Бродский Иосиф: другие произведения.

Иосиф Бродский: Рождественские стихи

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]


Рождественский романс

Евгению Рейну, с любовью

Плывет в тоске необъяснимой
среди кирпичного надсада
ночной кораблик негасимый
из Александровского сада,
ночной фонарик нелюдимый,
на розу желтую похожий,
над головой своих любимых,
у ног прохожих.

Плывет в тоске необъяснимой
пчелиный хор сомнамбул, пьяниц.
В ночной столице фотоснимок
печально сделал иностранец,
и выезжает на Ордынку
такси с больными седоками,
и мертвецы стоят в обнимку
с особняками.

Плывет в тоске необъяснимой
певец печальный по столице,
стоит у лавки керосинной
печальный дворник круглолицый,
спешит по улице невзрачной
любовник старый и красивый.
Полночный поезд новобрачный
плывет в тоске необъяснимой.

Плывет во мгле замоскворецкой,
пловец в несчастие случайный,
блуждает выговор еврейский
на желтой лестнице печальной,
и от любви до невеселья
под Новый Год, под воскресенье,
плывет красотка записная,
своей тоски не объясняя.

Плывет в глазах холодный вечер,
дрожат снежинки на вагоне,
морозный ветер, бледный ветер
обтянет красные ладони,
и льется мед огней вечерних,
и пахнет сладкою халвою;
ночной пирог несет сочельник
над головою.

Твой Новый Год по темно-синей
волне средь моря городского
плывет в тоске необъяснимой,
как будто жизнь начнется снова,
как будто будет свет и слава,
удачный день и вдоволь хлеба,
как будто жизнь качнется вправо,
качнувшись влево.

28 декабря 1961



Рождество 1963 года 

Спаситель родился 
в лютую стужу. 
В пустыне пылали пастушьи костры. 
Буран бушевал и выматывал душу 
из бедных царей, доставлявших дары. 
Верблюды вздымали лохматые ноги. 
Выл ветер. 
Звезда, пламенея в ночи, 
смотрела, как трех караванов дороги 
сходились в пещеру Христа, как лучи. 

1963 -- 1964 



Рождество 1963 

Волхвы пришли. Младенец крепко спал. 
Звезда светила ярко с небосвода. 
Холодный ветер снег в сугроб сгребал. 
Шуршал песок. Костер трещал у входа. 
Дым шел свечой. Огонь вился крючком. 
И тени становились то короче, 
то вдруг длинней. Никто не знал кругом, 
что жизни счет начнется с этой ночи. 
Волхвы пришли. Младенец крепко спал. 
Крутые своды ясли окружали. 
Кружился снег. Клубился белый пар. 
Лежал младенец, и дары лежали. 

январь 1964



* * *

В Рождество все немного волхвы. 
В продовольственных слякоть и давка. 
Из-за банки кофейной халвы 
Производит осаду прилавка 
грудой свертков навьюченный люд: 
каждый сам себе царь и верблюд. 

Сетки, сумки, авоськи, кульки, 
шапки, галстуки, сбитые набок. 
Запах водки, хвои и трески, 
мандаринов, корицы и яблок. 
Хаос лиц, и не видно тропы 
в Вифлеем из-за снежной крупы. 

И разносчики скромных даров 
в транспорт прыгают, ломятся в двери, 
исчезают в провалах дворов, 
даже зная, что пусто в пещере: 
ни животных, ни яслей, ни Той, 
над Которою - нимб золотой. 

Пустота. Но при мысли о ней 
видишь вдруг как бы свет ниоткуда. 
Знал бы Ирод, что чем он сильней, 
тем верней, неизбежнее чудо. 
Постоянство такого родства - 
основной механизм Рождества. 

Тои празднуют нынче везде, 
что Его приближенье, сдвигая 
все столы. Не потребность в звезде 
пусть еще, но уж воля благая 
в человеках видна издали, 
и костры пастухи разожгли. 

