Генрих. Кто?

Совесть. Конь в пальто с большим топором...

За кулисами слышно истерический смех коня, который стесняется выходить на сцену...

Генрих. А почему с топором?

Совесть. Потому что я ищу топор!

Совесть находит топор. Она не соврала - он и в правду большой. С такого - хоть кашу вари.

Генрих. Ты хочешь нарубить дров?

Совесть. Нет, я хочу зарубить эту псину.

Генрих видит, что это не тонкий юмор, а суровая реальность: Совесть подходит к Ангелу, и замахивается топором на него... Генрих пытается остановить происходящее.

Генрих. Стой-стой-стой...

Совесть. Ну, что еще?

Генрих. Предположим, этот алкаш - собака. Но если ты смотришь передачу "В мире животных"...

Совесть (перебивает). Я не смотрю телевизор, Генри!

Генрих. Там было сказано: "Собака друг человека!"...

Совесть. Да Генри, ты прав... Наш дружеский долг - избавить бедную собачку от мучений... (Замахивается топором.)

Генрих. Стой! Хватит валять дурака! Ты же прекрасно знаешь, что это не собака, а мой Ангел-Хранитель...

Совесть. Ну... я даже не знаю: по всем признакам - это собака.

Генрих. Может, у него спросить?

Приводит Ангела к чувства...

Совесть (к Ангелу). Слушай, собака ты или нет?

Ангел мотыляет головой в разные стороны - "нет"...

Генрих. Вот видишь, он не собака, опусти топор.

Совесть. Да, ты прав - он не собака. Но чем Ангел-Хранитель хуже блохастой собаки? Нет, я не имею ввиду, что он лучше, но и не хуже, согласись. Я не такой живодер как ты, и не могу видеть как он мучится. Отойди, и дай мне положить всему этому конец.

Совесть замахивается топором!

Генрих (с ужасом). Стой!!!

К сожалению, было слишком поздно: топор уже летел в воздухе, что бы вонзится в спину Ангела. Генрих не успел его остановить... Но нет, что это? Топор пролетает мимо спины, и вонзается в пол!

Совесть. Ну что еще?!

Генрих (переводя дух). Я думаю его можно спасти... Есть один метод...

Совесть. Вычитал в журнале "Здоровье"?

Генрих. Нет, увидел в рекламе. Препарат называется "Мезим".

Совесть. И где же ты его найдешь?

От куда не возьмись, выпрыгивает женщина, снимавшаяся в рекламе "Мезима". Она веселая, и слегка подвыпившая. Возникает ощущения, будто она только что со съемок. Профессиональная актриса пляшет, и громко напевает песенку: "Конфетки бара-а-аночки..."

Женщина с рекламы (наиграно). Мезим, при желудке - незаменим.

Актриса отдает пачку чудо-лекарства Генриху, после чего, весело уходит со сцены, напевая ту самую, молодежную мелодию: "Конфетки бара-а-аночки..." Генрих, распаковав пачку, впихивает жменю таблеток в рот полу-мертвого Ангела... дает запить таблетки рассолом. Алкаш, выпив порченого рассола, лежит на полу без чувств.

Совесть. Выживет?

Генрих. Не знаю.

Совесть. (Кидает топор на землю.) Ненавижу хронических алкашей, вырезал бы всех до единого.

Генрих. Если Бог создал водку - значит так надо. Виной его состояния, является не алкоголизм, а ты, точнее, твои испорченные огурцы!

Совесть (с обидой). Так значит, это я виновата? А ты знаешь, что именно из за тебя он начал пить, именно из за тебя твой Ангел-Хранитель стал алкашом! (Дальше разговор идет очень интенсивно.)

Генрих (с удивлением). Из за меня?

Совесть. Из за тебя, из за твоей бездарной земной жизни!

Генрих. У меня была хорошая жизнь: верные друзья, неплохая работа, любовь...

Совесть. Что-что? Нука... повтори последнее слово.

Генрих (не уверенно). Любовь...

