Шульган Сергей Викторович: другие произведения.

Хозяин леса

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    История двенадцатилетнего мальчика, волшебным образом попадающего в древнюю сказочную Русь. Он становиться учеником Баба-Яги, величающей себя Хозяйкой Леса. Пройдя обучения колдовству и древнему мастерству гномов, он приобрел новых друзей: кот Мурзило, гном Филимон, призрачные витязи Яр и Лун, Хозяйки Леса, боевой хомяк Бончь - будут рядом с ним в походах и рыцарских турнирах. В битве с мышелюдьми у "улья", и в схватке с их повелителем Вородушем. По пути, разобравшись со злым водяным и познакомившись с королевой мышей, пройдя сквозь трудности и увлекательные приключения городской мальчишка станет легендарным Ягаем- молодым Хозяином леса.


Краткое содержание.

   История двенадцатилетнего мальчика, волшебным образом попадающего в древнюю сказочную Русь. Он становиться учеником Бабы-Яги, величающей себя Хозяйкой Леса. Пройдя обучения колдовству и древнему мастерству гномов, он приобрел новых друзей: кот Мурзило, гном Филимон, призрачные витязи Яр и Лун, Хозяйки Леса, боевой хомяк Бончь - будут рядом с ним в походах и рыцарских турнирах. В битве с мышелюдьми у "улья", и в схватке с их повелителем Вородушем. По пути, разобравшись со злым водяным и познакомившись с королевой мышей, пройдя сквозь трудности и увлекательные приключения городской мальчишка станет легендарным Ягаем- молодым Хозяином леса.
  

Хозяин Леса

Авторы: Голубченко Сергей Вячеславович

Шульган Сергей Викторович

Глава 1. Дорожка из слез.

  
   День начинался просто чудесно! Еще вчера вечером Вовка, просунув свой конопатый нос в щелку чуть-чуть приоткрытых дверей бабушкиной дачи, с огромным облегчением и радостью наблюдал, как отъезжает новенький "Опель" их соседа. И дело было не в том, что дядя Гриша был злым или грубым, нет. С ним-то как раз у Вовки было все в порядке. А радовался он отъезду машины, потому что она увозила его злейшего врага, соседского ротвейлера по кличке Роки.
   Огромный черный пес наводил ужас на Вовку. Обычно он просто лежал и следил своими глазищами сквозь дыру в заборе за малейшим движением мальчика. Но страшнее всего было тогда, когда Роки вставал передними лапами на хрупкий заборчик, который в этом положении был ему по грудь, и оглушал Вовку громким лаем, как будто предупреждал: "Еще шаг - и я тебя съем". Ограда под псом трещала и стонала, и было яснее ясного, что для него это сущие пустяки, а Вовку она не спасет. В такие минуты мальчик вихрем залетал в домик и полдня сидел в комнате, перелистывая старые бабушкины журналы и скучающе глядя в окно.
   Теперь же, с отъездом собаки, можно было без опасения выходить на дачный участок и придумывать себе любые игры. Можно до одури носиться по двору, изображая Бетмена или играть в индейцев, стреляя из лука в деревья. Жаль только, что здесь у него не было друзей, потому и приходилось играть в одиночку.
   По правде, говоря, у Володьки и в городе друзей не было. Мальчик, вскормленный заботливой бабушкой, вырос в свои двенадцать лет достаточно высоким, но был немного полноват. Да и добрый, мягкий характер уважения сверстников ему не прибавил.
   Еще до школы ребята во дворе его дразнили "Пухлым" и "Пончиком". Потом эти обидные прозвища плавно перекочевали в класс. Девочки за доброту и отзывчивость кое-как его воспринимали, но считали неуклюжим и некрасивым. Мальчишки на все лады склоняли его фамилию - Дегтярев - и запросто отказывались водить с ним компанию. Максимум на что он мог рассчитывать - это роль футбольного вратаря, а в остальное время он был мишенью для шуточек и дразнилок.
   Вот и это лето мальчик проводил все каникулы с бабушкой на даче, жутко скучая. Раньше он любил играться с добродушным и преданным бабушкиным дворнягой Рексом, но вот уж год как его не стало...
  -- Внучек! - бабушкин голос оторвал его от нахлынувших невеселых мыслей.
  -- Вот тебе деньги, сходи на станцию и купи у бабы Насти литр молока. В
   палатке - батон белого хлеба. Сдачу не растеряй. Нам надо еще до субботы на них протянуть, пока мама с папой не приедут.
   Баба Валя всунула ему в руки пакет с пустой пластиковой бутылкой и кошелек с деньгами.
   "О-о-о!!! На станцию!" - обрадовался Вовка. Эти походы за продуктами были едва ли не единственным его развлечением здесь, на даче. Полчаса ходьбы по лесу, который заботливо укрывает тебя от лучей палящего солнца, а потом еще разговор с бабой Настей, которая уважительно обращается к нему, не иначе как Владимир.
   Вот здорово! Почувствовать себя не "Пухлым" или "Пончиком", а почти взрослым мужчиной, который заботится о собственной бабушке!
   Весело размахивая пакетом, мальчик вышел на дорогу, которая вела к станции. Утреннее солнышко быстро поднималось над лесом, потихоньку начинало припекать, обещая жаркий день.
  -- Вот бы на речку сегодня пойти, - размечтался Вовка.
   Но, вспомнив, какой нагоняй устроила ему в прошлый раз бабушка, невесело вздохнул. Она не разрешала ему одному ходить на речку. Только в выходные и то с папой. Поэтому с большой неохотой он отказался от этой идеи.
   На краю дачного поселка грунтовая дорога уходила вправо, огибая опушку леса, а затем шла вниз к железнодорожной станции. Возле самой опушки от нее отделялась небольшая, но хорошо утоптанная тропинка, по которой идти было приятнее, но немного дольше. Мальчик, не долго думая, свернул на узкую тропку и, наслаждаясь ароматом и прохладой леса, неторопливо зашагал к станции.
  -- Интересно, - размышлял он, - отец обещал подарок к началу учебного года.
   Что - же это все-таки будет? Хорошо бы компьютер из последних или на худой конец игровую приставку, но навороченную...
  -- И-гы-гы-йгы! Кх-кх-кх...Ойа-йа-йа-игы!!!
   Громкий плач и всхлипывание раздались сбоку, из-за густых зарослей шиповника, прервав сладкие мечты. Не сразу сообразив, что это за звук, Вовка остановился. Его сердце неприятно сжалось, по спине тоненькими иголочками побежали мурашки. Ему стало страшно. Кто-то плачет в лесу? Вокруг не души! Надо бежать! Но неуемное любопытство и врожденная доброта остановили его: "А вдруг кому-то плохо, вдруг кто-то заблудился, или потерялся? Надо пойти спросить и помочь!"
   Окончательно осмелев от этой мысли, мальчик свернул с тропы, и ноги сами понесли его к кустам. Шиповник был густым и колючим, ни справа, ни слева не было видно ни конца зарослей, ни просвета, ни щелочки. Плач не прекращался, и все более усиливался, переходя в жалобные стоны, причитания и даже похрюкивание. И тут Вовка увидел перед собой тоненький ручеек, вытекающий из непроходимых колючих кустов.
   Он нагнулся и осторожно шагнул в него. Не успела нога коснуться воды, как налетевший легкий ветерок качнул заросли, открывая взору таинственный узкий проход.
   Вовка ни секунды не мешкая, гонимый все тем же любопытством, шагнул вглубь. И вдруг яркое солнце ослепило глаза так, что ему пришлось закрыть лицо ладонями. Когда мальчик убрал руки, перед его взором раскинулась широкая поляна, утопающая в сочной изумрудной зелени. Прямо в центре, в окружении цветов всевозможной величины и самых немыслимых расцветок, красовалась аккуратная деревянная избушка с остроконечной крышей, украшенная блестящим резным коньком вместо печной трубы. Днище домика возвышалось над землей, опираясь на два столба. Прямо из дверей и вытекал ручеек, который журчал между Вовкиными ногами и прятался в кустах шиповника.
   Мальчик очень удивился, ведь они с бабушкой обходили все поляны, весь лес вокруг в поисках грибов и ягод, но эту избушку не встретили ни разу.
   Плачь и стоны не прекращались, и Вовка двинулся в сторону двери.
   Подходя к необычному дому, он заметил, что столбы оказались искусно вырубленными лапами, очень похожими на куриные ноги.
   - Вот чудаки-дизайнеры, - прокомментировал себе под нос мальчик, поднимаясь по ветхой деревянной лестнице.
   Он толкнул скрипучую дверь рукой и шагнул вперед.
   Посредине единственной комнаты на скамейке сидела старуха в черном сарафане и платке такого же цвета. Она закрыла лицо руками и рыдала навзрыд, раскачиваясь из стороны в сторону, как маятник. Сквозь сморщенные пальцы текли слезы, образуя целую лужу, которая выливалась через щель в двери.
  -- Здравствуйте, бабушка! У вас что-то случилось? Может вам плохо?
   Старушка вздрогнула и приоткрыла правый глаз.
  -- У вас сердце болит? Или давление? Так я могу сбегать домой, у нас аптечка
   есть с валидолом и корвалолом. А если нужно скорую вызвать, то у сторожей телефон есть. Могу позвонить...
   Всхлипывающая старуха выпрямилась и, убрав руки от лица, удивленно уставилась на мальчика.
   "Мама родная! Какая страшная бабка! Глаза черные как угли, нос длинный и загнутый как у орла. Такая бабуля и родных внуков насмерть перепугать может", - Вовка уже пожалел, что зашел в странный дом.
   Тем временем глаза у старухи засветились как у кошки в темноте. Она резко смахнула рукой последнюю слезу и удивленно спросила:
   - Ты чей, отрок, будешь?
  -- Я - Дегтярев Владимир. Из дачного кооператива "Луч". Участок номер
   восемнадцать. Валентины Егоровны внук. Знаете такую?
   Та отрицательно покачала головой.
  -- Че енто за деревня такая - "Луч"? Сколько дней пути до нее?
  -- Да нет, вы не поняли. Я с дач, которые возле станции. Пешком к вам минут двадцать ходьбы будет.
   Её лицо стало вытягиваться от удивления и злости:
  -- Ты что, гаденыш, издеваесси надо мной?
   Бабка, смерив его с ног до головы испепеляющим взглядом, проворно вскочила со скамьи. Затем схватила стоявшую в углу метлу и взмахнула ею над своей головой.
   Володька стоял ни живой, ни мертвый. Он круглыми от страха глазами глядел на разбушевавшуюся старушку и попятился назад. Но, как назло, правая нога зацепились за порог, и он кубарем скатился вниз по лестнице, больно ударяясь о каждую ступеньку.
   Хозяйка выскочила следом на крыльцо и сиплым голосом заорала:
  -- Убью стервеца! Волкам на съеденье отдам! В печи изжарю, пепел, и кости в порошок сотру и по ветру развею!!!
   Вовка вскочил на ноги и пулей рванул от дома прямо к спасительным кустам. Зацепившись за острые шипы и не находя выхода, он заметался со стороны в сторону, тщетно пытаясь найти проход и протиснутся сквозь заросли. Прохода не было.
  -- Люди-и-и-и! На помо-о-о-ощь! Ну, я же ничего не сделал... Ой, мама!!!
   Володька с ужасом смотрел на приближающую к нему старушенцию, которая бежала, держа метлу как копье. Она подлетела к мальчику, воткнула острие метлы ему в грудь и, сверкая глазищами, как коротнувший трансформатор, зловеще прошептала:
   - Ну, милок, признавайся. Сам меч украсть захотел, или мурза Джугутум послал?
  -- Послала. Баба Валя. За молоком ...
   Старуха схватила Вовку за футболку и притянула к себе. Черные глаза сверлились парню прямо в зрачки, как будто пытаясь найти там правду. Вовка вдруг рассердился сам на себя. Во-первых, за то, что позволяет какой-то старой карге обращаться с ним как с тряпкой и считать его лжецом. Во- вторых...Ну короче за все ...И он тоже уперся взглядом в ее зрачки. Дуэль продолжалась больше минуты, после чего взгляд старухи потеплел, и она неожиданно улыбнулась.
  -- Похоже, правду говоришь, отрок. Мурза - тот все воинов шлет, и сыновья у него хоть и туповатые, но крепкие. А ты ...
   Улыбка странным образом изменило ее сердитое лицо. Глаза посветлели, морщины разгладились, появившийся румянец залил обе щеки. Вовке сразу полегчало, теперь она не казалась ему такой страшной, как раньше. Обычная старушка, как его бабуля или баба Настя. Чего бояться?
  -- Ну, тогда я пойду домой, - все еще запинающимся от пережитого страха
   голосом сказал он.
  -- Иди, - спокойно и добродушно буркнула хозяйка.
  -- Только, будьте добры, если вам не трудно, пожалуйста, покажите мне ту
   тропинку, по которой меня угораздило пролезть через эти колючие кусты. Через которую еще ручей протекал из ваших слез.
   Бабуля сморщила лоб в раздумье, почесала затылок, и вдруг ее радостный крик заглушил все звуки в лесу..
  -- Ура-а-а-а! Ура. Ура. Ура. Спасена. Я-то, старая дура, думала, что это все
   сказки. А оно оказывается - правда!
   И, подобрав подол ситцевого сарафана, старуха кинулась в пляс, выделывая ногами такие умопомрачительные коленца, махая появившимся из рукава платочком, то, подпрыгивая, то, пускаясь вприсядку. Наконец, успокоившись, бабуля галантно поклонилась мальчику и вежливо пригласила его в избу. Погостить.
  -- Да мне домой пора, - деликатно отказался Вовка. - Молока не останется,
   хлеб разберут, бабушка за меня переживать будет.
  -- Успеется... Все будет как надо! А ты заходи, заходи... Не бойся, дружочек!
   Старушка обняла мальчика за плечи и, насвистывая веселую мелодию, повела его в избу. Вовка удивился перемене, которая произошла с ней. Он уже не боялся, а осторожно наблюдал за происходящим. Десять минут назад бабка бранилась, клялась его убить, изжарить, а сейчас хохочет, пританцовывает и с удовольствием выставляет на стол хлеб, крынку с молоком, мед, варенье, сыр и кольцо ароматной копченой колбасы. Как раз кстати. От пережитого у Вовки разгорелся нешуточный аппетит.
  -- Отведай, мой дорогой, покушай, мой бесстрашный. Вкуси скромные яства
   старенькой Бабушки Яги. Чем богаты...
   Колбаса стала у мальчика поперек горла. Он стал задыхаться, синея и покрываясь холодной испариной. Бабуля, заметив это, сильно хлопнула его по спине, и непрожеванный кусок сервелата улетел в темный угол избы. В тот же миг, откуда ни возьмись, выскочил огромный рыжий кот, величиной с пуделя, и проглотил его. Бабка, увидев, как переводят продукт, вскочила и замахнулась на кота метлой. Рыжий зло мяукнул, улепётывая за печку.
  -- Брысь, проклятый. Напасть на мою голову.
   Володька успел, отдышатся и, еще не веря своим ушам, переспросил:
   - Какая- такая Яга? Кто Баба Яга?
  -- Ну, я Баба Яга. Неужто ни разу не слыхал? - удивилась та.
  -- Слыхал,- согласился Вовка. - Но ведь это все сказки? Типа там как Драконы,
   Кощеи, Водяные и Русалки. Это же все сказочный бред. Люди уже долетели до Марса, перекопали всю землю, но нигде никого из них не встретили.
  -- Значит, плохо искали,- назидательным тоном заметила та. - Или наоборот,
   мы от вас хорошо прятались. Вот ты, в каком году родился, Володя Дегтярев?
  -- В 1995 году. А вы?
   Баба-Яга зарделась как молодица.
  -- Старая я, почитай триста первый годок мне пошел. Через месяц на покой
   пора. Вот первого сентября вызывают меня в Улей, представить обществу своего приемника и отправится на заслуженный отдых. Молодых Хозяек ремеслу обучать.
  -- Типа последнего звонка. - прокомментировал Вовка.
  -- Соображаешь.
  -- Ну, если вы ведьма, сдающая свои дела, то где ваша преемница?
  -- Не зови меня ведьмой, и никого из наших так не называй. В людских устах это что-то вроде ругательства, хотя смысл вы и не разумеете. Ведьма - это мать, которая много чего ведает, то бишь знает. Но лучше все одно не зови так.
  -- А как же мне вас величать-то?
  -- Ну, если уважительно, то Хозяйкой, а запросто Ведуньей.
  -- Ага, понятно, а хозяйкой чего?
  -- Гм... Хозяйкой всего, что растет и произрастает, живет, дышит, бегает под
   луной и солнцем.
  -- Ну а конкретней?
  -- А конкретнее я - Хозяйка леса.
  -- Ладно, все понял. Ну а насчет преемницы то как? Кто же будет новая Баба
   Яга, Костяная Нога?
   Тут бабка загадочно, но довольно улыбнулась.
  -- Так это ты и есть, милок.
  -- Ну, все, бабуля, возмутился мальчик,- меня по-разному звали, но это уже
   явно перебор. Как вы себе это представляете? Вован - Костяной Ноган. Или же Вовка - Костяная Подковка... Конечно лучше, чем Вова - Баб Ег. Прямо Шао - Линь какой-то!!! Нет, спасибо за хлеб- соль, дай вам Бог здоровья, но мне пора к родителям.
   Вовка встал, нашарил под лавкой пакет с пустой бутылкой и направился к двери.
  -- Иди-иди. Надоест, ко мне заходи, - подозрительно спокойно сказала
   старуха и, демонстративно позевывая, улеглась на лавку спать.
   Вовка вышел из избушки, опять хмыкнул при виде куриных лап и пошел через поляну, обходя заросли злополучного шиповника.
   Сразу за поляной рос старый, не тронутый топором лес. Деревья росли густо, переплетаясь ветками и образуя непроходимые заросли. Мальчик брел по чаще почти битый час, но не было и намека на цивилизацию. Не слышно ни рева электровозов, ни шума работающих машин, ни криков людей. Абсолютная тишина. Только слышен стук дятла да пение птиц. Даже пеньков не было видно, на которых можно было бы отдохнуть от быстрой ходьбы. Через густую крону деревьев Вова видел, что солнце давно уж в зените. Да и судя по устоявшейся жаре, было около двух часов дня. Ноги ныли и болели, ужасно хотелось пить.
   Володя сел на землю и устало прислонился спиной к большому дереву. Но не успел он и пот со лба вытереть, как откуда-то сзади послышался треск ломающихся веток. Расчищая разлогими рогами себе дорогу, мимо него вихрем промчался грациозный олень, тяжело дыша и роняя на землю куски розово-белой пены. Испуганное животное преследовала стая волков. Мальчик от страха неподвижно застыл на месте и старался не дышать. Преследователи уже почти миновали его, когда седой старый волк, бежавший последним, заметил мальчика и остановился. Его привлек незнакомый запах, и он обрадовался легкой добыче.
   Седой поднял голову и завыл. Словно по команде, вся стая резко остановилась и, развернувшись, помчалась обратно. Володька вскочил на ноги. Что делать? Бежать не было смысла. Со всех сторон на него надвигалась серая стена с острыми клыками и зловещим рычанием. Поняв, что на этот раз добыча от них никуда не уйдет, волки уверенно приближались к мальчишке, переводя свои злобные взгляды то на него, то на вожака, готовые по первому приказу кинуться и растерзать жертву.
  -- А-а-а-а! Спасите!!! - закричал Вовка, понимая, что это бесполезно.
   И тут ему вспомнилась странная старуха, он заорал, что было силы:
  -- Яга!!! Бабушка Яга-а-а-а... На помощь!!! SOS!
   В какой-то момент идущие в наступление серые остановились, будто ожидая команды, с немым вопросом уставились на вожака. Запах этой легкой и аппетитной добычи вызывал у него смутные опасения. Старый волк не спешил, он раздраженно вертел головой и вдруг недовольно зарычал. До его ушей долетел трудноуловимый, но быстро приближающийся шум, потом послышался пронзительный свист, доносившийся откуда-то сверху. Вовка поднял голову и увидел, как по небу летел деревянный бочонок со знакомой носатой старухой внутри. "Ступа, - подумал мальчик, - настоящая ступа!". Летательный аппарат выполнил двойной виток над соснами и стремительно грохнулся вниз, как раз к Вовкиным ногам. Старушка тут же выскочила из агрегата и, агрессивно махая метелкой, заорала:
   - Пошли вон, серые разбойники. Ну-ка прочь отсюда. А то я за себя не
   отвечаю. Зверья вам мало, что ли? На детей нападаете. Вот я вам!..
   Серые кинулись врассыпную, боязливо прижимая уши, словно побитые собаки.
   У Володьки от пережитого ужаса тряслись коленки, а зубы выбивали чечетку.
   - Ну, че, нагулялси, парень? Полетели домой?
   Вовка смог только кивнуть и, не дожидаясь повторного приглашения, первым полез в ступу. Уцепившись руками за её край, он молчал весь полет, только изумленно смотрел на спасительницу и на лес, который простилался внизу на весь горизонт.
   Дома носатая бабуля напоила мальчика горячим, чаем из мяты и уложила на печку спать.
  
   Глава 2. Тайная наука.
  
