Скандарова Наталия Борисовна: другие произведения.

И голосом вечности скажет душа

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

🔔 Читайте новости без рекламы здесь
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:


   И голосом вечности скажет душа...
  
   Сегодня, нам кажется, звезды
   падают с неба, а завтра -
   лишь пыль под ногами.
  
  
  
  
  
   * * *
   "Добротою" людей поражаюсь,
   Что идут мимо нищих, убогих,
   Разговаривая, улыбаясь...
   На монеты их ставят ноги.
  
   Им не слышится плач ребенка
   На руках у святой Мадонны -
   Ее пальцы, как травы тонки,
   А глаза, как весь мир, бездонны.
  
   Ее сердце - разбитая чаша,
   Ее слезы врачуют раны
   В этом мире пропащем нашем,
   Где мы сами себе тираны.
  
   Я всем нищим раздам монетки,
   Подарю им слова и чувства,
   И душа моя, выйдя из клетки,
   Встретит взглядом глаза Заратустры.*
  
   * Заратустра - см. Ф. Ницше. "Что говорил Заратустра".
  
   * * *
   Куда днем пропадает вся роса?
   Я так хочу куда-то тоже скрыться,
   Как исчезает божия слеза,
   Но мне родных, друзей мешают лица.
  
   Наш мир привык к беспечным обещаньям,
   Разбитым вазам и разрушенным мечтам,
   Навеки неисполненным желаньям,
   Бездомным детям, прожитым годам.
  
   Не содрогнется небо в возмущенье,
   Не прогремит по крышам трубный глас...
   Я остаюсь, чтобы молить прощенья
   Пред вечностью за каждого из нас.
  
   * * *
  
   Каждый год наступает зима,
   Белизною нас сводит с ума.
   Твердой крошкой сыплет вода,
   Прячет землю от нас навсегда.
  
   Словно смерти дыхание - снег,
   А от льдинок - зеркальный свет.
   Вьюгу крутит призрачный бес,
   Замести хочет мир наш весь.
  
   Я пройду босиком по льду,
   Я зародыш весны найду,
   Чтобы сердцем своим отогреть,
   Чтобы птицы смогли запеть.
  
   Мольба.
  
   Где вы, крылья, к полету способные?
   Мне нужны вы так, как огонь свече.
   Не могу позабыть небо темное -
   Я срывалась вниз, но верна мечте.
  
   Я глядела вдаль на восходе дня,
   Звал, манил вперед ветра легкий бриз,
   Но взлетала вверх лишь душа моя,
   Словно тяжкий грех, тело тянет вниз.
  
   Покаяние.
  
   Молитв забытые слова
   Сегодня вспомнились,
   Ты не коснись меня, хула
   Не знавших совести,
   Ты не лети вперед, молва
   Людей запуганных,
   К себе маните, купола
   Детей поруганных,
   К себе маните, купола
   Покоя жаждущих,
   К себе маните, купола
   Больных и страждущих.
   И страшно мучает меня
   За всех раскаянье,
   Как будто заголовок дня -
   Душ покаяние.
   Я соберу в ладонь весь свет,
   Во мне накопленный,
   Он, совести моей обет,
   Теплом напомнит мне.
   Дождем пролью любовь свою:
   Иссохший сердцем - пей!
   Коврами душу расстелю -
   Ступайте в рай по ней.
  
   Другу!
  
   А без друга и свет, как тьма,
   Дом родной станет вдруг чужим.
   Кто есть ты? Пока ты одна,
   Не познать ни тебе, ни другим.
  
   А без друга огонь холодней
   И кругом покрывалом дождь.
   Ты уж лучше меня убей,
   Только друга и словом не трожь.
  
   * * *
  
   Я ходила по крутому по бережку,
   Средь травы нашла цветочек аленький,
   Прижимала лепестки к губам бережно:
   Ты найдись, объявись, чудо тайное.
  
   Чудо тайное, незнакомое, -
   То, что манит нас в чужедальний край
   Из хором златых тропкой торною
   Под совиный крик и собачий лай.
  
   Я тебя позову, небо темное,
   Ты разлей, расплескай тучу грозную,
   Возмути и разбей гладь озерную,
   Утаи да сокрой капли слезные.
  
   Я до кровушки стерла ноженьки:
   Никого вдали, травы да кусты.
   Нет следов твоих на дороженьке,
   Лишь, как кость белы, без имен кресты.
  
   Плач знахарки.
  
   На погосте тень бродила поутру,
   Днем воскресла и купалася в росе,
   Петров-крест меня крестил ввечеру,
   Я молилась о любви, чтоб для всех.
  
   Я хотела, но не смела устоять:
   Моя мать велела травы собирать.
   С причитаньем, с наговором, на заре
   Отдавая свою дань плакун-траве.
  
   На озерах одолень-траву рвала,
   Чтобы нежить и недуга не взяла,
   Силу мне давал девятисил*,
   Борец, аконит меня хранил.
  
   Но искала я разрыв-траву,
   Чтобы разорвать мою судьбу,
   Чтобы счастье обрести, как все,
   На медвяной утренней росе.
  
   Только не далась разрыв-трава,
   Спряталась, укрылась от меня.
   Сон-травы тогда я нарвала,
   Чтоб не видеть свет чужого дня.
  
   Чтоб во сне идти по сказочной росе
   В ту страну, где есть любовь на всех.
  
   * старорусское название, позднее замененное на девясил.
  
   * * *
  
   Вы лишь за руки меня не хватайте,
   Не мешайте мне водою умываться,
   Вы не трогайте меня, не убивайте,
   По земле родной хочу весь век скитаться.
  
   Песни петь, чтоб впереди летели,
   Ноги омывать в ручье овражном.
   Словно лошади на детской карусели,
   Позабыли мы о чем-то важном.
  
   Камень Бел-Горюч омыт слезами,
   Он стоит здесь с сотворенья мира,
   Я на нем поговорю с Богами,
   Кто придет ко мне по зову лиры.
  
   Но в Пути считаются не годы,
   Не эпохи, не века, а эры.
   Не подвластна людям их природа,
   Что ни в чем не знает своей меры.
  
   Пролистнет Земля тысячеэрье,
   Смоет наши грязные деянья.
   Не хватило нам немного веры
   И слезами полного раскаянья.
  
   Горькое.
  
   Тучи алые с синей проседью
   Напророчат нам этой осенью
   Не с удачей встреч, не златых венцов,
   А могильных плит да косых крестов.
  
   Мы бродили, шагами мерили
   Этот бренный мир, высоту небес,
   Вещунам-певцам мы не верили -
   Все искали путь в заповедный лес.
  
