Широков Евгений Игоревич: другие произведения.

Дикарь. Баграм

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 6.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Надо быть очень аккуратным в своих желаниях и действиях! Очень! Ибо мир наш не исследован от слова абсолютно. А то, чему нас учат - лишь иллюзия. (Прода)

Дикарь. Баграм


     - Иванов, а что это вы делали в лаборантской вместе с сестрами - тройняшками Петровыми?
     - Да ничего такого. Занимались, читали.
     - Да? А почему кролик на вас смотрит так уважительно?

     — Почему ветер задирает юбки?
     — Потому что ветер — мужик!

     Баграм! Великий город Востока. Древний город, пронизанный тайнами. Могущественный город, в котором деньги являются прямым синонимом власти. А сама власть – принадлежит магам. И нет никого выше них. Ну, может кроме Инквизиции. Что, впрочем, всё равно одно и то же. Почти…

     - Ну, Пал Алексеич, давайте еще вопрос, а? – здоровый двадцатилетний детина прямо - таки умоляюще смотрел.
     - Радищев, ты меня забодал уже. Говоришь, зачет хочешь? – я мстительно прищурился и улыбнулся. И ему и всем двадцати студентам, что к сдаче готовились в аудитории.
     - Ага. – Ничего пока не подозревающий о моем мерзопакостном характере студент, робко улыбнулся.
     - А давай поставлю, НО! – Я остановил радостную улыбку прогульщика. – С тебя сто отжиманий прямо вот тут! – Я указал на пятачок около доски, видимый с каждого места в аудитории - амфитеатре. – Готов?
     - Да само собой! – Радищев вальяжно осклабился и начал расстегивать рубашку, одетую, судя по - всему, впервые за долгое время. – Это я сейчас…
     - Ага. Ну, ты давай начинай тогда. – Я посторонился, пропуская этот ходячий шкаф к месту экзекуции. – Только, чур уговор: пока сто раз не отожмешься не вставать, согласен?
     - Готов! – студент принял упор лежа.
     - Начинай…, - я снял ботинки, - а я считать буду: один, два, три…
     - ЭЙ! – Вопль Радищева, прижатого к полу моей задницей, вся аудитория слышала. Все прекратили подготовку мигом.
     - Чего, эй?! Я поерзал на валяющемся студенте, устаиваясь поудобнее. – Мы на дополнительные условия разве договаривались?
     - Тяжело же! – Студент пытался оспорить мое сидение на нем.
     - А ты как хотел?! Пропускал занятия и не знаешь, что такое «дополнительные обстоятельства необоримой силы». – Я очень ласково говорил. Чтобы понял. – Ты же махонькие такие буковки в договорах видел? Вот! – Я строго взглянул на близняшек Артамоновых, что пытались из своего декольте шпоры достать. Прониклись, вроде.
     - Так вот! Ты – согласился, не спросив про дополнительные условия. Зачет хочешь? – Я вновь обратился к валяющемуся под моей задницей студенты.
     - Хочу! – Какой упорный! Хрипит уже, но не сдается.
     - А раз хочешь, отжимайся еще девяносто семь раз и будет тебе счастье в виде зачета автоматом. Чес слово! – Я подогнул ноги, усаживаясь на спине студента поудобнее.
     - Артамоновы, еще раз увижу, что лапаете сиськи друг у друга, заставлю все шпоры вынимать Клычкова.
     Во, какая угроза хорошая. Сразу пай - девочками стали. И чего они Стёпку не любят? Нормальный такой пацан. Ну, прыщавый малясь – но это фигня. Пройдет через пару лет само. А если девчонку найдет – да и быстрее. А то, вишь какие девки – задаваки! Типа, первые красавицы потока. Мечта всех озабоченных подростков – кто не мечтает трахнуть сисястых близняшек-то? А у этих еще и со всем остальным в порядке. Одного только органа нехватка ощущается – мозга! Мда.
     - Стёп, а может и правда вынешь у них всё, а? – Я заметил, как одна из близнецов бюст поправила.
     - Да я с удовольствием! – Молодец, Степан. Мою идею навскидку понял – встал и к девкам с каменной мордой направился.
     - Только попробуй, прыщавый! – Эва как взвились-то?! Шипят обе.
     - Стёпа, ты вынимай, вынимай. – Я подбодрил тормознувшего было Клычкова. – Хотя, погоди…, - рука студента зависла прямо над вырезами платьев побледневших девиц. – Может они сами отдадут всё?
     Вот! Сегодня меня прирежут в темном уголке – такие взгляды на меня бросают, это что-то. Но шпоры вынимают и Стёпе отдают. А он…, ну, извини, мужик – как-нибудь потом полапаешь.
     - Радищев, а ты что, уже всё? – я похлопал по голове студента, отжавшегося с сидящим мной еще четыре раза, и полностью выдохшегося. – Ну, раз всё, тогда давай до следующего свидания. – Я слез со студента. – Еще желающие сдавать автоматом есть?
     Странный народ! Вот я стою, улыбаюсь, оглядываю притихшую аудиторию и у Клычкова шпоры артамоновские забираю. А они – молчат. Не хотят, значицца, сдавать просто так. Ну и ладно.
     - Артамоновы, а теперь оставшиеся шпоры Клычкову отдаем! – Я в упор смотрю на двух бессовестных девиц. – Или мне попросить его к вам в чулки заглянуть?
     Точно меня сегодня прибьют! С отягчающими. Да и пофиг. Сейчас я из этих вот листочков бесполезной бумаги красивый такой маленький костерок сделаю…

     Холодно. Всё время холодно почему-то. Хотя на улице конец мая. Тепло солнышко отчаянно пытается в меня протолкнуть. Но холод изнутри идет. Почти неконтролируемо. А вместе с ним – какое-то странное равнодушие. Не хочется уже ничего…
     - Совсем-совсем?
     - А ты замолчи, шиза вредная. Тебя не спрашивали.
     - Это почему же? Сам вспомни, по статистике каждый второй человек на планете – чистый шифзофреник.
     - Ага. А каждый первый – мертв с самого рождения.
     - Ну, и это тоже…, - где-то внутри меня хохотнуло мое второе я. – Может, перестанешь хандрить? Сколько времени-то прошло уже? Забудь всё и начинай развлекаться по - полной.
     - Это, значит, ты у нас оптимист, а я – типа реалист, да?
     - Да какой ты реалист, дурак ты! Вон, смотри две тёлки какие сидят прямо перед тобой? Думаешь, они просто так сели вот за эту парту без передней стенки?! Глянь – на них же обеих трусиков нет! Вон как специально ножки разводят! Так чего теряешься-то? Наверняка они последними сдавать пойдут – так завали обеих и попользуй.
     - Заткнись. Без тебя тошно.
     - И кто у нас дурак? Я бы даже сказал – круглый идиот?!
     - Отвали…

     Как же меня достало это. Всё достало. А может и правда воспользоваться? Я оценивающе посмотрел на близняшек. То, что они заявились на мой зачет без трусиков – заметил сразу. Как и то, что они провоцировали меня весь семестр. Почти отрыто намекая на постель. Доступные и красивые. Только вот шиза моя не понимает одной простой вещи – чем больше у женщины знакомых мужчин, тем меньше хочется ее знать. Факт! И дело тут не в том, что вот конкретно эти две могут быть ангелочками. Дело в принципе. Либо ты мужик – либо навоз. Дело в выборе. Свой выбор я сделал, и…, проиграл.

     - Ирида, ты готова?
     - Да, учитель. Сегодня день вашего триумфа – я не подведу.
     - Не думай о триумфе, ученица. Просто постарайся выполнить всё правильно. – Старый учитель ободряюще улыбнулся. – И возвращайся.
     - Я всё сделаю! – Девушка тряхнула непокорными рыжими кудрями, перебрасывая волосы на спину. Закрыла глаза и мечтательно улыбнулась…, постепенно тая в воздухе.

     Риассара была в ярости. Впрочем, в этом состоянии она частенько пребывала – всё же кровь многих поколений Потрошителей никуда не спрячешь. Даже если разбавить кровью Светлых.
     Но сегодняшнее состояние ярости было необычным. Слишком сильным. Слишком ослепляющим. Слишком…, непонятным - впервые в жизни молодая демоница хотела…, плакать. Отчаянно плакать, забившись в уголок. И от этого становилось еще хуже – огонь внутри нее словно сошел с ума. А причина…, причина была простой – похоже она влюбилась. Впервые за свои двадцать циклов. Как иначе назвать то состояние, когда при взгляде…, при простом взгляде, начинает кружиться голова и сердце, ранее бившееся как комок яростного огня, начинает стучать и покрываться коркой задумчивой нежности. И почему-то хочется стать совсем как мама…, которая давным-давно ушла, исчезла в Пелене Мира. Но воспоминания о которой, горели в мозгу демоницы.
     А всё – этот мерзкий, несносный, невыносимый, так бы и разорвала его на ленточки…, ой! Обнаженная девушка с ярко алой кожей, небольшими аккуратными рожками и длинным, яростно хлыщущим в разные стороны хвостом, уставилась на медленно разгорающуюся звездочку Перехода, выглядящую тут – на Плато Потерь, ну, совершенно неуместно. Огненная буря только недавно прошла, позволив демонице спрятаться в любимой с детства пещерке, но теперь, хм… И кто же это так нагло лезет в Пустоши, а? Надо бы проучить! Да, верно!
     О том, что «проучить» могут и ее саму – даже мысли не возникло…

     И всё-таки шиза была права. Как и всегда – близняшки остались последними. И как только терпения хватило – всех пересидели, теребя бумажки, кусая губы и зажимаясь. Ну-ну. Если всё пойдет, как я задумал, и если Степан не подведёт – то ему сегодня нехило так обломится. Будет должен. Много.
     - Ну-с, дорогие мои, что у вас? – две красотки в коротких юбках окружают меня, сидящего за столом, с двух сторон. И пытаются прижиматься. Ну и дела – даже не поленились закрыть аудиторию изнутри. Мда.
     - А мы сдавать будем прямо тут? – ой, какой удивленно-страстный взгляд с намеком на мой стол. И блузка уже расстегнута. Почти. Ох! Вторая сзади прижимается. Ну-ну…
     - Нет, не тут. – Я скручиваю тело, заключая уже обеих в обьятья. Сжимаю руками их талии до легкого писка девчонок. – В лаборантскую. Бегом.
     Мои ладони звучно шлепают девчонок по попкам, прибавляя скорость вверх по лестнице. Туда, в конец аудитории-амфитеатра, где находится небольшая, тёмная, но очень уютная лаборантская. И где девчонок уже ждут. Вталкиваю обеих сразу в темноту…, и, пока они меня не видят, пока их глаза адаптируются к мраку внутри…
     - Раздевайтесь…, - мой тихий, но уверенный шепот и…, закрываю дверь на ключ. Снаружи. Оставляя близняшек в темноте с тем, кто их действительно заслуживает. А то я не видел Стёпкины тоскливые взгляды последний год. Потому и предложил интригу, что чуял - его-то чувства хоть немного, но искренни. Так что пусть наслаждаются. Ключ у парня есть и, если он всё сделает правильно – девки выползут оттуда довольными и отодранными по-настоящему.
     Не мое это. Тут. И с такими девушками. Не мое.
     - Дурак!
     - Сам идиот! Молчи лучше.
     - Я не могу молчать. Я – это ты…
     - Лучше бы я действительно с ума сошел!
     - А ты разве уже не?
     Гад. Но, судя по всему – прав. Как и обычно.

     Повезло! Учитель будет доволен – Ириде даже не пришлось использовать амулет Призыва Клети – демон сам бежал к ней. Вернее – демоница. Суккуба! Ох! Ирида даже залюбовалась на бегущую, чувствуя пробуждение странных чувств и ощущений, и…, чуть не прозевала момент атаки. Нет уж! Клеть активировалась, когда когти демоницы почти достигли горла молодой волшебницы Азарка. Яростный, но протяжный испуганно - тоскливый вой, который издала при пленении суккуба, даже впечатлил. Но не заставил снять заклинание – волшебнице, а вернее ее учителю, был нужен демон-жертва. И уже очень скоро, буквально через несколько тиков, Ирида отправит демоницу на Арену. Именно там ее учитель, Великий Маг Сарух Красный проведет обряд Посвящения. Её Посвящения. И она станет настоящим Магом. А может быть даже… Ирида посмотрела на плененную суккубу, превращенную Клетью в недвижимую статую, и улыбнулась…, может быть даже магом – инквизитором! Ведь пойманная суккуба куда ценнее обычного демона-воителя.
     Но всё же…, время еще есть. Так почему бы и не пообщаться с такой необычной и красивой пленницей?

