# Проведи меня

Юли Сказочная

══"Пропасть это лишь начало, ══Нужно только прыгнуть вниз, ══Не крича, начать сначала, ══Твой трамплин - пустой карниз." ══Глупый, верит в эти сказки, ══Попадает сразу в ад, ══И не действуют отмазки, ══Почему печален взгляд? ══Разве не желал свободы, ══Не желал пустой строки? ══Вот они твои невзгоды, ══В список все их напиши. ══И не чувствуется страха, ══Только холод на душе. ══И неважна тебе плаха, ══Голова пуста уже. ═

## Глава 1. Мы надеемся, нам удалось удивить вас?


Я работаю директором салона авто. Открыл бизнес со Знамения Господня, тут я смеюсь, потому что знамением было то, что меня сбивает неопознанная мной машина, и я в реанимации был довольно долгим гостем.

Мне 26 сейчас, это произошло в 20. Я и без того любил машины и разбирался в них, но потом, даже в работе со всевозможным ассортиментом, я не встретил той что меня сбила, а память у меня фотографическая. И поверьте, времени прокрутить момент и вид машины, у меня было предостаточно.

Этим утром меня, моя же секретарша отчитала, я был в ступоре минуту, и ладно это моя подруга, другую я бы послал по неизвестному адресу и поиску работы.

Она заявила мне: "Ты грёбаный трудоголик, чё вот ты припёрся, время 6 утра, я прихожу так два раза в неделю, чтобы разобрать документацию за бухгалтерией, а ты какого хрена припираешься так каждый день и уходишь непонятно во сколько, вали отсюда и расслабься!"

И не поймите не верно, друзья есть, недостатка в женском внимании нет, но я сам не понимаю, почему так убиваю себя работой, опять же со слов секретарши.

Тоже мне, "Иди расслабься", все же на работе! Вот и пришлось идти в библиотеку.

Люблю почитать, а особенно в читальном зале, атмосферно знаете ли.

Тем более, вид из окна моей любимой библиотеки навевает мысли о вечном. Кладбище потому что за окном.

Но еще ни разу мне не удавалось застать процесс похорон.

Мне даже интересно стало посмотреть. Но не придёшь же ты в толпу и не уставишься на гроб с телом. "Всем привет, мне интересно взглянуть. По кому горюем?!". Пошлют меня сразу. Еще и странно, что гроб открыт, не заколочен как обычно должно быть.

После реанимации, мне прочёл по такому поводу очень познавательную лекцию мой друг, друг чтоб его, зам директор бюро ритуальных услуг! Да лучше б он был гробовщиком, и то меньше бы знал!

Вот я и решил. Что постою рядом с другой могилкой, якобы навещаю.

Но подойдя к соседней могиле, я увидел девушку в гробу. Она казалась мне до боли знакомой.

Знаете, а смерть ей к лицу. Подвенечное платье из кружев, кружевные белые тапочки, вплетённые ромашки в волосы, которые были кудрявыми и блестящими, цвета тёмного шоколада, иссиня-чёрная помада и бледная, таки белая кожа, с голубоватым отливом, но он был так гармоничен.

Ладная фигурка в чёрном лакированном гробу, и её не портило, что она казалась весьма высокой девушкой.

Жуть.

Но если убрать гроб, то она великолепна. Я залюбовался, честно, хотя это ведь не нормально, любоваться мёртвой девушкой? Или всё-таки не особо?

Я стоял столбом как идиот, и не мог взгляда отвести. Она казалась всего лишь спящей, вот-вот и её ресницы задрожат и она посмотрит в небо, улыбнётся, скажет, что спектакль окончен, или кто нибудь крикнет "Снято!" и все перестанут быть в трауре и в полуобморочном состоянии.

Особенно тот мужчина и женщина, что стоят ближе всех к гробу. А девочка, стоящая на коленях и держащая букет огромных ромашек, перестанет шевелить губами как в трансе.

И мой взгляд снова вернулся к девушке. Вдруг кто-то рядом кашлянул, я повернул голову, там стояла дама, в чёрном платке, и чёрном как у монахинь платье.

- Я не видела вас на прощании. Вы её друг? Опоздали верно? Подойдите, мы поэтому не закрыли гроб, многие слёзно просили оставить так, они не успевали с работы на прощание.

Она подтолкнула меня к гробу. Я растерялся, не говорить же, что я просто зритель.

Я робко подошёл к гробу, никто даже не обратил внимания на меня, все смотрели на неё. Я обернулся на леди в поиске поддержки, она кивнула мне и легонько махнула рукой в сторону девушки.

Как только я подошёл к гробу, начал накрапывать дождик, я недоумённо взглянул в небо, другие этого даже не заметили, они казалось, ничего не замечают, кроме фигуры в гробу. А ведь стоял спокойный безоблачный осенний день, светило умеренно солнце и ни намёка на хмурость. А сейчас всё небо было затянуто пеленой и тучи стягивались со всех сторон, поднялся ветер.

Я знал, что нужно дотронуться до рук, ступней или хотя бы задеть, так полагалось. И поэтому я, не задумываясь, протянул руку к её бледным и необычно длинным пальцам, ладони были худенькими и необычно вытянутыми.

Как только я дотронулся до них, и сжал её холодную ладонь в своей, крик, оглушающий по своей тональности звук, разрезал траурную тишину.

Я опешил, это кричала она! Девушка в гробу! Я знаю, что могут издавать трупы звуки, там бульканье, последний издох, но крик! Крик! Этот раздирающий душу крик боли. Все засуетились! Девочка вскочила с колен, и бросилась к гробу, хватая девушку за плечи как утопающий круг.

- Ты жива! Жива! Открой глаза, взгляни на меня! Умоляю! - девчушка кричала и трясла за плечи.

Между тем крик продолжался. Я попытался убрать руку, и тут она распахнула свои глаза. И я снова застыл, зелёные, яркого насыщенного цвета, с вкраплениями золотого глаза, и огромные чёрные зрачки, уставились на меня.

Она стиснула зубы и непонимающе смотрела на меня. Ей было больно. От осознания того что ей больно, мне захотелось схватить её и укрыть, отнести туда где никто не сможет затронуть, сделать больно!

- Ты вернулась! Вернулась! Я знала, что ты не могла бросить меня! - это кричала всё та же девочка, теперь она уселась у гроба, и хваталась за её платье.

Все загомонили. Поднялась суета, все зарыдали с утроенной силой, а те двое просто всхлипывали от слёз радости.

Я на автомате наклонился и просунув руки под её шею и колени, поднял, она зашипела от боли, и стиснула мой пиджак.

- Осторожней! - вскрикнула женщина. По сходству глаз, это мать.

Её кажется, совсем не удивляло воскрешение её почившей дочери. Она суетилась лишь о том, как комфортней её отвезти домой. И уже командовала, куда и с кем её посадить.

Я принёс её, к чёрному хаммеру, мужчина распахнул дверь и ревниво смотрел на то, как я устраиваю её на сидении сзади.

- Аккуратней, - сказал мне, когда я нечаянно уронил её тапочек.

- Простите... - как мальчишка растерялся.

С чего вдруг. Хотя глядя на него, любой бы стушевался.

- Всё? - он спросил так грозно, но у меня хватило смелости ответить.

- Я с вами, её нужно в больницу, вы ведь ведёте, нужно чтобы кто нибудь поддерживал голову...

Видно было, что ему это не по нраву. Но он махнул рукой на дверцу.

Я скорее оббежал машину и аккуратно устроил её голову у себя на коленях. Та женщина села на пассажирское переднее сидение и сияя как начищенный самовар, сказала:

- В больницу. Просто зарегистрируем, что она жива, чтобы эти олухи убедились и скорей домой!

Мужчина дал по газам, даже не пристёгиваясь они принеслись к госпиталю, и открыв дверь, как будто это им они обязаны работой и вообще тому что госпиталь имеется, мужчина крикнул фамилию врача, и сразу же женщина из регистратуры, сообщила по рации.

Тут же из за поворота принёсся врач, и уставился как баран, на мою ношу, которая хрипло дышала и кусала до крови губы. Мне так хотелось успокоить её.

И я сам не заметил, что шепчу, нечто ласковое и успокаивающее, поэтому она смотрит на меня так странно, со смесью сарказма и не узнавания.

Не так должна себя вести девушка, которой больно, не типично однако. Хотя о чём я, люди вообще не воскресают в гробах!

Она отпустила мой пиджак, и попыталась спрыгнуть с моих рук. Я неодобряюще уставился на неё. Она ударила кулачком мне в грудь. Я повиновался и поставил её на пол. Придерживая за плечи. Она снова зашипела. И я хотел уже подхватить обратно её на руки. Как грозный мужчина сурово произнёс:

- Не тронь. Тебе показали, что сама!

Я кивнул и аккуратно придержал за плечи.

Она выдохнула и протянула руку к этому мужчине. Я почему-то почувствовал обиду. И пустоту.

- Я здесь, здесь.

Он резко подошёл и придерживал её за талию. Мама же её, ухмылялась и смотрела на доктора как удав на стадо кроликов.

- Ну что?! - лилейно проворковала она.

- Я не понимаю... что ты наделала? Сознайся и покайся!

- Ха! А кричал что атеист! Регистрируй нас! Аннулируй всё, что было связано с её смертью! И побыстрей, я хочу это отметить!

Он не веря смотрел на девушку, что гордо расправила плечи и вытирала кровь с губ.

- Это ведь не ты? - спросила она ослабшим голосом у матери, как только врач, бормоча себе под нос, что то невнятное, пошёл к стойке.

- Нет, родная. Я не смогла, - и по щеке женщины скатилась слеза.

Девушка протянула ладонь и вытерла её.

- Ну-ну, не расстраивайся, - говорила она как с ребёнком, разве не наоборот должно быть в семьях?

- Больше никаких опытов! К чертям их всех!

- Дядя, ну не надо. Черти могут обидеться, что к ним посылают ангелов недоучек, - она засмеялась и кровь струйкой потекла из краешка рта.

- Так, надо домой. Сварганите свои эти штучки-вонючки, - ворчал мужчина, теперь он превратился в мальчишку, ха, а приятно.

Женщины рассмеялись в голос.

- Не ворчи, сейчас оформим и поедем, - добродушно отозвалась мама неудавшейся покойницы.

- А с ним что? - обернулся ко мне мужчина, не выпуская девушку из рук, - Ты знаешь его?

Девушка повернулась ко мне и вытирала кровь с подбородка.

- Нет, но с ним явно, что то не так.

- Что со мной не так? - опять какая-то обида, да что такое со мной!?

- Ты не типичный человек. Не определила, мне пока трудновато. Позже. Его нужно взять с собой.

- А меня не нужно спросить?

- Не нужно, а будешь выпендриваться, в багажник посажу.

И это мне заявила только что, пять минут назад мёртвая девушка, смеясь и осаждая меня.

И тут я вспомнил, что оставил свою машину у библиотеки. Чёрт, теперь тащится туда вечером. Вот теперь, эта библиотека перестанет быть моей любимой.

- Всё готово, - я таращился на девушку, словно юнец, и не заметил как подошёл доктор.

- Отлично. Оповести всех, чтобы никто не падал в обморок и не крестился при виде моей дочери. Замни всё, никаких обсуждений, никаких сплетен, никакого божьего благословения. Иначе к чертям вас всех пошлю...

Доктор и так был панически напуган, а теперь. Он шире раскрыл глаза. Но это повеселило и мать и дочь. Они ухмыльнулись так, что наверно Люцифер смог бы одобрить.

- Ну-ну, не нужно так бояться, - девушка сделала шаг к нему, он сглотнул и кажется, стал одного цвета с ней, когда она была в гробу. Сейчас на скулах начал проявляться румянец.

- Конечно, прости меня... - он тут же исправился, - вы ведь знаете, что я не сторонник вашего мировоззрения... - и только сейчас я заметил, что он чуть старше меня, может на год, два, не больше.

- Но теперь, я подумываю о том, чтобы допустить тебя... - она склонила голову и из-под ресниц смотрела за ним.

Он вдруг просиял.

- Ты... вы же знаете, как я этого хотел! - он снова спутался и мне показалось он хочет обнять её.

Я нахмурился.

- Я помню-помню, но вы ведь знаете, что не веря, толку не будет. Я надеюсь, нам удалось убедить вас? - она продолжала так же смотреть.

Смотри она так на инквизитора, а мне, почему то, она казалась чем-то вышестоящим, чем человек, наверно такими были ведьмы, так вот, если бы она так же смотрела на инквизитора, пришедшего за ней, он бы плюнул на всё, передумал её сжечь и защитил бы ценой собственной жизни. Но тут вроде даже без взгляда этот врачеватель, готов сложить за неё голову.

- Я хотел верить, но ты ведь... вы ведь понимали, что не получалось. Мало хотеть...

- Но теперь, мы посмотрим, получилось ли.

Я шепнул её дяде:

- Он кажется, её матери так не боится, как саму её...

Мужчина усмехнулся:

- И правильно делает...

- Тогда завтра? - спросил с надеждой доктор.

Она склонила голову набок, и задумалась. Тут же нахмурилась, посмотрела на запястье, он выжидающе смотрел. Не знаю, что она там увидела, но морщинки на лбу разгладились и:

- Послезавтра.

- Хорошо! Я могу идти?

- Да.

Она развернулась и зашагала к выходу. Доктор всё так же с благоговением смотрел ей в след.

- Почему он до синевы боится её, и тут же готов закрыть её от чего угодно? По крайней мере, такой у него был вид... - спросил я это у мужчины.

- Он, мммм, слишком многим нам обязан. А особенно мне, - начала не оглядываясь девушка, - но он что то вроде атеиста с нигилистом, отрицает и не верит во всё и вся, что не находится перед его глазами, и выходит за его понимание. Например в меня он верит, но в мою, эм, силу, нет. Не видел, значит - нет, не плохая логика, правда?

- Ну да. Вполне оправдана... - пожал плечами я.

Она вдруг оглянулась и засмеялась.

- Ты из таких же?! Не поверю. Слишком уж уверенный у тебя был вид, когда ты доставал только что хладный труп из гроба, - она продолжила смеяться, и покачав головой развернулась, села на заднее сидение машины. Ей смешком вторила мама и уселась на переднее сидение.

- Садись, - указал рукой мне мужчина, и сам устроился на водительском сидении.

Я не медля уселся в машину.

- Мам, куда сначала?

- Я думала восстановить тебя. Поэтому в... - она оглянулась на меня и подозрительно смерила взглядом, - ты уверена, что он нам нужен? Ты вообще с ним знакома?

- Мам, он явился проводником. Ты сама знаешь, ничего просто так, в НАШЕЙ жизни, не бывает.

- Ладно, пусть живёт, - буркнула женщина и отвернулась смотря на дорогу и загибая пальцы.

- Мам, даже не вздумай, я хочу разобраться...

- Что?! - воскликнула женщина и повернулась с пылающим взором, мне захотелось протереть глаза.

- Я не люблю скопления людей...

- Но, но, но они! Они тебя любят!

- Они любят халяву, мама. Не нужно. Я должна сначала разобраться. На ночь возьмём Святославу. Я даже не успела её успокоить...

- Она уже там. Я написала смс.

- Отлично... так, насчёт тебя, - она повернулась ко мне.

- А что я? - плохая примета.

Весь день веду себя как мальчишка нашкодивший.

- Ты... знаешь кто ты?

- Я? Хм...

- Силы есть?

- Физические - естественно. Не заметно?

- Ясно. Никакой странной родни?

- У всех я думаю, есть неадекватные родственники...

Она тяжело вздохнула, как будто говорила с упрямым ребёнком, который не соглашался слезть с дерева и принять своё лекарство.

- Хорошо....смотри...

- Эй-эй, ты что делаешь? Ты только восстала! - мама была недовольна.

- На это сил хватит... - она прищёлкнула пальцами, - даваай.... - еще раз щелчок, и расправила ладонь, я увидел огонёк, увеличивающийся в размерах, и уже на ладони расцвёл огненный цветок. Цветок буквально из огня. Не знаю что за цветок, таких не видел.

- Это?

- Это сила. Теперь понял о чём я?

- А ты?...

- Ой, мы сами не знаем кто я. Ангелы говорят, что я нефилим. Черти, что ведьма. По мне так я и то и другое, но ведьма большей части.

Её мама проговорила:

- Наши предки были велики на свершения. А вот мы с тобой. Однолюбы... аж обидно.

Они посмеялись, как то грустно очень.

- Но разве ни те, ни другие не бессмертны?

- Всем приходит конец. Ведьмы перерождаются. Но сжигая, их насовсем отпускают из мира, предоставляя выбор. Нефилимы же, хм, особый клинок, или недоучки ангелы.

- Я чуть не убила этих мальцов!

- Мам, они же ангелы, на них нельзя покушаться, - улыбнулась девушка.

- А сопли им пускать можно!? Сидели и ныли как дети малые! Ты бы видела, с каким видом они принесли тебя. Андрей сопли на кулак наматывал, чуть все перья из крыльев не потерял, пока вытирал руки о крылья!

- Андрей?

- Мы называем их нашими именами, нам лень выговаривать их.

- Я думал, ангелы не испытывают чувств.

- Оооо, вы много о них не знаете. Даже мы не знаем всего. Ну и они тоже. Их механизмы даже для них загадки.

- Они ведь еще не знают?

- Нееет. Я решила помучить их еще, и сделать так, чтобы их хватил удар. Ты ведь поможешь мне?! - женщина снова обернулась, и у неё был такой оскал.

- Страшная ты женщина мам. Конечно, помогу, - она слабо улыбнулась и откинулась на спинку.

- Я даже не знаю, как вас зовут...

- Николай Николаевич. Я - то уж думал ты совсем остолоп, - сказал мужчина.

- Да как то вылетело из головы...

- Маргарита Николаевна, - представилась женщина.

- Вы...

- Да, брат и сестра, - ответила девушка.

- А твоё имя? - это интересовало меня больше всего, но она молчала, - В чём дело?

- Ярослава, - после паузы ответила она.

- Божественная слава...

- Что-то в этом роде. А сам представиться не хочешь?

- Данте.

- Данталион? - она странно взглянула на меня.

- Ну да, богатая фантазия родителей, - я пожал плечами.

- Забавно. Для человека с именем демона ты слишком. Наивен? Прост, что ли...

- Зато ты, ведьма с именем божественности.

- Это да.... Хотя кто сказал, что ведьмы это плохо? М? - и она лукаво улыбнулась.

Я невольно улыбнулся в ответ.

## Глава 2. Действительно, кто же сказал что ведьмы, это плохо?!


- Почему мы так долго едем?

- А ты думал, мы в центре живём, в некотором, фильмы не врут. Такие как мы живут за городом, в лесах и прочем, - улыбнулась Маргарита Николаевна.

- Ты наверно думаешь: "Почему я веду себя как малолетний болван?", - лукаво косясь, спросила меня Яра.

Я нахмурился. Отвечать не хотелось. Ведь действительно и мыслю и действую как малолетне-бестолковый пацан.

- Ага, на твоей мордашке вижу. Ведёшь себя так, потому что уровень твоей силы находится именно на уровне подростка одарённого. И плюс две ведьмы на одного, это не честно. Частенько молодеют рядом с нами, не внешне, а внутренне. Становятся беспечно-милыми, и по юношески максималистами, - пожала плечами и расслабленно прикрыла глаза.

- А то, что веду себя так с самого утра?

- Ну я же говорю, дар просыпается.

- Какой?

- Мне всё тебе повторять по несколько раз? Я не могу пока определить кто ты, какие силы, я чувствую, что это только начало твоего дара.

- А почему на твоего дядю вы не действуете? Или действуете? - я вспомнил бурчание в больнице.

- Стражи под запретом, на нас можно сказать бронь, - ухмыльнулся мужчина.

- Ну дяяядь, ну не хвааастайся, - заныла Яра, и стала похожа на маленькую девочку.

И тут я вдруг ослеп.

- Что происходит!? Почему темно?! Яра! - я вцепился в кресло передо мной.

- Не паникуй, это защитное поле, пока что ты чужак, пройдёт, как подъедем к дому, и я попрошу дом, примерно пол часа он будет дуться, ну что не предупредили... а потом, может быть, хм, вернёт тебе зрение.

- Ты уверена? Так бывало?

- Нууу. А ответ что то изменит? Ты ведь всё равно не обретёшь зрение раньше чем через 10 минут...

Я рыкнул.

- Ух ты, неплохо рычишь, Данте, - усмехнулась Яра.

Мы остановились спустя несколько минут. Я сосредоточенно соображал, что же мне делать. Решил что, закатив истерику, поведу себя как пацан, а я и так веду себя с утра таким образом. И вынес себе приговор, вести себя прилично, как будто ничего не произошло.

Все двери хлопнули. Я остался в машине один.

Вдруг рядом колыхнулся воздух, меня взяли за руку и потянули на себя.

- Я договорилась, быстро да ведь?

- Через сколько я смогу видеть?

- Четыре, три... двеее.... Вуаля! - прощебетала мне Яра. Я увидел, что она стоит и держит меня за руку на дорожке выложенной камнями и под облетающей берёзой.

Она смотрит на берёзу, как будто видит её впервые и это величайшее чудо.

А я смотрю на неё и понимаю что величайшее чудо, это она. Девушка что стоит передо мной.

- Руку не отпускай, а то... ну, не хорошо получится, - как то пространно пробурчала она, и потянула за собой.

Да даже если бы мне дуло приставили и сказали отпустить руку, я бы не отпустил, пока она сама бы не попросила. Ерунда, какая то, ради бабы готов на непонятно что.

Пока мы шли, мы, почему то петляли, я же видел только прямую дорогу, но мы постоянно петляли, что это? Иллюзия или я пока не отошёл от слепоты, а может опять происки "дома".

Яра что-то намурлыкивала, и я решил слушать её голос и не заморачиваться по поводу петляния. Спустя пять минут, я понял, что дверь дома не приближается.

- Яра?

- М?

- Почему мы так долго идём, и не доходим, идиотски звучит.

- Ну, это еще не долго, вот ангелочков моих я вела часика два, а представляешь какого это, тащить стокилограммовых оболтусов, у которых еще и крылья весят как три меня. Думала обе руки вывихну.

- И так каждого нужно проводить?

- Нет, те, кто сами заявляются, не доходит никогда.

- А почта? Или что-то в этом роде? Доставка?

- Всё это на подъезде. И только наши люди работающие в таких областях.

- Я так понял у вас везде свои люди?

- Без этого никуда, другие не выжили бы. Да, правильно подумал. Таких людей множество. Но часто работают одни и те же люди. Только у привилегированных, люди собственного содержания.

- Содержания?

- Да, они содержатся за наш счёт. Мы оплачиваем всё в двойном-тройном тарифе. Или помогаем им в том, чего бы они не захотели.

- Неплохо быть вашим человеком.

- Ну как сказать и как посмотреть. Иногда мы очень многого требуем, - обернулась и легко улыбнулась.

У меня начала идти носом кровь, в ушах начало звенеть.

- Вот чёрт... - я услышал, как она процедила это сквозь зубы, и понял, что мы остановились, - Прекрати немедленно! Он нам пока живым нужен! Какие мы ранимые-то, меня сегодня похоронили наполовину, а ты дуешься, что тебя, видите ли, не предупредили! Прекрати иначе я съеду, и буду жить в обычной городской квартире, а ты мучайся с ними со всеми, - последнее предложения звучало очень угрожающе, и тут же мне полегчало.

Кровь по инерции из носа шла еще какое то время, но Яра дала мне платок и утерев всё, я приложил к носу.

- Ишь, совсем оборзели, стоило на денёк отлучиться и всё. Все внезапно стали самостоятельными и наглыми до нельзя!

Вокруг нас закружилась зелёная листва, и мягко стелилась под ноги.

- Даже не подмазывайся! Теперь я обижена. Я еле плетусь, а он мне дополнительные выверты устраивает...

Я боялся нарушить этот диалог. А я почему-то был убеждён, это именно диалог.

- Я ради них крови не жалею, душу на опыты отдаю. А вы мне, чем платите! Хоть бы немножко уважения! Последнее, готовы отнять. Как буд-то мало я вам отдала, - она говорила тихо, но я слышал.

Мы наконец-то подошли к дверям, и я увидел как по её рукам стекает кровь. Это что это?! Почему идёт кровь.

- Всё, иди, тебя проведут в твою комнату, - она вытащила свою ладонь из моих, нервно передёрнула плечами и вытерла руки о белое платье, мы вошли в небольшой коридор, за которым через стеклянную арку открывался огромный зал, - Чего встал?! Скройся!

Я саркастически приподнял бровь. Она прищурилась:

- Якобы крутой?! - щёлкнула пальцами, я упал на колени и кровь пошла из открывшихся порезов на руках и груди, их жгло так, будто прижигали тут же железом, но они не затягивались. Я упрямо смотрел на неё и не издавал ни звука. Она же усмехнулась, - Ну удачи, - развернулась и скрылась за боковой дверью.

Сдерживаться было невозможно, я начал шипеть, но пытался не издавать громких звуков. Кровь пропитала всю одежду, в глазах начало темнеть. Ко лбу прикоснулось что-то жутко холодное и боль отступила.

- Тц, разозлил... Яра, божественность-божественность! В ней ярости на легиона три хватит. Идиоты вы, видите лишь картинку в ней. А она посильнее вас всех будет. Хрупкая, как же. Она тебя голыми руками искалечит и скажет, что так и было, - женщина с толикой жалости взирала на меня.

- Плохая реклама с вашей стороны для дочери...

- Моей дочери, - это было сказано так гордо, - не нужно никакой рекламы! Никто..., - она замешкалась, - её не достоин. Нет такого человека или существа. Вставай и как тебе наверно сказала Яра: тебя проведут.

Женщина теперь не смотрела жалостливо как в начале, она брезгливо отряхнула руки от моей крови, потому что перематывали порезы, и скрылась за той же дверью, что несколько минут назад выбрала для ухода её дочь.

Встать я не смог. Дышал с трудом. Но как оказывается, идти самому мне не нужно было. Движение происходило, но я ничего не делал для этого. Очутился у двери, и она приветливо раскрылась. Снова движения пространства вокруг и дверь с громким хлопком закрылась за спиной.

## Глава 3. Всю жизнь живи и диву давайся.


Мне предстала небольшая комната с двумя окнами от потолка до пола. В уютно чёрно-белых цветах. Большой кожаный диван в углу комнаты, стол из чёрного дерева рядом. Стеллаж с книгами во всю стену. Маленький стеклянный шкаф со всевозможными напитками. Миниатюрный холодильник. Множество орхидей расставленных на полках, которые находились в самых разных частях комнаты.

Покрытие пола было деревянным. Тёплое чёрное дерево, неброско блестело от света торшеров, которые стояли у стен, их лампы были в виде черепов, я так подумал, но они светились полностью. Черепа из стекла, и на них надеты шляпы, две женские и два мужских цилиндра.

Я дотащился до дивана, и улёгся на шерстяное покрывало. Прикрыл глаза. И тут:

- Не хотите ли выпить чего нибудь, сэр? Или может гематоген, вы потеряли много крови.

Я от неожиданности распахнул глаза. Рядом стоял торшер.

Плохо описал их, они были вырублены из дерева в тонких, даже слишком юношей в рубашках и брюках. Руки же были по бокам, и казалось будто просто фигурки.

Как оказалось они вполне подвижны и разговорчивы. И уже не светились. Теперь комнату освещали бра на стенах.

Женского вида торшеры не отличались формами. Только подол юбок был чуть больше мужских брюк. Платья были изысканными, но не пышными. В остальном же, шляпы отличались изяществом, одна совсем маленькая с вуалью. Вторая с широкими полями и украшена полевыми цветами. Цветы были настоящими и свежими. Видимо, я так пялился, что мне:

- Да, госпожа Ярослава сделала наши образы такими, какими мы бы хотели быть сейчас. Только лица никак не получались. Пришлось сделать из стекла черепа, по форме как наши настоящие. Это очень огорчило её, но она сумела сделать максимум для нас, и мы вольны двигаться и мыслить.

- Я вижу, что вас прекрасно сделали, - все костюмы были тщательно сделаны из деталей. Не похожими на прислугу. Но старого времени одежда, - Но разве вы так уж вольны? Вы я так понимаю прислуга?

- Не говорите такого при госпоже. Она хотела отпустить нас, жить где нам было бы угодно. Но каждый не сговариваясь, выбрал жить здесь и помогать людям и нелюдям, которые будут в этом доме. И только госпожа отказывается от нашей помощи и помогает нам сама...

- Вот как...

- Да, всё так. И я видела, как вы... оскорбили госпожу, - это подала голос девушка-торшер в маленькой шляпке с вуалью.

Она была явно возмущена этим.

- Ну я бы так не сказал...

- А я бы вылила вам на голову чего нибудь прохладительного! - фыркнула дама, и негодующе полыхнула зелёным светом, пустых глазниц.

- Фрейн, не горячись, - примиряюще сказал второй мужчина.

Он был одет более элегантней, чем первый. И казалось, будто он гораздо моложе первого. Почему я замечаю эти детали только сейчас. Видимо потеря крови всё-таки дала о себе знать, раз я не приметил этого ничего сразу.

- Мы отвлеклись, - осадил их "мужчина", что первый обратился ко мне, - выпить или гематоген. Может того и другого?

- А стейка из баранины средней прожарки не найдётся? - неуверенно сказал я.

- Да конечно, - "мужчина" хлопнул трижды в ладоши, подошёл к холодильнику и достал блюдо прикрытое железной крышкой.

- Пожалуйста, - он поставил блюдо на стол, где уже было всё подготовлено.

Бокал вина, салфетка, на которой лежали приборы. Открыл и убрал крышку за спину, тут же вернув руку в обычное положение без неё.

- Спасибо, - неуверенно поблагодарил я.

И приступил к трапезе.

Когда я закончил, я решил расспросить об их госпоже и доме в целом. Но когда повернулся, они уже стояли все там же где и были, когда я только вполз в комнату.

- А вы даже не представитесь? - неуверенно начал я, думая, не мои ли глюки это были?!

- Нам нельзя. Может быть, вы желаете еще что-то?

- А вы могли бы мне рассказать о доме, об ангелах и... госпоже?

- Обо всём с некоторыми недоговорённостями могли бы, но о госпоже. Категорически нет!

Какая преданность. Вот бы мне таких работников.

- Хорошо. Хозяйки дома мне сказали, что меня проведут. Но Яра, эм, госпожа Ярослава, - я исправился, потому что та же девушка в шляпке с вуалью, негодующе воскликнула, - сказала мне скрыться...

- Вы должны были, обозначит своё присутствие движением. Если вы хотя бы развернулись или сделали шаг, то всё бы произошло мгновенно. Но вы обидели госпожу, и она слегка укорила вас. А госпожа Маргарита, дала указания провести вас - так. Что затруднило передвижение и произошло не сразу, доставляя вас сюда.

- Как всё у вас...

- Слегка запутано, - закончил за меня фразу второй мужчина, и мне казалось, что он улыбается, понятия не имею, откуда знаю.

- Да. Спасибо, - я отодвинул блюдо.

- Выпить?

- Если только кофе, пожалуйста.

- Да конечно, с молоком?

- Нет, просто чёрный кофе, без сахара. Спасибо, - сразу же взяв чашку, внезапно появившуюся на столе.

- Да, я предугадал ваш вопрос, мы все были колдунами, ведьмами и ведуньями.

- Были? По моему вы и сейчас. Неплохо колдуете? Разве нет?

- Я предпочитаю всё-таки в прошедшем времени. Потому что я успел побывать мёртвым, только когда госпожа нашла наши завещания. Которые, к слову сказать, не исполнили, потому что наши состояния...

- Прибрали к рукам, их же малочисленные, но алчные потомки, - подала голос девушка в шляпе с цветами, - И тех, кто повинен, - прорезалось что-то горестное, но тут же закончилось, - А когда госпожа, нашла и разобралась, воздав всем по заслугам... - торжественно проговорила она.

Молодой мужчина хихикнул, а вторая девушка продолжила:

- Мы были так давно мертвы, что не представилось возможным... - она сделала паузу, - восстановить наши тела. Мы живы уже несколько лет... Простите, после смерти я разучилась считать годы и месяцы...

- Не ты одна Фрейн, не ты одна...

- Вам в тягость жить?

- Нет, мы безумно счастливы. Правда, но этот минус, он, немного обескураживает, что я не понимаю, в каком столетии я нахожусь.

- Госпожа делает нам новые тела, по нашим фотографиям и пожеланиям, если мы хотим что-то исправить, - подхватил молодой мужчина.

- Ну и по портретам... в моё время не было фотографий, - отозвался старший из мужчин и девушка с цветами кивнула.

- Но эти ангелы! - фыркнула девушка в маленькой шляпке.

- Не подумайте, я не переживала из-за того что она не доделала нам тела, мы и с этими вполне себе комфортно ужились, но! Но её смерть, - я услышал панику в голосе, и все стали зажатыми и тут я увидел, что они были в трауре, и до сих пор не пришли в себя.

- Вы так цените её?...

Все головы воззрились на меня горящими провалами глаз.

Мне стало не по себе.

- Её невозможно не ценить. Извините. Отдыхайте.

И всё, они растаяли в воздухе.

Я недоумевающе огляделся. Почему так резко, чем-то обидел? Странно.

Прикрыл глаза.

И тут же появился образ как Ярослава, щёлкает пальцами, усмехается и как спокойно оставляет меня истекать кровью, это не свойственно девушкам, разве нет? Все представительницы женского пола, которых я знаю, тут же вернулись бы, а в большинстве случаев, так и не смогли бы даже сотворить такое.

Но даже вспомнив всем телом, что я испытывал, я не мог не оценить и не восхититься её линиями фигуры, мимикой, длинными вьющимися волосами спадающими на бёдра. Открыл глаза и проморгался.

Чертовщина. Еще чуть-чуть и я решу что помешался, на какой-то незнакомой бесоватой девчонке.

Я снова прикрыл глаза. Выдохнул и почувствовал себя лучше.

- Всё в порядке? - я открыл глаза и повернул голову в сторону звука, в глазах потемнело от резкого движения.

Я проморгался и увидел Яру. Она стояла ко мне спиной, ища какую то книгу. Уже была в кожаных брюках, и чёрной футболке, которая обтягивала её фигуру как вторая кожа, босые ноги, ногти, выкрашенные в кроваво-алый цвет, выделялись в этом наряде.

- Я дам вам пособия. Вы прочтёте. Я поняла кто вы.

Повернувшись ко мне, я увидел в руках три книги, одна очень тонкая, другая очень потрёпанная и старая, а третья, не примечательная. Но именно её захотелось прочесть.

- Вот эту, - подняла вверх тонкую, - общая теория, кто и что ты. Вот эта, старый фолиант, глубокое познание и не раскрытые границы. Единичные случаи их постижения. А вот эта. Для практических занятий. Ты пришёлся как нельзя кстати, будешь проводником для энергии и душ, я делала им новые тела. Через два дня, они будут готовы. Так что у тебя есть время подготовиться к практикуму. Считай я взяла тебя на обучение.

Даже не спросила, знаю ли я о чём она. У меня что, на лбу написано?

- Сколько тебе лет?

Она вскинула бровь.

- Ты слышал вообще, что я тебе говорила про книги?! - вроде вопрос, но такой безразличный тон.

И пустой взгляд.

- Да, я всё понял. Так сколько? Или за это ты тоже решишь пустить мне кровь.

- За вопрос нет. Но вот за последнюю фразу, с радостью. Есть желание испытать это еще раз?! - опять безразличие.

- Сколько?

- Сколько дашь, все твои.

- 21?

- Хорошо, что не сказал меньше, а то не дожил бы до совершеннолетия своих детей. Поздравляю, 21 год у тебя есть в запасе. Можешь хоть под поезд бросаться.

- Откуда ты знаешь про детей?

- Я знаю слишком много. А вот ты - нет. Читай.

Подошла, дала мне книги в руки и вышла из комнаты.

Через окно. Окно мать его!

Она спокойно подошла к окну, раскрыла одну створку, глубоко вдохнула, и шагнула в темноту. Я тут же подошёл и недоверчиво уставился на каменную дорожку, но нет, никакого тела там не наблюдалось, имею в виду в разобранном состоянии. Она легко встала из положения полуприсядь. Свистнула и тут же помчалась в лес. Теперь понятно, почему она в такой одежде. Но босой?!

- Сумасшедшая...

- Кто? - я обернулся на пороге стоял со скрещёнными на груди руками Николай Николаевич.

- Эм... Сумасшедшая затея, чтобы я научился чему то.

- Ну-ну. А не Яра ли?

- Ну и она, немного.

- Тц, сколько раз говорил этой девчонке. Не при людях, не при людях же!

- Вы про?...

- Про окно. Все стоят и смотрят как бараны, вот примерно как ты сейчас, - он хмыкнул.

- Так это обычная процедура?

- Да, из любой комнаты в любое угодное ей время. Мои остолопы даже как то пытались, как она, - он кивнул подбородком в сторону окна.

- И как?

- Вывих, сломанная рука и колено, первое у одного, вторые два - у других трёх. Больше не экспериментировали.

- А почему она так легко это делает?

- Тренировки. Правильная группировка. Вес. Детство... - последнее было сказано как то улыбчиво и загадочно, вопрос сам по себе вырвался.

- А что значит "детство"?

- Да так. Я пришёл, чтобы предупредить. По ночам не шастать, даже дверь не открывай, даже если будут стучаться. Вежливо, повторяю, вежливо зовёшь кого либо, если что то понадобиться. Вслух. Понятно? - я киваю, - Прекрасно. И да, - он тяжело вздохнул, - Яра не по твою душу. Не вздумай, - на этом он развернулся и вышел, притворив за собой дверь.

## Глава 4. Быть чокнутой, дело выбора.


Я присел и открыл тонкую книгу. Там кратко описано, что я проводник. Энергии, душ, жизни и смерти. Какое то странное сочетание. Но кто я такой, чтобы ставить это под сомнение.

Я могу многое. Вытягивать души, втягивать души. Оживлять, умертвлять. Провести сквозь время. Тут у меня вопросов немерено. Ну и пожалуй основное - всё.

Прочитав её дважды. Я положил её и потёр лицо. Бредни, какие-то бредни. Ведьмы, хранители чёрте чего, проводники, ангелы, да даже живые торшеры! Может я просто брякнулся и теперь галлюцинации?!

Услышал, как Яра напевает. Я запомнил голос.

Подошёл к окну, она возвращалась: чумазая, с листвой в волосах. Отряхивала волосы как собака шкуру. А за ней шли, огромный бурый медведь и серо-серебристый волчара. М-да, примечательная компания...

Она взяла верхнюю ноту, и тут её как бы передразнил медведь, гортанно зарычал.

Волк узрился на медведя, и покачал головой.

- Ха! Давай еще раз! - она снова что-то затянула, и медведь снова вторил ей.

Потом он встал на четыре лапы, приготовился, прыгнул, и Яра перекатилась вбок, быстро подобравшись и вскочив на ноги. Как она узнала, что он сделает, она была к ним спиной, в пяти шагах от них?

Он зарычал, ощерился, а она уже разбежалась и подтягивалась по балкам, балконов.

Он подбежал к балконам, но не успел даже лапу протянуть, как она спрыгнула ему на спину и ухватилась зубами за ухо, руками за огромную мощную шею.

Волк же сидел и спокойно наблюдал за этим, прокомментировал только фырканьем, когда она спрыгнула на спину, и укусила за ухо. Тут я подумал, что она совсем невменяемая. Это ведь дикие звери. Порвут и не заметят.

- Яра! - сам не знаю, зачем окликнул.

Но все трое внезапно ощетинились на меня, даже Яра издала какой то гортанный звук.

Волк встал, и медленно начал двигаться в направлении моего окна, медведь, встал на задние лапы, Яра скатилась по спине.

Увидев меня она, пожала плечами. Подошла к рядом стоящему дереву и опёрлась плечом, смотря за хищниками.

Волк резко повернул морду в сторону Яры.

- Да не, наш. Сёдня притащила, - она вздохнула, - ну Ииис, давай доиграем! - она разбежалась и запрыгнула ему на спину, как через козла прыжок делала.

Медведь издал мученический стон.

- Пф, подумаешь! Ну давай! Я тебя уделаю, - она бросала вызов зверю, неужели он понимает что-то?!

На моих глазах, огромный трёхметровый бурый медведь, превращается в молодого человека, лет 23, причём практически нагой. Прикрывали пах, только боксеры. Яра так и осталась у него на спине рюкзаком.

В виде человека он был кажется не меньше, не такой объёмный правда.

- Ну что? И сейчас поиграем? - он саркастически усмехнулся.

- Пардон, в виде медведя, ты мне импонируешь больше, - она вздохнула, спрыгнула с его спины. Начала боком подкрадываться к волчаре.

Я решил, что и это тоже какой нибудь мужик. Ну и как знал. Он пригнулся, и внезапно бросился на Яру, превратившись в парня с каре платиновых волос. Схватил её в охапку и подбросил.

- Нуу, вы оба зануды!

- Ты только воскресла, - он поймал её и удерживал на руках, Яра качала ногами и хмурилась.

- И что? Не превратилась ведь в хрустальную...

- Не каркай, будь хорошей ведьмой, - вздохнул "медведь", отрываясь от вида своих ногтей.

- Чего звал-то? - она наконец то обратилась ко мне.

Я прокашлялся, придумывая повод.

- Узнать хотел... на чём мне тренироваться?

- Мне нужно кого нибудь убить? - она прищурилась, - Глупые вопросы еще будут? Я ведь знаю, что талмуд по практикуму ты не открывал. Иначе бы знал на чём.

- О, новый ученик у тебя? - спросил "медведь", он снова разглядывал свои ногти.

- Не новый, а очередной.

- Один фиг, лапти склеит, - это уже волк отозвался.

- Тут уж сам пусть разбирается. Те, хреново разбирались в жизни, Дарвин бы одобрил отбор.

- Зато как ты опечалилась, из-за последнего, - волк уткнулся носом ей в шею, ему пришлось изрядно наклониться.

- Он был глупым, но не плохим, - она подняла руку и запустила в волосы этому с "горшком".

Я не стал дослушивать. Развернулся, закрыл окно. И решил поспать.

Молодой человек уже не видел. Как трио озабоченно уставилась на проём окна, где он был.

- Проводник? - озабоченно спросил парень с чёрными как ночь глазами, и платиновыми волосами.

Она кивнула.

- Совсем новичок, - повёл носом огромного роста парень, и перестал делать безразличный вид, разглядывая ногти.

- Он сам меня нашёл. И вполне удачно...

- Я бы сказал, охренительно удачно, - оторвал таки свой нос от девушки "волк".

- Конечно. Ведь я столько делала их тела. Оживляла каждую клетку, мать её - непонятно кто.

"Медведь" тяжко вздохнул.

- Ну что за дура.

- Это вы дебилы, чья идея была уйти и стать отшельниками? Хотя чего спрашиваю, твоя ведь Ис, - она вздёрнула бровь и посмотрела на растрёпанного брюнета.

- Тц, ухо блин горит, - не отреагировал на выпад тот.

- Смотри ка, наш мальчик с пальчик, негодует из за бедного ушка, - девушка пропустила смешок на подкол блондина, брюнет же злобно вперился в блондина, который усмехался.

- Мы скучали, ты ведь знаешь? - уже просто и открыто смотрели оба.

- А я хер знает. Помню только адскую боль. Как тогда, когда меня сжигали, помните? Только тут похуже было, кажется, я всех оглушила, так орала, - она засмеялась.

- Мазохистка грёбаная, никаких опытов, обещай нам, - тряхнул блондин.

- Аккуратней, а то рассыплюсь от твоих нежностей, - вцепилась пальцами в плечо.

- Обещай, - грозно приказал брюнет.

- Свет мой, ну чего он рычит на меня, - корчит моську девушка, и оба выжидающе смотрят, - хорошо. Обещаю, никаких опытов.

Оба выдохнули, как вдруг девчонка добавила.

- С Ангелами! - и подняла вверх перст.

- Бесовка! - рыкнул блондин и не предупреждая, кинул девушку другу.

Тот не задумываясь поймал, и вернул обратно. Как пас отрабатывают.

- Воу, воу! - сбивчиво кричит девушка, - Второе подвенечное мне выбрали уже что ли?!

Блондин схватил её, понёс к дому.

Рыкнул и запрыгнул на балкон, следом за ними приземлился рядом брюнет.

- Спать?! - удивлённо спрашивает девушка.

- Да. Мы не спали. После твоей попытки... свалить от нас.

- Это не я, - вздохнула девушка.

- Ага, - в голос, тихо ответили молодые люди.

С ноги открывают дверцу и заходят. Комната слегка освещена. Огромная кровать выделяется на общем фоне, белым покрывалом. Мини бар, в котором преимущественно молоко и соки.

Девушка потирает руки, снимает на ходу футболку, бросает на пол, та не долетая, складывается и исчезает, расстёгивает штаны и идёт к мини-бару.

- Что тут у нас? - мурлычет она, наклоняется и достаёт бутыль виски.

Без марки, без каких либо опознавательных знаков. Единственная бутылка виски в баре.

Парни кривятся. Она взмахивает бутылкой, большим пальцем откупоривает пробку и прикладывается к горлышку. Делает два больших глотка, убирает бутылку от губ, вытирая рот тыльной стороной ладони.

- Музыку! - выдыхает девушка, и снова прикладывается к горлышку.

- Никакой музыки! Спать, - рявкает недовольный брюнет, подходит, отбирает бутылку.

Перекидывает не сопротивляющуюся девушку через плечо и идёт к кровати. Скидывает её.

Кивает на девушку, блондину. Мол "твоя, ты и разбирайся". Блондин усмехается. Подходит, зовёт по имени, та садится и выжидающе смотрит.

- Алкоголь тебя никогда не брал, на кой чёрт ты это делаешь?

Брюнет стоит и буравит их взглядом. Блондин как будто знает и отмахивается от него.

Девушка пожимает плечами.

- Зато головная боль проходит, круто ведь?! - улыбается и откидывается на локти, кивая на штаны.

- Лентяйка, - вздыхает молодой человек и стягивает штаны.

Девушка остаётся в бежевом боди из эластичного кружева.

- Ребят, мне кажется или холодно? - она совершенно не стесняется их, зачем, они с детства вместе, и видели её оба.

Но только один видел полностью обнажённой, совершенно ничем не прикрытой, включая некоторые части скелета. Неудачные эксперименты, это диагноз.

## Глава 5. Некоторое, лучше не знать.


- Нет, дай руки - хмурится блондин, раньше за девушкой не водилось мерзлячества.

Он берёт её ладони в свои и чувствует, какие они ледяные. Он хмурится сильнее и смотрит на друга. Тот непонимающе смотрит в ответ.

- Они ледяные, потрогай, - брюнет на мгновение смотрит в глаза девушке, и мотает головой.

- Спать, - кивает девушка и барахтается в покрывале, - где, моё одеялко?!

- Ты хотела сказать наааше, наше одеяло? - хмыкает брюнет.

- Ой, как будто я сплю когда-то без вас. Разве что в гробу, - опять смеётся, - так где?

Блондин встаёт, подходит к шифоньеру, который малозаметен в полумраке. Достаёт огромного размера одеяло, такое, что они могли бы втроём укутаться туда, дважды.

Развернувшись, он уже идёт, и видит, как всё-таки брюнет решился дотронуться до девушки, держит её на одной руке как куколку и собирает покрывало. Поворачивается к блондину, девушка тихонько напевает песенку, не смотря по сторонам, разглядывая татуировку брюнета от ключицы до плеча.

Кивает, кладёт девушку на середину кровати, и сверху раскрывает одеяло. То огромным облаком укутывает девушку с головой.

Та смеётся как ребёнок и пытается выбраться, парни тут же залазят в кровать по обе стороны от неё, открывая девчонку до носа.

Блондин придвигается гораздо ближе брюнета и кладёт руку, обнимая, на бедро. Брюнет чуть сильнее сжимает губы, но молчит.

Девушка достаёт руки из-под одеяла и небрежно роняет их поверх одеяла, задевая не намеренно брюнета, тот замирает.

- Ты не медведь, - замечает это девушка, - ты заяц. А это всего ведь я! - она хлопает его по прессу, который напряжён так, что впору орехи на нём колоть.

Вдыхает, открывает глаза.

- Что вы делали эти два дня?

- Ты хотела сказать три? - тихонько говорит блондин.

- Разве? - удивляется девушка и поворачивает голову к блондину, чуть не соприкасаясь с ним носом, он подаётся вперёд и трётся носом, она мило морщится и смеётся.

- Мы не виделись до твоей... день, они утащили тебя.

- Аааа, я то уж подумала, я чего-то пропустила...

- Ну и вот три дня мы как на иголках, а как Маргарита Николаевна, сказала, что... в общем, мы ушли.

Кое кому, совсем не нужно было говорить. Он и без этого почувствовал. Но лучше бы не знал.

Брюнет повернулся на бок, и подпёр голову рукой, смотря на девушку.

Та почувствовав взгляд, повернула голову к нему, а блондин уткнулся и зарылся носом в волосы, вдыхая глубоко в себя её запах.

- Что не так? - она всегда спрашивает его так.

Кратко и о самой сути.

Он прищурился.

- Ну, - девушка поднимает руку, усмехается и подносит руку к лицу, она провоцирует его.

Хочет, чтобы он начал браниться, отстранился и высказал всё. Как он делал это обычно. Она считает, что он не любит прикосновения. Но раньше ему нравилось, до 17 лет, он всегда контактировал с охотой. Потом, что-то перемкнуло, и она решила что, он установил свои границы и всего.

Но он только прикрыл глаза, и она таки дотронулась тыльной стороной руки. Она прищурилась и решила, что надолго его не хватит. Погладила от скулы до подбородка, спускаясь к шее.

Он закусил губу, а с такими клыками, лучше этого не делать. Кровь заструилась по подбородку, она прицокнула и скорей начала вытирать её. Он глубоко вдохнул и раскрыл глаза. Слизывая кровь с губы, и случайно лизнув её пальцы, его глаза широко раскрылись.

И он как будто опомнился, отстранился. Стёр кулаком кровь.

- Что было первое, когда ты очнулась? О чём ты подумала?

Медведь медведем, но размышляет он всегда так высоко, как будто не огромное чудовище, которое видят. Мало бы кто поверил, что он задаётся такими вопросами, увидев его и не пообщавшись.

- То, что я обещала вам, сходить на концерт... - задумчиво проговорила она.

Он кивнул.

- А еще?

- Подумала о том, как было бы хорошо, в лесу. Было такое чувство, что я была в клетке, там спёртый воздух и раскалён, невозможно вдыхать. Дышишь кратко, через раз, лёгкие опаляет. И я безумно захотела бежать, прорываться с вами сквозь лес, вдыхать чистый чуть влажный и прохладный воздух...

Он смотрел на неё, как будто слушал мелодию, которую не в силах не понять, не откликнуться которой невозможно.

- А вы? Вы чем думали? - она укоряет его за решение уйти, он знает.

Мужчина молчит, отрицательно мотает головой.

- Говори.

Он снова мотает головой.

- Ис! Я хочу знать, какого чёрта вас понесло!

Она говорит шепотом, знает, что блондин уснул. Его пальцы были подвёрнуты под её ягодицу, дыхание было глубоким и раз в 20 секунд, она знает всё о них. Но некоторого, не улавливает. Чисто глупого и немного дурноватого резона их мотивов.

Он смотрит, не отрываясь.

- Можно?

- Что можно?

Ис молчит, и так же смотрит.

Она вздыхает, знает, что он не ответит, теперь только разрешить или нет. Только тогда ты узнаешь, о чём он спросил. Во втором случае не факт.

- Можно, Ис.

Он медленно наклоняется к ней, берёт ладошку в свою огромную ручищу, ложится рядом на подушку, прямо напротив её лица. И замирает.

Она утешающе улыбается. А он прикрывает глаза.

- Ис... говори мне.

- Яр, я не хочу это обсуждать. Мне хватило того что мы испытали. Не делай так больше.

- Эгоисты, - укоряет девушка.

- А ты? - он открывает глаза, там столько боли, она чуть не задохнулась, так остро почувствовала её, - Ты не подумала ни о ком, когда согласилась.

Она зло смотрит.

- Ты знаешь! Ты знаешь, для кого я это делала!

- Нет! Мы обсуждали это! Не вернуть! Её нельзя вернуть, её души нет в закромах, никто не может найти! Её избрали, она в верхах, их нельзя выдёргивать. Ты нашла этих четверых, когда искала её, хватит с тебя воскрешений!

Она насупилась.

- Ты знаешь, что я прав. Ты знаешь, - тихо говорит брюнет.

- К чертям вас всех, правых.

- Прости. Ты ведь знаешь, что я... - он обрывает себя.

- Нет Ис, это я косячу всегда. Прости, ладно? - она устало улыбается, он кивает.

- Спи, ты выглядишь уставшей, родная, - ласковое обращение он говорит с некоторой запинкой.

- Спасибо, - она благодарит за поддержку и за то, что преодолел себя и смог быть ласковым.

Она улыбнулась, и прикрыла глаза, думая, что не сможет заснуть. Но провалилась в сон мгновенно.

Мужчина лежал и смотрел на неё. Девчонка, которую он знает всю жизнь.

Это было невыносимо, жить там, где есть хотя бы напоминание или малейший запах её. Но нет её самой, больше нет.

