Скворцова Надежда Геннадьевна: другие произведения.

Сборник "Улица Детства"

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:


  

Нефедова Надежда

  
  

УЛИЦА ДЕТСТВА

  
  
  

Проза, поэзия

  
  
  
  

Автор Скворцова Надежда книгу "Улица Детства" напечатала под своей девичьей фамилией, так как в ней автор обращается к своим истокам.

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Я снова у дома родного,

Я снова в отцовском саду

И к яблоньке каждой иду -

с каждой по яблочку рву.

И в душу войдут ароматы из сада

Какая отрада - плоды наливные вкушать

Какая награда - любовь испытать.

И тонкую нить

Что свяжет нас с Богом

С отцовским порогом нельзя оборвать.

  
  
  
  
  
  

  

В книгу "Улица детства" вошли автобиографические рассказы, наполненные детскими и юношескими переживаниями, романтикой первой любви. Эта книга - обращение к родным истокам, к тому, что питает душу и наполняет сердце.

В поэтическом цикле "Познание" выражается философия жизни. Это лирические стихи о природе и человеке, который является частью этой природы. Завершается поэтический цикл переводами немецких поэтов.

Автор

0x01 graphic

  

Улица детства

   У каждого из нас есть улица детства. На ней знаком каждый дом, каждый камешек на дороге.
   Улица моего детства, вполне, оправдывала своё название, Мичурина. У каждого дома был сад. Каждый обитатель улицы отдавал предпочтение тем или иным фруктовым деревьям. Наш сад был, преимущественно, яблоневый. У соседей напротив - вишнёвый. У других соседей росли сливы и груши. Деревья перевешивали через забор, и мы, дети, срывали спелые плоды, стараясь дотянуться до самых высоких веток. Для нас это была весёлая игра. А потом, наигравшись вволю, мы садились на брёвна около дома дяди Лёши. Этот дом был, особенно, притягателен для нас.
   Весной дядя Лёша выпускал сизарей. Они долго кружили над домом, то приближаясь к голубятне, то удаляясь от неё. И мы словно заворожённые, смотрели на эту картину.
   А летом созревали вишни в саду у дяди Лёши. Они были самые спелые и самые вкусные. Мы срывали их горстями, но дядя Лёша никогда не ругался на нас.
   Под деревьями, у забора, стоял длинный стол. Здесь по вечерам собиралась мужская половина улицы. Женщины собирались у дома тёти Шуры и щёлкали семечки. Я сидела где-нибудь неподалёку и наблюдала. Особенно, виртуозно грызла семечки тётя Шура. Она не выплёвывала каждый раз шелуху. Шелуха повисала у неё на губах и превращалась в живой, подвижный ёжик. А когда шелухи становилось слишком много, тётя Шура стряхивала её ловким движением на землю. Во время этого действия, своего разговора тётя Шура не прерывала. А дядя Коля всегда катал нас, детей, на своём грузовике.
   У тёти Маши была коза. Её пасла дочь Галя. Она была очень серьёзная и никогда не играла с нами. Тётя Лиза, красивая, стройная женщина, сидела по вечерам на лавочке со своим мужем, около своего дома. Она была молчалива и печальна. Потом я узнала от мамы, что тётя Лиза вышла замуж без любви, а по суровой необходимости. Муж был намного старше её.
   Помню тётю Асю, которая прожила почти сто лет. Мы играли в лото на лужайке около её дома.
   В большом, красивом доме жил дядя Юра. Мы знали о нём только то, что он был начальник.
   На улице было двадцать домов, по десять - с каждой стороны. Наш дом N7 стоял в середине. Улица была недлинная. Один её конец выходил на узкую шоссейную дорогу. А за дорогой было поле. За полем - деревня с большим прудом. Мы проводили там целые дни, когда было жарко. На другом конце улицы было маленькое болотце. Летом оно высыхало. На нём росли пахучие цветы. Над ними летали бабочки и стрекозы. Это был наш мир, близкий и понятный нам.
   Большую часть времени мы были на улице. Но иногда заходили друг к другу в гости. Дома не закрывались на замок. Собак никто не держал. Все жили скромно, и охранять было нечего. Каждый старался чем-то угостить. Помню горбушку чёрного хлеба, натёртого чесноком. Это было неизменное угощение Толика Зайцева. Он жил через дом от нас. Мы угощали тоже чёрным хлебом. Поливали его подсолнечным маслом, а сверху посыпали сахаром. Мой дедушка угощал яичницей - болтушкой. А хлеб намазывал сливочным маслом, которое взбивал сам. Большим праздником для нас, детей, было, когда мама запекала в духовке яблоки. Я ждала, когда яблоки остынут, потом набирала несколько яблок в чашку и выбегала на улицу. Там меня ждала моя подруга Нина.
   Так жила наша улица.
   Если квасили капусту, то делали это один за другим, в течение недели. Доска для рубки капусты передавалась из дома в дом. Но затем, неизменно, возвращалась к хозяину. А зимой угощали друг друга капустой. Каждый хотел, чтобы попробовали, именно, его капусту. Каждый квасил по-своему. Кто - маленькими кочанчиками, кто - большими листами, кто - вместе с яблоками.
   Летом варили варенье. Обязательно, - в медном тазу. По всей улице гулял сладкий аромат, и летали осы. А вечером пили чай со свежим вареньем. Мы запасали также много яблок. Каждое яблочко заворачивали в отдельный лист бумаги. Для этого служили наши школьные тетрадки. Почти каждое яблочко имело отметку "пять". Редко - редко попадалась "четвёрка" или "тройка". Мы шутили по этому поводу. И зимой, разворачивая яблочко, отец говорил кому-нибудь из нас:
   "Получай свою "пятёрку", молодец". И радости нашей не было предела. А яблочки с "тройками" мы старались съесть потихоньку от отца.
   Жители улицы помогали друг другу в трудную минуту. Помню дядю Серёжу, который косил для нашей коровы сено. У него была работа, но летом он брал отпуск на две недели, жил в лесу, в шалаше. Косил на утренней и вечерней заре. А наша мама кормила грудью соседскую девочку, потому что её мама уходила на целый день на работу. Так что эта девочка стала молочной сестрой для моего младшего брата, который был пятым ребёнком в семье.
   Помню также нашего крёстного, дядю Женю. Когда он приходил к нам на Новый год, то приносил с собой гору фигурных пряников и кипу детских книжек. Фигурные пряники мы вешали на ёлку, а потом съедали в течение месяца. Нам приходилось размачивать их в молоке, но от этого они казались нам ещё вкуснее. А детские книжки я читала потом своим младшим братьям. Они были яркие, красочные. Поэтому образ дяди Жени был связан для меня с праздником.
   А мамина подруга Берта успевала погладить целую гору белья за один вечер. И всё это играючи, за разговором. А потом, обязательно, пела нам колыбельную песню. Она пела её на немецком языке, так, как пели ей эту песню её мама и её бабушка. Мы не понимали ни слова в этой песне, но голос тёти Берты, мягкий и нежный, убаюкивал нас, и мы быстро засыпали. Потом Берта стала моей учительницей, и я узнала, какое у неё доброе сердце.
   Каждый год я приезжаю в родительский дом, на улицу моего детства. И кажется мне, что и через пятьдесят лет всё также будут цвести сады. И через пятьдесят лет дети будут играть на лужайке перед домом. И жители улицы всё также будут собираться за длинным столом у дома дяди Лёши.
   И сегодня, когда я прохожу мимо и приветствую всех, мне радостно кивают и восклицают:
   "Надя! Неужели это ты!"
   А я узнаю своих друзей по детским играм и радостно отвечаю:
   "Да, это я."
   Ко мне подходит моя школьная подруга Нина. Это с ней мы ловили бабочек на болоте. Это нас катали мальчишки на велосипеде. Это с ней мы ходили в поход по Оке, вместе с нашей учительницей по истории. Вечером иду к Нине. Мы пьём чай с "царским вареньем" из крыжовника и вспоминаем школьные годы и улицу нашего детства.
  

0x01 graphic

Первая любовь

   По нашей улице проходила дорога в школу. И по этой дороге шёл он, каждое утро, в одно и то же время. Я садилась за рояль и играла мелодии Шуберта или Мендельсона. Я хотела, чтобы он слышал меня, чтобы он думал обо мне. Ваяя пришёл в наш 9 "А" из деревенской школы, вместе с другими новичками. Он был один из трёх юношей, незнакомых и непонятных, а потому - загадочных. Они очень отличались от наших мальчишек. Они были почти мужчины и вели себя, как мужчины. Эти парни из деревни держались уверенно, достойно. После школы закуривали сигареты. Они были немногословны и потому ещё более загадочны. А наши мальчишки были знакомы нам с детских лет и потому - понятны. И неинтересны для нас, девчонок.
   Мне исполнилось шестнадцать лет. Я ждала любви. Всё во мне бурлило и кипело. Но взоры обратить было не на кого. И, вдруг, перед моими глазами предстали такие загадочные, такие непонятные юноши. Каждый из них был по-своему, хорош. Трудно было выделить одного. Стала я думать, в кого мне влюбиться. Первого звали Анатолий. Он был коренастый, плотный, очень спокойный. А главное, внушал уверенность. Несколько дней мне казалось, что я в него влюблена, но быстро поняла, что Толик меня не вдохновляет. Он был прозаичен и простоват. В общем, не мой герой.
   Второй был полной его противоположностью. Его звали Игорь. Он был высокого роста, стройный, задумчивый. Я узнала, что он играет на флейте. Это обстоятельство меня привлекло особенно. Я любила музыку, играла на фортепиано. И такой лирический и романтический герой мог меня вдохновить. Но и этот образ рассеялся через несколько дней. Быть может, потому, что Игорь на меня, совсем не смотрел. И отвечал на мои вопросы, не поворачивая головы.
   И тогда я обратила взоры на третьего юношу, совсем неприметного снаружи. Его звали Вася. Он был немного рыжим, с веснушками на лице. Но при этом его лицо оставалось серьёзным и невозмутимым. Вася был среднего роста, но его стройная фигура привлекала. Ходил он всегда прямо. Гордо неся свою голову. А самое главное - он казался мне настоящим героем. Выходя из школы, он закуривал свою тоненькую сигарету так изящно и так небрежно, что я любовалась, глядя на него. Возвращались домой мы вместе, эти трое юношей и я. Дорога из школы в деревню, где они жили, шла через мою улицу. Эта дорога от школы до моего дома, которая длилась пятнадцать минут, была самой счастливой в дни моей юности.
   Мы шли, не спеша, намеренно растягивая приятное общение, которое могло быть только в свободной обстановке, за стенами школы. Мы шутили, смеялись, говорили о каких-то пустяках. Я всем своим видом хотела показать, что мальчишки для меня равны. Но моя особая симпатия к Василию проявлялась через моё слово, через мой взгляд. Мне казалось, что Василий тоже испытывает ко мне особое чувство. Мы строили планы на будущее.
   Однажды Василий сказал, что хочет быть офицером. И я подумала о том, что ему очень пойдёт военная форма. Но я не представляла себя женой офицера. Я, точно, знала, что военные гарнизоны и кочевая жизнь не для меня. Но почему я подумала об этом. Ведь я не сказала Василию ни слова о любви. Мы, даже, не целовались. И ни о чём серьёзном не думала.
   Но один день, вернее вечер, запомнился мне особенно. Мы возвращались домой из экскурсионной поездки в Москву. Был месяц май. В воздухе стоял туман. Автобус остановился у школы. А потом, мы пошли через мою улицу. Впервые я осталась с Василием наедине. Мы едва различали друг друга в тумане. Но от этого чувство моё горело ещё сильней. Я не помню, о чём мы говорили. Мы подошли к моему дому. Василий пожал мне руку. Так пожимают друг другу руку мальчишки. Но от этого дружеского пожатия душа моя ликовала. Я не могла успокоиться. Не хотелось идти домой. И, когда Вася был довольно, далеко, я закричала восторжённо: "Васяра"! Это был крик любви, который вырвался так неожиданно. Я не думала, что он услышит. Но он услышал. "Надюшка"! - принёс ветер моё имя. Счастье и радость переполняли меня. Этот голос любви звучал в весеннем воздухе и отзывался во мне.
   И через годы слышу я этот голос. И через годы чувствую запах весны и аромат первой любви.
  