     Дождь. Июньский. Тёплый. Так приятно. Действительно приятно, пусть при этом и промокаешь полностью. Но хоть ощущение постоянного холода, в котором живу последние полгода, притупляется. А когда поднимаю лицо к тучам…, когда ощущаю, как теплая вода бежит по щекам – какое-то спокойствие в душу закрадывается. Необьяснимое. Непонятное. Но…
     Мне с самого детства вода нравилась. Всегда меня к ней тянуло. И пусть я чуть не утонул, когда был совсем маленьким – отец вытащил. Это не испугало, а озадачило. Заставило воспринимать стихию всерьез. И всё равно – я люблю воду. Настоящую. Природную. Непредсказуемую. Особенно мне нравится на море – там, в воде, меня практически невозможно вывести из себя. Даже шиза пропадает. Наслаждаюсь спокойствием. И я…, словно само море становлюсь. Медленное, насыщенное силой. Как же приятно.
     И как приятно идти под дождем. И ни о чем не думать. Не вспоминать. Особенно не вспоминать и не думать. Просто жить и чувствовать тёплый майский дождь…
     Что?! Что это? – я остановился и начал озираться по сторонам. Идиллию теплого дождя разрушил…, крик…, а может стон…, а может отчаянный плач…, - я не понял. Но что бы это ни было – на самом краю слышимости. Оно было реально.
     - Мне показалось?
     - Хм. Ну, учитывая, какой ты болван, должно бы, но…, я тоже слышал.
     - И что это?
     - А я откуда знаю?!
     - Но ведь кто-то кричал! – я осматривал парковую аллею, скрытую завесой дождя. – Откуда?
     - Не знаю. Такое ощущение…, - и замолк, гадина такая.
     - Что?
     - Ну, такое ощущение, что тот, кто кричал – не здесь.
     - То есть?
     - Да не знаю я. Отстань.
     - Ого! В кои-то веки ты сам затыкаешься. И именно тогда, когда мне совет нужен.
     Вот ведь…. И молчит, шиза вредная. Но я ведь слышал. И этот странный крик чем-то важен для меня. Чем? Не понимаю пока. А значит – надо довериться единственному, к чему осталось доверие в моей жизни –интуиции…

     Не отвечает! Хм…, Ирида обругала сама себя – ведь суккуба стиснута Клетью. Она не может сейчас говорить. А очень любопытно узнать про нее. Пока она жива.
     -Ты ведь понимаешь меня, так? – слова языка нижнего мира, языка демонов давались тяжело. Сказывалось отсутствие практики. – Понимаешь!
     Волшебница видела, каким бешенством наполнились глаза суккубы и засмеялась. Отлично. Что ж, посмотрим, что сможет сказать демоница. Мысленная команда амулету Клети…

     Риассара была в смятении и ужасе – её поймали. Поймала ненавистная тварь – волшебница. И ведь чуть-чуть не успела дотянуться – заклинание сработало, когда когти почти коснулись беззащитного горла. И это ощущение медленно проникающего в тело паралича – Риассара испугалась, и непроизвольно, совсем не задумываясь, послала зов о помощи. Так, как ее учила мама в далеком детстве.
     А потом…, потом эта…, демоница была парализована, но сердце ее билось так же ярко, эта ненавистная тварь из чужого мира, стала коверкать язык Пустошей. Порвать! Душу выпить!
     Сердце рвалось, но…, тело оставалось недвижимым. И только саму суть демоницы сковывало осознание того, что она вляпалась. По-настоящему. Что никто не поможет. Что, скорее всего, она станет одной из тех, кто бесследно исчез. Навсегда. Недаром ведь, наверное, это плато зовется Плато Потерь. Теперь она это поняла.
     И ничего не помогало. Риассара напрягала каждую мышцу, но могла только моргать своими чудесными, извергающими потоки бессильно ярости, глазами. А потом…, потом…

     - Аррхх…
     - Ага, значит, говорить можешь. – Волшебница удовлетворенно потерла ладошки друг об друга. – Как тебя зовут, отродье?
     - Тварь! Кто ты? – рычание суккубы вышло впечатляющим. Вот только эффекта никакого не произвело.
     - Значит, имя не скажешь, да? – Ирида притворно расстроилась.
     - Освободи меня. Скажу.
     - Да? Надо подумать. Может и освобожу. – Волшебница погладила плечо скованной демоницы. – А ты очень красивая. И необычная. – Ладонь исследовала высокую крепкую грудь с маленьким трезубцем девичьих сосков. Волшебница словно изучала тело демоницы. – Даже жалко будет тебя в жертву приносить.
     - В жертву? – то ли от осознания факта близкой смерти, а скорее – от наглого исследования своего тела, чего раньше в жизни не было никогда, демоница растерялась и смутилась.
     - Ага. Именно в жертву. Зато представь, насколько я возвышусь благодаря тебе.
     - Что? Зачем? – Риассара была безумно растеряна. Ладони волшебницы спокойно сжимали ее круглые ягодицы и исследовали тело между ног. Словно у обычной статуи.
     - Да просто всё. Тебя в жертву, я – магом стану. А может и инквизитором. За такую красивую суккубу много энергии и силы дадут. – Волшебнице надоело тискать прелести демоницы. Ничего такого – ее тело почти такое же. Ну, кроме хвоста и всякого...
     - Суккубу? Суккубу? – странно, отчего то плененная опять пришла в совершенное неописуемую ярость и…, вновь тоскливо-печально завыла… Что за странный зов?! Впрочем – время вышло. Ирида улыбнулась – учитель ждет ее на Арене. Осталась самая малость – накинуть связующую Нить на пленницу и активировать Портал…

     Опять! Вот где-то здесь…
     - Ты слышал?
     - Да. Вон там, на площадке.
     Я выбежал на детскую площадку. Прямо тут…, вот где-то здесь, между дурацкими детскими горками, на которые ребенок в нормальном развитии даже и не взглянет, только что повторился этот странный крик. Как будто женщина кричала. Или не женщина? Странно так. И гораздо более странным является то, что тут, судя по - всему, никого нет. Ни мои глаза ничего не видели, ни ощущения ничего не показывали. Только слух и интуиция четко говорили – вот тут! Стой тут! Безумие?!
     И я стоял. И ждал. Даже не понимал чего…, вертел головой во все стороны и обзывал сам себя по-всякому, до тех пор, пока под маревом мелких капель дождя не замерцал, спрятанный в маленьком торнадо, бело-синий огонек. Он словно звёздочка подмигивал и манил за собой. Манишь? И хорошо – значит пойду с тобой… Шаровая молния?! Забавно. Я протянул руку и коснулся огонька.

     Что-то не так! Ирида ощущала себя очень странно. Впервые было чтобы волшебница была не уверена в Переходе. Нет, сам портал она создала так же легко, как и прежде. И Нить была прочной – добыча не сможет убежать. Но вот дальше…, словно кто-то чужой тянул силу из портала, вынуждая волшебницу дополнительно подпитывать канал и волноваться.
     Хватит. Совершить задуманное – стиснуть в объятьях полностью парализованную суккубу, и …, переход!

     Правильно говорят – дурная голова ногам покоя не дает! Истинно. Вот и со мной – стоило только коснуться огонька, как настоящим разрядом молнии меня от него как шандарахнет. Аж волосы дыбом, да метров на пять откинуло. Еще бы – дождь ведь идет!
     А в том месте, где раньше шарик молнии был – скульптурная композиция явилась: ангел и демон. Причем обе такие специфические – я аж засмотрелся. И не только – непроизвольно в штанах такое дикое напряжение получилось, что… Белокожая, бесстыже ярко - рыжеволосая девица в какой-то мгновенно промокшей тонкой расписной одёжке, нагло тискала тёмно - красную голую демоницу с причудливыми такими рожками, иссиня-чёрными волосами и длинным тонким хвостиком. А ведь красная застыла, по-ходу, в момент прыжка. Мда!
     - Слышь, шиза, а ты тоже это видишь?
     - …
     - И у тебя слов нет?! Ну-ну.
     - А девки-то не в порядке явно. Ты б поинтересовался… Да и в штанах тесно, озабоченный ты мой.

     - Эй. С вами все в порядке? – Странно. Застыли обе в обьятьях. И не реагируют. Нет, я не против, когда девушка с девушкой, но тут вроде не очень то самое. Ну, что же…, будем решать проблему! С некоторых пор я люблю этот метод!

     ЧТО? Ирида была парализована и шокирована своей ошибкой. Такого просто не могло быть – портал не сработал. НЕ МОГЛО! Вернее, портал сработал, но неправильно. Ее, вместо того, чтобы с триумфом выбросить прямо на Арену Триумфа, выкинуло в каком-то пустом мире. Истинно пустом. В мире, где не было магии, шел дождь и, был какой-то странный мужчина. Низший! Местный дикарь в непонятной одежде. Но гораздо хуже было другое – волшебница не могла двигаться. Это-то было обьяснимо – при невынужденном пробое портала мышцы оператора на несколько минут сковывало. Но даже несколько минут промедления… И рядом низший, что само по себе оскверняет. Да еще и суккуба в обьятьях. И…, этот дикарь, который приблизился к ним и…

     Риассара была полностью дезориентирована. Она не понимала, что происходит – волшебница накинула связующую Нить и отправила их обеих в портал – это демоница поняла чётко. Почуяла душу поработительницы и цветное дыхание ее силы. Но…, судя по-всему, что-то пошло не так, ибо они проявились в мире, в котором волшебница вряд ли могла существовать и управлять своей стихией – приторно кислый вкус исчерпанной магии мира бывшая жительница мира Астарка почуяла сразу. К тому же – тут шел дождь! Вечное проклятье детей Огня! И пусть не обжигал кожу подобно кислоте Проклятых дождей, но все же удовольствия мало. И еще…, странный мужчина. В непонятных, дурных доспехах. Риассара успела заметить, как его отбросило от портала при их появлении, и была уверена, что он мертв. Однако, чужеземец даже не был парализован. А поднялся с земли и медленно пошел к ним. ЧТО? Этот… Что с ним не так? Почему при его приближении сердце Риассары так странно…

     Дела! Как же применить-то мой проверенный метод, а? А, ладно. Шиза – это для тебя! Чтобы отстал и успокоился.
     Одежда на рыжей девчонке намокла вся. Ох, и аппетитная фигурка у нее – конфетка просто. Да еще и ткань так рельефно всё обтянула – соски аж прорываются наружу. Что же, тем лучше – будет за что оттянуть от краснокожей подруги. Ну ка…, оп! Вот и всё – разделили сладкую парочку. Только вот почему мне кажется, что надо бы бежать отсюда как можно быстрее, а? И именно вот от этой рыжей. Так бешено сверкающей глазами. Только фиг вам! До конца пойду. Теперь и всегда.
     - Ты чего глазками своими изумрудными сверкаешь? Не бойся, маньячить не буду. Сильно. Хотя вы обе – удивительно красивы. А вот помочь – попытаюсь. И не сердись, ладно? Знаешь метод «спящая красавица»? – чем ближе мои губы приближались к ее лицу, тем сильнее я ощущал исходящую от девушки угрозу, кожа словно плавилась от ее бешеного взгляда, ну и пусть!

     КАК? ОН? ПОСМЕЛ? – Ириду трясло. Вся ее суть дико протестовала против того, что произошло – дикарь, этот неумытый выродыш пустого мира, осмелился ее поцеловать. Причем перед этим хамски порвал ее одежду – и это было гораздо меньшее оскорбление, чем этот поцелуй. Хам и негодяй, посмевший разрешить своим губам коснуться девственных губ волшебницы, похоже смазал свои губы каким-то снадобьем. Иначе, отчего бы в теле волшебницы началась какая-то странная слабость. Все силы девушки словно утекали. Но не куда-то вовне – волшебница могла бы поклясться, что дикарь не был вампиром. Сила текла…, в её живот. В чудесный плоский тренированный животик, бывший предметом её гордости и зависти других. В самый низ. И там – словно загорался костер…, яркого, обжигающего пламени. А мерзкий варвар и не думал прекращать – продолжая смаковать губы волшебницы. И от этого становилось только хуже – подгибались ноги, мутилось сознание, и…, Ирида поймала себя на страшной мысли – поцелуй прерывать не хотелось. НЕТ! Так нельзя…, но губы начинали отвечать сами… И тело стало словно чужим, неконтролируемым, стремясь навстречу ладоням, что крепко сжимали талию девушки. Да что же это…, если бы не паралич мышц… Даже глаза стремились сомкнуться, чтобы запомнить… Только бы не прекращать это мгновение…
     Спас ее…, сам дикарь. Остановившись и выпустив девушку из обьятий. Но этого ему оказалось мало – он погладил ее щеку своей ладонью! Дикая, ослепляющая ярость оскорбленной женщины смыла то странное ощущение, что Ирида чувствовала мгновение назад. Еще немного…, она уже чувствовала, что паралич отступает…, еще чуть-чуть….

     Ох ты! Вот это да. Если честно, у меня такого поцелуя никогда не было. Просто крышу снесло от прикосновения к ее губам. Все тело словно океан огненной энергии заполнил и…, в девушку отправился тёплой волной. Отрываться от ее губ не хотелось вообще, ибо губы девушки, поначалу воспротивившиеся легкой ласке, внезапно стали оживать и отвечать. Да еще как?! Но, нужно и вторую порадовать.
     Я погладил рыжую девчонку по щеке ладошкой, передавая свое расположение, и повернулся к красной. А ведь действительно красная! Необычная! Ого – а какая грудь?! И, я не я, перед этим они с той самой рыжей повздорили. Ибо черты очень красивого лица, увенчанного небольшими изящными рожками, против которых моё сознание даже ничуть не протестовало, были искажены в гримаске ярости. Ну и ладно. Тебя тоже попробую оживить! А не получится – так просто поцелуюсь всласть.

