Скосарь Вячеслав Юрьевич: другие произведения.

Юмор и смех

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Настоящая работа посвящена такому культурному феномену и явлению человеческой психики как юмор и смех. Обсуждаются некоторые гипотезы о природе юмора. Делается попытка дать ценностную характеристику юмора, остроумия и смеха, как с точки зрения секулярной философии и психологии, так и с христианской позиции.

Выражаю благодарность

Ворошилову Алексею

за техническую помощь

ЮМОР И СМЕХ

В.Ю.Скосарь, г. Днепропетровск

Введение

В настоящей работе мы поговорим о юморе и смехе. Мы рассмотрим некоторые гипотезы о природе юмора. Попытаемся дать ценностную характеристику юмора, остроумия и смеха, как с точки зрения секулярной философии и психологии, так и с христианской позиции.

1. Взгляд секулярной философии и психологии на природу юмора. Оценка ими юмора и смеха

Юмор и смех являются частым повседневным событием. Но при этом, нужно сказать, что в настоящее время нет единой теории такого феномена как юмор. Есть многочисленные гипотезы и точки зрения, некоторые из которых мы приведем. В зависимости от принятой гипотезы дается и ценностная оценка юмора.

Начнем с обобщенного материала, помещенного в так называемой свободной энциклопедии "Википедия" [1]. Согласно этому источнику, чувство юмора (способность понимать юмор) определяется культурными условиями, а также уровнем интеллектуального развития человека. Отсутствие чувства юмора у отдельных лиц нередко само является предметом иронии окружающих. Чувство юмора начинает развиваться еще в раннем детстве под влиянием окружающей среды. Если отсутствуют предпосылки для развития чувства юмора, то воспитывается человек с прямолинейным характером, что вызывает проблемы в его социальной адаптации. Существуют порядка сотни гипотез о природе юмора, причем изучение чувства юмора производится с точки зрения лингвистики, социологии, психологии и антропологии. Популярна точка зрения, согласно которой назначение юмора в том, чтобы разряжать напряженность и стресс, побуждать к поиску новых интерпретаций сложившейся ситуации. Новая интерпретация возникает благодаря неожиданным ассоциациям между несвязанными или конфликтующими обстоятельствами; эти ассоциации создает юмор. Некоторые гипотезы утверждают, что юмор позволяет разрядиться агрессии в социально приемлемой форме. (Например, такова позиция основоположника этологии Конрада Лоренца. Более того, Лоренц предлагает культивировать юмор как один из способов снижения агрессии в обществе.) В агрессивных сообществах, например, среди уголовников, процветает черный юмор. Существует точка зрения, что юмор является защитной физиологической функцией [1].

Обратимся к еще одной публикации в электронных СМИ [2]. В этой статье упоминается о десятках гипотез о природе смеха, сходящихся в том, что развитое чувство юмора помогает людям разрядить агрессию, способствует социальной адаптации, избавляет от стрессов. Новым здесь является сообщение о медицинских исследованиях, показавших, что отсутствие чувства юмора у человека сокращает его жизнь, и наоборот, развитое чувство юмора и способность часто смеяться у такого человека снижает вероятность сердечно-сосудистых заболеваний, облегчает избавление от излишнего веса, укрепляет иммунитет. Женщины, решившиеся на искусственное оплодотворение, почти в два раза чаще достигают успеха по сравнению с контрольной группой, если проходят после операции курс смехотерапии. Ученые обнаружили, что смех очень схож на ранней стадии развития человека и приматов; а вот при взрослении носоглотка обезьян сильно отличается от носоглотки человека, поэтому взрослая обезьяна не может так смеяться, как взрослый человек. Обнаружили способность к смеху даже у крыс. Приведена статистика, согласно которой пятилетний ребенок смеется в среднем 300 раз в день, а взрослый человек только 20; чувство юмора у детей стимулируется игрой, в результате дети меньше подвержены стрессу. И еще: эксперименты показали, что у людей, ожидающих забавное видео, по сравнению с готовыми читать новости политики, зафиксировано существенное повышение уровня гормона роста, важного в поддержании иммунитета, а также выделение гормона бета-эндорфина, способствующего борьбе с депрессией. По мнению американских ученых, участок головного мозга, отвечающий за чувство юмора, расположен в нижних отделах лобной доли. Еще одно исследование немецких и британских ученых показало, что алкоголики страдают потерей чувства юмора, так что такая потеря может быть врожденной, а может быть приобретенной. Среди австрийских психологов получен результат, что лечение смехом и дыхательными упражнениями - самая эффективная терапия заболеваний сердца. Норвежские медики установили, что при хорошем чувстве юмора у больных хронической почечной недостаточностью значительно снижен риск преждевременной смерти [2].

После такого краткого экскурса по электронным СМИ, обратимся к более углубленному рассмотрению вопроса. В первую очередь рассмотрим позицию основателя психоанализа З.Фрейда. Теме остроумия и юмора посвящена работа З.Фрейда "Остроумие и его отношение к бессознательному" [3]. Фрейд исследует специфическую технику остроумия и выделяет различные варианты ее, совпадающие в том, что в них обнаруживается "тенденция к экономии". Среди тенденций остроумия Фрейд выделяет несколько: враждебную остроту, обнаруживающую агрессивность; скабрезную, служащую для обнажения, для выражения сексуальной агрессивности; циничную (критическую, святотатственную). По мнению Фрейда, острота "делает возможным удовлетворение влечения, похотливого или враждебного, несмотря на стоящее на пути препятствие, она обходит препятствие и черпает, таким образом, удовольствие из ставшего недоступным благодаря препятствию источника удовольствия". Препятствием может служить моральная норма, принятый этикет, высокое положение в обществе человека - объекта остроты. Фрейд утверждает, что человечество еще не дошло до Евангельских норм, таких как любить своих врагов или подставить им левую щеку после удара в правую. Человечество лишь отказалось от выражения враждебности в действии и создало новую технику оскорбления, делая врага мелким, низким, презренным, комичным, и получая наслаждение от подобной победы над ним [3].