0x01 graphic

Уроки музыки

   Удивительно, но родители купили нам рояль, а не пианино, как это было принято. Рояль поставили в углу зала, так называлась самая большая комната в нашем доме. Когда-то в этом углу стоял фикус. Он стоял в большой кадке и был, как дерево. Я любила протирать широкие листья фикуса. Потом фикус убрали. И отец стал устанавливать там ёлку. И вот однажды у нас появился королевский инструмент. Конечно, мы были в восторге.
   Мама не хотела отдавать нас в музыкальную школу. Наверное, потому, что боялась лишить нас свободы. Всякая школа - это расписание, дисциплина и строгость. А наша мама была свободномыслящей женщиной, и в таком же духе воспитывала нас. Но она любила музыку, у неё был прекрасный голос. Мама нашла для нас учителя музыки, студента музыкального училища. У него была знаменитая фамилия Куприн. Звали его Слава. Учитель музыки приезжал к нам два раза в неделю и давал уроки моей сестре, и двум младшим братьям, и мне. Предполагалось, что он будет заниматься с каждым по полчаса. Таким образом, должно было получаться два часа. Это был оптимальный вариант, прежде всего, для самого учителя. Но очень скоро выяснилось, что музыка овладела мной всецело. Поэтому Слава стал заниматься со мной целый час. Полчаса - с моей сестрой. И по пятнадцать минут - с каждым из братьев, так как они не проявляли к инструменту никакого интереса. Я быстро овладела простыми гаммами и этюдами и перешла к более сложным произведениям. Помню "Польку" Рахманинова, сонаты Мендельсона, вальсы Шуберта. Я играла по три часа в день с большим наслаждением.
   Меня восхищал сам рояль и его устройство. Когда открывали крышку, я видела деревянные молоточки, которые били по струнам. Струны были тонкие и толстые. И я понимала, что от того, по каким струнам ударяют молоточки, зависит высота звука. Мне нравилось легко касаться клавиш, извлекая из них звуки пиано. Мне нравилось нажимать на педаль и извлекать из рояля форте. Маленькие ноты, записанные на линеечках, были для меня какими-то волшебными знаками. Я легко их запоминала и играла все произведения наизусть.
   С восторгом и волнением я ожидала прихода учителя музыки. Он представлялся мне воплощением изящества и музыкальности. У него были тонкие, длинные пальцы. И сам он был тонкий и возвышенный. Конечно, я была влюблена в учителя музыки. Мне было четырнадцать лет, и сердце моё трепетало, когда рядом со мной садился молодой музыкант и руководил моей игрой. Он брал меня за руку, показывая, как правильно держать кисть. Из-за волнения я, порой, ошибалась и путалась. Но тем более увлечённо тренировалась после окончания урока. Я старалась делать это, когда оставалась одна. Мне хотелось достичь совершенства в своей игре. Учитель музыки, несмотря на свою молодость, был строг. Он делал много замечаний и редко выражал одобрение.
   Но однажды Слава принёс толстую книгу с нотами, на которой было написано знаменитое имя Моцарта. Слава выбрал Рондо, известное под названием "Турецкий марш". Он сказал, что я сделала большие успехи в музыкальном образовании и поэтому могу приступить к сложному произведению. Для меня Рондо Моцарта явилось вершиной в музыке. Я увлечённо играла его каждый день. Выучила это произведение наизусть. И до сих пор, когда я слышу по радио Рондо в исполнении больших мастеров, я вспоминаю наши уроки с учителем музыки, вижу его тонкий профиль и тонкую кисть руки. Через два года занятий наш учитель музыки подарил мне сборник нот с произведениями Мендельсона. Я часто обращалась к этим нотам.
   Иногда Слава устраивал для нас концерты. К нашему удивлению, у него не было инструмента дома. Слава рассказал нам, что рано остался сиротой. Его отец был офицером. Мать отдала сына в Суворовское училище. Там он проявлял музыкальные способности. Ему посоветовали продолжить музыкальное образование. Слава без труда поступил в музыкальное училище. Его мать работала санитаркой в больнице. На свою зарплату она не могла купить сыну инструмент. Поэтому Слава репетировал в музучилище, а иногда - у своих учеников. Для нас такие репетиции были настоящим праздником. Мы садились на диван и внимательно слушали. Слава обязательно объявлял, какое произведение он играет. Нас восхищала музыкальность нашего учителя, и его память. И слушая учителя музыки, я представляла себя на сцене, в большом зале. Но в старших классах увлеклась иностранными языками.
   Наш учитель музыки окончил училище и поступил в консерваторию на дирижёрское отделение. Наши уроки музыки прекратились. Через несколько лет, уже в Москве, я оказалась на концерте классической музыки, в Большом зале консерватории. Играли Моцарта и Бетховена. На афише я увидела имя своего учителя музыки. Значит, Слава осуществил свою мечту. Я вспомнила наши уроки, мою влюблённость в молодого учителя. Мне хотелось поразить его не только моей игрой, но и чем-то особенным.
   Однажды, за полчаса до занятий, я узнала от мамы, что у Славы день рождения. Я побежала в магазин за подарком. Именно побежала. Галантерейный магазин был в трёх километрах от дома. Автобусы ходили редко, а мне так хотелось доставить радость нашему учителю. И я бежала туда и обратно. На урок музыки я не опоздала. С восторгом и трепетом я подарила Славе красивую шкатулку. Слава посмотрел на меня с удивлением. Только много лет спустя, я поняла, что такой подарок больше подошёл бы для девушки.
   В тот день я играла с ошибками, но почему-то Слава не сделал мне ни одного замечания. Любовь к музыке осталась у меня на всю жизнь. Она помогает мне в самые трудные минуты. И сейчас, когда я пишу этот рассказ, в моём сердце звучит "Мелодия" Рахманинова, которую я играла со своим учителем музыки.
  

0x01 graphic

  
  
  

Таланты и поклонники

   В школе я была отличницей, и учителя меня всегда хвалили. Ребята в классе меня тоже любили, потому что я всем помогала. Но меня огорчало то, что не было у меня никаких талантов. Кто танцует, кто поёт, кто играет на пианино, а я ничего этого не умела. И на школьных вечерах я всегда сидела в зале. А другие на сцену выходили. Им хлопали. Были они на виду. Мне тоже хотелось на сцене выступать и быть на виду. К моей радости наш отец купил для нас рояль. Поставили его в зале. И нас, детей, начали учить музыке. Мне очень понравился королевский инструмент. Мне нравилось извлекать звуки, нажимая на белые и чёрные клавиши. Во всём этом было какое-то благородство. Я занималась по три часа в день, делала успехи. И вот пришло время, когда начали готовить очередной концерт самодеятельности. Я выразила желание сыграть на пианино "Польку" Рахманинова и вальс Шуберта. Отработаны у меня эти произведения были идеально, и учитель музыки меня хвалил.
   Перед выступлением я очень волновалась. Но вот объявили мой номер программы. Я вышла на сцену, села за фортепиано. Но когда начала играть, то почувствовала, что пальцы мои дрожат и не слушаются. "Польку" Рахманинова я сыграла, а потом, смущённая, убежала со сцены. У меня было такое напряжение, что вальс Шуберта я уже не стала играть. И я тогда поняла, что никогда не буду пианисткой, никогда не смогу выступать на публике. А я так мечтала об этом.
   Я недолго огорчалась по поводу своего неудачного выступления. Жизнь у нас в школе была насыщенная, и думать о пустяках было некогда. То мы готовились к КВН, то выпускали стенгазету. И везде я была заводилой. И шутки смешные для КВН писала, и заметки в стенгазету. Но мне и в голову не приходило, что в этом мой талант и заключается. Сочинять, придумывать это у меня легко получалось.
   Но однажды мне снова представилась возможность выступить на сцене. Наша учительница литературы решила инсценировать "Сказку о рыбаке и рыбке" Александра Сергеевича Пушкина. Были у нас и декорации, и костюмы, и пряники печатные. И сеть рыбацкую кто-то сплёл. Мне дали роль автора. Я первой вышла на сцену и начала читать: "У самого синего моря жили старик со старухой. Жили они тридцать лет и три года. Вот пошёл старик к синему морю. Закинул он в море невод..." И слышу я, что голос мой не дрожит, а звучит звонко и наполняет весь зал. Микрофонов не было. Мы играли вживую, чтобы всё натурально звучало.
   В зале тишина. Прочитала я вступление. Потом начали сказку разыгрывать. Я спустилась в зал и смотрела наш спектакль вместе со всеми. Конечно, я завидовала старухе, конечно, хотелось мне её сыграть. Ведь, это главная роль в сказке была. Особенно мне нравились слова: "Не хочу быть чёрной крестьянкой. Хочу быть столбовой дворянкой".
   И хотелось мне пряника печатного попробовать и сесть за богато накрытый стол. Но для роли старухи нашёлся настоящий талант. Это была бедовая девочка - моя подруга, она отлично сыграла свою роль. Зрители были в восторге и долго аплодировали. Но после этого выхода на сцену, пускай, в самой скромной роли автора, жизнь моя повернулась в другое русло. Я начала задумываться о своём будущем, о том, какую профессию мне выбрать. И я решила стать учительницей. И, конечно, по иностранному языку.
   Я любила литературу и прочитала все книги, которые отец для нас покупал. А это были полные собрания сочинений, по шесть или десять томов. И в библиотеке я была записана. Я легко могла бы поступить на филологический факультет и стать учителем русского языка и литературы, как моя мама и моя старшая сестра. Но мне казалось это слишком просто. "На русском языке говорят все. Русские книги читают все. А я буду говорить на иностранном языке, и читать иностранные книги," - думала я. И мысли эти появились у меня неслучайно. Наша учительница немецкого языка принесла однажды тоненькие книжки для чтения. Среди них были сказки Андерсена, которые мы начали читать. Это была сложная литература, и мне пришлось много потрудиться, чтобы перевести эти сказки на русский язык. Потом я переводила их моим младшим братьям, конечно, по книге, без подглядки в тетрадь, куда я старательно записала все переводы. И я помню эти сказки до сих пор. Потом я и сама стала писать стихи, рассказы и сказки. Но никому об этом не говорила. Смущать меня стало слово "талант". Я окончила педагогический институт, факультет иностранных языков, и стала учительницей.
   "Вот когда осуществилась моя мечта выступать на сцене", - думала я. Ведь место за столом для учителя - это и есть сцена.
   Но, работая в школе, я поняла: быть на виду - не самое главное. Важно - дело своё хорошо знать. И тогда тебя увидят и услышат.
  

0x01 graphic

Наш клуб

   Помню наш поселковый клуб, стоящий в окружении американских клёнов, на берегу большого пруда. Помню фильмы, которые крутили в нашем клубе по выходным. Мы приходили задолго до начала фильма. Складывали наши пальтушки и вешали их на деревянные сиденья. В клубе было жарко и он гудел от детских голосов и разговоров взрослых. Клуб был местом встречи для нас. Здесь мы видели наших учителей. И они не казались нам такими строгими, как в школе. Мы слышали их разговоры. Здесь мы встречали родителей своих одноклассников. И они были довольные и счастливые, радуясь тому, что могут отдохнуть от домашних забот и хлопот.
   Когда начинался фильм, все затихали. И только иногда какой-нибудь восторжённый голос нарушал тишину. После окончания фильма все устремлялись к выходу. Холодный воздух освежал наши разгорячённые лица. Мы задирали головы и смотрели на звёздное небо.
   "Видишь, это Полярная звезда. А это - "Ковш". А это - "Медведица", - говорили мы друг другу. И потом в школе мы обсуждали фильм и его героев. Мы говорили также о "героях" нашего дня. "А видел, в какой шубке Нина Петровна была? А видел, какая шляпка у Славиной мамы?" - и все радостно кивали. А на следующее воскресенье повторялось то же самое.
   В клубе работали кружки, для детей и взрослых. Моя мама сначала пела в хоре, а потом ходила на кружок кройки и шитья. Я помню все платья, которые мама шила нам с сестрой. Выкройки она делала сама, после занятий в кружке.
   Была большая библиотека. Был также спортивный зал, в котором проходили уроки физкультуры для старшеклассников. Мы переодевались в спортивные костюмы и отправлялись на перемене в клуб. Возвращались в школу тоже на перемене. Дорога до клуба составляла семь минут. Но как много мы успевали обсудить за эти семь минут. Однажды, после такого урока физкультуры Люба С. сказала мне, что уезжает на север, к своим родителям. Я посмотрела на неё с гордостью. Она показалась мне героиней из какого-то приключенческого фильма.
   Люба рассказала, что поедет на поезде и будет ехать целых семь дней. На станции её встретит папа и повезёт на грузовике в далёкий рабочий посёлок. Потом я узнала, что Люба окончила школу на севере и сразу вышла замуж. А я нисколько этому не удивилась. Вспомнила её красивые длинные косы, тонкую фигуру. И нрав у неё был мягкий и добрый. Такую невесту сразу "подхватил" хороший, стоящий парень.
   Помню выпускной вечер в большом зале нашего клуба, в том самом, где мы смотрели фильмы. Собрался весь посёлок. С необычным волнением я ждала, когда назовут мою фамилию. И вот, в полной тишине прозвучали: "Надежда Н.", я вышла на сцену, чтобы получить аттестат зрелости. Потом был выпускной вечер. В другом зале, тоже просторном, поставили праздничные столы, украсили их цветами.
   Наши родители приготовили для нас много разных блюд. Время от времени мы садились за стол. Но ели мало. А больше разговаривали, шутили и смеялись. И танцевали до самого утра. На рассвете мы вышли из клуба. Парень, в которого я была влюблена, шёл рядом с Лизой. Он положил ей руку на плечо. Удивительно, но меня это ничуть не расстроило. Я и представить себе не могла, чтобы юноша мог идти так близко со мной. Я возвращалась домой, полная надежд и мечтаний. Дома я повесила своё белое выпускное платье на стул и сразу заснула. И снилась мне большая вода, широкая река. И я плыву через эту реку.
   В нашем городе построили много кинотеатров, современных, удобных, с широкими экранами. Но когда привозят интересную картину, мы всегда собираемся в нашем поселковом клубе. Здесь мы встречаем своих друзей, наших старых учителей. В клубе так же жарко и так же шумно. Мы слышим радостный смех наших детей и думаем уже об их будущем.
   После окончания фильма выходим на улицу. В высоком небе горят далёкие звёзды.
   "А, видишь, это Полярная звезда", - скажет кто-нибудь звонким голосом.
  

