# Часть 1. Предвкушение

Павел Владимирович Сластенко

28/01/2019 Форматирование

## Предисловие

Действие произведения, если этот набор предложений так можно назвать, происходит в не далёком, вымышленном будущем, в котором всё могло произойти именно так, как произошло. В нем не стоит искать и уж тем более находить скрытые намёки либо, читать "между строк", ведь это тот мир, который хотел бы видеть автор, а ни как не тот к которому мы стремительно приближаемся. У многих главных героев этой книги есть реальные прототипы, но их не стоит связывать воедино, ведь они, на момент написания, были примерно на десять лет младше, чем их персонажи. Так же не стоит забывать, что все события вымышлены и никак не отражают мнение реальных людей и автора на многие события описанные в книге. Ко всему прочему, хотелось бы добавить, что данное произведение не ставит целью оскорбить чьих либо религиозных, политических, гражданских, и любых других чувств, семейных и общечеловеческих ценностей, но так как в нем присутствуют рассуждения на эти темы, то во избежание неприятных инцидентов, автор не рекомендовал бы читать плод его творения людям, принимающим всё на свой счёт и близко к сердцу. Если всё, что было описано выше Вами, уважаемый читатель, принято и понято, то вы можете продолжать чтение. На этом всё, вперёд в светлое будущее.


## Часть I. Предвкушение


## Глава 1. Борг, де Бошир.

Утро во французской деревне де Бошир выдалось, как всегда тёплым и солнечным, лучи солнца играли в бокале пятнадцатилетнего коньяка образуя на столе причудливые узоры. Крики чаек сообщали всем, кто находился по близости о том, что рядом море. Жаль только, что мыслями Дмитрий находился совсем не здесь, на этом чудесном побережье, его мысли были где-то в далёком и суровом Новосибирске, где служил его близкий друг, которого по прихоти судьбы, а возможно по воле родителей звали так же. Погладив свою чисто выбритую лысину, которая оставляла не менее интересные блики на столе, чем коньячная радуга, он вынул из кармана свой новый восемнадцатый айфон и набрал номер. После нескольких противных и протяжных гудков, похожих на звуки, которые издаёт скрипка соседского мальчика еврея, абонент взял трубку:

- Хэллоу, блеать! - радостным голосом прокричал Дмитрий из де Бошира, которого по давней традиции все называли Борг.

- Конишуа, ептыть! - иронично и с небольшой долей издевки ответил его друг.

- Ну что, ты уже на поезде? - уже не крича, но с не меньшей радостью проговорил Борг.

- Да, проводница уже заходила, вильнула жопкой и обещала зайти после обхода.

- Смотри не подцепи ни какой железнодорожный триппер, а то Роксана расстроится.

- Какая ещё, нахуй, Роксана? - с сильным удивлением спросил Димарь.

- Ну как какая, красивая, сисястая с рабочей жопкой латиночка, подруга Анжелы, той рыженькой бестии, которую я пру - с легкой усталостью в голосе ответил Борг.

- Не находишь странным, что латиночку зовут Роксаной, может если её отмыть, она станет цыганкой? - укорительно продолжил свою мысль Димарь.

- Х а, х а, смешно аж пиздец, мне честно говоря похуй, думаю тебе тоже - имитируя смех, проговорил житель французской деревни.

- Ну не совсем, цыганок трахать мне ещё не приходилось.

- Да тебе там в снегах много чего трахать не приходилось, ладно, давай, счастливо тебе в общем доехать, ждём. - Сказал Дима, переключившись с поглаживания лысины, на уже заждавшийся его коньяк. Положив трубку и опустошив ровно на половину бокал, он подумал, что надо бы предупредить остальных, о том, что скоро к ним присоединиться давний друг, которого они с таким нетерпением ждали каждый год в своей тёплой и уже успевшей надоесть всем до блевоты Франции. Хотя, было бы не правильно умолчать о том, что местное вино, коньяк и другие алкогольные напитки были не в пример лучше той дряни, которую продавали в сетевых гипермаркетах на их родине, да и климат здесь был приятный, а ясное и солнечное небо радовало глаза болше, чем то вечно серое небо центральной России, на котором оно появлялось из-за туч так же редко, как менялись руководители страны. Прервав ожидаемо нахлынувшие после разговора со старым другом мысли о родине, Дмитрий решил всё-таки встать с шезлонга, не забыв при этом опустошить бокал. Надо бы позвонить Михаилу, он вроде сегодня уже сдал дежурство, думал Дмитрий, и ещё наверное даже не спит. Михаил работал в местной станции скорой помощи, так же как и на родине она была не сильно оборудована новейшими средствами и её работники так же честно выполняли долг по спасению жизней, совмещая это с периодическим приёмом алкоголя и других успокаивающих душу веществ.

- Люсинда! - Крикнул Дмитрий

- Люсинда! Где тебя черти носят, маленькая ты шлюшка! - Громко и с явным упором на слово шлюшка, повторил он, подумав, что было очень хорошей идеей по случаю приобрести это филиппинскую рабыню, единственное упущение было в Диминой, отнюдь не во время, проснувшийся бережливости, которая не позволила ему оплатить полный курс обучения этой дочери филиппинского народа русскому языку, поэтому, даже если она и услышала весь Димин выкрик, то поняла лишь своё имя. В целом, это был всего единственный пример бережливости Димы за всё время прошедшее с его переезда во Францию, ведь в остальном он тратил деньги достаточно легко, особенно на алкоголь и юных девушек разных комплекций и национальностей.

- Люсинда, мать твою, где тебя черти носят? - пытаясь придать голосу грозные черты повторил свой крик Дмитрий. Одновременно с этим на крыльце дома появилась милая молодая девушка, на вид лет 18, её коротко стриженые волосы немного развивал ветер с моря, а ухоженные руки крепко держали поднос с бутылкой коньяка и сигарой.

- Я усе сдесь, госпотина - приятным высоким голосом сказала эта одетая лишь в один кухонный фартук юная филиппинка.

- О! Ты моя сладкая умница! - воскликнул Дмитрий с интонацией, какой обычно взрослых хвалят детей за что-то вроде первого слова или первого самостоятельного похода на горшок. После чего наполнил до краев опустевший бокал и переложив на стол сигару сказал, выговаривая очень чётко каждое слово - Принеси. Мне. Зарядное устройство. Поняла?

- Залядное услойство? - Так же, пытаясь выговорить каждое слово, переспросила маленькая прелесть.

- Да, и ещё льда - немного небрежно, но всё же достаточно уважительно сказал он.

- Льта? - уже убегая за зарядным устройством, переспросила Люсинда.

Оставив последний вопрос без ответа, Дима переключил свое внимание на телефон, индикатор заряда которого показывал 7%, чего должно было хватить на звонок фельдшеру, если тот не начнёт подробные расспросы. Сделав небольшой глоток и закурив сигару Дмитрий нашёл в телефоне контакт под названием "Михаил Алексеевич Боцман" и нажал на зелёную трубку. Пока шли гудки, Дмитрий успел сделать 7 длинных затяжек и 3 раза приложиться к коньяку, а так же подумать о упругой и совсем по мальчишески не большой, но очень женственной попке Люсинды, которую он не по наслышке знал и не брезговал использовать как по прямому так и по другим назначениям. На восьмой затяжке густым дымом сигары гудки в трубке прекратились, а грубый бас из динамика спросил без вступления:

- Чего надо, Борг, очередную твою шлюшку откачать?

- И я рад тебя слышать, - сказал Дмитрий голосом выражающим одновременно радость и не прикрытый сарказм, который доступен только в общении между очень близкими друзьями, люди со стороны скорее сочли бы это грубостью - Димарь едет, только сел в поезд, будет через 2 дня.

- Он чё на рельсы самолёт поставил? Из Новосибирска до нас ехать неделю - с не прикрытой иронией и недоверием воскликнул Михаил.

- Он на "фотоне". От Новосиба до Парижа 26 часов - невозмутимо парировал Дмитрий

- Кучеряво живёт, билет же денег стоит, как всё РЖД.

- Ну, не все такие скупердяи, как ты, заберешь его с вокзала? Завтра в 14:15 по местному.

- Не вопрос, тебя зацепить?

- Да я пока не знаю, созвонимся с утра.

- Ладно, бывай, пьяница.

- От пьяницы слышу! До завтра.

Улыбнувшись вышедшему из-за дерева солнцу и допив очередную порцию коньяка, Дима откинулся на спинку шезлонга и предоставил своему разуму свободу размышлений. Разум в свою очередь не горел желанием придаваться разнообразию, а был сосредоточен на предстоящей встрече, точнее на подготовке к ней, ведь надо было предупредить остальных, кто ждал этой встречи.


## Глава 2. Генеральское купе

"Фотон" ехал на своей крейсерской скорости тихо гудя вентиляцией, а Дмитрий положив трубку принял волевое решение открыть первую банку пива. Жигулевское с синим ключом приятным холодом и весом 0,45 килограмма легло в руку. Осмотрев, по привычке, рисунок на банке, который изображал советского образца буфетчицу с огромной оголенной грудью и с ослепительной улыбкой в духе Мерлин Монро, Дмитрий с нескрываемым удовольствием открыл её и сделал первый, самый приятный глоток пива. После чего поставил банку на стол и решил снять свой парадный китель, на котором блестя в свете ламп дневного света гордо красовались золотистые петлицы с ракетой и стрелами, а на плечах были новые с золотистым тиснением в виде сплетенных змей чёрные погоны. Десять лет назад на них не было змей, с тоской подумал Дима, а были просто полоски красного цвета и золотые звезды, не так пафосно, хотя разница не большая, не в их виде. Глоток, приятный, холодный. Зато теперь можно к друзьям во Францию съездить, не то что раньше, слово "невыездной" забыто, да и звание, как и мечтал когда-то давно, в уже почти забытом детстве, генерал-майор, хотя конечно в детстве не было разницы между генерал-майором и генерал-лейтенантом, была мечта стать просто генералом. Глоток, вкус солода и хмеля. Ну, вот она и исполнена, мечта, приятно конечно, но всё же детство проходит, и мечты, обрастая подробностями начинают становиться реальностью и не всегда приносят только удовлетворение, ради одних приходится жертвовать другими. Глоток, приятное покалывание на языке. Так пора отгонять эти мысли, ведь через сутки, поезд привезет в Париж, а там Борг и ребята. После этой мысли, Дмитрий еле подавил дикий смех, вспомнив древний сериал "Элен и ребята", который крутили по одному из центральных каналов во времена его детства. Представив Борга, с длинной белой, как у Элен в сериале, причёской, вместо его постоянной, на протяжении уже почти двадцати лет лысины. В этот момент его размышления прервал короткий и уверенный стук в дверь. Допив оставшееся на дне банке пиво и окинув быстрым взглядом заманчивую даму на банке, он поспешил открыть дверь. Замок щелкнул механизмом и в открывшейся двери возникла светло-русая проводница с обворожительной улыбкой и в неизменной за долгие годы синей форме РЖД, хотя надо отдать должное, сам покрой формы был намного более приятный на вид, чем то в чём ходили проводники северной железной дороги Путинского периода. На её ярко-золотистом бейдже Дмитрий прочёл "Марта Шварцстоун. Проводник высшей категории".