   - Вставай! Хорош валяться, учиться пора.
   Ржавый голос старухи разбудил мальчика в тот момент, когда ему снилась учительница истории, терзавшая Настю Синицыну по древнегреческим богам.
   Володька с трудом открыл глаза и вместо завешанного картами класса увидел перед собою разнокалиберные пучки засохшей травы. Вспомнив прошедший день, он протяжно застонал. Бабуля сочувственно покачала головой, но настояла на своем:
   - Хватит маяться с утра. Марш с печи умываться. Позавтракаем и начнем
   заниматься наукой. Времени у нас мало. Учиться будешь быстро и внимательно.
   Баба Яга в белом фартуке заботливо хлопотала возле стола. У нее было отличное настроение, она время от времени напевала что-то себе под нос и загадочно улыбалась. Даже прическа у Яги сегодня была новой, совсем как у бабы Насти.
   Наскоро перекусив яичницей с луком, петрушкой и свежими огурцами, все уселись за стол, заставленный разными горшками, бутылочками. В центре лежала толстая книга в коричневом, кожаном переплете. "Яичница - это хорошо, - думал Вовка, но зачем мне учить всякую чушь? В школе этого добра хватает, а тут среди каникул... Имею я право на отдых?" Он уселся напротив Яги, почесал задумчиво голову и спросил ее в упор:
   - Можно с тобой, бабуля, поговорить?
  -- Давай, милок, - согласилась та.
  -- Ну, допустим, я попал в другое время, откуда далеко до моего дома, и кроме вас мне никто не поможет. Что мне надо сделать, чтобы с вами договориться?
   Бабка задумчиво посмотрела на него и покачала головой.
  -- Я тебе не смогу помочь. Не в моих силах открыть дорожку к твоему дому. Ты вошел в нее, согласно древней легенде, по моим слезам, ты и выйдешь из нее сам в положенное время, если захочешь. А я больше так рыдать не буду. Незачем. Горевала от стыда. От того, что не смогла передать владения лесом преемнику, за предстоящий позор в Улье. Сейчас есть ты, мой хороший. Подведешь меня, не схватишь науку - плохо, ждет меня осуждение других Хозяек. Переживу. Но рыдать не буду. Ну а ежели осилишь искусство Хозяина леса, то большие знания и тайны откроются тебе. Вот тогда и будет у тебя выбор: или вернутся домой, или стать защитником всего живого, нашего леса. Это все. Выбирай.
  -- Да из чего же тут выбирать? Хоть справа налево, хоть слева направо, как не крути, а выход один. Придется учиться, -вздохнул Вовка. - Надеюсь, у вас тут в угол не ставят, двойки не лепят, родителей в школу не вызывают.
  -- Да уж, - согласилась Яга. - Здесь будет немного полегче. Бабуля заговорчески подмигнула мальчишке.- Ну, поехали!
   На стол посыпались корешки и листочки, сморщенные ягоды и пестрые цветы:
   - Вот сон-трава, дурман листок, не спи-ягода... Запоминай хорошо.
   За просторным дубовым столом сиделось удобно, от трав исходил душистый запах, голос Яги не казался уже скрипучим и неприятным.
   - Идем дальше... Корень-добродей, зол-корешок вот красненький...
   И так до самого обеда.
   Вовку увлекла бабусина наука, он старался из всех сил запомнить, ведь после - экзамен...
   - Что это? - строго спросила Ягуся.
   - Добродей. - уверенно произнес Володя.
   Бац!, - бабусина рука вместе с красновато-коричневым корнем обрушилась на Вовкину голову.
   - Дурья твоя башка. Что же ты путаешь такие разные снадобья. Вот дашь такой корешок злой мачехе, а она еще кровожадней станет. Думать надо. Голова у тебя, сынок, не только для того, чтобы ею баранки лопать. Ну, давай еще разок. Что это за ягода?
   Мальчик напряг мозги, но вспомнить названия синенькой горошинки не смог. Вовка виновато развел руками:
  -- Голова не варит.
  -- Тьфу, на тебя.
   Яга вскочила и стала собирать в мешочек раскиданные снадобья.
  -- Видно, не получится из тебя Ягай. Туп, глуп, ленив как все человеческие
   дети.
  -- Это еще кто такой, с чем его едят, - встрепенулся ученик.
  -- Кто- кто, - злясь, передразнила старушка, - давеча сам себе названия
   напридумывал, а у меня спросить не удосужился. Извини, что называть тебя будут не Баба-Ег, а Ягай, то есть Яга мужеского роду, - продолжила ехидничать она.
   Чтобы отвлечь бабку от ругани, мальчик с самым невинным видом, на какой он только был способен, спросил:
  -- Бабуль, а бабуль... Чего ты все про род человеческий? Ты сама-то, не
   человек, что ли?
  -- Человек, - всё еще злясь, ответила наставница. - Только ты меня со всеми не ровняй!
  -- Это еще почему? У тебя две ноги, две руки, голова такая же, как у меня: два
   глаза, нос, рот. Чем же ты отличаешься?
   Старуха с сожалением глянула на стол с корешками и, повернувшись к Вовке, молвила:
  -- Устала я.... Как ты там называешь отдых между занятиями?
  -- Перемена! - радостно подсказал ученик.
  -- Вот-вот, пусть будет перемена. Слушай, раз захотел...Давным-давно,
   аккурат как народ перестал по степям на конях носиться, и пришел лес обживать, все - и ведуны, и чародеи, и прочий люд - жили разом. Кто владел знаниями в снадобьях, чарах и других искусствах, коим я тебя, неуча, сейчас обучаю, все они уважаемы и почитаемы были. Но каждый по-своему.
   Однако началось вдруг нашествие к нам всевозможных пророков, иноземцев. Короче, гостей непрошенных. Да и не сами они к нам пожаловали, прихватили своих богов, магов- чернокнижников и нечисть закордонную. Вот и начался у нас кавардак. Каждый бог нашу землю подчинить хотел. Людей на людей натравливали, власти добивались. Пошли разногласия в народе: кто за кого, кому служить будет. Вот тут-то чернокнижники и постарались! Нужных и угодных себе и своим богам возвышали, неугодных со свету сживали. Порчу наводили на все живое и даже на саму землю. Вот мы и вступили с ними в схватку.
  -- А кто мы? - задумчиво спросил мальчик.
  -- Ну, милок, ты даешь, я почитай четверть часа распинаюсь, а он не понимает.
   Мы - это Хозяйки, лешие, водяные, чародеи - все, кто поставлен живой мир оберегать и защищать, природу по-твоему. Только ты вон все время говоришь: "Человек и природа". Что-то там нашли, куда-то долетели, всю землю перекопали. А разницы не видишь. Люди - это тоже часть природы. Не по отдельности, а токмо вместе мы живем и выживаем. Уразумел?
  -- Понятно, понятно, бабуля, а что дальше было?
  -- Дальше... А дальше была война! Силы жизни, то бишь мы, с силами смерти, с иродами энтими чужеземными. Изгнали их с земли нашей. Только нелегко нам это далось. Мало нас осталось, да и землю после разгрома возрождать надо было. Вот и подались оставшиеся с помощью кто в леса, кто в степи, кто в реки. С людьми простыми не общались, почитай, годков сто. А как стали возвращаться, тут то и увидели, что многим из вас порядки иноземные по нраву пришлись. В наше отсутствие появились князья всякие, бояре, посадники, словом, лодыри. На чужом горбу счастье и достаток свой построили. Что делать? Попытались вразумить их, ан нет. Они народ супротив нас настроили, все, что творимо было чернокнижниками, нам приписали. Вот и стали люди нас бояться и сторониться. Науку о Силах жизни позабыли. Стали ради корысти живой мир уничтожать. Друг дружку изводить. Леса вырубать. Зверьё без надобности истреблять. Реки, моря и озера грязью заливать. Вот и выходит, что род человеческий все живое портит и губит. А ведь и не догадываются, что без лесов, зверей и воды и им самим жизни не будет. Вот ты говоришь, в тысяча девятьсот девяносто шестом родился. И сколько у вас люди живут?
  -- Ну, шестьдесят, семьдесят до девяноста лет, - с гордостью ответил Вовка.
  -- Ха, девяносто лет! Мы, Хозяйки, живем четыреста пятьдесят лет. А бабка
   моя, земля ей пухом, восемьсот лет жила. А все потому, что мы живому миру помогаем, и он нам силы дает.
  -- А сейчас как? С простыми людьми... Общаетесь? - продолжал
   любопытствовать ученик.
  -- Конечно! Они ведь тоже часть живого. Помогаем им, когда страх
   пересиливают и к нам обращаются. Да и преемников иногда среди них ищем. В ком искру жизненной силы видим. В обученье к нам попасть для них - великое счастье. Вот о том и толкую, что Хозяин, или Ягай, по-нашему, эту науку на лету ловит и как орехи щелкает. А ты: "Голова не варит..." Тьфу! - плавно вернулась к обучению Яга.
   Вовка виновато понурил голову. Но долго страдать ему не дал попавшийся на глаза меч. Украшенный богатыми ножнами. Он висел на стене на вбитом деревянном колышке.
   - Ух ты, совсем как настоящий. Точно как в кино.
   Старуха, увлеченная нравоучениями, не замечала мальчишечье восхищение. Он уже собрался спросить разрешения посмотреть клинок, но Яга еще с большим усердием принялась чихвостить весь род человеческий.
   Вовка поколебался минутку, но инстинкты пересилили страх перед наставницей. Он осторожно встал и, пятясь спиной, подошел к стене. Рукоять меча украшала голова орла с вкрапленным камнем вместо глаза. Казалось, что клинок своим кровавым взором высматривает добычу.
   Мальчик протянул руку и схватил меч за ребристую рукоятку. Клинок с легкостью вышел из ножен и засверкал синеватым светом в солнечных лучах, пробивающихся сквозь небольшое слюдяное окошко.
   Случайный солнечный зайчик от лезвия попал на лицо Яги и отскочил на потолок. Вовка увидел изменяющееся лицо Яги, в глазах которой читался ужас. Бабуля тут же схватила чугунный горшок с супом и натянула его себе на голову. Через секунду она вся мокрая и липкая лежала под лавкой и орала:
  -- Выбрось меч на улицу и падай на пол!
   Володька, казалось, не слышал никого и ничего. Он зачарованно крутил меч в руках, ощущая каждой клеткой своего тела его могучую и страшную силу.
   Так прошла минута, вторая. Бабка подняла голову, чтобы видеть хоть одним глазом, и с опаской спросила:
  -- Ты его держишь?
  -- Держу.
  -- И он из рук сам не рвется? Тебе рубить никого не хочется?
   Удивленный странными вопросами, мальчик покачал головой. Не снимая горшок с головы, бабуля вылезла из-под лавки и, сплевывая остатки супа, переводила взгляд то на меч, то на мальчика. Вовка засунул меч в ножны и смущенно стал возле него, ожидая нагоняя за содеянное.
   Бабуля наконец сняла чугунок, обнажив испорченную вконец прическу, и первый раз посмотрела на мальчика уважительно. Молчала долго, что-то бормоча себе под нос. Потом огласила приговор:
  -- Видать, выйдет из тебя Хозяин леса. Вот только куда твой дар тебя заведет,
   мне не ведомо. Ведь меч-то непростой. Сила в нем огромная для защиты земли нашей. Да и злости разрушительной от хозяина последнего он немало впитал. Про Кощея-то слыхал, небось? То-то. Но что придется шить плащ - это факт, - задумчиво закончила она.
   Из всего сказанного мальчик не понял почти ничего. Единственное, что радовало - пронесло....
   Бабуля, правда, еще немного побурчала для порядка, но потом махнула рукой:
   - Ладно. На сегодня занятий достаточно. Можешь идти погулять.
  -- А как же снадобья? - забеспокоился ученик.
  -- Позже разберемся. Не к спеху. Будем учить тебя другому.
   До самого вечера, пока бабка убирала последствия разгрома в избушке, Вовка просидел в высокой траве задумчивый и грустный. Вспомнился дом, отец, мать. Ужасно захотелось на дачу к бабушке. Там он всегда мог рассчитывать на ее понимание и помощь. Все школьные и дворовые обиды и издёвки можно было спокойно переждать дома, в его придуманной крепости. Почитать книги, посмотреть телик и обождать, пока все уляжется. При этом ничего для решения своих проблем не делая. А тут совсем другое. Здесь надо самому искать, находить, решать. Никто жалеть не будет. Придется забыть о том, что он "домашний" ребенок, как называла его баба Валя.
   Когда уже почти стемнело и бабуля в третий раз позвала его к ужину, Володя поднялся и приказал сам себе: "Здесь не бабушкина дача. Нянек нет и не будет. Буду надеяться только на себя". Шморгнул по-детски и пошел помогать бабуле с уборкой...
   Следующее утро снова началось с командного окрика бабы Яги.
   На столе вкусно пах завтрак, расточая аромат жареной рыбы. С удовольствием умывшись холодной ключевой водой, Яга с учеником принялись за трапезу.
   В дальнем углу, спрятавшись за веником, сидел кот, облизываясь, провожая голодным взглядом каждый кусок карася.
  -- Откуда рыбка? Неужели с утра наловили? -спросил Вовка.
  -- Делать мне больше нечего, - добродушно ответила хозяйка. - Медведь с
   озера приволок. Почистил и выпотрошил, мне осталось только помыть и пожарить.
   Вовка недоверчиво хмыкнул и продолжил уплетать угощенье за обе щеки. Тут его глаза встретились с кошачьими и, не выдержав просящего взгляда,
Вовка выбрал с миски небольшого карасика и бросил его за веник.
   Кот клацнул два раза своими длиннющими сахарными клыками - рыбки как и не было.
  -- Ты зачем зазря зверя кормишь? - нахмурилась старушка.- Он должен сам себе пропитание находить, вон сколько мышей по полю гуляет.
  -- Жалко. Он так смотрел, - извиняясь ответил Вовка.
  -- Доброе у тебя сердце, отрок. В нашем деле это может и помехой стать. Надо, чтобы сердце и голова всегда заодно были, а иногда и твердыми, как камень.
  -- И с вами?
   Бабка рассмеялась и пошла наливать чай из самовара. Кот степенно подошел к столу, прижался к Вовкиным ногам и ласково замурлыкал. Мальчик свободной рукой погладил его по голове и защекотал за ушком. Тракторное мурлыканье кота услышала даже старуха.
  -- А ну брысь отсюда, - наливая чай, гаркнула она. - Сам " бракованный", и мальца мне испортишь.
  -- Почему это он "бракованный"?
  -- У Хозяек коты должны быть обязательно пепельно-черными, а ентот рыжий, как одуванчик, смотреть противно. Когда ко мне подружки прилетают, так я его в чулан прячу, от стыда подальше.
   Мальчик уже открыл было рот для очередного вопроса, но Яга опередила:
  -- Черный - цвет зла, носящий его кот от рождения приближение, действие или присутствие темных сил загодя чует. А кот - он служитель сил жизни и добра, поэтому все, что вокруг происходит или только готовится, мне докладывает.
  -- Так это он у вас вроде шпиона. Круто! Мурзило агент 007!!! Класс!
  -- Класс- не класс, а ентот еще пользы никакой не принес, только жрать горазд. Проглот! Бездельник!
  -- Зря вы так, -укорил ее Вовка и погладил рыжего по спине.
  -- Ладно, хватит болтать. Наелся? Мой руки и собирайся. К Филимону пойдем.
   Начнем сначала у него из тебя приличного Ягая воспитывать.
   Мальчик первым подошел к ступе и стал внимательно рассматривать ее со всех сторон. Обыкновенная деревянная бочка, не видно никаких отверстий. Странно: как она летает?
  -- Интересуесси? - спросила бабуля, вынося из избы метлу.
  -- Ага. А я смогу когда-нибудь летать на ней?
  -- Сможешь. Только внимательно учиться надо. Это тебе не телега.
   Старушка сыпанула порошка из мешочка на дно ступы, пошептала заклинание, и агрегат плавно стартовал.
  -- Порошок - это типа горючего?
   Та кивнула, вывернула метлу вверх - и ступа, слегка вибрируя и потрескивая, понеслась на север мимо молочных туч.
   Там, возле серо-голубого озерца, на поросшем редкими деревьями полуострове стояла низкая, вросшая в землю изба. Из высокой кирпичной трубы валил густой черный дым. Бабуля одобрительно хмыкнула.
  -- Молодец Филька! Весь в работе. Весь в заботах. Настоящий гном!
  -- Кто-кто? -переспросил изумленный Вовка.
  -- Гном-кузнец. Неужто у вас и кузнецов нету? - пришел черед удивиться
   бабке.
  -- Как нету? Есть, но специальность редкая. У нас все на заводах делают. А
   металл в литейных льют. Гномов же только в кино показывают. Маленькие такие, бородатые, внутри гор живут, копать любят и оружие всякое волшебное делают. Бабуль...- Вовка почему-то покрутил головой по сторонам. - Ну а если у вас гномы есть, то и эльфы, и хоббиты, и орки тоже имеются?
  -- Вот напасть, - махнула руками наставница. - Тьху - тьху... ты про эту
   нечисть даже и не упоминай. Про войну тот сказ мой помнишь?
  -- Угу,- кивнул ученик.
  -- Так вот, нечисть заморская орками-то и звалась. Грязные, вонючие, а рожи-
   то, какие... Приснится такой - неделю спать не захочешь.
  -- А эльфы и хоббиты? - не унимался докучливый мальчик.
  -- Хоббиты? М-м-м.... Про таких не слыхала. Может, и есть где, но в наших
   краях не видала. А эльфы твои... Бездельники еще те. Мелкие, в своей зеленой одежде в траве гуляют. Штанишки короткие, носки полосатые, шапки высокие... Они?
  -- Вроде да, - задумался Вовка, - и уши у них острые должны быть. Так они
   здесь живут, да?
  -- Нет. Тоже пришлые были. Приезжали как-то с ..., дай бог памяти.., как-то они говорили.., а, "миссией развития наших территорий". Во! Стали порядки здесь свои наводить. Гномов от работы отрывали сборищами своими. Деньги у народа отбирали на "благотворительность". А сами ни черта не делали, только весь день тем и занимались, что горшки свои каменьями и златом наполняли и прятали. Пользы от них никакой.
  -- А где они сейчас?
  -- Убралися восвояси, - хихикнула Яга.
  -- Чего же здесь смешного, - загрустил мальчик, - так хотелось на них
   посмотреть.
  -- Так ведь сбежали они. Гномы-то им поверили, думали, действительно помочь хотят. Вот с нами и договорились, чтобы те дурью и бездельем не маялись - ремеслу их обучить. Это значит, от слов к делу, к работе, стало быть, пристроить. Лишними руки в хозяйстве не бывают. Ну и пристроили мы их. Кого в кузню к гномам подмастерьями, кого в лес к лешим под начало. Сразу вроде все нормально было, пыхтели, но старались не отставать от наставников, а потом стали твои зеленые пропадать. Наши-то обеспокоились: что да как? Но ничего подозрительного не нашли. Через полгода - глядь - ни одного ни осталось. Что делать? Стали послов в их края направлять, мол, так и так, пусть ваши старейшины приезжают, общими силами найдем пропавших. А в толпе встречающих послы-то своих бывших подмастерьев и признали. Вот и выходит: сбёгли!.. Ну, хватить болтать попусту, - вдруг отрезала Яга.- Лезь давай.
   Вовка хотел еще что-то спросить, но увидел, что из кузни вышел встречать гостей невысокий коренастый мужичек, по-видимому, гном, заросший рыжей шевелюрой и длинной окладистой бородой.
   Подошел. Стрельнул глазом на мальчишку и степенно, с чувством собственного достоинства поклонился Яге:
  -- Доброго здоровья тебе, Хозяйка леса!
  -- И ты не кашляй, кузнец.
  -- Никак покупателей привезла? Я предупреждал, что железо не кованное. К
   субботе управлюсь, вот тогда и приводи купцов.
   Яга не обращала внимания на неприветливого гнома, вылезла из ступы и по-хозяйски огляделась.
   На подворье царил рабочий беспорядок. Возле круглой домны лежали две кучи древесного угля и красноватой железной руды.
  -- Бросай, Филька, работу. Ученика тебе привезла.
   Гном изумленно поднял брови.
  -- Нового Хозяина леса обучать будешь, - объяснила та.
   Кузнец еще раз осмотрел мальчика с ног до головы и обошел вокруг него.
  -- Жира много, мяса мало. - Оценивающе заключил тот.
  -- Ничего. Жир сбросим, мясо нарастим, - парировала Яга.
  -- Колдовству обучен?
  -- Не идет пока мальцу наука.
   Гном разочарованно пожал плечами. Бабуля же плечи распрямила, голову задиристо закинула вверх. Ну, прямо орлица ...
  -- Да не кривись ты, рожа копченная. Вовка вчерась Меч-кладинец вытянул, и
   он его слушается как конь вожжи.
   Филимон радостно встрепенулся и уже с интересом смотрел на мальчика.
  -- Сколько времени у меня есть? - деловито поинтересовался.
  -- Месяц, не больше.
   Дальше гном, не говоря ни слова, схватил Вовку за рукав и потянул под старую грушу, где стоял грубо сколоченный стол с двумя лавками. Он усадил мальчика и, смешно подпрыгивая, побежал по брусчатной дорожке в свою избу, спрятанную в тени высоких лип.
   Через десять минут перед Вовкой лежали лук с полным колчаном стрел, старинный меч, боевая секира, кинжал и метательная железяка, выкованная в форме сосновой шишки.
   - Через месяц ты должен владеть всем этим оружием как лучший царский дружинник, - предупредил гном. - Заниматься я буду с тобой от рассвета и до полудня, дальше - Яга, после ужина и до захода солнца опять я, от захода до полуночи - она. Вопросы есть?
   Вовка отрицательно замотал головой.
   - Тогда начнем. Только твой скомороший наряд поменять надо.
   Бабуля с пониманием кивнула, вытянула из ступы сверток и бросила его под ноги мальчику. Там оказались легкие кожаные штаны, льняная рубаха, мягкие ботинки на толстой подошве из воловьей кожи. Следом вылетел со ступы серый кафтан, больше похожий на маскхалат. К нему от капюшона до низа были нашиты полоски ткани с нарисованными листьями.
   Начавший привыкать ко всему, Вовка слегка обалдел:
   - Откуда это? Где взялось? Я вроде мерки не снимал.
   Бабуля махнула рукой:
  -- Рыжий мышей натаскал, вот серые ночью и рукодельничали.
   Володька только махнул рукой и стал быстро переодеваться. Филька, несмотря на дикие протесты ученика, собрал его старую одежу в охапку и бросил в горящий очаг. "Сам скоморох" - расстроился мальчик, рассматривая ярко-оранжевый комбинезон гнома.
  -- "Веселая дорожка" не сгнила, не сломалась? -тем временем поинтересовалась бабуля.
  -- Все в полном порядке. Каждую весну чищу, смазываю, короче, работает как часы, - успокоил Ягу гном.
  -- Ну и ладушки. Я тогда полетела. Ты, Вованыч, сегодня на обед не приходи, осваивайся. А на закате бегом домой. Вон по той дорожке. Понял?
   Бабуля крутанула метлой.
   Ступа, вертикально стартовав, понеслась над лесом, слегка задевая верхушки вековых сосен.
   Филимон помахал ей вслед вымазанной в саже рукой и, деловито затянув ремень на пузе, пригласил ученика на старт к незнакомой штуковине. Инструктировать.
   "Веселая дорожка" оказалась очень невеселым испытанием, особенно для того кто, не дружил с физкультурой в обычной школе.
   Едва заметная тропинка опоясывала озеро в радиусе нескольких километров. По обе стороны росли густые кусты и старые ветвистые деревья. Сворачивать даже на шаг от нее запрещено. Отступать назад - запрещено. Останавливаться - запрещено. Только вперед. А впереди по всему пути стояли многочисленные ловушки и западни. Например, вырытые в человеческий рост ямы, замаскированные так, что даже в упор их невозможно было заметить.
   Периодически из кустов выскакивали деревянные фигурки чудищ и зверей. Не затормозил - треснулся головой или ногой. Больно!
   Но это еще что? Разные чучела- макеты махали вокруг себя кожаными мешками с песком. Попадет по тебе такой- мало не покажется.
   Как Филимон всем этим управлял, мальчик так и не понял, а в особенности, почему ямы и фигуры появлялись все время в разных местах.
  -- Скорость должна быть постоянной, бежать надо "волчьим галопом", -
   поучал Филя.
  -- А норма какая? За сколько на "тройку" пробежать надо? - допытывался
   Вовка.
  -- Не понимаю я заморских слов. Ты главное поспевай за мной,- протараторил гном, и сам дал деру по тропе.
   Первый круг Вовка пробежал за гномом шаг в шаг. Поначалу он еще видел, как тренер отбивался палкой от деревянных когтей чудищ и резво перескакивает через ямы. Но после первого километра дыхание сбилось, ноги налились свинцом, и каждый шаг давался с трудом.
   А старый гном бежал дальше и дальше, словно молодой козлик, подстегивая окриками нерадивого ученика. Пот со лба лился ручьем и больно щипал глаза, мешая смотреть под ноги.
   Когда Вовка почти дополз до финиша, он уже абсолютно не соображал, где он, и что делает. Филимон стал над ним, недовольно осмотрел ученика и саркастически изрек : "Любая девчонка из деревни лучше тебя пробежит, Тютя".
   От обиды запершило в горле, и руки сжались в кулаки. Шатаясь, мальчик встал:
  -- Теперь я сам... Дайте палку...
   Гном протянул ему выструганную под меч дубину и, пряча еле заметную улыбку в бороду, посторонился.
   И все началось сначала. Со стороны казалось, что мальчик попал в жернова и капканы. Мешки с песком, больно лупили по голове, а если он и успевал увернутся, то попадали по спине. Из чащи выскакивали механические упыри, и резко взмахнув, обрушивали на бегуна дубину или хватали лапами...
   На финиш Вовка практически дополз на четвереньках. Спина была вся в синяках. На голове красовались две огромные шишки. Больно саднило колено. Странным было то, что почти вся одежда оставалась целехонька, ни дырки ни прорехи. На совесть работали бабкины мышки!
   Учитель не давал расслабиться. Разрешив только прополоскать рот водой, он влил в Вовку несколько глотков терпкой жидкости и, не разрешая присесть, отправил того опять на "веселую" тропу.
   Третий и четвертый раз Вовка уже проходил к финишу на "автопилоте". Он получал свои положенные удары и обречено проваливался все в новые и новые ловушки. Ужасно хотелось только пить... пить. Гном же запретил даже смотреть на воду и подсовывал новые и новые кружки с противным синим узваром.
   Ночь в лесу наступает быстрее, чем где-либо. Только солнце зацепится за верхушки деревьев, как сумерки спускаются в зеленое царство. Враз замолкают звонкие трели птиц, мрак, как туман, окутывает все живое. Темно, хоть глаз выколи. А дотошный гном подгоняет мальчика: опять на старт! Еще несколько кругов, и все ...
   Вовка уже не мог сказать ни слова. Грудная клетка ходила ходором, руки висели как плети. Ходячий труп, вернее, ползающий. И когда ему пришел полный капец, до слуха донеслось:
  -- Лады. Я сегодня добрый. Хватит. Можешь отправляться домой. Вот дорожка, с нее ни шагу, - изрек Филимон и тут же пошел спать в дом, громко хлопнув кованной дверью.
   "Даже проводить хоть чуть-чуть не соизволил, видно, хорошие манеры здесь не в моде", - заметил Вовка и, захватив на всякий случай учебный меч, поплелся к Яге.
   Бабуся встречала страдальца на пороге избы, почти сочувственно глядя на мальчика, что напоминал не человека, а тень. Она молча взяла будущего Ягая за руку и повела на поляну.
   Уложив ученика на землю, приказала:
  -- Закрой глаза и расслабься. Постарайся прислушайся к голосам леса. Не
   отвлекайся, просто слушай.
   Молчание продолжалось минуты две.
  -- Что ты слышишь? - нарушил тишину ее голос.
  -- Шум ветра, шелест травы, - сонно отвечал мальчик.
  -- А как она шелестит, что она тебе говорит?
  -- Дождя просит, - последовал неожиданный для самого Вовки ответ.
  -- Верно, - согласилась наставница.
  -- Бабуль, - у того сон как рукой сняло, - а как я узнал?
  -- Закрой опять глаза и поговори с травой, - последовал ответ.
  -- Как?
  -- Не вслух, про себя песни петь али байки рассказывать умеешь?
  -- Конечно!
  -- Вот так про себя с ней говори, а мысль, что в ответ появится - это она тебе ответ дает. Попробуй еще.
   Вовка закрыл глаза и мысленно поздоровался.
  -- Виделись уже, - возникло в голове с неподражаемой ехидной интонацией.
  -- Ты трава?
  -- А кто же, по-твоему, еще?
  -- Ты что-то просила? Что ты хочешь, чтобы я сделал?
  -- Дождя хочу, пить. Сейчас самое время. Напьюсь - и за неделю в два раза больше выросту. А там можно будет и постричься. Ну что, дашь дождь?
  -- Я-я н-не знаю как, - извиняясь, подумал ученик.
  -- А-а-а, - протянули в ответ, - новичок, на обученье! Понятно! Так посмотрим.
   А силы-то чародейской в тебе немерено... Старушка, небось, на воспитанника не нарадуется. А вот обычных сил в тебе как у младенца. Где растерял силушки? Что делал-то весь день?
  -- Да у Фильки, гнома-мастера, по дорожке гонял, - послышалась мысль с другим "голосом".
  -- Ну а коль силы тебе вернем, дождь будет? - вернулся первый "голос" к
   Вовке.
  -- Попытаюсь, честно, - последовал его ответ.
  -- Давай, подружки, все вместе... А ты лежи спокойно не напрягайся.
   Голоса в голове мальчика смолкли. Вместе с тем он почувствовал, как теплеет и наполняется жизненными соками все его тело. Боль ушла, усталости как не бывало. Такой огромный прилив бодрости! Какая там "веселая дорожка", сейчас раз двадцать мог бы по ней пробежать на одном дыхании, - с этой мыслью ученик открыл глаза и посмотрел на улыбающуюся Ягу.
  -- Бабуль, что это было?
  -- А что ты делал?
  -- С травой говорил.
  -- Ну и ...?
  -- Она мне силу дала и дождь просила.
  -- Силушку, говоришь, дала? Значит, и ее просьбу уважить надо. Подойди ко
   мне, запоминай.
   Наставница подняла голову к небу и, закрыв глаза, пропела:
  
  
   Тучка, в море окунись,
   Ветром к лесу пригонись,
   Дай напиться вдоволь нам:
   И травинкам, и листкам,
   И стволу, и корешку.
   Не останемся в долгу.
  
  
   Тут же черная громадина закрыла луну, и сильный проливной дождь застучал по земле, по глади озерца и крыше избушки, наполняя все вокруг живительной влагой. Казалось, все оживает на глазах, смеется и радуется дождю.
   - На сегодня хватит, завтра утром скажешь мне, какими словами дождь вызывать. А теперь спать!
   Они, мокрые до нитки, вбежали в избу, и старушка без лишних разговоров постелила постель на печке. На Вовку опять навалилась сонливость, но Яга устроившись рядом, принялась нашептывать сонному мальчику инструкции:
  -- Ты, милок, к голосу внутреннему прислушивайся. Раньше глаз должен
   увидеть опасность. Раньше уха услышать шум летящей стрелы. И тогда наука у гнома тебе покажется детской забавой.
   Засыпая, Вовка еще попытался кивнуть головой, а через секунду сладко причмокивал губами во сне. Но Яга не отставала. Она продолжала наставлять спящего ученика...
   Ни свет ни заря - а Ягуся уже на ногах, никак не угомонится старая.
   Раз десять прокричала: "Подъем!", но безрезультатно. Измотанный мальчик спал как убитый. Бабуля не растерялась: взяла в руки крышку от котла, черпак и стала выбивать барабанную дробь прямо у него под ухом .
   Вованыч поднялся с закрытыми глазами и машинально влез в Ягайский наряд. Яга тем временем хлопотала возле печки, лишь изредка поглядывая на ученика. Так же молча села рядом, без единого слова позавтракали. На прощание махнула платочком и быстро отвернулась.
   Вовка шел по размокшей от ливня тропинке медленно-медленно, словно на контрольную по алгебре. Хотя лучше было бы идти на контрольную. На семестровую, даже на годовую. Он был согласен на все сразу. Только не "дорожка".
   И вдруг недалеко от мальчика раздался рык медведя. Вовка остановился. Ему не было страшно. Прислушался. Косолапый орет так, словно лапу поранил колючкой. Хотя стоп! Точно проколол! Я же отчетливо слышу как он сам себе жалуется и причитает. Во дела !!!
  

Глава 3. Покоритель небес.

  
   Филимон сидел на лавке и обтесывал ножичком новый учебный меч. Вовка сквозь зубы поздоровался с мучителем и сам без напоминаний стал на "веселую дорожку".
   Первый круг ничем не отличался от вчерашнего. Те же ошибки при перескакивании ям и ловушек, те же пропущенные удары. Но что-то поменялось за прошедшую ночь. Второй заход оказался более удачным. Из сорока ударов Вовка пропустил максимум десять. Он стал замечать во время бега почти все невидимые малейшие движения на земле и шустро перескакивал через открывшиеся ловушки. К обеду за пробег можно было ставить твердую "тройку".
   Старый гном все равно не переставал бурчать, но когда мальчик пропустил всего пару ударов, он похлопал его по плечу и сказал:
   - Гляди - и выйдет из тебя Хозяин леса. Посмотрим.
   Мальчик довольно улыбнулся. Наука давалась ему уже гораздо легче.
   По вечерам на облюбованной старушкой поляне он продолжал постигать искусство волшебства. За это время Вовка научился говорить с Матерью землей, деревьями - ее детьми - и кустами, которые вопреки тому, что он учил по ботанике, оказались ее внуками.
   На изучение всего этого ушла неделя.
   Вскоре начались занятия по "химии", и, к большому удивлению наставницы, Владимир назвал способы приготовление всевозможных снадобий и отваров. Он хорошо знал их еще из маминых рецептов, когда подсматривал за ней на кухне. В этот период бабкина изба в действительности напоминала лабораторию. Всевозможные баночки с заспиртованными корешками, травами, чьими-то лапками и хвостами. Ворох сушеных ягод. Но уроки получались комбинированными: все колдовские действа сопровождались упражнениями по литературе. По-другому изучаемые заговоры и не назовешь. Добротно составленные четверостишия словно отпечатывались в мозгу ученика.
   Единственное, что никак не удавалось ему, так это полеты на ступе. Как только он оказывался в ней без Хозяйки, этот допотопный агрегат словно врастал в землю и никакая сила не могла сдвинуть его с места.
   К концу второй недели Яга попыталась пересадить неудачливого пилота на помело. Это загадочное название, как и предполагал мальчик, подразумевало обычную дворничью метлу. Скрипя зубами от стыда, все-таки он не пятилетний несмышленыш, что бы скакать на палочке, Вовка честно попытался освоить и эту премудрость. Однако, оторвавшись от земли не больше, чем на метр, метла вдруг ожила. Да так, что Ягай на своей шкуре ощутил всю прелесть ремесла ковбоя, выступающего на родео (скачки на диких быках или лошадях). Его деревянный "мустанг" то начинал вращаться вокруг своей оси, то, набрав огромную скорость, резко тормозил так, что наездник, пролетев без чьей-либо помощи шагов пять-шесть, зарывался носом в траву. Или, несмотря на все попытки мальчика двинуться вперед, начинала скакать вверх и вниз. Ощущения после такой бешеной скачки отбивали всякую охоту повторять подобные попытки. Наконец Яга сжалилась над ним, и вариант с помелом присоединился к ступе. Не подходят!
  -- Но ты пойми, - горячо убеждала Вовку она. - Хозяин должен успевать в сто
   мест сразу. Ногами аль верхом, ну два, ну три успеешь объехать. А остальные? Помощь всегда должна приходить вовремя!
  -- Да я и так стараюсь! Но вы же видите, что получается. Вот, представьте, сел я на метлу вашу любимую и бац! - в нужном месте в нужное время оказывается... свежая отбивная из Хозяина леса. Кому от этого польза будет?
  -- Так! Все! Надоело! Ягай без ступы, метлы или любой другой двигательной
   или перемещающей силы быть не может. Раз не нравиться то, что я предлагаю, вот тебе книга чародейства, видишь, как называется: "Заклинания, чары и предметы для перемещения". Читай сам, раз грамотный больно. Прочтешь и выберешь, что тебе по душе. Только учти, на раздумье у тебя неделя. Делай как знаешь, а к концу срока чтобы мог парить, летать, переноситься мыслью, исчезать и появляться... В общем, не ведаю, что выберешь, но надобно, чтобы смог.
   Мальчик со всей серьезностью приступил к изучению книги. Большая ее часть осталась для него абсолютным темным лесом. Страницы, посвященные левитации и переносу с помощью мысли, он пропустил не читая.
   Одного вида формул и математических вычислений ему хватило, чтобы понять: материал явно одиннадцатого класса, а то и института. Перелистав всю книгу, он остановился на разделе, написанном русским языком без цифр.
   Внимательно прочитал разделы, посвященные превращению обычных вещей: скамеек, ведер, ковров - в летательные. Он хотел было попытаться освоить последний, когда заметил две слипшиеся страницы. Аккуратно разделив их, чтобы не порвать и не испортить написанное, мальчик прочел:
  
   "Сим дано овладеть и отроку и зрелому мужу, сердце коего не замутнено злобой и корыстью. Кто смотрит, видит и воспринимает весь свет таким, каким он есть и не дерзает подчинить его себе. Обласканный землей, травой, деревьями, почитающий их и помогающий им. Должен оный избранник быть волосами желт как солнце, ликом светел как луна, голосом звонок и сердцем добр. Выйдя в час, когда солнце еще не покинуло небесное царство, а месяц уже появился в нем, должен оный избранник, стоя лицом к заходящему владыке, изречь:
   Солнце, мудрое светило,
   Дай мне скорость, дай мне прыть,
   Помоги посланцу мира
   В ста местах сейчас же быть
   Следом за тем, обернувшись к восходящему месяцу, следует молвить:

Месяц, серебристый воин,

Светом победивший ночь,

Силы я твоей достоин

И прошу тебя помочь.

   Коли все действа будут соблюдены, перед просителем явятся два призрачных витязя и одарят оного вещью али животиной, какой свет не видывал. И будет то диво подспорьем великим в странствиях его".
   - Интересно, - подумал Вовка, - что бы это значило? Так пишут, голова кругом идет. И главное, вроде по-русски, а не понятно. И Яга не упоминала о таком способе. Наверное, не заметила, что страницы слиплись. Метод вроде и не сложный, сегодня и попробую!
   Дождавшись нужного часа, стоя на поляне, он произнес заклинание и стал ждать появления витязей. Безрезультатно прождав около пяти минут, ученик повернулся и побрел к избушке.
   - И это не вышло, что же это такое, неужели вообще летать не смогу сам, - грустил он. - Придется пробовать с ковром. А если и там неудача?
  -- Ну и детки пошли! - от раздавшегося за спиной голоса мальчик аж
   подпрыгнул. - Ни уважения, ни терпения, ничего не имеют.
   Быстро обернувшись, Ягай потер глаза руками, помотал головой и даже ущипнул себя. Прямо к нему направлялся элегантный мужчина с огненно-рыжими волосами. Удивило Вовку даже не то, что незнакомец был прозрачным, чем-то напоминая ему тонированные затемненные стекла машин. Поражало то, во что пришелец был одет. На нем красовался почти такой же костюм, как у директора школы, в которой учился мальчик, суперовский галстук светился в темноте оранжевыми и белыми огоньками. В руках Рыжий держал дипломат с кодовым замком.
  -- Что-то интересное увидели, молодой человек, - обратился он к Володе, - вы
   на мне скоро дырку глазами протрете. Когда в школе учитель на урок задерживается, вы тоже ждете его всего пять минут и уходите?
  -- Не-а. Простите, а вы кто?
  -- Ну вы даете, молодой человек. Вы к светилу, то есть к Солнцу обращались? О помощи в известном вам деле просили? Так и нечего теперь руками разводить. Я - представитель Огненного владыки на этой планете. Выкладывайте, что у вас за проблема, да побыстрей. У меня и так дел по горло.
  -- Летать у меня не выходит, - ответил мальчик. - А вы призрачный витязь? -
   тут же недоверчиво спросил. - А где же доспехи, меч там, щит и все такое?
   Незнакомец поморщился и, переходя на ты, заговорил:
  -- Слушай, парень, тебе сильно нужны эти погремушки? Ты же не из этого
   времени. Должен понимать и принимать меня таким. Это когда старые чародеи нас вызывали, то приходилось кастрюли всякие на голову напяливать, в проволоку оборачиваться и так далее. Чтобы, значит, не пугать их лишний раз. А то хватит кого кондрашка, а ты потом отвечай.
  -- Подождите, подождите, если вы представляете солнце на этой планете, то из какого вы времени?
  -- Молодой человек, - назидательным тоном, похожим на интонацию их
   "классной мамы", начал незнакомец. - Для таких величин, как Солнце, время не имеет значения. У него нет разделения на будущее и прошлое. А я - его представитель на всей планете во все времена. Ты же - мальчик современный, предрассудкам не подвержен, вот и решил встретиться с тобой в обычной, удобной и функциональной одежде.
   Рыжий вдруг замолчал и начал беспокойно озираться по сторонам.
   - Где же он? Опять опаздывает! Ну вот, что с ним делать? Докладную шефу обязательно накатаю. У меня каждая минута на счету, а он опять где-то шляется!
   -Ну-ну, чувак, не гони волну! Я тут! Уже полчаса кайф от твоего базара огребаю. Мне просто по приколу было подыбать, что за новый тухляк ты пацану вешать будешь.
   От березы отделилась еще одна просвещающаяся фигура, только с седыми волосами с беловато-молочным отливом. Вновь прибывший был одет в рванные на коленях джинсы с обалденным рокерским ремнем, фирменные "пумовские" кроссовки, белую с прорезями футболку. На руках у него красовались велосипедные перчатки без пальцев, множество кожаных фенек, грудь украшала солидная цепь, из кармана торчал стильный мобильник. Все в нем напоминало Вовке панка. Но самое сильное впечатление производила голова. Закрученные немыслимым образом белые волосы образовывали гребень, да такой большущий и пышный, что любой вождь индейцев просто сдох бы от зависти.
   Изумленный мальчик так и застыл с открытым ртом, глядя на подходившего парня.
   - Ну, че вылупился, лопух? - вывел его из ступора голос белого "Чинганчгука", - Хлебальник захлопни, а то мухи нагадят. Вот тебе и второй витязь, а раз все сползлись докучи, то ща быстренько дельце и забехкаем.
   И, обращаясь к Рыжему, тщетно пытавшемуся что-то сказать, спросил:
   - Че, опять Сивку-бурку комстрячить будем?
   Весь красный и даже немного выпускающий пар из ушей, чтобы не взорваться, солнечный посланец накинулся на него:
   - Ты, что себе позволяешь, и так половину клиентуры из-за тебя потеряли. Что за вид, что за разговоры с покупателем. Совсем того? - Рыжий покрутил пальцем у виска.
   Немного пришедший в себя Вовка прервал их разбирательства:
   - И какой-такой покупатель? - в его голове сразу всплыл последний поход с мамой за покупками.
   Стараясь как можно точнее передать ее интонацию, он продолжил:
   - Я вообще только посмотреть пришел, ничего покупать не буду. Цена то у вас, небось, несусветная, а денег у меня нет! - и, почему-то покраснев, добавил, - зарплата только пятого, если не задержат.
   На этот раз удивляться пришлось прозрачной компании. Оба чуть не грохнулись в обморок. Первым пришел в себя интеллигент:
   -Это как понимать - "только посмотреть"? Ты не на рынок пришел. Какая еще "несусветная цена"? И молод ты еще для зарплаты.
   "Чингачгук", как Вовка для себя окрестил белого, примиряющее поднял руку:
   - Ша, братан, не тарахти кариесом, мелкий в натуре не въехал в тему. А ты, пацан, не танцуй в коленках, бабки нам как Тузику гантели. Ты ведь тычинки и пестики крышуешь, червячков и букашек реанимируешь? Вот этой ботвой и должок нам запузыривать будешь. Догнал?
   Потратив около минуты на перевод, ученик облегченно вздохнул и согласился. Значит, выполняя Ягайские обязанности, он этим и будет "коня" оплачивать.
   - Вот и чики-пики. Раз ты врубился, то мы добазарились. Так чего конопатить будем? Опять кобылу? - кисло скривился он, - Ты, малой, ведь горожанин? А на коне юзать можешь?
   Вовка смущенно передернул плечами:
   - Раза два ездил, первый - в зоопарке, а другой - в поле рядом с дачей.
   - Ну и ...?
   - Второй раз свалился, и бабушка запретила к лошадям даже близко подходить.
   - О - о - о!!! - обрадовался панко-рокер. - Секешь, Яр, скотина отпадает. Давай какую-нибудь другую фишку задвигать. В последний раз знаешь, как Конька - горбунка жалко было! Тоже мне Рембрандт фигов! Додумался! Из крутого пони уродца смонтировать! Ни тебе осел, ни верблюд, ни конь, а пугало какое-то чумовое.
   - Все, забыли, - остановил поток слов Яр, с невозмутимым видом перебиравший бумаги в своем дипломате весь разговор. - Когда это было? Эксперимент не удался... Но ведь содержание вышло, что надо, а с формой... не угадали. И вообще ты меня уже достал, столько лет прошло, а ты все: уродец-Горбунок! Эколог липовый! Давай лучше подумаем, что клиенту предложить.
   - Харлей на светоскоростном ходу, Судзуки-вездеход с оптическим пультом, Хонду... - начал обрадованный белый.
   - Стоп! Обалдел совсем, пацану тринадцать, он прав еще не имеет!
   - Ну, тогда мопед, скутер или еще какую байду типа этого.
   - Вот тупость беспросветная! И где ты только взялся на мою голову? Мозгами пошевели! Любой мопед, даже если он волшебный, заправлять надо. Где ты здесь заправку видел?
   Седой почесал затылок:
   - Ну тогда что же?
   - Не что, а кого, - обрадовано поправил Яр.
   - Опять "кого", - взревел любитель техники, - снова свою прибацанную генную инженерию впариваешь?
   - Послушай, Лун, - примирительным тоном завел рыжий.
   - Не Лун!!! Мы же добазарились, что теперь мой ник Мун! Что, глюки в памяти, может, системник тебе перезагрузить? - уже не в шутку раздражаясь проорал белый.
   - Хорошо, хорошо! Мун! - спохватился солнечный посланец. - Ребенку нужно максимальное удобство, а с техникой, сам знаешь. Что-то сломается или еще чего. Да и управление, даже если по воздуху, местность надо знать и все такое. Животному же сказал куда надо, и сиди наслаждайся.
   - Лады! Уболтал! Кого лепить будем? - немного успокоившись, ответил "Чинганчгук".
   - Давай мыслить логически. Кони не подходят, Жар-птица в последнее время с норовом, того и гляди - сбросит. Серый Волк пацану не компания, вечно голодный бегает, смоется на охоту, не дозовешься.
   - Слушай, - прервал его рассуждения Мун, - Тема проклюнулась, зуб даю! Помнишь, ты говорил недавно о своем неудачном эксперименте. Какого-то размазню, Горыныча, склепал, да облом получился.
   Рыжий отчаянно покраснел и невнятно начал оправдываться:
   - Это был очень смелый и многообещающий эксперимент. Никому до сих пор не удавалось совместить абсолютно различные по строению и физиологии организмы. Я попытался соединить Пегаса, слоненка Дамбо и Змея Горыныча... и получилось ...
   - А вышло как всегда! - перебил его Мун.
   - В принципе, здесь ты прав - согласился Яр. - Хорошо еще, невидимка, а то мне бы от тебя, вообще житья не было бы.
   - Так, мож, расскашь, на что это чудо смахивает? Уверен, ты в своей лаборатошке его раз десять на запчасти разбамбехивал.
   - Ну... тело как у слоненка средних размеров, крылья как у Пегаса, но больше и мощнее, и дыхание от Горыныча, огненное.
   - А характер как?
   - Да тут-то все в порядке. Добрый, ласковый и привязчивый, как все малыши.
   - Ник ему дал?
   - Модель Z - 8.
   - Не, ну ты ваще крышей двинулся со своей наукой, он же живой, ему имя дать надо. Ладно, вызывай свой "эксперимент", ща их с малым скорешим и по берлогам. Не забудь инструкцию оставить, как обращаться с твоим Z - 8.
   - Что значит по берлогам? Z - 8 еще маленький, не могу я его к делу пристроить. За ним понаблюдать надо.
   - Вот когда он в гараже будет - и позыришь. Шкет-то на нем не все время гонять будет.
   И белый обратился уже к Вовке:
   - Смотри, школяр, доверяем тебе экспериментальный файл. Чтоб перхоть сдувал и блюл как мать родная. Сопеть давай побольше, и самое главное, переименуй как-нибудь.
   В это время Яр нехотя набрал номер на мобильнике и что-то промямлил в трубку.
   - Все, лады,- закончив разговор, сообщил он. - Z - 8 здесь.
   - Где? - удивился Ягай, - ничего не вижу.
   - Вон, - рыжий махнул в сторону.
   Лишь внимательно присмотревшись, мальчик заметил примятую траву. Подойдя к ней, он как слепой зашарил руками перед собой. На уровне его головы руки наткнулись на теплое невидимое что-то. "Зверь, - догадался Вовка." По форме голова действительно напоминала слоненка. Большие уши, хобот. Но все тело было покрыто гладкими чешуйками. Хотя нет. Проведя по спине, ученик нащупал мягкую, шелковистую и приятную на ощупь шерсть.
   - Дрома - гладя по чешуйкам головы, нежно произнес он.
   - Дрома? - удивился Яр, - это еще почему? Обоснуй!
   - Ты же сам говорил, помесь Горыныча и Дамбо. Первый - дракон, второй - слон, а у этого и шерсть есть, значит, мамонт. Вот и получается драконо - мамонт, сокращенно Дрома.
   Рыжий удовлетворенно хмыкнул. И, спохватившись, быстро заговорил:
   - Только, Володя, жить он будет в лаборатории, а когда тебе будет нужен, скажешь:

Предо мной себя яви,

В небо разом подними,

И домчи, куда прошу,

Сделай все, о чем скажу!