0x01 graphic

Пионерский лагерь

   Современные дети совсем не знакомы с таким понятием, как пионерский лагерь. Они знают только слово "лагерь". Оно их немножко пугает. Хотя само это слово, в переводе с иностранного, означает "месторасположение". Пионерский лагерь был самым прекрасным местом расположения для детей и взрослых. Выбиралось самое живописное место в ближайшей окрестности. Обязательно, в лесу. Обязательно, у реки или на берегу озера. На поляне строили деревянные домики, довольно просторные. В них всегда было сухо и тепло. Отдельно - столовая, клуб, помещения для кружков. Конечно, создавались спортивные площадки, детские площадки.
   В начале лета целые автобусы везли пионеров в пионерские лагеря. Это было очень празднично и торжественно. Все являлись в пионерской форме: белых рубашках и красных галстуках. Ехали с песнями. Я сама, когда была девочкой, проводила каждое лето в пионерском лагере. А потом, став взрослой, я уже работала вожатой. Но работой это было трудно назвать. Это образ жизни такой был, пионерский. Ведь, как известно, пионер - это первооткрыватель. Мы и открывали мир для себя каждый день.
   До сих пор помню наше путешествие на маленьком пароходике по реке Оке. Мы плыли в пионерлагерь "Хорошевка". Так называлось место, в котором он располагался. Так назвали и сам пионерский лагерь. Помню девушку в платьице в горошек. Она стояла на палубе и задумчиво смотрела вдаль. В наше время в пионерских лагерях отдыхали не только дети, но и взрослые уже, старшеклассники. Конечно, их определяли в старшие отряды. Они были, совершенно, самостоятельны. Ими не надо было руководить.
   Конечно, в пионерском лагере был режим дня.
   Без режима никак нельзя, если речь идёт о большом коллективе. А в пионерском лагере могло быть от пяти до пятнадцати отрядов. А это от двухсот до пятисот детей. И представьте себе, какая получится чехарда, если каждый будет делать, что захочет и когда захочет. На самом деле, мы были очень свободны, веселы и довольны.
   После завтрака вожатые вели нас на реку, на отмель. Мы купались в воде до самого обеда. Вожатые были спокойны, потому что на мелководье утонуть невозможно. После тихого часа устраивались танцы и игры на специальной площадке. Она была утрамбована. А вечером - песни под баян. Где-нибудь стоит баянист и играет. Вокруг него собираются дети и поют песни. Ближе к ночи - костёр. Мы быстро собирали хворост и разводили костёр. На костре мы жарили хлеб.
   Пионерский лагерь "Хорошевка" запомнился мне особенно потому, что он находился в старинной усадьбе. Мы гуляли по аллеям старинного парка, и нас охватывало особое чувство романтики и чего-то необычного. У нас было хорошее питание. Нам давали мёд, сметану, яблоки. Директор пионерлагеря держал пчёл и кормил своих пионеров свежим мёдом.
   Гуляя по дорожкам старинной усадьбы, мы вели тайные беседы. Мы рассказывали друг другу какие-то удивительные, фантастические истории. Спартакиады, литературные вечера, карнавалы, художественные выставки. Мы старались проявить себя во всём. И каждый из нас увозил с собой грамоты за проявленные способности. Я получала такие грамоты и как пионерка, и как пионервожатая.
   Пионерский горн, пионерский барабан, пионерский галстук - это не просто символика, это знак молодости, яркости, знак торжества. Наши пионерские походы, пионерские песни, мы шли с ними по жизни. Наш девиз был всегда такой: "Вперёд, только вперёд". Я храню свой пионерский галстук, который алел на моей груди, когда я была пионеркой. Этот пионерский огонь горит в моей душе до сих пор и озаряет мою жизнь.
  

0x01 graphic

Дикая роза

   Собиралась я однажды на экзамен. А мама говорит: "Что же ты без цветов идёшь?" И наломала мне ветки дикой розы. Получился большой очаровательный букет. Дикая роза - это белый шиповник, пахучий и красивый. Надела я белое платье, взяла букет и поехала в институт. От остановки до института двадцать минут идти надо было. Институт находился в старом городе. Я шла мимо здания центральной библиотеки, потом - вдоль стен Кремля. Мне всегда нравилась эта дорога. Она казалась мне торжественной и радостной.
   В тот день ветер был. Иду я, а с букета лепестки отрываются один за другим. Удивительно, но это меня, совсем, не огорчило. Напротив, я представляла себя со стороны: девушка в белом идёт с букетом дикой розы, а лепестки кружат вокруг неё. Романтичная картина. Все прохожие смотрели на меня и улыбались. И в таком восторженном состоянии я пришла в институт.
   Букет, несмотря на ветер, сохранил своё очарование. Я подарила его нашему куратору, молодой, очаровательной женщине. Экзамен я сдала на "отлично". Впервые в жизни я не волновалась. И чувство прекрасного долго не покидало меня. И я мечтала о том, что когда-нибудь в своём саду я, обязательно, посажу куст дикой белой розы.
   Прошли годы. В моём саду растут три куста дикой розы. Соседка мне говорит: "Зачем ты шиповник в саду посадила? Он много места занимает и толку от него никакого нет". А я улыбаюсь и вспоминаю свою юность, когда шла на экзамен с букетом дикой розы, а лепестки отрывались один за другим и летели на ветру. И я, восторжённо, летела вместе с ними.
  

0x01 graphic

На катке

   Приехала я однажды к своей двоюродной сестре. Она жила в центре города, недалеко от стадиона. Было это на зимние каникулы.
   "Пойдём на каток", - предложила мне сестра.
   "А я не умею на коньках кататься", - сказала я.
   "Ничего, ты быстро научишься", - ответила сестра.
   Мы пошли на каток, взяли коньки напрокат и вышли на лёд. К моей сестре сразу подкатили два мальчика, взяли её за руки, и они быстро заскользили по льду. Я стояла в растерянности у бортика. Около меня притормозили два парня.
   "А Вы почему не катаетесь?" - спросили они меня.
   "Не умею", - ответила я.
   "Ничего, мы Вас быстро научим".
   Они взяли меня за руки, и мы покатили по льду. Звучала музыка. Во всём теле было приятное напряжение от быстрого бега по льду, а душа ликовала от близости красивых, спортивных мальчиков, которые крепко держали меня за руки. Так мы и прокатались до самого закрытия катка. С сестрой мы встретились на выходе. Была она раскрасневшаяся, возбуждённая и радостная. Мальчики, с которыми мы катались, провожали нас до дома. Они осыпали нас белым пушистым снегом, и мы весело смеялись. Когда я села на свой трамвай, то увидела рядом с собой одного из парней. Он улыбнулся мне и сказал: "Я провожу Вас до дома". Я была смущена и не знала, что сказать. Так мы молчали всю дорогу. Я прониклась уважением к этому парню. Я жила далеко от центра и представляла, что ему придётся проделать такой же путь обратно. А когда я думала о том, как мы будем скользить по льду под музыку, то сердце моё замирало. И теперь каждое воскресенье мы ходили с сестрой на каток. И, неизменно, к нам подкатывали наши мальчики и увлекали нас в радостное кружение.
   "А Вы неплохо катаетесь на коньках", - сказали мне однажды мальчики.
   Я удивлённо на них посмотрела. Я и не думала об этом. Ведь меня всегда держали крепко за руки бойкие мальчики.
   Но однажды я решила проверить себя. Приехала на каток утром, когда никого не было, взяла коньки напрокат. Вышла на лёд, оттолкнулась и покатила. Я скользила по льду легко и уверенно, и ни разу не упала. Это была фантастика! И часто теперь приезжала я на каток и каталась одна. Но воскресные встречи на льду продолжались до конца зимы. Весной лёд растаял, и теперь наши мальчики играли в футбол на футбольном поле, которое оказалось подо льдом. А мы с сестрой приходили на игру и болели за них. А после игры возвращались вместе домой. И тот самый паренёк, неизменно, провожал меня до самого дома. Мы всё так же молчали, но всё было понятно без слов.
   Наступило лето. Меня отправили в пионерский лагерь. А осенью я узнала, что всех наших мальчиков взяли в армию. Попали они в одну часть. Иногда мы получали от них короткие письма и фотографии. Снова наступила зима. Но теперь мы редко ходили на каток. Всё так же звучала музыка и так же блестел лёд. Но скучно нам было без наших мальчиков.
   Через два года мы окончили школу и разъехались по разным городам. Сестра уехала в Ленинград, а я - в Москву. Мы знали, что наши мальчики отслужили в армии и вернулись в родной город. Но больше мы не встречались.

Post Scriptum

   Прошли годы. У меня подросла дочь. Я купила ей "снегурки" и мы пошли на каток. Дочь легко научилась кататься. Снова звучала музыка, и сверкал лёд. Легко и приятно было скользить по льду. И ко мне снова вернулось то радостное чувство, которое охватывало меня всякий раз, когда я скользила по льду в окружении мальчиков, которые крепко держали меня за руки.
  

0x01 graphic

Узоры на стекле

   Сейчас в домах пластиковые окна. Наверное, это удобно. А в нашем детстве окна были другие. Между рамами оставались маленькие щели, в которые попадал холодный воздух, от тепла получались капельки. Зимой они замерзали, и на стекле получались узоры. Проснувшись утром в солнечный, морозный день, я сразу бежала к окну, которое выходило на террасу. Там были самые красивые узоры. Днём светило солнце. Узоры на стекле подтаивали. Это значило, что мороз отпустил, и можно идти гулять.
   Я выпивала кружку молока, надевала пальтишко и валенки, и выбегала на улицу. Я брала санки и шла на горку. После оттепелей горка становилась ледяной. Тогда я брала корзину, которую наш отец приспособил для катания. Летом мы носили в ней яблоки. Мы собирали их в нашем саду. К концу лета ручка у корзины отрывалась. Прутья немного разъезжались в стороны. И мы, дети, сразу понимали, что корзина будет наша. Отец обмазывал дно корзины глиной. А когда прихватывал мороз, поливал его водой. Вода замерзала, и получалась толстая, ледяная корка. Дно корзины мы устилали сеном. Так что, когда мы катались, нам было мягко и тепло. На горку мы везли корзину на верёвочке. Но чтобы сдвинуть корзину с места, её надо было подтолкнуть. Меня толкала моя подруга Нина. Её дом находился в самом конце улицы, и она всегда выходила на горку. Корзина подскакивала на кочках. Из корзины торчали только голова и ноги, было очень весело. Потом была очередь Нины, и тогда я толкала корзину. Так мы катались до самого вечера. Щёки горели на морозе. Мы еле-еле передвигали ноги от усталости. А дома меня ждали плюшки и горячее молоко. Потом мы играли у тёплой печки с моим братом. Вечером, когда я ложилась спать и закрывала глаза, то в голове у меня всё крутилось и вертелось. Во сне я видела, как распускаются ледяные цветы на стекле.
   Утром всё повторялось сначала. Я подбегала к окну террасы и видела новые ледяные узоры. Днём узоры подтаивали. Это значило, что можно идти на реку.
  

0x01 graphic

Горшок с картошкой

   Помню тёплую печку, чистый пол, и горшок с картошкой. Мы с братом играли на полу, а папа с мамой на работу ушли. Захотели мы есть. Стали из горшка с картошкой кусочки сала выковыривать. Наелись мы картошки и сала, а всё равно не унимаемся. Продолжаем в толчёной картошке сало искать. Перековыряли всю картошку, вытащили всё сало. Это у нас как игра получилась. Особенно, ловким оказался мой брат. Аппетит у него тоже хороший был.
   Пришёл отец после работы. Разогрела ему мама картошку. Подала на стол. Ест отец картошку и удивляется: "А где же сало? Почему ни одного кусочка нет?" Смотрит с удивлением на меня и брата. Нас не ругали за то, что мы сало из картошки вытащили. Только мама с папой очень удивлялись. Съел отец пустую картошку. А мы больше так не поступали. Хоть и маленькие были, но поняли: для отца эти кусочки сала важнее были, чем картошка. И мама нам потом объяснила, что сало человеку не только энергию даёт, но согревает его изнутри. А нашему отцу эта энергия и тепло особенно, нужны были. Он работал на стройке, много времени на улице проводил.
   Мой брат подрос. Был он очень самостоятельным. Сам мог печку растопить, и картошку поджарить. Жарил он её всегда на сале, целую сковородку. Половину мы съедали вместе, а остальное отцу оставляли. Когда он приходил домой после работы, мы разогревали ему картошку. В ней всегда оставалось много сала. Отец ел и нахваливал. А мы с братом смотрели друг на друга и улыбались.
  