- Что пожелаете? Есть превосходный чёрный чай, зерновой кофе. До ужина ещё четыре часа, так что могу предложить вам бутерброды или яичницу с тостами - ангельским голосом без малейшего намека на какой-либо акцент проговорила она.

- Я извиняюсь, - немного оторопев, но без промедления, сказал генерал - просто, я первый раз еду на "фотоне", но, у вас тут как-то не привычно роскошно для РЖД.

- Конечно, ведь у нас не совсем, как вы сказали РЖД, в обычном понимании, мы элитное подразделение, как вы уже наверное успели заметить в нашем вагоне всего четыре купе и всё они повышенной комфортности. На высокоскоростных поездах типа "Фотон" других не бывает. - проговорила она не меняя тона и с неизменной лучезарной улыбкой.

- Так что, всё что вы захотите к вашим услугам, а так как в соседних купе едут очень занятые бизнесмены то и я, если вам конечно захочется тоже в вашем полном распоряжении.

- Честно говоря, вы меня немного, как бы сказать, ошеломили - с небольшой задержкой и стараясь не показывать своего большого удивления сказал Дмитрий - если можно чай, пожалуйста.

- Сию минуту, рада быть вам полезна - всё так же доброжелательно и обворожительно проворковала Марта и с грацией молодой пантеры исчезла в дверях.

Да, это просто удивительно, думал Дмитрий, с этим не сравнится даже бизнес класс в самолёте, не то, что простое купе. Все его мысли без остатка заняла Марта, не оставив места ни для чего более, хотя на секунду просветление случилось. Он открыл очередную банку жигулевского с синим ключом и, сделав пару внушительных глотков, снова погрузился в пошлые мысли о Марте, точнее о её приятных формах, не большой, второго размера груди и упругой плотно облегаемой юбкой попе. Была в этой проводнице какая-то особая грация присущая лишь диким животным. Очередной глоток холодного пива приятно подогревал и без того разыгравшуюся фантазию военного в отпуске. В не запертой двери купе вновь появилась хозяйка очаровательной улыбки в синей форменной одежде. В руках у неё был поднос на котором, в лучших традициях РЖД, стоял подстаканник с граненым стаканом до верху, чуть не с горкой, налитым чаем, примечательно, что из него не свисала бирка на нитке и это наводило на мысль о хорошем содержимом.

- Надеюсь, не заставила вас долго ждать? - голосом похожим на пение райских птиц сказала она.

- О, вы вернулись очень быстро, но мне показалось, что прошла целая вечность - немного охрипшим голосом и чуть смущаясь, сказал Дмитрий - не хотите присоединиться, раз уж, как вы говорите, остальные купе спят?

Мило хихикнув, ангел РЖД, поставил на столик поднос и с неизменной грацией, заняла место на соседней кушетке, хотя кушеткой это произведение современного искусства можно было назвать с большой натяжкой.

- Я увидела, что вы пьёте пиво и позволила себе немного изменить ваш заказ - полушёпотом проговорила она - решила, что вам сейчас приятнее будет выпить ирландского виски, но если хотите, я могу принести чай.

- Ну что вы - с не скрываемым удивлением и приятной радостью в голосе ответил он Марте. Мысль о том, что его решили соблазнить укоренилась в сознании и даже ещё сильнее приподняла настроение. Интересно, это он сам так на неё подействовал или она из той категории девушек, которым просто нравятся половые приключения и мужчины в форме? Пока эти мысли проносились в его уже, подогретом алкоголем мозге, руки уже достали две одноразовые стопки и небольшую пригоршню конфет, так, кстати, врученных ему в дорогу младшим сыном. Ведь как знал, маленький засранец! Подумал Дмитрий. Стопки уже успели наполнится, а Марта успела открыть первую конфету и сказать

- Я, конечно обычно не пью, но, кстати, как вас зовут? Меня Марта, хотя вы наверное заметили.

- Дмитрий - коротко, как на плацу отрапортовал он.

Общение и опустошение стопок проходило одновременно и скоро на смену ирландскому виски из стакана пришёл шотландский виски, аккуратно извлеченный из дорожной сумки под веселый смех Марты. Вечер обещал быть интересным.


## Глава 3. Главный фельдшер

Положив трубку, Михаил сделал последнюю затяжку красного More и щелчком указательного пальца отправил окурок в стальную урну, на которой виднелась потертая временем и тряпкой уборщицы надпись "станция скорой помощи города Марсель". Пролетев несколько метров и ударившись о стенку урны, бычок выбросил пучок искр и по спиралевидной траектории спикировал на кафельную плитку.

- Блядь! Сраный недосып - своим обычным грубым, но в то же время располагающим басом громко сказал он и медленно пошёл поднимать окурок.

- Не возьмут тебя в Чикаго Буллс - сказал стоящий рядом человек в халате салатового цвета.

- Не очень то и хотелось - всё тем же басом пробубнил Михаил.

Уставший после очередного сверхурочного дежурства мозг отказывался выполнять какие-либо приказы своего носителя и требовал кружку густого и крепкого пива, а так же последующего сна. Решив не сопротивляться своим мыслям и сняв немного жмущий ему в плечах 56 размера белый халат, Михаил вышел на встречу яркому солнцу и шумному городу.

По дороге домой он по обыкновению зашёл в магазин, который основал ещё один такой же, как и они, выходец из бывшего СССР, широкая вывеска на русском гласила: "магазин N54".

- Привет Федорыч - пробасил Миша - две торпеды "медведя" и синий winston.

- Шутник, блин, привет - ответил человек с широкой окладистой бородой в очках с широкой оправой - не трави душу, бери местное или немецкий варштайнер, кстати, есть как ты говоришь в торпеде.

Расплывшись в широкой улыбке продавец почесав рукав у своей клетчатой рубашки и достав большую пластиковую бутыль литра на три с этикеткой "варштайнер".

- Ух ты, ёптыть! Порадовал старик - подобревшим намного более мягким голосом констатировал Михаил - и синий winston не забудь! А то от More уже тошнить тянет.

- будет сделано, господин старший Фельдшер! Для вас все что угодно - тоном швейцара гостиницы "космос" сообщил человек за прилавком.

Выйдя из магазина, он открыл пиво точными и уверенными движениями, после чего сделал длинный, не меньше литра, глоток закатив глаза. Пиво постепенно заполняло в голове вакуум, образовавшийся после дежурства, и в нем, подобно пузырям, начинали всплывать мысли о предстоящей встрече с друзьями и грядущем отпуске. Сделав длинный и довольный выдох после этого богатырского глотка, Михаил направился домой. Через несколько минут он уже поднимался по скрипучей деревянной лестнице. Третий этаж, квартира 26, коричневая дверь. За дверью, как обычно, было шумно, звуки готовящейся на кухонной плите еды сочетались с поющим как бы из глубины дальней комнаты голосом Виктора Цоя, который всё так же ждал перемен, а из зала доносился веселый девичий смех.

- Миша! Ты макароны с мясом будешь? - донёсся до него крик из кухни.

- Макароны, это хорошо - скорее самому себе, чем голосу из кухни ответил он, снимая ботинки. Прихватив начавшее теплеть пиво, служитель Гигеи и верный последователь Парацельса прошёл в кухню, где сев за стол, который по старой привычке был накрыт клеёнчатой скатертью, пододвинул к себе тарелку, взял чистый стакан и наполнил его пивом.

- Мне тоже налей - сказала высокая, под стать двум метрам Михаила женщина с темными, собранными в пучок волосами.

- Давай, не томи, накладывай - пробормотал Миша, наполняя второй стакан - Вера вернулась?

- Да, и снова убежала - наполняя до краев тарелку, сказала она - а ты с ней не встретился на лестнице? Она зашла, взяла сигареты и убежала.

- Мои?

- Твои, а что у нас дома есть чьи-то ещё?

- Вот маленькая бестия, ещё в колледж не поступила, а уже тырит у отца сигареты

- Ты сам сказал ей в прошлый раз, что не против

- Фраза "бери, если своих нет" относилась к одной сигарете, а ни как не к целой пачке, хотя пох, я все равно купил.

- Ешь, пока не остыло, милый

- Ой, какие нежность - с явным сарказмом, на который уже не обижался ни кто из близких сказал он - чего там Ира за дискотеку устроила, из подъезда слышно

- Да она там с другом уроки делает

- Так! - Громко положив вилку на стол крикнул Михаил - с каким таким ещё на хрен другом?

Он резко встал, не забыв при этом приложиться к пиву и дожевывая макароны тяжёлыми шагами пошёл в дальнюю комнату.

- Ира! Я иду, чем вы там заняты? - Медленно выговаривая каждое слово, громко говорил он. В комнате раздавались звуки похожие на те, с которыми грузчики обычно переставляют мебель.

- Тук, тук - громко сказал Миша уже открыв дверь. Его взору предстала обычная, для таких случаев картина, молодая девушка поправляла майку, а парень, похожий на молодого Винсента Касселя резко отодвинулся от неё со словами:

- Бонжур мсье Михаель

- Ира, что это за хрен? - Явно проигнорировав слова парня сказал Михаил.

- Паааап, это Жак - ответила высокая и крепкая для своих лет четырнадцатилетняя девочка - он помогает мне с математикой!

- Ширак блин! - с явным не довольством воскликнул Михаил, всеми своими двумя метрами роста - встал, собрался и пошёл!

Жак, явно смутившись и по интонации поняв, что делать ему тут не чего, схватил сумку и со словами - dйsolй, Je vais probablement aller - стремглав выбежал из комнаты.

- Пап! Ну так же нельзя, мы просто занимались! - Придав голосу максимальную серьезность проговорила юная девушка!

- Знаю я чем вы там занимались, есть иди.

- Не хочу! - явно насупившись и скрестив руки на груди, как это делают все юные девушки, чтобы окружающие поняли, что они обиделись, ответила Ира.

- Как хочешь - спокойным и ни чего не выражающим тоном, как будто ни чего не произошло, сказал он и вернулся на кухню.

- Ну что ты к ней так строго, хороший мальчик, умный - Проговорила темноволосая обитательница кухни - что страшного в том, что они там вдвоём посидят?

- Кать - с наполненным макаронами ртом сказал он - пусть сначала школу закончит, а потом, хоть сразу замуж. Дайте в отпуск уйти спокойно.

Дальнейшее время приёма пищи не прерывало ни что, кроме разве звона вилки о тарелку и сменившийся на молодежные биты звуки из дальней комнаты. Когда с макаронами было покончено, а остатки пива разлиты по двум стаканам, Михаил уже довольным и полусонным тоном нарушил тишину:

- Завтра Димарь приезжает, надо в Париж ехать, встречать.

- Volvo не дам, я завтра дочек обещала на пляж свозить - немного укоризненно сказала она - ты забыл?

- Нет, я на работе договорился, возьму служебный Peugeot, реанимационный.

- С мигалками только не лети по встречной, я ведь переживаю! - мило и очень нежно проговорила она.

- Хорошо - Встав со стула и поцеловав жену, сказал он - я спать, устал с суток.

- Приятных снов, мой главный фельдшер и выучи наконец французский.


