Шкенёв Сергей Николаевич: другие произведения.

Параллельные прямые

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Аннотация:
    Книга вышла. Представлена одна глава наугад для ознакомления.
  Глава 27
  
   Солнце медленно садилось
   У собора вдалеке.
   И торсида расходилась,
   Забывая о быке.
   Лишь турист, браток из Пскова,
   Видно мастер мокрых дел.
   Вдруг промолвил: - "Жизнь сурова.
   Ну не быкуй, и будешь цел."
   Тимур Шаов
  
   Великое Княжество Литовское. Краков.
  
  По крутой лестнице затопали сапоги, и пан Парамоцкий втянул голову в плечи. Вредная привычка выработалась сравнительно быстро, всего за месяц. Казалось бы, совсем немного времени прошло с тех пор, как русские войска без боя заняли город, а вот пожалуйста. Гордый потомок самого короля Попеля засунул свою шляхетскую гордость.... Да не так уж и важно, куда засунул. Главное, что такой вот шум заставляет испуганно вздрагивать и тайком молиться Матке Бозке.
  - Что-то медленно работаете, пан Владек.
  Нет, это не солдаты, или, что ещё страшнее, пограничники. Хозяин мастерской пришёл лично проверить как исполняется важный государственный заказ, в жестокой борьбе с конкурентами полученный у военного коменданта.
  - Пан Владек, неужели нельзя побыстрее?
  - Пшепшаем.....
  - Что-о-о? Соблаговолите говорить на языке высочайше предписанном для употребления, сударь. - Марк Левнер выставил указательный палец и упёрся им прямо в нос бывшего графа Парамоцкого. - Вы что, не читали указ Светлейшего? Или Антон Иванович изволил написать его только для меня? Нет уж, разговаривайте по-русски. Запомните - тут Вам не Польша. Здесь, таки, другая страна.
  - Простите, господин Левнер. Я хотел сказать, что к вечеру всё будет готово.
  - Хорошо, - Марк удовлетворённо кивнул. - Тогда завтра с утра начнём делать гербы для пограничных столбов. У нас ещё осталась красная краска?
  - Как завтра? Но ведь воскресенье, Пасха.
  - А Вы не обманываете старого еврея? А то, в последнее время, я стал такой доверчивый.
  - Да чтоб меня холера ясна забрала, если лгу. Да не увидеть больше Ченстохова...
  - Ну, зачем такие страшные клятвы, пан Владек? Я Вам, конечно же, верю. Но..., - хозяин мастерской достал из бокового кармана лапсердака тонкую книжицу. Как говорит президент дружественной страны, Соломон Борухович Сагалевич, - доверяй, но проверяй.
  - А чего проверять-то, Марк Исаевич? У любого на улице спросите.
  - И как Вы это себе представляете? Я буду бегать по Кракову, и приставать к прохожим? Что подумают люди? Нет, лучше загляните сюда. Русским по белому написано - пасха в этом году поздняя, и будет через две недели.
  - Не может быть!
  - Ай, за кого Вы меня держите? Обратите внимание на подпись - Его Святейшество Патриарх Московский, Нижегородский и всея Руси с новыя земли Алексий.
  - Это же православные...
  - Пан Парамоцкий, не бейте мне в голову ерундой. Я, таки, грамотный. На первой странице сказано, что государственной религией Великого Княжества Литовского является христианство. Или Вы...? Нет? Ну вот видите. И потом, разве деньги за сверхурочную работу будут лишними?
  Пан Владек опустил голову. Крыть было нечем. Финансовые дела обстояли настолько плачевно, что впору было ещё и подрабатывать, разгружая по ночам вагоны на товарной станции. Он, может быть, так бы и сделал, если бы не давняя фамильная вражда с Потоцкими. А сейчас один из этого зловредного семейства и командовал грузчиками. Не возьмёт на работу, пся крев.
   Вот и приходится теперь делать эмалированные таблички с названиями улиц. И чего не нравятся новой власти старые названия? Разве плохо звучало - "Улица старых монахинь, которых любил круль Сигизмунд на мосту через Вислу"?