   0x01 graphic

Самовары и пряники

   Вы знаете город Тулу, где пряники и самовары. Но там есть и оружейный музей. И театр, и большой стадион с велотреком. Велотрек строил мой отец, и там проводились европейские соревнования. Отец всегда ходил на эти соревнования и брал меня с собой. Помню, это было увлекательное зрелище.
   В Туле есть красивый парк с большим озером, в котором плавают лебеди. Этот парк был организован в 19-ом веке санитарным врачом города Тула, на месте городской свалки. Природный ландшафт соединяется в нём с парковыми аллеями. В парке работают кружки, секции. Это любимое место отдыха для туляков. Рядом с парком - художественная галерея. Там собрана зарубежная живопись XVII-XIX веков. Политехнический институт - это целый студенческий городок, который занимает десять зданий. Педагогический институт находится в живописном месте, недалеко от Кремля.
   Но Тула - город провинциальный. Вы можете идти по центральной улице, потом свернуть в переулок и оказаться на живописной улице с купеческими особняками. Там и сейчас живут люди. Мы были однажды в одном из таких домов, когда навещали нашу учительницу. Мы поднялись по высокой деревянной лестнице наверх. Вошли в просторный зал с множеством окон. Нас поразило море света. Окна выходили в большой яблоневый сад. Яблоневые сады - это принадлежность города. Из яблок делают мармелад, пастилу, зефир. Яблочное повидло служит начинкой для тульских пряников. Лучшие пряники и другую сладкую продукцию вы сможете купить в фирменном магазине "Тульские пряники". Мы часто заходили студентами туда, когда шли пешком через весь город. Выпивали чашечку кофе и съедали медовый пряник.
   В Туле также есть Филипповская булочная. Там висят гирляндами баранки и сушки. Я насчитала однажды двадцать таких гирлянд. Там разложены в коробочках печенья всех сортов. Мы покупали сушки и потом, идя по улице, хрупали их весело и звонко. У туляков есть традиция - пить чай с пряниками и баранками. У каждого в доме есть самовар. Наверху стоит расписной чайник - заварник. Заварив чай, хозяйка накрывала чайник весёлой, цветной куклой. У нас тоже был огромный медный самовар. Я помню, как отец ставил его посередине двора и раздувал старым сапогом. Мы, дети, смотрели на эти действия, как на чудо. У многих туляков есть целые коллекции самоваров, собранные от разных поколений. У моего брата тоже есть такая коллекция. Он поставил самовары на верхнюю полку на кухне. Кухня у него похожа на деревянный теремок. Сидишь на такой кухне, пьёшь чай из цветной фаянсовой чашки и забываешь, что ты в большом столичном городе.
   Ты снова в тёплой и милой Туле, с её окраинами, просветлёнными лесами и маленькими речками. И сады в Туле зацветают раньше на целую неделю. И зимы в Туле тёплые и снежные. Южная окраина Тулы - это Ясная поляна. Она была для нас любимым местом отдыха. Вход на усадьбу был и остаётся бесплатным. Мы проходили через всю усадьбу и оказывались в большом лиственном лесу, с большой луговиной у живописной речки Воронки. Там мы любили проводить целый день. Разводили небольшой костерок, кипятили чай. Купались в реке. Потом возвращались домой. На обратном пути мы, обязательно, заходили в кафе. Простая, русская пища: блины, щи, каша, солянка. Всё стоит недорого и вкусно приготовлено. Эти традиции сохраняются до сих пор.
   Каждый год, когда я приезжаю в Тулу, обязательно, иду со своей подругой на Ясную поляну, и мы проводили там целый день. Помню, подходили к усадьбе, и, вдруг, полил проливной дождь. Мы раскрыли зонтики, постояли некоторое время, и потом пошли по главной аллее усадьбы. В тот день мы были единственными посетителями. Яснополянский парк, умытый дождём. Лепестки цветов, на которых застыли капельки дождя. Это была чудесная, неповторимая картина. А потом мы сидели в кафе, украшенном цветными, лоскутными ковриками, пили чай с мёдом. И тепло наполняло наше тело. И душа наша ликовала от восторга.
   У меня дома висит небольшой пейзаж, картина восхода. Мне так знакомо это место: маленький прудик в тени старых деревьев, купальня на пруду. Тропинка, ведущая в глубину парка. Я купила эту картину на выставке в Ясной поляне. Я встречаю утро с этим солнечным восходом.
   Приезжайте в теплую, гостеприимную Тулу. Первая остановка на любом поезде, идущем с Курского вокзала, будет город - герой Тула. Это южное направление. Прямо, на вокзале Вы сможете купить и пряники, и самовар. Я много могу ещё рассказать про Тулу, героическую, промышленную, научную, но это будет тема для другого рассказа.
  

0x01 graphic
0x01 graphic

Карусель

   На каникулы я всегда приезжала в Москву, к своей самой доброй тётушке на свете. Она жила в бараке, где жили такие же работники швейной фабрики, где работала моя тётя. У тёти Жени была дочь Лена, моя двоюродная сестра. Она была старше меня, поэтому организовывала мою культурную жизнь.
   То мы покупали билеты в метро и шли в Большой театр. Там, на самом высоком балконе, мы слушали оперу "Травиата". В другой раз мы смотрели Бородинскую панораму на Кутузовском проспекте. В третий раз ехали на Новый Арбат в кинотеатр "Октябрь", надевали специальные очки и смотрели стереофильм о природе. Перед нашими глазами летали бабочки, шумел водопад. Из этого волшебного мира мы снова попадали в город и чтобы успокоиться, мы заходили в маленькую церковь, где всегда организовывались выставки народного творчества. Потом я узнала, что в этой церкви венчались Александр Пушкин и Наталья Гончарова. Иногда мы, просто, ходили по улицам, и Лена рассказывала мне про старинные здания.
   А однажды Лена предложила погулять в парке культуры имени Горького. Денег у нас совсем немного было, только, на фруктовое мороженое. Поэтому мы, даже, не мечтали о том, чтобы покататься на карусели или зайти в комнату смеха.
   "Посмотрим, как другие веселятся", - сказала Лена.
   "И у нас тоже положительные эмоции будут", - серьёзно добавила она.
   Я во всём соглашалась со своей сестрой и кивнула головой.
   Вышли на станции "Парк Культуры", прошли через большие, красивые ворота. Идём по аллеям парка и едим фруктовое мороженое.
   Дошли до центра парка, до Космической карусели. Она самая весёлая была и самая дорогая. Тогда Гагарин только-только в космос полетел. И придумали инженеры, карусель такую, особенную. На ней можно было не только по кругу кружить, но и раскачиваться из стороны в сторону. И подбрасывало тебя иногда так, что дух перехватывало. Поэтому вся округа оглашалась то весёлым смехом, то криками ужаса.
   Стояли мы так некоторое время, восхищённо наблюдая за счастливцами, которые испытывали такую космическую радость, что оторвались от земли. Нам так хотелось тоже подняться на высоту, и кружить, и испытывать то испуг, то радость.
   "Вот, если бы нам деньги найти", - сказала Лена, - хотя бы один рубль. И с этими мыслями мы пошли дальше.
   Вдруг моя сестра остановилась и наступила ногой на красную бумажку. Потом она оглянулась вокруг, наклонилась и вытащила из-под туфельки десятирублёвую бумажку. А надо сказать, что десять рублей в те времена хорошие деньги были. На них бедный студент мог прожить целую неделю и, совсем, неплохо.
   "Вот теперь мы покатаемся на всех каруселях", - весело сказала моя сестра.
   Конечно, мы сразу взяли билеты на "космическую" карусель. Мы катались на ней три раза. После этого я поняла, что в космос не полечу. Потом мы пошли в комнату смеха. Там мы долго смеялись перед кривыми зеркалами. То мы становились толстыми бочонками, то тоненькими веточками, а то такими длинными, что не могли дотянуться до собственной головы. Потом мы ели самое дорогое мороженое "крем-брюле". Мороженое наплывало высокой шапкой над стаканчиком, а сверху было украшено розочкой. Вкус у него необыкновенный.
   Домой мы возвращались на речном трамвайчике и любовались городскими пейзажами. Наши чувства парили высоко и мы испытывали, поистине, космическую радость. Но там, сидя на палубе, я вспомнила, вдруг, о человеке, потерявшем деньги. Ведь он не получил никакой радости. Но моя сестра успокоила меня: "Он потерял деньги после космической карусели. У него закружилась голова". Да, наверняка так и было.
  

0x01 graphic

Два слова по-немецки

   Моя мама была обеспокоена тем, что я не выйду замуж. Она считала, что красота моя быстро уйдёт, и я останусь старой девой. Было это для неё страшней войны. Исполнилось мне на ту пору двадцать лет. Юноши обращали на меня внимание, но я и думать не хотела ни о каком замужестве. Я полностью была погружена в учёбу. Веселиться я тоже умела. И это всегда были компании. Но никогда я не хотела оставаться наедине с юношей. Зато я любила уединиться в тени сада или беседки с каким-нибудь романом Тургенева или Ромэна Роллана. Это не мешало мне заниматься спортом и вести активный образ жизни. Я всегда была в окружении друзей.
   Я совсем не понимала волнений моей матери. Но была я девушка послушная и всегда выполняла просьбы и предложения моей мамы. И вот она стала искать мне женихов. Собственно говоря, искать их не надо было. Они сами откуда-то появлялись.
   Первый был двоюродным братом маминой знакомой. Еду я однажды из института и чувствую, что дома меня ждёт сюрприз. И, правда, он меня ждал. Стол был накрыт по-новогоднему. За столом сидел жених, в новом, с иголочки, костюме. Внешность у него была невзрачная. Он очень смущался и старался на меня не смотреть. Видимо, его ослепляла моя красота. Но, всё-таки, мы познакомились. Парень оказался из Зеленограда. Он объяснил мне, что это город - спутник под Москвой построили. У него была московская прописка. Это был главный козырь жениха. После приятной беседы мы отправились к его сестре. Там тоже был накрыт стол. Ближе к вечеру пошли в кино. По дороге молодой человек пытался вырвать из моих рук дамскую сумочку. Видимо, так он хотел показать свою галантность. Но я не любила, когда мужчина несёт женскую сумочку, поэтому отстояла своё право. В кино парень взял у меня из рук варежки и начал их теребить. Я поняла, что понравилась ему. Потом поехали на вокзал. Парню надо было возвращаться в Москву. Перед отходом электрички он пытался вручить мне свой адрес.
   "На всякий случай", - сказал он.
   Но я ответила ему, что никакого случая не будет. На том и расстались. Через несколько лет я, всё-таки, оказалась в Зеленограде. Но это уже другая история.
   Очень скоро мама предложила мне проведать её подругу. Это была уже другая подруга. "Там тебя жених будет ждать. Уж он-то тебе понравится. На тебя похож. Тоже - курчавый". У меня была копна вьющихся волос, и я представила себе красивого парня с шикарной шевелюрой.
   Приехали к маминой подруге. Хозяйка восседала на диване, а жених располагался в кресле. Он сидел, опустив голову вниз, и делал вид, что читает газету. На некоторое время он оторвал лицо от газеты и взглянул на меня. Потом снова стал изучать последние новости. Пока моя мама вела деликатные разговоры со своей подругой, я изучала жениха. Первое, что бросилось в глаза, это полное отсутствие волос на голове. На висках крутилось несколько завитушек. Это, видимо, то, что осталось от его шикарной шевелюры. Было ему уже за тридцать, и вид у него был затасканный. От матери я знала, что мужчина вёл бурную жизнь. Уже десять лет встречался с какой-то женщиной, но жениться на ней не хотел. Надоела она ему. И его хорошая знакомая решила сосватать его со мной. Ближе к вечеру пошли в кино.
   "Пиво будешь?" - спросил молодой мужчина в фойе кинотеатра.
   Я была ошарашена. Ни в одном романе я не читала о том, чтобы мужчина предлагал женщине пиво. Я отрицательно покачала головой.
   "А я выпью пару кружек", - сказал он и ушёл в буфет, оставив меня одну.
   После просмотра фильма мужчина посмотрел на меня и сказал: "Ты, как свежий розовый бутончик". На этом мы и расстались. Я была довольна. "Понял, что не понравился мне и не стал ничего предлагать", - подумала я. Но через две недели я получила от него приглашение на день рождения. Я была крайне удивлена. До сих пор я ходила на дни рождения к очень близким друзьям. Я отклонила предложение жениха. А вскоре я узнала, что он женился на той самой женщине, которая ему, изрядно, надоела. Видимо, он оценил её любовь.
   Кончилась зима. Наступила весна. А весной всегда случаются неожиданности и сюрпризы. И в месяце мае меня ждал очередной сюрприз. К маме неожиданно приехала её одноклассница. Приехала не одна, а со своим сыном. Парень был высокий, красивый, с шикарной шевелюрой вьющихся волос. Имел денежную специальность слесаря. И прописка у парня московская была. Так что жених был самый подходящий. Держался он довольно уверенно и свободно. И очень скоро мы вели с ним непринуждённый разговор. Вечером мы гуляли по проспекту в центре города.
   "Вот ты немецкий изучаешь, - сказал он, - я тоже немецкий неплохо знаю. Например, что значит "Zwei Bier".
   "Два пива", - перевела я.
   "Правильно. Когда я в армии в Германии служил, у меня никаких проблем не было. Я всегда мог заказать себе два пива. А что ещё надо в увольнении солдату?" Я с пониманием кивнула.
   На другой день мы поехали на Ясную Поляну. Ехать туда было всего десять минут на автобусе. Билет стоил пятнадцать копеек. Мелочь у меня в сумочке была, но я не стала брать билет. Я знала, что приличный молодой человек должен заплатить за девушку сам. Но парень так и не купил билетов, пользуясь тем, что автобус был переполнен, и кондуктор не мог упомнить всех пассажиров. Так, впервые в жизни я проехала "зайцем". Позже я узнала, что кружка пива стоит пятнадцать копеек. Так что парень сэкономил на две кружки. Я рассказала об этом маме. И она уже сама отвергла этого жениха. В конце концов, всё разрешилось само собой. На зимние каникулы я поехала в Москву к своей тётушке. Там познакомилась со своим будущим мужем и уехала к нему.
   Прошло много лет. Однажды, в августе месяце, я поехала в туристическую поездку в Баварию, на праздник пива. Конечно, мы зашли в бар, чтобы попробовать настоящего немецкого пива. Каково же было моё удивление, когда за стойкой я увидела своего давнего знакомого. Он почти не изменился. У него был такой же лихо закрученный чуб. Он подавал своим посетителям кружки со светлым немецким пивом. "Zwei Bier", "Zwei Bier", - слышала я. Посетители заказывали пиво. Русский бармен улыбался. Я подошла к стойке и сказала: "Zwei Bier". Бармен ответил: "Bitte schЖn" и подал бокалы с пенистым, искрящимся напитком. Он улыбнулся мне, и в глазах его появился огонь молодой, горячей юности.
  