Фрейд предлагает следующий механизм получения удовольствия от остроумия: "экономия затраты энергии, расходуемой на задержки или подавление, оказывается тайным источником действия удовольствия", т.е. острота позволяет избежать создания установки на задержку агрессивности или избежать подавления агрессивности, позволяет уменьшить гнет критики, а значит экономит психическую энергию. С этим согласуется тот факт, что с подъемом настроения, например от алкоголя, когда уменьшается гнет критики, гнет внутреннего цензора, уменьшается потребность в остроумии. По мнению Фрейда, способность острить начинает воспитываться еще в детстве. У ребенка игра словами и мыслями, мотивированная эффектами удовольствия от экономии психической энергии, является первой предварительной ступенью остроумия. Фрейд утверждает также, что способность к остроумию - особый дар, независимый от интеллекта, фантазии, памяти. (Думается, однако, что существует тесная связь дара остроумия с интеллектуальными способностями.) Двигательной пружиной составления многих безобидных острот является честолюбивое стремление проявить себя, показать свой ум; причиной тенденциозных острот может быть множество заторможенных влечений; скабрезные остроты могут быть мотивированы скрытым эксгибиционизмом. Для того, чтобы слушатели острот смеялись над ними, необходима некая психологическая согласованность между рассказчиком и слушателями, у них должны быть одинаковыми внутренние задержки [3].

Фрейд не ограничивается анализом остроумия, но касается и более широкого вопроса о комичном. Основатель психоанализа отмечает, что смех над человеком - объектом комического, является выражением ощущаемого вместе с чувством удовольствия превосходства над этим человеком. Впрочем, чувство превосходства над другим не имеет существенного отношения к комическому удовольствию. Это удовольствие может возникать и при сравнении униженного "Я", встретившего некое препятствие, с "Я" прежним. Здесь мы как бы смеемся над самопревозношением. Люди не удовлетворяются наслаждением естественным комизмом, но искусственно создают ситуации для него, чтобы извлечь удовольствие. По Фрейду "источником комического удовольствия является сравнение двух затрат". Речь идет о психических затратах, одна из которых относится к ожидаемому (эта затрата больше), другая - к реально наблюдаемому (она меньше); разница между этими затратами - экономия - дает эффект удовольствия от комического [3].

В этой же работе Фрейд анализирует юмор и считает, что удовольствие от юмора происходит от экономии аффективной затраты, в частности это может быть экономией сострадания, экономией благоговения, экономией досады или огорчения. Юмор можно рассматривать как высшую защитную функцию, защищающую "Я" от неудовольствия. В конце своей работы про остроумие Фрейд подводит следующий итог: "Удовольствие от остроты вытекает для нас из экономии затраты энергии на упразднение задержки, удовольствие от комизма - из экономии затраты энергии на работу представления, а удовольствие от юмора - из экономии аффективной затраты энергии". Все это методы получения удовольствия из душевной деятельности [3].

В своей работе "Юмор" З.Фрейд вновь обращается к этой теме и подводит основной итог более ранней работы об остроумии: "...я рассматривал юмор, собственно говоря, только с психоэкономической точки зрения. Мне было важно найти источники удовольствия от юмора, и, на мой взгляд, я показал, что привлекательность юмора вытекает из сокращения затрат на эмоции" и далее: "Происхождение привлекательности юмора мы лучше всего понимаем при обращении к состоянию слушателя, перед которым другой человек говорит с юмором. Он видит этого человека в ситуации, которая заставляет ожидать, что последний выкажет признаки аффекта; рассердится, посетует, выразит скорбь, испугается, ужаснется, быть может, даже впадет в отчаяние, а зритель-слушатель готов в этом последовать за ним, допустить возникновение таких же чувственных порывов у себя. Но эту эмоциональную готовность обманывают, другой человек не проявляет никакого волнения, а отшучивается; после чего из экономии эмоциональных издержек у слушателя возникает юмористическое удовольствие". Здесь говорится о зрителе-слушателе, но какой психический процесс происходит у самого юмориста? Фрейд утверждает: "Без сомнения, сущность юмора состоит в ослаблении своих аффектов, к которым как бы подталкивала ситуация, и шуткой отделываются от возможности проявления таких чувств. В этом состояние юмориста должно совпадать с состоянием слушателя, точнее говоря, состояние слушателя безусловно копирует состояние юмориста". Далее Фрейд пытается разгадать психологический механизм юмора, происходящий в душе юмориста. По его мнению, в юморе есть нечто грандиозное и воодушевляющее, а не только освобождающее от аффекта, и это "грандиозное явно состоит в торжестве нарциссизма, в котором победоносно утвердилась неприкосновенность личности. "Я" отказывается нести урон под влиянием реальности, принуждающей к страданию, при этом оно настаивает, что потрясения внешнего мира не в состоянии затронуть его, более того, демонстрирует, что они - всего лишь повод получить удовольствие. Эта последняя черта особенно существенна для юмора". Т.е., по Фрейду юмор - это торжество "Я", торжество принципа удовольствия. В качестве примера Фрейд приводит преступника, которого в понедельник ведут на казнь, а он говорит: "Ну, вроде эта неделя начинается хорошо". Фрейд считает юмор особым методом, с помощью которого душа человека избавляется от гнета страдания. Остроумие же не имеет такой функции, но "служит либо только достижению удовольствия, либо ставит полученное удовольствие на службу агрессии". Основатель психоанализа сравнивает юмориста со взрослым, а человека, служащего предметом юмора, - с ребенком, которого юморист принижает. То, что ребенку кажется большой выгодой или большим огорчением, то взрослый признает ничтожным и осмеивает. Если же юморист обращает юмористическую установку на собственную персону, то взрослым выступает его психическая инстанция "Сверх-Я", а ребенком его же "Я", при этом происходит сдвиг больших количеств психической энергии на "Сверх-Я". И тогда интересы "Я" становятся ничтожными перед "Сверх-Я". Юмор "намерен сказать: посмотри-ка, вот мир, который выглядит таким опасным. Прямо-таки детская забава подшутить над ним!" "Сверх-Я" стремится утешить "Я" и защитить его от страданий с помощью юмора. Такова точка зрения Фрейда [4].