  А деньги..., деньги нужны очень. Больше половины того, что удаётся заработать в мастерской у пана Левнера уходит на оплату вида на жительство, с недавних пор обязательного для бывших поляков. Парамоцкий уже не раз задумывался об эмиграции, но куда податься? В Германию, где уже не первый месяц делят власть с применением танков и тяжёлой артиллерии? Опасно, затопчет поток встречных беженцев. В Чехословакию? Бесполезно. Они, на своей границе, поставили по два пулемёта на каждый метр, и расстреливают всех нарушителей. Исключение было сделано только для президента Мосцицкого, попросившего политического убежища. Его личный автомобиль подорвался на мине, а оставшихся в живых пассажиров забросали гранатами.
  И куда теперь пойти? А ещё ходят слухи, что князь Деникин собирается взимать арендную плату с бывших крупных землевладельцев. Говорят, бухгалтеры уже высчитывают пеню за четыреста лет. Только не определились, принимать в расчёт период нахождения Польши в составе Российской империи или нет. Но даже если так....
  Может евреем себя объявить? Нет, не получится. Они же доказательство своей национальности в любой момент предъявить могут. А если тоже...? Интересно, сколько сейчас стоит операция? Попробовать? Пан Левнер говорит, что им обещана автономия со столицей во Львове. Ещё Ровно и Луцк - приличная, по европейским меркам, территория.
  Ну а не получится, всегда можно завербоваться добровольцем в армию. Нет, не в польскую, которая почти вся погибла при полуторачасовой обороне Варшавы, героически пытаясь рубить фамильными саблями деникинские танки. И от четырёх дивизий остался только взвод двоюродного брата жены, Закревского. Да и то случайно - накануне они отравились плохо перегнанной, и ещё хуже очищенной бимберой.
  Потом сам Томашек неоднократно утверждал, что наматывали доблестных жолнежей на гусеницы не деникинцы, а самые настоящие большевики. Люди добрые - плюйте на этого пьяницу! Как такое можно утверждать, если Владек сам слышал разговор двух танкистов. Один другого звал к телефону и кричал: - "Господин дивизионный комиссар, Вас господин нарком к аппарату просит" Разве могут коммунисты так обращаться? Понятно, что настоящие белогвардейцы. Вот бы к ним попасть. Только вряд ли удастся. А вот в Красную Армию - пожалуйста!
  По всему городу расклеены листовки, приглашающие всех желающих на службу в Закавказском военном округе. И там же, мелким шрифтом, шло напоминание о неисчислимых обидах, нанесённых коварными османами Речи Посполитой. В том числе и об ответе на письмо запорожцев, которой, в результате ошибки средневековой почты, был доставлен польскому королю. И вообще - если верить тем плакатам, то шляхетские корни восходят к фараонам. И потому столица обновлённой Польши должна быть в Каире.
  - Пан Владек, Вы меня слышите? - голос Марка Левнера настойчиво вмешивался в геополитические размышления.
  - Что?
  - Опять в мечтаниях? От можа до можа? Бросьте. Лучше скажите, я могу обещать коменданту, что завтра утром заказ можно будет забирать?
  - Да, конечно.
  - Хорошо. Если буду нужен - меня таки не ищите. И не забудьте про красную краску.
  Хозяин мастерской сунул за пазуху пару табличек, видимо для отчётности в комендатуре, и покинул полуподвал по отчаянно скрипящей лестнице. Парамоцкий проводил его грустным взглядом, в котором читалась вековая польская печаль, и принялся копаться в углу, передвигая полупустые банки. Где же она? Матка Бозка, ведь неделю назад сам убирал, вот сюда. Постойте, панове, а не на верхней ли ступеньке лестницы позабыл? Ну да, ещё вчера Марк Исаевич ругался, спотыкаясь об это ведро.
