Сиромолот Юлия Семёновна: другие произведения.

Бд-4: Тридцать два хогна про запас

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 6.16*8  Ваша оценка:

   Тридцать два хогна про запас.
  "Тебя хочет видеть уродливое существо", - пропищал неживой помощник чужаков и укатился. Уродливое! Сам-то, будто выходец из Половинных миров. Бессмертное тельце, искряная душа.
  Я бы не поверил, не будь он устройством. Меня искать? Здесь? Да ведь ещё добраться нужно через перевалы...
  Я был в огромном зале для игр. Тут пришельцы летают наперегонки под потолком, окованные металлическими ободьями, либо просто бегают внизу, перебрасываясь огненными плотными шарами. Шары как будто жгут им руки: игроки швыряют их друг другу, и летучие штуки отскакивают от стен и каменного гладкого пола с резким звуком. А я вот спокойно могу их трогать - на ощупь они пупырчатые и вовсе не кажутся полными жара. Сейчас тихо лежат себе в углу, рядом с другими забавами. Я тут всё прибрал, сложил, полы блестят влагой. Можно, конечно, пойти и узнать...
  
   Оно стояло за перегородкой, острые суставчики ножек торчали из снега. На нём был полудённый свет, и тёмные одежды колом, и четыре глазка сверкали ярче дневной звезды. Оно направило три из них на меня, а четвёртым пялилось на охранявшего вход боттано. Страж шевелил челюстями, кривил рот, но ему нельзя было двигаться. И сказать он ничего не смел. Порядок! Я положил руки на перегородку и наклонился, чтобы получше рассмотреть. Дело в том, что когда-то...
  Даже и сейчас, видя перед собой куразья, - я был уверен, что наяву это впервые. И раньше страшный охотник приходил ко мне, но это вроде было в видении, на границе моего тёплого дома, где меня не могли защитить старшие и средние. Я тогда был младшим.
  Сейчас бы меня тоже никто не защитил. Уж никак не охранник, стынущий в доспехах. Я нагнулся и проскользнул под перегородку. Снег под куразья таял, оно спотыкалось, поспешая за мной.
   Мы отошли недалеко. Чудище покопалось в своих полотняных панцирях и раскрыло трёхпалую ладонь с каменными коготками. Я отодвинулся. Всякому изестно, - то есть, мне уж наверняка было когда-то известно, что от прикосновения куразья может отняться рука или нога. В щебнястой ладошке каталось что-то - капля светлой воды, комок снега... оно было округлое и казалось ярким.
   - Тебя, - это значило, надо полагать: "Твоё". То куразья, которое я видел давным давно, тоже так изъяснялось. Неправильными словами, загадками и недомолвками. Однако я тогда отлично понял, чего оно от меня хотело, теперь же - не мог. И вспоминал всё отчётливее давние правила (старшие никогда, ни за что бы их не признали): про то, что нельзя допускать их коснуться тебя, и ещё - про то, что у них ничего нельзя брать, наоборот, нужно отдать что-нибудь. Пока они не попросили, потому что если попросят - тогда уже будет не отвертеться, а если упираться, то они сами что-нибудь заберут, да ещё и что послаще: какое-нибудь умение, особенно новое. Или знание, пусть маленькое, пусть в заусенец ценою, - тем и живут. Воры и обманщики, злые гости. Но что я ему отдал в ту встречу? Вот это, что переливается у меня перед глазом? Что ж это?
   Я осторожно и оторопело молчал. Куразья свело глазки в пучок и сказало скрипуче:
   - Хогны. Раз-два-три-тридцать два. Да. Про запас.
  Тридцать два хогна про запас. Великие мученики... сколько всяких знаний накоплено, и плачено отнюдь не заусенцами, а как совладать с чудищем величиной с огненный шар для игры - не знаю. И ведь не прогонишь его. Страшно. Сдаваясь, я повторил за ним странное слово.
   - Да. Хогны и хогны назад отданы. Понял: назад?
  Понял? Назад?
   - Уходи, куразья. Ничего я у тебя не возьму. Не обманешь.
   - Не обману, - согласилось чудище. - Обменяю. Эти спят, а живые нужны. Мно-ого. Не только здесь, все отдаём-меняем.
   - Нет уж. Да я и не знаю, что это. Возьми вот и уходи.
  Я думал отдать ему что-нибудь из того, что вечно как бы само по себе оказывается под рукой. Что-нибудь из ежедневных фишек в головоломке ненужных вещей. Однако оно отказалось! Оно хотело другого! И спасти меня некому.
   - Ну, тогда возьми...
   - Их возьму! - почти вскричало оно. - Сам отдал, сам возьми, понял? Чужие не возьмут, тебе только, твои они, самые хорошие, сколько собирать! Если не возьмёшь, просто так пропадут, и куразья пропадут, и другое всё почём зря!
  Положим, до куразья мне дела не было - жил я без них годы и годы, да и не чувствовал - есть ли, нет ли... А вот всё другое... обманщики они и воры... годы и годы...
  Тут-то я и вспомнил.
  Я тогда, будучи не смышлён, откупился от четырёхглазого страха временем. Своим собственным временем! Маленькой часточкой, в которую утренний лучик передвигал стрелку на звёздных часах в новый день, этим волшебным междучасьем!
  Так вот оно что! Почему бы ему не сверкать в воровской ладошке?
  Да, но что ж я с ним делать буду? Их там тридцать два хогна, но для меня всё равно, что вечность: тысяча или сто тысяч мгновений, и каждое - как остывшая камнем вода здесь, на высотах. Они там, наверное, поют, звенят, им тесно, но мне-то они на что?
   - Выпустишь, - сказало куразья, наклоняя ладонь. - Будут опять наши, но живые...
  Время падало, и до мокрого снега оставалось ему всего ничего, но я успел подхватить.
  Самые хорошие, сказало оно.
  Их было всего на глоток, и они вознесли меня, наполнили и вернули. Первым делом я воскресил врагов. Потом собрал всё, до какого мог дотянуться, знание - и просветил тех, до кого мог дотянуться. Я послал душевный привет каждой отчуждённой в пользу знания части своего тела, и от всех от них принял уверения в добром здравии и почтении. Белое волшебство пришельцев сошло с портрета, расправило струи, одевающие его, и заглянуло в меня сияющим взглядом. Напоследок, расставаясь с сиянием, я всё-таки услышал плач - горше всего на свете обо мне, недостойном, печалились вечно Плачущие Водопады.
  
  Дневная звезда стояла всё там же, над той же серой башней. И сияние было просто светом. Снег подо мною смёрзся. Я выпростал ноги, выровнялся, и понял, что за это знание ничем, кроме печали, платить не пришлось. Но помнить, как звучали на самом краю слуха голоса Водопадов... лучше уж чего-нибудь лишиться! Так размышляя, разжал я руку, - и вот!
  Я бы мог их слышать вечно. Они всё ещё были со мной. От сокровища куразья, от собрания моих междучасий осталась крохотная сверкающая искра, неделящийся остаток.
  Я не стал размышлять об этом. Пусть уж, как есть, - четырёхглазым и того хватит. Я прошёл назад мимо стража: то ли он видел, то ли нет, но в рукаве я пронёс самую дивную и нелепую драгоценность - никому не нужные сколько-то там хогнов. Про запас.
Оценка: 6.16*8  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"