Обратимся теперь к основательной работе о юморе Константина Глинки, который сам является юмористом, выступающим под псевдонимом Игорь Южанин [5]. Автор этого трактата составил хороший обзор литературы на тему исследования юмора и смеха, содержащий, в том числе, ценностную характеристику этого явления. Среди именитых философов, психологов и естествоиспытателей приводятся взгляды Платона, Аристотеля, Томаса Гоббса, Иммануила Канта, Герберта Спенсера, Артура Шопенгауэра, Зигмунда Фрейда, Анри Бергсона, Чарльза Дарвина, Джона Локка, Георга Вильгельма Фридриха Гегеля и других. Воспользуемся этим и вкратце приведем взгляды указанных мыслителей. Так, например, Платон считал юмор явлением отрицательным, поскольку чувство юмора основано на злобе и зависти, особенно смех, вызванный несчастьем или неудачей других, или насмешки над нижестоящими по общественному положению. Аристотель считал шутки формой образованного высокомерия, но при этом признавал пользу от юмора, если он был в умеренном количестве. Согласно Т.Гоббсу, смех является выражением внезапного триумфа, происходящего от чувства превосходства над окружающими или над своим прошлым. По мнению И.Канта, "Смех является эмоцией, возникающей из неожиданного превращения напряженного ожидания в ничто... Остроумная шутка должна содержать в себе нечто такое, что мы сперва принимаем за истину, ввести нас в заблуждение, а в следующий момент обратиться в ничто". Г.Спенсер считал, что смех позволяет разрядиться избытку нервной энергии, пробужденной простыми чувствами. В комической же ситуации мы как бы ждем чего-то большого, а обнаруживаем маленькое, что и вызывает смех. Согласно А.Шопенгауэру, причина смеха в распознавании абсурда, в осознании несовпадения между понятием и реальным объектом, в несоответствии между физическим ожиданием и абстрактным представлением некоторых вещей, людей или их действий. По мнению А.Бергсона, смех теряет свое значение вне социальной группы. Смех служит цели исправления общества. Ч.Дарвин высказал соображения о роли смеха как реакции приспособления организма к окружающей среде, пытался анализировать эволюционное развитие смеха от приматов до человека. Дж.Локк считал, что остроумие реализуется в сближении идей и в их объединении, которое дает ощущение удовольствия. Согласно Г.В.Ф.Гегелю, остроумие схватывает противоречие, высказывает его, приводит вещи в отношения друг к другу. Среди отечественных мыслителей выделен Александр Лук, по мнению которого "отыскание и внезапное осознание логической ошибки, особенно чужой, и есть, вероятно, та пружина, которая включает положительную эмоцию и сопутствующую ей реакцию смеха, - при условии, если нет причин, подавляющих положительное чувство. Смех в данном случае - выражение интеллектуального триумфа от нахождения ошибки" [5].

Можно попытаться классифицировать точки зрения на юмор и смех из приведенного в [5] материала. Согласно первым из них, освобождение энергии, связанное с юмором и смехом, связано с разрушением социальных запретов. Согласно другим, близким к первым, смех является защитной реакцией против страха запрета: страха перед отцом, матерью, перед властями, перед сексуальностью и агрессией. Согласно третьим, юмор и смех всегда содержат некую агрессивность. Согласно четвертым, юмор может быть простым желанием человека уйти от неприятной ему реальности. Согласно пятым, смех играет большую роль в нашем умственном и физическом здоровье, смех принимает участие в нашей борьбе за выживание и в борьбе с невзгодами, смех освобождает нас от страха, от ограничений, обновляет нас. Согласно шестым, юмор возникает в результате понимания несовместимости между ожиданием слушателя и тем, что реально произошло [5]. Думается, что эта классификация далеко не полная, но для наших целей может быть достаточная.

Автор работы [5] придерживается мнения, что способность к юмору является врожденной способностью, развивающейся уже в детском возрасте. Придерживается также позиции, что зачатки юмора встречаются и у высших животных. И высказывает предположение, что удовольствие от юмора, вероятно, получается в результате удовлетворения примитивных потребностей. В согласии с этим находится и тот факт, что для настоящих мудрецов удовольствие от юмора обесценивается; и, в частности, Иисус Христос никогда не смеялся. Автор трактата [5] стоит на позиции, что юмор имеет агрессивную природу: "Шутка, и в этом ее сила как оружия, не обязательно должна быть хорошо аргументированной. Ее назначение - психологически возвысить шутника над соперником, поставить последнего в глупое положение" и далее: "...юмор является своеобразным оружием в борьбе за социальный статус" и еще: "Мы с объективностью и некоторым смущением должны признать, что смех имеет отношение к доминированию над другими и его агрессивная природа находит экспериментальное подтверждение" [5].