Совесть. Любовь?! Не ври себе и своей совести! Какая любовь?! У тебя никогда не было любви, если не считать тех шалав, которых ты провожал домой, после дискотеки. А Ангелы, без любви - никак!

Генрих (со злостью). Не смей говорить так! Если бы ты чистила уши, то слышала бы, что в начале пьесы я говорил об этом!

Совесть. О чем Генри?! О той девушке, что снится тебе уже пять лет!

Генрих. Да о ней! И я верил в то, что когда-то встречу ее!

Совесть. "Когда-то!". Ты умер Генри, и время не возвратится назад. Вспомни Аню из 11-Б, Лену, у которой ноги растут от ушей - и ты их променял на какую-то девушку из сна?

В это время, алкаш приходит в себя. Наливает рассол с банки в стакан... Генрих и Совесть так заняты разговором, что не замечают его...

Генрих. Я считал, что она настоящая...

Совесть. Нет Генрих, это всего лишь иллюзия, вымысел, мечта романтика!

Генрих. Да, быть может ты прав, и это всего лишь моя фантазия... Но я любил эту фантазию, я любил эту загадочную девушку! И я верил, что...

Совесть. Во что ты верил?! Что когда-нибудь, гуляя по парку, ты встретишь эту девушку со сна? Чушь! Полная чушь!

Генрих. Да, я верил!!!

Совесть. Но ты умер Генрих, и через день-другой будишь в раю, или же - в аду. И должен осознать, что эта девушка всего лишь иллюзия!

Генрих показывает указательным пальцем, в сторону Совести.

Что!

Совесть медленно оборачивается, и видит, что перед ней стоит Ангел-Хранитель... В одной руке у него банка с огурцами, в другой - стакан.

Ангел (с яростью). Это тебе за Библию!!!

Выплескивает в лицо Совести рассол, находящийся в стакане.

Это тебе за собаку!!!

Выливает на его голову остатки рассола, находящиеся в банке... Затем, достает самого большого огурца...

А это, за испорченные огурцы!!!

Засовывает гигантский огурец, в рот Совести. После всего этого, Совесть, сохраняя гробовое спокойствие, наклоняется к груди Ангела, что б вытереть свой лоб, об белую салфетку. Вынимает огурец изо рта, и кладет его себе в карман. Нежно засовывает правую руку себе в пах, после чего, долго что-то там ищет. Найдя у себя в паху белые глаженые перчатки, вынимает их, и элегантно плещет ими по щекам обидчика.

Ангел. Дуэль!

Совесть. Дуэль!

Генрих. Какой еще дуэль?

Ангел. На шпагах!

Совесть. Шпаги!!!

С разных сторон сцены вылетает по одной шпаге. Ангел и совесть берут их в руки. Этим временем на сцену выходит Бельдора Василевна...

Бельдора. Я слышала слово "шпаги", или мне послышалось?

Генрих. Да Бельдора Всилевна, вам не послышалось. У них дуэль на шпагах. Рассоедините их, пока эти глупцы, не проткнули друг-другу брюха. Вы старая - они вас послушают.

Бельдора (к Ангелу и Совести). А-й-а-я-я-й-я! Ц-ц-ц... А-я-я-й-а...

Совесть. Пошла вон старуха!!! Не видишь, мужчины между собой разбираются!

Бельдора. Не знаю, мужик ты, или сука редкостная, но я тебя научу старых уважать! (К Ангелу) Дай сюда шпагу малыш.

Бельдора выхватывает шпагу из рук Ангела, и бросается на Совесть, но так как она слепая - проходит мимо Совести...

Ишь ты! Я тебе покажу! Я была дважды чемпионкой по фехтованию... (Она бьется с невидимым противником.) Первый раз в Древней Греции, второй - в Сиднее, Австралия... Уразумел, юзик...

