Синцов Сергей Вячеславович: другие произведения.

тюрьма кавендиш

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    закрученная история про побег из тюрьмы


  
  
   Сергей Генри Синцов
  
   тюрьма "Кавендиш"
  
  
  
   1
  
   Джедапо Муни попал в тюрьму после убийства жены. Он разобрался с ней прямо на кухне. Из-за чего это произошло, никто не узнал, но его вина была доказана. Соседи слышали вопли, поэтому вызвали полицию. На месте преступления были найдены следы борьбы, ножи были раскиданы по кухне. Жена лежала в луже крови. Сам Джедапо заперся в спальне, включив телевизор громко, и ждал. Ждал, держась за голову и теребя волосы, ждал полицейских. А когда они пришли, он угрожал им через дверь, говорил, что вооружен и что стоит им войти, все они лягут, как его непутевая жена. Потом окно у балкона разбилось, и его безоружного схватили.
   Так он оказался в тюремной одежде с номером 505 на груди. Его посадили сначала в блок смертников, чтобы он дожидался своей очереди. Очередь шла быстро.
  
  
   2
  
   Это была крупная компания. Женщина нашла ее объявление как-то вечером, пролистывая газету с работой. Она искала работу на полную занятость. С мужем она разошлась недавно, и он не хотел видеть ее и их сына.
   За час до собеседования она надела платье, подошла к зеркалу. Наряд ей нравился, она выглядела сногсшибательно. Но макияж... О чем она только думала, краситься ей не следовало. Не в клуб идет. Она стянула туфли, прошла по коридору, в ванную. Включила теплую воду и смыла все с лица. Вытерлась.
   Она прошла в комнату и взяла паспорт, чтобы не забыть. Прошла на кухню и поставила чайник. Положила в рот мармеладку, а, когда прожевала, облизала пальцы, ноготки, сказала себе:
   - Ты конфетка.
   Через пол часа чай был выпит. Женщина посмотрела на часы и поднялась со стула, потерла живот. Она собрала сумочку, надела черные туфли, чмокнула саму себя в зеркале и вышла из квартиры.
   Женщина зашла в магазин и купила лимонад в банке. После этого она пошла к метро. Банку она открыла, сделала глоток и больше не пила, пока ехала до нужной станции. Выйдя из метро, она сделала еще глоток. Она дошла до здания, в котором намечалось собеседование, и вошла внутрь.
   Там были турникеты. Рядом с ними сидела вахтерша. Она подняла глаза и спросила:
   - Чем могу помочь?
   - Я на собеседование.
   - Какой офис?
   - Четыреста восемнадцать.
   - Проходите.
   Она прошла. Перед ней было два лифта, один открылся и из него вышел мужчина. Она обменялась с ним взглядом и зашла в лифт. Доехала до второго этажа. Дошла до офиса. Протянула согнутый указательный палец к двери. Тук. Тук. Открыла дверь. Ее попросили подождать десять минут, пока остальные не соберутся, и она закрыла дверь.
   Она села напротив офиса, на длинный диван у окна. Протянула руку к столику и поставила банку. Пальцем она потерла висок.
   Она развалилась на диване. Взяла со столика листовку компании и прочитала, и положила обратно. Это было неинтересно.
   Дверь лифта открылась. Оттуда вышла девушка. Она начала перебирать глазами номера офисов, нашла нужный, а потом обернулась и спросила:
   - Вы тоже на собеседование?
   - Да. Надо подождать десять минут.
   - О, кей.
   Девушка села в кресло. Порылась в сумочке.
   - Зеркало есть? -спросила она.
   - Да. Есть.
   Она достала зеркало, протянула. Девушка взяла, посмотрелась в него и отдала, и сказала:
   - Спасибо.
   - Не за что.
   - А помады нет?
   - Этого нет.- Ей захотелось в туалет, и она сказала: - Я пойду, поищу туалет. Скажите им,- она указала на офис,- что я скоро приду, если они, конечно, спросят обо мне, а, если нет, то все равно скажите. Хорошо?
   - Да. Идите.
   Она встала и дошла до туалета. Сделала дело и пошла обратно. Когда она дошла до офиса, она увидела швабру с ведром в конце коридора. Девушка, что сидела в кресле, глянула на нее.
   Садиться она не стала. Ладони она сложила вместе, посмотрела на столик, на котором стояла ее банка. Пусть стоит. Посмотрела на часы. Собеседование шло формально уже десять минут.
   Вдалеке послышались звуки переставляемого ведра, это уборщик начал работать.
   Швабра каталась по полу, билась время от времени о ведро. Пол становился блестящим, он был гладким, и мыть его было легко. Уборщик быстро работал. Мыл он не все. Ему было поручено целое здание, и мыть и так чистые полы было безумием. Он остановился, Сунул швабру в ведро, Вытащил, пошел дальше. Он оказался у офиса, в котором будет собеседование. Слева были лифты и диваны и кресла. Он увидел женщину, которая стояла, сложив вместе ладони. Она увидела его и растерялась. Не ожидала она увидеть его здесь, бывшего мужа. Вот он, стоит с засученными рукавами, со шваброй и смотрит на нее.
   Она отшагнула назад. Ощущения от его побоев ожили. Она села на диван. Может, подумала она, он ничего не сделает. Ну развелись они, все в прошлом, ребенок ему не нужен, какой смысл бояться его.
   Он бросил швабру. Не поставил, бросил на пол.
   - Какого черта делаешь здесь?- сказал он.
   - Не твоего ума дело,- ответила она. По меркам их прошлой жизни это был резкий ответ. Год назад он точно отвесил бы ей кулаком по лицу, и не было у нее уверенности, что и сейчас он так не сделает.
   - Не научилась уважать меня, гадина.
   - Такого дебила, - сказала она, а сама подумала, что зря провоцирует его. Обернется боком.
   - Заткнись. Иди. И гуляй отсюда.
   - Сам иди.
   Он сорвался с места, и не успела она понять этого, как он уже стоял вплотную и отвешивал ей удары. Ее голова отлетала в стороны. Кровь пошла из носа, потекла по подбородку, а он все бил ее. Девушка рядом встала с кресла и подняла руки от испуга, и сморщила лицо. Мужчина закончил распускать руки и толкнул голову женщины в сторону.
   Она сказала:
   - Скотина.
   Мужчина отогнул свое ухо в ее сторону.
   - Что?
   - Варгуст,- сказала она,- только попробуй еще... я засужу тебя. Ты скотина. Убирайся.
   Мужчина сказал:
   - Сама убирайся. Появишься здесь, тебе плохо придется.
   Он подошел к столику, взял ее банку, Выплеснул газировку ей на платье и бросил банку ей в голову. Потом он пошел к швабре с ведром, продолжать работу, но обернулся.
   - Хочешь работу найти?- он усмехнулся.- Ха. Не здесь.
   Она вытерла нос рукой, кровь было не остановить. Теперь о собеседовании речь не шла, она посмотрелась в свое зеркальце, вид у нее был измученный, все лицо вымазано кровью. А ему хоть бы что. Он взял швабру, окунул в ведро. А если он возьмет и стукнет ее шваброй? Неужели мало того, что он уже сделал, чтобы ответить ему? Страх и ненависть закипела в ней. Она пришла на работу, а он испоганил ей этот шанс, сколько можно терпеть, сколько он будет ставить подножки, вот девушка стоит, на нее он не взглянул, а свою бывшую ни за что побил.
   Она схватила стеклянную вазу со столика, взмахнула, цветы вылетели назад, и бросила ее со всех сил. Целилась в голову. Ваза влетела ему в подбородок и разбилась об пол. Он посмотрел на нее ошалело. На подбородке у него образовалась полоса, кровь проступила из пореза. Он крепко взял швабру.
   - Варгуст, только посмей...
   Он шагнул к ней.
   - Это ты зря, - сказал он.
   Она обошла диван и остановилась, опершись о его спинку, она была готова бежать, прятаться, она смотрела на бывшего мужа в оба.
   Лифт открылся. Из него вышел мужчина. Он посмотрел на уборщика, прошел мимо него, но дальше остановился, обернулся. Увидел женщину в крови и еще раз посмотрел на уборщика, а тот посмотрел в ответ с неприязнью.
   Мужчина пошел дальше, скрылся за углом, но как добрался до охраны, послал двух охранников разобраться, что там происходит. Те пришли, когда женщина размахнулась кулаком. Она промазала, и уборщик налетел на нее и ударил, она закрыла лицо руками, отвернулась, закричала. Охранники оттащили Варгуста. Он не сопротивлялся.
   Женщина поднялась, держась за нос, и сразу вызвала лифт. Она стояла, смотрела на Варгуста. Он на нее. Двери открылись, и она поехала.
   Испорченный день.
   Она зашла в туалет на первом этаже. Облокотилась на раковину, посмотрелась в зеркало. Включила воду, смыла кровь. Надела сумочку на плечо и пошла прочь.
   Домой она приехала в подвешенном состоянии. Сын, как увидел ее, спросил о работе, она накричала на него в ответ, и он ушел в комнату, зыркнув глазами. Дверь хлопнула. Женщина стянула туфли, бросила на пол и села в прихожей. Она уткнула лицо в ладони, и громкий рев прорвался сквозь пальцы, разнесся по квартире. Сын выглянул из комнаты и подошел к ней. На его вопрос, что случилось, она ответила, что встретила бывшего мужа, не знала, что еще ответить, уж лучше правду, тем более, что сын знал, сколько она наглоталась от него.
   - Мам, ты сильно расстроена?- спросил он.
   - Да.
   Он задумался, что еще спросить.
   - Очень сильно?
   - Так сильно, что лучше тебе не приставать.
   Он убрал руку с ее плеча. Отошел. Она сказала, срываясь на злобу:
   - Не обижайся. Я хочу побыть одна. Давай, иди.
   Он ушел в комнату, включил телевизор, но не смотрел его. Он не мог развлекаться, пока его мать, Эллейн Харрис, плачет.
   Эллейн пошла в спальню, Сняла платье и кинула к грязным вещам. Взяла полотенце, чистое белье и пошла мыться. Запершись в ванной, она села на пол. Рев утихал, но вдруг прорвался с новой силой. Голова затряслась от слез, колени она прислонила к подбородку, руками обняла себя, словно холодно. Она поплакала немного. Поднялась, посмотрелась в зеркало. И решила, что не стоило ей себя жалеть, не маленькая девочка.
   Рев сменился звуками душа.
  
  
   На следующий день Варгусту позвонили, и он был взбешен, потому что его оскорбили. Он хотел ответить тем же, но не умел говорить так, чтобы оскорбить. Язык не выкручивался. Его брат, Билл, хотел с ним встретиться. На встрече Варгуст собирался распустить руки, чтобы не было у Билла больше желания оскорблять. Время назначено. В три Билл будет ждать у ресторана, он хотел поговорить, но разговора не будет. Вместо разговора Варгуст даст ему в морду. Такой план.
   Сомнений у него не было. Слишком часто Билл твердил ему о том, как надо относиться к Эллейн. Он влезал не в свои дела и раздражал его больше и больше.
   Варгуст одел куртку. На улице моросило.
   Ресторан находился в километре от квартиры, которую он снимал.
   Он начистил туфли, надел их. Было пол первого. Он держал себя в руках. Нельзя, чтобы Билл заговорил ему зубы.
   Он вышел из дома и раскрыл зонтик, пряча лицо от накрапывающего дождя. Неторопливо он зашагал вдоль улицы. Ему надо было дойти до ее конца. Последнее здание, справа и было рестораном.
   Улица была заполнена людьми, машины носились взад-вперед. В выходные всегда так, хоть это и небольшой город. Варгуст снимал в нем квартиру, потому что здесь вырос. Никогда он не уезжал отсюда достаточно далеко.
   Он прошел мимо зоомагазина и посмотрел вперед. Два мальчугана сидели на тротуаре. Однажды, когда он был маленьким, он сидел там же, и из канализации выползла крыса с красными глазами. Он сообразил, что это не бродячая крыса, а крыса из магазина, потому что неподалеку стоял мужчина с клеткой у ног, и клетка была открыта, а мужчина смотрел куда-то в сторону. Варгуст взял палку, двинул по крысе. Она побежала. Он пошел за ней и, как ему показалось, она взглянула на него. После этого она побежала обратно в канализацию. Но он прибил ее раньше, чем она скрылась, и на тротуаре появилось немного крови. Варгуст поднялся, бросил палку. Он задумался над тем, что он чувствует, и решил, что ему понравилось.
   Этот случай он забыл давно, но отголоски еще метались в голове, резонировали, и смутно он ощущал, что был такой случай в его жизни.
   Он шел дальше. Один из мальчуганов посмотрел на него.
   Когда он подошел к ресторану, Билла там не было, не было его машины, красного такого кадиллака. До встречи оставалось пятнадцать минут. Варгуст облокотился о стену у входа.
   Он подумал о брате.
   Билл с женой Мирной жил в соседнем городе. Эллейн часто звонила им, а иногда приходила в гости. Мирна радовалась общению с ней и, конечно, печалилась, если видела ее синяки, а они появлялись нередко. Поэтому Билл часто звонил брату, Варгусту, и говорил, чтобы тот прекратил избиения. Вскоре ему надоело названивать, побои все продолжались, а Варгуст только озлобился на него. В семье Билла и Мирны стало ясно, что это не прекратится. И Мирна была рада, когда Эллейн подала на развод, значит, мучения прекращаются. Квартира осталась за Эллейн, и она продолжала звонить, рассказывать о делах, сплетничать.
   Но вот, в субботу она позвонила и рассказала, как Варгуст снова избил ее, голос у нее был потерянный. После звонка Мирна посоветовалась с мужем. Билл накинул куртку. Его достало слышать об избиениях, но слышать об этом уже после развода, это слишком. Он позвонил Варгусту. Хотелось поговорить серьезно, надо было, чтобы он пришел на встречу, и Билл оскорбил его сполна, постарался задеть. У него получилось, и он назвал место встречи и бросил трубку.
   Он подъехал с опозданием. Вышел из машины и поднял голову. Тучи темнели. Он подошел к Варгусту, протянул руку, тот сидел на корточках. Билл не дождался, пока он пожмет руку, и опустил ее.
   Глаза его уперлись в брата.
   Варгуст встал.
   - Чего смотришь? Чего ты хотел?
   - Разговор есть.
   - Об Эллейн, да?
   - Да, о ней.
   - А я о ней не говорю больше.- Варгуст сжал губы.- Потому что ты только и делаешь, что о ней говоришь. У тебя крыша поехала. Ты уже не звонишь, чтобы спросить, как у меня дела, ты звонишь, чтобы сказать, что я избил ее вчера или позавчера и выясняешь, как это случилось.
   - Ты пьян,- сказал Билл. - Чувствую.
   - Я выпил, пока ждал тебя.- Сказал Варгуст.- Но ты на это не смотри, это не важно. Я говорю то, что думаю, а думаю я, что ты поганый брат.
   Билл кивнул, уголок рта поднялся вверх, он ухмыльнулся.
   - Послушай, не будем выяснять это.
   - Ну конечно.
   - Давай об Эллейн. Почему ты трогаешь ее, я говорил тебе не делать это, ты обещал мне завязать с этим,- он взял брата за шкирку и тряхнул.
   Кулак Варгуста взлетел и врезался в лицо Билла, как самолет врезается в небоскреб. Ноги Билла подкосились, он упал. Из кармана высыпалась горсть монет. Кровь закапала на асфальт.
   Варгуст сказал:
   - Не трогай меня.
   Он, Варгуст, поправил воротник и ударил Билла в живот. Билл попытался ответить, но промахнулся и закрылся руками. Удары посыпались со всех сторон, как он и ожидал. Варгуст бил ногами. Когда Билл отполз и схватился за урну, чтобы встать, Варгуст вцепился ему в плечи, отшвырнул в сторону. Размахнулся правой рукой, ударил. Голова Билла стукнулась о землю, он отрубился на пару секунд. Зеваки собирались со всех сторон. Полицейский бежал по тротуару, связываясь по рации со своими. Глаза его смотрели на Варгуста. Варгуст вытащил у Билла из заднего кармана бумажник и убежал.
   Добравшись до дома, он сел на ступеньки у подъезда. Он открыл бумажник, деньги из него так и вываливались. Зачем он взял бумажник? Чтобы у Билла был лишний повод заявить на него в полицию? Билл ведь может. Хотя Эллейн вон, сколько раз приходила, показывала синяки, и ей не так часто шли навстречу.
   Варгуст вынул деньги, положил в задний карман, а бумажник кинул в урну.
   Он не жалел, что побил брата. Будет меньше возникать.
   Вечером, когда зажглись фонари, Варгуст встретился со своим домовладельцем. Квартиру он снимал уже полгода, и платил, когда были деньги. Сейчас деньги были. Он расплатился и пошел к остановке. Сел на автобус. Проехал пол города и сошел в месте, где жила Эллейн. Сегодня брат снова дергал его, все из-за Эллейн, она настроила его враждебно. Если бы она не звонила после каждой оплеухи, ничего бы не было. Билл не злился бы так.
   Варгуст вошел в ее подъезд, поднялся на ее этаж. Раньше и он жил здесь. Он подошел к двери и позвонился.
   Эллейн открыла дверь и застыла. Ее сын застыл позади, он узнал отца.
   - Что тебе?- спросила Эллейн.
   - Ты все звонишь моему брату, думаешь, он поможет тебе?
   У Эллейн взлетел пульс.
   - Твоему брату я не звоню. Я звоню Мирне.
   - Неважно.
   Эллейн посмотрела ему в глаза.
   - Я знаю, что ты сделал.
   - Интересно, что?
   - Избил своего брата, сегодня.
   Варгуст махнул рукой.
   - Так в том твоя вина. Нечего было звонить.
   - Но это ты сделал. Твоему брату я не звонила. Я звонила Мирне.
   Варгуст приблизился. Эллейн отшагнула, вошла в квартиру. Варгуст за ней. Взгляд у него стал ледяным. Он вошел и захлопнул дверь.
   Вечер для Эллейн закончился погано.
   Через три месяца наступила зима. Деревья обледенели. Холод был нестерпимый (самая холодная зима за последние десять лет). Билл шел домой, но остановился у магазина, чтобы купить газету, Заплатил и, положив газету под мышку, пошел дальше. Мирна ждала его дома. Когда он вернулся, руки у него были краснющие, газету он оставил в прихожей. Мирна размяла его руки своими и чмокнула Билла в холодный нос.
   Через час, когда она мыла посуду, Билл открыл газету. От первой же статьи у него по спине затанцевали мурашки, он не мог поверить в то, что видит на фотографии. Женщина валялась в канаве. Ей перерезали горло, и шея у нее была в крови. Лицо было перемазано грязью. Билл не видел ее лица, но там были еще фотографии Варгуста в наручниках, и он догадался кто это.
   Эллейн мертва.
   Билл начал читать, сжимая края газеты. Заголовок гласил: "Серийный убийца пойман". Билл осилил полстатьи и убрал газету. Это был один из случаев, когда он верил прессе, хотя вера эта его пугала.
   Холодок охватил его тело. Он взглянул еще раз на заголовок, перевел взгляд на фотографии брата. На одной изображался полицейский, который заламывает ему руки и выводит его из квартиры, второй полицейский холодно смотрит на все это. На другом фото Варгуста уже выводят из дома, и пара репортеров снимает его, поднося фотоаппараты близко к лицу, Варгуст поднимает перед собой руки, защищаясь от них, на нем футболка и видно, что ему холодно, взгляд у него потерянный, словно он еще не понимает, что случилось, третий полицейский стоит у машины, держа дверь открытой и смотрит в ожидании. Билл прочитал надпись под фото: "Серийный убийца попался на убийстве жены".
   Билл скомкал газету, сжал ее, Бросил в корзину у двери. Он запрокинул голову, вздохнул. Это же его брат. И он - серийный убийца. Раз его схватили, значит, против него улики. Значит, с ним кончено.
   Билл посмотрел в сторону кухни, там Мирна мыла посуду. Он пошел и рассказал ей все.
   Через два месяца Билл получил повестку в суд, от него требовались показания. На самом деле все было ясно и без него, улики были, как аксиомы. В суде Билл просто сидел и наблюдал за течением процесса.
   Наконец, судья вынес приговор: "Варгуст Мелик ... приговаривается к смертной казни". Охранники открыли решетку, и повели его к выходу. Билл пересекся с ним взглядом. Взгляд у Варгуста был угнетенный. Он начал сопротивляться, люди в зале зашумели, но охранники все-таки вывели его.
  
   3
  
   Спустя пару дней Варгуста перевезли в блок смертников, в тюрьму "Кавендиш", где ему оставалось два месяца до смерти. Что говорить, ему это место не понравилось.
   Тюрьма находилась в тридцати километрах от его города. Варгуста привезли туда после полудня. Снег падал во всю, зима была в разгаре. Автобус въехал в ворота, и Варгуста вывели на заснеженный двор. Три башни со снайперами стояли посреди двора (Это, как если бы тебя снимали репортеры с трех сторон и на случай, если ты захочешь убежать, у них кроме камер были бы ружья). К автобусу подошли два охранника. Один взял Варгуста за наручники, другой встал рядом. И Варгуста повели мимо заснеженных башен, прямо, в блок смертников. Некоторые заключенные, гулявшие во дворе, поглядели на него.
   Лично Варгуст глядел себе в ноги.
   Его ввели в блок, охранник закрыл за ним дверь. Варгуст оказался в коридоре, справа и слева от которого тянулось по восемь камер. Половина из них пустовала. Варгуст чувствовал запах мочи, отчетливый, как во многих общественных туалетах, на которые Бог глаза закрыл. Неужели здесь всегда так, подумал он. В конце коридора он увидел стол, за ним обычно сидели охранники этого блока, особенно ночью. На столе было радио с двумя рукоятками, это было старое, большое радио, такие приносят на работу, потому что не жалко оставить. Если бы охранники включили пару песен, Варгуст не возражал бы. Он шел, глядя перед собой, в спину упиралась рука охранника, вторая его рука лежала на наручниках. Варгуст повернул голову налево, молодой парень сидел на койке, смотрел на него. На губе порез. В общем-то, все заключенные смотрели на него, что им еще делать.
   Охранники довели его до конца коридора и посадили в последнюю камеру слева. Чуть дальше от нее находилась дверь, она вела на кухню и в коридор, а из коридора можно было попасть в другой блок. Варгуста заперли. Один охранник положил ключи в карман, а второй посмотрел на часы и сказал:
   - Обед. - Он посмотрел на напарника. Сегодня его очередь раздавать еду.
   - Еще не время, так что я постою с тобой, Рэй.
   - Хорошо, Вик. Потом вместе пойдем на кухню.
   Рэй перевел взгляд на Варгуста. Тот сидел на койке, глядя в пол.
   - Варгуст, - позвал он.
   Варгуст поднял усталые глаза. Последние ночи он не спал.
   - Что?
   - У нас с тобой будут проблемы?
   - А ты мое дело читал?
   Охранник смотрел холодно, и Варгуст понял, что он не воспринял эти слова. Наверное, не впервой.
   - Если не будешь буянить, тебе не придется сидеть в карцере. Если иначе... тебе же хуже, не нам. Понятно?
   Варгуст кивнул.
   Охранник сказал:
   - Меня зовут Рэй. Если у тебя будут вопросы, задавай мне или Вику,- он показал обеими руками на напарника.
   - Может, выветрите здесь, а то мочой несет, - сказал Варгуст.
   - Само выветрится.- Рэй нагнулся.- Просто некоторые заключенные не знают, куда надо отливать.
   Варгуст посмотрел на него и на Вика, который стоял слева со скрещенными руками. Рэй повернулся, и они с Виком ушли.
   Варгуст лег на койку, закрыл глаза. Но только охранники хлопнули дверью, и шаги их утихли, как заключенные зашептались. Варгуст поднял голову. И услышал из другого конца коридора:
   - Эй, с приездом, хочется на электрическом стуле посидеть, да? - и смешок.
   Кто-то другой сказал:
   - Отстань от мужика. У тебя совсем крыша едет.
   - Новичок... нас всех ждет Стул,- снова смешок.
   И тот же, второй голос:
   - Точно крыша едет. Ты сам-то понимаешь, что лопочешь? Стул,- в голосе появился наигранный страх. - Ой, мама. Да, по-моему, ты один тут боишься стула.
   Некоторые заключенные издали хохот, тюремный хохот, не было в нем особых чувств.
   Варгуст Мелик сел. Открыл глаза. Они были раздраженными, красными от недосыпа, он не спал пару дней, потому что не мог смириться. Просто не мог Смириться. Он протер глаза, поморгал, они слезились.
   Он встал, походил по камере. Подошел к решетке.
   Он поглядел на стол, а потом на решетчатое окно, сверху от него. Справа от стола, там, где заканчивались камеры, был проход в стене, коридор. Он посмотрел туда, в темноту. Наверное, он долго стоял и смотрел, потому что в голове пронеслось много мыслей, и Варгуст увидел, как из темноты выползло что-то и уползло обратно. Может, ему показалось, а может, и нет, он плохо видел. Еще, наверное, у него отвисла челюсть, потому что в результате он услышал слова:
   - Этот коридор...
   Варгуст посмотрел на противоположную камеру. Там сидел бородатый мужик. Они переглянулись и бородатый замолчал, словно обдумывал, что сказать. Варгуст заметил у него в руке книгу в мягком переплете.
   -... этот коридор ведет к электрическому стулу, если тебе интересно.
   - Ясно.
   Варгуст стоял во весь рост, держась рукой за решетку.
   Бородатый отвернулся и открыл книгу. Варгуст посмотрел на его аккуратную бородку, на его скрещенные ноги.
   - Откуда у тебя книга?
   Тот повернул голову.
   - Джон...
   - Джон, откуда у тебя книга?
   - Из тюремной библиотеки.
   Следующие пять минут заключенные ждали обед. Варгуст сидел на койке, посматривал в окно, на идущий снег. В блоке было тепло, а на улице проникновенный холод.
   Дверь блока открылась. И Вик разнес по камерам кашу с хлебом. И сел за стол. Посреди стола лежала газета, Вик открыл ее. Он потрогал ручку радио, и тихие звуки заполнили коридор, пожалуй, мало, кто их слышал, но Варгуст различал что-то спокойное и неузнаваемое, словно классическая музыка. Варгуст не знал, что охрана включает одну и ту же станцию, на которой крутят такие песни. Ему понравилось, он не слышал ничего подобного два месяца.
   К моменту, когда он съел половину тарелки, мелодия стала громче. Он откинулся на койке, прислушиваясь, это было безумно, на воле он бы этого не слушал. Он глянул на Джона. Тот сидел так же, ел. Басы стали громче в одно мгновение и ударили эхом по коридору и захватили пространство, а потом мелодия прорвалась сквозь них так, что все услышали. Она утихла, продолжая перетекать, меняться. Еще был шум зрительного зала, появлявшийся в записи на пару секунд, голос исполнителя и звуки пианино, словно капельки дождя. И снова зрительный зал, его хохот и восторг (на пару секунд Варгуст подумал, что это вопят заключенные, но быстро понял, что так задумано в песне).
   Когда песня закончилась, кто-то буркнул что-то недовольно, надсмотрщик Вик сложил газету, выключил радио и ушел.
   Джон доел кашу. Облизывая губы, он спросил:
   - Как тебе песня, если честно?
   Варгуст сказал:
   - Нормально.
   - Это был Рэй Чарльз, слушал его когда-нибудь?
   - Нет.
   Джон положил тарелку на пол и сказал:
   - Много потерял.
   - Ненавижу джаз.
   - Вешайся. Его тут каждый завтрак, обед и ужин крутят.
   Джон лег на койку головой к решетке. Варгуст посидел немного на одном месте, послушал голоса заключенных и тоже лег. Потом Вик вернулся, собрал посуду в кучу и унес, и скоро заключенные затихли. В тишине Варгуст слышал только позвякивания ключей, если Вик проходил мимо. Обычно охранники сидели за столом, но сегодня стояла вонь, и они не задерживались в блоке, Варгуст их понимал.
   Через час немного стемнело и в коридоре стало темно, окна давали мало света. Вик пришел, дернул выключатель, и лампочки вдоль коридора загорелись желтым светом, последняя лампочка над дверью во двор не работала.
   Варгуст сказал:
   - Эй, начальник?
   Вик подошел, мотнул головой, спрашивая, что надо.
   - Могу я взять книгу в библиотеке?
   - Вообще я этим не занимаюсь.
   - А кто занимается?
   - Библиотекарь. Он сам развозит книги и предлагает. В остальных блоках он развозит их каждый день, сюда... заезжает изредка.
   - И когда же он будет?
   - Я не знаю.- Он потер живот, вглядываясь Варгусту в глаза.
   - А ты... можешь взять для меня книгу?
  