     «Беги. Беги отсюда». – Именно так хотелось закричать Риассаре, когда этот странный глупец попытался погладить своими губами губы волшебницы. Но ничего сказать она не смогла. И только, со все возрастающим удивлением, смотрела на то, как мужчина сжимает в своих объятьях рыжую проклятую. Чувствуя, как натягивается и истончается связующая Нить. А потом…, потом мужчина предьявил своё право на волшебницу! И Риассара готова была рассмеяться в полный голос, но тоже не смогла. А вместо этого – чужеземец обнял ее саму, взглянул своими синими глазами в глаза цвета угасающего огня и… Такого демоница не ощущала никогда в своей недолгой жизни. Магия! Чистая магия высшего порядка затопила ее тело. Парализованное, но начавшее стремительно оживать в объятьях этого странного… Задрожавшая, наполненная напряжением близкая к разрыву связующая Нить… Сознание демоницы расслаивалось на разные реальности и мысли…, тело – словно подменили. Сердце, ее яростный мотор, стихло и билось теперь задумчиво…, приятное тепло заполняло её всю… Даже смерть перестала страшить юную демоницу…, лишь бы продолжалось это… Да кто же он? Неужели он из… Мысль билась в мозг с возрастающей силой.
     Но всё кончилось…, на самой грани… Риассара почти стала свободной. А мужчина…, этот безумный и непонятный демон…, откуда подобный ему в этом мире? Этот демон предьявил своё право и на нее, коснувшись ее щеки. И Риассара…, приняла его право. Успокоившись и смирившись. Ведь он знает, что делает!

     Ээээ! Это что такое было? Я второй раз за несколько минут просто улетел от удовольствия. И тут не было пошлости или чего-то еще. Тут, на детской площадке, под дождем…, я целовал демоницу, сотканную из Огня и страсти, но ощущал нежность и …, какую-то робкую, почти щенячью, преданность. И если с рыжей девчонкой хотелось подвига и безумия, то тут…
     С трудом заставил себя оторваться от нежных, чёрно-красных губ. Похоже, я схожу с ума – долгое воздержание никогда полезным не было. И в эту девушку моя энергия пошла…, живительной влагой и умиротворением. И щека у нее нежная… И лицо – разгладилось, а из глаз – ярость ушла. Мда… Стоп! А может это всё просто сон?! Меня ведь молнией шандарахнуло! Точно – сон! И я во сне всё это вытворяю! Мысль показалась очень веселой! Ну и ладно.

     Еще немного. Ирида уже чувствовала, что может шевелиться. Еще чуть-чуть и она преподнесет сюрприз этому подонку. Твари дикой, посмевшей заявить свое право… Еще чуточку.
     Немедленную гибель дикаря отсрочило безмерное удивление волшебницы, сменившее гибельную ярость – он снимал заклинание Клети. Ирида явственно видела и всей своей сутью чувствовала, как разрушаются скрепы. Как истончается связующая Нить. Всего лишь от поцелуя? Да что он за существо, если своей варварской…, да нет, магией тут и не пахло, но заклинание высшей сферы рушилось?! Нет, так оставлять нельзя… Ха! Он и на суккубу право предьявил! А эта тварь еще и смирилась?! Ну-ну. Не успеете. Хватит! Ой! Что …?

     Риассара не успела предупредить об опасности. Да и не смогла бы – хоть демон…, точно демон! Никто кроме демона не смог бы справиться с таким заклинанием…, почти снял заклинание, но вот именно, что почти. А волшебница тем временем очнулась. Жаль… Что? Зачем …?

     Ох ты! Как же хорошо – я счастливо засмеялся сжимая талии девушек и прижимая их к себе. Плевать на дождь. Плевать на возмущающегося в штанах «младшего», активно реагирующего на этих необычных соблазнительных созданий и требующего продолжения. Плевать на заткнувшуюся шизу. Плевать. Сейчас я сжимал двух таких непохожих и непонятных девчонок в своих объятьях. Ведь это сон! И тут, в этот самый момент, я просто счастлив и спокоен. Словно вернулось всё то, что потеряно ранее в жизни. Сейчас – они мои! Женщины или создания – неважно. Мои!
     Я чувствовал это всей своей душой. Смотрел в их глаза, такие непохожие. Изумруд и Рубин. Страсть и нежность. Ярость и спокойствие? Странно. Но более странным было какое-то дурацкое и необьяснимое ощущение единения, что лавиной нарастало во мне, грозя просто уничтожить, заполнив всего без остатка. Безумный сон? Или дичайший спермотоксикоз?

     Сознание начало гаснуть, подчиняясь неведомой силе. Тепло и какая-то безумно приятная усталость наполняла мыщцы. Горячее тело, к которому она была прижата, словно притягивало. Эта рука, что крепко сжимала промокшую ткань…, через нее как будто тек эликсир удовольствия, растворяя желание уничтожить мгновенно…, тут же… Лишая воли, наполняя всё тело совсем другими желаниями, необычными, странными…, заставляя ее собственную руку спокойно и нежно лечь на его плечо. А второй – обнять краснокожую подругу. Подругу? Нет! Рука суккубы на талии Ириды? Это наваждение! Ирида с огромным трудом оторвала глаза от смеющегося и счастливого лица мужчины. Да что с ней такое?! Как? Бежать! Иначе это…, этот…, он… Нить! Он объединяет Нить. НЕТ! Осознание того, что она окажется полностью подчинена какому - то…, из пустого мира, подействовало как удар хлыста по обнаженной спине. Отрезвляя и заставляя вспомнить самое сильное и убийственное. Молот!

     Безумная Рата’Ласа! Риасара смотрела в глаза демона…, своего демона – в этом она уже не сомневалась. Смотрела и наслаждалась. Что происходит? С ней? С ними? Жар её, всегда напоенного огнем тела, поутих, купаясь в том непонятном тепле, что исходило от тела демона. Сливаясь, становясь чем-то большим. Непонятным. Исчезла Клеть, полностью распавшись. Но ни дитя истинного Огня, ни волшебница Воздуха не делали ничего, что могло бы разрушить непознаваемую магию того, кто крепко сжимал их обеих в объятьях и…, смеялся.
     И этот смех…, то странное, что исходило из глаз мужчины – заставляло прежде непримиримо - яростную демоницу спокойно обнимать рукой некогда ненавистную волшебницу. Ту, что лишила ее прежней жизни. Но это было не важно. Важен был лишь его смех, то, что давали его глаза и прикосновения. И то, с какой уверенностью он начал сливать их Искры воедино. Да будет так, Рата’Ласа!
     Заклинание волшебницы Риассара почувствовала мгновенно. Странно, но в этот момент демоница не почувствовала никакой неприязни к той, с которой отныне связана ее собственная судьба. Не было ни ненависти, ни ярости. Да и зачем – глаза её демона всё так же спокойно и счастливо улыбались. И Риассара смотрела именно в них, запоминая, перед …
     Оглушительный треск сжатого в тысячи раз воздуха, вспышка багрового огня. Перед тем, как мгла портала обрушилась на демоницу, она искренне пожелала только одного – снова увидеть глаза своего демона и почувствовать тепло его прикосновения…

     Чем отличается волшебник от волшебницы?
     Волшебник колдует волшебной палочкой, а волшебница - волшебной дырочкой.
     (чьё-то мудрое наблюдение)

     Крики заведенной предыдущими боями толпы раздражали. Сарух поежился – где же девчонка? Она должна была появиться пару минут назад – ведь Арена уже готова к приему демона. И всё давно готово для Посвящения очередной ученицы Великого Красного Мага, как любил сам себя величать Сарух. Впрочем, другие тоже так его величали. Ибо альтернативой была смерть в подземельях Караста, Дворца Инквизиции.
     - Сарух, когда? – высокий худой человек в сером, исшитом истинным серебром, халате и белом тюрбане сидел в роскошном кресле и явно скучал, обдуваемый опахалами рабов.
     - Еще несколько мгновений, ваше высокопреосвященство. – Маг склонился в глубоком поклоне.
     - Ты уверен? – главный инквизитор всего Востока Азарка с удовольствием и завыванием зевнул, продолжая тупо пялиться на песок Арены.
     - Абсолютно. Скоро Вы получите свою новую посвященную возлюбленную.
     - Скорее бы. Девочка давно созрела. Пора ее использовать по назначению.
     - Совершенно согласен с Вами.
      Старый маг ожидающе уставился на поле Арены. Где же девчонка? Неужели поняла про ловушку с Посвящением? Если так – жаль. Потраченного времени жаль. И перспектив. А перспективы Сарух строил грандиозные: подготовить магессу высшего уровня и подложить ее напрямую Главе Инквизиции в постель – многого стоит. Причем мага не интересовала судьба ученицы, которую после того, как она наскучит, скорее всего сгноили бы в подвалах Караста, его больше заботило собственное будущее, шансы на которое стремительно таяли…
     - Шшш…, р-рах…, - прямо на поле Арены взорвался фейерверком искр бело-голубой овал портала…

     Вот! Теперь всё правильно. Она сделала всё правильно и учитель будет доволен!
     Ирида, отпрыгнула от повалившейся на нее суккубы. Торжествующе вскинула руки, приветствуя учителя и Великого Инквизитора Мраха. Уж она-то знала куда смотреть. И видеть расплывающееся в улыбке лицо учителя было для нее высшей наградой.
     А стон демоницы, раздавшийся за спиной…, дикарь получил по заслугам. Она отомстила полностью. За всё! После удара Молота невозможно выжить. Только непонятно, почему же так больно и неуютно внутри нее самой?

     Мгла! Она была какой-то… Не мгла, а цветное покрывало. Правда, цвета все были серо-чёрные разной интенсивности и мутности. И эта мутная мгла пульсировала. Накатывала, словно морской прибой. И только дождь… А ведь именно дождь сейчас успокаивал пульсацию мглы. Только он.
     В какой-то момент мгла перестала пульсировать, замерев в неподвижности. Ох! Лучше бы не останавливалась, ибо вместо пульсаций пришла боль. Боль началась где-то в центре груди, медленной волной охватывая всё тело. Кожа зудела, словно по ней бегали тысячи муравьев, вгрызаясь внутрь неподвижного тела. Боль! Словно в грудь ударили кувалдой. А потом облили горючим и подожгли. А может сначала подожгли, а потом кувалдой? Не важно. От перестановки мыслей боль не исчезала, а тупо пронзала всё тело.
     Сколько длится пытка? Час? А может день? В какой-то момент возникла странная мысль – а всё ли тело в сборе? Руки? Новые всплески боли от попытки пошевелиться даже обрадовали. Ноги – еще боль! Это хорошо. Раз больно – значит жив. А что случилось? Почему боль?
     Шарик молнии! Воспоминание вызвало всплеск боли. И не просто боли – а словно шилом пронзили все внутренности. Пусть. Пусть сознание плавится. Нужно вспомнить. Это важно. Что было дальше?

     - Учитель я выполнила твою волю. – Ирида повысила голос, обращаясь к довольному Саруху. Прими в дар Исчадье. – Волшебница обернулась к лежащей на песке суккубе.
     «Странно. Почему она не двигается?»
     - Благодарю тебя, ученица. Сегодня день твоего Посвящения. И ты доказала право стать лучше. Пусть Великий Инквизитор Мрах решит твою участь. – Учитель поклонился и отошел в сторону. А на его место поднялся тот, кого Ирида искренне презирала, несмотря на высокую должность и положение.
     - Ирида Вольная…, хм…, - прежде шумевшая Арена, казалось стихла сама по себе, едва Инквизитор открыл рот, - твой дар воистину бесценен..., – Сухая рука указала на суккубу, лежащую на песке, – в деле борьбы с Исчадиями. Ты готова пройти испытание Посвящения, дитя?
     - Готова.
     - Так приступай…, - Инквизитор замолк, но взревели трибуны. Ирида обернулась, предчувствуя неприятности. И эта, терзающая внутренности непонятная боль…

     Проклятье! Проклятье на голову этого дикаря – это он. И только он – больше некому. Урод! Нечисть! Низшая тварь, как он смог? Он же пустой! Как и его мир. Как?!
     Как же так? Ох, как стыдно перед учителем. Так опозориться на ровном месте. Ирида закусила губу от обиды. Простейшее задание, данное её учителем, и даже его она не смогла толком выполнить. Дикарь – будь ты проклят!
     Волшебница бессильно сжимала свои кулачки, глядя на свою бывшую добычу – суккуба стремительно проваливалась в состояние нежизни. Её, прежде великолепное тело уменьшалось в размерах, высыхая. Очень скоро она… Эх, Ириде оставалось только тяжело вздохнуть и беспомощно посмотреть на четверку Карающих, что медленно приближались к волшебнице. Время Испытания. И место Исчадья придется теперь занять самой Ириде…

     То, что яркого представления сегодня не получится, Сарух понял почти сразу, как явилась его бестолковая ученица. Эта дура опоздала, поставив под угрозу будущее самого Саруха. Истинная дура! Искупало ее дурость только наличие суккубы, к которой сразу же прикипел взгляд Инквизитора. Шоу не будет. А вот Посвящение – будет по - любому. Уж больно слащавые взгляды у Мраха… Ну, и хорошо.
     Маг судорожно вздохнул – такого не может быть! Суккуба, до этого недвижимо лежащая на песке Арены, начала стремительно уменьшаться в размерах. Проклятье! Идиотка несносная! Чтобы тебя Карающие прибили! Сарух уже искренне ненавидел свою теперь уж точно бывшую ученицу…

     Объявление.
     Маг со стажем вылечит вас от наивности и излишней доверчивости.
     При 100% предоплате, гарантирую 100% результат.