Глядя на ее технику, мы начинаем верить, что олимпийское золото ей присудили - не за красивые глазки... И если бы ей вернуть, хотя бы один глаз: она победила бы не только Дартальяна, но и Атоса, Партоса, Арамиса, - вместе взятых. Жестоко размахивая колющим предметом, и не прекращая бороться с невидимым противником, Василивна исчезает со сцены...

Генри (улыбаясь). Значит дуэли не состоится?

Совесть со злостью ломает шпагу об колено.

Совесть. Состоится... Секундант!!!

На сцену выходит карлик, в черном фраке пушкинских времен. На голове у него есть три вещи: большая черная шляпа, большая черная борода, и маленькая подлая улыбка. Насчет бороды, извиняюсь... Дело в том, что карлик перекрасил черною бороду, в насыщенный рыжий цвет, думая, что так, он будет похож на солиста группы "Иванушки international". Он выглядит очень оригинально, но под маской оригинальности скрывается сильная личность лидера. Не знаю как вы, но я с ним в разведку и в баню не пойду... подлый он.... В руках он держит коробку, с двумя "обрезами".

Карлик (к Совести). Выбирайте оружие, сер. (Его голос напоминает некачественные фильмы, о Шерлоке Холмсе.)

Совесть. Пожалуй, я выберу вот этот... (Берет.)

Карлик. С него был убит, сам Пушкин. (Подходит к Ангелу.) Выбирайте оружие, сер.

Ангел. Но с чего я буду выбирать, если остался только один пистолет?

Карлик. Не гоните фуфло, сер.

Ангел (берет). Кого убили этим утонченным оружием?

Карлик. Какую-то дворнягу из Португалии.

Ангел. За что ее убили? (По-видимому, эти слова затронули его заспиртованное сердце.)

Карлик. Чтоб не мучилась, сер. По-моему, ее звали...

Ангел (перебивает) Не надо... Зато сегодня, им будет убита Совесть Генриха!

Генрих. Вы же шутите, правда?

Совесть. Это не шутки, это дело принципа, дело совести. (К Ангелу.) Со сколько метров будем стреляться?

Ангел. С одного метра!

Ангел и Совесть направляют на друг-друга "пулеметы". Между ними расположились две вещи: горизонталь - расстояние в один метр, и вертикаль - метр в "кепке".

Карлик. Стреляем по моей команде! Кто выстрелит раньше моей команды, будет оштрафован на пять долларов! Смотрите не обрызгайте своими мозгами мой новый фрак: он плохо стирается... (Подымает вверх толи рыжий, толи красный, флажок.) На старт...

Генрих (резко). Стойте! Я придумал!

Совесть. Что ты придумал, Генрих!

Генрих (с улыбкой). Можно дружно накостылять Карлику! Это всегда сближало: тогда вы помиритесь, и передумаете убивать друг-друга.

Все смотрят на Карлика, последнему очень страшно...

Карлик. Нет-нет! (Голос Шерлока Холмса превращается в голос Витаса.) Мне нельзя: у меня семья, дети маленькие, бабушка и дедушка на иждивении... Смилуйтесь серы! Меня нельзя бить: у меня почки слабые... (Плачет.)

Совесть. Идея конечно хорошая, но дуэли нельзя отменить.

Карлик. Да, точно, нельзя... На старт!

Генрих. Я не могу смотреть на это!

Генрих берется за голову, и садится на пол. Кажется, что вот-вот сойдет сума...

Карлик. Внимание... Марш...

Вместо того, что бы выстрелить - Ангел-Хранитель резко опускает "волыну"

Ангел. Я не могу...

Совесть. Почему?

Ангел. Я сегодня выпел, и теперь могу не попасть. (Услышав эти слова, Генрих резко оживает.)

Генрих (радостно). Да, ты прав: ты можешь не попасть. Дуэль не состоится. Отдай мне оружие, Ангел...

Ангел не охотно, но все же отдает "ружье"

Совесть. Так что, дуэли не будет?

Ангел. Почему не будет? Генрих заменит меня!

Генрих. Почему это я должен заменять тебя на дуэли?

Совесть. Да, почему?