   4
  
   У каждого свои секреты. Секрет Вика был в том, что каждый год он брал отгул на один день. Еще он никогда не говорил о своей жене.
   В девять вечера дежурство Вика закончилось, и он пошел в раздевалку, в соседний блок. Он прошел через коридор и мимо карцера, а после свернул направо и открыл блестящую коричневую дверь раздевалки. Он снял форму, переоделся. Подошел к большому зеркалу, висевшему на стене, у двери, и начал зачесывать волосы. В помещении никого не было. Рядом с зеркалом висела грудастая красотка.
   Вик посмотрел на плакат и улыбнулся.
   Вскоре в раздевалку вошел Бен Элрой, он прошел мимо Вика, присел на стол, рядом с кофеваркой и одноразовыми стаканчиками и сидел так. Потом неторопливо закурил. Потом включил кофеварку.
   - Ты долго волосы прилизывать будешь? - спросил он.
   - Отвали.
   - Серьезно. Когда ты умрешь, я приду на похороны и скажу речь. И что же я скажу?.. Этот парень долго причесывался. Извините, больше я ничего о нем не знаю. Соболезную.
   - Да. А священник скажет "аминь, сын мой, хорошая речь".
   - Точно. Ты домой? - спросил Бен.
   - Можно и так сказать. Зайду в бар. -Увидев вопрошающий взгляд, он добавил:- Хочу напиться. Завтра годовщина. Ты знаешь.
   - Ага. А мы тут еще о похоронах говорим.
   Вик усмехнулся, но ему было не смешно.
   Он подошел к шкафчику, взял куртку, шапку.
   Через двадцать минут он вышел из тюрьмы "Кавендиш". В мыслях у него было выпить так, чтобы оставить плохое позади, крепко выпить.
   Бар он нашел в сплетеньях ночных улиц, далеко от тюрьмы. Здесь, в этом квартале, он не был ни разу, бар стоял на перекрестке. Вик зашел. Заказал пару рюмок. На стене, за стойкой работал телевизор. Играла громкая музыка. Вик выпил и заказал еще.
   В баре было пусто, в буквальном смысле слова. Посреди помещения находился стол для бильярда, за ним играло двое. В углу помещения стояла пара столов, за одним из них сидело четверо. Больше никого в баре не было, вот что, значит, пусто, тем не менее, бар был большой. У входа в туалет лежали перевернутые стулья. Заведение только открылось, и еще не было обставлено, как следует. И столов не хватало, и людей. Бармен молча хозяйничал и смотрел телевизор.
   Вик открыл вторую бутылку пива, и ему приспичило в туалет, бутылка осталась на стойке (бармен пообещал приглядеть). В туалете было зеркало. После дел Вик посмотрелся на себя, пригладил волосы. И тихо пошел обратно на свое место. А в бар влетела девушка, спросила что-то у бармена и прошла мимо Вика. Вик сел на место. Девушка распахнула дверь туалета и подошла к зеркалу, разглядывая себя. Вик отхлебнул пива, глядя на нее. Она заметила его и прикрыла дверь.
   Вскоре она вышла и подсела к нему. У нее была красная сумка. Она посмотрела на бармена, держа руку у щеки, и заказала себе. Минуты две она спокойно сидела и пила. Иногда она косилась на входную дверь, и Вик даже подумал, что она чего-то ждет. Потом она выпила свое, порылась в сумочке и вывалила содержимое. На коленях у нее оказалось несколько купюр и монет, она пересчитала, и видно ей не хватило, чтобы продолжить веселье. Она сидела, и смотрела на деньги, а, когда убрала руку от щеки, Вик увидел свежий синяк. И, наверное, он дернулся от неожиданности, потому что она посмотрела на него. А то, что она спросила потом, было ожидаемо.
   - Добавите мне, а?
   Вик спросил:
   - А сколько?
   - Ну, это зависит от того, сколько нужно, чтобы напиться.
   Вик усмехнулся. Он сунул руку в карман, вытащил пару банкнот и протянул. Девушка взяла, сказала:
   - Ну, надолго этого не хватит...
   - Потом еще дам, - сказал Вик.
   - Ладно.
   Она заказала пару бутылок пива. Одну она открыла и попробовала. Вторую взяла в левую руку и встала со стула.
   - Я пойду, посижу за столиком.
   Вик остался пить в одиночку. Через пять минут он оглянулся, девушка сидела. Она увидела, что он смотрит, но даже не моргнула, просто хлебнула пива. Потом кто-то вошел в бар, и она внимательно посмотрела на дверь и продолжила пить. Когда выпивка закончилась, она медленно подошла к Вику и махнула руками.
   - Ну что? Как...
   Вик вытащил еще денег, протянул.
   Тут дверь распахнулась снова, и в бар вошел мужчина. Он посмотрел на девушку, прошло секунды две, и он посмотрел на Вика и снова на девушку.
   - Вот ты где. Куда ты смылась?
   Он двинулся к ней.
   Она отшагнула, словно хотела убежать. Он сказал:
   - Пошли домой, а? нечего тебе делать здесь.
   - Уходи.
   - Хочешь куплю тебе выпивку? - спросил парень.
   Девушка попятилась назад, к туалету, а парень стоял на месте, потом шагнул, глянул на ее синяк и, раскрыв рот, сказал:
   - О-о, я не хотел тебя разукрашивать.
   - Ты сделал это.
   - Но я не хотел. Ты же понимаешь.
   - Уходи.
   Мужчина кивнул.
   - Может, пойдешь со мной?
   Девушка закричала.
   - Уходи мать твою, уходи, уходи-и-и.
   - Не надо орать. Я просто предложил, я, конечно, гад, что ударил тебя. Но мы ведь можем уладить это, спокойно обсудить...
   - У-хо-ди.
   Мужчина шагнул назад, к двери. Девушка стояла напряженная. Она сказала:
   - Я заберу свои вещи... завтра.
   - Но куда ты пойдешь? Мы живем в одной квартире, куда ты пойдешь, подумай,- он стукнул пальцем по голове.
   Девушка потерла синяк.
   - Не твое дело.
   - Пошли домой, я с тобой разбираться не буду. Выспишься, завтра поговорим.
   Девушка взяла сумочку и кинула в него.
   Сумка пролетела мимо. Мужчина поднял ее, оттряхнул и подошел к девушке. Она вжалась в стену у туалета. Мужчина положил сумку на стол для бильярда, посмотрел на девушку. Она вжалась в стену еще сильнее. А когда он улыбнулся, она попыталась скрыться в туалете, одна ее нога была уже за порогом, но он ударил ее в затылок, и она упала посреди порога, головой на белую плитку туалета.
   Мужчина стоял перед ее телом.
   - Ну, вот и доигралась.
   Девушка повернулась лицом к нему. Она отползла внутрь туалета, а он подошел ровно на столько же к ней. Она лежала на лопатках и смотрела на него.
   Мужчина навис над ней.
   За спиной у него раздался голос:
   - Эй?
   Мужчина обернулся. Там стоял Вик, он сказал:
   - Отстань от девушки.
   - С чего это, Это моя девушка.
   - Да щас я твоя, мечтай больше.
   Мужчина посмотрел на нее.
   - Теперь ты с ним? Поэтому он тебя угощал?
   Девушка сказала издевательски:
   - Да, меня любой может угостить, только не ты.
   - Это твой новый мужик? - он указал пальцем на Вика.- А ты... кто ты вообще такой? - Сказал он. Вик промолчал, и мужчина продолжил: - У тебя девчонки нет, вот ты и склеил мою, да? Холост, ни жены, ни девчонки, да?
   Лицо у Вика переменилось.
   - Что?
   - Говорю, нет у тебя ни жены, ни девчонки.
   Вик ударил его.
   Мужчина полетел на пол.
   Вечер закончился дракой.
   На следующий день, утром Вик не пошел на работу, отпросился, как и в прошлом году. Впервые за последний месяц светило солнце, но это его не радовало. Он пошел, купил букет цветов. Женщина, которая продала его, посмотрела с восторгом, как и надо, когда продаешь цветы, но увидела, что Вик не рад и просто отсчитала сдачу. После этого Вик сел в автобус и доехал до конца города. А когда сошел с него и оказался у арки, к животу подкатила тревога, а, когда дошел до могилы жены, было совсем в тягость, и он опустился на колени, запачкав брюки снегом и грязью. Надгробие гласило: "Риз Крапт". Она была беременна, когда ее убили. Вот как.
   Вик сидел, пока у него все не отмерзло
  
   5
  
   В три часа дня один из заключенных тюрьмы "Кавендиш" пообедал и вышел из столовой. Он оказался в коридоре, недалеко находилась дверь. Он подошел к ней, достал ключ, которого не было ни у одного другого заключенного. Он вошел в помещение, включил свет. Подошел к окну и посмотрел во двор на башни с охранниками и на главные ворота.
   Он подошел к тележке. Сегодня он пойдет в блок смертников, и это ему не нравилось. Нет ничего приятного в том, чтобы смотреть на убийц, но раз Вик попросил и раз это его работа, работа библиотекаря, тогда придется.
   Он вышел обратно. Тележка, скрипя колесами, проехала через коридор - единственный переход между блоками (если не хочешь идти по заснеженному двору), и въехала в блок смертников. Здесь стояла тишина, этот блок отличался от остальных, он был тихим. Библиотекарь повел тележку вдоль камер. Скрип колес заставил заключенных взглянуть, кто едет.
   - Книгу брать кто-нибудь будет? - спросил он.
   - Да,- Варгуст встал с койки.
   Тележка подъехала к нему.
   - Выбирай.
   Варгуст взглянул на названия.
   - А что обычно берут?
   - Берут разное. Но если хочешь, можешь взять "О мышах и людях" Стейнбека, я читал.
   - Хорошо.
   Библиотекарь протянул книгу.
   - Читай и блаженствуй.
   - Ага.
   Библиотекарь взял листок и записал:
   "815 - О мышах и людях"
   Варгуст сказал:
   - Это Вик попросил тебя заехать сюда?
   - С чего ты взял?
   - Я попросил у него книгу.
   - Тогда ты знаешь, что это он. Думаю, ты должен его поблагодарить.
   Варгуст посмотрел на обложку и поднял глаза, и облизнул губу.
   - Наверное.
   Тележка заскрипела.
   - Я приду за книгой через две недели.
   Библиотекарь пошел обратно. Рэй вошел в блок и поздоровался с ним. Библиотекарь работал в тюрьме давно, его знали, как одного из примерных заключенных. Рэй пожал ему руку, спросил, как там его жена, навещает ли еще. Библиотекарь рассмеялся и кивнул и спросил: а твоя, еще терпит, что ты с зеками здороваешься?
   Рэй тоже засмеялся. Он спросил:
   - Кто-нибудь взял книгу?
   - Да.
   - Джон?
   - Нет,- он показал бумагу.- Под номером 815.
   - Ладно, давай, иди.
   Они разошлись, и Рэй сел за стол.
   Варгуст положил книгу рядом с подушкой, присел у решетки, глянул на синюю форму Рэя. Рэй пил кофе. В руке он держал газету, которую читал уже и Вик и двое других охранников (их имен Варгуст не знал), газета была с измятыми краями и с пятном от кофе в углу. Рэй взял карандаш и начал разгадывать кроссворд. Варгуст с минуту смотрел, как он чирикает. Потом он лег. Кто-то из заключенных кашлянул несколько раз. Варгуст повернулся лицом к стене и лежал, думая об Эллейн. Они познакомились пять лет назад, в ресторане. Там работал его друг, Она тоже там работала. При знакомстве Эллейн в шутку спросила, не обидит ли он ее, он ответил, что нет. Она его любила.
   Рэй отложил газету с видимым раздражением, потому что не получилось разгадать слово. Он допил кофе, поставил кружку. И встал. Поправил форму, повернулся и увидел, что Варгуст смотрит на него.
   - Чего?
   - А где Вик? Его сегодня не было?
   - Не твое дело.
   - Я просто спросил.
   - Будь добр, в следующий раз просто так не спрашивай.
   Рэй знал, за что посадили Варгуста, и, разумеется, не стал бы говорить, что Вик пошел на могилу жены.
  
   6
  
   Негр по имени Фил сидел по диагонали от камеры Варгуста. В тюрьме нечего делать, и Фил лежал и представлял, что ему каким-то образом удалось выбраться из тюрьмы. Иногда он представлял себя птицей, словно он вылетает из тюрьмы, выпархивает, черными очами оглядываясь на тюремный двор. Но, конечно же, открывая глаза, Фил оказывался в камере. А надсмотрщики крутились то тут, то там, и ничто не могло скрыться от них. На самом деле Фил привык сидеть. Люди всегда привыкают к обстоятельствам. Он привык видеть каждый день одни и те же лица надсмотрщиков: Вика, Рэя, Джима и Тода. Привык болтать с ними время от времени. Можно было даже подумать, что он и надсмотрщики наравне друг с другом, словно он работает в тюрьме так же, как они. Но сколько ни воображай, а в итоге Фил умрет, а они останутся и будут дальше присматривать за смертниками.
   В одной из камер сидел Джедапо Муни, который раздражал его. Но уже день Джедапо не было, он сидел в карцере. Остальные смертники были тихие. Кроме, самого Фила. Уж он сходил здесь с ума со скуки. Занятий и развлечений в тюрьме не было. Ради развлечения он иногда болтал с Джоном, наверное, с самым эрудированным заключенным тюрьмы Кавендиш. Да, бывают такие заключенные, умные, но темные в душе, думал Фил, Джон был именно такой, хотя Фил его не спрашивал о его жизни. Любой из смертников мог бы многое рассказать о своей жизни. Любой был, как дверь в мир насилия и трагедии. Да, Джон был образован, но явно не был тихим ягненком.
   Камеры Фила и Джона находились в одном ряду, далеко друг от друга, и Филу приходилось громко говорить, а Джон не любил говорить на всеобщее обозрение. С Джоном можно было о стольком говорить... Фил просто спрашивал его о чем-нибудь, чего не знал, а Джон отвечал. Фил узнавал много нового, узнавал то, что никогда ему не поведали бы его старые приятели.
   Если говорить о надсмотрщиках блока, то они были нормальными парнями, если сравнивать их со многими телевизионными персонажами-надсмотрщиками. Они не брали взяток, хотя бы потому что никто и не предлагал. Хотя однажды они взяли деньги. Как-то в блок посадили жирного 26 летнего Рэнди Томаса, который убил своего сверстника в лесу, задушил за то, что тот обзывал его. Вообще-то все парни обзывали Рэнди, так знаете бывает с толстыми людьми. Но в тот день это закончилось смертью. Рэнди просто захлестнула волна ненависти. Парень работал с Рэнди на ткацкой фабрике, и в тот день они шли через лес и парень обзывал Рэнди и так и сяк, и гордо подняв голову, наслаждаясь обидой Рэнди. В общем когда Рэнди посадили, пришел его отец, уважаемый человек в городе, и договорился, чтобы Рэнди исправно кормили, как в ресторане, а тюремщики получили за это немного карманных денег и были рады. Глядя на Рэнди, они понимали почему отец так жалел его, потому что Рэнди был просто толстым неудачником и все случилось из-за жестокости людей, ведь такой парень вряд ли мог просто вздумать и убить человека. Все время, пока он ждал казни, тюремщики не видели в нем убийцу, его лицо вообще не выражало ничего кроме недоумения. Случай с ним, был единственным случаем, когда тюремщики взяли деньги от посторонних лиц.
   Вообще, пока Фил сидел, он не замечал, чтобы кто-то из тюремщиков брал взятки, или жестоко обращался с заключенными или на крайняк забывал выдать обед заключенным. Они все были нормальными парнями. До определенного предела, конечно. Так у Фила пальцы были в кровоподтеках из-за удара дубинкой и забинтованы в лазарете, и он даже хотел пожаловаться начальнику, но лишь затем, чтоб выпросить у него какие-нибудь подачки. Однако после того, как его, болтуна, спрятали в карцер, он понял, что не достучится до начальника и притих. А получил он травму вот из-за чего. В тот день была буря, знаете, такая буря, в которую становиться немножко одиноко, если рядом никого нет, а дождь и гром и молнии бьют в окно и слабый свет ламп мерцает в блоке. На душе немного тоскливо, особенно, если ты надсмотрщик, и дежуришь один. В тот вечер все заключенные тихо лежали. Вик сидел и слушал радио. От погоды он немного начал романтизировать, мечтать и не секрет о чем.. Он покрутил радио и его рука застыла и тут же он сделал погромче, ох господи, как же неподходяща эта мелодия для блока смертников, это была песня Elli Franci -- Lulu, та самая, которая играла несколько лет назад на квартирной вечеринке одного его друга. Но что самое главное, это была мелодия души, да. Это была мелодия Вика и его жены Риз. В тот год они встретились, и они танцевали весь вечер под эту песню на вечеринке. Вик тогда получил несколько очень нескромных поцелуев, а когда проснулся утром в похмелье, в той же квартире, одной рукой в миске с вермишелью, Риз уже не было, но были кроваво-красные следы от ее помады по всему лицу. Теперь, сидя за радио, он вспомнил и поцелуи и их танец и ей богу в душе он затанцевал. Он начал рисовать на листке фрагменты того вечера.
   Рисунок получился живой. Позже, когда Вик прохаживался по коридору блока, то и не заметил, как уронил этот листок. Фил поднял его. Понятно, что развлекаться нечем, а тут на тебе, продукт творчества. Фил посмотрел на картинку. На ней Вик лежал на полу, в окружении множества пустых банок пива, разных вещей и пьянчуг. А у двери стояла дама, даже скорее силуэт в платье.
   Скоро Вик обнаружил пропажу. Фил сразу сознался, что взял листок, а перед тем, как отдать, помучил Вика расспросами о женщине и рисунке в целом.
   -Это как я понимаю вечеринка. А что за бабеха-то, Вик? Да признавайся...
   -Отдай сюда.
   -У тебя эротические фантазии что ли пробудились? Да ладно, скажи как мужик мужику...
   Фил протянул листок через решетку. А Вик тем временем схватился за дубинку и, как он сам подумал, несильно ударил по пальцам Фила. Фил упал. Его черное лицо скрылось в темноте камеры, и он застонал.
   -Черт, за что?
   Вик потер затылок. Фил подошел ближе к свету, пара пальцев была в крови.
   Отведя его в лазарет, Вик и Рэй поговорили. Вик все время мотал головой.
   -Не понимаю, я хотел легко ударить...
   -Медсестра говорит, что наверное, перелом пальцев...
   -Он просто подвернулся мне и...
   -Ладно, Вик, не мучай себя. Бывает. Не расcчитал силу.
   Из дальней камеры выглянул заключенный, Джедапо Муни, он сказал:
   - Вик, да ты ненормальный, я ж все видел, ты ему чуть башку не снес. Я не люблю этого нигера, но ты переборщил.
   Да, бывает так. После этого в мозгу Фила четко зафиксировался этот рисунок, а особенно силуэт женщины, в котором проглядывалась улыбка, но лично Фил считал, что это насмешка.
  