Валит снег; не дымят, но трубят 
трубы кровель. Все лица, как пятна. 
Ирод пьет. Бабы прячут ребят. 
Кто грядет - никому непонятно: 
мы не знаем примет, и сердца 
могут вдруг не признать пришлеца. 

Но, когда на дверном сквозняке 
из тумана ночного густого 
возникает фигура в платке, 
и Младенца, и Духа Святого 
ощущаешь в себе без стыда; 
смотришь в небо и видишь - звезда.

24 декабря 1971 года. 



Рождественская звезда 

В холодную пору, в местности, привычной скорей к жаре, 
чем к холоду, к плоской поверхности более, чем к горе, 
младенец родился в пещере, чтоб мир спасти; 
мело, как только в пустыне может зимой мести. 
Ему все казалось огромным: грудь матери, желтый пар 
из воловьих ноздрей, волхвы - Балтазар, Гаспар, 
Мельхиор; их подарки, втащенные сюда. 
Он был всего лишь точкой. И точкой была звезда. 
Внимательно, не мигая, сквозь редкие облака, 
на лежащего в яслях ребенка, издалека, 
из глубины Вселенной, с другого ее конца, 
звезда смотрела в пещеру. И это был взгляд Отца. 

24 декабря 1987



Бегство в Египет 

...погонщик возник неизвестно откуда. 

В пустыне, подобранной небом для чуда, 
по принципу сходства, случившись ночлегом, 
они жгли костер. В заметаемой снегом 
пещере, своей не предчувствуя роли, 
младенец дремал в золотом ореоле 
волос, обретавших стремительно навык 
свеченья - не только в державе чернявых, 
сейчас, но и вправду подобно звезде, 
покуда земля существует: везде. 

25 декабря 1988 



* * * 

Представь, чиркнув спичкой, тот вечер в пещере, 
используй, чтоб холод почувствовать, щели 
в полу, чтоб почувствовать голод - посуду, 
а что до пустыни, пустыня повсюду. 

Представь, чиркнув спичкой, ту полночь в пещере, 
огонь, очертанья животных, вещей ли, 
и - складкам смешать дав лицо с полотенцем - 
Марию, Иосифа, сверток с Младенцем. 

Представь трех царей, караванов движенье 
к пещере; верней, трех лучей приближенье 
к звезде, скрип поклажи, бренчание ботал 
(Младенец покамест не заработал 
на колокол с эхом в сгустившейся сини). 
Представь, что Господь в Человеческом Сыне 
впервые Себя узнает на огромном 
впотьмах расстояньи: бездомный в бездомном. 

1989



* * * 

Не важно, что было вокруг, и не важно, 
о чем там пурга завывала протяжно, 
что тесно им было в пастушьей квартире, 
что места другого им не было в мире. 

Во-первых, они были вместе. Второе, 
и главное, было, что их было трое, 
и всё, что творилось, варилось, дарилось 
отныне, как минимум, на три делилось. 

Морозное небо над ихним привалом 
с привычкой большого склоняться над малым 
сверкало звездою - и некуда деться 
ей было отныне от взгляда младенца. 

Костер полыхал, но полено кончалось; 
все спали. Звезда от других отличалась 
сильней, чем свеченьем, казавшимся лишним, 
способностью дальнего смешивать с ближним. 

25 декабря 1990



Presepio (Ясли) 

Младенец, Мария, Иосиф, цари, 
скотина, верблюды, их поводыри, 
в овчине до пят пастухи-исполины 
- все стало набором игрушек из глины. 

В усыпанном блестками ватном снегу 
пылает костер. И потрогать фольгу 
звезды пальцем хочется; собственно, всеми 
пятью - как младенцу тогда в Вифлееме. 

Тогда в Вифлееме все было крупней. 
Но глине приятно с фольгою над ней 
и ватой, розбросанной тут как попало, 
играть роль того, что из виду пропало. 

