Скоробогатов Андрей Валерьевич: другие произведения.

Довезти Солнце

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Вариант из конкурсного отбора "Аэлита-2007", объем несколько урезан путем сокращения некоторых сцен и диалогов. Является закрывающим произведением в цикле.


   No Скоробогатов Андрей Валерьевич, 2006-08-13

Довезти солнце

1. Корабль и Одиночество

   Эти переливы в центре яркого круга, пятна и радужные пленки порой были так красивы, что он забывался, предаваясь глубоким размышлениям, и мог иногда очнуться только от голоса, раздававшегося из-за плеча.
   - Все в порядке?
   - Да, - машинально ответил пилот.
   ...Он летел уже пятый год. Его одиночество посреди бескрайних просторов этого края Вселенной не было абсолютным. У него был напарник, которого завли Глеб, но разговоров они почти не вели, так как работали посменно - по двенадцать часов каждый. Если вычесть от шести до восьми часов на сон, час на еду и другие необходимые дела, то остается от трех до пяти часов на отдых и на то, чтобы вести всякие разговоры. Однако работа, которую им поручили, требовала большой внимательности, и все фразы, которыми они могли обмениваться, были односложными. К тому же, все темы для разговоров почти полностью исчерпались в первые два года полета, поэтому было скучно и одиноко, и эти пять лет казались теперь намного длиннее тех столетий предыдущей, относительно свободной жизни.
   За ним внимательно следили издалека. У него не было выходных, у него не было праздников, был тока сон и смена. Во время смены разрешалось пить воду из специальной канистры, но даже естественные надобности во время двенадцатичасовой работы нужно было оправлять, контролируя сингалы с объекта. Вряд ли существо, подобное ему, могло бы когда-нибудь серьезно заболеть, того не захотев, поэтому права объявить себя больным и не работать тоже не было - иначе бы эту меру наказания сменили на другую, более суровую...
   Он был рожден ноптом, Новым Потомком Творцов, существом с почти неограниченной властью над реальностью. Такие, как он, могут править цивилизациями, путешествовать по мирам, жить вечно и Созидать, но судьба толкнула его на другой путь. При рождении его нарекли Белогором, за шесть веков своей жизни он сменил множество имен и прозвищ, но лишь одно из них было известно всем. Четыресто с лишним лет он был преступником, знаменитым на всю Сферу миров Беглецом. Про него уже слагались истории и мифы, снимались фильмы, некогда знакомые с ним писали мемуары и научные труды о его непревзойденном таланте скрываться от Комиссий, но все это закончилось, оборвалось глупо и нелепо - его поймали, состоялся суд, и Белогора отправили к месту исправительных работ...
   - Ты уверен, что все в порядке, Белогор? - Спросил Глеб раздраженно. - Или ты не видишь быстро растущую коронарную дыру с противоположной стороны? Ты хочешь потом хромосферу исправлять? Сейчас наблюдатели заметят, выговор сделают.
   Что будет после трех выговоров, Белогор даже думать не хотел. Он, задумавшись, перестал просматривать импульсы с датчиков на поверхности светила, а это было опасно, ведь в режиме транспортировки искусственные звезды нестабильны. Подобные ошибки совершались им крайне редко, и потом над их результатами приходилось долго работать. Глеб был опытнее, и чаще всего именно ему приходилось исправлять подобные оплошности напарника. Но сейчас он уже собирался поспать, а смена Белогора только началась. Потому бывший Беглец коротко ответил:
   - Иди спать, я справлюсь.
   - Ну, смотри, если что-то случиться, виновным будешь ты. Удачи.
   Глеб ушел, а Белогор закрыл глаза и мысленно перенесся на сто тысяч верст вперед, к светилу. Стал прощупывать и восстанавливать фотосферу, измерять и изменять магнитные поля, повышать температуру плазмы. Параллельно нужно было корректировать полет звезды и сферолета, потому что они могли отклониться на доли градуса от намеченного маршрута, а эти доли градуса могут обернуться потом неделями лишнего пути. После двух часов изнурительной работы светило выглядело, как только что сформированное, а Белогор вернулся в себя, осмотрел в миллионный раз пустые стены кабины пилота-наблюдателя и включил музыку.
   Посмотрел вперед, в глубины космоса. Там, впереди, за маленьким светилом, уже была видна огромная серая Сфера, грандиозное сооружение, на внутренней поверхности которой было тридцать с лишним тысяч обитаемых миров. День ото дня она была все ближе, и все дальше позади была исполинская звезда К8, из материи которой формировались малые светила для миров Сферы. Белогору делалось радостно на душе от мысли, что долгий путь скоро закончится, и работу свою он завершит.
   И он вез, вез дальше свое маленькое солнце.
   * * *
   Тем временем далеко от наказуемых, в пустынном уголке Сферы Миров шла совсем другая работа. По углам большого квадрата со сторонами в шесть тысяч верст было четыре наблюдательных станции, зависших на высоте в четыреста верст. Внутри этого квадрата, над поверхностью Сферы, находилось почти идеально круглое сплюснутое облако. Оно было очень горячим, все вещества внутри него находились в газообразном состоянии; облако слегка светилось красным, внутри него с огромной скоростью перемещались завихрения и фракции всех возможных веществ.
   Высокий мужчина внимательно наблюдал за этим из большого иллюминатора самой главной наблюдательной станции. Он был похож на пятидесятилетнего человека, хотя на самом деле был Способным. Его звали Егор Великий, и он был руководителем строительства. Шло Большое Перемешивание.
   - В секторе девять-Б превышено содержание тяжелых металлов, Владислав, - тихо проговорил Егор Великий, и мысль-сообщение побежала к противоположной наблюдательной станции. - Почему не следим? В том регионе не планируется никаких открытых источников радиации, потому выдели уран с плутонием из протооблака и перемешай с секторами восемь-Б и девять-В.
   "Я так понял, что по проекту в секторах десять-А, десять-В и девять-А будет море, и подумал, что там урана и прочих тяжелых не нужно в принципе, - пришел ответ издалека. - Поэтому и перенес все оттуда. Помнишь, из-за того, что не хватило радиоактивных элементов в прибрежной зоне, какая история с миром 30056 приключилась? Оказалось потом, что народ не может добыть урана для своих электростанций, на нас написали жалобу в Комиссию по Ресурсам, пришлось тратить время на алхимию и переплавку мировой коры. Вдруг, они тоже задумают развиться и дойдут до атомной энергетики?"
   Егор усмехнулся.
   - Во-первых, ты опять хочешь нарушить технологию. Рекомендую тебе этого не делать, а то мы снова из-за твоей инициативности выбьемся из графика. Во-вторых, в проекте не указано, и мне ничего не говорили о том, что народы заказчиков будут заниматься атомной энергетикой. Смешай, не поленись. Не забывай, что через шесть суток мы замедляем скорость времени внутри объекта и завершаем перемешивание. Иначе не успеем к сроку - скоро нужно делать конденсацию ядра и подушки мира.
   "Хорошо, я перемешаю", - пришел несколько недовольный ответ.
   Егор Великий отошел от большого иллюминатора станции, прогулялся по коридорам, заглянул в жилой отсек. Там за обеденным столиком беседовали две женщины - одна молодая, вторая постарше.
   - Как дела? - Спросила та, что помоложе. У нее были светлые вьющиеся волосы и большие красивые глаза. - Все получается?
   - Там небольшие отклонения от проекта, но мы все уладим, - заверил Егор. - Ничего существенного. К концу месяца начнем формировать кору. А еще примерно через три месяца сконденсируем океан, как и планировали.
   - Мы на вашу команду надеемся, - сказала вторая дама. - Мы уже начали готовить народ к Дальнему Переходу. Надеемся, за пять лет вы управитесь.
   * * *
   Музыка все играла, и когда он начинал вслушиваться в знакомые мелодии, воспомнания волной обрушивались на его сознание.
   Как часто Беглец мысленно возвращался в свое безоблачное детство! Сколько сказочных мгновений было прожито тогда, сколько любви и ласки родных он получал, наверное, как и любой другой ребенок. Мысли о молодости своей Белогор берёг в самом глухом и недоступном уголке памяти, чтобы даже самые назойливые и умелые телепаты не смогли туда проникнуть. Все сохранившиеся воспоминания о детстве и юношестве у него сводились к нескольким важным эпизодам, лицам родных и набору расплывчатых образов, ведь абсолютной памятью он в то время не мог владеть. Силуэты зданий родного города, очертания улиц и рек, звучание родной речи, тепло солнечного дня и прохлада дождя, чувство беззаботной радости и беспричинного счастья ребенка - это, казалось бы, не так уж и много, однако все эти воспоминания спасали Белогора в период его последующего долгого бегства...
   "Это было так давно, - думал он. - Уютный маленький мир с населением в шесть миллионов Разумных, ласковое немолодое солнышко, город Эйновск на холмах по берегам Реки. Сине-бирюзовое летнее небо, огромные дирижабли в нем. Позже - сельская местность, большой сеновал и первая любовь, после которой родители чуть не отреклись от своего сына. Закаты над лесом... Как быстро все это закончилось..."
   Но жив был в памяти тот важный день, когда Белогор узнал про свое отличие от окружающих его людей. Об этом ему поведал дед, здравствующий и поныне. Этот старик всегда занимал достаточно высокие посты в среде Хозяев его родины, но об этом Беглец узнал чуть позже, а тогда он был для него простым дедушкой, добрым и заботливым.
   * * *
   ...Мальчик пяти лет шел рядом с седовласым, немного полным старичком, а за ними семенила маленькая мохнатая рыжая собачка с большими и умными глазами. Они шли гулять в ближайший лесопарк. Мальчик, как и многие дети его возраста, был очень любознательным. Многое ему вокруг казалось странным, непонятным, недостижимо сложным и невероятно интересным. Всегда перед тем, как он шел с кем-то из родственников на прогулку, в своей голове он заранее запасал целую гору вопросов о мире, о людях, о себе. Он уже тогда был умен и не задавал все эти вопросы сразу, а дожидался нужной минуты и начинал разговор. Когда они с дедом вышли из двора и пошли по широкой улице, он решил, что время пришло.
   - Дедо, а почему твой кот Матвей умеет разговаривать, а дворовые коты все время молчат?
   Дед улыбнулся и ответил:
   - Он особенный кот, Белогуша, я приручил его еще лет пятнадцать назад, когда ездил к своему другу, очень далеко отсюда. Тебя тогда еще не было.
   - В другой город ездил? - Спросил мальчик. - В Дренёво?
   В этом мире было всего три города, включая столицу. Дренёво был вторым по величине городом на севере континента. Дед засмеялся.
   - Нет, еще дальше. Там светит другое солнце, и все коты умеют разговаривать. Матвею захотелось попасть в наш мир, и я взял его с собой. Все говорящие коты живут дольше обычных и любят путешествовать.
   Ребенка удивила эта новость, но вида он не подал - вдруг об этом знают все, а он до этого был в недопустимом неведении. Белогор не хотел, чтобы его посчитали неучем, ведь ему было целых пять лет.
   - Понятно. Рыжик, не отставай, - сказал мальчик псу и продолжил разговор. - Папа сказал мне однажды, что миров очень много. Сколько их всего? Сорок?
   Это было тогда самым большим числом, которое он знал. Дед ответил:
   - Примерно двадцать пять. Тысяч, разумеется. И каждый год строятся новые. Ты же видел звездное небо? Ну и вот, каждая такая маленькая звездочка - это солнце, которое крутиться вокруг какого-то мира. Смотри:
   Перед мальчиком в воздухе возникла объемная картинка - слегка выпулкый, похожий на толстый блин объект лежал на гладкой серой поверхности и был покрыт мутной светлой пленкой. Внезапно на расстоянии от объекта в серой поверхности образовалась воронка, превратившаяся в дыру, а из дыры вылетел яркий светящийся мячик. Солнце пролетело над миром, освещаяя и согревая его, и скрылось в похожей дыре с противоположной стороны. Картинка просуществовала в воздухе секунд десять, а потом исчезла. Белогору уже показывали подобные голограммы, но чтобы столь красочную - это было в первый раз. Мальчик посмотрел на деда, раскрыв рот от удивления, старик сказал ему ласково:
   - Когда-нибудь ты побываешь во многих из них. Осторожно, Дорога.
   Они перешли границу двух частей города. Эйновск раньше делился Дорогой на две части по религиозному принципу: в левой части, откуда дед с внуком вышли, жили христиане, а в правой - язычники-политеисты. Сзади стояли величественные храмы, а впереди, на холме, в тени кленов и тополей, расположилось большое капище с пятнадцатью высокими кумирами. Эпоха противостояний двух частей города прошла еще в ту пору, когда дед был молодым, и теперь давно уже не было ни кровавых побоищ на Дороге, ни сожжений ведьм на Левой площади, ни жестоких жертвоприношений на Правой. Жители Левого города ходили в гости к жителям Правого, и наоборот, праздники, христианские и языческие, праздновали вместе, ходили в одни и те же парки и кинотеатры, и так далее. По Дороге, широкой, десятирядной полосе, неторопливо ездили электромобили и конные повозки.
