# По ту сторону пространства, глава 20

Михаил Аркадьевич Шуваев

"Роботесса"

## Глава 20


Роботесса


Ненароков угрюмо брел по ночной заснеженной пуржистой Москве и чувствовал, что начинает замерзать. Одевался он еще на модуле-эксплорере, готовясь к выполнению задания на дождливой, но сравнительно теплой Зее, а попал в Москву в январскую стужу. Вон на градуснике, что на крыше дома - минус двенадцать, а на Наблюдателе лишь свитерок, да курточка на рыбьем меху. Перчаток нет, вместо шапки - сомнительной теплоты бандана с электронными вкраплениями. И еще этот насквозь пронизывающий ветер впридачу!

Такси поймать не представлялось возможным - нет денег. Способность перемещаться в пространстве силою мысли куда-то пропала, и как он ни пытался, не возвращалась... В памяти всплыли строчки Владимира Высоцкого:

"А, все одно - автобусы не ходют,

Метро закрыто, в таксе не содют!"

Мимо прошмыгнули две подозрительные тени, и Алексей невольно сжал под курткой рукоятку ионного разрядника. И в ту же секунду он прозрел. У него же есть "Удав"! Если его настроить...

Две минуты спустя рядом с ним притормозила одинокая в этот ночной час Дэу. Ненароков приоткрыл дверцу пассажира и, приведя в действие "Удав", медленно и внятно произнес, смотря прямо в глаза повернувшемуся к нему бомбиле:

- Сейчас ты меня отвезешь на Мичуринский проспект!

- Хорошо, - без всякого выражения согласился пожилой азиат, отвернулся от Алексея и уставился на дорогу.

Лешка захлопнул дверь и завозился с ремнем безопасности. Водитель тем временем тронул своего потрепанного многими тысячами километров корейца, и они покатили по белой колыхающейся поземке Комсомольского проспекта. Ехали молча. Да и о чем говорить с загипнотизированным водителем? Вскоре показались белесые облезлые глыбы Лешкиного квартала.

- Останови вот здесь и подожди меня, я деньги вынесу, - Алексей прекрасно понимал, что не заплати он этому азиату, ничего не случится - что для того пятьсот рублей! Но не мог себе позволить обмануть человека, не сделавшего ему ничего плохого.

Водитель равнодушно кивнул и остановил машину у подъезда. Ненароков подошел к домофону, набрал номер своей квартиры, дождался сонного "кто это?" и сказал:

- Лу, это я. Открывай давай.


. . .


Ненароков сидел в кресле и с удовольствием пил горячий кофе со сливками. На невысоком журнальном столике перед ним стояли несколько блюдечек с печеньем и сахарница. На экране включенного жидкокристаллического телевизора в этот предутренний час показывали американские фильмы категории "В", снятые для интеллектуальных дебилов Бронкса. Однако после всего пережитого за последние дни, даже это тупое бездарное кино не вызывало у Лешки приступа идиосинкразии.

В настоящий момент он был полностью, практически на все 100 процентов, счастлив и умиротворен. Ему даже не нужен был стакан газировки, чтобы стать абсолютно счастливым человеком, как это требовалось Гоше из фильма "Москва слезам не верит". По правую руку от него на покрытой шерстяным маминым пледом тахте, сидела живая и невредимая Лу! Его напарница по приключениям на планете Зея, палочка-выручалочка, сработавшая во многих, казалось бы безнадежных ситуациях, спасшая не только Лешку, но, возможно, и Ермолая с Пантелеем. А главное - спасшаяся сама!

Алексей вспомнил, как несколько дней назад Эмо сначала прислала ему флэшку для закрытой СП связи, а потом, когда он подсоединил ее к компу, установилась связь, и перед ним, в столбе серебристого света, появилось изображение Лу.

Разговор, который последовал после минутного оцепенения Алексея, носил сумбурный и эмоциональный характер.

- Лу?! Слава Богу, ты жива, или... как это у вас там? - запутался Леша.

- Как видишь, жива и успешно функционирую. Но не могу пока появиться, и тебя прошу...

- А почему, почему не можешь-то, а?

- Наблюдатель, я знаю, что на Станции меня уже сняли с довольствия, как потерянную боевую единицу. Но я прошу тебя, настоятельно прошу, никому ни слова о том, что я жи... не уничтожена. Через пару дней меня окончательно подлатают и я, наверное, наведаюсь к тебе. Но на Станции я появляться пока не могу.

Алексей посмотрел на чашку, которую по-прежнему держал в руках, и поставил ее на журнальный столик.

- А ты можешь объяснить немного поподробнее, а то получается похоже на приказ, - заело Наблюдателя.

Трехмерное изображение Лу ответило невеселой улыбкой:

- Не обижайся, напарник, еще успеешь накомандоваться, поверь мне. А пока смотри, с помощью вот этой флэшки ты сможешь всегда вызвать меня.

Все это произошло несколько дней назад и заметно подняло настроение Лешке. И вот теперь он сидел в своей комнате и не мог наглядеться на напарницу.

Симпатичная, большеглазая шатенка расположилась на тахте, забравшись туда с ногами, и задумчиво чертила пальцем по тактильно-динамическому экрану миникомпа.

- Порфирию Емельяновичу сообщил о своих подвигах? - не поднимая глаз от миниатюрного монитора, спросила Эмо.