## Глава 4. Борг, де Бошир

Дима стоял снегу по щиколотку полностью голый в левой руке была бутылка коньяка, в правой - маракасы. Вдалеке между березами стоял УАЗ "буханка", рядом с ним разложен стол, накрытый газетой, на котором стояли две бутылки абсента и открытая банка кильки в томатном соусе "толстый боцман". За правой березой прямо на снегу лежал ковёр со столь же причудливым, как и стандартным для любой квартиры в его детстве узором, а на ковре Михаил и Александр в кожаных сапогах на голое тело согревали, если так можно выразиться, трением рыжую пышнотелую даму, на спине которой красовалось небольшое седло. Наверное снял с пони, подумал Дима и уже собрался пойти и присоединиться к друзьям, как понял, что примерз ногами к снегу.

- Эй! Братья славяне! Укротители недоделанные! - громко крикнул он им, - я тут примерз!

Вдруг, сзади он почувствовал, как холодные руки легли ему на плечи, он как можно резче попытался обернуться и увидел Димаря, который вздыхая ему в лицо большое клубы пара хитро подмигивал.


- Госпотина! Госпотина! Салядник тут - тихий голос Люсинды и сильный акцент вырвали его из объятий морфея - госпотина, что хотеть есть, время обеда настал!

- ууум, кхэм - прокашлялся Дмитрий, пытаясь определить где и в каком состоянии опьянения он находится - я, ээээ...

Осознание местоположения приходило медленно, сначала од понял, что солнце, видимо, двигалось и перекочевало в другую часть неба из за чего тень с шезлонга на котором он спал ушла и в ней находились только его ноги. Приоткрыв глаза ещё чуть-чуть, он увидел нависающее над ним лицо Люсинды, с большими серо-зелеными глазами и выражением радости на лице.

- Сейчас приду, прелесть - Сказал он с выражением полного удовлетворения и блаженства - оденься, скоро придёт Анжела, а то она не любит когда ты вертишь своим голым задом, если только не у её лица - издав подлый смешок закончил фразу Дмитрий.

Он прекрасно понимал, что из всего его напутствия молодая филлипинка поняла только "оденься", "Анжелла" и "вертишь задом", что собственно его и забавляло. Ему нравилось общаться с этой девушкой, он даже считал, что было в этом общении, что-то первобытное, как собственно и в сексе с ней. Люсинда не была у него рабыней, то что она была куплена ни значило для него ровным счётом ни чего, скорее даже это было хорошо, ведь после этой покупке в мире стало одной рабыней меньше. Она же в свою очередь вела себя так, как умела, выполняла все его прихоти, лишь изредка, в моменты отпаивания своего "госпотина" свежим куриным бульоном после обильных возлияний алкоголя, попиливала о вреде чрезмерного употребление алкоголя, а главное не претендовала на его свободную, скорее даже распущенную личную жизнь и даже радовалась, когда была возможность присоединиться к сексуальным играм в не зависимости от количества и пола участников. За те несколько лет, что она жила в этом доме она успела познакомиться с жителями соседних населенных пунктов, куда делала регулярные вылазки за алкоголем и едой, ведь у неё, в отличии, от "госпотина" были права на управление автомобилем, а пятилетний синего цвета наглухо затонированный БМВ Х5, подаренный на её девятнадцатилетние знали все в окрестностях де Бошира. Два года назад, примерно через месяц после дня рождения Люсинды, она забирала Дмитрия из Марселя, где он со своим другом с интересным именем Boss-man, провели трёхдневный, как назвал он его "банный марафон". В тот вечер юная филиппинка приехала в баню "le grand", откуда после не продолжительного часового ожидания из центрального входа вышли, хотя это не правильное слово, скорее вывалились шатаясь выписывая в обнимку траекторию похожую на кардиограмму человека запивавшего коньяком кокаин, двое: госпотина и boss-man, второй больше напоминал огромного медведя, оба были взлохмочены и судя по всему пытались говорить на китайском. Из их разговора Люсинда запомнила только как зовут гризли-переростка и то что она молодец. Сам Дмитрий часто вспоминал тот замечательный марафон, жаль только, что воспоминания прерывались в конце первого дня на барной стойке одного из марсельских баров, а возобновлялись как раз на выходе из сауны подмышкой у Миши, которого он по старой традиции громко звал боцманом и в первый раз пытался познакомить с Люсиндой, которая ожидала его у машины. Накинув на себя рубашку, воспоминания о прошлом прервала резкая боль в плечах, он понял, что обгорел. Дима зашёл в дом и проследовал на кухню. На столе его уже ждала большая тарелка с жареной картошки, нарезанные кубикам, пять его любимых сортов сыра и чуть запотевший прозрачный стакан фанты, который был сразу принят в качестве аперитива. Холодная, почти ледяная газировка перетекала в его перегретый и размякший от коньяка организм, как божественный нектар. С каждым миллилитром этой целебной жидкости организм будто начинал очищаться от всех последствий негативных воздействий, которые копились в нем на протяжении всей жизни. Первая здравая мысль посетившая его, была - поесть! Через три минуты, когда картошка неожиданно быстро закончилась и дело дошло до сыра, рядом с которым лежала свежая гроздь спелого, только с ветки, винограда, он увидел спускающуюся по лестнице, одетую в лёгкое летнее платье Люсинду. Она была прекрасна. Тонкое белое платье подчеркивало её ни чем не выдающиеся формы и делало их заметными, даже притягательными для мужского взгляда. Хоть он и видел её в нем уже много раз, но всё равно похотливые мысли на несколько секунд оторвали его от выбора между сортами сыра. Она вошла на кухню и начала накладывать себе еду, Борг же в свою очередь вновь увлёкся сыром и наконец вспомнил о том, что собирался позвонить остальным его друзьям, вместе с этим, логическая цепочка его мыслей привела его к тому, что аккумулятор уже сел, а сам телефон вместе с зарядником лежит на улице. Встав из-за стола и прихватив из холодильника банку "миллера" он пошёл на улицу за телефоном. Воткнув телефон на зарядку в розетку, предусмотрительно находившуюся на крыльце и опустившись в не менее предусмотрительно оставленное там летнее кресло, он взял с подоконника пачку синего бонда и с вожделением заядлого курильщика поджёг сигарету. Сделав, как обычно, длинную с треть сигареты затяжку, он проверил телефон. Индикатор зарядка весело подмигивал ему красным, но телефон всё же запустился. Громкий и чёткий крик "сотона!" прогремел в тихой округе так, что всё чайки, мирно дремавшие рядом с крыльцом, в хаотичном движении поднялись в воздух.

- Сотона, Александр, вызываю - абсолютно ни чего не выражающим голосом проговорил телефон. Пошли гудки.

Когда очередной по счету гудок закончился и ровный женский голос тоном занудной учительницы сказал, что абонент не доступен, Дмитрий, по старчески охнул и произнёс уже не так громко: "сотона, звонить до ответа". Телефон, всё тем же голосом ответил "набираю". Когда из трубки раздался громкий и веселый возглас "Улё!" на фоне непонятного шума и каких-то женских визгов, на крыльце уже стояло 3 пустых и одна ополовиненная банка миллера.

- Улё! Борг, я слушаю! - Говорил всё тот же веселый голос

- Александр, добрых вам вечеров! - тоном нетрезвого диктора XX века Левитана проговорил Дмитрий

- И тебе не хворать, вот только за кулисы зашёл, не слышал - обрывисто, будто пробежав 10 километров, сообщил голос - чего названиваешь?

- Так Димарь едет.

- Уже?

- Уже в поезде, завтра с боцманом встречаем в обед в Париже.

- Круто, только я сейчас ещё в Рио, попробую к вечеру успеть - немного погрустневшим голосом отозвался собеседник.

- В каком Рио? - Немного удивившись спросил Борг

- Которое де Жанейро, у меня концерт только закончился, через час ещё один, а там потом мы собирались ещё в студию заехать, обсудить так сказать планы и немного залить шары, ну или за воротник, как пойдёт.

- Ты когда хоть успел? Три дня назад только с тобой в баре виделись.

- Так я от туда и улетел, ты чё? - веселый голосом полным удивления проговорил Александр - с тобой же до аэропорта ехали, Люсинда ещё что-то тебе напоминала про боцмана?

- Да? - Медленно, будто пытаясь вспомнить сказал Дмитрий - что-то выпало из памяти.

- Аа ты вспоминай - весело продолжал Александр - ты ещё разглагольствовал, что со мной поехал бы, если бы Кипелов выступал на разогреве, а как вспомнил, что он умер, принял ещё пол стакана абсента и хотел уехать в Нижний Новгород на завод устроиться, один вместо всего роботизированного комплекса "Алтай".

От их громкого смеха, вернувшиеся было на место, чайки вновь истерично вспорхнули в небо.

- Ладно, ты давай мне зубы не заговаривай - уже серьёзным голосом продолжил Дмитрий - Мы тебя ждём, позвони как прилетишь, скажу где мы будем.

- Оке - быстро сказал Александр - всё, я побежал, там автобус ждёт!

- Давай не опаздывай - проговорил в уже положенную трубку Борг.

- Куда не опаздывай? - Раздался звонкий девичий голос с оттенком напускной серьёзности.

- Ё - только и успел сказать Дмитрий, подпрыгнув от неожиданности. Одной рукой он пытался удержать телефон, другой почти опустевшую банку пива. Удалось поймать только банку, содержимое которой вылилось на телефон, с глухим стуком упавший на деревянный пол крыльца.

- Анжела, блин, так и инфаркт заработать можно - сказал он стоящей рядом девушке - ты пробовала не подкрадываться?

- Ты так громко говорил, что даже если бы я подъехала на старом дребезжащем бульдозере фирмы Cat с играющей на полную громкость группой "KISS" ты бы всё равно не услышал - с неотразимой улыбкой ярко-красных больших губ сказала девушка. На вид ей было не больше 27 лет, обтягивающая одежда была по размером скорее как не большой купальник из которого торжественно выглядывала крупная грудь, на которой изящно лежала длинная рыжая коса, а длинные крепкие ноги украшали с длинными почти до самых колен обвитые вокруг ног лямки.

- Может мсье продолжит даме вина? - Проговорила рыжеволосая прелестница - или мсье хочет залезть по мне под юбку, под которой есть только похоть и разврат?

Сегодня играет в похотливую шлюшка, подумал Дмитрий и улыбнулся ослепительной и немного пьяной улыбкой своей гостье, нежно обхватив её за талию.


## Глава 5. Честь имею!

Лампочки в купе перешли в ночной режим ровно в 23:00 по Ленинградскому времени, что добавило интимности в уже разгоравшееся свидание между проводницей и военным. Под столом жалобно звенели банки из под пива, а форменная блузка проводницы была застегнута лишь на последнюю, самую нижнюю пуговицу, что позволило Дмитрию во всех подробностях рассмотреть чёрный кружевной бюстгальтер, который застегивался на замок спереди и определить как можно одним движением пальцев выпустить на волю томившуюся в нем грудь.

- И что же? - Весело смеясь спросила Марта, голос её звучал уже достаточно не трезво - что он сказал?

- А он, совершенно пьяным голосом говорит - переходя на шепот, продолжал Дмитрий - товарищ генерал, на боевом посту происшествий не произошло, хотите сушку?

- Сушку? - Заливаясь хохотом, повторила она - это действительно правда?