   0x01 graphic

Коммунальная жизнь

   Сейчас про коммуналки всякие ужастики рассказывают. И что сковородками друг друга по голове били. И что вражда там вечная была. Может быть, и такое случалось. Только я этого не видела. В коммунальной квартире жила моя тётушка, всю жизнь. Но никогда не жаловалась и не стонала. Всегда была счастлива и довольна.
   Сначала она жила в бараке, в Кунцево. Я помню этот длинный барак, стоящий вдоль дороги. По длинному коридору было много дверей. За каждой дверью - своя семья, своя жизнь. Тётушка жила в этом бараке вместе со своей семьёй, мужем и дочерью. Она занимала крайнюю комнату слева. Я приезжала к тётушке на зимние каникулы и летние каникулы. Входила в её комнату. Прямо, при входе стояла печка. На стене у печки висели полочки. На них стояли разные баночки, пакеты и пакетики. За печкой начиналась сама комната. Кровать, комод, стол, стулья. Везде были постелены кружевные салфетки. Всё это мне очень нравилось.
   Когда барак расселяли, тётушка осталась там одна. Она выезжала последняя. И теперь могла занимать несколько комнат сразу. В её собственной комнате была теперь гостиная. В соседней - спальня. В комнате в глубине коридора стояла швейная машинка, на которой тётушка строчила время от времени. И ещё в одной комнате лежали матрасы, это для многочисленных гостей, которые приезжали в Москву за покупками. Такая вольная жизнь продолжалась полгода, с апреля по ноябрь, пока не надо было топить печки.
   В одной комнате оставались лёгкие занавески, в другой стоял сломанный стул, в третьей лежал на полу плюшевый заяц с оторванным ухом. Я гуляла с тётушкой по коридору, заглядывая то в одну, то в другую комнату.
   А потом тётушке дали комнату в большой коммунальной квартире. Это был Рабочий посёлок, две станции по железной дороге от Кунцево. Этот посёлок строили пленные немцы, по своему проекту. Дома были кирпичные, трёхэтажные, с толстыми стенами и высокими потолками. У каждого дома был внутренний двор с лавочками и большими столами для игры в домино. Была лужайка. А посередине лужайки - песочница. Дети и взрослые были рядом. И специальные мамки и няньки не требовались.
   В коммунальной квартире тётушка также занимала крайнюю комнату. Она жила теперь вместе с дочерью. Комната была просторная. В ней умещалось всё, что нужно: кровать, стол и стулья. На стенах висели полки с книгами и многочисленными деревянными игрушками, подаренными моей кузине. Одна игрушка привлекала меня особенно: мужик пилил бревно. А на краешке бревна было написано: "Тёща, не пили своего зятя". Большой шкаф стоял в коридоре, в тёмном углу. Он никому не мешал, и никто не был против такого положения дел.
   Во второй комнате, самой большой, располагалась целая семья: папа, мама и двое детей. Напротив их дверей стояли узкие шкафы. Они тоже никому не мешали.
   В дальнем углу коридора была ещё одна дверь. За этой дверью жила одинокая женщина. Она была медсестра, а значит - необыкновенная чистюля. Она требовала, чтобы все жильцы мыли за собой раковины и ванну, плиту и подоконник на кухне. Все к этому отнеслись с пониманием и делали, именно, так. И в коммунальной квартире всегда было чисто. Пол в коридоре мыл тот, кто делал уборку в своей комнате. Так что он блестел и сверкал. Потому что иногда его мыли три раза в день. Дежурства в коммуналке не было. Уборку на кухне делал тот, у кого готовился грандиозный обед. Никто не ссорился из-за перегоревшей лампочки или оставленной посуды. Более того, если раковина была заполнена посудой, то кто-нибудь из соседей помогал вымыть её. Случалось и так, что единственный мужчина в ком. квартире, мыл и чистил всю обувь, которая стояла в коридоре. Если надо было присмотреть за детьми, то их оставляли на кого-нибудь из соседей.
   Я часто приезжала к своей тёте, а потом - к кузине в эту большую квартиру. Двери не закрывались, и я свободно входила в комнату тёти, если её не было дома.
   Кузина вышла замуж. Тётушка переехала в другую коммуналку, в двухкомнатную квартиру. В одной комнате жила молодая бабушка. В другой - моя тётя. Больше всего меня поразили блестящие паркетные полы, которые были в этой квартире. Однажды тётушка попросила меня поддержать блеск паркетных полов. Для этого она дала мне мастику и специальную щётку. Скажу честно: такая работа мне не понравилась. Натерев один квадратный метр, я решила для себя, что в моей собственной квартире никогда не будет паркетного пола.
   Удивительной для меня была и молодая бабушка, соседка моей тёти. Она работала раньше поваром и хорошо готовила. Меня удивляло то, что для себя одной она готовила полный обед и пекла пирожки.
   Я росла в большой семье, и мне было непонятно, как можно готовить себе одной: обед бабушка съедала сама, а пирожками делилась с тётей. Иногда моя тётя покупала продукты на двоих и просила её приготовить что-нибудь этакое. И бабушка с удовольствием хвасталась своим кулинарным искусством.
   Давно снесли трёхэтажные кирпичные дома, построенные пленными немцами в рабочем посёлке. Обитатели коммуналок получили отдельные квартиры в разных районах Москвы. Многие переехали на юго-запад, в новый олимпийский район. Бывшие соседи перезваниваются, часто встречаются, и помогают друг другу. Моя кузина сохранила эту дружбу на всю жизнь.
   "Странное дело", - подумала я однажды, - но русский человек любит коллективную коммунальную жизнь. Мы не хотим, чтобы от нас уезжали дети, даже, когда они становятся взрослыми. Мы воспитываем внуков. Мы переселяем в свой дом престарелых родителей. Если человек живёт один и ему никто не мешает, никто его не толкает, никто не стучит ему в дверь, чтобы попросить соль или перец, этот человек чувствует себя, совершенно, несчастным. Тогда он поселяет к себе бедного студента, который создаёт ему массу проблем. Хозяин жалуется соседям, но при этом чувствуется, что он, совершенно, счастлив.
   Я живу в отдельной квартире. Но у меня за стеной кашляет сосед. Подо мной мальчик играет на электронной гитаре. Надо мной маленькие дети бегают в догонялки. Но я не огорчаюсь по этому поводу. Если сосед кашляет, значит, он ещё жив. Если мальчик играет, значит, у него есть увлечение. Если маленькие дети резвятся, значит, они здоровы. А если я могу радоваться за своих соседей, значит и я сама совершенно здорова.
  
   0x01 graphic

Берёза под окном

   Помню свой первый приезд в Зеленоград. Мой муж художник был очарован городом. Он уже устроился дизайнером в НИИТТ и хотел показать мне новый город. От метро "Речной вокзал" мы поехали на автобусе по ленинградскому шоссе. Дорога была почти пустая. Живописные деревушки мелькали одна за другой. Через полчаса мы приехали в Зеленоград. И этот город сразу очаровал меня. Прежде всего, меня поразило обилие цветов. Это была Площадь Юности. Многогранные клумбы, на которых были высажены разнообразные цветы. На каждой клумбе - своя композиция, своя цветовая гамма. Эта цветная радуга, до сих пор, вызывает у меня восторг. Цветы на клумбах цветут полгода, с мая по ноябрь месяц, до самых морозов. В середине площади - фонтан. Это так гармонирует с окружающей природой. Цветы были кругом, на каждой лужайке, около каждого дома.
   Было начало лета. Цвела сирень. Огромные, пушистые кусты сирени разных цветов обрамляли кирпичные башни на Площади Юности. Сейчас они разрослись ещё больше и стали ещё живописней. Нас поразило, что в Зеленограде естественная природа переплетается с городом. А город входит в природный ландшафт. Особенно, удивительны были опушки леса с детскими площадками. На них размещались деревянные, сказочные скульптуры, которые создавали целую композицию. Мы гуляли потом с дочерью на этих площадках. И она угадывала героев из сказок. В моём альбоме есть фотография, где наша трёхлетняя дочь сидит на лягушке.
   В первый день нашего приезда в Зеленоград нам хотелось увидеть не только город, но и познакомиться с его окрестностями. Прямо от Площади Юности дорога вела в лес. Мы пошли по ней и через некоторое время оказались на большой, просветлённой поляне. От поляны в разные стороны разбегались дорожки и тропинки. Мы пошли по одной из них. И, вдруг, прямо перед нами выросла высокая кирпичная башня. Это было, как чудо. Я много раз гуляла потом в лесопарке, шла по той самой дорожке. И каждый раз испытывала чувство удивления и восторга. И с этим чувством я живу в городе до сих пор.
   Мы провели тогда в Зеленограде целый день. К вечеру вышли к деревне Ржавки. Это первая остановка по пути из Зеленограда. Остановились на ночлег в доме на краю, где проживала большая семья. После ужина мы пошли в летнюю постройку, где нас определили на ночлег. Мы долго не могли заснуть. Так были взволнованы своим путешествием по Зеленограду. Перед нами открылся новый мир. На другой день нам захотелось изучить окрестности города. Мы перешли через ленинградское шоссе. Перед нами простиралось поле, засеянное пшеницей. И это поле, и яркое солнце наполняли нас таким восторгом, что мы не заметили, как оказались на краю леса. Место было немного заболочено. И там, среди воды, мы увидели жёлтые цветы. "Это купальницы" - сказал мне муж. Я впервые в жизни видела эти живописные цветы, похожие на маленькие розочки.
   Мой муж собирал потом целые букеты купальниц, составлял натюрморты и писал эти живописные цветы. В моём доме, на самом видном месте висит такая картина. В голубом, прозрачном кувшине, на голубой льняной скатерти стоит букет купавок. Когда картину освещает солнце, я вспоминаю поляну, усыпанную цветами.
   Через год мы переехали в Зеленоград. Нашей первой квартирой стала изостудия, которой руководил мой муж. Это была большая трехкомнатная квартира. Она располагалась на первом этаже пятиэтажного дома. Мы занимали дальнюю комнату. А в большой комнате стояли мольберты. Два раза в неделю приходили студийцы и занимались по два часа. В углу комнаты стояла постановка. Как правило, это была гипсовая фигура древнегреческого героя. Была и фигура Венеры, которая мне очень нравилась. Я сохранила гипсовую головку греческого мальчика. Она стоит в углу комнаты на маленьком столике и напоминает мне жизнь в студии, наши лучшие годы.
   Жизнь в изостудии была окрашена каким-то особенным ароматом и романтикой. К этому аромату примешивался запах акварельных красок. Мы любили наш дом. Он стоял на высоком фундаменте. Перед домом была зелёная лужайка. Мы играли на ней в бадминтон. Перед окном изостудии росла берёза. Мой стол стоял перед окном. И часто, забыв про учебники и тетрадки, я подолгу смотрела на берёзу. Она всегда была хороша. И весной, опушённая лёгким зелёным пухом. И летом, когда на ней созревали серёжки. И осенью, когда лёгкая позолота покрывала листья берёзы. Но, особенно, очаровательна была берёза зимой. Лёгкий иней лежал на её тонких ветвях, и вся она была окутана морозным воздухом. Наша маленькая дочь тоже любила берёзу. И как только мы выходили из дома, она тянула меня к берёзе.
   "Бёза, бёза", - говорила она.
   Летом мы прятались в тень под берёзу. Осенью она осыпала нас золотыми листьями. Зимой с веток сыпался на нас мягкий, пушистый снег.
   Но вот наступил день, когда мы получили ордер на новую квартиру. Мы и радовались, и горевали одновременно. У нас начиналась, совершенно, новая жизнь. Мы переехали на двенадцатый этаж. Теперь я видела из окна, только, облака. Да, это меня возвышало и восхищало. И я понимала, что жизнь должна меняться. Но мне так не хватало берёзы под окном. И долго ещё я приходила к дому, где была наша изостудия, и шла к моей берёзе. Но вот снесли пятиэтажные дома. На их месте выросли башни одна за другой. Мы называем их "карандашами", так как они высокие, круглые и разноцветные. Не стало уютных дворов и лужаек перед домом. Спилили берёзы и на их месте растут лиственницы. Грустно смотреть на эти хилые деревца, которые долго растут и, совсем, не дают тени. Но наши Зеленоградские леса остались в нетронутом виде. Там бегут ручьи, через которые проложены деревянные мостики. Там, где-нибудь у ручья, можно увидеть необыкновенные цветы - купальницы, которые поразили меня когда-то.
   Около моего дома - берёзовая роща. Я долго хожу по дорожкам и тропинкам. А потом подойду к берёзе, обниму её белый ствол, и тепло наполнит моё тело. Но нахлынет, вдруг, чувство какой-то острой боли от того, что ушло и не вернётся никогда.
  