Карлик. Да, почему это?

Ангел. Как это почему? Значит я, Ангел-Хранитель должен выручать тебя из всяких передряг, заступаться за тебя, а ты нет? Ах ты неблагодарный еретик! Стреляй за меня, или я больше не твой Ангел-Хранитель!

Совесть. Он прав, Генри! У тебя нет выбора... (Совесть целится "калашом", ему в голову.)

Карлик. Да, он прав...

Генрих. Вы все посходили сума...

Карлик. На старт... Вни...

Генрих. Заткнись карлик, а не то я оторву твою рыжую бороду! (К Совести.) Ты не можешь меня застрелить, из за трех причин. Во-первых, Ты моя Совесть, и призвана защищать, а не убивать меня...

Совесть. В данных обстоятельствах, я имею право тебя убить.

Ангел. Том4, глава ХХ, параграф1. (Ссылка на книгу Лютера Кинга "Кодексы совести".) Где сказано, что...

Генрих (перебивает). Во-вторых, ты не девушка...

Совесть. Какое это имеет значение?

Генрих. Старая ведьма Бельдора нагадала мне, что я умру из-за девушки.

Совесть. Совесть не имеет пола, и если ты так хочешь, я могу быть девушкой. (Корчит из себя девушку: поправляет волосы, делает глупое лицо, трогает себя за грудь, надувает губы бантиком и др.)

Генрих. Очень похоже, но есть третья причина - я уже мертв!

Совесть. Как ты не можешь понять, что ты еще не полностью мертв. Вот когда ты попадешь в ад, или в рай...

Генрих. Но что же со мной будет если ты меня убьешь.

Совесть, Ангел, Карлик (хором). Тогда твоя душа будет вечно гнить здесь! (Карлик корчится на полу со смеху. Я же говорил: подлый он...)

Генрих. Мне это совсем не нравится... Вы что, сговорились?

Совесть. Карлик, делай свою роботу.

Карлик. На старт

У Генриха срабатывает инстинкт, и он направляет "водяной пистолет" на Совесть.

Генрих. Даю тебе последний шанс передумать...

Карлик. Внима-а-ание...

Совесть. Асталависта, бейби. (Какая-то философская фраза японских атеистов.)

Карлик. Марш!

С этими словами, рыжий флажок Карлика, резко опустился вниз... Громкий выстрел... На какое-то мгновение все замерли... Совесть смотрит на Генриха, после чего, замертво падает... Видно как из "гранатомета" Генриха идет дымок... Ангел подбегает к телу Совести и осматривает рану...

Генрих. Это может показаться странным, но я не стрелял...

Ангел. Говоришь не стрелял? (В его словах много горя.) Убийца! Ты убил свою Совесть Генрих... Теперь ты бессовестный... Гореть тебе в аду за это!!!

Генрих. "Обрез" сам выстрелил, клянусь!

В это время злой Карлик незаметно берет телефон, и уходит в конец зала. Снимает трубку, и набирает кокой-то номер.

Карлик (в трубку). Милиция... Милиция... Убийство! А-а! А-а! Убивают! Э-э... э-э-э

Этим "э-э-эканьям" маленькая сволочь имитировала собственною смерть, после чего, подлец на цыпочках уходит со сцены. Генрих и Ангел этого не слышали...

Генрих. Это был не я... Ангел, ты мне веришь?

Ангел. Ты бессовестный убийца, Генрих.

Генрих. Не смей называть меня убийцей. Это вы заварили эту кашу, а не я! Минуту назад вы хотели убить друг-друга... или ты забыл?

Ангел. Ты убийца Генрих, ты убийца...

Ангел еще не успел этого сказать, как вот, откуда не возьмись, на сцену выезжает велосипед "Україна". На велосипеде находятся три человека... Постойте, неужели это и есть милиция? Ангел, увидев транспортное средство, выбегает ему на встречною полосу, махая при этом "крыльями"... Происходит ДТП... "Бумер" сбивает алкоголика с "копыт", и, проехав еще полтора дециметра, "взрывается" вместе с пассажирами... Самый, присамый главный быстро встает...