     Яркий свет ударил словно пощечина, включая сознание, прежде убаюканное в сладкой неге.
     - Так, давайте его на носилки. И в машину.
     Это про что они? Кто-то уцепился за мои брюки. Эй! Руки прочь!
     - Он шевелится! – Женский голос. Наблюдательная.
     - Я сам! – Голос был хриплым и незнакомым. Странно, дождь, а горло пересохло. – Не надо.
     - Да ну? Сам? А чего тогда разлегся? Вроде следов алкоголя нет, пульс в порядке…
     - Молнией ударило. – Я наконец поднялся на ноги. Слегка штормит. Во рту гадко. Рядом мужик. О, еще мужик. И женщина. Пухленькая. Симпатичная. И машина рядом стоит. Скорая. А вон и зеваки пялятся на нас, шагах в пяти. Девчонка какая-то с телефоном. Снимает. Как же – экое событие, пьяного скорая забирает. Обязательно надо на видео снять и выложить на всеобщее обозрение. Хорошо хоть ментов нет. Пока.
     - Молнией? – Что ж она такая недоверчивая? Мужики вон уже засобирались и в машину пошли, носилки прихватили, да чемоданчик медицинский. Понимаю – спиртным не пахнет, сам встал и вроде вменяем.
     - Ага, шаровой. Глупо. – Я отстраненно пожал плечами.
     - Ладно. Судя по одежде всё так. Жалобы есть? Может всё же… - Кивает на машину.
     - Спасибо, не надо. Я тут рядом…, - А что у меня с одеждой не так? Хм…
     Я рассматривал свою грудь с некоторым недоверием – в рубашке была рваная опаленная дыра. Хотя дырой это назвать было трудно – дырища. Как будто зажженным футбольным мячом в рубашку вдарили. А кожа – странно, никаких следов. Всё та же мокрая волосатая грудь, на которую врачиха так задумчиво посматривала. Женщина!
     Не важно. Хватит быть объектом повышенного внимания. Домой пора. А по пути можно и подумать – если молния ударила в грудь и сожгла рубашку – почему не сожгла хотя бы волосы на груди? Попытка вспомнить, что произошло – резкий укол боли. Блин! Да ну его всё это. Домой. Под тёплым и приятным дождём…

     Ирида не понимала, что происходит. С самого начала все пошло как-то не так. Сначала проблемы с порталом. Этот странный дикарь и его мерзкая выходка. Непонятные, но такие сладкие чувства. Потом…, вроде бы триумфальное возвращение на Арену, но и тут всё пошло наперекосяк. Мало того, что ей пришлось самой забирать жизнь Карающих, так еще и суккуба впала в нежизнь – прямо на глазах волшебницы, начала проваливаться под покров – кожа ссыхалась, серела, а сама суккуба – уменьшалась, превращаясь… Словно не было еще мгновения назад роскошной демоницы – осталась высушенная маленькая статуэтка без признаков силы. Учитель остался недоволен – ясно же. Только Верховный Инквизитор сухо похвалил и подтвердил Посвящение. После чего повелел в самое ближайшее время явиться в Караст. А потом…, потом суккубу, уже почти мертвую тушку, забрали инквизиторы. Ясное дело – если до этого Ирида, подарив Инквизиции плененное отродье, доказала бы право на звание мага – инквизитора, то теперь…, теперь судьба девушки оказалась покрыта туманом неведения. И учитель отказался с ней общаться, сказав, что отныне, она в распоряжение Верховного Инквизитора переходит. И всё…, ушел. Совсем.
     Получалось, что и самой Ириде некуда было пойти. Ведь до этого, все последние десять лет обучения она жила у учителя. Помогала ему и, по-сути, являлась почти дочерью. И вдруг всё…, хотя…
     Девушка тряхнула непокорными рыжими кудрями и направилась в Цитадель Инквизиции – Караст…

     Дождь. Постоянно идет дождь. И это мне очень нравится, сам не знаю почему. Кстати, забавный факт – по прогнозу-то дождь кратковременный обещали. Хотя, это не удивляет ни капли – ведь есть же наша исконная мудрость: нет ничего более постоянного, чем временное.
     Старый обшарпанный подъезд. Когда-то этот дом считался элитным – почти центр города, большие светлые квартиры с высокими потолками. Кирпич, отделка, полированное дерево перил, мрамор лестниц, даже консьерж был. Всё исчезло с развалом некогда могучего государства и постепенным угасанием остатков. Вот и дом угасает. Хотя и объявляли программу ремонта «старого фонда», но всё как обычно: бабло попилили и ремонт заглох, так и не начавшись. Правда, некие предприимчивые товарищи как-то пытались наложить свои мохнатые лапки на сам дом и квартиры, да обломились. Тут тогда такие гранды жили, что… Пофиг. Двухкомнатная квартира, доставшаяся по завещанию. Не от родителей. Своих предков я не знаю и не помню – так уж вышло. Да и прошлое свое ворошить не хочу. Перегорел уже. Почти. А квартира досталась от бывшего тренера, мирового мужика. Вот только, как это часто бывает, толковый человек в жизни, добившийся очень и очень многого, настоящими друзьями так и не обзавелся. Как и семьей, впрочем. Приживалки и жополизы – не в счет. Я стал его семьей. Случайно. Сам не понимаю почему, но вот считался приемным ребенком со всеми вытекающими. Не сразу. После первого знакомства…, сколько же мне тогда? Пятнадцать? Блин, как тяжело память открывается. НЕТ! Даже думать не буду. Хватит! Просто дальше жить нужно. Мало ли что там было?!
     Третий этаж. Высокая стальная дверь, обшитая морёным дубом. Несколько подпалин – идиоты, что пытались ее поджечь, получили по заслугам. Прошлое. Уже ушло. Вставить ключ и войти домой. Дом…
     Что же сегодня случилось в парке? Ничего кроме огонька молнии не помню. Но ведь что-то еще… Шиза?
     - А что сразу я? Чуть что, так сразу я.
     - Ты мое второе я, сам говорил. Язвил даже, зараза. Ну?
     - Чего ну? Еще и обзываешься. Гад ты, Паша.
     - Было что-то еще?
     - Ну, было. Только и я сам не особо помню-то. Смутно как-то что-то…
     - Чего замолчал?
     - Да, отвянь. Вон, сам память свою шерсти. – Забавно, в виртуальном голосе шизы даже обида прорезалась. – А то придумал себе отмазку «не ворошить прошлое». Вот и получай.
     - Да ладно тебе. Сам знаешь, отчего так.
     - Знаю, и что? Так и будешь прятаться как улитка? Даже не попытаешься стать самим собой прежним?
     - Это невозможно…
     - Да? А когда-то ты не знал такого слова. Слабак.
     - И пусть. Зато смог выжить.
     - А нужна тебе такая жизнь? Ты же как овощ сейчас? Вон, даже бабы у тебя нету. Вот кто тебе мешал близняшек сегодня отодрать? Дурень.
     - Это мы уже обсуждали. Ты мне про парк скажи – что-то есть еще? А то у меня одна боль головная.
     - Нет. Чётко только одно понимаю – баба там была. Наверняка. У тебя в жизни все неприятности из-за баб.
     - Хм…, - как ни странно, а похоже моя Шиза права. Интуиция подсказывает, что действительно женщина там была. Впрочем, сейчас проверим – это же просто. Если была толковая женщина – значит, была эрекция! Была эрекция – остались следы на трусах. Хм…
     Женщина в парке была. Видимо очень соблазнительная. Хотя, учитывая сколько времени я уже один… Мгновенный укол боли в голове. Блин, да сколько можно-то?! Ладно, проехали. Рубашку в мусорку, фиг с ней. С некоторых пор я стал достаточно легко относиться к материальным компонентам своей жизни. Работа – есть. Деньги – есть. Еда…, жилье… Может кота завести? Или собаку? Надо подумать. А пока – чаю попить, да с пряниками. Уж больно пряники вкусные вчера купил…
     Монитор зажегся практически моментально. Впрочем, как обычно. Телевизора у меня нет и не было. И не потому, что нет средств. Просто – не люблю этот тупой зомбоящик. Никогда не понимал его. И людей, что способны часами напролет слушать вранье и тупость с так называемого «голубого» экрана. Во-во. Говорящее название – туда глянуть, так одни педики, лесбиянки и прочие недолюди в мире. Посмотришь новости – и сдохнуть хочется от помоев, что льются потоком нескончаемым. Не по мне… Мне Сети достаточно – там и новости, и всё, что нужно и интересно. Пусть и не многим отличается от телека, но зато я сам тут фильтровать могу.
     Итак, поиск видео по происшествию со мной… Хм. Неужели та девка, что на телефон снимала, не выложила видео? О! Выложила. Как предсказуемо. Смотрим…
     Странно, девчонка, судя по - всему, гуляла со своим парнем. Шантропа малолетняя и озабоченная. Увидели меня, лежащего в луже воды на песке. Да и трудно не увидеть – рубашка светлая, джинсы. Дождь почти не идет, так, моросит что-то. Лёгкий туман. Детская площадка. Лужа… Стоп! А откуда лужа? Точно помню, не было там лужи. Да и на площадке такой обычно дождевая вода вся в сам песок уходит – это же простейшая логика. На то он и песок. А тут лужа. И я в самом центре. Неглубоко, но… Ага! А вот и скорая. Вон еще народ толпится…
     Я почти покадрово пролистывал видео. Уже полторы сотни просмотров, кстати. Во, врачиха мне в глаз светит. А вот я и сам встаю – бррр! Лохматый, грязный. Рубашка прожжена. Комментарии автора видео даже не слушаю – дура малолетняя. Всё – концовка видео показала отьезд скорой и мою спину.
     Итак, лужа. Откуда? Шиза, мысли есть?
     - Да какие мысли? На первый взгляд просто всё – как молния в тебя шарахнула, так часть энергии в песок-то и ушла. Оплавила – вот и лужа. Ты не туда смотрел вообще. Реально ты отупел.
     - Поясни?
     - А чего пояснять? Ты видео глянь еще раз. Только вначале вспомни, для чего ты его смотришь.
     Гадская у меня Шиза. Но он же часть меня, так что… Включаем видео сначала. Заметили меня, включили камеру. Наезд зума. Лежу на спине, руки в стороны. Ого, Шиза моя любимая, а ведь ты прав. Ты форму лужи-то посмотри. И где именно я лежу. А ну ка?!
     Я остановил видео и стал перерисовывать диспозицию моего «возлежания» на лист обычной бумаги. Если представить, что… Заныла грудь, словно вспоминая… Твою дивизию!

     Дождя уже не было. Но туман всё еще наблюдался. Вечер. Тёплый и сырой. Классно. Но не для меня – пришлось срочно бежать на ту же самую площадку, чтобы выяснить всё, что пришло в голову. Благо погода поспособствовала – никто не затоптал следы. Просто по факту – кому в голову придет гулять в такую сырятину?!
     Если всё, что я увидел на схеме правильно, то… Ого! А хорошо я летел. Метров десять получается, вместе с тормозным следом. А может и больше. Так, вот тут я лежал. Вытянутый овал лужи, след моей спины еще виден. А летел я …, хм, вот там, между этих детских горок. Блин! Да что такое тут было? Безумие какое-то, судя по отпечаткам на запекшемся до состояния стекла песке…

     - Ведьму сжечь!

     - Но она такая красивая...