Но юмор не только является оружием агрессии у сильных, а и выполняет защитную функцию у слабых. Константин Глинка приводит примеры юмора, выполняющего защитную функцию, защитную для тех, кто расположен ниже в общественной иерархии: военный юмор, когда нижестоящие могут выплеснуть свою агрессию против вышестоящих в приемлемой форме; политический юмор, когда выплескивается в приемлемой форме агрессия против властей; еврейский юмор, являющийся агрессивно-защитным механизмом для еврейского нацменьшинства, живущего в окружении инородцев; и юмор - пир во время чумы, когда юмором преодолевается весь ужас бедственного положения человека [5].

Исходя из того, что "юмор всегда является либо интеллектуальным оружием в борьбе за повышение социального статуса, либо подготовкой к интеллектуальной схватке, своего рода тренировкой, разминкой", автор работы [5] предлагает свою классификацию комичного, с которой мы в общем то выражаем согласие:

1) Юмор унижения (нас радует, нам смешно, когда кто-то попадает или поставлен в незавидное положение);

2) Юмор возвышения (мы получаем удовольствие, когда возвышаемся в собственных глазах или над другими);

3) Смешанный юмор (представляет собой комбинацию двух предыдущих).

Автор трактата [5] предлагает свою теорию юмора, выраженную в математическом виде. Для наших целей нет необходимости вдаваться в корректность математической формулы юмора, но достаточно изложенного выше материала о природе юмора. К этому можно добавить такую мысль К.Глинки: "Обязательно ли человеку обладать чувством юмора? Ответ на этот вопрос неоднозначен. Юмор - это соревнование. Человеку, не заинтересованному в подобном соревновании, юмор не нужен. О таком человеке можно сказать, что у него нет чувства юмора. При этом он может быть не глупее остальных, а иногда и гораздо мудрее. Если человек не понимает юмора, он, скорее всего, глуповат. Если ему не интересен юмор, он, безусловно, мудр или занимает высокое положение, которое трудно поколебать" [5].

А теперь попытаемся дать ценностную характеристику юмора с позиции секулярной философии и психологии. Для этого мы выделим две крайние точки зрения, назовем их эгоистической и гуманистической. Эгоистическую точку зрения будет интересовать польза юмора для отдельного индивида-эгоиста вне зависимости от пользы или вреда для общества. Это, так сказать, "низшая" точка зрения. Гуманистическая точка зрения будет учитывать как интересы отдельной личности, так и интересы общества. Среди секулярных это "высшая" точка зрения. Будем полагать, что диапазон всех секулярных подходов расположен между этими двумя точками зрения. С эгоистической "низшей" точки зрения любой юмор положителен для индивида, кроме, конечно, юмора направленного на него самого. Здесь и повышение собственного статуса, и освобождение от страха, от ограничений, и польза для своего здоровья. Если же индивид сам является объектом юмора, то такой юмор по больше части отрицателен для него, т.к. понижает его статус; положительным его можно считать лишь в тех случаях, когда он максимально безобиден и позволяет увидеть некоторые свои особенности или недостатки, т.е. служит цели конструктивной критики. Но даже, если юмор направлен на индивида, но способствует разрядке агрессии, направленной на него же, то это будет меньшее зло, чем если бы агрессия непосредственно вылилась на индивида. Такова эгоистическая точка зрения.

А как будет выглядеть вопрос с гуманистической точки зрения? С этой точки зрения юмор и смех полезны и положительны в большинстве случаев. Юмор разряжает напряженность в обществе, снимает стресс, освобождает личность от ограничений и от страха, сохраняет физическое и умственное здоровье человека, доставляет человеку удовольствие. Юмор и смех удерживают в социально приемлемых рамках агрессивность и сексуальное влечение. Юмор способствует социальной адаптации личности в обществе. Юмор и смех позволяют человеку и обществу увидеть свои недостатки, способствуют их устранению, исправлению общества. Приветствуется "безобидный" юмор и юмор, направленный на самого себя и на свои обстоятельства. Такой юмор удерживает человека от самопревозношения. Юмор освобождает человека от аффектов, защищает человека от страдания или уменьшает последнее, возвышает человеческое "Я" над суровой реальностью, провозглашает торжество человеческого "Я", что считается безусловно положительным в гуманистической философии и психологии. Отрицательным с гуманистической точки зрения следует считать злобную насмешку, черный юмор, пошлый смех, когда агрессивная или сексуальная мотивировки смеха абсолютно доминируют и не скрываются. Отрицательным будет и циничный, святотатственный смех, поскольку этот смех направлен на положительные ценности данного общества или отдельной личности. Но даже, когда юмор имеет своим источником нескрываемую агрессивность или сексуальность, то это все же лучше, чем прямое излияние агрессии или грубое сексуальное домогательство. Такова, по всей видимости, гуманистическая точка зрения, "высшая" в секулярной философии и психологии.

Но далее мы увидим, насколько эта "высшая" точка зрения уступает Евангельской морали и христианской философии.