   Чтобы жили там Лада с Мокошью,
   Мавка с Марою, с ними Лель, Полель,
   Чтоб кружило голову Диво роскошью
   Да из облака все лилась капель.
  
   Чтобы в омутах, где чернеет дно,
   Водяной манил да русалок ждал,
   Пролетала Рах, обронив перо,
   Свентовидов конь белый цвет менял.
  
   Но лешак водил нас, минуя лес,
   Не найти тропу к потайным местам,
   Перед нами мир жизнью пройден весь,
   И открыт нам путь лишь к косым крестам.
  
   Сновидения.
  
   Я вздрогнула. Где-то сломалась судьба
   И мне отдала свою муку.
   Я вырвана прочь, и осколками сна
   Я в кровь исколола руки.
  
   Но тщетно пытаюсь зашить эту брешь,
   Кого-то стараясь спасти,
   Себя ощущаю, как вещую вещь,
   Которую не обрести.
  
   А слабые руки не могут держать -
   Судьбы вырывается нить,
   Но я заставляю себя продолжать
   Во сне чьи-то жизни хранить.
  
   Скорей оживай, отпускаю тебя,
   Мне боль исчеркала весь сон...
   Я вздрогнула? - Нет! Злодейка судьба
   Бросает меня на кон.
  
   А если не выдержу и закричу
   От острой слепой тишины:
   "Пожалуйста, дайте мне жить, как хочу!"
   Даруют лишь грезы и сны.
  
   Я всхлипнула. Где-то окончился день,
   В нем были закат и восход,
   Опять покидает меня моя тень,
   Наверное, ночь настает.
  
   Сны.
  
   Сны - это чуждых миров достоянье,
   Это зародыш жизни самой,
   Звезд поднебесных во мраке слиянье,
   Сны - это чья-то карта домой.
  
   Небыль, безумье, другая реальность,
   Детской и взрослой души колыбель,
   Это доступная всем виртуальность,
   Та, что спасает от серости дней.
  
   Сон.
  
   Хочется остановиться,
   Лечь и увидеть сон:
   Рядом летает жар-птица,
   Лижет мне руку дракон.
  
   Лунные стелются сети,
   Единороги поют,
   Плавают в озере дети,
   Звездочки гнездышки вьют.
  
   Шумно вздыхает дубрава,
   Река выпивает ручей,
   Нежные сочные травы
   Служат постелью моей.
  
   Я прилегла на минутку,
   Сон мои веки сомкнул,
   Разом исчезли все звуки -
   Мир в тишине утонул.
  
   Сплю я отчаянно крепко,
   Вижу я сказочный сон:
   Плачет жар-птица на ветке,
   Лижет мне руку дракон.
  
   Вещий сон.
  
   Меня старуха привечала
   В глухой и дикой стороне,
   Лечебным чаем угощала
   И душу замутила мне.
  
   Легла. Давно закрыты очи
   И служит покрывалом тьма,
   Сменили песню звуки ночи,
   А в душу заползла зима.
  
   Тепло и мягко. Надо мхами
   Клубится сонных грез дурман.
   Я где-то рядом, но не с вами,
   Я исчезаю, как туман.
  
   Я сплю. И сердце, сном сомкнуто,
   Тревожно больше не стучит.
   В душе зима - все льдом окутав,
   Пришла...Усталый дух молчит.
  
   Я вижу светлую зарю,
   Прекрасных нимф, златых сирен,
   Спокоен призрачный мой плен:
   Во сне я землю создаю,
  
   В какой бы побывать хотела,
   Где я б сама летать умела
   И по волне б бежать посмела,
   И лучше б соловья пропела
  
   О сказках, что во мне живут,
   Живут, и рвутся на свободу,
   Свою волшебную природу
   Они, увы, не сознают.
  
   Проснусь вдруг я - они умрут,
   Они родятся - я исчезну.
   Покой бессмертия несут,
   Но лишь приму, и кану в бездну.
  
   Всю силу отдавая снам,
   Сама я стала сном безвестным
   И ухожу к иным мирам,
   Себя забыв в могиле тесной,
   Где льется дождик по утрам.
  
   * * *
  
   Ярко-синяя высь небес,
   Льдом затянуты редкие лужицы,
   Словно ночью проказничал бес,
   Раскидал серебро по улице.
  
   Даже страшно ступить на снег:
   Нежно - белый он - саван осени.
   Вдруг и время замедлит свой бег,
   Заплутает в узорчатой проседи.
  
   Но ползет уже злая тень,
   Разрушая очарование.
   Жизнь меняет и нас каждый день,
   Неподвластная нашим желаниям.
  
   * * *
   Я вдыхаю слова - песня горлом идет.
   Пряным запахом манят листья.
   Выдыхаю и звуки бросаю в полет,
   Пусть они удостоятся жизни.
  
   Я их нежно ласкаю, держу на руке,
   Чтобы ветром их крылья расправить:
   Кто-то ринется в небо, а кто-то в пике
   Камнем вниз - и строку не исправить.
  
   Так и люди: вот кто-то под пули идет,
   Своей жизни подмостки сжигает,
   Ну, а кто-то на рынке горло сорвет
   И, напившись, жену избивает.
  
   Морская песня.
  
   Бортом и килем меряем моря.
   Свистит пассат, постанывают реи,
   И слышится нам голос корабля
   И песни пассажира - менестреля.
  
   А он поет о замках, королях,
   О рыцарях и о прекрасных дамах,
   Но ничего не смыслит в кораблях
   И никогда не пел о капитанах.
  
   Средь волн морских манит, зовет земля,
   Где я любовь оставил у причала,
   Она тогда загадочно молчала
   И, может, позабыла про меня.
  
   Так хочется корабль развернуть,
   До боли, до душевного излома,
   Но никому судьбы не обмануть:
   Не мне решать, уйти ли ей к другому.
  
   А волны все бегут от корабля,
   И тайной искрой теплится надежда,
   Что дома, на земле родной, как прежде,
   Ждет у причала милая моя.
  
   Бортом и килем меряем моря.
   Свистит пассат, постанывают реи,
   И слышится нам голос корабля -
   Он нам понятней песен менестреля.
  
   * * *
   Березы драгоценный лист,
   Шурша осенней позолотой,
   Как будто на поклон артист
   К нам выпорхнет, но, вспомнив что-то,
  
   Падет, усталый, в грязь дорог,
   Как человек, чье бремя - старость,
   Безмолвно принимая тяжесть
   Той милости, что дал нам Бог.
  