     - Хорошо. Но потом сжечь!
     (седьмое неписаное правило Инквизиции)

     - Ирида Вольная, посвященный маг. К Верховному Инквизитору Мраху. – Ирида старательно сдерживала внутреннюю дрожь, стоя около огромных каменных дверей Караста.
     Цитадель поражала воображение своей мощью и массивностью – настоящий огромный замок внутри города. Неприступный замок с чёрными мощными стенами. И, самое главное, практически никто не знал, что именно творится за этими стенами. Стать Инквизитором, человеком, которому дано почти всё, который имеет почти безграничную власть, мечта очень многих. Но вот подробности…
     - Ого! Маг! Да еще и посвященный. А больше ничего не надо, маг? – писклявый и скрипучий голос, заставил новоявленную магессу вздрогнуть.
     - Что? – Ирида непонимающе осмотрела глухую монолитную поверхность двери.
     - И слух плохой, да? – голос продолжал издеваться.
     - А…, меня позвали…
     - Даже так? Ну, проходи тогда, раз позвали. – Голос хихикнул.
     - А куда? – Ирида как никогда ощущала свою беспомощность.
     - Так ты же вроде маг? – Пискля удивление в голосе изобразила, - неужели не видишь?
     - Да что видеть-то? – Магесса начинала заводиться - ни в обычном, ни в магическом зрении она действительно ничего не видела. Только монолитная стена и неприступная дверь!
     - Да?! – пискля разочарованно протянула, - чёт ты какой-то хреновый маг, раз не видишь ничего. Ты хоть руку-то протяни…
     Ирида, несмотря на возникшую злость, подчинилась и коснулась двери рукой…, попыталась коснуться. Ибо рука прошла сквозь каменную поверхность, словно ничего тут и не было…

     Было стыдно. Очень. И за то, что не заметила простейшего морока. Хотя Ирида признавалась сама себе, что ставил иллюзию огромных врат профессионал высочайшего класса. Но вот за то, что не смогла идентифицировать голос – было стыдно вдвойне. Ведь пару лет назад она сама участвовала в облаве на гоблинов. А вот тут…, маленькое серое существо вдоволь потешилось над новоиспеченной магессой. Язвительная мелкая пакость!
     А вот стоя перед самим Инквизитором Мрахом…, хм…, хотелось провалиться в подземелья Караста со стыда. И не только из-за промаха с демоницей…
     - Ирида Вольная…, хм…, - Инквизитор без эмоций рассматривал прибывшую магиню. – Ученица Великого Мага Саруха, про которую он рассказывал только положительное. Магесса, которой прочили такое светлое будущее…
     Мрах не стал бы Главой самой могущественной организации континента, не будь волевым и умным человеком. Ну, почти человеком. И, что гораздо важнее, Мрах имел огромный опыт манипулирования людьми. Вот и сейчас…, девушка, стоявшая перед ним…, когда Мрах увидел ее шесть лет назад она только начинала формироваться как женщина. Но уже тогда он, будучи сам по себе лишен магического дара с рождения, но имея редкую, и очень специфическую способность, чувствовал силу этой девочки. Слепящую магическую силу. Которую нужно и можно было развить… Но Мрах повелел, а Сарух – выполнил. Сила, что могла бы сделать из Ириды настоящую Повелительницу, так и дремала в ней. Сарух дал лишь основы магического искусства. Научил тому, что было необходимо только лишь для того, чтобы дар не погас, ожидая, когда его заберет более достойный.
     К тому же, Мрах мысленно облизнулся, бывшая нескладная девочка превратилась, в юную очень привлекательную девушку. Девственную – Сарух это гарантировал. Физически развитую. Манящую. Дополнительный бонус к тому дару, что очень скоро станет не её – кровь девственницы ценится на вес зола. А значит – пора внушить девчонке огромнейшее чувство вины и использовать ее…, так, как давно запланировано.

     Огонь вспыхнул с новой силой – Воздух отчаянно завыл, но ничего не мог с ним сделать. Наоборот, он только подпитал ненасытное пламя. Но вот Воздух стих, миг, другой…, и уже Огонь агонизирует, теряя свою мощь. Превращаясь в спокойно горящую свечу. Ожидая нового порыва, нового движении своего друга – противника.
     Этот сон снится мне уже третью ночь. Один и тот же всю ночь. С небольшими вариациями – в ту ночь, что последовала за ударом шаровой молнии, стихии рвали меня на куски, в своем противоборстве. Доводя до исступления сполохами света, жаром пламени, порывами ветра и сверкающими вспышками молний. Утром я проснулся не то, что разбитым – разобранным на части. Такого со мной не было никогда – всегда просыпался легко и просто. А теперь… Благо, что был выходной. Ни занятий, ни тревог. Весь день можно провести дома, что я и сделал. Вынужден был сделать. Ибо при температуре в сорок – практически невозможно что-либо осознанно делать.
     Следующая ночь чуть разнообразила события – мое тело уже не сгорало в пламени и не рвалось лезвиями воздуха на части. Воздух и пламя словно договорились между собой, что я, моё тело – их общее вместилище. Но не прекратили вечного спора. Не смогли быть просто вместе… Наяву всё еще держалась высокая температура тела. Добавляя разноцветные круги перед глазами, и не давая возможности встать и заняться собой…
     Третья ночь. Третий день. Сегодня я должен встать и встану, что бы мне это не стоило. Прошли двое, проведенных в горячечном бреду суток… Хватит! Встать и жить!
     Вода. Какая же вкусная. Я не могу пить спиртное – не позволяет сам организм. Всегда так было. Поэтому не могу понять последствий похмелья, но – я могу понять долгую жажду. И оценить важность питьевой жидкости.
     Температуры уже не было. Может стихии из моего странного и безумного сна договорились? А может просто прошли последствия удара молнией. Кто знает?! Пить и поесть! Всё как следует, но потихоньку…

     Три человека. Там в парке. Кроме меня были еще двое. Две. Женщины или девушки, я пока не смог вспомнить. Да и, возможно, не вспомню. Это уже не важно. Важно то, что я увидел – вместе со мной там были две женщины. Стояли рядом. Очень близко – скорее всего я прижимал их к себе. Иначе не объяснить, почему две пары следов были так близко к моим. Пара босых ножек, никогда не знавших обуви – длинные пальцы чувствовали себя свободно, не кучкуясь и не мешая друг другу, как у современных людей. Лёгкая – следы неглубокие. И если бы не спёкшийся в стекло песок, следы бы быстро исчезли. Вторая пара следов – сапожки с острым носиком. Изящный след, мягкая подошва. Не более тяжелая, чем первая.
     Толщина слоя стекла порядка семи сантиметров – я специально проковырял вокруг. Диаметр «пятна запекания» - больше метра. Энергию, что была затрачена, просчитать просто. Только вот от самого осознания количества энергии, затраченной на всё это – волосы дыбом встают. По факту – ни от меня, ни от моих…, хм…, спутниц не должно было ничего остаться. И это только первый момент.
     Конечно, в жизни есть множество примеров, когда молния бьет в человека. И он выживает. Но тут случай не тот. От обычной молнии оплавление идет в основном в глубину, создавая эдакое дерево, дендрит. А тут, такое впечатление, что зажгли горелку газовую и оплавили всё. И еще – не прекратили плавление, а начали смещать вместе со мной, постепенно ослабляя. Создавая вытянутый след оплавленного песка.
     - Шиза? В чем я не прав?
     - Ну, пока изьянов в логике не нахожу. Но! Прикинь сам факт такого энергоудара. И еще – как ты выжил? И куда делись бабы? Могу еще кучку вопросов подкинуть.
     - Не надо. Я и сам знаю. По факту – стоял я там, обнимал двух девушек…
     - Ага, с членом, что джинсы рвал…
     - Не надо пошлости. Значит, достойные были.
     - Да тебе сейчас любое существо с сиськами достойно.
     - Сам дурак. Не мешай. Значит я стоял…
     - И не только ты.
     - Забодал уже. Уймись. Потом что-то вдарило меня в грудь…, - я на автомате потер свою пострадалицу. – Причем вдарило с большой энергией…
     - Ага, и превратило тебя в птица крылатого. Почти двенадцать метров летел.
     - Это факт. По такому удару все кости должны…, - ощупал свою грудину. Явной боли не было. Вроде всё цело.
     - По такому удару, сила, площадь, тебя должно было пробить насквозь. Учитывая твой вес и мышцы. Кстати, подкачать бы – заплыл весь. Жиртряс.
     - Подкачаем. Вечерком и сотворим. Всё равно Олег в качалку звал.
     - Ага. Только это было полтора месяца назад.
     - Было. Но еще не поздно.
     - Тебе виднее.
     - Зря язвишь.
     - С чего бы? Ты разве не помнишь, почему сразу не пошел? Что, испугался, что та тёлочка тебя прямо в качалке оприходует? А разве плохо было бы?
     - Опять ты про это? Сколько можно?
     - Сколько нужно. Вот как найдешь постоянную бабу, так и успокоюсь.
     - Да пошел ты.
     - И куда? Я - это ты. Слушай, а ты случайно окраску не поменял?
     Сволочь! Мерзкая и гадкая сволочь. Но в чем-то прав – эдак я реально…, тьфу-тьфу. Нужно найти девчонку. Толковую. Только где же такую взять?
     - Чтобы найти - искать надо.
     - Это верно. Ладно, ты про нас давай. А про баб вечером подумаем.
     - О, где-то что-то сдохло. Если ты согласился про баб думать. Давай про нас.
     - Эх…, ладно. – Я растер руками лицо. – Почему я выжил?
     - Блин, вот ты вопрос задал? А я откуда знаю?! Я – часть тебя, которую ты создал сам. Аналитическая и эмоциональная – ты ведь сам так решил, чтобы выжить. Хочешь анализ?
     - Хочу.
     - Ладно, получай. По моим прикидкам, твои сны не просто так тебе снятся. Сам попробуй наложить видения из снов на нашу ситуацию. И позавтракай уже – живот с ума сходит. Третьи сутки толком не ешь. Жри и думай.
     Завтрак из полуфабрикатов? Ну и ладно. Сейчас важно напитать тело и мозг энергией. А правильной готовкой потом займемся. Итак…

     - Олег?
     - А? О, здорово. Давненько тебя не видел. Как сам? – Здоровенный улыбающийся жлоб пожал мне руку и хлопнул по плечу. – Надумал к нам, наконец?
     - Ага. Надо жирок растрясти.
     - Да уж, Заплыл ты, дружище. Забыл про себя. А так нельзя.
     - Нельзя. Слушай, сегодня сауна работает?
     - Обижаешь. Как часики. Заказывать будешь? Или в общем порядке?
     - В общем. Просто потренируюсь, для души.
     - Хо-хо, - Олег очень добродушно рассмеялся. Он вообще был очень простым. – Для души? Ну, ты даешь. Специально время так подгадал?
     - Ты о чем? – Я то-то начал терять нить разговора.
     - Ха, Паша…, - Инструктор и, по - совместительству один из совладельцев этого спортивного клуба, искренне захохотал. Приятное зрелище со стороны. Вон как на него девицы окружающие пялятся. Кстати, что-то многовато их сегодня.
     - И?
     - Да нет, ничего. – Олег отсмеялся. – Иди, тренируйся. – И подмигивает…, хм. Что-то тут не так. Ну, да ладно. Сам разберусь. Тем более, что улыбающийся Олег уже пошел в зал. Смехозавр, вишь, на него напал.
     Да уж. Что вызвало смех Олега, я понял много позже. Когда отзанимавшись в почему-то пустой качалке по общеразвивающей программе перешел в бассейн – мама моя. Одни женщины.
     - Шиза? Что такое происходит?
     Молчит, гадёныш. И почему у меня ощущение, что эта пакостная шиза, притворяющаяся частью меня самого, подстроила что-то коварное?!
     - А скажите, - я обратился к девчонке, что явно тут была инструктором, - почему сегодня одни женщины?
     Смешливая какая, заулыбалась сразу.
     - Так сегодня женский день.
     - В смысле?
     - В прямом. Сегодня тренируются только женщины. А вас, как я видела, лично Олег пригласил, так что не стесняйтесь. Даже интересно.
     Блин! Интересно ей. Тут больше двадцати баб на меня пялятся. То-то я так неудобно себя чувствовал. Гадство. Ну, Олежа, ладно-ладно. Но просто так меня не возьмете. Фиг вам. Всё, плавать ушел. Заодно и вода охладит.
     - Шиза! Я тебя уничтожу. – Я словно наяву слышал мерзкое хихиканье моего альтер - эго. Знал ведь. Да и я хорош – было же какое-то объявление на дверях. Ну, вот что у меня за привычка не обращать внимания на эти вот надписи.
     А меня реально трясло. И было отчего – столько почти обнаженных… Учитывая мое состояние…, эх. Даже на дорожках бассейна не было возможности спастись от этого вездесущего наваждения. Только нырнешь – так тут же взгляд натыкается на чье-то бултыхающееся…, в обтягивающих… Да еще и вода придает животикам и прочим округлостям особую прелесть и рельеф. Хоть глаза закрывай.
     Но не получится. Девчонки, в большинстве своем, в явно детородном возрасте, а значит ферромоны прут вовсю. Заполняя всё пространство и так не очень большого помещения бассейна. Игривые взгляды и попытки продемонстрировать себя… Да уж. Заглянувший в бассейн Олег что-то сказал девчонкам инструкторам, похабно подмигнул мне, плывущему по дорожке, и свалил куда-то – расхохотавшись.
     Так, надоело. Чувствовать на себе оценивающе - раздевающие взгляды, слышать похихикивания и перешептывания. Уйду. В сауну. Она вон тёмная, дверь полностью деревянная, хоть посижу спокойно. Свет специально зажигать не буду. И вообще, странно – я раньше так не ощущал остро чувства и эмоции окружающих. Наверное.
     Переход от ярко освещенного пространства бассейна к сухо-влажной полутьме горячей сауны подействовал успокаивающе. Вроде никого нет, то, что надо. Я забрался на верхнюю полку и растянулся, блаженствуя с закрытыми глазами. Мышцы, до этого напряженные активными упражнениями и излишним вниманием большого количества женщин, приятно заныли, расслабляясь. Как же хорошо! Никогда не думал, что будет так приятно просто лежать в жарком помещении. На горячих, обжигающих поначалу, досках. Впитывая в себя растворенное в воздухе тепло. Сознание отдыхало и растворялось в этом тепле…

     Идель любила это место. Сидеть тут, в жаре и темноте – было для нее отдыхом и напоминанием. О прошлом. О ёё далекой и почти забытой родине…
     Великий Абу Юсуф Якуб ибн Исхак Аль-Кинди, маг и ученый, всего лишь проводил эксперимент. Простой эксперимент, напрочь изменивший судьбу обычной суккубы Идель. На самом деле её имя было другим, но ведь это не важно. А важным было другое – тогда, более тысячи лет назад, она сглупила. Поступила как неразумная варха – ослушалась мамы и сбежала из дома. Из уютного, зачарованного и защищенного дома. И вот – результат. Первый же случайный Призыв мага, который проверял какую-то замшелую теорию, вырвал ее из родного мира, чтобы перенести сюда, на эту планету. На эту мерзкую промозглую…, Идель вздохнула влажный жаркий воздух сауны и расслабилась. Сейчас она могла позволить себе побыть почти в истинном виде – никто сюда войти не посмеет.
     А с магом ей повезло – она была ему даже благодарна. Он не только освободил ее, но и очень многому научил. Именно с него…
     Распахнувшаяся дверь прервала ее ленивые воспоминания – кто посмел? Гнев, жаркой волной хлынул в голову из живота. Хм…
     Какой-то парень, не глядя на притаившуюся в самом жарком углу девушку, просто вошел в темноту и лег на верхнюю полку. Странно, и…, - Идель чуть не вскрикнула: парень был переполнен Силой. Той самой, желанной энергией, что многие века питала саму суккубу. Именно ради этого Идель сводила с ума тех, кто обладал ею, насыщаясь и высасывая… Продляя свою жизнь. Управляя судьбами. Откуда такая энергия у обычного человека? Подобные вопросы её давным-давно не волновали. Власть и Сила! Что еще нужно? Сегодня, безусловно, её день – девушка довольно хихикнула!