   А в центре города, у площади, на правой стороне Дороги, стояло величественное, неповторимое по своим размерам здание с множеством статуй, большими колоннами, арками и широкой лестницей. Это был Театр, знаменитый далеко за пределами мировой Стены. Знаменитый настолько, что по всей Сфере этот мир называли миром Театра...
   Что такое тысяча, ребенок еще не знал, но он понял, что это нечто колоссальное, огромное, и решил перевести разговор на другую тему.
   - Дедо, а почему дядя Василий носит бороду, а ты нет. Он что, старше тебя?
   Дедушка рассмеялся.
   - Нет, конечно, он же мой сын, он не может быть старше меня. Просто таким, как мы, нужно каждые тридцать лет обновлять свое тело, иначе мы вконец состаримся. И так получилось, что в последний раз он сделал омоложение раньше меня, и теперь на вид ему больше лет, чем мне. Но ничего, через пару лет он опять будет выглядеть на двадцать-тридцать, а я снова постарею.
   - И что, мне тоже нужно будет каждые тридцать лет делать омоложение? - Не скрыл своего удивления мальчик. Как омоложение делается, он тогда, конечно, не знал, но слово было странное, и ему казалось, что это нечто неприятное.
   Дед снова тихо рассмеялся и ответил:
   - Ну, в первый раз я сделал омоложение, когда мне было восемьдесят пять, поэтому пока даже не думай об этом.
   Белогор сказал "Понятно", хотя считать до восьмидесяти пяти он пока не умел.
   * * *
   Навстречу мальчику и дедушке шел солидного вида высокий мужчина в шляпе. Когда он увидел деда Белогора, он воскликнул "О, кого я вижу!" и обнял старика. Рыжик сначала негромко тявкнул, но, почувствовав доброжелательный настрой знакомого, отошел в сторону и принялся обнюхивать местные деревья.
   - Добрый день, Александр, добрый день, - ответил дедушка высокому знакомому. - Давно я тебя не видел, недели две. Куда-то ходил?
   Знакомый в шляпе осмотрелся по сторонам и сказал.
   - Да, к прабабке двоюродной. У нее свадьба, она же развелась лет десять назад, и вот, нового спутника нашла, он ее младше на сорок пять. Сама помолодела на тридцать лет. Путь был не близкий, семь Переходов, сейчас отдыхаю, - тут Александр обратил внимание на мальчика и наклонился, чтобы поприветствовать его. - Здравствуй, Белогор. Как ты уже вырос! Я тебе помню еще вот таким крохотным. Ну, и куда же вы направляетесь?
   Белогору очень не нравилось, когда про него говорили "помню вот таким крохотным", но все же он ответил немного обиженно:
   - В лес мы идем.
   Дедушка добавил:
   - Я хочу научить его кое-чему, все-таки уже пора приучать его к настоящей жизни.
   Алексей кивнул и сказал:
   - Тогда ладно, не стану вас задерживать. До свидания, Белогор.
   Они попрощались с высоким мужчиной и пошли дальше.
   - В следующий раз, внук, поздоровайся с Александром, - сказал дед несколько раздраженно. - Все же он мой друг и наш дальний родственник.
   - Хорошо. Вот ты сказал, что кот Матвей пришел к нам из другого мира, а какой он, этот мир? Какой?
   Старик помолчал немного, а потом начал рассказывать.
   - Обычный мир, каких много. Он немного больше нашего, примерно в полтора раза. Там живут разумные коты и люди, почти такие же люди, как у нас. Называют его миром Династии Рыжих, потому что их центром правит династия рыжих котов. Мир тот старше нашего на тысячу двести лет, человеческого населения чуть побольше, миллионов семь с полтиной, и котов примерно столько же. Погода там хорошая, всегда тепло и солнечно, ведь коты не любят дождей и холода. Человек там имеет меньше прав, чем кот, но жизнь у людей тоже неплохая. Электричества и топлива, как у нас, там не знают, ездят на лошадях и осликах, под парусами плавают. Там нет большой земли, подобной нашей, а много маленьких островков, разделенных узкими каналами, как улочками. На одном из таких островков и живет мой друг, старик Ингварь Грозовой. Смотри, вот его фотография.
   В воздухе напротив мальчика возникло лицо бородатого старика в остроконечной шляпе и почти сразу исчезло. Они шли теперь по неширокой улице между красивых двухэтажных теремов, в которых жили родяне. За заборами кричали петухи и лаяли собаки. Рыжик подбежал к воротам одного из теремов, намереваясь облаять местного пса, но дедушка, остановившись, строго взглянул на него, и тот побежал вместе с ними.
   - Ты ходил в тот мир, чтобы просто встретиться с ним, да? - Спросил Белогор.
   Дед покачал головой.
   - Нет, не совсем. Он спрашивал совета по одному вопросу, у него там проблемы с одной семьей, ну, в общем, не важно. Понимаешь, вот в нашем мире всего лишь одна большая семья таких, как мы. Ну, то есть не совсем семья, а так, собрание, клан, если хочешь, ведь дядя Роберт, тетя Лидия и их родня нам не родственники. Мы действуем вместе, собираемся и решаем, что и кому делать. А в мире Династии Рыжих таких семей-собраний четыре, и каждое решает за себя. Они даже войны устраивают, не договариваясь, представляешь!
   - Что такое война?
   Дедушка не сразу сообразил, что лучше ответить ребенку, он подумал пару секунд и сказал внуку:
   - Это очень странная вещь, Белогуша. В нашем мире они были раньше, когда левая часть города боролась с правой, и такие же столкновения были по всей земле нашей. Но сейчас их давно нет, - дедушка помолчал еще немного и предался воспоминаниям. - Это было тяжелое время, но не стоит считать его совсем плохим. У нас было много работы. Чтобы была война, внучек, нужно всего ничего: два войска и одно поле, и неважно, что это за войска и где это поле. Войском может быть два насекомых, а полем - твой ботинок, или бывает, что войско - это миллиарды Разумных, а поле - несколько десятков миров. В любом случае будет война. Войну сделать так легко, что этим занимаются все, кому не лень, и мало таких миров, где желание поиграть в эту игру победили. Ведь так легко управлять народами, когда тем нужно воевать. Мы в нашем мире смогли перестать это делать, и можем этим гордиться.
   Миллиард - это, наверное, еще больше тысячи, подумалось Белогору, и чтобы не показать своего неведения по этому вопросу, он спросил про другое:
   - То есть война - это когда дерутся? Но у нас же и сейчас дерутся, вон вчера Василек побил во дворе Гошу.
   Рыжик увидел кота, перебегающего дорогу, и с азартом погнался за ним. Кот побежал от него, распушив хвост и выгнув спину, потом перелез через забор и был таков. Пес почувствовал себя победителем, тявкнул, пометил забор, за которым скрылся кот, и стал догонять хозяев. Дедушка покачал головой и ответил мальчику:
   - Можно и это назвать войной, но это будет не совсем верно. Василек, когда он дерется с Гошей, не ставит перед собой глобальных задач. Настоящая война же ведется с определенными целями, влияющими на состояние мира. Войны, обычно, кем-то управляются. Я не знаю, есть и много других отличий. В войне, если она закончилась, есть победитель и есть побежденный, а бывает, что обе стороны проиграли. Во многих мирах есть войны, которые ведутся с начала существования этих миров. Такие миры называются Игровыми...
   Играть в войну тогда еще Белогор не хотел, подобное желание у него появилось несколько позже, через несколько лет, а тогда он спросил:
   - А все могут играть в войну?
   - Из нас - да, - загадочно ответил дед. - Остальные в войны не играют, остальные обычно в войнах участвуют. Напрямую или косвенно.
   Впереди была небольшая речушка, впадающая в главную Реку. Через нее был перекинут каменный мостик, а за ним был светлый березовый лес. Улица здесь кончалась и начиналась лесная тропинка.
   - Дедушка, а помнишь, вот тогда, когда мы пили чай вместе, ты пошутил, что я подниму конфетку взглядом, и я по-настоящему ее поднял. Вот как я это сделал?
   Народу почти не было, лишь изредка по тропинке проходили молодые пары или бабушки с корзинками.
   - Это потому что ты умный мальчик. И Способный.
   На мостике они остановились. Дедушка приподнял внука над перилами и показал вдаль, на речку:
   - Смотри, видишь уток?
   - Я помню уток! - Радостно воскликнул Белогор, глядя на птиц. - Мы тогда ходили к дяде Павлу в усадьбу, и у него там в пруду были такие же утки. А дядя Павел тоже наш родственник?
   - Да, внучек, он мой дед, твой прапрадед. Втрое старше меня, хоть и выглядит моложе. С нами такое часто, я уже говорил.
   - И он тоже умеет играть в войну?
   Дед немного посмеялся, видимо вспомнив что-то.
   - Он много чего умеет, а в войнах он вообще был раньше мастером. Все крупные Игры-войны на этой земле были начаты и закончены им. Он великий стратег, его знают далеко за пределами нашего мира. Когда-нибудь он научит тебя многому, больше чем я.
   К сожалению, этим словам не было суждено сбыться. Белогор выбрал иной путь и пошел учиться совсем у других учителей.
   - Научи меня чему-нибудь! - Попросил мальчик.
   - Пожалуйста, - сказал дед и поставил внука обратно на мостик. - Пойдем в лес и там посмотрим.
   Лес встретил их прохладой и шелестом листьев. Стало еще тише, чем в городе, хотя Эйновск славился тем, что не был шумным. Послышалось пение зяблика и соловья. Они шли по тропкам все дальше и дальше: впереди дед, затем мальчик, а в конце Рыжик, шли через заросли малины и папоротника, по кочкам и старым мостикам, перекинутым через овражки. Пересекали просеки, лужайки. Лес становился все гуще. Белогор внимательно смотрел по сторонам, замечая каждую деталь ландшафта, спрашивая у деда названия трав, птиц, деревьев. Все это было удивительно интересно. Они вышли на небольшую полянку, на краю которой был большой муравейник.
   - Смотри, вот муравьи, - сказал дедушка внуку. - Сейчас я тебя кое-чему научу.
   - Я помню муравьев! - Воскликнул мальчик и стал тыкать прутиком в муравьиную кучу.
   - Не надо этого делать, - строго сказал дед, отстраняя мальчика от муравейника. - Они очень долго его строили, а ты портишь. Лучше возьми одного муравья и посади себе на руку.
   Мальчик послушно поднял одного из муравьев, и тот побежал вверх по его руке.
   - Ой, щекотно, - засмеялся мальчик, чувствуя, как лапки муравья бегут по его коже.
   - Теперь представь, что ты не Белогуша, - сказал дед, - а что ты внутри муравья, что ты идешь по чье-то руке. Сначала представь, как это будет выполняться, а потом действуй. Попробуй, я думаю, ты сможешь.
   Мальчик зажмурил глаза и сосредоточился. Дед боялся, что у внука ничего не получиться - все же возраст был еще слишком маленьким, но внезапно муравей остановился и стал быстро шевелить усиками.
   - Теперь прикажи ему бежать в обратном направлении, - сказал дедушка, улыбаясь от радости за внука. Мальчик сделал все интуитивно, и у него получилось - он смог выполнить простейший алгоритм управления живым объектом.
   Муравей вышел из оцепенения и побежал вниз по руке, нюхая усиками воздух и отклоняясь немного то влево, то вправо. Через несколько минут Белогор наловчился и водил насекомое взад и вперед, даже заставлял его кружиться на месте, но тут его внимание отвлек Рыжик, с громким тявканьем подбежавший к внуку с дедом. Муравей упал с руки и побежал к муравейнику.
   - Фу, не могу больше, - сказал мальчик. - А почему, дедо, когда я веду муравья, то я как будто бы сам себя муравьем чувствую? Мне казалось, что это я сам по руке бегу, усиками шевелю. Почему это так?
   - Это сложно объяснить тебе, внучек. Ты еще молод, ты не все поймешь, если я начну тебе объяснять.
   Мальчик приуныл, потом спросил:
   - А все люди так умеют?
   Дед помолчал, а затем ответил, почему-то вздохнув:
   - Из людей так никто не может. Можем только мы. Хоть мы и похожи на людей, внучек, мы не люди. Мы нопты, Новые Потомки Творцов...
   ... "Сейчас я в положении того же муравья", - подумал, внутренне смеясь, Белогор.
   Много хороших моментов сохранилось в его памяти, но много также и плохих.
   Белогор запомнил, как погасло солнце в чужом небе, когда он этого захотел, запомнил страдание и безумие народа, оставшегося в полной мгле. Отпечатался в памяти и свой ужас, когда осознал, насколько страшное злодеяние совершилось, и чем подобное ему может грозить. Долгое время давала о себе знать боязнь преследования, расстройство, совершенно не типичное для нопта. Снились сны про то, как за ним следят, как его ловят и так далее.
   Но сейчас, когда наказание уже пришло, и когда оно оказалось не столь страшным, как он сначала думал, теперь, когда бояться было нечего, скрываться не от кого, Белогор все чаще чувствовал себя счастливым. Это было счастье победившего, счастье личности, пережившей самый тяжелый период своей жизни.
   "Не отвлекайтесь, наказуемый, следите внимательней", - пришел издалека приказ, и он вернулся к работе.