- Конечно! - в шутку обиженным голосом ответил он - БТР тушили ещё часа три!

- Знаешь, ты рассказываешь так интересно, ни когда бы не поверила, что ты военный, если бы не видела форму.

- А что, военный обязательно должен быть скучным?

- Да нет же! Просто я хотела сказать, - подвыпившим голосом продолжала Марта, поглаживая упавший на лицо локон волос - обычно генералы, они такие старые, пузатые, и говорят так грубо и серьёзно!

- Да ты их только на экране видела, - с иронией в голосе, какой обычно объясняют детям, что земля круглая, сказал он - тем по статусу положено быть такими.

- А ты, действительно, милый - почти шёпотом сказала она - не думала, что будет так приятно, мне даже немного стыдно, думала ты сразу будешь приставать и говорить изъезженные фразы, вроде той, про маму, которой нужен зять.

- Да ладно? - Немного смущенно и с лёгким удивлением в голосе ответил он - разве я произвожу такое впечатление?

- Да, нет, не знаю - обрывками и с лёгким придыханием говорила Марта - просто твоя форма, ты в ней совсем не такой как сейчас, плесни мне ещё

- Слушаюсь! - Игриво поднеся ладонь к виску, громко как на плацу крикнул он, за тем смерив взглядом остаток виски разлил остатки по стопкам.

- Прозит?

- Прозит!

Они одновременно опрокинули стопки. Дмитрий сделал медленный и чёткий выдох, а она, немного поморщившись, поспешила откусить кусок от конфеты. За всю длившуюся уже несколько часов беседу, она ни разу не перешла на немецкий и лишь что-то совсем не уловимое в её речи выдавало иностранку. Ему нравилась эта весёлая и проницательная проводница, её умение слушать и лишь изредка вставлять едкие комментарии в его рассказы.

- А что это у тебя? - Спросила она указывая на нижний край завернутого чуть выше предплечья рукава рубашки

- Сейчас - снимая рубашку через голову, пробормотал он - покажу, пять сек

- Пять что? Извини, не расслышала.

- Пять секунд - откуда-то из недр рубашки донесся его подвыпивший голос.

Рубашка ни как не хотела освобождать своего хозяина из крепких объятий, и если смотреть со стороны, то картина походила на цирковой трюк по освобождению верхней половины дрессировщика из пасти тигра. Когда представление было окончено, зал, в лице прекрасной Марты, которая в свою очередь тоже успела освободиться от блузки, рукоплескал!

- Я всегда думала, что у вас, в армии, нельзя делать ни каких татуировок - удивилась она, разглядывая профиль древнего врача в маске-клюве.

- Сегодня вечер развенчания мифов об армии! - радостно воскликнул он - и это не единственный!

- Как интересно! - с детской радостью сказала Марта, после чего военный повернулся к ней другой рукой и как бы невзначай положил её ладонь на немного подрагивающее бедро. Она в свою очередь не стала от неё отталкиваться, а начала рассматривать татуировку на левом плече, проводя по её контуру пальцем. Её движения были мягкие и нежные, но в то же время точные и как будто выверенные, от её рук будто текла горячая твердая энергия. Он наклонил голову к её шее и сделал глубокий и нежный поцелуй, одновременно с этим плавно по контуру её тела переместил руку с бедра на левую грудь, после чего выверенным заранее движением пальцев расстегнул бюстгальтер. Грудь выскочила прямо к нему в руку, а она издала протяжный и тихий "ахх...", после чего он начал медленно покрывать своими поцелуями её шею двигаясь к лицу.

- Стой! - Громко и властно сказала она - нет, подожди! Я должна тебе рассказать одну вещь о себе - отодвинула его от себя.

Ошеломлённый Дмитрий, находясь в не очень трезвом состоянии, успел подумать о вполне обычном женском "извини я не такая" и в долю секунды вспомнить четыре-пять безотказно работавших контраргументов, но разговор пошёл совсем в другом ключе.

- Ты мне действительно, очень симпатичен - всё так же мило и приветливо сказала она

- Но именно поэтому я должна сказать, я не совсем такая, как ты думаешь

- Я ни чего плохого - начал было он, но не успел договорить фразу, она продолжала говорить не делая паузы

- Я знаю, что вы, русские, а в особенности военные не очень любят - путаясь в словах и всё большим стеснением в голосе продолжала она

- Но я не совсем такая как ты ждёшь, я - с небольшой пауков продолжала она - третий пол

- Кто? - Немного охрипшим от удивления голосом спросил он, естественно зная ответ

- Ты знаешь, если ты конечно не против я согласна даже, как это, извини, слова путаются, не быть активной, ты мне действительно очень симпатичен и я хочу сегодня ночью быть с тобой

- Подожди - всё тем же охрипшим и немного онемевшим голосом, прервал её обрывистый монолог Дмитрий. - То есть ты мужик? Блядь! Что за хуйня!

- Нет, это не совсем так, просто я всегда была и есть женщиной, но...

- Стой, - снова оборвал он её - но у тебя в трусах член, так?

- Ну... это лишь небольшая часть меня, вся остальная я женщина, даже по документам! - смущенно, но уверено говорила она.

- Нет, так дело не пойдёт - уже громким и уверенным голосом говорил Дмитрий - выметайся из купе! Честь имею!

Быстро прихватив блузку и даже не застегивая лифчик, проводница ретировалась из купе, оставив на память лишь запах дорогой туалетной воды и напрочь испорченное настроение. Хорошо только, что в дорожной сумке оставалась ещё одна заначка с виски, ей расстроенный генерал и решил очистить память о не удавшемся вечере.


## Глава 6. Люсинда

По настоящему, её конечно же звали не Люсинда, хотя ей и нравилось это новое имя, которое дал ей господин. Её звали Лу Синь и родилась она на Филиппинах в одном из рабочих кварталах, где жили работники фабрик и многочисленные трудовые эмигранты из разных стран, преимущественно арабы европейского происхождения, которых одно время массово депортировали из центра на окраины только образованной объединённой евразийской федерации (ОЕАФ/UEAF). Улицы её родного города в те годы были похожи на картину сумасшедшего художника, который пытался объединить все цвета радуги на одной картине не смешивая их, но предсказуемо получилась хаотичная мазня. Но для самой Лу Синь это было только на пользу, ведь благодаря этому она уже к десяти годам свободно общалась на английском и французском языках, не считая родного. Во времена её детства работы становилось все меньше, ведь полным ходом шло полное замещение человеческого труда роботами, власти по всей ОЕАФ вводили безусловное подушевое финансирование, которого обычно не хватало даже на жалкое существование, а ограничение рождаемости и бум синтетических наркотиков ознаменовали собой переход в новый мир. Люди умирали, как колорадские жуки в банке с водой, а жизнь шла своим чередом к моменту её юности многие, до этого кишащие жизнью районы, превратились в запустевшие руины, где природа понемногу отвоевывала своё. Конечно, не обходились и без позитивных изменений, со временем увеличились безусловные выплаты их теперь хватало на кое-какое существование, но с работой всё так же было туго, востребованными из доступных ей оставались лишь профессии проститутки, музыканта, полицейского или других творческих и околотворческих видов деятельности. Её знакомый Али, сорокапятилетний курд, который жил с ней по соседству когда-то давно рассказал ей красивую историю о гейшах, растрогавшую её до глубины души. Вспомнив её, Лу Синь решила попытать счастья в Японии и уже собрала свои не многочисленные пожитки, как вдруг наткнулась на объявление о наборе юношей и девушек в рязанский кадетский корпус им. Шлимана. Придя на вокзал и узнав цены на билет, она чуть было не упала духом, ведь 200 евро была какой-то абсолютно астрономической суммой, но целеустремленность взяла верх. Лу поговорила с Али и тот договорился за свои скромные 30% комиссионных пристроить её на ночь одному из приезжих богатых китайцев. Она просто просияла, ночь любви в обмен на мечту ни чего для неё не значило, тем более пожилой китаец вряд ли мог чем-то удивить милое дитя Филиппин. И вот пришёл долгожданный вечер, Али проводил её в гостиничный номер, предварительно подмигнув и сказав, что он свои комиссионные получил, поэтому остальное его не волнует.

Номер был просто шикарный, она первый раз в жизни видела такое количество шёлка, мягкой мебели, а посередине на огромном столе стояла большая ваза фруктов, пожилой китаец находился рядом. Он был не много выше десятилетней Лу, весь седой и в костюме, который она точно не смогла бы оценить по достоинству. Поздоровавшись, он пригласил её присесть и отведать фрукты, налил вина ей и себе саке, которое употребил по назначению, не дожидаясь пока она возьмёт бокал с вином. Лу ни когда до этого не пила вина, поэтому первый глоток она сделала нерешительно, даже украдкой, но после она почувствовала на языке не забываемый вкус винограда и густую терпкость послевкусия. Пока Лу восхищалась вином, седой китаец начал снимать с себя одежду чередуя каждый предмет гардероба с шотом саке, при этом казалось, что он специально снимал отдельно каждую запонку. Когда на кресло лёг брючный ремень, лицо китайского магната напоминало помидор, на который какой-то шутник положил седой парик.

- Можешь приступать к своим обязанностям девочка - доброжелательным голосом сказал он и подошёл к ней в одних трусах. Опустившись перед ним на колени, она начала было снимать с него трусы, как вдруг старое тело мешком свалилось на неё. Сначала, она не поняла, что происходит и хотела изобразить один из приготовленных "вздохов вожделения", но быстро поняла, что старое тело не реагирует на внешние факторы. Выбравшись из под тела, она как честный человек сначала проверила у него пульс и только убедившись в его отсутствии внимательно осмотрела карманы лежащего на кресле костюма. В них она нашла 1300 евро, паспорт и ключи от автомобиля с шильдиком мерседес, взяв причитавшиеся ей 300 евро и 500 за компенсацию морального ущерба и 500 за не исполненные обязательства, Лу спокойно вышла из гостиницы, предупредив администратора, что её дедушке стало плохо. В аэропорту оказалось, что билетов до Рязани нет, но она не расстроилась и решила лететь в Пекин, а оттуда на поезде двинуться в Рязань.

Пекин встретил её яркими огнями, огромными горящими экранами и нескончаемым, как ей показалось транспортным потоком, а как только она села в такси к новым ощущениям прибавится ещё старый знакомый - голод. Решив удалить его как можно быстрее, она попросила автоматическую систему такси довезти её до ближайшей закусочной. По иронии судьбы эта закусочная находилась напротив военкомата, на стене которого с огромного плазменного билборда красивая маленькая китаянка в форме сообщала, что проходит осенний набор в кадетский корпус города Гуанчжоу им. Мао. Дожевывая шаверму со свининой в кисло-сладком соусе, она поняла - это судьба. Последующие три года она с головой погрузилась в жизнь китайской армии. Лу понравилось заниматься кунг-фу и стрелять, а вот маршировать и заниматься выживанием где-то в лесах не очень, что и сыграло основную роль в её дальнейшей жизни. По прошествии 3 лет ей это надоело и она реши бросить всё и искать свое место в жизни, но куда податься юной филиппинской девочке в Пекине она не понимала. Выход нашёлся, как обычно, сам по себе. Зайдя в бар "жемчужина династии Минь" и заказав себе фанту и "бурито с королевскими креветками под соусом госпожи Чен" она увидела за столом напротив человека, которого сложно было не заметить. Он в среднем на полторы головы был выше всех присутствующих, его гладкая голова напоминала ей восход солнца. Она подошла к нему и спросила

- У вас занято? - На что он ответил что-то на не ясном ей языке. Пришлось повторить на английском и французском, но и это не дало результатов. Отправившись к барной стойке в расстроенных чувствах она заказала себе самый крепкий какой только был в этом ресторане коктейль и выпив его на половину решила попробовать добиться цели по другому. Лу, даже удивилась самой себе, как это она сразу не догадалась поговорить с барменом! Бармен, в свою очередь, был общительный и рассказал ей всё, что знал. Он поведал ей, что этот длинный человек, по всей видимости говорит по-русски и приходит сюда уже четыре дня, заказывает жаренную картошку, сыр и шесть банок пива.