И он принял верное решение, чтобы не убивать себя и не смотреть, как померкла душа его друга и брата, и становится хуже.

Они услышали её в таких дебрях, где не ступал никто. Они услышали! Не было того кто услышал первый, они услышали разом. Они почувствовали. Она звала их. Звала и они неслись обратно. Сорвались и очертя головы бросились на зов, не слушая доводы рассудка. Это ведь их ведьма! А с их ведьмой, всегда всё не по стандарту.

Они принеслись к тому моменту, когда она уже была в поместье.

Дали ей почувствовать, что они здесь, и она как всегда бросилась к ним, прямо через окно. Упрямая девица.

Её свист. Она только восстала, не знали, каким чудом. Но она уже бросила им вызов! И понеслась на встречу.

Не возникло и тени сомнения, что это обман, что это не она. Они чувствуют. Им этого достаточно. И весь мир наполнился красками, звуками, запахами, смыслом бороться с жизнью, ведь она рядом.

Блондин казался совсем обезумевшим. Душа восставала, как феникс из пепла.

И его уже не умирала. Она с рваным ритмом восстанавливалась. Пугалась от каждой её случайной запинки, вопля или чего-то в этом роде.

Блондин открыл глаза и посмотрел поверх головы Яры.

- Не спишь? - улыбнулся вымученно.

- Нет. Ты чего проснулся?

- Я боюсь, - он усмехается, страх, это не их, - Мне кажется, что это сон, что я очнусь, а её не будет. Хочется вцепиться и... ты, понимаешь сам.

Исмаил утвердительно прикрыл глаза.

- Да, мы не скоро сможем перестать дёргаться, - усмехнулся Ис.

Блондин тяжело вздохнул и прижал тело девушки ближе.

- Я был близок, - признался Ис.

Блондин грустно усмехнулся. И показал когти. Которые не втянулись, как должно быть при смене ипостаси.

Брюнет сжал губы в полоску.

- А я начал, перешёл за черту, и если бы не зов, то был бы у тебя домашний питомец, вместо брата, - улыбаясь, говорит парень.

Брюнет понимающе прикрыл глаза.

- Ладно, хватит трепаться, - подытожил блондин, - а то ведьма проснётся, и будет заводной как тысяча чертей. Замучает нас сонных утром.

- Цербер, - брюнет использовал имя, которое в обиходе, только у них троих, - я просто прикоснусь. Можно?

Блондин сочувствующе улыбнулся. Он ревновал, безумно, к каждому столбу, к каждому грёбанному человеку, что появлялся в доме, в метре от неё. Но это был его брат. И скрепя душой, начавшей восстанавливаться. Он сжал зубы и кивнул.

Он улёгся, чтобы вдруг не одёрнуть друга. Мало ли что взбредёт. Ведь она вернулась. Как же он хотел сдохнуть, или перейти черту и никогда не осознавать до конца, что её нет.

Закрыл глаза. Легко погладил по бедру. "Моя душа" - пронеслось в голове, больше он её не отдаст. Теперь к чёрту все её капризы, если они могут привести к такому.

Брюнет дождался, пока блондин уснёт. Он не хотел нервировать его. И её. Но он мучил, их и себя. В первую очередь себя. Презирал и разрывался от огромного чувства к ней.

Огромной ладонью он невесомо провёл по лицу, убрав прядь волос с лица. Чуть касаясь, очертил черты лица. Задержался на нижней губе. Быстро поцеловал и отвернулся, сжав руки в кулаки. Чтобы не притронуться еще раз.

## Глава 6. Подсознание во сне, не всегда такое каким бы мы хотели его увидеть.


Ей снился огромный огненный шар. Он опалял, это не солнце. Тогда где она?

Почему этот шар, сжигает кожу? Она терпит молча. Идёт вперёд. Она в степи.

Здесь мало растений, но они есть, и это её успокаивает. Видит фигуру вдали. Машет. Увидев её, фигура замирает, с минуту смотрит на неё, та идёт к фигуре. Но, кажется, силуэт очнулся от ступора и понесся в другую от девушки сторону.

"Стой!" - рыкнула та и сорвалась на бег. Она, отчего то знает, что если нагонит, узнает ответы, если нагонит, всё разрешится. Она практически нагоняет фигуру.

Это молодой человек. С короткими русыми волосами, он худой, но высокий и подтянутый. В одной лишь белой майке и спортивных лёгких штанах, и его не опаляет шар. Не сжигает кожу, как это происходит с ней.

"Остановись!" - приказывает негромко девушка. Тот дёргается и останавливается.

"Повернуться и поговорить нет желания?", - издевательски замечает девушка. Он молчит и стоит так же, плечи напряжены, руки сжаты в кулаки.

"Есть", - тихий шепот доносит до неё ветер, неизвестно откуда взявшийся. Девушка улыбается, хоть и удивлена, что ей ответили. Но вдруг он поворачивается и не успев разглядеть его. Она просыпается. Просто резко открывает глаза.

- Ой как тяжело. Вы что, улеглись на меня? - спросони хрипло спрашивает девчонка.

В ответ ей молчание и размеренное дыхание парней, которые спят.

Она быстро осматривается и замечает: естественно ей тяжко, огромная лапища брюнета, лежит где то на рёбрах под сердцем, а сам он уткнулся лбом ей в плечо. Волк же переплёл их ноги, а рука так и лежит на бедре с пальцами под ягодицами.

Как же затекла спина, она выгибается слегка, чтобы размять. И вдруг обе руки напрягаются, парни резко открывают глаза.

- Эй-эй, тише, вы как сторожевые псы, я всего лишь размять спину хотела, - те разом облегчённо выдыхают, - ну что!? Чем мы займёмся, - энергия бурлит в ней, точно водопад.

Оба тихонько стонут.

- Я ведь говорил, - бурчит блондин, и зарывается носом ей в шею, легко целует и закрывает глаза.

- Я и не сомневался, - отвечает Ис.

Он смотрит на неё снизу вверх, проверяя, не вызывает ли его рука дискомфорта, девушка понимает и улыбается, чуть качнув головой отрицая.

Мужчина облегчённо вздыхает и закрывает глаза, сильнее утыкаясь лбом ей в плечо, та сгибает руку в локте и треплет его шевелюру, успокаивая.

Поворачивает голову к блондину.

- Эй, - тихо шепчет девушка, - Лим, хватит спать!

Его назвали Нефилим. Мать, в честь того, что его отец заставил её пасть.

Она была монахиней, с самого детства. И в 24 появился он. Тот, кто заставил преклониться, и забыть все свои принципы.

Два года он являлся ей, их монастырь стоял на склоне горы, граничащей с бескрайним лесом. Два года заставлял сомневаться во всей её прожитой жизни. И она пала.

Пала в своих глазах, и пала к его ногам. Осознав ошибку, только когда была беременна. Женщина решила, что должна уйти из жизни. Родила сына.

С первого взгляда на него, она поняла, что любит его, любит так, как никогда и никого, даже самого создателя, которому была верна всю свою жизнь. Она дала ему имя, дала три года жизни с ней. И рыдая неделю. Убила себя. Оставив сыну письмо.

Она писала, что должна держать ответ. Что не хочет отравлять его жизнь своим присутствием. Что она любит его. Больше всего, вопреки всему. И рассказала, кем был его отец.

Был вожаком стаи ликантропов. Северных волков. Он узнал об этом всём в пять лет.

Он был не по годам развит и смышлён. Его домом был монастырь. И он оставил его в 6. Со смертью главы их монастыря. Мужчина, дал благословение. И мальчик ушёл в лес.

Не присоединился к стае. Он решил: всегда и во всём, только он, сам. И он сам стал тем, кто он есть сейчас.

Наверно его мать даже не предполагала, каким по внешности он станет, она лишь понимала, что неумолимо красивым. Он два с половиной метра ростом, подтянутый до неприличия, с шапкой платиновых волос, с чёлкой набок, такой, которая когда он в движении, кажется, живёт собственной жизнью, с черными, вечно горящими глазами, чёткими линиями губ, которые кривятся в ухмылках. Прямой нос, который подчёркивает его прямые черты лица. Скулы, о которые иногда, кажется можно порезаться. Но одновременно таким до безумия тёплым, мягким и сексуальным.

- Давай поспим, - шепчет ей в шею и трётся носом о подбородок.

- Я не хочу спать!

Парень усмехается.

- Ты сама не знаешь, чего сейчас хочешь...

- Но я знаю, что не хочу спать! - упрямо заявляет девушка, - Точно! У меня же дела на сегодня!

- Какие это?! - поднимает голову и хмурится блондин.

- А вот, - фыркает девушка и барахтается, пытаясь выбраться из объятий сонных мужчин.

Ис хмурится и прижимает её сильнее к постели. Блондин усмехается, довольно вздыхает и ложится на спину, потягиваясь, складывая руки на груди.

- Так не честно! - почему то обращается к блондину девушка и смотрит уничтожающим взглядом.

Тот хмыкает и смотрит на неё снисходительно.

- Еще час, - не терпящим возражений тоном, завершает её негодование Ис.

Девушка это знает и перестаёт буравить взглядом блондина. Грустно вздыхает и уже не барахтается.

Блондин встаёт и с видом победителя, достаёт полотенце, показывает язык и идёт в душ.

Девушка задыхается негодованием.

- Ис! - призывает она того, чтобы тот встал на её защиту.

- Не кричи мне в ухо, Яр... - бормочет тот и крепче прижимает её к себе.

Неосознанно получается.

Яра поджимает губы и испепеляюще взирает на блондина, чтобы тот понял, она устала лежать и хочет в душ!

- Неа, - усмехается блондин, - я первый, - соблазнительно разворачивается и разминает спину.

- Вот ведь! - упрекает его, он знает, что она обожает его спину и дразнит.

- Угу, - мычит парень и скрывается за стеклянной чёрной дверью в ванную.

- Ис! - разворачивается та в его объятиях и укоризненно смотрит на парня.

- Ну что такое? - устало спрашивает парень.

- Ис, я устала, - хнычет девушка.

- Еще пятьдесят девять минут, всего лишь, - та барахтается, задевая всем телом парня, его как будто бьют током от её прикосновений, всё тело сводит, - Ярослава! - и девушка понимает, это финал, вот теперь ей ничего сделать нельзя будет, пока не пройдёт 59 минут, ранее еще можно было, но теперь.

- Медведь! - упрекает его шепотом Яра, намекая, что он - чёртова туша упрямства и твердолобости.

- Ведьма, - вяло откликается тот.

Девушка пять минут мучается, замерев в одной позе. Потом с места в карьер, начинает дурачиться, ерошит его волосы, дёргает за уши, парень недовольно пытается спрятаться в подушке. Девушка от этого только хохочет и с двойным рвением начинает его мурыжить.

- Кто самый безобидный в мире мииишка, - пищит и смеётся девушка.

- А кто будет самая недовольная ведьма, когда этот "мишка", выпорет её?! Без подручных средств! - огрызается парень.

- Ооо, ну не знаю, с кем у тебя там ролевые, - хохочет та.

Парень открывает один глаз и укоряюще смотрит на девушку.

- Ууу, кто то негодует, - тянет она последнее слово строгим тоном, на его манер.

Парень невольно улыбается.

- Сколько? Сколько, сколько, сколькооо? - выпаливает девушка.

- Еще 25 минут, - и снова закрывает глаза.

- Ага! - кусает его за скулу девушка, продолжая дурачиться, - Я уделала грозного медведя!

- Я щас тебя так цапну, за вчерашнее еще, ведь мне ответишь, - открывает глаза парень, и лукаво смотрит на неё.

Та только хмыкает, знает, что не сделает этого.

- ТЫ, не ... - не успевает договорить, как огромное тело нависает над ней и кусает сначала за ухо, та визжит, потом смеётся, когда он уже кусает за плечо, но это даже укусом назвать нельзя, он свои губы прикусывает сильнее.

- Ну что?! - щурится парень, смотря сверху вниз, угрожая раздавить девчонку, если вдруг придвинется ближе.

- Я сдаюсь, сдаюсь, - хохочет девушка, поднимая руки в верх.

- Воспитательные работы? - усмехается блондин, входя в комнату.

Брюнет поворачивает голову, мгновение смотрит на блондина, встаёт с постели, и идёт в ванну.

- Ис! Моя очередь! - кричит девушка и кидает в того подушкой, он ловко уворачивается для парня такой комплекции и смеясь заходит в ванную.

Девушка встаёт и начинает прыгать на кровати.

- Ты сущий ребёнок, - вздыхает блондин, вытирая волосы полотенцем и подходя ближе, прямо к кровати, бросает полотенце, и в просительном жесте зовёт к себе девушку. Та показывает язык и удаляется на другую сторону кровати, продолжая прыгать.

Блондин недоверчиво щурится. Пожимает плечами, разворачивается и делает шаг от кровати, угрожая уйти. Девушка с визгом запрыгивает на спину, обвивая ногами талию, а руками плечи, шепча на ухо:

- Далеко собрался?

- Да нет, тут в соседней комнате, парочка ведьм, к ним хотел, - повернув лицо скалится тот.

- А, ну тогда иди, - улыбается ведьма, скользит с его спины на пол и идёт к балкону.

Но не успевает сделать и шага, как её подхватывают сильные руки,

- Я передумал. Кажется на двух, моих сил сейчас не хватит. Разомнусь для начала и тогда можно, - говорит и целует в ухо.

- Тоже верно, - уворачивается девушка.

Он выносит её на балкон. Отпускает. Перепрыгивает через ограду балкона, оставаясь на том.

С другой стороны, ставя ступни между прутьями ограды, встаёт и выжидательно смотрит на девушку. Та взбирается на парапет, садится и обхватывает ногами его талию, парень довольно отпускает руки.

Ему нравится зависимость от неё. Когда его равновесие и сохранность, зависят только от того, что она удерживает его. Так крепко и мягко одновременно, и всё зависит только от неё в данный момент.

Он замечает листья в её волосах, вытаскивает их и отпускает с балкона, те невесомо опускаются на землю.

Девушка улыбается, обнимает крепче и кладёт голову к нему на плечо.

- Я всё, - кричит из комнаты брюнет.

Яра быстро целует блондина в губы, хватает за руку и стоит на парапете.

- Ладно, иди, - кривится тот, перепрыгивая через парапет не расцепляя рук.

Девушка спрыгивает и отпускает его руку. Несётся мимо брюнета, ударяет его кулачком в плечо, и увернувшись от хлопка по пояснице, смеясь убегает в ванную.

## Глава 7. Мириться с чужим выбором даже в мелочах, признак вашей бесконечной любви.


Блондин заправляет кровать, брюнет тем временем одевается и расчёсывается.

И как обычно всё это происходит под пение из душа.

Оба улыбаются как умалишённые.

Блондин прикрывает глаза. Идёт к шкафу и достаёт одежду для девушки. Платье, мятного цвета, с воротником стойкой, закрытым как у монахинь, но длинной всего лишь на полторы ладони выше колена. Белого цвета тёплые гольфы и серебряные берцы.

Одевается сам в толстовку серого цвета и серые спортивные штаны.

Брюнет качает головой.

- Поприличнее, чего нибудь одень, - сам он в тёмно-синей рубашке и брюках, - нам сейчас в больницу.

Блондин хмурится.

- Откуда ты знаешь, куда ей надо?

- Я утром разговаривал с Марго, - он называет её маму исключительно по имени.

Ведь он не претендует, на руку и сердце девушки... ведь нет?!

Блондин перестаёт хмуриться и кивает.

- Не нравится мне там...

Брюнет так зло усмехается.

- Так и скажи, Пилюлькин тебе не нравится.

Блондин кивает, и уже выглядит вполне сносно. Чёрная рубашка и джинсы.

Брюнет подходит к шкафу и выдвигает маленькую полку. Достаёт двое часов, одни кидает блондину.

Тот нехотя натягивает их.

Одев свои, брюнет бросает к наряду девушки, витиеватый серебряный браслет.

- Всегда поражался тебе Ис, ты со своими, детальками.

- А я тебе Лим, с такой внешностью и так безвкусно. Сколько я тебе вдалбливал, - блондин только кривится.

Брюнет качает головой и выходит из комнаты. Точно угадывая момент, когда девушка появляется в комнате.

- Какие вы у меня молодцы. Но платье! Беее, - морщит носик ведьма.

- Одевай, и никаких споров.

Та тяжело вздыхает и убирает полотенце с волос, тут же которые высохли и легли как ей угодно. Она уже в нижнем белье.

Белое, кружевное, блондин пялится на неё, как будто впервые видит её такой.

- О создатель, сколько ты еще будешь ВОТ ТАК смотреть?! - закатывает та глаза и напяливает платье, следом гольфы, натягивает браслет.

Любуется им мгновение и впрыгивает в берцы, топает ими. Как бы проверяя, удобно ли, и вопросительно поворачивается к парню.

Тот хмыкает и не заставляет повторять вопрос.

- Всю жизнь, - опять ухмылка.

- Ну, я собиралась растолстеть и постареть, - издевается ведьма.

- Но от меня тебе всё равно не отвертеться, - пропевает блондин.

- Вот чёрт, - наигранно негодует она.

И они выходят из комнаты.

Ис кивает, и они спускаются по лабиринтам к выходу.

- Хочу на метле-е, - ноет девушка.

- Нет, - отметает это брюнет.

Кивает на джип. И та нехотя залазит через люк в крыше, тот закатывает глаза и садится за руль. Блондин уже там и включает музыку.

Её голос из динамиков разносится по всей округе, парни довольно улыбаются, девушка же кривится.

- Идиоты! Сколько можно издеваться, - они успели записать её, когда она была после опытов, потеряла кучу крови и накачалась алкоголем под завязку, тот не брал её и она с горя пела песню водяного из мультика "Летучий корабль".

Заменяя не в рифму "а то мои подружки", гогочет она, "волки да мишутки", и запевая дальше, следом была песня баб-ёжек, там было особенно грустно "думала мужчина, ну что же за блядина", парни выпали. Девушка насупилась и отвернулась к окну.

Брюнет завёл машину, и они тронулись к воротам. Выехали на трассу и понеслись с немыслимой скоростью.

Блондин сжалился и переключил песни обескровленной ведьмы, на радио, убавив громкость.

- И что же тебе нужно в больнице? - обернулся он к ней.

Та показала язык, но всё-таки ответила:

- Посвятить Александра.

- С чего вдруг?! - рыкнул блондин.

- Он хороший спец, Лим, мне он нужен, - от последних двух слов, блондин так зло вперился в неё взглядом, что девушка потянулась и поцеловала его.

- Не в моей машине слюни свои размазывать, - отозвался брюнет.

- Не завидуй, - уже раслабленней отозвался Лим.

- Буду, - добавил кривясь Ис, девушка пропустила смешок.

- Иди ко мне-е-е, тоже поцалую, - хохочет та и тянется к парню.

Блондин тоже смеётся, видя, как девушка встаёт на коленки на заднем сидении и дёргает парня за рулём за уши и громко чмокает его в макушку.

Брюнет фыркает и уворачивает голову.

- Так вот, - девушка ставит подбородок брюнету на макушку, а руки кладёт на плечи, - мне нужно его посвятить, он ведь серьёзно, отличный специалист, мне кажется, у него получится.

- Мне кажется - нет, - отвечает брюнет, - он никогда до конца не поверит, а с полуверами, дело хуже, чем просто с не верящими.

- Ты тоже так считаешь, Лим? - девушка озабоченно поворачивает голову к парню.

Тот кивает. Девушка вздыхает, и садится нормально.

- Иди ко мне, - умоляюще смотрит на него.

Он смотрит, как будто думает, неловко косится на брюнета. Тот заметил это и кивнул. Блондин просиял.

Откинул сидение, до упора на заднее, и улёгся головой, на колени девушке.

Та незамедлительно запустила руки к нему в волосы. Он обхватил рукой её за затылок и притянул к себе. Она улыбнулась и наклонилась.

Мужчина мгновение смотрел на её улыбку.

- Сделай полог, - шепотом попросил он.

Она кивнула. Сделала так, чтобы брюнет не видел и не слышал их, дабы не ставить его в неловкое положение, но и их отгородила. А то получалось странно.

- Я скучал, - он легко прикоснулся к её губам.

- Я тоже, - отвечает она и тихонько целует.

- Каждый раз, как в первый, - улыбается парень, - каждый раз я тебя целую и замираю как мальчишка.

Девушка смеётся.

- Ты бы видел себя в действительно первый раз, - она улыбается и закусывает губу, чтобы смех не вырвался.

Он ухмыляется.

- Ты себя-то видела, в наш первый раз, - сально ухмыляется он.

- Эй! Это не честно, я же про поцелуй, - смеётся девушка.

- Ты даже дышать забывала, - смеётся он.

Она засмеялась и решила заткнуть его. Резко начав целовать. Он после минуты не смог усидеть на кресле и быстро перелез к ней, усадив верхом.

- Я не мог поверить, - перемежает он шепот с поцелуями.

- Нужно было не бежать от этого, - шепчет она и впивается пальцами в плечи, - ты должен был, - она шипит, он запускает руки под подол платья, гладя бёдра.

- Ну, что я должен был? Сделать вид, что в груди ни черта не стало, но меня это не волнует? Сделать вид, что смогу жить дальше? - он поцеловал так, как будто хотел укорить, наказать.

Она оторвалась от него, лишь на мгновенье.

- Да, - выдохнула перед тем, как он снова впился в губы.

- Убил бы тебя за это, если бы не... - он покачал головой и уже через миг был в ней.

Она прикрыла глаза и закусила губу.

Он целовал её, пока она двигалась, пока он не смог сдерживаться, чтобы не двигаться ей на встречу.

Если бы не полог, то брюнету пришлось бы оторвать себе голову, только в этом случае он смог бы перестать их слышать.

- Тише, тише, - шепчет Лим, и впивается губами, ловя её стоны.

- Нет, - выстанывает она, - я не для того полог делала...

Он делает сильный рывок, сжимая бёдра.

Девушка громко стонет и выгибается.

- ТЫ! Специально это делаешь!

Тот ухмыляется. Сам не знает зачем, он просит всегда тише, но делает так, чтобы она кричала громче. Потому что ему нравится её стоны и выкрики его имени.

Движения становятся резче, быстрее, и уже оба не могут удержать стонов.

Она легко его целует и поправляет платье.

Он улыбается глядя на неё снизу вверх, протягивает ей её кружевную половину комплекта, в разорванном состоянии.

- Да ты издеваешься. Аккуратней не мог! - возмущается для протокола, повторяется это частенько.

Он ухмыляется. Тянется к ней и целует.

- Вот зачем опять?! - ей не нравится секс в машине, или вообще где либо, делая полог, и чтобы рядом хоть кто-то находился, пусть он и делает так, чтобы она забывала об этом.

Но потом стыд накрывает.

- Нужно оправдывать негодования Иса, - она хмурится на это заявление.

- Прохвост, - показывает язык, он его прикусывает и втягивает.

Она снова прикрывает глаза и впивается в плечи.

- Неа, - всё-таки берёт себя под контроль, смотрит в окно, осталось 20 минут езды и они будут у больницы.

Щёлкает пальцами, колдовством убирая все следы. Смотрит на кружево зажатое в его кулаке. И колдует новые.

Он заправляет прядь ей за ухо свободной рукой. Автоматически убирая кружево в карман джинсов.

- Я не хочу, чтобы этот полудурок, был допущен.

- Лим, он нужен. Он прекрасен в своём деле. Он сможет помочь.

- Он не верит. Ты слышала доводы Исмы. Он прав.

- Он может помочь людям. Смогут регенерировать конечности, с его подачи и проекций.

Молодой человек качает головой.

- Оставим личные неприязни, Лим, - она берёт его лицо в ладони, целует, - пожалуйста. В нашей больнице их много, и всем нужна помощь.

- ТЫ умалишённая. Мы столько бьёмся с этим. Но пусть так, - снова целует, углубляя, затягивая.

- Спасибо, - прерывисто дышит и прикрывает глаза, он обнимает и гладит по спине, успокаивая как ребёнка.

- Пойдём к Исме, обидится еще, - улыбается блондин.

Быстро целует в шею. И чуть ли не рывком забирается обратно на сидение, принимает их позу, как только начали. Она быстро оправляет платье и убирает полог.

Ис угрюм.

- Ну и что решили? - он кидает взгляд в зеркало заднего вида на девушку.

- Посвящаем, - улыбается она.

Он переводит взгляд на друга, тот корчит лицо, но кивает. Ис против воли замечает кружево, плохо спрятанное в карман, и сильнее сжимает руль.

## Глава 8. Люди тоже бывают неповторимы. Порой, даже более выдающимися они являются, нежели кто-то сказочный.


Подъезжают к больнице, останавливаются на своём парковочном месте.

Девушка треплет волосы блондина и выскакивает в люк, стучит в стекло брюнету и усмехается.

- Быстрее, - кидает она и идёт ко входу.

Они выходят и поравнявшись, брюнет толкает кулаком блондина в плечо.

- Мудак, - он одновременно рад за друга, но тут же ему больно.

Блондин пожимает плечами, потом хлопает друга по спине, поддерживая.

Он всегда в растерянности, что делать? Это его ведьма, как женщина она его. Но как подруга, она общая. Ему жаль друга, но она, всецело его.

Девушка скрывается за дверью больницы. Они спешат, чтобы не потеряться в хитросплетениях коридоров, в них может ориентироваться она и некоторые из работников. Это огромное здание, для особых работников. Оно соединяется с основной больницей.

Больница для тех, кто потерял части себя. В буквальном и переносном смысле.

Здесь занимаются залечиванием, тем, чем другие не занимаются. Делают протезы. Дают надежду. Дают дом родителям, которые буквально прикованы к койкам своих детей. Жёнам, которые не оставляют своих дорогих и любимых, даже спустя 30 лет в браке.

Помимо этого здесь лечат отравления, клиника поделена на два отдела.

Открыли ведьма с матерью. Они не по наслышке знают, как это, жить без конечностей и внутренностей. Они были в таком аду, откуда выбрались и спасли оттуда многих.

Вся клиника боготворит их. Они не те благодетели, которые сюсюкают, и бросают людей на произвол докторов. Они обучены. Они готовы помочь каждому, незамедлительно, не откладывая эту помощь на потом.

И если нужно. Они испытывают всё на себе.

- Где вы? - кричит девушка с лесенок, парни задирают головы и в два прыжка оказываются рядом с ней.

Блондин подхватывает её. Та заливисто смеётся.

Девушка показывает им направление. Они молчаливы. Всегда в больницах молчаливы.

Их животная часть чувствует боль, смерть, запахи, которые ходят рядом со всем этим, преследует их потом весь день. И только в лесу, или в её волосах они могут забыться. Второе доступно только блондину.

Она спрыгивает с рук и натягивает вмиг взявшиеся резиновые перчатки. Кидает парням. Заходит в дверь.

Оглядывается, ищет доверенного. Тот появляется незамедлительно. Кивают друг другу.

Мужчина безлик. Такой человек, которого увидев, ты не запомнишь, будешь знать что видел его, говорил с ним, но не помнить, ни лица, ни фигуры, ни повадок, даже того как он одет или как пахнет. Но он уникален. Он чувствует всё резко, и профессионал в своём деле. Яды и противоядия, это его.

Они быстро идут в его кабинет. Даже там, царит стерильность. Но вот они подходят к фотографии больницы со стену, стук и она открывается. Они проходят туда. Там куча колб, пробирок, устройств по перегонке, царит беспорядок, царит хаос, понятный только ведьме и лекарю. В разных отсеках творится что-то несусветное.

Так же как и он, кабинет - безликий фасад, лаборатория - его внутренний мир.

- ЛекАрий, что нового? - она дала ему имя.

Он не мог внятно сказать своего имени, и написать тоже, при встрече.

Но это имя он повторил сразу же, как только она увидела его суть. Он одобряюще кивнул и просиял, осознав, что его видят, его заметили, и он как будто обрёл оболочку вместе с этим именем.

Лекарий обвёл рукой новый отсек. Там клубился чёрный дым под потолком.

- Обезболивающее? Серьёзно? Ты смог выявить это?

Он улыбается, как мальчик, которому подарили желанное.

- Ты бесподобен! Даже не хочу спрашивать как ты выделил это из крови, - они тестировали на человеке, который не чувствует никакой боли, абсолютно.

И чтобы выделить это, ему потребовался год.

Это облегчило бы жжение в конечностях, которые были слишком чувствительны к протезам, когда нет ран, но человек чувствует дискомфорт, и теперь можно будет без неприязни пользоваться протезом. А при пересадке, это бесценное приобретение.

- А у тебя? - она загадочно улыбнулась.

- Я нашла проводника. Стоящего, как мне кажется. Я надеюсь на это Лекарий, очень надеюсь.

- Я тоже, - он серьёзно кивнул.

Они познакомились тогда, когда только открыли клинику, и одним из первых его постояльцев стал его брат.

Он военный и потерял ногу. Неумело обработав на поле боя, она загноилась, и обезболивал ему он, он был фельдшером там, но от брата был далеко, как только сообщили он приехал туда, получив замену. Никто не понимал как, он выделял, что-то из чего-то, и умудрялся глушить боль. Потом он решил что хватит, нет возможности прекратить гнойность, нужно в больницу, они уехали с границы и приехали сюда.

Яра предложила ему дом, при больнице. А потом и работу. И обрела в его лица великолепного коллегу и сотрудника.

Она понимающе и обнадёживающе улыбнулась, как могла только она, по мнению Лекария.

- Я не смог прийти на похороны, - он пристыженно опустил голову, - прости. Но видеть тебя мёртвой. Это было бы слишком. Я даже подумывал уйти с должности...

- Ты с ума сошёл, - перебила его, - я не понимаю, вы сдурели все разом?! Это твой долг! Твоё призвание! А ты решил, что можно со смертью одного никчёмного человека, бросить всех кто в тебе нуждается!? - она вспылила.

- Прости... но вместе с тобой, в нас с братом умерла надежда.

Яра уже хотела ударить его. Но опустила кулак.

- Никогда! Никогда не смей! Даже когда в тебе сдохло что-то, хорони мать твою и живи дальше! Живи и пытайся, надейся, что то исправить! Даже если душа подохла, и находится в коме, борись, - процедила она.

- Я хотел. Я постарался. Я здесь. Прости.

Она глубоко вздохнула.

- Через день, я смогу сказать, как будут продвигаться наши дела. Я уже научилась создавать клетки. Только вот с пробирками не выйдет. Там другое. Он должен заставить их дышать, жить, не как отдельные механизмы, а как одно целое. Обещаю, мы вернём твоему брату ногу... - он широко раскрыл глаза, она никогда не голословила.

Дав обещание, она всегда выполняла. И прямо сейчас, она сказала, что есть не просто надежда, можно быть уверенным. Его брат, он снова встанет твёрдо на ноги. На настоящие ноги.

Он не смог ничего вымолвить, он кивнул.

- Что нибудь еще есть?

- По мелочам, противоаллиргенные, и прочее.

- Отлично, на тот цветок, - она прищёлкнула пальцами в попытке вспомнить название, - от которого кровоточит рана девочки, есть?

- Да, он был самым первым.

- Отлично. Ты в нём уверен?

- Да. Никаких побочных.

Она кивнула.

- Я дам распоряжение. Передашь его одному из докторов. Можно будет продолжить её лечение. Я боялась, что уже не будет ничего срастаться.

Они вышли из лаборатории. Молодые люди, смотрели в окно.

- Я всё. Теперь к Александру.

- Ты решила посвятить его? - спокойно спросил Лекарий.

- Да, он нам нужен.

- Да... Я тоже так считаю.

- Станет гораздо легче формировать конечности. А то мои не всегда выходят правильными с точки зрение анатомии... - она улыбнулась.

Лекарий посмеялся. Попрощалась, и трое, вышли из кабинета.

Выйдя из хитросплетений лабиринтов уже больничных. Она подошла к регистратуре.

Девушка в халате, как только увидела её. Быстро схватила рацию и нажала на кнопку.

- Александр Анатольевич, поскорей.

- Иду, - кратко ответили в рацию.

И девушка продолжила дальше свою работу.

Яра облокотилась на стойку и выжидающе смотрела, как по коридору несётся доктор.

Блондин закатил глаза, увидев, как подобострастно смотрит на неё докторишка.

- Сейчас слюна потечёт, - шепнул он другу, и перевёл взгляд на ноги Яры.

- У тебя-то да, подотри, вон тут, - усмехается парень, отсекая его недовольство по поводу доктора.

- Иди в лес, - бормочет блондин и отрывается от ног ведьмы.

Брюнет лишь усмехается. Проходит к креслу и откидывается в него. Блондин побуравив взглядом доктора, но не встретив никакого отклика, подходит к другому креслу и усаживается туда.

- Значит так... - Яра задумывается, - через три дня. Мы попробуем нечто неоднозначное. Сейчас, мне нужно чтобы ты моделировал ногу брата Лекария. Я проведу тебя в кабинет, там всё нужное тебе. Провожу обряд и ты уже сегодня, начинаешь.

Тот кивает.

- Отлично. Пойдём, - она резко разворачивается и идёт обратно.

Поднимается на этаж выше. В хитросплетениях быстро идёт до нужной двери. Видно, что доктор, нервничает, пытается быстро запомнить дорогу, но ему кажется, это не удаётся.

Они заходят внутрь. Там стоит оборудование.

- Всё это, лично твоё.

Тот недоверчиво смотрит на девушку.

- Я сказал ЛИЧНО, после, можешь забирать, обустраивать или что захочешь то и делать с оборудованием и кабинетом, понятно?

- Да.

- Значит так. На колени.

Тот не раздумывая встаёт перед ней на колени.

Она расстёгивает халат и рубашку.

Рассекает вдоль грудной клетки кожу, до мяса, он пытается закричать, но она поставила блок, нужна тишина. Тут же вскрывает когтями себе вену. Капает на его рану. Шепчет, шепчет и шепчет, пока его рана не затягивается полностью, прекращая светиться чёрным.

Он кажется прозревшим. Увидевшим, всю истину этого мира.

Она довольно улыбается.

- А говорили не верующий, не верующий, - бормочет девушка.

- Ярослава...

- Не за что, вера то твоя. Скажи ей спасибо. Можешь приступать.

Он отрывисто кивает. И идёт к оборудованию.

Запрос на анкету брата Лекария приходит тут же. Там всё, что ему нужно. Он начинает просчитывать и уже делать наброски. Не замечая довольно улыбающейся ведьмы, следящей за ним из тени. Она кивает своим мыслям и выскальзывает за дверь.

Только там, она расслабленно выдыхает и сползает по стене вниз, прикрывая глаза.

Блондин недовольно кривится.

- Надоела со своими обрядами...

Подхватывает на руки, и они идут, прося показывать им хотя бы направление.

- Ис, спой мне.

- Нет, - отказывается брюнет.

- Ну и шут с тобой. Упрямец, не любишь меня, фу таким быть, - вздыхает девушка.

Блондин недовольно смотрит на друга. Тот понимает его не-так-часто-она-просит взгляд. Но брюнет хмурится и отрицательно качает головой. Боится, что споёт, что-то не то. Ведь песни его собственного сочинения. Чаще всего прямо на ходу, для неё.

- В тот день, когда окончилась война

И все стволы палили в счет салюта,

В тот час на торжестве была одна

Особая для наших душ минута.


В конце пути, в далекой стороне,

Под гром пальбы прощались мы впервые

Со всеми, что погибли на войне,

Как с мертвыми прощаются живые.


До той поры в душевной глубине

Мы не прощались так бесповоротно.

Мы были с ними как бы наравне,

И разделял нас ...

- Яр, прекрати. Я спою, - недовольно прерывает её брюнет.

Он знает её это настроение. Твардовский, Рождественский и Симонов, звучали бы из её уст неизвестно сколько часов. А завершилось бы всё Ахматовой и Цветаевой, иногда задорно прерываемо Маяковским.

Она улыбнулась.

Брюнет запел, что-то мягкое, нежное, что-то родное. Голос красивый, окутывает, слова простые и ласковые.

Она уже подхватила мотив и напевала его. Они уселись в машину. Блондин с девушкой на коленях, Ис за рулём.

Он перестаёт петь.

## Глава 9. Если будешь умирать, надеюсь, у тебя будет чувство завершенности.


- Домой что ли? - оборачивается к ним брюнет.

Оба смотрят на девушку в ожидании ответа.

Та открывает глаза, и задумчиво покусывает губу.

- А давайте пикник устроим?

Молодые люди переглядываются. Пожимают плечами и едут в магазин. Им не хочется напрягать подругу - колдовать всё нужное для этого.

Они так и входят, с ней на руках, все оглядываются. Многие улыбаются, видя как девушка на руках, командует и одёргивает двух бугаёв.

- Ну, пожалуй всё, - задумчиво смотрит девушка.

Тележка забита всем, чем можно. От пледов, до продуктов.

Они быстро расплачиваются, и едут за черту города к их месту.

Яра слазит с рук. И прикрыв глаза, вдыхает влажный воздух у широкой бурной реки.

Прислушивается к отзвукам ночной жизни леса. Спускается с полога у холма ближе к воде, на поляну. Молодые люди спешат с пакетами за ней и быстро всё обустраивают, навес, пледы, подушки.

Девушка занята продуктами. Уже приготовив некоторое количество снеди, она встаёт и выходит из-под полога, идёт к воде.

- Яр, мяса хочешь? - кричит ей брюнет.

Та молча кивает.

Он разжигает костер, делает подставки для шампуров.

- Яр, - кричит ей, ему не хотелось тревожить её, но они купили простое мясо.

Девушка понимает, даже не оборачиваясь, чего от неё хотят и по щелчку, мясо в маринаде.

Потом возвращается под полог, открывает настолько, чтобы видеть Иса с костром и реку.

Он возвращается к ней под полог.

- Устала, - его озабоченность читается на лице.

- Как то так. Я до сих пор не могу оформить мысль, - улыбается девушка, так же смотря на водную гладь, которая кажется в сумерках, чёрной.

Блондин возвращается с огромной охапкой хвороста, и привязанным к руке сухим, давно мёртвым деревом.

- Держи, - скидывает он всё это неподалёку от костра.

Отряхивается. Смотрит на реку. Вздыхает и идёт под полог, к ведьме.

- Иди ко мне, - он садится позади неё, заключая в кольцо рук и откидывая к себе на грудь, он опять хмурится, - ты ледяная. Что за ерунда?

Ис тоже нахмурился.

- М? - кажется, девушка не слышала ничего вокруг.

- У тебя ледяные руки и плечи, - с нажимом повторяет блондин.

- Немного прохладно, - она вжимается в грудь парня сильнее.

И расслабленно выдыхает, почувствовав разливающееся тепло по телу.

Он обеспокоенно смотрит на друга. Тот так же хмуро кивает, в знак того, что не понимает что такое с их ведьмой.

Ис вышел и начал подкидывать в костёр сухие ветки. Те с треском поглощались огнём, искорки взлетали вверх, окрашивая темень.

- Душа моя, о чём ты думаешь? - пафосно, скажет кто то, он говорил это, только когда никто их не слышал.

Исма, блондин знал, что тот теперь погружён в мысли не хуже ведьмы.

- Сердце моё. Я боюсь, что у нас не выйдет...

- Всё получится, - он твёрдо говорит это, вселяя в неё уверенность, - всё всегда получалось. С некоторыми отсрочками, но ты всегда и всё делаешь правильно. У тебя отличная команда и мы рядом.

- Наверно ты прав. Спасибо, - она поворачивает голову и легко целует его под подбородком.

Он прикрывает глаза.

- Мне мало, - тихо говорит он, подставляя губы вместо подбородка.

- Мне тоже, - шепчет она и кусает его за губу, - но при Исме. Не красиво это, - улыбается вымученно и отворачивается.

- Пора бы привыкнуть за столько лет. Он ведь всегда с нами будет.

- Я знаю. И надеюсь на это, - улыбаясь, девушка следит за неторопливыми движениями их друга.

- Тогда поцелуй меня, упрямая, - настаивает блондин.

Та качает головой.

- Яра... иначе я усажу тебя верхом, и Ис увидит, как я буду... - он угрожающе поглаживает обнажённую кожу ноги между платьем и гольфами.

- Шантажист, - вздыхает девушка.

Поворачивается и целует так, что парень замирает и перестаёт дышать, лишь отвечает, сам не понимая как у него получается.

Она отстраняется.

- Дышать не забывай, - мурлычет она, ей нравится творить с ним такое.

- Еще, - выдыхает парень.

Девушка усмехается и снова качает головой. Он не дожидаясь, сам поворачивает её к себе и целует. Сжимает её крепче, и она гортанно стонет, пытаясь, чтобы звук был глуше.

Резко отстраняется, понимая, что в голове у обоих уже дымка, глаза застелены пеленой, и им уже будет без разницы, есть Ис тут или нет.

- Всё, всё, всё, - отклоняясь, шепчет девушка.

Парень с глухим стоном утыкается ей в затылок.

Девушка замечает, что Ис напряжён, и смотрит, куда-то вправо.

Она хлопает по ноге блондина, привлекая его внимание, тычет в напряжённую спину.

- Что опять?! - шепчет блондин.

Поднимаясь и идя к другу.

Яра встаёт и выходит через задний полог навеса, тихо обходя к краю, чтобы видеть, куда смотрит Исмаил.

Она щурится и вглядывается. Люди, много людей. В балахонах. Один стоит чуть впереди и нервно жестикулирует указывая в их сторону.

- Что же вы за фрукты такие? - задаётся девушка.

И перемещается за ближайшее дерево, ближе к этим странным личностям.

- Они оскверняют наших женщин! Они убивают и остаются безнаказанными! - девушка не может ничего понять, причём тут её ребята, или может они о ней?! Хотя вроде баб она не портила, не в её вкусе. Тем временем крикливый не унимался, - Они ошибка природы! Происки Дьявола, - нууу, ясно, теперь всё встало на свои места, очередные борцы.

Она вздыхает и возвращается к парням, оказываясь за их спиной. Ис резко разворачивается, хватает её и прижимает к груди. Её блондин уже несётся в другую от них сторону, к людям в балахонах.

- Лим! - кричит сквозь зубы девушка, - Отпусти Ис!

- Нет, сейчас всё узнает и вернётся.

- Я уже всё узнала, видели ведь! - возмущается девчонка и пытается выбраться из медвежьего объятия.

- Опять борцы?

- Да!

- Мы поняли это, но они какие-то другие, от них фонит...

- Да мало ли, один обрядчик или ученик. Они люди, сделаю полог или задурманю и всё, Ис!

- Нет. Они другие... - упрямо твердил парень.

- Ис! Сколько нам лет!? Мы давно не дети!

- По меркам людей - нет. По нашим меркам, мы подростки Яра.

- О, люблю твои нравоучения, - бурчит девушка, - но это не повод, чтобы обороняться от людей!

И тут девушку отвлекла зарница, полыхнувшая и отразившаяся от воды. Девушка застыла.

- Лим! - она закричала и таки вырвалась из рук друга.

Они оба понеслись туда, куда только что убежал их друг.

Люди в балахонах сняли капюшоны и завидев двоих приближающихся начали зачитывать, нараспев и тихо, было не понятно что они бормочут.

Девушка в ярости сбила всех с ног, ветровой волной, и хор сбился. Один особо упёртый вскочил сразу и запричитал с удвоенной силой.

- Заткнись пока глотку не выдрала! - рявкает девушка.

Тот замирает, широко раскрытыми глазами смотрит и достаёт деревянную дощечку, как иконы в старые времена. Оборачивается ко всем, люди по тихоньку встают, но причитать уже не решаются.

Подзывает троих и они как будто сличают икону с ведьмой. А та уже стоит над своим огромным волком и чуть ли не рычит.

- Идиот, оба дебилы! Ненавижу вас!

Блондин в печальном состоянии, ему разворотило внутренности, обильными сгустками кровь вытекает из ран. Рёбра оголены, видно как дёргается сердце.

Она хлопает, хлопает, хлопает. Раны затягиваются, но с трудом. Потеря крови огромная.

Девушка рвано дышит. Силы уходят. Ис пытается поднять подругу с колен, у неё самой уже идёт кровь носом.

Она взбрыкивает и продолжает над ним колдовать.

Ис превращается в медведя и отгоняет людей в балахонах прочь, потому как, те начали активно проявлять интерес ко всему происходящему и образуют полукруг.

- Сдохнешь, - шипит она, - я тебя из преисподней достану. Оставлю волком навсегда!

- Какая наивная, - булькает блондин и выпускает кровавые пузыри, он перекинулся в человека и ухмыляется.

Рёв оглушает окрестность, и люди в балахонах уже бегут с берега в рассыпную.

Все раны затянуты, все органы восстановлены и на месте. Но ведьма явно истощена и уже на грани.

- Ис! Машину, - командным тоном повелевает блондин, как будто не он пускал пузыри тут на песок.

Встаёт, притягивает девушку к себе, закидывает на плечо и упрямо движется к их лагерю.

- Я сама, - шепчет девушка, но даже сопротивляться не может.

- Конечно сама, ты всегда всё сама, - успокаивает её блондин, и с болью во всех конечностях и внутренностях идёт.

- Ненавижу, - шепчет ведьма.

- Я знаю душа моя, знаю... - как с ребёнком говорит парень.

Ис уже подогнал машину и даже умудрился всё сложить, нервное наверно.

- Да быстрей же ты, подыхающий волчара, - бубнит Ис.

Блондин игнорирует и протискивается с девчонкой на руках на заднее сидение, которое даже выдвинуто удобней назад.

Ис резко даёт по газам, и они вылетают на дорогу, тут же несутся к дому ведьмы.

Мужчина бьёт руль, как будто он во всём виноват.

- Чего злишься-то? - тихо спрашивает блондин, он держит ведьму на руках, и гладит волосы.

- За то, что дебилы, вот и злюсь, - снова ударяет ладонями по рулю, но машина не реагирует на такие происки и движется так, как надо.

- Эй, - шепчет ей в волосы блондин, - маленькая моя, открой глазки.

- Я ненавижу тебя, - шепчет она.

- Знаю, знаю, а я вот тебя безгранично люблю, - так же шепчет он.

- Вы должны были быть ежами, а не такими благородными животными... - на грани шепота говорит та.

- Мы и есть ежи, просто маскируемся хорошо, - целует он её в лоб, - давай ты еще мне расскажешь что-нибудь? - он знает, ей нельзя отключаться.

Иначе отключка на неделю, функционируют только органы первой необходимости, как будто бля есть второй, и будет в прострации еще месяц, главное домой, главное успеть вливание сделать и укрепительное залить ей.

- Марго, капельницу и укрепительную вашу фигню, - быстро говорит Ис.

- Я вас придушу, что вы сделали? - бушует на другом конце трубки разъярённая ведьма.

- Приедем, объясним, - и отключает трубку.

Поворот. Визг шин и они уже несутся в дом, все ворота чуть ли не сносит Ис, блондин на грани возможностей бежит.

Спускаются в подземелье. Залетают в нужную камеру. Кладут ведьму на подушки под балдахин чёрного цвета. Лим быстро делает всё необходимое: вена, катетер, пакет, капельница, кровь.

Девушка слабо щурится, старается не закрыть глаза, не упасть в бессознанку.

- Мы уже всё, - гладит лицо ладонями, - сейчас, - улыбается, а руки предательски дрожат.

- Я не могу каждый раз на это смотреть! - шипит Ис, - Опять из-за нас...

- Хватит причитать, закрепительное мне дай! - рявкает блондин.

Ему в спину летит флакончик и подзатыльник от Исмы.

Блондин сдерживается, чтобы не броситься на друга.

- Кто готовил эту дрянь, тот и будет её пить, - возглашает весело Лим и приподнимает голову ведьмы, вливает в рот, та проглатывает и кашляет.

- Какая ж дрянь...

Лим усмехается.

- Не снадобье, - мстительно щурится ведьма, - а ты...

- О, я всегда к вашим услугам, ваше гаднейшество, - он чуть склоняет голову, и улыбается.

Девушка вздыхает и прикрывает глаза.

- Не-не-не, так мы не договаривались, давай ка споём!

- Тебе еще не пропели все внутренности? - намекает она на песнопения борцов и его состояние.

- Поют они так себе, даже не смотря на то, что кастраты в хоре имелись! - шутливо приподнимает палец вверх парень, с серьёзным выражением лица.

- Ага, ты ведь все их концерты посещаешь, - усмехается брюнет.

- Естественно. Это не ваши подпевушки Rammstain"у, - серьёзно говорит тот. Но из всех них, только он и орёт как больной под них.

- Идиоты, - выдыхает девушка.

Брюнет облегчённо вздыхает.

Блондин проверяет капельницу. Кивает своим мыслям и снова неотрывно следит за девушкой. Она смотрит в ответ и молчит.

Ненавидит, когда она молчит.

- Говори со мной, - склоняется он к её губам.

Она смотрит и молчит. Внутри начинает нарастать беспокойство. Что если не успели? Что если она ушла в бессознанку?

- Я хочу тебя. Некрофилию будем практиковать, м? - выбесить и вернуть, выбесить и вернуть, бьётся в подкорку головной коробки.

- Ага, оргию еще предложи, - качает головой брюнет, он стоит позади со скрещёнными на груди руками.

- Точняк, сам предложил. Только даже не нарывайся на роль третьего.

- Возьмём одного из кастратов? - наконец-то сфокусировала взгляд ведьма и улыбнулась, устало, но улыбнулась.

- Ты читаешь мои мысли, жутко удобно, согласись? Ис без обид, - парень наклоняется и целует девушку, та робко отвечает.

Блондин отстраняется и хмурится.

- Ты холодная, - он не понимает.

Ведьма поднимает бровь в немом сарказме.

- Не, ты холодная по температуре. С каждым днём всё больше частей тебя холоднее. Руки, плечи, ступни, теперь губы, - он начинает нервно её ощупывать.

- Ис, осмотри его, - командует девушка, вспомнив про его раны.

Брюнет кивает, сдёргивает с подушек блондина, рисует трансформировавшимся когтём руну на уровне рёбер и та загорается алым, исчезает.

И теперь, Ис видит всё, как будто нет брюшной подушки, кожных тканей.

- Всё нормально.

- Сердце?

- Ритм хороший, - снова кивает брюнет.

Рисует новую руну, та горит зелёным и прячется между рёбер. Всё становится как прежде.

- Ну всё нет? Доктора хорошие? И тебя вылечат и меня вылечат, себя вылечите...

Залазит под балдахин и падает под бок к ведьме, обнимает её, утыкается носом в талию.

- Всё, спать. Влилось достаточно. Тебе можно поспать. Ис, останешься?

- Нет...

- Даже не вздумай, - пресекает его ведьма.

- Я не...

- Ты кому врёшь сейчас, лёг быстро!

Тот нехотя подчиняется и залазит с другой стороны, ложится на расстоянии, на спину и пялится в навес.

- Только попробуй свалить, тоже будешь петь у них в хоре, понял?

Парень закатил глаза. Вот баба, всего лишь баба. Но почему ж они её так боятся!?

- Я спросила: ты понял?

- Да, господин начальник, - рапортует парень и прикрывает глаза.

Брюнет проваливается в сон. Отключка. Как спячка.

## Глава 10. "Уж сколько лет твердили миру..."


- Ты ведь не серьёзно? - поднимает голову блондин, зная, что друг уснул.

- Сделать его кастратом, вполне серьёзно. Хочешь за компанию в хор?

- Я не об этом, - он серьёзен.

Что не так?

- О чём тогда? - гладит, пропускает волосы сквозь пальцы.

- Ты меня ненавидишь? - он ждёт ответа, всегда ждёт.

- Да, - с серьёзным лицом говорит она.

Он мрачнеет.

- Какой же мудак, ну какой ты, мудак...

Он кивает, уже готовится встать, как она дёргает его за волосы на себя.

Мужчина замирает над её лицом и упрямо не смотрит в глаза.

- Сколько тебе лет? - вкрадчиво спрашивает она.

- Пятьдесят четыре...

- Сколько мне лет?

- Пятьдесят три...

- Прекрасно. Сколько мы вместе?

- Сорок шесть лет...

- Замечательно, сколько мы в отношениях? С тобой, сколько я в отношениях с тобой? - еще уточнительней спрашивает она, не отпуская его волос.

- Тридцать восемь лет...

- Как повезло мне с мужчиной... А все ведь жалуются. Не помнят даты, не помнят первый поцелуй и бла-бла-бла.

Он так же не смотрит ей в глаза. Так же упрямо сжаты губы.

- Как думаешь... - она подбирает слова, каждый раз по новому, каждый раз по разному, - почему я с тобой тридцать восемь лет?

- Привычка, - сразу говорит он.

- Вот значит, по какой причине ты со мной. Но мы о моей причине, а не о твоей, - он злится, желваки тонко намекают.

- Я... - рычит он, но она обрывает его.

- Заткнись, будь лапонькой. Сейчас моя очередь, - он ждёт.

Она внимательно смотрит на него. Он так красив. Не внешне. Это прямо внутри.

Красота проявляется во всём. Всё чего бы она хотела в человеке, есть в нём, и даже больше. Она готова полностью раствориться в нём. Всепоглощающие чувства к нему, всегда, во всём, везде, во всех проявлениях.

За эти годы она ни разу не задумалась о ком-то другом. Ни разу не взглянула на кого-то как на мужчину или спутника жизни.