2. Путь и Музыка

   Конечно, уныние и печаль иногда прорывались из подсознания; пилот вспоминал жену, которую видел последний раз четыре века назад и почти ничего не знал о ее судьбе, и тогда он включал одну старую песню.
   В пространстве, где нет воздуха ни капли,
В свободе, где лишь холодно и пусто,
Огромный галактический корабль
Свой путь вдруг потерял и сбился с курса.
   И страх забвенья гложет капитана,
И дни считает он в надежде выйти
На путь, ведущий в солнечные страны,
На путь побед и радостных открытий.
   Стремись, найди, возьми и обрети!
Ты знаешь, что победа впереди!
Проснись и тьму сомнений одолей,
Печали груз и горести развей.
   Он счастлив был направиться в скитанье,
Он был далек от мысли о потере
Ориентиров вечных мирозданья
И до сих пор не может в это верить.
   Мечтает он о солнце над главою
И верит в твердь земную под ногами,
Он верит в песни ветра под луною,
Поющего ночными голосами.
   Стремись, найди, возьми и обрети!
Ты знаешь, что победа впереди!
Проснись и тьму сомнений одолей,
Печали груз и горести развей!
   А видит капитан лишь только небо,
Бездонное своим очарованьем,
Но тянущую, манящую небыль,
И одиночество дает скитанье.
   Но, может быть, найдется нить пространства,
Ведущая в желанные просторы,
И обретет скиталец постоянство,
Увидит реки, солнца свет и горы.
   Эту песню он запомнил, когда во время долгих своих скитаний попал в один мир, говорящий на рутенийском языке. Там было множество неплохих групп, играющих электрогитарную музыку, и через много лет, когда его поймали, и приговор был оглашен, он вспомнил про музыку этого мира. Когда Белогора после суда спросили о пожеланиях, он ответил, что хочет, чтобы в сферолете можно было слушать музыку, и ему разрешили.
   Сейчас, конечно, когда прошло почти пять лет, все песни были прослушаны по несколько десятков раз, несмотря на то, что перед полетом его знакомые специально сходили и принесли песни всех групп того мира, которые смогли найти. Тем не менее, музыка спасала его, позволяла немного разнообразить его монотонную жизнь. К тому же и Глеб нередко во время своего дежурства слушал эту музыку, хотя раньше, как он сам признался, любил только синтетические композиции.
   Белогор смотрел вперед, и вдруг впереди, немного левее по курсу, появилось небольшое красное пятно, превратившееся затем в быструю яркую искорку, а за ней по пятам следовала маленькая красная точка.
   - Это же встречный рейс! - Сказал он сам себе, обрадовавшись.
   Сразу же, не раздумывая, открыл мысленный канал поиска пилота.
   "Привет!" - мысленно крикнул он.
   "Ты кто? - Пришла мысль-сообщение. - Ты где?"
   "Я на встречном сферолете, везу звезду на стройку! Я Белогор! Бывший Беглец!"
   Некоторое время продолжалось молчание, и Белогор уже огорчился, подумав, что собеседник уже улетел слишком далеко, чтобы его было слышно. Но ответ все же пришел.
   "А я Алексей Седой, везу выгоревшее солнце из мира 1015. Мне за это пообещали отпуск пятидесятилетний. Уже четыре века не отдыхал, потому решился. Ну что ж, скорейшего завершения дел тебе, Беглец".
   Из глубинной памяти Белогора выплыл мир 1015: во время своего бегства он жил там пять лет, и потом ему пришлось ненадолго вернуться туда, чтобы вернуть случайно стершуюся память. Это было так давно, но Белогор вспомнил остроконечные шпили домиков Столицы Дождей, вспомнил чопорный и пунктуальный народ, электрички, которые ходили всегда четко по расписанию. Он был рад, что в том мире заменили солнце, и теперь там теплее и светлее. Вместе с тем была радость от разговора с новым собеседником, состоявшаяся впервые за почти пять лет, и от чувства, что скоро он закончит свой путь. От солнца пришел тревожный сигнал, и Белогор вернулся к работе.
   Через полчаса его тронули сзади за плечо.
   - Вставай, твое время истекло.
   Вот и пролетела очередная смена. Глеб перехватил все службы управления, переключил все процессы на свой разум, и сел на место Белогора. Сам же бывший Беглец вышел из тесной кабины и пошел по короткому коридору на кухню.
   Аппараты давно уже приготовили хороший, плотный ужин. Он поел тушеную капусту с курятиной. Курятина была, разумеется, искусственной, зато капуста - натуральной, она росла в небольшой оранжерее.
   Сферолет представлял собой космический корабль шарообразной формы, движимый при помощи Способности пилота. Также при помощи Способности в нем поддерживалась искусственная гравитация и регенерировался воздух. Он был около сорока метров в диаметре, большую часть занимали трюмы и отсеки с водой, провиантом и вещами. Была небольшая комната для тренировок - хотя Способность и позволяла исправлять и наращивать мышцы самостоятельно, Глеб попросил перед своим наказанем, чтобы в сферолет поставили тренажеры. Он любил по часу в день махаться гантелями, бить боксерскую грушу, и так далее. Был маленький видеотеатр, но Белогор не любил кино и туда почти не заходил. Полноценный санузел, расположенный прямо у кабины пилота, конечно, требовал уже ремонта, но, тем не менее, все это было сделано для удобства наказуемых.
   Комиссия по Наказанию и Лишению оказалась не столь жестокой, как думал раньше Белогор. Когда Белогора поймали, он был убежден, что его непременно Лишат Способности, превратят в простого смертного и что через несколько десятилетий жизни простого человека его душа улетит в другую Вселенную, или в рай (в ад), переселится в младенца - смотря чему верить.
   Его помиловал Веселин, нопт Первого поколения, легендарный старик, создавший всю систему Комиссий. Он сказал тогда, посмотрев на Временно Выключенного преступника:
   - Этот парень показал себя очень изобретательным и талантливым. Свою вину он уже почти искупил - во время бегства он так много трудился, что его злодеяние на фоне этого кажется небольшим хулиганством. Он раскаивается. Лишив такого нопта Способности, мы потеряем хорошую рабочую единицу и неплохую личность.
   Услышав эти слова, он почувствовал себя вновь родившемся...
   Белогор пошел из кухни в спальный отсек. Каково же было его удивление, когда рядом с кроватью Глеба он увидел настоящую, с деревянным грифом и резным корпусом гитару!
   Откуда у них на корабле появилась гитара, Беглец понял, оглядевшись по сторонам - из металлической стенки отсека было словно выцарапано шесть параллельных линий, а часть деревянной спинки кровати отсутствовало. Материалы для инструмента были взяты из окружающих предметов, но при этом нужно обладать достаточным талантом, чтобы из мысленного образа сделать осязаемое тело.
   Он взял инструмент в руки, пробежался отвыкшими руками по грифу, попытался что-то исполнить из репертуара группы, в которой сам играл три столетия назад. Тот период жизни он помнил хуже всех, ведь мозг даже у нопта не резиновый, часть событий приходиться стирать, поэтому мелодия подобралась не сразу.
   Выбор совершая между прошлым и покинутым
Думаешь ты выплыть из потока заблуждений.
Но опять боишься, что останешься отринутым,
Жизнь свою продолжив в виде серой бледной тени.
   Мир твой был так мал, и был так сер, и был так низок,
Что уйти ты хочешь, но не знаешь, где твой выход.
Можешь быть ты рад, ведь час свободы слишком близок:
Я найду твой путь и мы уйдем отсюда тихо.
   Ты был вечным странником и не нашел свой остров.
Ты познал отраду битв и горесть поражений,
Но из заблуждений плена выбраться не просто:
Можешь ты остаться среди серых сновидений.
   Мир твой был так мал, и был так сер, и был так низок,
Что уйти ты хочешь, но не знаешь, где твой выход.
Можешь быть ты рад, ведь час свободы слишком близок:
Я найду твой путь и мы уйдем отсюда тихо.
   В новом мире можешь быть и богом и пророком,
Ведь в тебе есть сила и способность быть всех выше.
Там ты будешь вдалеке от козней злого рока
Новый мир, он будет твой, там лучше всех и тише...
   Доиграв, подошел к кабине Глеба и тихо спросил его:
   - Откуда гитара? Воссоздал по образцам из базы знаний?
   - Да, - ответил тот. - Играй.
   * * *
   Казалось, что внизу, впереди, настоящий ад, страшнейшее место и там никогда не будет жизни, но это было не так. Пройдет время, и вместо картины быстро взрывающихся пузырей магмы, потоков лавы и серных облаков, наблюдатель сможет увидеть облака вполне обычные, водные, путник сможет прогуляться по лугам, деревням молодого мира, поговорить с его поселенцами. Просто сейчас шел, пожалуй, самый важный этап строительства - варение мира. Если после проведения этого этапа обнаружатся серьезные ошибки, то мир придется превращать в газопылевое облако и начинать все сначала.
   Уже четыре месяца прошло с тех пор, как большое красное облако уменьшилось вдвое, стало несколько холоднее и застыло в выпуклую линзовидную форму. Мир уже начал обретать свои очертания и достиг своего конечного размера - две с половиной тысячи верст. Как старательный повар, выпекающий сдобные лепешки, старается достичь нужной формы, цвета и вкуса кулинарного шедевра, так и команда Егора Великого теперь тщательно, в соответствии с проектом выпекала кору мира. Нужно было правильно воссоздать будущий рельеф, подготовить место под моря, озера и реки, вырастить горы и вырезать глубоководные впадины.
   Егор втрое замедлил скорость течения времени внутри объекта, и теперь одна минута на наблюдательной станции равнялась четыремстам пятидесяти годам в области "повышенного" времени. Алгоритм изменения времени был в числе самых сложных и отнимал много сил, поэтому к строительству миров допускали только ноптов старших поколений, от второго до десятого. У них больше силы, они более опытные и ответственные.
   Сейчас такая большая разница в скорости движения времени используется потому, что процесс варения не является окончательным и должен занять два-три миллиарда лет. Скоро, когда и этот этап будет завершен, скорость течения времени постепенно уменьшат в двадцать тысяч раз. Это нужно будет для того, чтобы начать формировать ландшафты, флору и фауну. Подобные процессы требует еще большего внимания, чем варение мира, нужно следить, чтобы не случилось случайных природных катаклизмов, регулировать популяции животных и составлять биологические системы. Надо предусмотреть возможность изменения ландшафта, если заказчику не понравятся те места, где он будет строить поселения.
   Сейчас Егор был на второй наблюдательной станции. Он проверял, правильно ли в секторах двадцать-Д и двадцать-Е формируются тектонические платформы. Вообще, его главными обязанностями на стройке были проверка соответствия строительных работ проекту и координация всех служб. Также он брал на себя выполнение самых тяжелых работ, требующих большое количество силы.
   - Вообще, мне кажется, тот край платформы следует немного наклонить, - сказал Станигост, старший инженер. - Я взглянул, там планируется делать подземные реки, текущие в море Лотоса, так будет удобнее и быстрее.
   Егор кивнул.
   - Да, ты, пожалуй, прав. В море Лотоса по проекту будет течь до двадцати мелких подземных речушек, а на берегу будут водопады из пещер. Только не сейчас, немного позже. Когда будем делать обкатку, то там можно будет поменять рельеф, сделав небольшое землетрясение. Так даже будет естественнее выглядеть, помнишь давно, в мирах 6702 и 15600, мы так и сделали. Тогда нужно делать было много подземных рек в трех или четырех местах. Заказчикам, вроде бы, в тот раз понравилось.
   - Ну да, я и вспомнил тот случай. Хорошо. То есть, как я понял, мне нужно будет этим заняться?
   Руководитель подумал и снова кивнул.
   - Через полгода, когда аквасфера будет сформирована. Кстати, где наши водники? Я их не встречал уже почти неделю.
   Станигост усмехнулся.
   - В мире Улиток большие Игры. Соревнуются семьи Ильи Белохвоста и Григория IX Пустынного за право обладать материком в мире Семи Печатей. Мир Семи Печатей, если ты не помнишь, сделали закрытым уж почти полтысячи лет назад, поэтому в Игре, как говорят, используется своя система Команд. Чтобы смоделировать возможные исторические ситуации. Ожидаются водные сражения, вот Алиса с мужем туда и перешли, и весь свой отдел увели. Так мне передали, и еще сказали, что они хотят записать это как рабочую командировку.
   Егор нахмурился.
   - Хм, я, конечно, таких указаний им не давал. Они и так неплохо разбираются в малых системах Команд, сколько уже лет вместе работаем. Надо бы взять и вычесть им это из отпуска как выплату гонорара.
   Оплатой в строительной бригаде служил отдых от основных работ. Такой отпуск, в зависимости от сложности выполненных работ, мог длиться до нескольких веков. Егор не любил, когда рабочую площадку покидали, его не спрашивая, но, подумав, сказал:
   - Да ладно уж, там Игры длятся, в принципе, всего несколько дней, максимум неделю. И пока что у них работы почти никакой нет. Но если через восемь дней они не появятся, я посылаю за ними курьерского кота и жестоко отчитываю весь отдел на собрании.
   - Мне-то ты зачем это говоришь? - Сказал Станигост, улыбнувшись. - Я же за ними не побегу, бросать это все я не смогу все равно.
   Работники давно привыкли к некоторым странностям в манере общения своего начальника, все же ему было на несколько тысяч лет больше, чем каждому из них.
   - Да нет, я просто так это говорю, - сказал Егор, глядя куда-то вдаль. - Надо же кому-то сообщить свою волю.
   В этот момент по мысленной связи ему сообщили, что к нему прибыли гости. Он отошел от окна и сказал мастеру:
   - Ну все, Станигост, я пойду, ко мне на главную станцию пришли. Про тот участок я тебе все, кажется, объяснил. Тебе еще тринадцать часов работать осталось.
   - Я помню. До свидания.
   Егор вошел в Переход и очутился через мгновение на соседней, первой станции.
   Вокруг него по коридорам ходили люди, синекожие хиотты, низкорослые гомонийцы. Помимо ноптов, собственно строителей, примерно столько же жителей станций составлял обслуживающий персонал. Кроме того, здесь были простые зрители, стажеры, ученые и путешественники, пришедшие из всех краев сектора Русмидеи понаблюдать за строительством. Егор обогнул группу девушек в белых костюмах и направился в свой номер. Вообще, он был там крайне редко, стараясь не отвлекаться от работы, и даже сон обычно заменял релаксацией и быстрым искусственным расслаблением мозга.
   - Здравствуй! - Радостно сказал Егор гостю. - Как ты успел? С твоим-то напряженным графиком!
   Они обнялись с гостем. Разница в возрасте казалась небольшой, лет пять, но на самом деле разница составляла одно Поколение - вполне ощутимая величина. По сходству лиц и эмоциям было ясно, что они близкие родственники.
   - Успел, - сказал гость. - Мы ведь уже года два не виделись, с тех пор, как ты за этот проект взялся.
   - Да, оба загружены, не отдыхали давно уже. Такова наша доля. Забавная штука, мы с тобой старше девяноста пяти процентов ноптов Сферы...
   - А я вообще старше всего семейства ноптов, исключая четверых, - перебил его гость, улыбнувшись и продолжил спокойным, почти бесцветным голосом. - Я понял, к чему ты клонишь - к тому, что они все отдыхают, играют, гуляют, рожают полукровок. А мы, старики, работаем больше их всех, вместе взятых. Об этом еще лет семьсот назад написал в книге "Парадокс лентяйства" наш с тобой потомок, Пелоний Второй. Все дело в том, что мы, Старшие, создавали миры и Конфедерации, мы строили иерархию Систем и писали Правила и Законы, а не они. Мы - владельцы организации, имя которому - Вселенная, и потому заинтересованы в его развитии, а они всего лишь работники. Извини, перебил.
   - Не читал, - признался Егор. - Я вообще редко читаю трактаты, не относящиеся к специальности, так уж получилось, опять же, время. Ты мне лучше расскажи, где ты пропадал все эти два года. Я два раза искал тебя, хотел спросить совета, а ты исчез куда-то, и я по всей Сфере тебя не докричался. Неужели?..
   Гость раскинулся в кресле.
   - Да, ты угадал. Мы с Игорем снова взялись за планеты. Начинаем восстанавливать Гмонояну. Она меньше всех пострадала тогда от Великой Межпланетной, там нужно сменить всего лишь почвенные покровы, океан, и, частично, горы. И то, не везде. Потом будем выводить из Зимы и исправлять биосферу. Наверное, придется даже орбиту сместить временно.
   Егор выразил удивление.
   - Да, вы с дядей Игорем всегда были смелее остальных. Помнишь, вы были первые, кто задумал основать Пути между секторами. А как вы сообразили объединить Комиссии по Наказанию и по Лишению в одну, или, позже, создать Комиссию по Банкротству и Уничтожению цивилизаций! Тоже никто до такого не мог додуматься.
   - Нет, почему же, сообразили многие, что она требуется. Просто не все решались выступить с таким предложением. Ха, за это нас некоторые жутко невзлюбили, даже Веселин тогда сказал, что это не совсем уместное решение. Вот и сейчас многие выступают за начало создание Малых Сфер, укрупнения Конфедераций, но не за возрождение планет.
   - Сейчас Игорь там один? Проект, наверное, готовите?
   - Ага, проект готовим. Там намного сложнее, это же не плоские миры, там все естественно поддерживается. Гравитация, вращение, круговорот воды... И тяжелее в десятки раз, чем миры. В общем, будет сложный и интересный проект. Кстати, солнце, я смотрю, вам еще не привезли?
   - Ты знаешь, кто его нам везет? - Вдруг вспомнил Егор. - Тот самый, помнишь...
   - Знаю, уже сказали. Я подготовил для него один сюрприз, как раз собираюсь его проведать.
   Строитель усмехнулся.
   - Как он героем стал! И смех, и грех.
   - Да уж, прославился. Я кстати, его оправдываю, мне кажется, он стал жертвой обстоятельств. Ну, ладно, я пошел, загляну еще, может, через недельку.
   - Счастливо тебе, удачного пути.
   Гость кивнул и исчез.