- Нет еще, - Алексей сделал глоток, опустил чашку и несколько удивленно посмотрел на Лу. - А что, это принципиально?

- Нет. Но я, на твоем месте, поставила бы его в известность.

- Хорошо, но тогда тебе придется... ну, выйти на кухню, чтобы Оператор...

- Всё-всё, поняла - не дура! - Эмо расплела ноги и легко соскочила с тахты. - Эвакуируюсь на кухню.

Лешка проводил ладную фигурку взглядом и набрал личный код на своем миникомпе. Спустя несколько секунд над журналным столиком заискрился серебристый туман и в нем проступили орлиные черты Оператора. Тот спокойно нацепил на горбатый нос золотое пенсне и посмотрел на Ненарокова:

- Здравствуйте, Алексей Иванович. Рад, что с вами все в порядке, как, впрочем, и с вашими коллегами Ермолаем и Пантелеем. Я, честное слово, уже волноваться начал: исчезли во время операции, не выходите на связь... - Порфирий Емельянович скосил глаза чуть в сторону, - вот уже десять часов. Ну да ладно, денек у нас у всех был непростой... Слушаю вас, Наблюдатель.

- Здравствуйте, Порфирий Емельянович. Извините за задержку. Докладываю...

Алексей постарался сжато, но, в то же время, не упуская ни одной значимой, на его взгляд, детали, рассказать о том, что с ним произошло после того, как он встретился взглядом с Грэмом. Старик внимательно его выслушал, поправил на носу пенсне и произнес:

- Алексей Иванович, я надеюсь, вы осознаете, что разбудили свои скрытые возможности и теперь вам придется - хотите вы того или нет - применять их на практике. А чтобы развить эти параспособности вам потребуется, как мы здесь называем, "поводырь". Я вам пришлю данные на нескольких опытных поводырей, вы сами выберете, кто вам больше по душе, - Порфирий Емельянович, вернее, его голографическое отображение, склонил набок голову и с сочувствием вгляделся в лицо Алексея. - Устали?

- Да, - честно признался Лешка и развел руками. - А что делать?

- Вы вот что, Алексей Иванович, отдыхайте пока, я переговорю с Координатором. Тем более что он, как бы это сказать... сам в определенных раздумьях. Уж больно серьезное дело закручивается. Я, честно говоря, не припомню чего-нибудь подобного. Согласны?

- Разумеется, Порфирий Емельянович, разумеется! - поторопился согласиться Лешка, которому ой как не хотелось сейчас общаться с Трувором. Пусть себе там размышляет и находится в раздумьях. Ненароков по-новому, и даже с некоторой долей симпатии посмотрел на фантом Оператора. - Спасибо за заботу. А поводыря мне пока не надо, я попробую сам как-нибудь справиться.

Хитрый старикан прищурился, сверкнуло золотом пенсне:

- Ну сами, так сами. Похоже, что вы уже... Ну да, впрочем, это меня не касается. Не смею больше вас задерживать!

Призрак Порфирия Емельяновича растворился в воздухе и осыпался золотыми искрами на ковер Лешкиной комнаты. Алексей насторожился: Оператор никогда и ничего не делал просто так - всегда и во всем был определенный, явно видимый или, наоборот, мастерски завуалированный намек. Что это он имел в виду?

- А Порфирий Емельянович действительно тертый калач, - неожиданно зашла в комнату Лу. - Я-то сама с ним работала редко, но отзывы слышала.

Но не слова поразили Алексея, а то, что в руке у Эмо была дымящаяся чашка кофе, из которой она прихлебывала обжигающе-горячий ароматный напиток...

- Лу?! - молвил потрясенный Наблюдатель.

- Что?

Алексей молча указал на чашку.

- А-а... Да, кофе люблю, грешна, - улыбнулась Эмо. - Хороший чай тоже.

- Значит, все-таки человек, Слава тебе, Господи! - облегченно выдохнул Ненароков.

Лу опять забралась с ногами на тахту и взглянула на него:

- А то ты сам не догадывался.

- Ну... догадывался, конечно, но ты время от времени делала идиотские заявления, которые выбивали меня из равновесия и снова вгоняли в сомненья, - Лешка плюхнулся в кресло. - Но теперь все встало на свои места, баста!

- Нет, не баста, совсем даже не баста, - парировала бывший робот. - Все, к сожалению, не так просто, как кажется. Рада бы тебя успокоить, напарник, да не могу.

Ненароков взял со стола чашку, но тут же поставил назад - напиток безнадежно остыл.

- А что теперь-то не так? - наконец спросил он. - Опять будешь туман напускать?

- Нет. Всего тебе сказать пока не могу, поверь. Но кое-что...

Лешка, наконец, решился. Он резко встал и сел на тахту рядом с Лу, забрав у нее из рук микрокомп. Лу молча подняла на него слегка удивленные зеленоватые глаза.

- Значит ты не роботесса... - прошептал Ненароков и обнял ее.

- Эй, землянин, полегче! Я еще на бюллетене! - попыталась вывернуться из его объятий Эмо.

- Не верю, у вас мертвых на ноги ставят в два счета! А тут всего лишь... Кстати, а где следы от пуль? Сейчас посмотрим!

Алексей уже расстегивал ковбойку Лу, а та сопротивлялась, но лишь для виду...