   7
  
   В четверг после обеда Вик вошел в блок и сказал Рэю:
   - Пора вести Джедапо обратно.
   - Я думал еще один день.
   - Нет.
   - Может, он и в карцере нассал, и охранники решили, отправить, его обратно?
   Вик улыбнулся.
   - Может быть. Мы это носом почувствуем, когда подойдем к карцеру.
   Рэй поднялся. Вик нащупал на поясе ключи и наручники, просто, чтобы проверить на месте ли все, не пропало ли.
   Они пошли к карцеру. По пути они прихватили еще пару охранников, Джима и Тода , с которыми они всегда дежурили днем. Все четверо дошли до карцера. Рэй попросил Джедапо вытянуть руки через отверстие в двери. Два раза тот не подчинился, а на третий вытянул, и Рэй затянул наручники потуже, чтоб знал, как не подчиняться. Остальные трое стояли в стороне, разговаривали и следили за тем, что происходит. Рэй отпер дверь, и они подошли и столпились вокруг Джедапо, а Рэй встал во главе, Они пошагали обратно в блок. Рэй посмотрел на Джедапо Муни и сказал:
   - Плохо выглядишь.
   Джедапо кивнул.
   -Иди в жопу говнюк.
   Рэй повернул голову и сказал:
   - Видели вчера игру "Ред Сокс" по телеку, парни?
   Вик, а потом и остальные надсмотрщики закивали.
   - Да.
   - Да, конечно.
   - И не говори.
   Рэй глянул на Джедапо.
   - А ты смотрел вчерашнюю игру?
   Джедапо улыбнулся.
   - Да, я смотрел.
   Все замолчали, а один надсмотрщик засмеялся и сказал:
   - Вот врун.
   Они вошли в блок смертников, прошли по коридору. Посадили Джедапо в камеру.
   Все четверо подошли к столу.
   Вик сказал Рэю:
   - В блоке Б нужна пара тюремщиков.
   Рэй ответил:
   - Пошли.
   Когда Вик и Рэй вернулись из блока Б, Джим спросил:
   - Ну чего там?
   - Кровища,- ответил Рэй.- Мы такого не ожидали. Охранника сильно ранили, повезло, что не убили.
   Джим сказал:
   - Да. У нас в блоке гораздо спокойнее.
   Из глубины коридора донесся шепот Фила.
   - А вы меня выпустите, увидите, как у вас тут будет спокойно. И еще Джедапо выпустите, он точно вам задницы надерет
   Джедапо сказал:
   - Заткнись, нигер.
   - Сам заткнись, белый.
   Вик подал голос:
   - Не выводи меня Фил.
   - Я не вывожу.
   Джедапо прошептал:
   - Заткнись, нигер, заткнись.
   - Белый, ты вообще с кем говоришь? -сказал Фил.- Ты с ними так поговори, посмотрим какой ты крутой. Что, очко треснет сказать им так?
   - Тебе надо, ты и говори.
   Фил приложил лицо к решетке, глянул в сторону стола.
   - Эй, кто-нибудь. Подойдите сюда.
   Рэй оглядел своих и встал и взял дубинку.
   Вик сказал:
   - Сиди. Я сам.
   Вик взял дубинку и пошел по коридору. Фил глядел на него сквозь решетку, а потом скрылся в камере. Вик подошел и посмотрел сначала направо, на камеру Джедапо (тот стоял у решетки), а потом на камеру Фила. Фил сидел на койке.
   Фил показал рукой на Джедапо.
   - Вик, я не могу находиться рядом с ним. Он меня раздражает. Когда вас нет, он говорит всякую херню.- Фил развел руками в стороны. - Переведи меня в другую камеру, подальше. У вас же есть свободные камеры.
   - Чего ты хочешь?..
   - Я же сказал, в другую камеру.
   - Я понял. Ты только что говорил: "выпустите меня, я вам покажу". А что ты теперь делаешь? Просишь. Чего же ты хочешь, после того, что ты сказал?
   Фил улыбнулся и выдохнул.
   - Да я же шучу, Вик, ты чего? Стал бы я говорить такое всерьез?
   - Думаю, стал бы. Сиди тут.
   Он развернулся.
   - Вик, стой.
   - Что еще?
   - Да тебе же ничего не стоит дать мне другую камеру. А если не дашь, я буду просить дальше.
   - Будешь просить дальше, попадешь в карцер.
   - Ты посадишь меня в карцер? - Фил округлил глаза. Встал. Просунул руки сквозь решетку.
   - Что изменится, если я переведу тебя?
   - Многое. Я смогу не видеть его рожу, - он показал на Джедапо.
   Вик обернулся. Джедапо пожал плечами, мол: о чем это Фил говорит? Вик повернулся обратно.
   - Ну не знаю.
   Джедапо сказал:
   - Молодец, Фил, крутишь тюремщиками, как хочешь.
   Вик обернулся и ударил дубинкой по решетке. Джедапо Муни отступил.
   Вик повернулся к Филу и сказал:
   - Я подумаю об этом.
   - Что это значит? - Спросил Фил, но Вик уже пошел к своим. - Стой, Вик. Что значит подумаю? Ты тоже расист, Вик?
   Вик остановился и пошел обратно.
   - Что ты сказал?
   - Ничего. Переведи меня в другую камеру.
   - Это приказ? Звучит, как приказ.
   - Я ни о чем больше не прошу.
   Вик посмотрел на своих.
   Рэй сказал:
   - Решай сам. Если ты за, мы тоже за.
   Вик склонил голову и посмотрел Филу в глаза.
   - Ладно. Повернись, протяни руки через отверстие.
   Фил подчинился. Вик затянул наручники. Остальные три тюремщика подошли к нему, и Вик открыл решетку и взял Фила за наручники. Вик отдал ключи Рэю и сказал ему, чтобы открыл предпоследнюю камеру, возле Джона. Они направились к ней и остановились, ожидая пока Рэй отопрет замок. Он отпер. Вик запер решетку, а потом два раза дернул, проверяя.
   - Все, парни. Свободны.
   Фил оглядел всех.
   - Черт. - Сказал он и понурил голову. - Я заточку забыл в той камере. Принесите, пожалуйста.
   - Шути, шути,- сказал Вик.
   Тод сказал:
   - Может, обратно его переведем?
   - Давай, - пожал плечами Вик. И изобразил, что отпирает замок.
   Фил помотал головой.
   - Совсем шуток не понимаете.
   Тюремщики пошли к столу. Только Вик остался. Он подошел к бывшей камере Фила и запер ее, и только он двинулся к своим, как Джедапо сказал:
   - Зачем ты его перевел, Вик? Теперь он будет считать тебя слабаком.
   - Заткнись, Джедапо. Уж кого не спросил, так тебя.
   Вик посмотрел на него, но Джедапо молчал, И Вик развернулся. Джедапо поднял руки вверх, словно сдается.
   - Ладно. Передавай жене привет.
   - Что?
   -Вик обернулся.
   - Что ты сказал?
   - Нет. - Джедапо помотал головой. - Это я так, ради словца... У тебя ведь есть жена? Думаю, есть, вот я и сказал.
   Он отвел взгляд.
   (Вик стоял на месте, посреди коридора, как вбитый в землю)
   Джедапо снова посмотрел на него.
   - Что? Я что-то не так сказал?
   Вик помотал головой. Повернулся и скрылся из виду.
  
   8
  
   Джон сидел уже год. Он о многом жалел, но обиднее всего было, что жена не дает о себе знать. Его жена строгая , она нигде не работала и целыми днями сидела дома. Подруг у нее было немного, наверное, из-за этой ее строгости. По вечерам Джон приходил домой. И на столе было все, что жена приготовила за день. Она снимала фартук, смотрела на Джона, и говорила, чтоб ел. Сама она садилась рядом и смотрела телевизор. Иногда Джону казалось, что она и готовит-то машинально, просто весь день смотрит телевизор и готовит. Иногда Джон смешил ее или она смотрела смешную передачу, и ее улыбка расползалась по лицу. Тогда она становилась другой. Джону нравилось смотреть, как она меняется.
   Однажды он пришел домой и застал ее перед зеркалом. Она примеряла платье. Этого платья он раньше не видел, оно было розовое, и оно шло ей. Она смотрела то на платье, то на лицо и двигала бровями, словно хотела соблазнить саму себя. Она положила руки на бока, отошла от зеркала. Джон стоял в дверях, но она была слишком увлечена, чтобы заметить его. Она еще поиграла бровями и пошла в комнату, вышла с накрашенными губами и увидела Джона и замерла.
   - Ой, привет,- сказала она.
   - Привет, Элоиза. Красивое платье.
   - Да,- она кивнула.
   Джон ждал, когда она расскажет про него, но она молчала. Она подняла брови . Улыбка постепенно слезла с ее лица.
   Джон улыбнулся ей.
   - Расскажешь?
   - Конечно. Оно мне идет. Да? - Элоиза улыбнулась.- Сегодня купила.
   - Обычно не покупаешь платья.
   - Я подумала, может, если мы с тобой куда-нибудь пойдем, то я смогу красиво одеться.
   Джон кивнул и сказал, что это она правильно подумала.
   - И куда ты хочешь пойти? - спросил он.
   - Это же ты мужчина. Ты и предлагай.
   - Просто, может, тебе хотелось куда-то пойти, раз ты купила платье?
   - Я должна предлагать?
   - Давай ты.
   - А ты совсем уже ничего не можешь?
   - Элоиза...
   - Да хватит, Джон.
   Она повернулась и пошла в ванную. Сполоснула губы, вытерла рукой, так чтобы полностью стереть помаду. Выйдя, она быстро посмотрела на Джона и ушла в комнату. Захлопнула дверь.
   Джон пошел за ней. Она раздевалась.
   - В чем дело?
   - Ты пригласить меня даже не можешь, Почему я должна предлагать куда идти? Ты сам, когда предлагал в последний раз в ресторан или еще куда...
   - Я ж...
   - Самое поразительное: это мне в голову пришла мысль куда-нибудь сходить, а не тебе. Это о чем-нибудь да говорит, да Джон? - она развела руками.- О том, что ты плохой муж.
   Джон так и застыл.
   Элоиза сняла платье, положила на стул.
   Они переглянулись.
   - Давай поговорим об этом,- сказал Джон, он сел перед ней.
   - Я не хочу сегодня говорить. Оставь меня в покое. На сегодня хватит.
   - Ты, правда, считаешь меня плохим..?
   - Я говорю оставь меня. Иди, - она взмахнула рукой.- Выпей с дружками, забулдыгами.
   Джон поднял указательный палец, открыл рот и хотел возразить, но он не считал себя плохим мужем. Он встал.
   Элоиза сказала, чтобы шел.
   Джон переоделся.
   Зазвонил телефон. Элоиза сняла трубку.
   - Привет. Сейчас не время говорить.- Она посмотрела на Джона. И повесила трубку.
   - Кто звонил?
   - Марджи,- ответила Элоиза без колебаний.
   Джон нахмурился.
   - Ты говорила, что вы поссорились.
   - Да какое тебе дело?
   Джон опустил голову скорбно, как на похоронах.
   Он взял одежду, скомкал. Подошел к шкафу и бросил туда.
   Он постоял пару минут, оглянулся. Элоиза сидела на кровати, красилась, в этот момент он ее ненавидел. Он порылся в глубине шкафа, разбросал горку носков, под ними была коробочка, одна из тех, в которые кладут обручальные кольца. Джон сжал ее в руке, снова посмотрел на Элоизу.
   Он подошел и сел рядом.
   - Джон, я сказала...
   - Это тебе.
   - Джон...
   - Я, конечно, хотел сделать сюрприз, но теперь получилось по-обычному. Открой.
   Элоиза посмотрела на него. И он понял, что она не откроет, словно она крикнула об этом ему в лицо. Она не Кричала. Кричали ее глаза. Она даже не взяла коробочку.
   - От-крой.
   Элоиза встала и ушла в ванную.
   Джон пошел за ней и сел возле ванной, потому что она заперла дверь. Полчаса он просидел у двери, но она не открыла. Он достал из холодильника бутылку пива. Налил себе, глотнул, сидя за столом.
   Недавно они с Элоизой были в ювелирном, и она бросила взгляд на сережки, и глаза у нее напряглись. Джон это заметил, он купил эти сережки и ждал подходящего момента, предвкушал ее реакцию. И это был подходящий момент. Элоиза расстроилась, и он должен был изменить ситуацию, но сюрприз не сработал.
   Джон схватил стакан, чокнулся с бутылкой, отпил. Он открыл коробочку, погладил сережки. Посмотрел на ванную, там была тишина. Он выпил пиво, а потом начал ходить по квартире, думая, что сделал не так. Элоиза крикнула, чтобы он оставил ее в покое, чтобы пошел, погулял.
   Наконец, Джон натянул ботинки. Он повертел коробочку в руке. Он прошел в спальню и положил рядом со шкатулкой. Взгляд его застыл на одном месте. Точно такие же сережки лежали рядом с его рукой. Он взял одну и открыл коробочку, чтобы сравнить. Они были, как близнецы.
   Джон присел, чтобы осознать это. Сережки были дорогие, а у Элоизы не было таких денег. И еще это платье, о котором он ничего не знал... В голове у него загудели мысли, напряженно заработали, и он вскочил, и подбежал к двери, стукнул ногой.
   - Кто он, Элоиза? Кто?
   Она молчала.
  
   Через неделю он застал ее с любовником в постели. Он схватил револьвер, который он держал на случай, если в квартиру вломится вор, и вышиб любовнику мозги.
   А дальше его жизнь свернула в плохую сторону. Одного из полицейских, которые пытались его задержать, он застрелил, потому что ему не хотелось в тюрьму. Так или иначе, день обернулся худшим днем в его жизни.
   Теперь он сидел в блоке смертников. Его общение сводилось к паре слов с тюремщиками, а заключенный, которого посадили напротив него, вообще был необщительный. У Джона была одна надежда. Что жена напишет ему. Но она не писала, сколько он ни ждал. По утрам он вставал с надеждой, что пришло письмо, а вечерами ложился с грустью.
  
   9
  
   Наступил очередной день. Тюремная похлебка, обходы, книга, которую Джон начал читать на той неделе. Потом Фил заговорил с ним. Он сказал:
   - Эй, ты же умный, Джон?
   Они не видели друг друга.
   Джон встал у решетки.
   - Допустим.
   - За что ты здесь? Убил библиотекаря?
   Джон сказал:
   - А ты за что сидишь, Фил?
   - Но ты сам-то не ответил.
   - Я отвечу. Просто хочу знать, с кем же говорю.
   - Смотри сюда,- он вытянул руку через решетку. На ней была татуировка: "19"
   - Ты в банде?
   - Да. Я многих убил, человек девять. А потом мне надо было убить одного наркодельца из враждующей банды, он мешал нам. Тут меня и поймали. И узнали по пальчикам, что я убил еще пять человек.
   - Понятно.
   - Ну что, твоя очередь.
   - Я убил двух полицейских, когда они меня задержали с героином,- солгал Джон.
   Повисла тишина. Кто-то из заключенных кашлянул. Потом Фил сказал:
   - Дай посмотреть книгу.
   - Ты отдашь ее?
   - Да. Просто хочу глянуть, что ты читаешь.
   Джон протянул книгу, и черная рука Фила взяла ее.
   Фил прочитал название. Оно было незнакомо. Он спросил:
   - А Стивена Кинга любишь?
   - Да, я читал.
   - Ты читал эту книгу, как ее... побег...
   - ... из Шоушенка.
   - Точно. Я тут подумал, ты же умный. Ты не знаешь, как сбежать отсюда?
   - Я не умный.
   - Наверное, дудки то, что Стивен Кинг в книжках пишет. Мы тут умрем. Но никогда не сбежим отсюда. Да, Джон?
   - Да.
   Джон сел на койку, держась одной рукой за решетку. Вик подошел к ним.
   - О чем вы тут говорите? Сбежать отсюда...
   - Сбежать? - спросил Фил.- Мы такого не говорили.
   - И даже не стоит,- ответил Вик.
   Вик пошел дальше.
   Фил передал книгу обратно.
   - Нравится тебе читать?
   - Здесь это не очень почетно,- сказал Джон.- Но раньше я был учителем, много книг прочел.
   - Блин. Учителем?
   Джон молчал. Фил продолжил:
   - А героин куда вез?
   - Никуда.
   - Что значит никуда?.. - сказал Фил и насторожился. - Говорить со мной не хочешь?
   - Точно.
   Вик обошел, все камеры и вернулся назад.
   Джон сказал ему:
   - Вик, я хочу послать письмо.
   - Сколько можно? Она все равно не отвечает.
   - Это не значит, что она не читает.
   - Вечером поговорим об этом, а пока отдыхай,- он пошел и сел за стол.
   Фил спросил:
   - Ты жене шлешь письма?
   Джон подошел к решетке и высунул книгу и сказал:
   - Возьми.
   Черная рука высунулась наружу, и Джон схватил ее и дернул посильнее. Фил ударился о решетку и рассек бровь. Книга упала. Вик подошел.
   - Все. Никаких писем. И книгу я заберу,- он поднял ее и осмотрел рану Фила и ушел.
   А потом была тишина.
   Фил сидел, потирая бровь.
   Он спросил:
   - Ты, ублюдок, зачем ты это сделал?
   - Больше не упоминай о моей жене.
  
   10
  
   Тюрьма "Кавендиш" находится в городе Трюфо. Как-то раз на трюфской электростанции произошел взрыв, и город остался без электричества. Вик в тот момент сидел со стаканчиком кофе вне блока, обедал с другими тюремщиками, и как только принялся есть, электричества не стало. Он хлебнул кофе и подождал пять минут. Что он мог сделать? бывает. Потом он посидел еще пять минут и скоро перерыв подошел к концу, надо было затолкнуть живот на место и идти. Он вышел из столовой и пришел в блок. Дневной свет еле пробивался через окно. Рэй сидел за столом, играло радио. Они переглянулись.
   - Что происходит?- спросил Вик.
   Рэй пожал плечами.
   - Спроси у кого-нибудь. Я не в курсе. Да, кстати...
   Он выключил радио и сказал, что его дочь выиграла в школьном конкурсе.
   - Она послала работу пару месяцев назад. Одаренная у нас девочка.
   Вик кивнул и хлопнул Рэя по плечу, но он не совсем понимал, почему Рэй рассказывает ему это. Рэй неоднократно поднимал руки и размахивал ими, говоря о деталях, а потом перешел к главному. Они с женой собирались посидеть в кафе и отметить это событие, и они хотели, чтобы Вик тоже посидел с ними, они думали, кого бы пригласить и все кандидатуры отпали. Кто-то работал, у кого-то не было времени, а Вик был свободен.
   Вик улыбнулся, он хотел пойти, к тому же он знал жену Рэя и понимал, что они втроем приятно проведут время, к тому же Рэй не дал ему и слова сказать.
   - По рукам?- сказал Рэй.- Значит, после работы идем в кафе. Я жене позвонил, она будет там.
   Электричества по-прежнему не было. Вик посидел немного, было темно, но внутри у него все светилось радугой. Приятно, когда о тебе помнят.
   Он встал. У каждого тюремщика были фонарики, чтобы осматривать камеры ночью. Вик взял свой и пошел по коридору. Он посветил на камеру Варгуста. Луч упал на его лицо, Варгуст сидел на койке. Когда Вик добрался до конца коридора, он сперва услышал, как Джедапо напевает мелодию, а потом уже увидел его самого. И когда Вик посветил на него, Джедапо посмотрел на Вика так, словно ждал его уже десять лет. Вик осмотрел по-быстрому его камеру и развернулся.
   Джедапо сказал:
   - Не понимаю, почему Рэй приглашает тебя в кафе одного. А жену ты дома оставишь, Вик?
   Вик обернулся.
   - Да заткнись ты.
   - Просто странно это. Я говорю то, что вижу.
   Вик пошел и сел за стол, он глянул на Рэя и на стол, и взгляд его опустился на колени. Джедапо точно заметил, жену Вик не собирается брать, значит, нет жены. Вик сжал руки в кулаки, его это раздражало.
   Радуга внутри Вика расплылась в кривой ухмылке и потемнела.
   Но скоро он забыл об этом. И Рэй напомнил ему об ужине, словно сам уже забыл и вновь вспомнил об этом или словно побоялся, что Вик забыл. И когда пришли Джим и Тод, все дьяволы в голове Вика остыли. Тод сказал, что перебои с электричеством - это проблемы на электростанции. Через пять минут после этого включилось резервное питание. И Вик увидел, что в конце коридора не работают две лампочки. Он заметил об этом в слух, и Тод сказал, что надо их поменять. Вик пошел искать электрика.
   Электрик появился вечером, когда Вик и Рэй ушли в кафе. Электрик принес чемоданчик с отвертками, пару лампочек и стремянку. На нем была серая форма. Джим указал в конец коридора и сказал, что они с Тодом пойдут на кухню за ужином для заключенных и чтобы если что искал их там. Так они и сделали.
   Электрик стоял в конце коридора со стремянкой. Чемоданчик лежал у ног, замок на нем был сломан, а отвертки внутри лежали не по отделениям, а были раскиданы. Там были разные отвертки, большие и маленькие, крестовые и плоские.
   Электрик потрогал усы, оглядел коридор. Из радио тихо играла мелодия. Это было самое неприятное место в тюрьме. Блок смертников. Электрик посмотрел на Джедапо, тот спал. Он окинул камеры взглядом и увидел, что на него смотрит заключенный из дальней камеры. Запретить смотреть он не мог, но зато он сказал ему, чтобы засунул свои черные глаза в карман, если останется в таком положении, в ответ из решетки высунулась рука и он увидел средний палец.
   -Может подойдешь поближе,- сказал Фил.
   - Мечтай.
   Электрик забрался на стремянку и пока Фил отвечал
   ему, он менял лампочку. А потом он спустился, собрался и
   быстро ушел.
   Он встретился с Джимом и Тодом в столовой. Сел рядом с ними.
   Джим спросил:
   -Все впорядке?
   -Да,- ответил электрик.
   -Заключенные не мешали?
   -Нет. Один только. Черный.
   -Фил,- сказал Джим и переглянулся с Тодом,
   который пил молоко из упаковки. - Хорошо. Разберемся.
   Когда Тод допил молоко, они поднялись, попрощались с электриком.
   Они вернулись в блок с едой для заключенных, раздали и как только скрылись из виду, Джедапо положил тарелку на пол. Просунул руку в карман. И вытащил маленькую, но острую отвертку.
  
   11
  
   На следующее утро, довольно ранно, когда тюремщиков в блоке не было, Фил позвал Джедапо и тот высунулся из своей камеры. Джедапо знал, что Фил скажет и знал, что надо ответить. Фил сказал:
   - Я все видел.
   - Что ты видел? - спросил Джедапо.
   -Сам знаешь. Ты хочешь бежать?- он нагнул голову.- Я могу рассказать об этом тюремщикам или мы с тобой придумаем план.
   -План?
   -Конечно. План как выбраться отсюда. Ты вытащишь меня отсюда.
   - Ты много мечтаешь.
   -Хочешь, чтобы я рассказал тюремщикам? Сейчас Вик придет, ох я ему расскажу, может, он мне за это пирог достанет или еще что-нибудь.
   -Ты кричи громче.
   -А ты думай быстрее, пока нет тюремщиков и пока заключенные спят. А то сейчас Варгуст проснется, потом Джон, потом Трой. И тогда я тебя сдам.
   -С чего ты взял, что они спят?
   -Эй, Джон?- молчание.- Видишь? Варгуст и Трой у меня перед глазами.
   -Знаешь, я не хочу чтобы ты мне мешал. Если у меня получится ранить тюремщика, выбраться из камеры, в чем я сомневаюсь, я и тебя вытащу.
   -Ой, да иди ты.
   -Хорошо.- Джедапо порылся в кармане и вытащил две отвертки и просунул в решетку.- У меня не одна отвертка. Одна твоя. Одна моя.
   -Бросай,- Фил выставил руки.
   -Ты спятил? Ты далеко. Если не получится, если она отлетит куда не надо и тюремщики увидят ее, все потеряно. Я не испоганю такой прекрасный шанс. Придется тебе поверить на слово. Я помогу тебе, если, конечно, сам выберусь.
   -Заканчивай врать, не поможешь ты мне. Придумай как передать ее.
   -Сам придумай. Придумал же ты, как будешь меня шантажировать.
   -Ты передашь отвертку. Что дальше?
   -В смысле? - Джедапо помотал головой.
   -Допустим ты убьешь тюремщика, выйдешь. Ты выпустишь меня?
   -Да. Но , - Джедапо рассмеялся.- думай о чем говоришь, о чем мы говорим вообще. Кто сказал, что я хочу выбраться?- глаза у него блеснули.- выбраться не так просто. Главное - ключи. А тюремщики не носят ключей, чтобы их не украли. Они пользуются ими только, чтобы выводить нас из камер, а делают они это вчетвером или минимум вдвоем. Поэтому то, о чем ты говоришь -- бред. Максимум я смогу ранить кого-нибудь.
   -Но ты ведь придумаешь что-нибудь? Я вижу по твоим глазам, что ты собираешься бежать.
   -Если я выйду отсюда, я вытащу и тебя. А пока, раз я обо всем думаю, не встревай. Хочешь получить ее,- он поднял отвертку.- Придумай, как мне ее передать. Расскажешь об этом, сам потеряешь шанс.
   Фил кивнул. Скоро Вик появился в блоке, и Фил сказал:
   -Вик, я знаю, это не вполне нормально, после того, как я просил перевести меня в эту камеру, но...
   -Что?
   -... но я хочу обратно в ту.
   -Ты что издеваешься?
   -Теперь Джон мне не дает покоя. Ну ты видел, что он сделал, стукнул меня головой об решетку.
   -И?
   -Просто переведи обратно.
   -И не мечтай,- Вик отшагнул назад, посмотрел на Джона, тот сидел на койке.
   -Джон, ты знаешь, почему он хочет перевестись?
   Джон пожал плечами.
   Фил поднялся, они переглянулись с Виком.
   -Что ты смотришь? Я не переведу тебя.
   Фил сел, уперевшись взглядом в стену, и когда Вик ушел, он спросил:
   -Давно проснулся, Джон?
   -Я все слышал, если ты об этом.
   Джедапо сказал:
   -Ты не собираешься сдавать нас?
   -Если у вас что-нибудь получится и я буду с вами, тогда нет.
   -Мы возьмем тебя.
   Джон сказал:
   -Но я думаю будет глупо, если только у тебя, Джедапо, будет отвертка, ты должен кому-то из нас передать ее. Если у тебя ничего не получится, у нас останется шанс.
   -Тебе передать отвертку, Джон?
   Фил сказал:
   - Мне передай, говно. Кинь ее. Прокати по полу.
   -Опять мечтаешь.
   Джон сказал:
   -Я только не могу понять, откуда у тебя отвертка?
   -Он спер у электрика, пока тот менял лампочки,- сказал Фил.
   Джон продолжил:
   -А если электрик заметит пропажу и вернется?
   Молчание.
   Джон прислонился головой к решетке, посмотрел на Джедапо и сказал:
   -Ты должен передать одну отвертку нам. Если у тебя отберут одну, у нас останется вторая, они не смогут найти ее.
   -Что-то много "если", ребятки,- сказал Джедапо.- Вы не забывайте, что у нас почти нет шансов выбраться отсюда.- Он оглядел коридор.- Ключи нам не достать. Откуда такая надежда? А электрик ничего не заметит, у него в чемоданчике отверток было столько, словно он ограбил завод по их производству, у него их там была куча, не разложенных по отделениям, а просто раскиданных. Он ничего не заметит. Так что пока я оставлю обе отвертки у себя.
   Джон сказал:
   -Оставишь у себя, я расскажу тюремщикам.
   -Значит, ты не хочешь выбраться?
   -Вот увидишь, расскажу.
   Джон постучал по решетке и сел.
   Джедапо сказал:
   -Хорошо. Фил, лови.
   Фил высунул руки и сказал, чтобы бросал поаккуратнее. Джедапо прокатил отвертку по полу, мимо камеры Троя, прямо в руки Филу. Фил взял ее и сразу положил в карман и сказал:
   -Хорошо.
   Джедапо сказал:
   -А теперь думайте как забрать ключи.
   -Может, возьмем одного тюремщика в заложники? Остальные отдадут нам ключи,- предложил Фил.
   -Отличная идея,- сказал Джедапо.- Мы берем в заложники тюремщика. Остальные тюремщики идут, берут пистолеты и убивают нас. Этот вариант возьмем, если ничего не придумаем. Хоть умрем достойно.
   Они замолчали и молчание продлилось минуту.
   Фил сказал:
   -Я курить хочу.
   И они снова помолчали минуту. И Фил сказал:
   -А может раздобыть пистолет? У тюремщиков ведь есть пистолеты, да?
   Джедапо ответил:
   -Да. Но их они носят, как ключи. Берут только, если переводят заключенных. Надо чтобы кого-то из нас перевели в карцер. Ночью дежурят два охранника, это уже на два меньше. Если разозлить их, они попробуют перевести нас, но даже так ничего не выйдет. Наручники помешают.
   -Дерьмо,- сказал Фил.
   Джедапо начал что-то рассказывать, и Фил подал ему знак рукой (Варгуст проснулся), повернул голову и сказал:
   -Эй, Варгуст. Что приснилось?
   -Заткнись. Я с вами.
   -Ну дела,- сказал Фил.
   Джедапо сказал ему:
   -Говоришь все спят? Да никто не спит. Из-за таких как ты и рушатся все планы. -Он замолчал.-Хорошо, Варгуст, ты с нами.
   Джон сказал:
   -Ты так просто говоришь об этом. Но если получится, что ты выберешься из камеры, ты никого из нас не выпустишь.- Джон улыбнулся.- Я не беспокоюсь об этом. Как ты сам сказал: шансов почти нет.
   Джедапо пожал плечами.
   -И чего ты хочешь? Я достал отвертки. А ты что сделал?
   Фил сказал:
   -Действительно, чего ты встреваешь?
   Вик с Рэем вошли в блок. Заключенные замолчали. Рэй протянул Вику небольшой листок и сказал:
   -Давай ты.
   -Ладно. Я сделаю.
   Вик прошел к Джедапо. Протянул ему листок.
   -Ты должен заполнить это, если хочешь. Это...
   -Я понял, Вик.- Джедапо прикусил губу.- Я должен написать, что я хотел бы поесть в последний свой день... Сколько мне осталось до казни?
   -Неделя.
  