Детектив Колумбо. Руки вверх чмошник!!! Ганс, Адольф, заберите у него револьвер!

Дальше, сцена напоминает задержание особо не опасного преступника

Я же сказал отобрать оружие, а не избивать преступника!

Ганс и Адольф прекращают избивать Генриха, и поднимают его за локти. Генрих выглядит очень побитым, лучше сказать изнасилованным...

Вот гаденыш: двоих замочил!

Генрих. Я их не "мочил"... Этого например... (Показывает головой на Ангела.) вы "нечаянно" сбили своим велосипедом...

Детектив Колумбо. Не отмажешься милок!

Ганс. Сер. Дело в том, сер, что мы и вправду сбили его велосипедом...

Колумбо ударяет коленом в пах Ганса...

Детектив Колумбо. Эти два трупа, кто они?

Генрих. Ты не поверишь. (Удар по почкам.)

Детектив Колумбо. Отвечай на мой вопрос, гаденыш!

Генрих (ели слышно). Мой Ангел-Хранитель, и моя Совесть.

.

Звучит "ремикс" с фильма "Секретные материалы". На сцену выходят агент Малдер и агент Скали.

Скали. Малдер, это же настоящий Ангел-Хранитель!

Малдер. Е-ру-нда... Вот если бы НЛО...

Скали. Достал ты меня со своим НЛО... Еще раз услышу это слово - кишки выпущу!

Малдер (обиженным детским голосом). Если что - сразу кишки, кишки...

Скали. Извини, я не хотела тебя обидеть.

Малдер. Уж лучше сразу сердце вырежи, змея!!!

Скали. Слушай, Малдер, мне нужно взять образцы кала этого Ангела. Не поможешь? (Одевает хирургические перчатки.)

Малдер. Уж лучше ты сама. А зачем тебе кал, Скали?

Скали. Хочу проверить на наявность глистов.

Малдер (шутя). А я думал хочешь попробовать на вкус.

Непорочная Скали засовывает руку в штаны Ангела.

Скали. А я уже пробовала.

Малдер. Ну и как?

Скали. Очень вкусно. Похоже на пломбир

Малдер. Такое же белое и сладкое?

Скали. Нет, такое же холодное и не качественное. (Скали вынимает кусочек кала, и кладет его в спичечный коробок.)

Малдер. А ну-ка, дай попробовать. (Подходит к Скали, и облизывает ее пальцы. После чего кривляется, как будто съел килограмм лимонов.)

Скали. Ну как?

Малдер. Знаешь... ничего... можно есть.

Детектив Колумбо не выдерживает, и подходит к ним. Одна рука держит самокрутною сигару, другая засунута в карман. Сцена напоминает криминальную разборку на продуктовом рынке...

Детектив Колумбо. Так, ребята-некрофилы, вы кто такие?

Малдер (заикаясь). FBR, я агент Малдер, а эта "телка" - агент Скальпель, я хотел сказать Скали. Мы забираем дело себе...

Детектив Колумбо. Черта с два! (Скручивает сомокрутною дулю, и тычет в лицо Малдеру.)

Скали. Ты че базаришь, чувачела! (Достает с кармана наточенный скальпель.) Да я тебя "ща" ножиком покоцаю! Дергай своих нацистских петушков, и валяй от сюда пока живой!

Детектив Колумбо. Только через мой труп!!!

Скали. Не вопрос! Он сейчас будет!

Детектив Колумбо (к Малдеру). Приструни свою бешеную кобылу, парниша, мать твою! А не то я за себя не ручаюсь! (Рвет на себе одежду, и кричит.) Пасть порву! Моргала выколю!!!

Вот-вот произойдет кровавая резня, но Малдер, как человек образованый, их остонавливает.

Малдер. Стоять граждани-бандиты. Тебе, Колумбо, я скажу, что фильм "Секретные материалы" намного круче твоей мелодрамы.