3. Война и Эксперимент

   Дедушка повел внука через лес к точке выхода. Что это такое - внук уже знал. К семи годам дед и родственники много чего рассказали ему об устройстве мира (мира, как понятия, а не как обитаемого островка на поверхности Сферы), и он знал, что алгоритмом внешнего Перехода можно пользоваться только в точках выхода - специальных местах, для этого отведенных.
   - Конечно, есть немало миров, где точек выхода нет, потому что это необязательно, - сказал тогда дед. - Но любой старательный Хозяин не желает, чтобы его мир превращался в проходной двор, и всякий, кто захочет, проводил потом через него своих друзей, или, того хуже, целые народы. Поэтому выбирают небольшие площадки, и специальным образом ставят щит на остальную поверхность мира.
   Дед уже показал ему точку выхода, и дорогу к ней Белогор знал. И вот - они с дедом оказались у небольшой, метров тридцать в диаметре, лужайки, заросшей лопухами и донником.
   - Сейчас, мой внук, ты пройдешь по первому в твоей жизни Переходу. После него будет немного неприятно, может даже стошнить, но потом ты привыкнешь. Это вполне безвредно, просто твой... вестибулярный аппарат скажет тебе, что вдруг немного изменились гравитационные показатели.
   Последнюю фразу внук не понял, да и ему было, в общем-то, без разницы, стошнит его или нет: ведь прямо сейчас, буквально через несколько минут он окажется совершенно в другом мире, увидит новую жизнь! Они стали продвигаться ближе к середине круглой площадки, раздвигая руками чертополох, стараясь не зацепить колючек. Потом дед пообломал кусты вокруг себя, притоптал траву, пробормотав при этом:
   - Зачем лишнего с собой уносить...
   После этого он остановился и стал подготавливать Процесс Перехода. Для этого он быстро собирал у себя в уме, подставляя нужные переменные и координаты, специальный алгоритм - об этом внук тоже уже знал. Он и сам научился пользоваться простейшими алгоритмами: залечить царапину, например, или усыпить назойливого ночного комара. Больше всего ему нравилось играть с Матвеем, водя игрушечную мышку при помощи взгляда. Бабушке это не очень нравилось, она говорила:
   - Ну зачем же ты Способность на игрушки тратишь? Я в твои годы дома строила беднякам! К тому же ты коту в мысли проникаешь, ты его обманываешь.
   - Ничего страшного, - защищал мальчика Матвей. - Коты мыслят быстрее людей. Или быстрее ребенка-нопта. Мне нравится.
   ...Дедушка сказал каким-то странным серьезным голосом:
   - Возьми вещи в руки, а то может дно у сумок оторвать. Встань крепче, приготовься... Все, готов? Вхожу в Переход...
   Мальчик сначала испугался, потому что темная пустота "кротовой норы" рухнула на него, поглотила его всего, оставив лишь маленькую толику сознания и вспышки звезд где-то сверху. Однако, это продолжалось всего несколько секунд. Вскоре сознание вернулось полностью, он увидел яркое, слепящее местное солнце, ноги подкосились, и Белогор упал, потеряв равновесие. Ныл затылок; мальчик вспомнил, как дед учил вылечивать болезни: представил себе боль, указал ее место и мысленно зачеркнул. Не совсем верно, но боль исчезла, тем не менее, по крайней мере на время.
   Он поднялся и вместе с дедом стал оглядывать окрестности. Белогор знал, что такая местность называлась пустыней, это показывали ему на картинках даже в средней школе, в которую он ходил вместе с обычными детьми. У них в мире, конечно, такого не было, у них были только леса, степи и альпийские луга в Северных Горах. Еще болота в Червецовской Пятине, где водились страшные змеи, и куда могли ходить только ученые.
   Здесь все было по-другому. Палило жаркое и какое-то совсем незнакомое солнце, почти не было растительности, по крайней мере, на площадке, а облака висели где-то очень высоко и были узкие.
   - Все в порядке? - Заботливо спросил дед. - Голова не кружится? Можешь снять свитер, здесь слишком жарко.
   Точка выхода находилась здесь в небольшом углублении, с одной стороны ее окружали невысокие утесы и останцы. Дедушка сказал:
   - Нам вон в ту сторону, - и направился по тропинке вверх, через утесы.
   - Ты же сказал, что нам нужно будет сделать еще один Переход, дедушка? - Спросил Белогор, поспевая за стариком. - Нам же этот мир не нужен, и здесь слишком жарко.
   - Я не говорю, что мы здесь останемся, просто нам нужно выждать еще один день - сразу сделать два Перехода, да к тому же перенести двоих, слишком тяжело для меня. Вот был бы я вдвое постарше...
   Они поднялись наверх и Белогор увидел большое плато, на котором росли высокие зеленые столбы. Высоко в небе парило несколько больших птиц. Дедушка показал на них, заслоняя рукой солнце.
   - Смотри, внучек, вон сверху - царевы орлы. Их еще гарпиями называют, но это не совсем верно. Запросто могут унести человека. Нопты их специально разводят, чтобы всякие проходимцы не проводили здесь свои народы.
   - Ой, а нас они не тронут?
   Дедушка засмеялся.
   - Конечно нет, мы же нопты, мы им не дадим. Да и к тому же они, наверное, научены отличать ноптов от людей. Вот привели бы мы сюда всех жителей нашего подъезда, чтобы куда-нибудь заселиться, они бы сразу их всех растерзали.
   Они шли по направлению к дороге, за которой стоял небольшой домик.
   - Придорожная гостиница, - сказал дед, указывая на здание. - Нопты там - частые гости. Идем туда.
   Белогор подошел к одному из зеленых столбов. Потрогал колючки и задрал голову наверх. Сверху в столбе оказалось дупло, из которого торчал чей-то клюв.
   - Смотри, на них колючки, как на репейниках. Это что?
   - Кактусы, не помню точно, как название.
   Они зашли в отельчик. Пахло плохим табаком и другими зловониями, играл ансамбль, состоящий из трех человек. Люди, одетые все как один в пыльные серые футболки, стали шарахаться от них, и когда мальчик посмотрел на их лица, он тоже испугался - у них была кожа черного цвета.
   - Шайтан, шайтан, - зашептались вокруг.
   - Заметь, язык у них не характерный для чернокожих, - отметил мимоходом дедушка. - Больше для серолюдей или северян подходящий. Потому что они долго жили в мире Эсков и лишь недавно переселились сюда. Этот мир молодой, я сам помню, как его строили.
   - Вам туда, господа, - сказал на рутенийском подошедший темнокожий и повел по коридору. Видимо, он знал, кто такие нопты.
   В номере, в который их привели, уже было двое Способных - Белогор понял, кто они такие, больше по светлому цвету кожи, чем по внутреннему чутью. Потом он сообразил, что видел одного из них в Эйновске. Второй же, веселый бородач, не был ему знаком, оба они подошел к деду и поздоровались с ним за руку.
   - Сразу видно, что из мира Театра, - хохотнув, сказал незнакомец.
   - В смысле? - Не догадался дедушка.
   - А в том смысле, что у тебя и у парнишки все брюки в репейниках. Все знают, в каком состоянии у вас там точка выхода. Вся в лопухах!
   Белогор с дедушкой посмеялись, и старик сказал как бы в оправдание:
   - Ну, так ведь к нам редко кто заходит. Наш мир в стороне от Пути, вот никто и не прибирает.
   Бородач продолжал смеяться.
   - Ха, пора бы вас переименовать в мир Репейников, ну прямо все, кто оттуда приходят, приносят с собой репейники. Хотя, наверняка, мир с таким названием уже есть... Тоже на Игру? Или просто куда-то по делам?
   - Да вот, хочу внуку соседей показать. Тем более, что как раз идет Игра.
   Другой дядька, которого мальчик уже видел, сказал:
   - Да, причем экспериментальная. Такие бывают редко.
   Вечером, когда они уже расположились в двухместной комнате, Белогор спросил:
   - Что такое экспериментальная Игра?
   - Ну, как тебе объяснить попроще. Экспериментальная Игра - это Игра, в которую играют с целью провести опыт, эксперимент. Например, проверить работоспособность нового вооружения, новых Алгоритмов, боевые качества новой расы Разумных. Есть даже Игры, чьи Правила не связаны с военными действиями, например, построить на скорость два города, заготовить больше древесины, добыть больше железа. Есть сложные социальные Игры, где нужно построить определенный социальный строй.
   Мальчик задумался.
   - А для чего вообще ведутся Игры? Или просто так, поиграть?
   - Очень хороший вопрос, мой внук. Я ждал, что ты его задашь. Игры проводят с определенными целями. В обычных, жилых мирах, Игры проводят для того, чтобы повысить уровень цивилизации, победить внутреннего соперника, захватить спорную территорию у соседнего Хозяина, если семей несколько. А в игровых мирах, то есть специально созданных для проведения Игр (их около тысячи), таковые проводятся в нескольких случаях. Например, где-то построили новый мир и проводится конкурс на обладание им. Или, скажем, прошла внутренняя война, ее решили у себя свернуть, а исход соперничества решить на нейтральной территории. Были случаи, когда завидная невеста выбирала жениха при помощи Игры, но это давно.
   Белогор внимательно слушал деда и спросил:
   - То есть всегда Играют из-за вражды между кем-то?
   - Нет, не всегда. Иногда при помощи Игр добрые товарищи и соседи решают спорные вопросы. Часто семья хочет проработать какой-то вариант истории своего народа и приглашает профессионального Игрока себе в соперники. Ну, и конечно, есть такие ребята, которые играют для развлечения, а также получают заработок в виде права провести Игру.
   Мальчик удивился.
   - Заработок? А разве деньгами зарплату ноптам не платят?
   Дедушка рассмеялся.
   - Конечно, нет. Деньги нопт может сделать себе сам сколько захочет, и никто не сможет отличить их от нормальных. Да и зачем деньги нопту? Он и без них может достать себе все необходимое для жизни. У нас совсем другие проблемы, чем у людей и других Разумных. К примеру, очень сложно найти себе избранницу, ведь в каждом мире живет всего по несколько сотен ноптов. Но тебе рано еще об этом думать, я женился, как ты знаешь, в сто пять лет. Трудно стать Хозяином мира, вырастить свою цивилизацию, сложно осуществить свою мечту.
   - Понятно, - серьезным тоном ответил Белогор. - Вот мне папа рассказывал про Землю и про тамошних богов. Они были как мы? Ведь они тоже управляли своими цивилизациями.
   Старик призадумался.
   - Эх, если бы мы были по-настоящему достойны называться богами... Споры про нашу божественность нескончаемы. Мне, лично, кажется, что сравнивать нас с даже с Творцами, нашими прародителями, более изученными и оттого не менее загадочными, было бы неверно. Боги выше Творцов, а Творцы выше Первого поколения. И не верь тому, кто назовет богами равных тебе со мной... Ложись спать, мой внук.
   ... Белогор потом долго вспоминал тот разговор и нередко возвращался к этой теме. Во время своего скитания он повстречал немало семей, которые возомнили себя богами и оттого были совершенно некомпетентными Хозяевами. Несколько раз встречал он и ноптов ранних поколений, даже беседовал с ними, и совсем не находил в их поведении ничего божественного, хотя многие называли их богами. Помнит он встречи и с личностями, ноптами и простыми смертными, каждый из которых был маленьким богом своего дела.
   За свою огромную для Разумного жизнь он увидел многое, но гораздо больше он не видел и намного меньше, чем хотелось, вещей знал и понимал.
   * * *
   Неделю назад они начали замедляться. Скорость полета снизили сначала на двадцать, потом на пятьдесят процентов, через день в три, а вчера еще в четыре раза. Сегодня он должен снизить скорость в пять раз, иначе не миновать катастрофы. Теперь они с Глебом сменили график и смены длились не двенадцать, а восемь обычных часов, чтобы меньше напрягаться и лучше отдохнуть перед самым сложным этапом транспортировки.
   Сфера заняла треть видимого пространства. Казалось, они уже почти на внешней ее поверхности, свет малых звезд, ушедших на ночь на внешнюю сторону, становился все ярче. Входить в Сферу предполагалось немного под углом, и теперь они летели по касательной над мирами в секторе Нео-Скрадо. Воспользовавшись зрением сверхчеловека, стало можно рассмотреть маленькие точки на местах миров на внутренней поверхности Сферы. Белогор знал их названия, у него была карта.
   "Два часа до входа в Сферу. Вставай, Глеб. Один не смогу", - послал Белогор мысленный сигнал в каюту.
   "Подожди, перекушу", - пришел несколько недовольный ответ.
   Странно, обычно он не завтракает, а пользуется искусственным восстановлением тела, подумалось Белогору.
   Глеб пришел чуть погодя и сказал:
   - Изменяй курс, заходи под прямым углом и тормози до тридцати верст в секунду.
   - Это же слишком мало! - Удивился Белогор. - Я не успею так быстро затормозить!
   - Замедляйся! Я уже в четвертый раз делаю всю эту ерунду, лучше тебя знаю.
   Бывший Беглец удивился такому тону напарника и стал постепенно снижать скорость сферолета и солнца. Маленькая звезда немного сместилась в сторону и стала гореть гораздо ярче, так, что пришлось включить затемнение поверхности иллюминатора. Сфера все приближалась, становилась еще больше, занимая почти все вокруг. Глеб сказал:
   - Ну все, я вычисляю курс и начинаю расплавлять тело Сферы. Смотри, не сбейся с пути. Не дернись случайно в сторону!
   Белогор сосредоточился. Тщательно проверил состояние фотосферы и хромосферы, исправил все недочеты, рассчитал в уме с точностью до сантиметра положение светила и сферолета и перекинул все результаты в сознание Глеба. Хоть они и замедлились, кривизна поверхности Сферы продолжала изменяться, что говорило о быстром приближении.
   ...Сферу Творцы создали во время последней своей миссии - Третей. Ее разделили на десять зон, одноименных планетам, и передали в пользование десяти семьям ноптов, от которых произошло большинство ноптов Сферы. Потом, перед окончательной Смертью Планет, на Сферу переселили оставшиеся в живых народы и все остальные семьи ноптов.
   Это грандиозное сооружение, которому, наверное, нет равных по величине ни в одной из четырех Известных Вселенных, состоит из всех возможных химических элементов, перемешанных в разных пропорциях между собой и образующих сложные молекулярные структуры. Про нее писали множество трудов, исследовали, говорили, что она даже обладает собственным разумом, может устраивать бури, накопив негативную энергию, способна влиять на геофизику миров. Другие утверждали, что своего разума она иметь не может, а все катаклизмы, происходящие на ее поверхности, есть послания Творцов из другой Вселенной, предположительно, из Земной. Сколько ученых, столько и мнений.
   Толщина её пленки по сравнению с размерами ничтожно мала и колеблится от пяти до ста тысяч верст. В том месте, в котором перевозчики собирались прорываться внутрь, толщина пленки достигала сорока тысяч. Солнце, не считая фотосферы, было в четыре раза меньше, сферолет летел на расстоянии в двадцать тысяч верст, и предполагаемое время для прохождения составляло около тридцати минут.
   - Подлети поближе к солнцу! - Командовал Глеб. - И включи охлаждение корпуса, а то сгорим.
   - А зачем?! - Спросил Белогор. - Опасно, расплавимся.
   - Делай! - Чуть не крикнул Глеб. По его лбу струился пот, видно было, что он прилагает большие усилия, чтобы сделать отверстия в поверхности Сферы. - Когда будем выходить из пленки, сила поверхностного натяжения может нас не отпустить, надо пролететь прямо за звездой.
   Белогор вспомнил про случаи, когда корабли случайно оставались внутри пленки, и потом долго выбирались наружу, поэтому послушался напарника. Солнце впереди стало ближе и больше на вид, стало заметно жарче даже в кабине пилотов, и Белогор решил включить защитный черный экран. Перед глазами стало темно, и пришлось перейти на второе зрение. Белогор держал курс, следил за температурой и солнцем и вдруг увидел, как серая Сфера впереди стала чернеть, потом краснеть, а потом стала растекаться волнами от места, куда входило солнце и сферолет. Через информационные потоки, по которым пилот следил за состояниям светила, как по нервам пришел тревожный сигнал - встречено препятствие на пути звезды, опасность для состояния хромосферы. Белогор еще раз перепроверил всю поверхность солнца и ужаснулся - оно было почти наполовину испещрено коронарными дырами, а протуберанцы на ближней стороне достигали половины пути до сферолета.
   - Сейчас сгорим! - Крикнул Беглец испуганно и затормозил корабль, почти полностью остановив его. Солнце он продолжал двигать вперед, через пленку Сферы.
   - Ты что творишь! Застрянем! - Закричал Глеб, и, видимо, отвлекся - коридор внутри пленки, который он формировал, неторопливо начал схлапываться вокруг звезды и корабля.
   "Все. Это конец, - пришла в голову к Белогору мысль. - Мы провалили транспортировку. Строителям придется ждать еще шесть лет, пока привезут новое солнце. Нас теперь Лишат"...
   * * *
   Маленький Белогор, когда дед сказал ему, что они окажутся в игровом мире, нарисовал в своем воображении удивительные замки, сказочные леса и удивительных животных. А они с дедушкой после Перехода оказались на площадке душной наблюдательной станции.
   - Пойдемте, - сказал дедушка Белогору и двум приятелям и повел их железной лестнице наверх, в зал.
   До их прихода там уже находилось полсотни ноптов из разных частей секторов Русмидеи и Гмонояны. Были дамы в пышных нарядах с веерами, были дети, чуть постарше Белогора, пожилые седые дяденьки и атлетически сложенные молодые парни, все сидели по четверо или пятеро за маленькими круглыми столиками и оживленно беседовали друг с другом. Были и те, кто сидел молча, прикрыв глаза. Вновь прибывшим гостям также выделили отдельный столик вдалеке от сцены.
   Когда Белогор посмотрел в сторону большого, во всю стену, окна, то он обомлел: за окном раскинулся во всем своем великолепии мир Улиток - немного выпуклый, покрытый спиральными облаками и совершенно непонятный. Солнце сверху вращалось с большой скоростью, за пять минут мальчик насчитал семь полных оборотов.
   Но тем не менее, мальчик был несколько разочарован - оказалось, что долгожданная Игра будет не рядом, а где-то за окном. Бородач, которого звали Геннадий, сказал, стараясь его приободрить:
   - Ничего, просто сейчас идут подготовительные работы. Игроки строят города, заводы, растят бойцов.
   - И бойцы будут воевать? И погибать? - Наивно спросил Белогор.
   Геннадий решил пообщаться с ребенком.
   - Конечно. Но намного лучше, когда гибнут бойцы, выращенные в искусственных условиях специально для этого, чем если гибнут обычные Разумные. Эти бойцы похожи на расы Разумных, но не один из них не обладает индивидуальностью. Их мозг примитивен. Они могут мыслить лишь настолько, насколько это нужно Игрокам, поэтому их относят к Полуразумным. Не переживай за них.
   Мысль о том, что сейчас кто-то будет сражаться и прольется чья-то кровь, немного покоробила Белогора, но все же он терпеливо ждал, пока что-нибудь произойдет.
   Вскоре высокий, внешне молодой нопт, сидевший за первым столиком, привстал и стал рассматривать задние ряды. Увидев вновь прибывших, он направился к ним и поздоровался со всеми, включая Белогора.
   - Аркадий Светлый, - представился молодой нопт.
   Мальчику всегда было приятно, когда взрослые здороваются с ним, и он тоже назвался, как его учили, немного поклонившись:
   - Белогор.
   Затем Аркадий стал рассказывать деду и остальным сидящим про цели Игры, про боевые единицы, про ускорение времени. Половину из всего сказанного ребенок не понял, багаж знаний был еще не велик, понял только, что все это очень сложно, и что этому нужно долго учиться.
   Когда Аркадий ушел, дедушка недолго помолчал и сказал:
   - Сейчас я тебе покажу, что тут происходит.
   Внезапно перед глазами внука появилась трехмерная карта местности. Что это такое, и как примерно сделать такую иллюзию, мальчик уже знал.
   Он видел большой каменный город с многими тысячами жителей, зелеными трехглазыми рептилоидами, плантации, видел большой завод, где готовили какое-то вооружение.
   - Здесь делают ружья, пулеметы и патроны к ним, - тихо сказали ему.
   Про подобные вещи Белогор знал - родители показывали ему старинный фильм про войну, там было огнестрельное оружие. Мальчик вспомнил, насколько страшные разрушения оно может сотворить, и ему стало еще больше не по себе. Дедушка меж тем объяснял:
   - Этот город расположен на севере. Вон в той, южной части мира, находится другой похожий город. Там готовят какое-то новое оружие, пока еще никто не знает какое, Игрок сказал, что это сюрприз. А между двумя городами Хозяева сделали полупустыню, где расположили свои стоянки орды кочевых пустынников. Ну, не настоящих, конечно, а биороботов, похожих на них. Их вырастили очень много, около миллиона, и ими управляет нанятый третий Игрок. Кочевники будут поочередно устраивать нападение на два города, пытаясь их полностью захватить, уничтожить до основания.
   - И кто победит? Я так и не понял, что этот дядя Аркадий рассказывал.
   - Победит тот, кто после двух лет обороны сможет выстоять.
   - А если победят кочевники? - Спросил мальчик.
   Дед покачал головой.
   - Не победят, такого еще не разу не было. Они примитивны и не владеют серьезным оружием. В любом случае хотя бы один из городов окажется сильнее.
   Некоторое время дед еще показывал внуку карты местности, объяснял про структуру войск и рассказывал про другие похожие Игры, которые ему приходилось видеть. Вскоре на сцену взошел Аркадий и громко объявил:
   - Коллеги и сородичи! Дамы и господа! Через час подготовительные работы будут завершены, войска почти готовы к началу военных действий, и ускорение времени будет снято. Мы переместим нашу станцию ближе к лагерю боевых действий. Пока можно пообедать.
   - Поужинать! - Поправил кто-то из зала.
   - Ну, кому как, - улыбнулся Аркадий и ушел со сцены.
   Геннадий пошел на местную кухню и вернулся к столику с большим подносом. Они перекусили, еда показалось Белогору вкусной, но какой-то ненастоящей, неестественной. Еще бы - в мире Театра сельское хозяйство было на высоте, и синтезированной пищи там не использовали. На станциях же, подобным этой, как он позже узнает, еду, даже белковую, выращивали в специальных камерах и оранжереях.
   Через полчаса после обеда Белогор увидел в окно, что солнце над станцией стало вращаться гораздо медленнее, а мир Улиток стал расти в размерах, стремительно приближаться. Несколько мужчин, в основном молодых, подошли к окну поближе и стали смотреть. Белогору стало невидно из-за их спин.
   - Можно я подойду поближе? - Спросил он у деда.
   - Конечно, подходи.
   Мальчик вышел из-за стола и встал рядом со смотрящими, но все равно не было видно.
   - Пропустите молодого, пусть посмотрит, - сказала молодая девушка лет двадцати на вид.
   Нопты оглянулись назад и расступились, пропуская ребенка. Наблюдательную станцию несло навстречу облакам на высоте около ста верст над поверхностью Сферы. Это было непривычное для мальчика зрелище, непонятное и завораживающее. Мальчик вспомнил, что отдаленно напоминает ему это чувство приближения - это похоже на прибытие поезда к долгожданному вокзалу. Однажды они с дядей и отцом ездили из столицы в Дренево, путь длился почти два дня, и приближающийся вокзал незнакомого мальчику города вызывал тогда почти такую же волну захватывающих ощущений, как сейчас - приближение к новому миру... Хотя сейчас все было намного, намного сильнее. Станция вошла в атмосферу, и защитный экран снаружи немного покраснел от трения. Облака стремительно проносились мимо станции, раскрывались и показали широкую степь, по всему простору которой были расставлены небольшие одинаковые шатры, деревянные повозки и паслись странные горбатые животные.
   - Видишь, там военный лагерь, - показала мальчику девушка.
   - А почему нам раньше нельзя было на них посмотреть? - Спросил ее Белогор. - Почему станцию приблизили только сейчас?
   - Так ведь там же было ускорение времени, - объяснила та. - Невозможно управлять зоной ускоренного времени, находясь внутри нее. И вообще в зону ускоренного времени нопты входят лишь в крайнем случае.
   Аркадий Светлый тем временем говорил со сцены что-то про дикарей, про их вид, социальную и физиологическую эволюцию, но мальчик этого всего не понимал и потому не слушал; он глядел на незнакомую растительность снизу, на странных всадников и непонятных исполинских животных, в цепях, с широкими ртами.
   - Вы можете наблюдать, как Игрок номер три начинает вторжение в зону Игрока номер два, - сказал Аркадий. - Аналогичная группа боевых единиц Игрока номер три уже начала военную операцию против города первого Игрока, но мы направимся туда позднее, а кто хочет, может понаблюдать за нападением при помощи второго зрения, канал открыт. Игрок номер два собирается опробовать новую форму оружия массового поражение, и мы последуем вместе с войском варваров к южному городу.
   Станция опустилась еще ниже и летела теперь на высоте в несколько сотен метров над землей. Купол станции был открыт, защитный экран снят. Мальчик видел, как садятся в седла и скачут на своих горбатых скакунах страшные дикари, как тащат огромных закованных в цепи зверей, видел дым факелов и слышал далекий вой боевой песни - Игроки не скупились на художественное оформления своей Игры. Рядом сказали:
   - Ну, где-то часа через полтора мы увидим битву.
   Эти полтора часа пролетели для мальчика, как полторы минуты. Он, не отрываясь от окна, глядел на варварское войско, ведомое Игроком через ущелья, через редколесье и по перешейкам к замку противника. Этот замок был виден вдали уже через полчаса - огромный, окруженный сопками снизу и облаками сверху. Когда до него оставалось несколько верст пути, станция и войско варваров остановилось и стало разворачиваться. Небо затянулось тучами, похоже, собиралась гроза.
   - Битва начинается! - Объявил Аркадий Светлый.

