Андеев Александр: другие произведения.

Тургенев. Месяц в деревне. На пороге любви

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


Оценка: 7.00*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    о пьесе И.С.Тургенева "Месяц в деревне"


(О пьесе И.Тургенева "Месяц в деревне")

   "Месяц в деревне" Тургенева, как мне представляется, одна из самых репертуарных пьес русского театра. По крайней мере, я помню множество постановок, в том числе и совсем нового времени. Само собой напрашивается вывод, что в пьесе легко обнаруживается то, что "задевает за живое" в любое время. Конечно, это пьеса о любви. Это очевидно, и не нужно никакого тщательного анализа, чтобы это понять. Самого того, что это пьеса о любви вполне достаточно, чтобы пьеса была интересна многим. Но, как и для любого заметного произведения искусства, это не совсем так. Явление, исследованное большим писателем, задевает множество соседних с фабулой составляющих бытия и образует некую живую конструкцию, которая убеждает нас в своем праве. Поэтому попробую просто изложить свои мысли, которые возникли от первого прочтения ранее уже неоднократно виденной пьесы.
   Личная драма Тургенева, жизнь, прожитая рядом с чужой семьей, отразилась не только в пьесе "Месяц в деревне", но и в других произведениях, таких, как "Вешние воды" или "Первая любовь". Что за женщина была Полина Виардо, если она сумела всю жизнь продержать рядом с собой отнюдь не заурядного человека? Как получилось, что Тургенев провел всю жизнь "на краешке чужого гнезда" - другом семьи своей возлюбленной? Какими чарами она парализовала его волю, почему не отпускала от себя? Ведь не красавица была, судя по портрету. И ведь это не единичный случай. Отношения Маяковского и Лили Брик удивительно похожи, конформны, что заставляет предположить некоторую внутреннюю близость этих женщин. Нам остается только предполагать причины, сама тайна, наверное, могла бы быть раскрыта только в личном общении. Но следы этой тайны должны были остаться в произведениях писателя.
   Действительно, Наталья Петровна Ислаева и Михаил Александрович Ракитин находятся в отношениях, очень похожих на отношения Тургенева и Виардо. "Друг дома", так обозначил роль Ракитина в списке действующих лиц Тургенев. Четыре года длятся эти странные отношения. Четыре года Ракитин в качестве постоянного гостя в семье Ислаевых. Ракитин влюблен, и как все влюбленные, беззащитен. Он открыт для любимого человека, и поэтому обостренно чувствителен. Тургенев мастерски показывает оттенки переживаний влюбленного.
   Ракитин. Чужая душа- темный лес. Но к чему эти намеки... За что вы меня то и дело колете?
   Наталья Петровна. Кого же колоть, коли не друзей... А вы мой друг... Вы это знаете. (Жмет ему руку.)
   Ракитин улыбается и светлеет.
   Вы мой старый друг.
   Ракитин. Боюсь я только... как бы этот старый друг вам не приелся...
   Наталья Петровна (смеясь). Одни хорошие вещи приедаются.
   Ракитин. Может быть... Только от этого им не легче.
  
   Как и следовало ожидать, счастье быть рядом с любимым человеком, маленькая награда ежедневного общения, вот что заставляет Ракитина терпеть небрежное отношение к себе Натальи Петровны. Ракитин находится в состоянии вечного предвкушения, никогда не прекращающегося, но уже от своей бесконечности вялого, ожидания. Недаром сам он, в конце концов, называет эти отношения "чахоточными".
   Наталья Петровна умело пользуется состоянием Ракитина. Эта женщина - прирожденный, талантливый охотник за мужчинами. Она виртуозно владеет вроде бы нехитрым приемом кнута и пряника, тем самым, которым достигаются чудеса дрессировки. Пожалуй, ее вполне можно было бы назвать и демагогом, так уверенно, так воодушевленно, и, возможно, почти искренне, она излагает удобную для себя доктрину.
   Наталья Петровна (смеясь). Сегодня поутру вы бы этого не сказали .. Но послушайте, Michel, вы меня знаете, вы должны меня извинить. Наши отношения так чисты, так искренни .. и все-таки не совсем естественны. Мы с вами имеем право не только Аркадию, но всем прямо в глаза глядеть... Да; но... (Задумывается.) Вот оттого-то мне иногда и тяжело бывает, и неловко, я злюсь, я готова, как дитя, выместить свою досаду на другом, особенно на вас... Вас это предпочтение не сердит?
   Ракитин (с живостью). Напротив...
   Наталья Петровна. Да, иногда весело помучить, кого любишь... кого любишь... Ведь я, как Татьяна, тоже могу сказать: "К чему лукавить?"
   Ракитин. Наталья Петровна, вы...
   Наталья Петровна (перебивая его). Да... я вас люблю; но знаете ли что, Ракитин? Знаете ли, что мне иногда странным кажется: я вас люблю... и это чувство так ясно, так мирно. Оно меня не волнует... я им согрета, но... (С живостью.) Вы никогда не заставили меня плакать... а я бы, кажется, должна была... (Перерываясь.) Что это значит?
   Ракитин (несколько печально). Такой вопрос не требует ответа.
   Наталья Петровна (задумчиво). А ведь мы давно с вами знакомы.
   Ракитин. Четыре года. Да, мы старые друзья.
   Наталья Петровна. Друзья... Нет, вы мне более, чем друг...
   Ракитин. Наталья Петровна, не касайтесь до этого вопроса... Я боюсь за мое счастье, как бы оно не исчезло у вас под руками.
   Наталья Петровна. Нет... нет... нет. Все дело в том, что вы слишком добры... Вы мне слишком потакаете... Вы меня избаловали .. Вы слишком добры, слышите?
   Ракитин (с улыбкою). Слушаю-с.
   Наталья Петровна (глядя на него). Я не знаю, как вы... Я не желаю другого счастья... Многие могут мне позавидовать. (Протягивает ему обе руки.) Не правда ли?
   Ракитин. Я в вашей власти... делайте из меня, что хотите...
  