   Прошедших жизненных услад
   Не помнит дух, стремясь все выше,
   Но прахом выстлан в райский сад
   Наш путь, он словно к аду ближе.
  
   * * *
   Сейчас не умирают от любви,
   И без любви живут вполне прилично:
   С достатком и достоинством, обычно
   Решают все проблемы без любви.
  
   И честь не защищают на дуэли,
   Перчатка не летит врагу в лицо...
   От этого не стали мы смелее,
   Лишь появилось больше подлецов.
  
   Хотим романтики, но ищем положенья,
   Ждем рыцарства, нам чуждого подчас.
   И гордо говорим без сожаленья:
   "Не умирают от любви сейчас."
  
   * * *
   Сижу. Тихо капает грусть на песок
   У церкви Святого Петра.
   Я быстро рисую измятый листок -
   Он с жизнью покончил вчера.
  
   Он вместе с другими на ветке висел,
   Играл, трепетал, шелестел,
   Но болью закончилась эта игра
   Ведь жизнь прервалась навсегда.
  
   Ты веришь в чудесные грез миражи?
   Ты верно забыл, человек,
   Что вечность противна понятию жизнь,
   А наш очень короток век.
  
   Но я нарисую листок молодым,
   Как будто навечно, в протест.
   Так хочется верить, что будет иным
   Мне жизнью поставленный крест.
  
   Море.
   Мы ушли в необъятное море,
   В синеокую водную пустошь,
   Оно счастье несет нам и горе
   И, как время, свой ход не нарушит.
  
   Оно пьет наши жизни до боли,
   До последней кровавой росинки.
   Словно слезы, полно оно соли,
   Ветром студит глаза, как льдинки.
  
   А вернемся домой на сушу
   И поймем, что стали другими:
   Как-то тесно, уныло, душно,
   Только души солены и сини.
  
   Море плещется даже в бокале,
   Глубиною небес призывает.
   Если раз ты испил этой дали,
   Знай: обратно она не пускает.
  
   Осеннее счастье.
  
   На листик падают небрежно
   Блестящих капель семена.
   Храню я осень в сердце нежно,
   Она мне ближе, чем весна.
  
   Люблю печальное дыханье
   Земли в поношенном плаще
   Опавших листьев, и рыданье
   Дождя, и мраморных плющей
  
   В уснувшем парке тусклый блик,
   Росой омытых куполов
   Сиянье, журавлиный крик
   И пряный вкус забытых снов.
  
   Техномир.
  
   Техномир. Серых улиц мосты,
   Блеск металла жилищ сверхвысотных,
   Никаких отклонений природных:
   Есть техпаспорт у красоты.
  
   Гайка к гайке, панели к панелям,
   Ровность линий и четкий метраж,
   Не прописан здесь парусник Грея,
   Тусклой сталью окован пейзаж.
  
   Технокраски на технооснове
   Не теряют ни прочность, ни цвет,
   И не молимся мы Иегове:
   В этом мире его уже нет.
  
   Имитация жизни живущими,
   Воссоздание мыслей и чувств.
   Мы рисуем еще свое будущее,
   Но вселенский архив уже пуст.
  
   Свобода.
   Иногда я смотрю на арену:
   Там по кругу ходят слоны.
   И мне чудится: мир - это сцена,
   Где по кругу ходим и мы.
  
   Заключенные в сети обмана,
   В недомолвках себя потеряв,
   Мы вдыхаем запах дурмана,
   Друг за другом бредем, устав.
  
   Только в чьих-то мечтах мы летаем
   И поем в голубой вышине,
   А на деле мы погибаем
   В бессловесно - слепой тишине.
  
   Мы стараемся как-то прорваться,
   Чтобы выпить свободы глоток.
   Суждено всем попыткам сорваться -
   На Земле не свободен и Бог.
  
   * * *
   Ты увидел меня распятой,
   Для себя все, конечно, решил,
   Но не понял, что в жизни надо
   Побывать на распятье души.
  
   Чтобы видеть, как, в кровь истекая,
   Запятнав юных лет белизну,
   Я пройду мимо вечного рая
   И исчезну, как будто усну.
  
   С благодарностью низко склонись ты
   Пред моим палачом и судьей,
   Ведь они подарили мне милость -
   Разделить свою участь с тобой.
  
   И теперь ты меня не забудешь:
   Я навеки внутри твоих глаз,
   Ты уже никого не полюбишь...
   Так бывает один только раз.
  
   Виртуальность.
  
   Он сел за экран монитора
   И клавиш коснулся рукой.
   Мне видно без слез и спора -
   Он снова уже не мой.
  
   Он весь на своем экране,
   Ушел по своим делам,
   А я сижу на диване
   И тихо схожу с ума.
  
   Мне хочется там оказаться,
   Куда он так быстро ушел,
   Но пред машиной склоняться
   Мне хуже других всех зол.
  
   И я отправляюсь в книгу,
   Я тоже спешу туда,
   Где жизни чужой интригу
   Могу подсмотреть иногда.
  
   Так, оба покинув реальность,
   Уходим мы в красочный сон.
   Мы видим одну виртуальность,
   Но с разных, увы, сторон.
  
   Виртуальность - 2
  
   По лиловому небу росчерки,
   Среди синих елей мосты -
   Нарисована жизнь твоим почерком,
   И везде ощущаешься ты.
  
   Похожу на бубновую даму
   В нарисованной жизни моей,
   И не выйти за белую раму,
   Что рукой очертил ты своей.
  
   Чья-то память мой образ хранит,
   И бороться нет прав и воли.
   Вновь вхожу я в твой лабиринт -
   Только клавиш коснешься рукою.
  
   Зеркало.
   "И в одну реку
   не войдешь дважды".
  
   В отчаянном крике боли
   Его я разбила рукой.
   В осколках, размытой крови
   Увидела образ свой.
  
   Страданьем испорчен лик мой,
   Душа черноты полна,
   И мечутся в стеклах крики
   Той Я, что тогда была.
  
   Безумен мой образ здешний -
   Сама я его создала.
   Не стать никогда мне прежней,
   Той Я, что тогда была.
  
   Но в зеркале корчатся блики,
   И время не сдвинешь вспять.
   Там, где-то рождаются лики
   Тех Я, кем смогу я стать.
  
   * * *
   Я в свои играю игры,
   Забавляюсь чьей-то песней,
   Судьбам путаю субтитры,
   Чтобы стал мир интересней.
  
   Разольется ирреальность,
   Словно мстя земным законам,
   Но загонят в виртуальность
   Мир мой колокольным звоном.
  