- Честно говоря, я плохо знаю русский - Сказал бармен протирая стакан

- А ты можешь спросить у него не ищет ли он себе девушку? - Мягким и ублажающим слух голосом попросила она

- Нет, я уже предлагал ему каталог девочек на часы,- грустным голосом ответил бармен - но он сказал, что ему нужна навсегда.

- Тогда продай ему меня навсегда! - Воскликнула Лу Синь.


## Глава 7. Ночь

Чёрная бездна бесконечного внутреннего космоса заканчивается в тот момент, когда открываются глаза, кто-то считает, что спал в эту ночь без снов, другие списывают это на забывчивость, а как оно было на самом деле, узнать вряд ли получится. Михаил спал без снов, сказывалась усталость после смены, ведь в обычную ночь, да ещё и после почти трех литров пива, сны были бы яркие и красочные, но сегодня это был просто чёрный и бесконечный космос, беззвучный, бессмысленный и бесконечный. Вначале в чёрной бездне появились звуки, сначала тихие, сродни белому шуму, потом они начали складываться в нечто осмысленное, а мозг постепенно начал осознавать, где находится. Открывать глаза совсем не хотелось, поэтому не размыкая век Михаил проговорил своим обычным, полным недовольства, голосом:

- Вер, когда ты наконец закончишь тырить мои сигареты!

В комнате послышался громкий и глухой удар, сменившийся высоким, немного испуганным, но в то же время приятным женским голосом:

- Ай, блин! Ой, папа, а ты чего не спишь? - голосом полным удивления сказала старшая дочь.

- Как тут спать, когда ты грохочешь, как стадо оленей в стеклянном гробу - медленно открывая глаза и поворачивая голову в сторону звука.

- Ну пааап, - тихим шёпотом и интонацией маленькой девочки проговорила Вера. В мягком свете луны пробивавшемся через окно были видны лишь изящные очертания тела, прекрасная улыбка и ярко блестящие глаза.

- Ты чего как поздно? - Пробубнил Михаил дочери - и сколько сейчас времени?

- Двадцать три, тринадцать - с небольшой паузой, взглянув на часы, сказала девушка и добавила уже быстрее, будто пытаясь установить рекорд скорости произношения предложений - так что там с сигаретами?

- Ох - выдохнул Михаил - ладно, пошли, на балконе покурим.

Небрежно отбросив одеяло и воткнув ноги в пытавшиеся увернуться от них тапки, он натянул на себя майку-алкоголичку и жестом пригласил дочь проследовать за ним на балкон. Вера не высоко подпрыгнула, беззвучно захлопав в ладоши.

- Не йорничай - Пробубнил не поворачиваясь Михаил.

- Не буду - довольным шёпотом проговорила она с тихой трусцой побежав за отцом.

Зайдя на балкон, Миша сел в огромное старое кресло, по виду которого было понятно, что его не убирали отсюда. Вера, положив под свой крепкий зад предусмотрительно захваченную с собой газету, села в позу близкую к лотосу и описав странный жест рукой, вытянула раскрытую ладонь вверх. После непродолжительного ожидания, Михаил положил в ладонь сигарету, сопроводив это полустарческим бухтением:

- В 19 лет, пора бы и свои иметь

- Спасибо папочка - с явной иронией произнесла Вера.

Сделав пару длинных и медленных затяжек, как бы невзначай, он продолжил:

- Чего у тебя с экзаменами?

- Да всё хорошо - спокойно и грациозно выпустив дым, сказала она

- В прошлом году, ты говорила так же

- В прошлом году у меня был Жан, а в этом нет - тоном недовольной учительницы произнесла Вера - а в этом только учебники, весна и немного клубов.

- Золотые слова, Вера Михайловна!

Только возникнувшая пауза исчезла так же быстро, как и образовалась.

- Ты во сколько уезжаешь?

- Ну, если сейчас 23 где-то 30, то через час

- А чего так рано?

- Географию учи, нам ехать восемьсот километров

- А когда вернешься?

- Как пойдёт, останешься за старшего, так что...

- Да, да, да... Я в ответе за все "косяки" - грустным голосом протянула Вера.

Выйдя с балкона, она крадучись пошли на кухню, пытаясь не шуметь, что получалось не очень. Поставив чайник и соорудив несколько бутербродов, Михаил позвонил в де Бошир Диме, трубка была выключена. Вот же засранец, придётся будить или загружать бесчувственное тело, хорошо что еду на скорой, может откачаю подумал он. Быстро съев два бутерброда и завернув оставшиеся пять в дорогу, Миша оделся и пошёл за машиной в гараж станции скорой помощи. Улицы были пусты и производили впечатление покинутого всеми города. Проходя мимо главного входа, он увидел знакомое очертание. Человек в белом халате спокойно курящий на лавке.

- Доброй ночи, Викто'р - с сильным русским акцентом на английском произнёс Михаил - я за машиной.

- Привет Михаель - отозвался человек в белом халате - ключи на стойке у входа.

- Спасибо, все нормально?

- Да, вроде ничего, в кардио отделении все живы, в остальных тем более - Явно настроившись поговорить ответил Викто'р и без паузы продолжал рассказ - ваши со скорой сегодня привезли пару инсультников, вовремя. Дед один из онкологии домой ушёл, ни кого не предупредив, а у меня бутылка каберне куда-то пропала, а ещё мне жена звонила, сказала, что беременна. У тебя как?

- Поздравляю - пробухтел Михаил, - я пошёл, а то дорога дальняя, с машиной всё нормально?

- Да, с утра проверяли, сразу как ты ушёл. Она конечно списания, но в ней даже что-то из оборудования не сняли, так что аккуратнее.

- Спасибо - так же немногословно продолжил Михаил и поспешил уйти в гараж от надоедливого коллеги.

- Учи французский, Михаель, может на административную работу перейдешь!

- Мне и тут хорошо - преодолев расстояние до гаража со скоростью чемпиона мира по бегу на короткие дистанции.

Забрав ключи и сев в машину, он проверил страховку и поехал забирать Дмитрия.


Фары разрезали ночную тьму на две части и создавалось ощущение, что за пределами их света мир обрывается и начинается необъятный космос в котором какой-то дьявольский шутник, а может и лично хозяин подземного бухенвальда, поставил дорожные знаки. Через не продолжительное время в свете фар появился средних размеров двухэтажный деревянный дом. Остановив машину и не успев открыть дверь, Михаил увидел на крыльце небольшой силуэт в лёгкой ночнушке. Вот ведь чертова девка, с приятным уважением к Люсинде подумал он, смотря как та незаметно убирает в кобуру небольшой walther.

- Здравствуй Boss man! - Прокричала филиппинка - госпотина спать на диван в прихожей, мне его не разбудить!

- Ясный хрен - пробормотал Миша подходя к крыльце - сколько в нём?

- Почти один абсента - Немного задумавшись ответила Люсинда - но это после заката.

- Мда, ладно, всё равно заберу, в машине отоспится.

Зайдя в дом и не очень аккуратно закинув почти голое тело хозяина дома на плечо, Михаил отблагодарил услужливую филиппинку и понес его к машине. Усадив его на пассажирское сиденье рядом с водителем, он аккуратно накрыл его простыней, предусмотрительно захваченной из дома, после чего пристегнул ремнями безопасности и проверил не болтается ли тело в них. Из дома выбежала Люсинда и протянула Михаилу пакет:

- Его одежда и миллер - учтиво сказала она.

- Спасибо, ты молодец - с не скрываемой благодарностью в голосе ответил он.

- До свиданий Boss-man! - крикнула на прощание Люсинда и скрылась внутри дома.


## Глава 8. Чё за хрень?

Круизный лайнер размером с большой небоскреб штормило так, что люди вылетали за борт. Женщину в вечернем платье унесло за борт, но она повисла на поводке маленькой собачки, которая ещё недавно была у неё на руках, а теперь обхватив лапами, привинченный к полу, стол удерживала от неминуемого краха свою хозяйку. Старого матроса с трубкой и в брюках клёш выбросило за борт сильным ударом не весть откуда взявшимся обломком мачты, и только одна голая официантка с чёрной, как смоль кожей, казалось не замечая качки, ходила по палубе и предлагала терпящим бедствие прохладительные напитки, пиво, "ну или отсосать, если вам больше ни чего не нужно". Дмитрий, из де Бошира, тщетно пытался подозвать её, но она почему-то упорно его не замечала. Он даже начал искать чем бы в неё кинуть, но, как на зло, под руку ни чего не попадалось. Жутко хотелось пить, Борг сделал несколько жадных глотков из накрывшей палубу волны, но они не принесли желанного удовлетворения, за то на палубе появилась русалка, которая отбивала хвостом ритм AC/DC highway to hell. Чё за хрень, подумал Дмитрий, да она же не попадает в ритм! Вдруг из динамика, хотя может это разверзлись небеса, прогремел громкий голос с явным сарказмом: Проснись пьяница! Голос, как понял он принадлежит его другу Мише. Странно, подумал Дмитрий, если боцман тут, на корабле, то кто же нет встречать Димаря? Давай просыпайся синяя ты тварь! Вновь прогремел голос, после чего корабль вдруг куда-то исчез, а на его место пришла головная боль.

Мысли находились в постоянном броуновском движении и в их хаосе поймать как-либо было не возможно.

- Чё за хрень? - Выудил первое что пришло в голову Дмитрий, посмотрев на недовольное лицо Михаила

- Пить надо меньше - пробурчал Миша не отрываясь от дороги - там тебе подарок в пакете

- А чё я в простыне? - рассматривая себя и салон скорой красными и заплывшими глазами спросил Дима.

- В чём был, в том и забрали, пьяница

- Чё за хрень? Башка отваливается, давай остановимся у заправки, мне надо поправить здоровье.

- Открой пакет - настойчиво и с широкой улыбкой проговорил Миша.

На поиски одиноко стоящего на полу пакета ушло чуть больше времени, чем на исследование его содержимого. Наткнувшись на банку миллера, он просиял так сильно, что даже летнее солнце было не столь ярким.

- Мишаня! - Быстро и с громким пшиком открыв пиво, проговорил Дмитрий - ты просто прелесть - сделав огромный глоток, как-будто это был первый глоток после пешего пересечения Сахары - будь я прекрасной дамой, я бы тебе даже отсосал!

- Больно надо, ты своим перегаром убьешь не только желание, но и сожжешь всё вокруг.