     Лёгкое женское хихиканье полностью выключило нирвану.
     - Привет!
     Блин! Кто тут? Полностью адаптировавшиеся к полумраку сауны глаза чётко зафиксировали силуэт женщины в тёмном углу. Как же я ее не заметил? Всего метра два до нее. Хотя…, учитывая то, что я вошел с яркого света, а она неподвижно сидит в самом темном и жарком месте…
     - Привет. Извини. Не помешал? – И за что я извиняюсь?!
     - Нет, - хихикает. – Ты очень необычно себя ведешь. Приятно.
     - Что именно?
     - Не играешь. Искренен. Наслаждаешься жаром.
     - Я люблю баню. Люблю тепло.
     - Да тепло мы все любим. Ты – по-другому…
     - Это как? – Я удивленно уставился в угол, пытаясь рассмотреть незнакомку. Не мелкая, это чётко видно. Изящная и какая-то…, хм, необычная. Так показалось. Или интуиция подсказала? Забавно, в голову даже не пришло мысли узнать ее имя. Как будто так и надо. А вот мысль о том, что голос её красив и приятен – пришла.
     - Ты словно впитываешь тепло. Накапливаешь его внутри. Принимаешь. – Женщина наконец шевельнулась. – Это необычно.
     - Почему? – Мы играли в странную игру «вопрос-ответ». И было просто приятно.
     - Мужчины не могут долго переносить жару. Такова ваша физиология.
     - Да? А женщины могут?
     - Ага. – Простой и односложный ответ без права сомнения.
     - А как ты думаешь, почему так?
     - Много причин. – Женщина снова шевельнулась, словно её тело затекло. Но не легла и не изменила своей позы – всё так же сидела в темноте, прислонившись спиной к липовым доскам и обхватив свои колени, прижатые к груди, руками.
     - Например? – Мысли текли лениво, но было очень приятно вести такую неторопливую беседу. Попутно рассматривая смутно-текучий силуэт.
     Женщина хихикнула, а потом фыркнула.
     - Для мужчин важна всего одна – то, что ваши хвостатики от повышенной температуры просто погибнут. Вы подсознательно это чувствуете, поэтому и избегаете жара.
     - Так это же и для вас важно. – Спорить не хотелось вообще. – Не будет у нас их, не будет потребности любить, не будет детей.
     - Справедливо. – Силуэт слегка пожал плечами.
     - А еще причины? – Интересно на нее так жара действует, что она словоохотлива и не спорит?!
     - Остальные не такие явные. Они внутри сознания.
     - Назовешь? – Тело наконец-то начало покрываться мелким бисером пота. Было безумно приятно.
     - Женщина самой эволюцией является аккумулятором энергии. Накапливает ее, чтобы отдать детям и мужчине.
     - А разве мужчина не поступает так же?
     - Короткий разряд. Резкий выплеск Силы. – Слух резануло даже через негу тепла сауны. Показалось или нет, но она именно так сказала – с большой буквы.
     - Так чаще всего и нужен подобный выплеск. Чтобы добиться цели.
     - Для обычного мужчины – да. – И опять она не спорит, а словно утверждает истину.
     - А есть необычные?
     - Есть. – И опять молчит. А я всей кожей чувствую ее изучающий, ощупывающий взгляд. И вижу ее глаза – мерцающие. Ого…, я вздрогнул от неожиданности. Наверное, жара так сказывается. Глюки.
     - Ты права. Мы отличны по сути своей. И отличий много.
     - Да? И какие ты отметил? Отсутствие сисек у вас и наличия члена у нас? – Ого, как резко мы перескочили.
     - Не-а, я говорил про суть, а не физиологию. – Я вновь растянулся на полке сауны. И сладко потянулся. Сколько я тут? Минут двадцать? Кайф! И тёмный загадочный силуэт совсем недалеко от меня разгибается, зеркально повторяя мои движения. Миг – она лежит точно так же как и я. Мы занимаем всю длину верхней полки. Наши ступни практически касаются друг друга. Дикое, будоражащее ощущение.
     - Это ты прав. Но разве тебя не интересует грудь женщины? Или то, что у нас между ног? Ведь вроде это ваш первый мужской интерес.
     Обида? Не чувствую ее. Скорее она хулиганит и провоцирует меня, пользуясь темнотой и тем, что мы незнакомы. Её ступни слегка шевелятся, едва касаясь моих. Дьяволица – хорошо, что сейчас тут полумрак и она не видит как вздуваются мои плавки.
     - Ага, интерес. Только проблемный.
     - Это почему?
     - А потому, как после секса хочется много чего другого.
     - И чего хочется тебе?
     Что-то у нас беседа совсем в странную сторону ушла. И как-то необычно, что сюда больше никто не заходит.
     - Трудно сказать. Обычно много чего хочется еще до…, - Я закинул руки за голову и снова потянулся, наслаждаясь расслабленно-возбужденным состоянием. – А после? В-первую очередь хочется нежности и заботы. И самому заботиться. Секс – это не окончание отношений. И не начало – всего лишь малый эпизод.
     - Хм. Крепко ты где-то ударился. – Смеется. Красиво выходит у нее. Не девчонка – женщина. Взрослая. Уверенная. Опять движение ее ступней. На этот раз смелое – теперь её ступни плотно прижаты к моим. Я чувствую ее кожу. Чувствую какую-то необычную, дикую вибрацию…, едва различимую, но явственно идущую от неё.
     - Наверное.
     - Значит ты стойкий, верный и любящий мужчина? – А вот сейчас уже неприкрытая издевка чувствуется. Ну-ну.
     - Не знаю.
     - Это почему так? Неужели нет девушки любимой? Желанной? Единственной? Сдается мне ты лукавишь и точно такой же как все без исключения мужчины…
     - Так это не мне решать.
     - А кому?
     - Женщине, которая меня полюбит.
     - Ого. А разве нет такой? – Издалека зашла, но…
     - Нет.
     - Врешь? – И вопрос и игра. – Хотя…, вроде не врешь. Боишься женщин? – Мои ступни словно раскаленные угли жгут.
     - Нет.
     - А меня? – её ступни куда-то исчезают.
     - Что?
     - Меня боишься? – Она стоит рядом с полкой, рядом со мной. Всё-таки жара! Незнакомка права – мужчинам не стоит долго быть в такой температуре – глюки начинаются. Ничем иным не объяснить почему ее глаза светятся янтарно – жёлтым, тёплым светом, глядя на меня. Тут, в практически лишенной света сауне, это выглядит особо… завораживающе. Но даже глаза не главное – рослая, чуть ниже меня. Но какая-то слишком… совершенная. Полностью обнажена – точно глюки, не пора ли в холодную воду бассейна?!
     Только вот мысль гаснет, едва появившись – глаза притягивают…, манят… И вот уже мои руки сами по себе касаются ее кожи, и скользят по ней, стирая выступившие капельки пота. Медленно исследуя совершенное, изящное, но сильное тело. Начав с талии, ползут вверх к полным, но сильным высоким грудям. Всё моё тело словно сотрясает судорога – обе ладони накрывают соски незнакомки. Что-то необычное в них, странное… Сознание почти угасает, растворяясь в накатывающем немыслимом удовольствии. Резко и торжествующе вспыхивают янтарём её глаза…, а меня – меня пронзает сильная вспышка боли. Мозг словно сбрасывает какую-то пелену – перед глазами печальное лицо девушки с глазами цвета угасающего пламени и ее губы, что-то шепчущие… Хватит!
     Похоже, я произнес это вслух. И не только произнес – незнакомка как будто получила пощечину. Резко отстранилась и напряглась, словно пружина.
     - Кто ты? – В голосе чётко прорезаются шипящие, злые нотки.
     - Не важно. – Внутри меня шквал воздуха раздувает всепожирающее пламя огня. Стихии сливаются, порождая что-то новое. Моя очередь! – Важно совсем другое…
     - А… - Она не успевает ничего сказать – мои руки сжимают ее в объятьях, а рот закрыт моим поцелуем. Короткое, яростное сопротивление – нет уж. Не выпущу – объятья сжимаются сильнее – ладони фиксируют ее шею и…, хвост? Наличие тонкого, явно длинного хвоста почему-то не смущает – ладонь плотно обхватывает его у основания, словно зная… Она моментально прекращает сопротивляться, расслабляя мыщцы. Странно – я явственно чувствую ее сильный необьяснимый страх и…, дикое, обжигающее желание близости. Безумно дикое, ослепляющее. Желание, смешанное с…, хм… Разгорающееся в ней, растворяющейся в моих объятьях, всё сильнее…

     Олег рассматривал через обзорное окно помещение бассейна. Хорошая идея – день только для женщин. И Маринка молодец, классных клиентов подогнала. Особенно эта Идель. Владелица РосТраста – огромного холдинга. Богатейшая вздорная баба с огромным количеством связей. По рассказу Маринки – эта самая Идель чуть не к самым высоким чинам страны ногой дверь открывает. С нее станется - Олег честно признавался сам себе - от этой стервозной бабы у него мурашки по коже шли. Красивущая до жути, но дико опасная. Словно смертельно ядовитая змея. Укусит и мимо проползет без малейшей эмоции.
     А то, что Пашка - учитель сегодня попал – так попал. Олег снова улыбнулся, глядя как в бассейне резвятся женщины. А не надо было ему приходить именно сегодня – сам виноват. Олег в целом неодобрительно относился к данному человеку – непонятный какой-то, сам в себе. Да и знакомы они не так чтобы близко – просто были совместные небольшие дела. Да спортивное прошлое обоих. Хоть и в разных видах спорта. В любом случае – Павел сегодня попал на раздачу. Клуб полностью сняла Идель. Как и сауну, в которой любила сидеть часами. Что, как и почему – Олега не интересовало. Главное, что оплата за день была такой, что перекрывала месячный доход клуба. А что там внутри делала эта особа – не важно.
     Важным было то, что в эту самую сауну, куда вход остальным сегодня запрещен, по незнанию завалился Павел. Уже само его появление сегодня было исключительным. Ну, какой нормальный чел не прочитает объявление на входе о женском дне? Но Павел к нормальным явно не относился. Олег хохотнул, представив, что именно сейчас происходит в сауне – минут тридцать там уже они вдвоем. Даже вон женщины кучкуются и ждут результата. Будем надеяться, что учитель не разочарует эту самку, а уж дивиденды Олег не упустит…

     Как всё просто. С мужчинами всегда просто – во все времена. Так было и так будет. Дыхание, голос…, лёгкие прикосновения и самец уже готов к спариванию. Осталось всего - лишь выпить его. Тем более, что он сам отдаст всё – глаза Идель торжествующе зажглись. Сейчас уже не важно, что он это увидит.
     - Хватит!
     Резкая команда самца…, возникший в мозгу Идель давно забытый образ…, и – испуг! Демон?! Потрошитель?! Откуда? Как он узнал? Что? Разум суккубы заметался, ища пути, судорожно пытаясь спастись от давно забытого врага. От того, кто имел право на жизнь девушки. От создания ее собственного мира, от… Тело не слушается.
     Её вопрос, как попытка потянуть время. Нет! Сильные руки железными обручами стискивают её холёное, желанное для любого мужчины, тело. Жить! Мысль - желание придала суккубе сил…, яростное сопротивление – слишком короткое и беспомощное. Он поймал её хвост. Всё! Подчинение. Теперь только то, что предписано самой природой и памятью предков…