   0x01 graphic
0x01 graphic
  

Аромат жасмина

   Мы не встречались целый год. Когда-то мы жили рядом. Подруга звонила мне по вечерам, и мы шли гулять. Её всё восторгало. Если с деревьев осыпалась листва, то она восклицала: "Это рай на земле!" Когда на землю падал снег, то она говорила: "Полям и лугам будет мягко и тепло под снегом". Весной она останавливалась перед каждым цветущим кустиком и вдыхала волшебный аромат. Моя подруга одушевляла природу. И я понимала её. И наши прогулки всегда были радостными и приятными. Кроме того, мы вместе работали. Работа была напряжённой. Иногда мы брали работу на дом. Вечером собирались у меня и делали переводы. Для ускорения работы один переводил, а другой записывал. Потом мы менялись ролями. Мы, совсем, не уставали, так как были молоды и полны энергии.
   Моей подруге было двадцать пять, мне тридцать пять. Я помню волну её светло-русых волос, ниспадающих на плечи. У неё были серо-голубые глаза. Они, особенно, выделялись, когда она надевала бархатное платье цвета васильков. И все мужчины смотрели на неё с восторгом и удивлением.
   Мы ходили в театры и на концерты. И каждая встреча была для нас праздником. Теперь мы живём в разных концах города. Но нас, по-прежнему связывают общие интересы. Мы часто говорим по телефону. Но мне не хватает внимательного взгляда её серо-голубых глаз. Мне не хватает её живого присутствия. Поэтому сегодня я ожидала мою подругу с особым волнением. Договорились на 12.00. Мы любили этот полуденный час. Это было время нашего обеда, когда мы работали в НИИ. Мы редко ходили в столовую. Как правило, пили чай в комнате отдыха. Я приносила свой яблочный пирог, а она - творожную запеканку. Эти совместные обеды делали нас очень близкими.
   Сегодня я тоже испекла яблочный пирог. Я приготовила всё заранее и накрыла на стол за час до прихода Василисы. Надела своё любимое зелёное платье с малахитовым украшением. Наконец, звенит звонок. Я открываю дверь. Входит она. На ней свободный свитер с широким воротом. Меня поразил цвет этого свитера, цвет осенней листвы, пропитанной солнцем и теплом. И это так гармонично с нашим настроением и временем года. Василиса вручает мне коробку с зефиром. Она хорошо знает мои маленькие слабости.
   Мы проходим в комнату, поднимаем бокалы за нашу встречу. Я смотрю в её серо-голубые глаза. В них всё тот же восторг молодости. "Неужели нашей дружбе двадцать лет?" - спрашиваю я. Василиса рассказывает о своей работе над энциклопедией "История Франции". Она говорит, как много надо прочитать, чтобы понять исторические события. Она переводит в этой энциклопедии некоторые главы. "Это коллективный труд, - говорит Василиса, одному человеку он не под силу".
   Потом я читаю ей свои стихи. Она смотрит на меня восторжённо. Я не жду от неё критики. Однажды она сказала мне: "Всё, что связано с тобой, так дорого мне".
  
   Короткие осенние дни. Закатное солнце отражается в окне. На стене рисуется узор от лёгкой занавески. Василиса собирается домой. Я вручаю ей свой подарок: небольшую картину. На ней изображён цветущий жасмин. Это шелкография, очень тонкая работа. Веточки жасмина свисают из глиняного горшочка. Кажется, что они излучают тонкий аромат. Василиса смотрит на картину, не отрывая глаз.
   "Я чувствую аромат жасмина", - говорит она. И я знаю, наверняка, что она повесит картину у себя в спальне и будет видеть её каждый раз, вставая рано поутру.
   Я провожаю подругу до остановки. Мы идём через берёзовую рощу. Вся земля усыпана золотой листвой. И это сияние золотой осени делает нас счастливыми.
   "Увидимся снова, когда выпадет первый снег", - говорит мне Василиса.
   "Или, когда зацветёт жасмин", - говорю я. Мы смеёмся и машем друг другу рукой. Я снова иду через берёзовую рощу.
   "Дружба - это, как любовь", - думаю я.
   Каждая встреча с другом всегда неожиданна и приятна. Ты никогда не знаешь, чем удивит тебя друг. А главное, что не надо ничего объяснять. Друг всегда придёт на помощь в трудную минуту и сделает это с любовью.
  

0x01 graphic

Дочь художника

   В старой Москве, в доме начала прошлого века, живёт дочь художника Наталья Т. Мы познакомились с Наташей в Ленинграде. Позвольте мне так называть город нашей юности. Я приехала в Ленинград, чтобы посетить художественные выставки. В первую очередь, отправилась в Русский музей. Остановилась перед картиной с морским пейзажем. На переднем плане - линкор, военный корабль. Глубина воды, суровое небо, строгий линкор. Сила художественного изображения поразила меня. Рядом со мной остановилась женщина.
   "Это мой отец, Титов И. Ф., - сказала она, - если хотите, я расскажу Вам о нём". Мы пошли в кафе музея, сели за столик, и Наталья начала свой рассказ об отце. Она говорила воодушевлённо и выразительно. Она рассказала, что её отец служил на линкоре во время войны, в Балтийском море. Немцы подошли к Ленинграду, взяли его в кольцо. Молодой художник и, одновременно, морской офицер, замаскировал линкор под жилой дом. Днём моряки делали боевые вылазки на своём линкоре. А ночью пришвартовывали к берегу. И немцы думали, что это дом, стоящий на берегу. Так Титов И. Ф. прослужил на линкоре всю блокаду Ленинграда. Его отзывали в Москву, но художник не мог остаться в стороне, когда все настоящие мужчины ушли на фронт. Его жена молилась о том, чтобы он вернулся живой. И он вернулся.
   Меня поразили не только события, о которых рассказывала Наташа, но и её правильная, литературная речь. Редкое явление в наше время. Наташа сказала, что окончила факультет журналистики в МГУ, знаменитом Московском университете.
   "Но первое моё увлечение - конькобежный спорт", - добавила Наташа.
   И снова живой и красочный рассказ о том, как она, маленькая девочка, часами стояла у бортика катка, на котором проходили тренировки. И тренер, наконец, заметил худенькую девочку. Он подошёл к ней, расспросил обо всём, и предложил начать тренировки. Наташа вспомнила первые снегурки, привязанные к валенкам, первый спортивный костюм, сшитый из старого байкового одеяла. Очень быстро Наташа догнала и перегнала своих сверстников. Она стала чемпионкой страны по конькобежному спорту, в беге на короткую дистанцию.
   На спортивные сборы, на которых она проводила по полгода, Наташа брала свои учебники. Все, только, диву давались её упорству. Но такой была Наташа. Если она ставила перед собой цель, то добивалась её. И, одновременно, с победами на соревнованиях, она одерживала победы и на факультете журналистики, успешно сдавала зачёты и экзамены.
   "У меня с собой было два рюкзака. В одном я возила спортивное снаряжение. В другом - учебники. Экзамены сдавала в том городе, в котором у нас проходили соревнования", - сказала Наташа. "По натуре я боязливый человек, - продолжила Наташа, - но поставленная цель толкала меня вперёд, и тогда страх проходил".
   Разговор продолжался долго. Но многое ещё хотелось сказать и услышать, и мы договорились с Наташей встретиться в Москве. Наташа сказала также, что у неё большая коллекция картин её отца. И, конечно, мне хотелось увидеть эти картины. Наконец, наступил долгожданный день. Наташа позвонила мне и пригласила в мастерскую своего отца, которая стала её домом. Мы договорились на 12.00. На метро я доехала до станции "Чистые пруды". Через Бульварное кольцо вышла на Сретенку. На углу дома 21/2 свернула в переулок. Я легко нашла дом, в котором жила Наташа. Поднялась по широкой лестнице на третий этаж. Дверь открыла Наташа. Подтянутая, с короткой стрижкой, она больше походила на мальчика - подростка, чем на женщину.
   Мы вошли в большую комнату с высокими потолками. Высокие окна, с лёгкими прозрачными шторами. Маленькие столики вдоль стен. На каждом из них что-нибудь было. Я обратила внимание на один из них. На нём лежали конверты и письма. Стояла настольная лампа.
   "Я читаю письма отца, - сказала Наташа, - и только теперь узнала его ближе". Я обратила внимание также на старинный резной шкаф, стоящий в глубине комнаты. В нём лежали принадлежности художника. На верхних полках стояли книги по искусству. Напротив окна стоял мольберт - с картиной, укреплённой на нём.
   "Я сохранила в мастерской всё, как было при отце", - сказала Наташа. Я снова окинула взглядом дом. По стенам, до самого потолка, висели картины: пейзажи, портреты, натюрморты. Ясные и выразительные краски. Точные и лаконичные картины природы и жизни. Без труда можно было узнать природу Севера, Дальнего Востока, или Южного Крыма. По цвету воды, по цвету неба. В каждой картине чувствовалось своё настроение. На картинах не было банального изображения солнечного восхода или заката. Но краски художника излучали внутренний свет.
   "Да, Ваш отец достоин Третьяковской галереи", - сказала я Наталье. И затронула её живую струну.
   Она начала рассказывать мне о своём недавнем посещении Третьяковки. Её провели в запасники галереи и показали работы отца, сохранившиеся в лучшем виде. Это были масштабные полотна не только по размеру, но и по силе изображения, и по сюжету. "Я никогда не видела этих работ и заново открывала для себя отца, как художника", - сказала мне Наташа.
   Я долго стояла перед морским пейзажем, с военным линкором вдали. Это была та самая картина, которая поразила меня в Русском музее. "Это авторский повтор, - пояснила Наташа, - оригинал ты видела в Русском музее". Потом мы прошли через широкий коридор на кухню. И везде висели картины. Это были уже графические работы, выполненные мастерски. Я очень люблю графику и договорилась с Наташей, что она что-нибудь подберёт для меня.
   Мы сели за маленький столик на кухне. Пили вино, ели фрукты, и говорили, говорили. Наташа поделилась своими планами, рассказала, что хочет написать книгу об отце. "Я открываю отца для себя заново", - повторила Наташа. "Он до сих пор ведёт меня по жизни", - сказала Наташа. Она продолжала рассказывать о своих планах. "Я приняла решение подарить все картины отца, музею обороны Ленинграда. Это будет лучшая память об отце", - сказала Наташа. Я поддержала её идею.
   После обеда мы отправились в Ботанический сад МГУ. Для Наташи это были разные места, которые напоминали ей студенческие годы. Гуляя по саду, мы больше любовались живыми картинами природы, чем говорили. Я не раз ещё встречалась с дочерью художника. И узнавала всё больше и больше о её судьбе, о крутых поворотах в её жизни. После окончания МГУ Наташа работала журналисткой. Потом преподавала физкультуру в школе. И снова вернулась Наташа в журналистику.
   Много путешествовала. Её любимой страной стала Индия. И я узнала от Наташи, что теперь она проводит в Индии по полгода, осень и зиму. "В моей жизни теперь всегда лето, - сказала Наташа, - а весну я встречаю два раза в год". В одну из наших встреч, когда мы снова гуляли в Ботаническом саду, Наташа рассказала мне о своей первой любви. "Он стал моим мужем, отцом моих детей. Он - настоящий атлет, настоящий спортсмен, - сказала Наташа. Любовь к сильному мужчине не угасла в ней до сих пор. Это чувствовалось по тому волнению, с которым говорила Наташа.
   P. S. В моём доме есть теперь графические работы Титова И. Ф., подписанные самим художником. Это подарок Наташи.
  

