Шварцман Антон Яковлевич: другие произведения.

Небесный Город

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:


Небесный Город.

(Драма).

Действующие лица.

   Козырев Дмитрий Михайлович, физик, 31.
  
   Квасов Геннадий Петрович, сосед Козырева, рабочий, 38.
  
   Инга, студентка, 20.
  
   Президент Небесного Города, 60.
  
   Вивея, его дочь, 26.
  
   Басхира, официантка, 19.
  
   Премьер-министр, 31.
  
   Адам Осинский, сын олигарха, 19.
  
   Ректор, 64.
  
   Главный Режиссёр.
  
   Дуган.
   Быковский.
   Ильинский. "Оппозиция"
   Проханов.
   Сергеев.
  
   Эрих Димитрович Манн, лидер Сопротивления, 39.
  
   Связной (он же - продавец в магазине промтоваров).
  
   Грузчик.
  
   А так же: министры, полицейские, элита, гражданские, военные, омоновцы, командиры, бойцы Сопротивления и др.
  
   Первое действие и Эпилог четвёртого действия происходят в Ханты-Мансийске нашего времени весной и летом, остальные действия ­- в Небесном Городе 2091 года.
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Действие первое.

Сцена 1.

  

Квартира в жилом доме Ханты-Мансийска.

   Две комнаты (спальня и гостиная). Спальня выглядит запущенной. Гостиная же, наоборот, забита всевозможной научной аппаратурой. В центре стоит телепорт, к которому подсоединено множество проводов. Пол и два стола (один - журнальный) завалены различными схемами и чертежами.
   Над аппаратурой работает Козырев, невысокий, небритый, худой чернявый субъект с растрепанными, давно немытыми волосами, одетый в трико и застиранную рубашку с короткими рукавами. Выглядит заспанным.
  
   Козырев (включает один из приборов, прислушивается). Опять так же... (сверяется со схемами). Чёрт, надо добавить частот... (возвращается к прибору, работает).
  

Звонит мобильный телефон.

   (берёт телефон). Да, слушаю... Нет, не видел я твоего платка. Нет и всё! Пока! (отключает телефон, кладёт его на стол). Надоела уже со своими платками (возвращается к прибору). Так... если сделать...
  

Стук в дверь.

   Да-да! Войдите!
  

Входит Квасов.

   А! Геннадий!
  
   Квасов. Здоров, Михалыч!
  
   Козырев. Чего хотел? Говори быстрее.
  
   Квасов (подходит к телепорту, с насмешкою разглядывает его). Ну, что, когда своё корыто запустишь, кудесник?
  
   Козырев (нервно подёргивается). Слушай, Геннадий, ты уж говори зачем пришёл.
  
   Квасов. Слушай, друг, выручи, а?
  
   Козырев. Что, с похмелья?
  
   Квасов. С него самого! Был чёрт знает где, и не помню даже, как пришёл.
  
   Козырев. Мда... провалы в памяти...
  
   Квасов. Точно! (чешет затылок). Не помню...
  
   Козырев. Ладно, об этом потом.
  
   Квасов. Ну так чего?
  
   Козырев. Чего "так чего"?
  
   Квасов. Есть сотня? Или хотя бы полтинник? Отдам!
  
   Козырев (с улыбкой). Что-то долго отдаёшь.
  
   Квасов. Так зарплату ж ещё не выдали, в этом, ну... как его там.... В "Светлом"!
  
   Козырев. Эх, Геннадий Петрович. Механик второго разряда, а работаешь каким-то разнорабочим.
  
   Квасов. Так... ты же тоже...
  
   Козырев. Да... лучше не вспоминать, Генка. Мой телепорт этим жирным хрякам даром не нужен. Им важнее места свои сохранить! Сидят, понимаешь (садится на табуретку)... я сам видал их! - эти тупицы, один из Академии Наук. Когда я им объяснял, они тихо посмеивались, а под конец вообще заржали. Да ещё жена от меня недавно ушла. К любовнику, этому... как там его... Уже неважно! С деньгами дефицит, тоже подрабатываю.
  
   Квасов. Насчёт денег...
  
   Козырев. Ладно.
  
   Квасов. У меня через день зарплата, отдам всё до копейки.
  
   Козырев шарит по карманам, затем роется в ящике стола, вынимает оттуда три сотни, даёт Квасову.
  
   Родина тебя не забудет! Выручил! Благодарю тебя! Вот - есть же хорошие люди на земле. Не то, что...
  
   Козырев. Ладно. Об этом - в другой раз.
  

Пауза.

   Квасов. Слушай, Михалыч! А давай треснем, а? По граммульке?
  
   Козырев. Да не-е, Геннадий, я пас. Надо ещё эту штуку (кивает на телепорт) завести.
  
   Квасов. Дава-ай! Чего тут... Работа не волк, в лес не убежит... давай выпьем.
  
   Козырев. Ну, может, один выпьешь?
  
   Квасов. Да ла-адно! В одного уже надоело пить! По душам поговорить охота, всё такое.... Давай, не тушуйся!
  
   Козырев. Э... (махнув рукой). Ладно! Давай!
  
   Квасов. Закусь есть?
  
   Козырев. Там... сосиски в холодильнике.
  
   Квасов (потирая руки). Отлично! Короче! Ты жди, я сейчас сгоняю. Чего пить-то будем?
  
   Козырев. Да всё равно... Бери на своё усмотрение...
  
  

Занавес.

Сцена 2.

Квартира Козырева.

   Крохотная кухня: стол, табуретки, замызганная плита, в раковине - гора грязной посуды. На столе - бутылка водки, кружки и тарелка с сосисками.

За столом сидят Козырев и Квасов.

  
   Козырев. И, п... понимаешь, Генк... я для неё - всё делал... всё давал. Всё-о! Зарплату всю до копейки отдавал! Понимаешь?
  
   Квасов (кивая). Понимаю. Как тут не понять! Тоже пахал в дневную и ночную с утра до вечера! И че... чего?! Сбежала от меня, стерва! Всё для неё, а она...
  
   Козырев (разливает водку по стаканам). Давай уж, за всё хорошее.
  
   Квасов. Поехали!
  

Чокаются. Пьют. Закусывают.

   Вот ты мне с-скажи, Димитр, и чего это бабы такие нынче пошли?! Одно у них на уме, ни души, ни любви...
  
   Козырев. Да ладно уж! (кивает в сторону телепорта). Я со своим телепортом и ду-умать забыл о них-то. И к лучшему. Одному хорошо-о... (вынимает пачку сигарет, зажигалку, закуривает).
  
   Квасов (тоже закуривает). Да ла-адно уж... проехали... (наливает).
  

Стук в дверь.

   Блин, ну кого там ещё принесло-то средь бела дня?!
  
   Козырев (с трудом поднимается). Действительно, кого там принесло?
  
   Квасов. Да чёрт его знает. Может, твоя?
  
   Козырев (хмурится). Похоже. (громко). Иду-у!
  

Идёт открывать.

  
   Голос Козырева. Здрасьте!
  
   Голос Инги. Здравствуйте. Соцопрос.
  
   Голос Козырева. Да вы проходите! (кричит) Генка! Соцопрос!
  
   Входит Козырев, ведя под руку Ингу. Инга - невысокая, худенькая смуглая татарочка, одетая в синие джинсы, чёрную кожаную куртку-косуху и в сапожки на невысокой подошве. На плече у неё - сумка с изображением черепа.
  
   Квасов. Здра-асьте!
  
   Инга (кивает). В общем, тут у меня анкеты ( достаёт из сумки бумаги). Заполните.
  
   Козырев. А может, выпьете?
  
   Инга. Вообще-то я на работе.
  
   Козырев. От одной стопочки ещё никто не умирал. Наоборот - работаться будет лучше.
  
   Инга. (задумывается). Ммммм....
  
   Квасов. Да что мы, звери, что ли?! Посиди-им, культурно выпьем!
  
  

Козырев наливает водку в стакан, протягивает Инге.

Пауза, нарушаемая чавканьем Квасова.

   Козырев. Девушка, я устал уже чашку держать! Берите!
  
   Инга. Ладно. (берёт стакан).
  
   Козырев. Погодите, пожалуйста, я сейчас ещё одну возьму (Достаёт из кухонного шкафа ещё одну чашку).
  

Садится. Квасов наливает ему.

  
   (Инге). Садитесь.
  
   Инга (Присаживаясь, поднимает стакан). Ну?
  
   Квасов (поднимает стакан). За знакомство!
  

Чокаются. Пьют.

   (занюхивает сосиской). Эх, хорошо пошло! (Ест).
  
   Инга (жуя сосиску). У меня будут неприятности.
  
   Козырев. Нелёгкую работёнку себе ты выбрала.
  
   Инга (невесело улыбнувшись). Так студентка ведь... на одну стипендию не проживёшь, а мама мало зарабатывает. Вот и приходится подрабатывать и пары пропускать.
  
   Квасов (разливает водку по ёмкостям). Ну, давай за студенческую жизнь.
  

Пьют.

   Инга (встаёт). Мне нужно в туалет.
  
   Козырев. Это... туалет там, как из кухни выйдете.
  

Инга уходит.

   Квасов. Видал, Михалыч? Кака-ая девка... Эх, я б...
  
   Козырев. Геннадий...
  
   Квасов (ест сосиску, сквозь набитый рот). Ну а чего? Гулять - так гулять...
  

Возвращается Инга.

   Инга. Кстати, я там заметила у вас в зале какую-то штуку. А что это там?
  
   Козырев. А это... Простите, не знаю, как вас там...
  
   Инга. Меня зовут Инга.
  
   Козырев. Дмитрий. А это (указывает на Квасова) - Геннадий.
  
   Квасов. Но не крокодил.
  
   Козырев. Так вот, Инга... эта штука называется телепорт.
  
   Инга. Телепорт?!! Это что, шутка?
  
   Козырев. Это правда. Я изобрёл телепорт.
  
   Инга. Да ну?!! Телепорт?!!! Настоящий?!!
  
   Козырев. Да.
  
   Инга. Хотелось бы посмотреть.
  
   Квасов (с бутылкой водки в руке). Э! Народ! Выпьем сначала, потом посмотрим.
  
   Козырев. Не-е, сначала посмотрим, а уж потом выпьем.
  
   Квасов (безнадёжно махнув рукой). Ладно, хрен с тобой...

Сцена 3.

Гостиная с телепортом.

   Козырев подходит к телепорту. Инга, облокотившись на стол, наблюдает за ним. Квасов разворачивается так же к нему с бутылкой в руках.
  
   Козырев. Итак, товарищи! Начинаем эксперимент.
  
   Включает аппарат. Слышится нарастающее гудение. Затем Козырев начинает лихорадочно щёлкать кнопкой, смотрит на аппарат, и его лицо наполняется ужасом.
  
   О чёрт!
  
   Гудение нарастает всё сильнее. Яркая зелёная вспышка, сопровождаемая тем же гудением.
  
   Голос Квасова. Япо-онский городовой!!!
  
   Голос Козырева. Что я наделал?!!! Аааааааа!!!!
  
   Голос Инги. Помогите!!! На помощь!!!!
  

Сильный грохот, похожий на взрыв. Несколько зелёных вспышек. Темно. Тишина.

Свет.

   Комната, но никого нет: телепорт отсутствует, в самой комнате хаотический беспорядок. Всюду раскиданы бумаги, один стол опрокинут.

Слышится тревожный стук в дверь.

  
   Голос соседки за сценой. Дмитрий Михалыч! Прекратите, наконец, хулюганить, заснуть не могу! Я щас милицию вызову! Дмитрий Михалыч!
  
   Входит и сама Соседка, низенькая старушка в синем халате. При виде пустой комнаты у неё отпадает челюсть.
  
   Соседка (опешив). Э... а где же..?
  

Занавес.

  

Сцена 4.

   Большой сад, пышно обставленный, цветущий красивыми экзотическими растениями. На заднем плане стоит двухэтажный роскошный особняк, из которого доносятся плавные звуки музыки. В саду работает прислуга - две миловидные низкорослые смуглые девушки, одетые в рабочие униформы. Одна аккуратно подстригает куст, другая с лейкой поливает клумбу. Вечернее небо. Сама атмосфера навевает мысли о райской жизни.

Неожиданно раздаётся гром.

  
   1-я садовница (2-й, по таджикски). Дождь будет...
  
   2-ая садовница (1-й, по-таджикски). Дождь? Да тебе показалось, Зуль. Я и дождей, сколько живу - никогда не видела! Наверное, армия учения проводит.
  
   1-я садовница (тревожно глядит на небо). Нет, я серьёзно.
  
   2-я садовница. Лучше давай работать, а то... (тревожно оглядывается на особняк).
  
   1-я садовница. Ладно, может, действительно показалось.
  

Продолжают работать.

Раздаётся гром, на этот раз сильнее, чем в прошлый раз.

Садовницы вздрагивают.

Зелёная вспышка, и под раскат грома влетают Козырев, Квасов с бутылкой водки в руках и Инга с сумочкой.

  
   Козырев (встаёт, недоумённо оглядывается по сторонам). Где это мы?
  
   Инга. Мы что, умерли?
  
   Квасов (щупает себя). Да нет (щипает себя за руку и вскрикивает).
  

Садовницы со страхом наблюдают за ними.

   Козырев. Место, как будто... неужели мы в раю?
  
   Квасов. Да нет, это называется "допились". Белочка...
  
   Козырев (внимательно смотрит на Квасова). Геннадий, Гена, Генка... А ты где водку-то брал?
  
   Квасов. Как где?! В "Северке", где ж ещё! Так там же... всегда беру - нормальная водка. Блин... (глядит на водку). А!
  
   Инга. Ребята! Может, хватит уже. На нас люди смотрят.
  
   Указывает на двух застывших садовниц. Козырев и Квасов мгновенно перестают спорить.
  
   Квасов (пьёт из горла, занюхивает рукавом). Мда... Дела... неведомо где...
  
   Инга. Угу... удачно зашла, блин... Соцопрос.
  
   Квасов (садится на землю). Блин! (чешет в затылке). Мне ж зарплату получать! Что ж я Егор Тимурычу-то скажу? Выгонит с работы!
  
   Инга. А мне отчитываться. И на пары скоро!
  
   Квасов. Ой, да ладно. Ты всё равно на них не ходишь!
  
   Козырев (садится рядом с Квасовым). Так, тихо! Заткнулись оба!
  

Инга и Квасов с ожиданием чуда смотрят на Козырева.

Тем временем садовницы незаметно уходят.

   (задумчиво). Что же произошло? Странно... странно...
  
   Квасов. Знаешь, странно то, что мы тут! Тебе не кажется, Эйнштейн недоделанный?!
  
   Козырев. Да нет... странно... телепорт должен был переместить нас в Университет... а не во Францию.
  
   Квасов (резко встаёт). Послушай ты, физик хренов, отправляй нас обратно!
  
   Козырев. Да как я вас отправлю?! Телепорт там, в Хантах остался! Сам подумай своими куриными мозгами! На одно надеюсь - что мы на территории России. Если нет - то труба.
  

Боязливо входит 1-я садовница, держа в руках лопату.

   Инга (замечая садовницу). Слушайте, граждане, мы тут не одни. Надо спросить, где мы.
  
   Квасов. Точно... если она по-русски понимает. Ты язык какой-нибудь знаешь?
  
   Инга. Не-а.
  
   Квасов. Блин, и чего вы, студенты, делать-то умеете вообще?! По клубам шляться да ни хрена не делать?!!
  
   Инга. (с кулаками). Попрошу не хамить!
  
   Козырев. Так, тихо всем! Вернёмся - выясняйте отношения сколько хотите. Я пойду спрошу.
  
   Квасов. Флаг тебе в руки.
  
   Козырев (встаёт, с улыбкой подходит к садовнице). Э... здравствуйте. Хеллоу, не знаю, как у вас говорят. Вы не подскажете, это какая страна? Или город?
  

Садовница в испуге пятится от него.

   Эй, вы чего?! Мы не сделаем вам ничего дурного! Мы... Э!
  

С визгом садовница убегает.

   Зараза... (возвращается).
  
   Квасов (насмешливо). Ну что, спросил?
  
   Козырев (берёт водку у Квасова, пьёт). Не понимаю, чего она так испугалась?
  
   Квасов. Ну, прикинь, такая ситуация. Работают мирные люди, делом занимаются. И вдруг, ни с того ни с сего, подходит такое вот мурло в трениках да в футболке, водкой ещё дышит... "Это какая страна?" Здрасьте, мол, я из дурдома сбежал.
  
   Инга. Товарищи. Кажись, к нам идут.
  
   Музыка из особняка смолкает. Входят двое полицейских в синих униформах. Один - с нашивками лейтенанта, другой - сержант. Следом за ними - садовницы и хозяйка особняка - элегантно одетая белокурая дама. Инга, Козырев и Квасов замирают.
  
   Квасов (удручённо). Опа! Приплыли. Менты... (торопливо прячет бутылку за спину, с заискивающей улыбкой). Здра-асьте! Э... мы здесь не воруем.
  
   Полицейский лейтенант (подтянутый, атлетического вида человек). Так... вам что, неясно, что бродяжничество уголовно наказуемо?
  
   Козырев. (обрадовано). О! Они по-русски понимают!
  
   Инга. И слава богу! (Полицейским). Извините, тут недоразумение произошло. Скажите, пожалуйста, где мы находимся?
  
   Полицейский лейтенант (полицейскому сержанту). Плюс ко всему ещё и наркотики употребляют. Давай их в участок!
  
   Хозяйка особняка. Правильно! Развелось отбросов на нашу голову!
  
   Инга. Послушайте, товарищ лейтенант. Мы ни в чём не виноваты.
  
   Квасов. Гражданин начальник! Мы не обкурены! Поверьте нам, прошу! Мы действительно заблудились! Чем хотите клянёмся!
  
   Полицейский лейтенант. Похоже, вы, граждане отбросы, не различаете разницы между клеем и анашой. Так что поднимитесь и следуете за нами. Вы арестованы.
  
   Квасов (резко встаёт в защитную позу). Не имеете права!
  
   Инга. Да что мы такого сделали?!
  
   Козырев. Поймите, мы не нарушаем законов!
  
   Квасов. Да что за полиция нынче пошла?! Чуть что не так - сразу дело шьют.
  
   Полицейский сержант снимает с пояса резиновую дубинку и подходит к Квасову.
  
   Полицейский сержант (мирно). Гражданин, следуйте за мной.
  
   Квасов. Да пошёл ты!
  

Сержант бьёт его.

   Э! Мужик! Ты чего делаешь?! Больно ж, мудила! Ай!
  
   При помощи лейтенанта сержант валит сопротивляющегося Квасова на землю, заламывает руки, надевает наручники.
  
   Полицейский лейтенант (Козыреву и Инге). Надеюсь, вы поняли, что нам перечить не стоит?
  

Козырев и Инга кивают.

   Следуйте за нами.
  
   Полицейский сержант надевает наручники Инге, Козыреву, приталкивают их к Квасову, и вместе с лейтенантом уводит их со сцены.
  
   Хозяйка особняка (злобно глядит им вслед). Развелось отбросов на наши головы... Не пройти и не проехать... (садовницам, кричит). А вы чего рты поразевали?!! Работать! Работать!
  

Уходит. Садовницы возвращаются к работе.

Занавес.

  

Сцена 5.

Отделение полиции Небесного Города. Кабинет участкового.