  В подтверждение догадки сверху раздался металлический лязг, крик, богохульственное упоминание о Езус-Марии, звонкий стук головы об ступеньки, и, на финальной стадии - влажный шлепок по деревянному полу.
  - Владек, что это было? - из расплывающейся красной лужи вынырнула страшная рожа предводителя команчей. - Я разбил себе голову. Это кровь? Владек, я умираю.
  По знакомому голосу пан Парамоцкий определил, что перед ним не подлый гурон, вышедший на тропу войны, и не исчадие ада. Хотя, лучше бы это были они. Всяко от чертей убытков меньше, чем от двоюродного братца жены.
  - Нет, Томашек, такие сволочи как ты не умирают. Их убивают, чем я сейчас и займусь, - успокоил родственника Владек и вооружился большим деревянным молотком.
  - А что я такого сделал? - удивился Закревский, пытаясь вытереть лицо полой чужого пиджака.
  - Ты ещё спрашиваешь? Посмотри на эту лужу. Видишь?
  - Вижу. Хорошая краска. И не оттирается, курва. А у тебя ещё есть такая?
  - Мало? Может задницу нужно покрасить?
  Пан Томашек оставил попытки привести себя в порядок и гордо выпрямился:
  - Я по важному делу, касающемуся спасения Польши.
  - Да ну? А ты не забыл, чем закончилось твоё последнее предложение?
  - Владек, мы просто пали жертвой недобросовестной конкуренции. Кто мог предполагать, что Государственный банк работает по демпинговым ценам? Но согласись, наши купюры были больше и гораздо симпатичнее.
  - Ага..., а мне пришлось продать имение, чтобы оплатить закрытие уголовного преследования. Всё, Томашек, больше с тобой ни каких дел. И вообще, проваливай отсюда, нужно до вечера закончить работу. Завтра заказ сдавать.
  - Ты не понимаешь, Владек. На этот раз дело абсолютно надёжное. И уже не нужно будет беспокоиться за завтрашний день. Он просто не наступит.
  - Участие в Армаггедоне не предлагать.
  - Ну зачем же так сразу, - пан Закревский заговорщицки понизил голос. - Мы планируем революцию. Мы - это Железная Организация Польской Армии. Я прислан к тебе от её имени.
  - Любите вы красивые имена, Томашек, - покачал головой пан Парамоцкий.
  - А то! - просиял родственник. - А как тебе название - революция роз?
  - Ты дурак? Какие розы в апреле?
  - Не дурнее некоторых. Ну и что? Наделаем из бумаги и покрасим в красный цвет. Давай краску, жмот. Или пожалеешь на святое дело?
  - А её нет, - развёл руками пан Владек. - Вот она, на полу. Так что проваливай, и покупай краску в магазине.
  - Денег нет, - признался Томашек. - Но мы уже заручились поддержкой Лондона и Парижа. Так что с финансами проблем не будет. Может, выручишь парой сотен до победы? Не беспокойся, отдам фунтами. Э-э-э, погоди, зачем сразу за молоток? Нет, так нет. А жёлтая краска есть?
  - Зачем?
  - Если не получается революция роз, будем делать лимонную. Тоже ничего звучит, а?
  - Не дам.
  - Жадный ты, Владек. Ну хоть чем-нибудь истинным патриотам поможешь?
  Пан Парамоцкий почесал в затылке и предложил:
  - Могу тебе яйца в двери прищемить.
  - Это же больно!
  - Ну и что? Зато сразу станут красными. А к вечеру посинеют. Экономия.
  Закревский задумался.
  - Владек, ты гений.
  - Знаю. В Петербуржской Академии Художеств я был одним из первых. Так петли смазывать? Или со скрипом сойдёт?
  - Не в этом дело. Завтра же Пасха! У нас будет революция яиц. Мы выйдем на улицы, выставим пикеты у бывшего Сейма, поставим палатки у дворца Пястов... А вот армии мы не боимся! И коменданта не боимся!
  - Это почему же?
  - А куда ему деваться под давлением народного волеизъявления? Тем более мы его отравим - коньяком.