0x01 graphic

Когда мне одиноко

   Когда мне одиноко, я выхожу на улицу. Мягкий шум машин звучит, как музыка. Фары автомобилей светят, как новогодние огни. Люди, проходящие мимо, кажутся мне родными и близкими. Я иду долго. Потом сажусь на автобус N12 и еду несколько остановок. Я люблю этот маршрут. Можно выйти на любой остановке и получить неожиданную радость. По маршруту автобуса есть магазин "Лакомка". Там можно выпить чашечку кофе и купить домашнюю пастилу. Есть фотоателье, где я несколько раз делала фотографии на паспорт. Есть огромный магазин "Ольга", в котором можно найти всё, начиная от мелких вещей, вплоть до норковой шубы.
   Я выхожу у книжного магазина. Моросит дождь. В воздухе повис серый туман. По календарю - февраль месяц. Но кто-то там, наверху, перепутал нам время года. Хочется яркого света и тепла. Я вхожу в магазин. В стеклянных витринах выставлены новинки книг. Здесь есть серия замечательных людей. На обложке одной из книг читаю: "Исаак Ньютон". Не знаю ничего о жизни этого великого учёного. Но закон о притяжении, открытый Ньютоном, знаю. И знаю, что никакое яблоко ему на голову не падало. А всё было гораздо сложнее.
   А в этой витрине стоят книги по искусству, очень дорогие. Переплёты в этих книгах - это тоже произведение искусства. Книги на иностранных языках, словари. Особенно, интересна для меня литература на немецком языке. Читаю: Erich Maria Remarque "Liebe Deinen NДchsten" ("Возлюби ближнего своего"). Это не религиозная литература. Эрих Мария Ремарк не писал таких книг. На обложке - молодая влюблённая пара. Я покупаю эту книгу. Мне интересно, как Ремарк пишет о любви. В институте мы читали на немецком "Drei Kameraden" ("Три товарища"). Мне становилось тошно от подробностей солдатского быта, солдатских шуток и мужского откровения. Я не понимала, зачем девушкам читать такие книги. "Возлюби ближнего своего", - это совсем другое дело.
   В книжном магазине есть также витрина для подарков. Красивые матовые вазы, резные шкатулки, сундучки. Долго стою перед витриной и рассматриваю инкрустированную шкатулку. Вот бы получить такую в подарок. Но нет, никто не догадается.
   "Я, обязательно, куплю себе эту шкатулку", - подумала я. Лучшие подарки - это те, что делаешь себе сам.
   Выхожу на улицу. Идёт мелкий дождь. Спускаюсь в туннель. Там всегда сидит мужчина, у ног его лежит большая собака. Кидаю монету в жестяную банку и думаю, кому он собирает на пропитание, себе или собаке. Но это неважно. Наверняка, хозяин такой же голодный, как и собака. Иначе он не сидел бы здесь в сырости. Перехожу на другую сторону. Возвращаюсь домой более длинной дорогой. Иду бодрым шагом, размахивая сумкой. На душе становится легко.
   Прихожу домой. Включаю радио "Шансон" и открываю книгу. Читаю: "Er war Offizier". Sein Zimmer lag im ersten Stock. Er hatte ein Fenster auf die Hof seite. Sie ging jeden Morgen vorbei". "Он был офицер. Его комната располагалась на первом этаже. Окно выходило во двор. Каждое утро мимо проходила она". Эта книга для меня. Я погружаюсь в мир героев и забываю обо всём.
   Если тебе, мой друг, станет одиноко, не сиди дома, выходи на улицу.
  
  

0x01 graphic

  

Снова пришло письмо

   Открываю почтовый ящик маленьким ключиком. Заглядываю внутрь. Вынимаю тоненькую газету. Писем нет. Раньше я получала их от своей сестры каждую неделю. Весной она писала мне подробно, что посадила в огороде. Летом - сколько прошло дождей. Осенью - о том, сколько закатала банок помидоров и огурцов, сколько мешков картошки купили. Но не только об этом. Она писала о своих детях: Оля поступила в физико-математическую школу, Андрей хорошо играет в шахматы, Инта учится на педагога. Потом письма стали приходить реже. Почту на посёлке закрыли. Надо ехать в город на почтамт, чтобы купить конверты, опустить письмо. Почтальон приходил редко. У неё много работы, большой участок. Иногда сестра не выдерживала и сама шла к почтальону. И почтальон вручала ей сразу три письма. И сестра сразу писала ответ. Я часто звонила ей. Но по телефону много не скажешь. А в письме можно сказать о самом откровенном, о том, что волнует.
   К праздникам я всегда получала открытки с поздравлениями. Они все хранятся у меня до сих пор. По ним можно изучать жизнь в нашей стране. Открытки говорят о многом. Простые, неброские открытки сменились целыми разворотами, на которых горели яркие шары или расцветали цветы. Для таких открыток был нужен специальный конверт.
   Через неделю я снова заглядываю в почтовый ящик. Письма - нет. И на следующей неделе - не будет. Иногда писала старшая дочь сестры, Инта. Но теперь от неё тоже нет писем. Некому напомнить о тёте Наде. А я, всё равно, жду. Наконец, получаю письмо от моей однокурсницы. Её тоже зовут Татьяна, как и сестру. Она пишет редко, потому что нет новостей. Жизнь её течёт размеренно и строго. У сестры всегда были новости.
   "Сегодня спилили старую грушу, - писала она, - я вспомнила отца и плакала навзрыд. Это память об отце".
   "Завтра мы сделаем палисадник перед домом и посадим цветы, которые любила наша мама", - писала она в другом письме. Я читаю её письмо, и те, кто ушёл от нас давно, становятся ближе. Сестра тонко чувствовала, переживала за всех. Я успокаивала её в своих письмах. Звоню теперь мужу сестры, Арвиду. Он сохраняет в доме душевный настрой, как и при жизни Татьяны.
   "Вчера приезжал Андрей, привёз колодезной воды", - рассказывает он. Я знала, что сын Андрей приезжал к родителям каждую неделю и заполнял бачок колодезной водой. Водопровод был. Но разве можно сравнить воду из-под крана с той, которая бьёт ключом из-под земли. Она и чище, и чай из неё вкуснее.
   "Сегодня сарай утеплял, чтобы картошка не мёрзла", - рассказывал он в другой раз. И я понимала его хлопоты. Я знала, что каждую осень он отправлялся на рынок и выбирал картошку. Покупали несколько мешков, на всю зиму. Раньше сестра принимала участие в этом событии. Муж звонил ей и спрашивал, какую картошку купить. "Синеглазку, пусть дороже, зато она вкуснее", - говорила Татьяна. Теперь сын звонит отцу и спрашивает про картошку. И отец повторяет слова своей покойной жены. Он любил Татьяну, и сейчас, после её ухода из жизни, по-прежнему чувствовал её присутствие. Он мысленно советовался с ней и обращался к ней. Так ему легче пережить потерю.
   Я, по-прежнему, жду писем. От кого? Сегодня я опять открываю почтовый ящик маленьким ключиком. Вместе с тоненькой газетой вынимаю конверт. На нём знакомый адрес: Тула, ул. Мичурина, д. N7. Раскрываю конверт и читаю: "Приехала Инта. Встречали её в 10.00 на Рижском вокзале. Привезла гостинцы из Риги. А мне связала носки". Письмо было длинное, подробное. Так писала всегда моя сестра. А теперь писал её муж Арвид. Я пошла на почту и купила несколько конвертов по России. Написала ответ. Теперь я снова жду писем.
  
  
  

0x01 graphic
0x01 graphic

  
  
  
  

Созрели яблоки в саду

   Надежда собирала красивые, красные яблоки и складывала их в корзину. Она всегда приезжала в родительский дом на день рождения своего отца, 5 августа. Закатное солнце освещало сад. Надежда устала от сбора яблок и присела на лавочку отдохнуть. Воспоминания нахлынули на неё. Всё в этом саду напоминало ей о дорогом отце. Она помнит, как помогала ему в саду. Весной они вместе окапывали яблони. Летом собирали урожай, делали компоты на зиму. Осенью собирали сухие листья и жгли костёр. В углу сада, до сих пор, стоит беседка, построенная отцом. Краска облупилась, но беседка не разрушилась. Надежда открыла узенькую дверь беседки. Там, по-прежнему, стояла кровать с панцирной сеткой. Рядом с кроватью стол. На нём лежали её детские книги: "Антошка" и "Мараткино детство". Она прочитала каждую из этих книг несколько раз. Ей так знакомы и близки герои этих книг. Надя любила проводить летнее время в саду. Она уединялась где-нибудь с книгой в руках и читала. После детских книг были романы Тургенева, Толстого, Достоевского. Она прочитала их в саду.
   Потом отец увлёкся пчеловодством. Купил несколько ульев. Посадил в саду гречиху. Пчёлы летали над цветками. И Наде казалось, что она где-то далеко-далеко, в сказочной стране. И только голос мамы пробуждал её от мечтаний и грёз. Она звала её к обеду. Надежда была с отцом на пасеке. Она видела, как он вынимал соты из ульев. Потом качал мёд. Потом наливал маленькую кружку мёда и подавал её своей любимице. Она выпивала коричневатый, душистый мёд, и радостное тепло разливалось по её телу.
   Она помнит поездку в Белёв. Отец решил показать Наде свою родину. Там жила тётя Поля, воспитавшая его. Надя помнит её сына - студента, с которым они гуляли по вечернему городу. Какой-то узенький мостик через маленькую реку. Мостик раскачивался, но Надя смело пошла по нему. Юноша взял её за талию, чтобы она не упала. Голова у Нади кружилась, и от качания мостика, и от близости юноши. Потом он приехал к Наде, так неожиданно, с букетом роз. Они долго гуляли по вечернему городу, взявшись за руки. Разгоралась любовь. Но её вовремя остановили родители юноши, напомнив о близком родстве. Надя долго плакала по ночам. И ей казалось, что мир рушится, что она самый несчастный человек на свете. Но потом любовь ушла так же неожиданно, как и пришла. И Надя снова была весела и здорова, и так же полна мечтаний и грёз.
   Надежда продолжала собирать яблоки. Солнце уже не освещало сад. Повеяло холодом. Надежда посмотрела на часы. Они до сих пор тикают на её руке, маленькие, золотые часики на тонкой цепочке. Их подарил отец своей Наде в день шестнадцатилетия. У Надежды сжалось сердце. Она вспомнила холодный взгляд отца, когда она уходила из дома. Его молчание. Отец не принял её выбор. Она вышла замуж без родительского благословения. Отца давно уже не было на свете, но чувство стыда за свой грех перед ним никогда не покидало Надежду.
   Сумерки легли на деревья. Надя взяла тяжёлую корзину. Она вошла в дом и высыпала яблоки на стол. Осенний аромат наполнил комнату. Яблоки падали со стола и одно за другим скатывались на пол. Надежда опустилась на колени, чтобы собрать их. Да так и осталась стоять. Чувство любви и раскаяния накрыло её тёплой волной. "Прости меня, отец, прости", - твердила она. Глаза отца смотрели на неё с портрета, который всегда висел на стене в зале. Здесь, до сих пор, стоит рояль, на котором Надя училась играть. "Прости, отец, прости"... И когда Надежда встала с колен, она знала, что отец услышал её и простил. Конечно, простил.
   Домой Надежда возвращалась с корзиной, полной красивых и спелых яблок. Но она не чувствовала тяжести поклажи. Напротив, на душе у неё было легко и светло, как в детстве, когда она помогала отцу собирать спелые яблоки.
  
  
   0x01 graphic
  
  

0x01 graphic

Поэтический цикл "Познание"

Осенний дождь,

Он переходит в снег.

И твой успех

так хрупок,

Как утренний ледок.

Как дымка.

Ещё вчера ты

размышляла

в тишине,

Сейчас стоишь ты

на вершине -

познания себя.

И мира вокруг.

И ты увидишь,

вдруг,

Как глубоко

ущелье между

гор.

Увидишь ты

простор полей

необозримый,

и темноту лесов.

И ты познаешь

Суть основ

И вечных истин.

Ведут тебя

Истоки материнские

И твёрдость духа

твоих отцов.

Не хватит слов

И нет мудрее

Истины, чем

Жизнь сама,

И потому пою

Хвалу я жизни.

Сцена

Стою на сцене,

Как на пьедестале.

А в зале - тишина,

И я читаю свои

стихи,

Но я писала их

В ночной тиши,

И думала, что

Поверяю лишь

бумаге,

Ту глубину души,

В которую и сам

Боишься заглянуть,

Как мы боимся

Заглянуть на дно

колодца.

Но я на сцене,

И светит

электрическое

солнце.

И говорю я громко,

в микрофон:

Был, только, он,

Один на белом

свете.

И снова светит

Настоящее,

большое солнце.

  

0x01 graphic

Лета

Лето и лета,

Самолёты, пароходы,

Переходы, перелёты.

Чайки над водой.

Мы с тобой

Опять у озера.

И идём по полю,

Нет ни боли,

ни печали.

Жарит солнце

летнее

И дурманит

липы цвет.

Нет ни лет,

Ни расстояний.

Мы с тобой стояли

На высоком берегу, любовались видом.

Ты сказал:

- Тебя не дам

в обиду.

И прижал

к своей груди.

Лето, лето впереди.

Это травы,

Разноцветье

Мы войдём

в наш сад,

Сядем под рябиной.

Помню девочкой

наивной

Я вошла в твой дом.

А теперь мы уже немолоды.

Впереди - холода.

Только летом нет у нас возраста.

Летом молоды - всегда.

Старая груша

Эту грушу посадил отец.

Ей уже немало лет.

Но она всегда

красива, молода.

Каждую весну -

Вся в цвету.

Я давно заметила,

что деревья

с возрастом

красивее

становятся.

Почему же люди

красоту теряют?

Может, потому,

что деревья все

листву меняют

и всегда обновляются.

Человек с годами

не меняется.

И стоит на месте.

Потому и старится.

0x01 graphic

Октябрь

Снова волнует

осень,

То сеет дождь,

То солнце светит.

А то накроет всё

туманом.

И снова манят

дали,

Леса и необъятные

поля.

И тополя уже

Листву теряют.

А липа сверкает

Кроной золотой.

И мы с тобой

Давно знакомы.

Ты проводил

до дома

И руку мне

пожал.

Как жаль, когда

Уходит осень.