Молчание затягивается, он снова пытается встать и уйти. Она снова дёргает его.

- Не заставляй меня делать так, - она легко целует его в щеку, извиняясь за это.

Щелчок и Исмаил спит на верху, в их комнате. Записка матери на её столе. Она знает, что та ждала этого.

- О чём мы? Ах да, о том, как один глупый серый волк, не видит ничего в мотивах девушки живодёра, (подрабатывающей дровосеком в сказках), которая, оставила его в живых и живёт с ним в лесу.

Он качает головой. Вечно у неё сравнения. Даже неописуемо как у кого.

Девушка избавляется от капельницы и перемещает её в шкаф, где её место.

Запускает вторую руку, та плохо слушается, пальцы плохо сгибаются. Она убирает её, не хочет, чтобы он чувствовал холод и дискомфорт от неповоротливой конечности.

- Отнюдь. Девушка не страдает зоофилией. Это только наш случай, - улыбается она, он пытается подавить улыбку, но она заметила дрогнувшие уголки губ.

Самое смешное сравнение. Ей не раз говорили мужчины, когда видели кто её избранник, и в кого он превращается. Она всегда смущённо улыбалась, и потупив взгляд говорила:

- Ну что уж поделать. Все мы не без греха. Не ваша ведь зверушка, чего переживаете то? - мило улыбалась, и собеседник еще бурчал что-то.

Но видел, что отклика это не находит.

- Так вот... - но вдруг, - я правда устала, - она устала каждый раз говорить с ним на эту тему, неужели он не видит, не чувствует, она отпустила его, но он не двигался, он теперь смотрел на неё.

- Я устала... Ты не видишь? Не чувствуешь? Может, я мало отдаю себя? Может... - ком подступил к горлу.

Конечно. Наверное, он просто так пытается избавиться от неё, а она дура думает, что это просто его глупое самоедство. С этой мыслью всё стало на свои места.

За столько лет, она просто наскучила ему. Он хочет, по всей видимости, чтобы именно она поставила точку в их отношениях.

Она кивнула этим своим мыслям.

- Ты куда-то спешил. Можешь идти... - она попыталась подняться.

В конце концов, он жив, и всё в порядке, жить можно.

- Что ты опять себе на придумывала? - заинтересованно смотрит и ждёт ответа.

- О чём ты? Ничего не придумала. Всё в порядке. Я хочу спать.

- Ты опять всё перевернула.

Она молчит. Он не отпустит, пока не выскажется. Пока не получит желаемого.

- Ты даже не понимаешь так ведь? Тридцать восемь лет! Яра, у меня не было примера отношений перед глазами, никогда! И я боюсь, что делаю, что-то не так! Что я не тот, кто тебе нужен.

Она уже не слушала, вычленив "не тот, кто тебе нужен", теперь она получила подтверждение, и можно не слушать дальше.

Будет распинаться, ему жаль и прочее. Отключись, просто отключись и не слушай, говорит она себе.

- Я настолько тебя люблю. Не за твою внешность, не за твою фигуру. Я люблю тебя саму, всю, полностью. То какая ты, твой характер, который ты сформировала сама. Мне страшно даже представить, что ты оставишь меня! Каждый раз, каждый грёбаный раз с этой фразой, сердце сжимается и хочется выть... - он замечает, что она не слушает.

Всегда так делает когда сделала вывод и считает что всё основное сказано. Но вот что она опять вычленила. Он зарычал.

- Яра! - он тряхнул её.

Она перевела пустой взгляд на него.

- Душа моя, девочка моя, моя маленькая, что ты опять себе придумала? - заглядывает ей в глаза, а там пусто.

- Услышь меня, ну...

Психует, нащупывает их нить, и как струну оттягивает, она тут же выгибается, будто разряд по телу пропустили.

Она смотрит. Щурится. Злится.

Он радуется. Теперь-то она тут. Там не пусто.

- Ты опять, опять это делаешь. Каждый раз..., - шепчет, шепчет ей всё то же, всё по новой, готов повторить еще хоть тысячу раз.

Лишь бы услышала.

Она замирает. Отрицательно качает головой.

- Не надо. Если устал, то так и скажи...

- Я никогда не устану, мне всегда будет мало, - он шепчет, целует, - столетие, два, три, всегда мало. Я всегда буду рядом, даже не вздумай избавиться от меня. Я тебя никогда не оставлю...

Она до сих пор недоверчиво смотрит.

Он целует.

Расслабляется. Отвечает. Всегда мало, всегда нужен, всегда больше.

Прерывает поцелуй.

- Сейчас, не вздумай ничего себе опять выдумать. Мы будем просто спать, слышишь, - но его одна из частей тела, явно не желает спать, но он упрямо повторяет, - мы будем спать. Просто спать. Ты устала. Я хочу, чтобы ты восстановилась.

- Как скажешь, - легко соглашается она, но прижимается, явно не одобряя.

Втягивает воздух сквозь зубы.

- Вот зачем?!

- Что? - прикидывается она, и уже закидывает ногу ему на бедро, а головой ложиться на грудь, - спать, так спать, - и кладёт руку чуть ниже живота.

Он стонет в бессилии и смотрит на балдахин, как будто там ответ на его: "за что?!".

- Ты идиот, - шепчет она и выводит знак бесконечности пальцами, уже переместив ладонь на рёбра.

- Почему опять?

- Я так испугалась...

- Оно и видно, сама готова была прибить.

- Вот и говорю, идиот... А ведь не первый раз у тебя кишки наружу, и каждый раз как больная готова громить, кричать и убивать, и тебя и всех кто виноват, и тех, кто рядом, - она вздохнула, - это всегда так будет? До конца нашей жизни?

- Я надеюсь что да, - хмыкает он.

- А может это пройдёт? Ну, или хотя бы будет чуть менее масштабно? Лет эдак через...

- Нет, никогда. Всегда будет так, - он говорит это постоянно, и в глубине души, она понимает, он прав, легче никогда не станет.

- А что если бы...

- Душа моя, даже не начинай этот разговор. Даже. Не. Начинай. У меня была возможность почувствовать это. Спасибо, как нибудь... никогда, - подводит он итог.

- Прости меня, - она говорит это и боится реакции, как будто бомбу обезвредить пыталась, и уже проводок перерезан, и ты ждёшь, когда ошмётки тебя, разнесутся по округе.

Он молчит. А она так и лежит, боится открыть глаза.

- Нет, - всё-таки отвечает он, - за это, я никогда тебя не прощу.

Ей нечего ему сказать. Она не может упрекнуть его в этом, не может загладить свою вину, она ничего не может.

- Сам не понимаю почему, но я никогда не смогу простить. И да, с этих пор, никаких экспериментов, никаких подношений ангелам, демонам, да хоть кому, никому, хватит. Твоя душа это только моя душа. А твоя кровь, это полностью твоей матери. И мы с ней говорили. Никаких опытов.

Она кивает.

- Я не слышу, - строго говорит он.

- Никаких экспериментов...

- И?

- И подношений...

- Так-то лучше.

## Глава 11. У Отчаяния множество разновидностей *.


Они молчат уже двадцать минут. Он запускает пальцы в её волосы. Ведьма почувствовала его когти.

- Погоди. Почему они не втянуты? - берёт ладонь и тянет к себе, чтобы лучше видеть.

Молчит. Понимает, что забыл быть осторожным.

Хоть его ведьма и не рассматривает его пристально. Ей без разницы. В чём он, да о чём речь, ей без разницы есть ли на нём вообще одежда.

Ран и ничего такого нет, и всё, может светит задом пока тот не посинеет, или пока кто то по нему не запнёт, вот тогда, обратит внимание.

- Нефилим, - грозно вещает она, подталкивая его к ответу.

- Ты же всё уже поняла. Зачем тебе мой ответ?

- Чтобы я могла без зазрения совести оторвать тебе голову, - миролюбиво говорит она.

Миролюбивая ведьма - это беда. А миролюбивая его ведьма - это катастрофа.

- Яра... чего ты ждала от меня. Думала: помру, все полюбуются на меня в гробике и всё будет у всех прекрасно?

- Начнём с того, что не собиралась я умирать...

- Ты прекрасно знала, что будет летальный исход! Они потом уже сказали мне, что предупредили тебя! Ты не сказала ничего, ни матери, ни мне! Да ты даже от дяди это скрыла!

- Ты что! Совсем охренел, пытать ангелов?! - она взбесилась.

- Более того родная, я чуть не прибил одного из них! Твоего любимчика!

- Ты долбанулся, - осипшим голосом спросила она, - он ведь ребёнок...

Тот оскалился.

- О, да у тебя их несколько... но нет. Не твоего малолетнего прохвоста. Нет, я об ангелочке смерти, - щурится он.

- Ты спятил, - она расслабленно выдыхает.

Перенервничала за ангелочка.

- Да все видели, все знают, КАК он смотрит на тебя!

- Конечно, его ядовитую ненависть не скрыть ни под одной милой физиономией! - гаркнула она.

- Не думал, что в свои 53, ты не можешь отличить ненависть, от желания!

Она нахмурилась.

- Тебе голову задели? Давай я подлечу! - она потянулась к нему, они уже сидели напротив друг друга и он сверлили её взглядом.

Схватил её за руку и усадил себе на колени.

- А своему сизокрылому, подлечить не хочешь? - ядовито так на ухо.

- Погоди, сейчас колбу принесу. Яд сцежу! - крикнула она.

Хватка превратилась в нежные объятия. Заткнулся и уткнулся ей в затылок.

- Что это сейчас было? Ты попытался съехать с темы на небылицу? - усталость пропитывала каждое слово.

- Нет. Правда.

- Не делай вид, что не понимаешь. Ты переходил, и естественно будешь хуже контролировать эмоции, а ты и без этого был больным на голову...

- Я знаю...

- Ничего, я придумаю что нибудь. Просто я немного перенервничала... - она повернула к нему голову и улыбнулась.

- С тобой тоже, что-то не так, - он выглядел уставшим, по-настоящему уставшим.

Она кивнула.

- С этим, что то ты собираешься делать?

Девушка покачала головой.

- Почему?

- Мне кажется,... мне недолго осталось, - ну вот, она сказала это, мурашки пробежали по рукам.

- Нет.

- Ты ведь должен понимать...

- Нет, - он перебил её, и как ребёнок закрыл ладонями уши.

Она встала между его ног на колени.

- Послушай меня. Убери руки, - она мягко увещевала, пока он остекленело смотрел куда-то вне, и закрывал ладонями уши, уже тихонько раскачиваясь.

- Сердце моё, я пока здесь, выслушай меня, - бесполезно.

Она уткнулась к нему в грудь. Она подождёт. У неё есть время на это. Совсем немного. Но его хватит для этого.

Слышала его бешеное сердцебиение. Чувствовала как он сильнее и сильнее раскачивался.

Она уселась удобней, обняла и запела. Она точно знает, уши он закрыл, но сердце то нет.

- Разрушатся рамки,

Исчезнут пределы,

Далекое станет, близким

Услышу я то,

Чего знать не хотела,

В спешке и шуме,

И в качестве низком

Настоящие вещи,

Всегда так некстати,

И так постоянны,

Не раз и не два

И хочется голос

Подальше послать

Который достал

Повторяя слова, - она только хотела затянуть припев, как он выкрикнул:

- НЕТ!

Она замолчала.

Мужчина не смотря на неё, встал, и ушёл.

Ведьма же легла и продолжила:

- Пожалуйста, не сгорай

Ведь кто-то же должен гореть

За углом начинается рай

Нужно только чуть-чуть потерпеть

Шагни обратно за край

Тебе рано еще сгорать

За углом начинается рай

Нужно только чуть-чуть подождать

Пожалуйста, не сгорай

Спаси все, что можно спасти

Прости все, что можно простить

Иди, пока можешь идти

Шагни обратно за край

За углом начинается ... рай. (Flёur-Голос)

Вылетает на улицу. Холодный воздух освежает. Он рычит и бросается к лесу.

Волк мчится. "Не думай, не думай", - бьётся в голове.

Из окна его видела её мать. Она плакала. Молча, тихо, как умеют только сильные женщины.

Она знает, что её дочери отведено немного.

Ведь она мать, она чувствует. Но нужно быть сильной, и сделать так, чтобы это время, её дочь была счастлива. Чтобы её дочь, ушла не с горечью и болью.

Женщина спускается вниз.

Тихонько заходит.

Её маленькая девочка уже спит.

Марго присаживается рядом, колдует ей тёплую пижаму. Укрывает пледом. Гладит волосы.

- Я так тебя люблю... - шепчет женщина.

- Мамочка, холодно, - вздыхает тихонечко девушка во сне.

И женщина не сдерживаясь, навзрыд.

Переносится к себе в комнату. И надрывно плачет, крик отражается от стен и усиливается. Женщина начинает рушить всё вокруг.

Сильная женщина в ней умирает. Её место занимает, обездоленная мать, которая не может ничего сделать с тем, что её дочь умрёт.

Она подходит к окну и видит, как волк возвращается. Он оборачивается, и залазит на балкон. Десять минут, и он спрыгивает с балкона, входит в парадную дверь.

Старшая из ведьм кивает. Словно давая ему разрешение. Слёзы продолжают катиться. Плечи сотрясает дрожь. Но крик уже не рвётся наружу.

## Глава 12. Вовремя остановиться и подумать, дорогого стоит.


Он тихо заходит в подвальную комнату.

Ей нравится здесь. Нравится тишина. И здесь неповторимая атмосфера, её атмосфера. Как у ведьм в сказках.

Его ведьме плохо. А он только делает хуже.

Он ложится рядом с ней. Замечает перемены. Маргарита Николаевна, приходила.

- Ты пришёл, - шепчет девушка и приоткрывает глаза.

- По-другому никак, - улыбается он, и залазит под плед ближе к ней, она прижимается, облегчённо вздыхает.

- П...

Она закрывает ему ладошкой рот, слишком быстро для сонного человека.

- Слишком много извинений, для одного дня. Ты устал. Давай спать, - целует его в грудь и прижимается щекой.

Плохо ей, а заботится она о нём.

"Эгоистичный ублюдок, как будто тебе одному из всех плохо", - эта мысль не даёт покоя.

Но другая, та, что она снова оставит его, тикает в мозгу.

- Расскажи мне сказку... - просит девушка.

- О чём тебе рассказать, маленькая моя? - укутывает вторым пледом, он чувствует какая она холодная.

- О драконах и принцессах. Об утопленницах и ведьмах...

- Хорошо... давай тогда о русалке...

- Давай... - он обнимает крепче, чтобы ей было теплее, тело принимает тепло, окунается в него, "так-то лучше", думает он и сочиняет очередную небылицу.

- Мне их всегда не было жалко, - тихо говорит ведьма.

- Почему? Ведь они любили, потеряли и решили покончить с этим.

- Они осквернили воду. Свою душу. И потом чужие души осквернять продолжают...

- Наверно ты права. Но этим ты не переубедишь меня.

- Мало доводов?

- Нет. Бессмысленны доводы.

- Почему?

- Хорошо, зайдём с другой стороны. Что бы ты сделала? Если бы я умер?

- Обиделась бы.

- Ха-ха, смешно, - выдал саркастично парень.

- Ну правда. Обиделась бы, достала тебя с того света, и мучила бы.

Блондин закатил глаза.

- Нечего выпендриваться, умением ходить за грань.

- И почему же, - хмыкает девушка.

- Потому что я, не могу. Хотя бы поэтому.

- Тебе лучше. Ты не стал бы одержимым как я, ведь у тебя нет такой возможности. А у меня она есть, и я бы не смогла отпустить тебя.

- А я даже без хождения за гранью, не могу отпустить тебя. Что тут не понятного?

- Наверно то, почем уже ты такой упрямый идиот? Не?

- Кто бы говорил, - целует в макушку, - ты ведь понимаешь, что не дело принципа это. Почему мы выясняем это? Мы оба знаем наш исход.

- Нет. Он должен быть другой. Я могла бы стать твоим хранителем. Ну, когда выбралась бы из клетки, - улыбнулась девушка.

- Какой клетки? - брови парня угрожали сойтись на переносице, так сильно он нахмурился.

- Ну я же говорила. Да и я подозреваю, что все с даром, проходят это. Это наверное, возможность перерождения. Выберешься, будешь перерождённым. Сдашься и всё, грань твой предел, растворит тебя без суда и следствия. Наверняка поэтому так мало дарований сейчас. Все принимали это за наказание и смирялись.

- Ладно, этот момент понял. Но зачем тебе становиться моим хранителем? Это не поможет мне смириться с тем, что я буду без тебя по факту. Номинальное присутствие конечно... даже не знаю, наверно будет... ангел знает, в общем, что это будет. Но нет. Так я не хочу.

- Когда ты перестанешь использовать имя ангела как ругательство уже.

- Никогда. Они слишком много отняли у меня.

- Ты ведь знаешь, что это я их заставила. Зачем костеришь?!

- Не остановили, не защитили, а так яро кричали об этом, - он скривился.

Девушка вздохнула, упрямого мужчину, не возьмёшь никаким измором или убеждениями. Но и это она в нём тоже любит.

- Дай руку, - не дожидаясь пока он подаст ей ладонь, она сама взяла её в свои ладони.

Его рука была больше её, и ей нравилось это. Ведь её пальцы были излишне длинными, и ладонь казалось неестественно большой, но тонкой одновременно.

Она осмотрела чёрные блестящие когти.

- Что же нам сделать с этим? - задумчиво проговорила она.

- Разве нужно, что то с этим делать? - усмехается он.

- Заткнись, не тебя спросила.

Он скривил лицо.

Ведьма резво поднялась с подушек и пошла к шкафчикам с зельями. Открыла, постояла, подумала, закрыла.

Направилась к стеллажам во все стены, кроме той, что занята шкафом, продольным и немного узким.

- Оборотни. Превращения. Трактаты. Легенды. Ага! Оборачиваемость как одержимость. Откуда эта книжка взялась вообще? - нахмурилась девушка, - Дурацкое название какое то, но должно же подойти? - обернулась к парню и вопросительно уставилась.

Он лежал на спине, закинув руки за голову, и рассматривал его грозную ведьму в пижаме. Пижама была милой.

Сразу видно выбирала мама. Утеплённая, штаны в мётлах, и кофта как толстовка без капюшона, в котлах, из которых исходит зелёный дымок. Да, жутко мило.

- Одень тапки. Пол прохладный Яра.

Та тяжело вздохнула. Но тапки надела, они стояли в углу у входа.

Напевая и пританцовывая, она открыла книгу, ища заглавие.

- Вот, то, что нужно. Переход за черту. Большой раздел скажу я тебе.

Открыла на нужной странице и уселась ему на живот, положив книгу на грудь.

- Яснопонятно. Яснопонятно, - бегло осматривает страницы и ведёт пальцем по строкам, - блаблабла, и опять... хм, вот. "Переход за черту очень опасен. Обратить его не всегда является возможным....", блаблабла, ага. "Заблокировать ипостась.", - прочла девушка, и гаденько ухмыльнувшись, уставилась на парня.

- Даже не вздумай, - сощурился он.

Она подняла руки в жесте "сдаюсь, поганые фрицы" и продолжила читать.

- Ну, всё достаточно просто, - пожала она плечами, - сбегай за... корнем, этой, ну, белый цветок, тонкий длинный стебель, ну ты понял...

- Да понял-понял. Зверь-трава.

- Глупое название, - смотря в книгу, выдала ведьма.

- У тебя у всего глупое название. Но если учесть что только звери могут его находить, то вполне подходящее.

Она насупилась.

- Всё, иди уже, хватит умничать, - встала с него и отправилась выдвигать котёл.

Мужчина вздохнул, встал, поцеловал в щёку и вышел.

- Умник нашёлся, - улыбнулась девушка.

- Я всё слышу, - донеслось с лестницы.

Девушка усмехнулась.

- А то я не знаю, - показала двери язык.

- Пф, ингредиентов куча, на кой чёрт так много... - кидала в котёл всё новые и новые ингредиенты девушка, - ну чего так долго...

- Поворчи еще и наколдуй себе крючковатый нос, - ухмыляется парень, - один в один как в той книжке. И "была она скрюченной, клонившейся к полу, с таким же крючковатым носом, лохматыми волосами, не тронутыми сединой..." - процитировал он из детской сказки описание.

Она показала язык, уже ему.

- Давай, - он вложил ей в ладонь грязные корешки, - помыть нельзя было!? - пробурчала девушка, парень пропустил смешок.

- Я щас тебе ипостась заблокирую, хватит глумиться, - прищурилась девушка, на миг, повернувшись к нему.

Снова отвернулась, очищая корень и промывая в глубокой чаше с проточной водой.

Придирчиво осмотрела корешок, с тонким неуловимым запахом, не похожим ни на что. Не удивительно, что только звери его чуют.

- Так, теперь ждём, - она посмотрела на напольные деревянные часы, что то прикинула в уме, - тридцать секунд.

Взяла поварёшку, зачерпнула и налила в пиалу. Сунула прямо под нос парню. Тот скорчился от запаха.

- Точно пить надо? Может я это, ну вотру в кожу, ну или чего другое? - морщась, спросил парень, беря пиалу двумя пальцами.

- Пей говорено. Или мне чего, влить в тебя?

- Нет спасибо, - быстро выпалил парень и махом выпил.

Зашипел от боли.

- Тише, сейчас пройдёт, - подошла девушка и тихонько гладила по плечу, взяла его ладонь.

Когти будто нехотя втягивались и формировались в обычные короткостриженые ногти.

Она кивнула, довольная результатом.

- Пойдём, тебя будет сейчас знобить. Вот теперь точно спать.

Мужчина лёг. Она укрыла его двумя пледами и пошла убирать всё.

- Яра, - позвал он.

- Я сейчас, приберу и лягу, подожди.

Он вздохнул, наблюдая за ней из полуопущенных век.

Яра улеглась рядом, потрогала лоб. Кивнула, в очередной раз.

- Спать, - шепнула, и поцеловала в лоб.

Парень заснул быстро. Девушка еще раз проверила лоб. И убедившись, что температуры нет, аккуратно выбралась и пошла к себе в кабинет.

Бесшумно прокралась к двери, и, выйдя наткнулась на маму.

- Ты почему не спишь?

- Я хотела документы проверить, - улыбнулась ведьма, - скоро практиковать, я хочу, чтобы не было ошибок. И тела заодно проверю.

Женщина кивнула.

- А ты чего не спишь? - голос девушки звучал озабоченно.

- Нет, нет, всё хорошо. Я просто хотела записку на двери оставить. Ты же знаешь как я клею с помощью магии, - посмеялась она, и показала бумагу в руке.

- Да уж, в прошлый раз, пришлось заливать растворителем всё.

- Ну, раз уж, увиделись. Скажу так. Я быстро на шабаш и обратно. Ты подождёшь? - вопрос был странным и до девушки сразу не дошёл его смысл, поэтому:

- Конечно. Передавай всем привет. Пойдём, - и они двинулись вверх из подземелий.

Ведьма проводила маму до выхода, и распрощавшись, поднялась к себе в кабинет.

## Глава 13. Получить своё, можно в любое время при удивительных обстоятельствах.


- Госпожа... простите... Ярослава, вы заняты? - появился молодой человек "торшер".

- Нет Сентий. Хочешь взглянуть на своё тело? - лучистая улыбка придала ему немного храбрости.

- Очень... а они уже готовы?

- Да. Сейчас только подправим. И отправлю на рассмотрение с анатомической правильности, уже посвятила нужного человека. Совсем скоро. Пойдём.

Они в молчании двинулись вверх. Добрались в хитросплетениях коридоров, освещаемых тусклыми бра, до нужной двери. Она была деревянной, резной и слишком узкой.

Зашли и вспыхнули два десятка свечей.

- Присаживайся, - молодой человек, стушевался.

- Я... по...

- Присаживайся, будет не вежливо с твоей стороны, Сентий, - и он сразу же уселся в бежевое кресло, обитое кожей.

Она подошла к стене, нашла нужные выступы, и быстро набрала комбинацию. Один за другим начала выдвигать ящики, в длину с человеческий рост.

- Всегда здесь не по себе. Как будто в морге, - тихо проговорил за её спиной мужчина.

- Да брось. Ты был там всего лишь раз, - улыбнулась ему ведьма через плечо, - Это твоё, - она развернулась к нему и кивнула на второй от двери ящик.

- Правда можно? - боязливо переспросил он.

- Правду - нельзя, а вот сказать мне, что еще исправить - нужно.

Она хлопнула, и в комнате загорелось освещение как в операционных.

- Я именно так и хотел....

- Я правильно поняла все твои уточнения? Я делала с фотографии, но как ты и просил чуточку исправила... нравится?

- Да. Я не знаю как мне... чем я смогу расплатиться или отблагодарить. За это, за случай, что вы спасли нас, что я вообще получил второй шанс.

- Сентий. Вы ведь знаете, что искала я другого человека. Но вы, все четверо. Мне теперь близкие люди, я сразу почувствовала, но даже если бы это было не так, я бы всё равно вытащила вас.

Она замолчала и уже сканировала каждое тело, попутно отправляя на компьютер Александра.

Ответы приходили сразу же.

"Не спит, трудоголик несчастный", - подумала девушка.

Всё это время, Сентий стоял и молчал, он разглядывал тело, а потом смотрел на стену, на которой было огромное зеркало и отражало всё. Он сравнивал.

Девушка это заметила.

- Извини, ты ведь знал, что в тот момент я была ограничена в...

- Прекрати, это величайшее чудо, которое не под силу никому. Мы благодарны, настолько, что мы не сможем никогда дать ничего полноценно взамен... я не решался никогда говорить... я так благодарен. При жизни, при той своей жизни, я не ценил её. Но после смерти, я понял, и поэтому воля отразилась в завещании. Ты дала мне второй шанс, сделать всё так, как я не смог бы или не понял как нужно, тогда... но сейчас... Ярослава, я хочу принести клятву верности...

- Нет, - ведьма оборвала его, - твоя жизнь, будет только твоей. Ты никому ничем не обязан!

- Но я действительно хочу.

- Сентий, я сказала, нет, и это не обсуждается.

- Не нужно так переживать, у вас впереди долгая жизнь, - начал он, но ведьма снова прервала его, только уже саркастично-усталой улыбкой, он увидел и опешил.

- Да, всё правильно. Просто так, такие как я, не возвращаются. Мне осталось не много. Совсем... всё, чем ты можешь быть мне обязанным. Приходите иногда, и присматривайте за мамой. Я боюсь за неё, дядя сильный...

- Он не переживёт. Я видел его с пистолетом в руках. Он долго сидел в кабинете и ... вы сами понимаете, это было написано на лице.

Вот живёт человек, и не плачет. Но тут всего два предложения, и он уже трещит по швам.

- Я всё же осмелюсь надеяться. И это всё, о чём я вас попрошу. Время от времени, навещайте.

Сентий кивнул, поклонился, поцеловал ладонь ведьмы, и стремительно скрылся.

Ведьма же вытерла влагу со щёк. И начала осматривать тела.

Она сделала их такими, какие они показали и какими они попросили. С родинками и пятнами было сложнее. Но она понадеялась, что приняв душу, это восстановится, хотя бы отчасти.

Всё убрав и закрыв. Она почувствовала лёгкий укол боли, через нить.

Не задумываясь, выбежала из кабинета, и понеслась в подземелья.

- Лим! - ведьма ворвалась в комнату и застала парня в метре от двери.

Она подбежала и помогла подняться.

- Ну и куда ты ушла? - укоряющим тоном было произнесено.

- В кабинет. Я ненадолго уходила. Тебе плохо?

- Ну так. Не скажу что в восторге. Я чувствую, что должен обратиться, но не хочу и противлюсь.

- А может, может нужно обратиться, - она уложила и судорожно листала страницы книги.

- Вот, вот, - она ткнула пальцем в разворот, - тебе нужно на воздух. Ты должен обратиться. Быстро. Нет времени плестись своими силами.

- Тебе станет плохо, - упрямо мотнул головой и стал подниматься.

- Не говори ерунды, - она подскочила к нему и перенесла их в сердце леса.

Отпустила, и стала ждать. Парень вздохнул, прикрыл глаза.

Перешёл во что то среднее между ним и волком.

- Вот чёрт... - выдохнула девушка.

Перед ней стояло нечто: выше Нефилима на пол метра, шире в плечах, с головой наполовину волчьей, когти гораздо длиннее, чем у обычного волка, хотя он и так был не мал в исполнении Лима, ноги, подогнуты как у волков задние, шерсть на плечах и кистями на руках, у ладоней.

Гортанный рык был ей ответом. А девушка стояла и таращилась.

- Ты... у тебя... - она не находила слов, - Лим... тебе не больно?

Нечто склонило голову в недоумении.

- Просто, сердце моё. Ты не делал промежуточную ипостась. Подозреваю, мы бы не увидели этого... - она сделала шаг навстречу, зрачки зверя дёрнулись и вытянулись, радужка изменила цвет на золотой, - я осмотрю.

Она подняла руки, показывая, что ничего в них нет, понимая, что его в этом обличии, она еще не приручила. А зверь, есть зверь.

Тот рыкнул нехотя.

- Повернись спиной, - медленно проговорила просьбу ведьма.

Существо прищурилось. Но ведьма тоже, бесцеремонно проявила силу и повернула к себе спиной, сыграв на неожиданности.

Тот зарычал, в этот раз сильно. Но она схватила за загривок, где он предположительно быть должен.

- Нужно выполнять, что бы я не попросила. Хоть в ладоши хлопать, ясно? - вкрадчиво интересуясь и держа за затылок, шептала в лопатки она.

Зверь попытался рыкнуть, но она дёрнула сильнее.

- Рвав, - выдохнуло нечто.

- Отлично родной, теперь повернись ко мне. На твоей прекрасной и любимой мной спине, нет повреждений.

Зверь повернулся к ней и когтистой лапой рванул на себя за талию.

Она молча ждала действий.

Склонился и втянул воздух у её уха, проведя мордой по волосам.

- Доволен? Формальности прошли? - хмыкнула она.

Зверь тихонько отпустил её.

- Тебе точно не больно?

Зверь выдал нечто вроде как отрицательного, мотнув головой.

- Туманит? - она называла, когда звериная натура брала контроль.

Неопределённость.

- Ты сам не понимаешь что это?

Тот вроде как кивнул.

Она тоже кивнула и задумалась.

- Ррвыв? - выдохнули ей в макушку.

- Нет, нет, всё нормально. Я просто переживаю, извини, панику навожу, - говорит и смотрит в землю.

Зверь взял её за плечо.

- Сердце моё, аккуратней, я хоть и не хрустальная, но синяки и кровоподтёки не красят, - лапа стала более расслабленной, - вернись ко мне, и пойдём домой. Не хочу быть тренировочным снарядом, - посмотрела ему в морду.

Когти стали медленно втягиваться, рост стал уменьшаться, шерсть истаивать на глазах, лицо возвращать себе свой нормальный вид.

Она быстро поднялась на цыпочки и поцеловала.

- Я уже успела испугаться.

- Ой не ври, чёт ты не сильно боязливой выглядела, когда за холку меня трепала, - парень потёр шею, и потянулся разминая мышцы.

Ведьма развела руками.

- Я не знала, как поставить на место.

- Я щас тебя так поставлю, - грозно сказал блондин.

- Даа, даа, оставь свои четвереньки кому нибудь другому. Пошли домой, - отмахнулась девушка.

- Ведьма, - буркнул ей в спину.

- А то, - и вальяжно пошла, куда глаза глядят.

Пройдя так минут пять.

- Всё, не могу, не хочу, не буду, - взяла блондина за руку и они уже дома, ноги подкосились, и она упала на колени.

- Яра!

- Не ори в ухо Лим...

- Я точно выпорю тебя когда нибудь, - грозит парень, а сам укладывает её, и укутывает, - еще ведь без всего, ладно я!

- Ты курица наседка...

- Ага, еще кто? Ёж, курица, дикобраз, мутант. Заткнись, - уже растирает её тело, сквозь пледы.

- Как скажешь, как скажешь, - и закрыла глаза.

## Глава 14. Проблемы взрослых должны всецело оставаться лишь их проблемами.


- Что ты там говорила насчёт четверенек, - сальненькую ухмылку не закрыли даже сомкнутые веки.

- Пшёл вон, волчара...

Он хихикнул. Но ту же стал серьёзным.

- Ты виделась с ней?

- Нет... я боюсь. Что мне делать?

- Успокоить.

- Ага, и заодно выдать приглашение на мои вторые похороны, - лицо скривилось против воли.

- А лучше, если она будет в подвешенном состоянии? Она сидит в комнате и смотрит на дверь, торшеры не могут запихать в неё ни куска.

- Вы что идиоты! Она не ест, а вы молчите!?

- А ты разве соизволила спросить о ней!?

- Я боялась... - отпихнула Лима, и начала вставать.

- О Создатель, угомонись. Сейчас ты её напугаешь, ты бы видела себя, даже я передумал практиковать некрофилию.

- Что?! - возмущённо задохнулась ведьма.

- А что? - невинно хлопнул глазами, и продолжил растирать.

- Волчара облезлый!

- Ага, - безразлично поддакнул.

- Зоофил белобрысый, - продолжила ведьма.

- Ага, - тот же тон.

- Не хочешь, значит меня?

- Ага... Что?! - дошёл вопрос до мозга, - Хочу!

- Поздняк. Нет, так нет, - пожала плечами та.

- Ярослава!

- Не рычи на меня.

Чистый рык вырвался из горла блондина.

Девушка закрыла глаза, и отвернулась на бок.

- Вот ведьма! Ты всегда так делаешь!

- Ага, - зевнула в ладонь обвиняемая, - будь другом, сбавь громкость...

Тот снова рыкнул. Резко развернула к себе.

- Ты зачем доводишь? - глаза блондина сверкают, как гладь моря ночью в отблеске полной луны.

- Я?! Да ни разу, - хмыкнула ведьма.

Блондин резко впился губами в губы ведьмы, и придавил весом, подавляя сопротивление. Ведьма начала барахтаться, не отвечая на поцелуй.

Секунда, две, три, пять, вынудил ответить, и та перестала сопротивляться, отвечая и запуская длинные пальцы в шевелюру платинового цвета.

Он отстранился и выдал:

- Не, всё-таки не могу, некрофилом прослыть не хочется...

- Да ты охренел, - она выглядела обескураженной, и одновременно готова истерично рассмеяться.

- Самую малость, - шепнул и снова начал целовать.

- Идиот, - выдохнула ведьма в перерыве поцелуя.

- Совсем чуть-чуть, - и до утра доказывал, что "некрофилию не только практикует, но и приветствует".

- Всё, теперь спать, - выдохнул, и улёгся рядом, подтягивая к себе под бок, тяжело дышащую ведьму.

- М?

- Спать, спать, спать.

- Хорошо, - согласилась тихонько девушка и прикрыла веки, расслабляясь и слушая бешеное биение его сердца.

Поспать всласть им не дал их друг. Который вломился как последний медведь, и чуть не рыча бросился к навесу.

Облегчённо выдохнул, когда увидел две пары сонных глаз, смотрящих на него, как на самого ужасного возмутителя спокойствия.

- Вы хоть понимаете! Я просыпаюсь, один, в комнате, засыпал с вами! Никого нет, ничего не помню! - рык вырывался вместе со словами.

Ведьма вздохнула и похлопала на лежбище рядом с собой.

Брюнет вздохнул так, как если бы ребёнок потерялся в огромном магазине, и спустя полчаса, которые казались ему вечностью, всё же нашёл родителей.

- Больше так. Не делайте, - и полез к ним.

Улёгся и уткнулся лбом меж лопаток ведьмы.

- Всё хорошо, тише, - это подействовало, и брюнет расслабленно дышал, уже не порываясь орать и громить.

- Иногда, у меня ощущение, - заговорщицки начал блондин, - что Ис, это наш ребёнок, но вот откуда взялся и почему такой огромный, ангел его знает! - ведьма подавляя улыбку, стукнула кулачком ему в грудь.

- Ага, а ты, херовый папаша, я хочу, чтоб ты был "лётчиком", так ведь говорят детям, когда непутёвого нет. Так что сгинь, пойди в лётную школу. А мы проживём с "мамой" и без тебя.

- Да щас, оставь тебя на хозяйстве, и "маму" схарчишь вместе с супом.

- Кстати о супе, - брюнет поднял голову и положил подбородок на плечо девушки, - Яра...

- Ты та-ак, тонко намекаешь, - хмыкнула девушка.

- Мы ж почему в лес ушли, потому что варить супы никто в доме не умел, - тяжко вздохнул этот индивид.

- Ага... еще чего нибудь придумай.

- Для этого мне нужно поесть. А там уже вариантов с десяток могу набросать.

Ярослава прикрыла глаза, пытаясь снова заснуть. Но ей мешала тяжесть брюнета.

- Ис, убери голову, тяжело...

- Вы что? Спать собираетесь?!

- Исма, чё ты вскочил, а? Дай поспать.

- Да сколько можно! День на дворе...

Ярослава вызвала часы, открыла их, и взглянув, поняла что друг их безбожно обманывает.

- Девять тридцать, это конечно же день, если ты вышел из спячки!

- Ну, по тому, что, испытывает мой желудок. Я именно из неё и вышел, - погладил себя по животу, хотя какому животу, там сплошной кубик-рубик, этот наглец.

- Ты не отстанешь? - тяжко вздохнула ведьма и открыла глаза, выводила от безделья медленные круги на кубике-рубике своего блондина.

- Пф, размечтались, никогда такой роскоши вам не видать. Хочу суп. Борщ! Только не с курицей! Я даже успел поймать...

- Фу, Ис, ненавижу разделывать туши.

- Но это же кабан! Какой наваристый будет!

- Не буду!

- Хорошо, сам разделаю, - буркнул брюнет.

- Ну вот как разделаешь, так и зови.

Они не видели, как брюнет оскалился.

Встал с постели. Вышел на середину комнаты, и над каменным полом, содрал кожу с кабана. Которого, оперативно вытащил, с пола у двери.

- Твою мать Ис! Кто мыть это будет!?

- От дебил, я то думаю чего хвоей так воняет. Ты его натёр что ли?

- А как еще, она поставила охранку на туши!?

- Я для такого идиота как ты, и ставила их! Я! Тебя! - сдулась ведьма в мгновение ока, - Да пшли вы... сам вари себе суп, - мстительно добавила отвернулась, и закрыла глаза.

- Эй, а я то чего, - блондин прижался со спины и поцеловал в шею.

- Ну Лим, ну вот чего он?! - хныкнула девушка, - Это же камень, его отскребать вообще не круто! - заканючила.

- Ис, ну серьёзно, не мог сделать это на кухне? Над стоком?

Брюнет возмущённо воззрился и взмахнул кабаном, и капли полетели во все стороны. Он выпучил глаза и замер.

- Я тебя сейчас заставлю сожрать его в сыром виде, не в ипостаси! - орала и перемежала с рыком ведьма, вскакивая и надвигаясь на брюнета.

Тот сглотнул и сделал невольный шаг к двери. Страшное дело, когда их ведьма вот так сверкает зеленющими глазами и движется на тебя. А на кончиках пальцев дрожит синее пламя.

- Яра... - проблеял грозного вида брюнет.

- Заткнись, - рыкнула та, и передёрнула плечами, она прищурилась, потом оскалилась, - знаешь, что я с тобой сделаю?

- Н-нет. Н-не надо...

- ЗАТКНИСЬ!

Парень хлопает глазами, и пятиться к двери. Блондин сидит и ухмыляется.

Брюнет, чувствуя опасность начал трансформироваться и скулить, как побитая собака. Теперь перед ведьмой стоял медведь и смотрел не менее ошарашенными глазами.

Та завертела его на месте, и пропалила шерсть на месте зада. Загоревшиеся буквы полыхнули на спине, шерсть начала тлеть, а медведь припрыгивать и пытаться затушить лапами.

И вот уже на его спине одно краткое слово: дебил.

Лим подавил смешок, видя голый зад и эту надпись на друге. Та сверкнула в его сторону глазами, парень поспешно поднял руки.

Ведьма же, открыла дверь, подпрыгнула, схватила за ухо медведя и потащила в залу, открытую всем дверям и коридорам. Там были дядины советники. Они разговаривали и жестикулировали. Дядя кивал, слушая их. Торшеры сновали туда-сюда, принося и расставляя на столах еду.

Этот зал был любимым для переговоров, пусть он и был первым на пути в дом.

Она втащила медведя, и все замерли. Один из советников кивнул в их сторону, Яра заметила и рыкнула на него, тот стушевался, но поздно, дядя уже смотрел на них.

- Ярослава!

- Он напросился! - передёрнула плечами девушка.

- Яра, оставь в покое Иса... пожалуйста.

Та мотнула, рыкнула, но отпустила ухо. Огоньки опять плясали на кончиках пальцев, советники, отошли на шаг к дверям.

- Исмаил... - начинает Николай Николаевич, тут появляется Нефилим, и отряхивает несуществующие пылинки с футболки на плечах.

Подходит к Ярославе, и придерживает её за плечи.

- Исмаил, это что, кабан? - тот растеряно поднимает лапу, в которой туша кабана без кожи, кивает, но смотрит на тушу так, будто впервые видит, - Ярослава, откуда на тебе кровь?

- Этот дебил!

- Понятно, не ругайся девочка моя.

- Ну дядя,- захныкала девушка, - он залил всё кровью, а мне отмываааать, - заголосила она, но глаза так же горят, а пламя становится ярче и больше, уже соскакивает с пальцев.

- Ну-ну, тише моя хорошая, - мужчина подходит к девушке, небрежно стряхивает руки блондина и привлекает к себе, огонь тут же тухнет.

Девушка тяжело вздыхает и утыкается в рубашку дяди.

- Давай мы заставим его мыть пол в обличии медведя, будет светить голым задом с фартуком и платочком на голове, а тряпкой в лапе?! Только снимем всё это, - тихо говорит ей в макушку.

Девушка хмыкнула, и кивнула.

- Успокоилась? - гладит по голове и зыркает в сторону брюнета, который так и пялится на тушу, уже обвиняюще, словно она во всём виновата.

Лим подходит и пихает брюнета в плечо, тот переводит на друга взгляд, блондин кивает на дядю.

Парень переводит взгляд уже на него, а мужчина кивает, и грозное обещание во взгляде не предвещает ничего хорошего. Медведь бесшумно вздыхает и уплетается в одну из дверей.

Советники прыснули в кулаки, увидев бесчинства ведьмы.

Дядя поворачивается к ним и невесомо запрещает это делать. Все мигом кивают и перестают.

- Хочешь кушать?

- Почему они накрывают? Я не для этого их с того света вытаскивала...

- Яра, ты ведь знаешь, они сами, я устал ругаться на них, - мужчина улыбнулся и подтолкнул её к столу.

Та слабо улыбнулась в ответ и пошла к стулу, оглянулась на Лима, тот кивнул, подошёл и уселся рядом.

Тут же появился уже переодетый Ис, и с провинившимся видом, уселся по другую сторону девушки. Она усиленно его игнорировала.

Улыбки, которые начали появляться на лицах советников, сошли на мины, как только Ис взглянул на них. Тогда все сразу поняли. Лучше вообще не смотреть в его сторону. Там было ужасающее всех и сразу.

Ис, подкладывал ведьме на тарелку её любимые ананасы. Она молча отодвигала их к краю тарелки.

Все наблюдали за этим и качали головами, пряча улыбки под опушенными головами.

Лим невозмутимо сидел рядом и накладывал ведьме мясо. Которое по мере поступления в организм восстанавливало её цвет глаз и душевное равновесие.

В очередной раз прошмыгнула рядом девушка торшер.

Ведьма схватила её за подол платья.

- Фрейн, почему не садитесь есть? - глядя прямо в провалы глаз спросила девушка.

- Мы не голодны, - пискнула в ответ девушка.

- Поесть лишним не будет, зови всех, хватит носиться, сядьте и поешьте, - ведьма отпустила девушку, та понеслась к кухне и все четверо вернулись и уселись за стол.


## Глава 15. Время - хитрая бестия, вы только представьте, что это за женщина.


Советники, с интересом смотрели на прибывших, которых теперь можно было рассмотреть внимательней.

- На вас кто-то пялится, во время обеда? - обратилась она ко всем разом, и как будто ни к кому, рассматривая красное вино в бокале.

Все поняли намёк и продолжили есть.

- Сентий, как дела?

- Всё хорошо го... Ярослава. А как ваши? Почему у вас капли крови на щеках?

- Мои вроде бы хороши, - улыбнулась девушка ему, и пригубила вино, - видишь идиота рядом со мной, по правую руку? - Сентий улыбнулся, он не боялся Иса, - Он решил освежевать тушу, и запачкал меня, - тяжело вздохнула ведьма.

- Понимаю, - хмыкнул Сентий.

Ис зло зыркнул на того. Мужчина же просто продолжил есть.

- Как Александр? - Сентий прожевал кусок стейка и снова вступил в разговор.

- На удивление хорошо. Помнишь когда отправляли ему снимки?

- Да.

- Он отвечал сразу же, а это ночью. Видимо дорвался, человек, - мягко улыбнулась она.

- И как результаты? Всё хорошо, или что-то нужно поправить?

- У тебя всё прекрасно. Вот с Григорием, прости что просто по имени, отчество никогда не могу выговорить, - ведьма уже обратилась к пожилому мужчине, - из-за того что картина. Немного подправить нужно.

- Что-то с ногами, я так понимаю госпожа?

Ведьма поморщилась на обращение.

- Да.

- Сразу сказал художнику, странно вышло, - кивнул пожилой мужчина, и выпил бокал залпом.

- Там совсем малость Гри, я сегодня же исправлю, не переживай.

- Спасибо большое, - он кивнул и снова занялся едой.

Николай Николаевич вступил в разговор.

- Может я чем-то смогу помочь? Например, останки найти, чтобы было проще восстановить?

Девушка задумалась.

- Это невозможно Николай, спасибо, я захоронен уже давно, и пристанище моё не знает никто. Даже я сам, не могу и связи провести.

- Хм, - мужчина задумался, - а документы? Завещание или что-то еще?

- Бумага уже истлела, это ведь было давно, - улыбнулся мужчина, - но спасибо Николай, еще раз. И такое даже не восстановишь, ничего не осталось.

- Ладно, обойдёмся нынешней анатомией, восстановим и будут идеальные ножки, - плутовато улыбнулась ведьма.

Григорий посмеялся.

- Госпожа, - подала голос Фрейн, - а я смогу взглянуть?

- Будешь называть госпожой,- указала на неё пальцем девушка, - я тебе нос откушу, и скажу, что так и было.

Девушка покраснела.

- Это само собой получается, Ярослава, - с запинкой сказала девушка.

- Так-то лучше. Естественно можно. Сегодня соберёмся и скажете, что еще хотите исправить. Спасибо. Отдыхайте, не вздумайте встать из за стола голодными, - пригрозила девушка, - советники, - она легко поклонилась, - дядя, - мягко улыбнулась.

И вытерев губы салфеткой, вышла из-за стола.

Нефилим, сидевший уже давно откинувшись на спинку стула и с руками на груди, медленно вышел из за стола. Исмаил, который без желания ковырялся в тарелке вилкой, тоже начал подниматься.

- Исмаил, на пару слов, - сказал Николай Николаевич.

- Да Николай Николаевич, - и присел обратно.

Они дошли до их общей комнаты.

- Я хочу вымыться, а то вся как... фрр, - не нашлась, что сказать девушка.

Лим улыбнулся.

- Иди, или мне с тобой? - обнял сзади.

- Как помоюсь, так сразу. А то чувствую себя жутко неопрятной, - выбралась из рук и направилась к ванной.

- Яра, не злись, - в спину донеслось девушке.

Девушка обернулась через плечо.

- Я стараюсь, - и скрылась за дверью.

Выйдя из ванной, девушка застала блондина подпирающим косяк в ванну плечом.

- Что-то случилось? - промакивая волосы полотенцем поинтересовалась девушка, увидев эту картину.

- Нет, вроде бы, жду вот, чтобы узнать, не надо ли нам куда?

- Нет, - пожала плечами девушка, и прошла к кровати.

- Я не приготовил тебе одежду...

- Ничего страшного, я вполне самостоятельна...

- Яра...

Девушка подняла на него глаза.

- Я не хочу, чтобы ты была в плохом настроении.

- Я тоже, - и выжидательно смотрит на него.

- Почему ты злишься?

И девушка не задумываясь начала выговаривать всё то, что кипело и рвало изнутри.

- Потому, что Ис кретин. Потому, что мой дядя, хочет покончить с собой, потому, что мать останется одна, потому, что моя сестра, сидит сейчас, и практически одной ногой в психушке... дай подумать, - наигранно задумалась, - мой мужчина не хочет меня выслушать, я ни черта не успеваю, я не доделала в больнице множество вещей, я не посвятила никого в то, как я это сделала, - голос словно гром нарастал, приходил издалека, и вот он уже близко, раскат и, - я не могу никому доверить это, я не могу оставить людей с искалеченными жизнями, Я НЕ НАШЛА ЕЁ! Что нибудь еще? Да нет, пока всё!

Она встала и отбросила полотенце на кровать, которым вытирала волосы и ушла на балкон, в одном полотенце вокруг тела.

Блондин застыл. Ведьма никогда не выговаривалась вот так. И самое смешное, она не боится умереть, она боится подвести всех этих людей.

- Яра...

- Вечно одно и то же, - махнула рукой, останавливая его.

- Ярослава, - парень подошёл сзади, но так, чтобы она чувствовала тепло, но не чувствовала прикосновения, - неужели если он провёл тебя один раз, он не сможет провести другой?

- Моя душа другая, каждый новый раз будет короче предыдущего, и будет заканчиваться агонией. Откуда я знаю? Просто знаю Лим. Я доверю ему другие души, потому что точно знаю, их он проведёт окончательно, им не придётся возвращаться за грань. Пока они не умрут, конечно.

- А если я уйду с тобой?

- Нет смысла. Я буду там одна, - она врала, врала ему, но не пускала это через нить.

- Душа моя, нет смысла дальше жить без тебя.

- Смысл есть всегда Лим. Будет семья, дети, любимая жена. Ис, со своей семьёй. Я не говорю тебе, что это будет через год. Это будет лет через 10, 20 пусть даже 30, но это вполне возможно. Жизнь продолжится, пусть даже без меня, это ничего, это поправимо и излечимо, - она говорит это уверенно, будничным тоном, говорит и сама пытается верить, чтобы он не почувствовал, не понял, как ей больно, и как не хочется оставлять его.

- Ты сама в это веришь? - он не мог понять, действительно верит или маскирует опять всё.

- Да, - глухо прозвучало в тишине.

Она только сейчас заметила, что даже ветра нет, и ни одного насекомого, животного или кого-то на улице, что создавало бы хоть какой-то шум.

- Так зачем тогда мне мучиться? Может прямо сейчас прекратим все отношения, и я пойду искать себе "любимую жену", ты ведь я так понял, не против, - не вопрос, это не вопрос.

Через нить проходит боль, от неё спирает дыхание, как же ему больно.

- Зачем? Ведь нет смысла. Ты всё равно умрёшь, я тебе не нужен, ты спокойно отправила меня жить без тебя. Матери ты тоже задвинешь такую речь, может, посоветуешь ей новую дочь завести? Почему бы нет, - яд, сарказм, всем этим сочились его слова, а через нить идёт боль.

- Прекрати, Лим, - она просит остановиться его.

- Почему же? Набросай мне еще радужную перспективу на мою жизнь. Давай дам тебе бумагу, ручку, распиши сценарий. Реши за каждого.

Больно, больно, больно, но она стоит и не двигается, в возрасте 20, она уже могла сносить боль молча, в 28, уже не показывать даже на лице это, в 29, она уже не сжимает кулаки, не сцепляет зубы. И теперь, она умеет переносить боль молча, не выказывая, не давая никому пробить брешь в её броне, вне зависимости от степени боли.

- Ну и чего молчим, варианты кончились? - он так и стоит за спиной ведьмы, и сверлит её затылок взглядом.

- Почему же. Принеси, я напишу, - развернулась, не смотря в лицо и не задевая, ушла к шкафу.

Доставая первые попавшиеся вещи: штаны, футболка, эластичное боди, всё то же, её выбор даже не задумываясь, останавливается на этом.

Ей под ноги прилетает толстенная тетрадь и несколько ручек.

- Хватит, чтобы расписать все мои годы?

- Да, - подбирает, и вместе с вещами бросает всё на кровать, начинает раздеваться.

Одевается быстрее, чем в армии, берёт всё и идёт к балкону.

- Мы не закончили, - могильным тоном доносится ей в спину.

- Я - закончила. А сейчас, извини, бывшему моему мужчине, нужно расписать жизнь, он сам не сможет, - и спрыгивает с балкона.

- А ну стой! - блондин бросается к балкону, но ведьмы и след простыл, - Ведьма ангелова! - бьёт плашмя ладонями по перилам.

- Ис! - кричит и открывает дверь с ноги, идёт в залу, где оставил друга.

Злой, как стая в голодную зиму, парень врывается в зал. Все резко замолчали, увидев его.

- Исмаил, уходим, - и идёт к двери.

- Лим, поговорить, сядь, - успокаивающе просит его друг.

- Не до разговоров, Яра убежала, - он уже был у двери и теперь ждал брюнета.

- О Яре и нужно поговорить. Погоди? Куда сбежала?