  
  
   12
  
  
  
   Шесть лет назад у Вика был дом в пригороде, недалеко от города Трюфо, там он жил со своей женой Риз. Однажды он вышел на крыльцо, сел в кресло. Риз вынесла собаку и сказала, чтобы он погулял с ней, а сама потерла большой живот и ушла обратно. День был солнечный. Вик посидел в кресле, собака смотрела на него. Вик посмотрел, как пролетает самолет над головой. Потом посмотрел, как Лэнс Шерман идет по тропинке и спрашивает, когда Вик отдаст его газонокосилку. Вик говорит, что скоро. Но так никогда и не отдаст ее.
   Он поднялся с кресла, взял поводок и пошел по дорожке. Остановился у почты, вытащил пару извещений и затолкал обратно. И пошел вдоль улицы. Небо было синим, без облаков. Вик посмотрел на дом, который стоял через пару домов от него, он был грязный и словно сгнивал заживо, и трава рядом с ним буйно росла, потому что никто не хотел стричь ее. Иногда все соседи скидывались и нанимали мальчишек, чтоб покосили траву и подкрасили дом. Приходилось делать так, потому что он выделялся среди остальных, портил улицу. Жила в нем Элис, которую бросил муж. С тех пор, как она осталась одна, дом и начал гнить. Еще хуже было, когда она выходила на улицу пьяная и с сигаретой, в черном платье до самой земли. Она материлась, и дети смеялись над ней, иногда она сидела на газоне, иногда появлялась в магазине, но нигде ее не хотели видеть.
   Вик шел возле ее дома. В правой руке у него лежал поводок, а на левой он скрестил пальцы. Обычно они с Риз так делали, потому что не хотели, чтобы матерщиница Элис вышла на улицу. Но в этот раз пальцы не сработали, он услышал скрип и увидел, как дверь открылась и вышла Элис в черном платье, вышла раскуривая сигарету и шатаясь, солнце ослепило ее на пару секунд, а Вик пытался побыстрее скрыться. Элис заметила его и крикнула:
   -Эй, ты, стой.
   Вик оглянулся. Черная фигура подошла к нему.
   -Как тебя там...- она пошатнулась и чуть не упала. Пустила Вику в лицо дым.
   -Вик.
   -Точно. Я видела твою жену. Ребенка заделали? -Вик кивнул ей.- Ты знаешь что, Вик... а-а, красивая у тебя жена, да,- Элис посмотрела в землю и не удержалась, упала, рассмеялась.- Вот я дура-то.
   Вик пошел дальше, но Элис сказала:
   -Стой... э-э, как тебя... Вик, стой. Подойди. Я тут такую вещь видела. Какой-то мужик у твоего дома крутился. Все в окна урод смотрел, дверь твою лапал. Я у него спросила чего это он, а он говорит: не твое дело, идиотка. А я ему говорю, чтобы шел отсюда, от твоего дома, что сам он идиот. Вот.
   Элис снова рассмеялась, и Вик не придал ее словам значения. Что взять с пьяни?
   А вечером, когда он с Риз и с собакой пошел гулять, около дома снова появился тип, о котором рассказала Элис. Он походил вокруг дома, поглядел в окна, подергал их, глядя не открываются ли, потом зашел с другой стороны дома и там тоже все обшарил. На нем была шапочка и темные очки. Когда он закончил осматриваться, то ушел так же, как пришел, вдоль улицы. По пути ему встретился человек, поливающий газон и пара мальчишек. Руки у него тряслись, а взгляд испугал бы и мальчишек и того человека, если бы он снял очки. Не испугал бы только Элис. Он не принимал героин пару дней, и нервы у него сдавали.
   Следующим утром он сидел в кафе. Это было его любимое заведение. Он сидел за самым дальним столом, и вход был от него далеко. Заходил он сюда часто, но денег у него либо было мало, либо вообще не было и поэтому иногда он покупал пирожок с чаем, а иногда уборщица гнала его. На этот раз денег не было. Он ничего не заказывал. Его бросало в жар и в холод и руки тряслись так, что менеджер это сразу заметил и заметили посетители, они входили, заказывали и им было омерзительно от типа в черных очках. Уборщица подошла и прогнала его.
   Потом он пришел на улицу Вика. Он не мог пройти незамеченным, Элис сидела у своего дома и начала матюгаться на него, а уж, как Элис начнет матюгаться, так соседи выстраиваются в окнах. Он прошел мимо, словно ничего не замышляет. Улица была залита светом. Собаки играли на газоне(в том числе и собака Вика) и одна из них привязалась к нему, она учуяла запах героина, который впитался в карманы, и ей он показался странным. Она залаяла. Подбежала, чтобы обнюхать. Но потом отстала. Тип прошел по улице и скрылся, но не ушел, просто он подошел к дому Вика сзади. В полдвенадцатого Риз примеряла платья, а в двенадцать красилась и когда она подошла к окну, она увидела ЕГО, он блуждал среди деревьев, пару раз он склонился над столиком и посмотрел в стакан с лимонадом, потом схватил и выпил. Было жарко. Он вытер пот со лба и бросил стакан в траву. И они с Риз переглянулись. Риз испугалась и убежала. Когда она вернулась, идя под руку с Виком, на дворике никого не было.
   Вик вспомнил рассказ Элис. У него холодок по коже прошел от того, что алкоголичка сказала правду. Риз он ничего не сказал. Она итак испугалась, и он решил не пугать еще больше. Они собирались в торговый центр. Они быстро оделись. Быстро вышли из дома, оглядываясь по сторонам, и уехали.
   Элис встала со своего газона и пошла по чужим, она посмотрела на удаляющуюся машину. Пара детишек увязалась за ней. Элис шла, как слон, медленно, Элис шла криво, то и дело сходя на мостовую и возвращаясь на тротуар. В руке бокал с дешевым пивом. Она допила, морщясь, и поставила его на землю, словно собиралась забрать потом, но скорее муха пукнет, чем Элис вернется за стаканом. Дети шли за ней. Девочка подняла бокал, глядя на Элис, а мальчишка изобразил ее походку, и девочка усмехнулась. Из дома вышел отец этого мальчишки, взял его за руку и увел домой. Девочка тоже ушла. Элис прошагала по пустынной улице и остановилась у дома Вика. Она обошла его и увидела, что в окно лезет тип, о котором она рассказывала Вику.
   -Эй, ты. Ты чего здесь делаешь?- сказала Элис.
   Он вздрогнул, а потом увидел, что это всего лишь алкоголичка, и ответил, что чинит окно и чтобы шла отсюда и не мешала.
   Элис сказала:
   -Чинишь окно?
   -Да. А тебе какое дело?
   Элис оглядела его.
   -Ну-у, если грабители занимаются починкой окон...-начала Элис, но не закончила фразу. Она вцепилась ему в футболку и стащила на землю. Она размахнулась рукой, на которой красовались ногти красного цвета и ударила его по лицу. А он взял нож и перерезал ей горло.
   После этого он воткнул нож ей в грудь, чтобы точно убить. Но она итак была мертва. Он постоял немного.
   Он оставил Элис с ножом в груди и ушел вглубь дворика. Там, за двором, была небольшая гора, а за ней извилистая река, которая шла до города Трюфо, в городе в нее сливались отходы и дальше она становилась грязной. Река текла вдоль всего пригорода, словно шоссе. Если сбросить труп, он уплывет далеко, потом смешается с отходами из Трюфо и кто вообще узнает, откуда труп приплыл? Мужчина быстро обдумал это. Ему не понравилось, что придется тащить труп в гору, которая бедна деревьями и вообще растительностью. Там его будет хорошо видно. Человек, который тащит огробный мешок в гору, в любом случае вызовет подозрения. Но все равно, оставить труп Элис просто лежать он не мог, если его схватят за ограбление, он получит еще и за убийство. Он оглядел местность, нет ли детей и стариков. И вернулся к Элис. Оттащил ее для начала в кусты, а сам сел рядом, в тени дома. Голова Элис торчала из кустов, глаза были широкооткрыты, и Элис смотрела, как, наверное, смотрел Иисус в последнюю свою минуту. Мужчина прикрылся рукой, чтобы не видеть ее взгляд. Потом он опустил руку, Элис глядела, приоткрыв рот. Мужчина поднялся и ударил ногой ей по голове и затолкал тело подальше в кусты.
   -Еще увидимся,- сказал он.
   Он залез в дом и начал искать деньги и драгоценности. Найдя шкатулку с украшениями, он сообразил, что чем дольше он ходит по дому, тем больше шансов попасться. Он сложил награбленное в карман и начал искать мешок для Элис.
   Из дома он вылез с большим мешком для мусорного бака. Он вытащил Элис из кустов и положил на стол (мухи уже летали над ней), он скомкал мешок, надел ей на ноги, потом приподнял ее и затолкал всю целиком. Он замотал конец мешка и завязал веревкой (на всякий случай, вдруг кто-то встретится и попросит открыть мешок). Все было готово, он протащил мешок через двор, это далось нелегко, потом сообразил, что видел в доме тележку. Тогда он слазил в дом за тележкой, погрузил мешок и повез. Он вышел со двора и старался не оборачиваться, чтобы никто из соседей не опознал его, если тело найдут, а если даже не найдут, все равно станет известно, что Элис пропала, а потом кто-то вспомнит, что видел типа, который вез к реке что-то большое, типа тела, так что он старался не оборачиваться. Он надел очки. Взобравшись на холм до половины, он быстро обернулся, чтобы оценить обстановку, но дальше, до самой вершины шел, словно шея сломана и не поворачивается. Когда он взобрался, его так взбесило это дело, что он решил бросить тело здесь. До реки было еще столько же. Мужчина стоял в тени единственного дерева, которое росло на вершине холма. Пара секунд колебаний. И он двинулся дальше. Нет, даже не двинулся, а побежал к реке. Склон был довольно крутой, тележка опрокинулась, мешок с телом вывалился наполовину. Мужчина поровнял его и довез Элис до реки и сбросил вместе с тележкой.
   Он постоял у берега. Достал украшения, повертел их и ему показалось, что этого мало. Все ради кучки драгоценностей, цена которых неизвестна? Что он сделает с ними, пойдет в ламбард? А потом полиция захочет найти украденное и работник ломбарда опишет того, кто принес ему краденное. Дело темное. Он положил драгоценности обратно и направился к дому Вика.
   Жара била, терроризировала тело, Схлопывала разум, заставляя концентрироваться на погоде, а не на деле.
   Мужчина подошел к дому. Оглядел двор. Если присмотреться, в месте, где умерла Элис, на травинках блестела кровь. Мужчина оглянулся на холм, за который он отвез труп. Все вышло не так, как он планировал. Но ему нужен героин.
   Он влез в дом. И начал переворачивать все, под чем могли быть деньги, он осмотрел все места, где их обычно прячут, он знал, где искать, потому что готовился к ограблению, а если денег не найдет, он решил собрать любые вещи, которые легко продать.
   Зазвенели колокольчики на двери. В дом вошла Риз, она прошла в спальню, хромая от того, что один каблук сломан. Мужчина стоял у лестницы. Риз его не заметила. Входная дверь осталась открытой, видимо Риз зашла переодеть туфли и после этого уйдет. Мужчина подошел к двери, выглянул (Вик сидел за рулем и беседовал с кем-то). Мужчина закрыл дверь со скрипом. Риз вышла из спальни в юбке и лифчике, потому что решила, что это Вик, а как вышла и увидела типа в очках, так остолбенела.
   -Вик,- крикнула она.
   Мужчина вытащил нож.
   -Поори еще. Где лежат деньги?
   -Деньги?- Риз помотала головой.
   -Тащи сюда деньги,- он подошел, приставил нож к горлу.- Думаешь я шучу? Я зарежу тебя, если не принесешь их.
   -Хорошо,- Риз кивнула и пошла в спальню, держа руки на виду. Она достала пачку денег из под матраса и положила на кровать. Сама отошла к стене.
   Мужчина взял деньги. Риз внимательно смотрела на него. Тут она снова заорала, что было силы:
   -Вииик. Помогииии.
   Грабитель подошел к ней и воткнул нож в живот, потом перерезал горло.
   Почти сразу Вик вошел в дом и увидел свою жену мертвой. Грабителю это точно не понравилось. Он толкнул Вика и побежал, но Вик сдергнул с него капюшон (на затылке была татуировка). Вик выхватил нож и порезал ему затылок. Мужчина убежал. На этом все кончилось.
   (Или только началось?)
   Пару часов спустя подъехали репортеры . Вик сидел на траве перед своим домом. Он отказался от комментариев, поскольку все уже рассказал полицейским. Один из полицейских рассказывал в камеру, что произошло. Имя Вика он перепутал, называл его Риком, потом кто-то объяснил ему, как правильно, и он переглянулся с Виком, извиняясь. Скоро он уступил место соседям. Перед камерой вставали все, даже те, кто ничего не видел, нашлась пара человек, которые рассказали, что видели подозрительного парня в очках, но вот лицо они не запомнили. Вику хотелось закричать, что раз они видели этого парня, почему же они не рассказали ему, Вику, почему матерщиница Элис рассказала, а они нет. Но он не закричал, а уткнулся в себя еще больше.
   Полицейским нужно было обследовать дом, поэтому Вику выделили номер в гостинице, в который Вик не поехал. Вместо этого он позвонил родителям. Они обещали прилететь на следующий день, а он пошел в бар.
   Он рассказал полицейским про татуировку на затылке, он хорошо запомнил ее, и полицейские пообещали, что он вспомнит ее еще лучше под гипнозом и вспомнит лицо преступника. Еще Вик рассказал про порез, который оставил на затылке, прямо через всю татуировку. Это была полезная информация. Грабителя ждали во всех ближайших больницах, ожидалось, что он обратится за медицинской помощью, но он не обратился. За пол года следствие не сдвинулось с места, зато люди с улицы Вика заметили, что Элис пропала и тогда пошел слух, что преступник снова появился.
   В тот же вечер, когда Риз убили, мужчина в темных очках появился у своего дома, на окраине Трюфо. Он поднялся по лестнице, вошел в квартиру, скинул с себя одежду и прошел в ванную. Его жена вышла с кухни. Она посмотрела на порез.
   -Что случилось?
   -Ничего.
   -Давай я вызову скорую.
   -Нет,-сказал он. Улыбнулся.-Все хорошо.-Он взял полотенце.
   -Что хорошо? У тебя такая рана.
   -Не звони, поняла?
   Она кивнула.
   Он вытащил из кармана пару банкнот и вложил ей в руку.
   -Вот. Возьми.
   -Откуда?
   -Фрэнки помог. Работу он всегда найдет, никуда не денешься.
  -- Хорошо. А то тебя уволили, и я решила, что теперь разве что грабить идти.
   Он поцеловал ее.
   - Я пошел в душ.
  -- Хорошо, Джедапо.
  
   13
  
   Вик стоял перед Джедапо. То, что он сказал, отразилось на лице Джедапо, изменило форму его губ, брови его стали строже, и он посмотрел на Вика так, словно мог что-то поделать с казнью, но по опыту и по здравому смыслу Вик знал, что ничего он с этим не поделает. Джедапо плюнул на пол. У него зрел план, и он был уверен, что еще трое заключенных поддержат его, встанут за него.
   -Напиши на этом листке, что ты хочешь поесть в свой последний день,- сказал Вик. -Вот карандаш.- Он порылся в кармане и достал огрызок карандаша, такой маленький, что держать трудно. Он положил его на решетку.
   Джедапо взял листок и карандаш и вписал для начала блинчики. Он посмотрел на Вика.
   -Ты так и будешь стоять передо мной?
   Тюремщик ушел, а Джедапо отложил листок и стукнул кулаком об пол.
   -Сука,- сказал он.
   Вик, шагавший по коридору, остановился, но пошел дальше, а потом вышел из блока, прошел в комнату отдыха, где уже сидел Рэй, и хлопнул дверью, а Рэй понимающе кивнул, потому что знал, что редко заключенные молчат, когда говоришь им про казнь.
   В блоке стихло. Джедапо ходил туда-сюда, словно загнанная крыса, так он себя и чувствовал.
   Джон спросил:
   -Думешь мы сбежим за неделю?
   -Помолчи,- сказал Джедапо, не высовываясь из камеры. Его спина появилась у решетки и сразу исчезла.
   Джон помолчал и сказал:
   -Хватит ходить туда-сюда. Какой план?
   Джедапо появился у решетки.
   -Берем тюремщиков силой. Ночью... Эй, Варгуст?
   -Что?
   -Когда тебя вели в камеру, я видел: ты здоровый. Сможешь убить тюремщика отверткой?
   -Да.
   Фил спросил:
   -Почему он, а не я?
   -Ты будешь отвлекать второго тюремщика, если понадобится.
   -Хм. А что будешь делать ты, Джедапо?
   -Я попрошу перевести меня в другую камеру. Тогда тюремщики возьмут ключи, они-то нам и нужны. Варгуст перехватит тюремщика с ключами на обратном пути. И убьет его.
   -Херовый план,-сказал Фил.-Хорошо бы сработал.
   -Извини, подкопы делать времени нет.
   Варгуст заговорил и на него обратили внимание, потому что обычно он молчал.
   -Вот только одно,- сказал он.
   -Что?-спросил Джедапо.
   -Ты хочешь, чтобы убивал я.
   -Ты подходишь для этого.
   -Если не получится, меня посадят в карцер. Это же тебе осталась неделя, это твоя работа.
   Джедапо хотел остаться в стороне, без участия в деле, но понимал, что маленького бунта не избежать.
   -Варгуст,-обратился он.-Откуда у нас всех появилась возможность бежать?
   Большие белые глаза Фила посмотрели на Варгуста, Фил облизнул губу и сказал:
   -Он украл отвертку, отсюда и возможность бежать. Я думаю, он это хочет сказать, да, Джедапо? -белки глаз перекатились, и Фил установил с Джедапо контакт. Тот кивнул, соглашаясь, что Фил верно сказал, и Фил добавил:- Но я и сам не понимаю, почему мы должны убивать за тебя, ты потерял над нами власть, когда передал мне отвертку.-Фил повертел отвертку в руке.
   Джедапо опустил голову, словно в знак того, что ему нечего возразить и поднял, улыбаясь.
   -О чем ты говоришь? Я участвую в деле, меня должны превести в другую камеру. Если у Варгуста не получится, мы все попадем в карцер, потому что тюремщики поймут, что и я, и ты, Фил, участвовали в деле. Всех переведут. Кроме Джона. Эй, Джон, а может ты убьешь тюремщика?
   Джон сказал:
   -Сам убивай.
   -Варгуст...-начал Джедапо.
   -Это твое дело,-сказал Варгуст.
   -Кое-кого я не выпущу из камеры, когда выберусь, Варгуст. Знаешь кого? Тебя.- заорал Джедапо. В блок вошли тюремщики, их взгляды сосредоточились на последней камере, Джедапо кричал: -Тебя. Тебя. Кому конец? Тебе.-Рэй подошел к его камере. Джедапо посмотрел на его блестяшие туфли и на физиономию.-Знаешь кому конец, Рэй? Варгусту.
   Рэй ответил:
   -Я думаю, это тебе конец, Джедапо. Успокойся. Ты же не хочешь просидеть в карцере до самой казни? - Он положил руку на дубинку.
   -Хорошо, молчу.
   -Ты заполнил листок, который тебе дал Вик?
   -Эй, мне нужно время на это, не торопи меня.
   -Просто если ты хотел что-то написать, то скорее всего уже написал.
   -Нет.-Джедапо сел, скрестив ноги.-Я еще не написал.
   Рэй молча ушел, и они с Виком сели за стол. Рэй посмотрел на Варгуста. Тот сидел с задумчивым взглядом и с приоткрытым ртом. Затылок его опирался на стену. Он моргнул и глаза устремились на Рэя, сначала пустые и постепенно наполняющиеся разумом.
   Джедапо подал голос:
   -Варгуст?.. Эй, слышишь меня, Варгуст?
   -Да,-голова Варгуста cдвинулась.
   -Ты согласен с тем, о чем мы говорили, с тем, что ты избранный?
   -Да. Только отстань.
   Они замолчали.
  