  - Насмерть?
  - Конечно, у нас серьёзная организация.
  
   Утро следующего дня.
  
  Лёгкий завтрак в хорошем ресторане, особенно если не за свой счёт, дело хорошее, полезное и весьма приятное. А можно и не лёгкий, можно чего-нибудь поплотнее съесть, потому что неизвестно, когда придётся пообедать.
  Капитан Филиппов заложил салфетку за воротник, сделал знак почтительно молчавшему официанту и принюхался. Да, в воздухе определённо что-то витало. И запахи с кухни тут были не причастны. Пахло надвигающейся грозой и, если так можно выразиться, сгущающимися тучами. Не в атмосферном смысле, разумеется. Просто не душе было как-то погано и неспокойно.
  Но кто бы осудил Виктора Эдуардовича за некоторую нервозность? Покажите мне эту сволочь? А поводы нервничать были. Мало того, что забрали из города два последних танка, так и почти всех бойцов пришлось отправить в Брест, на совместный парад Красной Армии и Войска Великолитовского. Хотя и почти месяц до него, но намечался приезд товарища Сталина.... Так что о тренировках позаботились заранее.
  А отдуваться и нести службу пришлось одному единственному взводу с капитаном во главе. И всё бы хорошо, но патронов в гарнизоне осталось всего семьдесят две штуки. Считая те, что в командирском нагане. Даже бандитов, расплодившихся было в бесхозной на некоторое время стране, приходилось приговаривать к повешению. Те, правда, возмущались очень, ссылаясь на обычаи и традиции военного положения, и требовали расстрела. Но комендант отсылал всех к Уставу РККА, где чётко записано, что приказ сначала должен быть выполнен, а потом разрешается его обжаловать у вышестоящего командира. Жалоб на имя Антона Ивановича пока не поступало.
  Филиппов молча наблюдал, как на столе появляются многочисленные тарелки с закусками, и затосковал по сибирским пельменям и солёным грибочкам, желательно из окрестностей Красноярска. Ну что здесь за глухомань, если рыжиков не найти днём с огнём?
  - Это что? - показал он взглядом на салатник с подозрительной массой.
  - Трюфели, пан главнокомандующий! - торжественно объявил официант, не забыв про лесть. - И вот ещё....
  Ловким жестом фокусника на свет Божий был извлечён пузатый графинчик примерно литровой вместимости.
  - Коньяк?
  - Он самый. "Рояль". Польского, правда, разлива. Но нам сказали, что это Ваш любимый....
  - Но не с утра же? Стой, куда потащил? Поставь на место.
  - Как изволите, пан капитан. Когда подавать горячее?
  - Я позову. А сейчас иди, полупочтеннейший, не отвлекай.
  Недрогнувшей рукой Виктор Эдуардович наполнил рюмку, поднял, и только поднёс к губам, как вспомнил напутствие родного дяди перед отправлением в командировку.
  Борис Михайлович Шапошников, изрядно вкусив тридцатилетнего КВ2/2, назидательно грозил пальцем и поучал: - "Запомни, Витёк, в твоей поездке нужно бояться не вражеских пуль и снарядов. Они могут только ранить или убить. А вот страшнее всего - польская бодяга, которую они выдают за коньяк и водку. Вот это и есть настоящая опасность. Сейчас ты молод и полон сил.... Кстати, зачем в моей Академии сломал гриф у единственной штанги? Ну так вот.... Остерегайся. А не то, Бог даст, доживёшь до моих лет, а пить-то уже и нельзя. И какой ты будешь офицер после этого? Как собираешься до генеральских погон дослужить?"
  Воспоминания о дядиных наставлениях стремительно испортили аппетит. Рюмка, после некоторой борьбы с самим собой и тяжёлого вздоха была поставлена на стол.
  - Господин комендант передумал?- раздался голос от соседнего столика.
  Капитан повернул голову. Неподалёку сидел очень толстый субъект, весьма неприятного вида, со следами демократических пороков на лице.