Дететив Колумбо. И бюджет больше?

Малдер. И бюджет. А тебе, Скали, я скажу, что "дэвушка", режущая людей скальпелем - это некрасиво.

Детектив Колумбо. И что же ты предлагаешь?

Малдер. Компромисс.

Скали, Колумбо, нацисты (хором). Компромисс???

Малдер. Выкинем монетку... Кто победит - тому и достанется дело.

Детектив Колумбо. А ты Малдер перспективный парниша... "Голова"... Я согласен.

Скаали. (Вытерает сопли.) Я тоже согласна... Только при одном условии...

Детектив Колумбо. Каком еще услловии?

Скали. Коробочку с калом я оставляю себе - в любом случае.

Детектив Колумбо. Не вопрос детка.

Малдер (к Колумбо). Мусорок, что выбираешь: орел, решка?

Детектив Колумбо. Ну поскольку я и мои ребята - орлы. (Резко.) То я выбираю решку.

Малдер. (Достает монетку) Если же, выпадает орел - мы забираем трупы и парня.

Детектив Колумбо. Ну, трупы понятно: вы некрофилы. Но зачем вам парень?

Малдер. Еще один подопытный кролик, ни когда не бывает лишним.(Хочет выкинуть монетку, но его останавливают слова Генриха.)

Генрих. А если ребро? (Все глубоко задумались...)

Малдер. Ну тогда поделим тебя пополам. (Все добродушно смеются.)

Выкидает монетку. Последняя падает на землю. Малдер, Скали, и Колумбо припали к земле, что бы увидеть результат... Тишина...

Малдер (удивленно). Ребро.

Скали. Ну так что, делим его пополам?

Детектив Колумбо. Как это пополам?

Скали. Руки и ноги достаются вам, туловище с половыми органами - нам. (Живодеры подходят к Генриху, которого держат Ганс и Адольф.)

Детектив Колумбо. И чем же ты его, скальпелем?

Скали. А почему бы и нет? (К Генриху) Красавчик, у тебя кость грубая?

Генрих. Красавица, ты это серьезно?

Скали. (Достает ржавый скальпель, и одевает силиконовые перчатки) Ну что ж, господа, приступим. (К Гансу и Адольфу) Вы двое, держите ноги. (К Малдеру.) Ты, держи руки.

Детектив Колумбо. А я?

Скали. А ты - половые органы.

Живодеры выполняют ее команды...

Малдер. Нет Скали, это тебе не кишки выпускать... Без пилы тут не обойтись.

Звучит песня Ram stein "Du hast". На сцену выходит Джек Резник - герой фильма "Кровавая резня в Техасе". Он громадный, и весь в крови. На лице у него маска, в руках - бензопила, она издает ужасные звуки: "дз-з... дз-з..."

Детектив Колумбо. А вот и пила. Джек Резник, ты как всегда во время! Иди к нам!

Джек подходит к ним, песня становится громче. Резник замахивается пилой на Генриха. Его вот-вот перережут на две часть, как какое-то полено.

Генрих. Я схожу сума!!!

Песня тут же прекращается. Все в ожидании чего-то... На сцену выходят два санитара Один из них, держит двухколесную тачку впереди себя. На тачке, или лучше сказать в ней, сидит доктор в белом халате. Тачанка подъезжает к Генриху... Доктор "выходит" с тачки...

Доктор Айданеболит (к Генриху). Дышите... Глубже... Не дышите... Скажи "а"...

Генрих. А-а-а...

Доктор Айданеболит. Явная шизофрения. Необходима срочная госпитализация: иначе будет поздно. (К санитарам) Ребята, берите парня.

Санитары пытаются взять Генриха под руки.

Скали. Не поняла! Ты че гонишь, дедуля!

Айданеболит (к Скали). Ц-ц-ц... У вас тоже явная шизофрения. Вы, главное, не волнуйтесь - мы вас обязательно вылечим. (К Джеку Резнику) И тебя вылечим... (К Малдеру) И тебя. (К Гансу и Адольфу) И вас, голубцов, тоже вылечим.