   Большой стол с компьютером, заваленный бумагами. На стене - агитационные плакаты и календарь 2091 года. За столом сидит участковый, толстоватый мужчина лет в районе сорока, сытый, бритый, его синий китель с погонами старшего лейтенанта расстёгнут, обнажая яркую маечку. Из компьютера слабо слышится бодрая поп-музыка.
   Перед ним сидят на стульях Инга, Квасов и Козырев. Позади них - два сержанта, похожие на боксёров.
  
   Участковый (устало). Итак, граждане арестованные, вы признаёте себя виновными в нарушении Уголовного Кодекса Небесного Города по статье ... пункту ... распространение и потребление наркотиков?
  
   Квасов (возмущённо). Гражданин начальник! Да я сроду не потреблял! Вы чего пургу гоните?!
  
   Козырев. Мы вообще не местные! Мы из Ханты-Мансийска!
  
   Участковый. Откуда??
  
   Инга. Из Ханты-Мансийска. Город есть такой.
  
   Участковый (пожимая плечами). Никогда не слышал о таком городе. Может, это название пивной? Ну, которая недавно открылась?
  
   Квасов (в сторону). Ну и дурдом, прости господи! Ханты-Мансийска не знать!
  
   Участковый. Не валяйте дурака, граждане наркоманы! Если попались - то будьте честными! Говорите правду.
  
   Козырев. Товарищ старший лейтенант, мы - честные. Во-первых, мы наркотики не потребляли, во-вторых - мы устали вам повторять - не знаем, где находимся. Мы - не-от-сю-да. Мы из Ханты-Мансийска. Понимаете или нет?
  
   Участковый. Я никогда о таком городе не слышал (сержантам). А вы, ребята?
  
   Сержанты (хором, отрицательно качают головами). Не-а.
  
   Козырев. Ну ладно. Хорощо. Вы Самарово знаете?
  
   Участковый. Нет.
  
   Инга. Студгородок? "Терпер", тьфу ты, "Территорию первых"? Этот ещё... "Голден Сити"? "Душа Сибири?"
  
   Участковый (раздражённо). Нет.
  
   Инга. Ну "Дэнс-бар"-то вы должны знать! Или "Горячие ночи" хотя б!
  
   Участковый. Нет! Нет! Нет!! Хватит пороть чушь!
  
   Квасов (безвольно откидываясь на стуле). Мда-а... Едрён-батон! Сидят себе в столицах и Хантов не знают... Дожили, блин. А..?
  
   Инга. Похоже, с ними бесполезно разговаривать. Они не знают города. Ну ладно, если вы не знаете города, то скажите нам, где мы находимся?
  
   Участковый (улыбаясь). В 54-м отделении полиции.
  
   Инга (в сторону). Вот баран!
  
   Участковый (сержантам). Похоже, им требуется помощь психиатра (троим). Сейчас придёт врач и вас осмотрит.
  
   Квасов (Козыреву). Попали мы... врача из дурдома сейчас пришлют и определят нас... всерьёз и надолго... Надо что-то делать... не верят нам...
  
   Козырев. А что тут сделаешь, Гена? Полиция вообще когда-нибудь кому-нибудь верила?
  
   Квасов (участковому, резко встаёт). Послушайте, мы нормальные. Зачем нам врач?!
  
   Участковый. Для осмотра. Сесть!
  

Сержанты усаживают Квасова на место.

  
   Козырев (рассматривает плакаты на стене). Чёрт побери, да неужели..? (останавливает взгляд на календаре, замечает дату, вскрикивает). Бог мой!!
  
   Инга, Квасов. Что?!!
  
   Участковый. Что такое?
  
   Козырев. Глядите! (указывает на календарь. Взоры всех устремляются туда). Не может быть!
  
   Квасов (потрясённо). Мама родная!
  
   Инга. Рехнуться можно! Две тыщи девяносто первый!
  
   Участковый (недоумённо, сержантам). Вы... их хорошо обыскали?
  
   1-й сержант. Так точно! Посторонних предметов не обнаружено! Только бутылка, сигареты, какие-то деньги и сумка с бумагами.
  
   Участковый. Ни-ч-чего не понимаю! А деньги какие?
  
   2-й сержант. Не наши!
  
   Участковый (задумчиво). Может, они действительно не оттуда...
  
   Козырев (встаёт, наклоняется над участковым, с безумным видом). Скажите, прошу вас! Скажите! Где? Мы?? Находимся???
  
   Участковый. Ну хорошо. В Небесном Городе. Всё у вас?
  
   Квасов. Где-е-е-е?!!!
  
   Инга. Это бред! Бред!!!
  
   Участковый (сержантам). Увести.
  

Сержанты уводят арестованных.

   (один, качает головой). Мда-а... Дурдом!
  

Занавес.

Сцена 6.

   Просторная камера, обставленная аскетично: несколько нар с тонкими матрасиками, на каждой - маленькая подушечка. В углу - параша, из неё - соответствующий запах.
   Входят четверо полицейских, ведя под конвоем Квасова, Ингу и Козырева. Оставив их, полицейские уходят. Хлопанье железной двери, скрежет ключа.
  
   Квасов. Ну-у, блин, приплыли. Допились. (Садится на нары, невесело напевает). "Зона-зона, мезозона, всесезонно...".
  
   Инга (сквозь слёзы). И что теперь будет? Меня же мама уже ищет... и Гуссейн Каримычу я обещала всё сдать... Ма-ма-а-а!!! Что ж теперь делать?!!
  
   Козырев (ложится на нары, невесело). Да успокойся. Ушлют в какую-нибудь небесную Воркуту или в поднебесный Магадан.
  
   Квасов. Тьфу на тебя! Накаркаешь! (стучит по стене три раза) Я не хочу в лагеря ехать.
  
   Козырев. Ну что же, тогда будем ждать чуда. Геннадий, не найдётся ли закурить?
  
   Квасов. Всё вертухай забрал.
  
   Инга. Чуда не бывает.
  
   Квасов. Ушлют в тайгу - сразу в чудо поверишь.
  

Инга ложится на нары и отворачивается к стенке.

  
   Квасов (мечтательно смотрит в потолок). Эх, выпить бы...
  
   Инга (поворачивается). Заткнись! "Выпить бы..." Допились! Кукуем неизвестно где... По вашей милости, между прочем.
  
   Квасов. Я, что ль, виноват? Вон (указывает на Козырева). Этого благодари...
  

Пауза.

  
   (отмахивается). Да ладно уж... проехали, как говорится... (вздохнув). Ох, господи, как же пива-то хочется... И сигаретку... (кричит). Э! Конвой!
  

Подходит к двери, барабанит в неё.

Из кормушки показывается лицо полицейского.

   Полицейский. Чего надо?
  
   Квасов. Слышь, начальник, закурить есть?
  
   Полицейский. На! (протягивает Квасову сигарету).
  
   Квасов. Спасибочки.
  
  

Кормушка захлопывается.

   Ну, кто курит?
  

Все оживляются при виде сигареты.

  
   Козырев. О кей. Слышь, а зажигалки-то нет!
  
   Инга (усмехаясь, достаёт из кармана джинсов зажигалку, протягивает Квасову). Держите.
  

Квасов закуривает, делает две затяжки, даёт сигарету Инге, та затягивается, и передаёт остатки Козыреву.

   Открывается дверь. Входят несколько чиновников в строгих чёрных костюмах при галстуках во главе с Премьер-Министром, бритым, статным молодым человеком интеллигентской наружности. Лица чиновников безмолвны, движения их механические, как у роботов. Следом за ними втискивается участковый.
  
   Премьер-Министр (участковому). Это они?
  
   Участковый. Так точно.
  
   Премьер-министр. Вы вещи вернули?
  
   Участковый (угодливо). Сию секунду, господин премьер-министр.
  
   Инга, Козырев, Квасов (узнав премьер-министра, потрясённо, хором). Дмитрий Анатольевич?!!!
  
   Премьер-министр. Нет, меня не так зовут.
  
   Козырев. Так это... вы же у нас... ну, в правительстве... управляли...
  
   Премьер-министр. Что-то вы напутали. Я - действующий премьер-министр Небесного Города, и для вас я - Виктор Семёнович. (Участковому). Я, кажется, вас о вещах спросил.
  
  
  
   Участковый, спохватившись, выходит. Через минуту возвращается, держа в руках бутылку водки Квасова, сумочку Инги и пачку сигарет.
  

Инга, Козырев и Квасов разбирают вещи.

  
   Премьер-министр. От имени Правительства Небесного Города приношу вам глубочайшие извинения. С вами хорошо обращались?
  
   Стрельников. Да где хорошо?! Повязали нас, понимаешь, невиновных!
  
   Премьер-министр (жестом останавливая Квасова, одному из чиновников). Наведи тут порядок, хорошо?

Чиновник молча кивает.

   Премьер-министр (заключённым). Прошу за мной.
  

Все выходят, кроме участкового.

   Участковый (поражённо глядит им вслед). Мда-а-а... Дела.
  

Занавес.

Вставная сцена 1.

Зал Заседаний Светлого Дома Небесного Города.

   Зал - точная копия зала заседаний Белого Дома в Москве. На стене висит бело-сине-красный флаг Небесного Города. Под ним - герб: двуглавый орёл с распростёртыми крыльями. Под ним - надпись золотом, крупными буквами: "СВОБОДА. РАВЕНСТВО. БРАТСТВО".
   Во главе большого стола сидит Президент Небесного Города, спортивно развитый, скуластый лысеющий человек. Ближе к нему сидит Премьер-Министр, а на остальных местах - министры своих отраслей. Все одеты в строгие чёрные костюмы.
  
   Президент. Итак, господа министры, я собрал совещание по...
  
   Министр экономики (резко встаёт). Господин президент! Я готов доложить об успехах экономического положения Небесного Города! Сейчас (лезет в портфель, вынимает оттуда статистические данные).
  
   Президент (морщится при рвении министра, делает ему знак). Совещание будет посвящено не отчётам.
  

Министр экономики садится.

   На днях ко мне поступили сведения о проникновении в Небесный Город пришельцев.
  
   Министр Внутренних Дел. Как?! Террористы?!!
  
   Президент. Всё не так просто. Если бы это были террористы, то мы бы действовали согласно разработанной лично мной доктрине "Мочить в сортирах". Здесь дела обстоят более серьёзными. Дело в том, что здесь вопрос не столько в угрозе национальной безопасности, сколько...
  
   Министр Внутренних Дел. Господин Президент, дайте мне указания - и они ничего не узнают!
  
   Президент. Мы должны сделать так, чтобы они не узнали истинное лицо Небесного Города.
  
   Министр Образования. Всё ясно. Мы не должны допустить их до недр тайн интимных...
  
   Президент. Спасибо, господин министр. Итак, я хотел бы знать, где они сейчас?
  
   Министр Внутренних Дел. Докладываю, они сейчас находятся в строгой изоляции.
  
  
   Президент. Замечательно. По окончанию этой катавасии будете представлены к правительственной награде.
  
   Министр Внутренних Дел (резко встаёт, вытягивается по швам). Служу Отечеству!
  
   Президент. Всё. Работаете. Чтобы ни один чужеземец не заподозрил того, что мы нарушаем демократические принципы. Как всё сделаете, представьте мне отчёт.
  

Все расходятся. Премьер-министр подходит к Президенту.

   Премьер-министр. Господин Президент?
  
   Президент. Слушаю.
  
   Премьер-министр. Есть ли варианты, кроме... ну, того, что вы предложили?
  
   Президент. А что ты, предлагаешь, Виктор Семёнович? Они же пришельцы, а не какие-то иностранные рабочие. Что же о нас пришельцы подумают, увидав наши проблемы? А мы так и так зависим от Западного Альянса, нам и мнение общественное нужно, и импорт... А если они обладают чем-то важным, то это важное будет нам на руку. Нам, а не Западному Альянсу. Рисковать не следует, если мы хотим сохранить власть и общественное мнение о стране.
  
   Премьер-министр (кивая). Понял.
  
   Президент (натужно улыбаясь). Кстати, заглянешь ко мне? Надо обсудить за ужином уровень ВВП Небесного Города.
  
   Премьер-министр. Вы - самый лучший президент Небесного Города! Приду с большим удовольствием.
  

Уходят.

  

Занавес.

Сцена 7.

Гостиница "Небесный Город".

   Большая комната, роскошно обставленная: большая кровать, ковры на стенах и на полу, изящный столик с пепельницей. В комнате и примыкающей к ней кухне - чистота и порядок, рядом расположен бар со всевозможной выпивкой.
   На кровати сидит Козырев и курит.
  
   Козырев (задумчиво). Выходит, удался эксперимент. Десять лет исследований оправдали себя... А эти чёртовы тупицы: "не сработает, не сработает"... Видели б они... Но странно... очень странно... Вместо перемещения в пространство произошло перемещение во времени... не понимаю... Что же произошло?...
  
   Входит Квасов. На нём - элегантный костюм, который ему явно не идёт. В зубах - дымящаяся сигара, в руке - бутылка коньяка. Квасов навеселе.
  
   Квасов. Здоров, Эйнштейн!
  
   Козырев. Вижу, тебе радостно.
  
   Квасов. Слышь, друг, да тут лучше, чем я думал! Выпивка! Сигары! Кстати, хочешь? Я из бара у себя спёр (вынимает из кармана несколько сигар, протягивает Козыреву).
  
   Козырев. Нет, благодарю. Я пока думаю...
  
   Квасов (кладёт сигары на кровать, усаживается рядом). А чего такое?
  
   Козырев. Не могу понять, как это произошло... Я настраивал телепорт на перемещение в пространство. Я планировал переместиться в Университет.
  

Квасов хохочет.

   Что смешного?!
  
   Квасов. Хорош думать, давай выпьем!
  
   Козырев. Тут и так целый магазин... сколько пить-то можно?!
  
   Квасов (уважительно). Се-ервис, панимашь. Ты ещё девок здешних не видал!
  
   Козырев. Кобель!
  
   Квасов. Будто ты евнух! Тут девки ходя-ат. Ну просто класс! Э-эх (зажмуривает глаза). Такие, знаешь (показывает руками женские формы). Эти...Семенович с Лопес рядом не стоят. Эх, где ж я раньше-то был?.. Вся молодость насмарку... И, главное, прикинь, одна из них улыбается так призывно...
  
   Козырев. Ага, а где-то прячется муж, чтобы тебе за это дело морду начистить. Не дури, Генка, всё равно они нам недоступны...
  
   Квасов. Пессимист ты, Дмитрий Михалыч! И затем...
  
   Входит Инга, одетая в зелёный халатик. Волосы её мокры и аккуратно причёсаны.
  
   О! Красавица наша пришла! Здрасьте!
  
   Инга (смотрит на бутылку в руке Квасова). Мда-а...
  
   Квасов. Пить будешь?
  
   Инга. Ну давай (Берёт бутылку, пьёт из горла, возвращает бутылку Квасову.. Козыреву). Слушай, ты не в курсе, сколько нас тут держать будут? Неделю уже сидим!
  
   Козырев. Да откуда мне знать?! Привели сюда, ничего толком не объяснили.
  
   Квасов. А мне - нормально. Пить-курить есть - чего ещё надо?
  
   Инга. Ну-ну...
  
  
   Открывается дверь, и входит Вивея в сопровождении охранников - высоких мускулистых бугаев в чёрных костюмах. Вивея - невысокая, бледненькая девушка с чёрно-седыми волосами до плеч. Она одета в синий брючной костюм последней моды.
   Козырев почтительно встаёт, за ним - Инга, и Квасов, который силится запихнуть бутылку коньяка в пиджачный карман.
  
   Вивея (торжественно). Здравствуйте, уважаемые гости! От имени Президента и граждан Небесного Города приветствую вас!
  
   Инга (Квасову, тихо). Да оставь ты конину, баран! (Вивее, улыбаясь). От имени нашего... времени приветствуем вас!
  
   Вивея. Приятно. Меня зовут Вивея, я буду присматривать за нами.
  
   Козырев. Передайте господину Президенту, что мы выражаем благодарность за этот тёплый приём, госпожа Вивея. .
  
   Квасов. Да! Коньяк у вас тут хороший!
  
   Инга (Квасову, тихо). Заткнись идиот! (Вивее, натужно улыбнувшись). Сервис у вас замечательный. И все такие вежливые.
  
   Вивея. О да! Главная цель нашего правительства - забота о демократических правах и свободах граждан.
  
   Квасов (Инге, тихо). Где-то я это уже слышал...
  
   Вивея. Итак, вы готовы?
  
   Козырев. К чему?
  
   Вивея. К торжественному приёму. Вас желает видеть Президент Небесного Города.
  

Занавес.

Сцена 8.

Главный Зал Большого Небесного Дворца.

   По интерьеру помещение напоминает Георгиевский зал в Московском Кремле, только с той разницей, что интерьер яркий, всюду - столики для гостей и общие столы с едой. В углу расположен бар, забитый всевозможными спиртными напитками. Шумно, весело, звучит лёгкая танцевальная музыка. Разнаряженные мужчины и женщины - элита Небесного Города.
   Входят: Президент в сопровождении двух охранников (охранники в строгих чёрных костюмах, их лица безмолвны), Козырев и Вивея. Президент одет в строгий чёрный костюм, Козырев - во фрак, Вивея - в белое вечернее платье до пят, накрашена, волосы собраны в замысловатую причёску. При входе Президента все находящиеся на сцене кланяются.
  
   Президент (со сдержанной весёлостью). Рад с вами познакомиться, Дмитрий Михайлович, очень рад. Как вам приём?
  
   Козырев. Великолепен. Приношу глубочайшую благодарность.
  
   Президент (сдержанно улыбается). Уверен, в будущем мы разовьём хорошие отношения между нашим веком и вашим.
  
   Козырев. Ну, не будем загадывать. Но всё равно, хочется верить.
  
   Президент. Поверьте, этот бал - ещё не весь Небесный Город. Вы увидите цветущую демократическую страну, о которой человечество в прошлом только мечтало. Страну с удвоенным ВВП и высокоразвитым гражданским обществом.
  
   Козырев. Вы знаете, господин Президент, восемьдесят лет назад... (улыбнувшись)... да, восемьдесят... я и не думал и не надеялся, что будущее представится таким радужным. Ведь знаете, у нас о демократии только говорят, но не задумываются, не делают шаги к ней.
  
   Вивея. Расскажите, а какой была та жизнь?
  
   Козырев. Вы знаете, рассказывать - приёма не хватит. Но если вкратце, то: слабоумие хвалят, а ум - ругают.
  
   Президент. Уверен, вы ещё сравните вашу жизнь с нашей. Мы преодолели все проблемы, от которых страдали наши предшественники. Мы не говорили, а делали. У нас побеждена коррупция, никто теперь не изолирован от жизни, каждый гражданин имеет достаток и гражданские права. Эх! Вы ещё не застали Небесный Союз...
  
   Козырев. А что там было?
  
   Президент (вздыхает). Разруха, дефицит, и попирание человеческих прав.
  
   Козырев. А! Так и у нас тоже! И удивительно: по сути, у нас и у вас - одинаковое прошлое. И все руководящие лица, заметил, похожи на наших.
  
   Президент. Ладно, мне надо идти. Увидимся позже. Вивея, можно тебя на пору слов?
  

Уходят.

   Козырев (усаживается за пустующий столик, закуривает сигарету). Мда... дела... Прошлое, будущее... Люди те же - а порядки, интересно?
  

Входит Вивея.

   Вивея. Не помешаю?
  
   Козырев. Отнюдь...
  

Вивея садится рядом, с любопытством разглядывает его.

   Вивея. Вы такой грустный, не пьёте, не веселитесь.
  