   - И еще, в драки его не втягивать, он пока маленький, за себя постоять не сможет. А эксперимент еще не окончен. Мне надо его изучить, как следует и все результаты записать. А теперь попробуй на нем проехать.
   Мальчик, не переставая гладить, прошептал нужные слова. В тот же момент вокруг его тела обвился невидимый хобот, он взлетел в воздух и оказался на мягкой и теплой спине животного. От неожиданности он замахал руками и, крепко сжав ладони, схватился за уши Дромы. Держаться за этот шевелящийся руль было очень удобно. В следующее мгновение на ученика с двух сторон обрушился мощный порыв ветра и перед глазами замелькали верхушки деревьев. Совершив круг почета вокруг поляны, летчики опустились на прежнее место. После чего невидимый покоритель небес очень бережно спешил мальчика на землю. К большому удивлению Яра и к радости Муна, после полета Дрома начал проявляться, почти как фотография, и стал не полностью невидимым а полупрозрачным.
   - Вот и скорешились, - весело гаркнул Мун, - все, пацан, давай пять - и удачи тебе!
   Вслед за этим он испарился в самом прямом смысле этого слова.
   - До свидания, Владимир Батькович, - официально попрощался Яр, все еще оглядываясь на свое изобретение - не забывай выполнять инструкции по эксплуатации образца Z - 8 , он очень ценен и еще полностью не изучен, - он расплылся в самой добродушной улыбке. - И не грусти, если попал в это время, значит, нужен именно здесь и сейчас. Сделаешь, что должен - и обязательно домой вернешься. Вслед за этой фразой, явно торопясь в свою лабороторию, Яр испарился, на ходу расстегивая портфель и вынимая из него белый халат.
   По приходу домой о том, что произошло на поляне, мальчик Яге рассказывать не стал. Очень уж хотелось ему увидеть, как та удивится, видя его в воздухе на прозрачной диковенке. Однако, чтобы хоть как-то успокоить старушку, возвращая ей книгу, он сказал: "Не волнуйся бабуля, буду летать".
   Та внимательно на него посмотрела и ничего спрашивать не стала. Только
   удовлетворенно хмыкнула и кивнула головой.
  

Глава 4. Одуванчик, "бассейна" и жирная овечка.

  
   Вот уж прошло три долгих и незаметных для перегруженного учебой мальчика недели.
   Старый гном, закаленный в битвах и походах воин, добросовестно учил Владимира всему, что умел сам. Выработав в нем реакцию, выносливость и силу, Филимон приступил к тренировкам по стрельбе из лука, метанию стальной шишки и кинжала.
   Лук дался мальчику хорошо. Небольшой но тугой, терновый лук будто срастался с рукой, когда боевые стрелы летели в соломенное чучело.
   - В глаза мне смотри. Только в глаза. Тогда и противник тебя не обманет. И
   крепче держи удар. Выбьют меч - тебе крышка.
  -- Дзинь-дзинь! - искры от ударов клинка об клинок летели во все стороны.
   Гном выковал клинок специально под Вовкин рост и руку.
   На четырнадцатый день, отражая серию ударов, он таки извернулся и сильным ударом выбил меч из рук Филимона. Клинок дзенькнул и улетел за калиновый куст. Гном вытянул из своих бездонных штанов цветастый платок, вытер им вспотевший лоб и огласил приговор:
  -- Молодец! Ты научен всему, чем владею я. Ну, почти всему. Можешь так и сказать Яге.
   В устах старого кузнеца и воина обычное слово "молодец" звучало словно троекратное "ура-ура-ура".
   Вечером бабуля критически осмотрела одежду Вовки, покачала головой:
   - Ушивать надо, совсем худой стал.
   Мальчик и не заметил, как в жестких тренировках он сбросил жир и заимел крепкую мускулатуру.
  -- Че Филька сегодня говорил?
  -- Тренировкам вроде конец. Научил, чему мог.
  -- Хорошо, ой как хорошо! Ты уже не худо знаесся и в моем колдовстве.
   Завтра же последний день обучения, все повторим и полетим в поселок чародеев. Не сдрейфишь ?
   Хоть у Вовки и мурашки бежали по спине от одного упоминания об экзамене, он не выдал своих чувств еще более переживающей старушке.
   Утром, как только посерело, Яга завела свой ступолет, и они поднялись высоко над спящим лесом. Солнце еще не встало. Только первые его лучи несмело освещали землю.
  -- Смотри вокруг и запоминай. От того высокого дуба на юге и до болотного
   края на севере растет, живет своей жизнью твой лес. Твой и только твой. Ты его Хозяин. А у Хозяина забот много. Не давать болоту залить сухие земли, отгонять чужих волков и медведей, молодняку оленей и зубров помогать в суровую голодную зиму. Не давать людям лес почем зря рубить, только по необходимости. Это только кажется, что лес сильный, на самом деле он как дитя маленькое, без Хозяина лес захиреет и помрет. Уразумел?
  -- Да, - твердо ответил мальчик.
  -- Ну, тогда полетели дальше к гному на экзамен. Посмотрим сначала мы,
   чему тебя научили.
   Гном уже ждал гостей, поразив прибывших своим новым нарядом. На рабочую рубаху, провонявшую копотью и дымом, он натянул щегольской плащ ядовито-лилового цвета. На нечесаную голову напялил шляпу такого же экстравагантного цвета. Бабуля тихо ахнула от такой "красоты". Но портить праздничное настроения гному не стала, а быстро выперла Вовку на землю и галантно пригласила на его место второго экзаменатора. Удобно устроившись в ступе, Яга с гномом висели прямо над головой ставшего в боевую стойку мальчика.
  -- Пошел, - скомандовал гном.
   Привычно разя мечом по сторонам, Вовка легко прошел всю дистанцию. Перелетев через двухметровую яму с острыми кольями, он уже замахнулся на рогатого и доброго чудища, по прозвищу Руля, но в последний миг отвел клинок и побежал дальше. Затем увернулся от шипастого шара, рубанул по ушастой голове лесного разбойника-душегуба и ловко перепрыгнул через натянутую шелковую нитку, смазанную ядовитой мазью. Из куста, на самом финише, выползла голова серого и наш герой лихо отсек ее .
  -- Стоп!!! - заорала мужским басом Яга, аж подпрыгивая в ступе от
   негодования.
  -- Ты зачем, паршивец этакий, серого зарубил?
  -- Ну-у-у ...Волк же ... - неуверенно протянул Вовка.
  -- Ну и что, что волк. Может, серый за помощью к тебе пришел. Захворал,
   снадобья попросить. А ты - вжик и башка с плеч. Все, не сдал экзамен! - бабуля прямо пылала праведным гневом. - За такое в поселке тебя и меня опозорят, засмеют и выгонят к чертовой бабушке.
  -- И такая есть? - невинно поинтересовался Вовка.
   Гном прыснул и, не выдержав, хихикнул. За ним заржала и Яга.
  -- Да ладно тебе, старая. Хорош, к мальцу цепляться. Вовка молодец. Боевую
   выучку усвоил так, как я в молодости. А волка зацепил по неопытности и лихости. На настоящее дело повести его надо.
  -- Угу, - задумчиво согласилась Яга.
  -- А куда? Послать в полнолуние оборотней попугать? - вслух размышляла та.
   Филимон ошарашено глянул на нее и недвусмысленно покрутил пальцем у виска.
   Попив водицы из холодного ключа, Вовка стал показывать гному азы колдовства, которые мальчик называл по-своему: примочки, приколы, фокусы. Вовка сделал из черной тучи летающий остров, потом поднял настоящий ураган, через мгновенье поливал злющих зрителей теплым дождем из молока. Теперь пришла очередь фокусов. Прикрытый детской рукой одуванчик закачался от первых слов скороговорки и стал на глазах расти. Вымахав до двух метров, он резко раскрыл бутон своих ярко-желтых лепестков. В цветке сидел лиловый, как костюм гнома, кузнечик и играл на скрипке веселую мелодию.
   Филимон не переставал удивляться, охая и ахая при каждом Вовкином движении.
  -- Баловство сплошное! - бурчала Яга. - Я ему завтра лес передаю, а он
   одуванчики выращивает.
   Но, похоже, эту науку мальчик выучил на "пять", так как морщинистый лоб старухи разгладился от удовлетворения.
   Завершением экзамена стал скромный ужин перед Филькиной избой, состоявший их молочного поросенка на вертеле, горячих лепешек, козьего сыра, огурцов, кувшина ядреного домашнего кваса для ученика и бочонка пива для учителей. От хмельного напитка Яга подобрела и долго не могла засунуть ногу ступу, одновременно слезно прощаясь с гномом.
  -- Веди ступу сам, -заплетающим голосом попросила бабка и села на дно
   подремать.
   Жутко нервничая, мальчик кинул порошок, прошептал летное заклинание и, неуклюже поворачивая метлой, совершил взлет. Ступа норовисто качнулась в сторону, Вовка покрепче сжал древко и, уверенно управляя, полетел домой.
   Яга спала, но Вовке показалось, как несколько раз глаза открывались при резких поворотах и крутых виражах.
   А дома их ждал сюрприз. Перепугано прижимаясь друг к другу, возле избушки стояли трое здоровенных мужиков. Сжимая в руках топоры и нервно теребя шапки, они с опаской смотрели, как ступа заходит на посадку .
  -- О-о-о! Гости пожаловали, - коротко прокомментировала старуха, бодренько выскакивая из ступы.
  -- Здравствуйте, многоуважаемая Хозяйка леса! - хором поздоровались мужики.
  -- И вам здорово. С чем пожаловали? А-а-а!!! Видно допекло, раз приперлися на ночь глядя и не сдрейфили. Забыли, небось, как в прошлом году всей деревней кинулись березовый молодняк корчевать. Если забыли, то я вам сейчас напомню.
   У селян от страха волосы стали дыбом, а глаза выкатились как бильярдные шары:
  -- Прости нас, матушка, - бухнулись на колени ходоки. - Не по своей воле
   рубали тогда молодняк. Жадный посадник Ярема заставил. Застращал народ, запугал.
   В доказательство своих слов троица осенила себя крестным знамением.
   Бабуля, довольная результатом нагнанного страха, потеплела взглядом:
  -- Ну, говорите, че надобно. Мне молодого Хозяина леса баюшки укладывать
   пора.
   С колен поднялся самый старый из просителей и, переводя взгляд с Яги на ведьмака, попросил:
  -- Совсем замучил деревню Ярема. Обобрал народ до нитки, а намедни приказал собрать с каждой избы по золотому рублю себе на строительство какого-то "бассейну".
  -- Че такое "бассейну",- спросила Яга у мальчика.
  -- Большая цементированная яма для купания.
   Народ, прослышав это, недовольно зашумел:
  -- Бани ему, извергу, мало, - продолжили ходоки - "бассейну" теперь подавай.
   Только б тянуть и тянуть последнюю жилу с крестьян... Помоги, матушка, совсем житья нет с этим иродом!
  -- Все, хватит. Расшумелись тут, - утихомирила мужиков колдунья. - Давайте перейдем к главному. Ну что мне за труды будет ?
  -- Мешок муки, холст полотна и полушубок на заячьем меху, - сразу поступило деловое предложение.
   Бабуля демонстративно развернулась и, схватив Вовку за руку, пошагала к избе.
  -- Погодь, спасительница! - кинулись за ней мужики.
  -- А-а-а. Теперь спасительница, а кто грозился сжечь меня вместе с избушкой? Кто стрелой двадцатиаршинной пытался ступу споганить? - разозлилась Яга.
  -- Не мы, - хором проревели ходоки. - Это во всем поп Агафон повинен. Он
   прихожан супротив вас настраивает! - смело ответил молодой крестьянин с копной нечесаных пшеничных волос.
  -- Ну, хорошо. Три мешка муки, бочка солонины, два холста полотна и бараний тулуп до колен, - назначила Яга свою цену.
   Договаривающие стороны ударили по рукам и разошлись по домам в полном удовлетворении от заключенной сделки.
  -- Спать сегодня отменяется. Дело есть.
   Баба вошла в избушку и уселась на лавку в глубокой задумчивости.
  -- Какое дело?
  -- Плохого человека уму-разуму учить будем.
   Яга открыла сундук и на стол полетели глиняные свистульки.
  -- Напомнить, аль не забыл, зачем они?
   В село решили наведаться , когда молодой месяц спрятался за тучи, и весь лес погрузился в темноту.
   Ступа, управляемая на этот раз Ягой, полетела на юг, где лес был пожиже, а за ним раскинулись лишь поля и огороды крестьян. Деревня спала. Кое-где брехали собаки, подняв вверх морды и надсадно подвывая.
   Дом посадника стоял на самом краю села, возле деревенского пруда, заросшего высокой осокой и камышом. Яга посадила агрегат в заросли смородины, чуть ближе к дому, и по-шпионски замаскировала ступу ветками.
   Изба Яремы здорово отличалась от остальных домов. Спрятанная за высоким забором, она красовалась двумя этажами и крышей, покрытой черепицей. Злобно гремя тяжелыми цепями, по двору носились двое волкодавов, по-звериному чуя приближающуюся опасность. Вовка подошел к массивным воротам и просунул кинжал в щель калитки. Быстро орудуя острием, отодвинул деревянную щеколду в сторону. Как только дверь распахнулась, в проем ринулся первый волкодав. Тело пса приготовилось к прыжку, а зубы уже наметили цель. Полсекунды хватило на то, чтобы взгляд Ягая полоснул по горячим псиным зрачкам, и тот безвольно присел на задние. Оскал исчез, стоявшая дыбом шерсть опустилась, и пес безвольно поджал хвост. Он жалобно заскулил и засеменил к будке. Его товарищ, тоже парализованный Вовкиным взглядом, забился под лестницу дома и заскулил как слепой щенок.
   - Дальше что? - спросил мальчик у наставницы, которая оставалась за забором.
   - Пугай, но не до смерти. Он нам еще нужен. - ответила Яга и протиснула ему сумку.
   Выпитая накануне "орел-трава" до предела обострила в темноте зрение и Владимир безошибочно высмотрел в сумке глиняную свистульку, вылепленную в форме веселого зайчика. Скрипнула дверь и, ругаясь на чем свет стоит, на порог дома вышел заспанный посадник.
   - Кому там жить надоело? - зарычал он не хуже волкодава. - Щас поймаю, до утра пороть вожжами буду.
   - Полкан, Резун! Ату их, ату!
   Не услышав привычного лая и рычания, Ярема, шлепая босыми ногами, стал спускаться с лестницы. Вовка направил свистульку на него и что есть силы дунул. Жуткий звук, парализующий и наводящий ужас, вырвался из безобидной игрушки, охватывая весь двор. Для посетителей он был безобидным, а вот посадник через миг катался по земле с вытаращенными глазами. Не переставая дудеть, Вовка подождал Ягу и они вместе подошли к перепуганному.
  -- Ну здравствуй, Ярема. Как живешь-поживаешь? Добра наживаешь? - Яга
   присела на корточки и ласково посмотрела ему в перепуганные глаза.
   Вовка положил зайчика в сумку и тоже подключился к воспитательной работе.
   Посадник узнал Ягу и теперь уже от нового приступа ужаса стал мелко дрожать всем телом.
  -- Короче так, милок. Я - бабуля добрая, ты сам знаешь, думала тебя просто в
   печке изжарить. Но мой ученик, познакомься кстати, Володя , услышав о творимых тобой безобразиях, осерчал. Говорит, мол , такого гада надо в мешок и в бочку с маринадом, а потом на углях как шашлык пожарить. Вот сижу и думаю: уступлю ученик, аль нет. Как считаешь? А?
   У посадника от страха волосы стали дыбом как проволока, зубы выбивали "калинку -малинку", а лицо приняло цвет парного молока, разбавленного синькой.
  -- Но видишь, -продолжала пугать баба,- как на зло, мы оленя за один присест на ужин съели, ноне сытые. И если ты, холуйская морда, обещаешь исправиться, мы благородно отложим завтрак. Согласен?
   Не веря своим ушам, посадник припал к пыльных ногам Яги и преданно прижался к ним щекой.
  -- Век твоей доброты не забуду, -заголосил посадник. - Сегодня же
   исправлюсь. По деревне ходить буду тихий, как теленок, крестьян любить... как своих детей. Папой и мамой стану в одном лице.
   Бабуля хитро подмигнула Вовке:
  -- Слышь, Ярема. Ты часом моей овцы не видал случайно? Вчерась под вечер
   заблудиласи.
  -- Да-да, конечно! Прямо вечером нашел большую жирную овечку. Сразу
   подумал, что это Бабушки-Ягушки. Вот утром и собирался вам ее снести...
   Ярема, радуясь счастливому спасению, набил ступу доверху солониной, окороками и свежеиспеченным хлебом. Овечка лезть в ступу отказалась, и посадник обязался доставить ее лично. Агрегат, перегруженный провиантом, пыхтя и заваливаясь на один бок, медленно посунул домой.
  
   Глава 5 Аленкина беда.
  
  -- Сегодня до обеда повторим весь пройденный материал. Затем поспим до
   заката и в путь. - Баба Яга развернула на столе буквари по колдовству.
  -- Рада, мада, када, - и глиняная чашка исчезла со стола.
   Сегодня магические заклинания прямо отскакивали от зубов. Старуха просто умиленно смотрела на прилежного ученика и гладила его по голове, как котенка. После обеда она кинула под голову подушку и свернулась калачиком прямо на лавке. Вовка повесил на плече лук и колчан со стрелами и пошел пострелять шишек. Потренироваться, так сказать.
  -- Цвих-цвих!..
   Стоя метрах в тридцати от высокой старой сосны, мальчик прицельно сбивал шишку за шишкой. Только одна стрела, черкнув по ребристому боку, улетела в сторону. Оставив на месте лук, Вовка пошел ее искать.
  -- Пошел вон, старый лентяй! Все вокруг забито едой, а он: "Не нашел ничего, любимая, пусто вокруг". В голове у тебя пусто. Придешь еще раз с пустыми лапами, будешь ночевать под дуплом.
   Вовка услышал еле уловимый голосок и стал озираться по сторонам. Никого. Между тем ругань не прекращалась. И голоса доносились откуда-то сверху. Мальчик поднял голову и увидел, как две белки сидели возле дупла и, быстро перебирая лапками, оживленно спорили.
  -- Но, дорогая. Я клянусь тебе, что вокруг нету ни одного хорошего гриба.
   Одни мухоморы. Поверь мне, моя златохвостая.
  -- Не верю. Не может такого быть. Грибов здесь много. Вот переночуешь пару раз за дверью, сразу найдутся и грибы, и орехи.
  -- Вот это да!- изумился Ягай. Он никак не мог привыкнуть, что понимает
   разговор зверей. И тут он вспомнил, как каждую ночь бабка что-то шептала ему в уши и терла их руками. Но то, что она так быстро научит понимать его звериный язык, не ожидал...
   Вовка повернул голову и увидел ушастую мордочку зайца, быстро пережевывающего молодые побеги кустарника.
  -- Ходь сюда, ходь сюда. Лисы нет, нет, нет.
   На его призыв выпрыгнула вторая косая и тоже принялась грызть кусты.
  -- Ну, бабуля, ну, чародейка!
   Вовка галопом понесся к избушке, чтобы поделится сногсшибательной новостью. На его удивление, старуха спокойно выслушала его, сдвинула плечами и стала собирать вещи в расстеленный на полу плед. Она буркнула:
   "Значит, сам захотел понять зверей, не было б желания, ходил бы, как чурбан". Мальчик захотел ответить что-то резкое, но, видя с какой тоской Яга собирается, замолчал и до самого вечера тихо просидел у печки. Яга наконец собрала свой нехитрый скарб и обвела взглядом родные стены.
  -- Ну, вот и все. Двести лет как один день. Ладно, не будем грустить. Сядем на дорожку...Все. Поехали!
   Кот вышел проводить хозяйку, но лезть в ступу наотрез отказался, он прощально мяукнул и спрятался за ноги мальчика.
  -- Оставить рыжего?
  -- Да. Мурзило будет жить со мной.
  -- Как знаешь. Тебе видней.
   Ступа стартовала, и Яга, не оборачиваясь, порулила строго на север.
   За большим озером раскинулись топи и болота. Чащи и буреломы сменялись редколесьем и большими зелеными полянами, усыпанными яркими осенними цветами. Всю дорогу Яга молчала, изредка меняя траекторию полета поворотом метлы в сторону.
   - Сейчас болото перелетим, а там Бурхановка, - глядя куда-то в сторону, молвила она, прерывая затянувшееся молчание. - Переночуем в деревне, а завтра к полудню будем в Ульях, где твое обучение и продолжат другие ведуньи.
   Вскоре, совершив посадку возле десятка изб, аккуратно примостившихся недалеко от большого болота с чистой, почти прозрачной водой, Агафья, - именно так назвал Ягу-наставницу вышедший навстречу крестьянин, попросилась на постой.
   - Конечно-конечно, матушка! - радостно закивал головой мужик. - Паранья! Мотря! Быстро соберите на стол! Гости у нас!
   Войдя в избу и как водиться, по обычаю, отведав хозяйского угощения, Яга с хозяином завели тихий разговор. Их негромкие голоса быстро убаюкали мальчика, и, помимо воли, глаза у него начали слипаться.
   - Агафья, я молодому барину в соседней избе постелю, а мы с тобой погуторим еще малость. Давненько ты у нас не объявлялась.
   Яга согласно кивнула.
   Изба, в которую определили Вовку на ночлег, была немного поменьше размерами и более старая на вид. Хозяйкой оказалась белокурая девчушка с голубыми глазами, лет так одиннадцати. Стоя посреди комнаты, в тусклом свете лучины мальчик заметил на печке еще три головы. Их владельцами оказались две малышки годика по четыре и карапуз. Вся эта компания с огромным интересом изучала гостя.
   - Чего же вы стоите, проходите, гостям мы завсегда рады. Я вам здесь на лавке постелю, рядом с печкой: и тепло, и не жарко.
   Говоря это, хозяйка с деловитым видом расстелила кожух не лавке.
   Немного потоптавшись на месте, ученик побормотал, чтобы о нем не беспокоились:
   - Я пока спать не буду, пойду немного подышу воздухом.
   Устроившись на завалинке, он задумался. Мысли снова потекли в привычном русле. Как там бабушка Валя? Только бы она не очень волновалась. У нее слабое сердце. Что сейчас делает мама? Наверное, ругает отца, что тот настоял, чтобы сын провел лето на даче, а во как обернулось... У Вовки на этот счет были свои надежды. Ведь во всех фантастических книгах путешественники во времени возвращаются в тот день и час, из которого они начали перемещение. Значит, и с ним такое может произойти! Но когда он заговорил об этом с наставницей, та ему ответила, что того не может быть, хотя искажение временного пространства возможно. Короче, если он и попадет домой, то промежуток межу его исчезновением и возвращением составит от одного до шести месяцев.
   Все чаще мальчик задумывался над тем, что происходит с ним сейчас и удивлялся. Прошло совсем мало времени с момента его появления тут, а тихий, незаметный, безобидный "Пончик",- как его дразнили в школе и во дворе, - совершенно изменился. Последнюю неделю Яга все время его чихвостила за острый язык. Это его-то, тихоню, у которого и огрызнуться не выходило никогда. Постепенно исчезла привычка выжидать и не вмешиваться. Здесь надеяться не на кого, все делаешь сам. А еще чаще отвечать должен не только за себя, но и за других, которые смотрят на тебя, как на последнюю надежду. Откуда у него, любителя потянуть резину, решателя дел со скоростью черепахи, возникало желание как можно быстрее устранить любые проблемы, даже самые сложные задачи обязательно доводить до конца? Хорошо ли это? Плохо ли? В этом он еще до конца не разобрался. Что ждет его дальше? Чему и как будут учить его в этих знаменитых Ульях?
   Чье-то усердное пыхтение вернуло его к реальности. Белокурая хозяйка стояла перед ним, переступая с ноги на ногу, и безжалостно теребила в руках платок. Заметив, что на нее наконец обратили внимание, девчонка громко вдохнула побольше воздуха, будто собираясь нырять на 3-метровую глубину, и дрожащим голосом спросила:
   - Вы в правду Ягай?
   - Да. - кивнул Вовка.- А тебя, хозяюшка, как звать? - спросил он, по-взрослому хмуря брови.
   - Аленка.
   - Тебя что, тоже на воздух потянуло? Или спросить о чем хочешь?
   - Хочу! Вы, ведуны, много чего знаете, может, скажешь, зима холодная будет или нет?
   - Холодная, морозная и снежная. Ты ведь и без меня это знаешь!
   - Знаю, - согласилась она. - Я так, для разговора спросила. У нас в деревне давно никого не было. Хотелось поговорить, узнать, что в свете делается?
   - Это не ко мне. Сам недавно здесь появился. Все знания от Агафьи и Филимона почерпнул. Да и то все про воинское искусство да чародейство. Первое тебе, девченке, не интересно, а про второе говорить не имею права. Ты лучше сама расскажи, почему одна с малышами в избе? Где твои родители?
   - А что говорить-то. Родители наши прошлой весной умерли. Отец в соседнее село на ярмарку поехал. Он у нас кузнецом был. Товары на продажу повез, и мать с собой взял в помощь. А через неделю их в лесу нашли мертвых и ни денег, ни телеги, ни товаров. Ограбили и убили лиходеи лесные. Я старшая, вот и веду хозяйство. Ксюше и Варе по три годка, Степке пять скоро. Вот так и живем. На старосту нам грех жаловаться: всегда и всем чем может помогает. У нас потребности маленькие, только жаль, что Машку в этом году придется на мясо забить. - Аленка пригорюнилась, по щекам потекли слезы.
   - Машка - это кто?
   - Пеструха наша, корова. Она у нас единственная кормилица осталась после родителей. Все эти годы только благодаря ей и спасались.
   - Так чего же тогда на мясо? - удивился мальчик.
   - Неурожай в этом году. Всю скотину свели вместе в один сарай и порешили: оставить только самых сильных, а остальных на мясо. У Феклы корова молодая, ее и еще четырех, которые больше молока дают, решили оставить, а остальных мы зиму не прокормим. - девочка опустила глаза и на ситцевое платьице закапали слезинки, как весенний дождик.
   - А сколько надо сена, чтобы прокормить всех? - почему-то испугавшись этих слез спросил Володька.
   - Наверное, стога, величиной с нашу избу, хватило бы. А вы можете такой наколдовать? Я слышала, как тетка Агафья называла вас Ягаем. У нас говорят, что Ягаи всегда наделены особой колдовской силой. Это правда?
   - Не знаю... Наколдовать не получится. Чтобы что-то где-то появилось, надо, чтобы это что-то в другом месте исчезло. Ты ведь сама говоришь, что неурожай. Вот скажи: ты хочешь какую-нибудь соседнюю деревню оставить без корма?
   - Нет, - удрученно кивнула Аленка и только высохшее от слез лицо снова стало мокрым.
   Вовка был как не в своей тарелке. Болезненно сжалось сердце. Ведь сам он недавно почувствовал, как плохо жить без родителей, знает как это нелегко. Но, в отличие от этой голубоглазки, своих-то родителей он надеялся еще увидеть. Внутри у него появилось и начало расти новое, раньше никогда не посещавшее его чувство. Он должен, нет, он просто обязан сделать так, чтобы эта малышка больше не плакала. Вот прямо сейчас и должен. Ей нужен стог сена, будет стог! И он его не наколдует, а вырастит! Это ничего, что такое придется делать первый раз. Все в жизни когда-то делается впервые...
   - Не плач, Аленка, я попробую, что-то придумать. Ты иди в хату и ни о чем не беспокойся. Меня скоро не жди.
   Поднявшись с завалинки, мальчик направился к берегу болотца, где, как ему показалось раньше, виднелись скудные островки травы, пожелтевшей под лучами нещадно палившего солнца.
   Оказалось, Вовка не ошибся. Правда, островки были очень невелики, но для его замысла на первых порах и этого было достаточно. Внимательнее присмотревшись к болотцу, он понял, что это не просто пруд, а озеро. Настоящее озеро с чистой пресной водой. Но почему его так запустили? По берегу только недавно начал расти камыш. Дно абсолютно чистое, нет грязи и ила. Единственное, что было не так, водоросли. В приличных озерах они не растут так буйно. Вот тебе и хозяева! Что там Яга говорила о водяных? Домовитые, царство свое в порядке содержат. Ил убирают, воду меняют, растительности подводной и надводной воли не дают и так далее. Да уж, порядочек!
   Ученик немного отвлекся и улыбнулся. Ему всегда было интересно, как это они воду меняют. Вылавливают в тазики всю живность озерную, вместе с водорослями? А потом через трубочку выпускают воду, как из аквариума? И где же они берут другую, чистую? Водопровода и кранов, он здесь, не встречал.
   - Так, ладно, не отвлекаться. - сам себе приказал Вова.
   Выбрав островок позеленее, он прилег на спину и, привычно закрыв глаза, мысленно позвал: "Эй, стебельки и лепесточки! Вы - сыны Земли и дочки. Я - Хозяин леса ваш. Помогите мне сейчас!".
   - О, а тебя сюда каким ветром занесло? Давненько у нас Хозяева не появлялись, - раздалось в ответ.
   - Откуда и куда - то не ваша забота. А раз зову, значит, нужда есть.- стараясь как можно точнее скопировать говорок наставницы, ответил Вовка.
   - Ладно-ладно. - примирительно протянули стебельки. - В чем нужда, чего от нас хочешь-то?
   - Мне стог сена нужен и прямо сейчас.
   - Э не, батенька, так не пойдет. Ты голую землю вокруг нас видел? Так вот в ней наши сестрички не проросшие лежат. Все вместе мы бы тебе смогли помочь, а так нас мало, к тому же мы еще не выросли, стричься рано. Вот недельки через две и приходи. Стога из нас не получится, но стричься все одно пора будет.
   - Это чего ж сестрички ваши не проросли? Совсем слабые?
   - Ты их не оскорбляй! Не их то вина. Солнце, благослови его Жизнь, все лето, видишь, как жарит, а водяной наш, жмот булькающий, воду зажал. Того, что с дождем последним пролилось, только нам и хватило. Сестрички пить не стали, нам отдали. Вот поэтому мы над землей, а они под.
   - И как это водяной воду зажал?
   - Так гляди, видишь? Он камышом и осокой озеро загородил по берегу, его работа. Они мешают земле воду впитывать, вот к нам она и не попадает.
   - А если я вас сейчас напою и свою силу для роста дам? Сестрички ваши прорасти и созреть смогут?
   - Тогда другой разговор, - зашелестела трава,- только сил у тебя, боюсь, не хватит. Дождь вызвать большой, тучу от моря пригнать - твоих сил в аккурат, а прорастить нас - это тебе сутки отоспаться надо да восстановиться. Своих силенок у нас мало.
   Ягай задумался. Правы, черти. А если...
   - Давай так, - после недолгих раздумий решил мальчик,- я тучу с моря гнать и большой дождь делать не буду. Он прольется только над поляной. Воду же для полива в озере возьму. Вон слева тучку видите? Чтоб напиться такого размерчика хватит?
   - Такой хватит. Только водяной разозлится, что в его озере воду берут. Как бы худа не вышло.
   - Нормально! Водяного тоже беру на себя. Только как мне вас потом стричь? Косы нет, да и косить я толком не умею.
   - "Парикмахеров" вызови, ты же Хозяин.
   - Каких еще парикмахеров? Что вы мне голову морочите! Разве здесь такие водятся? Кто это такие?
   - Мыши полевые, они нам завсегда прическу делают. Кликнешь царицу ихнюю, да и прикажешь. Только вот...
   - Еще не все? Чем порадуете?
   - Ноне царица у мышей ... не очень. Старая - та свои обязанности четко блюла, а эта - то спит, то ванны из росы принимает, массажи всякие. Мы с ней, почитай, уже год как не встречались. Через дворецкого ейного связь держим. Его кажись, Миттельшмухером кличут.
   - Все? Больше ничем удивлять не будете? Тогда за дело. Информацию я получил. Проблемы будем решать по мере их возникновения. Первым делом - дождь.
   Вовка встал с травы и забормотал заклинание:

Веревочка волшебная не рвется, не кончается.