- Не начинай, куда она еще могла сбежать!?

- Присядь Нефилим, - вступил Николай Николаевич, даже не смотря на парня.

Один из советников, поморщился.

- До сих пор не могу привыкнуть слышать это как имя, - вздохнул он.

- Да, тяжеловато далось. А в купе с моей девочкой, совсем трудно, - кивнул спокойно мужчина.

- Николай Николаевич...

- Я сказал, присядь, - более строгим тоном, - моя девочка, не среднестатистическая дура. Она всегда отличалась умом и сообразительностью, как в мультике с птицей, только тут женщина.

Советники невольно кивнули. Ведьму они уважали и чтили. А к её матери испытывали еще и мужской интерес, только вот ведьма не испытывала к ним того же. Но, пользовалась ситуацией и перетягивала одеяло в свою сторону, когда нужно было что-либо решить, в её интересах.

- При всём уважении, у моей души, путёвка за грань, на этот раз, окончательно. И у меня с ней, не так много времени, чтобы ссориться...

- НЕ напоминай, Лим, - глубоко вздохнул и выдохнул мужчина, - ты не один кому она вместо души. Об этом я и собирался говорить, я хочу решить, порыться в фолиантах, найти тех, кто практиковал, тех кто хоть что-то знает. У меня есть данные, но совсем немного. Одному это будет долго. Поэтому, вас балбесов, я тоже припашу.

Нефилим, молча подошёл и сел на свободное место, выжидательно уставился на мужчину.

Николай еще раз вдохнул, и кивнул своим мыслям.

## Глава 16. У женщин странное понятие о мести: не вырвать сердце, отрубить руку, им нужно раздавить вас морально, поразить, а потом сказать, что по вашей вине всё произошло, это только ваш провал.


- Девочка моя, когда ты будешь ходить в нормальной одежде и не босая? - поморщилась женщина, сидя за туалетным столиком и втирая какой-то крем, увидев свою дочь позади в отражении.

- А ноги то ты как увидела? - усмехнулась ведьма.

- А тут и смотреть не надо, когда ты напяливаешь, эти свои кожаные штаны, сразу ясно, что ты босая и в лес наобтягивалась, - покачала женщина головой.

- Ну всё подмечает, прямо Шерлок.

- Что это у тебя в руках, - пристальное внимание женщины притянула тетрадь и воткнутая в неё ручка.

- А? - девушка вдруг посмотрела на то, что у неё в руках, - Ой, да ерунда, - и выкинула себе за спину.

- Ну-ну, - прищурилась женщина, но продолжила методично втирать в кожу лица крем.

- А что за крем? Пахнет... чем кстати? - принюхивалась девушка, чуть ли не засовывая нос в баночку с кремом.

- Тц, уберись, бестолковка, сколько учила тебя делать косметику, нет же: целительство, оружие и всё что угодно, но не косметика. Так что откроешь книжечку с моими рецептами, и будешь искать.

- Мам, это мне всё переделать надо будет? Там же этих рецептов красоты, явно не сто, их тысяча, если не несколько, - бурчала девушка, и рассматривала другие бутылёчки и баночки.

- Зато, буду выглядеть в тысячу так, будто всю жизнь была девяностолетней, женщиной, - бросила вызов женщина.

- Не хочу быть девяностолетней, - наморщила носик ведьмочка.

- Что?! Я тебе щас по жопе дам!

- Мам! Я не в этом смысле! - пискнула девушка и увернулась от увесистого шлепка по мягкому месту, - И вообще, не живём мы тысячу лет.

Женщина фыркнула и закрыла баночку:

- Кого это волнует?! Вот понадобятся кому-то мои мощи, они открывают гроб, а там я! Вся такая свежая, молодая, мародёрство отменится само собой, - провозгласила и подняла ладони к лицу, невесомо обводя их контур, заигрывая бровями.

Девушка засмеялась.

- Да, мама, ты на свете всех милее, всех румяней и о, смотри, девяностолетнее, - хохотнула и тут уже не увернулась от шлепка.

- Ох какой звук! Давай еще раз! - женщина снова замахивалась.

- Всё-всё, сдаюсь! - и бросилась матери на шею.

- Тц, подлиза, - наигранно возмутилась женщина, когда девушка звонко чмокнула её в щёку.

- Где же твои преданные зверята? - прищурилась женщина.

- Твоя дочь спит со зверем, прекрасно, - в очередной раз усмехнулась девушка, и устроилась в мамином кресле у столика.

- Кстати правильное место заняла. Сейчас буду тебя красить и причёску делать. Вечером, у нас будет представление "Воскрешение и отмщение", - одухотворённо пищала женщина.

- Кто мстит на сегодня? - откинулась на спинку девушка.

- Ты. Я созвала ангелов, мол, устроить сеанс, вызвать тебя и всё такое. Пусть 40 дней не прошло, мы так скорбим, что нам необходимо, - уже вещала нормальным голосом.

- А зачем тогда красить сейчас, если всё вечером.

- А бледность? А алые губы, а крылья?!

- Ух ты, ты наколдуешь крылья? Огромные, белые, пушистые... - начала девушка с восторгом.

- Ага, перепончатые, родная. Ты же ведьма!

- Ну мааааама, - заканючила ведьма.

- Никаких ангельских крыльев, тьфу, дрянь какая! Ты еще перепончатые не видела!

- Ну уж как получилось, а они красивые?

- Естественно, гораздо красивее, чем эти куриные, - с пылом воскликнула женщина.

- Оооо, понесло же тебя, и у кого ж ты углядела? - с насмешкой спросила девушка.

- Я?! Э, пф, да там, мимолётом видела, - стушевалась женщина.

- Ммм, над домом наверно пролетал кто-то, ага? - усмехнулась ведьма, и получила лёгкий подзатыльник, и закатила глаза на это.

- Ты была у неё?

Ведьма закусила губу. Глубоко вдохнула, и покачала отрицательно головой.

Женщина сцепила губы в тонкую линию.

- Она ждёт.

- Я знаю, - тихо ответила девушка, с которой слетело показное веселье и беззаботность.

Вдруг на лице стало возможно увидеть тёмные круги под глазами, опущенные уголки губ и потухшие глаза.

Женщина неодобрительно, но в то же время, с понимаем, покачала головой.

- Я и пришла. Чтобы спросить, как она? - девушка взглянула в зеркальное отражение лица матери.

- Хуже. Она не ест, не пьёт. Просто молчит и сидит на одном месте. Да даже по нужде её втаскивали в туалет, она кажется, только автоматически делала всё.

Девушка встала, и пошла к двери.

- Ты к ней? - озабоченный голос донёсся до девушки.

- Да. Мы вернёмся, подготовь чай или еще что. Покормлю её сейчас, потом чаем. Много всё равно нельзя есть, - и вышла из комнаты.

Девушка уверенным шагом направилась в конец коридора. Но по мере приближения к двери, шаги становились менее уверенными и более мелкими.

Взялась за ручку. И открыла.

Стоя на пороге, она увидела свою сестру в темноте. В её комнате. Всё так по-детски миниатюрно. С кучей деталей. И все мелочи были подарены ей.

Персиковые и лиловые цвета заполняли комнату, сочетаясь невероятным образом, с белыми мелкими узорами на стенах.

Девочка сидела посреди комнаты, прямо напротив двери. И смотрела на босые ноги ведьмы.

Ведьма застыла на пороге, в проёме открытых дверей.

Вдруг взгляд загорелся у девчонки. Он поплыл вверх по ногам и остановился в районе груди. Будто в нерешительности взглянуть, девушка кусала губы и не поднимала взгляда выше.

- Малышка, - тихонько позвала её ведьма.

Взгляд тут же взметнулся к лицу, будто стараясь впитать знакомые и любимые черты.

- Ты пришла, - голос задрожал, девочка постаралась встать, но тело затекло и не слушалось, как хотелось бы.

- Конечно пришла, - бросилась помочь ведьма, - конечно же я пришла, - уже прижимала к себе и гладила плачущую навзрыд девочку по голове.

- Я так скучала, так ждала, я думала, что сошла с ума, и это моё воображение нарисовало ту сцену на кладбище, я думала, что не увижу, думала, что никогда не смогу вот так обнять! - вперемешку со всхлипами шептала девочка.

- Нет, ты не сошла сума, я здесь, с тобой. Всё хорошо, прости что не пришла раньше.

- Ничего, это ничего, главное ты пришла. Я ведь ждала, я...

- Я вижу маленькая, прости меня.

Девчушка цеплялась за одежду, как клещ за кожу. Слёзы промочили футболку.

- Ты же не уйдёшь больше? Не оставишь меня?

Ведьму настиг ступор. Как сказать ей? Что сказать?

- Нет, пока я здесь, всё хорошо. Давай приляжем, - и двинулась к кровати, уложила её, следом легла рядышком, девочка положила голову ей на грудь и обняла крепко.

Глаза ребёнка сомкнулись, как только она услышала стук сердца ведьмы. Всхлипнув еще раз, девочка заснула.

- Тише, тише, - погладила по спине её ведьма.

Пока лежала, ведьма думала, как же объяснить её сестре, что она умрёт и оставит её. Переживала за то, как бы её ребёнок не тронулась умом и не ушла на остаток своих долгих лет в себя.

Спустя полтора часа, в голове было так же пусто, как тогда, когда она вошла и увидела её.

- Кажется, я заснула? - девочка подняла голову и взглянула ведьме в лицо.

Она знала, в темноте сейчас её глаза горят, не трудно увидеть.

- Совсем немножко, - улыбнулась она.

- Я так скучала, - девочка зажмурилась и улыбалась своим мыслям, крепко обнимая ведьму.

- Я тоже, - потрепала её волосы девушка.

- И так проголодалась, слона бы съела, - вдруг внесла радостное известие девочка.

Ведьма думала в неё придётся запихивать еду, но нет, "можно причислять себя к лику святых", усмехнулась про себя ведьма.

- Будь осторожна в своих желаниях. Григорий очень дотошный, я в тот раз оленя пожелала....

- И?!

- И стоит посреди комнаты, жрёт моё покрывало, а как увидел меня, чуть не протаранил, ох уж этот Григорий...

- Госпожа? - возник Григорий, оторвавшись от стены, став заметным.

- Ну вот, о чём я говорила?! - по-доброму усмехнулась девушка.

- Гри, я хочууу, - девочка выпятила губы трубочкой и задумчиво уставилась в небытие, - а чего я хочу, Яр?

Ведьма тяжко вздохнула.

- Борщ, свежий ломоть хлеба, сметану. И кусок мяса, хорошо прожаренный, кабана... раз уж этот идиот его освежевал.

- Да госпожа, а попить?

- Мяты, много мяты.

- Понял. Сейчас, - он поклонился и снова слился со стеной.

- Ну Гри! Я не люблю, когда ты ходишь через стены! - крикнула, дуя губы девочка.

- Я знаю, - лукаво ответил Григорий, появившись с подносом, который смешно смотрелся на его тонких ручках, а размером он как средний чайный столик.

Они уже сидели и ведьма слегка ухмыляясь, следила в темноте за перепалкой этих двух.

Григорий относился к её сестре как к внучке. Вечно допекал, доставал, нравоучил, и баловал, безбожно баловал.

- Почему кружки всего две, Григорий? - устало спросила ведьма, надоело талдычить им, что они не прислуга, они жители этого дома.

- Я... хм, хорошо.

- Отлично, - ведьма включила свет, и тихонько напевала, пока расставляла всё перед сестрой.

Когда ведьма закончила, она плюхнулась на кровать, рядом с Григорием, который разливал чай.

- Эй, Свята, не спи, - тихонько пихнула её в плечо.

Девочка показала язык, и открыла глаза.

- Я думала никогда не услышу это в живую.

- Что?! Это, кто-то тоже записывал? - возмущению ведьмы не было предела.

- Я оказывается не одна такая, - пакостно улыбнулась черноволосая девчушка.

- С кем я живу?! - риторически воззрилась ведьма к потолку.

- Ой, тут так с ходу и не перечислишь, - лучезарная улыбка подавила весь сарказм.

- Ты что?! Уже съела суп?!

- А фто? - бубнит с набитым ртом оголодавшая подрастающая ведьма.

Ведьма тяжело вздохнула, покачала головой и произнесла своё обычное:

- Да нет, ничего.

- Госпожа, - Григорий протянул ведьме кружку с мятным отваром.

- Григорий, ну что ты вечно портишь всё?! - беззлобно возмутилась та.

Григорий хмыкнул, но не ответил.

Она держала в руках кружку с охлаждённым взваром, и поняла, что хочет горячего, чтобы согреть руки.

Дымок завился из кружки, а ведьма блаженно прикрыла глаза.

- Яра? - ведьма услышала встревоженность в голосе Григория.

Девочка тоже услышала и повернулась посмотреть, что же не так с сестрой. Как увидела, тоже удивилась, брови взлетели вверх.

- Горячий?!

- Ну а чего, просто руки замёрзли, - буркнула в свою защиту та.

- Это странно, ты не заболела?

- Госпожа, я могу принести бульон.

- Ничего не нужно, я не больна, всё в порядке, - улыбнулась им девушка.

- Вы уверены?

- ГРИГОРИЙ! Прекрати мне выкать!

- Хорошо, но может всё-таки бульон?

- Григорий, не начинай.

- Хорошо-хорошо, - быстро согласился мужчина.

- Хфафит фугасься, - опять с набитым ртом говорит девочка.

- Ой, прожуй сначала, что это за манеры, - возмущается Григорий.

- Гри, не нуди, - уже прожевавшись и запив отваром, бросила в ответ.

- А ты и правда, совсем без манер. Пороть мне нужно было тебя, эх, начать что ли?! - щурилась и спрашивала ведьма.

- Ярочка, не, надо, - тихонько просит девочка.

- Это мы посмотрим, - и отпивает из кружки, горячая жидкость стекает в желудок, и тепло разливается по всему телу.

- Доела?! Отлично, быстро в душ и идём.

- Хорошо, уже бегу, а куда идём? - девочка облизывала губы, следом пальцы и с интересом ждала ответа.

- К твоей крёстной, она собралась мстить ангелам. Шоу намечается.

- Давно пора, совсем зазнались, задницы куриные, - с пылом воскликнула и прошагала к ванной комнате.

-Святослава! Прекрати, это всё-таки ангелы! - пожурила её сестра.

- Где были эти ангелы, когда ты умерла, - тихо сказала девочка и скрылась за дверью.

Ведьма неодобрительно покачала головой.

- И что прикажешь делать Григорий? Обещай, что будешь её пороть, как меня не станет.

- Нет.

- Эй!

- Я не на вашу просьбу, я на ваше прощание. Я всё же понадеюсь, что ты не умрёшь. Всё же питаю надежду на твою долгую жизнь, лапушка, - перешёл на свой нормальный тон Григорий.

- Григорий, я умру. Тут ничего не попишешь, но это ничего, кто-то да умирает, каждый день.

Мужчина упрямо мотнул головой.

- Ох, какие ж вы все упрямые.

- Пусть так.

Ведьма выбрала сестре одежду.

Тёмно-синий джинсовый сарафан, с рукавами три четверти. Белые гольфы и чёрные сандалики.

- Всё Григорий. Теперь переодеваться. Она уже закончила.

- Откуда вы всегда знаете?! - и исчез в стене, как только открылась дверь и в комнату вошла в халате Святослава.

- Кто-то же должен, - тихо обронила в след ведьма.

- А что мы будем делать? - девочка одевалась и даже не сказала ничего по поводу одежды.

- Сама не знаю, парадокс правда? - улыбнулась ведьма, она хотела, чтобы мама сама рассказала, из её уст это будет ужасно звучать.

- Да, обычно только ты всё и знаешь.

- Ну тут замешана наша маманя, а с ней всё не так просто. Хотя может пострашает их и всё.

- Ты и сама в это не веришь? - улыбнулась девочка и натянула один гольф.

- Верю, нет серьёзно, - видя недоверие в глазах ребёнка, ведьма старательно делала серьёзное лицо.

- Ага-ага.

- Всё, хватит кривляться, бегом, бегом, - ведьма за плечи выталкивала сестру из комнаты и они неслись по коридору обратно в комнату её матери.

- Тётя! Я хочу быть красивой! - девочка плюхнулась на стул перед зеркалом и начала поправлять волосы.

- Ты и так хороша, слезь Святослава, - женщина взъерошила волосы и голова стала похожа на гнездо, на это девочка надула губы.

- Всё, уступи уже место, иначе ничего не успеем, - женщина сновала по комнате и выкладывала на стол всё новые баночки, пудреницы и инструменты для того, чтобы накрасить дочь, - Пш, - пшикнула на девочку в последний раз, та вздохнув, подчинилась и встала рядом с креслом.

Ведьма же устроилась в кресле.

- Это обязательно? Может, я и так к ним явлюсь. Им и так не фонтан будет.

- Нет, - женщина скупо оборвала ответом и приступила к исполнению мести.

Ведьме ничего не оставалось как изображать манекен и тяжко вздыхать, косясь на сестру в надежде что та поддерживает её, но девочка с любопытством следила за ловкими руками крёстной матери, и вдохновенно кивала себе, если вдруг видела что-то интересное.


## Глава 17. Отвечающие за Смерть, всегда немного обескуражены своими силами.


Спустя час, ведьма дышала через нос как бык, но молчала. Через два, начала ёрзать и зло смотреть на маму, но та не обращала внимания.

Через три, она не выдержала:

- Да скоро уже?! Сколько можно, тут штукатуров вызывать надо было!

- Почти всё, не вопи,- и женщина методично взъерошила волосы, взбив и растрепав кудри в разные стороны.

Зафиксировав лаком, та довольно осмотрела дочь, и развернула лицом к зеркалу.

Ведьма закатила глаза, но как только увидела себя:

- Ты что? Ты что наделала? Ты сбрендила, мам?! Я ж на ведьму из пекла похожа, зелёного огонька, освещающего меня, только для антуража не хватает! Да тут все струхнут и покаются! Верни всё как было!

- Нет! Ты обещала помочь, так что помолчи!

- Мы их не одурачим...

- ТЫ не видела их. А Я, видела, - решительное выражение матери, убило всякую надежду на противостояние.

- Как знаешь, - ведьма сдалась, и взмахнула рукой.

- Я скоро. Приготовься.

И женщина вышла из комнаты, оставив девочек наедине.

- Яра, - перебирала коробочки и стояла спиной к ведьме, та же прикрыла глаза и вытянулась в кресле.

- Что такое? - ведьма не открывала глаз.

Чтобы услышать дрожь в голосе, не обязательно видеть.

- Не оставляй меня...

Ведьма гулко сглотнула слюну, которая внезапно появилась во рту.

- Не оставляй. Я прошу тебя. Я знаю, кому продать душу, - девочка повернулась к ведьме лицом и встала прямо перед ней, - я найду, - девочка перешла на шепот, - я найду способ. Я найду того кто согласится...

- Прекрати, глупая девчонка! Душа, это всё, что есть в человеке вечного. А ты хочешь продать её за грош. Я плохо воспитала тебя, раз ты так легко готова отдать её. Вы все глупцы. На одном человеке, не сходится свет клином, на одном человеке нельзя построить всю вселенную, невозможно следовать за одним человеком всю жизнь.

- Но мы доказали что это возможно. Разве ты не видишь? Мы построили её, мы создали целую вселенную, и она вертится вокруг тебя, верней это ты вращаешь её. Это ты держишь нас вместе и на плаву. Где были бы все мы? Не хочешь в общем, давай поимённо, - девочка разъярённой фурией смотрела на ведьму, но та упорно не открывала глаз, - считай. Я. Я была бы мертва, а если бы не подохла, то кем бы я стала? Калекой? Человеком без прошлого и родных? Лим. Лим успел бы подохнуть, несколько раз. Он ушёл бы в леса и стал бы грёбаным волком, без связи с любым другим существом. Даже Ис не удержал бы его. Да и они не встретились бы, если не ты. Ис. Ис убивал бы, всех, каждого, без разбору, без отчёта. А сейчас? Мы видим здоровенного медведя, которого за уши тягает девчонка, не достающая ему даже до подбородка! Твоя мать. Кем стала бы эта женщина? Без ребёнка, который контролировал её эмоции и жажду мести? И закончила бы она как в старину. На костре! Твой дядя. Вытащить его из огня и восстановить...

- Замолчи! Неизвестно кто кого спас, - ведьма раскрыла глаза, там полыхал огонь, но увидев страх и одновременно подобострастие во взгляде, ведьма прекратила, - Иногда, ты мне кажешься слишком взрослой, но открываю глаза, там всё та же глупая девчонка. Всё-таки не плохо я тебя воспитала, ага? - сама себе противоречила ведьма, но почему бы и нет?!

- Девочки, идём-идём. Ой, крылья! - старшая ведьма сделала пасы руками и подула на девушку.

За её спиной раскрылись кожистые крылья, в которые можно укутаться. Она сразу повернулась спиной к зеркалу.

- Какие они... они прекрасны, мам, - ведьма завороженно смотрела, на иссиня-чёрные матовые крылья, которые венчали каждую прожилку, острым костным наконечником, каждый из них, был на кончике окрашен багряным. "Яд", - пронеслось в голове у девушки.

Она вздохнула, и крылья раскрылись за спиной. Невероятное ощущение захлестнуло, свобода, полёт, всё это отразилось на лице.

- Нам пора, - женщина окликнула своих девочек, и они вышли из комнаты.

Увидеть их здесь, никто не мог. Всё находилось в подвалах. Только в другом крыле.

Дойдя до поворота, который спускается в низ подвалов. Девочка остановилась.

- Я не очень хочу видеть, - сказала она женщине, которая расправив полы своего платья, кивнула и спускалась вниз.

- Он обещал, мне. Я хочу, чтобы ты знала, - горячо шептала девочка ведьме, - я просила, умоляла, я готова была на всё что угодно. Он обещал. Отмахнулся от меня, но обещал, слышишь. Но он не смог. И больше его никто не видел. Он ушёл, и до сих пор не приходил...

- О ком ты? - ведьма недоумевающе слушала свою сестру.

- Я не... - девочка часто замотала головой, - я боюсь произносить имя, ты ведь знаешь.

- Смерть? - бровь ведьмы взлетела в недоумении.

- Да, он. Не знаю почему хочу, но хочу чтобы ты знала.

С чувством выполненного долга, девочка, понеслась обратно, сказав что боится видеть тётю в первозданном виде.

А ведьма пожала плечами в безразличии и осталась дожидаться знака.

- Приветствую всех, - женщина вошла в подвал, который был обит белым бархатом, и в середине помещения стоит огромный круглый дубовый стол.

Пол сияет начищенным камнем. В воздухе витает неуловимые ароматы, не то специй, не то благовоний, не то тления. Факелы по стенам, создавали приглушённый свет. Пентаграмма на потолке вызывала недоумение, у тех кто был здесь впервые. Это спиритическая комната.

Ангелы встали из-за стола, и склонили головы в лёгком поклоне. Потом присели на места.

- Оу, неужели все огорчены, - саркастично протянула женщина.

Никто не осмелился ответить.

Оглядев всех присутствующих, она насчитала пятерых.

- Где же Смерть? - хмыкнула женщина.

- Мы его не видели, со дня... в общем он ушёл, не связывался и не отзывался, - ответил Андрей, всё таки взглянул женщине в глаза.

- Хорошо, - только и сказала женщина.

Она встала посреди двух свободных стульев, её и Ангела смерти.

Взмахнув руками, как фокусник, она проявила перед собой всё необходимое.

Нараспев прочитав заговор вызова, ошибившись на один слог, знала, что не заметят. Никого они не вызывают, а даже то, что на известном им языке, не играет им на руку. Они не разбирались в тонкостях ударения.

Нарисовав руну призыва на столе, она накрыла её ладонью, и вдруг, посреди стола, стоит её дочь. Вокруг ревущее пламя, зелёного цвета, как и шутила её дочь. Но оно тут же замолчало, и как будто его не было.

Ведьма расправила плечи, изображая недоумение и разглядывая каждого, поворачиваясь вокруг себя. Размяла шею с хрустом. И окончательно выпрямилась, отчего крылья вздрогнули за спиной.

- Ярослава, - выдохнули мужчины.

- А вы кого-то еще ждали? - саркастично уточнила ведьма, и безразлично стряхнула пылинку с крыла.

Вид наверно был не особо ангельский.

Кожистые чёрные крылья за спиной, вздрагивают от каждого вздоха. Растрёпанные волосы, непослушной копной спадают до бёдер, бледная, с чёрными тенями под глазами, горящие зелёные глазища на пол лица, и ухмылка открывающая клыки, прячущиеся при молчании за бледными губами. Когти постукивающие по тазовым косточкам, раздражают глаза зелёным, кислотного оттенка цветом.

Все мотнули головами, не отрываясь, разглядывали её с ног до головы.

- Покружиться? - намекнула, что заметила это.

- Да, а можно еще шест поставить? - хмыкнул Лорин, он всегда ляпал что-то невпопад, когда смятён.

- Почему бы нет, - ведьма склонила голову набок и по щелчку пальцев, его скрутило металлическим шестом, явно из какого-то стрип-клуба, как неловко наверно вышло стриптизёрше, концом же шест упёрся ему под подбородок, а мужчина как идиот лыбился и задыхался немножко.

- Ты таки читаешь мои мысли, - мужчина облизнул губы, и размял кости, расплавив прямо на себе шест, тот стёк по его чёрному костюму и застыл замысловатым узором.

- Ярослава, мы не смогли отыскать тебя...

- Не там искали мальчики, - ведьме даже изображать пакостную улыбку не пришлось, ведь действительно, не там они её искали.

Она не заметила того, кто стоял в тени, прислонившись к выступающему углу стены у двери. Скорей всего дело в его балахоне, скрывающем бледную кожу, и чёрные блестящие волосы, с серебряными прядями по бокам.

- Ярослава.

- Ты другое, что нибудь скажешь уже, Андрей? - ведьма устало вздохнула.

- Я постараюсь... Прости нас. Мы предупреждали. Но хотели остановить всё в критический момент. Прости, мы не уберегли.

- Как мило, покаяние, запоздало, - отмахнулась мама ведьмы.

Она была страшна, редко кому удаётся застать ведьму в её первозданной сущности. А она выглядит не очень красиво, но до смерти успокаивающе.

Она злилась, ей и правда хотелось бы вызвать кого-то тёмного, чтобы он нарушил ангелам всё их покаяние.

Мужчины не отрывали взгляда, как завороженные, ощущалось, что они пытаются впитать в себя её образ.

- Может, хоть денег дадите за просмотр. А то как в зоопарке, или в музее. Как хорошо Ленину, а то он бы стал Сталиным.

- На кого ты хотела произвести впечатление этим представлением? - мужчина вышел из тени, и откинул капюшон, выдержал всего лишь сорок минут.

Его ленивая интонация раздражала. Всё в этом мужчине раздражало ведьму.

Высокий, крепкого телосложения, почти как Лим, только чуть шире в плечах. Вечно горящие самоуверенностью и чем-то еще не понятным глаза.

Чёрные блестящие волосы, гладкими прядями спадали к скулам, которые были ярко выражены на его лице, на висках же терялись пряди в цвет глаз. Глаза чуть раскосые, с огромной серебряной радужкой, и вытянутым чёрным зрачком.

- О, Умертвие во плоти, - скривилась ведьма, и назвала его излюбленной кличкой.

Опять он всё им испортил, даже не дал до конца довести.

- Ты как и всегда забыла моё имя. Оно же такое простое, - ухмылка расползлась на его губах, но и она была ленивая и самодовольная, - так кому ты устроила это? - он медленно подходил, но оказывался всегда быстро рядом. Непостижимым образом.

Он стоял напротив неё на столе, на расстоянии протянутой руки и склонив голову на бок, с налётом превосходства смотрел в глаза.

- Самый умный?! - ведьма прищурилась и вздёрнула подбородок.

- А ты сомневалась в этом когда-то? В нашей кучке соплежуев, я единственный кто видит дальше своих слёзных желез.

Ведьма упрямо продолжала смотреть ему в глаза. А все остальные замерли и не могли ничего сказать, даже мать ведьмы не говорила ни слова, лишь поджала губы, поняв, что этот ангел, разоблачил их.

- Ты что под чем-то? Прямо таки словесный понос у тебя, - хмыкнула ведьма.

Обычно он молчалив и лишь смотрит этим своим раздражающим взглядом. Откуда нибудь из угла или раздаёт подзатыльники, щелчки по носу или поджопники (как он называет их).

И всё это не мешает ему выглядеть таким сяким загадочным, высокомерным, самодовольным, а ты так и остаёшься в дураках, как будто не он щёлкает тебя по носу фыркая как кот.

Он вздёрнул бровь. И ухмыльнулся так, что клыки таки угрожающе кричали: "Сожру тебя с потрохами, если не замолчишь".

Он уже готов был схватить её, как она взметнула крылья и оттолкнула его лёгким потоком воздуха.

- Ярослава...

- Андрей! Я мечтаю, чтоб ты забыл моё имя! - гаркнула ведьма и яд начал капать с кончиков её крыльев.

Багровая лужа расползалась под ногами ведьмы на столе, устремляясь к ногам Мортиса.

Тот лишь заинтересовано смотрел на яд, и ковырнул носком, явно дорогих ботинок. Что тоже удивительно, его эта вычурная аристокраческая задница, носила спортивные вещи.

"А тут, со свидания, что ли его вытащило?" - опять пронеслось в голове у ведьмы. Носок кожаного ботинка задымился.

Тот одобряюще покивал головой, и тут же был в других ботинках.

- Ты серьёзно жива?! - недоверчивость мужчин улетучивалась, они подмечали детали.

Когда тебе говорят верить, ты веришь, когда же тебе говорят что тут что-то не так, ты прозреваешь, даже если это всего лишь слова брошенные клеветой.

Мужчины встали со своих мест, у некоторых попадали стулья. Но никто не обратил внимания.

- Мортис, - женщина закатив, закрыла глаза, она не нашла слов для упрёка.

- Да Маргарита Николаевна, - опять ленца и он разглядывает свои ногти, отполированные до блеска.

"Чёртов педант!" - ведьма начинала злиться, даже десяти минут не находилась с ним, а уже на взводе.

- Ярия, ты просверлишь во мне дырку, - он оторвал взгляд от ногтей и уставился на неё не мигающим взглядом, что он пытался в ней найти. В очередной раз задалась вопросом ведьма.

Он кажется это нашёл, зловеще улыбнулся и снова разглядывал свои ногти, но уже другой руки.

- Я была бы рада, но она никак не появляется! Дай я ей помогу! - она начала закручивать огненный шарик.

- Ммм, думаешь это, сделает её? - он лениво размял плечи и оказался за спиной ведьмы.

Та передёрнула плечами, когда тот растворил её крылья и сжал плечи.

- Мне так не кажется, - он шепнул ей на ухо и сдул шарик в стену, тот с глухим хлопком расплавил камень, сделав отличный круг.

"Что с ним за чертовщина?!" - ведьма искала ответ в глазах других ангелов, которые так и стояли изваяниями, а теперь еще и тоже округлили глаза при выходке собрата.

Ведьма попыталась отступить, но её удерживали за плечи.

- Стоять, - прошипели ей в ухо, это шипение вызвало мурашки.

Тут в игру вступила её мать.

- Ах ты сопляк! - она сдёрнула ангела за щиколотку, тот оказался на ногах, но позади женщины.

Распрямил плечи, и усмехнулся женщине в лицо.

Ведьма, увидев, как скапливается сила, чернотой на кончиках пальцев Ангела Смерти, спрыгивая, оттолкнула мать и наткнулась на ладонь, которая должна была затронуть её родительницу за плечо, но натолкнулась точно над сердцем чуть ближе к ключице.

Задохнувшись от боли, тело свело судорогой, а устремлённые на неё глаза, которые выражали только что гнев, наполнились диким страхом.

- Ярия, я не хотел, - вся сила начала уходить обратно в кончики пальцев и боль отпускала.

И его сила тоже раздражала ведьму, ведь она умеет не выказывать, но против его силы, не выходит, задыхаешься всё равно.

Тут же все бросились к ним, Смерть держал девушку на коленях, сидя на полу, её мать поднималась с пола, и полными ненависти глазами, смотрела на ангела, который исправляет то, что натворил.

- Я тебе так врежу, когда меня отпустит, - выдохнула ведьма.

- Прости, очень больно? - он вглядывался в лицо, уже нащупал пульс.

- Ты пытался сделать больно, МОЕЙ МАТЕРИ! - рваный вдох, сковал лёгкие, и тут же отпустил.

- Я не убил бы, просто не смог сдержаться, - процедил мужчина.

- Умертвие несчастное, - и стукнула ему в лоб.

Тот покорно снёс, обычно не позволительное с ним обращение.

- Идиот! - мужчины поднимают ведьму, забирая с рук разозлённым этим действием Мортиса.

Тут же срывается дверь с петель.

В комнате сразу становится тесно.

Подлетает Нефилим, и вырывает ведьму из рук, стараясь не повредить её.

- С тобой всё в порядке?! - он обеспокоенно осматривает её.

Ис тут же рычит на возмущённых ангелов, не обращая на испепеляющий взгляд Ангела Смерти, который поднимается с пола и делает вид, что отряхивает одежду.

- Всё нормально, - ведьма пытается слезть с родных рук.

- Ты должна была понять, - он понимает её бессловесный укор, но не спешит извиняться.

- Не хочу.

- Душа моя, ты должна была, - он упрекает.

Ведьма замолчала, нет смысла отвечать.

- Опять псина твоя примчалась, а этот чего, где его велосипед? - высокомерно протянул Мортис.

- Щас эта псина, твою глотку холеную перегрызёт, - спокойно бросил Лим.

- Я не сомневался, ты ж больше ничего не можешь, - безразлично отозвался Ангел.

Лим ничего не ответил, он развернулся и пошёл к выходу.

- Маргарита Николаевна, представление закончено? - в отличии от Смерти, он интересовался спокойно.

- Да Лим, можете идти, - она дала им показательное выступление, но не добила, этот урок они запомнят, хоть и не так, как ей бы хотелось.

- Хорошо, - и вынес ведьму из подвала.

Следом за ними выходит Ис, и тихо следует за ними.

- Показательно однако, - Мортис склонил голову на бок и пристально смотрел на женщину.

- Показательно, это твои выходки, - усмехнулась та, - кажется только твоим собратьям и ей, ничего не известно, - та засмеялась.

Мужчина всё так же с ленцой смотрел на неё, но никто не увидел как на кончиках пальцев, опять скапливается тьма, он спрятал руки под мантию, скрестив их на груди.

- И правда, Мор. Это что было?

- И в чём ты?! - недоумевающе они разглядывали собрата, который все свои столетия был отличным стилем от них. Вычурность, не его.

- Ничего не было, хотел припугнуть. Мне кажется, у меня это вышло. А одежда... я был... не ваше дело, где я и с кем я, был.

- Как же плохо ты врёшь, голубчик, - ведьма нараспев произнесла это, и лукаво улыбнувшись, вышла из подвальной комнаты.

Она не видела, как тьма уже струилась по полу, клубясь у его ног. Он закрыл глаза и вдохнул, та втянулась в него слишком стремительно.

- Мне пора.

- Но Мор...

- Мы думали, ты объяснишь хотя бы, - выступил Лорин, он не боялся их собрата.

- Нечего. Всё, раз мы выяснили: что она жива, собрания будут продолжаться. Сегодня же.

- Хорошо, - Лорин пожал плечами и удалился. Просто исчезнув.

Все ангелы пропали из комнаты, кроме Андрея. Он хмурился и, кажется, понимал, что происходит с его братом. Пусть он и соплежуй, но он видит их эмоции как на ладони. Как бы они их не прятали.

## Глава 18. Как странно меняет нас знание того, что время нам отпущенное, сократилось в приличное количество раз.


- Я могу сама идти, - ведьма не смотрела в лицо ему.

Не хотела и не могла.

- Я знаю.

- Отпусти тогда.

- Не собираюсь.

Ис, закатил глаза и прошёл вперёд, уходя к их комнате.

Святослава вышла из-за угла.

- Ну и как всё прошло? - заинтересованно всматривалась в лицо своей сестры, - Хотя, раз Лим припёрся, всё прошло не фонтан...

- Ты ж мой гений, - улыбнулась ведьма.

- А он был? - в этот раз она поняла, о ком говорит младшая.

- Был, выскочка высокомерная, - буркнула ведьма.

Лим тряхнул её. Ведьма зло посмотрела на него за это, но он сделал вид, что не заметил.

- Отпусти. Я не успела тебе всё расписать.

- Я уже сказал тебе - не собираюсь. Что-то не понятно?

- Почему ты такой придурок, например... всегда задаюсь этим вопросом. Ответ найдётся? - ведьма так же не смотрела ему в лицо.

- Да. Потому что ты дура.

- Ну да, логично.

- Уууу, семейные разборки, ладно пердуны. Пошла ка я поиграю с Гри, - и девочка качая головой, направилась к себе в комнату.

- Чтобы поела! - крикнула ей в след ведьма.

- Хорошо, - отозвалась Свята, и уже в припрыжку умчалась.

Дальше путь прошёл молча.

Молча же он скинул её на кровать.

Молча вышел из комнаты.

Ведьма перевернулась на живот, и уткнулась лицом в подушку.

Тут кто-то провёл по её спине.

- Отвалите, - сказала ведьма, и добавила, - все.

Это не Лим и не Ис. Значит кому-то что-то надо. А ей никого не надо, абсолютно.

- Ну, отваливать я не собираюсь, - чёртов ленивый тон!

- Умертвие, скройся, - не поворачиваясь, снова в подушку прогудела ведьма.

- Почему ты никогда не произносишь моего имени? - растягивая слова спросил ангел.

- Оно тебе не подходит.

- Какое уж есть, - хмыкнул он.

- Теперь и это у тебя тоже есть, - ведьма резко сгруппировалась и уже сидит на подушках, по-турецки наклонившись спиной на резную спинку кровати.

- Где твой, зверинец?

- Не знаю, должны вот-вот припереться.

- Ммм, нет.

- Что нет?

- Не должны. Чем-то заняты, - и он вздёрнул бровь вверх.

- О создатель! Как ты это делаешь?!

- Делаю, что? - улыбка притаилась в уголках губ.

- Бесишь меня. Постоянно. С самого начала. Как можно быть таким заносчивым!? Как можно так тянуть интонацию, действия?! - ведьма издала что-то наподобие рыка, и всплеснула руками.

- Не слышал, чтобы ты когда-нибудь рычала, - он заинтересованно смотрел на неё.

- Ты слышал, что я тебе говорила?! - возмущению ведьмы не было предела.

Раньше она прятала эмоции, но теперь, ей остался совсем краткий срок, можно и баламутить и делать всё что угодно!

- Да, - он вглядывался в лицо.

Она лежала лицом в подушку, наверняка всё размазалось. Поэтому встала с кровати и пошла умываться.

Собрала волосы в хвост и скрылась в ванной.

- Тебе шли эти крылья, - он стоял в дверном проёме.

- Я знаю.

И продолжила мылить лицо, убирая остатки макияжа.

Она вытерла лицо полотенцем и вытолкнула мужчину из дверного проёма в комнату, проходя мимо него и залазя в шкаф. На ней было короткое кожаное платье, и плетёные сандалии, прямо до колена.

- Как же я ненавижу все эти короткие платья! - бурчала себе под нос ведьма, доставая кожаные штаны и спортивную белую майку.

- А мне нравится, - хмыкнули позади неё.

- Сгинь, - швырнула куда-то назад майку.

Повернулась и подобрав одежду, ушла в ванную. Закрыла дверь и быстро переоделась.

- Ты же в курсе. Что я всё видел?

- Что?! - скривилась в отвращении ведьма.

- Для меня нет преград.

- О, пафос? Фу!

Она сложила платье и убрала на место.

- Ты мог хотя бы для приличия мне это не говорить?!

- Кто покупает тебе бельё?

Ведьма в праведном возмущении уставилась на него.

- Он? - усмехнулся ангел.

- А чего не так с бельём?!

- Цвета, они не подходят тебе.

- Они отлично мне подходят, - начала спорить ведьма, беря со стола расчёску и усаживаясь на кровати, в ту же позу, начала расчёсывать волосы.

- Абсолютно не твои, - с ленцой в тоне и походке.

"Бесит" - подумала ведьма.

Мужчина же растянулся на кровати на расстоянии локтя от ведьмы, смотря снизу вверх, он казался так же превосходящим тебя.

- Чего тебе надо? Говори прямо, надоел, - ведьма расчёсывала кудри, и не смотрела на ангела.

- А ты что-то можешь?

- Да, засунуть тебе расчёску в одно интересное место, если не прекратишь.

- В какое-же, - улыбнулся правым уголком рта ангел.

- В ухо.

- Что же в нём интересного? - удивился и опять с ленцой.

- ТО, что они у тебя без надобности.

- Пусть так, - усмехнулся мужчина, он понял намёк.

Расчёска завязла в волосах и не хотела выпутываться.

- Ты абсолютно беспомощна. Как на тебе может держаться больница?! - высокомерный сарказм, вот как называет это ведьма.

Ведьма не заметила, как он расположил её спиной к себе, усадив между ног.

- Ты что?!...

- Помолчи, - глухо сказал на ухо, и ловко выпутал расчёску из волос, - кто берёт круглые, на такие-то волосы?!

- Я! - упрямо возвестила ведьма.

- Помолчи говорю, - он разделил волосы на две части и заставив откинуться себе на плечо, начал расчёсывать одну сторону.

- Я сама могу, - попыталась в очередной раз выпутаться ведьма, но он крепко держал её, чем, она так и не поняла.

- Я бы выбрал тебе другое бельё, - он совсем её не слушает, продолжает распутывать волосы, думая о чём-то своём.

- Я рада за тебя...

- Меньше кружева, больше узоров. Багровые, тёмно-синие, золотые цвета, они бы отлично смотрелись на твоей коже.

- У тебя что?! Что-то не так?! Свихнулся?!

- Почему ты так решила? - он заставил переместиться на другое плечо и приступил ко второй стороне.

- Ты в каком-то костюме, ты говоришь слишком много, ты несёшь какую-то ерунду. И вообще, какого тебе от меня надо?!

- А разве оно не ясно?

- Ни разу, - ведьма недоумевала.

И тут в мозгу вспыхнула фраза Лима: "Не думал, что в свои 53, ты не можешь отличить ненависть, от желания!"

И она тут же отмела это. Это же Ангел Смерти. Высокомерная, мать его, задница!

"Нет, такого быть не может", - этим она успокоила себя и хотела услышать его ответ.

- А как ты сама думаешь? - он замер и смотрел на её профиль, уже не расчёсывая, а держа в объятиях.

Ведьма была в задумчивости и не обратила внимания.

Минуту раздумий, ведьма недоумевала.

- Подсказку дать?

- Мы что, в игру какую-то играем? - она повернулась к нему и поняла, что слишком близко с ним находится.

- Есть такое, - и он резко сократил и так маленькое расстояние, но целовал так нежно, что ведьма в ужасе раскрыла глаза.

Мгновенно среагировала, и уже сидела на полу.

- Ты спятил, - она уверена была в этом, весь её вид говорил об этом.

Он выпрямился и скрестил ноги, откинувшись на спинку.

- У вас тоже случаются болезни или чего-то в этом роде?! Я уверена что да, давай покажем тебя, какому-нибудь ангельскому докторишке и всё будет в порядке, - уже более спокойно рассуждала ведьма.

Смотрел на неё как учёный на диковинку. И вдруг выдал:

- Ты наверно точно зоофилией страдаешь.

- Что?! - вот от кого, от кого, но от него, она не ожидала услышать этого.

Да он шутил про псов, цирковых медведей. Да он называл их зверинцем. Но такого.

- Ты, страдаешь, зоофилией.

- Да, - ведьма легко согласилась, зачем отрицать очевидное.

Ведь её спутник ликантроп.

- Вот так легко?

- А что? Нужно было отрицать? Он волк. Меня всё устраивает. У тебя пернатая задница. Но я же тебе не говорю ничего.

- У меня на ней нет перьев. Хочешь покажу?

- Оу-воу, избавь меня, нудист недоделанный, еще меня в чём-то упрекает, - она встала с пола.

Он всего лишь потянулся, но уже находился позади неё.

- Бесит, когда ты так делаешь, неужели нельзя делать всё с нормальной скоростью? - она отступила, но наткнулась на него спиной, он опять это проделал.

- Ты меня тоже.

- Что?! - ведьма была опять озадачена, - Дурацкий день, чувствую себя дурой. Уйди из моего пространства, я становлюсь неразумной курицей, всё время повторяю "что", это жутко.

- Я бы хотел. Но как видишь, не получается. Хоть что-то у нас общее, мы оба бесим друг друга, и становимся абсолютными недоумками, - и всё это с такой ленивой интонацией.

- Как же бесишь! - она не выдержала и ударила его наотмашь, никуда не целясь, он перехватил её кулак.

- Не нужно так делать. Мы конечно можем попрактиковать, но только в сексе. Но сразу говорю, я не любитель.

- Фу, - ведьма скривилась, но тут же засмеялась, представив его в латексе и с плёткой.

- Что такое? - он улыбнулся.

- Представила тебя, - он прищурился, - в латексном костюме и с плёткой наперевес, - снова хихикнула и покачала головой.

Он тут же сделал это с ней.

Девушка стоит в чёрном латексном костюме, облегающем её от шеи до лодыжек, с треугольным разрезом на пояснице и разрезом на ключицах. В руках плеть.

Она засмеялась в голос, увидев плетку в руках.

- Жуть какая, кому понравится, когда его лупят, вот этим, - она взмахнула ей в воздухе.

Повернулась к нему, и похлопала ей по ладони, пытаясь сделать серьёзное лицо.

- Нет, не могу, - смеясь, она выкинула себе за спину плеть.

Он улыбнулся.

- Ты точно болен. Верни мне мою одежду.

Тут же сделал из длинного комбинезона, короткую версию.

- Бесишь, верни мне, мою одежду, - заглядывая ему в глаза, теперь она была серьёзна.

Он склонил голову на бок и вернул ей её одежду.

- Верни это, тем, у кого отнял, - она забралась на кровать и кинула ему плеть, он поймал и недоумённо уставился на неё, ведьма снова засмеялась.

- Я не хочу её возвращать... пусть обходятся без неё, - он растворил её.

- Ты серьёзно, за столько лет, ни разу не пробовал такой вид? - ведьма не верила. Его манера контролировать и доминировать, просто убивала всех вокруг.

- А ты пробовала? - он любит отвечать вопросом на вопрос.

Девушка задумалась.

- Нет, не пробовали. И не хочется, - та чуть ли не перекрестилась.

С натурой её мужчины, ей и без плёток всего хватало.

- Он был единственным, - сам себе кивнул, он это знал, все знали, но никогда не упоминали об этом.

Даже для их времени это было странно.

- Если бы я получил тебя, это прошло бы? - он всматривался.

- В смысле? Прошло что, и получить, значит - поиметь? - ведьма усмехнулась.

- Поиметь... - он неодобрительно покачал головой.

- А что, ты сказал получить, как будто вещь.

- А поиметь, конечно лучше.

- Совсем чуть-чуть.

- Нет. Не прошло бы, - он, кажется, увидел то, что искал, - всё стало бы еще хуже. Сможешь найти мне выход?

- Почему я должна?

- Потому что ты всё это начала. Тотальный контроль, всегда, и появляется какая-то малолетняя ведьма и пробивает его. Согласись, это не нормально.

- Наверное. Откуда я знаю, как вы там устроены, - она пожала плечами, слезла с другой стороны кровати и направилась к балкону.

Он направился за ней. Опять оказался там раньше неё, спиной к лесу.

- Слабо, поцеловать меня? - он знал, что нельзя ей такое говорить, он щурился и всматривался в небо, ждал ответа, но не оттуда, а от мелкой ведьмы здесь, на земле.

В ней при слове "слабо", всё вспыхнуло, её натура хотела доказать, ей, никогда ничего не слабо. Но до мозга доходит смысл этого.

И она впервые в жизни, говорит это, но не с тяжёлым сердцем.

- Слабо, - она говорит это спокойно и уверенно. И её натура, согласна с этим, она не протестует, её не разрывает на части, в желании доказать.

Ангел переводит взгляд на ведьму.

Он смотрит и молчит. Та же, собирает волосы в хвост и залазит на парапет.

- Не уходи, - он смотрит снизу вверх, и всё равно это превосходство.

Не отвечает, молча усаживается на перила, свешивая ноги на ту сторону.

- Неужели ты настолько любишь этого пса? - ленца в тоне кажется неотъемлемой.

- Он моё сердце, - она смотрит прямо в глаза.

- Нет, - он отрицательно мотает головой.

- Ты такой древний, но такой не смыслящий в жизни, - ей стало, его немного жаль.

- Может быть ты и права. Но, как видишь, - он зло усмехнулся, - смысл появляется, и не всегда хочет принадлежать тому, кому необходим.

- Не может быть такого, что это впервые.

- Ярия, это впервые, и я бы отступил, если бы знал, что будет еще. Но такое впервые, и вероятно это единственный случай. Я не хочу упустить тебя.

- Это невозможно, я чувствую себя вещью, это неприятно Мортис.

Он оцепенел, она впервые назвала его по имени. Как будто молнией пронзило. Такая малость, а с ним, что-то неладное.

- Ты не вещь. Ты так и не поняла? Я считаю тебя равной, я считаю тебя лучшей, чем они, чем все, чем я.

Ведьма нахмурилась, она действительно не понимала.

Но и ей не было до этого дела. У неё есть её мужчина, её сердце, и она сделает всё что угодно ради него, даже уйдёт и оставит, лишь бы был счастлив.

- Почему мне так не кажется? Почему я не считаю так? Я обычная, самая обыкновенная. А вы все твердите мне, что я единственная, что нет равных мне. Вы слепы, глупы и глухи. Я не знаю, как вам донести это, - ведьма уставилась в темноту леса.

- Ты же понимаешь, что я не отстану? - он усмехнулся.

- Знаешь, если знать кто ты, то эта фраза приобретает зловещий оттенок.

- А оно так и есть Ярия.

- Откуда это имя? Оно не наше.

- Я не беру в расчёт перевод. Просто мне нравится именно так сократить твоё имя.

- Всё так просто?

- Всё всегда проще, чем кажется. Нужно только принять и мыслить трезво.

- Не верится мне, - она вздохнула.

- Что-то не так? - он был обеспокоен.

- Ты это понял по моему вздоху? - она улыбнулась.

- Нет.

Они замолчали.

- Я это понял по твоему взгляду. По твоим пальцам, ты всегда невольно гладишь большим пальцем костяшку безымянного пальца средней фаланги. Едва заметной припухлости нижней губы. И еще несколько деталей.

Она в удивлении нахмурила лоб.

- Какой ты однако, тонкий ангел, оказывается, - усмехнулась и покачала головой.

- Ты так считаешь? - он был действительно заинтересован.

- Теперь да. Почему бы и нет?! Что ты, рыжий что ли?

- Нет, я не рыжий.

Девушка рассмеялась.

- Это образно. Рыжих недолюбливают, про них есть суждения... Ну не будем об этом.

Он кивнул.

- Наши не знают.

- О чём?

- О том, что тебе осталось немного. А я знаю, это моя материя.

- Если твоя, почему ты не мог меня вытащить?

- Ты была в клетке. Никто не имеет права вытаскивать из клетки. Если конечно найдёт её.

- А как же он нашёл?

- Тот парень?

- Откуда ты знаешь?

- Я, скажем так, наблюдал за всем.

- Фууу, прекрати это.

- Даже не надейся, - он улыбнулся, - ну так вот. Он проводящий. Зачем объяснять, сама ведь знаешь. Они хоть и бесполезны. Но у них есть доступ к такому уровню. Но только здесь.

- Ну, тоже не плохо.

- Да. Ты совсем не ешь, - он прицокнул и всунул ей в руки шашлык из свинины. Прямо на шампуре, и еще горячий.

- Эм... - он понял.

Подул и шампур, только сам шампур стал холодным.

- Спасибо, - ведьма оглядела шашлык со всех сторон, и съела кусочек.

Жуя, она молча протянула шампур ко рту мужчины.

- Что?!

- Откуси. Что тут непонятного?

- Когда тебе суют ко рту что-то, это обязательно есть?! - с вызовом ответил он.

- Я с тобой делюсь, все так делают. Как я не заметила того, что ты абсолютный профан во всём?! Хорошо маскируешься. Кусай, - она ближе к губам поднесла.

Он смотрел в глаза. Минуту. Она уже успела состроить ему недовольную физиономию, причём разных видов. Он последней улыбнулся, и так и смотря в глаза откусил.

- Неплохо, - прожевавшись заметил.

- Ты что?! Не пробовал и всунул это мне?!

- Я знаю, что всё натуральное, и делают хорошо. Всегда чисто и много положительных эмоций. Этого хватит.

- Как не удивительно. Но в следующий раз, пробуй и только тогда решайся дать это мне.

- Ты серьёзно? - это ленца наперевес со снисхождением.

- Да, - и она продолжила есть.

Она подсунула ему снова шашлык.

- Доедай свой кусок давай.

Он проделал то же самое что в первый раз, только теперь доел его.

- И можешь так не пялиться, когда ешь. Это пугает.

- Не могу.

- Тогда скажу проще. Не пялься так.