  - Вам до этого, какое дело? - буркнул неприязненно Филлипов.
  - Простите, не хочу показаться навязчивым, но не угостите ли этим коньяком меня? И сигарету, если можно.
  Чем-то знакомым повеяло. И ситуация.... Точно, совсем недавно, в Вильно, в кабаке.... И там подошла потрепанная мадемуазеля и попросила закурить.
  - Ты что, здешний шлюх? - Виктор Эдуардович демонстративно положил руку на кобуру. - Не по адресу обратился. Порешу же падлу!
  - Ой, великодушно извините, господин комендант. Видимо, Вы меня с кем-то спутали. Это досадное недоразумение. Дело в том, что я Артур Вилкас.
  - Бывший начальник политической полиции Литвы?
  - Так точно. И я пришёл сдаваться в плен. Можно выпить?
  - Пей. Но только объясни - на кой чёрт ты мне сдался?
  Толстяк поступил с точностью до наоборот. Сначала опрокинул в рот рюмку, закусив ломтиком острого сыра, и только потом ответил на вопрос:
  - Но как же...я храню в себе многочисленные тайны. И вашему ОГПУ они будут очень интересны. Вот, например, знаете, где скрывается Сметона?
  Капитан как раз занимался дегустацией трюфелей. И как такую гадость люди едят?
  - Сметона? Понятно где - в морге. Покончил с жизнью самоубийством, выстрелив себе в сниму из трёх крупнокалиберных пулемётов. То что осталось, сгребли в пакетик для опознания.
  Вилкас огорчился, но не унывал:
  - Есть много других секретов. Разрешите ещё рюмочку? Лучше сразу две.
  - Хоть весь графин, - отмахнулся Филиппов. - Я только одного не могу понять - зачем тебе сдаваться?
  Залихватское бульканье поглощаемого из горла напитка временно прекратилось, и бывший начальник политической полиции удивлённо поднял брови.
  - Как это зачем? Я же не могу скрываться всю жизнь. И кушать когда-то надо. Знаете, одной недели на голодном пайке вполне хватило. А теперь заботы о моём пропитании ложатся на плечи Советского Союза. Неужели не прокормите одного бедного литовца? - Ещё несколько бульков, и опустевший графин занял место под столом. - А трюфели тоже не по вкусу?
  Поощрённый гримасой отвращения, появившейся на лице капитана, Вилкас придвинул к себе тарелку и энергично заработал челюстями. А рядом бесшумно возник официант.
  - Тысяча извинений, панове. Разрешите забрать пустую посуду. А, может быть, желаете ещё графинчик коньяку?
  Толстяк оторвался от трапезы и радостно заорал набитым ртом:
  - Неси скорей, любезнейший! Хоть у поганое у тебя пойло, но всё равно тащи. Вы чего, в него крысиный яд добавляете? Чего побледнел? Шутка!
  Официант исчез, а Вилкас внезапно отложил вилку.
  - Кажется, Вы правы, господин комендант, не доверяя местной кухне. Я скоро вернусь, - и стремительно побежал по залу, опрокидывая по пути стулья.
  Филиппов проводил его взглядом до туалета и мысленно напутствовал пожеланием утонуть в унитазе. Весь завтрак испортил, свинья политическая. А в следующее мгновение уже забыл о нём, услышав крик посыльного из комендатуры:
  - Товарищ капитан, там, на улицах такое творится!
  
  
  - Что случилось, сержант? - Филиппов резко встал из-за стола, опрокинув стул.
  - Беда, товарищ капитан, поляки взбунтовались.
  - И всего-то? И из-за этого разорался? Подумаешь, восстание. Поорут и перестанут. Местные обычаи у них такие. Сейчас как раз весеннее обострение. Так что отставить панику.
  - Есть отставить панику! Только старшина просил передать, что комендатуру уже штурмуют. Толпа не меньше тысячи человек.
  - Вооружены? Чем? - голос Виктора Эдуардовича сразу стал строже.