   14
  
   После обеда, во время посещений, в тюрьму пришел человек. Это был отец Джедапо, прилетевший из Нью-Йорка. Он вошел в комнату посещений и сказал, что хотел бы поговорить с тюремщиком, который работает в блоке смертников. Пока его просьбу выполняли, он оглядел комнату. Шесть окошек выстроились в ряд, три были заняты. С обеих сторон помещения стояли тюремщики. Толстая женщина говорила в трубку, похоже с мужем. Она спросила сколько ему осталось, а после ответа спросила, почему это его хотят убить, какие такие банды положили на него глаз, а потом спросила не может ли он убить их первым. В общем если кто видел такие помещения в кино, так в жизни они такие же.
   Отец Джедапо, его звали Кристиан, подошел к тюремщику и спросил, есть ли поблизости туалет. Тюремщик показал куда идти. Кристиан вышел из помещения, свернул направо. Из женского туалета вышла женщина, улыбнулась ему. Кристиан отвел взгляд, вошел в мужской. Залез в кабинку, оглядываясь. В кабинке было тесно, неудобно. Он вышел, нагнулся, проверяя есть ли в остальных кабинках люди. Был один человек, и он сразу вышел, это был толстый негр, он обвел Кристиана взглядом и вышел. И тогда Кристиан запер дверь туалета. Он подошел к раковине. Вытащил кокаин, рассыпал на раковине, втянул. Ручка двери дергнулась один раз, потом несколько раз подряд, человек за ней выругался что кто-то закрыл туалет, а ведь только что оттуда вышел человек. Кристиан сердито взглянул. Он привык, что если ему приспичивает, то найдется надоедливый тип, которому хочется посрать.
   Кристиан спрятал кокаин. Пришел в себя и пошел обратно. Открыв дверь, он попал под взгляд человека(который дергал ручку), он прошел мимо, не колебаясь. В помещении его уже ждал тюремщик, это был Рэй. Кристиан протер нос(а то вдруг остался порошок), он протянул руку.
   -Вы из блока смертников, да?
   -Да. Я -- Рэй.
   -Кристиан.
   Они разжали руки. Рэй сказал:
   -Итак, кто вы? Почему вы позвали меня?
   -Это надо обсудить наедине. Давайте на лестнице?
   Рэй посмотрел с недоверием и показал рукой на лестницу, соглашаясь, а дальше сказал:
   -Нет. Может, в столовой? Там сейчас мало людей.
   Кристиан кивнул. Он не призводил впечатление человека,с которым можно обсудить что-то важное, на нем был костюм в белую клетку, но не новый, на рукавах разные пуговицы, дырка на плече. Надели его только потому, что надо прилично выглядеть.
   Они вошли в столовую и прошли к дальнему столику, Рэй сел, а Кристиан задумался и сказал:
   -Это ведь столовая? Нельзя мне перекусить?
   -Может, ближе к делу?.. Ладно. Обед бесплатный, берите и возвращайтесь быстрее.
   Кристиан прошел, взял поднос с едой, указал официантке на что-то, и она дала ему два стакана с компотом. Кристиан вернулся к Рэю, поставил поднос и улыбнулся, извиняясь, что отнял время.
   -То, что я хочу предложить, для вас будет очень выгодно. Мой сын сидит у вас в блоке.
   -Кто?
   -Джедапо Муни. Я-Кристиан Муни.- Он посмотрел внимательно на Рэя.
   -И что?
   -У моего сына большие деньги в банке. Когда его казнят, я уже не смогу получить их. То есть у меня неделя. Если он составит завещание на меня, тогда я получу двадцать миллионов. Понимаете?
   -Я здесь причем? вам надо говорить с ним, вызвали бы его в комнату посещений и поговорили бы.
   -Я уже говорил с ним два месяца назад и год назад,-он взмахнул руками.- Но мой сын несговорчив. Я подумал, что вы сможете помочь мне.
   -Я?-усмехнулся Рэй.-Да как я уговою его.
   -Речь идет о двадцати миллионах. Половина ваша, если уговорите.
   -Десять миллионов?
   Кристиан кивнул.
   Рэй вздохнул, сказал:
   -Давай уточним. Вы его отец.- Кристиан достал паспорт, показал фамилию.- Вы его отец, и он не хочет выписывать завещание на ваше имя. Почему?
   -У нас плохие отношения.
   -Да уж, наверное,очень плохие, раз вы обращаетесь ко мне.
   -Тебе нужны деньги, Рэй?
   Кристиан улыбнулся, словно все схвачено, но Рэю его улыбка не понравилась.
   -Мне не нравится твоя затея,-сказал он.
   Кристиан стал серьезен.
   -Слушай. Надо заставить Джедапо подписать завещание, а после казни никто не докажет, что это не его завещание.
   -Подпись?
   -Да. Подпись. Разбудишь его среди ночи, скажешь, что надо подписать бумагу. Если спросит, что за бумага, ты скажешь, что объяснишь утром или придумай объяснение.
   Рэй задумался правильно ли будет , если он обманет Джедапо, но Кристиан оборвал раздумья, он сказал:
   -Десять миллионов,этого хватит, чтобы долго жить без работы, купить новый дом, послать сына или дочь в университет.
   -Откуда ты знаешь, что деньги все еще в банке?
   -У меня там свой человек.
   Кристиан отпил компот и принялся за еду. А Рэй полистал завещание. Если он возьмется за это дело, это значит он возьмется за преступление, как бы труднодоказуемо оно ни было. Это все равно, что работать на мафию, хотя Кристиан в стареньком костюме вряд ли был похож на бандита, для бандита есть в тюремной столовой было бы унизительно, а Кристиан ел. Рэй отодвинул договор.
   -Откуда ты знаешь, что все получится? Ты юрист или ты просто уверен в себе?
   -У меня знакомый в банке. Он заверит завещание, плюс подпись Джедапо и деньги у нас. Я его отец. Будет выглядеть естественно, что он завещал деньги мне.Джедапо не может ни с кем общаться, кроме тюремщиков, так что с этой стороны тоже все хорошо-он попросил тебя написать завещание, и ты можешьэто подтвердить. Больше просить некого.
   Рэй откинулся на стуле, он подумал, чтобы поучаствовать в этом, а потом подумал: что если дело окажется не таким простым?
   -Хорошо,-сказал он.
   -Завтра позвонишь мне. Вот телефон.
   -Ага... Откуда у Джедапо такие деньги?
   -Ну...
   -У тебя кровь...
   Кристиан зажал нос салфеткой.
   Скоро на столе образовалась куча салфеток,(скомканных и пропитанных кровью)Кристиан запрокинул голову, затолкал салфетку в ноздрю. Они поднялись, и официантка подошла, вытерла капли крови со стола и унесла недоеденный даже наполовину обед. Она прищурилась, как Клинт Иствуд в вестернах, и провела Кристиана взглядом до выхода. Рэй довел его до комнаты посещений. Кристиан отодвинул салфетку от рта.
   -Ты все понял, что надо сделать?
   -Поставить подпись. Я понял, не повторяй.
   Они попрощались.
   Кристиан прошел в туалет, вытащил салфетку из носа, выкинул. Кровь снова потекла. Он умывал лицо, пока она не перестала течь. А когда он покинул туалет, Рэй все еще стоял в комнате посещений, разговаривал с тюремщиком, Рэй показал тюремщику завещание, а потом выкинул его в корзину.
   Вечером Рэй вернулся, отыскал завещание, зарытое в куче мусора, облитое кофем, оттряхнул его. Просмотрел снизу вверх. В комнате посещений было темно, поскольку время для посещений прошло, Рэй включил свет, сел за столик. Он прочитал завещание. Минут пять сидел и думал. Надо подписать несколько страниц, а получит он от этого много. Рэй налил чай из аппарата, выпил. А когда поднялся из-за стола, Джим и Тод собирались уходить из тюрьмы, а когда вернулся в блок, они уже ушли. Он поговорил с Виком, объяснил ему в чем дело, повертел бумагами, объясняя, как это выгодно. Но Вик отнесся к этому холодно. И сам Рэй после его ответа засомневался, а сомнения только того и ждали, и Рэй смял бумаги, разорвал их и выкинул. Было это в комнате отдыха. Вик стоял рядом, глядя на разорванную бумагу. Он сказал:
   -К тому же у тебя ничего не получилось бы. После того, как ты пошел на встречу с его отцом, я рассказал Джедапо куда ты пошел. Он сделал вид, что не слышит меня. Не любит, наверное, своего отца. В любом случае, он не глуп, он понял бы твою затею.
   Рэй пожал плечами.
   Когда они вернулись в блок, Рэй простучал блестящими туфлями до камеры Троя, а Трой плюнул ему на туфлю, тем не менее Рэй дошел до камеры Джедапо, и туфли повернулись, словно обращаясь к стареньким ботинкам Джедапо. Взгляд Джедапо скользнул по заплеванной туфле, и он чуть заметно улыбнулся, но Рэй этого не заметил.
   -Ты не хочешь спросить, зачем твой отец приходил в тюрьму?-спросил Рэй.
   Ботинок Джедапо шаркнул.
   - Он же не собирается прийти на мою казнь? На него это точно не похоже.-Джедапо вздохнул.-Из-за денег, конечно.
   -Откуда знаешь?
   -Он уже приходил ко мне. Сначала он притворялся, что ему жаль, что я сижу в тюрьме. А потом он не нашел других слов и просто сказал, что я должен отдать ему деньги.
   -А ты... Ты хочешь умереть и оставить двадцать миллионов в банке? Ты что, спятил?
   -Это ведь мне жариться на стуле, а не тебе. Поэтому я не виню тебя, что ты меня не понимаешь. Это всего лишь деньги.
   -Тебе же твоя поганая совесть не позволит их кому-то отдать. Для тебя это, конечно, просто деньги...
   -Ты не получишь их, Рэй, так что можешь не пытаться.
   -Если так подумать, откуда у тебя вообще двадцать миллионов?
   -Иди. Ты свободен.- Они смерили друг друга взглядами, и Джедапо добавил: -Вытри свою заплеванную туфлю.
   Рэй выпрямился во весь рост. Сейчас, вечером, освещенная дальней лампочкой, его фигура выглядела внушительно.
   -Не забывай, кто здесь главный,- сказал Рэй.
   -Хорошо,- Джедапо кивнул.- А ты не забывай, что хоть ты и главный, я твое говно слушать не буду.
   -У тебя просто нет выбора.
   -Ты говоришь так, угрожающе, потому что я сказал, что ты не получишь мои деньги? Ведь дело в деньгах? Еще бы ты вежливо со мной говорил. Обвиняешь меня в том, что я зажимаю свои деньги...
   У Рэя дергунлась бровь, и взгляд застыл, словно что-то попало в двигающую глаз шестеренку.
   -Успокойся,- он повернулся.
   - А на самом деле, очень хотелось получить эти деньги? - они переглянулись.- Если честно?
   - Ты можешь их хоть в унитаз у себя в камере смыть.
   - Твой ответ ничего не говорит о том, что ты хочешь. Я могу их смыть. А ты бы хотел заиметь двадцать миллионов?- он приблизился к решетке, глядя тюремщику в глаза.- Ты был бы дураком, если бы не хотел. И я тебя не виню.
   - А ты бы хотел выбраться из тюрьмы? Хотеть -- это одно, а выбраться-другое. Я сам заговорил с тобой о твоем отце. И я не собираюсь слушать, как убийца говорит мне о том, что я должен делать. Тебе лучше молчать, когда я рядом, а то ты узнаешь, как легко я могу отвести тебя в карцер.
   -Ну вот,- глаза Джедапо расширились.- Ты ведешь себя, как будто так и надо.
   Зрачки его переместились, уловив движение. Вик подошел и сказал Рэю, чтобы перестал слушать "этого зека", и Рэй нехотя ушел с ним. И сразу нашел на ком выместить злобу. Трой сидел в глубине камеры, Рэй сказал ему, что он заплатит за запачканную туфлю, а Трой похоже уже сам был не рад своему поступку.
   -Я нечаянно попал на твою обувь.
   -Нечаянно? Ты наклонился, прицелился и попал в цель. Ты-чертов Робин Гуд, ты пойдешь с нами, в карцер.
   Они распахнули камеру и выволокли его,а поскольку он не хотел идти, они потащили его. На пол пути они его бросили, и он свернулся клубком на полу, Рэй вытащил дубинку и дал ему шанс, а после неподчинения ударил по почке. Пока они тащили его за пределами блока, в блоке Фил возмущался:
   -Ты не говорил, что у тебя двадцать миллионов,- сказал он с вызовом. -На эти деньги можно долго скрываться... - он ткнул пальцем.- Ты должен поделиться.
   -Меня другое волнует,- сказал Джон.- Как ты перейдешь в другую камеру, после того, что наговорил Рэю?
   Джедапо подошел к решетке и объяснил. А Фил все не унимался.
   -Как насчет денег? Ты-то скроешься, а у нас ни гроша.
   -Да. Я сбегу из тюрьмы, войду в банк, заберу деньги и никто из властей не будет меня там ждать,- отрезал Джедапо.
   Фил сразу умолк. Джедапо сказал ему:
   -Передай отвертку Варгусту.
   Скоро тюремщики вернулись в блок. У Рэя над бровью красовалась рана, это Трой ударил его локтем во время сопротивления. Стоит ли говорить, что Рэй ударил его в ответ не слабее, даже казалось, что Трой пойдет скорее в лазарет, чем в карцер. Но у него была крепкая башка, и тюремщики бросили его со свистом в карцер, как старую поломанную мебель, а он действительно был похож на поломанную мебель, один горбатый, сломанный в драке, нос чего стоит.
   В блоке, рядом с огнетушителем, висела аптечка и, наверное, правильно, что она висела в таком опасном месте, как старая добрая тюрьма "Кавендиш". Рэй снял ее и воспользовался перекисью водорода, затем залепил рану пластырем и повесил аптечку на место и перекинулся с Виком веселым взглядом, который ничего не значил.
   Голос Джедапо эхом донесся до него, Джедапо звал его. А Рэй снова предложил ему снять со счета свои двадцать миллионов и смыть в унитаз.
   -У меня идея получше,- ответил Джедапо Муни. - Подойдите оба, и я расскажу.
   -Разве может быть идея лучше, чем смыть деньги в унитаз?-спросил Рэй.
   -Да,- сказал тихо и сонно Джедапо.- Отдать деньги вам.
   Надсмоторщики переглянулись и не поверили в услышанное, а Джедапо молчал, пока до них не дошло сказанное, и тогда он сказал:
   -Ну, вы подойдете или мне открыть камеру и подойти самому?
   Они, конечно, подошли. Джон проводил их взглядом, отдавая Джедапо должное. Рэй и Вик встали перед ним, как школьники перед директором.
   -Я отдам вам пять миллионов на двоих. Ты прав Рэй, эти деньги уже не имеют для меня значения,- Джедапо развел руками.- Завтра свяжетесь с моим банком, узнаете, как все оформить.
   Вик посмотрел внимательно на Джедапо, на этого человека, сидящего в камере, и не поверил ему.
   -Почему ты решил так поступить?
   -Почему нет?
   Вик пожал плечами.
   -Тогда я надеюсь вы согласны?-спросил Джедапо. Конечно, они хотели сказать, что согласны, но разве это было бы по-тюремному? Джедапо добавил:- Но если вам неудобно брать деньги, можете сделать мне услугу, Переведите меня ближе к Варгусту. Тогда это не будет бескорыстным подарком. По првде говоря я изначально хотел предложить такой обмен, но... вам решать.
   Это был первый случай, когда заключенный заставил Рэя и Вика серьезно шевелить мозгами, и они нашевелили ответ:
   -Хорошо.
   -М-м. Тогда может сейчас и переведете?
   -Пока что от тебя были только слова, а не действия,- усомнился Рэй.
   -У меня не так много времени, как у вас. Поверь, расплата не заставит себя ждать.
   -Надеюсь на это.
   -Рэй, не думай, что я меняюсь с вами. Это не так.
   - Нас всего двое. Было бы легче перевести тебя утром.
   - Ну. Вы же перевели Троя?.. Или он сбежал?
   Серьезные взгляды пронзили его. Тюремщики отошли и пошушукались и согласились, что он что-то задумал. Рэй подошел к Джедапо, Вик плелся сзади.
   -Мы позовем ребят из блока Б.
   Так они и сделали. Они ушли и через десять минут в блок вошло четыре надсмоторщика и были они довольно грубы, учитывая, что Джедапо жертвует такими деньгами. Один схватил его за наручники и поднял их настолько, что Джедапо пришлось идти, нагнувшись. Другой держал его за локоть, словно в этом была необходимость, а ее, разумеется, не было. Вик и Рэй шли спереди, Рэй спросил: какая камера? Джедапо сказал: та, что рядом с Варгустом,- и Рэй открыл ее. Тюремщики блока Б ввели его, но на его лице не было особой радости. А когда Рэй уже запирал камеру, то посмотрел на Джедапо, подумал и открыл ее.
   -Так, выйди.
   Джедапо почуял: здесь что-то не то. Теперь Варгуст вряд ли перехватит тюремщика с ключами, слишком много тюремщиков. Так еще Рэй что-то задумал.
   -В чем дело?
   - Я говорю выйди.- Джедапо вышел, и Рэй взял его за наручники.- Ничего личного, но я должен все проверить. Выверните его карманы.- Он посмотрел на тюремщиков.
   Они вывернули карманы наизнанку и на пол вывалилась отвертка, и все посмотрели на нее, как на откровение.
   -Говнюк,- сказал Рэй. - В карцер. Хотя нет.- он встал к нему лицом.- Откуда у тебя отвертка?
   Джедапо стал глухим, как Бетховен, слепым, как Рэй Чарльз.
   - Скажи, где ты ее взял, хуже все равно не будет.- приказал Рэй. Но Джедапо помотал головой.- Тогда, может, после пары дней в карцере ты заговоришь?
   Он толкнул его в сторону выхода. Джедапо уперся ногами. Тюремщики взяли его за руки и потащили под взгляды заключенных, а Вик шел спереди, открывая встречающиеся на пути двери. Пока его вели по коридору, он получил пять подзатыльников. Все получалось не так, как должно. Без того смутное будущее, где он видел себя на воле, бегущего от стен тюрьмы, рушилось, теперь он видел себя беспомощным в карцере.
   Его привели к небольшому коридору с зеленым полом и пятью карцерами. И еще с окнами, в которые можно было бы посмотреть, если бы ты был трехметровым великаном. Тюремщик, который заправлял там всем, открыл карцер и смотрел, как в него с трудом и усилиями заталкивают Джедапо. Наконец, его затолкали, и он сел к стене, тяжело дыша. К вспотевшему лбу прилипли волосы, он их пригладил. Тюремщик принялся закрывать дверь, но Рэй его остановил, он еще хотел поговорить с Джедапо. Он положил руку на дверь и спросил его:
   -Тебе на самом деле легче отсидеть свои последние дни в карцере, чем сказать, где ты взял отвертку?- Джедапо молчал.- Не так много вариантов, где ты мог ее взять, правда?
   -Молчание усугубилось тем, что Джедапо чуть помотал головой.- Запирайте.
  
   15
  
  
   Два года назад Джедапо разводился со своей женой Беатрис. К тому времени он избавился от наркотической зависимости, зато их брак разваливался, словно толстячок после бутылки пива, и с этим ничего нельзя было поделать. Беатрис была ему верной женой пять лет. Теперь она была верным врагом, а ее адвокат был стратегом, который ищет юридические лазейки.
   Как-то вечером Джедапо оделся и пошел в свое любимое заведение. Было темно. Он прошел пол километра вдоль улицы, опустив руки в карманы. Ребятня играла в баскетбол посреди дороги. Мяч отлетел к Джедапо, и он дал им пас. Он дошел до конца улицы и там, на углу, было кафе, он зашел, но ему не понравилась официантка. Она была толстая и уродливая. А столы были неприбранные, с остатками еды. Тот, кто так заботится о своем кафе, так же заботится о пище. Джедапо вышел и сел в автобус. Он не заплатил. На следующей остановке его высадили, туда ему и надо было. Возле остановки было его любимое заведение. Он вошел. Столы были чистые, а официантки вежливые, а пища вкусная. Он заказал ужин и сел за дальний стол, прямо под мигающей лампой. Через пять минут официантка принесла тарелку. Она сказала:
   -Сегодня у нас хорошие пирожки,- она прикусила губу. Джедапо посмотрел на ее фартук и ей в глаза. А она спросила:- Хотите?
   -Как устоять?
   Джедапо выложил бумажник.
   -Сколько с меня за три пирожка?
   -Ну, это смотря какие пирожки.
   Они улыбнулись друг другу.
   Джедапо посидел полчаса. Потом что-то в голове переключилось. Он вышел и купил лотерейный билет. Розыгрыш должен быть сегодня в десять. До десяти оставался час. Он заказал еще пирожков с чаем. Официантка спросила не лопнет ли он, на что Джедапо ответил, что не лопнет, а вот их туалет сегодня точно будет забит.
   Пока Джедапо пил чай, к нему подсел старик. Остальные столики были заняты, в основном детьми с родителями. Лотерейный билет лежал посреди стола. Старик взял салфетку и сказал, что лотереи -- это надувательство. А Джедапо ответил, чтобы шел отсюда. Старик быстро съел свое и ушел.
   Джедапо посмотрел на часы. Встал. Официантка подошла протереть стол и сказала, что он может посмотреть розыгрыш здесь, если хочет. Может, еще что-нибудь закажет.Она улыбнулась победоносно. Посмотрела через плечо.
   -Эй, Мардж, переключи на первый. - Канал переключился.- Ну вот. Вы можете остаться.
   -Да. Спасибо.
   -Рассчитываете выиграть?
   -Знаете, нет.
   -Интересный подход.
   Она протерла столик, а перед тем, как уйти, сказала:
   -Удачи.
   Джедапо помахал билетом.
   Скоро мочевой пузырь вздулся от давления, и он захотел в туалет. Он прошел до конца помещения, свернул. Он отлил, посрал. Когда он вернулся, в телевизоре было шесть кругов, все заполнены. Передача кончилась быстрее, чем Джедапо разглядел числа. Началась реклама. Джедапо оперся рукой о стойку. Этого он ждал час? Тут официантка подошла и раскрыла блокнот для заказов.
   -Вас долго не было. Что вы там делали с нашими унитазами?
   Джедапо улыбнулся.
   -Вы что, записали числа?
   -Вот они,- она вырвала листок.
   Джедапо вытащил билет, и они вместе сверили номера. Официантка сказала:
   -Вы обязаны угостить меня выпивкой.
   Джедапо посмотрел на нее. Потом сообразил, что номера совпали и проверил несколько раз и снова посмотрел на официантку. Он пошутил:
   -Вы что, просто переписали числа с моего билета?
   Официантка подняла руки к потолку.
   -Нет. Поздравляю.-Господи. А вы точно правильно все переписали?
   -Если не веришь, можешь подарить билет мне.-Не-ет. А сколько там джекпот? - спросил он.
   -Двадцать три миллиона.
   -У-у. Три миллиона ваши.
   Он подумал, что если бы она не переписала числа, он выбросил бы билет. Скорее всего выбросил бы. Не стал бы проверять.
   -Это, конечно, хорошо. Но ты вообще собираешься угощать меня выпивкой? -Она улыбнулась.- Я шучу. Ты правда отдашь мне три миллиона?
   -Правда отдам.
   -Ну так что, я увольняюсь?
   Они усмехнулись.
   Джедапо остался до закрытия.
   После закрытия он купил вино за свой счет, и они отметили это.
   Джедапо вернулся домой ночью. Он тихо вошел, скинул ботинки. Повертел билет в руке. А когда он сел в кресло, Беатрис открыла глаза и посмотрела на него, думая, где он был. Он рассмеялся. До утра он ходил по квартире, потому что не мог уснуть.
   Через пару дней он должен был получить чек на телестудии под прицелом камер, и он беспкоился, что Беатрис узнает об этом и потребует половину денег. Ведь они еще не разведены. Утром он встал, нашел в шкафу лучший костюм. Беатрис заметила, что что-то происходит (не так часто ее муж ходил в костюмах). Она даже подумала, что он завел женщину. Джедапо вытащил туфли, галстук, он мог обойтись и без этого, но ведь начиналась новая жизнь, нечего мелочиться. Он примерил костюм перед зеркалом, хорошо ли сидит. Костюм сидел, как раньше,отлично. Все это Джедапо делал под падающие взгляды Беатрис. Он не беспокоился, что она поймет в чем дело. Что она могла понять по костюму? Разводятся они в пятницу. Передача, в которой он получает чек, выйдет тоже в пятницу, вечером. Пару раз Джедапо позвонил куда надо и поинтересовался нельзя ли обойтись без появления на телевидении, но ему сказали, что таковы правила. Джедапо вел себя, как беглый зек, сторонился СМИ. Но в конце концов он решил, что если Беатрис узнает о лотерее, то ладно, если отсудит деньги, он будет довольствоваться половиной выигрыша.
   В середине дня Джедапо оделся и поехал на место. Он показал лотерейный билет охраннику и его пропустили на телестудию. Там было много журналистов. После того, как ему вручили огромный чек, его еще долго расспрашивали о его удаче. Позади Джедапо была белая стена с эмблемами телекомпании, спереди репортеры с камерами, с фотоаппаратами, микрофонами. Свет бил Джедапо в лицо. Он стоял, положив чек на ногу, придерживая край рукой. Он рассказал все, как было. Молодой журналист в костюме протянул к нему микрофон.
   -У вас есть жена?
   Джедапо прикинул, как надо ответить.
   -Нет.
   -Как думаете, много женщин захочет с вами пожениться?
   Джедапо улыбнулся с озлобленными глазами.
   -Все, наверное,- сказал он.
   -Тяжелый чек?
   Джедапо поднял его.
   -Это вам не сто долларов держать... Тут нужна сила.
   Скоро Джедапо вздохнул, и девушка поднесла ему стакан воды.Он выпил. Сделал излюбленный жест нервничающих людей-взялся за узелок галстука, ослабил и подвигал его, как бы давая кислород. Вспышки фотокамер легли на его лицо. Он получил свои мгновения славы.
  
   Утром Беатрис поехала на работу.
   Она вошла в метро. Купила газету и Села на скамейку. Она прикрыла глаза, а когда открыла, вокруг нее уже скопился народ. Беатрис встала и вошла в подъехавший поезд,держа газету под мышкой. Беатрис открыла газету. На первой странице красовалось фото Джедапо,держащего огромный чек, а снизу статья. Беатрис прочитала статью, вникла в содержимое. Глаза ее сузились, она стукнула себя по коленке. Она захотела эти деньги. До работы она не доехала, сошла на половине пути и поехала обратно. Весь путь домой она сохраняла цель в голове,она сосредоточилась на ней. Солнце встало. Беатрис вышла из метро. Она остановилась возле кафе, в тени. К ней подошел парень в кожаной куртке и предложил героин. Она послала его,и он ушел, нахмурившись. Беатрис достала мобильник и позвонила соседке, они уже говорили на эту тему, но теперь, с учетом выигрыша в лотерею, Беатрис была во всем уверена. Она предупредила ее и пошла домой.
   Джедапо по-прежнему спал. Беатрис расположилась в кресле, буравя его взглядом. Пути назад нет. Она разбудила Джедапо, тряхнула его за руку. Он посмотрел на нее, потом на часы и заругался. Он поднялся, злобно глядя на Беатрис, запустил руку во взъерошенные волосы, почесал.
   -Надо поговорить,- сказала она.
   -О чем нам говорить?
   -О твоих двадцати трех миллионах.
   Джедапо махнул на нее рукой.
   -Ты ничего не получишь.
   -К сожалению для тебя, я получу все, что хочу.
   -Можешь забрать квартиру.
   -Ты отдашь квартиру и половину выигрыша.
   -С чего это?
   -Иначе я расскажу людям правду.
   Джедапо вопросил глазами.
   Беатрис сказала:
   -Скажи, трудно жить, зная, что убил человека? Помнишь ту женщину, которую ты убил?
   Джедапо вдвойне вопросил глазами.
   Беатрис продолжила:
   -Ту женщину из пригорода Трюфо. Ее звали Риз Крапт. Ее муж работник местной тюрьмы.
   Джедапо округлил глаза и спросил себя: откуда она все знает?
   Беатрис зло улыбнулась, и Джедапо понял, что у него проблемы. Беатрис сказала:
   -Видишь, я знаю обо всем.
   -Я не понимаю. Что ты знаешь?
   -Тебе память наркотой отшибло? А?
   -О чем идет речь?
   Беатрис подняла газету. Старую, с оборванными краями.
   -Год назад ты убил Риз Крапт. Ты пришел домой с порезом. А потом ты начал отращивать волосы. Ты испугался, что тебя опознают по татуировке и порезу. А потом я купила эту газету.-Она замолчала.- Джедапо. Здесь описано, что ты сделал. Здесь написано про тату и про порез. Я поняла, что это ты.
   -И чего же ты молчала год?
   -Ну. Не все сразу. Теперь мне нужна квартира и половина выигрыша. Это справедливо за молчание. Я ж не все деньги отнимаю. Да?
   Джедапо отвернулся, а затем снова посмотрел на Беатрис, но уже не испуганным взглядом.
  -- Я никого не убивал.
   -Это ты сделал.
   Джедапо поднялся. Напряг руки, жилы вздулись.
   -Я никого не убивал.
   Он подошел к ней. Ударил по лицу. Беатрис побежала, крича, а кровь хлестала из носа, и разум зашел за границы, когда Беатрис поняла с кем связалась. Она взяла нож. Она стояла посреди кухни. Джедапо ударил ее табуреткой по голове. Затем ударил ее ножом.
   Беатрис лежала и глядела на него.
   Джедапо сжал нож. Если она расскажет обо всем, то ему конец, а ведь она расскажет. Он занес нож.
   -Стой,- сказала Беатрис. -Убьешь меня, сядешь в тюрьму.
   Джедапо наклонился.
   Беатрис объяснила.
   -Я все рассказала одному человеку. Если я умру, он расскажет о тебе влястям.
   -Кому ты рассказала?
   Она кашлянула.
   -Я не скажу, разумеется.- Она закричала.- Вызывай скорую.
   -Если не скажешь, умрешь.
   -А ты сядешь в тюрьму.
   Джедапо прикинул, кому она могла рассказать? Наверное, соседке,они ведь дружат.
   -Ты рассказала, Клер?
   -Нет.
   -Ты ведь Клер рассказала?
   -Вызывай скорую.
   Джедапо воткнул нож ей в горло. Кто-то позвонил в полицию из-за крика. А пару часов спустя полиция ворвалась в квартиру Джедапо и повязала его. Полицейские прошли на кухню и увидели ноги Беатрис вываливающиеся из шкафчика (она была довольно большой для такого маленького шкафчика. Джедапо, наверняка, ворчал про себя, ну мол Беатрис, ну жирдяйка, даже спрятать ее не вышло). Полицейские вытащили ее оттуда, обшарили дом, сняли все улики. Потом приехала машина и тело Беатрис увезли. На этом дело закончили.
   Полицейская машина повезла Джедапо в участок. Он то и дело наблюдал взгляд полицейского в зеркале заднего вида. Этот взгляд следил за ним, контролировал его. Джедапо был весь в крови. Он глядел в окно. Машина проезжала по улицам города, и он видел, как люди смотрят на него. Дети ловили его взгляд, взгляд преступника. Ехать в полицейской машине на заднем сиденье -- это клеймо.
   Машина свернула, подъезжая к участку. Автомобиль с полицейскими мигалками, с полицейской раскраской и преступником на заднем сиденье остановился. Полицейские вышли и вытащили Джедапо за руки. Денек был яркий, слишком хороший, чтобы садиться в тюрьму в такой день. Посетители парикмахерской через дорогу от участка смотрели в окна,на то что происходит, и как все обычные люди ожидали, что преступник вдруг взбесится и подерется с полицейскими, а парикмахеры спокойно стригли, потому что видели это каждый день. Джедапо был спокоен, спокойнее Беатрис. Перед тем, как войти в здание, он увидел кровь на тротуаре у самой стены, может, это кто-то из арестованных взбесился, а полицейские его угомонили и если это были те самые полицейские, что сейчас вели Джедапо, то лучше ему оставаться спокойным.
  