   Козырев. Я не привык к веселью. У меня жизнь - одна работа. Даже сейчас мне невыносимо сидеть на месте и ничего не делать. И не до позитива.
  
   Вивея. Зря. Надо больше получать позитива.
  
   Козырев. Знаете... э... прошу прощения, имя запамятовал.
  
   Вивея. Меня зовут Вивея.
  
   Козырев. Да. Видите ли, Вивея, там, где я жил до недавнего перемещения, негатива было больше. Не хочу ныть перед вами, просто говорю так, как есть. Да и вряд ли вы это можете представить, вы же живёте в светлом благополучии.
  
   Вивея. Я могу-то могу представить. Вы расскажите.
  
   Козырев. Ну что же (закуривает новую сигарету). Там, где я жил, всё построено на одном: как прожить? Как выжить? Где найти деньги? И как занять должность, чтобы затем ничего не делать? На самых высоких должностях были тупицы. Меня с трёх работ уже выгоняли из-за того, что я критиковал начальство за то, что, вместо науки оно непонятно чем занимается. Мой проект, из-за которого я здесь, смешил идиотов-профессоров да доцентов, которым дороже были свои тёплые места, а не наука. Вы, наверное, думаете, что я тут сопли распускаю...
  
   Вивея (с улыбкой). Нет, просто вы хотите выговориться. Может, лучше потанцуем?
  

Раздаётся бодрая танцевальная музыка.

   Козырев. Я... не умею. Давно не танцевал.
  
   Вивея. Я научу. Идёмте.
  

Берёт Козырева за руку и уводит со сцены.

Входит Премьер-министр, одетый в чёрный костюм. Злой.

  
   Премьер-министр. Так-так-та-ак... Как же ты посмела..?
  
   Президент (входит с бокалом вина, навеселе). А! Виктор Семёнович!
  
   Премьер-министр (при виде Президента его лицо приобретает угодливый вид). Господин Президент?
  
   Президент. Что за мрачность у тебя на лице? Бал! Веселье! Веселюсь я - веселятся все!
  
   Премьер-министр. Да, веселье.
  
   Президент (внимательно смотрит на премьер-министра). Что-то не так? Говори откровенно.
  
   Премьер-министр (тихо). Да... мне не по себе оттого, что мы так поступили с чужеземцами. Неужели нет других решительных мер?
  
   Президент. Ты, Виктор Семёныч, всё не так понял. Мы не можем рисковать. Да и это удача - иметь таких гостей, как они. Учёный, например... он же нашёл способ проникнуть в наше время. Стало быть, и найдёт способ проникнуть в прошлое. А там для нас - та-кие перспекти-и-вы! История, Витя, История! Вся человеческая история! - в наших руках!
  
   Премьер-министр. Ах, вот оно что... теперь я спокоен. Ваш великий ум указал мне путь...
  
   Президент. Хватит печалиться, Виктор Семёнович! Пойдём лучше выпьем. Веселится народ - веселимся и мы. Сегодня нет ни приближённых, ни оппозиционеров.
  
   Премьер-министр. Кстати, об оппозиционерах... Дуган и Быковский здесь...
  
   Президент (его лицо становится напряжённым). Да? Интересно... коммунисты и либерал-демократы... пойди прикажи усилить охрану... а то я Быковского знаю...
  
   Премьер-министр. Слушаюсь...
  

Уходит.

   Президент. Ладно. Всё теперь в порядке...
  

Уходит.

   Входит танцующая пара, за ними - Квасов, одетый во фрак. В руках - бутылка водки и фужер. Садится за столик.
  
   Квасов. Ну что ж, пора и выпить.
  

Входит Гость, немолодой человек в светлом дорогом костюме.

   Гость. С вами всё в порядке?
  
   Квасов (закуривает сигарету, наливает водку в фужер). Слышь, дружище, давай врежем по стопарю, а?
  
   Гость. Извините, не пью.
  
   Квасов. Тебе чего, в лом выпить со мной? Давай садись! Выпьем, покурим, за жизнь поговорим! Ты вот кто будешь?
  
   Гость. Не понял?
  
   Квасов. Ну дере-евня! Работаешь где, спрашиваю?
  
   Гость (высокомерно). Я - глава футбольного клуба "Келси".
  
   Квасов. Ну, давай, за "Челси" твоё и выпьем. Чтоб не чесалось больше, ха-ха-ха!
  
   Гость. Хамьё! (резко уходит).
  
   Квасов (вслед ему). Сволочь, олигарх хренов! Эх... (пьёт залпом, занюхивает).
  
   Входит Инга, одетая в вечернее платье и туфельки на высоких каблуках. Держится неуверенно, боясь упасть.
  
   О! Ингуська, привет! Присажуйся!
  
   Инга. Ты Козыря не видел?
  
   Квасов. Да хрен его знает! Вроде неподалёку был, с президентом базарил. И с бабой какой-то... Блин, тут и президент такой же как у нас. Ты видала?! Я аж охренел! Кстати, давай водочки за рай этот выпьем?
  
   Инга. Ну...
  

К Инге подходит Морщинин, элегантно одетый молодой человек.

  
   Морщинин. Разрешите пригласить вас на танец?
  
   Инга (польщена). О! С превеликим удовольствием.
  
   Морщинин. Вы - жемчужина бала! (уходит с Ингой).
  
   Квасов. Ой-ой-ой, сюси-пуси! Тьфу! Тьфу!
  
   Резкой походкой входит Быковский, крепкий грузный человек с седым ёжиком волос. Пьян, от него несёт водкой.
  
   Быковский. Что ты плюёшься? А? Подонок!
  
   Квасов. Че-его-о?! Кто подонок?!
  
   Быковский. Ты подонок. И вся ваша партия! Подонки, одни подонки! Это власть - коррупционная, однозначно! Все подонки, жулики и воры! Кроме меня!
  
   Квасов (задумчиво глядя на Быковского). Кого-то он мне напоминает...
  
   Быковский. Слышь, ты, чего там сказал, э?! Шизоид?
  
   Квасов. Так, мужик, ты давай поспокойнее... надрался - так не бузи.
  
   Быковский. Заткнись, подонок, сволочь! Народ голодает, а вы, "единогородцы", икорку да коньяк жрёте!
  

Музыка прерывается. Вбегают охранники и Президент.

  
   (кричит). Либ... либерал-демократы - самая справедливая... ик! Партия, однозначно!
  
   Быковский. Верьте! Верьте только мне! Я приведу страну за шкирку к процветанию! (Квасову). Слышь ты, дерьмократ хренов. Если думаешь, что выиграешь выборы, то ошибаешься, подонок!
  
   Хватает полный фужер Стрельникова и резко выплёскивает содержимое в него.
  
   Квасов. Ну ты доигрался! (бросается на него с кулаками).
  

Президент даёт охранникам знак. Те разнимают сцепившихся.

Охранники уводят упирающегося и матерящегося Быковского.

   Президент (собравшейся толпе, властно). Всё спокойно. Продолжайте!

Вновь звучит музыка и веселье возвращается в прежнее русло.

   (Квасову). С вами всё хорошо?
  
  
   Квасов (оглядывает себя). Всю рубашку облил, гад. Это кто был? Что-то морда знакомая...
  
   Президент. Лидер либерал-демократов. Перепил, наверное, принял вас за кого-то и начал бузить. Не бойтесь, его выведут из дворца. Вот, возьмите (вынимает носовой платок, даёт Квасову).
  
   Квасов (вытираясь). Спасибо. Вот не поверите - у нас точно такой же экземпляр есть. Только соком апельсиновым пуляет.
  
   Президент. Ладно, мне пора идти.
  
   Квасов. Да ничего! Идите!
  

Президент уходит.

  
   Дела-а... (наливает себе водки в фужер, затем обращает внимание на пустой стол). Блин, а закуски-то нету, (кричит). Официант!
  
   К нему подлетает Басхира, невысокая смуглая черноволосая девушка, одетая в белую униформу.
  
   Басхира. Чем могу служить, мой господин?
  
   Квасов. Я не твой и не господин. Принеси-ка мне, пожалуйста, еды какой!
  
   Басхира. Что будете есть? (вынимает блокнот и карандаш).
  
   Квасов. Та-ак. Мяска там какого-нибудь.
  
   Басхира (делает пометки в блокноте). Есть котлетки говяжьи, куриные, свиные, есть отбивные, гуляш... рябчики...
  
   Квасов. Давай лучше (думает, чешет затылок)... во! Отбивные принеси, пожалуйста, девочка моя. Ну и этого... рябчика...
  
   Басхира (Делает запись в блокноте). Сию минуту (убегает).
  
   Квасов (глядит ей вслед). Эх, где мои трезвые двадцать лет?
  

Басхира возвращается с кушаньями, ставит их на стол.

  
   Басхира (угодливо кланяется). Прошу.
  
   Квасов. Спасибо большое... (придвигает к себе жаркое). Девушка, а вы случайно не замужем?
  
   Басхира. Нет, господин.
  
   Квасов. Для тебя - Гена. Но не крокодил. Тебя как звать-то?
  
   Басхира (тихо). Послушайте, нам запрещено разговаривать с гостями. У меня могут быть неприятности.
  
   Квасов. Тьфу ты, ё... что я, прокажённый, что ли? Слушай, давай подсаживайся к столу (выдвигает стул). Водочки выпьем, поговорим по душам. А? (наливает водку в рюмку).
  
   Басхира (неуверенно). Я... не знаю... меня с работы выгонят.
  
   Квасов. От одной рюмашки ничего не случится. Только заешь потом мясцом и все дела.
  
   Басхира. Ну ладно (садится, берёт рюмку).
  
   Квасов. За знакомство!
  

Басхира пьёт. Закусывает.

  
  

Мимо проходит молодая пара, облачённая в дорогие одежды.

  
   Жена (мужу). Ты видел? Какое бесстыдство - отбросы пьют с элитой! С нами, избранными!
  
   Муж (жене, сморщившись). Да, Леночка, согласен.
  
   Квасов (Басхире). Ну как? Хорошо пошло?
  
   Басхира (хмельная, улыбается). Я... пойду... Спасибо...
  
   Квасов. За что?
  
   Басхира (тихо). За то, что вы такой добрый.
  

Уходит.

  
   Квасов (грустно глядит ей вслед). Пока... Э-эх, где мои семнадцать лет? (ест).
  
  

Входит Президент со свитой.

   Президент. Я вам не помешал, гражданин Квасов?
  
   Стрельников (сквозь набитый рот). Всё в порядке. Вы присаживайтесь...
  
   Президент. Благодарю, вас, Квасов. Кстати, а почему вы сидите один?
  
   Квасов. Дык... я танцевать-то не умею и не люблю... я уж лучше здесь один, как говорится...
  
   Премьер-министр (неприязненно). А что, у вас там, в прошлом, всегда так много пьют?
  
   Квасов. Будто в будущем пьют мало... Пьём - живём.
  
   Премьер-министр. (про себя). Варварство!
  
   Президент (весело). Ну что, мы пошли, не будем вам мешать. Отдыхайте и ни о чём не думайте.
  

Уходит вместе со свитой.

   Квасов (наливает в рюмку водку). Это мы завсегда...
  

Залпом пьёт. Закусывает.

Занавес.

Сцена 9.

   Беседка, украшенная цветами. На заднем плане - жёлто-белая громадина Большого Небесного Дворца. До беседки доносится шум вечеринки и плавная музыка.
   За столиком сидят Козырев и Вивея. Оба под хмельком. На столе - наполовину опустошённая бутылка шампанского, два бокала и распечатанная плитка шоколада.
  
   Вивея. Так... так о ч-чём вы говорили? Вы такой интересный человек...
  
   Козырев (закуривает). Ну, я говорил о том... ик! Ой, простите... что я учился в университете. И вы представляете себе учёбу там? Вернее, учёбу тогда? Не могу привыкнуть, знаете ли, ко времени.
  
   Вивея. Я сама училась в Университете Небесного Города. Папа заставил, а я на самом деле не хотела. Дайте сигарету.
  
   Козырев. А ваш папа-президент - ничего не скажет?
  
   Вивея. Он просто на стену лез, когда я закурила.
  
   Козырев (протягивает Вивее сигарету, подкуривает). А знаете, когда я вас в первый раз увидел, то сразу подумал, что вы - обязательно принцесса, и обязательно - холодная и неприступная. Девушка, которая не знает слова "жизнь". А вы ­- живая. Не только по имени, но и по сущности.
  
   Вивея. Вы ещё не знали меня в детстве, а в детстве я, скажу вам, была шалуньей! А когда подросла, то меня сразу начали выводить в свет, снимать на камеры, восхвалять - уж тогда тебя заставляли быть неприступной и холодной. Дочерью президента. И я поняла - политика не для меня. Хочу простой обычной жизни, а не жизни в золотой комнате. Да ещё с мужем, у которого золото - и всё на этом.
   Козырев. Вы замужем?
  
   Вивея. Да. Папочка постарался. И знаете, мне так всё опротивело!
  
   Козырев. Не слишком ли торопитесь с выводами? Ведь у вас есть всё, о чём простой смертный не может и мечтать! Деньги... власть... Всё, что можно захотеть! Вам не надо вставать рано утром, готовить себе завтрак и бежать на работу - у вас всё готово. И работать вам не надо - на вас работает страна. Завтрашний день летит в ваши руки - сам, а не вы за ним бегаете.
  
   Вивея. Да, это так (грустно). Но... я чувствую себя куклой, а не живым человеком. Я не могу, а должна, понимаете? Я должна делать то, должна делать это, должна улыбаться, когда мне самой улыбаться не хочется. Я была выдана замуж не за того, за кого я хотела бы выйти, а за того, кто знаменит, красив и богат. Как это грустно... Жить до скончании века в этом санатории.
  
   Козырев. И всё же я не могу понять ваших терзаний, Вивея. Что вас не устраивает в этом раю? Вон, Квасов с Ингой голову уже потеряли. И я, если честно... но у нас есть на то причины. Мы прожили в таких условиях, где одно приглашение на ваш бал считается роскошью.
  
   Вивея. Вы не поймёте...
  

Входит Премьер-министр.

   Козырев. Виктор Семёнович, здравствуйте.
  
   Премьер-министр. Вивея, а я тебя обыскался! (Козырев). Надеюсь, она вам не докучала? А то, когда она, понимаете (щёлкает пальцем по горлу) вот это, то она - непредсказуемая.
  
   Козырев. Нет, Виктор Семёныч, всё хорошо.
  
   Премьер-министр. Ну, я вынужден сказать, что нам с Вивеей пора. Нас ждёт машина.
  
   Козырев. Да-да, конечно...
  
   Вивея. Не скучайте, Козырев. Всего вам доброго (жмёт ему руку). (Премьер-министру). Идём.

Премьер-министр церемонно берёт под руку Вивею и вместе с ней уходит.

   Оставшись в одиночестве, Козырев допивает шампанское из своего бокала и закусывает шоколадкой.

Входит Инга.

  
   Инга. Привет.
  
   Козырев. Привет.
  
   Инга. Чего ты такой грустный? А, ну конечно... Обломилась президентская дочь... (усаживается). Фу-у... Устала...
  
   Козырев. Очень смешно... да и не хочу я за ней ухлёстывать. У неё муж есть.
  
   Инга. Ой-ой-ой! Я же всё прекрасно вижу... Кстати, Козырь... спасибо...
  
   Козырев. За что?
  
   Инга. За всё это... Тут не жизнь - тут праздник...
  
   Козырев (усмехается). Складно поёшь... сама говорила, что мама ищет, на пары идти.
  
   Инга. Я была не права... Да и к чёрту эти пары. Маму вот жалко... Места себе не находит из-за такой дуры, как я.
  
   Козырев. А где кавалер твой?
  
   Инга. Не знаю... куда-то испарился...
  

Голос Осинского: "Ингочка-а! Ты где, лапушка?"

  
   Всё. Пойду...
  
   Козырев. Ладно. И я тоже, пожалуй...
  

Уходят.

Входят Квасов и Басхира, поддерживая друг друга. Оба пьяны.

  
   Басхира (едва не падает, цепляется за фрак Квасова). Вы...
  
   Квасов. Ты...
  
   Басхира (хихикает). Не знаю, мне... как-то страшно... но я... всё-таки перейду на "ты"... Ты... такой... смелый...
  
   Квасов. Интересное кино... - в чём же я такой смелый? Я ж не спас тебя от этого, как его там, заразы... Дракона, во! Хотя... если бы он был, то я... ему р-раз! - и в глаз! Вот так! (заносит руку для удара).
  
   Басхира. Он же большой, дракон-то (хихикает).
  
   Квасов. Да какая разница!
  
   Басхира (садится). Ой, влети-ит мне потом, ой как влетит!
  
   Квасов. Н-не понял? А за что? Ну подумаешь, выпила девушка... что тут такого...
  
   Басхира. Ты многого не знаешь...
  
   Квасов. А чего я тут не знаю... У вас же это... демократия, вашу мать!
  
   Басхира. Как-нибудь объясню. А сейчас иди ко мне... (притягивает его к себе, целует). Пошли.
  
   Квасов. Куда-а-а??
  
   Басхира ( игриво берёт Квасова за руку). Потом скажу...
  

Уходят.

  

Занавес.

Действие второе.

Вставная сцена 2.

Научно-техническая лаборатория Небесногородского Государственного Университета.

   Помещение выглядит запущенным. На столах - старые детали и корпуса от компьютеров. Всюду пыль, грязь, сигаретные окурки.
   За сценой слышатся голоса: "Давай! Заноси! Только аккуратно! Давай!"
   - "Насяльник, нэ савсем бистро". - "Поговори ещё тут у меня!"
  
   Входит Министр Образования, за ним - Завхоз - суетливый нервный человечек лет пятидесяти.
  
   Министр Образования. Так, ну что там вы копаетесь?! Давайте в темпе! Скоро экскурсия здесь будет!
  
   Входят несколько рабочих, неся различную суперсовременную аппаратуру.
  
   Так, отлично. Замечательно. Ставьте тут всё, а я поехал.
  

Министр Образования уходит.

   Завхоз (рабочим). Так, давайте, аппаратуру ставьте, я вам за что деньги плачу?!

Рабочие начинают заниматься установкой аппаратуры.

   Эх, послал Господь гостей на мою голову... Эх, надо было ра-аньше, когда аппаратуру ещё не загнал. Эх, блин... вот и суетись теперь...
  
   Ректор (толстенький человечек в чёрном костюме и кепке, входит медленно). Эй! Завхоз!
  
   Завхоз. Ну чего?! Не видите - занят! Аппаратуру ставлю.
  
   Ректор. Ну что, не поломали ничего?
  
   Завхоз (угодливо). Всё в полном порядке, господин ректор, не извольте беспокоиться. Аппаратурка уже пришла из Министерства Образования, спасибо вам большое.
  
   Ректор (тепло улыбнувшись). Ну что уж тут... Есть связи - есть прибыль. У меня сто-олько связей с правительством сохранилось, когда оттуда уходил. (подходит к установленному компьютеру, с интересом разглядывает его). Ух ты-ы... классный. Слышь, завхоз, эт чего за компьютер?
  
   Завхоз. "Пентиум 26". Новенький, из Западного Альянса.
  
   Ректор. Да-а-а??? Ну ладно. Как экскурсия закончится - компьютер ко мне на склад... кхм, кхм... в общем, устанавливайте всё. И это (показывает пальцем на окурки). Подметите всё. Моющие средства ещё не продал?
  
   Завхоз. Не-ет.
  
   Ректор. Чтобы тут (указывает на пол) - всё блестело. И про комп не забудь мне там. Всё, я пошёл.
  