  - Никакого вооружения пока нет, товарищ капитан. - Зато у каждого в руках крашеные яйца.
  - Зачем?
  - Не знаю, - пожал плечами боец. - Только они бегают по площади и громко кричат.
  - Это вот как раз понятно, - согласился Филиппов. - И бежать неудобно, и больно, наверное, очень. Да ещё если краска едкая попалась....
  Сержант слегка замялся, но всё же прояснил ситуацию начальству:
  - Так они это...куриные покрасили.
  - Да? А почему орут? И что конкретно?
  - Не могу знать, товарищ капитан, в языках не силён. Но старшина говорит, что вроде как собираются всех белобрысых поубивать. Да я и сам слышал: - "Смерть бяла курва!"
  Виктор Эдуардович с сомнением посмотрел на раннюю лысину посыльного. Ему то чего бояться? А вот переживает же за друзей. Вот что значит правильное советское воспитание.
  - Я уже приказывал отставить панику?
  - Так точно, товарищ капитан, приказывали.
  - Ты на чём добрался сюда?
  - На пожарной машине. И в колокольчик звонил. Больше ни на чём невозможно проехать. И так Андрюха пятерых задавил.
  - Что за Андрюха? Кто такой?
  - Да это же наш водитель из комендантского взвода. Ему всё равно, на чём ездить - хоть на лошади, хоть на танке. Лишь бы с ветерком.
  В голове коменданта быстро прокручивались варианты развития событий. Самым слабым местом было отсутствие патронов. Были бы они, и не о чем печалиться, проблема решалась очень быстро. Не найдётся ещё толпы, пусть даже с яйцами в руках, способной противостоять взводу хорошо обученных пограничников с автоматами, подкреплённому парой крупнокалиберных пулемётов. Но стрелять нечем. Может, стоило вчера походить по краковскому рынку? Говорят, что на нём можно купить даже бывший в употреблении немецкий танк с небольшим пробегом. Но кто же знал?
  Стоп! А вот эту мысль стоит рассмотреть повнимательнее.
  - Сержант, ты где машину взял?
  - Так радом с комендатурой. У нас во дворе пожарное депо и располагается. Только вход со двора. А! Я понял Вашу мысль, товарищ капитан. Мы будем разгонять демонстрантов водой из брандспойтов?
  - В корень зришь, товарищ младший командир, - кивнул комендант. - Только не водой, а дерьмом.
  - А где мы его столько возьмём?
  - Ну не сами же сделаем, - улыбнулся Филиппов. Скажи своему Андрюхе, чтобы машину подогнал к канализационному люку. Вон он посреди двора. Заправляться будем.
  Боец не придумал ничего лучше, как садануть прикладом в окно и прокричать на улицу:
  - Андрюха! Мищий! Подгоняй свою колымагу вот к этой хреновине на дороге!
  Виктор Эдуардович решил уточнить:
  - Слушай, сержант, а твой водила хохол?
  - Да что Вы, товарищ капитан, самый настоящий русский. Только у него родители с Украины, и бабушка со всеми родственниками там живёт.
  Андрей подрулил точно к люку, и комендант задал риторический вопрос:
  - Кто полезет вниз?
  Сержант только тяжело вздохнул в ответ, подцепил крышку, чуть приподнял, и отпрянул:
  - Ух, как воняет!
  - А ты ожидал, что жасмином запахнет? Вот она, привычка к лориган и к розам.... Давай шланг подключай!
  - Так куда его тыкать, товарищ капитан? Тут две трубы - из одной вытекает, а в другую втекает.
  - Давай к той, из которой течёт. Значит, там ещё есть.
  Водитель из кабины подтвердил:
  - Точно, там его больше. Ну что, включать?
  - Давай!
  Рядовой Мищий прокричал в ответ что-то неразборчивое, и врубил насос.
  
  Дальнейшие события запомнились противоборствующим сторонам по-разному. Но, рассмотрим случившееся с точки зрения коменданта, как наиболее близкого нам человека.