   Грозно глянет лик иконы
   Мне в распахнутые очи,
   Чтобы до земли поклоны
   Отбивала я до ночи.
  
   Храма древняя реальность
   Жизнь иную нам пророчит.
   Это тоже виртуальность,
   Что в наш мир прорваться хочет.
  
   Но с безличным безразличьем
   Я войду в чужие двери
   В своем собственном обличье.
   И пускай никто не верит.
  
   Домик.
  
   Мир будто лишился красок:
   Утеряны тайны света
   Среди черно-белых масок
   Холодной сказки без цвета.
  
   Мне ужасом душу сжало,
   Восторг опалил дыханье.
   Все в мире имеет начало,
   Забвение, воспоминанье.
  
   Но словно отдохновенье
   Иль крик средь темной ночи,
   Чувствую домик - виденье,
   Он мне покой пророчит.
  
   Наполнен таинственным светом,
   Что в желтых мерцает окошках,
   К ним тянуться руки - ветви,
   Бежит предо мной дорожка.
  
   Выше всего блаженство,
   Где может душа согреться,
   Не дарит любви совершенство,
   В нем замерзает сердце.
  
   Собачка.
   Большие ноги шагают,
   Колеса-чудовища мчатся,
   Толкают, трутся, пинают,
   Хочется выть и метаться.
  
   Окна домов взирают
   Глазами чернее ада
   И над землей нависают
   Ужасной серой громадой.
  
   И тянутся к небу деревья
   Корявыми пальцами веток,
   Как будто просят смиренья,
   Но все же боятся света,
  
   А в небе темном привычный,
   Среди облаков, безмолвный,
   Свет льется, ко всем безразличный,
   Холодный, безличный, ровный.
  
   Он тротуар освещает
   И снег, что его прикрывает.
  
   А у столба, близ оконца,
   Чтоб светом немного согреться,
   Собачка, с мечтой о Солнце
   Подставила хрупкое тельце.
  
   Мокрый пушок не греет,
   На нем снег почти не тает,
   Собачку никто не жалеет,
   Рукою не приласкает.
  
   Топорщатся ушки большие,
   Печальны огромные глазки.
   Вся мудрость мира впервые
   Бессильна внутри этой сказки.
  
   И в этом мире огромном
   Нет для собачки места -
   Она остается бездомной...
   Такая родилась песня.
  
   Побег.
  
   Белой птицей в небо взлететь,
   Серым волком бежать от расплаты,
   Рыбой плыть, с соловьями петь,
   Стать туманом и облачной ватой.
  
   Где оставила я чудеса?
   На каком алтаре обронила?
   Чьи смотрели на них небеса?
   Где я пела и ворожила?
  
   Там потеряна сила моя,
   Там затянуто тучами небо,
   Солнце крестит лучом воробья,
   И дождем проливается небыль.
  
   Мне бы лебедем белым плыть,
   Мне бы смерчем по миру метаться,
   Поминутно хоть кем-то быть,
   Но при этом собой оставаться.
  
   * * *
   Упала осень. Слезы золотые
   Пролились наземь - неизбежная вода.
   Упала осень. Стали мы чужие,
   Как будто не были родными никогда.
  
   Проходит жизнь. Седеют наши души,
   И мы уже совсем не молоды.
   Срывает дождик листья прямо в лужи,
   А нас срывают линии судьбы.
  
   Проходит жизнь, и скоро в изголовье
   Поставят освященную свечу...
   Но можете поймать меня на слове -
   Я с радостью над миром полечу.
  
   * * *
  
   Горы в небо - гимн всесилья,
   Словно лики новолуний,
   Души полные бессилья,
   Из камней сердца горгулий.
  
   Пасть на паперть, кровью на крест,
   За погибших слезы выпить,
   Чтобы с болью строчки на лист
   Без улыбки краской вылить.
  
   Чтобы верить и не видеть,
   Не кричать, не петь - молиться,
   Но посметь возненавидеть
   Равнодушных добрых лица.
  
   Любовь.
   Любовь, словно брошенный камень,
   Внутри притаилась, как бесы.
   Безумия яростный пламень
   Сжигает, как дрожь невесту.
  
   Терзает мое сознанье,
   Рвет в клочья, объятьем душит,
   Как агнец, иду на закланье,
   Стремлюсь свою жизнь разрушить.
  
   В начале любовь бывает
   Безбрежная, будто море,
   Но время ее усмиряет
   И убивает вскоре.
  
   * * *
  
   Где-то есть и рассвет и тень,
   Где-то самый обычный день.
   Я иду по краю миров,
   Свою душу стираю в кровь.
  
   Если я упаду - не встать,
   Я уже не могу летать,
   Я почти не могу ходить,
   Но никак не в силах забыть
  
   Небо синее, дом родной,
   Пусть давно он уже другой.
   Я у жизни свой час украду,
   Но туда и в бреду дойду.
  
   Не умею рисовать.
  
   Я не умею рисовать,
   Вы не судите слишком строго -
   Хотелось мне, хоть и убого,
   Путь к сердцу мира начертать.
  
   Смешать с седою пылью краски,
   Посеребрить лучом луны,
   Укрывшись серой волчьей маской,
   Самой к себе пробраться в сны,
  
   Во сне похитить зыбкость тени,
   Днем - четкость линий отразить,
   И кистью из листков осенних
   Судьбу миров изобразить.
  
   Дом.
  
   Дом стоит, скривилась крыша,
   Бесстекольных окон зев.
   Голос твой хочу услышать,
   Успокоить боль и гнев.
  
   Из парадных выплывали
   Дамы в перьях и шелках,
   Руки на ступенях жали
   Кавалеры в котелках.
  
   Жизнь идет по перекресткам,
   К Солнцу тянет провода.
   Осыпается известка,
   С крыши капает вода.
  
   Пол прогнил, сыреют стены,
   Дому отдан приговор,
   Но ночами чьи-то тени
   В нем ведут свой разговор.
  
   * * *
  
   Мы часто ошибаемся, чтоб сожалеть потом,
   Друзья уходят, с правом не вернуться,
   Обиженные души наш покидают дом -
   Не взглянут, не кивнут, не обернутся.
  
   Мы просто хмурим брови, вздыхаем и молчим,
   Ложится чернотою отчужденье,
   Любимых оскорбляем и после говорим,
   В том их вина и нет у нас сомненья.
  
   Зачем мы ошибаемся, чтоб сожалеть потом,
   Как было все легко исправить сразу.
   И вот уже остался пустым родимый дом -
   Не склеить чувств осколки, точно вазу.
  
   Мой Путь.
  