2. Христианское отношение к юмору. Оценка юмора и смеха

Гуманистическая философия считает, что путем воспитания человека, совершенствования общества и благодаря научно-техническому прогрессу возможно достижение гармонии между отдельной личностью и обществом, когда личность максимально раскрывается на пользу себе и обществу. Эта гармония может быть достигнута силами самого человечества, и светильником на этом пути будет человеческий разум. Христианское учение утверждает нечто противоположное: что человек находится в бедственном положении после грехопадения прародителей. Непосредственное общение с Богом утрачено, человек склонен ко греху, разум его помрачен, а природа человеческая грехом повреждена. Восстановление общения с Творцом возможно лишь по вере в Иисуса Христа, в Его искупительный подвиг и через исполнение Божиих заповедей, через жизнь по нормам Евангельской морали. Но это узкий и довольно трудный путь в Царство Небесное.

Насколько эти две позиции, гуманистическая и христианская, противоположны, настолько и отличаются сделанные ими оценки юмора.

Священное Писание негативно относится к смеху, насмешливости. Так, например, в Ветхом Завете Хам и его потомки были прокляты из-за того, что он посмеялся над наготой спящего отца своего Ноя (Быт. 9: 20-25). В Новом Завете иудеи в ожесточении сердца своего насмехались над распятым Христом (Мф. 27: 41-42; Мк. 15: 31; Лк. 23: 35). Проповедуя Свое учение, Христос обещал блаженство плачущим (Мф. 5: 4; Лк. 6: 21) и горе смеющимся (Лк. 6: 25). Как понимать это? Блаж. Феофилакт Болгарский объясняет нам, что под плачущими "разумеются плачущие о грехах, а не о чем-либо житейском. Сказал "плачущие", то есть всегда, а не один только раз и не о своих только грехах, но и о грехах ближних. Утешатся же они и здесь, - ибо кто плачет о грехе, тот духовно радуются здесь, - а тем более там [в Царствии Небесном]" [6]. Плачущие - это еще и скорбящие с верою, терпением и преданностью воле Божией; это сострадающие к несчастиям ближних. А кто же тогда смеющиеся? "..."горе" назначается в удел тем, кои богаты в нынешнем веке", горе тем, которые "...получают утешение, то есть здесь, в настоящем веке, вкушают радости, веселятся, наслаждаются удовольствиями и получают похвалы" - разъясняет блаженный [6]. Нигде в Новом Завете не показывается Христос смеющимся или отпускающим шутки. Согласно с этим и церковное предание. Наоборот, несколько раз Спаситель показан нам проливающим слезы (Лк. 19: 41; Ин. 11: 35).

Послушаем же теперь св.отцов, что они говорят о шутках и о смехе.

Преподобный Иоанн Карпафский: "Ничто так не расстраивает обычно доброго настроения, как смех, шутки и празднословие. И опять, ничто так не обновляет обветшавшую душу и не уготовляет к сближению с Богом, как страх Божий, доброе внимание, непрестанное поучение в словесах Божиих, вооружение себя молитвою и взыскание доброплодного делания" [7].

Св. Ефрем Сирин: "Начало душевного развращения в монахе - смех и вольность. Когда увидишь в себе это - что пришел ты в глубину зол, не переставай молить Бога, да избавит тебя от этой смерти. Смех и вольность ввергают в постыдные страсти не только юных монахов, но и старцев. О вольности сказал некто из старцев: вольность подобна знойному ветру; она губит плоды монаха. Смех лишает человека блаженства, обещанного плачущим (Мф. 5, 4), разоряет доброе устроение внутреннее, оскорбляет Духа Святого, вредит душе, растлевает тело. Смех изгоняет добродетели, не имеет памятования о смерти, ни помышления о мучениях" [7].

Св. авва Дорофей: "Дерзость бывает многообразна: можно быть дерзким и словом, и движением, и взором. От дерзости иной впадает в празднословие, говорит мирское, делает смешное и побуждает других к непристойному смеху. Дерзость и то, когда кто коснется другого без нужды, протянет руку на кого (смеющагося), толкнет кого, вырвет что из рук у него, бесстыдно смотрит на кого - все это делает дерзость, все это происходит оттого, что в душе нет страха Божия, и от сего человек приходит мало-помалу и в совершенную небрежность. Посему-то Бог, когда давал заповеди закона, сказал: благоговейны сотворите сыны Израилевы (Лев. 15, 31), ибо без благоговения и скромной стыдливости (несмелости) человек не чтит и Самого Бога и не хранит ни одной заповеди. Потому нет ничего вреднее дерзости, потому-то она и есть матерь всех страстей, что изгоняет благоговение, отгоняет страх Божий от души и рождает небрежность" [7].

Св. Исаак Сирин: "Кто любит смех и любит выставлять себя напоказ людям, тому не будь другом, иначе он научит тебя привычке предаваться расслаблению" [7].

"Ничто не делает нас столько сообщниками мира, и живущих в мире, и тех, которые в мире преданы пьянству и блуду, и не удаляет нас столько от сокровищ премудрости и познания тайн Божиих, как смехотворство и дерзновенное парение мыслей" [8].

"Остроумие речей остужает в душе горячность любви ко Христу" [8].

Св. Антоний Великий: "Как можно воздерживайся от шуток и забавных речей". Места смеху не находил св. Антоний в жизни инока, и когда ученики спросили его: "Можно ли нам когда-нибудь смеяться?" - ответил: "Господь наш осуждает смеющихся, когда говорит: горе вам смеющимся ныне: яко возрыдаете и восплачете" (Лк. 6, 25) [7].