  Пожарная машина, ведомая опытным водителем, рассекала волны демонстрантов подобно торпеде. Но, в отличие от последней, поливала толпу пахучими струями из лафетного ствола, торчащего над кабиной. Революционера, решительно настроившиеся встретить грудью свинцовые очереди, нашли себе более подходящее развлечение, прыгая в ближайшие лужи в попытке отмыться.
  Машина пробилась в комендатуру, и капитан Филиппов решительно произвёл срочную мобилизацию среди местных пожарных. Сначала нехотя, понукаемые в спину штыками, бравые брандмейстеры быстро вошли во вкус, поливая соотечественников русским матом и польским дерьмом. Революция яиц была утоплена.... Кто сказал - в крови? Господь с вами. Чего была достойна, в том и утоплена.
  А в последний момент капитан вспомнил о своём пленнике, оставленном в ресторане.
  - Андрюха, гони! Ну и погнал, попутно размазав по мостовой ещё трёх разбегающихся инсургентов. Сами виноваты. Пешеходный переход на сто метров дальше.
  Но Виктор Эдуардович опоздал. У дверей заведения его ждал сам хозяин ресторации, печально и торжественно прижимающий к груди шляпу.
  - Извините, пан комендант, но Ваш завтрак спасти не удалось. Остыл совсем. Приготовить новый?
  - Да чёрт с ним, с завтраком. Где тот господин, что пил мой коньяк?
  - Ещё раз прошу прощения, но и его мы не уберегли.
  - Сбежал?
  - Нет, пан комендант, - ресторатор смахнул скупую слезу. - Он умер.
  - Что, сердце прихватило? Ну, ещё бы, литровину засадил.
  - Вряд ли это инфаркт. Просто когда Ваши солдаты подключили насос к канализации, этот пан сидел на унитазе....Вот его и всосало туда по пояс. Нижней частью.
  - Надо было помочь, - упрекнул капитан.
  - Мы пытались. Но он был такой толстый, что дальше не пролезал....
  - Так вы его...?
  - Нет, мы его потом и вытаскивать пробовали. Только поздно было. Ему давлением оторвало всё....
  - Всё?
  - Кое-что осталось. Хотите посмотреть?
   - Не нужно!
  И Виктор Эдуардович мысленно выругался. За такого пленника можно было бы немалый орден получить. А потом подумал, и махнул рукой. Не за ордена же служим!
  
  
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Артюхин "На прорыв времени! Российский спецназ против гитлеровцев" В.Михальчук "Вернуть себе клыки" С.Бадей "Свободный полет" Г.Ли "Своя дорога" А.Тепляков "Черные небеса. Заповедник" Н.Воронков "Эрийская маска" М.Палев "Повелитель прошлого" А.Скорняк, В.Михальчук "Полный дом смерти" В.Горъ "Шаг в преисподнюю" А.Авраменко, О.Тонина "Товарищ император" Е.Белова "Сам дурак! Или приключения дракоши" В.Выставной "Контрабанда" К.Беленкова "Все сюрпризы осени" (подростк.) К.Баштовая, Вик.Иванова "Что выросло, то выросло" О.Шовкуненко "Сезон огненных дождей" А.Сухов "Тайные боги Земли" Э.Катлас "Право на поражение" Д.Казаков "Падение небес" Ю.Набокова "Вампир высшего класса" Ю.Иванович "Выбор Невменяемого" Н.Бульба "Охотники за диковинками" Д.Удовиченко "История бастарда. Реквием по империи" А.Величко "Канцлер Империи" А.Фред "Лис Улисс и клад саблезубых" (детск.) Е.Шашкова "Цвет моих крыльев" В.Тарасенко "Молнии над Кремлем" А.Левицкий, А.Бобл "Джагер" С.Зверев "Крестовый перевал" С.Палий "Плазмоиды" Ф.Люциан "Чужая земля" А.Гончар "Прапор и его группа" А.Ясинский "Ник. Админ"

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"