   Эта женщина воистину манипулятор. Великим манипулятором нельзя назвать только потому, что слишком уязвима позиция манипулируемого. Да и мотивы ее хоть и странны, но кажутся понятными - скука, женское тщеславие, капризный эгоизм. И еще что-то тайное, малопонятное, что не проступает явно из текста пьесы, но что угадывается - какая-то опасная женская власть, которая дана не каждой. И результаты впечатляют, Тургенев не скупится на их изображение, наверное, есть что-то мазохистское в том, чтобы наполнить пьесу подобными диалогами.
   Наталья Петровна (которая все время неподвижно глядела на пол). Да, да... (Останавливаясь.) Ах, извините, Ракитин, я ничего не слышала, что вы такое мне говорили.
   Ракитин (печально). Я говорил... я просил у вас прощенья, Наталья Петровна. Я спрашивал у вас, хотите ли вы позволить мне остаться вашим другом.
   Наталья Петровна (медленно поворачиваясь к нему и кладя обе руки ему на плеча). Ракитин, скажите, что со мной?
   Ракитин (помолчав). Вы влюблены.
   Наталья Петровна (медленно повторяя за ним). Я влюблена... Но это безумие, Ракитин. Это невозможно. Разве это может так внезапно... Вы говорите, я влюблена... (Умолкает.)
   Ракитин. Да, вы влюблены, бедная женщина... Не обманывайте себя.
   Наталья Петровна (не глядя на него). Что ж мне остается теперь делать?
  