   16
  
   Ранно утром дверь карцера открылась, и Джедапо Муни закрылся руками от света, и кто-то, стоящий в дверях, спросил его:
   -Где ты взял отвертку?
   -Аа, это ты Вик...
   -Ты разве не хочешь облегчить себе жизнь, просто ответь
   -Я не знаю, она просто валялась в коридоре.
   -Просто валялась? А там еще пистолета не валялось? Если не хочешь говорить, мы тебя доканаем.
   Вик закрыл дверь.
  
   17
  
   Наступил этот день. До Рождества оставалось совсем чуть, а кое-кому готовили гроб. Джедапо уже с самого утра сидел в карцере, трясясь от страха, ожидая, когда за ним придут, ну а Рэй вошел с утра в тюрьму насвистывая мелодии, в отличном настроении. Он переоделся. Раздевалка была вся украшена гирляндами, а на стену кто-то повесил плакат c Гринчем. Вик вошел в раздевалку следом за Рэем, потирая руки и снимая шапку. Они встретились и Рэй пригласил его отпразновать Рождество к себе домой, а в ответ получил улыбку, как и в прошлом году. Но праздник намечался завтра, а сегодня -- казнь, и они переоделись в тюремную одежду, чтобы исполнить свой долг и убить вечером Джедапо Муни.
   Рождество видимо будет очень снежным, с самого утра снег так и падал. В полдень Вик сидел за столом, и Фил обратился к нему:
   -Вик?
   -Что?
   -А нам полагается что-нибудь по случаю Рождества?
   -Нет, а что?
   -Ну рождество все-таки.- сказал Фил, прижавшись лицом к решетке.
   -К чему ты клонишь?
   -А нельзя нам на Рождество винца сюда или хотя бы пива?
   -Ты шутишь?
   -Ну самого дешевого хоть. Вам жалко?
   - Вы никогда не умеете благодарить.
   -Я буду благодарен настолько, насколько только смогу...
   Вскоре тюремщики поднялись со стульев и потопали прочь из блока. Они открыли дверь карцера и вытащили оттуда Джедапо Муни и им пришлось тащить его, ведь идти он не хотел. Все старались держаться серьезными и не нервировать его. Когда они дошли до блока смертников, Джедапо уже шагал сам. Его посадили в его бывшую, дальнюю, камеру.
   Вик запер камеру и остальные тюремщики разошлись, а Вик остался.
   -Ну как ты?- спросил Вик.
   -А как по-твоему я могу быть?
   -Сейчас принесут электробритву и мы обреем тебя.
   Джедапо посмотрел на Вика и на секунду подумал, что Вик все знает. Но нет, конечно, он ничего не знал.
   -А-а, понятно. Меня должны подстричь, чтобы ток лучше проходил через меня.?
   -Да
   Джедапо отвел взгляд, а потом хитро взглянул на Вика, держась за решетку.
   -Вик, ты доволен своей жизнью?
   -Давай не будем обо мне.
   -У тебя есть родители?
   -Нет.
   Джедапо выждал паузу и спросил:
   -С кем же ты будешь справлять рождество?
   Вик отреагировал чуть ли не с минутным опозданием:
   -С женой и ребенком.
   -У тебя есть жена и ребенок?! - удивился Джедапо.
   И тут Вик не знал, что ответить. Он покраснел и ему казалось, что это было видно издалека.
   -Да. У меня. есть... жена,- сказал Вик.
   -Понятно.
   Вик спросил:
   -Тебе что-то нужно?
   -Нет.
   -Тогда я пойду.
   Вик ушел, надеясь, что он еще не совсем краснющий от содеянной лжи, а на пути ему встретился Рэй, и Рэй подумал, чего это Вик так покраснел. Вик сел за стол, чувствуя себя маленьким мальчиком, а Джедапо видел все, прислонившись к решетке, видел смятение и слабость Вика, а когда тюремщики вышли из блока, заключенные заговорили, и между делом Джон сказал:
   -Я вчера видел Вика, он пришел на работу не совсем трезвый.
   Фил сказал Джону:
   -Я тоже это заметил.
   И это было правдой, что ни на есть чистейшей.
   -У него кто-то там умер,- сказал Джон.
   Фил возразил:
   -Ты-то откуда знаешь?
   -Они с Рэем болтали тут сидели, и Рэй сказал мол, ты скучаешь по ней? Это было вчера, когда Вик пьяный был.
   -Ну и что? Может, Вик втюрился в кого-нибудь?
   -Нет.
   -А ты что любил? Ах да, ты жену свою любил. Шлешь письма ей, Джон, а она не отвечает...
   -А ты-то сопляк что знаешь об этом?- Джон потер свою бороду, он чуть не порвал книгу, которая была у него в руке.- Ты только и умеешь, что отбирать жизнь.
   -Да, Джон, а ты видимо за большую любовь сидишь.
   Джедапо сидел молча, но тут заговорил:
   -Ребята.
   -Чего тебе?- спросил Фил.
   -Вторая отвертка где?
   Фил сказал:
   -Вообще-то нас всех тут обыскали, после того, как тебя посадили в карцер. А ты думал тут детский сад?- ухмыльнулся он . -Нет, этож твою маму тюрьма. Блок смертников дурацкий...
   Джедапо замолчал, потом перевел взгляд.
   -Эй, Джон, насколько я понимаю ты любишь свою жену. Но ты ее никогда не увидишь, если будешь сидеть здесь.
   Джон появился у решетки, так чтобы Джедапо видел его лицо.
   -Что ты хочешь сказать?- спросил Джон.
   -То, что сказал. Если ты хочешь увидеть ее, то ты должен помочь мне сбежать, мы должны сбежать вместе.
   -У тебя все равно нет плана.
   -Мы придумаем план.
   -Извини, это похоже на бред, просто тебя скоро поджарят, вот ты и изворачиваешься.
   -Ну и сиди до скончания века. Тебя Джон в любом случае убьют: на стуле или при попытке бегства, но лучше бежать и иметь шанс спастись...
   -Ну не знаю,- сказал Джон и подумал о своей жене и прильстился возможностью ее повидать, хотя она конечно сразу удерет от него, как увидит.
   Фил сказал:
- Надоел ты со своими побегами. Сиди и жди, как все ждут.
   Сейчас бы Джедапо вышел из своей камеры и набил бы ему морду за такие слова, но он не мог.
   В блок вошли Вик и Рэй. У Рэя в руке лежала электробритва. Он положил ее на стол, потому что намеревался обрить Джедапо немного позже, а пока пошел за едой для заключенных.
   Вик остался один. Он стоял склонившись над столом. До его спины долетел голос Джедапо, зовущий его. И тогда Вик вздохнул, повернулся и пошагал к Джедапо по коридору, лениво оглядывая камеры. Вот Варгуст лежит на кровати, вот Джон сидит, думая о чем-то, вот Фил держит заточку... Вик отшагнул назад и увидел, что это лишь большой палец Фила, а не заточка никакая. А вот и Джедапо с ожидающим взглядом.
   Джедапо спросил:
- Можешь, включить радио?
   -Ага.
   -Но я бы хотел сам выбрать песню.
   Вик скрестил руки, нахмурился, но потом кивнул и сказал:
   -Ладно, я покручу радиостанции, а ты выберешь ту, которую захочешь.
   Вик повернулся и пошел к приемнику, а когда проходил мимо Фила, Фил сказал:
   -Эй,а я хочу пива на Рождество... Вик... Вик, будь человеком.
   Вик присел и покрутил ручку приемника. Приемник зашипел и голос некоего Энтони Крабапина заговорил так бодро, словно этот Энтони был тут самым главным. Его голос сразу завладел вниманием заключенных. Энтони отпускал пошлые шуточки, пониже, чем многие юмористы. Джедапо сказал:
   -Оставь.
   И Фил тоже:
   -Да. Оставь.
   А шутки были и впрямь смешные, и Вик убрал руку с радио и даже Варгуст, сидевший молча, высунулся поближе к решетке, подпер голову рукой и лежал так, слушая выступление. Блок смертников в этот момент словно оживился, смех изливался из него.
   Вик откинулся на спинку стула, закрыв глаза. Он просидел так пять минут, а потом выступление закончилоь и началась песня про любовь, и тут у Вика в голове что-то перевернулось, и он выключил радио, он не хотел слушать про любовь, это напоминало ему о жене.
   Но Джедапо сказал:
-Эй, включи.
   -Я включу другую песню.
   -Хорошо.Твое дело. Вик покрутил ручку радио.
   Филу было скучно, и он решил завести разговор:
   -Вик, а как ты будешь праздновать рождество?
   Вик взглянул на него. Лицо Фила упиралось в решетку.
   -Тебе правда интересно?-спросил Вик.
   -Да, интересно.
   Вик задумался и сказал:
   -За большим праздничным столом с родными и друзьями.
   -И что вы будете делать?
   -Мы будем разговаривать и есть, а потом поиграем во что-нибудь.
   -И у вас будет выпивка?
   -Конечно. Но если ты клонишь к тому, чтобы...
   -О нет, Вик, я не клоню ни к чему... хотя, конечно, хотелось бы тоже как-то отпразновать. Но... мы здесь, чтобы ждать казнь, а не пить... - сказал он и сам словно задумался над своими словами.
   Он прилег на койку и представил себе, что он на свободе и празднует Рождество, а потом понял, что он все равно просто напился бы.
   Рэй вернулся в блок с подносом и с кастрюлей, наполненной кашей. Он взял поварешку, зачерпнул и отдал первую порцию Варгусту. Фил получил свою тарелку, попробовал и сказал:
   -Мм, ваш повар старается все меньше.
   Рэй ответил с каменным лицом:
-Ешь что дают.
   Фил съел полтарелки и сказал Вику:
   -Может, я и не отпраздную рождество, но по-крайней мере меня сегодня не казнят,- он посмотрел на камеру Джедапо.
   Джедапо получил свою тарелку, а через пару минут все услышали, как она шлепнулась о стену и загремела. Тюремщики сделали вид, что ничего не слышали. Джедапо сел у стены и обнял себя руками.
   Надсмотрщики, Джим и Тод, вошли в блок. Рэй сказал им, что пора обрить Джедапо. Он взял бритву, потом встал и пошел к камере Джедапо, а остальные пошли следом. Джим пошел, шаркая. Тод, потирая пистолет в кабуре. Вик, звеня ключами. Все четверо встали перед камерой. Джедапо сидел на корточках у стены. Рэй просунул наручники и сказал ему, чтобы надевал.. Джедапо не подчинился. Тогда Рэй положил руку на свою дубинку и приказал еще раз, на Джедапо это не подействовало. Рэй взял дубинку, а Вик открыл камеру, а Тод все потирал свой пистолет и, когда решетка открылась, Рэй вошел на свой страх и риск. Тень тюремщика нависла над Джедапо. Рэй схватил его за руку и попытался надеть наручники. Но Джедапо оттолкнул его и тогда в дело вмешались Вик и Джим и заставили его подчиниться: надеть наручники и сесть на койку.
   Рэй ткнул в него дубинкой.
   -Послушай, хватит испытывать наше терпение.... Сейчас мы тебя обреем, а будешь сопротивляться, получишь дубинкой... Дайте бритву.
   Вик протянул бритву, и Рэй сходу начал брить ему голову .
   Джедапо пробубнил:
   -У меня нет денег на стрижку...
   Рэй сердито молчал. А бритва ревела. И закончил Рэй очень быстро, он обрил Джедапо налысо, как в армии. Он выключил бритву, а злость еще кипела в нем. Рэй снял с Джедапо наручники, глядя на его татуировку на затылке, и молча вышел.
   Вик закрыл камеру. И тюремщики ушли и сели за стол. Рэй вытер запотевший лоб и вздохнул.
   -Скотина,- сказал он. - Я ему еще радио включаю.
   -Брось, Рэй. Чего ты ждал от зека?
   -Просто обидно... Пойдемте проветримся.
   Тюремщики кивнули и пошли.
   -Вик, ты идешь?- спросил Рэй.
   -Нет.
   -Все в порядке?
   Вик кивнул. Он остался стоять у стола. Если бы только можно было видеть, что происходит с человеком, они бы увидели, что у Вика внутри все смешалось: шок и злобная улыбка и ненависть. Да, он заметил тату на затылке Джедапо. Это было то самое тату. И шрам от пореза там был... От того пореза, который поставил сам Вик. Лицо может он и не помнил, но тату точно было то самое.
   И если подумать, то никто ничего не сделает с Джедапо, он итак приговорен к смертной казни. Боже. Это же знак, что они оказались вместе. Ну давай же, Вик, он в твоей власти. Делай с ним, что хочешь.
   Вик схватил пистолет и ключи. Он встал и по его лицу уже все было ясно. Джон спросил его:
-Вик, ты чего?
   Вик прошел мимо, а Джон смотрел на пистолет в его руке и все думал: что такое происходит? Заключенные повставали у своих решеток. Вик отпер камеру Джедапо, и Джедапо отошел в глубь, выставив руки, словно это защитит его от пули. Джедапо спросил, что Вик делает.
   -Ты убил мою жену,- Вик держал его на мушке и как бы Джедапо не захотел, он бы не смог увернуться.
   -Что?
   -Ты сам все знаешь,- прошептал Вик.- Расскажи мне, за что ты убил ее.
   -Я... Но я не понимаю...
   -Я тебя сейчас застрелю, если ты не расскажешь. .. Раз.
   -Я говорю правду.
   -Два... Три.
   Вик напрягся. Такого Вика Джедапо еще не видел, это был уже не тот надсмотрщик. Лицо Вика переменилось, и Джедапо почувствовал, что он сейчас выстрелит.
   -Хорошо,- сказал Джедапо. - Я это сделал.
   На секунду Вик застыл. Вот он, убийца его жены. Стоит на коленях. Вик пока еще не мог осознать, как так получилось. Десять минут назад он ничего не знал и вот он нашел убийцу своей жены. И что дальше? Джедапо все равно уже сделал свое дело и все равно умрет сегодня. Лицо Вика исказилось от ненависти.
   Джедапо спросил:
   -Что ты хочешь делать, Вик?
   - Ты- мерзкий ублюдок...
   -Вик, не стреляй.
   -Ублюдок, ты убил мою жену. Она была беременна. Ты знал это, а? У меня должен был родиться ребенок.
   -Вик, я сожалею.
   -Нет, ты не сожалеешь. Ты лицемер, чертов. Тебе все равно,- Вик прицелился, закрыв один глаз, и Джедапо мог только гадать куда. он целится.
   -Стой, Вик.
   Вик выстрелил. Пуля задела штаны Джедапо, прямо у яиц. И Вик тут же перезарядил пистолет и снова прицелился.
   -О нет,- закричал Джедапо.
   -За что ты ее убил?
   -Мне пришлось.
   -Нет. Ты захотел и убил ее. Тебя никто не заставлял. Ты нас ограбил и убил ее. Я тебя ненавижу. Ты не знаешь насколько я презираю тебя.
   -Вик, самосуд не лучше.
   -Что ты там бормочешь?
   Рэй зашел в блок за сигаретами. На столе лежала пачка. Он потянулся, взял ее и увидел Вика, и пачка упала на пол.
   -Вик? Что ты делаешь?
   Рука Вика тряслась. Голова Вика медленно повернулась, и Рэй увидел его испуганный взгляд. Но Рэй не стал подходить, побоялся, что Вик взбесится и перестреляет всех, побоялся, что Вик выстрелит в него. А ведь такое бывает... Хотя это же Вик, обычный парень.
   Все, что Рэй смог сказать:
   -Завтра Рождество,- и прозвучало это примерно так: "а как же Рождество, Вик, ты что, не собираешься завтра праздновать?"
   Джон сказал :
   -Джедапо убил его жену.
   Рэй нахмурился.
   -Что?
   Джон сказал:
   -Это правда. Я сам не знаю в чем дело, но это правда.
   -Так. - сказал Рэй.- Вик, отдай мне пистолет.
   -Не подходи ко мне.
   -Ты никого не убьешь, Вик. - сказал Рэй.- Я не знаю в чем дело, но ты отдашь мне пистолет. Потому что мы друзья.
   -Я должен что-то сделать. Он убил мою жену. Он должен ответить за сделанное.
   -Он итак умрет сегодня, Вик.
   -Но это же моя жена, понимаешь Рэй, этот подонок убил ее, всадил в нее нож. Я хочу ответить ему.
   Тут его вдруг снес удар. Заключенный Джедапо Муни накинулся на него и повалил на землю. Пистолет выпал из руки, и Джедапо завладел им. Рэй бежал помогать, и Джедапо выстрелил в Рэя. Труп Рэя упал на пол. Джедапо перезарядил пистолет и следующим трупом оказался Вик.
  
   18
  
   Жизнь блока смертников изменилась в одно мгновение. Теперь здесь всем заправлял бывший заключенный, а теперь свободный человек, Джедапо Муни.
   Он посмотрел сколько осталось патронов. Он переглянулся с Филом. Фил попросил открыть камеру. Джедапо наклонился и снял ключи с пояса Вика. А Вик глядел на него мертвым взглядом, как некогда матерщиница Элис. Джедапо выпрямился, потряс ключами и спросил заключенных хорошо ли они будут вести себя, если он всех выпустит, спросил так, словно перед ним были школьники. И не дождавшись ответа выпустил всех, один за другим. Фил поклонился ему со словами благодарности. Джон молча вышел из камеры. Варгуст тоже вышел молча.
   Джедапо встал у тела Вика и начал раздевать его. Ботинки, потом штаны, потом рубашка. Фил поинтересовался, что это он делает, когда как надо сматываться. Джедапо разделся сам и напялил на себя костюм тюремщика.
   -Как вам? - спросил он.
   -Я тоже переоденусь,- сказал Фил и подошел к трупу Рэя.
   Джедапо пригладил лысину, словно на голове были густые волосы. Лысый тюремщик -- это будет что-то новое и любой сразу приметит тату. Джедапо широким шагом подошел к столу, где лежала фуражка тюремщика, и надел ее. А затем он повернулся с таким взглядом, словно он сам уверен, что он тюремщик.
   Он дал команду Варгусту, чтоб тот взял Вика за руки. Варгуст взялся за руки, а Джедапо за ноги, и они полжили труп на койку. Джедапо накрыл его одеялом с ног до головы и запер камеру. Он надеялся, что если кто войдет в блок, то не увидит трупов и просто подумает, что тюремщики вышли. Только вот на полу осталась лужа крови.
   Фил переоделся в костюм, и они пошли прочь из блока. Джедапо был во главе. Поскольку дверь во двор была закрыта, они пошли по коридору в соседние блоки. Они прошли пятьдесят метров. Но то, что их ожидало за углом коридора, застало их врасплох. Навстречу им шли Джим и Тод. На лице у Тода было недовольство. Еще бы, если напарник уходит за сигаретами и не возвращается, то это раздражает. Когда Тод увидел Джедапо, он даже не понял, кто это. Он подумал, что уже где-то видел этого тюремщика, и без тени страха ступал ему навстречу. Но вдруг Тод вспомнил это лицо. И увидел пистолет в его руке. А потом посмотрел на остальных заключенных. В сборе была вся банда. Рука Джедапо, в которой был пистолет, поднялась и банда прямо таки прокатилась по коридору, оставив после себя два трупа. И пока никто им не мешал, они нашли ближайший туалет и посадили оба трупа в кабинки, на унитазы. Этих бедолаг нашли только когда кто-то заметил, что кабинки слишком долго заняты и никто из них не выходит. А трупный запах? Да в туалете всегда воняет.
   Теперь костюмы тюремщиков были у всех. Хотя Варгуст был слишком велик и костюм сидел на нем в обтяжку, и пара нижних пуговиц не застегнулась.
   Джон спросил:
   -Ну так что, куда мы идем?
   -Мы найдем выход, - ответил Джедапо.
   -Сколько ты еще собираешься убить людей до того, как выберешься?
   Джедапо взглянул на него и поправил фуражку.
   -Не беспокойся об этом, Джон.
   Джон больше не задавал вопросов, но он решил, что крови еще прольется достаточно. Он вытащил из кобуры пистолет и захотел направить его на Джедапо, но рука даже не дрогнулась, слишком он боялся того, что с ним потом сделают.
   Дверь лазарета недалеко от них распахнулась и из нее вышла медсестра, и прошла мимо. Она не обратила на них внимание. Варгуст искоса взглянул на нее, сглотнул слюну и посмотрел на свой облегающий костюм, в котором он казался великаном. Фил сказал ему, чтобы не волновался так, а то еще мог остановить медсестру своим испуганым взглядом. Но Варгуст подумал, что если бы она остановилась и раскусила бы их, то он бы ее задушил.
   Все четверо пошли дальше, разглядывая коридор. По левую сторону был проход в блок , а дальше в комнату посещений,а затем коридор сворачивал влево и что их там ожидало, никто из них не знал. Они прошли и только трое свернули за угол, а Варгуст остался стоять, вдруг там с ними приключится засада. Но этого не случилось. Вместо этого Фил выскочил из-за угла и спросил:
   -Ты что здесь забыл? Быстро пошли. Странный ты какой-то. Из-за тебя нас всех сцапают.
   Он взял его за руку, и они свернули за угол. Там была дверь во двор.
   Все случилось быстро, поэтому никто не успел струсить. Джедапо просто открыл дверь, и они пошли прямо к воротам, на виду у сторожевых башен и у тюремщиков, стоявших неподалеку. Наверное, на них никто и не обратил внимание, ведь их одежда была неприметная . И даже если бы кто-то присмотрелся к этим четверым, их лица все равно были скрыты глубоко посаженными фуражками и нагнутыми головами.
   У ворот гуляли два охранника. Джедапо остановился перед ними. Охранник потянулся к автомату, но пистолет Джедапо уже целился ему в грудь, и охранник решил не дергаться и второй охранник тоже, было ясно, что у них шансов нет.
   Джедапо сказал:
   -Откройте нам ворота и не подавайте вида, что с вами что-то не так. Не дай бог стрелки на башнях увидят, что вы чем-то огорчены.
   Охранники переглянулись. Один из них подошел к воротам и отпер их.
   -А теперь, - сказал Джедапо.- мы медленно выйдем, и вы закроете за нами ворота.
   Так и случилось.
   Они вышли. А когда ворота закрылись, они побежали со всех ног, подальше от этого пропащего места. Где-то спустя пару километров они уже разделились. Джедапо бежал непереставая. А кто-то остановился. А кто-то решил, что надо бежать по-другому маршруту. Вообще наверное они смешно выглядели и очень приметно. Четыре мужика в костюмах тюремщиков. Вскоре полиция начала преследование. Полицейская машина остановилась недалеко от тюрьмы, полицейский подошел к молодому человеку на остановке и спросил про заключенных, и молодой человек указал пальцем, куда они побежали. Полицейская машина двинулась дальше, потом снова остановилась и старая женщина рассказала, что один человек, одетый в форму, избил прохожего и отобрал его одежду.
  