- Хорошо, буду пялиться по-другому.

- Бесишь, - лениво бросила ведьма, мясо всегда действовало умиротворяюще.

Доела последний, третий кусочек, и положила рядом шампур.

- Ну, а он то, что тут забыл? - это был Лим, и явно не довольный.

Она была всё еще зла на него, поэтому среагировала, и сиганула с балкона.


## Глава 19. Лучший, в своём роде.


- А ну стой! Ведьма неугомонная, - рыча, парень бросился к балкону, и на лету превращаясь в волка, перепрыгивает через перила, оказываясь в десяти шагах от ведьмы.

Та же несётся во тьму леса.

- Еще тетрадей принёс?! - бросила она и ловко вскарабкалась на дерево.

Парень трансформировался обратно и стал залазить за ней. Ведьма воспользовалась густотой леса, и перепрыгнула на другое дерево, сменяя так их с десяток. Уткнулась в грудь кому-то.

Запах ударил в нос.

- Бесишь! - рыкнула она, и повиснув на ветке спрыгнула вниз, и снова сорвалась на бег.

Выбежав к болоту. Она поняла, что кто-то за спиной, и чтобы выиграть время, быстро швырнула горсть тины наотмашь, но она такого размера, что запачкала бы всю грудную клетку.

- Промахнулась, - лениво констатировали.

Ведьма как загнанный волк повернула голову к нему.

- Это у вас что? Игры брачные какие-то? - он всем видом показывал, что ему скучно, но было слишком наигранно.

- Ага, щас с тобой тоже побрачуюсь, - рыкнула в ответ, и увидела, как из-за деревьев выходит волк, который скалит пасть.

- Да чтоб тебя, - выдохнула она.

И понеслась вдоль болотной полосы. Там где стало уже, она перепрыгнула. Не учла только как всегда, что волку и та ширина полосы, была на пол прыжка. Её уже встречали на том берегу.

Увидела, и прыгнула обратно. Несясь к лесу.

Её подхватили на руки, и уже на дереве. Она не видит Лима, вне поля зрения. Значит где-то далеко.

- И долго вы так можете бегать?

- Несколько дней.

Вырвалась из рук и встала на ветку повыше.

- Почему я не почувствовала как ты перемещаешься? - он видел что она настороженна.

- Только плохую Смерть человек может осознавать. Я же, лучший в своём роде. Включай иногда логику, - снисходительное пояснение, ведьме захотелось сказать "спасибо" - спустив его с дерева.

Но она промолчала и даже не взглянула на него. Она вглядывалась вниз.

Вой разбил тишину.

- Ага, щас. Так я тебя и испугалась, - прошептала ведьма.

- Ты понимаешь?

- За столько лет. Мне хватило трёх, разобрать всё со зверем, - сама не зная, зачем ответила.

- Ты приручила его? Так ведь?

Отвечать не имело смысла. Это скорее не вопрос, так, для проформы сказанное.

Отпустила и дала почувствовать ему свою обиду и немного злобы.

- Что ты только что сделала? - ему не понравился фон.

- Ничего.

- Не ври. Что ты сделала? Отвратный фон был.

- Ничего, пустила через связь чувства, - она начала спускаться вниз, поняв, что её волк был далеко.

- Куда мы?

- Мы? Не знаю куда ТЫ, но Я, отсюда подальше. Он найдёт.

- Я иду с тобой. И кстати, сегодня собрание.

- Знаю.

Она спрыгнула вниз, приземляясь в ворох листьев и веток.

Уже стоял напротив.

- Да, да, бешу, - подметил он её взгляд, - Хочешь еще мяса?

Она задумалась. Кивнула.

Протянул ладонь. Она прищурилась. Ангел хмыкнул и сам подошёл. Взял за ладонь. И они уже на каком то обрыве.

За спиной кафе, на веранде сидит пара человек. Место освещают факелы, от них исходит тепло, они расставлены часто.

Внизу бьётся о скалу вода, серо-голубого цвета.

Потянул за ладонь в направлении столиков.

- Отсюда был шашлык?

- Да.

Подошли к стойке. Он достал кошелёк и заказал, молча тыкая в меню.

Девушка быстро кивнула, и унеслась к мужчине у мангала, следом быстро к барной стойке. Повернулась и махнула им.

- Пойдём, - он не трогал, просто пошёл на веранду.

Яра последовала за ним, смотря в спину. Он вроде её бесил, но уже не так сильно.

- Там что-то интересное?

- Да. Ты в пиджаке.

- Не нравится? - эта ленца в голосе. "Голову бы ему оторвать!" - он снова начал её бесить.

- Непривычно, - только и всего.

Он уселся за столик, который был ближе всего к обрыву. Указал ладонью на стул напротив. И откинулся на спинку.

- Ты здесь часто бывал?

- Да. Хороший вид открывается. И сидр хороший. Сами делают.

- Сидр? - ведьма недоверчиво улыбнулась.

"Вот он, и пьёт сидр?!" - пронеслось у неё в голове.

- Не нравится?

- Не нравится мне, твои односложные предложения, ты снова начал, куда делся словесный понос?

- Всё что нужно я высказал. Теперь я снова думаю.

- О чём?

- Как и всегда.

- О чём?!

- О тебе.

Ведьма сморгнула.

Он же вскинул бровь в снисхождении.

Тут подошла девушка с кувшином. Деревянным, резная ручка и орнамент, выделяли его из всех, которые видела ранее ведьма.

Поставила на стол. Достала из кармана фартука два деревянных бокала, на толстой ножке и поставила рядом с кувшином.

Мужчина кивнул ей. Она удалилась, но перед этим быстро поклонилась.

- Почему она не говорит, - ведьма проводила её взглядом.

- Она немая.

Та кивнула. Встала из-за стола и пошла к девушке.

- Яра.

Она обернулась.

- Куда ты?

- Сейчас вернусь.

Подошла к девушке.

На языке жестов спросила её, хочет ли она снова говорить.

Девушка задумалась на минутку.

И решив, кивнула.

Ведьма подозвала её пальцем ближе.

Девушка подошла. И доверчиво уставилась ведьме в глаза.

Яра взяла её за запястье, нащупала пульс. Вторую ладонь положила на горло девушки. Та не отодвинулась, продолжая стоять и смотреть в глаза.

Ведьма зашептала заговор. Леча связки девушки, леча её мысли по поводу смирения, вылечив, она просчитала пульс, чуть ускорился. Всё прошло хорошо.

- Ты храбрая, достойна этого, - ведьма убрала руки и отошла.

- Спасибо, - тихо вымолвила девушка, глаза чуть расширились, она удивлена слышать себя.

- Не за что, - ведьма чуть покачнулась, набрала в лёгкие воздуха и направилась обратно.

- Я могу что-то сделать для тебя? - донеслось ей в спину.

- Будь счастлива, - пожала ведьма плечами и вернулась к столику.

Там сидел озабоченный мужчина.

- Что ты сделала?

- Всего лишь вернула ей, утерянное.

Он покачал головой.

- Тебе плохо.

- Сейчас пройдёт.

- Не ври.

- Постараюсь. Потом.

- Иди сюда, - он быстро наклонился и схватил её за руку.

Вдруг по руке заструился серебряный свет, девушка смотрела на это с удивлением. Раньше она видела только тьму, из его ладоней, и клубящейся вокруг. А тут, свет, он как нити опутывал ладонь.

Ей стало лучше. Всё внутри готово было петь от состояния. Лёгкость, энергия, ощущение того что она здорова, практически впервые.

- Спасибо, - повторила она слова девушки.

Он откинулся на спинку и задумчиво уставился в направлении обрыва.

- Ваше мясо, - прощебетала девушка, улыбчиво ставя огромное блюдо с десятью шампурами.

- Куда так много?! - улыбнулась ведьма в ответ.

- В отличное настроение, думаю и в здоровье тоже пойдёт, - лучезарная улыбка озарила лицо.

Девушка была безумно милой, не красавицей, а именно чистой, милой девушкой. Такие, бывали только в старину. Давно она не видела таких.

Оправив фартук, она подошла к другим посетителям. Они поклонились девушке.

Та же сказала им:

- Доброго пути, приходите вновь, - люди удивлённо заморгали, а потом улыбнулись.

- Кивнули и встав из-за стола, направились к обрыву.

Бросились вниз, раскинув руки.

- Кто они? - люди взлетели, у них были, короткие, по сравнению с ангелами, коричневые крылья.

- Такие же как и твой пёс. Только соколы.

Девушка кивнула. Редко встречала таких оборотней, если честно, только одного.

- О чём ты думаешь?

Она перевела на него взгляд.

- Пусто в голове. Ни о чём не думаю, - ответила девушка.

- Я могу подождать.

- Чего подождать?

- Тебя, - он устремил взгляд на неё.

- Мне немного осталось. Так что не дождёшься.

- Ты не поняла. Я подожду за гранью. Там твоего пса не будет.

- Но чувства мои останутся с ним, как и душа.

- Вздор.

- Может и так, - согласилась ведьма, - но это не меняет того, что мне нужен только он.

- Столетие, пусть два, это пройдёт.

- То же самое я могу сказать тебе обо мне. Это пройдёт Мортис.

Он прищурился.

- Ты не знаешь ничего о нас, а обо мне и подавно. Как ты можешь утверждать это.

- Но ты же обо мне можешь.

- Ты не первая ведьма, которую я знаю. И человек не первый, которых мы повидали столько, что впору истреблять их взглядом.

- Но ситуация у тебя такая впервые. Значит я исключение, - ответила ему этим укором, которым её вечно тычут: "Ты особенная; таких, больше нет; ты неповторима и т.д.".

- Хорошо. Допустим. Но и они любили. Уходили и отказывались от своих "сердец", - опять снисходительная лень.

- Значит, так они любили.

- Ты любишь его как то по-другому?

- Значит да.

- Ты знаешь, что мы выбираем трижды?

- Выбираете что?

- Спутницу. Равную. И много эпитетов.

- Выбираете?

- Такое как у меня, может случиться. Но мы вправе выбирать, остаться или отказаться. Я отказывался. Меня не послушали. Трижды нам даётся выбор, три равных. И всё на этом, больше нам равных не будет. Никогда.

- Попробуй еще раз отказаться.

- Это было в самом начале, как только осознал. Тогда я еще мог. Но когда мы стали видеть тебя чаще... теперь я не смогу. Я даже проговорить это не могу. Закончить фразу мысленно, не получается.

Они замолчали.

- Ешь.

Она перевела взгляд на него.

- Ешь, говорю, всё остынет.

Она кивнула и взяла шампур. Разлил сидр по бокалам. И выпил. Залпом.

Яра застыла, так и не откусив мясо.

Он вскинул бровь.

- Да нет, ничего. Подумалось, бывают ли ангелы алкоголики?! - и улыбнулась.

- Не бывает. Нужно огромное количество для нас.

Оглядела шашлык и впилась зубами в мясо.

Он пододвинул ей бокал.

Ничего особенного, сидр как сидр на вид.

Пригубила. Но он был не такой, как обычно она пробовала. Он был насыщенным, с приятным послевкусием садовых яблок. Алкоголь, не перебивал, а сливался с этим вкусом.

- Нравится? - склонил голову набок.

Задумчиво кивнула, и отпила глоток.

- Я уже просила.

- Я уже сказал.

- Ага, по другому пялиться, это заметно. Прекрати.

Она откусила и жуя, смотрела на воду, которая была так обманчиво спокойна и размеренна.

Мужчина же сидел с шампуром в руках и смотрел на хрупкую для него девушку. Он не мог знать, что творится в её голове. Есть недоступные им люди, ведьмы, ликантропы и прочие существа. Чаще попадались конечно же читаемые. Но и с ними они предпочитали не читать, закрывали сами.

- Я не могу представить, что не буду чувствовать его, - она нахмурилась и посмотрела в глаза ангелу.

- Это только сейчас, - он пожал плечами.

Она снова отвернулась.

- Ешь,- бросила ему, и снова откусила.

Это было странным. Они сидят вместе, и не ругаются. Для обоих это было в новинку, но не казалось чем-то из ряда вон выходящим.

- Почему ты не вёл себя так с самого начала. А был как высокомерный идиот? - задумчиво посмотрела на него девушка.

- Потому что я и есть высокомерный идиот.

- Я так и думала, - она вздохнула и потянулась за новым шампуром, не заметила, как выпила весь бокал.

Зато он заметил и подлил ей еще.

- Ты меня хочешь споить. Я тебя раскусила, - она снова отпила.

- Нет, я просто хочу.

Она не услышала этого.

Теперь она думала, в голове был ворох мыслей. И возглавлял их её мужчина.

Она послала через связь всю нежность. Ей тут же откликнулись, опаляющей страстью. Она улыбнулась. Тепло внутри запульсировало во всех конечностях.

Неосознанно дотронулась ладонью до места над сердцем.

- Он?

- Что? - она как будто очнулась.

- Я говорю, о нём думаешь? - он выглядел не таким отстранённым, выглядел напряжённым.

Она кивнула.

Ангел отвернулся от неё.

- Хотите что нибудь еще? - прощебетала девушка.

Он взглянул на неё. Как-то плотоядно.

- Эм, принеси пожалуйста картошку. В мундире есть?

- Да, - и унеслась.

- Чего ты на неё так посмотрел?!

- Ревнуешь? - он уже отвернулся.

- Ага, очень, её жизнь к твоей специфике.

- Понравилась. Думаю пообщаться, поближе, - он перевёл взгляд на ведьму.

Она прищурилась, пытаясь понять, что же в его тёмной макушке творится.

- Чего тогда раньше не подкатил?

- Сам не понимаю, хотя, с голосом оно будет куда лучше...

- Фу, всё, молчи, - ведьма подняла ладони в призывающем к молчанию жесте.

Он ухмыльнулся.

- Как думаешь, успеем ли мы до собрания? М?

- Вот уж уволь, всё, прекрати, - ведьма схватила шампур и унеслась к обрыву.

Усевшись по-турецки, она откусила, и жуя, уставилась в небо.

Там начинали загораться звёзды.

Краем уха, она услышала, как девушка в недоумении спрашивала, почему ведьма ушла, и дождётся ли картошку. Ангел был с ней немногословен, и раздражён.

Девушка ретировалась. Спустя минут десять ведьма встала и пошла к столику.

- Чего рычишь на несчастную? И так твоего внимания удостоилась, а ты еще и не располагаешь к себе.

- Яра, прекрати, - он был уставшим.

- Тебе плохо?

- Кого это волнует?! - саркастично вопросил и отвернулся.

- Ваша картошка, - девушка поставила огромную плошку с картошкой. От неё шёл пар, и сверху всевозможная зелень.

- Мммм, я вас люблю навеки теперь, - принюхивалась девушка и полезла рукой в плошку, - а сметанка есть? - ведьма облизывалась, и попыталась ухватить картошку, её тут же хлопнули по ладони, - Эй!

- Она горячая. Руку обожжёшь, неразумная...

- Ничего я...

- Я сказал, не трогай, - опять хлопок по руке, - принесите тарелку, пожалуйста.

- Конечно, - девушка смотрела за перепалкой с интересом, и моргнув, сразу унеслась.

Ведьма надулась.

- И не дуйся.

- Буду, - и продемонстрировала язык, при этом косится на картошку.

- Сейчас принесут и тогда...

Ведьма схватила картошку и дуя, перекидывая её и из ладони в ладонь, выбежала из за стола. Ангел среагировал, и тоже сорвался с места.

- Отстань, маньяк! - кричит ведьма, уже откусывая картошку.

- Что тебе стоило подождать, - он оказывается перед ней, и быстро укладывает на лопатки.

Ведьма из мстительности, влепляет картошкой в красивую рубашку.

- Вот тебе, - и с чувством размазывает её.

- Ну за что, вот за что он мне послал это?! - лениво вопрошает и заводит руки над головой.

- Ой, да ты себя видел, тебе ж никого адекватного нельзя, доведёшь ведь! Не вздумай..., - он приготовил ей щелчок по носу, как же ведьма их не любила.

Он расплылся в довольнющей улыбке и всё-таки щёлкнул одной рукой по носу, а второй удерживая руки над головой.

- Я тебя убью! - рыкнула ведьма и начала барахтаться, засветила коленом куда-то в спину, лбом в грудь, как могла так и ёрзала, мужчина же только фыркал от смеха и кажется не прилагал особых усилий для удержания.

Но мужчина понял, что это всего лишь манёвр, когда его оглушили по шее, и усевшись на грудь, приставили клинок к сонной артерии.

- Тц,тц,тц, какой неаккуратный "лучший в своём роде", - более высокопарно произнесла она, чем он прежде, нажимая чуть сильнее на клинок.

Мужчина лежал на траве, ведьма сидела на груди, и коленями прижимает его руки в области сгиба к земле, а клинок у артерии.

- Ты же знаешь, стоит мне пустить...

Ведьма поморщилась, он говорил про свою тьму.

Но тут же ухмыльнулась.

- Да хоть всё тут заполни ей. Мне уже хуже не станет, - она пустила ему струйку серебряной крови.

- Я принесла сметанку, с укропчиком! - крикнула им девушка.

Ведьма тут же соскочила с мужчины и унеслась к столику.

- Тц, как мужик, честное слово, слово "еда" и "драка", вызывают в ней больше страсти, чем всё прочее, - тяжко вздохнул мужчина.

Когда он был за столом, она уже уплетала укроп.

- Казнь отменяется, - провозгласила, взмахнув укропом, и схватила картошку, - что?! Она уже остыла! Вот, - и в доказательство кинула ему.

Он автоматически поймал, и вскинул бровь в упрёке.

- Ой, помолчи. Аппетит испортишь.

## Глава 20. У Отчаяния множество разновидностей.**


Но только взяла картофелину, как резко выдохнула и выронила из ладони.

- Яра? - мужчина озабоченно уставился на девушку.

Та стеклянными глазами посмотрела на него.

- Лим... - сказала так тихо, что он разобрал только по губам.

И ведьмы след простыл.

Она оказалась на пустыре. Посреди пентаграммы. Которую кажется чем-то вырыли.

Оглядевшись, она увидела Лима в полу трансформации у самого края пентаграммы.

- Нефилим! - грозно сказала она, и следующий укол боли, выбил воздух.

Он что-то нараспев читал. За его плечом стояла фигура. Неосязаемая. Она была туманным сплетением в намёк на человеческую, в плаще. Упиралась ладонью куда-то в спину, вторую вскинула к небу.

- Ты что творишь?! - она рванула к краю пентаграммы, хотя и знает, что ей не выйти из неё, но рванула и ударилась о барьер.

Он зажмурил глаза.

- А ну смотри на меня! Я хочу, чтобы ты понял, что ты творишь! Лим!

Она чувствовала, как он умирает. "Нельзя, его время не пришло" - она собрала последние силы на сгусток чистой магии, и ударила ей, разбив пентаграмму. Фигура в панике заметалась и скрылась у кромки леса.

Парень упал на бок, хрипя и держа глаза закрытыми. Ведьме было плохо, силы все были убиты. Но она упрямо шла к нему.

Упала на колени, и повернув на спину, начала осматривать на предмет ран. Спереди ничего не было, но как только она повернула обратно на бок, поток крови хлынул в землю.

- Твою ж монахиню! - ведьма зажала ладонями рваную рану, глубиной сантиметров 10, прямо под лопаткой, - Да я ж до сердца могу доковырять, мудак!

Она неосознанно начала лупить его по щекам!

- Ненавижу тебя! Вот я тебя вылечу и всё! Ищи себе новую дуру! С меня хватит!

Он молчал. Открыл глаза. В них столько злобы.

- Пошёл к чёрту! Даже не смотри на меня! Мы всё выясним с тобой попозже, минут через десять!

И на последней нити магии, привязанной к дому, она смогла переместить их в подвал. Кровь теперь рваными сгустками выходила из раны на спине.

- Мама! - крик ведьмы огласил всю округу.

Женщина распахнула дверь и застала дочь на коленях возле окровавленного тела.

- Быстрей, - это всё, что смогла она сказать.

Следом за женщиной ворвался Ис.

- Где ты был?! Где, я тебя спрашиваю, ты был!? Вон отсюда! - глаза ведьмы полыхали зелёным, Ис попытался в растерянности подойти, - Я сказала пшёл вон отсюда!

Ис, медленно вышел.

Но тут же спокойно в комнату вошёл дядя ведьмы.

- Девочка моя?

- Я хочу, чтобы ты нашёл того, кто к чёртовой матери, разорвёт эту связь. Прямо сегодня, желательно сейчас.

- Яра, это слишком...

- Я сказала сегодня! Я что всем всё повторять по десять раз должна?! - она впервые кричала на дядю.

Он не ответил. Только кивнул, как-то задумчиво.

Мать же ведьмы порхала над парнем, который не сводил взгляда с ведьмы, теперь уже обречённого. Он был уже в человеческой ипостаси.

Сама же Яра игнорировала, протянула дяде руку. Он поднял её, и на шатающихся ногах она ушла, отказавшись от помощи.

Ей на встречу неслась встревоженная Свята.

- Как ты себя чувствуешь, плохо? - она тут же подлетела, и заставила ведьму опереться себе на плечи, - Пойдём ко мне.

Они добрались до комнаты девочки в молчании, Свята бросала на старшую сестру озабоченные взгляды.

- Всё в порядке, а то меня от твоей опеки малышка, вывернет прямо на пол.

- Не пойми не верно, железная ты баба, но выглядишь неважно.

- А как я должна выглядеть, когда почти сдыхаю? - улыбнулась ведьма.

- Ну в гроб, мы тебя краше клали, - "поддержала" сестричка.

- Ах ты мелочь, беспузая! - попыталась ухватить девочку за нос ведьма.

- Ай, Яра! Ой-ёй-ёй не надо, я тебе песенку спою! - хихикнула та и нос отпустили.

- Ладно, так и быть, - доковыляв до кровати и распластавшись там, ведьма дала команду как дирижёр оркестру.

- Ты погоди, я чёт растерялась, эм, кхм, - прочистила горло и затянула:

Чёрный вооо-рооооон, что ты вьёоооошься надо мнооооой?

- Оу, воу, палехче, - ведьма засмеялась, так сердечно запевала её сестра.

- А что? - девочка насупилась.

- Давай Лепса, - и прикрыла глаза.

- Рюмку?! - девочка повеселела.

- Ой, чему я тебя научила, водки мне, - хихикнула и открыла глаза, рядом на кровати уже скакала Свята.

- Толькоооо, - девочка горлопанила во всю, - Рррррюмка водки! На столеееее!

Ведьма смеялась от души, все тревоги проходили, только от взгляда как старательно вопит её младшая сестра, и морщит нос, вживаясь в роль.

- Опять шумите, - прицокнул Григорий вылазя из стены.

Свята же ему ответила:

- Тихой болью отзываются во мне этой ПОЖИЛОЙ ЛУНЫ КРИКИ! - укорила его девочка за стену и за ворчание.

- Да, да, - буркнул Григорий, и поставил отвар из мяты на столик, - хватит горлопанить, прижмись!

Девочка насупилась, но уселась.

- Как ты себя чувствуешь? - он был обеспокоен.

- Пока жить буду.

Девочка кивнула, и налила в кружки отвар. Всунула уже сидевшей ведьме в ладошки и довольно умастилась рядом.

- Ярослава... ты уверена?

- Григорий, я больше не могу. Столько лет. Я разорву связь, и он смирится. Будет жить дальше. А я, по крайней мере, не буду экспериментом.

- Яра, девочка моя, он ведь свихнётся...

- Не свихнётся, не сошёл с ума в первый раз, - Свята взглянула, как будто до неё доходило, - переживёт и когда я помру в какой нибудь другой раз, - закончила ведьма, и девочка кажется, перестала задумываться над этим.

- А ты? Так ли и будешь жить с дырой вместо сердца? Мне не ври...

- Григорий, ты же сам понимаешь, зачем спрашиваешь? - ведьма улыбнулась и отпила.

Он покачал головой. Свята же взбеленилась.

- Ты - что? Что прости, ты собралась сделать? - её глаза стали похожи на блюдо для сельди, - ТЫ разорвёшь связь? Разве так можно? Ты ведь говорила нельзя. Погоди-погоди! А можно связываться еще раз? А это больно? А как вы будете жить?

- Нуу, приехали... всё будет в порядке.

- Не ври ребёнку. Это ведь не свадьбы!

- Я жду, - девочка уставилась на ведьму в ожидании.

- Значит так. Связь бывает единична. Мы изначально называли друг друга сердцем и душой. С малолетства. Связь чаще всего происходит сама, негласно. Она как будто живая и понимает, что делает. Ну и естественно согласие людей тоже есть. Не гласное опять же, это внутреннее.

- Скажи главное. Давай, - возмущённо подтолкнул к главному мужчина.

- Разрывая связь... я метаморфически останусь...

- Без сердца! Она будет бессердечная. Теперь ты будешь не номинально! А фактически!

- Григорий... - ведьма не нашлась в словах.

- Вы серьёзно? - девочка кажется, осознавала всю серьёзность больше своей старшей сестры.

- Да. А его душа... я отдам часть своей.

- Почему?

- Душу я могу разделить. Сердце же нет.

- Яра, это же не нормально. Да это, мне нельзя говорить таких слов! - девочка была в бешенстве.

Она вскочила с кровати и стояла напротив ведьмы.

- Так нельзя! Вы, вы, вы навсегда! Только не вы! С вами такого не может быть! У вас нет на то причин никаких!

- Свята... девочка моя, просто ты не всё знаешь.

- Почему ты плачешь? Ты никогда не плачешь! Я хочу чтобы всё было как раньше! Я попрошу его, он же сможет всё вернуть! Ну или восстановить!

- Святослава... Ну Григорий, я не могу, - ведьма смотрела на мужчину в поиске поддержки и помощи.

Он отрицательно покачал головой.

- Я умру. Мне осталось недолго, тише, - она прервала назревающую бурю, - моя душа не смогла вернуться на постоянную основу, но кусок я оставить смогу ему, он сам здесь на постоянной... Это временно. И с каждым разом возвращение будет короче, и болезненнее. Я в любом случае умру. Осталось совсем немного. И Свята, прости, что сразу не сказала, но я так тебя люблю, - девочка осела на пол, - всё будет хорошо. Я ведь пока здесь. А с Нефилимом, он попытался отдать мне свою жизнь. И он не оставит попытки. А я хочу сделать ему больно, чтобы он разозлился, и не стал бороться за...

- Вас. За это - вас. Он не перестанет, ты ведь понимаешь? - она была как в прострации.

- Он перестанет Свята, поверь мне. Я знаю, - ведьма утешающе улыбнулась и сползла к сестре вниз.

- Правда будет наполовину бездушным! И свихнувшимся, а так, всё прекрасно! - подытожил, тихо негодуя, Григорий.

- Григорий, ты ведь знаешь, жизнь стоит того. Свята, твоя жизнь только начинается. Это только начало! Оно должно быть ярким, красочным, таким, каким ты его построишь! Ты должна воплотить всё, что не пожелаешь, у тебя столько времени, столько возможностей. Мы с тобой столько всего проделали. Я хочу, чтобы ты была самой счастливой ведьмой, самой искренней и честной. В тебе столько любви, добра, нельзя убить это всё.

Девочка только качала головой.

- А кому я буду нужна? Кому?

- Мне. Ты всегда будешь мне нужна. Маме, Григорию, дядям, у нас есть целая семья, столько друзей.

- Но без тебя, тебя не будет! Григорий бросит меня, так же как ты!

- Я не бросаю тебя.

- Мы не нужны тебе? Я, Нефилим, мама, Николай Николаевич, Ис в конце концов. Мы совсем тебе не нужны?

- Очень нужны. Вы мне очень нужны. Вы необходимы мне. Но поверь, всё будет замечательно. Я буду рядом. Обещаю.

- А ты... ты будешь говорить? Приходить? Давать знать? - девочка уже плакала.

- Конечно буду. Мой тотальный контроль будет повсюду. Даже не надейся улизнуть, от моего всевидящего ока! - ведьма поняла, что лёд тронулся.

Девочка всё еще плакала, но уже, по крайней мере улыбалась, измученно, но улыбалась.

- И я еще подумаю, оставлять ли тебя наедине с твоим будущим мужем, - ведьма уже была шутливо серьёзной.

- А как же личное пространство?!

- Что?! Какое-какое пространство?! Григорий, ты слышал?! Пространство ей подавай, шиш тебе, - и начала щекотать.

Девочка смеялась, шмыгала носом и извивалась на полу.

- А теперь, быстро спать! У меня собрание, - ведьма подняла палец, шутливо выказывая важность события.

Девочка усмехнулась. Но не спорила, а полезла в кровать.

- Песню! - щёлкнула пальцами.

Не смотря на шутливый тон, девчонка выглядела разбитой.

- Ишь ты, приватный танец может?

- Было бы неплохо, - протянула девочка, ведьма укрыла сестру с носом.

- Ладно. Давай, быстро!

Спев две песни, она почувствовала, как обмякла маленькая ладонь, в её руке. И тихонько выпустила её.

Григорий остался сторожить.

- Спасибо, - тихо шепнула ему и вышла.

- Я думал ты там концерт часовой затеяла, - ленивая интонация, идиотский запах.

- Завидуй молча, у тебя ни слуха, ни голоса.

Он прищурился.

- Откуда знаешь?

Ведьма ухмыльнулась.

- Кто из? - поставил вопрос по-другому, ведьма лишь обернулась и подняла бровь.

- Когда?

- Мммм, в прошлом месяце. Ты пел что-то невнятное, но пел жутко!

Он шлёпнул её по ягодицам. Ведьма остолбенела. Медленно повернулась.

- Ты сейчас что сделал? - он даже не отступил.

Зато она, сделала шаг ближе.

- Повторить? - нахально вопросил и сделал полшага к ней.

- Я тебе щас так повторю! - зашипела ведьма, прямо в лицо.

Он же наклонился и поцеловал в уголок рта. Она отпрянула как ошпаренная. И следом впечатала кулаком ему в кадык. Развернулась, разжала кулаки и пошла к комнате.

Услышала позади смешок. И уже запах окутывал, значит близко.

- Еще разок? - ведьма была уверена в сальной ухмылке.

Она не ответила, и зашла в залу. В ту, в которой сидел совет дяди, совсем недавно.

- О чём будет сегодня речь? - сразу с порога.

Все же смотрели куда-то за её спину.

Ведьма знала, что смотрят на Ангела. Но не знала почему. Она повернулась, а он быстро поднял голову и взглянул в глаза с видом "Что-то не так?". Она прищурилась, отвернулась и пошла к началу стола. Все так же смотрели на Смерть.

- Что у него?! Рога выросли что ли!?

Все откашлялись.

- Как бы деликатней сказать... - начал Андрей.

- Можно не деликатно, - устало сказала ведьма.

- Ну, эм, он смотрит очень, однозначно на... - показал пальцем в область где-то, где бёдра, ведьма тут же поняла о чём речь, и зло посмотрела на Мортиса, тот же опять ответил ей этим видом, - и вот. Просто обычно он так не делает.

- С другими, - тихонько добавил золотоволосый ангелочек.

И все быстро зыркнули на него.

- Что?! Хотите сказать, я один это замечаю в последние разы?! - он тут же вскинул руки, - И вообще, мы собрались не, шикарный зад Яры обсуждать, или еще чего, с ним... а обсудить дела насущные!

- Какие могут быть дела у практически покойницы? Я покажу, как оживлять, расскажу методику, как создавать материю и тела. Проводник есть. С ним занимаются, - ей докладывали о его тренировках и помощи мамы в обучении, - да и хватит с вас.

Все молча смотрели на её ноги.

- Они тоже, что-то рассказывают? - уточнила ведьма.

- О том, как смотрелись бы с положения сверху.

- Заткнись! Собрание окончено, - она взмахнула ладонью и Ангел с длинным языком приземлился на пятую точку.

Для вымещения злобы, даже силы не потребовалось - ведьма ведь.

Смерть же, недовольно взглянул на Андрея.

- Ты зачем это ляпнул, идиот? - ленца в голосе, но видок такой, что спрятаться и не выходить неделю хотелось бы.

- Она спросила, я ответил, само собой вышло! - Ангел пожал плечами.

- Ага, и позы тебе тоже её ноги нашептали, - усмехнулся златовласый, и хихикая исчез.

- Да ну вас, - буркнул мужчина и тоже исчез.

Все ушли, остался только Мортис.

Он быстро догнал ведьму, несущуюся по коридорам.

- Куда мы?

- Сгинь, - лениво бросила ведьма.

- Всего поцелуй и я уйду... - ведьма задумчиво повернулась, как вдруг, - на час, - закатила глаза и пошла дальше.

- У вас что? Недостаток в бабах резко стал?

- Да. Все наши были в трауре.

- Ага, я вижу. Верней они видят. И явно об этом повествуют.

- Прости. Просто они узнали, - он пожал плечами, явно, что ему не жаль.

- О чём? Что могло так резко изменить это? - ведьма устала, она ждала приговора.

А изменить то, что её вполне адекватно относившиеся к ней Ангелы, стали не очень тонко намекать, напрягало.

- О тебе и твоём псе.

- Погоди, - она застыла. А он прошёл шаг дальше, остановился и обернулся.

- Ты так вопила, что мне кажется даже в центре это услышали.

- Серьёзно услышали?

- Да. Орала ты знатно. Я аж проникся, - он усмехнулся.

Ведьма спустилась в подвал.

Увидела маму, которая что-то толкла в ступке. И лежащего блондина, который попытался подорваться при виде ведьмы.

- Угомонись, - взмахнула рукой в его сторону ведьма и он уже зло зыркает, но не может шевелиться, - ох и буйный же он у тебя. Я бы уже отравила, - высказалась добрая мама, и влила что-то светло зелёное в ступку.

- Ты щас этим собралась заняться? - пошутила ведьма, она по запаху поняла, что там заживляющая мазь.

- Ох, я бы рада, но, столько в него вбухала! Что хрен кому дам убить! - тонко намекнула она Ангелу Смерти.

Яра подошла, и бесстрастно, повернула его на бок. Убирая плед.

- Давай лучше ты, мне стриптиз устроишь? - скривился Мортис.

- Ты мне всё-таки нравился больше, когда молчал...

Ведьма начала осматривать рану, которую уже неплохо залатала мать, ну и регенерация даёт о себе знать.

Теперь вместо мяса, была загрубевшая корочка, практически на поверхности эпидермиса.

- Мою экспериментальную взяла? - крикнула она матери.

- Ага. Уж больно вёрткий волчара-то. Пришлось пробовать на нём. Он же не тестирован был?

- Неа. Не успела, - прицокнула ведьма, - Но, теперь вижу что шикарно. Можно в больницу отдавать.

Мать покивала и потащила ступку к пациенту.

- Всегда знал, что вы - ведьмы, - лениво бросил Мортис.

- Да ну?! - саркастично уточнила Яра.

- Ага. Конечно, ваши огромные носы вас выдавали. Но теперь сомнений никаких.

- Молчи, задница пернатая.

- Ты же знаешь, там нет перьев, - тяжко вздохнул.

Лим умудрился рыкнуть и дёрнуться.

- Эй, красен-молодец, не дёргайся. Как только умудрился? - бурчала женщина под нос, и наносила едко зелёную мазь на ранку.

- А фон идёт, как будто сдох уже, - заинтересованно выглянул Мортис.

- Угу, почти... - бросила ведьма.

- А жаль, надо было меня позвать... я бы довёл дело до конца, - уже не интересуясь блондином, Мортис стоял и рассматривал ведьму.

Она молча толкнула его в бок кулаком. И пошла к полкам с мазями.

- Куда мы потом?

Она проигнорировала недовольный вопрос Ангела.

Тот же ухмыльнулся краешком рта.

- Яра, - в комнату вошёл её дядя, он был собран и держался, как будто выполнял заказ, а не с племянницей говорил, - человек готов. Два экземпляра. На выбор. Заходить, - в дверь вошли девушка с голубыми глазищами и мужчина, абсолютная противоположность, хмурый, небритый, с растрёпанными волосами чёрного цвета, и красными глазами из под густых нахмуренных бровей.

Ведьма улыбнулась, такие разные люди, было бы забавно, если бы они были парой.

Но нет, они оказались совершенно не знакомы.

И девушка не запоминалась ничем, кроме этих огромных голубых глаз. Хрупкая, низкого роста, волосы до лопаток русого цвета. Всё. Зато мужчина. Простор для художника. Но, кажется, он был недоволен всем. Кроме ведьмы. На которую, поглядывал с завидной регулярностью, и переставал хмурить лоб.

- Доброго вечера, вы наверно уже знаете, зачем вас притащили сюда?

- Нет, - голосом девочки-колокольчика ответила девушка, и ведь "явно не колокольчик она", - подумала ведьма, они поняли друг друга, кивнув легко.

Яра подождала ответа мужчины.

- Я полагаю... - он взглянул на ведьму, на одного больного, на одного здорового и маму в роли лекаря, - разорвать связь.

Девушка в ужасе взглянула на мужчину, потом на ведьму, а потом уже шокировано обвела всю и всех.

- Я такого не умею, - подняла она руки, сдаваясь.

- Уверена?

- Нет-нет и нет, я не делаю и не буду. Простите, - она поклонилась и отступила.

Ведьма пожала плечами и посмотрела на мужчину.

- А я, пожалуй за, - улыбнулся мужчина.

Ведьма даже застыла, улыбка так преображала его.

- Только посмей, - рыкнул Лим.

- Тебя тут никто не спросил, - оборвала его ведьма, - всё в вашем распоряжении, - она обвела рукой комнату, - Может, что-то нужно?

Мужчина склонил голову на бок, и преобразился.

В прямом смысле слова. Гладко выбрит, не хмурится, волосы уложены аккуратно. Вся одежда выглажена. И перед ней стоит полноценный ведьмак. Только он особенный. Но уже не выглядит неопрятным или не располагающим к себе.

Хотя ведьме он нравился и таким, каким пришёл.

- Спасибо. Пока нет.

- Оплата?

- Желание.

- Это не серьёзно. Сколько? - вмешался дядя, видя, как ведьмак с интересом смотрит на его племянницу.

- Желание. Одно.

- Говори его прямо сейчас, мы ...

- Я согласна, - лениво отозвалась ведьма.

Дядя полоснул её взглядом. Ведьма же только пожала плечами и ушла к креслу в тени комнаты.

- Какая не осторожная у меня однако ведьма, - раздалось над ухом.

- Тише будь... - вздохнула та, прикрывая глаза.

- Как думаешь, что он попросит? - протянул Мортис.

- Не знаю. Может дом, метлу, у них-то ведь нет...

- А может и тебя.

- Ой, да не больно я пользуюсь спросом. О чём ты...

- Если только он попросит, я убью его, - лениво, но решительно.

- Да как хочешь, только пусть разорвёт...

- Пожалеешь ведь, - хмыкнул Ангел.

- Нечем будет жалеть. Сердца не будет, а душа, половины хватит на отпущенный мне срок. За гранью восстановится по моей половинке. Зато как круто, полторы душонки, на одну тушёнку.

Десять минут спустя. Они прошли в молчании. Никто не знал что сказать, а мать ведьмы, просто не решалась, ну а кто-то не мог, его опять заткнули.

Рана уже прошла, остался только розоватый след.

- Ярослава, подойдите.

Она не стала спрашивать про имя. Он видит нити, сейчас там полные анкетные данные о них.

- Такой срок... вы уверены? - задумчиво прищурился мужчина.

Ведьма промолчала.

- Хорошо, хозяин-барин, - он что-то схватил, внутри ведьмы всё зажгло, но она стояла и ждала, не выказывая, что её выжигает изнутри.

Лим ожил и начал шевелиться, пытаясь рычать.

Мужчина же, зашептал, не понятные слова, не понятные строки. Вот они, привилегии.

Ведьму рвало на части, в области сердца всё было выжжено. Все вены вздулись.

И вдруг пустота. Только пустота. Больше ничего.

- Пусто? - спросил парень, по всему видимому в его руках уже ничего не было.

Ведьма кивнула.

- Пройдёт, через пару дней, будет чуть поплотнее и всё пойдёт в том же русле.

- Спасибо. Ваше желание?

И вдруг вой разорвал барабанные перепонки. Огромный серый волк, скалится, капает слюной и движется на ведьму.

Она же равнодушно смотрела.

Волк попытался сбить ведьму. Она ловко увернулась и оказалась за спиной мужчины.

- Какое? - равнодушие сквозило, оно сковало её.

- Рецепты.

- Какие?

- Любые. 10 штук. На ваш выбор.

- Хорошо. Подойдите завтра.... И да. Спасибо, - она равнодушно улыбнулась и исчезла.

Вой оглашал окрестности. Дикий зверь вырвался из дома и рыскал по округе.

- Он сойдёт с ума, - жалостливо протянула мать ведьмы.

- Уже. Ты видела его глаза? - мужчина был равнодушен к судьбе волка, его волновала его девочка.

- Отлично. Пойду поищу, то, что осталось от вашей дочери, - и Ангел тоже исчез.

- Коля... - ведьма качала головой.

- Я знаю Рита, мы ошиблись. Прости меня. Это я виноват.

- Прекрати, мы оба хороши, мальчишка подкинул идею, а мы и рады были ухватиться за неё. А потеряли её раньше срока.


## Глава 21. Главное быть профи в своей области, а узка ли твоя специализация, не так уж и важно, учитывая первое.


- Они говорят, что он спятит, - довольно возвестил мужчина.

- Пусть, - пожала плечами ведьма, и смотрела в небо, лёжа на спине, закинув руки под голову.

- Плохо?

- А кого это волнует, - хмыкнула ему его же фразой ведьма.

- Например меня.

- А вот мне, похуй.

Он хлопнул ладонью ей по губам. Она перевела злой взгляд на него.

- И нечего так смотреть. Не смей выражаться.

- Ой, посмотрите, блюститель морали нашёлся! Не ты ли меня за задницу лапал?! - фыркнула ведьма.

Ангел нахмурился.

- Но я не выражался, - парировал.

- Браво, стоя аплодирую.

- Яра...

- Что тебе надо, что ты хочешь от меня услышать?!

- Например, на кой ты это сделала?

- Я пропускаю ход.

- Мы не играем в игры. Ответь на вопрос.

- Крутите барабан! - и она исчезла.

- Глупая, - вздохнул Ангел и уже через секунду был рядом с ней, - у меня привязка на тебя, - пояснил он.

Они стояли в пещере, которая выходила к воде. Вода билась о подножие и забрызгивала вход в пещеру.

- Ты маньяк. Понятно почему - я.

Откинулась спиной на камень.

Молча подошёл, поднял и усадил себе на колени.

- Меня воротит.

Он проигнорировал.

- Мор, меня воротит! Пусти, - она зажала ладонью рот и понеслась из пещеры.

Ангел пошёл вслед за ней, и застал её стоящей на коленях на песке.

Она наколдовала огромную плошку с водой, кружку и принадлежности для чистки зубов.

Сплюнув на песок. Она принялась чистить зубы.

- Как ты?

Ведьма полыхнула в его сторону горящими глазами. Что-то бесило её.

- Что не так?

- Ведьмак, эта тварь что-то сделал. Мне нужен мужчина, - процедила она, умудряясь при этом чистить зубы.

Десять минут спустя. Она хорошенько умыла лицо. Собрала волосы в хвост, и встала, направляясь к кафе. Которое оказалось всего в пятиста метрах от пещеры.

Ворвавшись туда. Она оглядела зал. Ангел следовал за ней, не понимая её задумки.

Она увидела молодого человека, похожего на Лима. Но слишком блёклым, слишком нечётким было это подобие.

Он был в компании молодых людей.

Ведьма шепнула. Парнишка встал, и сказав что-то друзьям, пошёл к выходу.

- Что ты задумала?

- Я так слаба, так беспомощна, так уязвима, - пропела она шепотом и пошла следом за молодым человеком.

Он стоял у стены, на которой не было окон. Она подошла. Провела ладонью по щеке. На это он прикрыл глаза, улыбнулся, обнял её, и ведьму опять замутило.

- Чёрт, - зашипела она, и дёрнулась от парня, - сотри ему память, он выходил на воздух, - и рыча, она ушла к пещере.

Ангел сделал, как попросила ведьма. И пошёл к ней.

- Что случилось? - он выглядел озабоченным.

- Этот ведьмак, либо напутал, либо специально это сделал.

- Сделал что?

- Меня тошнит от вас. От всех кто хотя бы дотрагивается, - она сложила руки на груди и задумчиво смотрела в никуда.

- Я уверен, ты преувеличиваешь.

Он тут же оказался позади и обнял её. Ведьму тут же скрутило пополам.

- Придурок! Сказала ведь, тошнит меня от вас, - она оказалась в ванной, их общей ванной.

В ванной было темно. Она мылась, не включая света, и вышла в темноту комнаты. Там было пусто.

Ей было так плохо. Что всё, на что её хватило, это скинуть полотенце и залезть под плед.

- Чёртов ведьмак...

Она провалилась в сон.

Проснулась в 7 утра, в чьих то объятиях. Поняла в чьих, когда увидела когти серебряного цвета. Он обнимал её со спины. Абсолютно нагой. И никакой тошноты не было. Даже намёка.

Она попыталась выбраться, как рука напряглась и удержала её на месте.

- Утро, доброе, - гортанно возвестил её блондин.

Она промолчала. Развернулась в руках и задрала голову, чтобы увидеть его лицо.

- Не тошнит, - подвела итог она.

- Да ну? - издевательски протянул, - А раньше значит тошнило?

Молчала, смотрела в его глаза, и чувствовала всё ту же нежность и теплоту к нему. Ведьмак явно что-то намудрил. Но связи не было. И сердца тоже, ведь она чувствовала. Как ни странно, его отсутствие ощутимо.

Он спустил руку ей на бедро. И легко провёл когтями. Вскинул бровь - провокация.

Она молчит и пытается понять, что же наделал красноглазый.

- Я вчера так хотел тебя убить, за это, но, не нашёл, к сожалению.

Она теперь смотрит на его губы. Ничего не изменилось, ей так же хочется поцеловать его и укусить за нижнюю губу, которая была чуть пухлее верхней.

Он оказался сверху, ведьма только моргнула и снова смотрела в глаза.

- Где Исмаил? - наконец-то смогла выдать хоть что-то.

Парень сразу злобно оскалился. Она машинально подалась вперёд, как делала всегда, чтобы успокоить поцелуем. Но одёрнула себя. Он заметил и стал чуть более расслабленным.

- Зачем?

- Не знаю. Так где он?

- Я не об Исмаиле. Я о том, что ты сделала.

- Что я сделала? - равнодушно спросила она.

Он не ответил, а впился поцелуем.

Целовал и закусывал губы до крови, которую тут же слизывал.

Тело ведьмы так же отзывалось на всё. И остаток души, кажется тоже, всё было как раньше.

Только вот теперь, она могла хладнокровно отодвинуть его, встать и уйти. Но ей так захотелось тепла. Потому что, полдня с этой пустотой, уже было ей омерзительным.

- Пусть её нет. Но это ничего в целом не изменило. Я всё так же люблю тебя, ты нужна мне, ты мне необходима. Всё точно так же, - он шептал и целовал.

Ведьма же лежала и грелась.

- Не порти ничего, - она рассчитывала на продолжение, а он просто смотрел и не предпринимал ничего.

- Я был так зол на тебя, но сделать больно, я так и не могу. Хотя ты, отказалась от меня. От нас.

- Я знаю.

- Я искал тебя всю ночь. Где ты была?

- Я не...

- Ты обязана. Связи нет, но ты до сих пор моя. Мне плевать, что ты там хотела. Ты продолжаешь быть моей.

Ну вот и всё. Ведьма спокойно отодвинула его. И ушла ванную.

Он зашёл в кабинку к ней и прижал к стене.

- Где. Ты. Была?

- Бегала.

- Где?

- Отвали, - и оттолкнула его, встав под воду.

Он впечатал её в стену, хоть это и было не больно, и не резко. Но это было впервые, за столько лет он проявил силу. Кроме как в постели к ней.

- Долго собирался? - усмехнулась она.

Ведьма не смотрела ему в лицо, смотрела на его грудь, которая мерно вздымалась, это её успокаивало. Ей хотелось обнять, поцеловать. Но вместо этого. Она будет злословить и драться, если понадобится.

- Ну так и где же ты была? С ним?

- Да, - она вскинула голову и усмехнулась прямо в лицо.

- Научись врать, - зло выдохнул он.

Она расплылась в односторонней ухмылке и закусила губу.

- НЕ смей. Я знаю, ты не была с ним.

- Можешь утешать себя, сколько влезет, - она склонила голову на бок, и улыбалась, знала, что его это бесит.

- Перестань, прошу тебя, - он упёрся в её лоб своим.

Она дёрнулась от него. Его это разозлило, он силой стал удерживать её.

Девушка не смотрела на него, закрыла глаза.

- Где ты была?

- Ты что, в попугаи подался?!

Он тряхнул её за плечи.

- Идиот. Не видел?! Я спала! После бурной ночи, - добавила ведьма.

Мужчина зарычал.

- А теперь дай мне помыться!

- Яра. Прекрати этот цирк. Я прошу тебя.

- Хоть запросись. Выйди отсюда на хрен!

- Яра, - он был так же спокоен.

- Я сказала, иди на хрен отсюда! - она кричала, и била ему в грудь.

Там оставались приличные синяки, сразу. Он молчал и смотрел, отступая назад, совсем на немного, от каждого удара.

- Ты действительно считаешь, что я такой идиот, и не понимаю, что ты делаешь?

- Считаю!

Он покачал головой.

- Это не поможет.

- Уйди, - она открыто угрожала, он понимал это, но не уходил.

- Нет.

- Я прошу тебя. Уйди от меня, - ведьма чувствовала, что может сделать ему больно, а ей этого не хотелось.

- Нет.

Она прикрыла глаза, пытаясь успокоиться.

- Ну посмотри на меня, родная, я здесь, я никуда не уйду, даже не пытайся, - он тихонько говорит и гладит плечи.

Ярослава так и стояла изваянием, он умудрился помыть её, укутать в полотенце и даже зубы почистить. Она покорно открывала рот. Когда же она сама прополоскала рот от пасты. Он похвалил её. Как ребёнка.

Усадил на стиральную машину и залез в душ.

Она всё так же покорно сидела и молчала.

- Придумываешь новый план? - донеслось до неё из кабинки, хотя он не удосужился её закрыть, и сверкал свои телом.

Ведьма кляла его за это.

Она тяжело вздохнула, в очередной раз увидев его накаченную спину, покрытую капельками воды. Ниже взгляд пыталась не опускать.

- Ну так что? - он вышел в одном полотенце, ведьма сжала губы и прокляла его.

Он запнулся. "Слабовато" - подумалось ей.

Подошёл, понял из-за кого запнулся. Но вместо упрёка, легко поцеловал в нос, улыбнулся и подхватил её на руки.

- Я соскучился, всего лишь за ночь, но успел, - довольно возвестил и уронил на кровать.

Девушка уселась и наблюдала за тем, как он ходит по комнате, достаёт еще одно полотенце, вытирается. Берёт расчёску и идёт к ней. Она задумчиво смотрела на него, пытаясь понять, что же ей сделать еще.

Он уселся в изголовье, и не дожидаясь её реакции. Быстро подтянул к себе и принялся расплетать её колтуны.

- Почему молчишь? - улыбка сквозила во всём.

В его словах, его действиях.

Она пыталась понять, почему у него нет пустоты? Почему у него всё хорошо? Хотя, у него есть сердце, у него есть душа. Всё довольно не плохо.

- Вы где-то тренируетесь баб расчёсывать? Это новый прикол какой-то?

Рука, в которой он держал расчёску, замерла, всего лишь на мгновение, и снова продолжил расчёсывать.

- Кто-то еще расчёсывает? - "улыбайся-улыбайся, я всё равно заставлю тебя возненавидеть", - мелькнуло в её голове.

- Да.

- Кто? - та же добродушная интонация.

- Мор, - она постаралась, чтобы имя ангела Смерти прозвучало ласково.

Подействовало, расчёска дёрнулась.

- И у него кстати, получалось гораздо лучше, - она повернула голову, взглянула в недовольное лицо и попыталась встать.

Он силком удержал одной рукой, второй же молча закончил расчёсывать.

Ведьма встала, как только он положил расчёску на кровать. И быстро подошла к шкафу.

Заглянув туда, она поняла, что ей ничего не нравится.

Открыла шкаф парней.

Взяла мантию Лима. Снова вернулась к своему.

Зарывшись внутрь, она удивилась. Схватила водолазку, доходящую до середины бедра, так и не поняла водолазка ли это точно, под горло, багрового цвета.

Откуда взялась, она не помнила, и была ли она вообще, здесь раньше. Красивая, кружевная, плотная ткань в области груди и нижних девяносто. Всё-таки наверно это платье. Рукава, горло и низ платья окантованы золотой нитью. Бельё в цвет, которое раньше так же не наблюдалось в её гардеробе. Быстро оделась и найдя берцы, напялила и пошла к двери.

- Откуда эти вещи? - голос был напряжённым.

- Откуда я знаю. Никогда не следила за своим гардеробом, ты-то должен знать, всегда ты его покупал, кроме маек, футболок и кожаных штанов.

Он быстро подошёл к ней.

- Яра, мне не нравится как ты одета. Переоденься.

Она оттолкнула его от прохода и вышла.