   Мой Путь неведом,
   Мой Путь тяжел,
   Меж былью и небом
   Он лучший из зол.
  
   Лишь потому, что он Мой Путь
   Сама составляю его я суть.
  
   Так много вмещает душа моя:
   Закат и рассвет дня,
   И пламя пожаров, и блики костров,
   И нежно-безбрежную дымку - любовь.
   Я мыслю себя наравне со всем,
   В чем вижу души Эдем:
   Стихия огня - это буйная я -
   Создатель и разрушитель.
   Стихия воды - это мысли - мечты,
   Как тихая заводь - обитель.
   В ней гром водопада, излучины рек,
   Моря, океаны. А я человек,
   И мой здесь короток век...
   Но вновь я иду, как создатель судьбы,
   Теперь я - стихия Земли.
   Теперь я страдаю от войн и от ран,
   И человек - мой тиран.
   А вместо души - чаша вина
   Рыданий и боли полна,
   Пью я безмолвно это вино
   И горькое очень оно.
   Пытаюсь его превратить в любовь,
   Но вытекает кровь...
   Течет с этой кровью бремя души.
   Я воздух в беззвучной тиши,
   Я ветер и буря, смерч, ураган,
   Я сладких цветов дурман.
   И пусть я не ангел, но я и не бес,
   Я - этот мир весь...
   Слово.
  
  
   Старый храм совсем заброшен.
   Пылью, мелом запорошен,
   Он ровесник даже Слову,
   Что весь мир наш породило.
   В храме том осталась сила,
   Мощью впрямь подобна Слову,
   Что из божьих уст родилось,
   Что нам к небу Путь закрыло
   И быстрей куда-то скрылось,
   Оставляя в храме силу,
   Чтобы больше не поймали
   И устами не замкнули.
  
   Слово божьего творенья,
   Не подозревая даже,
   Мир людей приговорило
   К постоянным измененьям,
   А богов всесильных раньше
   К краткой жизни неумелой.
   И одной живущих верой,
   Возвратить былую силу
   И мечтою возвратиться
   В синь заоблачных полетов,
   В тень травой поросших гротов,
   Телом вновь переродиться.
  
   Только боль разлуки гонит
   В поиск тех, кто что-то помнит.
   Божье Слово нас боится,
   В людях прячется и в камнях,
   В травах терпких придорожных,
   В книгах новых и безбожных
   И само не возвратиться,
   Чтобы с нами быть на равных.
   Но в полет бросает Слово
   Тонкой музыки цепочка,
   В край холодный и суровый
   Приведет она любого -
   Там стоит храм одиночка,
   В нем осталась сила Слова.
  
   Старый храм совсем заброшен,
   Пылью, мелом запорошен,
   Там произнесу я Слово
   То, которое искала и нашла,
   И на свободу отпущу его я снова,
   Откажусь от вечной силы,
   Что в моих руках была.
   Пусть создаст миры другие,
   Открывая Путь нам в небо,
   Проливая быль и небыль.
   И туда уйдут все Боги,
   Кто людьми стать постеснялся,
   Кто страдал и унижался.
   Им расчистятся дороги.
   Сквозь мечты огонь и воду -
   Слово даст и им свободу.
  
  
   * * *
  
   Хочу я жить среди чужих картин,
   Найти забвенье там,
   Уменье вновь дышать,
   И в клетке петь,
   И в небесах летать,
   Живых намеков круговерть
   Себе не брать.
   Отдавшись всем мечтам,
   Дарить, терять,
   Испить полсотни вин,
   Влюбляться и влюблять,
   Улыбкой воскрешать,
   По воздуху ходить,
   Рыдать, смеяться, жить,
   Средь лиц чужих -
   Одно лицо забыть.
  
   Дом, полный листьев желтых.
  
   На юг улетают птицы.
   Сияющий лес поредел,
   И маленький желтый листик
   На юг полететь захотел.
  
   Он мечется, вьется, страдает
   И думает: "Там за углом,
   Увижу я краешек рая -
   Для листиков желтых дом."
  
   Но там, за углом, пустая
   И листьев намокших полна
   Улица - вместо рая,
   А вместо дома - стена.
  
   Но маленький желтый листик,
   К асфальту уже подлетев,
   Собрал все силы и мысли
   И снова рванулся вверх.
  
   Средь тяжести капель темных
   И мокрой листвы под ногами,
   Тебе я, листик, желаю
   Найти свой кусочек рая -
   Дом, полный листьев желтых.
  
   Нет.
  
   Нет, не отдам тебе, не подарю
   Ни голоса, ни взгляда, ни объятий,
   Ни облака испившего зарю,
   Ни краешек истрепанного платья.
  
   Я прикажу всем чувствам замолчать
   И не проснусь зимою утром рано,
   Чтоб чай готовить, что-то убирать,
   Я подожду, еще тревожат раны,
  
   Что ты нанес мне. Я переживу,
   Как яркость света переносят тени.
   Переживу. И вновь себя найду.
   Но пред тобой не стану на колени.
  
   Дочка Джоконды и серых улиц.
   (песня)
  
   Мама звала меня Джони, Джоанною,
   Дочкой Джоконды и серых улиц,
   Я не носила фигурку распятую,
   Пред ней на колени не падала ниц.
  
   Дочка свободы и ветров уличных,
   Я уходила утром из дома,
   Чтобы увидеть меж ликов сумрачных
   Чью-то улыбку, что будет знакома.
  
   Ты прилетел ко мне моросью-облаком,
   Крался в тумане волком и вороном,
   Ты обманул меня ангельским обликом
   И целовал меня ночью над городом.
  
   Где ты, мой милый, суженый - ряженый, -
   Крылья, и когти, и зубы острые...
   Небо дневное Солнцем окрашено,
   Я ж могу видеть лишь небо звездное.
  
   Мамочка добрая, ты не волнуйся -
   Дочь научилась, как ты, улыбаться,
   Серою мышкой в небо взметнусь я,
   Только не буду ни с кем целоваться.
  
   Баллада
   (от лица гобелена).
  