В руках моих, послушная, в миг этот появляется.

   Явившийся моток веревки был тонок и прозрачен, как леска. Один конец мальчик намотал на руку, и, указав на тучку, скомандовал другому, как учила его Яга: "Взять!".
   Весело повизгивая, веревка унеслась в небо. Обернувшись несколько раз вокруг облака, она застыла. О том, что облако поймано, Ягаю сообщило троекратное подергивание другого конца.
   - Ко мне!
   Через несколько минут перед носом мальчика покачивалось белое пушистое облако подходящего размера. Держа будущую тучу, словно воздушный шарик на веревочке, Вовка начал раскручивать свое импровизированное лассо. Точный бросок - и облако, упав в озеро у дальнего берега, закачалось на водной глади. Со слабым бульканьем, точно губка, наполняясь влагой, оно постепенно погрузилось на дно.
   - Место!!! - послышалась новая команда.
   Туча со скоростью звука пронеслась по дну и, вылетев из озера, поднялась в небо и застыла над головой. Из нее полился проливной дождь, неся с собой долгожданную живительную влагу. Привязав чудо-веревку к дереву, чтобы тучу не снесло ветром, ученик, стоя под струями этого рукотворного дождя, стал ждать.
   - Кто посмел?! Какая мерзость здесь куролесит?! Утоплю!!! Разорву! Изничтожу!!!
   С душераздирающим криком над поверхностью воды появилась тучная фигура, обмотанная водорослями. Голос звучал приглушенно и неприятно. Чем-то напоминал бульканье, переходящее в похрюкивание. Гримаса недовольства исказила и без того непривлекательные черты лица. Глаза, горевшие гневом, были прозрачными с маленькими синими точками вместо зрачков.
   Сперва Вовка немного растерялся, но быстро придя в себя, громко заговорил:
   - Здравствуй, здравствуй смотритель озера! А я уже и ждать устал. Все гадаю, когда ты появишься. Гости у ворот, а хозяин и не чешется.
   И припомнив, что рассказывала трава об этом грозном водяном, рявкнул:
   - Ну, вылазь, чего застыл! Много себе позволяешь! Давай бегом, поклонись и отрекомендуйся Хозяину леса!
   Вконец обалдевший Водяной даже перестал держаться руками за бок, из которого сквозь бледно-голубые пальцы, сочилась синяя жидкость. "Наверное, кровь", - подумал мальчик. Это выходит, облако его по дну хорошенько поелозило. В принципе, так ему и надо. Не жалко.
   Глаза озерного владыки вдруг засветились в ночи, как две синие лампочки.
  -- Ах ты, сопляк! Щенок безродный! Ты кому указываешь? С кем
   разговариваешь? Хозяин леса ...! Да в гробу я видел таких хозяев. Погодь, щас выпорю, как следует, и дуй в свои леса хозяйничать дальше.
   В тот же час вода в озере начала медленно подниматься, образовывая огромную волну. Водяной восседал на ее гребне и продолжал кричать. И тут Вовка увидел, как пробивая ярким свечением толщу воды, со дна озера поднимался какой-то предмет. Через секунду в руках разгневанного владыки красовался здоровенный трезубец, освещая всю прибрежную территорию зеленоватым магическим сиянием. Водяной принял гордую царственную осанку. Водоросли вокруг его тела распрямились и теперь напоминали плащ или мантию. Вместо короны голову их мокрого величества венчала огромная белая лилия. Ягай начал лихорадочно соображать. Если сейчас это импровизированное цунами рванет на берег, то и от травы с деревьями, и от него самого мокрого места не останется. Хотя, может, место-то мокрым и останется... Что делать? Магия не в счет, в этой науке, видать, его противник посильнее будет. Веревка волшебная занята. Нужна помощь! Ягу звать - долго. Надо что-то неожиданное.
  -- Ха! Ха! Ха!!! - доносилось сверху.
  -- Ну что, вошь лесная! Спеси-то поубавилось. Ты думаешь, со мной просто так справиться? Попробуй! Вторгся в мои владения, оскорбил и ранил меня. И за меньшее уничтожил бы. А теперь не только тебя, но и все в округе разорю. А ты, если выживешь, надолго запомнишь, как в чужие дела соваться.
   "Дрома!", - стрельнуло в мозгу у мальчика. Секундный шепот - и мальчик уже облетал столб воды, разглядывая его сверху. Озерный растерялся, стал непрерывно вертеть головой, пытаясь разглядеть Ягая в ночном небе.
   Мальчик нашарил руками хобот и держа его, как автомат, наперевес, старательно целясь в водяного, толкнул легонько пяткой в бок ушастого друга.
   Плевок - и огненная струя понеслась на противника. Тот прикрылся трезубцем и огонь, наткнувшись на невидимую преграду, отскочил в сторону.
  -- Мало огня, надо намного больше! - пронеслось в голове мальчика.
   Быстро вывернув карманы, он ссыпал на ладонь крошки и весь мелкий мусор и отправил все в хобот Дромы. Животное часто задышало, с шумом втягивая в себя воздух. Завалилось назад и громко чихнуло. Результат превзошел все Вовкины ожидания. Раздался страшный грохот и уже не струя, а стена огня обрушилась на стража озера. Послышалось страшное шипение и все вокруг погрузилось в туман. Когда минут через пятнадцать он развеялся, Ягай увидел спокойную гладь озера. Вроде как ничего и не было. Только на берегу по траве были разбросаны водоросли, и в камышах, поблескивая искрами, как после короткого замыкания, лежал трезубец. Да и само озеро немного обмелело, оголив подводные стебли камыша и осоки.
   - Ну что ж, "Воздушный огнемет", приземляемся.
   Спрыгнув с мохнатой спины Дромы, мальчик нагнулся и осторожно поднял магический предмет. Позади него послышались негромкие всплески. Резко обернувшись, он нацелил свое новое оружие в сторону шума. Медленно рассекая рябь озера, к берегу приближались четыре фигуры, очень напоминавшие его недавнего противника, но поменьше размером.
   - Приветствую Великого Хозяина Леса и нашего спасителя!
   Произносивший это был юн, почти Вовкин ровесник, лет на парочку старше. Рядом с ним бултыхались трое прозрачных мальчишек, молча уставившись на Ягая, которому очень не понравилось такое обращение: уж не вздумали прикольнуться над ним?
  -- Чего-чего? Какого спасителя? У вас что тут цирк или балаган? Один чуть
   не утопил, другой спасителем кличет. Слушайте ребята, у вас сумасшедший дом на каникулы выпустили, или как?
  -- Да нет, дом у нас теперь нормальный и балагана никакого нет, - улыбнулся
   незнакомец. Просто тот, кого ты победил, десять лет назад погубил моего отца, который был Хозяином озера и занял его место. Мы с братом поклялись отомстить, но враг оказался силен и коварен. Брат мой погиб, так и не отомстив, да и любого, кто хоть слово против его воли молвит, Окарст, так звали твоего противника, лютой смерти предавал. Вот и выходит, победив его, ты нас спас от злого и жестокого властелина. А теперь приказывай - и мы с радостью тебе подчинимся! Ты наш спаситель и новый владыка.
   Ягай озадаченно почесал затылок. Царь, спаситель! Это я, что ли? Мама дорогая! Да оно мне надо?
  -- Слушай, тебя как звать?
  -- Власий.
  -- Ты, как я понял, единственный наследник, вот тебе и карты в руки. Слушай и повторяй за мной:
   Я, Власий, законный наследник смотрителя озера. Клянусь соблюдать правила водных смотрителей. Беречь и охранять подводное и надводное царство. Дарить в разумных пределах живительную влагу всему живому на земле. Не жалеть ее для нуждающихся и просящих. Помогать лесу и людям. Наказывать жадность, корыстолюбие и алчность во всех ее проявлениях. Жить в мире и согласии с Хозяевами леса, лешими, гномами и другими силами, управляющими и помогающими всему живому!
   - Клянусь! - последовал торжественный ответ.
   - Забирай свою волшебную вилку и дуй выполнять обещанное, - переходя на более привычную речь, мальчик отдал ему трезубец.
   Сопровождавшие нового водяного юноши радостно зашумели на непонятном языке, упали на колени и принялись усердно стучать лбами о поверхность воды.
   Ошарашенный смотритель озера знаком остановил все действо, еще раз поклонился и удалился со свитой в новое царство.
   Вот только теперь Вовка вспомнил о Дроме. Мальчик, развернувшись, стал шарить руками по всему телу животного: все-таки Яр предупреждал, что втягивать того в драки нельзя. Убедившись, что на его прозрачном друге нет ни царапинки, Ягай отпустил его домой, попросив не рассказывать никому о событиях этой ночи.
   К этому времени дождь прекратился, и пора было заняться сеном. Ложиться на мокрую землю не хотелось. Поэтому он снял сапоги и стал босой на траву, присел и, закрыв глаза, позвал:
  -- Эй! Муравушка, напилась?
  -- А как же! Ну ты, однако, даешь, из-за стога сена в такую передрягу влез! Зачем тебе это надо?
  -- А ты знаешь, как без родителей расти? Я вот своих уже месяц не видел. Очень тяжело. А тут четверо сирот. Им надеяться только на себя надо, а старшей всего одинадцать. Как не помочь? Чтобы подсобить им, и не в такую передрягу я бы полез.
  -- Да не кричи ты так. Ясно все. Приступим. Ты стой и не пугайся.
   Вовка ощутил, как ледяная энергия начала подниматься к ногам и становилось очень холодно. Вот прилило к голове, потом к рукам и туловищу. Он сжал зубы и закрыл глаза, мысленно заставляя траву расти, подниматься повыше.
   Минут через двадцать где-то рядом послышался вздох. Вовка открыл глаза и замер в удивлении: мальчик увидел траву, доходившую ему до пояса. Вот это да! Круто!
  -- Теперь дело за тобой, Хозяин, - возникла в голове мысль - давай мышей организовывать.
  -- Подожди мышей, а как потом скошенную траву сушить? Мне ведь сухой стог сена нужен, - возразил Вовка.
  -- Ох-хо-хо-хо! Неуч ты, а не Хозяин. Мыши все пусть в скирду снесут, а ты потом с буяном- ветром договоришься. Для него тут делов на десять минут. Да и это не работа для него , а удовольствие.
  

Глава 6. Барби отдыхает...

  -- Надо торопиться ,- подумал ученик, глядя на небо, - часа через три светать начнет.
   И прошептал заклинание:

Мышки в поле приходили,

Королеву приводили,

Тут работу получали,

Хозяина выручали.

   Тот же час где-то под ногами раздался писк:
  -- Чего изволите, Ваше благородие?
   Присев на землю, мальчик увидел острую мордочку, вопросительно глядящую на него очень подвижными глазками.
  -- Ты кто же такой будешь?
  -- О, какая честь для меня, - восхитилась мордочка, - его сиятельство желает знать имя ничтожнейшего из его подданных! Миттельшмухер - к услугам его светлости.
  -- А, ну да! - вспомнил Вовка, - это, наверное, и есть тот дворецкий, про которого стебельки говорили. - Мое сиятельство желает лицезреть вашу королеву.
  -- Прошу великодушно простить, мне поручено выполнять любое Ваше желание. Ее величество сейчас не может с вами встретиться. Захворала она.
  -- И чем же захворала? Может могу чем-то помочь. Я в лечении-то классно рублю. Самой Агафьей обучен.
  -- Нет, нет, не надо никого рубить! Болезнь не страшная, но очень мучительная. Ее величество страдает мигренью.
   Вспомнив, что не раз слышал это название от матери, которая так называла головную боль, мальчик кивнул.
  -- Ну, хорошо. Мне надо подстричь всю эту лужайку, а срезанную траву сложить в скирду вон у тех деревьев.
   Миттельшмухер испуганно сглотнул и опять затараторил:
  -- Видите ли, Ваше сиятельство, я сделаю все, что в моих силах. А на когда Вам необходим стог?
  -- Через час.
  -- Нижайше прошу меня простить, но стог может быть готов только после завтра.
  -- Как после завтра? - растерялся Ягай, - он мне нужен через час. А почему так долго?
  -- Ну, видите ли, я могу распоряжаться только теми работниками, которые находятся в столице. Даже если они будут работать без сна и отдыха, то Ваш заказ будет готов только послезавтра.
  -- А если вызвать помощь из других ваших городов?
  -- Я могу послать гонцов, но пока те прибудут, пока все соберутся, опять таки наступит послезавтра.
  -- Послушай, канцлер, ты что-то не договариваешь. Трава мне врать не будет. Раз сказала, что вы сможете, то я ей больше доверяю. Давай без взаимных вежливостей и комплиментов. Есть возможность сделать работу за час?
  -- Да, - поникшим голосом ответила мордочка.
  -- Как? -продолжал наступать Вовка.
  -- Да Господи, очень просто, - в сердцах начал Мительшмухер - наша королева, она не только по праву рождения владычица мышей. Весь ее род обладает магической силой. Ее боятся. Уважают и любят. А сила ее в том, что любого или любых подданных, если она хочет их видеть, она может явить перед свои ясные очи. Причем абсолютно не важно, где они сейчас находятся. Вот и получается, что если переместить сюда работников из четырех ближайших городов, то через час у Вашей светлости будет стог.
  -- В таком случае, немедленно зови сюда свои повелительницу. И передай: если через три минуты ее не будет.....!
   Мордочка с убитым видом вильнула хвостом и исчезла. Мальчик задумался. Если угрожать королеве при поданных, от нее ничего не добьешься. Как там дед говаривал: с женщинами лучше лаской, терпением и добротой. "Что ж, - тяжело вздохнул ученик, - будем уговаривать".
  -- Ну, великий Хозяин леса, вот и я, что надобно?
   Раздражения в голосе владычица мышей даже не скрывала.
   Вовка широко улыбнулся и отвесил поклон вновь прибывшей.То, что перед ним девчонка, вернее сказать, мышь женского пола, сразу бросалось в глаза.
   Маленькая, с очень тонкой ,как для грызуна, талией, шерсть отливала красноватым цветом и пахла земляникой. Длинные ресницы, огромные глаза, тоненький изящный носик. Коротенькие усики были старательно завиты и симпатично обрамляли губы, выкрашенные в малиновый цвет.
  -- Ваше величество - вы великолепны! - начал Ягай.
   И, заметив, как презрительно скривились губки повелительницы, добавил: - Намного круче, чем Барби и Бритни Спирс вместе взятые, вот только....
   Губки собеседницы разом перестали дуться, ресницы взлетели вверх, завитые усики зашевелились.
  -- Что только? - напряженно выдавила она.
   - Только этот красноватый отлив абсолютно не идет вашей прическе. Да еще пару деталей не хватает для завершения образа.
   В душе мальчик гордился этой фразой. Все-таки не зря он в прошлом месяце целых два часа смотрел мамину любимую передачу про косметику. Там-то он и подцепил эту фразу про образ.
   В это время королева от души ругала своих слуг:
  -- Одна Франсуаза, племянница любимая, правду сказала, и то все на нее ополчились! "Ваше величество - это просто сказка", "Ваше величество, вам так идет!" Да?! Вот я вам сейчас покажу! Из-за вас выгляжу чучелом перед посторонним. Стража!!! Арестовать!!! В горы, в ссылку, на самые тяжелые роботы! Навечно-о-о-о!!!
   Ученик довольно усмехнулся.
  -- Ваше величество, не волнуйтесь вы так. Говорят, от излишнего волнения волосы седеют, усики обвисают и глаза становятся абсолютно бесцветными! - вкрадчиво сказал он.
   Королева застыла на полуслове. Перспектива стать белой и обвисшей ее явно не устраивала.
  -- Тем более, - продолжал Вовка, - что все это дело наживное. Сейчас в Европе все помешались на блондинках, джинсах и коротких маечках.
   Выражения лица их величества после услышанного невозможно было передать словами. Открытый ротик, восхищено блестящие глаза, лапки, молитвенно сложенные на груди.
  -- Если хотите, могу помочь с этими новшествами, но, к сожалению, только не сейчас.
  -- Как не сейчас, Хозяин леса? Вы желаете моей смерти. Нет, я это не переживу! Сначала мои слуги, теперь Вы. Ах, мое сердце! О, как больно! Я умираю! И в этом виновны вы все. Жестокие и бессердечные. А я ведь так молода! Моя смерть будет и на вашей совести, господин Хозяин!
   Она демонстративно схватилась за грудь и упала в подставленное сзади мягкое кресло.
   Мальчик дождался окончания монолога. Еще папа учил: артистов нельзя прерывать, это не вежливо.
  -- Зачем же умирать? Сейчас мне нужен стог сена. На покос уйдет, - он огляделся, - часа три-четыре. Потом отдохну, и все сделаю для Вас.
  -- Три-четыре часа! Да еще отдых!! Вы застанете мой остывший труп. Сено!!! - она три раза хлопнула в ладоши и что-то пробормотала.
   Затем, встав с кресла, громко сказала:
  -- Подданные мои верные! Желаю, чтобы через час вон там лежал стог сена, а трава была вся подстрижена, как положено.
   Вовке приходилось видеть в лесу муравейник, где кипела работа, и каждый был занят своим делом. Но муравейник из серых работников он видел впервые. Это зрелище впечатляло. Не было беспорядка. Каждый знал, кому он подчинялся и выполнял свою работу. Не прошло и двух минут, как участок в квадратный метр был ровно подстрижен. Высота оставшейся травы не превышала пяти сантиметров и ни одной травинки не было выше или ниже.
  -- Милостивый государь э.... Как-то невежливо со стороны джентльмена не представиться даме. - услышал Ягай знакомый голосок.
  -- Прошу прощения. Меня зовут Владимир.
  -- Очень приятно, королева Энжа Седьмая Прекраснейшая! - величественно отрекомендовалась мышь. - Раз мы решили ваши проблемы, ничто не мешает вернуться к новаторствам в мире моды.
  -- Хорошо, -согласился ученик, - у Вас есть парикмахер и портной?
  -- Да.
  -- Давайте их сюда.
   Перед Вовкой, вытянувшись во фронт, как заправской военный, появилась мышь.
   Порывшись в поясной сумке, Ягай вытащил пузырек желтого и красного цвета.
  -- Сюда, - объяснил он парикмахеру, показывая желтый настой, - соберешь пыльцу ромашек и тщательно перемешаешь, чтобы не было комочков, а в красную жидкость, - давал поручения мальчик появившемуся помощнику, - соберешь хвойную смолу и так же перемешаешь.
   В это время на холме по приказу любительницы мод разбили королевский шатер.
   Теперь с портным.
  -- Брюки шить умеешь? - грозно спросил Вовка мелко дрожавшую мышь с сантиметром на шее и кучей иголок в подушечке на груди.
  -- Да, Ваше сиятельство!
  -- Рисуй.
   Пять минут, и они оба склонились над эскизом.
  -- Нет, - поучал Вовка, одновременно вспоминая, как выглядели джинсы его одноклассниц, - здесь уже, а тут клеш.
  -- Прошу прощения, клеш это что? - подал голосок портной.
  -- Широкое место внизу брюк. Теперь сюда карман, вот так прямо сверху. Пояс убираем, брюки должны быть чуть приспущены. Сбоку такую полосочку пристрочить. Ага, вроде все. Нет! Стоп! У вас герб имеется?
  -- Конечно, ваша милость, как же без герба-то.
  -- Вот здесь на кармане должен быть вышит герб. Все ясно?
  -- Так точно!
  -- Теперь майку, - процедура повторилась по-новой.
   Когда мальчик убедился, что все указания понятны, он напомнил:
  -- Брюки должны быть хлопковые и выкрашены в голубой цвет, а майка - легкая, белого или кремового цвета.
   Портной моментально исчез, а на его месте возник груженный полными наперстками с краской парикмахер. Владимир объяснил ему, что надо делать и тот вслед за королевой удалился в шатер.
   Мальчик стал рассеяно наблюдать за стогом травы, который увеличивался с угрожающей быстротой. Как только истекли последние минуты, появилась хитрая мордочка канцлера и сообщила, что задание выполнено. Вслед за этим распахнулся полог, и перед онемевшими работниками появилась их королева. Впечатление было ошеломляющим. Голубые облегающие джинсы с головокружительными разрезами отлично подчеркивали изящные линии фигуры ее высочества, кремовый топик с цветным гербом, вышитым на груди, прекрасно гармонировал с желтым цветом новой стильной прически "а-ля-Барби". Завершающим штрихом являлись покрытые бледно-розовым лаком коготки, которые никто, при всем желании, не назвал бы когтями. Довольная видом своих обалдевших подданных, она улыбнулась и легким поклоном попрощалась с Вовкой. Мыши удалились вслед за своей королевой.
   Еще пять минут привычного разговора с ветром - и мальчик получил желанный стог сена.
  -- Фу-у-у! - ну и ночка выдалась.
   Ученик ощутил навалившуюся усталость и, не в силах сделать и шага, повалился в стог и мгновенно уснул.
   ...Просыпался он тяжело. Совершенно не выспался. По земле полз туман, от озера тянуло сыростью. Вроде еще рано вставать. Что же его разбудило? Осторожно приоткрыв глаз, он осмотрелся. Ничего.
  -- ... Нет, матушка! Ты меня не отговоришь! - услышал он едва различимый голос.
  -- Я не для славы своей, а ради дела. Оглянись вокруг. ... да нет, матушка, я образно. Что твориться? Кто-то народ против нас, хомяков, настраивает. За деньги зверье лесное губит. Неспроста это. Ты знаешь. Я - воин. Первый среди нашего народа. Пойду за ним. Глянь, какую круговерть из-за стога устроил. Сердце доброе, справедлив. Юн и неопытен. Нельзя, чтобы сгинул.
  -- - Кровинушка ты моя, какой же ты защитник для него, здороведла такого? Что ты, дитятко. Как сможешь оборонить? Одумайся. Останься с нами. Не ему - нам твоя воинская удаль потребуется.
  -- Перестань, матушка, слезы лить. Вон брат Лаштан сменит на троне отца, он мудр и опытен. Горнис еще мал, ему твоя забота и ласка нужнее. А я?.. А я с этим Хозяином пойду. Буду беречь его от напастей и бед. Ведь беспечен-то больно. Один, а чар для охраны не наложил и не спрятался, спит... Ты послушай, храп за версту слышно.
  -- Ничего себе, - подумал Вовка, - это я-то храплю? А кто ж это пищит тут?
   Подожди, и он меня охранять собирается?
   До слуха донеслись звуки прощальных поцелуев, и сено зашевелилось. Смешно разгребая маленькими лапками сухие стебельки, на свет появился ... хомяк. Настоящий. Коричневый, с большими белыми пятнами. Смешно шевеля усиками, он пыхтел и выбирался на поверхность.
   Вовке огромного труда стоило не засмеяться такому грозному защитнику в глаза. Уж очень мило выглядел его будущий телохранитель. На голове привязана металлическая пластина, что-то подобное мальчик видел в китайских фильмах про кун-фу. Тело маленького прикрывал сделанный из коры нагрудник. В лапах он сжимал ровную отшлифованную щепку, на конце которой хищно поблескивала большая "цыганская" игла.
   Прибывший по-хозяйски оглядел Ягая, снял со щепки иголку, аккуратно залепил оба ее конца смолой и сунул за спину. Вовка героически сдерживал смех, но когда непрошенный охранник полез ему за пазуху, щекоча его усами и лапками, мальчик не выдержал. Громкий хохот, чем-то отдаленно напоминавший лошадиное ржание, огласил округу. Хомяк замер лишь на секунду, после чего Ягай услышал его недовольный писк. Когда вволю насмеявшись и выслушав в свой адрес много "эпитетов" мальчик успокоился, они смогли познакомиться.
   Разговор был продолжительным. Вовка узнал много нового. Хомяка зовут Бончь. Он средний сын хомячьего царя, лучший воин племени и сорвиголова. Еще в детстве ему было предсказано, что он станет самым знаменитым среди хомяков благодаря тому, что возьмется охранять величайшего чародея всех времен и народов. Вместе с этим чародеем они повергнут в прах злых богов, отведут многие горести и напасти от рода людского, верно и преданно будут защищать слабых и убогих как людей, так и лесных жителей. Почему-то Бончь решил, что мальчик именно тот величайший чародей. Все заверения в обратном ни к чему не привели. Хомяк уперся и никуда от Вовки уходить не собирался. На том и порешили - дальше летят вместе!
  
  

Глава 7. Поселок чародеев.

  
   В тот же день восхищенные крестьяне собрались возле огромного стога сена и удивленно принялись рассматривать луг перед озером. Вчера - пересушенная земля с редкими прожилками зелени, а сегодня - аккуратно постриженный зеленый ковер. Чудеса да и только!
   Вова получил в подарок сияющий, полный благодарной нежности взгляд голубых глаз Аленки, а в наказание - тяжелый, строгий и укоризненный взгляд наставницы. Ему показалось, что та все знает. Может, и не показалось, и она, действительно была в курсе. Во всяком случае, ни одного вопроса от нее он не услышал. Молча позавтракав, стали собираться в путь.
   - Охрану-то свою покормил бы, - усмехаясь, пробурчала Агафья, - лететь еще часа четыре, у него желудок к спине прилипнет от голода.
   Вовка не переставал удивляться: как так получается, что она всегда в курсе происходящего? Положил на блюдечко брынзы, сметаны и орехов, и туда же переместил довольного и улыбающегося Бонча, который был еще тем чревоугодником.
   Отправляясь в дорогу, мальчик отказался лететь в ступе. Он сам не до конца понимал, почему. Толи хотелось проверить, насколько смел его телохранитель, толи произвести еще большее впечатление на Аленку и крестьян, или заработать одобрение и похвалу наставницы, которая до сих пор не ведала, какой способ передвижения он выбрал.
   Прошептав стишок, Ягай, обвитый прозрачным хоботом друга, взгромоздился ему на спину и уже сверху наблюдал за отвисшими челюстями селян и восхищенным взглядом Аленки.
   Наставница, летевшая впереди, только довольно хмыкнула. Однако Вовка успел заметить, как на долю секунды ее глаза округлились от удивления. Для него это было дороже всякой похвалы, высказанной вслух.
   Полет, как говорится, проходил нормально. Но мальчик уже не обращал внимания на красоты, раскинувшиеся внизу. Он был занят разборками с Бончем, который не выказал ни капельки страха. Выбравшись из-за пазухи, хомяк по-хозяйски соорудил из шерсти Дромы себе кровать, улегся и, закинув одну заднюю лапку на другую, громко попискивал. Спор, собственно, затеял тоже он, до глубины души обидевшись, когда Вовка неосторожно назвал его грызуном.
   - Ты кого грызуном назвал? Битюг необразованный. Я - представитель славнейшего из родов Грызлов.
   - Ну и чем грызлы от грызунов отличаются?
   - Ты где наукам обучался? Медведи, бобры, белки и еще много кого - это и есть Грызлы. Да вы, люди, на руках нас носить должны. Кабы не мы, сидели бы и по сей день в пещерах своих в шкуры завернутые. И, заметь, в наши же шкуры. Даже тогда без нас не обошлось бы.
   - Да, в особенности, в твою, - засмеялся мальчик. - Ну конечно, скажи еще, что без каких-то там грызлей и человечество не появилось бы...
   - А ты не смейся. Кто, по-твоему, научил вас грибы и ягоды в пищу употреблять? Медведи. Избы тоже, по-твоему, вы сами строить научились? Дудки. Бобры помогли. Запасы на зиму, чтобы с голоду не помереть, кто из вас додумался делать? Если бы белки над вами не сжалились и не научили. Как думаешь, много бы вас сейчас по свету гуляло? Что, молчишь? Нечем крыть? То-то. Так что будь добр к учителям и спасителям рода человеческого, побольше нам почтения.
   - Слушай, ты, "морская свинка". Может, оно все так и было, как рассказываешь, только не сильно гонорись тут. А то я свою охрану и рассчитать могу. Прямо сейчас. Возьму за шкирку и отпущу в свободный полет. Кто тут Хозяин, я или ты?
   - Ты. - потупился Бонч.
   - Точно я?
   - Точно, - еще тише пробормотал хомяк.
   - Вот и не забывай об этом, а то моду взял спорить с работодателем.
   Молчание длилось не долго. Агафья что-то прокричала, показывая вниз. Оказывается, они уже прилетели. Все еще надутые друзья послушно посмотрели на землю и тут же забыли о всех спорах.
   Внизу, на фоне живописно возвышающихся гор, расположенных на западной стороне, окруженный густым непроходимым лесом на севере и востоке, на берегу небольшой спокойной речушки примостился поселок чародеев.
   Вовка не раз представлял это место, слышал о нем от селян, которые называли его "Ульями". И все время удивлялся: почему ульи? Может, там колдуны летают, как пчелы? Или живут в сотах? Теперь все стало на свои места. Он увидел около десятка пяти-шести-этажных домов с множеством окон и невысоким, но очень широким входом. Может, вблизи они не так похожи на пчелиные ульи, но сверху напоминали именно их. Чуть в стороне примостился какой-то длинный серый барак.
   По лугу то тут, то там виднелись небольшие группы лиственных деревьев. Ближе к лесу был сооружен летний загон для скота, внутри которого паслись коровы и козы. Возле ограды, пытаясь подрыть один из столбов, громко хрюкали толстые свиньи, вокруг которых копошилась стайка розовых поросят. У реки под огромным вековым дубом рядком стояли с два десятка пней.
   Посадка и встреча прошли вполне успешно. Большинство встречавших были явно пенсионного возраста. К немалому Вовкиному удивлению, кроме трех старых гномов, как две капли воды походивших на его учителя боевых искусств, все остальное население были женщины. Только подойдя к бараку, мальчик увидел своих сверстников. Те явно жили особняком, однако впечатлений и так хватало, поэтому удивляться он не стал. Агафья представила его двум старушкам, Федоре и Анфисе, добавив, что первый этап обучения он прошел успешно.
   - Вот, - Вовка, обратилась она к мальчику, - дальнейшим твоим обучением займутся эти уважаемые ведуньи, не подведи меня, я за тебя поручилась. Будешь заниматься, как и все испытуемые, и жить вместе с ними. - она кивнула на барак. - Теперь мы с тобой видеться будем не так часто, времени не баловство у тебя не будет. Удачи тебе, и не забывай старушку Агафью. - с этими словами она развернулась и, продолжая что-то обсуждать с новыми учителями, удалилась в один из пятиэтажных "ульев".
   Вовкиными соседями оказались семь девчонок немного младше его и двое ребят: один его возраста, а другой на год старше. Сверстники всегда быстро находят общий язык, и наши герои не стали исключением. Через десять минут они вели себя так, как будто знали друг друга с рождения.
   На удивление, обучение Вовке понравилось. По правде, его в дрожь бросало, как только он представлял себе класс, нудный и монотонный голос учителя, постоянные домашние задания и т.д. Однако все оказалось совсем не так. Сначала с ним долго беседовала Федора вроде ни о чем и обо всем сразу. Мальчик сразу почувствовал, что с ним разговаривают как с равным. Он отвечал на вопросы легко и именно так, как думал. По окончании разговора Федора перекинулась парой фраз с Анфисой, и обучение началось.
   Уроки проводились под большим дубом, дети, сидя на пнях, внимательно слушали учителей. В любой момент можно было задать любой вопрос и всегда получить на него исчерпывающий ответ. Все, что рассказывали учителя, они тут же показывали на практике. Любой ученик мог попробовать повторить, и если с первого раза не получилось, никто не кричал, все старались помочь, как могли.
   Единственное, что Вовку неприятно удивило - не на всех занятиях присутствовали все ученики. Когда у одних были занятия по колдовству под дубом, наш Ягай с еще несколькими учениками занимался пробежками, плаваньем, одним словом физкультурой. Когда он со своими друзьями занимался чародейством, другие выполняли физические упражнения. Он спросил у Анфисы, почему.
   - Понимаешь, нет смысла впихивать в сосуд, то, что туда не лезет, - просто ответила та. - Если у тебя нет склонности к физике или превращениям по твоему характеру, то ты их полноценно и не будешь знать. Поэтому нет смысла ломать характер и пытаться научить этому. Мы стараемся обучить вас тому, к чему у вас есть предрасположенность, а не впихивать в вас все подряд.
   ...Так пролетело пять дней.
  
  

Глава 8. Люди в черном.

   Утро шестого дня началось со звуков сигнальных горнов. Вовка вскочил с медвежьей шкуры, служившей ему постелью, и выглянул в окно. Посредине поляны гарцевали три лошади с грозными невозмутимыми всадниками. К ним со всех сторон бежали Ягушки. Вовка, экономя время, выпрыгнул через окно и помчался к гонцам. То, что это были гонцы, он определил по белому платку, привязанному к наконечнику копья.
  -- Кто это? Что случилось? - спрашивал возбужденно Ягай у старушек.
  -- Послы от царя Вакара. - объяснила появившаяся откуда-то Агафья и
   поволокла мальчика поближе к всадникам. Самый старый и самый важный гонец слез с лошади и с поклоном протянул Авдотье скрепленный восковыми печатями свиток. Пока верховная ведунья срывала печати, Вовка умудрился, протиснутся к ней поближе.
   На золотисто-белом куске пергамента каллиграфическим почерком было начертано следующее послание:

"Хозяйкам Леса - защитницам матушки земли и сестрицам природы, хранительницам древних знаний, с уважительным поклоном царь Вакар.

Довожу до вашего сведенья, что через три дня, аккурат в четверг, состоится очередной рыцарский турнир во славу "Азбуки добра".

С нетерпением ждем от вас прибытия судьи.

На этом и заканчиваю.

Долгих столетий жизни и здоровья.

Самодержец и богопомазанный властелин города Лебедина

Царь Вакар 111."