Уходит.

Сцена 1.

Научно-Техническая Лаборатория Небесногородского Государственного Университета.

   Помещение обставлено по последнему слову техники. Чисто, всё блестит, возле компьютеров - обслуживающий персонал в белых чистых халатах.
   Входят: Ректор, Вивея (на этот раз одета в синий брючной костюм), Козырев, Квасов и Инга (Козырев и Квасов одеты в костюмы, Инга - в ту же одежду из третьей сцены) в сопровождении трёх охранников в костюмах.
  
   Ректор. Добро пожаловать в гордость нашего Университета - Научно-Техническую Лабораторию. Здесь собраны великие компьютерные достижения научной мысли Небесного Города, с помощью которых мы встали и уверенно идём по пути модернизации всех научных отраслей.
  
   Козырев (подходит к одному из приборов). Интересно... ужасно интересно...
  
   Квасов (мрачный из-за похмелья). Господи, как же пива-то хочется... (Ректору). Слышь, начальник, сушняк есть?
  
   Ректор. Чего, простите?
  
   Вивея (Ректору). Господин Квасов просит воды.
  
   Квасов (пожимает плечами). Ну, можно и сока. А то подняли ни свет ни заря на экскурсию, даже пожрать-то толком не успел...
  
   Ректор. Воды? Сейчас!
  

Убегает.

   Вивея. Уверена, вы по достоинству оценили размах компьютерных достижений Небесного Города.
  
   Козырев. Хотелось бы проверить на практике. Можно? (подходит к одному из компьютеров, возле него стоит сотрудник в белом халате) Так, прошу вас, уважаемый, покажите, как работает этот аппарат.
  
   Сотрудник в белом халате. Что?
  
   Козырев. Покажите, как работает аппарат.
  
   Сотрудник в белом халате. Э... сейчас... (подходит к компьютерному аппарату, в котором ничего не смыслит, и думает, как его включить).
  
   Ректор (торопливо входит со стаканом воды). Прошу вас, ничего тут не трогайте! Держите (передаёт стакан Квасову. Тот кивает, берёт стакан и жадно пьёт воду). Это очень хрупкая аппаратура.
  
   Козырев. Ну, пусть товарищ учёный и включит.
  
   Сотрудник в белом халате вопросительно глядит на Ректора: "Что делать?" Ректор взглядом: "Включай, идиот!" Неуверенно сотрудник нажимает одну из кнопок. Ничего не происходит.
  
   Что-то не работает ваша аппаратурка, гражданин ректор. Или учёный растерялся? Сейчас посмотрю (лезет под стол).
  
   Вивея (подходит к компьютеру, щёлкает кнопками). Интересно... действительно не работает...
  
   Козырев (вылезает из-под стола, весь в пыли). Тьфу, сколько пыли. А-апчхи! С подключением всё нормально... ничего не понимаю...
  
   Ректор. Странно... я тоже ничего не понимаю...
  
   Козырев. Вы же говорили, что тут всё нормально! Что всё работает...
  
   Ректор. А! Это... электричество чинят сегодня, проводка там поломалась, просто... знаете... память... это... дел много...
  
   Козырев (указывает на потолок). А это тогда что?
  
   Ректор. Ээээ...
  
   Вивея (спешно). Слушайте, нам надо идти. Большое спасибо, господин ректор, за экскурсию.
  

Все уходят, кроме ректора.

   Ректор (один, хватается за голову). Всё пропало... я погиб... надо бежать.
  

Убегает.

Занавес.

Вставная сцена 3.

Театральная сцена.

   В углу свалено множество декораций. На вешалке неподалёку висят разнообразные театральные костюмы. Стоят: актриса, светловолосая молодая женщина в кофточке и джинсах, и Главный Режиссёр, средних лет располневший человек в очках и в сером костюме. Спорят.
  
   Главный Режиссёр. Женечка! Ну зачем вы так со мною поступаете?! Это же подло!
  
   Актриса. Увольте меня, Глеб Олегович, но я не буду играть любовницу Министра Обороны! Он отвратителен! И не хочу садиться в тюрьму! В эту грязную камеру!
  
   Главный Режиссёр. Но Женечка! Голубушка! Этого хочу не я - а Сам (важно поднимает палец кверху) Президент Небесного Города! Да и вас не камера ждёт - а сцена домашнего ареста! В собственном особнячке! Как в аптеке! Только прислуги не будет, уж извиняйте, так задумано!
  
   Актриса. Где и моих слуг не будет?! Фи! Я не согласна!
  

Входит Президент с Премьер-министром.

  
   Главный Режиссёр. О! Сам Светлейший царь удосужился посетить сей скромный приют. Какая великая честь!
  
   Президент. Глеб Олегыч, хватит говорить тут дифирамбы. Дело! Срочное дело!
  
   Главный Режиссёр (изображает грусть на лице). Что, опять кризис ставить? Или борьбу с коррупцией? Так были уже постановочки!
  
   Президент. Глеб Олегыч! Нужно для высокопоставленных гостей организовать оппозицию.
  
   Главный Режиссёр. Чего?!
  
   Актриса. Ну ладно, я пошла. (громко) Вон из Небесного Города, сюда я больше не ездок! (с достоинством уходит).
  
   Премьер-министр. Оппозицию... ну, сделать так, чтобы гости поверили, что у нас многопартийная система, гражданское общество и всё такое. Сможете?
  
   Президент. Обещаю. Гонорар будет солидный! Казна не забывает тех, кто ей верно служит.
  
   Главный Режиссёр. Не могу не согласиться, ваше величество! Тем более, и оппозиция у нас тут есть, и правые, и левые, и центристские (кричит). Эй, оппозиция! Хватит курить - давайте на сцену!
  

Входит Быковский.

  
   Быковский. Э, ну чо ты там разорался, подонок?! Я уже пришёл, однозначно! Всё, я сказал, Россия - для русских...
  

Главный Режиссёр многозначительно кашляет.

   Ой, извиняюсь, это из классики... кажется, "Незабываемый две тысячи двенадцатый"... Небесный Город - для Небесного Города! Однозначно! Ну как, хорошо сыграл?
  
   Главный Режиссёр. Гениально! Как всегда.
  
   Быковский. А сколько?
  
   Главный Режиссёр. А чего "сколько"?
  
   Быковский. Бабок, "чего".
  
   Президент. Сыграете свою гениальную роль лидера ЛДПНГ - и награда будет велика.
  

Входит Проханов, стройный молодой человек в дорогом костюме.

   Режиссёр. А вот, прошу любить и жаловать - наша восходящая звезда, и, стало быть, ваш оппонент, хи-хи! - Михал Дмитрич Проханов, известный промышленник, в душе - наиталантливейший актёр. Гениально сыграл на последних выборах. Пожертвовал ещё капиталец в один стадион. Ну что, Мишенька, вы готовы сыграть оппозиционера?
  
   Проханов. О да!
  

Входят: Дуган, Ильинский, Сергеев.

  
   Дуган (недоволен, руки упёрты в бока). Тьфу, блин, опять этот спектакль! Слушайте, мне уже это надоело! Хватит лицемерить перед всеми!
  
   Главный Режиссёр. Андрей Геннадьич! Если вам надоело - то идите прочь! А тут... такие перспективы! (мечтательно) Эх... Какая грандиозная пьеса будет у нас!
  
   Дуган. Пошли вы все к чертям! Зря только с вами связался...
  

Уходит.

  
   Ильинский. Ну, перспективы-то да-а... А скажите, мне дадут побольше денег? А то я и так свожу концы с концами... езжу на прошлогодней "ауди", костюм уже неделю не покупал. Это не по-демократически... не по законам...
  
   Главный Режиссёр. Кстати, Григорий. А где же ваши дружки? Болтнев да ещё этот, как его... Чесноков?
  
   Ильинский. В творческом отпуске.
  
   Главный Режиссёр. Всё, ладно. Без них обойдёмся.
  
   Президент. В общем, работайте. Глеб Олегыч, я верю в вас.
  
   Премьер-министр. И я. Благодаря вам, мы у власти.
  
   Главный Режиссёр (оптимистично). Всё будет замечательно! Я такую грандиозную постановку организую - ваши восхождения рядом не стояли! ("Оппозиции"). Ну что встали? Работайте давайте!
  

У Президента звонит мобильный телефон.

   Президент (отвечает в трубку). Да?... Что? (его лицо мрачнеет). Ладно, приеду...
  

Занавес.

Сцена 2.

Гостиничный номер Козырева. День.

   Козырев, одетый в брюки и рубашку, сидит на кровати, заваленной книгами, и печатной прессой, читает журнал, время от времени прикладываясь к графину с соком.
  
   Козырев (присвистывает, переворачивая страницу). Удивительно!..
  
   Входит Квасов. Вид у него измученный, несёт перегаром, в руке - бутылка пива.
  
   Геннадий!
  
   Квасов. Здорово, брат (морщится). Ох, голова болит... ох, плохо мне...
  
   Козырев. Не тебе одному...
  
   Квасов. Еле живой после той тусовки... давно так не пил... ой, господи... А ты там что читаешь? (наклоняется над журналом).
  
   Козырев. Да вот, историю Города изучаю... от начала до конца...
  
   Квасов. Делать тебе нечего... давай лучше выпьем...
  
   Козырев (в раздумии, затем махает рукой). Эх, ладно! Но бутылочка-то одна...
  
   Квасов (с хитрой ухмылкой вынимает из кармана пиджака ещё одну бутылку с пивом). На (даёт бутылку Козыреву. Тот откупоривает её и пьёт). Геннадий друзей не бросает... ну и что ты там вычитал?
  
   Козырев. Ну вот... (смотрит в журнал). Тут говорится о разгоне Генерального Совета...
  
   Квасов. Дай-ка я угадаю... (откупоривает свою бутылку, жадно пьёт). Ох, хорошо-то как!.. Этот Совет танками случайно не разогнали?
  
   Козырев. Угадал! Танками! Самое удивительное - здесь та же история, что и у нас. Даже читать не надо!
  

Входит Вивея, одетая в синий брючной костюм.

   Здравствуйте, госпожа Вивея.
  
   Квасов. Здрасьте (пьёт пиво).
  
   Вивея. Граждане, нам пора ехать.
  
   Квасов. Что, опять на приём?
  
   Вивея (радостно). Нет. Поездка по Небесному Городу. К Алтарю Демократии. Кстати, а где Инга Сергеевна? Вы её не видели? Нам скоро ехать.
  
   Квасов. А вы у своих олигархов спросите, кто на приёме был. Или у этих... у горничных...
  
   Вивея. Вы думаете, что её могли похитить?
  
   Квасов. Слушайте, Вивея, да хрен с ней, с Ингой! Без неё даже лучше! Поехали!
  

Все трое уходят.

Занавес.

Сцена 3.

Алтарь Демократии. Ночь.

Алтарь представляет собою монументальное сооружение, возведённое на гранитный пьедестал. В центре монумента - три скульптуры, представляющие собою три мраморные ипостаси Демократии.

   - Свобода - стройная красавица, облачённая в доспехи. В руках у неё - занесённый меч.
   - Равенство - две красавицы: Первая одета в лохмотья, вторая - в дорогое платье, украшенное драгоценными камнями.
   - Братство - Красавица, обнимающая за плечи азиатскую девочку.
   Алтарь ярко освещён. Вокруг Алтаря разбиты клумбы с красивыми цветами. По периметру святыни - таблички с надписью: "НЕ ПРИКАСАТЬСЯ!"
  
   Входит Осинский, облачённый в дорогой чёрный костюм при галстуке-бабочке. За ним с недовольным видом - Инга, одетая в джинсы и цветастую маечку, с сумкой на плече.
  
   Инга. Ну? И куда ты меня привёл? Ты же говорил, что знаешь хорошие места!
  
   Осинский. Да! Вот это (почтительно смотрит на Алтарь) святыня Небесного Города! Самое прекрасное место здесь! Алтарь Демократии!
  
   Инга. Адамка, ты дурак! Неужели ты веришь в эту чушь? Что (указывает на скульптуры) это всё на самом деле живое?
  
   Осинский. Ну как же, Ингочка! Это же - святыня. И мы обязаны ей поклоняться.
  
   Инга (смеётся). Это куски камня, а не святыня! И вы им поклоняетесь, как придурки! Всё, не могу уже (достаёт из сумки бутылку пива, пьёт).
  
   Осинский. Инга, здесь общественное место.
  
   Инга. Ну и что?
  
   Осинский. Здесь нельзя распивать спиртные напитки.
  
   Инга. Отвали! Что хочу, то и делаю (садится на краешек постамента).
  
   Осинский (в ужасе). Эй, что ты делаешь?! Здесь же русским языком написано: "не прикасаться".
  
   Инга (пьёт пиво, затем глядит на Осинского, как на идиота). Ну, я коснулась, дальше что? Меня испепелят? Ну что стоишь, как неродной? Садись!
  

Осинский со страхом качает головой.

   Осинский. Знаешь, я до сих пор не верю...
  
   Инга. В то, что ты дурак? Неудивительно...
  
   Осинский. В то, что ты... вот так спокойно сидишь. И - не боишься.
  
   Инга. Ну и чего? Чего мне эти камни сделают?
  
   Осинский (успокаиваясь). Ну да, действительно. Это же ничего... противозаконного...
  
   Инга. Вот зала-адил! Ну, вот ты веришь ведь в эту глыбу?
  
   Осинский (неуверенно). Ну-у...
  
   Инга. Баранки гну! Так поверь и в то, что всякую святыню можно реально разбить рукой. Смотри.
  
   Встаёт, залпом допивает остатки пива, и, прицелясь, кидает бутылку в скульптуру Равенства. Бутылка разбивается вдребезги.
  
   Ах, блин, что-то я не в духе сегодня.
  

Стон Осинского.

   Ну чего ты орёшь?
  
   Осинский. Ты сумасшедшая! Нас ведь за это могут убить!
  
   Инга. Кишка тонка (садится на краешек постамента, достаёт из сумки новую бутылку. Трясущемуся от страха Осинскому). Да что ты трясёшься весь? Не мужик, а... (опять встаёт, подходит к Осинскому, срывает с него галстук, отшвыривает в сторону).
  
   Осинский. Инга! Мда, пришли посмотреть на святыню, ничего не скажешь.
  

Инга целует Осинского.

   Инга. Ну так что?
  
   Осинский. Что "ну так что?"
  
   Инга (ставит пиво на постамент, достаёт из сумки баллончик с красной краской). Фу, на месте, я-то думала, что дома выложила... (Осинскому). Обновим святыню?
  
   Осинский. Ты с ума сошла?!!! Это же...
  
   Инга. Правильно, Адамыч, камни Демократии. Если демократия у вас тут есть, то на чёрта вам эти святые камни?
  

Идёт к Алтарю.

   Осинский. Инга! Инга, постой! Ах, проклятье!
  

Стоит на месте, заламывая руки.

   Инга проводит краской полосу на одной из скульптур.
  
   Осинский. Инга! Тут же камеры!
  
   Инга. Заткнись! (продолжает работать).
  

Занавес.

Отчаянный крик Осинского.

   Осинский. Всё! Нас убьют!
  
   Инга. Слушай, если у вас демократия, то с чего вы так орёте? Демократия должна быть в душе.
  

Свисток полицейского.

   О, вот только тебя не хватает. Адамка! Линяем!
  

Бегущий топот ног.

Вставная сцена 4.

Президентский кабинет. Ночь.

Президент и Премьер-министр.

   Президент. Итак, Виктор Семёнович, экскурсия в Университете провалилась. Оч-чень неприятно...
  
   Премьер-министр. Согласен с вами полностью, господин президент.
  
   Президент. Ректора снять с должности, и аресто... хотя нет. Он нам может ещё пригодиться - как мэр Первого Уровня, он хорошо хозяйство поставил...
  
   Премьер-министр. Простите, но тут... неувязочка вышла...
  
   Президент. В чём дело?
  
   Премьер-министр. Ректор сбежал в Западный Альянс.
  
   Президент. Чёрт! Проклятье!
  
   Премьер-министр. Успокойтесь, господин президент. Вам ещё речь говорить... А ректора мы хоть из-под земли достанем...
  
   Президент. Всех причастных к экскурсии - убить и сбросить с Небесного Города. Мы жёстко просчитались, и сейчас надо принять решительные меры, чтобы сохранить наши позиции. Все только и ждут, чтобы обвинить нас в каких-то нарушениях прав человека. А мои народы - довольны! И не жалуются, благодаря активным действиям нашего МВД. Эх, Витя, демократия - это такая вещь. Дашь ей свободу - и всё! Небесный Город погибнет. Если демократия будет в полной мере, то мы сразу потеряем свои места (Внимательно смотрит на Премьер-министра). Ты же ведь не хочешь жить в какой-нибудь общаге с этим быдлом - народом, а? Жить, как народ?
  
   Премьер-министр (с отвращением). Я и близко к отбросам не подойду! И не дам вашей дочери общаться с ними! Хоть маску надену ей - но не дам!
  
   Президент. Хочу спросить - как ваши отношения? (смеётся).
  
   Премьер-министр (хмурится). Лучше не спрашивать. Мы с ней в последнее время стали... какими-то чужими... Мне кажется, это из-за чужеземцев. Из-за их разлагающего влияния на Вивею.
  
   Президент. Считаешь, что моя дочь примкнёт к ним?
  
   Премьер-министр. Не считаю, а есть тому подтверждения. Поймите, эти чужеземцы - не простые люди. Своим поведением они могут разложить наше общество. Хуже! Если они встретятся с отбросами, то могут направить их против нашего порядка.
  
   Президент (смеётся). Так ты считаешь, что из-за твоей ревности к Вивее следует уничтожить этих троих?
  
   Премьер-министр. Вы не так поняли. Здесь дела обстоят похуже ревности. Вы посмотрите на них внимательно. Кто они? Любознательный учёный, пьяница-рабочий... А девушка с ними? Ведёт себя как, извиняюсь за выражение, проститутка. А что будет, если они останутся тут навечно? Поселятся среди нас? Что же тогда будет?! Они принесут с собой в наше общество повальное пьянство, болезни, наплевательское отношение к жизни, и, в конечном счёте - деградацию. Они принесут отбросам и средним гражданам самое страшное оружие против нас - правду.
  
   Президент (тихо). Ты прав... узнают остальные - мы погибнем... Будет на руку отбросам... Мне тут Министр Внутренних Дел доложил, что зафиксировано некое "Движение Сопротивления"... многонациональное, между прочим... Если узнают они...
  
   Премьер-министр. Не бойтесь, я приму меры... лучше столкнуть народы между собой, тогда и никакого движения, тем более - сопротивления - не будет. (потирая руки) Да! Люблю эти моменты.
  
   Президент. Отлично. Интересно наблюдать, как народы уничтожают народы.
  
   Премьер-министр. А что же нам с чужеземцами делать?
  
   Президент. Другого выбора у нас нет. За свой портфель нужно бороться, а не ждать, когда его отнимут. Приказываю: чужеземцев - арестовать и ликвидировать. Кроме учёного - он нам нужен со своими знаниями. Ладно, надо идти. В общем, решай тут все вопросы...
  
   Премьер-министр. Я вас не подведу, Господин Президент!
  
   Распахивается дверь, вбегает запыхавшийся и красный Министр Внутренних Дел. Он взволнован.
  
   Министр Внутренних Дел. Господин Президент! Уфффф (тяжело дыша). Тут тако-ое...
  
   Президент. Что случилось, министр?
  
   Министр Внутренних Дел. Я... это... Докладываю, что на Алтарь Демократии было совершено осквернение!
  