Преп. Иоанн Лествичник: "Если ничто так не согласно со смиренномудрием, как плач, то, без сомнения, ничто столько не противится ему, как смех" [8].

Из этих высказываний ясно, что в жизни монаха или философа не место шуткам и смеху, не место юмору, ибо они препятствуют созерцанию тайны. По отношению к философам это отчасти понимала и секулярная мысль. Но насколько относится вышеприведенное утверждение к обычному мирянину? Послушаем беседу св. Иоанна Златоуста (17-я беседа на Послание к Ефесянам), обращенную к мирянам: "Не произноси слов ни шутливых, ни постыдных. Шутки нисколько не приличны для нас, а более нам прилична благодарность. Что пользы сказать шутку? Только возбудишь ею смех. Да не будет ни одного слова праздного, так как от празднословия можно перейти к разговору неприличному. Теперь время не увеселения, но плача, скорбей и рыданий. А ты шутишь? Какой боец, вышедши на арену, оставляет борьбу с противником и произносит шутки? Близ тебя диавол ходит вокруг, рыкая, чтобы поглотить тебя, все воздвигает и все обращает на твою голову, замышляет, как бы выгнать тебя из твоего убежища, скрежещет зубами, воет, раздувает огонь против твоего спасения, - а ты сидишь и произносишь шутки, пустословие и говоришь неприличные речи? Можешь ли успешно одолеть его? Мы забавляемся по-детски, возлюбленные! Хочешь узнать образ жизни святых? Послушай, что говорит Павел: я три года день и ночь непрестанно со слезами учил каждого из вас (Деян. 20, 31). Если же он употреблял такое попечение о милетянах и ефесянах: не шутки говорил, а со слезами преподавал учение, - то что ты скажешь о других? Послушай, что он говорит и к коринфянам: от великой скорби и стесненного сердца я писал вам со многими слезами (2 Кор. 2, 4);и еще: кто изнемогает, с кем бы я не изнемогал? Кто соблазняется, за кого бы я не воспламенился? (ст. 11,29). Послушай, что он говорит еще в другом месте, ежедневно, так сказать, желая переселиться из мира: находясь в этой хижине, воздыхаем под бременем (ст. 5, 4). А ты смеешься и забавляешься? Время войны, а ты занимаешься тем, что свойственно плясунам? Ты не видишь лиц воюющих, как они суровы, как строги? Ибо брови их страшны и внушают ужас. У них ты видишь суровое лицо, бодрое сердце, отважный, быстрый и сдержанный ум, осторожный и беспокойный, большое благочиние, большую стройность и великое молчание в рядах; не говорю уже, что они вовсе ничего не говорят. Если же они, сражаясь с врагами чувственными и не имея опасности потерпеть никакого вреда от слов, содержат столь великое молчание, ты, который должен вести войну и за слова, и даже большую часть войны, - ты допускаешь этой твоей части оставаться обнаженною? Разве ты не знаешь, сколь многим наветам мы здесь подвергаемся? Шутишь и забавляешься, говоришь остроты, возбуждаешь смех - и нисколько не думаешь о деле? Сколько от шуток происходит клятвопреступлений, сколько вреда, сколько сквернословия! Но, говорят, эти шутки не таковы. Однако послушай, апостол изгоняет всякие шутки: и сквернословие, и пустословие, и смехотворство не приличны вам (Еф. 5, 4). Ныне время войны и битвы, бдения и бодрствования, вооружения и приготовления к борьбе. В теперешнее время вовсе не может быть места смеху, ибо это - время мира. Послушай, что говорит Христос; вы восплачете и возрыдаете, а мир возрадуется (Ин. 16, 20). Христос распялся из-за твоих злодеяний, а ты смеешься? Он потерпел заушения и столько пострадал из-за твоих бедствий и объявшей тебя бури, а ты веселишься? И разве не тем более ты этим Его раздражаешь? Но так как иным это дело кажется безразличным и таким, от которого трудно уберечься, то рассудим немного об этом и покажем, сколь великое это зло. Это дело диавола - не радеть о безразличных поступках. И, во-первых, если бы это было и безразлично, и в таком случае не должно этим пренебрегать, зная, что от этого происходит много зол, которые возрастают и часто оканчиваются любодеянием. А что это не безразлично, видно из вышесказанного. Посмотрим, откуда этот порок происходит. Или лучше посмотрим: каким должен быть святой? Он должен быть тихим, кротким, скорбящим, плачущим, сокрушенным. Следовательно, кто говорит шутки, тот не святой, и такой, будь он хоть грек, смешон. Это позволительно только играющим на сцене. Где гнусность, там и шутки; где безвременный смех, там и шутки. Послушай, что говорит пророк: служите Господу со страхом и радуйтесь с трепетом (Пс. 2, 11). Шутливость делает душу слабою, ленивою, вялою, она возбуждает часто ссоры и порождает войны. Что же? Разве ты принадлежишь не к числу мужей? Оставь же то, что свойственно детям. Тебе не нравится, если твой раб говорит на площади что-либо бесполезное; а ты, называя себя рабом Господа, произносишь на площади шутки? Прекрасно, если душа трезвенна, - ее нельзя увлечь; а рассеянную кто не увлечет? Она будет обманута сама собою, и не нужно ей будет козней и нападений диавола. А чтобы тебе лучше узнать, обрати внимание на само название. Шутником называется человек непостоянный, на все готовый, нетвердый, изменчивый, делающийся всем. Но - это не свойственно тем, которые служат Камню (Христу). Такой человек легко изворачивается и переменяется, потому что он должен подражать и изменению лица, и словам, и смеху, и походке других, и всему; притом ему нужно выдумывать остроты, потому что для него и это необходимо. Но играть комедии не свойственно христианину. Притом охотнику до шуток необходимо терпеть сильную вражду со стороны осмеиваемых им, присутствуют ли они при этом или услышат в отсутствие. Если это дело хорошее, то зачем оно предоставляется мимическим актерам? Ты делаешься таким актером и не стыдишься? Для чего вы не позволяете этого свободным вашим женам? Разве этим вы не свидетельствуете, что это нечестный обычай и неблагопристойное дело? Много зол гнездится в пристрастной до шуток душе, большая рассеянность и пустота: расстраивается порядок, ослабляется благоустройство, исчезает страх, отсутствует благочестие. У тебя есть язык не для то, чтобы передразнивать другого, а чтобы благодарить Бога. Ты не видишь разве так называемых смехотворов?* (*Актеры, представлявшие пляску с неблагопристойными движениями.) Вот они - шутники. Изгоните, умоляю вас, из душ своих это непривлекательное удовольствие: это дело нахлебников, мимических актеров, певцов и публичных женщин. Да будет оно далеко от души свободной и благородной, даже и от рабов. Если кто бесчестен, если кто мерзок, тот и охотник шутить. А многим это дело кажется добродетелью, и это достойно слез. Как похоть мало-помалу доводит до любодеяния, так и наклонность к шуткам кажется привлекательной, а между тем она менее всего привлекательна. Ибо послушай, что говорит Писание: грому предшествует молния, а стыдливость предваряет благорасположение (Сир. 32, 12). Но ничего нет бесстыднее шутника, посему уста его исполнены не приятности, а горечи. Изгоним этот обычай из трапез. Есть некоторые, которые учат этому даже бедных. О нелепость! Шутами делают тех, которые окружены горестями! Где нет этой болезни? Ибо она вошла и в Церковь, она уже коснулась и Писаний. Сказать ли нечто, дабы показать чрезмерность зла? Стыжусь, впрочем, все-таки скажу. Я хочу показать, до чего дошло зло, чтобы не подумали, что я занимаюсь мелочами и рассуждаю с вами о чем-нибудь маловажном, дабы хотя этим способом мне можно было отвлечь вас от заблуждения. Да не подумает кто-либо, что я выдумываю: я скажу то, что слышал. Некто был у одного из тех, которые тщеславятся ученостью (я знаю, что возбужу смех, впрочем, все-таки скажу); накрыв на стол, этот сказал: "Хватайте, дети, чтобы не воспламенился желудок". Равным образом иные говорят: "Горе тебе, мамона, и тому, у кого нет тебя". И много таких нелепостей привнесла шутливость, как, например, когда говорят: "Теперь нет рождения". Я говорю это, показывая нелепость постыдного обычая, ибо подобные выражения - души, не имеющей благочестия. Не достойны ли такие слова молний? Можно бы найти много и других подобных выражений. Посему, умоляю, изгнавши отовсюду этот обычай, будем говорить то, что нам прилично, и пусть святые уста не произносят слов, свойственных устам бесчестным и позорным. Какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света со тьмою? (2 Кор. 6, 14). Лучше, если мы, удалившись от всего неприличного, в состоянии будем воспользоваться обещанными благами, чем если, занимаясь излишним, погубим чрез это трезвенность ума. Ибо человек шутливый скоро делается злоречивым, а злоречивый способен к бесчисленному множеству и других пороков. Итак, упорядочивши эти два душевные состояния и подчинивши их разуму, как послушных коней (я разумею похоть и гнев), поставим над ними возницею ум, чтобы получить награду вышнего звания, которой да сподобимся все мы во Христе Иисусе Господе нашем, с Которым Отцу вместе со Святым Духом слава, держава, честь ныне и присно и во веки веков. Аминь" [9].