  -- Вот это да! Настоящий рыцарский турнир? Это что, правда?
   Вовка запрыгал возле Ежек, пытаясь разглядеть свиток с аксельбантами и сургучевой печатью.
  -- Чистейшая правда. - прокомментировала Дубчина. - Турнир классный. Я
   сама один раз там была. Понравилось ... Эх! Кабы по протоколу разрешалось женщинам участвовать, я бы такого шороху там навела...
  -- Помолчала бы, Дубчина. - перебила ее Агафья. Во- первых, там не лопухи
   сражаются, а лучшие рыцари востока и запада. А во-вторых, ведуньям, колдунам и чародеям участвовать в турнире запрещено.
   Бабуля хотела еще что-то добавить, но Хозяйки прекратили обсуждение послания, и слово взяла Авдотья:
  -- Ну, что сказать? Турнир - дело очень ответственное. И кому же как не
   Агафье его судить. Тем более, что на последние десять турниров в город летала она. Агафье вникать по-новому не надо, все давно знакомо и понятно. Так ведь, уважаемая?
   Бабуля кивнула, и на этом вопрос был исчерпан.
   Ведьмы разбрелись по своим делам, а старая наставница принялась готовиться к путешествию. Бедный Володька не знал с чего начать:
  -- Бабуль! А на турнире опасно?
  -- Не очень.
  -- Ну, все равно, наверное, трудно. Проследить за всем, за порядком
   усмотреть... Я бы сам не справился, обязательно помощника взял бы с собой...
   Агафья наконец не выдержала:
  -- Ну, чего ты хочешь? Со мной полететь? Так и скажи...
   У мальчика от волнения окаменел язык, и он только смог быстро-быстро закивать головой. Ведьма грозно сдвинула брови.
  -- Хорошо. Но с условием. От меня не на шаг. Ни во что не вмешиваться, не
   колдовать, драки не затевать.
  -- Я понял, понял. Без Вашего разрешения не буду дышать, смотреть, пить,
   кушать, спать, разговаривать.
   Счастливый Вовка был готов на все условия, лишь бы увидеть настоящий рыцарский турнир.
   Все ведуньи были заняты работой, и провожать в дорогу пришла одна Авдотья. Вовка стоял как именинник. Он ели сдерживался, чтобы не вызвать Дрому и первому не стартовать. Наконец хозяйки переговорили, обменялись любезностями и Агафья, кряхтя, полезла в агрегат.
   Пришла Вовкина очередь шептать стих. Он пошевелил губами и тут же взвыл от боли. Толстый Дрома при появлении больно наступил ему на ногу. Z-8 похрюкал, прося у Ягая прощения, и энергично зашуршал крыльями.
   Агафья, этот гонщик "Формулы-1" по-призванию, уже далеко рванула вперед, и Вовке пришлось догонять ее, ускоряя Дрому пинком пятки в бок.
   Летели молча. Агафья зажала метлу под мышку и свободными руками щелкала семечки. Ученик дрессировал Z-8 в полете. Но когда летуны вошли в мертвую петлю, подпруга на седле не выдержала перегрузок и лопнула. Теперь уже в пике вошел сам Ягай. Дрома успел только фыркнуть, зато Агафья рассыпав все семечки, ринулась вниз и поймала Вовку за шиворот почти у самой земли. Она сразу выдала ему внушительный подзатыльник и закинула на спину мохнатому слоненку, телепатически угадав траекторию броска. Мальчик летел дальше тихий, смирный и пристыженный. Но через время рассматривать однообразный пейзаж стало скучно, и он пристал с расспросами к наставнице. Яга, злая за семечки, молчала, но затем постепенно разговорилась.
   Турнир во славу "Азбуки Добра" основал пра-пра-пра-дед царя Вакара. Он по молодости рассорился со всеми своими братьями. И пошла гулять по русской земле вражда, зло и разные беды. Первыми не выдержали этого женщины и девушки, провожавшие своих мужей и женихов на многочисленные войны. Собрались они все вместе и соткали из трав, цветов и листьев страницы книги. А буквами из слез написали, каким должен быть мир. Старая Хозяйка леса наделила книгу великой силой, которая состояла из нежных мыслей, материнской заботы и всепобеждающей любви. Любой, кто открывал ее, не мог больше не то чтобы творить зло или участвовать в недобром деле, а даже ругаться и произносить лож. И отправили Хозяйки книгу эту на поле бранное. И открыв ее, устыдились мужи и вместе с князьями да воеводами своими отправились по домам. Вот тогда и настали благословенные годы мира и любви. А книга не только войну прекратила, а и любого злодея, открывшего ее, в праведника превратить может. Потому-то и боятся ее и ненавидят недруги земли русской.
   Предок Вакара поместил книгу-спасительницу в специально выстроенную башню. И в память о тех событиях царь устраивает каждые пять лет рыцарский турнир. Рубятся там витязи без крови, а после, обнявшись по-братски, уходят пировать. Награда победителю - золотая копия "Азбуки Добра". Но, чтобы не было обмана и колдовства среди рыцарей, на турнир всегда приглашалась Баба-Яга.
   Вовка слушал Хозяйку, раскрыв рот и почти не дыша. Ему хотелось поскорее попасть в город.
  -- Темнеет, - заметила Яга. - Не поспеем к ночи в город долететь.
  -- Ничего страшного. Сделаем посадку где-нибудь на площади.
  -- Я что самоубийца? У Вакара стража на стенах выдрессированная и шустрая.
   Примет нас за дракона - пиши-пропало. Из катапульты как сыпанут камнями - костей не соберем.
   Агафья свесила голову вниз, внимательно осматривая мелькающую местность:
  -- Вон за перелеском у дороги трактир стоит. Там и заночуем.
   Вовка хотел возразить, но, услышав, как устало дышит Дрома, порулил на посадку.
   На перекрестке двух дорог стоял большой деревянный дом, огороженный высоким частоколом. Чародеи припарковались у самых ворот. От долгого перелета занемели ноги и ныла спина. И еще хотелось и кушать. И не только Вовке. У старухи, несмотря на преклонный возраст, был-таки волчий аппетит. Агафья время терять не собиралась и замолотила кулаком по воротам. В ответ на это за воротами загремела цепь, и залаяли псы. Яга продолжала лупить по воротам уже ногами. Наконец заскрипели давно несмазанные ворота, и взгляд Ягая уперся в белую рубаху. Он поднял голову и увидел лицо громадного парня. Каплоухого, конопатого, с бесхитростной детской улыбкой.
   - Милости просим, гости дорогие! Давно не видел вас, Бабушка.
  -- Здорово, Ванюша! А ты все, вижу, растешь и растешь. Скоро в двери войти не сможешь.
   Конопатый великан весело засмеялся и с поклоном пригласил зайти в трактир.
   - Ступу занеси под навес, вдруг дождь, - попросила Яга.
   Ванька кивнул, поднял, как перышко, тяжеленную ступу и понес ее под навес, где стояли кони. Вовка взял узду и потянул Дрому вслед за сыном трактирщика. Z-8 почуял запах овса и прожогом кинулся к яслям. Явно проголодавшийся, Дрома сбил Ягая с ног и поволок его вслед за собой. Ванюша увидел, как за ним летит по земле мальчик, и отпустил со страха ступу себе на ногу. Прозрачный драконо-мамонт сбил Ваньку, добрался, наконец, до ясел и захрустел овсом на весь двор. На шум и крики из дома выбежал трактирщик, держа в руках кочергу. Он удивленно переводил взгляд то на стонущего сына, то на охающего Вовку и заливающуюся смехом Бабу-Ягу.
   Трактирщик, дядя Захар, жутко обрадовался бабуле. От радости он не знал, куда ее усадить. Вскоре возле гостей бегала вся многочисленная родня Захара. Жена грела ужин, дочки стелили чистую постель, Ванюша , гремя пустыми кувшинами, летел в погреб за квасом.
   Вовка с интересом осматривал средневековую гостиницу. Большая, широкая комната с пылающим очагом в углу. Десяток столов со скамейками и чучело медведя в углу. Косолапый стоял как живой, сжимая в одной лапе глиняный кубок, в другой муляж вяленого леща. Посетителей было много. Бродячие скоморохи, кочующие от ярмарки к ярмарке, крестьяне, коробейники и двое дородных попов с массивными крестами на шеях. На Ягу смотрели кто с опаской, кто с плохо скрываемой ненавистью.
  -- Кроме дяди Захара, вас мало кто любит,- заметил Ягай.
  -- Я с ними целоваться не собираюсь. Я их не трогаю, они меня, - философски заметила Агафья, принимаясь за ужин.
  -- Не желает уважаемая хозяйка леса отведать моей сливовой наливки? - услужливо предложил трактирщик.
  -- Тащи. А моему спутнику прикажи подать корчагу холодного кваса.
   Дядя Захар поставил на поднос стеклянную рюмку с красно-лиловой наливкой, запотевшую кружку с квасом и, осторожно лавируя между столиками, сам понес его к гостям. Из дальнего столика поднялись двое гостей в черных плащах с накинутыми на голову капюшонами. Один из них, пьяно пошатываясь, пошел на выход и уже у самых дверей нечаянно толкнул трактирщика локтем в бок. Захар едва не выронил поднос на пол, но успел перехватить его двумя руками. Выпивший буркнул под нос извинения и вместе с другом быстро вышел на улицу.
  -- Попробуйте наливочки. Это из тех слив, которые вы летом нам передали. Агафья посмотрела на свет яркую жидкость и, смакуя, выпила.
  -- Вкусно. Только привкус какой-то странноватый. Травы, небось, для аромата добавил. Знакомые травы...
   Договорить Яга не смогла. Она закрыла глаза и повалилась на стол. Рюмка упала на пол и разлетелась в разные стороны стеклянными осколками. Вовка кинулся к наставнице, готовясь к худшему. Он схватил руку и попытался прощупать пульс. Пульс был не частым, но ровным. Ягай развернул голову бабки на бок и проверил дыхание. Больше всех прыгал и суетился Бонч, всеми силами стараясь помочь. Он то кидался к руке, то чуть ли не целиком лез в рот к Агафье. Через минуту Ягай поставил диагноз:
  -- Да она спит! Крепко спит!
   Вовкиному удивлению не было границ.
  -- Странно. Спит. Как будто опоили ее.
   Трактирщик стал собирать осколки стекла на поднос. Вовка нагнулся и потянул носом воздух. Пролитая сладкая жидкость пахла спелыми сливами, алкоголем и еще чем-то знакомым. Это была явно "сон-трава". Но не отвар из листьев для здорового сна, а отвар из корней - для тяжелого трехдневного забвения. Ягай пулей выскочил на улицу. Следом за ним вырвался неугомонный хомяк, страшно скалясь и размахивая над головой своей верной иглой. Странных посетителей и след уже простыл. Вслед за Вовкой выскочили Захар с сыном, но глухая темень не давала никакой надежды на продолжение погони.
   Ванька поднял ведьму на руки и осторожно перенес в комнату для гостей. Агафью положили на кровать и укрыли теплым пуховым одеялом. В изголовье, не переставая пищать, в складках матраса устроил свой пост и маленький телохранитель.
  -- Кому понадобилось подсыпать "сон-траву" Агафье? Зачем?
   Тяжелые мысли терзали мальчика всю ночь, и уснуть он смог только под самое утро.
  
  
   Глава 9. Царь Вакар.
  
  
   В городе Лебедине, столице царства Вакара, с самого утра был сплошной трамтарарам.
   С первыми лучами солнца через главные ворота потянулись бесконечные потоки гостей. На рыцарский турнир приехали посмотреть почти все жители царства. Да еще плюс гости из заграницы. И того в двадцатитысячный город пожаловало еще столько же зрителей. Попробуй наведи порядок и уследи за всеми.
   Царь приказал снять почти всю стражу на стенах и послал патрулировать рынок.
   Стражники еще не успели и позавтракать, а уже поймали трех карманников, пять мошенников и одного немецкого колдуна. Хоть на воротах и была вывешена доска с объявлением "Колдунам, магам и прочим знатокам магии во время турнира вход воспрещен", один маленький толстенький колдун тайно проник в город и сходу попер на рынок, прямо в ювелирные ряды. Там он быстро приценился и купил у златокузнеца Руди массивный золотой перстень с лалом. Рассчитался сполна золотыми червонцами, новенькими и блестящими. Но как только покупатель исчез, в руке у Руди монеты превратились в затертые медные копейки. Златокузнец заревел, как раненный кабан, и шустрые стражи кинулись в разные стороны в поиске жулика.
   Опытный десятник Ольжич сразу двинулся к общественной уборной. Дверь была закрыта изнутри. Десятник поднажал плечом, и хлипкая дверь слетела с петель. Немчура успел переодеться и стоял уже в русской вышиванке и красных шароварах. Двумя руками он пытался натянуть парик на свою лысую голову. Визит Ольжича явно застал его врасплох.
   - Стоять, русиш швайн! - и руки мага бросили русый парик, чтобы нарисовать в воздухе заклинание.
   Десятник ждать окончание магического сеанса не стал и вмазал колдуну своим пудовым кулаком прямо в ухо. На жуликов-колдунов это средство иногда действует просто поразительно. Лысая голова бацнулась о стенку нужника и заклинания надолго выскочили из его башки. Хитрого мага посадили в холодный погреб, а десятника царь наградил серебряным рублем. И теперь он стоял снова на воротах, вместе с двумя дружинниками.
   Солнце высоко поднялось в небе. Все гости разошлись по домам и охранять стало некого, даже скучно.
  -- Оба-на! А это что такое? - младший дружинник закрылся ладонью от
   солнца и что-то с интересом рассматривал.
   Ольжич и сам заметил странного всадника, быстро скачущего по дороге.
  -- Е-мое! - воскликнул второй дружинник , - под ним никого нет!
   И правда. По дороге резво несся мальчик в сером плаще с непокрытой головой. Он широко расставил ноги, словно сидел в седле, и даже руки держал так, словно натягивал удила. Вот только никакого седла и удил у него не было. И коня не было, и осла, и быка, и верблюда и даже неизвестного в этих местах слона...
  -- Ага! Это, наверное, еще один колдун прется. Во, щас получит! Будет знать,
   как царский приказ нарушать.
   Десятник закатал рукава на рубахе и стал ждать мага. Мальчик успел заметить готовящегося стражника и резко натянул удила. Невидимый конь затормозил и проехал по инерции еще пару метров.
  -- Пру-у-у. Стоять, родимый! - мальчик ласково похлопал ладонью по бокам
   большого и прозрачного животного.
   Ольжич грозно сдвинул брови, рассматривая молодого колдуна. На вид отроку было лет тринадцать. Высок, хорошо сложен. Волосы обстрижены не кружком, как у всех, а коротко - ежиком. На загорелом лице выделялись карие глаза, спокойно, но с детским любопытством рассматривающие стражников и крепостные стены.
  -- Поворачивай назад, молодой колдун, скомандовал десятник, делать тебе в
   городе нечего. По приказу Вакара всех магов и колдунов велено сажать в темную.
   Всадник не сдвинулся с места. Он поднял голову и стал внимательно изучать объявление. Животное под колдуном недовольно засопело. Из невидимой пасти вырвались языки пламени и обуглили край кафтана десятника.
  -- Немедленно проваливай домой! Еще минута - и я за себя не ручаюсь!
  -- А вы не кричите на меня так, дяденька, - возмутился Вовка (это был, конечно же, он), - я имею право войти в этот город.
  -- С какой стати?
  -- С такой стати. Я - Ягай. - гордо выпалил мальчик.
  -- Ягай? Ой-ой, не могу. Вы посмотрите на него. Этот сопляк называет себя
   Хозяином леса . Молоко на губах не обсохло, а уже нагло врет.
   Десятник прекратил смеяться и схватил в руки бердыш.
  -- Не знаю, кто научил тебя темному колдовству, но этот учитель забыл
   предупредить своего ученика, что называть себя Ягаем смертельно опасно.
   Ольжич размахнулся бердышом. Вовка успел пригнуть голову, и острый топор на двухметровом древке просвистел мимо. Рядом с мальчиком раздался яростный писк. Тот попытался что-то или кого-то прикрыть рукой, но тут же ее отдернул. И вдруг прямо сквозь его рубаху на десятника нацеливалась большая "цыганская" игла. Это было неожиданностью и для самого Ягая. Сердитый дядька размахнулся топором во второй раз, но Володька уже не пригибался. Вороненая сталь понеслась к мальчику, хищно разрезая воздух. Удар. И на волосы охранника посыпались душистые лепестки ярко-синего цветов. Грозный воин недоуменно переводил взгляд то на голову мага, всю в цветочной пыльце, то на свои руки, крепко державшие длинный стебель.
  -- Взять его, - только и смог прошептать десятник.
   Стражники не сдвинулись с места. Они не сводили глаз с двух гигантских сосисок, в которые превратились их копья.
  -- Где наше оружие? Ах ты проклятый маг! Схватить его немедленно!
   Вся троица кинулась на Вовку - и закружилась веселая карусель. Ягай под тяжестью тел свалился на землю, по дороге покатился живой клубок из человеческих тел. Они лупили друг друга руками и ногами, мало заботясь, кому попадет.
   Ягай отчаянно сопротивлялся, но "колдонуть" никак не получалось. Отбиваться приходилось по науке Филимона. Наконец самый шустрый стражник схватил Вовку за ноги, остальные кинулись заламывать руки. Это удалось им не сразу. Безжалостная игла то и дело высовываясь сквозь рубаху и нещадно колола им руки. Один из стражников попытался схватить и сжать мягкий комочек, спрятанный под одеждой мага. Попытка закончилась таким диким криком, что все, включая и самого Вовку, на секунду застыли, закрыв уши. Источником звука был неудачливый страж, прижавший к животу окровавленный палец, на котором, повис разъяренный хомяк.
  -- Заколдую... в жабу превращу...
   Десятник закрыл своей пятерней рот Ягая, подхватил мальчика под мышки и поволок в город. Следом за ним, держа в вытянутой руке кошелек с не без труда упакованным озверевшим грызуном, двинулись стражники.
   Город бурлил, как муравейник, местные собаки устали лаять на чужаков и только лениво провожали взглядами гуляющих по улицам.
   Дворец царя Вакара стоял прямо посредине города. Вовке удалось поднять голову и рассмотреть хоромы. Он даже расстроился: ничего примечательного нет. Деревянный забор в два человеческих роста, ворота и широкая калитка. Во дворе чисто подмели. Хоромы во всей красоте не дали посмотреть, но наверное ничего хорошего, судя по облупившимся ступенькам лестницы.
  -- Куда претесь, олухи окаянные? -заорали откуда-то сбоку.
  -- Десятник Ольжич, - отчитался стражник, - опасного колдуна поймал. К царю на суд ведем.
  -- Проходи.
   Если бы не скрученные руки, то Вовке даже понравилось бы так кататься. Ольжич держал подмышки и шею, остальные воины ноги. Правда, видимость никакая. Вот сейчас внесли его в тронный зал. Кроме ковра ничего не видно.
   Внезапно воины вместе с пленником бухнулись на пол.
  -- Челом бьем тебе, батюшка царь!
  -- Ну, здорово, солдатики, - ответил хриплый голос, - кого на этот раз
   поймали?
  -- Очень опасного колдуна, Ваше Величество.
   Десятник опустил мальчика на пол и для верности упер ему в спину меч. Потом вспомнил фокусы колдуна с копьями и убрал клинок, припечатав мага ногой к полу .
  -- Убери лапу,- прошептал мальчик,- не то сделаю из нее лошадиное копыто.
   Повторять дважды десятнику не надо было. Ягай приподнялся и осмотрел зал. Ничего. Простенько, но со вкусом. Деревянные стены завешаны со всех сторон коврами, потолок выкрашен в голубой цвет. Под стенами расставлены лавки с чинно восседавшими боярами. Царь сидел впереди на большом резном кресле, откинувшись на спинку, выполненную в виде падающего сокола, руки покоились на специальных подставках трона.
  -- Как зовут? Чей сын? Зачем в Лебедин пробрался? Отвечай!!! - рявкнул царь, но закашлялся и заерзал на троне. Под креслом отчетливо захлюпала вода.
   Мертвая тишина охватила зал. Бояре перепугано переглянулись друг с другом.
   Даже Вовка засмущался. Ну, всякое может с человеком случится. Может, чая перепил, а за этими государственными делами некогда и сходить...
   Наконец Вакар прокашлялся и заметил смущение народа. Багровый румянец залил его лицо, большой нос и оттопыренные уши.
  -- Кхы-кхы-кхы, - нарочно закашлял он, разряжая обстановку. - Вот выпил
   вчерась кваску холодного со льдом и захворал. Ключница Дуня посоветовала ноги с горчицей попарить.
   Самодержец поднял подол длинного, расшитого золотом и жемчугами кафтана, и все увидели царские ноги в тазике с парующей водой.
  -- У-у-ух... - облегченно вздохнул народ. Честь короны была сохранена.
  -- Так в чем задержка ? -ушел от темы царь. - Почему молчишь? Отвечай ! -
   для пущего впечатления он схватил прислоненный к креслу остроконечный жезл и грохнул им о пол.
   Бояре с перепугу грохнулись на колени.
   Вовка неспешно поднялся и, стряхивая с одежды пыль, ответил:
   - Здравия желаю Вам, царь Вакар. Зовут меня Владимир Дегтярев. По отцу Сергеевич, а в город я приехал согласно Вашему письму.
   С этими словами мальчик покопался в карманах и вытянул измятый пергамент. Из-за трона выскочил карлик и, смешно передвигаясь на коротеньких ногах, покатился к Вовке. Он выхватил свиток и отнес его царю. Вакар быстро пробежал глазами по тексту .
  -- Правильно! Грамота моя. Вот только ты кто такой ? - взревел Вакар.
   Ягаю стало не по себе от такого львиного рыка. Услышав гнев в голосе царя- батюшки, бояре снова упали на пол, а из-за дверей выскочил дежурный караул. Ольжич подошел сзади и сжал ручищей шею мальчику .
  -- Именем закона и меня самого объявляю приговор! Молодого колдуна по
   имени Владимир - законопатить в бочку и пустить по реке Лопухе. Пусть плывет в свои земли. - для пущей убедительности Вакар ударил кулаком по подлокотнику.
   Подоспевший караул вместе со стражниками схватил Ягая и понес на выход.
   - Стойте, проклятущие! - тонким и жалобным голосом внезапно закричал царь
   Народ обернулся.
   Батюшка сидел на троне, не сводя взгляда со своих ног. Царственные конечности покоились в тазике, намертво залитые медью. Яркий метал блестел в свете свечей как купола на церкви. Вовка от удовольствия чуть не засмеялся. Но решил не дразнить стражников. За такие фокусы Агафья точно настучала бы по шее. Хотя, с другой стороны, сама виновата. Она же учила его чародейству, она же заставляла читать "Книгу колдовства". Правда, запретила читать ему магический справочник сзади наперед, снизу вверх, справа налево. Там как раз и были заклинания на серьезные пакости. А время у Вованыча было. Ну а так, из любопытства, почему бы не почитать? И словечки сами по себе запомнились. Хотя бабка точно по шее накостыляет, когда Вакар ей настучит.
   Царь в это время тихо стонал и смотрел, как тщетно все в панике пытаются освободить его из медного плена:
  -- Осторожно болваны, без ног могу остаться. Несите пилу по металлу, да
   побыстрее. - разгневанный взгляд Вакара остановился на Ягае. - Твои штучки?
   Вовка кивнул.
  -- Захотелось без головы остаться?
   Мальчик хотел ответить, да бдительный Ольжич держал его рот на замке. Но зубы-то свободны. Вовка клацнул зубами как тигр. Десятник отвел руку и запрыгал от боли на месте, пережимая прокушенный палец. Ягай упал на руки, подтянул ноги к животу и со всей силы дал пятками прямо по лбам державших его стражников. Прыжок - и он уже на ногах. Но царский караул не зря лопает пайку и получает пять золотых на месяц. Десяток пик, мечей и бердышей уткнулись в Вовкину грудь. Давать сдачу резко перехотелось. Только и смог, что просунуться сквозь стену лезвий и наконечников и подуть на окровавленный палец десятника. Еще шепотом заклинание - и рана моментально затянулась, не оставляя даже шрама.
  -- Ой, здорово! Не болит! - радостно констатировал Ольжич, внимательно
   осматривая место укуса.
  -- Отпустите отрока, - скомандовал царь. - Пусть подойдет ко мне .
   Караул расступился, и Вовка подошел к трону.
   Царь оттолкнул дворцового плотника, пилившего медь вместе с тазиком, и стал изучать мальчика с ног до головы.
  -- Так ты говоришь, ты действительно Ягай? Гм... А чей ученик?
  -- Бабы Агафьи, Хозяйки Леса на участке от болота до пограничной деревни. - скороговоркой отсыпал Вовка.
  -- Почему ее с тобой нету? - продолжал допрос царь.
  -- В трактире неизвестные злодеи подсыпали Яге корень "сон-травы". Спать
   Старушенция моя будет еще два дня и две ночи.
   Вакар задумался. Он долго теребил бороду и что-то бормотал про себя.
  -- Почему вы мне поверили ? - шепотом спросил царя Вовка.
  -- А ...? - очнулся Вакар.
  -- Поверили отчего?
   Царь махнул рукой.
  -- Даже дети знают, что колдун никогда человеку не поможет, добра не
   сделает. А ты запросто так палец моему десятнику вылечил. Значит, и не колдун ты вовсе.
  -- Да...Так я ж его и укусил. А освобождать меня будете или как?
  -- Прийдется...
  -- Тогда и ты уж меня освобождай.
   Заклинание задом наперед - и Вакар быстро вытянул ноги из уже остывшей воды.
   Прерывистый звук трубы, прозвучавший в наступившей тишине, заставил
   подорваться со своих мест бояр и самого царя.
  -- Ой батюшки, - запричитал царь.- До турнира час остался, а я еще не одетый
   не умытый, не причесан. Глашка, Дашка, Марьяшка, бегом за мной, - и понесся босиком прямо в покои.
   Через минуту тронный зал был пуст. Остался лишь Вовка и маленький хомяк. Перепуганный грызун вылез из-за пазухи и, поправив съехавший налобник, спросил: "По-моему, мы влипли. Ну и что будем делать дальше?"
  
  

Глава 10. Странный турнир.

  
  
   За базарной площадью, на пустыре, был выстроен настоящий мини-стадион, гордость всех жителей города, а в особенности царя Вакара. В центре, на вкопанных бревнах, были прибиты отесанные доски, образовывающие сплошную линию шагов в двести. По обе стороны барьера занимали места всадники с копьями наперевес и неслись друг к другу во весь опор. Главным условием турнира было поразить противника тупым концом в шлем, латы, на худой конец, в щит. Удержавшийся в седле рыцарь и считался победителем отборочного соревнования и проходил дальше в полуфинальную группу, затем в финальную. В конце турнира сходились в схватке два рыцаря за обладание золотой копии "Азбуки добра".
   На зрелище приходил посмотреть народ, усевшись на лавках, местах знати, и просто стоя у натянутых канатов. Царская свита расположилась под полотняным навесом. Вакар уселся в мягкое кресло, положил ноги на скамейку и поставил на огромный живот миску с пряниками. Возле царя вертелось трое рыжих веселых и нахальных девочек. Это были его дочери, папины любимицы. Они таскали пряники и без конца хихикали, пялясь на Ягая.
  -- Подь сюды, - поманил пальцем царь.
  -- Все условия знаешь?- спросил он.
  -- А как же, - постарался как можно убедительней ответить Вовка.
  -- Ну, тогда шуруй к барьеру и не подведи.
   Вовка, протискиваясь через толпу, двинулся к деревянной перегородке, а точнее, к судейскому столбу. Бончь высунул голову из укрытия и восхищенно цокал языком, изучая присутствующих рыцарей, выстроенных перед царской ложей. Глашатаи подняли трубы и заревели на всю площадь.
  -- Жители и гости Лебедина!- провозгласил герольд (это он так гордо звался в дни турнира, а в обычные - просто Васька, продавец тыквенных семечек на базаре).
   - Сегодня мы начинаем очередной рыцарский турнир во славу "Азбуки добра".
   Представляю вам участников поединков. Земли запада: барон Карл Густав Гюнтер фон Браунвишвейский и граф Фриц Адольф Герман фон Штирлицваген...
   Двое рыцарей на трактороподобных лошадях вскинули вверх копья и проорали приветствие на немецком языке.
  -- Земли востока, - продолжал придворный знаток обычаев. - Эмир Абдулла
   Омар эль Мурзаи и его товарищ Пехлеван Мухаммед Бабай-оглы.
   Ученые скакуны востока припали на одно колено, и двое паладинов склонили головы в белоснежных тюрбанах вниз.
   Царь Вакар отложил пряник, мизинцем стряхнул крошки с кафтана и тоже поприветствовал гостей.
  -- И, наконец, славные рыцари Земли Русской! Иван Вакарович Камнеглавый
   и его брат Василий Вакарович Глыболом!
   Стадион взревел от восторга, приветствуя родных богатырей. Вверх полетели шапки, платки, лапти, сапоги и чужие кошельки. Народ хлопал в ладоши, радостно приветствуя двух царских сыновей: Ваську и Ваньку.
   Стопятидесятикилограммовые детки сняли шлемы и вежливо поздоровались с тятькой-царем. Глашатаи подняли трубы, прозвучала команда к старту.
  -- Зачем ты соврал, будто все правила знаешь? - прошипел за пазухой хомяк. - Я - лучший рыцарь полей и огородов - и то смутно о них помню, а ты?...
   Вовка залез на столб в начале перегородки и впервые почувствовал за последние сутки страх. Похоже, что он вляпался по-крупному. Вот запорет сейчас турнир и все ... Вакар осерчает, прикажет своим костоломам, - и голова с плеч.
   С места поднялся герольд и воткнул в доску два флажка. Черный, с гербом фон Браунвишвейского, и зеленый эль Мурзаи. Закованные в латы участники турнира разъехались в противоположные концы стадиона и опустили забрала. Зрители затихли. Тысячи людей, затаив дыхание, переводили взгляды на рыцарей и Ягая.
   - Ну, вот ты и попал, - прошептал Бончь. - Может, смоемся пока не поздно?
   Вовка ничего не мог ему ответить. От волнения язык задеревенел, лоб
   покрылся испариной, а пальцы выбивали дрожь, как у дяди Степы -дворника после бурных выходных.
  -- Не сиди сиднем, делай что-нибудь.
   Бонч заколотил Вовку в грудь.
  -- Хорошо-хорошо, сейчас все будет нормально, - успокаивал его мальчик, выстукивая зубами траурный марш. Выхода не было. Елки-палки. Можно было хоть у царя что-нибудь расспросить, за спрос ведь не убивают... Вовка услышал, как притихли зрители, недоуменно переглядываясь друг с другом. Вакар перестал жевать и тоже выжидательно уставился на Вовку. Мальчик от наглости попытался сделать уверенный вид и засунул руки в карманы. Пальцы нащупали пару монет, горсть орехов и свистульку.
  -- Нашел!!!
   Вовка встал ногами на доску, торжественно обвел всех взглядом и ...засвистел. По мере того, как лица у зрителей посерели и позеленели от удивления, Ягай понял, что делает что-то не так.
  -- Вы-вы-выключяй свою пищалку! - заорал перепуганный хомяк. - А то у меня сейчас сердце разорвется.
   Вовка перестал свистеть и виновато развел руками.
   Вакар приподнялся в кресле, внушительно пригрозил ему кулаком. Вовка кивнул ему, мол, все в порядке, и дунул в свистульку с обратной стороны. Он и не знал, что глиняный петушок может реветь как сигнальная труба. Рыцари после знакомого сигнала вогнали шпоры в бока жеребцам и поскакали навстречу друг другу.
   Немец закрылся щитом и направил острие копья, выполненное в виде кулака прямо в голову сарацина. Мурзаи летел на своем арабском скакуне, целясь копьем в грудь фон Брау. Когда до столкновения оставались метры, сарацин пригнулся к гриве скакуна и ударил прямо по колену противника. Карл Густав взревел как раненный кабан и выронил оружие, зажимая рукой рану на ноге. Зрители криками негодования проводили победителя.
   -Не считается! Не считается! - скандировал народ.
   Вакар встал с места и с немым вопросом уставился на Ягая.
   -Не считается! Удаление с поля! - закричал Вовка. Оруженосцы сарацина были не согласны.
   -Судью на кышмыш! Судью на кышмыш! - вопили смуглолицые.
   Вовка яростно захрюкал в свисток, показывая рукой на скамью Мурзаи и подзывая дежурную карету знахарей к раненому воину.
   Царь махнул платком, и глашатаи прервали прения ревами труб, извещая о втором заезде. Герольд выставил флажки Фрица фон Штирлецвагена и старшего сына царя - Ваньки Камнеглавого.
   Зрители затаили дыхание. Следующий заезд обещал быть ну просто сногшибательным. Противники были схожи по росту, ширине плеч и кулаков. Даже лошади их были как близнецы. Огромные, вороные, с бревнами-ногами и с мордами диких туров. Немец опустил забрало и забормотал про себя ругательства, явно в сторону русича. Ванька скромно поприветствовал народ взмахом кольчужной перчатки и покрепче уселся в седло. Вовке на ум пришла новая тактика судейства. Он просвистел сигнал к атаке и сам кинулся бежать вдоль перегородки по узкой доске. Ягай бежал вслед за Штирлицвагеном, отставая, шагов на пять. Вот рыцари сошлись. Удар. Вовка прибавил скорость и в момент столкновения подпрыгнул прямо над копьями, успевая разглядеть момент схватки.
   Вот это да! Копье Фрица ударило точно в щит русича, оставляя там глубокую вмятину, но сын Вакара выдержал удар и остался в седле. В свою очередь его наконечник, нацеленный точно в шлем немца, как по волшебству отлетел от железного ведра, словно его отвела отталкивающая сила магнита. Ягай опустился на ноги, и, быстро лавируя на доске, помчался к финишу. Всадники разъехались для второй попытки. Вовка был в смятении. Он точно видел, что копье, готовое сразить немца, прямо мистически ушло в сторону. Но ведь он не при чем, а других магов на турнире нет...
   Трубы заревели, и Ягай дал контрольный свисток. Теперь мальчик бежал вслед за русичем. И опять копье Ивана в последний миг уехало в сторону, будто невидимая сила откинула его. Зато получил сильнейший удар в плече, разодравший кольчугу и оставивший неглубокую рану. Похоже, что Иван сам ничего не понимал. Он только растерянно смотрел на свое копье.
   В третьем раунде фон Штирлицваген выбил щит русича далеко в сторону. Царский сын остался сидеть в седле безоружный. Копье валялось в нескольких шагах от барьера. Вовка уже абсолютно ничего не понимал. Он хотел спросить мнения у хомяка, но того мутило от прыжков. Он судорожно глотал слюну, мычал и страшно вращал глазами.
   Третьей парой в поединке выпало биться Бабай - Оглы и доблестному Василию Глыболому. Высокий сухопарый сарацин оценивающе посмотрел на младшего сына царя и выехал на старт.
   Вовка несся вслед за Пехлеваном как тень, не сводя взгляда с его копья. Наглый рыцарь востока даже и не думал создавать вид честного поединка. Копье Василия еще в метре от него улетело в сторону. Зато наконечник сарацина с утроенной силой ударил по шлему русича. Вовка, перепрыгивая через соперников, заметил, как ноги Васьки безвольно вывалились из стремян и тело богатыря стало заваливаться на бок, головой прямо на перегородку. Перенеся вес тела резко вниз, Ягай нырнул под Глыболома, подхватывая раненую голову. Красный флажок опустился вниз, зрители разочарованно ахнули, переживая поражение земляка. Заиграли трубы, извещая об окончании турнира. Придворный культмассовик хорошо поставленным базарным голосом поблагодарил рыцарей и зрителей за теплую поддержку, а также арбитра за честное, хотя и очень странное судейство. Финальный поединок, минуя полуфинал, был назначен на завтрашний день.
   Вовка подошел к бочке с водой и с удовольствием умылся. Пошатываясь и продолжая охать, вылез Бончь и жадно припал к воде.
   - Уморил меня совсем. Совести никакой нет. Я тебе не птичка. Я боевой хомяк. Война и сражения - вот мой удел, а не прыгать и кувыркаться...
   Ягай его не слушал. Он пристально смотрел в свое отражение на водяной глади. Да-а-а. Бабушка с родителями, наверное, его не узнают, когда увидят. Если увидят...
  -- Господин Ягай!- молодой слуга, совсем мальчишка, стоял сзади, стеснительно теребя в руках шапку.
  -- Бульк! - хомяк от неожиданности упал в воду.
   Ягай задом попятился к бочке и зашарил там рукой.
  -- Царь батюшка приглашает вас во дворец на трапезу. - Вовкин сверстник с любопытством и страхом рассматривал юного Хозяина леса.
  -- Ага, хорошо-хорошо. - пробормотал Вовка. - Вот сейчас умоюсь и приду. Так и передай.
   Бончь сзади бултыхался и хлюпался, разбрызгивая вокруг фонтаны брызг.
  -- Ну, чего стоишь? - грубо спросил Ягай.
   Слуга крутанулся на месте и умчался поскорее во дворец.
   "Вечером в челядной обязательно станет рассказывать всем, какие Ягаи злые и жестокие, - думал Володька - вот так и складывается мнение."
  -- Да вытягивай поскорее. Я и так весь мокрый, - завопил хомяк.
   Злющий Бончь бурчал всю дорогу, мешая Вовке сосредоточится и проанализировать сегодняшний поединок.
   В царских палатах везде суета и тревога. По лестницам носились старухи с горшками и кусками полотна. Стража, узнав необычного арбитра, пропустила Вовку во внутрь. В трапезном зале за длинным столом сидело только пять человек. Выпивки не было. Сразу видно, собрались только свои люди поговорить о серьезных делах.
  -- Присаживайся, Ягай. Не стесняйся. Это мои верные помощники : воевода, казначей, стряпчий. - Царь протянул руку, указывая место возле старенького дядьки.
  -- Вот турнир обсуждаем, - продолжил он. - странный он какой-то в этом году. Хотим у тебя мнения спросить. Что скажешь? Ты сегодня такие полеты вытворял - диву даемся. Хотя от вас можно и не такого ожидать.
   Вовке стало лестно, что такие уважаемые и много повидавшие в жизни люди спрашивают его мнения и совета.
  -- Говорю как есть. Без колдовства на турнире не обошлось.
   Сидевшие за столом негодующе зашумели. Особенно возмущался священник в длинной черной рясе.
  -- Не может быть, царь-батюшка, - басил тот.- Гости закон и обычаи знают. Да и мы постарались. Прошлой ночью тайком все пожитки рыцарей святой водой окропили. Не могла остаться зараза в городе.
  -- А я говорю, что Бабай-Оглы и Абдулла Омар выиграли с помощью магии.-гнул свое Вовка. - Копья русичей прямо отлетали от доспехов чужеземцев, не касаясь их. Нечистые же копья просто зверели в руках у Фрица и Пехлевана. Не в силах людей делать такие вещи, - твердо и убедительно закончил Владимир.
   Гости замолчали, склонив головы в тяжелых раздумьях.
  -- И какой ты дашь совет? -спросил царь.
  -- Эх, кабы была здесь Агафья, она бы точно все вычислила, всем бы жару дала, - в сердцах бросил Володька. - А так я еще мало знаюсь на нечисти.
  -- Скромность похвальна, юный отрок, - пробасил батюшка, - но ты все же поднатужься, мыслишками покрути, а мы тебе поможем чем сможем.
   Бояре закивали головами в знак согласия.
  -- Ну ладно. Ты думай, а нам на боковую пора - Вакар потянулся, сладко зевнул и встал из-за стола.
   Вовка почувствовал как смертельно устал за этот день. Шутка ли, быть судьей на всамделишном рыцарском турнире. Расскажи дома - никто не поверит. Правда, и в остальное тоже. Он представил, как на уроке биологии расскажет Ольге Ивановне, как можно за неделю березовую рощу поднять метра на два, а она скажет: "Что за бред?". А он ей: "Ничего не бред. В бочку с заговоренной водой кинуть пучок "расти-корня", глины пузырчатой полгоршка и посыпать все пиленым рогом единорога. И поливать по столовой ложке под каждое дерево." Вовка отчетливо представил эту картину. Четко- четко. И еще отчетливее жирную двойку за четверть, которую выведет в журнале Ольга Ивановна. Мальчик вздохнул:
  -- И мне ужасно спать хочется. Где тут можно прилечь ?
   Бояре, столпившиеся у дверей, затормозили и с удивлением уставились на Ягая.
  -- А кто сказал, что ты спать сегодня будешь? - ухмыльнулся воевода. - Тебя сейчас в башню к "книге" отведут. Охранять всю ночь будешь. Или забыл обычай?
   Такого поворота Вовка на ожидал. Но признаваться в необразованности было стыдно.
  -- Забыл. Замотался сегодня совсем. Из головы вылетело. А когда идти?
  -- Дак прямо и сейчас.
  