Президент и Премьер-министр напряжены. Президент жестом: продолжай.

   Там... камера одна зафиксировала... чужеземка изрисовала нашу Демократическую Святыню непристойными выражениями. Краской. Красной.
  
   Премьер-министр (Президенту, внимательно глядя на него). Ну, что я вам говорил, господин Президент? Срочно примите меры, иначе скоро осквернят нас самих.
   Президент. Всё! Довольно с ними играть в гостеприимство! Немедленно выслать полицейский отряд и арестовать всех троих! (кричит). Немедленно!
  

Пауза.

Президент кивает и выходит из кабинета. За ним - Министр Внутренних Дел. Премьер-министр стоит, и, сладостно улыбнувшись, уходит, насвистывая бодрую мелодию.

   Как только шаги стихают, в стене отодвигается панель, из потайного укрытия вылезает Басхира с диктофоном и неслышно выходит из кабинета.
  
  

Уходит.

Сцена 4.

Богатая гостиная особняка на Долларовке. Вечер.

Вивея. Премьер-министр. Ссорятся.

   Вивея. Ну что ты ко мне прицепился?! Что, министерский пост не даёт покоя? Чего тебе надо?! Из-за тебя экскурсию пришлось отменить, гадина!
  
   Премьер-министр. Отвечай! Ты где была?
  
   Вивея. Вот достал, ей-Богу... Да какая тебе разница, где я была?! Где была - там уже нету! Всё, заткнись и оставь меня в покое! (пытается уйти, но Премьер-министр резко хватает её за руку).
  
   Премьер-министр. Ты не уйдёшь, пока не доложишь мне по порядку: где была? Что делала?
  
   Вивея. Да что я тебе, обязана отчитываться?
  
   Премьер-министр. Я знаю где ты была. С Козыревым этим! Вы ходили вместе в парке! Признайся, ты его любишь? И ты хочешь с ним бежать...
  

Вивея смеётся.

   Что тут смешного?! Признайся, ты думаешь о нём.
  
   Вивея. Хи-хи-хи-хи... ты что, с дуба рухнул, министр?
  
   Премьер-министр. Я попросил бы выражаться на нормальном русском языке. У нас...
  
   Вивея. Да-да-да... демократия. Но по тебе вижу, что нет...
  
   Премьер-министр. Слышь ты, я попросил бы...
  
   Вивея. Просить у отца родного будешь...
  
   Премьер-министр. Вивея! Этот Козырев - опасный человек. Он и его шайка - хуже отбросов. Подумай, с кем ты общаешься. Он здесь вообще никто! Дегенерат, растлитель душ... нечестный человек!
  
   Вивея. Кто-о бы говорил! Ты-то сам не особо честно получил должность министра. Уж я-то знаю.
  
   Премьер-министр. Своё место я заслужил честно.
  
   Вивея. Тем, что честно прислуживал кому попало, в том числе и моему отцу? Ты ничтожество! Тебе скажут накакать в штаны - ты накакаешь. За деньги.
  

Премьер-министр бьёт Вивею по лицу. Она падает.

  
   Премьер-министр. Зато я не отдаюсь нашим врагам, и не превращаю себя в шлюху!!!
  
   Вивея (встаёт, держась за ушибленную щёку). Ой-ой-ой, посмотрите на него! Я тебя разочарую: ты уже стал шлюхой. Политической. Ты - кукла, а не живой человек. Ты, и такие как ты трясётесь не за демократию, а за свои богатства, а на остальной народ вам на-пле-вать! Вы от него потому и отгородились каменным забором.
  
   Премьер-министр. Да как ты смеешь?! Ты хоть раз видела этот народ?! Это деградирующее стадо, которое ничего, кроме как хлестать водку не умеет! Этих отбросов следует держать в узде, иначе они нагородят дел!
  
   Вивея. Ну-ка, ну-ка, ну-ка... а не по вашей ли демократической милости этот народ хлещёт водку, с окон сбрасывается, да тупеет благодаря вам?! Чего же вы от народа-то прячетесь за Дворцом? Вы же нас всех правам да свободам учите!
  
   Премьер-министр. Да ты говоришь, как оппозиционерка! Права! Свободы! - но ими тоже уметь пользоваться надо... Гражданское общество - значит...
  
   Вивея. Общество избранных гражданских. Всё, недоело мне с тобой трепаться! Ты - дурак. И прихлебай. Мёртвый прихлебай! Я расстаюсь с тобой! Смирись с этим.
  
   Премьер-министр. Ты не имеешь права! По закону, мы расписаны!
  
   Вивея. Подотрись ты своей распиской!
  

Уходит.

   Премьер-министр. Шлюха... я тебе это припомню. Ты мне ботинки ещё целовать будешь...
  

Уходит.

Занавес.

Сцена 5.

Парк Небесного Города. Вечер.

   Белая изящная скамейка, вокруг неё - экзотические растения, навевающие мысль о рае. Слышится пение экзотических птиц.
   Входят: Инга с сумкой и пакетом, в которых позвякивают бутылки пива. Следом за ней - Осинский, красивый молодой человек, одетый в строгий костюм. Вид его лица напряжённый: он не привык выезжать дальше своего особняка.
  
   Осинский. Слушай, Инга, ты в своём уме?! Ты зачем статую Демократии осквернила?! Краской?!
  
   Инга. Затем. Надоело это притворство!
  
   Осинский. Ты не представляешь, что с нами будет. Нас посадят. Это же - святыня Небесного Города!
  
   Инга (подходит к скамейке, оборачивается к Осинскому), Ну что ты там встал?! Всё, пришли.
  
   Осинский. Ингочка. Ну зачем же здесь? Можно было и дома... или в гостинице...
  
   Инга. Заткнись. Ты пиво будешь пить или нет? Так (садится на скамейку, кладёт у ног пакет с пивом, достаёт оттуда две бутылки).
  
   Осинский. Мне говорили, что пиво - это варварский напиток...
  
   Инга. Какой культурный нашёлся. На! (даёт Осинскому бутылку).
  
   Осинский (вертит бутылку пива в руке, не зная, как её открыть). И... как открыть?
  
   Инга (фыркает от смеха). Ну, блин, ты даёшь, Адамка.
  
   Осинский. Просто... я никогда сам ничего руками не делаю. Мне всё либо жена делает, либо слуги...
  
   Инга. Видишь там стрелку на крышке? Крути крышку, туда, куда стрелка указывает. И всё.
  
   Осинский (откупоривает бутылку). Всё. Надо крышечку выкинуть...
  
   Инга. Да кинь ты её на землю, господи! (открывает свою бутылку). Слепой котёнок...
  
   Осинский. Не могу понять, почему именно здесь, а не в другом месте?
  
   Инга. Да надоело это всё! Хочу побухать нормально, в парке. А то достали со своей вежливостью. Не люди, а какие-то роботы. Да и бабы здешние на меня смотрят, как на ненормальную, когда я там матерюсь или что не так делаю (пьёт пиво).
  
   Осинский. Ты такая смелая. Я в первый раз вижу смелую открытую и живую женщину. Обычно они тут - чопорные и целомудренные. Чуть подойдёшь к ним - сразу краснеют...
  
   Инга. Да сволочи они, а не девушки! Это они строят из себя целомудренных, а ты веришь! Да и вы, мужики, тоже хороши!
  
   Осинский. Ты ненавидишь мир... (осторожно пьёт пиво). Вкусно, кстати...
  
   Инга. Я ненавижу не мир, а лицемеров. Терпеть их не могу... говорят о какой-то нравственности, а сами того-этого в постелях, жрут да пьют в своё удовольствие. Вот я - я такая, какая есть, я тебе сразу сказала, сколько у меня было парней да приводов в ментовку за хулиганство и лечений в клинике. А от своих баб ты ничего бы не узнал...
  
   Осинский. Глядя на тебя, не подумал тогда на приёме. Видел девушку, красивую, а когда ты из горла начала пить этот портвейн... да ещё ругаться и плясать какой-то танец дикий... а потом лезла к остальным... Все в ужасе были.
  
   Инга. Ты меня ещё в школе не видел... на дискотеках я так зажигала... Эльвира, правда, сердилась...
  
   Осинский. А кто это?
  
   Инга. Мама моя...
  
   Осинский. Но почему же ты её по имени называешь?
  
   Инга. Она мне не родная мама. Я же сирота.
  
   Осинский. А! (пьёт пиво).
  
   Инга. Вот молодец. Ещё немного - и ты уже окончательно в другого человека превратишься. Вот, уже разлагаться начал... жаль, плеер в сумочке остался с трэшем, мы бы с тобой тут зажгли.
  
   Осинский. Я разложусь ради тебя... (целует Ингу).
  

Занавес.

Сцена 6.

Гостиничный номер Козырева. Вечер.

   Обстановка - как во второй сцене. Козырев читает толстую чёрную книжку.

Стук в дверь.

   Козырев (отрывается от книги). Войдите!
  
   Входит Вивея, одетая в синий брючной костюм. В руках - бутылка вина и два фужера.
  
   О! Вы ко мне?
  
   Вивея. А разве есть ещё кто-то у тебя? (подходит к кровати). Ну-ка, освободи место (указывает на журнальный столик, заваленный газетами-журналами).
  
   Козырев встаёт и перекладывает макулатуру на пол. Вивея ставит вино и фужеры на стол.
  
   Козырев. Зачем же вы вино принесли? У меня тут в баре его хватает.
  
   Вивея (загадочно улыбаясь). Самое сладкое вино - из тёплых рук. Принеси штопор.
  
   Козырев. Ладно (идёт к бару, берёт оттуда штопор, даёт Вивее).
  
   Вивея открывает вино, и разливает его по фужерам, затем придвигает стул к столику, садится.
   Ну и за что выпьем? За демократию?
  
   Вивея. Нет. За любовь. Свободную любовь.
  
   Козырев. За любовь?
  
   Вивея. За нашу любовь. Живую любовь.
  
   Козырев. Послушайте... а премьер-то чего?
  
   Висси. Всё, нет его больше для меня... У меня есть ты.
  
   Бакст. Вивея, вы...
  
   Висси. Давай на "ты", Козырев. За нашу любовь (берёт фужер. Опешивший Козырев - тоже).
  
  

Чокаются. Пьют.

   Козырев. Вивея, ты сумасшедшая.
  
   Вивея. Если человек такой, какой он есть, то что он, обязательно сумасшедший? Мне надоела эта мёртвая жизнь. Хочу живой, живой жизни, живой любви.
  
   Козырев. Чем же тебе премьер не угодил? Вполне интересная жизнь. Без забот, без хлопот.
  
   Вивея. Знал бы ты, какова эта жизнь... Ты обязана закрывать глаза и засовывать язык поглубже в рот, чтобы правды не сморозить, иначе лишишься благополучия. И ещё терпеть, когда этот чёртов премьер тебя избивает, или насилует извращённым образом. Чёртова роскошь, как я её ненавижу! Это притворство!
  
   Козырев. Но за живую жизнь тоже надо платить. А ты к этому готова? Там не будет всё бесплатно.
  
   Вивея. Я, между прочим, слуг не держу, готовлю и делаю всё сама.
  
   Козырев (разливает вино по фужерам). А вот общение с остальными... ты же народ никогда не видела.
  
   Вивея. Ошибаешься, Козырев. Ты думаешь, что я такая принцесса, закрытая от остальных глаз? Я видела народ и жила с ним. И он вовсе не такой, каким я его описала. Помнишь, трепотня о правах, равенстве?
  
   Козырев. Ну?
  
   Вивея. Народа здесь нет. Народ внизу, и он молчит. У него нет никаких прав, кроме одного - есть, что дают. Народом управляют при помощи инстинктов, вот и всё.
  
   Козырев. Я вот спросить хочу. А кто такие отбросы?
  
   Вивея (печально). А это и есть народ. Народ, которого споили, растлили, и дегенерировали, чтобы им легче было управлять. Ты ещё многого не знаешь. А хочешь узнать, как всё на самом деле? Увидеть то, что от вас все скрывают?
  
   Козырев. Увидеть что?
  
   Вивея. Правду.
  

Входит Квасов с бутылкой водки в руке и двумя стопками.

   Козырев. Геннадий!
  
   Квасов. О! Товарищ Вивея! Как жизнь? А я вот дай думаю, зайду. А то одному скучно. (Глядит на стол, замечает бутылку вина). О, а у вас уже тут всё накрыто!
  
   Вивея. Гражданин Квасов, вы так много пьёте...
  
   Квасов. Пьём - живём, Вивея... Вот! (ставит бутылку и стопки на стол).
  
   Вивея. Поберегите печень, она же не железная.
  
   Квасов. Печень моя никого не колышет. Зашёл, понимаете, по-соседски, так сказать, культурно выпить... а то один, как собака в конуре...
  
   Вивея. Но есть же Интернет-зал, бассейн...
  
   Квасов. Да бы-ыл я уже там... надоело... Давайте выпьем! (разливает по стопкам водку).
  
   Вивея (поднимает фужер с вином). У меня есть.
  
   Квасов (поднимает стопку). Ну...
  

Слышен хлопок двери. Вбегает Басхира, одетая в униформу горничной. Её лицо обеспокоено.

   Лейла. Срочно! Вивея!
  

На лице у всех - недоумение.

   Квасов. Вы что, знакомы?
  
   Козырев. Что случилось?
  
   Вивея. Что случилось, Басхира?
  
   Басхира. Сядьте. У меня срочная новость ко всем вам...
  

Все садятся.

   Вивея. Что произошло?
  

Басхира достаёт из кармана диктофон, кладёт на стол.

   Басхира. Я только что из Небесного Кремля. Плохие новости...
  

Занавес.

Действие третье.

Сцена 1.

Гостиничный номер Козырева. Ночь.

   Обстановка предыдущей сцены. Козырев, Квасов, Вивея, и Басхира сидят, и слушают включенный диктофон с записью разговора Президента и Премьер-министра.
  
   Из диктофона. "Премьер-министр. Ну, что я вам говорил, господин Президент? Срочно примите меры, иначе скоро осквернят нас самих". Президент. Всё! Довольно с ними играть в гостеприимство! Немедленно выслать полицейский отряд и арестовать всех троих! (кричит). Немедленно!
  
  

Басхира выключает диктофон.

  
   Квасов. Мда-а... дела... выходит, нас попросту шлёпнут к чёртовой матери... Вляпались... Ещё эта дура памятник разрисовала.
  
   Вивея. Я просто не могу поверить, что это говорит мой отец... как он может такое допустить?! Это всё Витька крутит дела...
  
   Басхира. Это ещё не всё. Они планируют операцию против Сопротивления... Нужно предупредить наших.
  
   Вивея. Согласна, Басхира.
  
   Козырев. Так, стоп... (удивлённо смотрит на Вивею). Так ты - состоишь в Сопротивлении?
  
   Вивея. Состою... в основном, поставляю информацию. А ты думал, что я поклонница этого режима?
  
   Козырев. Кто бы ни была, но чтобы воевать против собственной семьи?
  
   Вивея (пожимает плечами). Каков режим - такие и нравы... Теперь маски сорваны. Ты же сам слышал всё.
  
   Квасов. Ё-о-о моё! Тут без полбанки не поймёшь (наливает себе в стопку водку и залпом пьёт). Это что ж получается - у вас тут борьба на самом деле? И диктатура?
  
   Вивея. Борьба. Диктатура.
  
   Басхира. Надо что-то делать, Вивея. За ними придут... если они узнают, что ты с ними заодно...
  
   Вивея. Мне это уже неважно. Уверена, не пощадят и меня. Нужно выбраться из этого уровня.
  
   Козырев. Уровня?
  
   Вивея. Мы находимся сейчас на первом уровне, где элита живёт. Об остальном расскажу после. Собирайтесь, надо уходить.
  
   Квасов. Сейчас?
  
   Козырев. Нет, завтра! Сейчас, конечно, пока за нами не пришли. Чёрт возьми, куда Инга запропастилась?
  
   Квасов. Так тут водка недопитая... ну-у, блин...
  
   Козырев. Да оставь ты её! Так, Ингу надо срочно найти.
  
   Квасов. Да шляется где попало...
  
   За сценой слышится шум, затем голос Инги: "Ну всё, пошли... Чего разлёгся?"
   Слышится хлопанье двери - и входит Инга, от которой несёт пивом и табаком, следом за ней - Осинский. Вид у него растрепанный, костюм испачкан.
  
   О! Вспомнишь дерьмо - вот и выплывет оно. Здоров!
  
   Инга. Привет. (указывает на Осинского). Это Адам, местный буржуй... Вы уж извините, Вивея, что я в таком виде, просто решила оттянуться. Пришлось от полиции побегать...
  
   Осинский. Через забор...
  
   Козырев. Инга, собирайся, надо уходить.
  
   Инга (на её лице - недовольство). Куда-а ещё?! Тусовка только в разгаре!
  
   Квасов. Ну-ну... Вот по твоей милости и надо уходить!
  
   Осинский. Да! С чего это мы должны уходить?!
  
   Вивея (Инге). Собирайтесь, иначе вас троих убьют.
  
   Инга. С какого перепугу?! Мы же ничего такого не сделали.
  
   Вивея. Вы уже сделали то, что явились сюда. Давайте, давайте (Осинскому). А вы что здесь делаете?!
  
   Осинский. Так это... я ж с Ингой пришёл...
  
   Вивея. Если вам жизнь дорога, бегите из Небесного Города.
  
   Осинский. А можно с вами?
  
   Инга. Адам, иди отсюда. Если тебя поймают, говори, был пьян, ничего не помню... Давай уже иди! Ещё встретимся.
  

Осинский неуверенно уходит.

   (Вивее). Ну что там такое случилось?
  
   Вивея. После, после (Басхире). Выводи нас отсюда.
  
   Басхира. Подождите, я быстро переоденусь.
  

Занавес.

Сцена 2.

Ворота второго уровня. Ночь.

   Сцена представляет собою большие железные ворота с укреплённым постом охраны, возле которого дежурит солдат. Всё вокруг ярко освящено. Возле поста охраны стоит укреплённая позиция с тяжёлым пулемётом.
   Входит Басхира, одетая в джинсы и футболку, за ней - Вивея, Козырев, Квасов и Инга. Останавливаются недалеко от ворот, но солдаты их не видят.
  
   Басхира. Всё, пришли. Ворота во второй уровень.
  
   Квасов. А ничего дверка. И солдатиков понасажали тут.
  
   Козырев. Я, конечно, всё понимаю, но... у меня один вопрос: что дальше? Ворота закрыты, а вокруг военных полно. И пулемёт стоит.
  
   Инга. Ну, можно часового убить ножом, затем захватить автомат, и дострелять остальных.
  
   Квасов. Молчи уж! Компьютерных игр переиграла?
  
   Козырев. Я лезть на проволоку не буду. По-любому она под напряжением.
  
   Вивея (хитро улыбаясь). Спокойно. Хотите фокус?
  
   Квасов. Вот только не надо сейчас никаких фокусов! Не к месту!
  
   Козырев. А что за фокус?
  
   Вивея. Увидишь. (идёт к воротам).
  
   Инга (крутит пальцем у виска). Сумасшедшая.
  
   Солдат. Стой, кто идёт! (вскидывает автомат, но, увидев, кто перед ним оказался, опускает). Госпожа Вивея?! Это вы?!!
  
   Вивея. Я, рядовой. А где все остальные?
  
   Солдат. Остальные там (указывает на здание поста).
  
   Вивея. Вызови начальника.
  