Как мы видим, обращаясь к мирянам, св. Иоанн Златоуст напоминает нам о бедственном положении человечества, о большой власти дьявола над людьми. Из этого следует неуместность шуток. По мысли св. отца похоть и гнев только разжигаются шутовством, а не разряжаются "в социально приемлемой форме".

Итак, Евангельская мораль призывает нас по серьезному относиться к человеку, видя в нем образ Божий; любить ближнего, как самого себя. Дух же насмешливости делает все, над чем насмехается, менее значащим, умаляя границу между добром и злом, унижая человека [8].

Евангельская мораль и христианская философия призывают человека к смирению, к борьбе с тщеславием и гордостью. Юмор же, наоборот, возвышает собственное "Я" человека за счет прямого или косвенного принижения ближних.

Христианское учение говорит, что со страстями, с гневом, со сластолюбием необходимо бороться и искоренять их, уповая на Божию помощь. А юмор и остроумие идут у страстей на поводу, разряжая их "в социально приемлемой форме" и получая юмористическое удовольствие; хотя нет никакой уверенности, что страсти будут разряжаться, а не наоборот разжигаться шутками.

Евангелие призывает нас прежде всего искать Царствия Божия, а остальное приложится нам. Секулярная же философия и психология говорят о пользе юмора для социальной адаптации и для здоровья индивида здесь, в жизни земной. Так что у них по-разному расставлены акценты.

Христианство открывает высший смысл страдания, призывает терпеливо переносить горести, уповая на Бога. А секулярная философия считает любое страдание злом и предлагает юмор, как анестезию от страдания.

Евангельская мораль учит нас состраданию к ближнему и благоговению перед Всевышним, а юмористическое удовольствие происходит благодаря экономии сострадания, экономии благоговения.