   Драматизм диалога невероятен - человек в очередной раз приносит себя в жертву любви, только для того, чтобы обсудить с возлюбленной ее любовь к другому.
   "Друг дома" - это действительно роль для любящего, это то, что нужно "играть". И иногда от этого становится омерзительно. "Ты - друг, точно!" - говорит муж Натальи Петровны Ракитину на прощание. "Это слишком", - говорит про себя Ракитин, согласно авторской ремарке "сквозь зубы". Это разрушительная позиция. Мы видим, как нелепо ведет себя безусловно хороший человек Ракитин, когда ему нужно покрывать Наталью Петровну перед мужем. А при выяснении отношений с соперником - студентом Беляевым он под видом заботы о Наталье Петровне уговаривает того уехать, но как-то с трудом ему верится, и сразу же он теряет свою позицию мудрого грустного созерцателя, теряет превосходство. Недаром в ремарке к ответу Беляева автор указывает - "холодно", то есть враждебно и с легким презрением.
   И сразу же Ракитин теряет последние остатки мужества и саморазоблачается и перед собеседником, и, возможно и такое, перед самим собой. "По-моему, Алексей Николаич, всякая любовь, счастливая, равно как и несчастная, настоящее бедствие, когда ей отдаешься весь... Погодите! вы, может быть, еще узнаете, как эти нежные ручки умеют пытать, с какой ласковой заботливостью они по частичкам раздирают сердце... Погодите! вы узнаете, сколько жгучей ненависти таится под самой пламенной любовью! Вы вспомните обо мне, когда, как больной жаждет здоровья, вы будете жаждать покоя, самого бессмысленного, самого пошлого покоя, когда вы будете завидовать всякому человеку беззаботному и свободному... Погодите! Вы узнаете, что значит принадлежать юбке, что значит быть порабощенным, зараженным - и как постыдно и томительно это рабство!.. Вы узнаете, наконец, какие пустячки покупаются такою дорогою ценою..."
   Как страшно выглядит это признание, сделанное всего через несколько дней после вышеприведенного диалога о "счастье". Диалоги, разговоры... Именно на них, на слова размениваются чувства Ракитина и Ислаевой. Оба они как будто находятся на пороге, на краю любви, но так и не решаются войти в нее. Вместо действия - объяснения, рассуждения, признания. Чувства, заканчивающиеся словами.
   Каждый не решается на любовь по своим причинам, но если судить по разговорам из... из благородства? Слова стали слишком существенной частью жизни Ракитина и Ислаевой, слишком большой частью, и поэтому чувства героев вызывают легкую досаду, легкий несострадательный оттенок.
   В пьесе есть еще одна пара, как бы параллельная паре Ракитин - Ислаева. Это воспитанница Ракитиной Варя и студент Беляев. В отличие от старшей пары молодые люди совершенно не искушены в чувствах. Они также находятся на пороге любви. Но они не знают об этом. Варя не знает, что она влюблена в Беляева, а Беляев не знает, что он влюблен в Наталью Петровну. И поэтому они полны кипучей энергии, которой полна беззаботная молодость. Они являются, а точнее вбегают, на сцену, как будто из другого, счастливого и солнечного мира, контрастного зябкому миру вечных предрассветных сумерек. Вбегают, чтобы тотчас же убежать обратно на волю. Потому мы и видим их вначале пьесы только эпизодически, что не место им, деятельным, среди людей, постоянно говорящих, говорящих и говорящих. Так же как не место на сцене мужу Натальи Петровны, человеку вечно занятому делом, жалующемуся на то, что дел так много, что ему не успеть за ними.
   Неведение молодых будет разрушено самым безжалостным образом. Великая владычица здешних мест Наталья Петровна после непродолжительной и довольно кокетливой борьбы с собой, понимает, что влюблена в Беляева. Из ее продолжительных драматических разговоров с беднягой Ракитиным, мы узнаем о терзающих ее противоречивых чувствах. Наталья Петровна, безусловно, глубоко порядочная женщина, и она совсем не против отказать Беляеву от места, дабы ее сердце успокоилось и ее семейное гнездо, хранительницей которого она выступает, осталось в целости и невредимости. Тем не менее, она ревнует Беляева к своей воспитаннице Верочке, и пытается выдать ее замуж за немолодого холостяка Большинцова, не брезгуя прибегнуть к услугам неприятного ей циника и пройдохи доктора Шпигельского. Кипучая энергия Наталья Петровны сворачивает все лежачие камни, круг задействованных в любовной интриге лиц ширится.
   Наталья Петровна, используя свои способности манипуляторши, пытается выяснить у Верочки, не влюблена ли та в Беляева, и самое для нее главное, не влюблен ли Беляев в Верочку. И открывает Верочке глаза. Та понимает, какова истинная Наталья Петровна, и каково ее истинное отношение к Беляеву. И понимает, что сама она, Верочка, влюблена в Беляева. Была готова влюбиться, оставалось чуть-чуть до осознания, - и вот влюблена.
   Стараниями Натальи Петровны Беляев тоже приходит к открытию, что он влюблен в Наталью Петровну.
   Итак, два молодых человека узнают о том, что они влюблены. Для того, чтобы так и остаться на пороге любви. В этой пьесе любовь не переходит в продолжение любви. Она исходит разговорами. И вот Верочка и Беляев, ранее эпизодически появляющиеся на сцене, теперь практически не покидают ее для того, чтобы говорить, говорить и говорить о любви. "Я люблю вас как сестру; я люблю вас, потому что вас нельзя не любить. Извините меня, Если я... Я отроду не был в таком положении... Я бы не желал оскорбить вас... Я не стану притворяться перед вами; я знаю, что я вам понравился, что вы меня полюбили... Но посудите сами, что из этого может выйти? Мне всего двадцать лет, за мной гроша нету. Пожалуйста, не сердитесь на меня. Я, право, не знаю, что вам сказать".