   Солдат. Есть! (отдаёт честь и бежит в здание).
   Из здания выходит капитан. Капитан - немолодой толстоватый человек, с усталым лицом.
  
   Капитан (увидев Вивею, вытягивается в струнку, козыряет). Здравия желаю, госпожа Вивея!
  
   Вивея. Вольно. Капитан, мне и моим друзьям нужно пройти на второй уровень.
  
   Капитан (обеспокоено). Госпожа Вивея, никак нельзя. А тем более - вам, да. Никак нельзя, приказ господина Премьера министра.
  
   Вивея. Уже был приказ?
  
   Капитан. Приехал только что премьер-министр и приказал мне никого не впускать.
  
   Вивея (роется в сумочке, достаёт оттуда пачку долларовых купюр). Надеюсь, приказ теперь отменён? Вы сколько получаете, капитан?
  
   Капитан. Да что там! Крохи одни! Хотелось бы (жадно глядит на купюры) побольше. А то гебешники там (указывает вдаль), на третьих воротах больше получают, и ни черта не делают.
  
   Вивея (протягивает пачку капитану). Вот, тут и вам хватит, и солдатам. Возьмите.
  
   Капитан (берёт пачку, его лицо сияет). Ну, спасибо большое, госпожа Вивея! Век буду благодарен!
  
   Вивея. И ещё, капитан: вы никого не видели, и никого не впускали.
  
   Капитан. Есть! (козыряет). Клянусь, никто ничего не узнает. (идёт к зданию поста) Эх, загуля-яем! (скрывается в здании).
  
   Ворота начинают открываться.
  
   Вивея (остальным). Эй, идём!
  

Козырев, Квасов, Басхира и Инга подходят к Вивее.

  
   Ну, что я говорила! Вот вам и фокус!
  
   Козырев. Ну, взятка - друг человека.
  
   Вивея. За большие деньги всё делается. То ли ещё будет! Ну всё, ворота открылись. Идёмте.
  

Из здания выскакивает капитан с картой, свёрнутой в трубочку.

   Капитан. Да, и вот ещё, госпожа Вивея, у меня есть тут карта дислокации постов и патрулей. Но (потупившись). Это будет стоить... сами понимаете (потирает указательный палец о большой).
  
   Вивея (достаёт из сумочки ещё одну пачку денег, даёт капитану). Вот, держите.
  
   Капитан (довольный). Ну спасибо. Вот, возьмите (протягивает карту Вивее).
  
   Вивея (разворачивает карту, смотрит).Спасибо.
  
   Козырев (заглядывает в карту). Кстати, товарищ капитан. А что это за буквы такие - "СС"?
  
   Капитан (улыбаясь, прячет деньги в карман формы). Ну, как же, молодой человек, "СС", это значит, "Совершенно Секретно". Ну всё, идите уже. Дай вам бог здоровья.
  
   Басхира. И вам тоже, товарищ капитан.
  

Все проходят в ворота, кроме капитана.

   Капитан (оглядывается, достаёт пачку денег, любовно смотрит на неё). Ну всё... хорош со складов имущество загонять, пора на ноги становиться. Эх, гуляем!
  

Из здания выходит солдат.

   Солдат. Товарищ капитан! Разрешите обратиться?
  
   Капитан. Ну?
  
   Солдат. По-моему мы не должны их впускать.
  
   Капитан. Кого ещё "их"?
  
   Солдат. Ну, госпожу Вивею и остальных. Они же теперь - враги.
  
   Капитан (отсчитывает несколько бумажек, суёт в руку солдату). Не понял. Какую ещё госпожу Вивею?
  
   Солдат (посмотрев на деньги, извинительным тоном). Виноват. Померещилось. Никто сюда не приходил.
  
   Капитан. То-то же.
  

Скрываются в здании поста.

Занавес.

  

Сцена 3.

Второй уровень Небесного Города. Ночь.

   Сцена представляет собою двор с детской площадкой, освящённый фонарями. Никого нет. На заднем плане высятся многоэтажные дома, во всех окнах горит свет.
   Входит Вивея и остальные, останавливаются посередине сцены.
  
   Козырев. Мда, и армия тут тоже продажная. Лихо мы капитана взяткой накормили. Теперь он о нас и знать не знает.
  
   Басхира. Это ещё что! Одно название - первый уровень! Все продажны с головы до ног.
  
   Козырев. Да впрочем и у нас также. Да что "впрочем"?! Так оно и есть!
  
   Инга. Что-то никого тут нет. Странно...
  
   Квасов. Да откуда тут кому взяться посреди ночи, дурилка?! Все по домам сидят! (Вивее). Кстати, где мы?
  
   Вивея (тоном экскурсовода). Добро пожаловать, граждане, на второй уровень. Здесь живут средние граждане.
  
   Инга. Средние граждане?
  
   Вивея. Да, средние граждане.
  
   Квасов (закуривает). Я б не сказал, что средние. Гляньте, какие квартиры. Мне такая квартирка только снится. Правда, потом в долги влезешь по самые помидоры...
  
   Вивея. Так оно и есть. Здесь - второй уровень, где живут граждане, имеющие средний достаток, но эта жизнь не так безоблачна, как вы думаете. Им дают или они берут квартиру в кредит, заселяются и живут, выплачивая деньги за удовольствие жить в комфорте.
  
   Козырев. Новое крепостное право... Как я понял, Вивея, если деньги не платишь, то - из квартиры взашей гонят, так?
  
   Вивея. Верно. На третий уровень. Или в тюрьму. Поэтому жильцы этих квартир держатся обособленно. Если вы попросите у них помощи, то бесполезно. Они никому не помогают, только себе самим. Чтобы удержаться в квартире, средние граждане и своих родных продать готовы, лишь бы кредит оплатить.
  
   Козырев. Но, ты же говоришь, что они с третьего уровня, то есть из низов. Ну отберут у них квартиры и что? Они же на своём уровне не пропадут, там - свои живут.
  
   Вивея. Ты так наивен. Вкусив сытость, не захочешь возвращаться в нищету. Самая идеальная форма рабства. Иллюзия прекрасной жизни. Но та иллюзия, за которую расплачиваешься всю оставшуюся жизнь.
  
   Инга. А кто они вообще - эти граждане средние?
  
   Вивея. В основном, интеллигенция, средние предприниматели. Писатели, учёные. В общем, те, кто кормит государство.
  
   Козырев (закуривает). Точнее, элиту.
  
   Вивея. Да.
  
   Квасов. Ни хрена себе! Всё то же, что и у нас! Всегда думал, что будущее - это что-то совершенное, а вот... ни фига. Ну, бли-ин. Кредиты...
  
   Вивея. Ну что, идём дальше?
  
   Козырев. А это ничего, что мы открыто идём? Могут сцапать патрули, тем более - нас.
  
   Вивея (улыбнувшись). Не бойтесь, вы под моей защитой. А если нет - то волшебная взятка наготове.
  
   Квасов. Ладно, чего расселись. Пошли уже!
  

Все уходят.

  

Занавес.

Сцена 4.

Ворота третьего уровня. Ночь.

   Такие же железные ворота, что и в сцене 3. Пост охраны, фонари. На посту стоит полицейский сержант, усталый и небритый молодой человек. Зевает.
  
   Полицейский сержант. Эх, блин, да сколько тут торчать, а? Достала эта служба ей-богу. Хоть бы лох какой-нибудь припёрся, бабками бы разжиться на пиво. Эх! (зевает).
  
   Из будки выходит старший лейтенант полиции, немолодой уже человек с пропитым лицом.
  
   Старший лейтенант. Ну что там, Берлиев, никого?
  
   Сержант. Да хрен его знает. Раз не идут, значит никого. Тоска...
  
   Старший лейтенант. Эт точно, блин. Ох, Господи, как же сейчас пивка-то хочется!
  
   Сержант. И не говори, Тарасыч! Сидим тут, как идиоты. Ну никуда отбросы эти не денутся, тут столько постов понатыкано! Дай закурить!
  
   Старший лейтенант вынимает из кармана формы пачку, достаёт оттуда сигарету, протягивает сержанту. Прикуривает.
  
   Сидим тут... зарплаты - кот наплакал. А эти там... спят ещё?
  
   Старший лейтенант. Спят... Прикинь, я уже неделю дома не был. Хоть кровать сюда тащи!
  
   Сержант. Слышь, Тарасыч!
  
   Старший лейтенант (закуривает). Ну чего?
  
   Сержант. Слыхал я недавно от корешка своего, он в гостинице служит, что к нам иностранцы какие-то приехали. Говорят, шпионы.
  
   Старший лейтенант. Господи, да нам-то какое дело?! Пусть Контора головы ломает. А мы-то что? Стоим себе на этом посту, будь он неладен, и водку жрём! И спокойно, и ничего... блин... пива как хочется, а, Берлиев?
  
   Сержант. Мда-а... пива бы... хоть бы какая-нибудь собака прошла, с неё бы деньги стрясли.
  

Входит Вивея и остальные.

   Стоять! Кто такие?
  
   Вивея. Свои.
  
   Старший лейтенант. Ой, здравствуйте, госпожа Вивея! Я-то вас сразу и не признал! А что же вы тут делаете?
  
   Козырев. Гуляем, товарищ старший лейтенант.
  
   Вивея. Старший лейтенант! Нам нужно пройти.
  
   Старший лейтенант. Не положено, госпожа Вивея. Не положено. У нас приказ - никого не впускать.
  
   Вивея. Ладно. Кстати, старший лейтенант, хотите пива? А то (печально), понимаете, жалко выливать...
  
   Старший лейтенант (сглатывая слюну). Да, знаете, я, конечно, на дежурстве, но... выпью с удовольствием. Ради вас, сеньорита.
  
   Вивея (достаёт из сумочки пачку денег). Здесь, гражданин старший лейтенант, ваше пиво. Причём (нежно смотрит на деньги, любовно поглаживает), не одна-две бутылки, а ящик. Даже на что-нибудь покрепче останется. И не только себе, но и вашему посту. Только пиво надо заработать. Ну, вы поняли.
  
   Старший лейтенант, Сержант (хором, кивая). Да, да...
  
   Старший лейтенант (сержанту). Ну что ты стоишь? Иди ворота открывай!
  
   Сержант. Есть! (отдаёт честь, скрывается в здании поста).
  

Ворота открываются.

  
   Вивея (протягивает деньги старшему лейтенанту). Вот. На пиво.
  
   Старший лейтенант. Спасибо вам, госпожа Вивея! Я та-ак вам благодарен! (Сержанту). Ну всё, Берлиев, пиво у нас теперь есть! (Вивее). Кстати, госпожа Вивея.
  
   Вивея. Слушаю?
  
   Старший лейтенант. Спасибо вам за деньги, а то, знаете, скучно тут торчать. Вот, берите (вынимает из кобуры пистолет, протягивает Вивее). Третий уровень, знаете ли... мало ли кто прицепится ночью.
  
   Вивея (берёт пистолет). Добрый вы человек, начальник.
  
   Старший лейтенант. Добрым людям - не жалко. А пистолет я себе найду. Вы меня выручили - я вас выручил. В расчёте?
  
   Козырев. В расчёте.
  
   Квасов. Глянь, какой мужик-то! Не то, что у нас - только "дерьмократизатором" по печени и умеют...
  
   Вивея. Так мы пошли?
  
   Старший лейтенант. Да, всё. Идите.
  

Группа Вивеи скрывается в воротах.

   Старший лейтенант (пересчитывает купюры, часть отдаёт Сержанту). Ну всё.
  
   Сержант. Всё-таки, замечательная дочка у нашего президента растёт, а, Тарасыч?
  
   Старший лейтенант. Это да-а... ближе к народу. Молодец девчонка! Так! Берлиев! А ты чего тут встал?
  
   Сержант. Чего?
  
   Старший лейтенант. "Чего", "чего"... Дуй давай за пивом! Там круглосуточный за углом должен работать, если на ремонт не закрылся!
  

Сержант уходит.

   Старший лейтенант (один). Мда, какая всё-таки замечательная госпожа Вивея... наро-од понимает...
  

Занавес.

Сцена 5.

Третий уровень Небесного Города. Ночь.

   Центральная площадь, в которой расположены следующие здания: пивная, магазин, кафе. На заднем плане высятся скромные старые пятиэтажки, в которых тускло горит свет. Территория запущена и неубрана - всюду валяется мусор.
   На площади гуляют люди - мужчины и женщины пропитого вида. Слышна ритмичная танцевальная музыка.

Входит группа Вивеи.

  
   1-й алкаш (2-му). Глянь-ка, Серый! Кто сюда пожалова-ал!
  
   2-й алкаш. Не говори! Вспомнили про нас власти-то! Через столько-то лет.
  
   Женщина с ребёнком. Чего явились-то?! Что, пришли посмотреть, как мы тут живём, а?!
  
   Неопрятный старик. До-ожили! О нас вспомнили! Неужели!
  
   1-ая женщина. Что это вам на месте не сидится?! Или агитировать нас хотите за кого?
  
   2-ая женщина. Пропадите вы пропадом со своими законами! Тьфу!
  
   Козырев (Вивее). Мда-а, как нас тут встречают хорошо. Мат-то скоро прозвучит?
  
   Вивея (лицо её опечалено). Надо нам идти, а не то они нас убьют. И имеют право.
  
   Квасов. Ещё бы! Запудрили народу мозги, а потом бросили его дохнуть. Что он после этого, радоваться должен нашему приходу?
  
   Инга (с опаской смотрит на толпу). Знаете, надо идти отсюда подобру-поздорову, а то - бессмысленный и беспощадный будет.
  
   Басхира. Да, идём.
  
   Квасов. А куда?
  
   Басхира. Сначала ко мне, переночуем. Завтра - к связному.
  
   1-й алкаш (толпе). Бей их! Бей!!!
  

Толпа надвигается на группу Вивеи.

  
   Инга. У меня такое чувство, что мы сейчас отгребём по полной. Валим отсюда!
  
   Басхира. За мной! Я знаю дорогу.
  
   Голоса из толпы.
  
   - Сволочи!
   - Подонки!
   - На нас они наплевали, а теперь явились!
   - Ненавижу!
   - Гады элитные!
  
   Козырев. Быстро отсюда!
  

Группа Вивеи спешно убегают.

Занавес.

Сцена 6.

Лестничная клетка. Глубокая ночь. Слабо горит лампочка.

   Сцена - лестничная клетка - представляет собою лестницу, обращённую к зрителям. На ступеньках - кем-то забытая пивная банка. Стены возле квартир исписаны всевозможной похабщиной. Сильно воняет кошками, куревом и мочой. Из закрытой двери квартиры за лестницей слышится музыка, напоминающая блатной шансон.
   Открывается дверь возле лестницы и из квартиры (это - квартира Лейлы) выходит Козырев, одетый в брюки, расстёгнутую рубашку и в ботинках на босу ногу. Он садится на ступеньку лестницы, и, вынув пачку сигарет с зажигалкой, закуривает.
  
   Козырев (задумчиво, курит, стряхивая пепел в пивную банку). Тиха небесногородская ночь... Это же надо - попасть в будущее! Только возврата уже нет. Хотя - возвращайся, не возвращайся - один чёрт!
  

Открывается дверь, и выходит Вивея, на плечах которой накинут плед.

  
   Вивея. Козырев
  
   Козырев. Ой! (оборачивается). Вивея, а ты чего не спишь?
  
   Вивея. Не спится, (садится рядом с Козыревым).
  
   Козырев. Ну, не знаю, чем и помочь. Я-то сам спать нормально не могу...
  
   Вивея. А о чём ты думаешь?
  
   Козырев. Да о разном. Вот вспомнил сейчас ту площадь, откуда мы удрали.
  
   Вивея. И?
  
   Козырев. У вас народ так озлоблен на всех, кто из других уровней.
  
   Вивея (невесело усмехаясь). А что он, радоваться должен после того, как власти закрылись от него воротами? Властям народ нужен только для того, чтобы налоги собрать с него да мероприятие какое-нибудь провести. И всё. Вот результат нашего правления за последние двадцать лет. Бедные люди! Они думали, что двадцать лет назад будет замечательная жизнь, но за них уже думали те, кто возглавил правительство. И теперь народ тянется к тиранам и прочим мерзавцам из истории. Грустно!
  
   Козырев. А что ты хотела? Если народу демократ не друг, то тиран - товарищ. Вы сами виноваты, что изолировали народ от себя. Поэтому, если будет какая там война, не рассчитывайте на народную поддержку. Народ вспомнит, в какой яме он живёт по милости правящей партии, и не пойдёт умирать за капиталы элиты. Он будет с ностальгией вспоминать какого-нибудь Чаушеску, Сталина, Брежнева, Мао, но только не правящее правительство.
  
   Вивея. К сожалению, так. Сколько брожу по третьему уровню, вижу, соберутся старики, и начнут за бутылкой водки вспоминать Бровастого Старца. Как, мол, при нём хорошо жилось! Порядок был! Больше платили! Культура была неиспорченной! А ведь вы не знаете, каково по-настоящему было при правлении Бровастого Старца. Старец и его министры были очень старыми, не знали, что уже тогда привели страну в тупик. А что при Старце было хорошего? А до него? Никто слово не мог сказать вслух, ни написать строчки, ни съездить за границу, кроме тех стран, где сидят такие же старцы. Глупые люди, до сих пор не поняли ничего.
  
   Козырев. Ну, вижу, сейчас поняли, что демократия ваша - пустословие. Поняли раньше правительства (плюёт на докуренную сигарету, заталкивает бычок в банку).
  
   Вивея. Дай сигарету.
  
   Козырев (достаёт две сигареты из пачки). На (прикуривает Вивее и себе).
  
   Вивея. Спасибо... А какой должна быть демократия?
  
   Козырев. Я не знаю, но - скажу точно. Если власть заботится не о народе, а о себе, то это - не демократия, а болтократия. Неудивительно, что у вас народ вспоминают Бровастого Старца с пятью медалями и, наверное ещё, Старца с трубкой. Народ устал от обмана.
  
   Вивея. Но что мы можем сделать?
  
   Козырев. А вот это пусть умные люди думают. Я учёный, а не политик. Ладно, пойду, попытаюсь уснуть.
  
   Вивея. Не уходи.
  
   Козырев. Ладно.
  
   Вивея. Ты не представляешь, как мне хорошо...
  
   Козырув. Чего же тут хорошего? Ты променяла своё положение в обществе, а могла бы жить себе и жить в своё удовольствие. И муж богатый, и папа - президент. Машины, курорты, лучшая еда, охрана. Чего тебе не хватает? Жалеть потом будешь...
  
   Вивея. Ты циник, Козырев. И не романтик.
  
   Козырев. От романтики я уже давно избавился. Ну хорошо, ладно... и что ты хорошего... тьфу, прости за тавтологию, тут нашла?
  
   Вивея. Мне хорошо, что я - живой человек, а не правительственная кукла. Это настоящая свобода. И - живая любовь без пышности и болтовни.
  
   Козырев. Я и платоническую любовь давно забыл, не то что живую... да и не хочу тебе портить впечатление, скажу сразу: у меня была жена.
  
   Вивея. И какой она была?
  
   Козырев. Если говорить, откровенно, то - тощая бездушная стерва, которая думала о тряпках да о клубах.
  
   Вивея. А как её звали?
  
   Козырев. Ириной. Ириной Евгеньевной. Я был дураком, верил в то, что она меня любит, а на самом деле всё было не так... она предпочла какого-то... как его... с квартирой... да, впрочем, это уже не важно... Забрала дочь и убежала... И я понял, что любовь - это глупые сказки.
  