4. Сфера и Гость.

   - ...И почему это ты подумал, что нас Лишат тогда? - Со смехом сказал Глеб. - Запомни, если Веселин сказал, что тебя оставят Способным, то никто даже из высших Иерархов Комиссий не в праве тебя тронуть.
   Белогор пожал плечами.
   - От страха. Это ты же сам отвлекся от коридора, когда я затормозил. Я подумал, что солнце теперь не восстановить, и все потеряно.
   Они оба сидели в каюте. В первый раз за много лет никого из них двоих не было в кабине пилота. Глеб сказал возмущенно:
   - Ну а в конечном-то итоге ошибку совершил ты. Я же сказал тебе включить охлаждение и не обращать внимания на протуберанцы и радиацию. От лучевой болезни нас все равно потом будут лечить полным обновлением организма. Тебе сколько лет-то вообще? Как ребенок, ей-богу, пугаешься всякой ерунды. Нет, в том, что мы застряли, полностью твоя вина. А в том, что мы вытянули солнце из пленки - заслуга моя!
   Белогор поморщился, взял гитару и стал что-то наигрывать.
   - Давай не будем искать виноватых, к тому же свою долю ошибки я признаю, - помолчал немного и продолжил. - Ну, и через сколько времени теперь до нас спасатели долетят?
   - Судя по карте, ближайший мир - мир Тридцати Трех островов на пути Дмитрия. Оттуда дней сорок добираться.
   Бывший Беглец спохватился:
   - Надо на связь с надзирателями выйти! Или ты уже выходил?
   - Да, при тебе же. Ответили, чтобы вытаскивали своими силами и продолжали движение. Я сказал, что мы попробовали вытащить, но не получилось. Внутри пленки половина Алгоритмов не действуют, вообще встречаюсь с этим впервые.
   - А что, если попробовать проплавить коридор снаружи, не от нас, а к нам? - Предложил Белогор.
   Глеб усмехнулся.
   - Ты, видимо, не понял ситуации. Мы не просто погружены в материю Сферы, как в жидкость, внешний корпус сферолета и структуры пленки слились, сплавились воедино. Сфера сделала нас своей частью, как делает это с астероидными потоками извне. Если пытаться сделать коридор, то в любом случае придется плавить материю вокруг корабля, а это опасно. Тут может помочь только телепортация. А алгоритм Переноса здесь почему-то отказывает выполняться.
   Белогор задумался.
   - Я даже догадываюсь, зачем так сделано. Лет сто сорок назад мне рассказывали про группу молодых ноптов, захотевших основать миры вне Сферы. Говорят, вне Сферы половина запретов и ограничений не действует, не считая колоний у звезд К8, Т3 и Т9. Им еще не было и двухсот лет, а они попытались расплавить пленку, и у них это, конечно, не получилось. Мне рассказали, что они застряли, только что это такое, мне тогда никто не объяснил. Однако они смогли сами выбраться и скрылись в неизвестном направлении.
   - Вдали от Сферы Способность не действует, - перебил Белогора Глеб. - По крайней мере, нас всех так учат. Непонятно, зачем они куда-то полетели.
   Белогор покачал головой.
   - У меня есть все основания считать, что это не так, Способность действует везде без ограничений. А группа беглецов, отказавшихся от повиновения воле Старших и оставшихся вне их поля зрения, представляет большую опасность. Представь, они построят малые миры у какой-нибудь соседней звезды, вырастят захватническую армию и нападут на одну из конфедераций. Поэтому после того случая Первое поколение, посовещавшись, решило внедрить систему защиты. И теперь все лица, пытающиеся выбраться из пленки Сферы при помощи Переноса, получают отказ. Я читал об этом лет сорок назад.
   Глеб пожал плечами.
   - Только нам-то какая от этого разница. Придется ждать. Из графика мы все равно выбились, хорошо хоть звезду сохранили. Остается только следить за ее положением.
   - Ждать вам не придется, - послышался голос из коридора.
   Белогор и Глеб встали от неожиданности. Гости? Здесь? За столько лет одиночества это было настолько дико и непривычно, что скажи им о новом приходе Творцов, они бы меньше удивились. В из комнату медленным, неторопливым шагом вошел среднего роста мужчина, одетый в серый вязаный свитер. Шестым чувством наказуемые сразу поняли, что он обладает Способностью, причем настолько сильной, что им стало не по себе. Вместе с тем незнакомец просто излучал дружелюбие, и их сомнения потихоньку улетучилось.
   - Здравствуйте, господа наказуемые, - весело сказал гость. - Чайком не угостите? Или что у вас есть, может хиоттский отвар? Кофе?
   Белогор понял, когда он чувствовал настолько же сильную Способность - во время суда, когда появился Веселин.
   К ним зашел нопт Первого поколения, один из Тридцати, легенда, надежда и страх всей Сферы. Перед глазами бывшего Беглеца как в кино проплыли фотографии, портреты из книг, кадры видеохроник, трехмерные образы, мысленно переданные еще в детстве. Он понял, что за личность удостоила их своим визитом.
   - Пойдемте на кухню, - предложил Белогор, сдерживая волнение. - Вы, если не ошибаюсь, Анатолий?
   Гость кивнул, загадочно улыбаясь. Это был знаменитый Анатолий Первый, Анатолий Путник, Анатолий Исследователь, он был в числе Белогоровых пращуров и приходился ему прадедом в сто шестидесятом поколении. Его потомками были почти четверть всех живых ноптов, около трех миллионов мужчин и женщин. Он сказал тихо:
   - Называй меня на ты, мы же родственники. И с тобой, Глеб, кажется, мы тоже родня, вижу знакомый генокод.
   Глеб согласился.
   - Игорь Первый был одним из моих праотцев. Он, говорят, твой брат?
   - Да, двоюродный со стороны отца.
   На кухне выяснилось, что не хватает одного стула. Белогор присел на краешек стола.
   - Примета плохая - на столе сидеть, - предупредил Глеб, разливая чай.
   - Не верю в плохие приметы, - отмахнулся Белогор. - Все самое плохое со мной уже случилось.
   Анатолий улыбнулся и отпил чаю из своей кружки.
   - Зря ты так, Белогор. Приметы - очень сильная вещь, с которой даже нам не всегда удается бороться. Вот Игорь Первый, твой пращур, Глеб, помню, сначала все время так же говорил. А потом, в конце четвертого тысячелетия, перед Мировой Русмидейской Войной (ну, вы, я думаю, историю планет знаете), с ним приключилась одна неприятная история.
   В то время, помню, было всего тридцать Дворцов - по три на каждой из десяти планет. На Планете-Матери, на Байзилии, ноптов было намного больше, чем на других, и именно там жило большинство ноптов старших поколений, там же были центры подготовки агентов Комиссий. Я в то время путешествовал и занимался полукровками. Игорь же был Хозяином Игорера, северного дворца Русмидеи.
   Девять Молодых планет, как их тогда называли, включая Русмидею, жили тогда вполне самостоятельной жизнью. Мы мало поддерживали связей, Дворцы девяти планет почти не общались с Центром. Стали поговаривать о независимости планет, кое-какие семьи уже стали создавать собственные внутренние Комиссии. Писать свои Уставы, как сейчас пишут Уставы для планет, вносить изменения в своды Правил Игр. Доходило даже до самовольного редактирования Законов. В общем, смутное было время, потом его стали называть Эпохой Независимости. Я был уверен, что Игорь не допустит никакой оплошности в управлении своей цивилизацией, а ведь мы все очень дорожили Русмидеей - планетой людей, она была создана Творцами по образу легендарной Земли. Мне захотелось связаться с Игорем, посовещаться с ним по поводу всей этой ситуации, и почему-то я не смог его отыскать. Понимаешь, он не вышел на связь.
   - Так вы что, уже тогда могли связываться на дальних расстояниях? С другой планеты? - Спросил Глеб.
   - Разумеется, они могут, не перебивай, - сказал Белогор. - А сейчас, с возрастом, могут и нопты более молодых поколений. И что же случилось?
   Атмосфера беседы была вполне дружелюбной, наказуемые чувствовали себя в безопасности рядом с такой личностью. Белогор с Глебом как-то мгновенно забыли о проблемах и внимательно слушали Анатолия. Тот между тем допил чай и продолжил рассказ:
   - Я не думаю, что для вас это будет большой неожиданностью, но Первое поколение обладает гораздо большей властью над Реальностью, чем все последующие поколения. Мы можем многое, не все, конечно, но многое. Так вот, для каждой планеты изначально была написана своя система команд и свои Законы, и изменения вносились только на совместном совете всех Дворцов планеты. Игорь, как потом оказалось, внес изменения самостоятельно, расширив полномочия Старших своего Дворца, для того, чтобы они управляли цивилизацией во время очередного эксперимента без его участия.
   К чему это привело, вы наверное, знаете. Старшие решили проверить истинность земных хроник, и началось: Мировая Война, потом биполярный мир, Холодное Противостояние и ядерная Перестрелка. Мало кому известно, что тогда случилось с Игорем, и почему он не смог скорректировать вектор развития цивилизации. А случилось невиданное - его Лишили!
   В разговоре возникла пауза.
   - Что? - Удивился Белогор. - Как это так? Такого не может быть! Лишили нопта Первого поколения?!
   Анатолий кивнул.
   - Мало тех, кто верит в эту историю. Четверо Старших Игорера нашли способ повернуть алгоритм Лишения против своего руководителя. Хорошо, что нам удалось связаться с женой Игоря.
   - Мивланой? - Спросил Глеб. Имена жен ноптов Первого поколения менее известны, все они были в тени своих супругов, хотя их вклад в общее дело был не менее значительный.
   - Да, она к тому времени скрылась в Авалонере, в другом Дворце планеты. Страшие хотели Лишить и ее, но алгоритм Лишения, как вы знаете, не действует на дальние расстояния. Мы спасли Игоря от гибели, отправили в безопасное место, и потом собрались впятером - я, Веселин, Артур, Мивлана и сын Егор - и вернули Способность. Вот такая история. Я это к тому, что Игорь тоже любил сидеть на столе, не обращал внимания на черных кошек и пару раз разбивал зеркала.
   Глеб и Белогор переглянулись. После некоторой паузы Глеб спросил:
   - То есть, ты хочешь сказать, что Способность можно возвращать?
   - Да, Творцы оставили нам такое право. Но для этого нужно подтверждение достаточного количества Способных, знакомых с Лишенным.
   Для Белогора эта новость была самой неожиданной за весь разговор. Если нопта Первого поколения некогда Лишили, полностью стерев все атрибуты Способности, если его потом восстановили, то что уж говорить о простых, не древних ноптах? Многое из того, что он слышал, теперь предстояло пересмотру на предмет истинности. Правду говорили ему в детстве, что встреча с ноптом Первого поколения всегда сильно меняет жизнь, это он понял еще после встречи с Веселином. Глеб, видимо, вообще столкнулся со столь легендарной фигурой впервые, и решил обратиться к гостю с просьбой.
   - Все эти годы, пока я возил звезды, меня интересовал один вопрос. Анатолий, вот ты сказал, что нопты Первого поколения могут практически все. Объясни тогда, пожалуйста, почему вы, или ваши дети и внуки, нопты ранних поколений, не могут делать телепортацию звезд? Зачем звезды приходиться транспортировать таким сложным методом, да еще и с помощью заключенных? Я лично видел, как Антон Второй, твой первый правнук, в одиночку двигал континенты и осуществлял Перенос гор. Даже Белогор рассказывал, как в сто с небольшим лет управлял огромными катастрофами, землетрясениями. Неужели единственный способ перемещения больших масс - это их медленная транспортировка, неужели на телепортацию звезд не может хватить силы Способности нопта?
   Глеб говорил горячо. Гость налил себе еще кипятка в алюминевую кружку с чаем, ускорил диффузию жидкости, чтобы чай быстрее заварился, и утвердительно кивнул.
   - Ты прав, это единственный метод. Понимаешь, Глеб, есть такая вещь, как равновесие. Глобальное, естественное равновесие. Использование Способности - это чудо, конечно, это очень удобно для достижения больших результатов, посмотри, как быстро наши народы с одной планеты, Байзилии-Матери, распространились сначала по девяти другим планетам, а потом еще по тридцати тысячам миров. Прошло всего лишь каких-то восемь тысячелетий! Но каждое использование Способности несет в себе противоречие с тем, что в древности называлось физическими законами, константами. Каждая крупная телепортация, как и другие похожие Алгоритмы, деформирует тело Вселенной, раскачивает стрелку весов глобального равновесия.
   Именно поэтому, насколько известно нам, в Земной Вселенной Способностью почти не пользовались, а две другие Вселенные были на грани катастрофы в момент Создания Байзилии. Именно из-за этого нами были созданы Правила, Комиссии по Наказанию и Лишению, по Ресурсам, по Банкротству и Уничтожению Цивилизаций. И именно от этого большинство из ранних поколений боятся браться за восстановление планет. Потому что они, старики, еще помнят времена глобальных катастроф, происходящих из-за нарушения равновесия. Не будем вспоминать пятое тысячелетие, даже мне неприятны все эти воспоминания.
   Но недавно мы с Игорем и моей Миленой все просчитали, все изучили, и пришли к выводу, что на восстановление планет может уйти гораздо меньше усилий, чем считает большинство. Мы решили начать с Гмонояны. Нам нужна команда из пятисот ноптов, разных специалистов по неживой природе. Это я к разговору о вашем будущем, ребята.
   Анатолий улыбнулся. Белогору показалось, что он видел эту улыбку уже множество раз. Похожая улыбка была у его деда, его ближайших родственников во времена его детства, точно так же, немного с прищуром, улыбались два его студенческих друга, два брата Григорий и Георгий Северные. Подобная улыбка была и у его сына, которого он видел всего лишь один раз, во время своего долгого Бегства. От такой доброй и открытой улыбки становилось как-то удивительно легко на сердце, и захотелось улыбаться самому.
   - Я подумаю, - радостно сказал Белогор, улыбнувшись в ответ.
   Глеб тоже заметно приободрился и спросил у Анатолия.
   - Ну, значит телепортировать нельзя. И пусть, сами доставим, без проблем. Но помочь выбраться ты нам, я думаю, сможешь?
   Анатолий допил чай, поднялся со стула и сказал веселым голосом.
   - Эх, пошли. Будете мне показывать, что у вас там случилось.
   * * *
   Два дня они отсыпались и отдыхали - сферолет вел Анатолий, потом он ушел, сказав напоследок, что договорился с надсмотрщиками, и они разрешают пилотам попутно заходить на соседние миры за продовольствием. Разумеется, с условием, что наказуемые не убегут - в Сфере действие их алгоритма контроля осложнялось плотностью населения, и основной защитой от побега была специальная астральная метка Преступника, видимая всем Способным и ограничивающая волю Способности.
   - Не представляешь, насколько это радость для меня. Тебе-то хорошо, ты еще недавно в этом сферолете, - Глеб постучал кулаком по стенке кабины. - А я уже и как небо выглядит забыл. Не говоря уже о природе.
   ... Глеба осудили больше тридцати лет назад. Он был виновен в исторической катастрофе. В том мире тогда проводили сложную научно - техническую революцию, и его поставили следить за одним из небольших государств. Оно называлось Эльо, и населяли его синекожие. Глеб, как и все молодые - а ему тогда было меньше двухсот лет - решил проявить инициативу и, начитавшись старинных научных трудов про воспитание народов, произвел в столице военный переворот. Таким образом он думал ускорить процесс внедрения новых технологий, поменяв устаревшую, по его мнению, монархическую систему на социалистическую.
   Сначала его идею одобрили, сказав однако, что она слишком рискованная. Он принялся укреплять новый строй, создавать армию, строить поселения и колхозы. Но опыт в подобных мероприятиях был невелик, и дело вскоре разладилось - везде стали возникать бунты, которые пришлось подавлять силой - Хозяева запрещали использовать массовое зомбирование для усмирения.
   Рядом с Эльо находилась Большая Степь, по которой кочевали орды грозных гборкну, больших горбатых дикарей. Для исправления ситуации начальство предложило Глебу провести войну с дикарями, расправиться с одним из племен. После удачного проведения войны слава государства-победителя стала перерастать в империализм, и заговорили уже о войне с соседним человеческим государством. Началось Началось мировое противостояние, что, конечно, стимулировало прогресс, но, как часто бывает, активно развивалась только военная отрасль.
   Кочевники тем временем собрали сильный военный союз и направили свои орды на столицу синекожих. Глеб решил защитить свою страну, столько лет оберегаемую.
   - Я сжег их всех, - рассказывал он Белогору. - Поджег их вонючие шкуры, их телеги с оружием, все их войско пылало как огромный костер. Ненавижу их. Они во всем виноваты.
   Хозяева решили сначала сами наказать Глеба, и десять лет он занимался солнцевращенем. За это время дела в Эльо пошли еще хуже, потому что никто лучше Глеба не знал всех внутренних проблем. Прогресс затормозился, соседнее человеческое государство стало угрожать синекожим захватом.
   Когда Глеба вернули к управлению страной, он решил действовать решительно. Выждав, он сказал однажды начальству, что уходит в Переходы в соседние миры. Сам же тайно договорился с заместителем и, уйдя из Дворца Администраторов, остался в мире и продолжал контролировать все процессы в своем государстве. Генералов он заставил отдать приказ - объявить всеобщую мобилизацию и перейти границу. Таким образом он начал мировую войну, что совсем не входило в планы Хозяев.
   Через пару месяцев два из трех континентов оказались втянуты в войну, за десять последующих лет половина городов мира были разбомблены, а сама Эльо проиграла войну и была почти полностью разрушена противником. Сначала Хозяева винили заместителя Глеба, и когда мировая катастрофа стала необратимой, вызвали Комиссию по Наказанию и Лишению. Заместителю ничего не осталось сделать, как выдать Глеба.
   Войну постепенно свернули, но столетия хаоса и анархии были обеспечены... Глеб, как некогда и Белогор, ударился в бега, скрывался в секторе Нео-Агао, в зоне экспериментальных миров, но долго прятаться ему не удалось - через пятнадцать лет Комиссия вычислила его и взяла в кольцо...
   Белогору было понятно, почему его напарник так соскучился по нормальной жизни.
   - Кто первый? - Коротко спросил Белогор. Он сейчас вел солнце.
   - В смысле, кто из нас пойдет в первый мир? Надо жребий кинуть, так будет справедливей.
   - Монетка есть?
   Глеб усмехнулся.
   - Сделаем.
   Через пару секунд в его ладони появилась небольшая монета. Он поднес ее к лицу сидящего Белогора и повернул, чтобы тот могу увидеть обе ее стороны. Там были изображены он и его напарник.
   - Выпадет моя рожа - иду я, дежуришь ты. Выпадет твоя - наоборот.
   - Смотри, я доверяю, - сказал Белогор.
   Монета дзынькнула в руках Глеба и, пролетев, упала на пол.
   - Посмотри, - сказал он через несколько секунд.
   Белогор быстро оглянулся на пол и увидел на монете свое лицо.
   * * *
   Через два месяца пути по пустынному участку Сферы впереди показалось чье-то солнце. Пилоты посмотрели по карте - это был мир Девяти Айсбергов. Белогор слышал, что там давно была какая-то война, но ничего другого по этот далекий мир ему известно не было. Еще бы, ведь это была самая окраина сектора Нео-Скрадо, одинокий малоизвестный мир. Тем не менее, ему предстояло совершить туда Переход, чему он был несказанно рад - это был долгожданный выходной, долгожданная, хоть и временная, свобода.
   Отработав свою смену и передав управление Глебу, Белогор сделал очистку сознания и расслабление мозга - спать ему не придется еще долго. Поднялся на самый верхний этаж корабля - там была местная точка выхода. За пять лет вход в зал зарос паутиной и покрылся пылью. Вспомнил старый алгоритм запроса входа и послал сообщение.
   "Я пилот, осужденный Белогор, везу солнце на стройку. Анатолий Первый разрешил мне зайти за продуктами в ваш мир. Откройте точку выхода и, если можно, переместите меня сами, у меня мало сил".
   Ответное сообщение пришло через несколько секунд:
   "Вход вам разрешаем, а вот перенести не можем - Способных мало, силу экономим. Выждите часа три и делайте Переход".
   Не совсем, конечно, радостное известие, ведь каждая минута на счету - сферолет и солнце продолжают движение и через часов десять выйдут из зоны действия Перехода. Пришлось ждать.
   Через три часа силы были восстановлены, и он вернулся на точку выхода. Запросил разрешения на выход у надсмотрщиков, пришел ответ "разрешаем". Затем Белогор принялся воспроизводить алгоритм Перехода. В алгоритм нужно было вставить множество переменных, координат и других величин и операндов, учесть все возможные ошибки и описать участвующие в процессе объекты. Составление осложнялось тем, что Переход совершался с движущегося объекта. Это был достаточно долгий и сложный процесс, занимавший около трех минут - последний раз Беглецу приходилось делать его больше семи лет назад, и скорость воспроизведения от этого падала.
   Когда алгоритм был готов, Белогор запустил его и на несколько мгновений окунулся в межпространственную пустоту, когда сознание почти полностью отключается и остается только чувство бесконечности, безграничности Вселенной. Потом сознание возвратилось, и Белогор огляделся по сторонам.
   Он находился в сверкающем белом помещении, по кристальной чистоте воздуха и большому лозунгу на интралагве "Добро пожаловать!" Белогор понял, что мир этот весьма высокоразвит - нечасто на точках доступа поддерживался такой идеальный климат и висели приветственные надписи для дальних гостей. Промелькнули в сознания давние воспоминания - зона экспериментальных миров, бункеры, туннели, кочевые цивилизации Сферы, Сферные города...
   "Идите по коридору, - услышал Белогор. - Выйдите наружу, спросите у любого, где Управляющий Центр. Карты вам рисовать у меня нет времени".
   "Интересно, что это за система, когда все знают, где жилище ноптов", - подумал бывшей Беглец, наблюдая, как открывается механическая дверь под надписью "Добро пожаловать!"
   Долго стоял в растерянности, не зная в какую стороны направиться. Открывшийся его взору коридор больше напоминал небольшую улицу, по которой ходили одетые в высокотехнологичном стиле люди, изредка проезжали маленькие одноместные мобили. Белогор смотрел на народ и видел представителей всевозможных человекоподобных рас, слышал множество языков и диалектов, и счастье свободы, чувство, что ты не один, покрыли его с головой.