   Чувства героев благородны, драматичны. Они произносят немало великолепно написанных слов. И словам этим веришь, потому что написаны они большим мастером. Но, тем не менее, есть в поступках героев что-то невыразимо печальное и, как я уже отмечал, раздражающее. Логика их поступков идет немного вразрез с благородством намерений. Как прикажете относиться, например, к тому, что Ракитин помогает Шпигельскому в его миссии расположить Варю к Большенцову?
   А если посмотреть трезвым взглядом зрителя, то благородство каждого идет на укрепление благородного облика Натальи Петровны.
   А с другой стороны, можно сказать, что героям удается удержаться на уровне благородства в совсем не простой ситуации. Зависит от выбранной позиции, пьеса не предполагает однозначной оценки ситуаций.
   Но для меня важно и символично, что молодая пара - Беляев и Варя, еще сохранили в себе достаточно душевной силы, чтобы разорвать порочный круг сладкого плена, сочащегося болтовней, и покинуть дом Ислаевых.
   И еще одна пара есть в пьесе. Доктор Шпигельский и немолодая, да кажется и не слишком умная, компаньонка Лизавета Богдановна. Они тоже находятся на пороге любви. Любви еще нет, есть просто трезвый рассудочный расчет, но есть и симпатия. Старый циник стареет и хочет тыла, места, где он может быть самим собой, где его будут любить таким, какой он есть, о чем он, не стесняясь говорит своей избраннице. Благородства никакого. Но почему-то хочется верить, что у этих немолодых людей, хотя бы у них, получится. Наверное потому, что автор ясно показывает, что они одиноки и несчастливы. А счастья, согласитесь, хочется каждому, заслуживает он его или нет. Хочется надеяться, что этой не самой симпатичной, полукомедийной паре удастся перейти порог любви. По крайней мере автор оставляет для них обстоятельства, чтобы превратиться в семью.
   Тема семьи для Тургенева, по-видимому, больная тема. Своей семьи он не завел, отношения с матерью у него были очень не простые. Он действительно провел жизнь "на краю чужого гнезда". И в пьесе мы видим множество людей, слетающихся на тепло чужой семейной жизни. Все эти Шпигельские, Большенцовы, Ракитины, Беляевы - одинокие люди, не имеющие своей семьи. Варя и Елизавета Богдановна члены семьи Ислаевых только номинально. По сути это тоже одинокие люди. Эта личная боль Тургенева становится одним из нервов пьесы. И, осознавая это, понимаешь "попустительство" автора к своей героине. Для него, по-видимому, семья была тем идеалом, сохранение когорого оправдывало многое.
   Из благородства постоянно оставаясь на пороге, любви герои оказываются не выше, не ниже, а как-то на уровне любви.
   Но вот пройдет не больше пары десятков лет, и другой русский автор, Антон Чехов, напишет две пьесы о месяце в деревне - "Вишневый сад" и "Чайку". И мы увидим там все тех же героев. Как же они изменились, стали как-то мельче. Наталья Петровна, которая была в какой-то степени деревенской богиней, стала Раневской, которая говорит сама про себя, что она "ниже любви", и Аркадиной, властвующей уже только над одним мужчиной. Идеалист Ракитин превратится в желчного, изъевшего самого себя завистью, писателя Тригорина. Энергичный студент Беляев станет бесцельным энтузиастом, "вечным студентом" Петей. Варя раздвоится на Аню и Варю "Вишневого сада", две стороны своего естества. Комедийный немец Шааф поменяет пол и назовется Шарлоттой. Неизящный недотепа Большенцов станет изящным недотепой Гаевым. Мелкий провинциальный бес Шпигельский дорастет до провинциального мефистофеля Дорна. Лизавета Богдановна станет пить водку и носить траур по своей жизни. Семьи на этот раз ни у кого не будет.
   Но все по-прежнему будут говорить, говорить и говорить. Уже не только о любви. Но и о любви тоже. И все будут уже не на пороге, а где-то за всеми порогами любви, разуверившиеся и обессиленные.
   А добродушный, молчаливый работник Ислаев превратится в добродушного и опасного Лопахина, который готов рубануть по самой основе великой говорильни - по праздным и прекрасным цветам души.
   Таковы странные обстоятельства искусства.
   Наверное в этом и состоит тайна большого художника - в умении вместе с локальным выписать что-то большое, что составляет жизнь целого поколения, а в данном случае, не одного поколения, а как минимум нескольких, создать произведение со множеством слоев и смыслов, то, что не являясь жизнью, ей соразмерно, а поэтому вечно, как жизнь.
  
  
  
  
  
  
  
  
  

8

  
  
  
  

Оценка: 7.00*4  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Л.Летняя "Магический спецкурс" (Попаданцы в другие миры) | | Лаэндэл "Анархия упадка. Отсев" (ЛитРПГ) | | В.Рута "Идеальный ген - 3" (Эротическая фантастика) | | М.Воронцова "Мартини для горничной" (Юмор) | | С.Елена "Невеста из мести" (Любовное фэнтези) | | М.Ваниль "Доминант 80 лвл. Обнажи свою душу" (Романтическая проза) | | С.Лайм "Мертвая Академия. Печать Крови" (Юмористическое фэнтези) | | В.Бер "Как удачно выйти замуж за дракона (инструкция для попаданки)" (Любовное фэнтези) | | Л.Миленина "Полюби меня " (Любовные романы) | | В.Крымова "Мертвый и безумно влюбленный" (Любовная фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"