  

Глава 11. Неспокойная ночка.

  
  
   "Бр-р-р-р - какая холодрыга! Тулуп хоть бы какой завалящий дали." - Вовка прыгал по полу и хлопал себя руками, пытаясь согреться. В башне (смелое название домика без окон, высотой метров восемь) печку не поставили скорее всего в целях противопожарной безопасности. Наверное, чтобы книгу не сожгли. Вон она лежит на постаменте изумрудного цвета с серебряными застежками.
   "Ну, полистал. Скажу вам, ничччего особенного. Правила как поведения в семье и обществе. Такие истины нам родители с пеленок вдалбливают".
   - Хрум-хрум-хрум. - Бончь уселся на тумбу и аппетитно грыз сухую хлебную корочку. - Слышь, Ягай, Хозяин Леса, а в карманах-то пусто, как в норе церковной мыши. А я дома без пирога с рыбой, ватрушек и стопки блинов спать не ложился. Совсем отощаю тут.
   - Хватить ныть. Лучше давай найдем, где спать завалиться. Я еле на ногах стою. Вот придумали: всю ночь охранять. В будние дни никто же книгу не сторожил. Так почему в эту ночь ее могут спереть?
   Хомяк перестал хрустеть:
   - Приезжих много. Вдруг кто позарится ?
   - Да перестань ты, - возразил Вовка,- в городе порядок железный. Мышь мимо стражи - и то не проскочит.
   Побродив по единственной комнате, друзья не нашли ничего похожего на постель. Пришлось примоститься возле пьедестала и скрутиться там калачиком. Под голову мальчик положил свою сумку, Бончь развалился на ягайском плаще, как на перине.
  -- Ляпота-а-а. Хотя что нам, боевым хомякам, надо: корка хлеба, сухие портянки, теплый плащ. Вот, помню, в прошлом году отправился я со своими братьями за речку, переплыли, значит ... Хр-р-р. Пш-ш-ш.
   А Вовке как назло не спалось. Пять минут назад глаза слипались, а сейчас сон как рукой сняло. При свете четырех толстых восковых свечей башня казалась живой. Блики света бродили по бревенчатым стенам и уплывали вверх к куполу. Может, бревна посчитать... Поможет уснуть. Одно, второе, третье, четвертое, пятое... На семьдесят пятом стена закончилась. Скучно. Вовка не стесняясь и не закрывая рукой рот громко зевнул. Как будто в ответ под полом что-то зашуршало. Наверное, мыши. Хотя странно. Кроме стен здесь поживиться нечем. Из щелочки между досками высыпалась наружу горсть песка. Желтого, крупного. Прямо на глазах горсть превратилась в кучку. Кучка в холмик. И вот песок стал просто фонтанировать, засыпая все вокруг. Тонны теплого песка в считанные минуты наполнили комнату. Вовка резво вскочил на ноги, а хомяк уже летел головой прямо в подступающий песок.
  -- Что за шутки? - заорал еще не проснувшийся Бонч, - что ты себе позволяешь? - он закашлялся, выплюнув желтую почву пустыни.
   Тем временем бархан все рос и рос. Когда его верхушка уперлась в основание купола, прямо из него стали выпрыгивать волосатые маленькие чертики.
  -- Ишасы ! - завопил хомяк.
   Волосатых чертиков вылезло штук двадцать. В маленьких руках они сжимали кривые черные кинжалы. Долговязый ишас с белой полосой на лбу оценивающе посмотрел на Вовку, держащего хомяка, и дал сигнал атаки. Ягай растерянно осмотрелся.
  -- Ну что за жизнь такая, - возмутился про себя Вовка. - Ни за что ни про что тебя хотят убить, задушить, загрызть. Вот теперь эти "ишаки" или как их. Новая напасть. Нет , хватит драк. Пора применять волшебство "доброго слова".
  -- Доблестные джигиты пустыни! Остановитесь. Мы вам не враги. Это какая-то ошибка, недоразумение.
   Старший из чертиков остановился и прислушался к речи человека. Он поднял руку и орава агрессивной нечисти остановилась в нескольких шагах.
  -- Твоя давать "Азбука" нам, и моя твоя бить не будет. - с жутким акцентом прошипел "пятноголовый".
   Вовку до глубины души возмутил наглый тон волосатого. Пришло какое-то чучело с востока и требует отдать чужое.
  -- "Азбука добра" не ваша, и вы ее не получите. Это вам, чужеземцам, следует немедленно убраться отсюда.
  -- Вот именно, - поддакнул Бончь, - и побыстрее, а то я уже начинаю, злиться по-взрослому.
   Черный кинжал незаметно вылетел с руки вождя, и Ягай едва успел отклонить голову. Сталь с глухим стуком отскочила от постамента.
  -- Ах, так, - закричал хомяк ,- ну я вам сейчас покажу.
   Он выхватил свой меч величиной с чайную ложку и кинулся на ишаса с белой отметиной. Чертик отразил удар кинжалом и ударил ему ногой прямо в живот. Бончь перекувыркнулся через голову и полетел в песок вниз головой.
  -- Наших бьют, - пробормотал напоследок он.
   Вовка и так понял, что чертикам из пустыни глубоко до фени Гринпис и пацифисты. Он схватился руками за треснувшую доску на пьедестале и, поднатужившись, вырвал палку. Орудуя ею как боевой палицей, Ягай стал отфутболивать ишасов как мячи. Волосатые чертики влипали в стену, отскребывались и, потирая ушибленные места, снова бросались в атаку. Вовка усилил силу удара, и теперь чертики стали летать как теннисные шарики. Предводитель демонов пустыни заработал от Вовки внушительную шишку на лбу и теперь благоразумно сидел на верхушке бархана, прикладывая к ней холодный кинжал. Ягай быстро обработал последних троих настырных демонов и теперь отдыхал, опираясь на палку (она же костыль, она же дубинка, она же ракетка).
  -- Так вам и надо, шакалы, скажите спасибо, что я не встал. - это очнулся Бончь и, надвинув налобник на глаза, бормотал проклятия.
  -- Тр-р-р-р. Хр-р-р-р. Клац-клац-клац. - странный звук раздался в башне, заставив умолкнуть хомяка и стонущих ишасов.
   Вовка повернулся назад и широко раскрыл глаза от удивления. Толстые бревна стен хрустели и гнулись как резиновые, делая проход в стене. Через секунду оттуда рванула орущая и визжащая толпа нелюдей. Вонючие гоблины с поросячьими ушами и зубастой пастью, маленькие злые карлики, черные эльфы, волки-оборотни со стальными зубами и медной шерстью.
   Все они окружили постамент с "Азбукой". В проходе загрохотали тяжелые шаги, и на свет свечей вышел вороной конь.
   "Так это же рыцарский конь!" - подумал Ягай. - "Точно. Этого рыцаря, ну как его, Штирлицвагена".
   Огромный мерин прошел в зал и тряхнул гривой. На глазах изумленной публики грива поднялась дыбом и рассыпалась в стороны. На месте вороного стоял трогательного вида старичок. Худенький , сухенький, со злыми глазками и острой бородкой.
  -- Ха-ха-ха, - проскрипел ржавым голосом колдун, - это кого поставили охранять книгу? Глупого мальчишку, ученика тупых Хозяек леса, возомнившего, что он великий знаток рыцарских турниров? Мне с трудом удавалось сегодня удержатся и не лягнуть тебе прямо в лоб копытом.
  -- Надо было попробовать, - парировал Ягай, - без копыт остались бы!
  -- Но-но. Попридержи язык. Быстро подай мне "Азбуку".
   Черный колдун достал сумку и раскрыл ее.
  -- Это почему же вам?! - закричал старший ишас. - Мы первыми пришли, значит, книга наша.
   Чародей презрительно скривился.
  -- Так чего ты сидишь на верхушке бархана с шишкой на лбу? Раз пришел первым, надо было и забирать первым.
   Полосатый чертик скатился с горки и направился к пьедесталу. Вовка покрепче сжал пальцами биту и принял боевую стойку. Нечисть, грозно рыча, выстроилась в шеренгу, готовясь к сражению. Судя по количеству клыков, когтей и кулаков, превосходство было на стороне запада. Почуяв силу, они стали медленно наступать, пытаясь захватить пьедестал.
  -- Стоп! - внезапно скомандовал колдун-чернокнижник. - Во имя черных сил и благодатного зла - остановитесь!
   Существа затормозили и с интересом уставились на чернокнижника.
  -- Надо прекратить этот бессмысленный спор и заняться нашим общим делом. Забрать "Азбуку добра", отвоевать у русичей ее золотую копию и отнести эту пакость Вородушу. Пусть славный бог мышелюдей и любимый ребенок зла на земле сам решит, что с ними делать.
   Нелюди согласно закивали головами.
   "Ах вот оно что!" - подумал Вовка. - "Вот к чему весь этот бал-маскарад в трактире, шоу на турнире и эпилог в башне. Отключка Агафьи, нечестный бой на ристалище, ночное нападение - все ради "Азбуки добра". Какой-то Вородуш приказал украсть книгу, нечестно отвоевать ее последнюю копию, чтобы русичи потеряли закон и снова на их земле господствовала война, ненависть и зло...Ну уж нет! Дудки вам всем! Сейчас всем покажу, что не зря ел хлеб у Филимона. Вступлю в бой за книгу, даже если он будет последним в его жизни. Жалко только, что папа с мамой и бабой Валей не узнают об этом".
   Вовка вытащил нож с тайного чехла на щиколотке и покрепче зажал его в левой руке.
  -- Ну, подходите, сволочи подземельные! Никогда вы не получите нашу "Азбуку". Слышите? Никогда!
   Нелюди весело в ответ заклацали клыками, застучали клинками и стали сужать круг. Впереди выступали главари, готовые первыми вцепится в книгу. Бончь метался вокруг Ягая, выкрикивая боевые кличи своего рода и размахивая мечом. Один из карликов первым нырнул под стену лезвий и тут же получил битой по носу. Закрыв руками окровавленный нос, он со стоном пополз назад. Хомяк перестал метаться, вылез на пьедестал и закричал во все горло:
  -- Опустите свое оружие, грязные ишаки и вонючие волки. Это говорю вам я, Бончь-3 , сын великого Грызла, и внук великого Скрежезуба. По неписанным законам земли и подземелья я вызываю на поединок царя ишасов, а от имени славного Хозяина Леса вызываю на бой Коня Барона фон "копченая колбаса".
   Колдун чуть не задохнулся от такой хомячьей наглости.
  -- ...Пардон, чернокнижника земли Запада. - закончил Бончь и вытянул из кармана две миниатюрные перчатки, по очереди кинул их в морды предводителю волосатых чертиков и остробородому колдуну.
   Главари откинули перчатки, но, услышав рокот недовольства со стороны подчиненных, неохотно приняли вызов.
   После краткого совещания, сражающиеся решили драться прямо здесь и немедленно.
   - Сто-я-я-ять !!! Стоять, бояться!!! - свирепый крик донесся из задних рядов нечисти.
   Нахально расталкивая всех, вперед шагнул человек, одетый в самый живописнейший наряд, который когда-либо приходилось видеть Вовке. Барбадосский кафтан "а ля пират" прямо трещал на груди низенького коренастого крепыша. Босые ноги, обутые в крестьянские лапти, а на голове широкополая шляпа, размером с тазик. И рожа наглая, прям бандитская рожа.
   - Соловей-разбойник! Соловей-разбойник! - зашумели вокруг.
  -- Ты часом не судьей пришел соприсутствовать?
  -- Кто? Я? Да за слово "судья" я кому хош здесь морду начищу. Я вообще-то ставки принимать пришел, но если публика просит меня еще и порядок здесь навести, то я всегда пожалуйста, - разбойник демонстративно прокашлялся. - Итак. Уважаемые ужастики и зубастики, а также рогастики и мордастики, имею честь предложить вам самое знаменательное событие за последние полтораста лет. Суперпоединок между представителями добра и зла. Во время боя прошу соблюдать тишину и порядок, и поэтому падайте на свои места согласно купленным билетам.
   Вокруг площадки воцарила гнетущая тишина. Зрители засопели и стали толкать друг друга, узнавая: есть ли у них билеты? Соловей не упускал инициативу из своих разбойничьих рук.
  -- Кто не успел приобрести, может обратится к кассиру.
   И тут же у него в руках появился моток билетов. Зрители разселились и стали делать ставки. На кону засверкали золотые монеты, оружие, чьи-то клыки и когти. Первыми по жребию на ринг вышли хомяк и полосатый ишас. Как сторона, получившая вызов, чертику предстояло выбрать оружие. Полосатый отбросил клинок и стал в боевую стойку, похожую на каратэ.
  -- Что делать будешь? - шепотом спросил Вовка у хомяка.
  -- Не боись. Разберемся. У меня черный пояс по "костоломану". Сейчас посмотрим, что может этот небритый ишак пустыни.
   Толпа нелюдей расселась вокруг импровизированного ринга и с интересом приготовилась наблюдать за турниром. Поединок поединком, но бизнес превыше всего...
   Бончь разулся, аккуратно сложил на песке вещи, шлем, меч и стал в боевую стойку, смешно завернув правую лапу назад. Первым ударил ишас. Сильно и мощно. Голая пятка была готова разнести хомяку череп, но в последний миг тот ушел в сторону, и удар пришелся в пустоту.
   Вовка облегчено вздохнул. От переживания за жизнь и честь друга у него бешено колотилось сердце, а руки намертво сжались в кулаки.
   Ишас стал наносить серии ударов, пытаясь свалить шустрого противника, едва достававшего ему до колен. Бончь прыгал, как кузнечик: назад-вперед, со стороны в сторону, стараясь не попасть под удар. Наконец он выждал, когда чертик очередной раз прыгнул, перехватил лапу противника у пятки и подвернул ее под себя. Полосатый взвыл от боли и попытался вырваться. Но хомяк прыгнул ему на спину и еще сильнее выкрутил пятку, заворачивая ее в сторону. Волосатый крутанулся, но сын Грызла крепко держал противника в захвате. Подвывая, ишас побарахтался-побарахтался и, не выдержав боли, постучал ладонью по песку. Под разочарованные крики болельщиков Бончь отпустил противника и поднял руку, символизирую победу. Вовка бросился обнимать друга, подкидывая его на радостях вверх.
  -- Ну все, хватит, - снисходительно и устало прошептал Бончь. - Теперь ты готовься к поединку.
   Пока ишасы оттягивали своего начальника, парочка оборотней своими стальными хвостами разровняла песок и приготовила ринг для второго поединка. Вовка все гадал, какой вид оружия выберет чернокнижник. Не хотелось драться на топорах. Тяжелые они очень. Колдун встал на песок. Расстегнул пояс с навешенным оружием и показал всем пустые ладони.
  -- Магический бой! Магический бой! - изумлено зашумели все вокруг.
   Осознавая серьезность следующего поединка, принимались более высокие ставки. Теперь зуб оборотня на кон и не предлагай.
   Наш Ягай был в смятении. Так хотелось крикнуть: "Я не умею, не знаю и не хочу. Это не честно в конце концов". Но Вовка знал правила дуэли, в которых четко указывалось: принявший вызов имеет право сам выбирать оружие. В данном случае противники были магами, и чародейство могло быть оружием.
   Чернокнижник увидел гримасу растерянности на лице у мальчика и радостно осклабился. Он уже считал себя победителем. Секундантов не было, и старик сам проскрипел о начале схватки. Он нагнул голову и накрутил на руку бороду. Когда же разогнулся , то на месте деда стояла огромная лохматая собака. Теперь черед Ягая. За запретное превращение в другой облик плата была одна - несколько лет его будущей жизни. Но об этом он не думал и зашептал заклинание из "склеенных страниц". Затем крутанулся на месте, отпрыгивая влево. И очень вовремя. Собака приземлилась на пустое место. Ягай мяукнул и выпустил из лап острые коготки.
   Бончь удивленно икнул:
   - Ты что, не мог во что-то пострашнее превратится?
   Рыжая кошка с человеческими глазами только посмотрела на хомяка и отпрыгнула в сторону, избежав удара псиной лапы. Так минут десять парочка магов - дуэлянтов клубком носилась по всей башне, сбивая, кусая и царапая зрителей. Досталось больше собаке. Вовка резво прыгал по стенам, цепляясь острыми кошачьими когтями, периодически врезая их в собачьи бока. Наконец черному магу надоела эта беготня, и он остановился. Собака засунула себе голову между передних лап и через секунду на песке стояла кошка. Огромная коричневая.
  -- Так-так. Рост - метр, длинна - два, вес - 250-280 кг, - мысленно определил Вовка. - Где-то я ее видел. В учебнике! Точно. Это же саблезубый тигр!
   Ягай, попятился. Тигр довольно зарычал и, выпустив свои страшные когти, двинулся за ним.
  -- Ой, мамочка! - вырвалось у хомяка. Бончь сидел у пьедестала, не отводя взгляда от дуэлянтов, уже выстукивая зубами похоронный марш.
   Мысли роем носились в Вовкиной голове. Варианты нового превращения выскакивали как слайды, но спасения в них не было:
  -- В мамонта, что ли превратится. Нет, не годится. Деревянный пол такого веса не выдержит, разобьюсь и книгу раздавлю. Что делать? Что делать?
   До Ягая остался почти метр. Тигр приготовился к последнему прыжку и еще шире разинул пасть, обнажив ужасные клыки. "Клац!" - и зубы поймали пустоту. Ни Ягая, ни кота нигде не было.
   Тигр спрыгнул на песок и торжественно зарычал на всю глотку. Ответом ему был победный рев всей нечистой братии. Все ясно. Если противник исчез, значит он трус и исход поединка ясен.
   Бончь отвернулся и закрыл от стыда мордочку лапками.
   Тигр еще раз обвел всех торжествующим взглядом и приготовился к превращению, засунув пасть между лап.
  -- Ой-ой, о-йо-йой!! Й...! Больно как!!! - неожиданно заверещал человеческим голосом саблезубый и стал качаться по песку, прижимая лапу к правой щеке.
  -- Ай-ай, ай-ай-ай !!! М-м-м-м. - уже от боли он не мог сказать даже слова и только громко стонал.
  -- Сдаешься? Я спрашиваю: сдаешься?! - донесся откуда-то писк.
   Все вокруг стали оглядываться и искать глазами невидимого Ягая. Колдун попытался помотать головой, но тут же опять взвыл от нового приступа зубной боли. Тигр продержался еще пару минут, но не выдержал:
  -- Сдаюсь, ну сдаюсь, сказал же. Только зуб отпусти, - жалобно заныл он.
   Вовка принял свой настоящий облик в полном безмолвии толпы. Один Бончь подлетел к Ягаю и быстро-быстро вскарабкался ему на грудь.
  -- Родной ты мой! Дружище! Я уже мысленно похоронил тебя. А ты... А он... Ну, расскажи, как ты это все сделал.
   Похоже, что всех присутствующих беспокоил тот же вопрос. Как?!
  -- Все по-честному, - объявил Ягай, - чернокнижник превратился в тигра, я в дебелую бактерию. Через его вонючую (Вовка скривился) пасть залез на саблезубый клык. А затем прямо в корень зуба. И давай дергать за нервы как за веревки колоколов...
   Нечисть кисло поморщилась.
  -- Вот и все. Колдун попросил пощады. Исход всем ясен ? -Ягай обвел взглядом толпу.
   Чернокнижник уже превратился в человека и только потирал рукой вспухшую щеку.
  -- Твоя взяла, - согласно кивнул он. - Но учти, молодой Хозяин леса, сегодняшний поединок не последний. И месть наступит скорее, чем ты думаешь. Даже открою секрет - это будет завтра!!! А сейчас прощаюсь. За мной, мои крошки, надо успеть до рассвета лечь спать. - колдун указал рукой на отверстие в стене. Нечисть последовала за ним, а ишасы тот час просто нырнули в песок и исчезли.
   Остались только Вовка да хомяк. Храбрый грызун завалился сразу спать, а Вовка взял "Азбуку" с постамента и принялся ее читать. Очень внимательно.
   Только когда вовсю стали петь петухи, мальчик отложил книгу в сторону и ...мгновенно уснул.
  

Глава 11. "За храбрость".

  -- Эй! Ваше чародейское величество, проснитесь.
   Вовка открыл один глаз и постарался разглядеть доблестного десятника, маячившего у дверей. Ольжич вытаращенными глазами пялился на песчаный бархан, следы погрома и спящих друзей у раскрытой книги.
  -- Что здесь произошло ночью? Никак подрался молодой Ягай с кем-то?
   Вовка с трудом поднялся и стал оттряхивать песок с одежды.
  -- Разве вы не слышали шум?
  -- Да слышали, - согласился десятник, - только зело страшно было подходить. Так здесь выло, так завывало. Башня вся ходуном ходила. Вон чуть не поседел со страху. - Ольжич наклонил голову, и стал выискивать какую-нибудь седую волосинку.
  -- Да ладно, - отмахнулся мальчик, - все равно толку от вас было бы мало.
   Ягай поднял книгу и установил ее на постамент.
  -- Кстати, который час уже?
   Десятник сдвинул плечами:
  -- Так утро глубокое. Солнышко давно встало. Коров на пастбище выгнали.
   Вовка стал яростно протирать глаза, пытаясь прогнать остатки сна. "Вот уже эти средневековые порядки ! На дворе шесть часов, самое время сна, а им это "утро глубокое". Когда я высплюсь? Вот вернусь в свой лес, залезу в избушку и буду дрыхнуть сутки, нет, двое". Так мечтая о сладком сне, Вовка вышел на улицу и ополоснулся в бочке с дождевой водой.
  -- Хр-р-р. Ш-ш-ш. Хорошо!
   Хомяк и не думал просыпаться. Мальчик набрал в ладони воды и брызнул на спящего хомяка.
  -- Ой! Что такое? Кто? Где? Куда? - Бончь подскочил, вытянулся и стал размахивать руками по сторонам.
  -- Хватит спать. Весь турнир на моем плаще продрыхнешь.
   Ольжич раскрыл рот от удивления и не сводил глаз с добродушно подтрунивающих друг друга товарищей. Особенно его поразил грызун в доспехах и с миниатюрным мечем. Видать, сильный колдун этот Ягай. Десятник даже поежился от страха.
  -- Мы готовы. Пошли. Когда турнир начинается ?
  -- Когда? Что ж тут неясно? Когда Царь батюшка позавтракать соизволит.
   Ждать пришлось битых два часа. Привыкшие к средневековому этикету, зрители расселись по местам и с энтузиазмом обсуждали итоги вчерашних поединков, аппетитно запивая разговор свежим квасом и заедая гороховыми пирогами.
   Правда, лица были у хозяев самые кислые. Оно и понятно: второго царского соколика ранили. Если бы судья не был чудаковат, мог бы и головы не сносить. Обидно сие для местных аборигенов.
   Володька уселся за царским навесом и не сводил взгляда от ставки рыцарей. Особенно от стайни. Немецкие лошади стояли отдельно от сарацинских. Громадные жеребцы бодро жевали овес, отгоняя хвостами назойливых мух. Возле коня фон Штирлицвагена с особым вниманием и заботой вертелись конюхи. Жеребца почистили щеткой, расчесали гриву, помыли копыта.
  -- Побрызгать духами забыли, - заметил хомяк, тоже с интересом буравя глазами чернокнижника.
  -- Угу. Эта отполированная скотина сегодня заморит весь турнир, обманом заполучит золотую "Азбуку" и опять попытается свиснуть оригинал. А у нас нет даже сил помешать. Что делать будем?
  -- Драться, драться и еще раз драться!
   Вороной, будто услышал друзей, перестал жевать и повернулся к ним. В его глазах светилось торжество. Ну вот, мол, и все. Вы приплыли.
   Осеннее солнце припекало по-летнему. Слабый шаловливый ветерок кружил золотую листву и приятно холодил лицо. Тишина и покой. В эту сказочную благодать врезались голосистые трубы. Пора начинать. К царской ложе приближалась свита. Вакар шагал впереди, размахивая руками и приветствуя ликующий люд. Привычно плюхнувшись в возвышавшееся кресло, он поманил к себе Вовку:
  -- Что там у тебя в башне ночью творилось? Зачем из хорошего помещения Сахару сделал?
  -- Да это не я, гости ко мне незваные приходили, ну и подарки после себя оставили.
  -- Понятно. - царь задумчиво почесал затылок. - А ответь мне, отрок, ты и в самом деле "Азбуку" с постамента снимал и читал?
  -- А что тут особенного, ночью стоять скучно, взял книжку, полистал немного. Так ничего у вас литературка.
   Вакар пристально глянул на мальчика.
  -- "Азбука" хоть и не тяжела, только не каждому взрослому мужу дано ее с постамента снять, а прочесть ее только твоя наставница, то бишь Агафья и могла. Ну да после погуторим. Пора турнир начинать.
  -- Эй, как там тебя, герольд, объявляй начало. - крикнул государь и, повернувшись к Ягаю, добавил: - Тоже еще бесовское название придумали, если и выговоришь, то язык сломаешь.
   Вовка, медленно поплелся к барьеру, на ходу лихорадочно соображая. Если не вмешаться, то и так понятно, чем этот турнир закончится, кто получит золотую "Азбуку" и кто с ее помощью похитит оригинал. Рассказать все царю? А толку? Доказательств нет.
  -- Отправить конягу на фарш немедленно! - словно прочитав его мысли, вопил из-за пазухи Бончь.
  -- Животное тут причем? Колдун все равно жить останется. Хотя... А ну-ка подожди-подожди...
   Вовка вытянул свисток и, подражая придворным трубачам, просвистел сигнал "внимание":
   - Многоуважаемые зрители и участники турнира! Рыцарский турнир во славу "Азбуки добра" откладывается на один час!
  -- С какой стати? - завопили рыцарские оруженосцы.
  -- Согласно положения N 20018 от 19 марта сего года, принятой на конгрессе судей-герольдов, проходившем на островах Папуа Новой Гвинеи.
  -- Каких-каких островах? - самолично поинтересовался царь.
  -- Папуа Новой Гвинеи, - самоотверженно врал дальше Вовка. -... и согласно новому положению рыцари и их боевые кони обязаны пройти медицинскую комиссию.
   Весь народ как один уставился на Вакара. Самодержец почесал бороду и согласно махнул рукой.
   Вовка сразу развернул бурную деятельность. На палатке он нарисовал масляной краской красный крест и красный полумесяц. Шустрая ключница принесла пять белых льняных рубашек 60 размера. Ягай тут же заклеймил их медицинской символикой, и заставил натянуть прямо на кольчуги своим невольным помощникам. Сам Хозяин леса в затянутом халате уселся на пустой бочке и выстроил в шеренгу участников турнира. Каждого рыцаря Вовка слушал в трубочку и хлопал рукой по спине. Здоровые витязи гудели как бычки, перепугано глядя на лейб-лекаря. Наконец с рыцарским составом было покончено и "медицина" принялась за скакунов. Последним к Ягаю подвели вороного фон Штирлицвагена. Конь попытался вырваться. Он становился на задние ноги, поднимая на удилах конюхов и целился лягнуть Ягая. Вовка вовремя слетел с бочки и приказал санитарам навести порядок. Главный санитар в особе десятника Ольжича поправил треснувший на груди халат и прыгнул на шею вороному. Он так придушил конягу, что у того глаза стали закатываться, дышать нормально не мог, только слабенько сипел. Ягай подошел к нему, скрутил в трубочку уши, дал щелбана по носу и вынес диагноз:
  -- Ай-йа-йай!!! Беда-то какая...
  -- Что случилось? - забеспокоился рыцарь с оруженосцами.
  -- Ваш конь, доблестный рыцарь, дисквалифицируется, то есть удаляется с поля.
  -- Как так? Я протестую! - завопил немец. - Что за безобразие?
  -- Хорошо воля ваша - спокойно ответил Вовчик - Можете садиться на коня. Но только учтите, что у вороного сибирская язва, лептоспироз и диарея. При чем в самой тяжелой форме. Людям передается моментально. Сегодня вы на нем проедетесь, а завтра ваша кожа покроется пузырями и водянками. На спине вырастет горб, покрытый конским волосом. И не говорите потом, что я вас не предупреждал.
   Мальчик отвернулся и с отсутствующим видом начал разглядывать облака.
  -- Что мне делать? Как мне сражаться? - растерянно бормотал немец.
  -- Да не переживай. - взбодрил его судья. - Ничего непоправимого тут нет. Государь не допустит, чтобы столь доблестный рыцарь остался без лошади. Правда, ваше величество?
   Вакар хмыкнул и, указав рукой на возвышавшиеся неподалеку конюшни, предложил немцу самому выбрать коня.
   Вовка довольно потер руки и приказал отправить больного на карантин. Ольжич поднатужился и завалил полупридушенного жеребца на землю. Помощники кинулись крутить тому ноги.
   - Передние покрепче завяжите. Чтобы голову между ног не засунул, -шепотом командовал Ягай и посмотрел колдуну в глаза. Былое торжество бесследно исчезло.
   Через время связанного вороного погрузили на самодельные носилки, и бригада скорой помощи уволокла его за город на дно самого глубокого яра.
  -- Ну, все. Порядок. Теперь можно и турнир и начинать.
   До обеда все закончилось. В финале сошлись перебинтованный Василий Глыболом и Фриц Адольф фон Штирлицваген. Русич уцепился в копье-колоду мертвой хваткой и понесся к противнику. Сарацин целился в Васькин шлем, пытаясь заработать чистую десятку. И попал. Но только толку от попадания было мало. От Васькиного удара, он вместе с седлом улетел прямо под царскую ложу. Прямо на руки Вакаровой тещи. От нее, родненькой, еще и добавку получил, кулаком по шлему.
  -- А Ваську-то, Ваську ну прямо закачали!
   Три почетных круга по стадиону на руках и двадцать четыре подброса вверх. Вакар торжественно вручил победителю золотую "Азбуку добра", судье и его хомяку по медали "За храбрость" и пригласил всех на грандиозный пир. Только Ягай туда не попал, он тихонько улизнул из города. Нашел возле речки мирно пасущего Дрому и двинулся в путь. Аккурат на следующий день он уже долетел до трактира. Вечно голодный Дрома выгрыз всю траву у крепостной стены и летел быстро и резво. Бончь набил все свои и Ягая карманы пряниками, а медаль вообще не выпускал из рук. И самое удивительное - молчал. Молчал и улыбался. Видно представлял, как покажет награду всей своей родне, как будет долгими зимними вечерами рассказывать о своих приключениях вместе с Хозяином леса. А все будут слушать, затаив дыхание и не отводя глаз от героя.
   Бабу Ягу нашли мирно спящей в том же номере. Володька набрал с кувшина полный рот воды и стал брызгать на Агафью.
  -- У-у-ух! Голова болит! Вот это я разоспалася. Что не мог разбудить меня?.. Когда Ягай все рассказал, Агафья сидела долго в задумчивости. Теребила пальцами кончики платка и все бормотала, бормотала.
  -- Вородуша, его рук дело. Точно тебе говорю. Давно он на "Азбуку" глаз положил. Мешает ему мир на земле русской. Вот когда война, кровь, разруха - это да, это он любит, а чернокнижника ентого я не знаю, новенький, небось. - Агафья засобиралась домой, спеша сообщить сестрам о кознях Вородуша. И уже усаживаясь в ступу, горячо поблагодарила Вовку:
  -- Таки правильно, что попал ты ко мне в избушку, что остался ... Таки да...
  