5. Город и Стройка

   Кора мира была почти полностью сформирована. Работы по варению мира прошли с небольшим опережением графика, и теперь много специалистов - инженеров сидели без работы. Неделю назад водники начали работу по формированию аквасферы, выделяя пары воды из первичной атмосферы, но для начала предпоследнего, эволюционного этапа строительства не хватало одного важного компонента мировой системы - ее солнца.
   Пришлось уменьшить ускорение времени и приостановить работы. Егор решил собрать старших инженеров в зале для совещаний. Он выждал, пока они сделают Переходы со всех четырех станций и сядут по местам, внимательно рассмотрел своих подчиненных и задал вопрос:
   - Нужно ли, по вашему мнению, начинать эволюцию без солнца, или все же подождать несколько недель?
   Первым поднялся Станигост и сказал:
   - Я считаю, Егор, что не нужно. Все те миры, в которых мы начинали эволюцию таким же образом, обладали специфической флорой и заказчики предъявляли нам потом претензии. Лучше не спешить.
   - Вот ты говоришь не спешить, - сказал Егор. - А сколько недель мы можем выиграть, если начнем эволюцию раньше! Потом можно будет делать обкатку намного дольше.
   - Лично мне все равно, когда начать работать, - проговорил Лев Рыжий, руководитель биологического отдела, хотя по его тону было ясно, что работать он не сильно хотел. Он сидел, сложив руки на груди и с недоверием разглядывая окружающих. У него был вздорный характер, и его приняли в команду недавно, потому что у него был большой опыт. - Работай, не работай, исход один - заказчики найдут, к чему прикопаться. Лично я не вижу разницы, когда начинать эволюцию, потому что корректировать фауну и флору нас попросят потом все равно.
   Старейший инженер из команды Егора, Архимед Усатый, на счету которого было уже больше тысячи созданных миров, согласился с руководителем:
   - Да, Станигост, ты не прав. Я помню мир, по-моему, три тысяча двухсотый, пятитысячник, под народность агаона строили...
   Владислав, сидевший с ним рядом, кивнул:
   - Ну да, тоже помню, там был тропический континент в форме акулы. Хозяевам еще акул гигантских захотелось, привозили специально из питомника в Нео-Тропикано.
   Архимед продолжил:
   - Вот, там мы начали эволюционные процессы за полмиллиарда внутренних лет до того, как нам доставили светило. Из-за бурного развития бактерий и вирусов там настолько большое поле деятельности для биолога образовалось, что они потом решили основать школу для ноптов по микробиологии. Вдруг этим тоже захочется заняться научной работой? Они ведь, как мне показалось, не лишены творческого начала.
   Заказчики ничего подобного Егору не сообщали, поэтому он задумался. В проекте точно не было указано, когда и как начинать эволюцию, потому что все знали, что время начала этого процесса зависит от множества причин. Хоть дело было и рискованное, лично он сам предпочел бы начать формировать фауну и флору прямо сейчас, потому что время было дорого.
   Он мог бы настоять на своем, но по натуре не был столь деспотичен, как другие руководители строительных команд, например, Юлий Первый или Римма, и потому решил провести голосование. Пятнадцать ноптов проголосовали за начало эволюции, семь против и двое, включая Льва Рыжего, воздержались. Егор поднялся и объявил:
   - В таком случае, коллеги, я предлагаю следующее. Океан мы сконденсируем, и после этого я запрашиваю в питомнике Гмонояна-Шесть стандартный набор вирусных капсул. Их должны будут доставить примерно через недели три. Если солнце не доставят через неделю после доставки капсул, произведем заражение океана и продолжим работать без солнца. Если что-то случиться, во время обкатки мы произведем очистку микрофлоры, как делали это в большинстве подобных случаев.
   - Очистка микрофлоры, - повторил чей-то недовольный голос на задних рядах. - Это не слишком-то простое занятие.
   - А что вообще слышно про солнце? - Спросил Алекс, один из старших инженеров. - Привезут ли его вообще? Я слышал, там случились какие-то проблемы.
   - Ну вот, у них уже проблемы, - проворчал Лев Рыжий. - Я говорил, что не надо привлекать к строительству Комиссию по Лишению и Наказанию. Их наказуемые никогда еще не делали работу так же хорошо, как обычные пилоты. Не довезут через месяц после конденсации, и океан замерзнет.
   - Размораживать океан? - Спросил один из старших инженеров. - Не-ет, этим я заниматься не буду.
   - Солнце в пути, - заверил Егор, пытаясь всех успокоить. - Оно уже в Сфере, и я не сомневаюсь, что его довезут в срок.
   * * *
   - Новенький? - Спросил с ухмылкой прохожий, высокий старик с короткой бородой. - Иди вон в тот конец улицы, там поднимись наверх и зарегистрируйся.
   Старик ушел, а Белогор задумался, как простой житель мог угадать, что он - не местный? И почти сразу понял - его потертый наряд пилота-преступника не шел ни в какое сравнение с практичной и красивой одеждой местных жителей. Направился в сторону, указанную незнакомцем.
   Коридор закончился большим арочным выходом, и Белогор очутился снаружи. Впереди, снизу, был большой парк, за которым виднелись высотные жилые здания, а сзади, наверх, вела лестница, по которой поднимались и спускались группы жителей. Было достаточно тепло, и Белогор не мог понять, почему мир называется миром Девяти Айсбергов, ведь, судя по названию, здесь должно было быть достаточно холодно. Что-то неестественное чувствовалось в жизни этого города, и когда Белогор поднял голову наверх, чтобы посмотреть на солнце, понял все - неба сверху не было, а был полупрозрачный стеклянный купол. Это был обычный "снежный" город, город-под-колпаком, множество которых было в свое время на холодной планете Нео-Скрадо.
   Белогору еще больше захотелось познакомиться с создателями и владельцами столь технологичного и столь отдаленного от больших Конфедераций мира, и он поспешно стал подниматься по лестнице в сторону высокой, в метров сорок, башни, стоявшей на вершине холма. Судя по всему, эта старая кирпичная башня была центром города и центром мира. Она стояла в центре круглой площади, на скамейках вокруг нее сидели горожане, которые, увидев Белогора в поношенной одежде, стали перешептываться. Он обошел башню вокруг, но не нашел ни малейшего намека на дверь. Нопт набрался смелости, подошел к одной пожилой женщине и спросил:
   - Где Управляющий Центр? Я пилот сферолета, мне нужна помощь.
   Женщина испуганно посмотрела на него, показала на башню и сказала:
   - Наши Администраторы заняты. Они заняты почти всегда, никто пока еще не нарушал их покой.
   - Но они сами сказали мне идти прямо к ним! - Удивился Белогор. Ему не хотелось тратить силы на мысленную связь с Хозяевами, и нужно было торопиться. - Ну где у вас вообще хоть какое-нибудь начальство?
   - Начальство? Ничего не знаю, - ответила пожилая женщина и отвернулась, показывая, что не хочет разговаривать с таким оборванцем, как Белогор.
   Бывший Беглец отошел в сторону и стал соображать, что делать дальше. Раньше бы он сразу понял, в чем дело, видимо, монотонность работы пилотом плохо влияла на мышление, и он соображал не так быстро, как во времена его Бегства. Уже пришла мысль взлететь и осмотреть крышу башни на наличие окон или отверстий, как вдруг в его сознание постучались и сказали немного насмешливо: "Чего стоишь, присмотрись получше, увидишь дверь".
   Белогор опять обошел башню, запустив предварительно алгоритм сканирования на скрытую голографию. Башня, оказывается, была на самом деле не кирпичной, а стеклянно-металлической и выглядела вполне современно. Дверь скрывала хорошая маскировка.
   Наверх вела винтовая лестница. Он заглянул на второй этаж - там было пусто и затянуто паутиной. Поднялся еще выше. На третьем этаже была какая-то библиотека, или склад документации, и опять же не было ни души. Первого обитателя башни он увидел на четвертом этаже. Это был бородатый, усатый и жутко обросший пожилой нопт, спящий в кресле. Белогор подбежал к нему, желая разбудить и вдруг услышал голос за спиной:
   - Не трогай старика, пусть себе спит. И так работал тридцать часов подряд.
   Этот голос Беглец уже слышал, он обернулся и увидел такого же обросшего бородатого мужчину, правда, немного моложе на вид. Поздоровался с ним за руку.
   - Здорово, - ответил нопт и представился. - Меня Эдуард зовут, Эдуард Грязный. А ты, насколько я понимаю, тот самый Беглец?
   - Да, меня зовут Белогор, - кивнул наказуемый. - Нам нужно пополнить запасы воды и естественной пищи на сферолете.
   Эдуард махнул рукой, приглашая наверх.
   - Ты погоди, не торопись. Пойдем, кофе выпьем, побеседуем, а то к нам нечасто такие гости заходят. И все равно, минут пятнадцать все равно ничего не решат.
   Белогор последовал его совету и направился вслед за ним наверх, где была обыкновенная кухня.
   - Еды у нас все равно нормальной ты не найдешь, - сказал Эдуард, готовя кофе. - Искусственное все, "пластиковое", как раньше говорили. Ты, наверное, уже заметил, что мы тут в купольных городах живем, суши у нас настоящей нет.
   - Как, вообще нету? - Удивился Белогор и высказал свою догадку. - Мы что, на айсберге находимся?
   Его собеседник выразительно кивнул.
   - Исполинский Центральный Айсберг "Белла". Раньше айсбергов было девять штук, теперь остался только наш, один. Остальные растаяли, - тут Эдуард откинулся на спинку стула и взгляд его забегал, словно он пытался вспомнить что-то. - Было двадцать шесть купольных городов, представляешь, двадцать шесть, около сотни подводных станций-поселков! За шестьсот лет мы столько всего смогли сделать, что просто сам удивляюсь. Сверхтехнологическая культура, самобытная, почти коммунистическая, пятнадцать миллионов Разумных... Тесно стало...
   - Перенаселение? - спросил Белогор.
   - Да не то что бы. Мир-то, конечно, небольшой, тысяча восемьсот верст в диаметре. Но места пока хватало, тут другое - два города поссорились из-за подводного месторождения бокситов. Я говорил, надо следить за умами, а все: "Свобода мысли! Свобода политического развития!" Мы все планировали точно и четко, тот рудник мы вообще хотели отдать другому городу, поэтому, когда ситуация была неизбежной, все равно прошлось начать зомбирование руководства, партийных деятелей с целью ослабить интерес к рудникам. Не помогло - как затем выяснили, кто-то подослал к нам полукровок, а у нас в секторе, как известно, они зомбированию не поддаются - всеобщий Закон. Они и руководили восстаниями, потом, после всей этой ерунды, началась милитаризация - рыболовецкие корабли стали переделывать в боевые, бульдозеры и снегоходы в танки и самоходные установки... Позже соседний город подключился, потом еще два, ну и так далее.
   - И все города разрушили? Кроме одного? - Спросил Белогор.
   Эдуард допил кофе и "взглядом" очистил кружку. Отрицательно покачал головой.
   - Все города разрушили, ни одного не осталось. Какой-то... - тут он употребил одно непереводимое слово, - привез ядерные снаряды, причем для меня до сих пор загадка, как они к нам попали - через точку выхода их никто не перевозил, из-за Стены, вроде бы, тоже. Наверное, был подосланный алхимик или мастер воссоздавания по образцам. Десять лет антифады, ядерная перестрелка - и восемь из девяти айсбергов растаяли...
   Белогор увидел на лице Эдуарда слезы - редкое для ноптов явление, поэтому решил его приободрить и спросил:
   - Ну, все равно же один город удалось отстроить заново, правда?
   Собеседник кивнул.
   - Да, но какими усилиями. Ведь после катастрофы все ушли от нас, осталось всего восемь Хозяев!
   - Восемь?! - Изумился Белогор. Он ни разу не слышал, чтобы такое малое число ноптов Администрировали мир. - Как вам удается?
   - Ну, сейчас нас девять, работаем в три смены по трое: один следит за городом и обществом, другой за живой природой и климатом, а третий - за солнцем и гравитацией. Сейчас еще и второй город строим потихоньку, народ набираем.
   Белогор усмехнулся:
   - Ну, нам не легче - мы с напарником в две смены работаем, по двенадцать часов. И в одиночку. И под бдительным контролем Комиссии.
   Эдуард пожал плечами, показывая, что не знает, кому из них двоих легче. Заварили вторую кружку кофе, побеседовали еще. Белогор поведал о себе, о том, как ему в течение веков приходилось скрываться от Комиссии, Эдуард рассказал про свое детство, про далекий мир Кораллов в секторе Нео-Агао. Под конец, когда Белогор вспомнил про время, Хозяин сказал, поднимаясь с места:
   - Сейчас я договорюсь со складом и отдам вам две тонны воды (хватит?) и полтонны планктонового мяса. Единственные животные, которые остались после ядерной войны - мелкие ракообразные. Недавно завезли рыбу и пингвинов, но пока популяция мала и их мы не едим. Только отдам я это все с одним условием - что после окончания вашего с напарником наказания один из вас будет нам помогать! Нам не важно, что вы с судимостью, нам лишь бы хоть какая-нибудь еще единица рабочая была, понимаешь? Особенно нам нужен специалист по внешним связям, посол, а то за поселенцами самим приходится ходить, и из-за этого другие работают по три-четыре смены подряд. Ну, ты согласен?
   Белогор промолчал. Это было уже второе предложение о работе за время полета, первое было от Анатолия Первого. Он не знал, что выбрать, он вообще весьма смутно представлял свое будущее, но это предложения было не менее привлекательно, чем первое - его всегда интересовали дипломатия и путешествия.
   - Я подумаю, - ответил он наконец. - И Глебу, напарнику, тоже сообщу.
   * * *
   Десять дней они питались продуктами, подаренными Эдуардом. Тем временем они пересекли невидимую границу между секторами и находились теперь в зоне миров Егора, в секторе Русмидеи. Звезды миров светили все ярче и ярче, а наиболее ярко сияло длинное ожерелье из солнц, протянувшееся с Севера Сферы на ее Юг. Это был Второй Северный Путь, который связывал Конфедерацию Русмидеи и экваториальным сектором Нео-Дарзит. В том месте, где пилотам предстояло его пересечь, ширина Пути достигала три-четыре Перехода, то есть нужно было пройти мимо четырех миров слева и пяти миров справа по курсу.
   Глеб заметно волновался перед предстоящим походом в новый мир.
   - Ты понимаешь, я родился в этих местах, - объяснил он напарнику. - Только немного севернее. Я рано ушел из своего мира, захотелось учиться Администрировать.
   - Ты говорил, - ответил Белогор. - Мир Сурков, кажется?
   Глеб промолчал, видимо, вспоминая детство.
   - Да, там были такие чудные горные леса. Маленькие гористые острова. Государство, похожее на мифическую Элладу на Земле, мои родители сделали все по древним описаниям. Эх, я их навещал последний раз сто двадцать лет назад...
   Бывший Беглец промолчал, что не видел родных гораздо больше, чем Глеб. Не хотелось даже вспоминать об этом.
   - Сходи, - предложил Белогор. - Я две смены выдержу.
   Напарник колебался. Ответил наконец:
   - Далеко, слишком далеко при нашем темпе работы. Три Перехода делать... Потом, когда выпустят. Завтра после смены пойду в мир Эвелины. Вон, уже видно его солнце.
   Когда пришел срок, Глеб передал все инструменты управления Белогору и стал готовиться. Запросил помощи в Переходе, ему ответили, что охотно переместят сами, и он, сообщив об этом Белогору, ушел с точки выхода в мир Эвелины.
   Двенадцать часов - вот примерный срок для шестивекового нопта, за который он может восстановить силы после одного Перехода для сотворения другого. В случае, когда нопта перемещает кто-то посторонний, этот срок нужно уменьшить до двух-трех часов. Поэтому, после четырех часов ожидания Белогор заволновался - Глеб давно должен был вернуться, но его все не было. Пришлось сделать то, что он делать совсем не хотел - выйти на связь с надсмотрщиками и спросить их. Через пять минут пришел ответ.
   "Произошел конфликт с Хозяевами мира Эвелины. Идут переговоры. Скоро он вернется".
   Белогор уже хотел начать волноваться, но Глеб вернулся через полчаса и громко хохотал.
   - Представляешь, Белогор, они на меня жаловаться хотели! Оказывается, пока ты вез солнце, у них цивилизация с ума посходила! У них пророчество древнее было, гласящее, что когда на юге зажжется новая звезда, наступит конец света. Хозяева объяснили, что собирались на юге новый мир строить и переселить туда только избранных, а этот мир продать, потому что им он не подходит. Но делать-то это хотели века через два!
   Белогор посмеялся:
   - И что они сказали?
   - Сказали, что будут жаловаться в Комиссию по Наказанию и Лишению! Представляешь, как я хохотал, когда это услышал. И как удивились они, когда сказал, что я наказуемый и что сама Комиссия наш маршрут и разрабатывала!
   Бывший Беглец посмеялся вместе с ним, потом вновь сосредоточился на работе и спросил у Глеба:
   - Значит, не дали ничего?
   - Да, - откликнулся тот, глядя на солнце, плывущее над поверхностью Сферы.
   Путь продолжался.