   Бьется о скалы вода,
   Пеною берег смочив.
   Чайка взлетит иногда,
   Но не кричит - молчит.
   Замок на склоне скал.
   Слышен далекий звон.
   Тот, кто меня создал,
   В небо давно вознесен.
   Кто я? Кто ты?
   Нам не ответить сразу.
   Тянут головки к небу цветы,
   Падают слезы в вазу.
   Я гобелен был в замке старинном,
   Ты барельеф - мой верный друг,
   Я помню площади грозного Рима,
   Ты помнишь прикосновения рук.
   Помню, на розовой мраморной глади
   Точностью линий ты всех поражал.
   Мудрые мифы, легенды и рати
   Мастер резцом на тебе изваял.
   Помнишь? Миледи была молодая,
   В замок въезжала на белом коне.
   Тонкою нитью из дальнего края
   Образ милорда был вышит на мне.
   Тихо сбежавши из скучных покоев,
   Дети ходили сюда поиграть,
   Трогали образы древних героев,
   Кем так мечтали когда-нибудь стать.
   Помнишь, когда мой образ измялся
   И расползлось ржавой краской пятно?
   Юный милорд на дуэли сражался -
   На тело мое положили его.
   Помнишь, как в темные, смутные годы
   Сквозь эту стену влетело ядро?
   Грабили замок под знаком свободы.
   У Голиафа скололи бедро.
   Помнишь, когда бахромой растрепался
   Мой левый край и цвет потускнел?
   Замок тогда безлюдным остался,
   Хлопали двери и ветер свистел.
   Мы были рядом, теперь мы в музее,
   В разные залы нас отвезли,
   Слушаю шепот картин Рафаэля,
   Серова, Гогена, Ван Гога, Дали.
   Пусть лучше снег меня осыпает,
   Пусть мочит дождь и злорадствует град,
   Лишь бы с тобою висеть в старой зале,
   Только бы время вернулось назад.
  
   Путь в ад.
  
   Мой мир ирреален, жизнь не проста.
   И кажется, легче шагнуть в никуда,
   Устало уснуть и саван примерить серый.
   Но болью безжалостной гонит судьба,
   Мне не дано даже вспомнить себя,
   Ту, что летала в небе, как ангел белый.
  
   Я падаю в пропасть, как ты - в высоту,
   Наверно, я больше не верю в мечту.
   Теперь от судьбы далеко не уйти:
   Разбившись, мечта перекрыла пути,
   Оставив мне шаг назад,
   Но он отправляет в ад.
  
   Путь в ад - 2.
  
   Белым по черному - тексты мольбы.
   Я не могу больше верить в мечты
   И ухожу напрямик в то странное место...
   Его называешь адским ты,
   А это - только осколок судьбы,
   Который живет с погибшей мечтою вместе.
  
   Там темное Солнце не может светить.
   Ты можешь уснуть, но не сможешь забыть
   Тот мир, где когда-то ты жил и во что-то верил.
   Мне было легко свои грезы разбить
   И факел души тоской погасить:
   Во мне не осталось теперь ничего сверх меры.
  
   Я даже сумею снова дышать,
   На мраморных крыльях в вечность летать,
   Играючи падать, смеяться и петь -
   Нет больше того, что мне не суметь.
   Но тяжких сомнений волнуется нить,
   Что больше собой никогда мне не быть.
  
   Путь из ада.
  
   Нам не дано искать пути,
   Самим надеяться и верить,
   Не убежать, не уползти -
   Судьба давно закрыла двери.
  
   Судьба давно лишила нас
   Свободы мысли и мечтаний,
   Мы подчинимся ей сейчас,
   Но очень скоро мы восстанем
  
   И нарисуем дверь свою,
   И, выйдя вон, замок закроем,
   Быть может, там, в ином краю,
   Вдруг повезет не быть изгоем.
  
   Спаситель.
  
   Кричу безмолвно, будто наяву
   Явился ОН, сиянием объятый.
   И в клочья тишину я звуком рву,
   Прочувствовав, что снова ОН распятый.
  
   За что? Зачем? Во имя? Для чего?
   Не понимаю, не хочу, не верю!
   Как в кадре фильма вижу смерть его,
   Но божья мука душу мне не греет.
  
   Мне кажется, что небо не алтарь.
   Мне видится, что боль не дарит счастья,
   И смерь ЕГО, как уже было встарь,
   Не от любви, а для его всевластья.
  
   * * *
  
   Сегодня видела у церкви дурачка,
   Юродивым себя он величает,
   Он очень много в людях подмечает.
   Где между разумом и глупостью черта?
  
   Он на крылечке свою мессу служит,
   Читает проповедь о благе тех, кто свят,
   Клянется, что давно он с Богом дружит -
   С его он сыном вместе был распят.
  
   Его попы с крыльца не прогоняют,
   Он безобиден, хоть во всем чудной,
   А главное, свое он место знает -
   Бродяга и юродивый. Святой.
  
   Безумство.
  
   Рисую я картину на стене,
   На белой безответной тишине,
   Но очень скоро добрый врач придет,
   И молча мое творчество умрет.
  
   Все руки исколола мне судьба:
   На белом фоне - красные следы.
   Течет по венам горькая вода,
   Которую не хочешь видеть ты.
  
   Я не желаю что-то доказать:
   Мне хочется своей судьбы испить,
   До сладкой боли хочется летать
   И чтобы просто позволяли жить.
  
   Полет.
   Я сегодня села почитать
   И отвлечься больше не могу -
   Девочка, ушедшая гулять,
   Отдала себя в объятья сну.
   Я хожу по каменным пескам,
   Все бреду по вечному огню,
   Я взбираюсь на вершины скал
   И в трактирах песни я пою.
   - Девочка, зачем тебе полет?
   Там увидишь только синеву,
   А за дверью целый мир живет,
   Встань с дивана, подойди к окну.
   - Нет, полет подарен мне судьбой,
   Там я вижу широту небес,
   Там могу я быть сама собой,
   Словно чародей страны чудес.
   - Девочка наверное больна?
   Странной верой мозг себе калечит.
   - Бедная, совсем сошла с ума.
   - Может доктор ее боль излечит.
   - Нет, не увозите! - закричу. -
   - Не могу расстаться с высотой.
   Я летать, я петь, я жить хочу
   Там, где мир я создала мечтой.
   Белая машина, белый врач,
   Стены белизной освежены,
   Где-то рядом слышу смех и плач -
   Не одну меня казнить должны.
   Белая струится простыня.
   Я хочу уйти и не могу,
   В этом мире потерялась я -
   "Милосердно" отдана врагу.
   Стойте! Я сейчас от вас уйду,
   Я пытаюсь отворить врата.
   На окне рисую я звезду,
   Но, как пытка, руку жжет игла.
   Сон... Его сменяет вечный сон,
   Сон без сновидений и огня.
   Слышу свой далекий, жалкий стон -
   Мир мой умирает без меня.
   Я встаю, иду, мне все равно.
   Скоро выписка. Я не вернусь сюда.
   Почему в груди болеть должно
   И зачем горит в окне звезда?
   Голоса зовут меня давно.
   Вниз смотреть кружится голова.
   Очень душно. Отворю окно.
   Я иду. Пой песни синева!
   * * *
  
   Ты сейчас влюблена и счастлива,
   Жизнь рисует вам сказку в тиши.
   О любви говорит он красиво,
   Но делиться ты с ним не спеши.
  