     Вряд ли бассейн спортклуба видел в своей недолгой истории то, что происходило – сексуальное помешательство. Причем исключительно женское. Просто потому, что мужчин в помещении не было. А если бы были…
     Причина этого помешательства была скрыта в темноте жаркой сауны. Именно туда почти полчаса назад вошел странный парень. Именно туда, где уже несколько часов отдыхала хозяйка огромной компании. И именно из сауны, донесся первый вздох - стон страсти. Необузданной страсти. Пьянящей, сводящей с ума. Первый стон, но далеко не последний. И этот стон был насыщен такой энергией, что невольно все находящиеся в помещении попали под его влияние. Женщин безумным магнитом манило друг к другу, стирая сознание, оставляя только инстинкты…
     Не избежал влияния этого беспредела и Олег – находясь в самом благостном расположении духа, администратор и совладелец клуба бросил мимолетный взгляд в окно – и остолбенел, автоматически привстав и подавшись вперед. То, что он видел…, мечта любого мужчины и не только…
     На счастье или на беду – его движение заметили…, хм, уже просто озабоченные самки. Несколько ударов сердца и в кабинет Олега вваливаются три обнаженных красотки. Миг – и сознание человека уносится прочь, предвкушая немыслимое удовольствие. А самого его уводят прямо к бассейну, где жаркими волнами накатывает безумная страсть…

     Холод! Опять холод. Приятный и полезный. Как элемент равновесия, освежающий разум и возвращающий его в реальность. Шиза, давай, скажи что-нибудь язвительное. Молчишь? Зря, самое время рассказать про то, какие бывают женщины.
     И опять память…, и яркие картинки прошлого. Домой. Как же я устал?! Эти образы и кипящая внутри энергия. А ведь странная незнакомка права – женщина это аккумулятор. И женщина ли? А может мне просто привиделся этот гладкий длинный хвостик? Такой умелый и забавный… И эти глаза сияющие…, и то, что я в них видел.
     Просто домой. И спать. Ночью будет сон, а значит – снова огонь и ветер. Будет тепло. А самое главное – память успокоится и перестанет рисовать перед глазами яркие образы. А сейчас – холод. Домой! И как следует обдумать, что со мной происходит…

     - Тварь! Ты как посмел? – Нога в изящной туфельке врезалась в поясницу лежащего в позе эмбриона Олега, отбивая почки. Разбитое в кровь лицо, сломаны два ребра. Идель это знала и видела – она специально так делала, чтобы этот…, запомнил.
     Но просто так избивать этого идиота? Глупо. Слегка сбросить напряжение и ярость – да пожалуйста. Но это не всё. Далеко не всё. Разгромленный клуб – безумие не улеглось в одно мгновение. Да плевать, страховка всё покроет. Избитый персонал – еще больше плевать. Собственные сотрудницы, смущенные и растрепанные – да все инкубы с ними. Только одно сейчас волнует – оскорбление, которое ей нанёс незнакомец! Ну…, не то чтобы совсем незнакомец. И не оскорбление даже, а…, ох! Щёки Идель предательски покраснели только от одного воспоминания… Как она могла? Как вообще могло такое случиться с ней? Как…
     - Поднимите его.
     Два охранника поспешно выполнили распоряжение хозяйки.
     - Воду.
     На голову избитого вылили ведро холодной воды. Пришел в себя – хорошо.
     - Червь, слушай внимательно. – От голоса Идель шла явственная угроза. – Всю известную тебе информацию о твоем дружке мне и прямо сейчас. Начинай.

     То, что почувствовала, до этого считавшая себя практически бессмертной, суккуба… Казалось она умерла и снова возродилась. Возможно, так и было, ибо Идель чётко понимала – она пропала. Незнакомец! Его бурлящая, сжигающая всё на своем пути Сила… Дура! Какая же она дура – ведь она сама рассказала ему про судьбу и обязанность женщины. Сама отдала себя. Идиотка – вздумала поиграть с тем, кто…
     Но раскаяние и самобичевание тут же таяли, стоило девушке-суккубе вспомнить, то, что случилось после того, как демон подчинил её… Подчинил и… Живот опять свело судорогой, заставляя все мыщцы трепетать в сладком остаточном оргазме – да что же это? Он уже давно ушел – сбежал, не дав Идель ни шанса на сладкую месть, а она до сих пор трепещет только лишь при мысли…
     И еще – Идель было страшно. Страшно от того, что она сделала – отдала всю себя. Не смогла противиться. Не захотела. Она! Та, что ставила на колени царей и императоров. Та, что могла бы управлять империями, если бы пожелала. И вот…, просто отдала всю свою энергию первому встречному. Часть своей Сути. Как? Как же так? И кто он? Где он? Тот, кто теперь стал не просто демоном, а… Как так вышло, что он не развоплотил ее? Почему? Ведь она же сама была готова…, лишь бы он продолжал…, - очередная жаркая волна! Стон – рычание…, где же он?
     Гад! Он ушел. Высушил, бросил ее и ушел. Сволочь! Ну и что, что сама отдала? Найти. И отомстить. Забрать обратно всё, что принадлежит ей по праву. Уничтожить! Порвать на части… Ярость моментально ушла, лишь стоило девушке вспомнить прикосновения его рук…, нежное касание умелого языка… И опять сладкая судорога. Да когда же ее предавшее тело успокоится? А хвост – так бы и отгрызла сама. Как она им посмела такое? Ох….

     - Что значит «нет адреса»? Ты что, дебил – даже паспортных данных не взял? Только телефон?
     Идиот. Полагаться просто на знакомство, на какие-то дружеские чувства. Этот мир действительно полон глупцов. Но, Идель мысленно сама себя одернула, тем и сладок. Сладок той энергией, что встречается в отдельных живущих. Идель снова глухо зарычала, испугав громилу, некогда управлявшего клубом. Хотя, почему управлявшего? Пусть и дальше… Надо же где-то ей греться. А тут – так просто и легко. Вот только как теперь избавиться от мыслей об этом Павле?!
     Павел… Суккуба мысленно проговорила имя…, и еще, и еще…Лёгкая улыбка. Скоро, очень скоро этот Павел будет её. Возможно…

     Сон был странен. Павел провалился в него едва голова коснулась подушки, но… Словно вечер продолжался. Эта незнакомка… То, что они вытворяли с ней в жарко-влажном пространстве сауны… Павел смутно помнил подробности – почему-то при попытке сосредоточиться на этом начинала кружиться голова. Но в целом… Страсть и безумие – два слова, которые полностью описывали всё произошедшее. Словно он полностью растворился там, и собрался заново. Новым.
     Эта девушка… Павел так и не увидел ее лица – это было не важно. С ней было связано что-то особое. Что-то нужное самому Павлу. Что-то такое, что поменяло его самого. Но пока не мог понять...
     Не было пламени или дуновения ветерка – всё изменилось. Всё бесконечное пространство сознания было заполнено равномерным янтарно - жёлтым свечением. Как её глаза! И только в самом центре мозга, бесконечно далеко и стремительно близко, горела ослепительно яркая белая точка…
     В какой-то момент сон стал похож на лоскутное одеяло временных отрезков. Внезапно вспомнилось ощущение прикосновения к столь манящим соскам незнакомки. Дикое, пронзающее желание близости вновь накрыло спящего. Там, в жаре и страсти, он не придавал значения ничему. Была только она и он, растворяющиеся друг в друге. Тут, во сне, он словно видел всё то, что было, со стороны. Рассматривая, вспоминая и анализируя. Почему прикосновение к ее соскам, кроме возбуждения, принесло чувство странного, чуждого? Почему? Что он ощущал, целуя её грудь?
     Хвост! А был ли он? Был, и это не воспаленный бред. Павел словно повторно ощущал, как его ладонь сжимает ее нежный и сильный хвостик. У основания, там, где он переходит в позвоночник. Как он держал её…, и одно это сводило её с ума от желания… А уж что они вытворяли, даже не осознавая…
     Павел спал, но анализ произошедшего вёлся его неспящим мозгом. Сосок ее груди был странной формы – словно не один, а несколько…, три в одном. Странно и необычно. Но дело было в другом – откуда-то Павел знал, что подобное уже видел. И не только. А ведь именно это прикосновение к трёхглавому сосочку и поставило точку в его предыдущей роли... Именно после него и возник в сознании образ другой…, Павел старательно вспоминал – красная кожа, большие удлинённые глаза, изящные рожки на голове, чёрные, словно глухая ночь, волосы… Губы, шепчущие… Что именно шептали губы так и не удалось разобрать. И разум успокоился, едва лицо-воспоминание возникло на внутреннем экране. Больше не было вопросов и безумия…
     Но успокоившийся мозг опять начал игру – и в ней теперь участвовали новые герои. А какую игру может предложить мозг сильного энергичного мужчины своему хозяину под утро? Когда организм начинает пробуждаться и наполняться энергией? Эту часть сна Павел запомнил, как следует, ибо полностью осознавал. И причина тут не болезненная сильная эрекция мужчины, вечером полностью проявившего себя в чувствах, а… Павел почувствовал Нити! Три Нити, связавшие его с женщинами. Три бесконечных луча, исходящих из той самой яркой точки в его сознании. Что такое Нить? Павел сам не осознавал, но чувствовал, что его жизнь связана с другими.
     Прикосновение к первой нити – бело-прозрачная Нить зазвенела завыванием воздуха, ударила в ноздри запахом незабудок и озона. Образ - высокая, яркая, длинные рыжие волосы, зеленоглазая. Правильные черты лица, надменное выражение. Высокая небольшая грудь, тонкая талия, длинные ноги. Не тонкие, а сильные. Круглая спортивная попка – Павел это четко знал… Потянул Нить - внешность девушки плыла, меняясь. Ощущение тревоги нарастало – девушка явно в опасности…, или – ощущение пульсировало, сообщая о чём-то…, о чём-то…, не понять. Слёзы на её лице…, боль…, и тишина. Только образ девчонки стал таким же бело-полупрозрачным. Почти не осязаемым. Застыл недвижимо. Как и Нить.
     Вторая нить – огненно-красная. Прикосновение к ней обдало сознание пульсирующим жаром сухой пустыни. Образ, явившийся в сознании был знаком – краснокожая. Яркая, необычная. Полностью обнаженная. Странный узор маленьких татуировок на бедрах и предплечьях. И хвост – длинный тонкий хвостик! Незнакомка протягивала к Павлу свои руки, глядя своими глазами в его…, вспышка боли в груди, там, куда пришелся странный удар на игровой площадке – Павел услышал то, что она шептала ему в видении… И темнота. Видение маленькой фигурки - копии девушки. Отчаяние, накатывающее волнами… Всё исчезло. Опять. Только слабо видимая Нить…, показалось Павлу или нет, но Нить едва пульсировала?! Теперь просто проскальзывая между его пальцев. Даже забавно, обе Нити сближались, переплетаясь между собой в своей едва осязаемой полупрозрачности…
     И Холод. Видение гротескной статуэтки краснокожей девчонки вызвало тот самый холод, что уже многие годы оставался в его душе. Так же как и всегда – словно огромная всеуничтожающая волна застыла недвижимо на краю сознания. Готовая по первому зову обрушиться и смять…, уничтожить всё вокруг. Ограждая сознание самого Павла неприступной стеной отчуждения и равнодушия. Раньше Павел не понимал, да и не хотел понимать, что именно собой представлял этот самый холод. Защищает разум? Помогает жить? И хорошо. Теперь же холод словно показывал ему что-то. Заставляя принимать меры, двигаться… Рождая в голове мужчины необычную за последние годы мысль – а не пора ли вернуться? Холод пропустил сквозь себя все Нити, а значит, они были важны. Очень важны!
     Третья Нить? Прикосновение к ней позволило отвлечься от Холода. Забыть его. Удар по Нити – радость и нежность, радуга…, смутный силуэт той, что была с ним прошедшим вечером, моментально оказывается рядом с ним. Соединяясь в близости. Потянуть Нить…, нарастающее возбуждение…, словно наяву слышимый стон удовольствия девушки, тянуть…, стон перерастает в крик оргазма… Миг – перед глазами её фигура и лицо, всё чётко различимо – сработала тактильная память. Сознание плывет от эмоций и страсти. Удовольствие пронзает обоих. Его ладонь крепко сжимает основание ее хвостика… Новый разряд оргазма изгибает и долго трясет тело…, девушки? Не важно. Еще один. Павел и сам чувствует разрядку…, рука отпускает Нить… Сон?