Детектив Колумбо. А меня?

Айданеболит. И тебе вылечим...

Детектив Колумбо. Ура!

Айданеболит. Но не сейчас. (Гладит Генриха по голове.) Сейчас мы займемся этим душевно больным. Так что, пардон.

Скали. Ты фуфло не гони, фраер!!!

Айданеболит. Не волнуйтесь: мы всех вылечим.

Санитары пытается увести Генриха, но Скали хватает его за ноги.

Скали. Но сначала - я вырежу его половые органы!!!

Она явно не шутит, и без боя не сдастся. Дальше сцена напоминает перетягивание каната, роль каната принадлежит Генриху. Доктор с двумя "быками" - с одной стороны, все остальные, кроме Резника, - с другой. Силы явно на преимуществе медицины... Но не тут-то было: на цыпочках выбегает злобный карлик, и присоединяется к проигрующей команде. Вот теперь силы равные... Джек резник понял: что так толку не будет, и решает перерезать Генриха напополам... Пила "дзыжжит"... Но вдруг на сцену выбегает дядя Леня. Он как обычно в семейках и в пиджаке, но в этот раз на голову надета военная каска. В руках он держит большой черный сапог, в виде автомата. Леня начинает пальбу... Естевственно, все ложатся на пол, даже Джек Резник. Видь звуки, исходящие от сапога , по-настоящему ужасны: пальба с пулемета, взрывы гранат, бомбардировка Ирака, слышно взрыв на Хиросиме и т. д. Непонятно с какой кстати, к дяде Лене подбегает Карлик, и начинает бегать вокруг него, напевая песенку.

Карлик (поет). А я дедушку не бил,

А я дедушку любил!

Все остальные (поют хором). Рыжий рыжий конопатый,

Убил дедушку лопатой!!!

Карлик начинает истерически плакать, после чего убегает со сцены. Воспользовавшись ситуацией, Малдер и Скали тащат куда-то Генриха за ноги. Тут же на сцену опять выбегает Карлик, но на этот раз - в руках у него лопата. Злодей подбегает к дяде Лене, и ударяет его по спине... Леня падает на землю...

Все остальные (поют хором). Рыжий рыжий конопатый,

Убил дедушку лопатой!!!

Карлик в ярости бросается на толпу с лопатой. Первыми ему попадается Малдер и Скали, которые пытались утащить Генриха... Им больно... Санитары, воспользуюсь ситуацией, кидают Генриха на тачанку и убегают. Колумбо и нацисты принимаются их догонять... Агент Скали грозится выпустит всем кишки...Царит хаос... Полный хаос... На сцену выбегает заяц Балалайка. За ним выбегает охотник на лыжах с ружьем, он пытается догнать зайца. Карлик бьет охотника лопатой по голове, и поет.

Карлик (поет). А я дедушку не бил,

А я дедушку любил!

Балалайка ходит по сцене, распевая на гитаре песни Высоцкого. На сцену влетает слепая ведьма Бельдора со шпагой. Оказывается, она до сих пор борется с невидимым противником. Старуха очень хорошо фехтуется, и если бы не Карлик с лопатой... Старуха падает на колени...

Карлик (поет). А я бабушку не бил,

А я бабушку любил!

Толпа. Рыжий рыжий конопатый,

Убил бабушку лопатой!!!

Этим временем, Джек Резник гоняется за доктором Айданеболитом. Он таки догоняет шарлатана, и вот-вот убьет. Карлик, увидев это, кидает лопату, и радостно кричит.

Карлик. Лысый лысый и хромой,

Убил доктора пилой!!!

Все, кто еще может смеяться - корчатся на полу со смеху... Обиженный Джек Резник бросает доктора, и начинает гонятся за злобным и таинственным карликом, напевая песенку

Джек Резник. А я Карлика не бил,

А я Карлика любил...