   Он как будто не требует платы,
   Только, может, давно уж решил
   Твоим обликом, запахом мяты
   Напоить закоулки души.
  
   Чистота твоя будет отрадой
   Для него, но наскучишь и ты,
   И рискуешь остаться распятой
   На осколках погибшей мечты.
  
   В старом замке забытых историй,
   В пустоте запыленных вещей,
   Ты попробуешь первое горе,
   На душе первый камень своей.
  
   Рыцарская песня.
  
   - Флаги на башню, бейте в набат,
   Враг притаился у врат!
   Стены у замка крепки и прочны,
   Мы тоже духом сильны.
  
   - Ты, арбалетчик, стрелы готовь -
   Кровь пить у наших врагов!
   Нас - две шеренги, а их - за пятьсот.
   - Милая, нам повезет.
  
   - Спрячься, родная, в спальню уйди,
   Верь нам, и мы победим.
   Вышли за стены и кровь пролилась.
   - Ты помолись за нас.
  
   Меч в чье-то сердце, мимо - кинжал,
   Тело пронзает жар.
   Стрелы да копья, копыта коня...
   Всюду враги теснят.
  
   Мы отступаем, потрепан отряд,
   Створки сдвигаются врат.
   На стену лезет удачливый враг.
   - Милая, как же мы так?
  
   Быстро по лестнице, в спальню к тебе.
   - Милая - быть беде!
   Не плач, дорогая, слезы стряхни,
   Будут другие дни.
  
   Жаркие губы, руки дрожат,
   Тоскою плещется взгляд.
   - Что ты, родная? Я скоро приду.
   Мы не сдадимся врагу!
  
   Вниз по ступеням, из башни долой.
   - Назад не вернусь живой.
   Враг уж на стенах, уже во дворе.
   - Ему не пройти к тебе!
  
   Только мелькает чей-то клинок...
   - Холодно. Мокнет бок.
   Милая, где ты? В глазах темнота,
   Душа пред тобой чиста.
  
   Тень на балконе. Крик. Шаг вперед.
   - Любовь за тобой зовет!
   Стой, дорогой, я тебя догоню!
   Навеки тебя люблю!
  
   -Рыцарь мой милый - теперь в вышине
   Замок построишь ты мне.
  
   Карусель.
  
   Мы не видели Солнца желтого,
   Под ногами грязный кисель.
   Как всегда, в половине четвертого
   Кто-то в парке включил карусель.
  
   Карусель потихонечку катится,
   И лошадки бегут в никуда.
   - Посмотри, на мне детское платьице,
   Словно годы стекли, как вода.
  
   Но однажды на поезде времени
   С рельс сойдет одинокий вагон,
   Я избавлюсь от тяжкого бремени
   И навечно покину перрон.
  
   Размышления.
  
   Так часто мы о чем-то размышляем,
   Нам тайны мира хочется постичь,
   Чем больше думаем, тем меньше понимаем,
   И забываем жизнь свою прожить.
  
   Бросаемся в сомнения и споры,
   Рождаем мысли, веру, новый культ.
   Из каждой искры жаждет вспыхнуть ссора,
   Но вряд ли в ссоре истину найдут.
  
   Был прав Сократ, что выпил чашу яда,
   Возвысив жертвой истину свою.
   Но в жизни есть своя святая правда:
   Жить ради тех кого я так люблю.
  
   * * *
  
   Иду. Погода плачет осенью,
   И этих слез душа полна,
   А небо голубое с проседью
   Мне шепчет, что я вновь одна.
  
   Я одинока и устала -
   Хранительница слез чужих,
   Во многих храмах побывала,
   Молилась за друзей своих.
  
   Иду. Шуршат мне листья золотом
   Моих несбывшихся надежд,
   А небо снова тянет омутом
   Уйти от злобы и невежд.
  
   Но нет! Душа не хочет сдаться
   На милость. Кем бы ни был он,
   Ведь я еще могу сражаться
   И слышать колокольный звон.
  
   Сон наяву.
  
   По полям, среди трав кудрявых,
   По горам, где клубится дым,
   Возле рек, где в протоках малых
   Ты увидишь себя другим.
  
   Видя сонм отражений неверных,
   Я брожу в какофонии строк,
   Сотни образов вижу бледных,
   Вижу тысячи разных дорог.
  
   То, как будто старуха седая,
   Я исполнена древним умом,
   А потом я опять молодая,
   Выпиваю свободу, как ром.
  
   Дух мой вольный гуляет где-то,
   Чьих-то книг читает листы,
   Без души, я как будто раздета,
   Без нее - лишена чистоты.
  
   Строки рифмой слагаются вечной -
   Заклинаю я душу свою,
   Но она, в Путь забредшая Млечный,
   Не вернулась в каморку мою.
  
   Прощание.
   Я улетаю в небо в сентябре.
   Простилась я почти со всеми вами,
   Кораблик отплывает на заре,
   И я коснулась палубы ногами.
  
   Пускай зима мне счастье не дала -
   Весна мне подарила слов начало,
   Мне лето сон волшебный ниспослало,
   А осень по мне слезы пролила.
  
   И Солнце свою дочь благословило,
   Колдунья-ночь опять дарует силы -
   Все были так добры и очень милы,
   Я улыбаюсь молча и счастливо...
  
   Ну а пока восток порозовел,
   И я уже стою на корабле,
   Осталось мне совсем немного дел -
   Я Землю покидаю на заре.
  
   Солнце.
   Нам Солнце душу жгло,
   Огнем глаза палило,
   Безумное светило
   Нас по мирам вело.
   Молили отпустить -
   Оно не отпустило.
   Молили отдохнуть -
   Оно нам не дало.
   Оно нас в путь вело,
   Светило и сжигало,
   Мы истребляли зло,
   Оно нас убивало.
   Миров, найдя начало,
   Очистили его
   От страха и страстей,
   Гонителей идей
   Изгнали в сумрак рая.
   Канон уничтожая
   Воспели мы людей,
   Кто шел мечту рождая
   Из пламени свечей.
  
   Гадалка.
   Где гуляет линия судьбы?
   Где-то в лабиринтах линий-судеб.
   Я ее найду. Не обессудьте,
   Если изменю ее углы.
  