Мужчина ударил кулаком о стену. Не предаваясь самокопанию, быстро оделся, и босой, понёсся вслед за ведьмой.

- Куда ты? - он нагнал её, когда она спускалась в подземелья.

- Угадай, - бросила ведьма и вошла в комнату.

- Я пришёл, - её там уже ждал мужчина с красными глазами, блондин узнал в нём того ведьмака.

Ведьма молча склонила голову в знак приветствия, и пошла искать для него рецепты.

- Я бы хотела узнать, есть ли побочные свойства у разрыва? - равнодушно бросила, не смотря на ведьмака, который сидел в кресле и следил алыми глазами за движениями ведьмы, совершенно не обращая внимания на мужчину.

- У тебя, нет, - с улыбкой проговорил он.

Она повернулась.

- Для чего тогда? - Нефилим нахмурился, он не понимал о чём речь.

- Ты хочешь сказать, что не поняла? - он улыбался, встал с кресла и медленно двинулся к ней.

- Нет, - Лим знал, ведьма врёт, но вот ведьмак, не заподозрил.

- Я поясню. Наедине, - он остановился на расстоянии двух шагов от неё.

- Нефилим, - она просила его уйти.

Мужчина перевёл на неё взгляд.

- Нет.

- Хорошо, - она отвернулась, и выбрала пять пузырьков, - сейчас распишу эти. Потом еще пять, и мы, поговорим. Наедине.

Уселась в кресло, с которого только что встал ведьмак.

Тот же начал осматривать корешки книг.

- Занятное собрание книг, Ярослава, - мужчина задумчиво смотрел, но не трогал.

- Спасибо, - бросила ведьма, дописывая четвёртый рецепт.

- И люди вокруг тебя собраны, тоже занятные.

- Я знаю.

Лим стоял и молчал, его бесил ведьмак, бесило, что его ведьма изменилась.

- А ты? - ведьмак обратился к блондину.

- Всегда молчишь? - насмешливо спросил мужчина, поняв, что отвечать ему не собираются:

- Он у тебя как ручной зверёк? - снова вернулся он к ведьме, - Тогда понятно, почему столько лет...

Ведьмака впечатали в стеллажи.

- Фу, Лим, - ведьмак засмеялся.

- И правда, пёс, - слово пёс он бросил как-то особенно.

Горло сдавили когти, и кровь заструилась за шиворот рубашки.

- Нефилим, отпусти, - Лим не слушал, он сдавливал горло улыбающегося ведьмака.

Его горящие алые глаза, были каким-то не привычными, не правильными.

- Я сказала отпусти, - тихо произнесла ведьма, и парня как пощёчиной ударили, он разжал руку и брезгливо стряхнул кровь.

- Забавно, - прищурился ведьмак, размял шею, и там уже нет ни крови, ни ранок.

Ведьма встала за следующими пузырьками, расставив эти по местам.

Взяв новые пять, которые тщательно выбирались. Она снова уселась в кресло.

Блондин сдерживался, чтобы не кинуться на красноглазого, который с интересом разглядывал его.

- Отсутствие души тебе не идёт на пользу. Не контролируемый гнев? Так ведь? Ко всем, кто приблизится к ней, - пакостно улыбался ведьмак.

- С ним тоже что-то делал?

- Нет. С ним видимо всегда так было... но половина души, не может сдерживать все порывы, - он прищурился и с интересом смотрел на Лима, с интересом безумного учёного.

- Да. Всегда не особо адекватно реагировал... но не стоит на него так смотреть. Он не подопытный, - строго закончила ведьма.

Лим вопросительно взглянул на ведьму.

Та даже не смотря, знала, что нужно ответить.

- Тебя подписали бы уже на опыты, верней, практически, подписали. Я бы на твоём месте, милый, уже сбежала, - всё это с таким безразличием.

Но Лим только вздёрнул бровь и подойдя к креслу, уселся на подлокотник, который был широким.

- Вот он? - немного насмешки явно прозвучало.

- Некромант, познакомьтесь, это Ликантроп. Ликантроп, рада представить вам Некроманта.

Ведьмак тире некромант натуралист, шутливо полу поклонился.

- Тогда понятно. Почему мне чувствуется запах, мертвечины, - поддел его блондин.

- Так ты наверно тушку в дом притащил, под кровать спрятал, вот тебе и кажется. Хочешь, оживлю зверушку? - даже не напрягаясь глумился некромант.

- Мальчики, может вам лопатки и песочницу организовать? Нет? Отлично, тогда заткнитесь оба, а то впишу не ту травку, будет не сверхскорость, а тело будет одной сплошной эрогенной зоной.

- М, пробовали? И как?

- Не плохо, но долго не отпускает и касание в сантиметре от кожи, ничуть не убавляет ощущений... - легко ответила ведьма.

- Я хочу такой. Да-да предчувствую твою шутку про чувствительность трупов, - поднял в ленивом жесте ладонь ведьмак.

- Умничка какой, видимо уже смирился с тем фактом, что всё читается на твоём лице.

- Оба, на хрен, - и взметнув ураган, вытурила их из комнаты, захлопнув за ними дверь.

- Частенько она теперь шлёт тебя на хрен? - спросил ведьмак, увидев как невозмутимо вздохнул блондин.

Парень промолчал. Уселся у стены и прикрыл глаза.

- Она серьёзно? Нам нужно ждать тут? - не унимался алоглазый.

- Да. И заткнись уже, всё равно раньше не войдём, пока она не захочет.

Спустя двадцать минут, ведьмак изучил всё, что находится у двери, а это камень, дверь и блондин.

Блондин резко открыл глаза. Встал.

Дверь открылась.

- Слух?

Лим не ответил. Он кажется, до сих пор чувствовал её. Может между ними не та связь, а именно их, та которая образуется между двумя действительно любящими людьми.

Ведьмак прищурился, он подумал об этом.

Яра посмотрела на двух мужчин. И всунула одному бумажки в руки. Ведьмак сделал шаг на встречу. Но она остановилась ладонью, запустила блондина внутрь и попрощалась.

- Значит пояснять не нужно? - бросил в её спину ведьмак.

Она повернулась и бесстрастно взглянула в его глаза.

- Нет. Меня это мало интересует.

- Почему же? - к такому он не привык.

- Ты плохо смотрел, Савелий, - склонив голову набок, ведьма улыбнулась.

И закрыла за собой дверь. Оставив его одного.

- Ну, ведьма, - восторженно выдохнул мужчина и стал подниматься из подвалов.

- До свидания, - у выхода его встретила её мать.

- До встречи, - он поклонился и ушёл.

- Он занятный. Смотрите за домом лучше, - ни к кому не обращаясь, и ушла с порога.

- О чём вы говорили? - блондин раскинулся в кресле и наблюдал за ведьмой, которая достала котёл и собиралась что-то варить.

- Ни о чём особенном. Помоги мне, - она не глядя подозвала его рукой.

Он встал и помог ей налить из четырёх разных кувшинов растворы.

- Что-то сложное?

Она взглянула на него, с мгновенье подумала и кивнула.

- Для него?

Яра отрицательно покачала головой.

- Это то, при котором нужно хранить молчание?

Она прикрыла глаза в знак согласия.

С час ведьма выпаривала из каких-то трав экстракты, вливала из десятка разных сосудов снадобья.

В конце, она взяла ритуальный кинжал.

- Своей кровью пишу живот,

Своим духом взываю к застеням,

Свой волей свожу в керсту,

Не встать на моём пути никому.

Аминь, - она постепенно делала пять надрезов на руке и вливала по не многу крови.

Как только над котлом стал клубиться туман, ведьма раскинула руки и шептала эти строки.

Блондин молча сидел и ждал, пока туман опутывает ведьму, будто ощупывая её, проверяя на прочность. Вот он становится невидимым, и блондин начинает хмуриться. Неужели ничего не вышло?!

- Спасибо, - ведьма прикладывает ладонь к сердцу и кланяется, трижды.

- Что ты сделала? - он всегда как мальчишка смотрит на всё, что она делает, ему нравится, и каждый раз что-то новое.

- Я заручилась поддержкой. Тени, теперь они придут ко мне, без особого вызова. Залижешь? - она взглянула на кровоточащие порезы.

Он не поверил своим ушам. Она редко просила об этом. Для него это не столько честь, сколько проявление доверия.

- Уверена?

- Ну нет, так нет, - она пожала плечами и пошла к мазям.

Он тут же подошёл и схватил её руку.

Ведьма молча смотрела на то, как он зализывает её порезы, один за другим.

Напоследок он поцеловал её в запястье.

Кровь тут же прекращала идти, раны совсем не чувствовались, по руке шёл лёгкий холодок.

- Спасибо, - она вырвала руку.

- Яра.

- Что? - она убирала всё за собой.

- Ты никогда не думала о нас?

- МЫ у нас были, зачем мне было думать об этом?

- Я о нашей семье, о детях, о том, как бы мы жили...

В её голове пронеслись куча картинок, куча слов для поздравления их первого ребёнка, для посвящения, для взросления, для их совместной речи на обряде соединения их ребёнка...

- Нет, - как плохо быть ведьмой, некоторое, ты знаешь на перёд.

Верней знала, до момента, когда делаешь очередной выбор. Но те воспоминания, они остаются, как будто запечатляясь в памяти и напоминая о том, что ты сделал не верный выбор.

- Где проводник?

- В своей комнате. Твой дядя запугал его, он даже не выходит, лишь открывает окна.

Она вытерла руки о полотенце и стремительно вышла из комнаты.

- Куда мы?

- Мне нужно проверить теней...


## Глава 22. Настало ваше время, удивлять.


Он молча следовал за ней. Они прошли кучу коридоров, прошли мимо множества дверей.

Остановилась, как показалось бы всем, около самой неприметной.

Она вдохнула и вошла в комнату. Медленно выпускала дыхание и это дыхание образовало 13 теней. Вдруг в её руке появился кубок из чёрного камня, он глухо сиял звёздами.

- Я приветствую всех, - она подняла кубок, - я хотела удостовериться.

- Мы понимаем, - шелестела одна из теней, было не понятно кто это, - не многие удосуживаются проверить.

- Я благодарна за отклик... - она поднесла кубок к горлу и провела когтями по нему, делая надрез, блондин бросился к ней, она быстро взглянула на него, останавливая.

Он замер в полушаге.

Кровь заструилась в кубок. Сразу понял, почему она попросила его тогда зализать раны, с мазями ей не удалось бы так быстро регенерировать.

Тени в предвкушении зашелестели, шепча нечто мелодичное.

- Я знаю, что вам это немного унизительно, помогать ведьме.

- С разумными ведьмами гораздо честней сотрудничать, нежели с мнящими.

- Спасибо. Я приношу вам подношение. И прошу вас. Быть рядом. Эти мгновения для вас и эту неделю для меня.

Тени стали ниже, блондин только мог догадываться, что они встали на колени. Они признали в ней хозяйку.

- Восстаньте. Примите мой дар. Помогите мне, преодолеть это. И уйти с достоинством.

- Мы принимаем, - прошелестел другой по тональности голос.

Она протянула кубок и его тут же облепила тьма. Тени распили её кровь вместе с чьей-то еще. Он не знал чьей, но чужой запах присутствовал.

- Огонь, - улыбаясь проговорила ведьма, и вся комната стала заполнена ревущим огнём, она завороженно смотрела и начала смеяться, - как же красиво! Спасибо, - склонила голову ведьма.

- Всегда к вашим услугам, - пискнула одна из теней.

- Какая малышка, - улыбнулась ведьма, во все свои клыки.

Тень захихикала.

Ведьма вышла из комнаты. И жутко довольной пошла к проводнику.

Ворвалась и застала мужчину за чтением книги. Ходящим из угла в угол.

- Как успехи?

- Я удивлён. Но хорошо, - мужчина уселся на диван, - мы приступим прямо сейчас? Я ждал вас, три дня прошло.

- Всё понятно?

- Нет. Не понятно почему я и как вообще это всё возможно. Но ведь оно выходит, - он размахивал рукой, а второй прижимал к груди книгу с практикой.

- Как-то эти мудрые вопросы, пришли к тебе слишком поздно, - она вздохнула и присела на образовавшийся под ней стул, больше похожий на мини-трон.

Её брови взлетели вверх.

- Ах да, конечно, - мужчина засуетился и быстро начал готовиться.

Снимая футболку, выставляя на середину комнаты круглый деревянный стол. Рисуя пентаграмму.

- Ты ведь не знаешь, чем сейчас пишешь её? - усмехнулась ведьма.

- Мелом? Ваша мать сказала, что это мел, - он посмотрел с недоумением на цилиндрический предмет в своей руке.

Она прикрывая смешок ладонью, склонила голову.

- Хорошо, мел, - она кивнула и приняла невозмутимый вид.

Блондин улыбнулся, он знал из чего этот "мел", из трухи костей их неудавшихся убийц. А таковых было много, запас этого "мела" был излишне большим.

Он поместил фигурку ворона из стекла на середину.

- Можно немного крови? Любой, в блюдечко?

Ведьма пожала плечами и перед ним появилась чаша с кровью. Мужчина благодарно кивнул.

Вздохнул, окунул пальцы в кровь и сложил руки так, будто заключает ворона в сферу. Но на расстоянии.

Крыло с треском распрямилось и отошло от тела. Второе тут же последовало за первым. Ворон повернул голову, она хрустнула и отпала.

- Браво, - недовольно произнесла ведьма, - как можно забыть в этой ситуации, с такой тканью!?

- Вот чёрт. Я забыл...

- Ты издеваешься? Я собираюсь доверить тебе людей, а ты ЗАБЫЛ!? Исправляй всё, немедленно.

Он быстро закивал. Стёр кровь полотенцем, и тут же пыхтя, сделал так, чтобы фигурка была снова единым и невредимым целым. Он взял капельку крови и мазнул её на лоб птицы. Зашептал.

- Создатель, это издевательство, как мельчают они. А ведь такая сфера, - устало пробормотала ведьма, услышав, как он неверно поставил ударение, - у тебя теперь птица! Ага, молодец, но теперь в неё не вселится дух! Почему?! Потому мать твою, что ударение правильно нужно ставить! В неё теперь только домового поместить, и то он будет не доволен, что он пернатое. И это не душа, а сущность! Дай я убью тебя, чтоб ты не мучился, - зашипела ведьма.

Она передёрнула головой так, что шея хрустнула.

- Забыли, - после молчания и взгляда на запуганного и немного недоумевающего проводник, - это я в конце концов притащила тебя сюда и заставляю это делать. Ты молодец. Всё не плохо. Но язык ты не знал?

- Нет. Языки мне даются с трудом.

Ведьма подозвала его рукой.

Он подошёл, слишком быстро и не раздумывая. Она прикрыла глаза, дотронулась до его лба и спросила на латыни. Проводник тут же откликнулся и был удивлён этим.

- Всё, теперь не беси меня, своим неверным произношением, и оживи эту долбанную птицу! - она развеяла фигурку, - Чтоб не мучалась, - буркнула она.

Он быстро проделал всё. И птица ожив, громко каркнула. И подлетев, уселась на руку ведьмы.

- Здравствуй, - улыбнулась она ей, - Будешь служить ему, верой, правдой, и будешь его глазами, - она пальцами придерживала голову птицы, чтобы она смотрела на проводника.

- А как я буду её понимать? - ведьма с птицей переглянулись.

- Извини его, он слегка болван.

Она побудила птицу слететь с её руки и усесться на плечо проводника.

- Перо, - глядя в глаза птицы произнёс мужчина.

- Неплохое имя, - прокомментировала ведьма.

Мужчина улыбнулся, птица гордо распрямилась.

- Ну и теперь.

Труп, шмякнулся прямо перед ногами проводника, отчего тот неразумно большими глазами уставился на него.

- Но ему же, эм, вскрытие уже провели, - смотря на огромный шов от грудины до паха, проговорил этот индивид.

- И Что? Перу, не понадобилось даже живой ткани.

- Ах, да... - недоумённо смотря, произнёс мужчина. Ворон укоряюще каркнул.

Блондин улыбнулся. Его ведьма вечно всех вводит в ступор.

- Ну, чего как баран на новые ворота. Перо, будь добр, слетай, притащи мне чего нибудь горячего, - обратилась ласково ведьма.

Ворон тут же вспорхнул с плеча хозяина и унёсся в окно.

- Даже с недоптицей, она ласковей, чем со всеми остальными, - вздохнул мужчина, и принялся располагать нагое тело мёртвого мужчины как ему угодно.

- Значит так, задача проста. Тебе нужно найти душу конкретно этого индивида, - ведьма встала и подошла к окну, приняв термокружку с бульоном от птицы, - Спасибо. Так вот. Найти её, притащить сюда и вселить. А еще нужно объяснить индивиду, что ты сделал и почему его бренное бескишковое тельце, дышит, или что-то в этом роде.

- А пояснять обязательно? - он был явно растерян.

- Конечно. Жизнь без осмысления не возможна. Иначе он не будет понимать где он, и проживёт от силы, несколько часов, - отозвался блондин.

Проводник выслушал и взгляну на ведьму, как бы ожидая подтверждения.

- Это элементарно, Данте.

Она уже блаженно грела руки и отхлебнув прикрыла глаза.

Блондин нахмурился и подошёл к ней.

- А вы не уйдёте?

- Тебя оставить одного? - не поняла ведьма.

- Нет. Просто мне не по себе, человека я еще не оживлял...

- Конечно солнышко, мы будем тут, можешь идти искать его душу, - ободряюще улыбнулась ведьма.

Проводник кивнул и уселся рядом с телом, прикрывая глаза и уходя в чертоги.

- Опять мёрзнешь? - тихо уточнил блондин, видя, как та греет руки и блаженно прикрывает глаза, когда отпивает кипяток.

- Нет, - отрезала она, так же продолжая греться.

Тот покачал головой. И заключив в кокон из своих рук, на что ведьма нахмурилась, начал оттеснять к дивану.

Буквально впихнув её на диван, он уселся рядом, пересадил к себе на колени, и положил голову к ней на плечо.

Та лишь недоумённо сидела.

- Долго нам тут сидеть?

- Не знаю, насколько быстро он справится с этим. Потом будет еще один. Но его я дам, если он справится с этим и поест.

- Зачем второго?

- Он должен уметь оживлять несколько. Их четверо. А потом будут пациенты. Это будет целым потоком.

Мужчина кивнул.

Ведьма откинулась ему на грудь и вжалась.

- Ты становишься ледышкой, это плохо... - шепнул он.

- Это естественный процесс. Я умираю, - она безразлично пожала плечами и внимательно следила за действиями проводника.

- Значит всё-таки некрофилия, у нас имела место быть, - хмыкнул блондин.

Ведьма лишь осуждающе покачала головой, но улыбка пряталась в уголках губ. Блондин был неисправимым саркастичным мудаком. Что её на протяжении всех лет, устраивало.

Спустя час, ничего не происходило, проводник сидел в той же позе, так же закрыты глаза, и так же мёртвое тело перед ним.

- Долго нам еще вдыхать пары формальдегида!? У меня так весь нюх отобьёт.

- Помолчи, волчара. Я дала ему сложного покойника. Его нужно искать, прилично так искать.

Парень фыркнул и зарылся носом в волосы ведьмы.

- Раньше сделать так не мог? - устало проговорила ведьма, с каждым днём слабость становилась сильней, температура тела ниже, а желания жить меньше.

- Яра.

- Что?

- Что? - блондин удивился.

- Позвал меня...

Блондин оторвался от волос и взглянул ведьме в лицо.

- Нет ничего...

И вдруг снова:

- Ярослава, - "Вот ведь чёртова ленца" - выругалась про себя ведьма.

- Всё в порядке? - Лим был обеспокоен.

- Да, всё в порядке, - она прикрыла глаза и расположилась полулёжа.

Спустя еще час, ведьма была готова проклясть Ангела Смерти. Он вёл с ней беседу, даже не получая ответа.

В конце же он просто начал глумиться, посылая ей образы его и её, причём в интересном положении.

Она не выдержала, желание огреть его или отчекрыжить крылья, было неимоверно сильным.

- Посмотришь за ним? - она начала вставать, он удерживал.

- Куда ты?

- Я до комнаты и обратно. Принесу нам плед. Я замёрзла, да и затекло всё, разомнусь, я не ты, не могу высиживать часами, выжидая...

- Хорошо, иди ко мне, - он быстро притянул её к себе и поцеловал, без связи, это было ярче что ли, так подумалось ведьме, - всё, давай быстро только.

Он отстранился и улыбнулся. Она лишь кивнула и вышла из комнаты, не замеченной проводником.

Отойдя на десяток шагов:

- ТЫ меня бесишь! Где ты!?

- А чего злая, как тысяча чертей на сковороде? - невинно вопрошал мужчина, подпирая стену.

- Щас я тебя на сковороду положу!

- Ммм, что ж, я согласен, - он усмехнулся.

Она рыкнула.

- Всё, всё, не рычи. Ты ведь знаешь что затея твоего пса, была общей?

Ведьма непонимающе нахмурилась.

- Ты серьёзно? - бровь взлетела верх, - Он подкинул им идею, они воплотили и дали добро. Искали они упорно и ночами напролёт, но ничего толком не нашли. И будь добра в следующий раз, не изводить ни меня, ни себя тем, чем я спровоцировал тебя сейчас. Могла сразу откликнуться.

- Не могла! Мы практикуем проводника! И если что, его не вытащит Лим. Что ты хотел? Ну кроме ябедничества на моих родных.

- Я много чего хотел. Но ты ничего из этого не можешь. Так что хватит строить из себя не понятно что.

- Вы только посмотрите, негодование всемогущего пернатого.

Он не выдержал и тьма заструилась из ладоней.

Она презрительно покачала головой.

- Тебя вывести, всё равно, что ребёнка спровоцировать, как только я могла думать, что ты сильный?! - она развернулась и пошла к их комнате.

Мужчина прикрыл глаза, успокаиваясь. Тут же нагнал её и уже спокойно продолжил.

- Ты же понимаешь, что способа оставить тебя нет? Кроме как обменять души? Хотя за твою, пойдут несколько сильных. А не одна, пса... - жёстко высказался он.

- Дальше что? - она угрюмо шла, игнорируя желание врезать ему.

- Я могу убрать всё, что связано с обменом, жертвах и прочему.

Она остановилась.

- Зачем?

- Ты ведь не хочешь этого? - он приподнял брови в снисхождении.

- Хорошо, по-другому, за что? - она склонила голову ожидая, что же он выставит ценой.

- За тебя.

- Чего?

- Тебя, за гранью, со мной. Всё проще некуда.

- Сколько у тебя таких вот прихотей?

- Каких прихотей? - он задумался.

- Таких как я, - пояснила ведьма, возобновив движение.

- Я вроде уже говорил тебе. Никого нет и не было.

- Слабо верится.

- Твоё дело.

Она зашла в комнату, достала плед. Его тут же взяли из её рук и помогли нести.

- Я сама могу.

- Я знаю, - даже не смотря на неё.

- Дай мне, я хочу укутаться сейчас, - она протянула руку за пледом.

Мужчина тут же оказался позади неё, укрыл плечи пледом, и обнял.

- Представление с тошнотой увидеть хочешь? - повернулась к нему ведьма.

- Тут его запах, - он пожал плечами.

Она поняла, что и правда не чувствует тошноты. А запах Лима чувствует.

- Так что я могу обнять тебя. Немного, но уже что-то. Подумай над моим предложением, - он проводил её до двери и удалился.

Ведьма вошла в комнату, никаких изменений. Она подошла к проводнику и проверила его температуру и пульс. Кивнула.

Направилась к дивану.

- Долго, - укорил её блондин.

- Не урчи, - он тут же дёрнул её на себя.

- Он так и сидит, никакого движения, ничего, сердце замедлилось, - она бросила взгляд в сторону проводника и кивнула.

Он взял за подбородок и повернул её голову к себе.

Девушка смотрела ему в глаза, а он разглядывал её лицо, она поняла, он пытается запомнить каждую чёрточку. Её взгляд переместился на его губы. Он улыбнулся, его губы расплылись в самой доброй улыбке, которую ей удавалось видеть за все годы.

- Ты ничего не чувствуешь? - она решила узнать у него наверняка.

- Чувствую.

- Ты не понял, вот здесь, - она дотронулась над сердцем, откуда шла связь.

- Это ты не поняла. Я чувствую, - он опять улыбнулся.

Она нахмурилась.

- Не вздумай лезть мне в голову.

Ведьма прищурилась.

Он отрицательно покачал головой.

- Да и шут с тобой, - буркнула та и улеглась на него, уперевшись макушкой в подбородок.

Она усиленно думала. Думала о предложении Мортиса, думала о том, как долго сможет протянуть, думала о проводнике, как научить его всему и быстро. И вдруг нахмурилась.

Откуда её блондин, узнал об обряде. Он не знает таких вещей. Книги он не приветствует. Явно искал в людях. Кто?

- Нефилим, - мужчина сразу напрягся, - откуда ты узнал об обряде?

Было видно, что теперь он, усиленно думает.

- Кто тебе сказал про него?

Он молчал.

- Лим...

Продолжает молчать.

- Не вынуждай меня...

Мужчина мотнул головой.

- Скажи мне, не будь ребёнком Лим.

Опять мотнул головой.

Она вздохнула. И сделала то, чего не делала с ним никогда. Влезла ему в голову.

Блондин стиснул зубы, пытаясь выставить блок. Она сама учила его делать. Но против неё это не поможет.

Она листала, листала, и вот, разговор. Темно, коридор.

- Я хочу сама...

- Нет. Я сделаю это. И без возражений.

- Но это я тебе рассказала о нём!

- Я знаю. И на правах старшего, я запрещаю тебе. Молодец что вспомнила.

- Нефилим! Это не честно!

- Мы здесь не игрушку делим. Ни она, ни я, не хотели бы, чтобы ты умерла так.

- Но я...

- Я сказал нет, Святослава.

Ведьма вынырнула.

- Вот я дура! - ведьма вскочила и понеслась к двери, проводник тут же открыл глаза.

- Я нашёл его, - ведьма зашипела, ей хотелось оказаться рядом с сестрой и выдолбить всю дурость из её маленькой головы.

Но тут было то, что поможет множеству людей. И она выбрала, бросилась к мужчине.

- Молодец, веди его сюда, аккуратно, не спеша, возьми за нити, - проводник кивнул, прикрыл глаза.

- Я взял...

- Веди на свет, за собой, смотри на него. Теперь, втолкни в тело.

Тело трупа на полу, пошло судорогами. Когда они утихли...

- Говори с ним, зови его, поясни ему, - ведьма тихонько шептала, сидя рядом с проводником.

Он кивнул, сглотнул, и начал успокаивать, зазывать и объяснять что происходит. Полчаса уговоров, уверований и объяснений и мужчина на полу, открыл глаза.

Всё это время блондин отходил, пытался отдышаться, она сделала всё бесцеремонно, и это сделало ему хуже, и взбеленило его.

- Всё настоящее? - он опасливо смотрел на ведьму и проводника.

Ведьма кивнула. Мужчина расплылся в улыбке.

- Спасибо?

Девушка улыбнулась и отрицательно покачала головой.

Мужчина попытался подняться.

- Ты еще слаб, подожди, я помогу, - ведьма влила силу в него, ей стало плохо, она отогнала это и продолжила, - давай. Тебя проведут.

Проводник помог подняться мужчине. Тот кажется знал, что делать, и сделав шаг. Вдруг вылетел в дверь и она негромко захлопнулась за ним.

- Смотри и учись, - ведьма вздохнула, - Молодец. Можешь отдохнуть и поесть, будет еще один.

Мужчина молча кивнул и пошёл к дивану. Уселся и прикрыл глаза.

- Не подходи, - рыкнула она на блондина, который попытался остановить её.

Она вышла за дверь, он вылетел следом, но её уже там не было.


## Глава 23. Не зря многие контракты заключаются только с определённого возраста. Предполагается что к этому времени, будет хотя бы намёк на мозг.


Ведьма опрокинула сестру на кровать. Девочка была напугана.

Злая сестра всегда наводила на неё ужас. А если злоба была направлена на неё, она боялась до дрожи. Поэтому лежала и не могла вымолвить ни слова, только тело сотрясала мелкая дрожь.

- Лежать, - рявкнула ведьма, вставая с кровати, и видя как сестра пытается приподняться.

Девочка послушно улеглась и во все глаза смотрела на сестру.

- Я тебя для этого растила? Для этого убивала время и силы?

Девочка поняла и уже выглядела несчастным побитым хозяином щенком.

- Я для этого убила его? Разве я этому тебя учила?

Обвиняемая шмыгнула носом. Понимать старшую сестру с намёков или обрывка фразы, было ей не впервой.

Ведьма взмахнула руками и из постели появились ремни, которые закрепили маленькую ведьму к кровати.

Она влезла к сестре в голову и начала искать, убирая одно за другим. Обряды, заклятия, обмен, замену. Оказывается, её сестра успела найти много таких способов, которыми собиралась отдать взамен себя, и вернуть сестру. И саму мысль об этом, заменила, на желание доказать тем кто свыше, что она оправдает ожидания.

Она дала ей один, тот самый обряд. Но сказала рассмотреть его после тридцати.

Этот обряд был смертельным если ты не найдёшь его основы. Та самая тень просто высосала бы Лима до дна, приняв свою прежнюю оболочку. Конечно половину сил она бы направила на ведьму, контракт есть контракт, но там есть отступление, и не знающий не заметит его.

А её девочка и помимо этого нашла еще. Но предложила только его, видимо думая, что старшая сестра знала больше и дала более надёжный вариант.

Закончив, она усыпила сестру и убрала ремни.

В комнату ворвался блондин.

- Тебя никто не звал.

Она вышвырнула его из комнаты ветровым потоком.

- Яра.

В комнате уже не было ведьмы, но он стоял и звал её.

Она же сидела с проводником.

- Как себя чувствуешь?

- Это труднее чем оживлять игрушки...

- Ты привыкнешь, станет проще. Если с этим всё выйдет, я дам тебе приличный контракт.

- Контракт?

- Ты же не думал, что твой дар, будет лишь твоим?!

- Ну я не думал, что могу применить его где либо.

- А клиника тебя не наводила на мысли?!

- И правда. Я уже успел забыть, - он выглядел уставшим.

- Тебе нужно поесть, - она встала и придвинула стол, на котором уже были блюда.

Пододвинула к нему тарелку со стейком.

- Запей этим, - она придвинула бурого цвета нечто в высоком бокале.

- Что это?

- Кровь, вытяжки из травок...

- А чья кровь?

Перо с любопытством заглянул в бокал и спокойно уселся на плечо проводника.

- Первая положительная, это всё что тебе следует знать.

Она придвинула к нему всё это вплотную и откинулась, завернувшись в плед.

Ведьму колотило. Она усиленно куталась в тёплый плед. Но ей это не помогало. Её съедало изнутри, оставляя там только пустоту и холод.

Мужчина молча ел. Ведьма не глядя, силой придвинула к нему горячий бульон. Он повернулся, взглянул на неё, и снова принялся за еду.

- Вы побудете со мной? - по голосу было слышно, что он в нерешительности.

- Конечно побуду. С чего вдруг выкаешь?

- Я узнал, сколько лет той больнице... и прикинул.

- Не плохо, включаешь логику. Не переживай, скоро вернётся твоё нормальное состояние. Трудновато быть подростком снова? - она мягко улыбнулась.

- Да, непривычно. Понимаешь, что ведёшь себя как малолетка. А прекратить, никак не выходит.

- Ну не страшно. Чем больше будет практики, тем лучше будешь себя контролировать. Готов?

- А пить это обязательно? - он был не в восторге от бокала, верней от его содержимого.

- Обязательно, и поверь, тебе будет легче, и оно не такое уж отвратное, - она выжидающе уставилась на мужчину.

Тот мученически вздохнул и сделал большой глоток. Проглотил, задумался и выпил всё остальное спокойно.

- И правда, не так отвратительно.

- Еще дать время?

- Нет, всё,- он встал с дивана.

Она опять реализовала перед ним труп. Но это был труп девушки.

- Тело совсем тёплое, - он нахмурился.

- Да.

Он уселся рядом и прикрыл глаза. Ведьма тоже прикрыла и сильней вжалась в спинку дивана.

- Тепло ли те девица? Тепло ли те красная? - ленца на половину с сарказмом.

- Сгинь... - шепнула ведьма.

Тут же рядом появился обладатель ненавистного голоса.

- Уйди, ты плохо влияешь на оживаемость трупов,- шикнула ведьма, прерывая не начавшуюся фразу.

- Да я тут тихонько посижу. Не помешаю.

- Ты всегда мешаешь, - она опять тихо упрекнула его.

- Ну и как ты себя чувствуешь?

- Нормально, - сама не зная, почему, огрызнулась на такой простой вопрос.

- Оно и видно, зубами только не стучишь, - он осуждающе покачал головой.

Ведьма взглянула на часы. Прошло 10 минут, как проводник пошёл искать душу. Тут должно быть быстрее, душа еще не отошла далеко.

Он организовал еще один плед. Встал и начала укутывать её.

- Я сама могу, - опять огрызнулась, но вышло не внятно.

- Я знаю, помолчи.

Он укутал и уселся, развернув её спиной к своему боку, обнял.

Тепло начало разливаться от спины по конечностям. На что ведьма прикрыла глаза.

- Чем все сейчас заняты? - смешно что он делает вид, что не знает чем в данный момент заняты все.

- Святослава спит, твоя мать, носится в библиотеке, её кучка ведьм с шабаша, носятся в своих закромах, твой пёс бежит к твоему дяде и второму питомцу, которые осматривают архивы, его люди, твоего дяди, ищут свидетелей по делам из этих самых архивов, красноглазый опробывает твои рецепты, твои куклы осматривают свои тела, они кстати тоже совещаются по твоему поводу, даже больше чем осмотром тел заняты, в больнице, все как и всегда, работают, у них всё стабильно.

- А твои братья?

Он пожал плечами и изрёк:

- Кто чем, бездельничают.

От тепла ей стало лучше, поэтому, когда он встал и по спине через два пледа пробежал холодок, она чуть не привстала сама.

- Я отойду, нужно чтобы он начал тянуть её.

Она посмотрела на часы, прошло сорок пять минут. Быстро кивнула, поставила ноги на пол, выжидая проводника.

Проводник с закрытыми глазами начал озираться.

- Иди на свет, я здесь, не торопись, - он расслабился, перестал вертеть головой, - давай как тогда, за нити и втолкни.

Тело девушки забилось.

- Твой выход, - она дала ему сигнал объяснять и успокаивать.

Он зашептал, зазывая и успокаивая. Ведьма кивнула. Получается лучше, чем в первый раз и голос стал мелодичнее. Эх, практика. Даже одного раза хватает, чтобы потом человек сам начал что-либо делать, пусть с помощью, но гораздо лучше и с большей инициативой.

Девушка открыла глаза. "И полчаса не прошло", - хмыкнула про себя ведьма. Или может, зависит от того что она девушка и только-только отошла.

- А почему я? - её наивные карие глаза уставились на проводника.

Он видимо растерялся.

- Потому что я так захотела, - ухмыльнулась ведьма.

Девчонка звала и хотела жить очень уж сильно, это не далеко от усадьбы. Врезалась на мотоцикле. Мелкие царапины, но вот незадача, шею сломала, гнала без шлема и вляпалась.

Девчонка перевела взгляд на ведьму и хлопнула ресницами. Смотрела как на божество. Ведьму аж скривило всю.

- Простите, - опомнилась девушка и потупила взгляд.

Ярослава изучающе смотрела на девчонку. Должна быть причина, по которой та дооралась до неё.

- Мед. Образование есть?

Девушка отрицательно мотнула головой. Она так и лежала. Ведьма снова задумалась. Не медик, не проводник, не ведьма, не оборотничество, не ангел.

- Химик может?

Девочка улыбнулась и закивала так яро, что казалось сейчас волосы воспламеняться на голове.

- Работа есть?

Она сразу поникла.

- Уже есть. Будешь работать под началом одного талантливого специалиста, он тебя приладит куда нужно. Ну а теперь...

- Тебя проведут? - спросил проводник, ведьма улыбнулась, послав эту улыбку как послание: быстро учишься, хвалю.

Тот просиял и повторил.

- Тебя проведут.

Девочка кивнула, тихонько встала и сделала шаг по направлению к двери.

- И почему все понимают, кроме тебя?! - с интонацией - "идиот на мою голову", вопросила ведьма.

- А что теперь? - он сиял как начищенный самовар.

- Отдохни что ли. Будет уже утром очень много тел. Но там проще, будешь просто переселять. Трудно только в том, чтобы безболезненно вырвать из одного и вселить в другое. Почитай этот раздел.

- Ты так много знаешь... почему сама не делаешь этого? - он выглядел недоумённым.

- Я не специалист и прав на это не имею. Могу вытащить, истощив себя, а у тебя это потом будет как дыхание, и ты не свалился, а я подыхала неделю, после чертог.

- Но вы вытащили сразу четверых! Я одного то веду и боюсь.

- Ты боишься, а меня сжирают.

Он нахмурился.

- Не заморачивайся, представь, что я аккумулятор и у меня определённый резерв, и его сжирают в таких случаях, когда не по специальности живу.

Мужчина кивнул, и отправился к книге.

- Молодец, - она окликнула его таким образом, - ты подпишешь контракт. Ты не смеешь его разорвать, когда дам, читай внимательно, и мы обсудим, что тебе не по нраву.

Он задумался, потом кивнул. Она вышла.

С одной стороны она сказала, что он подпишет его. Выбора у него не было. Но сделала отступку и дала понять, что условия должны быть ему хотя бы приемлемы.


## Глава 24. Одно дело - не могу, а другое - не хочу.


- Ты не обратила внимания, что ты до сих пор в двух пледах? - "ленивая задница", подумалось ведьме.

- Нет.

- Что не так? - она от удивления остановилась и обернулась к нему.

- Сарказм? Издёвка? Перебрал со спиртным? - Она пыталась понять, где его ленца и почему он так озабочен.

- Уже надоело быть таким, каким ты хочешь меня видеть.

- Но ленца в твоей дурацкой интонации всё равно есть, - прицокнула она и возобновила ход.

- Ярослава, ты устала, тебе нужно поспать.

- Ой, у меня никогда не было папаши, но ты претендуешь на роль дотошного родителя. Дядя круче. Так что отвали.

Он покачал головой.

- Ты вредная девчонка, отлупить бы тебя.

- Ну кому девчонка, а кому и в бабули гожусь, - парировала она, и не важно что он ангел и ему не понятная туча лет.

- Хорошо. Что еще на сегодня?

- Хочу поговорить с Григорием, Фрейн, Сентием и Василисой.

- Как ты запоминаешь их имена, но не можешь запомнить наши!

- Одно дело не могу, другое не хочу.

Он устало вздохнул. Эту упрямую девицу не переиначить.

Вошла в свой кабинет и застала там всех четверых обсуждающих её пребывание на этой земле и исключительно на ближайшие сотни лет

- Что за массовый сбор? - улыбнулась ведьма.

Григорий что-то прокряхтел, Фрейн быстро встала, сделала реверанс.

- Рей, ну что опять начинается.

- Ой, да и плохо тебе что ли! - фыркнула девушка.

- И правда что, плоховато мне.

Сентий тут же подскочил и усадил ведьму на свой стул.

Та вздохнула, опустившись на него и выжидательно на всех уставилась.

- А этот чего тут забыл, - кивнула на Ангела Василиса.

- Он хочет стать моим папой.

Все разом хмыкнули. Ангел же вздохнул и покачав головой, пошёл к столу и устроился на его краю.

- Ну, - подталкивала их ведьма к разговору.

- Не нукай, - шикнул Григорий, исключительно ей и тихонько, как внучку пожурив.

- Хорошо-хорошо, - забурчала ведьма превратившись в девчонку, коей её вот только называл ангел.

Он усмехнулся, и она злобно скосила на него глаза.

Григорий тоже. И ведьма сразу улыбнулась заметив как за неё заступились.

- Н... - осеклась та, глянув на Григория, - ...ачинайте!

Подытожила ведьма, и все усмехнулись.

- Нам всё нравится, - воскликнула нетерпеливая Фрейн.

- Кроме одного, - буркнула вторая девушка.

Все головы резко повернулись к ней и пришикнули на неё.

- Тебе что-то не понравилось? Я исправлю! - вызвалась Яра, подскакивая и направляясь к телу девушки.

Девушка всхлипнула.

- Настолько не нравится? Я могу полностью переделать, хочешь? - ведьма присела рядом на корточки.

Девушка-торшер, сжала платочек в деревянных ладонях и покачала головой, тут же разразившись рыданиями на плече у ведьмы.

Это кому-то показалось бы странным, череп из которого вырываются всхлипы и все признаки истерики на лицо, если бы таковое было.

- Ну-ну, - начала успокаивать её ведьма, гладя по тонкой спине.

- Вася, - возмутилась Фрейн, - прекрати!

- А чего она, они, уууу, - снова захлюпала девушка.

Ведьма гладила спину, и девушка успокаивалась, полностью перекочевав на плечи ведьмы, она была слишком лёгкой, поэтому ведьма подняла её и устроила у себя на коленях.

По сути Василиса была еще ребёнком. Она была воспитанницей в монастыре. И не смотря на свои речи и кажущееся степенное поведение, она совсем девочка.

Её убили в 19, захват монастыря был кровавым. Все скоро удивятся, увидев её тело юной девушки. Потому что привыкли считать её лет на 26 как минимум. Она вела себя степенно, говорила правильно, обдуманно.

Завещание они так же пишут, и запечатлели её как великомученицу. Удалось найти её изображения и подправить, на то, как видела себя в отражениях девушка.

- Вась, всё хорошо, успокойся, - тихонько говорила ведьма.

- Не хорошо, - всхлипнула та, - вы умираете, а мы ничего не можем сделать, - она снова скатилась в истерику.

- Василиса, все когда-то умирают, - поучительно начала ведьма.

- Не хочу так! - вскинулась девочка.

- Вася, - строго начала ведьма, девушка шмыгнула и положила череп на плечо ведьмы, смяв шляпу.

Девушка затихла, и перебирала край мантии ведьмы.

- Ничего подправить не нужно?

- Нам всё нравится, в разнобой начали высказываться, - у меня форма носа... прямо как будто в зеркало смотрюсь.... ноги наконец-то нормальные... глаза...

- Ну всё-всё, я поняла, - посмеялась ведьма.

Все разом улыбнулись, пусть это не видно. Зато ощутимо.

- Завтра? - она спросила и заодно подготовила.

Все затаили дыхание. Она выжидающе смотрела на каждого.

И вдруг все кивнули, не сговариваясь.

- Отлично. Проводник хорошо себя показал, иначе я бы не разрешила. Но он правда, отлично себя показал, даже без моей особой помощи. Только навела как идти.

- Наконец-то попался нормальный ученик! - вздохнул Григорий, его огорчало что ведьму печалят мальчики, которые не хотят учиться, но хотят ведьму, или те кто зазнаётся и хочет умертвить, поработить, а в этом случае попался достойный молодой человек.

- Я тоже обрадована Григорий, - мягко улыбнулась ведьма, - маму видели?

Вася вдруг заговорщически зашептала:

- Видели, она бегает по библиотеке, жуткая, вся пылает, никого не слышит, только выкрикивает приказы, подгоняет, а никого нет...

- Вася, всё хорошо, она советуется с подругами, - ведьма погладила испуганную девочку.

- Правда? - девочка подняла голову.

- Правда. Она летала на шабаш и они там разбирали, но вернулась быстро, - пожала плечами ведьма.

Девочка кивнула и снова уложила голову на плечо.

- Уже кто нибудь придумал куда, с кем, когда, зачем? - весело начала ведьма.

Но начала хмуриться, когда все начали мяться.

- Я с позволения вашего и Маргариты, останусь, - сказал твёрдо Григорий.

Ведьма понимала его, тут Свята как внучка, и мама его любила как собеседника. Нелегко строить новую жизнь, когда ты уже прожил одну, а теперь нашёл что-то родное.

- Я тоже, - шепнула Василиса.

- Вася!

- У меня нет желания жить с кем-то еще, - начала девочка.

- Вася, это же новый мир, ты даже не представляешь, тут столько всего...

- А я хочу здесь... и средств у меня же нет, - девочка думала это подействует.

- Ой глупая, я же давно тебе всё выделила.

- Не хочу я! - еще один твёрдый ответ.

Ведьма вздохнула. Она ж не против, пусть живут всем скопом. Но там же не зависимая жизнь, всё заново!

- Ну а вы?

Фрейн начала мямлить.

- Что?! - переспросила ведьма, пытаясь разобрать сумбурное бурчание.

- Я подумала, решила, тут буду жить, все родные...

- Сен, ну ты-то хоть не глупи!

- А почему всем можно, а мне нельзя, - задумчиво проговорил мужчина.

Ведьма покачала головой.

- Да как хотите. Может потом передумаете. А заняться чем нибудь хотите? Пикник, шашлык, рыбалка? Всё вместе? - отошла от темы ведьма.

- Да! - воскликнула Фрейн, - Очень хочу на пикник! Собрать столько цветов, сколько унесу! Сделаю так, что будет заставлена вся комната!

- А я бы поохотился, - задумчиво провозгласил Сентий.

- А ты Вась?

- Я слышала... - девочка начала опять не смело, - и в книжках, ну в тех, тонких, которые господин Исмаил приносит иногда, бросая их на тумбочку в прихожих.

- Брошюры?

Девочка кивнула.

- Так, и?

- Там такое огрооомное колесо, у него много огоньков. И в картинках нарисовано много. Там огромная лодка на железках. И столько всяких горящими огнями кресел, которые расположены кругом.

- Парк аттракционов? - ведьма поняла, чего хотела девочка, - Отличное место. Скажу Исмаилу, чтобы сводил тебя туда.

Девочка сразу начала отнекиваться.

- Исмаил тебя пугает? - ведьма нахмурилась, её медведь никогда не обижал девушек.

- Нет...

- А что тогда? - Яра пыталась понять.

- Влюбилась девчонка, Господь, Яра ты вообще не разбираешься? - подал голос Ангел.

- Да? - удивлённо переспросила ведьма.

- Ничего я... ну он мне нравится...

- Ну, неплохой выбор Васька, - хмыкнула ведьма.

- Правда?

- Естесно! Добрый, терпеливый, отзывчивый, в обиду не даст, успокоит, немного с тараканами, но у кого их нет. Но запомни. Он редко поясняет то, что просит. Спрашивает допустим: можно? А если не разрешишь сделать, то так и не узнаешь, что он там хотел.

Девушка притихла на плече, обдумывая сказанное.

- Ну, товарищи хорошие, пора и спать ложиться, утро вечера мудренее, завтра предстоит тяжёлый день. Не нам с вами, - хихикнув добавила ведьма.

Все оценили и начали вставать. Григорий закрыл все ящики и всё быстро расставил по местам.

- Я бы и сама, - шепнула ведьма.

- А я уже всё, - он затронул плечо и вышел из комнаты.

Ведьма стояла в задумчивости. Из неё её вывел озабоченный тон и слишком близкое нахождение одного довольно докучающего элемента.

- Тебе не хорошо?

- Как может быть человек без сердца и без половины души? Проще было уж сказать, с чем я осталась...

- Холод и безразличие. Хочешь мяса?

- Что все делают?

Он вздохнул, взял плед и обнял её, ведьма стояла на месте лишь потому, что тепло было ей нужно. Но не от этого элемента. Но сейчас выбирать не приходилось.

- Святослава спит. Мама твоя рвёт и мечет, но они еще все ищут, дядя твой сидит уставившись в какой-то документ. Твои животные выясняют у ведьмака что-то, куклы разошлись спать. Проводник читает и пьёт отвар. Больница как всегда, это твой больной на голову практически поселился там.

- Да, я так и думала, что это будет. Тем лучше, я успею увидеть радость двух людей, помогавших мне всегда в больнице. Передашь всем, что документы со всем, что я хотела вам дать, я уже оставила в ящике стола. Ключ в книге. Ты знаешь в какой, - он кивнул, - и завтра я создам маленького зверька, чтобы показать, как делаю.

- Ты замёрзла и устала, - он перенёс их снова туда, куда привёл в первый раз.

Оставил плед, заставил сесть и пошёл к девушке.

Девушка радостно поглядывала в сторону ведьмы, но почему-то потом стала печальной.

- Что ты ей сказал? - ведьма нахмурилась.

Он недоумевающе взглянул на неё.

- Ничего не говорил. Она увидела, что тебе не здоровится.

Ведьма промолчала.

- Сколько тебе нужно чтобы напиться? - вдруг спросила она.

Бровь мужчины взметнулась.

- Чтобы захмелел немного, бутылок 12 виски. Отталкивайся от этого.

Она задумалась.

- Я хочу быть пьяной.

- Зачем?

- Не знаю, хочу быть больной на голову обоснованно.

- Предлагаешь напиться?

- Ис запрещает, Лим не понимает, Свята маловата. Мама, мама другое дело, но нет.

- А дядя?

- Мы уже пили. Я ему вместо сына, сослуживца, дочери и всех кого только можно. Мне стыдно, я накричала на него...

- Он же не дурак, всё понимает.

- Нельзя так, - она упрямо мотнула головой, - Давай спор.

Мужчина переплёл пальцы и скрыл ими нижнюю половину лица.

- И какой?

- Да любой! Только чтоб мы были вдрызг!

- Хорошо.

Было видно, что он обдумывает. Но ведьма не видела, тёплой улыбки скрывающейся за руками.

Тут девушка принесла всё на огромном подносе.

- Ты что?! - ведьма вскочила и начала помогать освобождая поднос.

- Мне не тяжело! - начала щебетать девушка.

- Никаких не, чтобы больше так не делала, - строго закончила ведьма, девушка вздохнула и согласилась.

- Что нибудь еще? - тут же улыбаясь спросила девушка.

Ведьма задумалась.

- Ящик водки найдётся?

Девушка задумчиво кивнула. Ведьма посмотрела на ангела, прикинула и сказала:

- Три?

- Два только.

- Третий я реализую, - подал голос ангел, - но может что нибудь...

- Меня водка устраивает.

Он вздохнул, согнал улыбку с лица и убрал руки.

- Хорошо, пойдём, - встал и пошёл за девушкой.

Принёс ящик водки. И поставил под стол. Достал две бутылки.

- Так какой спор?

Ведьма потянулась, откинувшись на спинку стула, прогибая спину до хруста, при этом непроизвольные стоны вырвались и ангел замер. Она снова вернулась в исходное положение и задумчиво смотрела на бутылки.

- Чего ты хочешь? - она взглянула в глаза ангелу, и тот не мигая смотрел в ответ.

- Я уже говорил.

- У меня обстоятельства.

Тут же оказался рядом красноокий, изучая флакончик.

- О, обстоятельство! - воскликнула ведьма.

Мужчина отвлёкся, нахмурился и огляделся.

- Чем обязан?

- Ты мои рецептики разбираешь?

Тот кивнул.

- Не посмотришь? А то твои пришли, орут они, уж слишком отвлекают.

Ведьма пожала плечами и взяла склянку, мужчина на корточки присел рядышком, осматривая бутылёк.

Ведьма открыла, принюхалась.

Прицокнула.

- Я ж написала, варить до состояния уплотнённой слезы. А это что?!

- То есть она цельной должны выйти?

- Ну так конечно! В виде капельки! Ой бедовые...

- А что же у меня получилось, вместо твоего?

Ведьма хмыкнула, открыла и вылила в железную чашу, которая была уже перед ней на столе.

Сорвала травинку и кинула туда.

Травинка сразу закаменела.

- Круто? - спросила ведьма.

Мужчина с интересом кивнул.

- А проблему знаешь?

Он нахмурился.

- Эх, неучи. Вот это, это всё что ты сможешь сделать с какой-то частью человека. Этого не хватит даже ладонь полностью облить. И действует оно единожды. То есть один пузырёк, один раз. А чаще всего, у тебя после каждого применения будут скованы конечности, на неопределённое время. Откат идёт от него. Понял?

Мужчина промычал. И изрёк:

- Мда, плоховато.

- Не то слово.

- До слезы значит?

Ведьма кивнула. Чашки уже не было на столе вместе с содержимым.

Мужчина выглядел уставшим и задумчивым.

- А вызвали-то чего? - вдруг опомнился он, и ведьма тоже, оба уставились на ангела.

- Убирай что натворил, - махнул рукой на ведьму ангел.

- С чего вдруг? - ведьмак прищурился.

- Забыла представить... Мортис - Ангел Смерти, Савелий - некромант.

Некромант обожающе и оценивающе одновременно, взглянул на мужчину.

- Давай-давай, у нас тут дела неотложные, - спокойно поторопил он ведьмака.

Тот кивнул, и с сожалением схватил нити.

- Без ерунды, - уточнил Ангел.

Мужчина тяжко вздохнул, но сделал.

- Обидно, досадно, ну ладно, - он махнул рукой и был уже где-то у себя.

Ангел быстро встал. Подошёл к ведьме.

- Научный эксперимент. Спокойно... - он попросил её встать, схватил за талию и поставил на стул, склонил голову на бок, выпрямился и показал куда-то в сторону.

Ведьма не поняла, нахмурилась и взглянула в заданном направлении, и её тут же окатило жаром с головы до пят. Она судорожно выдохнула.

- Чего творишь?! - возмутилась ведьма.