   Вивея (улыбаясь). Жаль, что твоя жена не заметила, кого упустила. Пусть теперь завидует...
  

Целует его.

   Слушай, наверное, все уснули. Пойдём?
  
   Козырев. Куда?
  
   Вивея. В квартиру, куда! Идём... потом всё объясню, любимый... (кидает окурок на ступеньку).
  
   Козырев (заталкивая свой окурок в банку). Ладно...
  

Уходят. Слышится щелчок замка.

Занавес.

Сцена 7.

Магазин промтоваров.

   Помещение заставлено различным товаром - от унитазов до мусорных бачков. За прилавком скучает продавец - он же связной - немолодой чернявый горбоносый человек с просторной лысиной, одетый в изношенный коричневый костюм с галстуком-бабочкой. Рядом сидит Грузчик - небритый пожилой человек с пропитым лицом, который задумчиво курит дешёвую папиросу. Одет в потёртый серый пиджак и синие большеватые мятые трико. На ногах - выцветшие драные кроссовки. От Грузчика несёт перегаром.
  
   Связной (грустно напевает на мотив "Смуглянки"). Эх, офшоры-ы, вазологский капитал, горды-й Лондон, я тебя уж потеря-ал... Эх, что за жизнь-то нынче пошла? Все капиталы отобрали... не жизнь, а таки ад...
  
   Грузчик. Эт точно-о... чёртова власть... всю жись изломала к едрене фене. А я-а... ведь, Борисыч, инженером был... Строителем... а потом (зажмуривается, блаженно улыбаясь при воспоминании). Всеми делами Президента первого руководил... Всех имел...
  
   Связной. Он мне ещё рассказывает!
  
   Грузчик. Да! Был! Меня вся страна знала. Кремль этот сам построил! Чёртова власть, чтоб ей!
  
   Связной. Всё, иди давай!
  

Грузчик уходит.

  
  
  

Входит группа Вивеи. Связной принимает подобострастный вид.

   Заходите, уважаемые. Унитазик желаем прикупить? Или ящичек мусорный. Две тысячи за штуку, хорошая цена.
  
   Квасов (вглядывается в связного). Кого-то он мне напоминает... (узнаёт, изумлённо). Погоди-ка... Ты ж это... умер!
  
   Связной. Кто умер?
  
   Квасов. Да ты, кто! По новостям передавали...
   Связной (вздыхает, грустно). Лучше бы умер, чем такая жизнь... разорён, из Лондона выгнали...
  
   Квасов. Ну ладно... сам виноват...
  
   Связной (меняет тон и выражение лица). Ну, так чего желаете? Как насчёт вот одного из (указывает на висящие рядами медные тазы) тазиков? Тысяча рублей со скидкой.
  
   Инга. Ну и цены у вас, однако. У нас тазик этот и то не так дорого стоит. Оборзели!
  
   Связной. Но он же медный, и удобный. Универсальный.
  
   Квасов. Что, бельё сам стирает?
  
   Связной. Ну, если посмотреть с другого ракурса, то этот замечательный тазик приспособлен не только для стирки белья, но и... для удовлетворения нужд...
  
   Квасов. Понял, понял... Хорош гундеть, магнат посудный!
  
   Басхира (подходит к прилавку). Простите, пожалуйста, а где можно купить газовую плиту?
  
   Связной. Если вам она так нужна, то здесь. У меня на складе. Проходите.
  

Открывает прилавок.

  
   Басхира. Идёмте.
  

Все проходят через прилавок - вглубь помещения.

  

Связной возвращается за прилавок.

  

Занавес.

Действие четвёртое.

Сцена 1.

Подземный бункер.

   В освящённой лампочкой просторной комнате за длинным столом сидят командиры Движения Сопротивления во главе с их лидером Бреннером, средних лет смугловатым статным мужчиной, одетые в камуфляжные униформы. Офицеры разных национальностей и возраста.

В комнате накурено.

  
   Манн. Товарищи командиры. Собрание объявляю открытым.
  
   1-й командир. А шо, собственно, случилось-то?
  
   Манн. Недавно от нашего агента поступила информация о готовящейся операции против нас. Какие соображения на этот счёт?
  
   2-й командир. Думаю, нада ударить па ним. Взарвать варота и нанэсти удар! (машет рукой).
  
   Манн. Резон. Но мы не можем рисковать. Тем более, в последней акции мы потеряли много людей. Отряд поредел, тем более, правительство активно использует средства массовой информации, чтобы дискредитировать наше движение.
  
   3-й командир. Расрешите толошить, тофариш Бреннер.
  
   Манн. Слушаю.
  
   3-й командир. Похоше, у нас сафёлся предатель. Нетавно грус с орушием был перехвачен.
  
   1-й командир. Як мы ж всё предусмотрели, нэ понимаю шо произошло. Та только мы знали, шо оружие придёт в означенное место.
  
   Манн. А связной?
  
   4-й командир. Нэ мог он знать, таварищ Ман. Мы его в наши планы никогда не пасвещаем.
  
   Входят бойцы Сопротивления, высокие чернявые пареньки, одетые кто во что. На плече у них автоматы.
  
   1-й, 2-й бойцы (отдают честь, хором). Слава Дружбе Народов!
  
   Манн (отдаёт честь). Слава Дружбе Народов!
  
   1-й боец. Командир Манн, докладываю. Они пришли.
  
   Манн. Замечательно. Где они сейчас?
  
   2-й боец. В комнате N 4.
  
   Манн. Отлично. Добрались без происшествий?
  
   1-й боец. Так точно!
  
   Манн. Отлично. Передайте им, что через час я их ожидаю здесь.
  
   1-й боец. Есть! (уходит вместе со 2-м бойцом).
  
   Манн (командирам). Ну, товарищи, продолжим...
  

Занавес.

Сцена 2.

Та же комната.

   Во главе стола сидит Манн, слева и справа от него - Вивея, Басхира, Козырев, Квасов, Инга и два командира, латыш и грузин. Все курят.
  
   Манн. Добро пожаловать в Движение Сопротивления, товарищи. Отдохнули? Поели?
  
   Инга. Да, спасибо большое.
  
   Басхира. Надеюсь, вы получили информацию?
  
   Манн. Да, получил, Басхира. Спасибо, ты хорошо поработала.
  
   Вивея. Это ещё не всё. Планируется также информационная атака на наше движение. Будьте готовы к провокациям.
  
   Манн. Спасибо, учтём. Так это действительно гости из прошлого? Как вы сюда попали?
  
   Квасов. Вон (кивает на Козырева), у него спросите.
  
   Козырев. Да знаете ли, господин...
  
   Манн. Лучше обращайтесь ко мне "товарищ". Наше движение не признаёт всякой мерзости вроде социальных статусов. Запомните, здесь нет русских и нерусских, нормальных и изгоев, богатых и бедных, простых и сложных, и, в особенности, этих проклятых трёх уровней, из-за которых все страдают.
  
   Козырев. Товарищ... да, товарищ... так вот. Видите ли, дело в том, что я изобрёл телепорт - устройство, которое позволяет перемещаться в пространстве. Но - произошёл какой-то сбой при испытании, и мы переместились сюда из нашего времени. И возвратиться уже нет возможности.
  
   Манн. Мда-а, многое человечество потеряет, если забудет такого гения, как вы.
  
   Квасов. Да что вы говорите?! Этот гений меня без зарплаты оставил, между прочим! Тут забудешь!
  
   Инга. И меня тоже!
  
   Козырев (Манну, грустно усмехаясь). Вы это скажите умникам нашим из университета, может, тогда их мозги проснутся.
  
   Манн. Ещё скажем, товарищ Козырев. Так вот, если вы думаете, что телепорта нет, то ошибаетесь.
  
   Козырев. Как?! Он есть?!!
  
   Манн. Да. На днях мои ребята взяли его на окраине этого уровня, на свалке. Думаю, это ваше изобретение.
  
   Козырев. Как?! Вы не шутите?!!
  
   Манн. Я что, похож на шутника?
  
   1-й командир. Да эта моя группа захватыла вашу бандуру! И нэсла, как мама ребёнка радного!
  
   Козырев. Моё изобретение - здесь? Я правильно понимаю?
  
   Манн (с улыбкой). Да, вы правильно понимаете.
  
   Квасов. Всё! Спасены! Давай, Дмитрий Михалыч, заводи своё корыто и увози нас отсюда! Хватит! Ну его, этот Город к чертям!
  
   Козырев. Геннадий! Надо сначала его настроить на временное перемещение.
  
   Квасов. Тьфу, чёрт!
  
   Инга. А это долго?
  
   Козырев. Откуда мне знать? Я вам что, Нострадамус?! Может, день, а может, недели две. Не знаю! Да и то, если телепорт не повреждён. И если сюда правительство родное не нагрянет раньше времени.
  
   Вивея. Правительство пока не знает, где находится наша база. Так что время у нас есть.
  
   Манн. Ну ладно. С этим вопрос решён. Ваша безопасность будет обеспечена.
  
   Козырев. Мне нужны инструменты и детали.
  
   Манн. Всё будет сделано (2-му командиру). Обеспечишь.
  

2-й командир кивает.

  
   Работайте свободно. Никто вам не будет мешать.
  
   Квасов. Кстати, товарищ, а тут выпить есть?
  
   Манн. Выпить есть, но только спирт.
  
   Квасов. Спи-ирт?! Отлично! Давно я спиртягу не пил.
  

Манн вынимает из кармана фляжку, передаёт Квасову.

   Ну! За дружбу народов!
  

Пьёт. Занюхивает.

  
   Спасибочки (передаёт фляжку обратно).
  
   Манн. Ну ладно, товарищи. Идите отдыхайте. У меня, просто, дела есть. (Козыреву). Телепорт находится в зале N 8. Начнёте сейчас работать?
  
   Козырев. Да, пожалуй сейчас.
  
   Манн (1-му командиру). Проводишь его. (Козыреву). Я прикажу принести туда инструменты. Если что-нибудь нужно, обращайтесь ко мне или к Гиви. Удачной вам работы.
  

Все расходятся.

Сцена 3.

Зал N 8.

   Зал представляет собой просторное помещение, посредине которого расположен телепорт, подсоединённый проводами к приборам. Козырев, заспанный, небритый, облачённый в рабочую одежду, с инструментами колдует над приборами, время от времени сверяясь с чертежами.
  
   Козырев. Так... частоты... блин, сигнала нет... проклятье (заглядывает в чертёж). Вроде всё нормально.
  

Неслышно входит Вивея, с маленькой кастрюлькой и ложками в руках.

   Вивея. Ты ещё не спишь?
  
   Козырев (вздрагивает). Ой! (оборачивается). Вивея! Ты меня напугала!
  
   Вивея. Ты уже торчишь тут второй день.
  
   Козырев. Да. Работаю. Спасибо Манну, детали нужные достал, а то телепорт повредился при падении.
  
   Вивея. Отдохни. Я тебе поесть принесла. Вот. Поедим вместе?
  
   Козырев. Да нет, я не могу. Вот кофе попью, покурю и опять начну работать.
  
   Вивея. Так, это никуда не годится. Давай ешь, и без разговоров. Садись.
  
   Козырев. Ты меня как ребёнка есть заставляешь.
  
   Вивея. Все вы, мужчины, как дети. Садись. С ложечки покормить или сам справишься?
  

Вивея и Козырев садятся. Вивея даёт Козыреву ложку, открывает кастрюлю.

   Козырев (заглядывает в кастрюлю). О! Макароны с тушёнкой! Я уж и забыл их за время пребывания в вашем отечестве.
  
   Вивея. Я сама приготовила. Ешь.
  

Едят. Остальной разговор происходит во время еды.

   Ну как?
  
   Козырев. Вкусно, спасибо. Готовишь лучше, чем я. У меня всё время пересолено.
  
   Вивея. Ты бы знал, как я курицу жарю! Скоро попробуешь.
  
   Козырев. Погоди. То есть?
  
   Вивея. Козырев... я хочу быть с тобой.
  
   Козырев. То есть?
  
   Вивея. Отправиться в твоё время. Жить с тобой.
  
   Козырев. Вивея! Ты не знаешь, что это за время, где я живу. Там не будет такой свободы. Поверь мне, там так же, как и у вас, только нет уровней. Там всё гораздо сложнее.
  
   Вивея. Наш и ваш мир похожи, так что это не имеет значения. Я просто хочу жизни, хочу только любви, тихой любви, любимый. Жить с тобой, растить наших детей, работать. И к чёрту эту политику, наши правительства. Хочу жить живой жизнью...
  
   Козырев. Вивея... одумайся. Та жизнь, куда я и эти два идиота возвращусь, не будет сахаром.
  
   Вивея. Не сахар и эта кукольная жизнь. Я не хочу прожить куклой в игрушечном домике.
  
  
   Козырев. Ладно. Наелся. Спасибо (отодвигает от себя кастрюлю). Мне надо работать.
  
   Вивея. Нет, ты работать не пойдёшь. Иди спи.
  
   Козырев. Нет, надо работать, Вивея.
  
   Вивея (строго). Без разговоров! Давай иди! (кидает ложки в кастрюлю, берёт её в руки).
  

Занавес.

. Сцена 4.

  

Комната из первой сцены. Раннее утро.

Длинный стол завален бумагами, картами, снимками.

   За столом сидит Манн. Его военная куртка расстёгнута, на глаза надвинуты очки. Рядом с ним - чашка с дымящимся чаем. Манн колдует над картой, время от времени отхлёбывая чай из чашки.
  

Входит Козырев.

  
   Манн (отрываясь от карты, поднимает глаза). А, Дмитрий Михайлович!
  
   Козырев. Доброе утро, товарищ Манн. Я не помешал?
  
   Манн. Нисколько, товарищ. Выспались?
  
   Козырев. Да (садится, закуривает). А вы, судя по всему, не ложились.
  
   Манн. Я не люблю спать, Козырев. Четырёх часов вполне хватает для сна. К тому же (усмехнувшись), у меня уж давно нет любимой, которая погнала бы меня в постель.
  
   Козырев. Вы и об этом знаете?
  
   Манн. Я хотел проведать вас, но Вивея опередила. И я не стал мешать.
  

Пауза.

   Козырев. Все спят.
  
   Манн (усмехаясь). Не все.
  
   Козырев. Да-а...
  

Пауза.

   У меня один вопрос.
  
   Манн. Да, слушаю.
  
   Козырев. Почему такая жизнь в вашем государстве? Все эти уровни... откуда это...?
  
   Манн (откладывает карту, закуривает). Знаете ли, тут целая история... Да... многострадальная история.
  
   Козырев. Причём, похожая на нашу.
  
   Манн (кивает). Да, похожая на вашу... Люди склонны забывать ошибки прошлого, несмотря на то, что они их знают. И всё равно делают ошибки в настоящем, уверенные, что идут правильным путём. Ошибки и губят будущее, а платят за всё народы. Десятилетиями упадка...
   Давным-давно было великое государство под названием Небесный Союз, и, как раз там, где теперь находится Небесный Город, была столица.
  
   Козырев. Небесный Союз? (закуривает новую сигарету). Да, конечно, Вивея говорила как-то...
  
   Манн. Верно. Но то, что говорят и пишут сейчас про Небесный Союз, является ложью, перемешанной с правдой. Итак, был Небесный Союз - великое, мощное, братское государство, которое не знало себе в мире равных, за исключением ещё одного крупного государства - своего вечного противника - Западного Альянса. Ведь величие одного мощного государства всегда вызывает зависть у другого. Скажу вам сразу, что Небесный Союз и Западный Альянс враждовали друг с другом с самого момента образования Союза, когда Альянс понял, что подвластной ему Небесной Империи - не вернуть.
   Поднявшись из Революции, Гражданской Войны, Небесный Город объединил вокруг себя бывшие территории Небесной Империи. Так образовался Небесный Союз... Я не буду вам рассказывать всю историю полностью - вы уже знаете её, поэтому без труда можете понять, во что обошлось нам построение нашей (и вашей) родины. Были перегибы, была самая страшная в Галактической Системе война, унесшая миллиарды жизней, восстановление, мирная жизнь, и... последующий период, когда мы лидировали во всех отраслях. Мы покорили галактическое пространство, создали совершенную технику, открывали новые планеты, помогали дружественным нам государствам. В Небесном Союзе была крепкая идеология, Дружба Народов, высокоразвитая культура, промышленность...
   Но... всё рухнуло...
   После переворота власть сменилась. Лидером Небесного Союза стал человек, которого все сейчас называют Бровастым Старцем. С него и началось наше падение. С него...
   Бровастый Старец когда-то был человеком с рассудком... Мнения разные по его поводу. Одни считают его правление периодом расцвета, другие - периодом упадка, когда государство перестало работать. Бровастый старел и выживал из ума, превращаясь в живого мертвеца, который увешивал себя наградами и почестями, а внутри государства начинал цвести упадок. Привилегии правящих были настолько широки, что правящие забывали о том, что давали присягу служить государству. Привилегии убивают желание заботиться о народе. Страну захлестнули пороки, но по сравнению с тем, что происходит сейчас, это были детские забавы. Тогда был ещё сильно правосудие, но и оно сдавало свои позиции.
   Через некоторое время Бровастый умер и был похоронен с почестями. На несколько дней страна погрузилась в траур. Но надолго ли?
   После Бровастого пришёл ещё один старец, его "правая рука", который руководил Государственной Безопасностью. Железной рукой он начал наводить порядок внутри государства. И граждане вновь ощутили прошлое, те злополучные годы, когда стук в дверь мог означать конец их благополучной жизни, и начало следующей - после судов.
   Однако глава Государственной Безопасности умер. Снова страна погрузилась в траур. После смерти пришёл один старец, который уже был одной ногой в могиле. Но и он вскоре умер.
   Знаете, самый опасный человек, стоявший у власти ­- идеалист, который не знает истинного положения вещей в стране. Он верит только в то, что его идеи помогут стране встать на ноги быстрее, чем пройдёт год.
   Именно идеалист пришёл к власти. Новый лидер был моложе всех предшествующих, но уже отмеченный печатью смутного будущего. На съезде Партии Небесного Союза он выступил с программой реформ, объявив о начале Капитального Ремонта, Большого Шума и Новых Мыслей, которые вывели бы страну из тупика. Программа была популярна в обществе, и на следующий год Идеалист начал претворять её в жизнь.
   Но всё, что он делал, не выводило Небесный Союз из кризиса. Он разрешил гражданам открывать фирмы - в итоге появилась преступность. Он разрешил шуметь - стремительно стала падать духовность. Очереди, рэкетиры, наркоманы, толстосумы, радиация и Западный Альянс вышли на сцену, но не были ещё так сильны.
   Но у Идеалиста появился конкурент, который воспользовался нелюбовью нищего народа к реформам и начал продвигаться в верхи, пока окончательно не превратился из конкурента в противника, бросив партбилет на пол.
   Но тем временем всё менялось на глазах. Коммунисты стали демократами, чекисты стали священниками, Альянс стал другом, а Небесный Союз - врагом. Такая получилась метаморфоза. Но вы и сами знаете, как это проходило, поэтому я подробно не буду рассказывать.
   Козырев. Да, конечно. Я помню те времена.
  
   Манн. В результате внутреннего разложения последовало и внешнее. Небесный Союз начал распадаться. Внутри союзных республик шли волнения. Появились проходимцы, желавшие нажиться на доверии обманутых. И на планетах Соцсодружества режимы падали один за другим - где громко, а где тихо. Вот ирония (усмехается). Тогда все думали, что стоит убрать красное и повесить разноцветное - и всё будет замечательно. Люди - вечные мечтатели... Посмотрели бы вы, как живут теперь те, кого мы поддерживали. Одни выжили, другие умерли.
  