6. Битва и Финиш

   Впереди был мир Молота и Наковальни. В этом мире Белогор бывал неоднократно, потому что Переходы через мир Молота и Наковальни совершали большинство ноптов, идущих по Второму Северному Пути. Одним из Администраторов был однокурсник Белогора, Филипп Хирург, прозванный так за аккуратность и хирургическую точность при проведении катастроф. В мире, где жили преимущественно низкорослые гомонийцы, царил социализм милитаристского толка, уже восемь веков шла гонка вооружений, но тактика Хозяев была столь безупречной, что ни одного большого военного конфликта за последние несколько веков не происходило. Про мир Молота и Наковальни было написано огромное множество научных трудов, и он являлся одним из лучших, хрестоматийных образцов социализма такого типа.
   Белогора там встретили тепло, снабдили всем необходимым. Полчаса он позволил себе погулять по улицам городка, в котором располагалась точка выхода, посмотрел на ровные, стройные колонны низкорослых жителей, марширующих домой с заводов. Мир мог поразить непосвященного чрезмерным пафосом конструктивизма, присущим всем настоящим социалистическим мирам. Астрал был просто пропитан настроением подъема, любви к труду и своему вождю, и это не было результатом прямого зомбирования Хозяевами своих Разумных. Создавали такое настроение не они, а руководство профсоюзов, правящей партии и средства массовой информации, то есть сами Разумные.
   Белогор, конечно, был далек от любви к подобной системе, потому что родился он и вырос в мире с социализмом совершенно другого толка - общинного, но во времена Бегства ему приходилось встречать и не такие причудливые формы социального строя.
   Среди всех продуктов, подаренных Хозяевами пилотам, был хлеб. Обыкновенный, формовой ржаной хлеб, которого наказуемые не ели уже пять лет. Вернувшись на сферолет, Белогор выбрал буханку попышнее и съел ее половину всухомятку, весело подумав при этом: "Похоже, жизнь налаживается".
   Через сутки мир Молота и Наковальни остался позади, а слева по курсу сферолета теперь ярче всех горело солнце другого мира - мира Мрака. Назван он был так из-за того, что населяло его племя подземных гборкну и вся их цивилизация, достаточно крупная и развитая, располагалась в подземелье. Хоть и Глеб, и Белогор были там не раз, заходить туда сейчас не было необходимости, тем более им нужно было спешить - время поджимало.
   Через два дня после мира Мрака показался другой мир Второго Северного Пути, мир Бронзы, большой и процветающий.
   - Хотел бы жить в таком мире, - сказал Глеб стоящему за спиной Белогору.
   - Что же в нем хорошего? Там людей нет, одни гомонийцы. Склочный народ, воинственный.
   - И машин тоже нет. Не люблю машины.
   Белогор потянулся, зевнул и сказал:
   - А я бы хотел жить в человеческом мире. Неважно, какого уровня развития, лишь бы в человеческом, чтобы маскироваться не нужно было. Как хорошо бывает иногда проснуться у себя дома, в обычном городке, или в деревне! Не в роскошном замке, где тебя окружают многовековые мудрые праведники, а в доме по соседству с мужиком-пьяницей, или сварливой бабушкой, которая младше тебя в шесть раз. Выйти на улицу, а вокруг люди, стоишь и читаешь, кто что думает, у кого какие проблемы... Жизнь...
   - Ага, слышал про таких, - усмехнулся Глеб. - Ерундой занимаются.
   - Да ну тебя, - сказал, немного обидевшись, Белогор и ушел спать.
   * * *
   Молодое солнце летело, плыло над поверхностью Сферы, освещая ее и создавая завихрения на сером покрывале поверхности. Еще пять суток они пересекали Путь, и в последний день Глеб, сдавая смену, сказал Белогору:
   - Я, пожалуй, схожу в этот мир, - он тыкнул пальцем на последнюю звезду Пути, звезду мира Скитальцев. - На закат посмотрю, возьму что-нибудь, надсмотрщики разрешили.
   - Ага, - машинально ответил Белогор, садясь в кресло пилота. Его сознание было занято перехватом всех управляющих сигналов, и фразу напарника он пропустил мимо ушей.
   Через минуту, все проверив и перейдя в режим контроля, он вспомнил и осознал то, что пытался сообщить ему Глеб и крикнул:
   - Эй, мы же договаривались, что не пойдем туда! Опоздаем! Не ходи!
   Они опаздывали от намеченного графика на пять дней, и потому решили больше не посещать попутные миры, причем это была инициатива Глеба. Белогор быстро оглянулся назад и увидел, что Глеб уже ушел. Подобное немного удивило бывшего Беглеца - напарник редко меня свое решение.
   Впереди по курсу на многие миллионы верст были пустынные территории, где нет ни одного населенного мира, и лишь вдалеке, достаточно высоко на небосводе, горели звезды Первого Северного Пути, рядом с которым и шло строительство, где должен был закончиться путь Белогора. Чувство опасности, что он может остаться один на весь этот путь, собралось где-то в затылке и заныло, стало тянуть, испортив настроение.
   Через час на солнце возникли возмущения - виной была соседняя звезда, повлиявшая своим гравитационным полем. Можно было пролететь несколько южнее, но это бы увеличило дальность маршрута. Белогор принялся усмирять беспокойное светило, исправлять нарушения гравитационных полей, фотосферы и хромосферы. Звезда еще долго оставалось беспокойным, и в течение четырех-пяти часов, пока длилось прохождение вблизи от солнца мира Скитальцев, Белогор был всецело поглощен контролем над светилом. Потом, когда солнце немного успокоилась, и он вспомнил про Глеба, ему стало не по себе от мысли о том, что он может не успеть на сферолет. Он решил спросить надсмотрщиков: "Когда вернется Глеб?"
   Ответ пришел через час.
   "К сожалению, пока мы не можем выйти на связь с ним. Поиски продолжаются".
   Теперь пришло время беспокоиться по-настоящему. Время шло, сферолет продолжал отдаляться от Второго Южного Пути. Впереди пустота, впереди много дней транспортировки. Белогор послал еще одно сообщение:
   "Нельзя ли производить поиск быстрее? Или мне нужно остановиться?"
   Надсмотрщики ответили через несколько минут:
   "Продолжайте путь, вероятность того, что его не найдут, крайне мала. По нашим расчетам, вы успеете".
   Хоть эти слова немного успокоили его, пилот все же решил замедлить скорость в полтора раза. Может быть, поможет...
   ...И страх забвенья гложет капитана,
И дни считает он в надежде выйти
На путь, ведущий в солнечные страны,
На путь побед и радостных открытий...
   * * *
   ...Время уходило, стрелка невидимого таймера неумолимо приближалась к отметке в двенадцать часов - максимальное время, на которое мог уйти Глеб. Через два часа сферолет уйдет из зоны действия алгоритма Перехода, и Белогор точно останется один. Надежда еще оставалась в сознании Беглеца, хотя он уже чувствовал усталость от работы.
   ...Время уходило, страх остаться одному на весь остаток пути все усиливался. "А как же я буду делать установку солнца на орбиту, если Глеб не придет? - Всплыл из глубин сознания еще один вопрос, до сих пор остававшийся незамеченным. - Я же знаю о том, как это делать, только теоретически!"
   ...Время уходило, и когда оставалось пятнадцать минут до окончательного отдаления от Второго Северного Пути, Белогор почувствовал, что кто-то выходит на связь с ним. "Неужели Глеба нашли?" - промелькнула мысль надежды, но сообщение несло совсем другую новость.
   "Продолжайте путь в одиночку. Глеб самовольно решил уйти в мир Сурков, чтобы повстречаться с родственниками, за что будет наказан двумя лишними кругами".
   Время ушло, понял Белогор, и теперь только вперед, на максимальной скорости, в одну десятую скорости света, не обращая внимания на время, на боль в голове, которую некогда было унять, на все остальное, лишь бы успеть, довезти свое солнце...
   "Пришлите напарника! - Крикнул он в свободные секунды. - Я не поставлю солнце на орбиту в одиночку!"
   "К сожалению, все нопты старших поколений сейчас заняты, мы не можем произвести Дальний Переход. Вся ответственность за выполнение задания теперь лежит только на вас, не подведите Комиссию"...
   Нет времени на споры, на то, чтобы проклинать Комиссию, нет времени на размышления о своей несчастной судьбе и о плохих приметах, весь свой разум - на борьбу с разрушительным действием скорости. Светило ответило на ускорение своему вознице десятком протуберанцев, и Белогор улыбнулся...
   * * *
   Океан был сконденсирован, его температура пока оставалась высокой, и для того, чтобы он не остывал, его приходилось подогревать, а время снова замедлить. Стройка опять перешла в состояние ожидания.
   "Нет, все же они не успеют, - думал Егор, глядя из окна на маленькую, медленно движущуюся точку далеко на востоке Сферы. - От Комиссии никаких вестей, опять иерархи что-то скрывают. Придется производить зарождение биосистемы без солнца. Биологам потребуется уйма терпения и точности в управлении мутациями... Лев Рыжий настроен скептически, может показать свой характер, все испортить и сказать, что так и должно было случиться. Чтобы доказать свою правоту, это в его духе. А потом весь его отдел будет полгода заниматься чисткой атмосферы и океанов от лишних штаммов микроорганики... Они уже недовольны, взбунтуются и уйдут в команду Евгения, как некогда было с атмосферниками. Ему как раз нужны новые биологи, вот и уйдут в сектор Гмонояны, или отдельную бригаду создадут... Да, поторопился я с идеей заражать океан без солнца, не просчитал все варианты. Но чем такая ситуация лучше нынешней, когда все сидят без работы, ходят по Играм, плетут интриги? Нет, заражение океана придется производить без солнца. Капсулы будут через неделю, тогда и преступим".
   Руководитель стройки отвернулся от окна.
   * * *
   Жадно отпил из маленького ковшика живительную влагу и снова уставился в круг солнца впереди. Белогор глядел на диск звезды, и в пекле термоядерного синтеза ему вдруг стали видны отрывки прошлого...
   ...Огромные, покрытые слизью боевые звери, прыгающие через стены замка, как лягушки. Обороняющиеся, похожие на двуногих ящериц, отбивающиеся стрелами и кипящим маслом от взбирающихся по перекинутым лестницам варваров. Неторопливый, спокойный голос комментатора, сказавшего, что пока защитники несут большие потери из-за численного перевеса нападающих...
   Он знал, как это называется - галлюцинации, и никогда бы раньше он не мог подумать, что с ноптом может такое случиться. Мгновенное очищение памяти уже не помогало - мозг был перегружен, силы на исходе, их нужно было восстановить. Счет часам и дням уже потерян, было уже просто больно думать о чем-то, все команды и алгоритмы исполнялись на автомате, на уровне подсознания. Голова клонилась к коленям, глаза закрывались, руки иногда сводило легкой судорогой.
   ...А видит капитан лишь только небо,
Бездонное своим очарованьем,
Но тянущую, манящую небыль,
И одиночество дает скитанье...
   ...Летуны, похожие на стрекоз, внезапно вылетевшие из замка и нанесшие удар по лагерю противника. Рой стрел варваров, перебивший почти всех летучих бойцов. Боевые звери, хватающие языком защитников города, и поедающие их, как едят лягушки мух. Варвары, скачущие по городу и поджигающие жилища. Ожесточенная, почти противоестественная по своей стойкости оборона, внезапно сменившаяся отступлением войнов-рептилоидов в пещеры.
   ...Гроза, разразившаяся над замком. Проблески молний, оглушительные, неестественно сильные удары грома. Серные источники в стороне от города, выбросившие в небо гейзеры желтой вонючей жидкости. Свечение в облаках, про которое комментатор сказал, что это сложная химическая реакция. Варвары, стоящие под проливным дождем и отрешенно, как зомби, смотревшие на все происходящее.
   ...Потоки серной кислоты, обрушившиеся с неба на каменный город. Звериные крики гибнувших дикарей, в ужасе бегущих из замка. Аплодисменты Способных, наблюдающих за сражением, слова Геннадия: "Если облечь все это в религиозную форму и объяснить, как кару богов, то можно применить такое и где-нибудь у нас". Зарождающееся решение маленького мальчика стать катастрофником, обернувшееся большой бедой...
   ...Солнце, выглянувшее из-за туч и озарившее горы трупов, лежащих перед замком. Солнце, совсем другое солнце над другим миром, внезапно замерзшее и постепенное погасшее, как гаснет лампа накаливания. Солнце перед глазами Белогора, которое нужно, непременно нужно довезти... Солнце...
   Он очнулся. Его сознание, наверное, было отключено всего в течение нескольких секунд, и за это время солнце с сферолетом, похоже, продолжали по инерции лететь над поверхностью Сферы. "А ну их, - пришла ленивая и в то же время безумная мысль. - Может быть, долетят без меня?" Лег в кресло пилота и заснул.
   * * *
   "Эй, наказуемый, вы что там, заснули, что ли? - Кто-то нагло ломился в сознание. - Скоро будет стройка, вам пора замедляться, а вы все летите. Мимо проскочите!"
   Кто вел сферолет в то время, пока он спал? Этот вопрос Белогор задавал после себе и своим знакомым бесчисленное число раз, и никто не мог дать вразумительный ответ на него...
   "Я привез ваше солнце!" - мысленно крикнул он, рассмеявшись. Еще час он замедлялся, тормозил звезду и корабль.
   "Высылаем вам сотрудников солнечного отдела, - сообщили с наблюдательной станции. - Они помогут вам поставить солнце на орбиту, сами создадут солнечные отверстия в Сфере, мне сообщили, у вас могут быть проблемы с этим".
   Через несколько минут Белогор услышал шум шагов по лестнице, ведущей с верхнего этажа, и его толкнули в спину.
   - Можешь идти на станцию. Мы справимся без тебя. Передай только органы управления.
   Он оглянулся и поднялся с седенья. За спиной стояло двое молодых ноптов и одна хрупкая девушка, видимо, самая старшая.
   - А как же... сферолет? - За время полета Белагор так и не сообразил спросить у надсмортщиков, что делать с машиной после транспортировки.
   Девушка махнула рукой, глядя на солнце, висящее над поверхностью Сферы впереди.
   - Оставь ее здесь, Комиссия сама с ней разбереться. Уходи, Егор тебя ждет. Дойти сможешь?
   - Смогу...
   "Вот и закончился мой полет", - понял пилот, перебирая непослушными ногами ступеньки лестницы, ведущей к точке выхода, и ему почему-то стало грустно. Никогда бы раньше он не подумал, что привыкнет к такому месту, как сферолет наказуемых Комиссии. Может быть, это потому, что здесь Беглец впервые почувствовал себя в безопастности, перестал прятаться и ощущать бремя преследования? На последней ступеньке он оглянулся назад, подумав взять что-то из вещей, но потом сообразил, что ничего личного там у него не было. У него вообще теперь не было личных вещей, даже гитара, на которой Белагор играл во время пути, по праву принадлежала Глебу - это ведь он воспроизвел ее из базы данных образцов. И снова не было родного дома, куда бы мог вернуться бывший Беглец, как это было с ним на протяжении четырех последних веков. С такими мыслями он воспроизвел Алгоритм Перехода и покинул корабль.
   Наблюдательная станция встретила его шумом голосов и мысленным сообщением: "Двигайтесь по синему коридору налево, зайдите в комнату отдыха". Он послушался совету и увидел в комнате высокого мужчину, стоящего у окна.
   - Садись в кресло, тебя же ноги едва держут. Сейчас принесут поесть.- Сказал Егор и повернулся. - Даже я не представляю, как можно столько дней обходиться без пищи... Ты очень помог всем нам, еще бы день опоздания, и у нас начались бы проблемы.
   Пилот промолчал. Егор спросил дальше:
   - И где же твой напарник? Его нашли?
   Белогор пожал плечами и сел.
   - Глеб? Он ушел, захотелось увидеть родню, которую не видел больше века.
   Егор сел в соседнее кресло и посмотрел в глаза бывшего Беглеца.
   - Но ведь ты и сам не видел родню несколько веков? Все время, пока ты был в Бегстве, ты почти ничего не знал о судьбе своих близких.
   В глазах знаменитого строителя была заметна непонятная хитринка. Беглец кивнул, погрустнев. Ему совсем не хотелось говорить на эту тему, но все же он ответил.
   - Мне кажется, они не хотят иметь дело с преступником... Их даже не было на суде.
   - Ну кто тебе сказал такую глупость! - Почти крикнула вошедшая и стоявшая в дверях молодая женщина с вьющимися волосами. За ее спиной стояло трое: пожилая дама, немного полноватый улыбающийся старик и молодой парень, очень похожий на Белогора. - Мы все это время, четыре века думали о тебе, ждали тебя!
   Белогор обернулся и, онемев, стал разглядывать их лица. Лицо деда и матери, которые воспитали его, лицо жены, которую он оставил много лет назад беременной, и лицо сына, который долгие годы странствовал по Сфере, чтобы встретиться с отцом. А потом бросился в их объятия, разрыдавшись...
   * * *
   - ...Из-за проявленного мужества и прилежного поведения Иерарх Комиссии по Наказанию и Лишению Вячеслав Десятый принял решение понизить вам, Белогору Беглецу из мира Театра количество оставшихся транспортировок с шести до четырех. - На лице сотрудника Комиссии не было не малейших эмоций. Еще бы, ведь он был обычным исполнителем приказаний. - Мне и младшему агенту Григорию поручено в двухдневный срок направить вас в Переходы к миру Гомонийцев. Там через Мост вы будете отправлены в колонию "Второе Чистилище", что около звезды Т3. Дальнейший маршрут и место назначения выдадут там.
   Через два дня он попрощался с родными и бригадой строителей, и его повели. Это событие нисколько не испортило настроения бывшего Беглеца, потому что судьба теперь предоставила ему новый выбор. Столько планов на будущее, столько вариантов было теперь! Стать послом мира Девяти Айсбергов, или начать вместе с Анатолием Первым восстанавливать планеты. Возобновить столь привычную жизнь скитальца, или поселиться где-нибудь, занявшись наукой. Но одно Белогор понял точно - он знал, что рано или поздно вернется к своей жене, сыну, внукам и десяткам правнуков. Обязательно вернется на это место, где к тому времени вырастет красивый молодой мир, вокруг которого будет крутиться яркое, светлое солнце.
   Солнце, которое он довез.
   ...Новый мир, он будет твой, там лучше всех и тише...
  
   2006-10-13, Екатеринбург
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   4
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"