   Я гадаю: на свою беду
   Счастье людям предсказать умею,
   Заклинаю, ворожбу веду,
   Лишь свою судьбу поймать не смею.
  
   Все боюсь я что-то поломать,
   Резким взмахом чей-то сон разрушить.
   Очень просто счастье предсказать,
   Очень сложно сделать все как нужно.
  
   Только, если вдруг меня найдет,
   Яркое, как искра, мое счастье,
   То тогда и в горе, и в ненастье
   С верою в него мне повезет.
   Память.
   В темноте, как белая пыльца,
   Валит снег, рисуя мне узоры.
   От всего отсторонившись шторой,
   Вижу там я контуры лица.
  
   Словно душ летела череда,
   И все те, кого я так любила,
   Вновь ко мне наведались сюда,
   Чтоб проверить, я ль их не забыла?
  
   То одно приветствует меня,
   То черты привидятся другие,
   Эти лица все мне столь родные
   Манят сердце в дальние края.
  
   Под прикрытьем снежного покрова
   Удалось меня им навестить,
   Чтоб могли они меня простить,
   Чтоб могла я их увидеть снова.
  
   Так бывает вьюжною зимой:
   В темноте кружатся вихри снега
   И рисуют образ человека,
   Кто нам дорог, мертвый иль живой.
  
   * * *
  
   А рассвет начинается с красного,
   Словно где-то пролилось вино,
   Много каждому выпало разного,
   Только небо на всех одно.
  
   Даже жизнь начинается с красного,
   С кровью матери делаем вдох,
   И любовь первый раз очень сладостна,
   Но опять проливается кровь.
  
   Отчего же ее бесценную
   Не хранят, перекрыв струю?
   Кровь Христа пьют больные верою,
   Чтобы было с чем жить в раю.
  
   В ней рождаясь, мы ей причащаемся,
   Ею делимся в трудный нам час.
   Почему же мы так возмущаемся,
   Если кровью испачкают нас?
  
   * * *
  
   Капает лиловая вода.
   Вновь уходит лето на балкон.
   Старая окончена игра -
   Свою душу ставлю я на кон.
  
   Проиграло лето Солнца луч,
   Проиграло небо синеву,
   Дождь прошил огнями веер туч,
   Начиная новую игру.
  
   Мы решили душу заложить,
   Чтобы не закончилась игра,
   Чтобы смог наш древний мир дожить
   До певучей яркости утра.
  
   Молитвенное.
  
   Где ты Земля рассветная?
   Где ты, наш божий сад?
   Войною исковерканный,
   ты превратился в ад.
  
   И синь обетованная
   ушла в иную даль,
   Росистой райской манною
   нам сдобрила печаль.
  
   Утешишь ли несчастного,
   пойдешь сажать цветы,
   Вернешь чуть-чуть прекрасного
   тепла и доброты.
  
   Отдашь - вернешь сторицей
   и нежность, и любовь,
   А из окна светлицы
   увидишь Бога вновь.
  
   Ангел.
  
   Я ангел сбежавший с усталых небес,
   Я больше не в силах летать,
   Божественной властью лишенный чудес,
   Могу я о них лишь мечтать.
  
   Там, в райских садах, среди рощ молодых,
   Средь пения дивных сирен,
   Питался нектаром плодов золотых,
   Не ведал, что есть боль и тлен.
  
   Однажды услышал я жалобный стон
   Сквозь знак на вратах в мир людей,
   Туда я спустился и был потрясен
   Бушующей силой страстей.
  
   Я вдруг осознал, что уже не смогу
   Слащавым мотивам внимать.
   Я лучше хоть чем-нибудь, но помогу,
   Пускай только на ноги встать.
  
   Увы, череда неоконченных дел
   День ото дня лишь растет,
   Мой дух истомился, мой нимб потускнел
   От тяжести разных забот.
  
   Когда же в отчаянье к Богу воззвал:
   "До коли же людям страдать?"
   Сурово мне с неба Господь отвечал:
   "Пусть учатся верить и ждать!"
  
   Слеза.
  
   Мне хочется петь в темноте,
   Мне Солнце сжигает глаза,
   Я гимны бросаю Луне,
   Бежит по щекам слеза.
  
   Она - искупленье грехов,
   Что я признаю за собой,
   Она - суть моих стихов,
   Которых кружится рой.
  
   Я с нею и в бой пойду,
   В пропасть ада спущусь,
   И счастье свое найду,
   Я на нее молюсь.
  
   Ибо я знаю, увы,
   Пока я умею страдать,
   Злоба людской молвы
   Меня не заставит спать.
  
   Сон ведь - уход в никуда,
   Уход от реалий дня,
   А я не предам никогда
   Чьих-то надежд на меня.
  
   Содержание.
  
   "Добротою людей поражаюсь..."
   "Куда-то испарилась вся роса..."
   "Каждый год наступает зима..."
   Мольба.
   Покаяние.
   Другу.
   "Я ходила по крутому по бережку..."
   Плач знахарки.
   "Вы лишь за руки меня не хватайте..."
   Горькое.
   Сновидения.
   Сны.
   Сон.
   Вещий сон.
   "Ярко-синяя высь небес..."
   "Я вдыхаю слова..."
   Морская песня.
   "Березы драгоценный лист..."
   "Сейчас не умирают от любви..."
   "Сижу. Тихо капает грусть на песок..."
   Море.
   Осеннее счастье.
   Техномир.
   Свобода.
   "Ты увидел меня распятой..."
   Виртуальность.
   Виртуальность - 2.
   Зеркало.
   "Я в свои играю игры..."
   Домик.
   Собачка.
   Побег.
   "Упала осень..."
   "Горы в небо..."
   Любовь.
   "Где-то есть и рассвет, и тень..."
   Не умею рисовать.
   Дом.
   "Мы часто ошибаемся..."
   Мой Путь.
   Слово.
   "Хочу я жить среди чужих картин..."
   Дом, полный листьев желтых.
   Нет.
   Дочка Джоконды и серых улиц.
   Баллада (от лица гобелена).
   Путь в ад.
   Путь в ад - 2.
   Путь из ада.
   Спаситель.
   "Сегодня видела у церкви дурочка..."
   Безумие.
   Полет.
   "Ты сейчас влюблена и счастлива..."
   Рыцарская песня.
   Карусель.
   Размышления.
   "Иду. Погода плачет осенью..."
   Сон наяву.
   Прощание.
   Солнце.
   Гадалка.
   Память.
   "А рассвет начинается с красного..."
   "Капает лиловая вода..."
   Молитвенное.
   Ангел.
   Слеза.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   1
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"