   Козырев. Да, это верно. Сколько не слышу - многие тоскуют по красному.
  
   Манн. Что же дальше? В результате политики Идеалиста смерть Небесного Союза была неизбежна. Идеалист объявил свободу слова, многопартийность, выборы - но конец уже пришёл. Небесный Союз рухнул. Убив Идеалиста и подавив тех немногих, кто защищал целостность Союза, конкурент, который положил партбилет, стал президентом Небесного Города. Его имя известно всем как гордое, но в народе он известен под прозвищем Пьяница. Так мы его и будем называть, потому что есть за что.
  
   Козырев. Да, да. Есть за что...
  
   Манн. Придя к власти, Пьяница начал преобразования. Точнее, преобразованиями руководил человек по фамилии Балда, который, по сути, являлся вторым человеком в правительстве. Не зная страны изнутри, Балда начал головокружительные преобразования, во всём слушаясь советников из Западного Альянса, которых тогда было полным-полно в нашем правительстве. К слову, эти советники не знали нашей страны, а их души жили только наживой. При Балде страна стремительно катилась в пропасть - государственные предприятия раздавались в частные руки, и (горестно усмехается) не в те руки. Многие важные отрасли - промышленные, космические, военные - за год превращались в бесполезные заводы, которые выпускали домашнюю посуду плохого качества. Тогда человечество захлестнул хаос. Я помню те годы, когда убийство какого-нибудь человека воспринималось спокойно, будто это естественное явление. Убили - и все проходят мимо.
  
   Козырев. Удивительно! Да так же и у нас было! Помню...
  
   Манн. И итогом той смуты была ненужная война в отдалённой части Галактики, которую мы при Пьянице проиграли, а при нынешней власти еле погасили.
   Ну, я отвлёкся. Итак, правил Пьяница. Как и Бровастый Старец, он старел выживал из ума. Отменял разумные решения, а принимал бесполезные. Например, при эпохе Полного Шваха (а это был крупный финансовый кризис в нашей стране тогда. Что, и у вас был? Ну-ну...) он сменил четырёх министров за один год. Старый министр после Балды чем-то не угодил президенту, и его сменил молодой министр галактического топлива, который в государственном управлении ничего не смыслил, и устроил Небесному Городу Полный Швах. Другой министр, более опытный в политике (даже поопытнее, чем Пьяница), смог вывести страну из кризиса, но его сразу уволили, за то, что был слишком умным. В частности, он не одобрил массовой бомбардировки Западным Альянсом одного государства, имя которого вы знаете. А четвёртый министр вообще неизвестно кем был. В итоге бразды правления взял тот человек, который сейчас уже много лет находится на посту президента Небесного Города.
   Скоро ушёл с поста и Пьяница, сказав, что устал и править не может. А команда нынешнего президента взяла бразды правления в свои руки.
   Но - казалось, успешно. Мы завершили войну, мы начали наводить порядок в стране, изгнали олигархов (одного из них вы видели за прилавком. Он разорился за границей, и за деньги стал у нас работать связным). Но... настоящего сдвига в жизни мы не ощутили. И сейчас о процветании только говорят. Но - всё на прежнем месте остаётся. А правду о нашей упадшей повреждённой навсегда жизни закрыла ложь. В результате, поверив новым проходимцам, мы опять получили ноль. И много нерешённого в уме. Власть элиты, задуренных средних граждан и нищеты. Так появились три уровня, глухие друг к другу. А реформы повисли в воздухе. Гражданское общество тут, Козырев - общество избранных гражданских. А духовно Небесный Город зависит от мнения и культуры Западного Альянса.
  
   Козырев. Я это понял. И выход? Какой выход может быть из этой ситуации?
  
   Манн. Есть выход, Козырев. Есть.
  
   Козырев. И какой же?
  
   Манн. Вот такой (хлопает в ладоши).
  

Неслышно входят четверо бойцов с автоматами.

  
   (бойцам). Арестовать!
  
   Козырев (потрясённо). Это что - шутка?
  
   Манн. Подумайте, Козырев над тем, как вы будете совершенствовать своё изобретение.
  
   Козырев. Объясните, для чего всё это?
  
   Манн. Во имя утерянной родины. (бойцам). Увести его.
  

Бойцы уводят Козырева.

Входит Президент, Премьер-министр и Связной.

   Президент. Отличная работа, Эрих Димитрович. Благодарю вас за помощь в задержании учёного.
  
   Манн (потрясённо). Что за..? (Связному, злобно). Иуда... и чего тебе не хватало?
  
   Связной. Спокойно-спокойно, товарищ Манн. Всё хватило мне, спасибо...
  
   Премьер-министр. Похоже, товарищ Манн, у нас цели совпадают, раз мы снова встретились. Кстати, спасибо за то, что у вас такой замечательный связной. Вы не в курсе? - он ведь ещё и наш агент.
  
   Манн. Гад...
  
   Президент. Не надо так говорить, Эрих Димитрович. Забудьте о поражении, у нас ведь с вами, как оказалось, - общая цель.
  
  
   Манн. Не так-то просто, товарищ премьер. У меня цель благороднее вашей.
  
   Президент. Спасение Небесного Города? И у меня - спасение Небесного Города. Общее ведь - спасение, не так ли? Прикажите вашим бойцам сдаться, пока не поздно. А потом - договоримся. Если же нет - отряды снаружи всё оцепили и готовы уничтожить тут всех до единого. Погибнет много людей. Подумайте сами.
  

Пауза.

  
   Манн (криво улыбнувшись). Ваша взяла, господин Президент.
  
   Президент. И ваша тоже.
  

Занавес.

Сцена 5.

Комната бункера.

Комната представляет собою пустое помещение.

Сидят, оболокотившись спинами о стену: Козырев, Квасов, Инга и Басхира. Козырев, Квасов и Инга курят. Вид у всех - хмурый.

   Квасов. Поверить не могу, что мы все так доверились этому козлу. Ненавижу! Тьфу, блин, аж ругаться хочется.
  
   Козырев. Что уж тут поделаешь, Геннадий? Нас, оказывается, водили за нос.
  
   Квасов. Ну тебе-то чего убиваться?! Тебя-то в живых оставят, ты ж им нужен со своим телепортом. А нас (тяжело вздыхает)...
  
   Басхира. Да-а...
  
   Инга. Кстати, вы слышали?
  
   Козырев. Чего?
  
   Инга. Что-то солдаты разбегались по коридору.
  
   Квасов. Ну и что с того? Охраняют...
  
   Инга. Да нет, я слышала, один другому говорил, мол, тащи да осторожнее.
  
   Квасов. Ну, граждане, что же нам делать?
  
   Козырев. Знаете что...
  
   Басхира. Что?
  

Слышно отпирание замка. Входит лейтенант в сопровождении двух солдат.

   Лейтенант. Козырев, на выход!
  
   Козырев. Ладно. Посмотрим, что там скажут ходит в сопровождении конвоя).
  
  

Сцена 6.

Зал N 8.

   Просторная комната из предыдущей сцены. Во главе стола сидит Президент, на одной стороне стола - Премьер-министр и правительственные чиновники. Одно место пустует. На другой стороне стола сидят Манн и командиры Сопротивления.

Напротив Президента сидит Козырев. Позади него в углу сидит Вивея.

   Президент. Ну, Дмитрий Михайлович, наконец-то мы снова встретились.
  
   Козырев. Да уж. И к чему весь этот спектакль, скажите мне?
  
   Президент. Дело в том, что ваше изобретение выходит за рамки научной мысли. Вы совершили прорыв во времени, попав в Небесный Город.
  
   Козырев. Спасибо за похвалу.
  
   Президент. Знаете, хотелось бы ожидать чего-то большего, не просто "спасибо". Скажем, сотрудничества с вами. Ваше изобретение... уникально и послужит на благо человечества.
  
   Козырев. На благо человечества... Вам, как я понимаю?
  
   Манн. Не нам - а всем.
  
   Козырев. Так... (закуривает). А если я не согласен и потребую отпустить меня и моих друзей? Тогда что будете делать?
  
   Президент. Послушайте, Козырев, вы получите исключительное положение в жизни. Всё, что вы только захотите - будет лежать у вас в ногах. Вы забудете всю свою несчастную прошлую жизнь и получите новую, лучше той. Жизнь, прожитую с пользой для человечества. Соглашайтесь!
  
   Козырев. Но при условии, если надо мной не будет контролёров. Иначе я не подойду к телепорту даже под угрозой расстрела. Телепорт не должен служить чьим-либо интересам.
  
   Президент. Ну, если не хотите добровольно - мы вас заставим.
  
   Козырев. Интересно, как? Вы станете меня пытать?
  
   Президент. Вы так наивны. Пытать мы вас не будем, но со временем ваша жизнь станет невыносимой, и вы сделаете всё, лишь бы её поменять в лучшую сторону.
  
   Козырев. Запомните: телепорт принадлежит мне, а не вам, господа. Вам ещё придётся убедить вот (указывает на Манна) этого товарища. Ведь у вас разные интересы, как оказалось. Нужно поискать консенсус, и я вам тут не помощник, господин Президент, чтобы вы друг другу не говорили. Телепорт, повторяю - моё изобретение, и отдавать я его во имя чьих-то интересов не собираюсь.
  
   Манн. У нас - общая страна, и какими ни были наши интересы, мы - Сопротивление и правительство Небесного Города - найдём консенсус во имя спасения страны.
  
   Козырев. Кстати, Манн. Вы ничего в коридорах такого странного не заметили? Вроде коробок, из которых пахнет смертью, а? И солдатиков, носящих эти коробки не видели? Подумайте над этим. Простите, мне надо идти.
  

Резко встаёт и уходит.

Сцена 7.

Комната бункера.

Козырев, Инга, Квасов, Басхира.

   Квасов. Ну, как?
  
   Козырев (закуривает). Никак. Чувствую, ничем хорошим это не закончится.
  
   Инга. Неужели нам придётся здесь умереть?
  
   Квасов. И как ты догадалась?
  
   Козырев. По коридорам разложены коробки со взрывчаткой. Видимо, Президент решил двух зайцев убить: и Манна ликвидировать, и телепорт получить. Я Манна предупредил, пусть подумает. Компромисса две стороны не найдут никогда, уж поверьте мне.
  
   Инга. А ты сам-то что решил с телепортом?
  
   Козырев. Телепорт не должен достаться Манну или Президенту или кому-нибудь ещё. Я уже не верю, что его будут использовать в познавательных целях. В этом, кстати, и проблема прогресса.
  
   Квасов. Согласен. Где хорошее - там и плохое.
  
   Козырев. Да. Мне как-то не хочется, чтобы кто-то управлял временем. Нужно что-то делать.
  
   Басхира. Возьмём телепорт, и сбежим.
  
   Квасов. Куды ж ты сбежишь, если дверь заперта?!
  
   Инга. Ну, тогда можно как в кино: попроситься в сортир, потом оглушить солдата, автомат прихватить и прорываться к телепорту.
  
   Квасов. Ага, и потом валяться на полу с пробитым черепом. Телепорт-то, наверное,
   хорошо охраняется.
  
  

Раздаётся автоматная стрельба. Все вздрагивают.

   О! Жарковато становится.
  
   Козырев. Это Манн. Я же предупреждал, что его в живых не оставят.
  

Отпирание замка. Вбегает Вивея.

   Козырев. Вивея!
  
   Вивея. Наконец-то! (обнимает его).
  
   Козырев. Слушай, как тебе удалось сюда попасть?
  
   Вивея. Долго рассказывать. Слушайте меня. Бункер заминирован.
  
   Козырев. Да мы это знаем. Президент так решил от соперника избавиться. Странно, что он до сих пор этого не сделал.
  
   Вивея. Потом объясню. Собирайтесь, идём. К телепорту.
  
   Инга. Там же охраны полно!
  

Вбегает Манн с автоматом в руках. За ним три бойца Сопротивления.

   Манн. Нас предали! Президент пообещал, что нас не тронет! И мы ему поверили!
  
   Козырев (невесело усмехаясь). Он много что наобещал, Манн. Вижу, вы всё-таки послушали меня.
   Манн. Я должен был догадаться, что это взрывчатка! Давайте идите за мной! Мы отбили телепорт и укрепились, но скоро войска пойдут в атаку. Давайте, давайте!
  

Все поспешно уходят из комнаты.

  
  

Сцена 8.

Зал N 8.

Обстановка такая же, как в сцене 3. Козырев колдует над приборами. Вдали слышится перестрелка - Сопротивление ведёт бой с правительственными войсками.

  
   Козырев. Так, замечательно... есть... сейчас опробуем... (щёлкает кнопками на встроенной панели). Так... год... есть... всё теперь есть. Работает!
  
   Внезапно раздаётся взрыв, за ними - грохот автоматных очередей, крик "Они здесь!"
  
   Козырев (вздрагивает). О чёрт!!! Только не это!!!
  

В зал вбегают Инга, Вивея, Басхира, Квасов, Манн и двое бойцов с автоматами.

  
   Квасов. Атас, Михалыч! Войска здесь! Давай заводи!!!!
  
   Козырев. Но он ещё не опробован!
  
   Квасов. Да к чёрту это! Потом! Армейцы уже скоро прорвутся, но пока их держат!
  
   Инга. Там стреляют!
  

До комнаты доносится взрыв.

  
   Манн. Чёрт! Позицию взорвали!
  
   Инга (Козыреву). Ну что ты встал?! Врубай телепорт!
  

Козырев суетливо включает аппарат. Слышится нарастающее гудение.

  
   Манн. Скорее уходите! Они вот-вот прорвут оборону!
  
   Козырев. Ну всё (нажимает на кнопки).
  

Гудение нарастает. Яркий свет от портала телепорта.

   Инга. Я первая!
  
   Крик бойца за сценой. Они уже здесь!
  

Автоматная стрельба.

  
  
  

Яркая вспышка, сопровождаемая гудением

  

Сильный грохот, похожий на взрыв. Темно.

Автоматная стрельба смолкает.

Свет.

У телепорта стоят Козырев, Вивея и Манн

   Манн. Козырев! Почему вы не сбежали?!
  
   Козырев. Обстоятельства изменились, товарищ Манн. Вы, кстати, бойцов отвели?
  
   В зал входят: Президент, Связной, Командир пехотной дивизии в сопровождении солдат.
  
   Манн. Да, Козырев. Отвёл.
  
   Президент. Вы всё ещё здесь, Дмитрий Михайлович? Странно, а я-то думал, что вы уже в прошлом.
  
   Козырев. Да, господин Президент, это так. Я остался.
  
   Президент. Благородно с вашей стороны - отправить друзей домой, а самому остаться. Вы наконец-то поняли, что нам перечить не стоит. И сдались?
  
   Козырев. Не знаю, как вы считаете, но этому надо положить конец. А вы как думаете?
  
   Президент. Нет, лучше этому положить начало. Вы обречены, Козырев, сдавайтесь. Обещаю, вам и всем остальным ничего не будет. Телепорт - в обмен на райскую жизнь.
  
   Козырев. Знаете, господин Президент. Прогресс не должен служить чьим-либо интересам. Так что пусть лучше не будет никакого телепорта. Стройте достойное время в своём настоящем, а не сокрушайтесь по прошлому или будущему. А то помутнение мозгов может быть.
  

Вивея берёт его за руку.

   Вивея. Я согласна с Козыревым.
  
   Президент. Вивея... как ты могла?
  
   Вивея. Моя жизнь принадлежит мне, отец, а не кому-либо. Я сделала свой выбор. И его не отменить. Я люблю его (кивает на Козырева). И я... (достаёт из кармана костюма детонатор) уйду с ним.
  

Все, кроме Козырева, Вивеи и Манна вздрагивают при виде детонатора.

   Ещё шаг - и вы умрёте.
  
   Козырев. Так ты всё-таки решила, любимая... я думал, ты - уйдёшь от меня.
  
  
   Вивея. Да. (улыбнувшись). А ты меня отговаривал.
  
   Манн. (кладёт автомат рядом с телепортом). Да уж, спасибо за героическую смерть. (вынимает из кармана сигареты, зажигалку, закуривает). Эх, прощай моя жизнь, и на том спасибо, что я её прожил не зря.
  
   Козырев. Я люблю тебя, Вивея.
  
   Вивея. И я тебя, Дмитрий. Прощайте, Манн.
  
   Манн. Нет уж, до свидания. Любите счастливо.
  

Затемнение.

   Премьер-министр (вбегает в зал). Что же вы стоите?! Хватайте их!
  

Раздаётся мощный взрыв.

Занавес.

Эпилог.

  

Ханты-Мансийск. Наше время. Год спустя после описываемых событий.

Парк имени Бориса Лосева. Лето.

   На скамейке под берёзами сидят Инга и Квасов. В руке у Инги - банка пива. Квасов сильно изменился: опрятен, аккуратно подстрижен, побрит, одет в новую с иголочки одежду: синие джинсы и цветастую рубашку с короткими рукавами. Инга одета в летнее платьице с узорами.
  
   Квасов. Ну, как у тебя дела? Давно-о тебя не видел!
  
   Инга. Ну как... учусь... уже на третьем курсе. Всё как обычно... А у тебя? Гляжу, изменился за последнее время.
  
   Квасов. Ну, да... расписались с Басхирой, ребёночка ждём... Работаю, с выпивкой завязал... В общем, всё замечательно... Большего и не надо. И к лучшему... а то бы, как собака жил... четыре стены да пьянка каждый день... Как-то после Города этого Небесного всё поменялось... Вот только Козыря жалко, хороший человек был.
  
   Инга (её лицо становится грустным). Да. Но, может, он жив? Я ведь не знаю, что дальше-то было.
  
   Квасов. Да погиб он, царствие ему Небесное. Погиб... Ты не догадываешься, почему взрывчатка не рванула? Или почему нас ей не пугали, а?
  
   Инга. Не-ет.
  
   Квасов. Вивея-то взрыватель скоммуниздила у Президента. А потом, когда наших к телепорту прижали - что оставалось делать? Михалыч как-то не торопился, да и она осталась. Стало быть, оба погибли. И телепорт уничтожили.
  
   Инга. Скажи, Ген, а как ты считаешь - нужен нам вообще этот телепорт или нет?
  
   Квасов. Да знаешь, и к лучшему, что телепорта нет. Посмотришь на это будущее - порою и жить не хочется. Всё-таки в настоящем лучше жить, каким оно не было. Меньше знаешь - крепче спишь.
  
   Инга. Мне кажется, что будущее и есть настоящее. Может, поэтому мы всё гадаем-гадаем, что будет, что ожидается?

Пьёт пиво.

Пауза.

   Квасов. А интересно, что сейчас происходит в Небесном Городе? Лучше там стало после телепорта или хуже?
  
   Инга. Лучше не знать. Остаётся только надеяться, что там всё хорошо.
  
   Квасов. Ну да...
  

Занавес.

Конец.

  

05.06. - 09.06 2013.

Урай.

  
  

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Вивея (лат). - "живая".
   Либерально-демократическая партия Небесного Города.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   76
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Призыв Нергала"(ЛитРПГ) В.Кретов "Легенда 3, Легион"(ЛитРПГ) К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) В.Чернованова "Невеста Стального принца - 2"(Любовное фэнтези) А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) А.Каменский "Воин: Тени прошлого"(Боевик) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Е.Рэеллин "Команда"(Киберпанк) С.Бессараб "Не в добрый час: Книга Беглецов"(Антиутопия) А.Кутищев "Мультикласс "Слияние""(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"