Так какую же оценку мы дадим юмору и смеху? Ясно, что нужно считать отрицательным грубый юмор с явной сексуальной или агрессивной подоплекой, черный юмор, считать негативным циничный, святотатственный смех. Но, если мы стоим на христианской позиции, то оценка любых смеха и шуток будет отрицательная. Но тогда как мы ответим на вопрос: следует ли нам, мирянам, полностью отказаться от юмора, от шуток, от остроумия, от смеха? Следуя св. Иоанну Златоусту и др. св.отцам - да. Настолько высоки требования Евангельской морали и христианской философии по сравнению с секулярной точкой зрения. Но... и здесь автор излагает свою личную точку зрения... учитывая немощь нашу, можно допустить умеренную шутку в свой собственный адрес или в адрес своих обстоятельств так, чтобы этот юмор помогал нам в борьбе с унынием. И еще более умеренным, по-возможности добрым, не злым должен быть юмор в адрес ближнего, также с целью помочь ему по-другому взглянуть на свои обстоятельства и не впадать в уныние. Но ни в коем случае юмор не должен подменять молитву, в которой мы просим Бога помочь нам в нашем унынии; не должен юмор подменять и исповедь греха уныния. Иными словами, мы можем считать положительным добрый юмор, добрую улыбку, уместную умную иронию, а иногда и смех сквозь слезы над самим собой. Но это редко встречается в повседневной жизни, и этого практически нет в юмористических передачах; там культивируется искусственно возбуждаемый смех, смех тупой, агрессивный или похотливый. И такой смех, к сожалению, ныне считается признаком духовного здоровья общества.

Давая с христианских позиций отрицательную оценку юмору и смеху, мы не отрицаем радости и веселья. Христианин живет радостью в Духе Святом. 'Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах' (Мф. 5: 12), - говорит Христос тем, кто исполняет Его заповеди и кто стойко переносит поношения за Христа. Полнота этой светлой радости и веселия показывает всю никчемность удовольствия от юмора и остроумия.

Заключение

Мы с вами рассмотрели некоторые гипотезы о природе юмора. Дали ценностную характеристику юмора, остроумия и смеха, как с точки зрения секулярной философии и психологии, так и с позиции Евангельской морали и христианской философии. Ценностная оценка юмора оказалась тонким индикатором, отчетливо проявляющим разницу в секулярной и христианской точках зрения на природу человека и на положение человечества в целом.

Литература

1. Википедия. Свободная энциклопедия. Чувство юмора.

http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A7%D1%83%D0%B2%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE_%D1%8E%D0%BC%D0%BE%D1%80%D0%B0

2. Новый Регион. Отсутствие чувства юмора опасно для здоровья.

http://www.nr2.ru/health/112065.html

3. Фрейд З. Остроумие и его отношение к бессознательному. В книге "Я и Оно": Сочинения. - М.: ЗАО Изд-во ЭКСМО-Пресс; Харьков: Изд-во "Фолио", 1999. - 1040 с.

4. Фрейд З. Юмор. В книге "Художник и фантазирование": Пер. с нем./ Под ред. Р.Ф.Додельцева, К.М.Долгова. - М.: Республика, 1995. - 400 с.

5. Константин Глинка (Игорь Южанин). Теория юмора

http://zhurnal.lib.ru/j/juzhanin_i_a/teorijajumora.shtml

6. Блаженный Феофилакт Болгарский. Толкование на Евангелие от Матфея. Толкование на Евангелие от Марка. Толкование на Евангелие от Луки. Толкование на Евангелие от Иоанна.

http://www.krotov.info/library/f/feofilkt/feo00.html

7. Добротолюбие. Избранное для мирян. Переиздание Спасо-Преображенского Мгарского монастыря. Полтавская епархия, 1996. - 448 с.

8. Священник Андрей Горбунов. О современном духе насмешливости. Всеукраинский православный журнал для верующих и неверующих "Спасите наши души!", N 3, 2007. - С. 40-42.

9. Беседы святого отца нашего Иоанна Златоуста духовно-назидательного содержания. Украинская православная церковь. Полтавская епархия. Спасо-Преображенский Мгарский монастырь, 2001. - 464 с.

Май 2007 г.


 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  А.Демьянов "Горизонты развития. Траппер" (ЛитРПГ) | | А.Михална "Путь домой" (Постапокалипсис) | | В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2" (Боевая фантастика) | | А.Демьянов "Долгая дорога домой. Книга Вторая" (Боевая фантастика) | | Н.Любимка "Пятый факультет" (Боевое фэнтези) | | Кин "Новый мир. Цель - Выжить!" (Боевое фэнтези) | | С.Елена "Дочь реки" (Любовное фэнтези) | | П.Працкевич "Кровь на погонах истории" (Антиутопия) | | Э.Тарс "Бастард рода демонов 3" (Боевое фэнтези) | | А.Емельянов "Мир обмана. Вспомнить все" (ЛитРПГ) | |

Хиты на ProdaMan.ru Без чувств. Наталья ( Zzika)Офисные записки. КьязаОтборные невесты для Властелина. Эрато НуарИЗГНАННЫЕ. Сезон 1. Ульяна СоболеваСлепой Страж (книга 3). Нидейла НэльтеСнежный тайфун. Александр МихайловскийВолчий лог. Сезон 1. Две судьбы. Делия РоссиНа грани. Настасья КарпинскаяЯ хочу тебя трогать. Виолетта РоманТайны уездного города Крачск. Сезон 1. Нефелим (Антонова Лидия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"