Как жаль, когда

Любовь уходит

навсегда.

0x01 graphic

Декабрь

Я жду начало

декабря

И первые морозы,

И первый снег,

И цифра "семь",

Такая роковая,

И имя моего отца,

Улыбка брата.

Мы жили

небогато,

Но весело и чисто.

Светило солнце нам

лучисто.

И в доме - запах

парного молока.

И тесто - в большом

ведре.

И дремлет у печи

котёнок.

И снова на руках -

ребёнок.

Все рады и удивлены.

Он так хорош,

И ямочки играют

на щеках.

И он совсем

Не плачет.

Но плачет

молодой отец.

Так удивлён.

А за окном

порхает снег.

Кружится снег.

Март

Люблю метели

в марте

И эту лихую

круговерть.

Люблю лицо

подставить ветру.

Весеннюю метель

Люблю смотреть.

В ней есть зимы

изящное

круженье.

В ней есть

весеннее

томленье

И слышу в ней

скворца весеннего

мотив,

И чувствую

энергии

космической

прилив.

Весенняя метель,

Так девственна

И так чиста.

И жизнь начну я

С нового листа.

0x01 graphic

0x01 graphic

0x01 graphic

Святой источник

Тихо струится вода.

Солнце светит

сквозь вязы.

Вам, солдаты,

мы жизнью

обязаны.

Мы питаемся

влагой святой

И омоем мы

душу

Холодной водой

Поклонимся

святому Кресту,

Поклонимся

солдату,

Что застыл

на посту.

Здесь алеют

красные маки.

Это знаки

Нашей любви

и преклоненья.

Мы склонимся

в молении

перед солдатом

И всегда будет

свежа

Земля, что Вы

отстояли.

Пусть всегда

расцветают сады.

Пусть всегда

Соловьи Вам

поют.

Здесь нашли

свой приют

Молодые, горячие

юноши.

Пусть останутся

травы некошены.

Листья с цветов

опадут.

Пусть придут

молодые

влюблённые пары,

И струны гитары

опять зазвенят.

Тихо струится

вода.

Солнце светит

сквозь вязы.

Вам, солдаты,

мы жизнью

обязаны.

  
  
   0x01 graphic
  

Посвящение матери

Помню запах

июльских трав.

О, память детства,

Юности святой!

Ты омываешь

Чистою водой

Мне душу.

Была я девочкой

послушной.

Любила слушать

похвалу.

Но не услышала

твою мольбу,

Когда я стала

взрослой.

Теперь в душе моей

вопросы:

Что значит грех?

А что - любовь?

Ты раздели любовь

на всех.

И каждому

отдай ты

по крупице.

Испей водицы

из родника,

что бьёт из-под

земли,

И Бога о прощении

моли.

0x01 graphic

Сестре Татьяне

Звоню тебе лишь только

затем,

Чтобы услышать

твой голос.

Такой знакомый

и родной.

Он льётся плавно,

как вода

в лесной реке.

Ты - вдалеке,

Вдали от нас,

Но чувствуешь

Всю нашу боль.

И наша

внутренняя связь,

Как кружевная вязь,

Как на стекле узоры.

Пройдёт зима,

Растает снег,

И зазвенит

вода в реке.

Ты вдалеке.

Вдали - от нас.

Я набираю

номер телефона

И слышу -

твой голос.

0x01 graphic

  

Марине Цветаевой

Для меня Цветаева -

это тайна.

Для меня Цветаева -

цвет радуги,

свет небесный.

Если станет тесно

в комнате моей,

я возьму твои стихи,

Марина.

Будет море синее

плескать у ног.

Будет галька

обжигать кожу.

Ты сама похожа

на большую птицу,

что летит над морем.

И что есть в мире,

можем мы

найти

в твоих стихах

коротких.

Ты любила

осенние астры,

испытала

земные страсти.

Божий мир

хранила

И была ранима.

Потому стоишь

для нас

Божественно

особо.

Светлане

Благородные мечты,

порывы

Несут тебя

по жизни.

И бежит за годом

год.

Вот и осень

наступила,

И опять заморосило.

Только нет в том

грусти.

Пусть шумят

деревья.

Ночь темна

Только светит

яркая звезда

Высоко на небе,

И укажет путь

В страну мечты.

И поедешь ты

на скором

В новую страну.

И войдёшь

утром ранним

В светлый храм

под шпилем.

В новом стиле будешь жить.

Но в душе останешься

Такой же русской.

Вспомнишь

Русские луга и поляны

И вдохнёшь воздух пряный от полей.

Не жалей потерь.

Верь в свою мечту

И иди за ней.

Тонкая натура

Тонкая фигура.

Тонкая натура.

Тонкий вкус.

Утром я проснусь.

Вижу Ваше

Кружево.

Человеку нужно

Доброе участие

И кусочек счастия.

Чай горячий

в чашечке

фарфоровой.

Вами я, просто,

очарована.

Вышивки на стенах

Натюрморты -

на холсте.

И цветы - в вазах.

Грустной Вас

не видела

ни разу.

Это тонкое

искусство

Быть всегда

в полёте.

Вы меня зовёте

в гости.

К Вам на крыльях

прилечу

Рассказать хочу

о своих творениях.

Прочитаю Вам

стихотворение.

Вы покажете

свои работы.

Нет заботы.

Нет болезней.

Нам полезней

Воздух вольный.

И движение.

И такое

наслаждение

Пить чай горячий.

В чашечке

фарфоровой.

Вами я, просто,

очарована.

0x01 graphic

  
  

Письмо другу

  

Мы входим в пространство

другу друга.

И мир наш становится шире, -

сказал поэт.

И ты войди в пространство

близкого.

Тогда без риска

Ты совершишь его судьбу.

И будь к нему ты

благосклонен.

Тогда на склоне лет

Не будешь ты забыт.

Быть добреньким

не стоит и труда.

Но ты всегда

дари и отдавай

Тепло своей души.

И ваши жизни

и желания

Сольются в одну волну.

И понесут Ваш чёлн

В открытое пространство.

Как странно:

Мы с тобой знакомы так недавно.

Но давний и забытый звон

Наполнит всю округу.

Пишу письмо я - другу.

  
  

0x01 graphic

  

Переводы немецких поэтов

Я у окна стоял

На улице

Ужасная погода.

Штормит.

И снег идёт, и дождь.

И ждёшь

Короткого просвета.

Но за окном -

густая темнота.

И вдруг мерцает

одинокий огонёк.

И он идёт вперёд.

И вижу я:

хозяюшка

с фонариком

по улице спешит.

И путь её далёк.

И думаю: несёт она

муку, и масло,

и молоко.

Растопит огонь

в печурке.

И испечёт пирог

для маленькой

дочурки.

И выложит пирог

на блюдо.

Украсит вишенками.

И вижу тот пирог

И чувствую уже

Тот сладкий аромат.

И снова весел я.

И снова - рад.

Гейне

Wir waren Kinder

Моя малютка,

Мы были дети,

Малы и веселы.

И были нам

знакомы

Все дальние углы

И во дворе и в доме.

Ты помнишь, мы

Прятались в соломе.

И делали себе нору,

А помнишь ту

игру,

Когда кричали мы

"ку-ка-ре-ку",

А взрослые все думали,

Что так кричит петух.

Коробки во дворе

Мы превращали

во дворец.

Мы рисовали там

Ковры, и мебель,

И посуду, и кровать.

Мы жили вместе

там.

Я долго буду

Это вспоминать.

К нам приходила

в гости кошка.

Пекли ей пироги

мы из песка

И клёцки делали

из глины.

Мы были так

невинны,

Так верили в добро.

Мы часто говорили

Так благоразумно,

Как взрослые,

И обсуждали

Такие же вопросы.

Мы жаловались,

Что в наше время

Всё было лучше.

Что исчезает вера,

И любовь, и честь.

Мы говорили, что

дорожает лес

и, что монеты

теряют вес.

Давно минули

игры детства.

Что получили мы

в наследство?

Стал неподъёмен

лес.

И лёгким стал

золотой.

Ушли любовь, и

вера.

Пришёл покой.

Но память детства

Опять уносит нас

туда,

Где чистая вода,

Где дом красив,

Где добрый гость,

Где есть любовь,

И вера есть, и - честь.

Гейне

  

Leise Zieht

Плавно проникает

в душу

Мелодия любви.

Лети, лети, песнь весны.

И эхом звонким

Звучи вдали.

И прилети скорее

в те края,

Где ждёт любовь

меня.

И прилети в тот сад,

Где роза распускается.

Скажи моей

любимой -

она ко мне

во сне является.

Leise zieht durch mein GemЭt 
Liebliches GelДute. 
Klinge, kleines FrЭhlingslied. 
Kling hinaus ins Weite. 

Kling hinaus, bis an das Haus, 
Wo die Blumen sprießen. 
Wenn du eine Rose schaust, 
Sag, ich laß sie grЭßen.

Гейне

Herz, Mein Herz

Сердце, сердце,

Не печалься,

Что страданий много,

Впереди - прекрасная

дорога.

Новая весна придёт

И вернёт, что

забрала зима.

Всё, что мелко,

Так любимо.

Всё, что нравится,

Боготворя.

Одари любовью

всех людей.

Сразу станет веселей.

Новая весна придёт

И вернёт, что

Забрала зима.

Сердце, сердце,

Ведь страданья -

это жизнь сама.

Гейне

   0x01 graphic

???

Могу часами

лежать я

на опушке

И слушать

кукование кукушки.

И монотонный,

мирный звук,

Казалось, убаюкает

Все долы и леса.

Мне хорошо,

И все мучения

уходят.

И не стесняют

узы светские,

И мне легко

на сердце.

Лишь только здесь

Могу я быть

свободен.

Жить не по моде,

Не по указу,

А лишь по образу.

Но люди подумать

могут сразу,

Как распрекрасно

Поэты душу -

услаждают.

Потом сплетут венок

Из посвящений

и сонетов,

И скажут: -

Был он большим

поэтом.

И что стихи его -

Узор в руках

умелых.

Так думал я

И устремлял

свой взор

В загадочный

и тёмный лес -

несмело.

Э. Мерике

  
  
   0x01 graphic
  
  

Надежда

Люди много говорят,

Мечтают о лучших

днях.

Стремятся к счастливой,

заветной цели.

Они торопятся, бегут.

А мир стареет.

И снова обновляется,

Но ничего на свете

не меняется.

А люди жаждут

улучшения.

С надеждой входим в мир.

Надежда юных

окрыляет.

Манит её

волшебное сиянье.

Но старца питает

Надежда тоже.

И с ним надежда

не умирает.

Уже на смертном ложе,

он строит планы.

Он не безумец, нет.

И не был он воспитан

среди глупцов.

Он рос среди отцов

учёных.

Но в сердце его

звучит всегда,

Что не погасла

его звезда.

И каждый из нас

уверен,

Что он родился

для свершений.

И голос внутренний

нас не обманет.

И сердце манит

Надежда и мечта.

И в небе загорается звезда.

Шиллер

  
  
  

0x01 graphic

  
  
  
  
  
  

0x01 graphic

   0x01 graphic

Содержание

   Рассказы
  
  
   1. Улица детства 5-7
   2. Первая любовь 8-9
   3. Уроки музыки 10-12
   4. Таланты и поклонники 13-14
   5. Наш клуб 15-16
   6. Пионерский лагерь 17-18
   7. Дикая роза 19
   8. На катке 20-21
   9. Узоры на стекле 22
   10. Горшок с картошкой 23
   11. Самовары и пряники 24-25
   12. Карусель 26-27
   13. Два слова по-немецки 28-30
   14. Коммунальная жизнь 31-33
   15. Берёза под окном 34-36
   16. Аромат жасмина 37-38
   17. Дочь художника 39-41
   18. Когда мне одиноко 42-43
   19. Снова пришло письмо 44-45
   20. Созрели яблоки в саду 46-47
   Поэтический цикл "Познание"
  
   1. Познание 48-49
   2. Сцена 50
   3. Лета 51
   4. Старая груша 52
   5. Октябрь 53
   6. Декабрь 54
   7. Март 55
   8. Святой источник 56-58
   9. Посвящение матери 59
   10. Сестра Татьяна 60
   11. Марине Цветаевой 61
   12. Светлане 62
   13. Тонкая натура 63-64
   14. Письмо другу 65
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Переводы немецких поэтов
  
   1. Я у окна стоял... 66-67
   2. Моя малютка, мы были дети... 68-69
   3. Плавно проникает в душу... 70
   4. Сердце, сердце, не печалься... 71
   5. Могу часами... 72-73
   6. Надежда 74-75
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Улица детства

  

Оригинал макет, верстка:

Игошев Алексей,

Климашева Инна,

Одарчук Светлана

Подписано в печать 21.02.2017

Отпечатано в ООО "Зеленоградский Полиграфический центр

  
  
  
  
  
  
  
  

1

  
  
  


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Е.Кариди "Сопровождающий"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) А.Верт "Пекло 3"(Киберпанк) М.Весенняя, "Отбор императора. Заноза в академии"(Любовное фэнтези) Т.Сергей "Эра подземелий 2"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) С.Панченко "Ветер. За горизонт"(Постапокалипсис) А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) А.Григорьев "Биомусор"(Боевая фантастика) А.Вильде "Эрион"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"