По прошествии десяти минут, когда банка была опустошена и смята, Дима почувствовал облегчение. Порывшись в пакете и извлеча из него шорты и майку, он часа одеваться.

- Мы где сейчас? - пытаясь воткнуть ноги в шорты в ограниченном пространстве спросил Борг.

- В машине скорой помощи - невозмутимо ответил Миша.

- Я имел в виду территориально, не издевайся.

- По дороге в Париж, Димарь приезжает, ты помнишь?

- Конечно, кстати, у тебя не завалялось ещё пивка?

- Есть капельница, могу прокапать

- Не, я лучше ещё пивка

Неожиданно в за перегородкой, которая вела в медицинский отсек машины, что-то с грохотом упало.

- Блин, чё за хрень? Я чуть кирпичей не навалил! - воскликнул Дмитрий

- Наверное что-то из аппаратуры упало, мы же на списанной скорой едем - недовольно, своим обычным тоном, проговорил Миша - сейчас остановимся, закрепим.

Включив указатель правого поворота, он начал плавно перестраиваться в направлении обочины. Сзади в машине продолжало греметь. Остановившись у ближайшего поворота к населенному пункту они вышли из машины и подошли к задней двери. После не продолжительной борьбы со старой ручкой, Михаил открыл дверь и они вместе с изумлением увидели невысокого старика с длинной, местами поседевшей бородой, бакенбардами и лысиной, одетого в больничный халат.

- Это чё за хрен Миш?

- Хер его знает, ху ар йу?

Дед, почесав свой затылок с пышной шевелюрой, смотрел на них таким взглядом, как будто увидел Гитлера в компании рептилойдов и люминатов.

- Хау из йо нейм, дед? - Громко и пытаясь проявить одновременно доброжелательный и грозный тон пробасил Миша.

После этого лицо старика озарила улыбка, которой обычно улыбаются своим давним знакомым с которыми давно не виделись и проговорил с интонацией, с которой обычно рассказывают анекдоты про евреев:

- Молодые люди, таки вы можете говорить на русском, я вижу с ним у вас лучше чем с остальными.

- Ты какого хрена здесь забыл? - Сказал Миша

- Ты ваще кто? - удивлённо проговорил Дима.

- Меня зовут Соломон Моисеевич, молодые люди и я тут спал

- Хорошо, пойдём другим путем, - недовольно буркнул Михаил - какого лешего ты делаешь здесь?

- Вы что, плохо меня слышали, я здесь сплю.

- Почему ты спишь именно здесь?

- Таки вы хотите выслушать всю историю моей длинной жизни?

- Я думаю нам хватит и последних дней - грозно гаркнул Миша.

- Не кипятитесь так, молодой человек, все болезни от нервов

- Спасибо что просветил, давай, выкладывай.

После этого тоном старого раввина Соломон Моисеевич рассказал краткую историю своей не лёгкой жизни, периодически прерываемый и подгоняемый Михаилом. Из рассказа они узнали всю его многострадальную жизнь, а главное, что последний год он лежал в онкологическом отделении больницы при которой находилась станция скорой помощи, с неоперабельным раком, а вчера ему до смерти надоело там находится и он прихватив с собой бутылку каберне решил уйти куда угодно, лишь бы не видеть жёлтых стен и не нюхать больничный запах. Перед тем, как идти "куда глядят глаза", он решил, что надо бы открыть каберне, ведь под шафе идти туда намного продуктивнее, но не мог ни где найти штопор, поэтому он решил залезть в машину скорой помощи, где, о чудо!, лежал в бардачке штопор. Прихватив его с собой, он переместился в медицинский отсек, ведь там была кушетка и не было окон, что давало ему преимущество, если его начнут искать. Когда каберне подошло к концу, он с ощущением грядущего путешествия лёг спать, а проснулся только что, упав с кушетки вместе с пустой бутылкой каберне.

- Теперь, молодые люди, когда вы всё знаете, может, мы с вами заедем поесть? - Благожелательным тоном старого раввина сказал он - а ещё, я с превеликим удовольствием, вкусил бы таки пару бокалов шардоне за ваше здоровье.

- Хрен с тобой, - сказал Миша, - садись с нами в салон и не отсвечивай. Я тоже голоден.

- А я бы употребил пару пива - мечтательно проговорил Дмитрий

- Премного благодарен вам, молодые люди, кстати, куда вы держите свой путь?

- В Париж, на вокзал

- Прекрасно, я был бы очень вам признателен, если бы вы взяли бы меня с собой.

- Да не вопрос, но сначала на заправку - повеселев от предвкушения пива и картошки фри, выговорил Дима.

Путь до заправки они проделали без происшествий, Дмитрий по-хозяйски выдал старику потрепанную форму сотрудника скорой помощи, которую он нашёл под сиденьем. Выходя из машины старик забрал вынул из бардачка отвертку, на вопрос мишы "нахрена тебе старый она нужна?" лишь улыбнулся и произнёс что-то вроде "таки молодой человек, я же не спрашиваю вас откуда берутся дети?".

Полностью автоматизированное кафе работало круглосуточно, лишь изредка прерываясь на обслуживание и пополнение пищевых запасов. Подойдя к огромному дисплею заказа они начали выбирать себе пищу из обширного меню. Дмитрий сразу полез в раздел алкогольные коктейли и пивные напитки, Михаил же с нескрываемой завистью выматерился заказывая кофе и шашлык и овощную нарезку, старик ушёл в туалет.

- Выбирай быстрее, Борг, жрать охота! - Сказал Миша,

- Да я не знаю, тут хрень какая-то, всё потухло

- Ну блин, поели называется - огорченно произнёс Миша, и не успел он выматериться, как экраны вновь зажглись. В зале появился дед:

- Молодые люди, я буду шардоне и котлеты "по-киевски"

- А деньги у тебя на них есть, старый? Мы не подаём по пятницам. - Грубо ответил Миша.

- Не ссы дед - обнадеживающе сказал Дима - со мной пива с картошкой погрызешь, если не брезгуешь.

- Молодые люди, я конечно сто раз извиняюсь, но я бы хотел таки выпить шардоне, съесть свежую котлету по киевски и угостить вас всем что вы захотите - невозмутимо сказал старик, поправляя на голове медицинскую шапочку - тем более всё бесплатно, - тем же спокойным голосом продолжил он - и кстати, Михаил, можете таки забрать вашу отвертку, я тут кое-что покрутил, но она таки в полном здравии.

Взглянув на дисплей, они убедились, что на всех продуктах стоят нулевые цены, а так же рядом с названиями появилась графа остатки, показывающая доступное количество выбранного блюда.

- Охренеть - только и смогли выговорить друзья. От души поев и поправив здоровье они прихватил с собой в дорогу ещё несколько бутылок вина, ящик пива и четыре бутылки ирландского виски. Им оставалось ещё примерно четыреста километров до пункта назначения.


## Глава 9. Очищение.

Пробуждение прошло на редкость хорошо, особенно если принять во внимание количество выпитого виски и пива при почти полном отсутствии закуски. По прошествии нескольких минут, когда сознание полностью вернулось, всплыли воспоминания прошлой ночи, виски, марта, голая грудь. Это же надо было не понять, хотя как? Сразу лезть в трусы? Так можно и по морде получить раньше. Хотя, как любил говорить Борг, главный любитель зайти к подругам через "чёрный ход", что девочка, что мальчик, какая в попу разница? Ну говорил и говорил, сам-то он, вроде, с мужиками не мутил и был отъявленным гомофобом. Нет, всё-таки похмелье даёт о себе знать, мысли путаются.

Из размышлений его вырвал громкий звонок, оповещающий, что пришло новое сообщение. Это писал старший сын. Суть письма сводилась к тому, что пришли результаты госэкзамена в военной академии, а так же место распределения. Экзамены были сданы на отлично, а распределение обещало быстрый карьерный рост. Воинская часть в которую был назначен Максим находилась на постоянной дислокации в Алжире, где на сегодняшний день не планировались не боевые действия, не расформирование. Генерал был рад за сына и уже думал под предлогом проверки медицинской боеготовности части съездить повидаться с сыном. Надо бы прихватить ему какого-нибудь крутого французского пойла, думал Дмитрий, что-нибудь из урожая восемьдесят шестого года вряд ли будет ему по карману, но на двадцатилетнее шато марго должно было хватить. К своим 42 годам генерал успел обзавестись четырьмя детьми и двумя женами, сыновья все как один хотели быть военными и только младший Роберт в силу своего не большого возраста мечтал стать милиционером. Мысли о семье изменили выражение его лица на более доброжелательное. Не вставая, он запустил руку в дорожную сумку и выудил из её недр оказавшуюся последней банку пива. Сделав глоток и посмотрев на часы он с удивление обнаружил, что времени всего лишь восемь утра, но уже со следующим понял - часы автоматически перевелись в нужный пояс. За то не придётся перестраиваться на новое время, подумал он. После не уверенного стука дверь открылась и в неё вошла Марта.

- Доброе утро - приятным голосом без тени вчерашних событий сказала она - что вы хотели бы на завтрак?

- Доброе - стараясь не думать о её груди, ответил он - есть варианты?

- Конечно, меню у вас на столе.

- Что-нибудь на ваше усмотрение - не поднимая меню сказал он - и можно пива?

- Конечно, всё уже включено в стоимость билетов, приятной поездки, до прибытия шесть часов двадцать три минуты.

Исчезнув в двери, Марта оставила в память о себе приятный запах и противоречивые воспоминания, чтобы отвлечься от них Дмитрий решил пролистать меню. После описания блюд и предупреждений о порче имущества он наткнулся на страницу с дополнительными услугами, оказалось, что в пользовании пассажиров находился вагон-сауна. Это привело генерала в неописуемый восторг. В три глотка допив пиво, он решил воспользоваться этим заманчивым предложением. Аккуратно упаковав форму и одев лёгкий тренировочный костюм adidas с большой эмблемой изображавшей пирата на спине, он вышел из купе в поисках заветной цели. Искать пришлось не долго, буквально через два перехода он зашёл в полностью обшитый не дешёвыми пластиковыми панелями "под не строганный брус" вагон, где предусмотрительно находились ящики с кодовым замком для одежды. Стянув с себя костюм и майку, он ненадолго задумался снимать ли трусы, но оценив то, что времени всего восемь, решил не париться и оставил их тоже в ящике. Зайдя в помывочное отделение и в осмотрев его в полной тишине он нашёл сухой веник и даже холодильник с квасом, который судя по штрих коду на этикетке был недельной давности. Положив веник отмачиваться в ведро и взяв одну из пластиковых бутылок кваса с собой, он зашёл в парилку. Жар принял его в свои тяжелые объятия нежно и уже через минуту он почувствовал, как с потом из организма выходит вся гадость, которая копилась в нём с последнего посещения подобного заведения. Торопиться было не куда, поэтому Дмитрий решил как следует очистится, чтобы по приезду с новыми силами начать немного скомкано начавшийся отпуск.

Когда он третий раз зашёл в парилку, температура уже не казалась запредельной, а сердце работало ровно и стабильно. В моечном отделении послышалась возня и через несколько минут в парную зашла девушка с полотенцем в руках.