Ангел стоял и невесомо целовал ей шею, поднимаясь поцелуями к мочке уха.

- Эксперимент.

Её снова окатило жаром, не то чтобы он проходил, но кажется температура нарастала и становилась привычной, а потом окатывала повышая градус.

Ведьма вдруг спохватилась.

- Не тошнит! Но уберись от меня, - отпихнула его ту же, причём коленом попыталась ударить в грудь, но ногу перехватили и резко усадили на стул, - как то странно, что он так быстро согласился.

Ангел пожал плечами.

Она не возмущалась, он пошёл и сел на своё место.

- Поняла?

- Оговорим грани.

- Поцелуй. Такой какой я захочу, столько, сколько я захочу...

- После, во время моей неадекватности?

- Тогда, когда я захочу.

- Хорошо. Значит так, кто первый начинает...

- Говорить что ему жарко, тот и проиграл.

Ведьма облизнула губы. Она знала, ей сейчас холодно, и придётся прилично выпить, чтобы во первых: забыться что не нужно этого делать, а во вторых: ей безумно холодно.

Она не знала что он с этим холодом постоянно. И становится тепло в зависимости от положения её к нему, измеряя в сантиметрах. Поэтому сейчас, через весь стол, у него, как и всегда был только холод. Который будто намекал, что он уйдёт, стоит ему приблизиться к ней.

- Начнём...

- Нет. Ты не сказала своё.

- Я скажу потом и мы начнём с виски, как ты и хотел. Уступка на моё отложенное желание.

- Хорошо.

Две бутылки виски оказались на столе, и всё началось довольно нормально. Стаканы со льдом и виски, уходили один за другим. Они разговаривали ни о чём, ели, время тянулось медленно.

Спустя пять бутылок водки и одной виски, которая была первой у каждого. Ведьма откинулась на спинку, и вытянула ноги, они оказались в непосредственной близости от ангела и он вздохнул. Но не понял. Слишком был увлечён её рассуждениями.

- Вот почему, почему ты так себя ведёшь. Может если бы был другим, тебя бы и баба какая нибудь полюбила, - скептически смотря на ангела заключила ведьма.

- Каким другим? - он слушал её как ребёнка.

Подошла девушка и опять принесла шашлыков.

- Я скоро сама свиньёй стану, - вздохнула ведьма и потянула ручки к петрушке на вершине горы мяса.

- Одна кожа да кости, - качая головой, выразилась девушка.

- Да ну вас, - обиженно засопела ведьма.

Девушка посмеялась и пошла от них.

- Так каким, Яр?

- Вот, - тыкнула ведьма рукой, - вот таким!

Он опять улыбнулся. В этот раз она увидела ту тёплую улыбку, что он постоянно прячет.

- Ну вот же! - она подскочила на стуле.

Он пододвинул стул к столу, и опёрся на него локтями.

Спустя еще 5 бутылок. Она уплетала петрушку, опять откинувшись на стуле, и повышая его температуру, даже не подозревая этого.

Теперь рассуждал он.

- Я сам до сих пор не понимаю замыслов. Но Судьба, та еще мадам. Я тебе серьёзно!

- Красивая?

- Ты - безумно.

- Тьфу ты окаянный, я про Судьбу, - она пнула его по голени.

Он потёр место, и схватил её ноги, уложив себе на колени.

- Эй!

- Чтобы не пиналась, - он прищурился.

- Если я тебе теперь пну, то что нибудь важное задену, - хмыкнула она.

- Слабо залпом? - он уже забыл о близости и о том, что может вполне ляпнуть, от её присутствия.

Достал очередные две бутылки.

- Бутылку?

Он ухмыльнулся.

- Слабо значит, - гаденькая ухмылка расползлась по лицу.

Ведьма фыркнула, открыла бутылку и вылакала как деревенский алкаш.

Выпив всё, потянулась за петрушкой. Запихивая в рот её чуть ли не всем кустом, она промямлила:

- Послевкусие, вот после такого, скажу я тебе так себе... а сам то чего?!

Он усмехнулся.

- Тебе-то наверняка слабо, - пожала она плечами и взяла шампур, взмахнула им на манер сабли и впилась в мясо.

Он прищурился.

- Теперь ясно, почему пьёшь виски, для водки слабоват, - она прожевала кусок, а он к тому времени допил бутылку.

- Пф, я баба, и то быстрее выпила.

- Нашла чем хвастаться, - вздёрнул он бровь.

- А ты попробуй перепей, а потом уж попрекай, - спровоцировала его и он тут же зло достал еще бутылку и выпил.

Ведьма ликовала.

"Двенадцать ноль-ноль", - прикинула ведьма.

- Ладно, я обдумаю этот аспект, - протянула ему шампур.

Он опять ел смотря на неё.

- Ты точно людоед. Иначе чего так пялится.

Он вздёрнул бровь.

- И нечего так делать. Это вообще не нормально!

Пожал плечами.

Она отложила свой шампур и задумалась.

- О чём ты думаешь?

Девушка перевела взгляд с неба на него.

- О том, не устаёте ли вы жить.

- Нет.

- А жить без близких?

- Мы есть у друг друга.

- Разве вы сами выбрали себе этих близких?

- В какой-то степени да.

- А от того, что всё меняется? Для вас это наверно так быстро. И это никогда не кончится, и вам даже нет нужды к этому привыкать. Никто и ничто вам не интересно, не останется с вами.

- Зато оно не успеет нам надоесть, - он впервые слышал, чтобы кто-то понимал их, но выказывать слабость, нельзя, он себе такого не позволит. Не перед ней.

- Слабо верится мне в это, - но лишь покачала головой, видно было, что она не собирается упрямствовать.

Они оба замолчали, он смотрел на неё, она же куда-то в темноту.

- Как-то тут жарко.

Кажется, оба этого не ожидали.

- А ну-ка повтори, - внутри у ведьмы всё бушевало, но на лице не дрогнул ни единый мускул.

Он в недоумении опустил взгляд на свои колени. Там лежали её ноги, выпутавшиеся из пледа, и от этого температура сильно поднялась. Он поднял взгляд.

- Повтори-повтори...

- Ну раз уж я это всё равно сказал...

- Да ты даже признать, что проспорил не можешь с нормальной интонацией! - ведьма возмутилась и попыталась пнуть его.

Он усмехнулся, перехватил ноги и погладил.

- Заведи себе кошку, её и гладь, - она попыталась выдернуть ноги.

- Не буянь, Яра.

Она фыркнула и снова попробовала освободить ноги.

- Ну и на что я себя подписал?

- Да ни на что особенное, так, ерунда, - она перестала вырываться, для Ангела это послужило плохим знаком.

- А поподробней?

- Обойдёшься.

- Вот Ведьма, ты же специально меня подбила выпить две сразу, - её губы растянула коварная усмешка, Ангел же только покачал головой, - ты такой ребёнок.

- А то я не знаю, - она лишь пожала плечами, - Мне вот холодно. Хочу уже чтобы это закончилось.

- Я не могу этого исправить, если только самому не согреть. У нас получается странный круговорот. Моя температура зависит от тебя, и я могу тебя согреть если ты, согреешь меня.

- Бредятина, добро пожаловать в Бредоград. Я больше не хочу пить, это не помогло...

Она взяла шампур и принялась есть.

- Так что я проспорил?

- Сейчас узнаешь. Неси меня олень, в мою комнату...

- Олень я сейчас, потому что наживка, так?

- Ты очень догадливый, пожалуй, я готова поверить в то, что ты самый разумный из вас всех.

Он закатил глаза.

- Как же много времени тебе на это потребовалось.

- Не зуди. Погнали, - она взмахнула рукой, как будто подзывала официанта, причём в жутко не трезвом виде, а тот, спрятал бутылку заветной жидкости, - желательно на кровать.

Он покачал головой, но выполнил.


## Глава 25. Любимый мужчина, может быть каким угодно, лишь бы рядом был.


Они приземлились прямо на кровать, и ведьма тут же устроилась верхом на Ангеле, тот уже поняв задумку ведьмы, смиренно начал делать то, что задумала эта девушка. Тем более ему не в тягость оказать такую услугу.

- Какого?! - рык ворвавшегося в комнату из душа блондина, был бесценным для ведьмы.

Она оторвалась от Ангела, сделав вид, что жутко удивлена.

- Ты что творишь?! - он подлетел и схватил ведьму в охапку.

- Чего разлаялся?! - мужчина на постели, занял отличную позицию, как показалось ведьме.

- Действительно, чего так шуметь?! Жалко кровать, найдём другое место, - начала оправдываться ведьма и пытаться добраться до Ангела.

- Я вас обоих сейчас убью, - рыча возвестил блондин, и сделал рывок к Ангелу с ведьмой в руках.

- Притормози, я и так уже не жилец, а его, пфф, он Ангел Смерти, придумай что получше. Я вот уже придумала, можешь отпустить меня.

- Прекрати! - вопль, кажется, разнёсся, по всем окрестностям, - Я знаю чего ты пытаешься добиться!

- И это что-то, лежит сейчас на постели, а ты мешаешь, - проскулила та в ответ.

- Ты пила?! - опять рык.

- Совсем чуть-чуть, - она изобразила пальчиками 50 грамм, и глупо хихикнула.

- Всё, надоело.

- Эй, ты чего задумал, - ведьма перестала изображать из себя дурочку и напряглась.

- О, кто-то протрезвел?! - сарказм грозил затопить.

- Нефилим, - Ангел попытался воззвать его к порядку.

Парень лишь осклабился и двинулся к балкону, ухватив плед, с тумбы, расправил диван положив на тумбу. Накрыв кровать тёплым одеялом. Схватил, какой то амулет с гвоздика на балконе, Ангел тут же остановился и не смог переступить за ними на балкон, вообще приблизиться к ним не мог.

- Лим! Лим пусти! Лим! - ведьма кричала и вырывалась, но кажется блондину, это было фиолетово.

Он спрыгнул с балкона и понёсся в лес. Остановился непонятно где, непонятно через сколько. Отпустил на поляну.

- Куда ты меня притащил? - она оглянулась и увидела аккуратный домик, в шагах шести от неё.

Под филейную часть её подтолкнули к дому.

- Там людоед!?

Он фыркнул.

Они зашли в дом, он разделён на две части, кухонька и большая комната. В комнате была русская печь, кровать, тумбочки по краям кровати и комод.

- Я прошу тебя, переоденься, - он подтолкнул к комоду и пошёл на кухню.

Амулет он повесил на гвоздик на входе.

Ведьма вздохнула. Пилить ей отсюда далековато. Да тепло тут, жутко тепло, печь затоплена, поленья трещат, пахнет свежим деревом.

Она оделась в вязанный мужской свитер, который достала из первого же ящика и притащилась к нему на кухню.

Уселась за столик у окна, подтянула коленку и упёршись подбородком в оную, стала наблюдать за блондином.

Он что-то помешивал в продолговатой кастрюльке, оттуда шёл дымок, пахло мёдом, вином и корицей.

- Глинтвейн?

- Я ждал тебя, Ис попросил расправить ему кровать. Устаёт он как собака, а не как медведь. Думал отвести тебя сюда. А ты, - скрипнули зубы, в руках смялась ложка из нержавейки, ведьме же стало стыдно.

Но она тут же собралась. Нет у неё ничего, что должно отвечать за совесть! Но, кажется, её чувствам этого не объяснили.

Он выбросил ложку в мусорку и взял новую.

- Я не хочу видеть тебя больше с ним, - зло выдохнул и стал разливать в кружки.

- Не с ним, так не с ним, - добросовестно вздохнула ведьма и встала с табурета, - Что это за дом? - она оглядела кухоньку.

- Построил для нас, на первое время, не так давно. Не успел показать. Нравится?

Ведьма закусила губу, подошла и прижалась к его спине.

- И Яра, не с ним, ни с кем-либо другим, понятно выразился?

Ведьма закатила глаза, и крепче прижалась к тёплой спине.

- Понятно? - злые нотки, та усмехнулась.

- Да.

Он кивнул.

- Ты как то слишком быстро отходишь, ведьмак ошибся?

- Нет. Мне хочется разорвать ему глотку, а тебя...

Ведьма усмехнулась.

- И что же меня?! - ведьма знала, он её глотку точно не тронет.

- Решила, что это что то изменит?

- Отвали, - пробурчала и сама была недовольна, что это сделала.

Он попытался повернуться к ней, она с неохотой отпустила его. Он молча всунул ей в руки горячую вкусно пахнущую кружку и пошёл в комнату.

- Хочу умыться.

Махнул на лестницу, оказывается, у дома был второй этаж. Даже скорей не этаж, а просто комната под крышей. С огромной ванной из дерева. Умывальник и туалет, скрытый за дверкой.

Ведьма вдоволь наумывалась, окатывая лицо горячей водой, материализовала щётку с пастой и принялась чистить зубы. Потом еще умывалась, смывая чужие прикосновения с лица.

План не сработал. Лим не оценил и не захотел прибить и больше никогда не видеть, наверно надо было заняться сексом, а потом уже перенестись в комнату. Хотя кому она врала, она бы не смогла. Её передёрнуло, как только она представила, что Ангел будет обнимать её обнажённое тело.

- ФУ, - глухо выдохнула и снова принялась умываться.

Позади вдруг усмехнулись. Ведьма знала эту усмешку. Она значила, что он всё понял и как всегда, он победил.

- Согрелась?

Её подняли и понесли вниз. Как мужчина умудрялся не свалиться с лестницы, которая была не особо широкой, ведьма не задумывалась. Её волк и не на такое был способен.

- Нужно утром быть дома, - она устроилась у него на руках, и не стала слазить когда он уселся на кровать и опёрся спиной на спинку.

- Зачем? - он тихонько перебирал её волосы, гладил спину.

- Проводник будет переселять.

- Хорошо, будем, - он разговаривал тихо, медленно, будто о чём-то думал и отвлекался на разговор.

- О чём думаешь? - она устроила голову у него на груди, и разглядывала её.

Он застал их в полотенце на бёдрах, и не удосужился полностью одеться, одел только спортивные штаны.

В конце концов, руки сами начали выводить узоры на его широкой груди.

- О многом.

- Поделишься?

Он не ответил, она тут же приподнялась и заглянула ему в лицо.

- Ты до сих пор злишься, что я залезла к тебе в голову?

- А ты бы не злилась? - он выглядел разбитым.

- Я злилась! Потому что ты посмел! Да еще и от кого ты узнал! Она знает это только потому, что я давала ей рукописи, в которых были обряды! Даже у матери их нет! И ты позволил ей!

- Это не давало права тебе залазить мне в голову.

- Давало. И знаешь что, пошёл ты, - она встала, подошла к комоду, достала кожаные штаны, оказывается, тут была одежда и для неё. Она села на кровать и начала одеваться.

- И далеко ты собралась?

- От тебя подальше! - рявкнула, встала и пошла к двери.

Он резко подскочил и сгрёб в охапку.

- Отпусти меня, - она цедила сквозь зубы, но его это не волновало, он снова устроился на кровати держа её в объятиях.

- Яра...

Она молчала.

- Яр, когда это закончится? Когда ты перестанешь пытаться оттолкнуть меня?

- Когда сдохну, а ты останешься жить, - буркнула ведьма.

- Тебе столько лет, а ты всё такая же неразумная.

- Кто мне это щас говорит?

Он усмехнулся.

- И правда что.

Улёгшись спать, ведьма уткнулась ему в плечо и твёрдо знала, что таких глупых попыток, она больше не предпримет.

Каким бы истериком он не был, он всё равно рядом. А это самый главный показатель.

- Да когда же ты подождёшь меня! - кричит девушка, видя знакомую спину.

- А когда ты начнёшь идти со мной вровень, а не тащиться там?!

- А ты возьми и притормози!

Расстояние между ними теперь было не большим.

- А ты умри, и будешь идти как я.

- Уже скоро! Так что сделай одолжение, сбавь шаг!

Что-то всё так же светило, но уже не обжигало, просто согревало.

- Я её так и не нашёл.

- Кого?

Она пыталась догнать, но говорила с его спиной, он шёл ровно, словно зная куда держит путь.

- Славу. Ты кого-то еще искала?

Ведьма хмурилась, но шагу не сбавила, чтобы не отстать.

- Почему ты искал её?

Он обернулся и ведьма смогла разглядеть его, он вздёрнул бровь, словно говорил с глупым ребёнком.

- Ты похож на меня. Только в мужском варианте, - она подмечала разрез глаз, нос, форма лица, всё как у неё, только увеличено в масштабах и всё по строению мужских пропорций.

- И вывод?

- Ты ведь не серьёзно?

- Смотря о чём ты подумала, а подумала о том, что я твой брат, и нет. Не верный вывод.

- А вот и нет, я подумала что ты моё подсознание. Так что это ты сделал...а не верный вывод. Почему я мужик в моём подсознании.

- Потому что баба бы столько не вытянула.

- Женщины морально сильнее мужчин.

- А ты стала такой бабой, которая решила тащить всё, и в твоём представлении это делать должен мужчина, вот поэтому-то я и мужик. Мы всё выяснили?

- Нет. Где ты искал?

- Повсюду. И сейчас прочёсываю этот район.

- Ты не хуже меня знаешь, она в верхах.

- Знаю. Но это и есть верха. Так же как клетки. Человек нашедший, будет там, человек сдавшийся, останется здесь скоплением пыли.

- От оно как, - она взглянула себе под ноги, - как-то многовато сдавшихся.

- Это еще ничего, мы с тобой прошли такие барханы, что мне кажется, это был отдельный срок жизни, когда всех поголовно задавили и они укорили себя сами.

- Да уж, нет врага опаснее, чем ты сам...

- Ты должна что-то предпринять. Нам осталось немного. И если ты хочешь извиниться. То доделывай всё, и бегом ко мне... он зовёт тебя.

- Кто?

- Тот кто всегда тебя зовёт. Ради кого прутья, чуть ли не грызла.


## Глава 26. Измена.


"Надо бы сменить подсознание. Уж слишком оно язвительное, даже для человека без сердца", - это было первое, о чём подумала ведьма, открыв глаза.

Что казалось бы может статься без одного органа. Живут же люди с одной почкой. Ан-нет.

Как бы там ни было, сердце есть скопление наших чувств. Оно как насос перекачивает не только кровь. Но и наши чувства, мысли, помыслы, нашу мораль, пронося её по рекам крови, обдавая нас волнами последствий.

В утиль всё это, сердца нет, нет и всего прочего. Дожить, и ради чего она кстати живёт?

Сколько она уже без сердца? Неделю? День? Кажется вечность.

Нечто отдалось в груди. Страх? Непонимание? Паника? Не различив, что именно, она поняла, что не видит резона жить дальше. Что она хотела закончить? Для чего рвалась из клетки? Этот мотив стал блёклым.

Родное существо рядом, стало практически безликим, как некогда виденное ей подобие его.

Всего одна ночь.

И всё же можно измениться за одну ночь. А уж за день, можно изменить не только себя, но и всю свою жизнь.

Кому и ради чего она должна что-то?

- Кажется, я сама загнала себя в эти рамки? - она спросила вслух, и тело рядом внезапно открыло глаза, он не спал.

- Ты почему не спишь? Всего лишь час прошёл, - он непонимающе смотрел на неё.

Ведьма опустила взгляд на его губы, то, что она когда-то хотела поцеловать его, теперь ушло.

- Обними меня, - тон вышел приказным.

Блондин нахмурился, но придвинул к себе и обнял. Она усмехнулась. Поняв что всё, кажется пришёл финал её чувствам.

Ровная река бесчувствия поглотила её и понесла по подводному течению. Как и сказал ведьмак. Вроде бы это он имел в виду. Ровно?

Даже холод. Теперь его не было. Не было и ощущения тепла. Было безразличие и кажется пустота.

Лим прикрыл глаза и казалось, заснул.

Она ушла.

Не заботило что идти далеко. Не заботило что она в свитере.

Не интересны звуки леса. Запахи.

"И если ты хочешь извиниться..."

- Разве хочу?

Резко остановилась.

Она совсем ничего не хотела. Оказывается всё гораздо хуже, чем ей показалось на первый взгляд. Это выдал аналитик в её голове, поправив очки на переносице.

Взглянув на запястье, увидела, что осталось дня три, не больше.

Тот же аналитик выдал, что надо бы сбежать от всех. Ей же лучше, если никто не увидит контраст с той, которая была с ними все годы.

Охранный дух, замолчал, как только она подошла. Уже на пороге он осмелился спросить, этого никогда не было за ним.

- Могу ли я сказать с уверенностью, что ты вернёшься?

- Я сама не знаю. Если мне вернут сердце и душу. Но...

- Не говори, что тебе нравится... - зашелестели листья, закричали птицы, откуда они взялись, ночь ведь.

- Мне действительно нравится, если можно так сказать, я не чувствую. Но знаю, что это свобода.

- Ярослава. Свобода сгубила не одну ведьму. А бесчувствие убило тысячи.

- Одной больше, одной меньше. Мы не сделали ничего о чём людям нужно было бы знать. Нас заклеймили и обрекли на существование в тени...

- Тебя разве это заботило? - дух был встревожен, он много речей слышал от ведьм, и все становились на дорогу мести и убийства, творя тем самым "правосудие".

- Нет. Кажется. Но как бы то ни было. Это не моё дело, не моя битва. Когда я уйду. Сбей их со следа.

- Забота? Значит не всё потеряно?

- Нет. Дань уважения той, что построила вокруг себя мирок и поддерживала годами, вот и всё.

Слишком много повторяющихся "нет". Раньше этого не водилось за ней. Да и кому какое дело, вот ей, совсем нет, сыграет роль и уйдёт.

Утро еще не наступило. Обряд еще не начался, проводник только что улёгся.

Весь дом был молчалив. Мать уснула со свитками в руках. Сестра спала крепким сном, выплакавшись в подушку. Дядя сидел за своим столом, склонив голову, пытаясь понять трактаты.

"Там больше выдумки, чем правды, не трать зря силы", - хотела сказать ведьма, но одёрнула себя и ушла в подземелья.

- Можно? - стук о дверной косяк вывел её из разглядывания своей же комнаты.

Чем спрашивается, она думала, когда обставляла её. Слишком уютно, тепло, даже чёрные тона не казались такими поглощающе чёрными, каковыми должны являться.

- Почему никто не сказал раньше, что я не ведьма, а посмешище?

- Потому что ты была ведьмой, Ярия. Настоящей. Не мнящей и не напускной. Но рискуешь стать одной из тех ... - он махнул рукой, обрисовывая что-то в воздухе, тьма запятой повисла там.

Осмыслив слова Мортиса, она еще раз оглядела комнату. Может быть он и прав, аналитик кивнул и записал что-то на бумагу, обмакнув перо в чернильницу.

- Ты злишься? - она взглянула на Ангела, и увидела скопления тьмы, - Значит вот такой, я тебе уже не нужна? - она ядовито улыбнулась, раздражение чужого существа приносило ей радость, кажется, да.

- А как же: я подожду тебя! Там! За гранью! - наигранно она драматично выдавала всё через паузы.

- У тебя остался только я.

- Только я! - воскликнула она.

Молчание и пристальные взгляды, словно мечи, тупо схлестнулись и съехали друг с друга.

- Вот как раз ты! Мне и не сдался.

- И кто же сдался?

- Проводник.

Ангел вздёрнул брови, и оказался в кресле, разглядывая девушку с боку.

- Давай, поиграем?

Она взяла кубок и усевшись на стол она задумчиво крутила его и разглядывала подмигивающие созвездия.

- Никогда не разбиралась в них. Даже ковш найти не в силах.

- А говорят, что все ведьмы очень хороши в этом.

- Я не из них, - она пожала плечами.

- Что ты хочешь сделать?

- Давай поищем тех, кто изменял любимым? "Любимых помнят, хоть и предают", а? - она лукаво улыбнулась.

Горло. Кровь, бутылёк и вот уже тринадцать теней стоят перед ней. Они замерли в ожидании приказа, но вместо этого, она запела:

Я измену тебе никогда не прощу,

И тревогу твою я, с водой отпущу,

Я сквозь пальцы отмерю всё время твоё,

Не осталось - смотри, всё уже решено.

Тени облепили кубок и поняв, что же нужно вызывающей, они образовали нить, настолько кровавую что с неё капало нечто алое, оставляя следы и тут же исчезая, как только ведьма делала шаг за этой нитью.

Она вела через весь дом, и вывела на балкон.

Увидев блондина, отряхающего шерсть, в обличии волка, нить указала на него, образовав нечто похожее на копьё.

Как только это случилось, волк рухнул и часто задышал.

Она смотрела, как мучается и умирает серебристый, огромный волчара. И решила узнать, с кем же изменил её блюститель морали.

Повела рукой, устраняя наконечник.

Тьма собралась в клубочек и прыгнула к ней в руки.

- Я измену тебе никогда не прощу,

Пусть отмерила время,

Я тебя отпущу, - напевая, она подходила к волку, который еле двигался.

- Расскажи-ка мне, с кем ты изменил этой верной ведьме?

Говорить она стала о себе в третьем лице, словно отделилась от этого тела и личности.

- Я бы никогда, - он дышал с перебоями, кровь шла ртом.

- Тени не врут, - она разглядывала его как экземпляр для препарирования.

Он молчал.

- Я могу спросить у них, - вдруг тени зашептали, решая, что же показать из всего и воспроизвели разговор между друзьями, когда ведьма ожила и вернулась, когда засыпали и Лим позволил.

- Ух ты, я игрушка? Мной можно делиться?

Но это было просто из интереса, никаких живых чувств не было внутри, только желание поиграться.

- Душа моя...

- У тебя только моя душа, у тебя есть только она, а вот у меня, ничего нет, - спокойный тон, сухой взгляд.

- Давайте посмотрим, кто же еще умудрился.

Снова алая нить, ведёт через вход к комнате дяди. Что-то больно стукнуло в рёбра.

Ведьма осознала, что узнать об этом ей больно. Для себя было открытием. Человек, с которым, она разделила душу и сердце, не вызывал такого.

Она растворилась и вошла духом в комнату. В комнате были двое, её дядя и женщина. Она была в военной форме. Что-то докладывала.

Копьё указало на неё. У женщины подкосились ноги и она рухнула ударившись голой об стол.

- Александра! - дядя встал и уложил её на диван, женщина билась в конвульсиях и пена пошла ртом.

Пропев то же что и волку, женщину отпустило.

А тени заговорили:

- Какова цена его жизни?

- Смотря насколько опасной должна быть смерть?

- За самую изощрённую, сколько бы вы взяли.

- Зависит от того, сколько вы выиграете от его смерти.

- О, это баснословная сумма, - они говорили, и всё это доносилось до дяди, он задумчиво слушал, смотря в направлении клубка, вещающего это.

- Хорошо, пятьдесят процентов и Николай мёртв.

Дядя перевёл взгляд на женщину.

- Яра? - он звал племянницу.

- Да-да, - она появилась и смотрела на всё это с безразличием, только что бьющая внутренняя боль, забылась, её дядя был чист.

- Мне её нужно убить?

- Предавший раз, предаст и два, и предан будет навсегда.

- Ты о том, что он предаёт не только других.

- Да, в первую очередь он продал себя.

Он сжал челюсти и свернул шею, женщине лежавшей перед ним.

- Уничтожь это.

Мужчина протянул к ней бокал и бутылку.

- Подарок? Это личное?

- Нет, я уже хотел отстранить её, из-за такого вот, но всё стало понятно...

Она сделала, как он просил.

- Что ты делаешь? Что это с тобой?

- Тени, - она указала ладонью на сгусток.

- Я о твоём виде. Ты выглядишь пустой. Всё в порядке? - он сделала шаг к ней, и пытался приобнять, она вылетела из двери, в попытке сбежать от него.

- Есть кто-то еще?

- Нет, - тени зашептали, - нет, это всё.

- Хорошо. Спасибо, - обескураженная девушка направилась к себе в кабинет.


## Глава 27. Наверное, только у ненависти, нет цены.


- Я думал не дождусь.

Ведьма взглянула на Ангела, который увещевал ей, что будет, может и желает ждать, сотню лет, как минимум.

Этот мир не стоит и гроша, даже Ангелы лгут и несут чушь.

Хотя не так уж это и плохо. Иногда в ней рождается истина и есть база для сравнения.

Ярослава, сама же себе давала ответы и аргументировала. Но, сама же и обрекала все выводы, иногда прямо на корню, оказывается сердце не такая уж и лишняя деталька.

Нервно взмахнула рукой, словно отгоняя, но не Ангела, а своего внутреннего аналитика, он уже ей наскучить успел, со своими тревожными ложновыводами.

- Чего ты таскаешься за мной, словно болонка за старушкой?

- А ты сейчас очень на неё похожа... ворчишь, всем недовольна...

Девушка прищурившись взглянула на него, но решив что он ей не интересен, открыла стену с телами.

- Нужно признать. Что все монахини до одури милые.

- А какими они должны быть?

- Не знаю, уродливыми, не вводящими в искушение, чтобы можно было доверить всё, что совершил, и думать, что она не осудит, куда уж ей, - она пожала плечами и пристально разглядывала лицо девочки.

- Они должны быть именно такими. Одухотворёнными, полными нежности, всепрощения.

- Это почему?

- По его замыслу.

Ведьма лишь фыркнула. В такое она не верит. Если бы так было задумано, то вот такие милые монашки, не были бы исключениями. А наводнили весь мир, праведными речами и вздохами о высоком.

Но Ангелу она не собиралась об этом рассказывать, чтобы не выводить его на разговор. И так болтает сверх меры.

Ей бы хотелось быть здесь одной, говорить самой себе вслух и анализировать, что она сказала, как сказала и как на это посмотрят другие. Но, тут ничего не поделаешь, Ангел приклеился к ней и странно смотрит.

- Зачем тебе Тени?

- Чтоб были, - с ленцой и пофигистичностью ответила Яра.

- Вот как, а я думал, чтобы оградить свой зверинец.

Девушка замерла всего лишь на секунду.

Он почти угадал, но не зверинец, а дядю, мать и сестру. Те же двое, вольны делать всё что хотят. Слишком долго она их тянула, слишком многое за них решала.

"Опять драматическая ересь", - ведьма сморщилась в недовольстве, своим мыслям и прогнав их, вернулась к осмотру остальных.

Ангел неотрывно следил за девушкой, которая словно под микроскопом осматривала тела, лица, щурилась, обводила контуры носа, будто проверяя кость.

- Как тебе это удалось? - он взглянул в очередной раз на тела, и это ощущение как от полёта, отдалось в нём.

- Если очень захотеть, можно и в тазу мыться месяц, - она поправила волосок на брови старшего из мужчин.

- Это если тебе не останется ничего иного.

- Разве? - она вздёрнула брови и бросила скептичный взгляд на Ангела.

- Полагаю что да.

- Полагай дальше...

- Не замечала что человек без сердца, не перестаёт вообще чувствовать или не выказывать ничего, а всё больше сыплет колкостями, плюётся ядом?

- Замечала.

- Почему так? Разве не должно быть холодное безразличие?

- Ммм, нет. Человек без сердца, оперирует фактами, голыми, уродливыми. Не замаскированной правдой, не приукрашенной. Он выдаёт её такой, какая есть, и даже иронизирует над ней. Всё что остаётся, это маленький механизм, он выдаёт аналитику, статистику, и на фоне этого, осознаёт, что только ненависть, и лёгкая агрессия, они настоящие.

Она замолчала, он же ждал продолжения. И она выдала его ему.

- Они единственное, что нельзя подделать, то, что человек от тебя может получить бесплатно, и тебе не нужно кривиться в улыбках и милых физиономиях, ты даёшь честное, чистое чувство. И к сожалению, оно не нравится никому.

- Разве ненависть не требует затрат?

- Каких? У тебя нет сердца, ты ничем не можешь расплатиться за это. Нет ни любви, ни нежности, ни прочей пошлой атрибутики. Ненависть бесценна, бесплатна, этакое благотворительное чувство на развес.

Всё это она отдала из написанного, аналитиком в голове, тут она была с ним согласна.

Тащить целый вагон чувств, чтобы просто играть на чужих. Смысл жизни не обнаружен.

Для той, он был. Как казалось ей, смысл был рядом, существовал, подсказывал. Помогать людям, спасать жизни, делать добро, искать полутона и оттенки, разбираться во всём этом дерьме.

Но по самой сути жизни, разве для этого мы здесь? Чтобы потыкать кому-то?

Есть ведьмы, ангелы, черти, проводники, духи, оборотни в конце концов. А есть ли сам творец этого зверинца? Если он хотел чтобы они были, почему истребил? Почему позволил? Есть ли у этого какой-то смысл?

Почему бы не сделать два мира, где представители тёмной стороны, и не потому что злые, а потому что в тени, будут жить в своём мире, не скрываться? Чтобы не было опаски, что они злоупотребят властью, силами. Но нет же, все здесь, все в чёртовом миксере.

И эта ведьма, считает себя полной дурой, раз решила ввязаться и распределить всё, собрать по кускам слабых созданий, которые в этой молотильне раздробились.

- Знаешь почему я не уничтожу их тела?

Тьма в кресле напряглась. Он менялся. Рядом с ней сущность рвалась из-под контроля. Доселе она сидела смирно, с сердцем и душой, ведьма давала силы бороться, чувствовать себя живым. Сейчас он жив, но по-другому, тьма, она повсюду, ей нужен хаос, разрушение и смерть.

- Почему?... - через силу удалось оторвать взгляд от её спины.

- Это и правда чудо. Я вижу как ты смотришь. Словно сам твой... кто он для тебя? Отец? Создатель? Как там называют товарищей разводящих скот? Так вот, словно он сам снизошёл к тебе.

- Только из-за меня?

- Нет. Потому что никто даже помыслить не сможет... ну да ладно, с сердцем бахвальством не занималась, и сейчас почему-то тоже желания нет. Видимо в стандартных настройках заклали чего-то.

Мор пристально разглядывал ведьму и не мог понять, нравится она ему больше или меньше.

И обнаружил, что никакого сдвига нет. Вот есть она, он, и она необходима ему, без разницы какая она теперь... Яра для него единственная и всё та же, без которой ни шута в этой вечности не надо. А то что выглядит он сбитым с толку, это не из-за неё, как она считает, а из-за внутренней борьбы.

Ведьма же пришла к выводу, что сделала всё очень даже хорошо. И не могла дождаться, когда же уйдёт отсюда, как только отыграет этот спектакль.

Куда идти, она не знала, что делать кстати тоже, но. Уверенность что нужно оставить эту жизнь, крепла с каждым вдохом.

Стук в кабинет отвлёк.

Раскрыв дверь, на пороге ведьма увидела проводника. Как удивительно, что зверинец еще не пришёл к ней.

- Ты совсем не спал, - строго оборвала Яра, мужчину с открытым ртом.

- Я не могу.

- Тебе плохо? Что-то не так?

- Нет, всё хорошо, просто волнуюсь. Никогда не чувствовал столько энергии и желания делать что-то.

Она молча пропустила того в кабинет. Не может заснуть, ну и шут с ним. Отрубится после на целые сутки, её уже здесь не будет, все будут живы, здоровы и счастливы.

- Доброе утро, - поприветствовал Данте Ангела.

Ведьма ухмыльнулась, отметив забавное сочетание Ангела и человека с именем Данте.

- Не могу больше, - ведьма встала и направилась в подземелья.

Они сидели целый час, и проводник мурыжил их вопросами. Что, кто, как и зачем? Выбрал он нужно сказать неудачно. Ведьму без сердца и с половиной души, которая даже себе ответы давала неохотно и с долей сарказма. А Ангел Смерти никогда не был интересным рассказчиком, а уж терпеливым его никак не назвать.

- Я надоел? - мужчина стушевался.

- Нет, просто... я не всё проверила и жду пока доварится одна, микстура. Не могу больше сидеть и ждать. Пойду проверю её.

- А, ладно, - он успокоился и уселся обратно, вздохнув поглубже и улыбнувшись.

- Ты чего такой радостный? - Ярослава посмотрела на эту загадочную, для неё нынешней, улыбку.

- Никогда не думал, что я могу быть настолько нужным и важным, что ли... это вроде приятно и с тем же, очень ответственно.

- Ничего, это станет привычным...

Он кивнул и улыбнулся еще шире. Ведьма не стала задавать больше вопросов и ушла.

- Ты зачем его одного оставил?

- Он даже не поймёт, я усыпил его.

- Чего?! Сдурел? - резко остановившись та не знала, то ли двинуть ангелу, то нестись обратно, то ли просить вернуть проводника в прежнее состояние.

- Ух ты, я чувствую панику, это же хорошо? - она тут же сменила все мысли на эту, зацепившись за чувство как за спасательный круг.

- Не очень, это базовый инстинкт, даже не чувство.

- Оскорбил сейчас.

- Указать на твою зоофилию, не оскорбление для тебя, а указать на базовые инстинкты, заложенные природой и Создателем, оскорбление?

- Почему ты переплетаешь природу и Создателя?

- А ты думаешь мутации, так правильней будет назвать толчки в эволюционном развитии, были сами по себе?

- Как всё путано, Боже, забери его обратно! - сказала куда-то в потолок и двинулась в том же направлении что и ранее.

- Он не может, пока. А проводник твой просто поспит и проснётся бодрым и активным, его клонило в сон, но адреналин не давал заснуть.

- Да без разницы. Пусть слюни попускает, зато будет адекватным, а не улыбающимся своей важности дебилом.

- Разве плохо? Может это и есть смысл жизни?

- Знаешь от какого смысла жизни я бы сейчас не отказалась?

- М?

- Надраться так, чтоб не помнить, что у меня пол души и селезёнка, вот и всё что осталось.

- Не отнимай у других этот необходимый смысл.

- Как обычно, всё лучшее - людям, - саркастично сказала ведьма.

Ангел слегка нахмурился, он слышал такое выражение, но чуть другое.

- А разве не детям? - он всё же вспомнил.

- Разве? Заслуживают ли эти недочеловеки быть слабыми и не имеющими никаких прав, даже рисовать то, что хочется до ... подожди-ка, да всю свою жизнь! - она распахнула дверь и направилась к своему креслу.

- Мы пришли, чтобы просто посидеть?

- Понятия не имею зачем ты припёрся. А я да, чтобы посидеть и не слушать его восторженность, и твои нравоучения кстати.

- Да чёрт бы побрал эти рецепты, готов связь вернуть лишь бы никогда их не видеть! - посреди комнаты стоял и ругался глядя на склянку в руке красноглазый.

- Можешь вернуть мне сердце и душу обратно? - ухмыляясь высказалась ведьма, видя негодующего ведьмака, который полыхнул алыми очами.

- Да свою отдам, только покажи, как этот чёртов настой работать должен!?

- Ты читать не умеешь?

- Настой невидимости! Я сделал всё как написано, но его видно, он же зелёный! Зелёный! Я его и мазал, и пил.

- Фу, даже для меня это слишком...

- Ты с волком спишь!

- Попрошу не выступать, некрофил это мне щас говорит.

Тот прищурился.

- Ооо, опыт значит имеется.

- Она умерла во время и была счастлива! - он откашлялся.

Она вырвала склянку и разбила прямо у себя под ногами. Недовольный возглас сменился восторгом.

- И всего? Нужно разбить под ногами.

- Не под ногами, а строго посреди твоих ступней на расстоянии восемь с половиной сантиметров! - она подпнула слегка и ведьмак обернулся, но ведьма уже сидела в кресле.

- И как долго он действует, - он облизнул губы, оглядываясь вокруг.

- Какую концентрацию водорослей взял?

- Треть того что написано, это был пробник...

- Тогда всего лишь десять минут.

- То есть, полчаса?

- Если хочешь получить откат, то увеличивай концентрацию, а я не рисковала бы.

Тот опять кивнул и почему-то не уходил.

- Так какого ты врываешься ко мне без стука, без предупреждения, я здесь не только зелья варю, знаешь ли.

- Да чего я там не видел?!

- Ангела в процессе точно не видел. Пернатый зад... всё прочее.

Ангел тяжко вздохнул.

- Почти уверен, что нет никаких перьев у них на филейном месте, так?

- Хоть кто-то мыслящий, - ответил Ангел, оторвавшись от стены.

- Но не здраво...

Все посмотрели на кресло, потому что ведьма была всё еще не видима.

- Ты вообще хоть что нибудь читаешь, или ты... ууу, ты вообще полез в эти дебри зря.

- Почему? - мужчина насторожился.

- Без литературы ты не проживёшь и семи лет, твоя специализация выедает резерв необходимый для подстраховки.

- И что мне делать?

- Читать! Всегда и всем советую читать.

- Но где взять литературу? Ты знаешь сколько...

- Ты сейчас у меня это спрашиваешь серьёзно?

Он в очередной раз оглянулся на её библиотеку, явно понимая, что это только малая часть и вздохнул.

- И как чтение литературы поможет мне с резервом...

- Будешь учиться восполнять его сам, не ожидая, узнаешь все катализаторы, как обмануть, проще говоря, ставить блок. Мой ребёнок знает это с шести лет. Ты вообще как додумался до этого?

- Хочу знать многое, не только о своём.

- В чужой монастырь, своим длинным носом.

- Монастырём уж точно не назвать ваш серпентарий.

Яра прищурилась, но тут же потеряла интерес.


## Глава 28. Ваше тело - ваше дело.


- Так, осталось вроде немного.

Ярослава уже была видна, играла с тенями, поджигая и туша ведьмака, который с любопытством смотрел на свою тлевшую одежду и по мановению руки которая, становилась прежней.

- Для того чтобы получить их, нужно продать душу? - он уставился на ведьму.

- Да, - шепчет одна из теней, другие смеются, гадко и едко.

Ведьма усмехается.

- И каков отведённый срок?

- Срок?

- Демоны заключают...

- Демоны. А это тени. И это гораздо... весомее и непосильно для тебя.

- Ты считаешь, что превосходишь меня по силе?

- Я считаю, что я превосхожу тебя по знаниям. Здесь, это гораздо важнее.

- В магии?

- В мире теней, - пищит самая маленькая из них.

- Сколько стоит получить?

Тени снова зашуршали едким смехом.

- Мужчины. Вы всегда делаете вид, что дело только в цене.

- А разве нет? - ведьмак с интересом разглядывал теней, которые водили вокруг него хоровод, и он даже не подозревал, что они забирают его энергию через брешь, которую пробили, как только пришли.

Девушка не собиралась ничего говорить, будет ему уроком. Товарищ "всё куплю". Ангелу было вообще без разницы. Теням лишь плюс, так что они точно ничего не скажут.

- Ты всегда говоришь про откат, - он уже не смотрел на пламя взметнувшееся вокруг него, - он абсолютно от всего?

- Ты застал меня не в самое лучшее время. Сейчас могу только рассказать, как пойти нахрен из этого дома, - она отпустила теней и теперь сидела и болтала ногами.

- Про "пойти нахрен", где твой питомец?

- А он тебе приглянулся? Он не по этой части милок, глотку быстрей тебе перегрызёт, чем ляжет с тобой.

Ведьмак усмехнулся, уж не этой ли ведьме не знать, в какой сфере его интересует её "волк".

- Всё же как-то странно, как он со своим "недугом", может так далеко находиться от тебя?

- Просто мы выяснили, что его "недуг" не волнует его в той мере, в какой он пытался всем продемонстрировать.

- Что ты...

- Хватит вопросов, ты мне наскучил, - ведьма сверкнула в его сторону глазами, и тут же лениво потянувшись, перевел взгляд на часы.

Мужчина стушевался, злить её совсем не входит в его интересы, она тот клад, который он искал всю жизнь, а её знания отличное дополнение. Жизненно важное, нужно отметить дополнение.

И помехой является её краткий срок. Ну он будет не он, если не разберётся с таким пустяком...

- Уже скоро, не переживай, я напомню, не опоздаем, - откликнулся Ангел, листая томик поэзии.

- Ты еще здесь? - она скептично вздёрнула бровь.

- В следующий раз, узнаешь меня по колокольчику, - он откашлялся и пропал.

- Беспардонный глупец.

Мор лениво размял плечи и уже сидел на подлокотнике.

- Может ты тоже поспишь?

- Какой ты заботливый... не желаешь сгинуть, на благо меня?

- Нет. На благо тебя, я поставлю охрану от некромагов, - усмехнулся мужчина, смотря куда-то в пустоту.

Девушка лишь фыркнула.

- У меня уже есть...

- Он снял её еще тогда, и он не глупец, он профи, не забывай...

- Только в Некромагии.

- Нет, судьбы...

- Ах да, сплетения... ну да не суть.

- Он увидел, сколько тебе осталось. Ты зачем-то ему нужна...

- Вот уж поистине загадка всей жизни, - саркастично посмотрела на Ангела, намекая, что и ему "зачем-то" она сдалась.

- Мой вариант не так плох.

- Но ты же не знаешь его вариант, - парировала девушка, пытаясь вытянуть информацию, может этот прохвост всё же и знал зачем.

Но тот, поняв, что она делает, лукаво усмехнулся и щёлкнул, фыркнув, по носу, как и всегда. Та отстранилась и сморщилась.

- Твоё игривое настроение всегда выглядело жутко.

- Ну мне положено выглядеть так всегда, - широко улыбнувшись, из тьмы он соткал качели посреди комнаты.

Качели конечно детская забава. И пусть у неё нет сердца. Но любопытство всегда было главной чертой этой конкретной ведьмы. Они все этим страдали, но Яра в особенности. Поэтому и сейчас, она заострила внимание, и направилась к ним.

Подёргав верёвку из тьмы, она осмотрела потолок, никаких креплений, словно из небытия. Она присела на качели, и тут же вскочила с ногами, пытаясь дотянуться до стыка тьмы с потолком, чтобы понять, как же держится.

Вдруг тьма сомкнулась вокруг коконом и уже укачивала девушку, словно в глубоком соломенном кресле.

Та посмотрела вниз, никаких ножек, ничего, и верёвок нет.

- А из света? Ты можешь так только с тьмой?

Мужчина тепло улыбнулся, видя заинтересованную ведьму, укачиваемую его силой.

Он сидел в кресле и склонив голову на бок, расплылся в улыбке увидев проблеск той, с сердцем и душой, когда по "колыбели" побежали ростки, начали распускаться цветы и раскручиваться листочки, свет разукрасил узорами и излучал тепло.

Ведьма смотрела на свет, и теперь ей была ближе тьма, в ней можно спрятаться, с ней можно быть честным, в ней ты сможешь забыться...

И поэтому она сменила его белый свет, на багряное сияние. Мужчина замер, увидев, как она преобразила.

Это было великолепно. Свет продолжал греть и сиять, но багряным цветом, словно кровь и пламя, нечто единое и среднее между этими двумя. А тьма, струилась, будто ликуя от такого близкого сияния.

- Вот ведь оказия, я знаю, что это должно быть неописуемо со стороны, но я знаю, и то, что ничего подобного не испытаю. Не будет того сдавливающего восторга и трепета внутри, когда всё возносится и дышишь глубоко, что даже голова кружится.

- Я обещаю, верну тебе это.

Та взглянула на него.

- Не знаю, хочу ли я. Ведь боль тоже вернётся.

- Как скажешь. Но боль тоже честна, как и ненависть, она помогает.

- У меня есть выбор, и я не хочу помощи.

Пелена перед глазами.

- Где ты!?

- Яри! - крик издалека.

- Дай руку! Я ни черта не вижу, - песок забивается в глаза, всё тело в ожогах, стоя на коленях и пытаясь добраться до неё, ведьма прожгла их до мяса, которое дымилось и напоминало ей о шашлыках.

Её хватают за руку, и она изо всех сил тянет, лицо подруги встаёт перед глазами. Такое чистое, открытое.

- Солнце моё. Тебе нужно выбираться, - говорит та улыбаясь, словно ничего не происходит.

На ней ни одной раны. Нет грязи, глаза не опухли от пыли и песка.

- Я не уйду без тебя, не для этого я была здесь...

- Спаси хотя бы себя.

Та целует её ладони, все грязные, в крови, боль прошивает и Яра непонимающе смотрит на ту, с которой обещала быть всегда и которой отдала часть своей крови.

- Нет, - упрямо смотря в глаза.

Она хватает её и делает последний рывок с обрыва, подставляя спину пламени.

Но удар о землю, слепит свет, трава опутывает измученное тело и она одна. Сухожилие рассечено, и рука разогнута, абсолютно бесполезна.

Вина и боль. Она плачет и комкает лоскут кожи в руках.

Это было таким частым видением, что устала смотреть. Устала думать о том, как она облажалась.

Зачем её подсознание, выдаёт ей это? Чтобы помучить? Вряд ли. Тогда что за цель?

- Ну хватит тут торчать, прошло достаточно, поднимай свою пернатую задницу и пойдём! - резко соскочив и шлёпнув босыми ступнями и каменный пол, ведьма быстро унеслась в кабинет.

- Подъём!

Проводник сладко зевнул и уставился на ведьму, не понимая.

- Я заснул?

- Как сурок. А теперь, кофе, чай, потанцуем и приступим, голубчик!

Ангел занялся транспортировкой тел в зал, в котором обычно проводились обряды призыва. Именно в тот зал, который стал "театром" для одних пернатых друзей.

Ведьма же кружила над проводником, растормаживая и одновременно впихивая в него булочки с малиной и крепкий кофе.

- А можно круассан со сгущ... - тут же заткнув Данте его же заказом, ведьма закружилась на месте, ища документы для всех её тельцов.

- Так, тельцы этого домика в деревне. Здесь, у каждого своя папочка, - рядом с телом она раскладывала папки с документами и прочим нужным в данном мире.

Тельцами она прозвала их потому что, жили в этих "телах", а теперь она им как дом "построила" новые тела.

- Все готовы? - бодро вещала ведьма, осматривая в последний раз всё.

Девушки пискнув, качнули головами, мужчины спокойно и сосредоточенно ответили "да".

- Григорий, вы как джентльмен старой закалки...

- Ты льстишь мне, маленькая... - тепло сказал мужчина и встал рядом со своим телом.

- Приляг рядом, потому что тяжеловато перетягивать.

Тот послушно устроился рядом со своим телом и ждал. А ведьма же радовалась своему спектаклю, вела себя непринуждённо и никто ничего не заподозрил.

Все сидевшие за столом, пристально смотрели за проводником.

Глубоко вздохнув, мужчина прикрыл глаза.

- Это... это синее, словно чернила...

- Да, это он, - тихо говорит ведьма.

- Добро пожаловать, - все восторженно заулыбались после конвульсий тела на столе, увидев, как мужчина приподнимается и ошарашенно смотрит на свои руки.

- Я чувствую его. Как же тепло, - прикрыл глаза мужчина счастливо, и одновременно устало вздыхает, держа руку на сердце.

Но тут же соскакивает и убирает своё прежнее "тело", освобождая место для нового, помогая перенести.

- Эй-эй, потише, не так резко, - улыбается ведьма, и все смеются.

Тот порывисто подходит и сгребает её в объятия.

- Если бы можно было умереть и вернуть тебе всё, я бы сделал это прямо сейчас.

- Это очень важно, спасибо, - она тепло улыбается мужчине, тот кивая отстраняется, и усаживается рядом.

Сентий пристально смотрит на ведьму, словно ища поддержки, и она берёт его деревянную руку в свою, тот отводит взгляд и смотрит в потолок.

- Он сильно врос в это тело, - говорит Данте.

- Твоя энергия - твоя рука, помогай себе. Словно лопаткой вычищай его оттуда, преобразуй, сосредоточься...

Мужчина нахмурился, глубоко вздохнул.

Резкий вдох ознаменовал, что тридцать минут судорог, не прошли даром и Сентий жив, в своём новом теле.

- Так хочется есть, это неописуемо, - он загребает рукой пряди у лица назад и смеётся.

Василиса мялась, девочке было страшно, и это понимали все.

Поэтому Фрейн обняла ту и шепнула, что это не страшно, и тут же улеглась к своему телу на столе.

Фрейн превзошла мужчин и очнулась через десять минут. Проводник сказал, что даже делать ничего не пришлось.

Та лукаво улыбнулась.

- Ты безупречна, - увидев её улыбку Сентий просиял.

- Я знаю, - кокетливо взмахнула веером девушка и присела на своё место, - это совсем не больно, он поможет тебе, - обращалась та к девчонке.

Всё же собравшись, Вася тоже легла и вцепилась в ладошку Яры.

Все проверяли, как работает тело, как выглядят движения. Непривычная тяжесть радовала и сковывала их.

Одна только Вася смотрела в зеркало.

- Что случилось? Тебе не нравится?

- Мне нравится, но что если ему не понравлюсь я? - бывшая воспитанница быстро повернулась к ведьме лицом и пыталась найти утешение.

- Если нет, он полный дурак. Твоя внешность, лишь дополнение, ты так красива внутри и так чиста. Что он забудет обо всём.

- Но ведь раньше этого не случилось!

- А раньше ты пыталась говорить с ним? Показываться на глаза?

Девушка поняла что ведьма права, и кивнув, улыбнулась.

- Теперь ты можешь с высоко поднятой головой подойти и поздороваться, и прислугой ты никогда не была Василиса.

- Ваши документы и тела, отныне только ваши, не забывайте об этом. И о том, что ваша воля привела вас обратно к жизни, поэтому, не утеряйте самое дорогое...

Все смотрели на неё и ощущали что у них новый шанс, новая жизнь, всё заново, осмысленно, честно, целенаправленно.