   Глава 13. Из огня да в полымье.
  
   Осень все быстрее входила в свои права. На деревьях колыхались остатки листвы, пока уцелевшие от холодного ветра. Вовка с Ягой собирались в дорогу, зябко кутаясь в теплые кацавейки, подаренные молчаливой женой трактирщика.
   Летели молча, только Дрома тихонько чем-то чавкал, стараясь не мешать Хозяину переваривать новые впечатления. По просьбе Бонча, Ягай и Агафья сделали большой крюк чтобы высадить хомяка возле его родного поселения. Так сказать погостить...Обещался через три дня вернутся, но Вовка был бы не против, если бы даже и через неделю.
   Улей встретил друзей необычной для вечера работой. Почти все население поселка, включая дряхлых старушек, носилось по поляне, перетаскивая связки стрел, охапки копий и наборы разнокалиберных мечей. На окружавших долину скалах гномы строили из досок гнезда-бойницы. На некоторые из уже построенных заступила в караул первая стража, состоявшая из вооруженных до зубов рыжеволосых гномов. На небольшой высоте, эдак метров сто, парили четыре ступы с дозорными ведьмами.
  -- С ума сойти! -изумилась Агафья. - Мировая война началась, что ли?
   Вовка, не долго думая, схватил за рукав пробегающую мимо Ягу-малолетку:
  -- С кем воюем, малая?
   Ведьмочька откинула Вовкину руку и уже на ходу крикнула:
   - Крылатых ждем.
   Агафья так и охнула:
   - Ну впрямь я сама и накаркала.
   А через секунду уже задумчиво:
   - Не зря я Вородуша подозревала. Он таки в Лебедево нашкодил. А теперь решил на нас отвязаться.
  -- Мда-а-а, дела! Агафья... -мальчик дернул старуху за рукав. - А кто такие крыластые и это за чудище Вородуш? Я от тебя уже два раза это имя слышал.
   Когда Агафья объяснила Ягаю, кто такие крылатые, то даже немного привыкшему к жестокости и ужасам Средневековья мальчику стало немного не по себе. Крылатые, они же мышелюди, жили за границей леса у Рыжих гор. Эти сильные и мускулистые полулюди-полулетучие мыши обладали злобным нравом и звериной жестокостью. Хлеб не сеяли, скот не разводили, жили грабежами и охотой. Главным у них был хитрый и кровожадный демон по прозвищу Дурдан. Люди, боясь страшных соседей, давно покинули благодатные предгорья и перебрались подальше в лес. Агрессивное племя ягаев тоже было не подарок, но в открытую воевать с крылатыми не решались. Лет триста назад крылатые напали на одну избушку в пограничном лесу и похители старую ведьму с ученицей. Была после этого большая война. Всех погибло много. Но с тех пор соблюдался нейтралитет.
   Вовка с бабкой подошли к штабной избушке, где Авдотья с заместителями вовсю руководила военными приготовлениями.
  -- Как там дела ? - спросила она, жуя на ходу бутерброд с медвежатиной.
  -- Ничаво. Все в порядке. Меня слуги Вородуша травой опоили, четыре дня как убитая спала, а Вовка в Лебедево сам рыцарским турниром командывал. Дурдан хотел "Азбуку добра" украсть, так он не дал.
  -- Вот змей! - цокнула языком верховная Яга. - А у нас тут тоже не сказка. На этой неделе устроили крылатые охоту на людей, оседлых на дальних болотах. Селяне послали гонцов за подмогой к нам. Мы, стиснув зубы, может быть и не вмешивались бы, но крылатые стали жечь лес. Какие же мы "Хозяйки леса", если вокруг будет пустыня? Извергов отогнали от деревни, и вот теперь в Улее опасаемся мести.
   Тут стало быстро темнеть, и Вовка, отогнав Дрому пастись, кинулся с Ягой помогать старушкам натягивать маскировочную сеть на избу-склад с колдовскими и лекарственными травами.
  -- Воздух!!! - это патрули на ступах первыми подняли тревогу, разглядев низколетящий отряд крылатых. Ему вторили дозорные на скалах, мгновенно приготовившись к обороне.
   Ягушки, все побросав, кинулись врассыпную к избушкам. Через десять секунд они уже вылетали через окна и двери, надевая на ходу легкие кольчуги и натягивая тетиву на луки.
   Крылатые, видимо, хотели застать ведьм врасплох и напали вечером. Но не тут то было. На подлете к скалистому кольцу их встретил первый залп. Широкоплечие гномы мощно гнули луки, и их тяжелые стрелы пробивали мышиные крылья метров за сто. Заряжая сразу по две стрелы, открыли огонь зависшие сверху в ступах ведьмы.
   Первые ряды непрошенных гостей упали вниз сплошным строем. Подчиняясь приказу невидимых командиров, захватчики вдруг разлетелись и взяли долину в кольцо. Нападающих было так много, что они заслонили собой все небо. На место упавшего нелюдя тут же подлетало двое воинов и открывали ответный огонь уже из своих гнутых из простого дерева луков. Хотя они были недальнобойными, ягушкам все же пришлось-таки отступить к жилищам, ведя прицельный огонь из окон и бойниц на крыше.
   Крылатые сменили тактику. И вот на Улей полетел дождь пылающих стрел. Хорошо высушенные бревна вспыхнули как спички, и ведьмам пришлось спасаться от огня, прижимаясь к скалам. Даже не сговариваясь, бабули стали применять колдовские штучки. Из рукав сарафанов вытянули тонкие конопляные шнурки, осветили их заклинаниями и, сомкнувши в кольцо, покатили по площадке. Огненые круги скакали с кочки на кочку, поджигая одежду крылатых. Запах паленой кожи визг, писк и крики наполнили всю долину. Ягушки скручивали все новые и новые кольца, которые на время оттеснили ряды нападающих назад. Вот уже поднялись вверх первые, не выдержавшие атаки колец, мышелюди.
  -- Поднажмем, бабоньки! - и ведьмы еще активней принялись колдовать на веревках.
   Казалось, вот-вот - и армада не выдержит напора, начав отступление. Но тут из задних рядов выступили женщины-мышелюди. Их было немного, человек десять, но они тоже владели колдовством. Выставив вперед короткие черные посохи, они шептали антизаклинания, останавливая тем огненую атаку.
   Володька метался возле дерева, росшего посредине площади, не в силах помочь друзьям. Он судорожно произносил заклинания, но толку от них было мало. Выросшая в человеческий рост поляна кусючей крапивы поначалу остановила группу крылатых, но затем в колдовскую западню попали пяток ведьм, и теперь они взвыли от боли на вспухших ногах. Ягай прошептал заклинание задом наперед - и крапивы не стало.
  -- Головой , головой думай. -прокричала рядом Агафья.
   Вовка моментально исправился:

Острое жало, быстрый полет.

Пчелки родные, давайте в налет.

   Белая дымчатая тучка опустилась с неба и выкинула рой злющих диких пчел. Тонкая кожа крылатых не могла защитить их от болючих жал, и вскоре два десятка мышелюдей побросали оружие и катались по земле, воя от боли. Выпустив запас жал, пчелы исчезли также быстро, как и появились.
   Вовка вынул меч и рвался на площадь, но Яга цепко держала его за плечо. Шелестя крыльями и издавая пронзительные крики, на площадь стали опускаться новые отряды крылатых, вооруженные кривыми зазубренными мечами. К ним навстречу вышли молодые ведьмы, лихо рубившие сразу двумя секирами. Сеча пошла серьезная.
   Один нелюдь заметил застывших возле дуба людей. Он позвал на помощь товарища и кинулся на ягаев. Вовка рассмотрел наконец-то вблизи крылатого и от ужаса у него похолодело внутри. Черные как смоль мышелюди были ростом метра под два и имели кошмарную на вид голову, похожую на морду летучей твари. Шеи почти не было, зато мускулистые руки с туловищем были явно человеческие, вот только ноги больше напоминали волосатые лапы чудищ. Нападающие сложили крылья за спиной и не спеша двинулись на безоружных людей, обнажив кривые клыки. Это уже не сказки и не шуточки... Вовка глянул в глаза наставнице, и весь его страх ушел, когда увидел спокойствие Агафьи, приготовившейся дорого продать свою жизнь. Мальчик поднял меч и широко расставил ноги так, как учил Филимон. Но резкий, страшной силы удар нелюдя повалил его на землю, вместе с мечем. Лезвие выдержало, на нем не осталось не зазубринки. Следующий удар сабли выбил меч из рук и отбросил далеко его в сторону. Мышечеловек видя беспомощного мальчика, размахнулся для последнего удара. Вовка повернул голову и заметил родную ступу с прислоненной метлой. Он разжал кулак и бабкина метла змеем пригнула ему в руку. Он прицелился, и что есть силы ткнул острием древка напающему в грудь. Крылатый взвыл от боли и выпустил из рук оружие Вовка покатился по земле и схватил, выбитый меч. Встал на одно колено и стал глазами искать Агафью. Наставница вместе с нелюдем дралась далеко от него. Бабуля ловко уворачивалась от ударов меча, ногами и руками нанося удары по телу. Черномазый уже ели держался на ногах, меч в ослабевших руках не наносил ударов, он им просто оборонялся от воинственной старухи. Вовка кинулся на помощь, но бабушкина спина мешала, ударить мечем. Внезапно на поляне раздался рев боевой трубы ящеров. Это был сигнал к отступлению. Крылатые стали отбегать назад, расправлять крылья и боевыми десятками , взлетали вверх. Пытаясь захватить пленных, стали хватать раненых ведьм. Агафья треснула в последний раз крылатого куском камня и стала отступать под крону дерева. Сверху послышался шум. Мальчик поднял голову и увидел двух мышелюдей с копьями в руках. Вовка успел отрубить мечем наконечник одного копья и нырнуть в сторону от второго удара , как услышал крик.
   Нападающие схватили Ягу под руки и, махая крыльями, понеслись быстро вверх. Мальчик аж взвыл от бессилия и злости. Битва закончилась также внезапно как и началась
  -- Вскоре вся долина была уже пуста. Всю оставшуюся ночь , Вовка носился по площади как чумной . Он то заливал водой из ведра тлеющие развалины домов , то помогал переносить на носилках раненных .Когда силы окончательно стали покидать его, пошел помылся в ручье и прямо здесь же завалился спать . .
  
   Утром его разбудила чья-то тяжелая мозолистая рука , легонько поглаживающая его по шевелюре .
   Владимир ! Вставай . Авдотья к себе зовет . Ягай открыл глаза и увидел Дубчину ,ягайку из ближней охраны Улья, стоявшую в полной боевой выкладке ( кроме щита ) .
  -- Пойдем на площадь, Авдотья совет созвала . Вовка подошел к хозяйкам , стоявшим полукругом на потертых каменных плитах и стал искать глазами свою наставницу . Вспомнив о вчерашней битве , он глухо застонал .
  -- Что болит ? Покажи где ? -посочувствовала Дубчина .
  -- Здесь-он показал пальцем на левый бок..
  -- Понятно. Когда душа болит, это самая больная боль. Нелюди четверых наших сестер увели . Охо-хо-хо .
  -- Возле уцелевшего стола совещались пятеро хозяек леса во главе с Авдотьей . Они о чем-то спорили , периодически показывали на карту, нарисованую на куске кожи. Наконец договорившись, верховная яга вызвала троих добровольцев в спасательный отряд . Затем поколебавшись указала пальцем и на мальчика .
  -- Отряд собирался не долго и наскоро собрав оружие и немного из уцелевших припасов, двинулся в путь . Вовка нашел перепуганного Дрому в узкой разщелине скалы , размером с газовую плиту. Так и не поняв как он туда залез , ягай вынул его с помощью мотка веревки , привязанного к лапе и пучка морковки , помахивая ним перед носом дракономамонта .
   Как только вошли в лес, отряд перешел на волчий шаг. Это приличная скорость, еще и след в след. За целый день только два привала. И к вечеру над верхушками деревьев замаячили верхушки ярко-желтых гор.
  -- Дождемся темноты и двинем к пещерам, скомандовала Авдотья.
  -- Вовка аж застонал от удовольствия, когда смог, наконец, растянуть уставшее тело на траве. Когда темень окутала лес и горы, командирша встала с земли и, порывшись в сумке, вытянула две баночки. Бойцы подошли к ней и по очереди выпили из каждой посудины по два глотка. Остро пахнущий настой приятно согрел желудок и теплыми волнами разлился по венам. Враз сильно сдавило в голове. В ушах заложило, а глаза стали немилосердно чесаться. Головная боль прошла также внезапно и ягай почувствовал как засыпающий лес стал слышен все отчетливее и яснее. Колдовской напиток из трав усилил слух до такой степени, что слышно было, как падает букашка с травинки. А зрение ведьмака могло посоревноваться с орлом.
  -- Что-то охраны нигде не видно- заметил Вовка.
  -- Подозрительно они беспечны, - поддержала его Чернуха.
  -- Скользя между камнями и валунами как ящерицы, отряд поднимался все выше и выше, пытаясь найти проход в пещеру.
  -- Стоп! - прошептала идущая впереди Влада и показала рукой на неясный силуэт, маячивший возле отвесной скалы. Обостренное зрение ведьмаков разглядело вооруженного копьем мышечеловека, неторопливо шагавшего взад вперед по небольшой площадке.
  -- В полночь крылатые улетают искать добычу, и покажут нам проход в пещеры - заметила Авдотья и затаилась за большим валуном.
  -- Как только месяц выглянул из-за большой черной тучи, из-за скалы послышался шум и бряцание метала. Скрежета несмазанными цепями, открылись подвесные ворота и полной тишине на плиту стали выходить попарно мышелюди. Разправили крылья и также тихо взлетали. Вовка насчитал тридцать две пары, потом сбился и только зло ругал про себя нелюдей. Наконец ворота закрылись и часовой опять стал мерить шагами площадку.
  -- Кто снимет часового? - прошептала Авдотья.
  -- Я. -выпятила бронированную грудь Дубчина.
  -- Не пойдет. У крылатых слух не хуже чем у котов . А ты на мышку непохожа. Все дружно посмотрели на Вовку. Он без слов накинул капюшон на голову и пополз. Ягай обошел нелюдя сверху, и осталось еще три четыре шага до часового, когда крылатый что-то услышал. Он вытянул меч и оттопырил короткие машинные уши. Вертя головой как локатором, он смотрел то на ущелье, то на валун, за которым спрятались ведьмы. Вовка нащупал небольшой камень и коротко взмахнув, бросил его в ущелье. Локаторы среагировали на шум рассекаемого воздуха, но больше на стук камня об гранит и маленький камнепад в ущелье. Он повернулся к провалу, стал в боевую стойку и открыл рот, чтобы поднять тревогу. Ягай оценил опасность, напрягся словно рысь и прыгнул на нелюдя. Вытянувшись в прыжке, он взмахнул, мечем, и ударил им плашмя по мышиной голове. Оглушенный летун кулем повалился на землю. Из-за валуна выскочили ведьмы, держа в руках натянутые луки.
  -- Цвях, цвях. Щелкнула тетива об кожаные рукава курток и две стрелы улетели над Вовкиной головой. Сверху послышался шум падающих крыльев. Видать мышечеловек успел послать сигнал тревоги двум часовым, караулившим на верхушке скалы.
  -- Ну и как нам ворота открыть? - поинтересовалась Дубчина, поигрывая в руках боевой палицей.
  -- Авдотья, Чернуха и Влада кошками вскарабкались на верхушку скалы и осмотрели все вокруг. Ни душника, ни запасного выхода видно не было.
  -- Дубчина, ты прыгать умеешь?- спросил Вовка.
  -- На скакалке?
  -- Нет, на расстояние.
  -- Последний раз на прошлой недели, за кабаном через овраг.-бодро отрапортовала та. Вовка удовлетворенно кивнул.
  -- Тогда так. Разгоняешься на площадке и прыгаешь прямо на мост. Видишь, медные крючки торчат. Под нашей тяжестью они должны открыться. Дубчина, ругая под нос командиршу, за то, что оставила ступы в селе, быстро сняла колчан, меч и отвязала палицу. Ягай сделал разгон, и сильно оттолкнувшись от края обрыва, прыгнул первым.. Острый крюк до крови разодрал мальчику ладонь, но он молча висел, довольный прыжком. Дубчина взяла на разгон еще лишних метров пять и, топая ногами, как слон, понеслась к ущелью. Ведьма пропечаталась к воротам, так что они загудели как медный таз. Раскачиваться им не пришлось, так как дверь сама поползла вниз под тяжестью тел. Скрепя ржавыми цепями ворота открылись, и на мост вышел удивленный часовой, сладко позевывая. Стрела, выпущенная Владой, погрузила его в теперь уже вечный сон. Вовка с Дубчиной подтянулись,и закинули ноги на плиту. Через миг они стояли на ногах, крепко сжимая в руках кинжалы. Впереди было тихо. Пахло дымком и чем-то съедобным, ну прямо домашняя идиллия.
  -- Оставайтесь на месте - прошептал ягай. Мы вытащим пленных, а вы перетащите их через ущелье. Ведьмы кивнули и растаяли в темноте. Узкий и низкий коридор вывел в большую пещеру, осветленную ярким светом костра. Ягаи притаились за входом и осмотрели зал. Посредине пещеры стоял каменный трехликий идол, сжимая в руках в когтистых руках по бронзовому мечу. Возле него горел очаг с треножником з булькающим котлом на нем. В нескольких шагах от алтаря стояли два столпа с перекладиной, , над которой висели четыре женских фигуры. Колдовской взгляд ягая разглядел в них сестер. Вовка сжал кинжал и не раздумывая ринулся вперед. Дубчина неслась сзади, рыча, как взбешенный медведь. Ягаи выскочили к алтарю и стали спиной друг к другу.
  -- Погорячился ты, однако прошептала запыхавшаяся Дубчина.-
  -- Осмотреться надо было. Молодой ты, зеленый, а я бегу за тобой как теленок за коровой. Не встретив сопротивления, Вовка прыгнул к перекладине и срезал ремни на руках у хозяек. Те в беспамятстве повалились на каменный пол. Мальчик проверил пульс на сонной артерии на шее. Они были живы, но в полной отключке. Агафья лежала рядом с сестрами. Бледное лицо и глубокие морщины отличали ее от более молодых ведуний. У алтаря в куче тряпок и кинутых вещей, что-то зашевелилось. Потирая заспанные глаза, на свет появился мышечеловек. Не дав ему, опомнится, Дубчина кинулась к нему. Вовка прыгнул между ними и отвел занесенное оружие.
  -- Погоди. Это, по-моему, женщина. Ведьма остановилась и стала внимательно всматриваться в лицо нелюдя. Такие же мышиные уши, выдвинутая морда с двумя рядами желтых зубов. Только на голове вместо черной, чешуйчатой кожи росли пучки редких и длинных волос. Лицо смягченное, крылья маленькие. Женщина - нелюдь сама рассмотрела, наконец, гостей и стала истерически кричать, размахивая руками.
  -- Циц! - шуганула ее Дубчина, и нелюдь моментально замолчала, испуганно прижимаясь к идолу. Пока мальчик с помощью кувшина с водой приводил чародеек в сознание, вечно голодная Дубчина занялась поисками съестного. Она открыла крышку котла и вместо ожидаемого варева увидала полную посудину крови.
  -- Вот гады! А еще нами детей пугают, да Яги такой гадостью вовек не занимались. Дубчина плюнула в котел и пошла, помогать Ягаю. Женщина - нелюдь, оставленная без присмотра, отошла от идола и осторожно стала подходить к костру . В ее взгляде не было никакого недавно испытываемого страха. Она резко сунула руку в карман балахона и сыпанула в котел белый порошок. Кровавое варево забухтело и зашипело. Ведьмаки, занятые врачеванием не обратили и на это внимание. А та , зачерпнув черпаком кипящей крови, плеснула ее на лицо идола. В этот момент очнулась наконец-то Агафья. Она обвела мутным взглядом гостей и улыбнулась.
  -- Что, не забыл Вован старушку? Только зря вы жизнью рисковали. Живым отсюда никому не уйти.
  -- Перестань Агафья паниковать.- стал успокаивать ее ученик. - Вся бригада улетела в полночь. Осталась одна вон повариха. Яга обернулась и увидела жрицу, радостно обнажившую свои клыки. Старая ведьма только горько застонала.
  -- Самый опасный враг как раз и остался. Она..
   Перебивая ее обьяснения, в пещере загрохотало как после взрывов петард. Каменный истукан засветился, как новогодняя елка и через свои три рта стал испускать клубы вонючего дыма. Трехликое божество посинело, покраснело и стало приобретать живой цвет лица. Глаза засветились, а рты, которые были похожие на два куска сырого мяса, открылись.
  -- ОО-хо-хо-хо!!!- загрохотал он. Почему так рано разбудили? Его взгляд упал на котел, и голос стал истерическим.
  -- Так мало крови! Почему мало? Здесь мне на один зуб, два остальных будут голодными. Я в бешенстве, я в ярости!
   Женщина-мышь упала на колени и закричала низким писклявым голосом: " О, великий и могучий Вородуш! Не гневайся на своих детей, они почитают и уважают тебя. Вся семья улетела искать деликатесы. Нужда заставила меня разбудить твою трехликую милость. В дом пробрались двое чародеев, они пытаются забрать твою добычу и нарушили твой сон и аппетит. Идол завертелся, давая всем трем парам глаз рассмотреть диверсантов.
  -- Падайте ниц, презренные. Сам Вородуш вас кушать будет.
  -- Но, но! Полегче дядя! Возмущенный Вовка схватил одной рукой внушительное полено, а в другой сжал кинжал.
  -- Ха-ха-ха. Ржаво проскрипел смех трехглавого. -это кто там пищит? Кто это напялил на себя ягайский наряд и грозит мне никчемной булавкой. ? - Ба ! Да это Агафьин выкормыш. Глупый змееныш смешал мои планы в Лебедеве, а теперь приполз сюда. Вот так кстати. Из трех туловищ оторвались склеенные руки и завертели в каждой руке по мечу.
  -- Мама родная!- прошептал мальчик- Что мне с этой гигантской шинковкой делать? .
   Первой не выдержала Дубчина. Ее безумные глаза не сводили взгляда от каменного людоеда, а руки то поднимали, то опускали оружие. Внезапно боевая палица вылетела из ее рук и угодила прямо в одну голову. Но с таким же успехом можно было и ударить бревно - результат тот же. От удара ему стало даже лучше. Вородуш увеличился в размере и стал более агрессивный. Дубчина рухнула на правое колено и, подметая с пола булыжники, стала запускать их в идола.
  -- Хо - хо - хо!!! - довольно заржал бог крылатых - бей, не бойся, еще, еще... Его тело стало большим как бочка с квасом, а перекошенные злостью лица как ведра. Ягай и сам пару раз вмазал камнем по его носу. Каменные ноздри набухли и вспухли как баклажаны. Тем временем Агафья закончила заклинание и прямо из ее рук к потолку пещеры взлетела тучка. Маленькая, пушистая, размером с подушку. Она, подчиняясь движениям рук ведьмы, подлетела к идолу и шарахнула его молнией.
  -- Давай, старая ведьма, давай! Жги меня, пали, бей!
  -- Бедная Агафья потратила все свои силы на магическую атаку и теперь только стояла, безвольно опустив руки. Дубчина выбрала самый большой булыжник и, вырвав его из пола, подняла руками вверх.
  -- - Стой, сестричка! Не надо! Вовка кинулся к ведьме и выбил камень из ее рук.
  -- Я понял - быстро зашептал он - Вородуш питается нашей злобой и ненавистью. Посмотри, как от ударов он становится все больше и сильнее. Вовка схватил Дубчину и держал ее до тех пор, пока ведьма не успокоилась и не процедила сквозь зубы.
  -- - Ну, и что нам делать! Как с ним сражаться?
  -- Лаской.
  -- Чем, чем?
  -- Добротой,- прошептал мальчик, - она его точно убьет.
  -- И кто его так утонченно будет убивать?
  -- Ты, Дубчинушка.
  -- Ни за что - бурно запротестовала ведьма, - я не хочу, не могу и не буду. Какая к черту доброта. Бошки ему пооткручивать - это я с удовольствием.
  -- Ну, ты же знаешь, что это бесполезно - тихо, но твердо вел свое Вовка - добротой и лаской надо его валить. Давай, Дубчинушка, постарайся милая
  -- Я не знаю как,- уже жалобно стонала та. Вовка спрятался за ее широкую спину и стал подталкивать Дубчину вперед.
  -- Ты маленькой была?
  -- Ну?
  -- Цыплят, утят любила?
  -- Ну?
  -- Так позови Вородуша к себе как цыплят.
  -- Этого изверга каменного? Ни за что.
  -- Зови, что тебе сказал - Вовка сильно толкнул ее в спину. Ведунья набрала полные легкие воздуха и, изобразив на лице улыбку, пропищала как маленькая девочка.
  -- Цып, цып, цып - мои маленькие, сладенькие истуканчики. Бегом летите ко мне. Ваша мама пришла, травки принесла
   Вородуш как раз собирался глотнуть из казана крови, но от шока опустил медный черпак себе на ногу. Он выкатил все свои шесть глаз на шепчущую припевочки здоровую Ягу.
  -- Мои бедненькие, хорошие цыпочки, набегались, устали. Сейчас мамочка вас накормит, обогреет и спатки уложит. Цып- цып-цып!!!
   Вородуш продолжал стоять с выпученными глазами и даже не смог пошевелить рукой, когда Вовка подпихнул ведьму и приказал его погладить.
  -- М-м-м, - жалобно попыталась заскулить Дубчина, но Ягай поднял ее руку и стал гладить ею идола.
  -- Пошли вон, теплокровные. Немедленно уберите свои руки, - начал бушевать истукан.
  -- Гладь его, Дубчинушка, гладь его, паразита, - не унимался сзади Вовка, - пока он с камня не вылез.
   Ведьма уже и сама поняла, что делать. Она обхватила руками идола и, поднатужившись, подняла его. От напряжения на ее плечах вздулись бугры мышц, а лицо сделалось пунцовым. Захват. Рывок - и божок лежит на руках, как шестимесячный малыш.
  -- Люли-люли- люли, будут спать козюли. Ляли, ляли, ляли - сладко засыпали. Спать, мои маленькие, спите, мои хорошие.
   От нежностей чародейки Вородуш стал уменьшаться прямо на глазах.
   Сначала по сантиметру, потом все быстрее.
  -- Брось меня, ведьма! - из последних сил просил идол. - Я тебе приказываю. Вспомни, наконец, что я твой враг - Вородуш Кровавый.
   Дубчина затрясла идола в новом витке качания - конвульсии и сквозь зубы попросила у Вовки:
  -- Чего пялишься? Видишь, ляля уснуть не может. Дай ему сосочку.
   Вовка понял сестру с полуслова и быстренько скрутил с разбросанных тряпок три кляпа и заткнул ими все рты божка.
  -- М-м-м, - только и сумел произнести тот.
   Ягай и сам стал гладить каменное тельце Кровожадного под колыбельную из "Спокойной ночи, малыши".
   Шокированные происходящим, ведьмы и жрица не сводили взгляда с уже десятисантиметровой статуэтки, намертво зажатой в толстых пальцах Дубчины.
   Еще секунда - и грозный бог мышелюдей, Вородуш Кровожадный исчез, блеснув на прощание искоркой пламени.
   С минуту все стояли молча.
   Первой в истерике забилась жрица. Она рвала на голове остатки волос и каталась по полу, жалобно воя.
  -- Ладно. Пошли, что ли? Чего здесь смотреть, - выдавила Авдотья. - Тем более скоро крылатые вернутся.
   Отряд выбрался из пещеры и очень быстро двинулся в обратный путь.
   ...В Улье их встречали как героев. Столы ломились от всевозможных деликатесов и сладостей.
   Величать начали с Авдотьи, но ведьма сняла с шеи победоносный венок из лавровых листьев, прошла сквозь застывший в недоумении строй сестер и водрузила его на Вовкину шею.
   Вечером за столом, Вовка сидел красный, как рак, слушая о своих героических приключениях, которые очень красочно расписала Дубчина. Чернуха и Влада охотно поддакивали. Когда чародейки закончили пировать и стали собирать посуду со столов, к Вовке подошла Авдотья:
  -- Как ты себя чувствуешь? Устал?
   Мальчик отрицательно покачал головой.
  -- Да ладно. Вижу, что держишься, как настоящий Ягай. Да не об этом. Хочу сказать, что сестра Агафья - она очень хорошая и знающая ведьма, но придется тебе еще немного погрызть науку.
   Ну никакого тебе отдыха! Следующие три дня Володька сидел с Авдотьей за толстыми колдовскими книгами, затем начались не менее сложные занятия с горшками и колбами, травой, кореньями и растворами. Ночью сильные руки трясли Ягая за плече, и сонный мальчик шел вслед за ведьмой в лес. Там, среди природы, он учился понимать весь окружающий мир.
   На этом миссия Владимира оказалась выполненной. Когда пришло время прощаться, лететь домой, к родителям, к Ягаю пришли все ведьмы. Агафья пустила скупую слезу и просила добросовестно, по-хозяйски охранять лес. Авдотья строго сдвинула брови и попрощалась сухо, в отличие от веселой Дубчины, которая для смеха привязала Вовкино седло к дереву, из-за чего тот долго не смог отчалить. Вот так и полетел домой наш путешественник с полной душой любви к своим новым друзьям. Ему казалось, что дома он не был целую вечность. Только где - дома? В маленькой деревянной избушке или на седьмом этаже панельной девятиэтажки ?
  
  

Глава 14. Небесная лаборатория.