     - Ида? ИДА!
     Выныривать из блаженного безумства не хотелось. Ни за что! Опять он…, как же сладко. Ох… Засыпает… Демон! Ну, что ты со мной вытворяешь? Ну, зачем ты мне встретился? Зачем опять оставляешь одну?
     Последняя мысль показалась очнувшейся Идель особенно жалостливой. Град слёз непроизвольно потек из чудесных глазок суккубы, основательно перепугав ранее проснувшуюся подругу. Изящная удивительно гармонично - красивая невысокая блондинка по имени Рита с пронзительными васильковыми глазами и идеальной грудью четвертого размера уже полчаса не спала рядом со своей любимой Идой, находясь в каком-то водовороте событий. Мало того, что обычно невозмутимая и энергичная Идель, явилась под ночь совершенно счастливая, но измученная морально и физически – Рита была абсолютно уверена, что у Иды был мужчина, чего по факту быть не могло. Так еще и уснула практически моментально, и Рите пришлось раздевать любимую. Что она и сделала с повышенным вниманием и заботой. И была вознаграждена. Осмотр тела подруги дал море информации. И если поначалу Рита только подозревала, то теперь на все триста процентов была уверена – у Идель был секс. Нет, не так – СЕКС. Истинный. Дикий. Долгий. Почти жестокий. Всё тело девушки было покрыто легкими синяками – следами от пальцев мужчины. И не только – Рита не была бы тем, кем являлась, если бы не учуяла следы спермы. Словно Ида не хотела смывать, убирать…, оставляя себе память.
     - Глупышка ты моя, - Рита с легкой грустью поправила непослушные волосы подруги. – Что же такое случилось с тобой? И почему обязательно сегодня?! Ты же знала…
     Но «глупышка» не отвечала, совершенно не по-взрослому счастливо сопя точёным носиком, пребывая в своем истинном виде. Который, впрочем, был давно известен самой Рите. Как и всё, связанное с прошлым и настоящим Идель. Так что Рита просто обняла свою счастливо спящую подругу и уснула сама.
     А вот под утро начались странности. Причем, привыкшая к очень многому Рита, была не на шутку встревожена.
     Проснулась Рита от имени. Мужского. Которое шептала спящая на животе Идель. ПАВЕЛ. Причем шептала с таким желанием…, с такой страстью и нежностью… Сброшенное тонкое одеяло. Выгибающееся вверх, словно от реальной ласки тело подруги, внезапно начавшее светиться тусклым огнем. Её разгорающиеся стоны, и… Рита моргнула и потерла глаза, словно прогоняя наваждение – тёмный контур мужчины проявился и завис прямо над Идель. Призрачная рука обхватила вставший дыбом хвост суккубы, пленяя ее саму – оргазм накрыл тело Идель, заставив задрожать от истомы тело самой Риты. Её пальцы непроизвольно опустились вниз… Сопротивляться страсти подруги Рита не могла и не хотела.
     А тень мужчины овладела Идель. Сильно. Энергично. Словно наяву. Страсть и безумие наполнили всю спальню. И еще – сполохи красного. Идель спала и любила – прогнувшись навстречу мужчине, словно кошка. А Рита…, сходила с ума от эмоций и необычности. Нарастающее удовольствие Риты усиливалось в такт стонам подруги…
     Оргазм на мгновение выключил сознание. Кричала Идель, сотрясаясь в сильных судорогах. Кричала Рита, кончая не просто с удовольствием, а со сладкой болью…, глядя на фантастическое зрелище…, на бьющуюся в конвульсиях подругу…, на лицо неведомого мужчины, скрытое в тенях…, на спазм его бедер, когда из него толчками начало извергаться семя…
     Идель упала на широкую кровать и опять уснула, перевернувшись на спину, опять счастливо задышав носиком и раскинув прелестные ножки в стороны. Исчез призрачный мужчина. Растворился в утреннем полумраке. И только Рита, тело которой всё еще сотрясали сладкие спазмы никогда не испытываемого прежде удовольствия, смотрела на бёдра подруги. На ее влагалище. Откуда медленной струйкой стекала на простыню пряно пахнущая белёсая жидкость.
     Почему она так сделала? Рита и сама бы не сказала. Но её тело словно само по себе жило. Руки – обхватили бёдра подруги, а губы – начали нежно, едва касаясь, слизывать то, что вытекало. Аккуратно, не пропуская ни капельки. Смакуя это необычный вкус… А потом – потом бизнес-леди, женщина, которую очень и очень многие называли «стальной стервой», по имени Идель – горько расплакалась просыпаясь… Искренне, по детски! Как никогда не плакала до этого.

     О неприятностях моя пятая точка начала вопить с самого момента пробуждения. О больших неприятностях. Но не идти на работу? Отступить и спрятаться? Не выход. Причем источник неприятностей интуиция показывало чётко и однозначно – некая женщина со странными трехвершинными сосками. Да и фиг с ней. Лучше так, чем иначе.
     - Идеи? – Я смотрел на свое отражение в зеркале.
     - Будут прессовать по пути. Дважды. А в универе возьмут за зад. Стандартная схема работы с интеллигенцией. Тьфу - тьфу.
     - Согласен. Что делать будем?
     - Ну, вариантов – то нет. Становись собой прежним. Тогда может и выживем.
     А действительно без вариантов. Не знаю, что точно произошло со мной ночью, но сейчас Шиза прав. Хватит прятаться.

     - Слышь, мужик. Закурить дай. – Как банально. И всего трое преграждают дорогу. Шиза, ты глянь, как нас не уважают?!
     - Курить вредно, мужик. – Веские слова. А еще более весом прямой удар в нос – кости явственно хрустнули, выводя придурка из строя. Ба, труба и ножик? Фи, что за дурные манеры?!

     - Кстати, Шиза, - а ты заметил, как обмельчала гопота? – Я даже не обернулся на трех избитых идиотов.
     - Ага, совсем нюх потеряли. Сами на кулаки насаживаются. А ты сам заметил, как ты сдал? Нюня и размазня.
     - К сожалению, да. Вчерашняя тренировка хоть в тему пошла.
     - Это верно, хорошо отработал. Готовимся ко второму акту.

     - А ну стоять! Упал лицом вниз, чмо! Ай, да ты…
     - Ах, ты падла. Да я…
     Двое пидоров в милицейской форме хрипели перебитыми гортанями, валяясь на сухом асфальте. Третий – судорожно дергал застрявшую в кольце дубинку – «демократизатор». Никакого опыта по внедрению демократических принципов. Быдло обыкновенное.
     - Слышь, мент. Стой спокойно.
     Дурак какой-то. Ему ведь предлагают по-хорошему. Ладно, сам захотел. Как там сказал один очень мудрый человек? «Добро должно быть с кулаками!»

     - Шиза, слушай. А ты не ощущаешь некоторой неправильности в наших действиях? Эти ведь «голубки» как бы из силовиков, за них реальный срок светить будет. За нападение при исполнении и всё такое.
     - Я тебя умоляю. У них из всего «силового» - только форма. А ее сам знаешь – в любом магазине прикупить без проблем. Ты проверь кармашки-то? Благородную процедуру мародерства никто не отменял еще.
     - Хм. А ты прав. Пустышки. Как обычно?
     - Ага. Давай повеселимся. Тем более народу скоро тут полно будет. Ты про пальчики только помни.
     - Злой ты. Весь в меня.
     - Я не злой Паша. И ты не злой. Мы – хуже. Гораздо. Мы - справедливые. А если сомневаешься – вспомни всё, что было одиннадцать годков назад! И желательно сразу.
     Несколько мгновений. Несколько прикосновений. Вот и готово.

     - Измайлов? Павел Алексеевич?
     В принципе, спрашивающему не было нужды отвечать. Ему по факту уже было известно про меня всё. Серьезный такой мужик. Истинный солдафон. Мой ровесник или чуть старше. Интересно, а его-то как на это подписали? А хотя, чего тут подписывать – позвонила эта фифа куда надо, а капитану приказ в морду и ага. Но всё равно, то, что по мою душу явился не обычный наряд ментов – салабонов, а капитан и два лейтёхи – даже внушало.
     - Он самый. Чем могу?
     Краснобокая книжечка перед глазами. Ню-ню. Любят они ею размахивать, хлебом не корми.
     - Парамонов Алексей Андреевич. Следственный комитет.
     - Присаживайтесь, товарищ капитан. Кофе, чай и прочее не предлагаю – сами понимаете. – Я обвел скупым жестом окружение преподавательской. – А ваши коллеги?
     - Они подождут снаружи.
     Молодцы. Развернулись и вышли. Продемонстрировали себя и хватит. Уважаю.
     - Итак, Алексей Андреевич, чем могу? Следователь и по мою душу – странно.
     - Уверены? Не хотите ни в чем сознаться?
     - Смешно. Ха-ха. Оценил. А теперь давайте по - сути. У меня экзамен скоро.
     - По-сути? Хорошо. Улица Лазарева, 27. Спортивный клуб «Мечта». Бывали там?
     - Да. Вчера вечером последний раз.
     - Не заметили ничего необычного? Странного?
     - Да полно странностей. Во-первых, этот женский день внезапно объявленный. Вот скажите, какой владелец в здравом уме будет одних баб в спортклуб пускать? Потом, эти бабы озабоченные. Все как одна. Я уже не говорю, про их полотенца. Вы видели их полотенца? Это же ужас какой-то! А еще…
     Бла-бла-бла. Капитан, ты же не дурак. И пришел сюда только с одной целью. Я могу такой уверенный бред нести долго, так что переходи уже к делу. Не хочешь? Тогда сам на себя пеняй. Мне терять нечего уже.
     - … и знаете, Алексей Андреевич, меня очень покоробил вот этот подход: если ты в сауне, то значит можно тебя трахать. Уж извините за прямоту.
     - Подождите, какая сауна? Кого трахать?
     - Да меня. Трахнуть пытались там. Попользовать. Курица какая-то. Вы только подумайте, пришел я отдохнуть и погреться, а она давай приставать, да в плавки лезть. Нет, вы не подумайте, я не против женщин. И даже где-то очень сильно за! Когда всё ого-го и совсем уж ага. Но когда прыщавая кикимора, которая прячется ото всех в темноте, лезет к тебе своими кривыми лапками…
     Капитан, а чё ты задёргался? Микрофон на тебе?! И правильно – пусть слушают. Я щас еще и другого всего нарасскажу – не заткнешь.
     - … и даже не останавливайте, у меня времени нет. Кто еще нас защитит, если не родная полиция. Тем более мы с вами – не чужие люди. Вот вы сами мне скажите, если беззубое и шепелявое создание, воняющее тухлой рыбой, к вам полезет со всякой непотребностью – согласитесь, да? Уверен, что нет. Вот и я нет. Не вынес я такого издевательства, хотя видит Бог совсем в другое время и с истинной женщиной очень даже и не против, но вот!
     - А…, - лоб трёт. Чёт фигово ему с утра. Ясное дело – запашок-то слабый есть от вчерашних возлияний. – Я не про это. Вчера в спортклубе были частичные разрушения интерьера, и есть свидетели, что вы в этом принимали участие.
     - Я? Да Бог свидетель, когда я из клуба уходил, там чистота и благость процветали. Если, конечно, не вспоминать про полотенца, отключенные воздухосушки и прочие обязательные интересности. Я вам больше скажу…
     - Подождите, Павел Алексеевич. – О, очнулся от аудиоатаки. - Есть заявление гражданки Ларис, в котором она чётко указывает на вас, как на виновника. Заявление подписано совладельцем клуба Олегом Ставриковым и еще пятью свидетелями. Вот.
     А чего? Знатная бумажка. Только непонятно другое. Кто все эти люди? Про Олежу – стукачка даже не спрашиваю. Гнилью от него и раньше попахивало.
     - Знаете, вот со Ставриковым знаком. А остальные… Ерунда какая-то. Когда я уходил, всё с клубом в порядке было. Да вы и сами проверьте – там перед клубом камера есть – наверняка запись существует.
     - Камера? Проверим. А пока – подпишите.
     Шиза, глянь – постановление о задержании. Офигеть. Рано поутру гопота и быдло – а сейчас…
     - Ладно, только без решения моего руководства я не могу…
     - Всё уже улажено.
     Ну, улажено, так улажено. Пошли на свиданку с гражданкой Ларис.

     Зато у студентов вон какая развлекалка – их вреднющего препода арестовывают. Жаль, не снимают на видео – лайков бы получил море. А теперь – будет обсуждение, по какому - такому поводу меня взяли. Небось, взятки? Или не – совращение студенток в особо коварной форме. А может, что еще придумают, как считаешь, Шиза?
     - Обязательно придумают. Зато заметь – никаких наручников. Просто ведут на выход из универа. Нарушение, кстати.
     - Ой, да ладно тебе. Скажешь тоже – нарушение. Похоже у нас проблемы.
     - Это да. Но только ты учти, что сейчас всю твою жизнь ворошить будут. Готов?
     - А ты? Ты мне лучше скажи, где вчера был, гад такой?
     - Где-где? В том самом месте. Кто же мог такое подумать-то?
     - Так ты же вроде у нас аналитик?!
     - Я и что? Откуда я вообще знал, что на нашей с тобой планете существа, подобные этой Ларис есть? Ты сам-то понял, что произошло?
     - Да понял, как не понять. Меня пытались высушить, выдоить, поиметь – бери любое определение. Причем конкретно это сделать, а не просто развлечься.
     - И откуда такой вывод?
     - А глаза светящиеся? А манипуляции с сознанием? Она ведь почти подчинила – ничего не напоминает?
     - Это ты прав. Только тогда всё было по-другому.
     - По-другому, там работала техника и толпа. А тут – женщина. Наверное. Причем, бьюсь об заклад – яркая и красивая. Хочешь, поспорим?
     - Да фиг тебе. Спорить еще с тобой. Ты вон смотри, какой эскорт тебе выделили.


Оценка: 6.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"