- Sorry - Немного голосом полного смущения произнесла она

- Да ничего - не сразу подумав, что его могут не понять ответил он - я могу уже заканчивать

- Все нормально, это просто от неожиданности - сказала девушка расправляя на полке своё полотенце - вы меня не смущаете, надеюсь я вас тоже?

- Конечно нет, всё нормально

Она села на аккуратно расстеленное полотенце и предстала Дмитрию во всей красе. Девушка была темнокожей, но не чёрной, как смоль представительницей южноафриканского континента, а насыщенного коричневого, как молочный шоколад цвета, на вид ей можно было дать не более тридцати лет, а её спортивное телосложение было свойственно приверженцам лёгкой атлетики.

- А вы хорошо говорите по-русски - заметил Дмитрий

- Ещё на английском, французском и немецком - с гордостью заявила она - а вы?

- Да я только на русском и английском - чуть грустно сказал он - и то английский не так хорошо как хотелось бы

- За то вы в хорошей форме - подбодрила она его - кстати, интересное у вас тату, вы врач?

- Ну да, хотя не сложно было догадаться, вряд ли милиционер стал бы делать татуировку врача - с лёгкой иронией в голосе ответил он - а вы?

- Я - с небольшой паузой и явным смущением ответила прекрасная незнакомка - учитель, преподаю языки, наверное тоже не сложно было догадаться

- Ну вы больше похожи на спортсменку, чем занимаетесь?

- Аэробика, йога, фитнес, всего по немногу - с широкой улыбкой поведала учительница - как вас зовут?

- Дмитрий

- А меня Мишель, рада знакомству! - Быстро проговорила она и подала ему свою руку. Обменявшись не крепкими рукопожатиями Дмитрий заметил, что у неё достаточно крепкая рука, а взгляд его упал на оголившуюся аккуратную грудь, а после опустился к тонкой полоске волос, которая вела ниже к самой сокровенной части женского тела. Быстро отведя взгляд в сторону, он подумал, что, наверное, не стоит так откровенно пялиться в бане на тело незнакомой женщины. Мишель этого не заметила, хотя возможно просто решила не показывать свою внимательность.

- Вы едете в Париж на работу или отдыхать - абсолютно обыденно спросила она, когда он галантно пропустил её вперёд выходя из парилки

- В отпуск, к друзьям, - не упустив возможность лицезреть её голой сзади ответил Дмитрий - они в основном тоже врачи, дружим можно сказать с детства.

- Как это здорово - искренне восхитилась она - достаньте мне пожалуйста что-нибудь из холодильника - как бы невзначай попросила она.

Их беседа шла достаточно интересно, если не сказать увлекательно. Он поведал ей несколько старых институтских баек, опустив конечно своё военное происхождение, а она много смеялась и через час их совместных парных мероприятий они закрыли моечное отделение изнутри. Их губы слились в долгом и страстном поцелуе, а он посадив Мишель на край мойки яростно вошёл в неё. Больше не было его и её, было одно целое, единый организм двигавшийся в невообразимом и распутном танце по банному вагону. Дмитрий старался так, что казалось он хочет реабилитироваться перед собой после посещавших его мыслей о близости с проводницей Мартой. Когда всё закончилось, динамик общей связи поезда объявил, что она прибудут в Париж через один час пятнадцать минут. Медленно одевшись и неловко молча, как оно всегда бывает после мимолетной страсти между почти не знакомыми людьми, они попрощались.

Придя в свое купе с чувством полного очищения организма, Дмитрий съел уже успевшей остыть завтрак, убрал все пустые бутылки и обертки от конфет в мусорный пакет, а после с полной готовностью начать отпуск заказал себе ещё пива в баре. Ещё немного и отпуск начнётся.


## Глава 10. Прибытие

Старый еврей, размахивая руками в одной из которых была крепко зажата начатая бутылка шардоне, сидел в пол-оборота на кресле машины скорой помощи, облокотившись на дверной подлокотник и возбуждено вещал изображая радиостанцию "свободное радио Освенцима":

- Так вот, молодой человек, вы ещё явно не находитесь в том возрасте, в котором можно говорить о каких либо ограничениях в разгульной жизни! Вы, Михаил, таки думаете, что надо беречь здоровье и укрощать свои низменные желания, а я вам скажу, что это ни чуть не хорошо.

- Я такого не говорил

- Нет, таки вы сами сказали мне, Соломон Моисеевич, как ты можешь бросить всё, жену, детей, любимую палату и пуститься в пешее путешествие на острова Фиджи? - Прикладываясь к бутылке вина повествовал дед

- Слышь, дед, я просто спросил, "чё тебя дернуло свинтить из больницы" - голосом, полным негодования произнёс его собеседник.

- Я таки не много расширил, не расстраивайтесь, просто когда умерла моя любимая Цилечка, я сказал себе, Соломон, соберись, будь мужчиной, не важно таки кем ты был все предыдущие 56 лет, сейчас ты должен, как Зохан резко и кардинально сменить всё!

- Зохан стал парикмахером - щурясь на теплом солнце и ловя свежий ветер из открытого окна сказал Борг - а ты дед скорее наоборот.

- Это не важно, главное, что вот он я - делая большой глоток вина громогласно, как на воскресной проповеди в баптистской церкви провозгласил старик - перед вами таки новый Соломон Моисеевич, кстати, а вы пробовали кокаин?

- Только не говори, что ты ещё и нычку с коксом нашёл на заправке - с лёгкой иронией в голосе буркнул Миша.

- Так и нет, но чем чёрт не крутит свои пейсы? У меня, молодые люди, рак, а это почти как полная индульгенция у христиан!

- Католиков - коротко сказал Дима сделав небольшой глоток пива - хотя честно говоря, похуй.

- Я с вами тысячу раз полностью и безоговорочно соглашусь - веселым, от количества выпитого и явной возможности поговорить, голосом продолжал дед - если положить руку на мои седины и поклясться всеми девственницами мира, я вам скажу, что Соломон Моисеевич, ни когда не был приверженцем религиозного развития.

- Да ладно, - с громким басовитым смехом сказал Михаил - ты себя в зеркале видел? Если нет, посмотри, там тебе, по другую сторону раввин скажет, что ты похож ни хрена не на фею Вимкс.

- Зря вы так иронизируете, мой милый мальчик. Вы можете спросить меня, Соломон, а почему ты тридцать лет своей никчемной жизни проработал в сервисном центре по обслуживанию бытовой техники? И я не смогу ни чего тебе ответить, но если ты спросишь меня, а почему Соломон Моисеевич ты выглядишь словно раввин, я таки смогу на это ответить! - словно находясь на трибуне перед избирателями, со своим обычным акцентом, говорил дед, после чего молча повернулся к открытому окну и под стал допивать вино. Повисло молчание, которое через несколько секунд нарушил Дмитрий :

- Ну и?

- Что и? - Изумился дед

- Почему?

- Что почему?

- Почему ты выглядишь как равин?

- Мне просто нравится так выглядеть

- Блин, дед, да ты пьян! - провозгласил Дмитрий и они с Михаилом загоготали.

По мере приближения к городу следуя неизменной аксиоме дорожного движения трасса начинала наполняться машинами, чем ближе к городу тем больше машин. Скорость начала снижаться, а после того, как справа на обочине мелькнул знак, указывающий на то, что они въехали в город, и полностью упала до нуля.

Во всех крупных городах пробки похожи, сколько бы ни было полос, две или шесть, всегда найдутся несколько типов водителей. Одни будут просто стоять на своём месте, лишь изредка продвигаясь в такт возобновившемуся движению, как ветка, упавшая в реку, полностью завися от течения. Другие будут пытаться прорваться между рядами первых, втискиваться в едва появившиеся узкие щели и яростно перестраиваться между рядами. Третий и последующие типы это лишь комбинация из первых двух, удачливость которых зависит лишь от опыта, умения предвидеть действия ближайших машин и остроты зрения. И кто бы из них, что бы не говорил, но в момент, когда от жары или просто от усталости сдают нервы, даже самый терпеливый, опытный и законопослушный водитель может вести себя, как последний баран.

Все находящиеся в салоне скорой люди изнывали от жары, не спасали ни наспех закрытые окна, не включенный на полную мощность кондиционер, не даже холодное пиво. Вспомнив напутствие жены и заочно попросив у неё прощения, Михаил включил мигалки и звуковой сигнал. Машины начали не хотя перестраиваться вправо, пытаясь пропустить скорую, но получалось это с трудом, если получалось в общем. Через 20 минут толкотни и гудения, Михаил решился на отчаянный шаг, он показал правый поворотник и направил машину к обочине и тротуару, пытаясь разрезать забитую многополосную дорогу, как мясник рассекает острым ножом крепкую баранью плоть. Преодолев, в страхе перед неминуемым тараном пытающихся броситься в рассыпную встречные машины, скорая помощь, штурмом взяв барьер в виде поребрика вскочила на тротуар. Проявив всё своё водительское мастерство, Михаил всё же задел крепко выросший в землю знак, предупреждающий о запрете остановки.

- Твою мать! - выругался Миша

- Е-Хей! - заверещал чуть не прыгающий от радости Борг - как на танке!

Прохожих на тротуаре почти не было и это являлось обнадеживающим фактором для всех находящихся в машине людей. Резко объехав застывшую с выражением испуга на лице молодую девушку, они услышали до боли знакомую мелодию из старого советского фильма, оповещающую о входящем звонке у Дмитрия.

- Алло, Дмитрий у аппарата - приняв звонок, громогласно воскликнул в трубку Борг. Михаил же в это время, решив проверить состояние напуганной девушки, посмотреть в заднее стекло слишком поздно услышал голос старика:

- Уважаемый водитель, таки вы видите что спереди полиция?

Машина не успев сбавить скорость, всей своей не малой массой влетела в заднюю часть полицейского рено. Звук удара и бьющегося стекла всем своим разнообразием поведал присутствующим о том, что повреждения оказавшейся в не самом благополучном месте полицейской машины огромны. Мат Михаила заполнил всё пространство внутри салона, слова сплетались в причудливые выражения и обрастали дополнительными подробностями как о присутствующих, так и о тех кто находился снаружи.

- Что там у вас такое - проговорил голос в трубке

- Да всё нормально, Саш - проговорил Дмитрий - небольшой инцест, точнее инцидент. Ты чё, когда будешь?

- Да я уже на такси из аэропорта еду - обычным голосом проговорил собеседник - а там на фоне чё, Миша материться?

- Аха, есть немного, давай до встречи, а то тут менты идут - проговорил Дима и положил трубку.

К машине действительно подходили двое стражей французского правопорядка, а Миша уже вылезал из машины скорой помощи им навстречу. После не долгого разговора и проверки документов, всех троих под дружный мат забрали в отделение.

Сидя в купе, за полчаса до остановки поезда, всегда приходят мысли о субъективном восприятии времени. Дмитрий привык к ним, они уже стали ему привычны и даже казались неотъемлемой частью начала отпуска. Особенно приятно предаваться таким раздумьям было после пары банок пива, сауны, хорошего завтрака и задорного секса. Он находился в приподнятом и полным предвкушения состоянии. Когда поезд остановился, он вышел на перрон и закурив осмотрелся, пытаясь найти в толпе людей знакомые очертания и движения. Тщетно. Достав из кармана телефон он с удивлением обнаружил два не отмеченных вызова, после чего выключив беззвучный режим набрал номер Борга. Абонент, судя по безразличному голосу девушки, был в не зоны доступа. На экране зажглось оповещение о втором вызове, в котором было написано Александр Сотона.