Теперь Ты огромней, чем все они. Ты 
теперь с недоступной для них высоты 
- полночным прохожим в окошко конурки 
из космоса смотришь на эти фигурки. 

Там жизнь продолжается, так как века 
одних уменьшают в объеме, пока 
другие растут - как случилось с Тобою. 
Там бьются фигурки со снежной крупою, 

и самая меньшая пробует грудь. 
И тянет зажмуриться, либо - шагнуть 
в другую галактику, в гулкой пустыне 
которой светил - как песку в Палестине. 

Декабрь 1991 



Колыбельная 

Родила тебя в пустыне 
я не зря. 
Потому что нет в помине 
в ней царя. 

В ней искать тебя напрасно. 
В ней зимой 
стужи больше, чем пространства 
в ней самой. 

У одних - игрушки, мячик, 
дом высок. 
У тебя для игр ребячьих - 
весь песок. 

Привыкай, сынок, к пустыне 
как к судьбе. 
Где б ты ни был, жить отныне 
в ней тебе. 

Я тебя кормила грудью. 
А она 
приучила взгляд к безлюдью, 
им полна. 

Той звезде, на расстояньи 
страшном, в ней 
твоего чела сиянье, 
знать видней. 

Привыкай, сынок, к пустыне. 
Под ногой, 
окромя нее, твердыни 
нет другой. 

В ней судьба открыта взору 
за версту. 
В ней легко узнаешь гору 
по кресту. 

Не людские, знать, в ней тропы! 
Велика 
и безлюдна она, чтобы 
шли века. 

Привыкай, сынок, к пустыне, 
как щепоть 
к ветру, чувствуя, что ты не 
только плоть. 

Привыкай жить с этой тайной: 
чувства те 
пригодятся, знать, в бескрайне 
пустоте. 

Не хужей она, чем эта: 
лишь длинней, 
и любовь к тебе - примета 
места в ней. 

Привыкай к пустыне, милый, 
и к звезде, 
льющей свет с такою силой 
в ней везде, 

точно лампу жжет, о Сыне 
в поздний час 
вспомнив, Тот, Кто сам в пустыне 
дольше нас. 

Декабрь 1992



25. XII.1993 

Что нужно для чуда? Кожух овчара, 
щепотка сегодня, крупица вчера, 
и к пригоршне завтра добавь на глазок 
огрызок пространства и неба кусок. 

И чудо свершится. Зане чудеса, 
к земле тяготея, хранят адреса, 
настолько добраться стремясь до конца, 
что даже в пустыне находят жильца. 

А если ты дом покидаешь - включи 
звезду на прощанье в четыре свечи, 
чтоб мир без вещей освещала она, 
вослед тебе глядя, во все времена. 

1993



Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Елка для принца" В.Медная "Принцесса в академии.Драконий клуб" Ю.Архарова "Без права на любовь" Е.Азарова "Институт неблагородных девиц.Глоток свободы" К.Полянская "Я стану твоим проклятием" Е.Никольская "Магическая академия.Достать василиска" Л.Каури "Золушки из трактира на площади" Е.Шепельский "Фаранг" М.Николаев "Закрытый сектор" Г.Гончарова "Азъ есмь Софья.Царевна" Д.Кузнецова "Слово императора" М.Эльденберт "Опасные иллюзии" Н.Жильцова "Глория.Пять сердец тьмы" Т.Богатырева, Е.Соловьева "Фейри с Арбата.Гамбит" О.Мигель "Принц на белом кальмаре" С.Бакшеев "Бумеранг мести" И.Эльба, Т.Осинская "Ежка против ректора" А.Джейн "Белые искры снега" И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Телохранительница Его Темнейшества" А.Черчень, О.Кандела "Колечко взбалмошной богини.Прыжок в неизвестность" Е.Флат "Двойники ветра"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"