Скали. Где моя коробочка с колом!!! Где она!!!

Трудно описать что там было, очень трудно: буду заканчивать... Скали делает себе харакири скальпелем, при этом проклиная свою жизнь, Малдера, и НЛО. По-видимому - она не выдержала потери коробочки с калом. Малдер берет ее на руки, и медленно уходит со сцены под душевные песни зайца Балалайки. Санитары с тачанкой и доктор, сделав несколько кругов на сцене, все-таки умудряются убежать с нею. Колумбо садится на велосипед и мчится за ними... Нацисты плюнули на это дело, и решили, для приличия, кого-то избить. Первой попавшейся оказалась ведьма Бельдора. Ганс и Адольф жестоко избили старуху, обвиняя ее в ношении "холодного" оружия. Заломив ей руки, они уводят ее в участок... Джек Резник хромая уходит со сцены, даже пилу забыл забрать. Хромает, наверное, из-за злобного Карлика, который мертвой хваткой вцепился в его и так больную ногу, и не хочет отпускать бедолагу... Дядя Леня, все это время, ползал на локтях по сцене, после чего - уполз с поля боя... Единственный не тронутый заяц Балалайка перестает играть на гитаре, и начинает изображать Деву Марию. Охотник подъезжает к нему на лыжах, крестится и кланяется три раза.

Охотник (уходя). Все равно пристрелю кабеля! Все равно... (Ушел.)

Заяц ставит пластинку на громофон: очень тихо играет похоронный марш. Балалайка перекладывает два трупа на середину сцены, и накрывает их черным покрывалом. Зажигает свечку, и очень грустно покидает сцену... Тишина... Сцена пуста... Гаснет свет...

Занавес

Но нет, что это? Чей-то голос...

Совесть. Все ушли?

Аенгел. Вроде бы да... Ты знаешь куда засунула мне руку Скали?

Совесть. Догадываюсь. Но согласись: тебе было приятно.

Ангел. Не то что бы очень... Если бы не ее холодные руки...

Совесть. Слушай, я с Библией не переборщил?

Ангел. Не знаю... Наверное да...

Конец первой части

CОДЕРЖАНИЕ ВТОРОЙ ЧАСТИ

В психушке Генрих встречается с второй клиенткой этого острова Розалиной; она и есть девушка из его романтических снов. Оказывается, он тоже ей снился, и она томно ждала встречи с таинственным незнакомцем, плодом ее сладких снов. И как в любой сказке этим романтикам предстоит пройти сложные испытания, уготовленные для них судьбой. Выясняется, что душа Генриха попадает в рай, Розалины - в ад. Желая счастья для своей любимой и не чая себя, Генрих идет на сделку с Мастером: он продает свою душу взамен на спасение Розалины. Генрих не подозревает, что это злодейские проделки Мастера, ибо Розалине было сказано тоже, но в точности наоборот. Розалина проявляет себя так же героически: она жертвует собой ради Генриха. Пораженный такой любовью Мастер предлагает отдать им души, но взамен забрать их чистую любовь. На такую жертву романтики пойти не могут, ибо считают этот божий дар высшим смыслом своей жизни. Растворяясь в объятиях друг друга они уходят в небытие... Действие переходит в реанимационную палату, где в коме лежат двое молодых людей; и вот чудо - они очнулись, одновременно!!! Ну разве не сказка! Возвращаемся на остров Джиперс Скриперс; Мастер достает из кармана пачку Мальбаро и садится за душевный разговор с дядей Леней, обсуждая, как они профессионально разыграли спектакль для молодых романтиков. Оказывается, что это трупа небесных театралов, которая ставит людей в экстремальные ситуации, где проявляются высшие человеческие качества, только с наличием которых, люди заслуживают на божественное счастье.


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Ф.Вудворт "Наша сила"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) Ю.Кварц "Пробуждение"(Уся (Wuxia)) М.Чёрная "Невеста со скальпелем - 2"(Любовное фэнтези) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) Н.Изотова "Последняя попаданка"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"