   19
  
   Фила поймали в первый же день. Джедапо узнал об этом из новостей. В тот же первый день Джедапо забрал свои деньги из банка и никто ему даже не помешал. Видимо полицейские были не в курсе, что Джедапо богач, а уж когда они допрут до этого, будет уже поздно.
   Теперь Джедапо Муни звали не так. Он называл себя Фредерик Сойер.
   Как-то раз Фредерик Сойер зашел в бар одного небольшого городка. Помещение бара было в полумраке, как это обычно и бывает. Наверное, такое тусклое освещение помогает уединиться. Как входишь в бар, стойка сразу по левую руку и тут же за ней стоит бармен, смотрит на тебя. Заказываешь что-нибудь и проходишь дальше, к столикам.
   Было уже почти лето, и Джедапо вошел в бар в красной футболке с рисунком кролика и в красной кепке. Он выложил на стойку пару купюр и сказал:
   -Как обычно. Пиво.
   Бармен отдал ему бутылку. Джедапо уселся за стойкой. Народа в баре было достаточно и уже стоял пьяный шум. Джедапо отпил из бутылки и потрогал свою бороду и мягко пригладил ее. Он отхлебнул еще пива. Снял кепку, положил на стол и вытер потный лоб. Было довольно жарко, даже под вечер, и пиво тут было очень кстати.
   Бармен сказал:
   -Недалеко отсюда открывается новый бар.
   -И вы рекламируете его?
-Нет. Просто хотел спросить: будете сохранять верность нашему заведению?
   -Да... Я частый посетитель в последнее время.- сказал Джедапо. - И если захочу выпить, непременно приду к вам.
   Они посмотрели друг на друга и посмеялись, и бармен сказал:
   -Вы успокоили меня,- он положил руку на грудь.
   -Не хотите выпить со мной? Я плачу,- сказал Джедапо.
   -Оо нет.
   -Работаете барменом и не хотите выпить?
   Бармен грустно улыбнулся. Это был черный пожилой человек.
   -Я бросил. Раньше был алкашом. Теперь вот работаю барменом, но не пью.
   -Интересная работа для человека, который бросил.
   -Но я все еще страшный специалист в этом деле, пробовал почти все что продается здесь... А вы? Чем вы занимаетесь?
   -Эээм, я ищу себя.
   -В баре?
   Джедапо усмехнулся.
   -Да. И в баре тоже.. Пока что не работаю. Но денег хватает.
   Бармен кивнул.
   -Это ясно.
   Джедапо еще хлебнул холодненького и сказал:
   -А я вот был наркоманом. Вы алкаш. Я наркоман. Это почти сломало мою жизнь.
   -Знакомя история. Не видел ни одного успешного наркомана. Хотите рассказать об этом, о своих пороках?
   -Нет.
   -Слишком страшные воспоминания? Я бил свою жену,- его лицо наполнилось злобой, но он злился на себя. - Ударил ее несколько раз. Теперь, когда я избавился от зависимости, мне конечно очень стыдно.
   Джедапо кивнул, но промолчал.
   -Здесь, в баре, я встречаю много зависимых людей. Я бармен, но мне иногда хочется крикнуть: "Эй, хватит пить, ты же алкаш, делай с этим что-нибудь". Но всем все равно. И мне это даже на руку, как это ни печально.
   Он нагнул голову и вздохнул. А потом повернулся, взял откуда-то бокал и выпил содержимое. У Джедапо отвисла челюсть.
   -Вы же не пьете?
   Бармен сначала не понял, но потом улыбнулся и достал из под стойки бутылку с лимонадом.
   -Как же. Пью, когда в горле пересыхает. Раз тут столько алкоголя, решили, что и в бокале то же самое?
   Джедапо усмехнулся.
   -Вы меня провели.
   -У вас было такое лицо, как будто я взлетел.
   Джедапо кивнул, понимая, что именно такое лицо, у него наверное и было. Затем он спросил:
-У вас тут не найдется в баре работы?
   -Тут? Нет, у нас все занято.
   -Денег-то у меня достаточно. Просто хочется занять себя чем-то.
   -Сходите в ресторан через дорогу, там должны быть вакансии.
   -Но там нет такой приятной компании.
   -Да. Это так.
   Бармен перестал улыбаться и спросил:
   -Долго растили бороду?
   -Да. Долго,- ответил Джедапо.
   -Извините. Но у вас отклеились усы.
   Джедапо потргал их. Он вскочил и побежал в туалет, нащупывая в кармане шорт специальный клей для бороды и усов. А пока его не было, один из посетителей подошел к бармену и спросил:
   -Что это с ним?
   -Усы отклеились.
   -Отклеились?.. И борода значит, тоже ненастоящая?
   -Значит, - сказал бармен.
   Человек подумал и сказал:
   -Может, у него там, под бородой, какое-нибудь уродство, вот и носит бороду.
   -Это не наше дело. Если нравится, пусть носит.
   Джедапо приклеил усы. Он немного постоял в туалете.
   Ну вот, теперь бармен наверное насторожился и легче даже снять бороду, может, никто и не узнает его. Но борода -- это единственная защита. Стоит попасться хоть одному человеку, который в курсе, и не миновать ему электрического стула.
   Он открыл дверь и прошел обратно к стойке так, словно ничего не случилось. Но бармен смотрел уже знающими глазами, он знал, что от него что-то скрывают. Но тем не менее он лишь поднял брови и усмехнулся, продолжая заниматься протиранием стойки и выравниванием бутылок.
   Джедапо сел и удивился, потому что не последовало вкрадчивых вопросов о его бороде. Тогда он взмахнул рукой и сам заговорил:
-Не спросите меня о бороде?
   Бармен поднял брови, посмотрел внимательно на его бороду и спросил:
   -Нууу, так вы долго ее растили?
   Джедапо рассмеялся.
   -Вы меня убиваете.
   -Но я этого не хочу.
   -Почему... почему вы не спросите?
- А вы хотите рассказать? Я знаю, что не хотите, иначе бы уже рассказали. Я подозреваю вы носите ее не просто так. Чем меньше вы расскажите мне, тем меньше я буду знать и беспокоиться из-за этого, так?
   -Да. Конечно.
   Бармен приблизился к нему.
   -Я вовсе не собираюсь лезть в ваши дела. Только если вы сами не расскажите о них.
   Джедапо спросил:
   -Как вас звать?
   -Касиус.
   -А я -- Фредерик Сойер.
   -Налить еще чего-нибудь?
   -Да. На свой вкус.
   -Ага. Сейчас попробую что-нибудь,- сказал Касиус и рассмеялся.
   Джедапо выпил еще бутылку и так вечер подошел к концу. Наверное, это был лучший вечер за последнее время. До этого он был словно мертв, словно было лишь тело, но этот вечер его оживил, и он вышел из бара поздно ночью в хорошем настроении, вздохнул, расправил грудь и пошел пешком домой, в квартирку, которую снимал.
  
  
   20
  
   У Джедапо, наконец, выросла борода. А когда его лицо пустило действительно непролазные заросли, он без опаски начал выходить на улицу.
   Есть время для опасений и паранойи, а есть время, когда меняешься. Вот и Джедапо изменился. Свой тюремный пистолет он хранил в куче одежды. Сначала думал, что пистолет еще пригодится, а теперь решил, что надо избавиться от него, от улики, от предмета, который вечно напоминал о скверном прошлом. Он достал его из шкафа, зарытый в одежду, и присел на стул посреди спальни. Стул заскрипел. Был день. На улице шумели дети. Джедапо подержал пистолет в руке, достал из него все патроны. Он вспомнил, что это был пистолет Вика. И из него же Вик был убит. Воспоминания нахлынули, и в этот теплый денек Джедапо охватил холод. Он посидел еще немного вот так, пялясь на пистолет.
   Он бросил пистолет в пакет. Накладная борода и клей полетели туда же. Джедапо вышел из дома и сел в автобус. Он доехал до конца города, туда, где начинался лес, и зарыл пакет в лесу, надеясь, что никто его не найдет. И хоть он этого не знал, но пакет потом нашли мальчишки. И они игрались с пистолетом, пока не истратили все патроны. А потом носили бороду и гадали, кто интересно зарыл здесь это добро.
   Потом, когда Джедапо возвращался, он увидел ребятню, играющую в войнушку. Один ребенок отходил назад, отстреливаясь, и наткнулся на Джедапо и поднял взгляд, а Джедапо крикнул на него, чтоб не мешался под ногами. Когда Джедапо пришел домой, его мысли вернулись в исходную точку, он опять сел и стал думать о Вике и никуда не мог деться от этих мыслей.
   Бывают люди, которые успокаивают нас одним своим присутствием.. Вот и у Джедапо был такой человек, а главное, этот человек почти всегда был на своем месте. Джедапо наведался к нему вечером. Почему-то (сам не знал почему) Джедапо оделся, как можно красивее: брюки, начищенные туфли. И вот он встал на улице под неоновой вывеской, открыл дверь и погрузился в атмосферу бара: запах алкоголя, шум, приглушенный свет, пьяные голоса. Как всегда за стойкой стоял Касиус, человек, с которым было спокойно, человек, за которым можно было пойти куда угодно, такое доверие он вызывал.
   -Что-то ищете? - спросил Касиус.
   -А?- ответил Джедапо.
   -Снова ищете себя?
   -Да.
   -Присаживайтесь. Вам алкоголь или может быть перекусить чего-нибудь?
   -Пиво пожалуйста.
   Касиус отдал ему бутылку и забрал купюру и положил сдачу, несколько монет.
   Они поболтали, а потом Касиус занялся обслуживанием других посетителей, на пять минут Джедапо остался один. Касиус разобрался с посетителями, но тут же поругался с поваром из-за чего-то. Повар скинул халат, насупился и сказал, что увольняется, но Касиус уговорил его остаться, надел на него халат и отправил обратно на кухню. Когда наконец Касиус подошел к Джедапо, то почувствовал холод в разговоре. Он спросил:
   -Не скучали?
   -Нет.- ответил Джедапо, погруженный в себя.
   -Говорят, собираются снести церковь, которая в центре города. Наверное, построят какое-нибудь прибыльное заведение...
   -А? Что вы сказали? - Джедапо взглянул на него.
   Касиус вздохнул и потом передразнил:
   -Разве я что-то сказал?
   -Сказали. Церковь... что-то там...
   -О чем вы думаете?
   Джедапо улыбнулся во все тридцать два зуба.
   -Кто она, та девушка за столиком? Симпатичная. Вы знаете ее?
   Касиус повернул свое черное с белющими глазами лицо. За угловым столиком сидели три девушки. Касиус спросил:
   -Какая из них?
   -Та, что сейчас говорит.
   Наверно, довольно заметно, когда два человека смотрят в одну сторону. Девушка, о которой они говорили, взглянула на них, а они растерялись и сделали вид, что вовсе не пялились на нее. Они взглянули друг на друга.
   -Мы как дети, - сказал Джедапо.
   -Точно. Дети в баре.
   -Ну, что, она знакома тебе? Часто заходит сюда?
   -Не припоминаю ее.
   -А я думал бармены все обо всех знают.
   Касиус помотал головой.
   Джедапо посмотрел через плечо. На их столике были три бутылки пива. Джедапо сказал:
   -Я куплю три пива, а ты принесешь им за столик и скажешь, что это от меня. А той самой девушке захвати еще какой-нибудь красивый коктейль.
   -Сейчас сделаю.
   Касиус набрал всего, выставил на поднос и собрался идти. Но Джедапо сказал:
   -Стой. Можно, еще одолжение. Поставь какую-нибудь романтичную мелодию.
   -Сделаем.
   Он сменил музыку, взял поднос и подошел к столику. Девушки приняли напитки и помахали Джедапо, а он им, а Касиус даже получил чаевые, хоть он и не официант, и вернулся обратно за стойку.
   -Вроде бы удачный заход,- сказал Касиус.
   -Моя девушка что-нибудь сказала?
   -Ваша девушка? Ха-ха. Она сказала спасибо.
   -Ну и как она по-твоему настроена, позитивно?
   -Да.
   -Отлично.- Джедапо взглянул на нее через плечо, а она на него, а подружки сразу засмеяли ее за этот взгляд, потому что как тут не засмеять, если завидуешь.
   Может, магия подействовала, а может алкогольные напитки, но через полчаса девушка подсела к Джедапо за стойку.
   -Меня зовут Фредерик Сойер,- Джедапо улыбнулся ей.
   -А меня Лиза... Я вам понравилась?
   -Если говорить честно, да.
   -А вы плохой человек?
   -Что?
   -Сами знаете, какие люди порой встречаются в таких местах.
   Касиус вставил свое барменское слово:
   -Можно, мне поручиться за мистера Фредерика? Я его знаю и уверен, что он не плохой. Это я к слову.
   Лиза сказала:
   -В любом случае мистер Фредерик, спасибо за выпивку, но не думаю, что нам стоит встречаться,- пробубнила она.
   -Откуда ты знаешь, что не стоит?
   -Не знаю, просто...
   Джедапо спросил:
   -Касиус, а ты как думаешь, нам стоит встречаться?
   Бармен благосклонно улыбнулся.
   -Конечно же. Из вас могла бы получиться неплохая пара.
   Девушка сказала:
   -Да. Вешайте мне лапшу.
   -Послушай, давай сходим куда-нибудь, а там ты уже и решишь окончательно стоит встречаться или нет. - Джедапо улыбнулся ей, повернул голову и сказал:
   - Касиус, налей нам пару коктейлей.
   Так и решили.
  
  
  
  
  
   21
  
  
   Джедапо не прогадал, они с Лизой хорошо сошлись. Теперь он ходил в бар не один. У Лизы были недостатки, но это было ничто по сравнению с тем, что скрывал Джедапо.
   Как-то раз Лиза, лежа в кровати, попросила принести кофе,
   на что Джедапо отреагировал быстро. Она отхлебнула из чашки и сказала:
   -Я познакомлю тебя со своей мамой.
   -Зачем?
   -То есть, как зачем, она хочет тебя увидеть, посмотреть, какой красавчик мне достался,- она ущепнула Джедапо за щеку.
   -Как хочешь.
   -А твои родители? Ну, ты познакомишь меня со своими родителями?
   -Я не могу. Да и это ни к чему.
   -Но я должна знать, кто они. Обычно отец и сын всегда похожи. Я посмотрю на твоего отца и если он плохой, то я брошу тебя...-Она усмехнулась.- Да я шучу. Просто хочу увидеть их.
   -Мать умерла. Отец я не знаю где. Мы в плохих отношениях.
   -Что вы с ним не поделили? Почему вы в плохих отношениях?
   -Какая разница? Главное, что это так.
   -Давно ты его видел?
   -Много лет назад.
   -И ты совсем не скучаешь?
   -Мой отец был плохим человеком. Не исключено, что он уже умер, Лиза.
   Лиза подняла брови.
   -А что с ним могло...
   -Он был наркоманом. Принимал дурь постоянно. И выходил из себя тоже постоянно.
   -Извини, я не знала. Но ты ни разу не рассказывал об этом. Ты вообще не рассказываешь о своем прошлом.
   -Прекрати. Я постоянно рассказываю.
   -То, что ты рассказываешь, это смешные случаи. А я говорю о том, кто ты такой, как ты рос. Почему ты не рассказываешь, ей богу? Может, мне гипнозу обучиться и загипнотизировать тебя... А вчера ты во сне говорил.
   -Что я сказал?
   -Ну,- она отхлебнула кофе. - Ты сказал что-то вроде: Вик или Виктор... Виктор, прости, ты же понимаешь...
   Джедапо побелел.
   -А дальше?
   -Ты ничего больше не сказал. Только это. Ну, вот я и подумала, кто этот Виктор интересно. Кто-то из твоих знакомых?
   -Нет, впервые слышу.
   -Ты часом не голубой? Какие-то Викторы снятся. Нет, ну еще нормально там Пенелопа или Сабрина, но Виктор... чем вы там занимались?
   -Это не смешно, Лиза. Ты бы шла умываться и не мешай мне собираться на работу, - он натянул носки и подошел к ней.- Дай.- сказал он и отпил из ее чашки.
   Лиза рухнула на подушку. Она любила это дело: проснуться, а потом рухнуть и поспать еще.
   Джедапо ушел в ванную, якобы, чтобы привести себя в порядок, но на самом деле его снова настигла лавина прошлого. Он закрыл дверь и включил воду, а сам встал посреди ванной и вспоминал Вика и остальных тюремщиков и свою камеру. Так бывает. Когда произошло в жизни что-то значительное, ты вспоминаешь это снова и снова, хоть и не подаешь вида окружающим людям.
  
   22
  
   Уж кто-кто, а Варгуст Мелик не сожалел о том, что случилось. Он был рад. Они четверо сбежали, и его распирало от свободы и гордости за совершенное, потому что это было действительно круто. Они непобедимы, раз такое сотворили.
   Он ехал на юг в краденой машине. Пересек он уже несколько штатов и направлялся прямиком к своей мечте, только там он сможет обрести спокойствие и счастье. Только там, где мало людей и где никто его не потревожит. Только там, в каком-нибудь тихом зеленом городке, где населения всего несколько тысяч. Он катил и искал такое место. Он знал, что когда найдет его, почувствует, что это оно. Ему казалось, что это произойдет, как первая любовь что ли. Он обоснуется там, в небольшом домике, и будет жить, отгородясь от мира, и никто его не найдет.
   Пистолет в бардачке обеспечивал ему некоторый покой. А на заднем сиденье лежала коробка с патронами. Варгуст был уверен в себе. Когда он ехал посреди людных улиц, ему было страшно, но теперь он пересекал пустынный штат Аризона и шанс, что его кто-то узнает, был гораздо меньше. Солнце припекало. Варгусту это нравилось. Ему нравился пустынный пейзаж вокруг. Но его тревожило, что надо время от времени заправляться, ему приходилось взаимодействовать с людьми, а это всегда риск. Хотя одна и та же краденая машина тоже риск. И вообще, само путешествие -- это риск, лучше бы он остановился где-нибудь и спрятался, выждал бы время. Но он не хотел. Он стремился к своей мечте. А пока у него было лишь стремление и пистолет, чтобы пробивать себе дорогу.
   Он остановился в одном городке, чтоб перекусить. Живот ныл, да и устал он ехать, надо было походить, размяться. Он зашел в заведение и заказал пару гамбургеров, а потом сел у окна. Заведение было неряшливое: столы старые, окна немытые, еда не ахти, но другого такого заведения в городе не было. За прилавком стояла продавщица, женщина с неудавшейся жизнью. Каждому посетителю она давала заказ плюс показывала кислое лицо. Было видно, что она ненавидит свою работу. Ее начальник ругал ее за это, да только некого было взять вместо нее.
   И вот Варгуст сидел, ел гамбургеры. Продавщица принимала заказы и нервно крутила ручку радио каждые пять секунд, ну вы знаете, как будто там были нормальные станции, и она не могла найти их, а на самом деле не было там нормальных станций. Молодой парень в кепке подошел и сделал заказ. Продавщица сунула ему гамбургер и чизбургер.
   -Держи свою еду.
   -Может, повежливее? - сказал парень.
   -Забирай.
   - Ты каждый раз ворчишь, как старуха. Найди себе мужика, может он тебя исправит,- парень вышел.
   Дверь захлопнулась. Продавщица начала бормотать себе под нос ругательства, а семья (в составе родителей и маленькой девочки), сидевшая неподалеку за столиком, поглядела на нее, но видимо им было привычно. Продавщица все стояла, бормотала. На Варгуста обрушилась эта неприятная атмосфера, он сжал свой гамбургер и зажмурился. Он точно не любил нервозность. Было неуютно. Варгуст бросил гамбургер, и гамбургер шлепнулся на пол. Девочка посмотрела на него.
   Варгуст ударил по столу. Бум. И сразу молчание. Продавщица заткнулась. Варгуст встал, посмотрел на нее, а она посмотрела на него. Он оставил еду на столе и вышел. Дверь закрылась.
   Солнце пекло. Варгуст потрогал влажную от пота футболку и сказал сам себе:
   -Чокнутый город.
   Он походил взад-вперед перед заведением. Потом поглядел на свою машину, которая стояла на противоположной стороне дороги. Он подошел к ней и сел и включил радио. Заиграла дурацкая мелодия, которую он сразу выключил. Он немного подумал, немного посмотрел на заведение, на это строение с названием: "Гамбургеры, чизбургеры" и понял, что надо вернуться, потому что хочется есть. Как бы ни было там противно, надо вернуться и хотя бы забрать то, что осталось. Он вышел из машины. Улица была пуста. Он перешел ее, открыл дверь, взял свой гамбургер, колу и, не оглядываясь, вышел.
   Уже сидя в машине и доедая крошки, он снова врубил радио. В штанах он чувствовал пистолет, нет, не то, что вы подумали, действительно пистолет. Он прилег на оба сиденья, мечтая снова о домике, о дружелюбном городе, о прекрасной жизни. Он лежал, закрыв глаза, а когда открыл, он снова оказался в машине и так же звучало радио и снова предстоял путь и реальность была не слишком дружелюбна: он сунул руку и достал из кармана немного денег, посчитал и понял, что этого хватит заправиться и купить немного поесть, вот и все. Значит, снова придется достать денег.
   Он запрокинул голову назад, вздохнул и взгляд его, ровный, целеустремленный, уверенный, лег на заведение. Как раз дверь заведения открылась и оттуда вышла семейка. Больше там никого не осталось. Варгуст вытащил пистолет. Он посидел еще немного, а затем подкатил машину ко входу и зашел внутрь.
   Из радио играл Элвис. Продавщица сидела на стуле, спиной ко входу, и читала журнал. Она выпрямила кисть и посмотрела на свои ногти, а затем продолжила читать статью, видимо о ногтях. Она взяла чашку с кофе, отхлебнула. Тут она услышала шорох и обернулась. Варгуст стоял, склонившись над ней. Пистолет был у самой ее головы.
   -Мне нужны деньги.
   -Охренеть, - сказала она и застыла.
   -Вытащи из кассы все, что есть и положи в пакет.
   -Мистер, вы уверены?
   -Я уверен.
   -Если уйдете сейчас, то я никому не расскажу о вас.
   -Ты слышишь, что я говорю? Деньги, быстро...
   -Это карается законом. Лучше уходите.
   -Я тебя убью,- сказал Варгуст, но не собирался этого делать. Ограбление -- это ладно, но убийство... Он не хотел увлекаться. А женщина видимо думала наоборот.
   -Я не знаю, что с тобой, но давай ты уйдешь.
   Варгуст выстрелил мимо ее ноги, в пол. Она вздрогнула и кинулась к кассе, собирать деньги. Затем упаковала и положила на стойку.
   -Пожалуйста,- сказала она и подумала: "Черт, а я ведь давно никому не говорила: пожалуйста"
   Варгуст сказал:
   -Теперь на колени.
   -Что? Я дала вам все, что нужно.
   -Ты расскажешь кому-нибудь об ограблении?
   -Нет.
   -Чертова лгунья.
   -Я расскажу. Владельцу. Но сделаю это, когда вы будете уже очень далеко. И я не скажу ничего о вас. Скажу, что вы были в маске, вы не давали мне оглядываться.
   Варгуст выстрелил в потолок для припуга и вышел, а от потолка отвалился кусок и упал на стойку, рядом с кассой.
   Варгуст забрался в машину и поехал, поднимая за собой пыль. Дорога шла вверх, а затем спускалась. Горбатая была дорога. И там, за горизонтом дороги, играл мальчик со своим псом . Мальчик, у которого из друзей был только этот пес, да и тот кусался, царапался и вообще был своенравный. Машина вынырнула из ниоткуда и сбила пса. Мальчик посмотрел на труп собаки и печаль обуяла его. Он посмотрел в сторону, куда уехала машина, и сдвинул свои брови и сидел, водя палкой по песочной дороге. Потом он подошел к собаке, посмотрел на ее морду и на раздавленный череп, и разревелся.
   Варгуст уехал далеко. В другой штат. Пустынный пейзаж сменился более живым.
   Щит на дороге гласил, что впереди его ждет город. Значит, он снова заправится и поест.
   Он проехал немного. Появилось первое здание, продуктовый магазин, а за ним еще одно и еще одно...
   Он однако, свернул с дороги и поехал по тропинке, туда, где видел большое скопление деревьев. Здесь было тихо, только ветерок шумел, а трава и листва деревьев колыхались, и птицы пели. Варгуст доехал до скопления деревьев и остановился под тенью дуба. Рядом журчала река. Он заглушил двигатель и вышел из машины. Рядом с рекой, на большой, мощной ветке дуба на веревке висело колесо, кто-то смастерил этакие простецкие качели. Можно было качаться практически над рекой, такая длинная была веревка.
   Варгусту захотелось покачаться. Он просунул ногу в колесо, затем вторую, поместился он с трудом, все-таки он был большой. Он оглянулся на машину. Надо будет ее откатить подальше, пока он будет ходить по городу. Он не хотел светить зря машину, потому что он много где был и много чего плохого сделал и многие видели его машину, так что ее уже ищут, лучше пройтись пешком.
   Это были негативные мысли, ему не нравилось думать об этом, поэтому он перевел взгляд с машины на реку. Он как следует оттолкнулся от берега и начал раскачиваться. Туда-сюда, туда-сюда. И вот он уже забыл обо всем на свете, настолько ему было спокойно здесь. Река журчала. Птицы пели. Он в тени старого дуба. Может, стоит переночевать здесь и подумать хорошенько, что делать дальше? А то он все едет и едет. А куда он едет? Может, нет такого города, который его успокоит? Может, лучше остановиться? Куча вопросов роилась в его голове. Он снова представил свой будущий дом, большой такой.
   Он оттолкнулся посильнее от берега, пролетел над рекой, приподнялся и полетел назад, как маятник. Затем снова оттолкнулся. И тут что-то случилось, что-то плохое. Варгуст увидел, как веревка на колесе развязывается и не успел он опомниться, как полетел вниз, прямо в реку. Руками он успел схватиться за веревку, но сил удержаться не хватило, и он плюхнулся в реку, на камни, в грязь. Итог таков, что он разодрал локоть до крови.
   Затем он услышал детский смех. Он оглянулся на берег, а там стояли дети, три мальчугана. Вот они-то и устроили здесь эти качели.
   -с вами все в порядке? - спросил один из них, со шрамом над бровью.
   -Он не в порядке, ты же видишь, с какой высоты он упал,- ответил второй.
   -Он порвал наши качели,- сказал третий.
   -Нет, он нас спас,- возразил первый.- Ведь это мы могли упасть, а упал он. Теперь мы снова сделаем качели, но мы каждый раз будем проверять хорошо ли колесо привязано.
   -Ты прав,- сказал один мальчик.
   -Да, это точно, - подтвердил еще один.
   -Ясен пень я прав... Мистер, вы в порядке?
   Варгуст выбрался из колеса, посмотрел на свой локоть.
   Мальчик со шрамом повторил вопрос:
   -Вы в порядке?
   Варгуст поднялся на берег и прошел мимо него. А мальчик не унимался:
   -Мы можем вызвать скорую.
   -Нет, не надо.- Ответил Варгуст.
   Он направился к машине, а затем остановился, потрогал брюки. Пусто. Пистолета нет. Он повернулся обратно. Мальчишки все так же стояли и смотрели на него.
   -Что уставились? - спросил Варгуст.
   -Нет, ничего, просто так,- сказал мальчик со шрамом над бровью.
   -Тогда идите.
   -Нет. Мы хотим привязать колесо обратно. Мы достанем колесо из реки... А может вы достанете? Вы итак уже грязный...
   Двое других усмехнулись.
   Варгуст ответил:
   -Я сказал, идите отсюда. Потом привяжете свое колесо.
   Варгуст спустился к реке и начал искать пистолет. Мальчишки спустились за ним. Тот, что со шрамом, спросил:
   -Вы что-то потеряли? Давайте мы найдем. Мы поможем.
   -Нет,- грубо произнес Варгуст, но мальчишки уже искали этот предмет.
   Один спросил:
   -А что за вещь мы ищем?
   Второй сказал ему:
   -Дурак ты. Мы как увидим, так сразу поймем, что это за вещь, он же не камень дурацкий потерял.
   -А вдруг это был камень?
   -Ты совсем...- повертел у виска второй.
   Варгуст заорал:
   -Идите отсюда. Убирайтесь.
   Он взял парня со шрамом за руку и дернул, а затем толкнул его к берегу. Еще один мальчик вылез из реки сам. И тут Варгуст заметил в воде нечто металлическое. Он протянул руку и достал оттуда пистолет. Мальчик, стоявший в реке, раскрыл рот.
   -Ребят, смотрите,- сказал он.
   Варгуст засунул пистолет в брюки и прикрыл футболкой. Он сел в машину и поехал. Он пожалел, что вообще остановился здесь и связался с качелями этих мальчишек. Так нелепо упасть и перемазаться...
   Машина пробиралась через траву, к городу, а мальчики стояли и смотрели на нее и думали об этом странном знакомстве. Один из них забрался на дуб и, сидя на ветке, смотрел на машину.
   Машину Варгуст оставил за кустами при въезде в город. А сам пошел искать, где бы поесть. У него был нищенский вид. Одежда перемазана грязью из реки.
   Был полдень. Солнце висело над головой и здания почти не отбрасывали тень. Варгуст прошел мимо магазинчика музыки и фильмов. Он пригладил свои волосы. А потом поднес руку к носу и прочувствовал, насколько волосы грязны. Он шел дальше. Городок был достаточно большой. Справа и слева тянулись пятиэтажные дома, а между ними вписывались парикмахерские, бары, магазины, школы. Люди медленно сновали туда-сюда. Варгуст остановился у зеркальной витрины и посмотрел на себя. Он вспомнил себя прошлого. Сейчас он был другим: похудевшим, грязным. Он нашел магазин одежды и обновил свой гардероб. Он вышел из магазина в чистенькой одежде.
   Далее он зашел поесть. Набив живот до отвала, он побрел теми же улицами к своей машине. Но когда он, наконец, дошел до машины, он сразу увидел мигалки и людей в полицейской форме. Он встал за углом дома и смотрел, как полицейские рыщут возле его машины. Полицейский автомобиль стоял на обочине. Один полицейский использовал рацию. Было видно, что они взволнованы, они копошились, как жуки. После того, как они покрутились и проверили номер, один из них отогнал полицейскую машину, и они занялись наблюдением за автомобилем Варгуста из засады, из магазина автозапчастей.
   Другие полицейские города сразу встали на уши и рассредоточились по местности. Была информация, что машина принадлежит беглому преступнику.
  