  
   Солнечные зайчики, проникая в небольшую комнату сквозь прозрачные стены, резво прыгали по затылку человека, склонившегося над ноутбуком. Комп лежал на небольшом дубовом, с резными ножками столике. Чуть дальше виднелся прекрасно освещенный со всех сторон большой гладкий стол, напоминающий собой операционный, какие есть в хирургических отделения дорогих частных клиник. Рядом с ним на небольшом возвышении расположились изящные стеклянные колбочки с жидкостью разных цветов, газовые горелки и всевозможные химические реактивы. Человек, работавший за компьютером, то и дело бубнил себе, не переставая:
   -Да... Конечно... Если мы применяем эти два элемента, то реакция протекает более гладко... И результат станет... более ожидаемым... Нет никаких неожиданностей. Наконец я получил точный результат! Этот всезнающий балбес ни в чем не сможет меня обвинить... Как приятно получить точный результат после такой кропотливой работы... Интересно... почему так тихо? Куда все подевались? И чем занимается мой несравненный напарник?
   Помещение со всеми медицинскими прибамбасами, как, собственно, и его обитатель в белом медицинском халате с огненно-рыжей копной волос, представляло собой лабораторию ученого отшельника. Оно было максимально напичкано аппаратурой и абсолютно не предназначено для посещения посторонних лиц. Сначала могло показаться, что пол покрыт необычайно мягким белым ковром, который напоминал обычную медицинскую вату, однако таким же "ковром" были покрыты и стены, и двери, и высокий потолок.
   Но этот медицинский рай полностью состоял из облачной ткани. И даже мельчайшие детали кабинета были созданы из сверхлегкой облачной ткани. Да как же иначе. Ведь вся лаборатория и другие прилегающие помещение разместились не в здании, не в пещере, не в землянке,... а внутри огромнейшего облака.
   Негромко хлопнув крышкой ноутбука, рыжий хозяин, которым оказался ни кем иным, а нашим старым знакомым Яром, направился к выходу, явно обеспокоенный тишиной. Коридор, по которому он продолжал свой путь, поражал своей однообразностью: те же ватно-облачные полы, стены и потолок. Только в конце коридора синим пятном зияла арка.
   Яр привычно ступил на свободно парящую в голубой пустоте вертикального колодца облачную тарелку. Хлопнул в ладоши два раза - и усилившийся ветер плавно понес тарелку вверх и остановил ее перед точно такой же аркой, за которой открывался новый коридор.
   Обрушившаяся на Яра какофония звуков серьезно контрастировала с абсолютным безмолвием лабораторных коридоров. Громкий хохот, веселое ржание и трубное похрюкивание оглушили рыжего ученого. Пройдя несколько метров, Яр откинул полог воздушной занавески и оказался в центре источника неповторимым звуков. Сказать, что они поразили его больше, чем то, что он увидел, значить не сказать ничего.
   В первую очередь в глаза бросалась огромная волна, сотканная из облачной ткани, надвигающаяся и издающая характерные для морских волн звуки, а на гребне волны выписывала виражи доска в форме крышки стола, оседланная достаточно нелепой фигурой, которая стояла в полный рост, весело ржа и притопывая копытами от восторга. Ну, представьте себе пони с длинными ослиными ушами и с одиноким горбом верблюда дромадера, стоящая на задних лапах, суматошно махая передними в воздухе, пытаясь удержать равновесие. Голову этого странного создания украшала бандана черного цвета с белоснежными черепушками и перекрещенными костями. В завершение чудного образа, существо поблескивало тремя золотыми сережками в правом ухе, а одето было в черную кожаную куртку с металлическими заклепками. Во как!
   В метрах трех от облачной имитации водной стихии находился наш второй знакомый, напарник Яра Мун во всем своем рокерско-панковом прикиде. Он громко выкрикивал замечания фигуре то хмурясь, то вскидывая большой палец вверх.
   Облачная волна не стояла на месте, постоянно двигаясь. Слева, прямо в воздухе, без какой-либо поддержки висел маленький водопадик. Вместо журчания и шума воды, он озвучивал пения птиц и шум колышущихся на ветру деревьев. На поверхности облака от падающей воды вырисовывался осенний лес и шагающая по тропинке фигура в странном, похожем на маскировочный костюм, одеянии.
   Лицо Яра, перекошенного от злости, стало приобретать цвет спелой вишни. Наконец не выдержал:
   - Стоп. Замри. Что за балаган вы здесь устроили? Мун! Я же не так много тебя просил. Надо было просто проследить по видиоводопаду за нашим новоиспеченным Ягаем. Здесь много ума не надо. Я думал, что с таким заданием может справиться и младенец.
   - Так о чем базар, братела? Видак фурычит. Зеньки мои еще картинку рисуют, а то что мы на ха-ха присели, к теме краев не имеет. Ты на горбатого позырь. Пацан только в кайф вошел. А ты ему все хатки ломаеш. А Ухан ваще кроме забора и камеры всего децл свободы поимел.
   - Нет. Я же знал, что тебе доверять невозможно. И просил-то тебя о пустяковом деле: посмотреть за мальцом любое разумное существо сможет. Вот и горбунка в помощь дал. Думал, хоть он тебя одергивать будет. А ты что? Мало того, что речь твою без словаря понять невозможно, так еще и экспериментальные образцы портишь. Интеллект я в них вкладываю, а ты его просто убиваешь...
   Сверху раздалось протяжное ржание.
   - Ты, док, не парься. Братан новую инфу дал. Мы теперь ее в натуре применяем. По кайфу. Круть майская. Это тебе не синусы с косинусами множить. Тут и аэродинамика, и координация, и математические расчеты, и результат сразу виден.
   Яр выслушал тираду, понурив голову:
   - Ну что, доволен? Я уже свои экспериментальные образцы понять не могу. У Горбунка ай-кью выше, чем у академиков 21 века. А с тобой всего полчаса пообщался... Бомж-бомжем. И вообще, ты куда Дрому забрал? Я его комнату под всеми углами осмотрел, даже ощупал на всякий случай. Нет его.
   - Вон твой ушастый. Возле стенки лампочками блымает. Он и за водопадом следит, да и вообще сам хочет все увидеть. Ты чего хочешь от мелкого?
   - Все что, я хотел, уже произошло. А дальше видно будет. Мы с тобой-то уже давно спорим. Сможет он дальше, или нет.
   - Да не пыхти. Горбунок и так на пари выставлен. Так что самое время мне с ним скорешиться и общую тему надыбать. А за мелкого не парься. Все, что надо, забодяжит и добьется, только ему сейчас не до твоей высокой ботвы. Вон позырь.- он махнул рукой в сторону водопада. - Лесовик твой хозяйственный к венику колючему прется. По-новой в свой мир попасть пытаться будет.
   Мун щелкнул пальцами, и водопад послушно показал лесную чащу, по которой с бешеной скоростью несся, забросивши на спину темную цыганскую иглу, боевой хомяк.
   - Тут до стрелки минуты три осталось. Сейчас братаны побазарят, косяками друг друга обложат и опят скорефанятся. ...Ну, что я говорил? Минуты на три щекастого и хватило. О! Вон по бешке пополз, на грудь спустился и уже за пазухой у пацана кимарит. Через пару шагов шкет дома будет, да не один, а с верным хомячищем. Так что не сам мелкий остался, и не фиг на нас переть, как танк. Мы - пацаны правильные, тему знаем и за базар отвечаем. Ты бы лучше раньше пришкандыбал, тут такой боевичек развернулся, и опять-таки с нашим знакомцем в главной роли. Ща, подожди, отмотаю назад.
   Мун направил на водопадик пульт, экран погас и вскоре загорелся вновь. Однако теперь картинка была абсолютно иной, уже известной нам ранее.
  

Глава 15. Один на всех.

  
   Ягай подошел к избушке и толкнул дверь. Почему-то она не открывалась. Вовка дернул еще раз. Странно. Дверь явно была закрыта изнутри.
   "Ну, ничего себе... Меня домой не пускают!". Он забарабанил в дверь руками и ногами.
  -- Немедленно откройте!
   В избушке зашуршало, затрещало, и мальчик услышал несмелое мяуканье.
  -- Мурзило, это ты?
  -- Мяу, - отозвался кот.
  -- Открывай дверь, морда усатая. Не слышишь, хозяин домой вернулся.
   Тут послышался стук упавшей щеколды и дверь распахнулась. На порог выскочил худющий перепуганный котяра.
  -- Мурзило, друг мой. Что здесь творится, чего ты так испугался?
   Рыжий котяра, который легко мог встать против волка, припал к мальчишечьей ноге и мелко-мелко задрожал. Мальчик нагнулся и стал гладить кота по спине. Мурзило наконец успокоился и показал лапой на лес. Вовка вышел из избушки, спустился по лестнице и чуть не наступил ногой на целый выводок зайцев. Ягай присмотрелся и ахнул. Вся поляна была забита зверьем. В траве, в кустах, на деревьях испуганно жались друг к другу олени и волки, кабаны и медведи, лисы и зайцы. Все звериные глаза от старых вожаков до вылупившихся птенцов были устремлены на него. Вовка поправил меч, застегнул куртку и расправил плечи.
  -- Добрый день, жители леса!
  -- Здравствуй, молодой Хозяин леса, - пропищали, проревели и прорычали звери.
   Ягайская учеба не прошла даром, и он отлично понимал всех зверей.
   - Какая причина заставила вас бросить свои норы и гнезда и собраться здесь?
   С земли поднялся старый медведь и, встав на задние лапы, заревел. Он рычал, что в лес пришла беда. Настала она тогда, когда они полетели в Улей и бросили без присмотра свой лес. На бесхозные земли выползла из черных чащ и гнилых болот всевозможная нечисть и стала хозяйничать.
   По мере того, как косолапый описывал все новые и новые злодеяния вурдалаков, лицо у молодого Ягая становилось все злее. Взгляд стал свинцовым, а рука крепко сжала эфес меча.
   - Где они?
   Медведь указал лапой на восток.
   - Кто покажет дорогу?
   С ветки спрыгнула молодая рысь и коротко рыкнула. Вовка потуже завязал шнурки мокасинов и зашагал вслед за дикой кошкой, так и не побывав в избушке.
   Быстрым шагом, иногда переходящим в бег, он продвигался до самого вечера. Когда солнце глубоко спряталось за деревьями, молодая рысь остановилась и указала дорогу дальше кивком усатой морды. Затем запрыгнула на дерево и удобно устроилась на ветке. Дальше Вовка зашагал сам.
   Темнота быстро опускалась на землю вместе с густым, белым, как молоко, туманом. Лес с каждым шагом переставал нравиться ему все больше и больше. Вместо рослых, здоровых деревьев стали все больше попадаться корчаги и чудно закрученные ветки. И еще тишина. Мертвая. Ни пения птиц, ни жужжания комаров. Только ворон каркает впереди, перелетая с ветки на ветку.
   - Ух, ты! - этот возглас у Ягая вызвал ярко-желтый мерцающий огонек. Выйдя на небольшую поляну, мальчик увидел обыкновенную мельницу с неторопливо крутившимся ветряком. Удивительно. Ветра нет, а лопасти крутятся. Стараясь, чтобы под ногами не треснула ветка, Вовка подошел к мельнице и постучал в дверь. Дверь никто не открыл. Он толкнул дверь и шагнул вперед. Оглушительные крики, ругань и музыка, ядучий запах серы, протухшей еды и давно немытых тел буквально парализовали его. Ослепленный и оглушенный, Ягай зажал нос рукой, шагнул за порог вперед, и еще больше оглох. Но теперь от тишины. Около сорока пар глаз уставились на него, удивленно рассматривая с ног до головы.
   - Вечер добрый, люди добрые!
   На такое приветствие дюжина "добрых людей" радостно разинули пасти, оголяя страшные клыки. Еще десяток "добряков" выпустили огромные когти, нетерпеливо скребя ими по столам. Остальные грохнулись на пол от смеха, завывая и рыча от избытка чувств.
  -- Мама дорогая! Куда я попал? - прошептал мальчик. - Здесь же нет ни одной крещеной морды. Нечисть сплошная, отборная, колированная. Да такая, что не в каждом ужастике увидишь. Оборотни, вурдалаки, гоблины, вампиры и лешие. - Остальных душегубов Вовка даже не знал, как и квалифицировать. Хорошая попалась компашка, ничего не скажешь...
   От длинного и грязного стола оторвался волосатый бугай с волчьей пастью и бычьими рогами.
  -- Какой наглый и вкусный человечишка, - прогудел тот.
   В голове Ягая мгновенно прокрутились лекции гнома и Агафьи на тему "Зловредная нечисть и как с ней бороться", но в мозгу отразился только последний совет Филимона:
  -- Если страшно, то бей первым, нечисть силу уважает.
   Довольно потирая клешни, бугай двинулся навстречу. Пока он сделал два
   шага, Вовка сделал пять навстречу и резко подпрыгнул вверх. Мощный удар двумя ногами под дых - и зверюга, разбивая рогами посуду, улетел под стол.
   Мстить за товарища поднялось двое гоблинов. Оценив выучку соперника, они сразу встали в боевые стойки, покручивая в руках внушительного вида топоры. Вовка даже не стал вытаскивать меч. Это же как хворостинкой против трактора. Гоблины слаженно махнули топорами. Ведьмак в последнюю секунду отскочил, а от скамейки, стоявшей за ним, остались одни щепки. Еще взмах - и лезвия секир уткнулись в пол.
   Нечисть взревела от злости на шустрика, но за секунду - уже от радости. На помощь пришла еще пара рогатых, загоняя Вовку в угол и умело прижимая к стене мельницы. Гоблины прицелились и размахнулись для последнего удара. Бах!.. И лезвия, глухо зазвенев, застряли в бревнах. Мальчика они не видели, а унюхали, когда тот выскочил сзади и, зажав их обеими руками, со всей силы ударил друг об друга. Черепа гоблинов зазвенели, как пустые казанки, а их хозяева, ласково придерживаемые Ягаем, мягко свалились на пол.
   Шум и гам в мельнице утих, и вся нечисть изумленно уставилась на ведьмака. Такой прыти от сына человека никто здесь не ждал. Теперь попробовать свои силы из-за стола встала тройка вампиров, хищно выпятив клыки. Но Вовка вытащил меч и демонстративно покрутил перед ними серебристым лезвием. Вампиры намек поняли и лихо дернули в дальний угол комнаты, зло зашипев оттуда.
   Не выпуская меч из рук, Вовка прокашлялся, вытер пот со лба и грозно спросил:
   - По какому праву вы, мерзкие обитатели чащ, в которых никогда не светит солнце, и гнилых болот, в каких никогда не бывает живой воды, покинули свои места и пришли в мой цветущий лес?
   Начиная осознавать, кто перед ними стоит, представители нечисти стали снимать с голов что-то, напоминающее головные уборы.
   Вовка продолжал дальше :
   - И как посмели вы, нечестивцы, травить и убивать зверей моего леса? А ?
   Из-за стола поднялся леший и, прожевав кусок вонючего мухомора, вежливо объяснил:
   - Не гневайся на нас, Хозяин Леса. На прошлой неделе пришли в наши края гости и сообщили новость, будто бы сгинул весь чародейский Улей вместе со всеми ведьмами. Вот и кинулся наш народ на пустые земли. А за порчу зверья мы ответим и принесем откупную...
  -- Какие-такие гости? Кто смел нести весь этот бред? - перебил лешего Ягай.
  -- Да вот он стоит, - показал рукой лешак.
   Вовка обернулся и увидел злорадно улыбающегося мышечеловека с дубиной в руках.
   ...Больше ничего сказать и сделать он не смог. Крылатый нанес молниеносный удар: быстро, метко и больно...
   ...Голова не просто болела, она словно раскалывалась на части мелкими кусочками, острыми и колючими.
   В последний раз было так больно, когда в прошлом году он не удержался на грушевом дереве и упал вниз прямо на кучу веток. Нога тогда подвернулась, и голова ударилась прямо в ствол дерева. Груше хоть бы хны, а вот на Вовкиной голове выскочила шишка размером с кулак. Ну, тогда был сервис, я вам скажу. Прилетела бабушка, папа, мама и давай жалеть, охать, ахать и, главное, лечить. Холодные примочки на лоб и ногу, холодный квас внутрь. Мягкая подушка под больную ногу. А главное, папа в сердцах пообещал купить с зарплаты приставку. Сейчас же никого, только вокруг холодно и сыро, да еще и крыса пищит под ухом. Крыса? Откуда?
   Вовка с трудом открыл глаза. Сквозь маленькое окошко, размером с ладонь, пробивался скудный серый свет. Стенка подвала была выложена из красного обожженного кирпича, пол - земляной, утрамбованный. Деревянная лестница одним концом упиралась в пол, другим в массивную, дубовую крышку люка. Хорошенькое местечко! Вот попал! Хоть бы соломки постелили для мягкости. Вовка поднялся и ощупал себя всего. Вроде целый. Считаем потери. Пояса - нет, меча - нет. Ну а главное - свободы нет.
   Заскрипел засов, и чьи-то сильные лапы откинули крышку люка. Яркий свет факелов ослепил мальчику глаза.
  -- Ну что, очухался, человеческий змееныш? Принесли тебе пожрать, но учти, это в первый и в последний раз. Подохнешь здесь от голода и жажды. А свое любимое солнышко увидишь, когда крысы сожрут твой труп, а обглоданные кости выкинут на улицу.
  -- Хо-хо-хо. Га-га-га. Хи-хи-хи.
   Ягай сощурил глаза и разглядел в отверстии рогатую морду вчерашнего бойца, мышечеловека и парочку гоблинов. Не прекращая довольно ржать, нелюди бросили на пол большую кость с куском завонявшего мяса и парочку мухоморов.
  -- А чтобы тебе отдыхалось приятней, знай, что за то, что ты свел с ума нашего бога Вородуша, муки ты примешь страшные. Твой лес мы уничтожим, зверей и птиц погубим. Трава - и то расти не будет.
   Крышка с грохотом закрылась, и в наступившей тишине Вовка почувствовал настоящий страх. Даже не за себя, нет. За все живое, за которое он в ответе. Вместе со страхом пришла злость. Злость на себя. За то, что позволил пленить себя, как глупого зайца. Вторая волна злости на нелюдей, готовых превратить все вокруг в пустыню из-за мести. Усилием воли заставил себя успокоиться. Выбраться самостоятельно из подвала было нельзя. Стены крепкие, решетки кованые, засовы дубовые. Мальчик растратил остатки энергии на осмотр и теперь обессилено упал на пол и забылся... Из неспокойного сна его вернуло громкое жадное чавканье. Вовка открыл глаза и увидел трех огромных крыс, жадно грызущих остатки мяса на кости. Из всех подземных жителей леса только крысы не подчинялись ему по причине своей вредности, свободолюбия и хорошей самоорганизованности.
  -- Хрум-хрум-хрум. Вкуснотища какая, - пропищала одна серая, любопытно посматривая на мальчика.
  -- Слышишь, Пацюкан, а когда до человека доберемся?.. Худощав, жилист, но все равно, наверное, вкусный.
   Самая большая крыса перестала жевать и тоже посмотрела на ведьмака.
   - Еще рано. Пару дней надо подождать. Пусть протухнет. Вкуснее будет.
   Вовку передернуло от такого гастрономического разговора, но он не подал виду, что понимает крысиную речь. Стараясь не привлекать внимания, он засунул руку в карман и стал проверять его содержимое. Засохшие водоросли и осколок прозрачного стекла, свернутая кругом тонкая веревка, плетенная из тонкого конского волоса. То, что надо! Один конец связал в петлю, второй просунул в него. Аккуратно, стараясь не перебить "серым" аппетит, вытащил веревку из кармана и накрутил на руку.
   Вжик - и миниатюрное лассо упало на шею самой большой и толстой крысы. Легкий рывок - и петля крепко заарканила "серую". Остальные крысы замерли, ошарашено переводя взгляд своих глаз-пуговичек то на человека, то на собрата. Вовка подтянул ошарашенную крысу к себе и наступил ногой ей на хвост.
  -- Не губи нашего вождя. Не убивай! - запищали, закричали во весь голос две оставшиеся крысы.
   Одна серая попыталась подбежать к товарищу, но Вовка демонстративно показал ей на петлю.
  -- Не губи Пацюкана, человек, и нас тоже пощади.
  -- А вы кто такие?
  -- Мы его охранники.
   Вовка засмеялся:
   - Хорошие телохранители, мясо жрут, за хозяином не смотрят. Ну ладно, отпущу, но с условием ...
   Крысы преданно смотрели мальчику в глаза, стараясь даже не дышать.
  -- Принесете к вечеру горшок березового угля, предварительно протерев его между зубами в порошок. Еще горшочек серы, найдете ее на полу в мельнице, с нечисти она сыпется, как перхоть. Ну и горшок последу.
  -- Чего-чего?- удивленно переспросили "хвостатые".
  -- Обыкновенного крысиного последу, но не просто запихайте его в горшок, а сначала выпарьте его в чугунке. Получится чистая селитра. Ясно?
  -- Ясно, хитрый человек, - хором ответил крысы.
   Вовка немного попустил веревку, и Пацюкан, почуяв слабину, быстренько стал пятиться назад, стараясь, вытянуть голову из петли, но Ягай ловко накинул свободный конец веревки на морду серого и накрутил ее, как намордник. Крысе осталось только злобно зарычать на хитрого человека и, безрезультатно повозившись с петлей, уткнуться спать.
   Время шло...Судя по темным бликам в окошке, близился вечер. Ведьмак занервничал. Скоро придут за ним, а серых все нет. В полутемном подвале становилось все прохладней и темнее.
   Наконец в норе послышалось сопение и грохот глиняных горшков друг об друга. Через минуту из дырки высунулась остренькая морда, повела носом и вытянула по очереди горшки.
  -- Все сделали, как договаривались. Ох, и задал ты нам задачу. С углем проблем не было, серу наскоблили прямо с голых пяток вурдалака, а вот когда послед стали парить, наши носы в трубочку свернулись.
  -- Давайте скорее все сюда, - перебил говорливых телохранителей Ягай.
   Он прижал горшки к груди и пополз вверх по лестнице. На самой верхней ступеньке мальчик аккуратно высыпал содержимое на сухую доску и все тщательно перемешал.
   Скоро сверху послышались грубые голоса, и Ягай рыбкой нырнул с лестницы прямо к стене. Крысы же успели разгрызть намордник на хозяине и нырнули в нору, напоследок пригрозив Вовке лапами.
   Люк распахнулся, и подвал осветил свет факелов.
  -- Где ты? Червяк человеческий? Выползай, давай. Добрые дядюшки гоблины принесли тебе на ужин сладеньких пряничков. - гоблины довольно заржали и бросили на пол кусок гадючьего хвоста.
   Вовка только поплотней прижался спиной к стене подвала и зажмурил глаза.
  -- Где ты там спрятался?- нелюди обеспокоились тишиной и опустили вниз факел, чтобы осветить темницу.
   Языки пламени лизнули деревянную ступеньку и прыгнули на горку самодельного пороха.
  -- Ба-а-а-абах!!!
   Страшной силы взрыв оторвал массивную ступеньку и припечатал двух гоблинов прямо к потолку мельницы. Вовка, перепрыгивая через две ступеньки, покарабкался наверх. Подтянулся и выкинул тренированное отдохнувшее тело наружу.
   Встревоженная раздавшимся взрывом, в кладовую повалила нечисть. Первым ворвался рослый амбал с волчьей пастью. Вовкка протянул ногу и тот, зацепившись коваными копытами, кубарем полетел вниз в подвал. Летевшего вслед за ним карлика с морщинистой зеленной кожей и злыми гадючьими глазами Вовка припечатал дверью прямо по носу. Ягай собрался перепрыгнуть через тело, но притормозил.
   Весь большой зал был битком набит всевозможной нечистью. Там были и старые, потрепанные Вовкой, и много новых. Все они рычали, лаяли, мычали и хрюкали от ненависти к Ягаю. Мальчик быстро сориентировался и захлопнул дверь за мгновение, как ножи и топоры застучали по ней.
   Вовка осмотрел засов. Выдержит, но недолго.
   Тем временем дверь затрещала под градом ударов. Пыль и щепки летели в разные стороны. Ягай осмотрелся по сторонам в надежде найти что-нибудь поувесистей и поострее. Как назло в кладовой нечего не было, кроме кадушек с соленьями. В бочке ароматно пахло квашеной капустой и огурчиками. Вовка вытянул один и вкусно захрустел. В остальных квашеная капуста, моченые яблоки и грибочки. В липовой кадушке было налито кедровое масло. Вовка обмакнул в него палец, посмотрел, как стекает вниз янтарная жидкость, и довольно заулыбался.
   Через пару минут нелюдям в зале было не до смеха. Разъезжая ногами по всему залу, как коровы на льду, они падали, ползали и катались. Двое оборотней столкнулись друг с другом и от удара об пол поломали клыки. Они ползали по всей зале, проклиная по очереди ведьмака и своих друзей, потоптавших лапами клыки.
   Вовка засунул голову внутрь и поискал взглядом свой меч. Клинок висел на стене, обмотанный ремнями и приколоченный гвоздем к стене. Ведьмак протянул руку. Булатный клинок задрожал, завибрировал и, порвав ремни, полетел к хозяину.
   Нечисть шустро среагировала на свист стали и быстро попадала на пол. Один ушастый житель подземелья замешкался и сразу лишился кусочка волосатого уха. Вовка не спеша отыскал свой ремень. Душновато тут... Пустая кадушка из-под масла полетела в окно, выбивая наружу стекло вместе с рамой. Ягай соколом подлетел к окну. С наслаждением вдохнул свежего воздуха и, не спеша, подпер палкой дверь. И только потом, с чувством хорошо выполненной работы, зашагал назад домой.
   Домой...Туда, где он вырос. Вырос не телом, а душой. Где ждала не детская работа и не простые обязанности. Где все живет и растет под его зорким глазом и чутким ухом и почти мужской рукой.
  
  
  

Глава 16. Возвращение.

  
   ... Дожди зарядили на целую неделю. Крупные капли монотонно стучали по крыше, лупили в окно, навевая скуку и сонливость. Мурзило залез на печку и спал сутки напролет, периодически перекусывая наглыми мышами. Вовка наконец заскучал. Отчаянно заскучал! По папе, по маме, по бабе Вале. Не хватало телевизора, книг, мороженного и шоколада. В конце-концов хотелось поесть обычной картошечки-фри. Мальчик ловил себя на мысли, что с удовольствием пошел бы в школу на любой урок. Даже алгебра не казалась ему таким занудным занятием.
   На следующий день Вовка встал рано утром и до самого обеда бродил вокруг кустов шиповника, раздвигая мечом ветки и пытаясь разглядеть заветную тропинку. Без толку. Густые кусты с острыми шипами на ветках, сухая трава. Никакого знака, зацепки, абсолютно ничего.
   На следующий день Ягай вернулся к проходу с твердым намереньем изрубить таинственные колючки в щепки.
   Вот тут и произошла встреча старых друзей. Именно та, которую и рассматривали в свой телеводопад облачные братья.
   Вихрем на мальчика налетел пушистый громко орущий комочек. Блеснула знакомая цыганская игла - и Вовочка на себе ощутил, что не даром Бонча прозвали Лучшим Воином. Дальше и того хуже. Посыпались, как из рога изобилия, многочисленные упреки. Потихоньку бурная сцена встречи друзей перешла в обычное русло разговора. Успокоившись, хомяк залез на свое привычное место, за пазуху, и позволил продолжить начатое дело.
   Ягай встал перед кустами, обвел все опасным взглядом и поднял меч. Шиповник как зверь пригнулся и отвел ветки назад. Вовка еще выше поднял меч, и шиповник неожиданно сдался. Кусты сначала согнулись, потом раздвинулись, образуя тот самый узкий проход. Вовка замер. Вот настал момент, которого он так долго ждал. Вот он, проход, дорога домой... Казалось, надо поскорее прыгнуть и бежать, бежать без оглядки. Но какое-то чувство, рожденное у него в душе, не давало сделать и шага вперед.
   Внезапно правая нога поскользнулась на мокрой от дождя траве и зацепила носком самый кончик колючки шиповника. И как только это случилось, какая-то мощь, похожая на силу притяжения, резко толкнула его вперед. Мальчик зажмурил глаза, постоял еще минуту и открыл их.
   Обалдеть !!! Его ноги стояли прямо на тропинке, ведущей от поселка до станции!
   В подтверждении того недалеко проревел гудок тепловоза и через станцию с грохотом промчался товарняк. Где-то рядом залаяла собака и послышался шум мотора. За лесом по дороге, пыхтя выхлопными газами, проехала легковушка.
   Вовка обернулся. Сзади все так же дрожали под холодными каплями дождя на вид невинные заросли шиповника с редкими красными плодами. А за ними не было никакой поляны, избушки и его родного древнего леса.
   Он вернулся домой!
   Ноги сами понесли его к дачам все быстрее и быстрее, да так, что к сторожке он добежал минуты за три.
   -Мать честная!!! Вовка, это ты?
   Сторож, дядя Витя, куривший на пороге домика, открыл рот и выпучил глаза от смеси удивления и страха.
   -Я, дядя Витя. - запыхавшись пробормотал Вовка - А бабушка дома?
   Сторож отбросил в сторону окурок и, не доверяя своим глазам, потрогал мальчика руками.
  -- Вот это да. Это чудо. Просто чудо. Все ведь решили, что ты погиб. Заблудился и погиб. С милицией тебя искали, МЧС вызывали, кинолог з собакой бегал три дня вокруг. Пусто. Как в воду канул. Так ведь и решили, что заблудился, мол, в лесу, а потом в болоте утонул. Валентина Захаровна сразу в больницу слегла. А как папка с мамкой убивались...Ай-ай-йа-йай. Вспоминать даже страшно... Да ты не молчи, расскажи, где был, как выжил?
   Вовка, взволнованный и ошарашенный новостями, ответил честно:
   - У Бабы-Яги жил.
   Ягай заметил, как брови у старика поползли вверх и ухмылка появилась на его лице:
   - Милок, тебе к доктору надо. Да к тому, который психику лечит.
   Эта ухмылка многое помогла понять. Главное, что то, где он был, что делал, - не поверит никто. Даже родные. Хуже, что поведут к психиатру. И он уже понимал, что дальше он будет говорить, и о чем рассказывать...
   Не будем подробно описывать то, какой прием ждал мальчика дома.
   Счастливые родители то плакали от радости, то безудержно смеялись. Баба Валя без конца прижимала внука к сердцу, охая и ахая от его тощих мощей. Правда, отец заметил, какую мускулатуру накачал сынок. Но Вовка пробормотал что-то невразумительное насчет того, что дороги были длинные, палки тяжелые, ну и вообще, жизнь заставила делать многое.
   Вся суббота и воскресенье прошли под знаком сплошной объедаловки, чему несказанно был рад искусно прятавшийся все это время от всех посторонних неизменный телохранитель-хомяк Бонч. На завтрак - манная каша с булочкой, бутерброд с колбасой, сливочным маслом и сыром. Бабуля сидела рядом, одной рукой подливая горячий чай, другой, подсовывая печенье с джемом.
  -- Хватит, ба, я лопну, - умоляюще просил Вовка, одновременно поглаживая под рубахой, кипевшего от возмущения хомяка. Тот никак не мог понять, что еды здесь много и никто ее не заберет, а потому благополучно отъедался впрок.
  -- Не лопнешь. Вон, как отощал на грибах и ягодах, - категорически отчеканила та.
   Завтрак плавно перешел в обед. Мальчик едва успел посмотреть пару боевиков, как на пороге возникала баба Валя с тарелкой борща со сметаной и блюдом картошки фри с кетчупом. Сил у Вовки хватило только чтобы застонать.
   Через день, ближе к вечеру, от недостатка кислорода стала сильно болеть голова и мальчик решил пойти погулять на улицу.
  -- Только опять не пропади, - тихо попросила мама, осторожно открывая перед ним входную дверь.
  -- Перестань, мам, я только во двор.
  -- Ну, раньше ты неделями во двор не выходил. И ничего.
  -- То было раньше...
   Вовка и сам не мог понять, как можно было целыми днями сидеть возле телевизора. Лифт вызывать не стал и, перепрыгивая через две ступеньки, понесся вниз. На третьем этаже щелкнул замок и из полуоткрытой двери выскочил дяди Гришин ротвейлер. Быстро обнюхал лестничную клетку. Рокки повернулся к мальчику и, обнажив свои сахарные клыки, злобно зарычал.
   Вовка хотел проскочить мимо, но притормозил.
   Эта собака стала настоящим адом для всех жителей двора, а особенно для детей и кошек. Хозяин никогда не надевал на нее намордник и пес, злобный по натуре, гонял по двору всех встречных. Никакие увещания не действовали на дядю Гришу.
  -- Он добрый, он не кусается, - был его ответ.
   Вовка притормозил, щелкнул пальцами и поднял вверх правую руку, привлекая внимание собаки. Ротвейлер напрягся, шерсть стала дыбом, а жесткие глазки стали прыгали то на руку, то на глаза Ягая. Ведьмак поймал взгляд пса, пристально впился ему в зрачки, буравя их насквозь:

Пес, Хозяина, узнай,

Волю злости не давай,

Верность мне ты береги,

А не сможешь, так беги!

   Потом он щелкнул пальцами и закрепил напоследок заклинание. Роки прижал уши и, поджав хвост, шмыгнул назад в квартиру, сбив обувающегося хозяина. Вовка не стал ждать продолжения и побежал дальше на улицу. Однако Бончу этого показалось мало и, высунув голову из своего убежища, он издал боевой кличь "Грызлов", потрясая в воздухе своей знаменитой иглой:
   - Знай наших! - громко пискнул он и снова спрятался за пазуху. Он, по правде уже давно скучал, хотя никому в жизни не признался бы в этом.
   Осеннее холодное солнце ослепило глаза и тут же спряталось за большую серую тучу. Листопад был в самом разгаре своего падения.
   Возле кучи сухих листьев стояла дворовая компания.
   Все тот же Сашка Приходько, Игорь Вешкин, Олег Боровой и еще несколько пацанов.
  -- Привет, "деготь", - первым заорал Олег. - Дуй к нам.
   Ребята обступили мальчика, подкалывая и дразня его.
  -- Раньше был "толстым", теперь будешь "жердью". Тощий, какой стал, небось, одних жаб и червяков лопал? - издевался дальше Боровой.
  -- Да нет. Рыбу ел, оленя ел, медвежатиной баловался. - Спокойно ответил ему Вовка.
  -- Хорош заливать, "деготь", дай три рубля и дуй дальше.
  -- Как дай? - удивился Ягай - Деньги зарабатывать надо. Вон дворнику помоги листья в машину загрузить - и получишь свои три рубля.
  -- Издеваешься? Умничаешь? Ну, сейчас получишь!
   Олег демонстративно вынул руки из карманов и, криво улыбаясь, прыгнул на Ягая. Вовке стала жалко придурковатого забияку. Он подставил легкий, не жесткий блок и мягко подсек парня на кучу листьев. Взрыв хохота только разозлил Олега, и он снова кинулся в атаку. Ягай опять закинул пацана в листья. Правда, уже в полете нанес поучительный удар по спине. После приема "Удар клювом орла" Олег вылез из кучи только минуты через четыре. Пока он выплевывал листья изо рта и собирался с мыслями, Вовка смотался к дворнику и приволок две лопаты и метлу. Ребята сначала наотрез отказались работать, но после того, как Вовка метлой изобразил боевую стойку и пару атакующих ударов, команда схватила инструмент, и перетащила все листья в жэковский прицеп.
   Так во дворе по улице Колодезной наступила полная идиллия.
   Местные хулиганы работали как тимуровцы, бабки на скамейке лишились темы для бесконечных разговоров и только вздыхали. Только дядя Гриша носился по двору, пытаясь поймать вечно перепуганного ротвейлера, который стал бояться кошек, воробьев и звука автомобильного клаксона.
  
   -----------------------------------
  
   В понедельник Светлана Петровна торжественно ввела Вовку в класс. Скучный серый понедельник она решила превратить в назидательную лекцию о вреде курения (к чему бы это?), токсикомании, наркомании и правилах поведения на дорогах.
   Лихо, закрутив сюжет, классная руководительница перешла на тему успеваемости в классе и, наконец, похвалив Вовку за находчивость и смекалку, посадила за парту.
   Со всех сторон потянулись руки, чтобы поздороваться или похлопать его по плечу. Одноклассники наперебой что-то спрашивали, он что-то отвечал им и так до конца урока. То, что он стал школьным героем, стало понятно на перемене, когда от сопливого первоклассника и до усатых выпускников не было отбоя. Правда, на второй день все утихомирились и все пошло своим чередом: уроки, дом, двор, вечером телевизор, книги.
   Вовка во всю старался не высовываться. В драки не лез, на физкультуре не выпендривался, на химии личные опыты не показывал. Все было как раньше - тихо, спокойно и ... скучно. Вот только душа, или то, что там, в груди находится, не давала жить так спокойно. Холодными декабрьскими вечерами он часами ворочался в постели не в состоянии уснуть. Ягай стал просыпаться ночью от чувства тревоги и опасности. Вся его натура рвалась в лес, где переживали, лютую зиму многочисленные его подопечные. Как они там, без него? Все ли живы? Есть ли еда? Нет ли каких бед? Им был нужен советчик и помощник, защитник и покровитель. Им нужен был - Хозяин Леса, и Вовка это чувствовал!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   36
  
  
   60
   стр. 60
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"