## Глава 29. Благотворительность окончена, роли сыграны. Будем прощаться.


Ведьма собирала сумку. И вдруг рассмеялась.

- Да на кой чёрт мне вообще это?! Ведьма я или где!?

Она спалила всю сумку и отряхнув руки. Огляделась.

- Абсолютно аморальна, спала с двумя сразу, что, ума не хватило, понять что происходит? - она саркастично рассмеялась.

Мы не замечаем перехода, когда чужая сохранность становится навязчивой идеей настолько, что мы не видим, очевидных вещей.

Тени понимая хозяйку показывали картинки, где Ис дарит ей цветы и показывали взгляд, когда она отворачивалась.

- Фу, щас вывернет. Заканчивайте, - прицокнула та.

Те тепло рассмеялись, для теней тепло. Для нас, лучше не говорить...

- Пора, в путь дорогу, дорогу дальнюю-дальнюю... - ведьма тихонько пела и вышла через балкон, как и всегда.

Тут же из тьмы выступили волк и медведь.

- Вот те на, засада, - наигранно умилённо сказала ведьма, хлопнув в ладоши.

- И ты туда же, - скептично взглянула на выходящего дядю, который держал какой-то меч, плашмя на ладонях.

- Это для твоего же блага, - шепчет её мама, и читает скороговоркой опутывающее заклятие.

Ведьма смотрит на серебряные жгущие и стискивающие её путы, и снимает их с себя как платье.

- Серьёзно? - шепчет, кидая матери вызов, маленькая игра - что же еще придумает?

Они смотрят в глаза друг другу, не отрываются, мать сжимает губы, дочь же наоборот, скалится.

Та что-то опять затягивает, все подходят медленно ближе, заключая её в круг.

- Сомнительная затея, Рита, - опять шепчет, слышит только мать.

- Ярослава. Я твоя мать, я требую, я приказываю... останься. Позволь помочь.

- Ты не применишь "Забвение", если я соглашусь? Как мило, - щурится ведьма, и разминает шею, - а Щита не боишься?

Старшая ведьма сглатывает.

Медведь не выдерживает и бросается на неё, Марго вскрикивает, и тянет руку, инстинктивно пытаясь защитить дочь, но Ярослава, как в танце, улыбаясь, обходит и оставляет противника рядом.

Внезапно с ног сбивает волк, скалит клыки, рычит.

- А сможешь разодрать меня? - волк громко зарычал на попытку двинуться, - А укусить? - ведьма продолжает глумиться.

Дядя подходит ближе, меч становится багряным.

- Марго, скорей... - мужчина хрипит, и что-то в груди у ведьмы обрывается, она обеспокоенно смотрит на дядю.

Понимая, что у него в руках. Она не задумываясь, ломает рёбра волку, тот взвыв, хрипит и дёргается уже лёжа на боку.

- Из ума выжил! - она заставляет теней убрать меч, и бросается к нему, - Глупый пёс! - лает, словно сама собака.

Волк пытается подняться, медведь уже подкрадывается, как вдруг натыкается на невидимую стену.

Марго непонимающе сморгнула и потрогала преграду пред собой.

- МОР, - ведьма зовёт и тот сразу же появляется за спиной мужчины, который уже почти умер, почти там.

Без слов он возвращает силы и жизнь, которая утекала из него. И ведьма тут же отходит. Внутри снова пусто. Глупая половина. Всё еще пытается жить.

- Найдёшь меня, - бросает Ангелу и уже бежит в лес, пламя взметнулось к небесам, очерчивая круг.

Всех опаляет жаром, и все двигаются ближе к дому, круг зажимает их, уменьшается, приходится отступить под защиту дома.

Волк задыхается кровью. Рвано дышит. Брюнет подхватывает и несёт в подземелья.

- Марго! - рычит он остолбеневший и всё еще смотрящей на двери женщине.

Та словно ото сна, медленно оглядывается и идёт вслед.

- Я почти успел! У МЕНЯ ПРАКТИЧЕСКИ ПОЛУЧИЛОСЬ! - кричит мужчина в потолок.

- А вот и не угадали, Николай, - назидательно говорит за спиной Ангел.

- Я...

- Умерли бы напрасно. Ваша племянница, гораздо умнее вас всех. И вы знаете лишь то, что она дала вам. Глупо полагать, что это поможет.

Мужчина зло смотрел на того, но осознание приходило.

Всё что они успели найти, это всё её. Собрано ей, по крупицам, по страницам. И он абсолютный идиот, если подумал, что она позволит им найти нечто ценное и позволит им свершить это. Но как же ему хотелось верить тогда, что у них получится.

Он осел на колени, и закрыл глаза.

- На цирк я не рассчитывал. До встречи, - кинул Мор и исчез.

- Не смотри им в глаза,

Ничего не найдёшь.

Не пускайся под дудочку в пляс.

Не узнаешь и ты,

Что уже всё равно,

И как спичка, ты быстро погас, - ведьма пела, тени кружили вокруг, им нравилось, мало кто был с ними на одной волне, мало кто пел для них.

Всё чаще пугливо звали, и просили помочь. А если и были отважные, то были глупцами, самонадеянные идиоты, которые не знали во что ввязывались.

- Что чаще всего просят у вас?

- Убить...

- Ну да, как-то я не подумала. Этим можно всё поправить, так ведь, - она плюхнулась на поваленное дерево, и огляделась вокруг.

Чаща, непроглядная чаща. Ели раскинули свои лапы, маленькие берёзки вылазили к солнцу. Коряги, старые, сгнившие, больше похожие на кучу трухи. И это дерево, вырвано стихией недавно, еще молодое, но не успевшее раскинуть достаточную сеть корней.

- Хочу денег - убей "мешок". Хочу любви - убей соперника. Хочу славы - убей конкурентов. Хочу - знания.... хм, пожалуй, тут никак со смертью, не находите?

- А их никто и не просил, - отвечает одна.

- А ведь мы могли дать! - шепчет другая.

- А вечную жизнь просили?

- Конечно, богатые всегда просят вечную жизнь, - пропевает последние два слова младшая.

- И как это вы делаете?

- Минус душа, плюс резерв...

- Там не резерв, а резервуар нужен...

Она лениво рассматривала небо, оно было тёмным, блестящим, мигающим. И таким ненужным...

- Чем же богатые платят вам?

- Поставка клиентов.

- У них о-о-очень большая база...

- Хм, так и думала.

- Не зная правил, не нужно играть, - нравоучительно говорит одна из них, и стелется, опутывая ноги Ярославы.

- Не зная правил. Не нужно играть.

Ведьма задумалась над этой фразой. Было ли с ней такое? Наверняка было.

Это было с каждым. Мы ввязываемся в игры, частенько не задумываясь о правилах и о постоянных игроках. Которые превосходят нас, по всем параметрам. Ведь все ходы просчитаны, все ниточки известны, чем они и пользуются.

А мы лишь наивно пытаемся изменить ход игры. Единицам может быть это удалось.

- Марго, - Ис рычит, и осматривает друга, который закрыл глаза, и отхаркивать кровь уже не может, та сама вытекает сгустками через рот.

- Повреждения сильные... я не знаю смогу ли.

- Делай!

Ведьма вздыхает, её голова забита совсем не этим. Не покалеченным мальчишкой перед ней, а искалеченной дочерью. Которая сбежала от неё.

- От собственной матери! - ругается женщина, пока готовит всё необходимое.

- Как ты могла?! - она бранит и укоряет, словно дочь здесь и слушает её.

Вот она должна раскаяться и попросить прощения. Тёплые руки лягут на плечи. Но ничего не происходит, она моргает и оглядывается, дочери рядом нет. Её маленькая девочка не утешит и не успокоит её.

Сглатывая ком в горле. Маргарита занимается восстановлением блондина. Который, уже не подаёт признаков жизни.

- Я не знаю. Может вызвать Мортиса?

- Нефилим никогда нам не простит, что его спас именно он.

- Он и не узнает, если подохнет...

Исмаил выходит из комнаты.

- Ну-ка красавчик, она и не такое тебе залечивала так ведь? Я постараюсь справиться. Чёрт, как же она мне говорила?!

Старшая ведьма металась и окровавленными трясущимися руками искала нужное среди кучи пузырьков. Целый час она колдовала над парнем.

- Неужели придётся делать самой, я не делала этого никогда.

- Она не делает его в запас... он быстро выдыхается.

Кровавый кашель вырывается из пересохших губ.

Марго резко оборачивается, и смотрит на полуживого парня.

- Очнулся, - она хмурится, - уже?

Он закрыл глаза.

- Иди в сад и попроси у Хранителя частичку любимца его коллекции.

- У него есть коллекция? Чего?

- Не спрашивай, просто попроси. Возьми самый маленький флакон и заключи эфир от частички туда. Придёшь ко мне и отдашь. Следом собери все цветы Солнцевика...

- Их всего три штуки в саду...

- Неважно сколько, нужно чтобы собраны были все. Это ключевое слово.

Перед его глазами проносилось, как его ведьма бесновалась и собирала всё это, объясняя ему, чтобы он не выключался. Она спасала его так много раз, что стало странно, как она не плюнула на это?

- Я и правда не достоин её, - он хмыкает и кровь снова сгустком стекает по щеке, - ты была права.

Ведьма кивает и выходит из комнаты.

Оставаясь один, он начинает звать Яру. Словно в бреду ему кажется, что она просит отстать. Не трогать.

- Я знаю что трус. Могу только сбежать и забыться. Не смогу жить с этим. Но ты ведь знала, какой я, тебе не составило труда прочесть меня сразу. Ты пообещала мне терпеть меня, пока я не сдохну. Ты всегда выполняла их, разве сейчас что-то изменилось?

Ведьма лишь снова послала его.

Когти появились сами собой.

- Тогда наверно и не стоит мучиться.

В ответ лишь было брошено.

- СЛАБАК.

Когти так и не коснулись горла.

- Ты никогда не умела прощаться, - он усмехается, теперь ему кажется, что она сидит рядом.

- Уже бредишь? - Ис трогает лоб, Лим вздыхает и пытается дёрнуться от его руки.

- Он вполне может видеть её. Столько лет Исмаил, ты не поймёшь...

Мужчина обиженно посмотрел на ведьму.

- Не смотри так, чувства в одну сторону не зовутся любовью. Любовью зовётся два направленных чувства, которые сталкиваются, производя фурор. И он прекрасен... - последняя фраза была полна грусти и тоски.

- Ты любила Марго?

- Я - да.

- А он?

- Он любил небо.

Больше она не говорила и не отвечала на вопросы, всецело уйдя в залечивание блондина.

- Она вернётся? Вернётся ведь? Она всегда возвращалась... - Лим смотрел в одну точку и спрашивал, не получив ответа он вперился в Марго.

- Раньше у неё было хоть что-то. А сейчас, ты забрал всё, - гневный шепот был для Лима камнепадом, - она отдала тебе всё. Получая взамен лишь твои попытки подохнуть, как трусливая псина! - она нервно взмахнула руками, - И ты надеешься, что сейчас она вернётся?! - указав пальцем на него, она прищурилась, и словно что-то щёлкнуло в мозгу, - Нужно было дать тебе сдохнуть! Но она бы вылечила, и мне пришлось. Я говорила тебе, ты слабак, ты не для неё, только ей я уступила, связь появилась, и нарушить я не смела. Как же я хотела убить тебя, ты исковеркал всё! Ты и эта девица!

Женщина заплакала, истерика подкралась к ней уже после всего. И чтобы никто её не видел, она исчезла, оставив Лима мучиться.

Гром и молния. Ведьма взглянула в небо. Не иначе её мать бушует.

Это вызвало лишь улыбку.

- А то я не знаю, что гневаешься, - она встаёт и под проливным дождём плетётся, сама не зная куда, и не особо разбирая дорогу.

- "Пропасть это лишь начало,

Нужно только прыгнуть вниз,

Не крича, начать сначала,

Твой трамплин - пустой карниз."

Глупый, верит в эти сказки,

Попадает сразу в ад,

И не действуют отмазки,

Почему печален взгляд?

Разве не желал свободы,

Не желал пустой строки?

Вот они твои невзгоды,

В список все их напиши.

И не чувствуется страха,

Только холод на душе.

И неважна тебе плаха,

Голова пуста уже.

Тени засмеялись незамысловатым стихам.

- Почему другим можно лишать нас жизни и убитому воздаётся, а решить прекратить свою жизнь самому, это грех?

- Ты задала вопрос из разряда "Запрещено", прости, но таковы правила.

- Вы сказали, можете дать знания. Но я хочу знать, то, что нельзя.

- Ключевое: нельзя.

- Помолись и будь любезен,

За убийство извинись...

Очередные стихи незамысловатой песни оборвались, когда ведьма увидела что пришла к этому дому.

- Он не будет тебя искать здесь. Посчитает, что ты уйдёшь так далеко, как только сможешь.

- Непроизвольно, - пожав плечами, она взглянула на Ангела, - все, кто умирает своей смертью, чувствуют эту усталость?

- Нет, не такую, тебе трудней. С этим справляется душа, твоя половина не может сделать тебе легче.

Маргарита металась по комнате. Она сорвалась на мальчишку. Сама не зная как это вышло. Обвинила его во всём, но легче не стало.

Да и женщина понимала, что не станет лучше, если спихнуть вину на кого-то, но ей было необходимо.

Их жизнь могла бы сложиться по-другому, и ей бы не пришлось делить свою дочь с недочеловеком, и высокомерной девчонкой.

Её девочка познала чувство, высокое, светлое. Но вместо спокойствия и счастья, это чувство разъедало её, а он лишь подливал кислоты.

- Когда-нибудь она поймёт. И тебя оттуда выпнут, потому что она не такая как ты, ей они не нужны! - прошептала женщина, и точно знала, её услышали.

- Я вроде бы, хочу есть... - Яра дотронулась до своего живота.

- Что именно хочешь? - оторвавшись от созерцания некой точки перед собой, Ангел устроился на кровати, скрестив ноги в лодыжках, а руки на груди.

- Оладий... - тут же горячие, круглые, по своей форме идеальные, появились перед ней на тарелке.

- Из кабачков... - нахмурилась ведьма, только учуяв запах.

- Ты их не любишь, - недоверчиво Ангел напомнил ей об этом.

- А то я сама не знаю! - та раздражённо всплеснула руками.

Минута молчания была нарушена паническим воплем Ярославы, нечто в её груди стукнулось и покатилось в желудок.


## Глава 30. Созданы ли мы для свободы?


- Если бы я была беременна... ты бы ведь видел это? Или я бы знала? Так?

- Разве ты бы не хотела?

- Шутишь? Я хочу лишь, уже уйти и не видеть ничьих физиономий.

- Нет, не беременна.

- А у вас бывают дети? - она принялась за оладьи, вздохнув спокойно.

Мор почему-то не торопился с ответом.

- Что такое? Неужели тебе нечего ответить? - ведьма усмехнулась, видя Ангела растерянным.

- Я не знаю.

Тут же перестав жевать, та уставилась на него.

- Что это значит?

- Я не знаю таких, у которых, были бы дети.

- А пара?

- Единицы.

Уставившись в одну точку, он больше не отвечал ей.

- Что ты собираешься делать дальше? - она не знала, сколько времени назад съела все оладьи, и простые и те, что не должна в принципе хотеть.

- Дальше?

Раз за разом, в голове прокручивала воспоминание.

- Мне нужно заснуть.

Твёрдо решив, что нужно выяснить всё у подсознания, она устроилась на кровати.

- Ты дрожишь, тебе холодно, - откликнулся Ангел и придвинул к себе под бок.

Прижавшись спиной, она поняла что чувствует, не столько тепло, сколько жар.

- Как на костре, - хмыкнула и закрыла глаза.

- Докатились, уже спим рядом с этими... - недовольная интонация доносится из-за спины.

Обернувшись, ведьма увидела себя, его, себя в нём, или проще говоря - всё и сразу.

- Опять ты куда-то ползёшь...

- Естественно. Ведь глупой девчонке невдомёк... - он замолк и всё так же двигался вперёд.

- Ты хоть видишь, куда идёшь? - оглядевшись, отметила всё ту же пустыню.

Или это уже степь? Что вообще здесь?

- Я - да. А вот ты, ни куда и ни зачем...

- Как ядовито, ах-ах-ах.

Подсознание вздохнул. И остановился.

- Чего ждём? - недоумевающе ведьма огляделась.

Никаких изменений она не увидела.

- Не надоело быть обманутой?

Вопросительно вздёрнутая бровь была ему ответом.

- Да все знают! Только ты буксуешь.

- О чём, хотелось бы понять?

Тяжко вздохнув. Он двинулся дальше.

- В этом Сосредоточение, её тоже нет.

- Сосредоточение?

- Нечто храмов, не глупи.

- А, словно тут у них главный офис?

- Типо того.

- Почему я их не вижу?

- Не время. Когда сольёмся, тогда увидишь.

- Как скажешь, Ярик, - ведьма почему-то хихикнула.

- Ты же в курсе, что он зовёт тебя?

- Ой, скоро угомонится, - ведьма решила, что опять Лим орёт там во всю глотку.

Было странным не чувствовать зова. Не такого сильного как раньше. Но она отмечала этот огромный плюс.

- Не твой волчара. А главный, в офисе.

- Уж не знаю, с каких годов он меня зазывает, - задумчиво отозвалась Яра.

- И мы всегда отказываемся.

Та кивает.

- Но он сказал, что всё равно, так или иначе я явлюсь пред его очи.

Подсознание взглянуло на неё. Но та так и не поняла ничего. Ему оставалось лишь вздохнуть. Может если сосредоточится на этом и послать ей, тогда уж дойдёт до неё, наконец? Но взглянув еще раз на её спокойную физиономию, он понял, что это бесполезно.

- И что мы будем делать?

Она уставилась на него, вопрос был прямо на лице, произносить не нужно было.

- Когда найдём её. Что будем делать с ней? С тем, что осталось от нас? - всё же проговорил его, уж он-то знает, лучше в лоб и сразу, пусть поразмышляет.

- Кхм. Ну. Мы вроде хотели извиниться? - она взглянула на него, словно сомневаясь и ища подтверждение на его лице, - Да, точно, извиниться!

- Ты и самой себе тоже решила представление разыгрывать? - безразлично бросив, он двинулся дальше.

Обдумав эти слова, она поняла что и правда, играет. Почём зря.

- Просто только закончила с ними. И видимо до сих пор не могу выйти из роли.

Мужчина кивнул.

- Не сдох еще, - невнятное бормотание и старшая ведьма оглядывает блондина.

- Вашими силами, вашими силами, - усмехнулся тот не глядя на неё.

Сама не знает, на кой чёрт она снова пришла. Чувство вины кажется, пересилило ненависть и бессилие.

Вчетвером они возможно смогут её вернуть. И эта мысль толкнула её прийти продолжить. Поставить его на ноги за несколько часов. В конце концов. Она здесь мать, это ей уже, ну, кхм, опустим возраст.

При монологе в своей голове затронув тему возраста, она немножко зарделась, но тут же пришла в порядок.

- Что болит?

- Если честно, всё. От ушей до хвоста.

- Очень хорошо. Хочется сделать еще больнее.

- Марго, давай не...

- Давай, ты, не будешь указывать мне, что делать в своём доме.

- Как скажете, - Ис склонил голову и отошёл к стене.

Зверь в нём безропотно отступил. Эта часть его четко знает - территория не их. Прав на ней у них нет. Они всего лишь гости. И то, не самые благодарные.

Он усмехнулся, осознав как хорошо Марго играла.

Ни разу за все годы не указала на их место. Не говорила и не выказывала что они здесь никто. Звериное чутье не уловило ни нотки ненависти. А этот запах он знает. Даже слишком хорошо.

Живя здесь он не знал нужды ни в чём. Словно жизнь до Яры и её семьи не была его. Вспоминая себя, он не узнавал того человека. Загнанный, ненавидящий весь мир зверёныш.

Все маленькие девочки подбирают котят и щенков. А эта ведьма подобрала медвежонка.

Кажется он полюбил её как только увидел. Как это было давно.

- Какой-то ты не правильный, да, мишка? - она прищурившись оглядывала худого, ободранного медвежонка.

- Забавно. Я совсем не разбираюсь в звёздах. Но именно они, ляпнули мне, прийти в лес. Печенье будешь? - она плюхнулась на землю и открыла коробочку.

Ей было безразлично, что в лесу темно, что она в три раза меньше медвежонка, даже при его худобе, и совсем неважно, что этот дикий зверь единственный кого она встретила.

Каждый знает, если встречаешь кого-то одного, значит, все слабые разбежались, почуяв превосходство.

- А представляешь как обидно. Наверняка эти блестяшки больше мне не скажут ничего путнего.

И с тех пор, больше они с ней не говорили.

Волосы до плеч, светящиеся глаза, жуткая худоба и левое плечо, словно один сплошной синяк. Такой он запомнил её.

Он должен был быть свободным, единственным выжившим. А он стал игрушкой. Плюшевый медведь.

Свобода отменилась. Но он так и не узнал, что именно сказали ей звёзды.

- Они обещали мне смерть. Так и не выполнили.

Яра открыла глаза. Ангела не было рядом.

- Кто? - донеслось с кухни.

Встав с постели, она потянулась и раздумывала над разговором с собой.

А что если подчиниться и явиться.

Заявиться к ним, и устроить такой аврал, что не разгребут до следующей её реинкарнации.

В полутемной подвальной комнате, трое пребывали в молчании.

Ведьма была хмурой и сосредоточенной.

Брюнет закрыл глаза и прислонившись к стене слушал треск свечей. Яра всегда говорила: свеча трещит - беда свистит.

Никогда не понимал, почему свистит? Почему свеча реагирует? Как определить что за беда? Ведьмы - как и всегда подвел итог.

Блондин же пытался добиться до Яры. Как в плохие телефоны играл. Казалось, что ты что-то слышишь. Но не понимаешь что. А может просто тебе показалось?

- Ты можешь отдать силу, - Ис распахнул глаза и уставился на ведьму.

Она полоснула его взглядом. Не понимая, это был вопрос, приказ или утверждение.

- Яра, не раз говорила, что можно отдать силу в замен на всё что угодно. Чем больше сила, тем больше благо.

Ведьма усмехнулась.

- А она говорила, что бывает с ведьмами после этого? - она внимательно смотрела парню в глаза, - Такую "мелочь" ты естественно не запомнил.

Он нахмурился, пытаясь вспомнить, но осознал что и правда, что следует за отдачей не знает.

- Но ты ведь знаешь, что будет дальше? Что ждет впереди?

- Не о нас. Я и моя дочь сокрыты для меня. Все что относится к нам, для нас за пределами видимости. Как шторы у лошадей.

- А я?

- А твое будущее в её руках.

- Чьих? - хотя он и сам знал ответ, но хотелось удостовериться.

- Ярославы. Тебе на нити писано быть убийцей. Да вот как бы не так. Она что-то сделала. Когда сбежала в лес, по их знамению. Не знаю что, её возможности шире моих.

- А сейчас? Что там? Пусть в её руках, но ведь что-то да есть.

- Тебе за столько лет захотелось узнать именно сейчас?

- Наверняка после её смерти, я здесь больше не появлюсь...

- Ты и тогда так сказал, однако, ты здесь.

- Я и предположить не...

- Помолчи уж. Девчонка. Святая. Чистая. Смерть ей принесешь. А она тебе смысл жизни.

- И как это понимать? - голос был едва слышен, горло отказывалось прибавить громкость.

- Я ведьма, а не пряха. Да и они тебе точно не скажут.

- Долго вы еще разводить тут будете, сеанс, мать вашу.

- Ты мою мать не зови, - взяв кинжал, она сделала надрез над ключицей, - откуп, - развернулась и вышла.

- Никаких новостей?

Ис отрицательно мотнул головой, всё так же задумчиво смотря в пустоту.

- Приступим.

Порывисто войдя, ведьма брякнула медный поднос на столик.


## Глава 31. Получая по заслугам.


- Как долго мне здесь находиться? - проводник метался в своей комнате.

Внутри всё бушевало и кричало что, что-то идет не так. Но он не мог понять, что же?!

- Уже скоро.

- Что скоро? - остановившись, он оглянулся на мужчину.

- Скоро ты выйдешь из этих стен.

- Я смогу вернуться к себе домой?

- Не желательно.

- Почему? Почему я не могу вернуться? Ничего не изменилось, никто не знает...

- Ты стал другим. Как давно ты смотрелся в зеркало?

Тут же подойдя к зеркалу, он увидел, что левая половина тела мерцает.

- И давно? - он потрогал плечо, оно точно такое же каким и было на ощупь.

- После первого же переселения. Даже те кто не видит нашего мира, это заметят.

- Я не смогу вернуть свой прежний вид?

- Нет. Подписал контракт?

- Да. В тот же день как она дала мне его.

- Она знает?

- Должна. А где тогда мне жить?

- Твоей зарплаты хватит, чтобы построить новый дом.

- Откуда вы...

- Берём деньги?

Данте кивнул.

- Ты даже представить не можешь, как отыгрываются на богатых мира сего. Они платят другими. А мирозданию откупа не найдёшь, страдают их дети. За всё, что ты делаешь, будут расплачиваться твои дети, запомни этот принцип, он непреложен.

- А мне придётся платить?

- Смотря, что ты будешь делать со своим даром.

- Есть еще книги? - он уже продумывал, как жить дальше с тем, что у него открылись глаза и прочее, без чего он в принципе не плохо бы жил и дальше.

- Я спрошу.

Отвернувшись от Николая, он уставился в окно на лес.

Что-то было не так. Что-то нужно было исправить. Но ответ не приходил.

- Николай, - повернувшись от окна, захотев спросить, мужчина обнаружил, что в комнате один.

- Что же я там умею? - тихо шепча себе под нос вопросы, Данте наматывал круги в своей комнате.

- А ты что здесь забыл? - подняв голову, он с недоумением обнаружил перед собой ведьму, в груди что-то шелохнулось.

- Не понимаю, что происходит. Не знаю что нужно исправить. Но что-то нужно, - левая рука тряслась, он обрисовывал в воздухе что-то, надеясь, что хотя бы она поймёт.

- Зря пытаешься нащупать, сердца нет, - она усмехнулась, видя просветление в глазах проводника.

- Оно умрёт.

- Умирает, - спокойно подтвердила ведьма.

- Что ты хочешь сделать? - Ангел заинтересованно смотрел на мужчину, наверное, впервые он был заинтересован в человеке.

- Он ничего не сможет, - увидев заинтересованность, Яра сразу обозначила провал попытки.

- Совсем?

- Абсолютно. Ты можешь возвращаться и уходить из дома. Его охватит пламя с моим уходом. Только сейчас я его увидела, - не мигая, она смотрела в стену и криво улыбнулась, - он сгорит.

- Кто? Мне нужно кого-то предупредить?

- Нет. Своих, пламя не тронет. Чужих, покарает, - всё так же смотря в стену, ведьма проговорила и больше не отвечала на вопросы.

В её голове щёлкали и щёлкали картинки, с каждым разом становясь отчетливее. Пламя, умирающий мужчина от огня.

Мечущийся волк у окон вдоль стены.

Задумчивый медведь. Не смотрящий ни на кого, лишь на отблеск пламени, на стенах.

И ведьма, кричащая, до нехватки кислорода. Черные следы её ступней, где бы она не встала. Словно выжженные.

Небо. Такое яркое. Алое. Совсем близко.

Не хватает кислорода, взгляда чтобы обхватить всё небо, тепла. Кого-то рядом не хватает, слишком ощутимо...

- Я совсем не могу помочь? Потому что внутри, - он изобразил ладонями бешеный стук сердца.

- Совсем, - она среагировала на вопрос, очнулась.

Ангел не слушал их. Что-то отвлекло его.

- Что ты видишь? Что? - она схватила его, и трясла, пока он не сфокусировал взгляд на ней.

- Мне нужно идти.

Она послала его. Как может только она, послать кого-то кто сам уходит. Но внутри, ей было страшно, кажется да, оставаться в час смерти совсем одной.

Какое-то странное липкое холодное ощущение. Оно взяло её за горло, причём основательно, словно добралось до островка, который еще может воспринимать эмоции.

Момент подобрался. Ударил её по затылку, оглушил и бросил на кровать.

В доме в лесу никого нет. Осталась она и половина души. Которая рваными толчками выходила из этого тела.

Дыхание сбивается. По телу проходит судорога.

Слышится вой. Гулкий, нестерпимо громкий.

Хотелось бы увидеть лицо дяди. Такое неописуемо близкое и родное. Грубое и тут же мягкое при взгляде на её шалости.

Ветер, песок, ни черта не разглядеть.

- Где ты? - она пытается докричаться до подсознания.

- Скоро уйду...

- Я уже? Мы сольёмся?

- Почти. Душа всегда сопротивляется, только твоя будет как у обычного человека. Ведьма бы умирала дня три. А сердце всё еще пульсирует нитью, она тонкая, прозрачная.

- Я не хочу оставаться одна.

- Это глупо и по-женски. Выбрось, вот это лишнее. Раз уж я теперь открытая книга, не хочешь посмотреть и избавиться от иллюзий? - перекрикивая вой ветра, он щурился и всматривался в её озадаченное лицо.

- Мне будет лучше?

Он рассмеялся и тут же грустно улыбнулся.

- Ладно. Избавляемся...

- Зря ищешь тех,

Кто сам сбежал.

Их не найти,

Как ни кричал.


Причал был пуст,

И тихо море.

Я правду видел,

На ладони.


Жила ты с теми,

Кто во мгле.

Отдали души,

Тишине.

- Подожди что... что это? - закатив глаза, она возмущенно посмотрела на него, только сейчас стихов ей и не хватало.

- Манера твоя. Уж извини, я и так обошёл запрет, - усмехнулось подсознание.

Ведьма зажмурилась от клубка из песка, который летел прямо в лицо. А отряхнувшись и откашлявшись, увидела что, осталась одна.

И вдруг голос.

- Ну и? Хоть немного дошло?

- И что ты за язвец такой? Что за драматургия?!

- Ну так поняла нет? - пропустили её возмущение.

- Но мы же так долго её искали! Так упорно! - внутренний диалог не прекращался.

- О, ну неужели! А теперь, к сути. Ты думаешь, я поэтому столько времени шатаюсь по всяким неизведанным...! Я ждал пока до тебя дойдёт! И давал тебе картинку, снова и снова и снова! А ты лишь каменела и винила себя! Неужели чтобы видеть хоть что-то, нужно лишиться сердца и души, и помереть в одиночестве?! И знаешь, я даже рад, что мы избавились от этого, ты наконец-то будешь свободна! И я буду свободен! Впервые, за сколько лет?

На этот вопрос не требовался ответ. Это был упрёк, нежели интерес.

- А теперь. Еще раз!

Только теперь ведьма замечала.

Вечно ищущий взгляд, её подруга так часто поправляла волосы лишь когда хотела кому-то приглянуться. Макияж, укладка, раньше она совсем не красилась. Судорожное движение руками, лишь бы оттолкнуть Яру и не дать себя ухватить.

Напускная всепрощающая улыбка. Увещевания что ничего страшного. И ведь правда. Яра отговаривала её. В последний момент ворвалась и не успела. Но как дура, полезла за той в пекло, коря себя, что не углядела за взбалмошной подругой.

А вид "неподготовленной" к такому подруги вообще должен был смутить Яру.

Только теперь пекло сопоставилось с тем, где блуждало всё время её подсознание. Это были Верха. Туда так стремилась попасть её напарница.

Но ведьма что-то не припоминала, чтобы её подругу туда звали.

Зато прекрасно помнила недоумевающее лицо, которое появлялось при каждом Ярином отказе.

- Почему нет? Я бы хотела...

- Ну и зря.

- За что туда попадают? - словно невзначай.

- За самоотречение. Но это в прошлом. Сейчас они берут лишь интересных и желательно не повторяющихся экземпляров. Своего рода коллекция. А если сочетаются эти два фактора, то вообще прекрасно.

Тогда Яра не обратила внимания на задумчивый взгляд подруги. Но сейчас.

Решительно отряхнувшись, она огляделась, чтобы определить в какую сторону идти, чтобы выйти.

- Проведи меня! - за несколько мгновений до её смерти блондин ворвался в комнату к вернувшемуся проводнику.

- Что?

- Веди меня к ней!

- Не могу.

- Что значит не могу? Ты возвращаешь с того света. А увести на тот не можешь?

- Нет, - бесстрастно кинул и уложил последнюю книгу в сумку, - можно вопрос?

Блондин немигающе смотрел на Данте.

- Как ты понимаешь, что она умирает?

Он дотрагивается до груди в области сердца.

- Ааа, понял, сердечко то у тебя. Что ж, пора прощаться. С вами я вряд ли свижусь.

И пройдя мимо того, что из себя представлял блондин в полу трансформации, безропотно перешагнул порог. И ушёл из дома.

Николай заказал ему машину и комнату в гостинице, как только Данте сказал, что уходит, когда тот принес ему книги.

Маленькая девочка сидела на кровати, подтянув и обняв колени, и всхлипывала, в то время как Григорий сидел рядом и поглаживал малышку по голове.

- Не хочу, не хочу, не хочу, - повторяла одно и то же, и судорожно ловила воздух.

- Каждый должен уходить. Не убивайся так. Каждому своё время.

Та лишь резко мотала головой и снова принималась твердить.

- Слышишь?

Марго кивнула.

- И я не слышу, - он взял в руки бокал с коньяком.

Женщина метнулась к окну. Алое небо гнало и так немногочисленные облака куда-то вдаль.

- Неужели и на этот раз я ничего не могу сделать?

- Отдать силу. И тут же убить себя и свою дочь, - пожал её брат плечами не смотря на ведьму.

- Почему ты не мог взять её в жены? Тогда бы она была жива!

- Потому что она мой ребёнок! И слава всем силам, что она не с такими же моральными принципами как ты!

- Истинная ведьма была бы!

- Хватить винить всех, Марго. Это не поможет!

- И без тебя знаю, - рявкнула в ответ, и уселась возле его ног прижавшись щекой к колену.

Пламя вставало стеной вокруг дома. Небо стало невыносимо алым.

Медведь и волк стояли у огромных окон залы, и не могли выйти наружу.

Внутри Лима словно снаряд разорвало. Изнутри жгло и нестерпимо стучало, то, что осталось от его ведьмы.

От стены отделился силуэт охваченный огнём. Угли глаз нашарили двух мужчин. И скрипнув зубами, он попросил воды.

- С чего бы вдруг? За ней явился? - Лим улыбаясь, смотрел на некроманта.

- Потушите! - сквозь зубы процедил мужчина, ища хоть что-нибудь, в чем была бы вода.

- Нечем, - меланхолично отозвался Ис.

Внутри образовалась пустота. Все, что было ему начертано руками Яры теперь уходило, оставляя только пустоту.

Значит то, что сказала Марго, не сбудется, и у него не будет смысла жизни. Но это даже и хорошо, значит ничью жизнь, кого-то светлого он не отнимет.

Упав на колени, еле дыша некромант смотрел в пол и пытался затушить жар который жег теперь и внутри, а не только плоть.

"Чертовы охранные, верные псы! Глупое условие, при гибели хозяина убивать чужаков в доме!" - судорожные мысли бежали как электронные бегущие строки.

- Нечего было лезть, куда не следует, - высказалась старшая ведьма, оказавшись на пороге залы и увидев картину милую её сердцу: хоть кого-то, по настоящему убивает, смерть её дочери.

Она окинула взглядом комнату. Алое марево, двое у окна, смотрящие на лес сквозь пелену пламени, и подыхающий ведьмак от защиты охранного духа.

Следом в комнату вошёл Николай и все четверо живых и один мёртвый, превратившийся в пепел, поняли, что кончина ведьмы состоялась.


## Глава 32. Смирительную рубашку моей бредящей доброте.


Багровая пелена застлала глаза матери и та взвилась, носясь по комнате, выкрикивая проклятия, под её ступнями мерцали всполохи огня и оставались выжженные выемки.

Николай прислонившись к стене, наблюдал за своей обезумевшей сестрой.

Звери же наматывали круги, ожидая, когда пламя сойдёт на нет, чтобы вырваться и уйти в леса.

Волк ощетинился и гортанно рычал, медведь же хрипло дышал, и все время смотрел на окна.

Мужчине первому надоело, и он ушёл, чтобы навестить Святу.

Осталось только трое безумных в комнате, которые никак не мешали друг другу сходить с ума.

При звуке открывающейся двери малышка замерла и взглянула в ту сторону. Но увидев дядю, закрыла глаза и уткнулась лбом в колени.

- Прости, - тихо отозвался тот от двери, поняв, что ребёнок ждала не его.

Григорий тут же встал и направился на кухню.

- Она обещала быть рядом? - они не смотрели друг на друга.

Они словно люди, которые только сейчас узнали о существовании друг друга. И как ни странно, могли обоюдно спасти.

- Да, - тихо сказала девчушка и подняла голову, уставившись в стену.

Мужчина усмехнулся.

- А вам?

- Нет. Мне ничего не обещала. В последнюю встречу сбежала от меня как от прокажённого... - заплакав, мужчина всё так же смотрел в одну точку.

- Она бы не сказала вам такого.

- Почему? - шея хрустнула от резкого поворота в её сторону.

Девочка же медленно перевела на него взгляд.

- Вы для неё пример. Слишком сильный, слишком стойкий. Она бы не захотела запомниться вам сломленной, обещающей приходить из прихоти.

- Я так же как и моя сестра, были слабее ребёнка. Она растила тебя такой же. Ей не требовалось воспитание. Лишь пища для размышлений. Прожила не одну жизнь. Хотела, чтобы ты была самостоятельной, никогда и никому ничем не обязанной. Это и есть свобода. Помогая - не требовать отдачи.

- Я так не смогу. Без неё точно нет.

- Сможешь. Чувство любви и преданности будет толкать тебя в спину, заставляя нагонять то, что нужно.

- Вы уйдёте? - в ожидании ответа она замерла, теперь опора её идеала, нужен был как никогда.

- Тогда я не был бы стойким, так ведь? - он улыбнулся ей.

Осмыслив она кивнула. Надежда на поддержку остаётся.

- Совершенно не знаю, что делать теперь? - девочка пожала плечами и выдохнула.

Напряжение, державшее её столько времени, измотало.

Голова гудит, конечности словно не твои, и тяжесть на хрупких плечах не даёт глубоко вздохнуть. Каждый знает это чувство.

- Есть больница. Библиотека. Ты столького не знаешь. Она не просто так рыскала в поисках знаний. Многие она сама записывала, их бумажные носители давно истлели. С возрастом сможешь открыть своё дело. Любое, абсолютно.

Он улыбнулся.

Девочка напоминала ему ЕГО племянницу. Но так отдалённо, что становилось горько от самообмана и желания поддаться ему.

- Выпей, - Григорий уже вернулся и принёс поднос с кружками наполненными успокаивающим отваром.

Себе тоже взяв кружку он встал у окна и посмотрев в небо, тихо попросил за её душу спасения.

- Это еще что? - ведьма нахмурилась, услышав шепот.

- Тебя благословляют, - из-за спины донёсся глубокий голос мужчины.

Ведьма знала его. Только спокойствия это не прибавило.

Развернувшись к говорившему, она увидела его, средних лет, седина на висках, гладко зачесанные волосы. Крепкое телосложение. Широкие льняные штаны бежевого цвета и рубашка цвета тростникового сахара, это первое что пришло ей в голову при виде его длинной рубахи.

- И что это значит?

- Засчитан голос. Просивший искренен.

- Голос за что?

- За твоё прощение.

- Меня не за что прощать, - резко бросила фразу глядя в глаза.

- Напротив. Ведьмовская суть сам по себе проступок.

- Ну так и спущусь в коптильню. Пламя стройнит, - так же холодно смотря на него.

Он усмехнулся и опустив голову взглянул на свои ботинки.

Странный жест, который за ним не водился при всех их частых встречах. Видимо он не знает, что сказать ей.

Вздохнув, он выглядел как перед прыжком в студеную воду.

- Стоит ли спрашивать вновь?

- Мой ответ всегда будет ·нет?.

- Только потому, что гордая?

- Мне ваши игры не интересны.

Сделала вид, что не заметила его усмешки.

- Тогда бы тебе не пришлось спускаться в пекло, - он присел на стул который появился из ниоткуда, и второй, толкнул Яру под коленки.

Она устояла, но потом сама села придвинув и устраиваясь удобней, более вальяжно и разложив руки на столе.

Жест открытости. В её случае это жест презрения. Ничего не узнаешь, не под силу увидеть даже с открытыми дверьми.

- Мы не раз это проходили. Я не собираюсь сбиваться в стайку. Тем более вашу. Тем более под твоим руководством.

Его яркие изумрудные глаза блеснули и тут же потухли, увидев в её глазах электрический разряд, прошедший по радужке.

Это напомнило ему о той, о ком бы не следовало вспоминать. На пользу никому не пойдёт точно.

- Что-то не так? Болезный? - последнее слово просочилось в него, словно яд в кровь.

- Ты считаешь, что это я жалкий? - столько лет усмешек с её стороны, а сорвался он только сейчас, что-то в её взгляде было таким прямым, что захотелось убить девчонку, незаметно за все годы она стала близка ему.

Он не терпел пренебрежения.

- Я? Тот кто приближен к самой сути мира? Имеющий право карать и миловать?

- Но не меня!

Он уставился на неё. Одна фраза и он взрывается.

- Говорит мне девчонка. Не имеющая полноценной семьи. Возможности делать, что хочется и открыть душу. Без права голоса. Погрязшая в разбирательстве дерьма за своим видом. Жалкое подобие ведьмы, спутавшееся с животным!

- Он уж получше некоторых. И волки к твоему сведению не бросают своё потомство! Что ты можешь мне сказать? Какое обвинение? Когда бежал как трус, узнав только о беременности, побоялся потерять своё положение! Не имеющий права сказать человеку, стоящему перед тобой что ты и есть та тварь, что предначертала смерть, маленькой беззащитной девчонке? Той что не имеет права голоса? Я имела! И они меня слушают! Не они мне диктуют, никогда, никто, не смеет говорить мне, что я должна!

Он старел прямо по секундам, становясь сутулее, худее, с еще большими прядями седины в волосах, тускнеющими глазами, тяжёлым дыханием и кривящимся от боли ртом.

- Что-то еще? Я могу убить тебя, сказать им что ты сдохнешь, вершитель чужих судеб. У тебя нет никаких прав! - было противно, это звучало слишком пафосно и высокопарно, зато конкретно и по делу.

- Как ты притащила сюда теней? - он хрипло выдал уже стоя на коленях.

Она выпрямилась, и сделала спокойное лицо. Одела привычную маску.

- Ты думаешь одни тени способны с тобой это сделать? Оказывается, блестяшки решили сделать меня наречённой Ангела Смерти. Думаешь, почему я не сдохла по твоим планам, еще в тот день?

- Они не могли.

- Ты зарвался. Превысил свои полномочия.

- И ты превысишь, - еле слышный хрип давался ему с трудом.

- Какой наивный. За всё, что ты с ней сделал, мне бы следовало оставить тебя в этом состоянии на несколько сотен лет, и развалить всю твою контору к чертям. Неплохо я справлялась с ролью, не догадывающейся дурочки? Сколько лет ты прослушивал меня? Ни одного вопроса об отце. Я знала с самого рождения. Твоё лицо снилось мне, приходя с её кошмарами.

- Ты сильнее...

- А ты глупее. Ты не устоял перед возможностью заполучить меня в свою коллекцию. Это я поймала тебя в банку и пришпилила к картонке. Я не буду твоим экземпляром, твоя дочь, так ведь даже интересней, что же выйдет из меня? Окромя дерьма и гнева, поверь, ничего.

Он усмехнулся. Резкие высказывания, он был таким же в её годы. Только десятки лет практики и он мог сдерживать бурю внутри, а теперь всё коту под хвост. Умение выводить - это от матери, она тоже никогда не давала ему покоя.

Её жизнь это проходной двор. Она никогда не была одна. Выражение чувств и отсутствие игры стало невозможным.

Только с одним человеком она позволяла себе такое, но и забыть о том, что её прослушивают те, кого не видно, не получалось.

Ты продумываешь на несколько шагов вперёд свою жизнь и поведение. Когда на тебя все смотрят и чего-то ждут, становится невыносимым быть искренним. Вряд ли она кому-то нужна была бы искренней. Холодной, уставшей и ищущей спокойствия.

Всегда только отдавать. Делать то, что от тебя ожидают. Не просить ничего взамен.

Это вроде стало неотъемлемой её частью, и всё давалось не со скрипом, по натуре она была честна, бескорыстна, но лишнее пристальное внимание, сделает из любого параноика.

В её жизни не было такой роскоши как доверие. Доверить тайну, чувства, свою жизнь, управление больницей, стоять за её спиной прикрывая. Она не могла и не хотела себе такого позволять, и поэтому тащила всё на себе, все больше тяготясь ношей.

И вот он шанс, выпрямиться, отряхнуться наплевать на все ожидания и желания других, сделать то, что хочется.

И она осознаёт, что она хочет и дальше помогать. Отдавать, не получая что-то ценное за свою помощь.

- Полный абсурд, вот и приехали, избавились от лишнего груза и всё равно тащим всё на своём бугре, - вздыхает подсознание.

- Какого ты не замолкнешь, все когда умирают, слушают вопли подсознания? - она усмехается, окружение становится более острым и ярким, чувства насыщеннее.

- Радуйся, что хоть здравомыслящий я, остался! Может ну их к чёрту, ну если только его оставим таким и свалим. Нам здесь не место. Меня тошнит от одного их вида, ну кто так ходит? Под кого они косят?

- И правда, одеяния убогое. Простота конечно прекрасна, но это какая-то унылая простота.

- Унылая? - подсознание рассмеялось.

- Хватит ржать, он на нас уставился, что будем делать?

- Оставляй эту тварь таким, проси теней закрепить, и сваливаем отсюда! Пусть ему отольются её слёзы...

Согласитесь, странно слышать это от потенциального мужчины. Кто видел мужчину с такой утверждающей фразой в защиту женских слёз?

Поэтому не согласиться, она не могла. И уже собралась убираться из чужой песочницы.

Как вдруг, то зачем приходили, само выбралось на свет, отнюдь не божий.


Обновление от 10.12.15.


## Глава 33.


- Какая улыбка, ты только взгляни, - в голове раздался голос, усмехающийся и чуть ли не смеявшийся над всё более комичной физиономией.

Улыбка была настолько не искренней, выпученные глаза, пытавшиеся изобразить оленёнка и доброту вселенского масштаба, казалось, не для этого лица были созданы.

По сути ей прикрылись как щитом. Оставив козлом отпущения. Который по замыслу, действительно должен был потом остаться в пустыне.

- Сама она так и не поняла, что её взяли не за подставу бытового масштаба? Что по сути ведьме, чьи-то нарекания?! - не унималось подсознание.

- Нет, она думает, что подстава, была представлена в свете самопожертвования.

- И в её голове совсем нет мысли, что она им не сдалась?

- Наверное нет, взгляни на её лицо. Будто она уже святыня и я пришла в лоно её любви и всепрощения.

Девушка и правда выглядела так, осталось только руки в молящем жесте протянуть.

Это какой-то чужой, другой, незнакомый Яре человек. Не тот ради кого она шла в пекло, не тот, ради которого столько обошла.

- Здравствуй, - с придыханием.

- Выглядишь глупо, еще глубже дышать при фразе сможешь?

Приоткрыла рот, вздохнув, словно: "Ох уж эти дети, но ничего, я позабочусь".

Яра чуть не сморщилась. Стало так неприятно и стыдно. Захотелось сделать вид, что она с ней никогда и не была знакома.

Хотя, это теперь совсем другой человек. Так что нужно отмести от себя чувство вины, которое кажется, возвращалось к ней.

- О, сердечко к нам притягивается! - воскликнуло подсознание, - Ну вот, опять рабство, эх.

- Как там?

- Ты прямо сто лет здесь провела?

Стушевалась под скептичным взглядом.

- А что ты хотела услышать? Птички, леса? У тебя ни семьи, ни друзей, ни работы. Что там для тебя могло измениться и иметь значение?

- Какого это, не быть наделённым высшим предназначением, - склонив голову на бок и натянув ту же улыбку.

- А ты знаешь какого - быть? - Яра только и могла усмехаться.

Опять улыбка с пометкой "дети".

Мужчина уже смог подняться и внимательно слушал разговор.

Ведьма повернулась к нему.

- Ну что? Не сработало?

- Попытка не пытка. Так, лишь оплошность, - он показал ладонью на непонимающую фраз "просвещённую".

- Я не держу на тебя зла, - почему-то выпалила та.

Отец Яры вздохнул, он явно от неё устал.

- Я знаю, не за что вроде.

Неужели столько сил и времени она потратила впустую? Как бы хотелось верить, что это единственная её оплошность с близким существом. Верней, кажущимся близким существом.

Поджав губы, та не знала что ответить, и быстро взглянула на начальника.

Потом бросилась к Яре и ухватившись за руку начала шептать.

- Ты не понимаешь, я... У тебя тоже есть там кресло. Мы будем там, вдвоём, править!

- Ты думаешь, ты правишь!? Ты марионетка, раскрой свои бездонные глаза. А оно мне на кой чёрт? Тебя всё равно выгонят оттуда, в любом случае. Приду или не приду я туда. Твои услуги там больше не понадобятся.

Подсознание одобрительно похлопало по плечу и обдурило всех, поставив заслон, а может это другие, "сдавшиеся", встали стеной из песка.

Мужчина не шелохнулся. Девушка зажмурилась и попыталась сбежать. На этом обзор скрылся и вдруг.

- Ну прекрасно, - лёгкие обожгло, - вернулись к тому, на чём закончили, - оглядывая раскалённые прутья клетки, и черноту вокруг, ведьма повернулась кругом, хотя какая уже разница, кругом тьма.

- Как глупо звучит, обычно "с чего начали".

- Да, всё-то у нас не так...

- Ну что ж приступим? Сдаваться я не намерена....

- Никто вроде и не предлагал, - подсознание пакостливо усмехнулось и ушло в закрома на поиски "ключей".


И на этом пожалуй всё. Конец.

А нет, я соврала.

Маленькое такое отступление.

Александр Анатольевич со всех сторон обхаживал и стеснялся дотронуться до девушки перед ним.

- Вы абсолютно серьёзно говорите? - он недоверчиво оглянулся на брата и сестру, они не могли как Яра, слушать его мысли вслух, им это надоедало.

В ответ они лишь кивнули.

- Я конечно пытался верить и работал. Но чтобы вот увидеть так.

- Ты долго будешь тыкать в неё, словно в дохлое животное? - мать Ярославы сменила свой образ.

Теперь её цвет абсолютно-чёрный. Чем он отличается от черного? Тем что смотреть на него не хочется, кажется, что как и стоя рядом с поездом, тебя втянет в эту черноту и ничего-то от тебя не останется.

- Знакомьтесь. Ваша подопечная и будущая руководительница, - Николай указал ладонью на оглядывающую всё Святу, решив, что она достаточно освоилась.

- Не дурно. Хотя не чистоплюй вы, ага? - тихо, недовольно проговорила себе и протянула тому руку.

- А где же Ярослава? - от такого поворота он даже забыл об официальном обращении.

Он ждал её и хотел расспросить обо всех тонкостях. О возможностях и новых людях в их кругу.

Маргарита нервно хрустнула шеей. Николай же положил руку к ней на плечо и выдал, что она умерла.

- Это шутка? - мужчина улыбнулся.

Ведьма на это склонила голову, получилось опять с хрустом.

- Нет. На этот раз мы серьёзно. И исправить возможности нет.

- Но тогда же у вас получилось?

- Не у нас. У неё и у человека, который теперь тоже здесь работает.

- Хорошо. Я молчу, - он вздохнул и пытался осознать, кто же теперь будет отвечать на все вопросы и решать волокиту.

- Я. Буду решать я.

Святослава добродушно, но серьёзно взглянула тому в глаза, прочитав мысли, одна из её возможностей.

- И с этих пор, вызывай в своей голове реже образ моей сестры, - она отклонила картинку улыбающейся старшей сестры, когда она отдавала ему указания.

- Как скажете.

Он развернулся и ушёл к себе в кабинет.

- Мы заедем в парк? - Василису так никто и не сводил.

Звери ушли из дома. Ничего не сказали, не обещали вернуться и ждать себя не просили.

Девушка же, взглянула на свою симпатию по-другому. Она была лишь пленницей. Теперь она свободна и свобода нравится ей куда больше, чем огромный и скрытный мужчина.

- Вы идите, я осмотрюсь. Познакомлюсь со всеми. В основном с чудо лекарем...

Свята откинула мысли, уходящие к её сестре, пытаясь дозваться, не получив ответа, направилась в лабиринты на поиски кабинета Лекария.

- Как скажешь, - Николай развернулся и подцепив Василию под руку, теперь он называл её так, повёл к выходу.

- Вату или мороженное будешь? - Маргарита тоже двинулась с ними.

- А можно? А какая она, вата? - она никогда не видела и не знала что это, но как девушка смекалистая, догадалась, что Маргарита ерунды не сморозит, и спрашивает на полном серьёзе.

Ведьма улыбнулась, вспомнив в какой восторг пришла её дочь, впервые попробовав "воздушный сахар", она всегда так называла.

- Она сладкая, тебе понравится.