   22
  
   Варгуст развернулся и выбрался из города другой дорогой. И пошел по обочине. Он начал ловить машину. Редкие на этой дороге автомобили не останавливались. Варгуст шел долго с поднятой рукой, поглядывая, не едет ли случайно полицейская машина. Потом он отошел по большому и пожалел, что нет в его руках туалетной бумаги.. Но зато под рукой были листья. Он сделал свои дела, вышел обратно на дорогу. Поднял руку. И следующая машина остановилась.
   Варгуст подошел к машине и посмотрел на водителя. Стройный мужчина лет сорока спросил, куда ему надо. Варгуст ответил, что в соседний город. Варгуст снял рюкзак, который купил только что, в городе. Внутри лежала вода, еда и много чего такого, что может пригодиться, если скрываешься. Водитель сгреб книги и вещи, лежавшие на сиденье. Варгуст сел.
   - Меня зовут Лэнс.
   -Приятно познакомиться. Меня Варгуст.
   -Я знаете обычно не подбираю попутчиков, но, - он улыбнулся.- сделаю исключение.
   Они поехали, и Варгуст опустил стекло, чтобы ветерок обдувал его высунутую руку, чтобы копошился у него в волосах и рубашке.
   -А куда вы направляетесь?
   -Я путешествую,- ответил Варгуст и взглянул на водителя.
   Лэнс поднял брови, словно у него задница загорелась.
   -Серьезно? Интересно, наверное?
   -Немного.
   -Автостопом все время передвигаетесь?
   -Машина сломалась вообще-то.
   Лэнс вздохнул:
   -Да. Проблема. Надо починить... А я еду на конференцию по экологически чистым технологиям. Я борец за чистую планету. Пытаемся изменить мир. А вы как к этому относитесь?
   -Я об этом никогда не думал,- пробубнил Варгуст и уставился на пейзаж. Дорога пролегала сквозь зеленые поля, кое-где лесной массив завоевывал территорию.
   -Я не хочу навязываться, но вот моя книга,- Лэнс взял ее из бардачка.- Я был бы рад, если бы вы прочитали как-нибудь. Она об экологии. В прочем это ваше дело.
   -Хорошо.
   -У меня даже машина на электричестве работает.
   -Эта?
   -Да.
   -А как... как заправляться?
   -Лучше ездить на маленькие расстояния. Есть запасной акуммулятор в багажнике.
   -То есть... ее не заправить в дороге?
   -На крайний случай можно заправиться бензином. Это гибрид. - сказал Лэнс.
   -Ого.
   Потом Лэнс спросил:
   -Ну так, вы значит, в первый раз в нашем городе были?
   -Точно.
   -У нас обычный городок. Ничего примечательного.
   Лэнс побарабанил пальцами по рулю.
   -Хотите что-нибудь послушать? - спросил он.
   -Валяйте.
   -Радио не люблю. Но есть кое-какие альбомы. Выбирайте.
   -Я? - сказал Варгуст.
   -Ну вы же гость в этой поездке.
   -Хорошо,- Варгуст начал перебирать диски.
   -Раз вы путешествуете, не могу не спросить, вы же не были там, куда мы едем?
   -Нет.
   -И не были у водопада?
   -Нет.
   -Хорошо. - Лэнс улыбнулся. - Тогда давайте сделаем остановку там, поглядим на него. Я сам хотел остановиться. Спешить мне некуда.
   -Как хотите.
   Варгуст выбрал диск и вставил в проигрыватель и нарочно сделал звук погромче, чтобы Лэнс не смог виснуть ему на уши. Лэнс это просек и лишь неодобрительно поджал губы.
   Варгуст послушал музыку десять минут, а потом сделал потише, и они с Лэнсом снова могли слышать друг друга. Лэнс был одет в простенькие джинсы и футболку, однако на заднем сиденье лежал костюм.
   Варгуст почесал голову. Он долго не мылся. Он спросил:
   -А на водопаде можно будет искупаться?
   Лэнс улыбнулся.
   -Конечно. Обязательно.
   Минут через десять Лэнс остановил машину на обочине и сказал, что они на месте. От дороги отходила широкая тропа. Лэнс вышел из машины и Варгуст тоже, и они пошли по тропе. У них под ногами пробежала белка и взобралась на дерево. Они прошли мимо, пробрались через деревья и остановились. Перед ними висел веревочный мост, а слева от моста падал небольшой водопад, а снизу водопад перетекал в озеро. Лэнс обернулся и по его цветущему лицу было понятно, как он этому рад. Место было и впрямь хорошее.
   Лэнс ступил на мост, держась обеими руками за веревочные поручни. Мост немного тряхнуло. Он сказал:
   -Мы можем прыгнуть в воду с моста. А потом, когда поплаваем, взберемся обратно по обрыву. Как идея?
   -Да. Хорошо.
   Лэнс походил по мосту, поглядел на окружающую природу, посмотрел вниз, на озеро, и снял футболку. Он сказал:
   -Только осторожно, там водятся крокодилы.
   Варгуст обомлел, и Лэнс сказал:
   -Я шучу, разумеется.
   -Не надо со мной шутить.
   -Конечно, друг,- Лэнс похлопал его по плечу.- Ну что, я первый?
   -Валяйте.
   Лэнс разделся до трусов, перешагнул через поручень и прыгнул. Он поплавал, а когда начал взбираться обратно, Варгуст тоже прыгнул. Немного поразвлекавшись, они уселись, свесив ноги, с моста, чтобы обсохнуть.
   -Ну как вам, отлично, не правда ли? - спросил Лэнс.
   -Да.- Заявил Варгуст.
   Они посидели немного молча. И Лэнс начал одеваться. Варгуст продолжал сидеть, поглядывая на него. Затем он встал, подошел к своей одежде и достал пистолет из штанов.
   -Я заберу вашу машину,- сказал он.
   -В каком смысле?- спросил Лэнс и посмотрел на него.
   -В прямом. Заберу твою машину.
   Лэнс поднял руки.
   -Слушай, давай я тебе дам денег. А машину ты оставишь мне. Сколько тебе надо?
   Варгуст помотал головой.
   -Мне нужен транспорт.
   Лэнс схватился рукой за поручень. Как только Варгуст отвел взгляд, Лэнс прыгнул в озеро. Варгуст взбежал на мост и стал высматривать его. Фигура Лэнса появилась у берега и скрылась за деревьями. Варгуст побежал за ним. Пробежал по мосту, но никого в итоге не нашел, лишь заплутал среди деревьев. Тогда он остановился и стал прислушиваться. Лес шумел. Водопад плескался, извергая тонны воды. Но Лэнса нигде не было.
   Тогда Варгуст оделся и пошел к машине. Он затаился среди деревьев и стал следить, вдруг Лэнс придет к автомобилю. Но сколько он ни ждал, Лэнса не было. Когда ему надоело, он просто разбил окно машины, достал рюкзак и ушел. Его фигура скрылась вдалеке, за горизонтом, и тогда Лэнс вышел из леса. Он сидел там, в тайном месте, где Варгуст его никогда не нашел бы, потому что не знал местность. Лэнс сел в машину. Его руки тряслись. Он взял мобильник и позвонил в полицию, рассказал о человеке, который идет в город, рассказал, что человек вооружен.
  
   23
  
   Варгуст шел себе по обочине, когда впереди появилась полицейская машина. Но он продолжал идти, пиная придорожные камни и полагая, что едут не за ним. Полицейская машина сбросила скорость и остановилась. Тут Варгуст взглянул на полицейского. Дверь машины открылась. Полицейский вышел, уже держа пистолет на готове, и приказал поднять руки. С другой стороны машины вылез его напарник. Полицейский еще раз приказал (сквозь густые усы), чтобы Варгуст поднял руки. Но Варгуст стоял на месте с опущенными руками, стоял и тупо глядел на полицейских, и солнце слепило его, и он помышлял выхватить пистолет из штанов. Полицейский быстро прошагал к нему, не сводя пистолета, даже не моргая. Напарник тоже подошел и схватил Варгуста за руки, а потом сделал подножку. Варгуст упал лицом на асфальт. Как только наручники захлопнулись у него на руках, он понял, что его снова ждет электрический стул, снова придется ждать смерти. Но это было не для него. Полицейский с густыми усами поднял его за наручники и обыскал и вытащил пистолет из-за его пояса.
   -А у нас тут интересненькое,- сказал он. - Бобби, посади его в машину.
   Бобби кивнул, и они трое уселись в автомобиль.
   -Хочешь жвачку? - спросил коп за рулем.
   -Нет, - ответил Бобби.
   Тогда коп оглянулся и спросил Варгуста:
   -Как тебя звать? - Варгуст промолчал. -Хорошо. Тогда мы будем звать тебя какашкой.
   -За что вы меня взяли? - спросил Варгуст.
   Коп объяснил ему за что, за угрозы оружием, и еще сказал, что c показаниями Лэнса он может быть сядет.
   -Вообще-то мне дадут смертную казнь,- сказал Варгуст.
   -И за что же?
   -Я серийный убийца.
   Копы переглянулись. Тот, что за рулем, пригладил усы, перестал жевать и сказал:
   -Значит, мы поймали серийного убийцу?
   Варгуст пожал плечами.
   -Выходит так.
   -Так как тебя звать?
   -Варгуст Мелик.
   -Хорошо, Варгуст, секунду.- Он взял рацию и связался с участком. Он сделал запрос, и ему сказали, что Варгуст Мелик действительно убийца, унесший жизни более тридцати человек и сбежавший из тюрьмы. Когда коп положил рацию на место, он был заинтригован, как и его молодой напарник. Он спросил: - Так зачем ты рассказываешь все это?
   -Вы все равно узнали бы... Я хочу, чтобы вы застрелили меня,- ответил Варгуст.
   -И... зачем?
   - Вы меня поймали. Меня посадят в тюрьму и я буду ждать казни. Это я уже проходил. Я не хочу ждать казни...
   -А придется подождать. Мы не убиваем, а сажаем.
   -Меня все равно казнят. Лучше сдохнуть сейчас. При задержании.
   -Мы отвезем тебя в участок. - Он развернул машину и поехал в город и спросил: - Как ты сбежал из тюрьмы?
   Варгуст посмотрел раздраженно.
   -Просто повезло... Надсмотрщик сошел с ума... Он узнал, что его жену убил заключенный из нашего блока. Надсмоторщик попытался застрелить этого заключенного. Открыл камеру и наставил пистолет. Но его отвлекли, и заключенный напал на него... Мы четверо сбежали.
   -Что же случилось с надсмотрщиками?
   -Они мертвы разумеется.
   Коп перестал жевать и выплюнул жвачку в окно. Его напарник, Бобби, втянул голову и поднял плечи. Он был молодой. Два года служил в полиции, но преступников такого размаха еще не встречал. Он обернулся и посмотрел скромно, прям как девушка. Он спросил:
   -Это ты убил тех надсмотрщиков?
   -Нет.
   -Но ты все равно подонок.
   -Я знаю, Бобби,- сказал Варгуст и улыбнулся.
   Бобби отвернулся от него и спросил затылком:
   -Такие, как ты, гадят. Ты это понимаешь?
   -А такие, как ты, очищают, да Бобби?
   -Именно.
   - Поэтому ты и пошел в полицию, а? Чего же ты не убьешь меня, а? Чего же не очистишь землю от подонка? Я же сам прошу об этом. Кишка тонка, а, Бобби?
   -Убивают такие, как ты.
   Коп за рулем сказал:
   -Бобби, он же просто говно, что ты с ним разговариваешь?
   -Уу, - сказал Варгуст.- Семейный совет. Коп, а тебя как зовут? Бобби-то я уже знаю, а тебя, как зовут?
   -Меня зовут: "пошел ты"
   После этого они все вроде бы стихли, но Бобби потом сказал:
   -И что, ты бы не хотел исправить свою жизнь, Варгуст?
   -Я бы хотел, но уже ничего не исправишь.
   Коп за рулем надел солнцезащитные очки с большими такими овальными стеклами и теперь его лицо было смешным. Густые усы, очки на пол лица. Он сказал:
   -Чушь все это. Ты сам виноват, сам получишь по заслугам. А мы порадуемся, что поймали тебя. Может, даже выпьем за это, да, Бобби?
   -Да. Норман.
   Норман спросил:
   -А как там остальные беглецы, их поймали?
   Варгуст ответил:
   -Одного поймали.... Еще один покончил с собой. Его звали Джон, он сидел за то, что убил любовника своей жены. По радио говорили, что его труп нашли в Нью-Йорке с запиской, приколотой к одежде. В ней он просил прощения у своей жены и в общем разводил сопли. Люди видели его поздно ночью. Он бродил туда-сюда по улице. А на утро нашли его труп с запиской. Видимо, он всю ночь подбирал слова для своей жены. А потом застрелился.
   -Ох,- сказал Бобби.
   - Слушай, а за твою поимку случаем не дают вознаграждение?
   -Я такого не слышал,- ответил Варгуст.
   Норман замолк и его лицо засияло, он представил, что ему дадут вознаграждение, и он купит себе машину, будет ездить, как настоящий герой. И он усмехнулся сам себе.
   Они въехали в город к полицейскому участку. Норман и Бобби с гордым видом ввели преступника в здание участка, миновали дежурного. Затем они посадили Варгуста за стол. Это был стол Нормана, на нем лежала куча бумаг и открытая коробка с полусъеденым бутербродом. В этом же офисе находилось еще несколько столов и трудяг, работающих за ними. Норман развалился на стуле и доел свой бутерброд, он так и сидел, поглядывая на Варгуста , хмурясь. А Бобби в это время искал документы по делу Варгуста. Наконец, Бобби подошел и бросил бумаги на стол. Норман посмотрел на фото, а затем прочитал пару страниц, кое-что зачитал вслух, как бы порицая Варгуста за то, что он сделал когда-то.
   Скоро они отвели Варгуста в камеру временного заключения. Всеми камерами заправлял парень по имени Гас, он носил еду и следил за заключенными. Варгуста посадили в камеру. Норман и Бобби ушли, а Гас сел за стол и стал читать газету. Прочитав очередную сплетню, словно вдохнув в себя немного черной энергии, он поднялся и взглянул на Варгуста. Лишь его камера была занята.. Варгуст спокойно лежал, и поэтому Гас пошел на улицу. Он вышел из участка, из его нагрудного кармана торчала пачка сигарет. Он вытащил одну, закурил, разглядывая улицу, опустил руку с сигаретой, пустил дым. Он вспомнил о том, что полицейский, Норман, сказал ему. Он сказал, что Варгуст хотел умереть. Гас обмозговал эту мысль, а потом вернулся в здание, на место. Варгуст так же лежал, тихо. Может быть, он сходил с ума в глубине души? По его ровному лицу этого нельзя было сказать, но кто вообще скажет, что творится у убийц в головах?
   Гас сел и откинулсяся на стуле, чтобы две ножки приподнялись от пола. Он покачался, глядя на Варгуста. Варгуст лежал головой к нему и вдруг задрал голову, чтобы глянуть на Гаса. Потом сел и сказал:
   -Можно мне карандаш и листок?
   -Зачем?- спросил Гас. Он снова припомнил, что ему сказал Норман. Сказал, что Варгуст хочет умереть. Может, длинный карандаш в глаз -- хорошее средство? - Что ты хочешь написать?
   -Записку.
   -Давай я напишу.
   -Неет... Это личное.
   Гас усмехнулся. Он взял листок бумаги. Потом отыскал на столе такой короткий карандаш, какой только смог, и заточил его максимально. Он знал, что если что-то случиться, то его могут уволить, но таким карандашом убить себя нельзя, даже подавиться вряд ли, а вот написать что-нибудь можно. Он подошел и кинул карандаш на кровать вместе с листом бумаги. Тогда Варгуст сел на пол и начал что-то писать, сгорбившись. Гас глядел, не сделает ли он что-нибудь необычное с карандашом, но он лишь написал что-то. Гас взял газету , делая вид, что читает, а сам ждал, когда Варгуст отдаст ему листок. Но он так и не отдал и тогда Гас спросил:
   -Ты все?
   -Да. Кажется да.
   Варгуст выложил карандаш за решетку. Гас взял его и спросил:
   -А записка?
   -Нет. Пусть она будет у меня. Пока еще не время.
   Гас пожал плечами и сел обратно. А через пол часа он снова вышел покурить на улицу. Когда он вернулся, Варгуст был мертв. Он висел в петле, сделанной из простыни. Простыня была привязана к решетчатому потолку. Из нагрудного кармана у Варгуста торчала записка. Гас отпер решетку и хотел было взять записку, но посмотрел на лицо Варгуста и схватился за свою голову. Он походил туда-сюда и, наконец, вытащил и развернул записку. Там было написано, что он, Варгуст Мелик, больше не может так жить. Он сделал много плохого и просит прощения у своего брата, у своей мертвой жены, Эллейн, извиняется перед Виком и остальными тюремщиками, хоть и не убивал их. И он знает, что этого мало, но это все, что он может дать им всем.
   Гас прочитал это и у него отвисла челюсть. Он ударил Варгуста рукой. Труп закачался. Гас выбежал из помещения, чтобы рассказать об этом кому-нибудь, а труп качался туда-сюда... туда... сюда....
  
   24
   В одном тихом городке появился человек помятого вида с густой щетиной. На нем была легкая куртка с карманами. Его глаза бегали туда-сюда, туда-сюда, словно он искал кого-то, хотя в городе он был впервые.
   Вечером человек оказался у бара. Он вошел в темноту помещения. Бар был заполнен лишь на половину, силуэты людей виднелись за столиками. Тихо играла музыка. За барной стойкой стоял негр и улыбался в тридцать два зуба, словно старый друг. Странник с усилием поднял уголки губ.
   Негр завязал разговор:
  -- Что желаете?
  -- Водки с соком.
  -- Щас плесну.
  -- Выпьете со мной?
  -- Нельзя. Я бывший алкаш. Могу сорваться.
   Касиус налил стопку и странник сразу опрокинул ее.
   -Повтори.
   Касиус налил вторую стопку и спросил:
   -Вы не здешний?
   -Нет. Проездом. Ищу старого знакомого. Кстати, может быть вы сможете помочь. - странник вытащил из кармана фотографию. - Я ищу этого человека.
   -А вы...
   -Его старый друг.
   -Я не видел этого человека, но если вы напишите свой номер телефона, то я позвоню, если встречу его.
   Странник взял салфетку и написал свой номер телефона.
   -Звоните в любое время. В любое. - он поднял палец - ... Значит не видели?
   -Нет.
   -Жаль. Вы могли просто не узнать его. Знаете, он отрастил себе бороду. Вы могли его просто не узнать. Говорят, он живет где то здесь.
   -Почему вы ищите его?
   -Я же сказал, он мой друг...
   Странник посмотрел Касиусу в глаза и между ними воцарилось молчание. На лице Касиуса отразилась лишь тень недоверия и тут же превратилась в добродушную улыбку.
   -Я не лезу в чужие дела.
   -Вот и не лезь. Лучше плесни еще.
   С этими словами странник встал и пошел в туалет.
   Касиус машинально стал протирать стакан, задумчиво глядя на салфетку с номером телефона. Кто этот человек? Почему он ищет Фредерика? Можно ли ему верить?
   -Привет, - послышался задорный голос.
   В бар вошел Фредерик Соер. На нем не было накладной бороды как раньше. Он был весел. Из под футболки торчало пузо, которое он отъел за несколько лет после побега из тюрьмы.
   -Оставил жену дома...
   -Что вы здесь делаете? - насторожился Касиус.
   -В смысле?
   -Вас ищут. Вы же раньше скрывались... кажется Вас нашли.
   -Кто?
   -Он, - с этими словами Касиус указал на туалет.
   У туалета стоял человек потрепанного вида. Кажется, он сам не мог поверить встрече. Он улыбнулся, то была улыбка счастья. Да. Он был счастлив, столько поисков и вдруг...
   -Привет, Джедапо, - сказал странник.
   -Привет... Вик.
   Вик Крапт собственной персоной стоял перед Фредериком Соером. Вик произнес:
   -Не думал, что наша встреча окажется такой... Я жив как видишь. Лежал 5 дней в коме.
   Вик достал из своей куртки пистолет и сказал:
   -Не будем тянуть на этот раз.
   Вик выстрелил Фредерику в голову. Тела Фредерика упало перед входом.
   В баре воцарилась тишина. Касиус побелел.
   Вик спокойно сел за барную стойку.
   -Хочешь знать, что он сделал? Он убил мою жену. Он убил моих друзей. Он вытащил из тюрьмы трех таких же подонков, как он сам...
   Вик рассказывал, а Касиус молча слушал его рассказ. Больше ни разу за весь вечер Касиус не улыбнулся. Он слушал, истекая холодным потом страха, белки его глаз таращились на Вика и его пистолет. А Вик все рассказывал, словно под его ногами не было трупа. Люди в баре тихо сидели.
   Закончив рассказ, Вик просто встал и вышел из бара. Перешагнул через тело Фредерика - через все свои проблемы - и вышел туда - в ночь.
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) Т.Май "Светлая для тёмного 2"(Любовное фэнтези) В.Кретов "Легенда 4, Вторжение"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "99 мир — 2. Север"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Альянс Неудачников-2. На службе Фараона"(ЛитРПГ) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"