- Привет, Саш - приняв вызов сказал Дмитрий - вы где?

- Привет Димарь, я у центрального входа, жду тебя на такси - делая небольшие паузы между словами, делая всю речь немного равной проговорил Саша

- А чё Борг с боцманом?

- У них там какая-то хреновина произошла, они в отделении.

- В каком отделении? - удивлённо спросил он

- Полиции, так что давай иди к выходу, поедем вызволять.

- Иду - чётко как будто находясь на службе сказал Дмитрий, ища глазами указатели с направлением движения к выходу. Как только путь стал ясен, Дмитрий перехватил поудобнее сумку и перейдя на быстрый шаг устремился к нему. На выходе его уже ждал Александр, на нем была боксерская майка без рукавов с надписью "black metal" из под которой были видны большие руки, на ногах были короткие шорты adidas и кожанные сланцы. Коротко поздоровавшись и крепко обняв друг друга они сели в машину с шашечками.

- Чего там у них случилось?

- Да кто их знает, Борг сказал, что их везут в отделение и отключился, теперь абонент не абонент.

- Ладно, разберемся, они в каком отделении?

- Так в полиции

- Я понял, что не в цирке, в каком именно?

- Э-э-э... Я не спросил.

- Ладно разберёмся в ближайшем, там скажут, надеюсь они с документами были.

Дорога до ближайшего отделения полиции заняла не более пятнадцати минут, за которые Дмитрий успел переодеться в генеральскую форму, которая обычно действовала на служителей закона, если не устрашающе, то хотя бы заставляла проявлять уважение. Прибыв в отделение полиции и до смерти напугав своими большими погонами молодого дежурного, они еле смогли узнать, что их друзья находятся в третьем отделении, а задержали их якобы за нападение на сотрудников при исполнении, нарушении прав дорожного движения и нарушение общественного порядка. После чего, перебравшись на такси в нужное отделение, на них обрушилась вторая не удача - дежурного офицера не было на месте. Как им смог объяснить заикающийся от удивления и смущения перед генералом молодой полицейский, сегодня первый день когда на работу выходит майор Дюфрейн, а лейтенант Де Бюсси уже сдал часть и ушел отсыпаться после суточной смены. Гневный командный голос в сочетании с генеральскими погонами, ожидаемо не помог, но попытаться стоило решил Дмитрий. Из глубины коридора раздавалось эхо голосов боцмана и Борга, которые каждый на свой лад пытались петь на русском языке известную им с детства песню "хоп мусорок, не шей мне срок". Только бы тут ни кто не знал русский, подумал закипая от невозможности что-либо сделать Дмитрий. За три часа ожидания и бездействия Дмитрий успел выпить три кружки кофе, а Александр перешёл на алкогольные коктейль с непонятным названием и ещё менее понятным цветом. Они отошли в сторону и закурили встав спиной к отделению. На третьей затяжке они услышали тихие шаги и не успев повернуться приятный женский голос.

- Это ваши друзья, генерал, шалят в моём отделении?

Резко повернувшись на сто восемьдесят градусов, Дмитрий не смог удержать в зубах сигарету. Перед ними стояла темнокожая майор полиции с небрежно висящей под рукой открытой портупеей из которой была видна рукоятка табельной беретты, черты лица майора были ему прекрасно знакомы.

- Майор Мишель Дюфрейн, а вы господин генерал, видимо Дмитрий - сменив тон с удивлённого, на доброжелательный, сказала она, немного язвительно выделив слово "генерал". Начало отпуска преподносило всё новые сюрпризы.


## Глава 11. Освобождение

Борг ехал за рулём старенького Армейского Урала, покрашенного в цвета "скорой помощи", на бампер которого был приварен огромный ковш, а вместо пассажирского места был проход в кунг, откуда раздавались весёлые голоса. Вокруг была зима и непроходимый лес, но машина без особых проблем ехала вперёд, деревья, как будто боясь быть задавленными, разбегались в стороны, но их ветки, через открытое окно хлестали Диму по лицу. Немного промедлив, он встал и решил зайти в кунг, машина продолжала ехать сама, как будто находясь на автопилоте. Мысль о том, что у него нет прав и он не умеет ездить пришла позднее, когда он протиснулся в узкий проход между кабиной и жилой частью машины, но не удивила Дмитрия, ведь у автопилота тоже нет прав, но он же водит машину, со знанием дела подумал он. В кунге было уютно и тепло, пол был застелен фанерой, а стены похожи на бетонные, какие были в хрущевках. В правом дальнем от него углу стояла буржуйка, в левом был врезан унитаз, на подобии тех, что он когда-то видел в школе, типа "очко", на стенах висел портрет Ленина, репродукция чёрного квадрата Малевича и фотография спаривающихся бизонов. По середине на полу сидели Боцман, Димарь и белка, с которой они играли в карты. Миша выглядел довольно, его голый торс весь был изтатуирован, как у завсегдатая советских тюрем, на ногах были тренировочные штаны adidas из под которых торчали красные мокасины. Димарь же сидел напротив в майке, к которой были пришиты погоны" и розовых семейных трусах на которых были широкие генеральские лампасы. Только белка выглядела абсолютно обычно, кроме того, что была размером с человека и умела играть в карты.

- Ну что ты фраер не в масть мечешь? - грубо и недовольно пробасил Миша, с тюремной интонацией из плохого анекдота.

- Не кипишуй пацанчик - с той же интонацией сказал Димарь и кинул на пол даму треф - не видишь, у меня пруха канает!

После чего белка положила на пол двух трефовых королей и громким басом произнесла: Рыба!

Странная какая-то игра, только и успел подумать Борг, как всё внимание переключилось на него.

- О! Диман! - Произнесли все играющие одновременно, каждый со своей интонацией.

- Посмотри, там пивасик в краны дали? - Спросил Димарь.

- Не, сегодня же шабат - пробасил Миша - не утруждайся.

- А кто за рулём? - всё тем же басом уточнила белка

Тут Дима почувствовал опасность, ведь автопилот может выключиться на морозе, и резко побежал в кабину.

Заглянув в кабину, он увидел за рулём Александра, который был накрашен как джокер из фильмов о бэтмене, а в зубах у него была зажата папироса.

- Не ссы Борг, нас не догонят, я уже почти оторвался! - Прокричал Саша, будто герой старого фильма о красноармейцах, которые убегали от белогвардейцев - бери пулемёт, надо гусей на ужин настрелять!

Где находится пулемет Дима не знал и почему-то стеснялся спросить. Надо осмотреться, вдруг найду, подумал он и открыл глаза.

Урал и кунг исчезли, за то появился "обезьянник", в котором вокруг Миши и Соломона Моисеевича сидели трое разного вида французов. Михаил вещал:

- Нет, правильно будет "не шей мне срок".

- Нэ сеи ме слок?

- Нет, нет, нет. Не шей мне срок - по слогам повторял боцман. Соломон Моисеевич, пояснял его речь на французском.

- Что Мишаня, окультуриваешь местное население - спокойным и немного заспанным голосом произнёс Борг.

- Аха, надо же чем-то заниматься - не отрываясь от основного занятия, ответил Миша.

- А тут вода есть? - страдальческим голосом спросил Борг.

- Рядом с шашлыком и киндзмараули стоит - без каких либо эмоций сказал Миша

- Ха ха ха - по слогам проговорил Дмитрий - а пить-то хочется!

- Могу таки предложить вам, молодой человек, только шардоне - голосом преподавателя в университете проговорил Соломон Моисеевич и незаметно для всех выудил откуда-то из под одежды бутылку вина. Как удачно он её спрятал, подумал Дмитрий, а так ведь и не заметишь, что под одеждой что-то есть, сразу видно бывалого пьяницу. С этими мыслями Дмитрий приложился к шардоне и сделав пару внушительных глотков отдал бутылку назад, которая тут же потерялась где-то под одеждой старика. В коридоре раздались шаги, предвещая появление кого-то из сотрудников полиции. Через несколько секунд к клетке подошли Александр и Димарь в сопровождении темнокожей дамы в форме, которая, на чистом русском языке проговорила:

- Вот они, ваши красавцы-врачи, можете забирать!

- Спасибо, благодарю вас за понимание - ответил Димарь, поправляя китель

- Не стоит, вечером всё расскажете - подмигнув генералу и изобразив хитрую улыбку, мило пролепетала она, и добавила уже громким, но с шутливой интонацией, голосом - Так, господа врачи-уголовники! На выход!

Дверь клетки распахнулась и всё трое не сговариваясь поспешили выйти к освободителям.

- Всё позже - прервав было начавшееся приветствие сказал Димарь - выходим на улицу

- А машина? - с надеждой в голосе спросил Михаил.

- Ключи у сержанта, на выходе, он предупреждён - сказала девушка в форме.

- Спасибо ещё раз Мишель - искренне сказал Димарь.

Когда Михаил забрал ключи и всё вышли на улицу, он голыми руками оторвал остаток разбитого бампера. После чего последовали радостные объятия и стандартные счастливые похлопывания друг друга по спине. Проехав пол улицы они зашли в первое попавшееся на пути кафе и приземлились за самый большой стол, отправив Соломона Моисеевича с платёжной картой Борга за пивом и едой.

- Димарь, вот скажи, что это было? - хитро и с небольшим сарказмом начал Михаил

- Чё она как сияла, ты её знаешь что ли? - Присоединился Борг

- Да всё нормально, просто знакомая - немного небрежно ответил Димарь - отвалите с расспросами, вечером идём всей толпой в какую-то восточную забегаловку, она с нами, мы ей благодарны.

- Это чё ещё за групповое свидание? - С диким хохотом, прервал Борг.

- Сам ты групповое свидание, просто надо отблагодарить, тем более человек она хороший - всё так же нехотя и немного смущенно сказал Димарь.

- Ой, ну нам то хоть не заливай - голосом полным иронии и своей обычной недовольной интонацией сказал боцман - у вас на лицах было нарисовано, что вы бы прям там начали совокупляться, если бы не камеры.

- Ладно вам, в кабак, так в кабак - утвердительно проговорил Александр - всё равно собирались вечером залить в себя приятных напитков и устроить маленький отрыв.

- Ты, Миша, лучше объясни, что это за хрен с вами? - Сказал Дмитрий

- Это Соломон Моисеевич - не дав вставить слово Мише, сказал Борг - мы его в скорой нашли.

- Что значит в скорой нашли, он чё дифибрилятор? - удивлённо спросил Димарь.

- Да он просто там лёг спать, у него рак и он как-то к нам прибился - грустно сказал Миша.

- Да он мужик нормальный - сказал Борг - пусть пока с нами, а там может и свалит, ему делать один хрен не чего.

- Ну ладно, по ходу разберёмся - проконстатировал Дмитрий, снимая китель - главное до вечера дожить, надо быть в форме.

Подумав, что он наверно имел в виду не свою военную, а трезвомыслящую форму, Борг взял пива с подноса, который Соломон Моисеевич только поставил на стол и сказал:

- Не ссы, времени много, до вечера отойдем. А там в этой забегаловке картошку жарят?