Соколова Елена Николаевна: другие произведения.

Мефистофель on line

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Из "серии" - часть третья.

   Глава первая
  
  Скажите, что любой нормальный человек сделает, если у него на глазах, холодным ясќным декабрьским днем, в центре города, да не где-нибудь в темном проходном дворе дома доќреволюционной постройки, а у входа в новый наимоднейший кабак, на человека накинется вампир? Правильно, любой нормальный человек немедленно обратится к психиатру. Поќтому что технический прогресс идет вперед семимильными шагами, и многие провайдеры телефонной сети предоставляют абонентам скорую психологическую помощь по телефону. А плата за такой звонок сравнительно невелика. Особенно если сравнивать ее со зрительќными и звуковыми галлюцинациями. Они ведь, как известно, одни из симптомов неприятќного заболевания с мудреным названием шизофрения. А шизофрения приводит с собой кучу других расстройств и неприятностей - взять, к примеру, гения русской литературы, Льва Николаевича Толстого. После эпохального "Война и мир", после "Анны Карениной" он начал проповедовать непротивление злу насилием и получил заключение гения психиатрии того времени - шизофрения. С параноидальной направленностью. И суицидальной.
  Насчет ясного дня, я, конечно, загнула, потому как солнце зимой скрывается рано, и уже в пять часов темень стоит, хоть глаз выколи, однако, если принять во внимание элекќтриќфикацию всей страны, о которой так долго нам рассказывали на уроках истории, то и это время можно отнести к светлому времени суток. Тем более что подъезд любого модќного злачного заведения всегда ярко освещен множеством фонарей, прожекторов, ламп и лампоќчек. Одним словом - не слишком подходящий антураж для появления вампиров и проќчей неќчисти, которой, как известно, и в природе-то не существует.
  На моей, памяти, конечно, была пара личностей, на полном серьезе ловивших чертиков и зеленых человечков, но личности эти себя считали невероятно творческими и повышенно ранимыми, а потому употребляли горячительное в качестве лекарства, причем сильно преќвышали рекомендуемую дозировку. Но черти и зеленые человечки русскому человеку, осоќбенно русским женщинам, давным давно стали как родные, ведь личности невероятно раќнимые и творческие в последнее время имеются в каждом третьем доме, и лечатся они от повышенной ранимости все одними и теми же средствами.
  В ресторане, а именно в "Самолете", мы праздновали день рождения Леши, моего соќседа, а по совместительству и "гражданского мужа", как теперь принято говорить, моей лучшей подруги. Меня на сие мероприятие притащили почти силой. Нельзя сказать, что Леша мне неприятен, но есть у него одна особенность, вернее, привычка, а еще вернее - наќстоящее призвание... Но об этом лучше, конечно, по порядку.
  Итак, пункт первый: Лешка - блондин с яркими голубыми глазами и наливными щечќками, что согласитесь, не произведет впечатления на привередливую блондинку типа меня, которая тащится от цыганистых роковых брюнетов.
  Пункт второй - его блондинистые волосы не видны, потому как голову он бреет и везде сверкает лысиной, да и вообще, обладает типично бандитской внешностью. Впрочем, таќкую типично бандитскую внешность любой филолог назовет былинной или богатырской, да и занятие у Леши сейчас весьма законопослушное, он совладелец мультисервисной сети. Каќбельное телевидение, реактивный интернет и все такое. Свое не слишком добропорядочное прошлое парень не скрывает, но и особо о нем не распространяется.
  Конечно, на все эти пункты мне, собственно говоря, наплевать, живу то с ним не я, а Инга, и ей он нравится именно таким. Да и мне приходится признавать, что у него наличеќствует один очень большой плюс - Леша Синицын настоящий раритет, археологический арќтефакт и динозавр среди современных мужчин. Начнем с того, что у него не имеется ниќкаќких родственников, ни тетушек, ни дядюшек, ни братьев, ни сестер, следовательно, вмеќсте с ним в комплекте не идет свекровь. Одно это обстоятельство может послужить ему рекламой. Но дальше...
  Дальше дамам со слабой нервной системой лучше не читать, потому что даже я, исќпытывая к Инге искреннюю симпатию, готова скрипеть зубами от зависти. Леша отноќсится к тому редкому типу мужчин, которые, забив мамонта, приволокут домой не только его окорок себе на ужин, но и его шкуру на шубку своей женщине.
  А еще он помог Инге открыть свой собственный салон магии, который назвала она "Оракул". Сама Яганова все ожидает, что в ней вскоре проснутся те силы, которыми облаќдали все женщины ее рода, благодаря которым они и получили свою фамилию, но силы все дремлют, а ее мама так и вовсе о них не слышала, да и в салон клиенты не стоят в очеќреди...
  Историю знакомства Ягановой с таким редким экземпляром я уже рассказывала и поќвторять не буду, скажу только то, что существование Леши ставит под сомнение все те принципы, которые мне так долго вдалбливала в голову сначала мама, а потом бабушка. А когда я, не выдержав однажды прилива зависти при виде безоблачного счастья этой паќрочки, ехидно напомнила, что длинные ножки Ягановой приводят к тому, что у ее мужей всегда очень быстро растут хорошенькие рожки, Леша на полном серьезе мне ответил:
  - Это потому, что ей мужика настоящего не попадалось. Да и тебе тоже.
  Взглянув на его физиономию, которая в этот момент была совершенно серьезной, я прикусила язычок, хотя на самом его кончике вертелся вопрос - считает ли он себя этим самым настоящим мужчиной, или как?
  Ну, вот теперь я и подошла к той самой ложке дегтя, которая портит весь этот меќдовый экземпляр размером с сорокаведерную бочку из русских народных сказок. Леша - самоќзабвенный сводник. Наверное, ему следовало родиться на пару сотен лет пораньше и женќщиной, тогда бы его талантам нашлось применение, разъезжал бы в цветастой шали на удалой тройке и устраивал судьбы молодых купчих и захудалых дворянчиков, короче, исполќнял бы роль свахи.
  А так он постоянно капает мне на мозги тем, что и мне нужно найти настоящего мужика и осесть дома, жаря картошку и отбивные, которыми настоящие мужики питаќются для поддержания формы. Преследуя эту цель с упорством, которому мог бы позавидоќвать маньяк, выслеживающий свою очередную жертву, Леша знакомил меня со всеми своими друзьями, не имевшими второй половины, пока друзья не закончились.
  И тут подвернулся такой фантастический случай - в наш город вернулся какой-то его старый приятель. Точнее, вернулся-то он давно, и познакомиться с ним я уже имела несчаќстье, однако это знакомство было мимолетным и не слишком приятным. Некий Андрей Жуков, один из региональных директоров мега-корпорации "Экономикс", недавно купившей наш моторостроительный завод. Завидный жених тридцати трех лет и цыганистой внешности, которому я полтора месяца назад невольно спасла репутацию и двадцать милќлионов долларов. Благодарности никакой я тогда от него не получила, и продолжать знаќкомство была не намерена.
  Так что сами понимаете, я с нетерпением ждала того момента, когда вся честная компания пресытится японскими деликатесами и отправится куда-нибудь поужинать по настоящему. А я бы в этот момент тихонечко свалила под шумок, потому как являюсь чеќловеком трудящимся, исполняя синекуру в одном из районных отделов внутренних дел. Раз в неделю я появляюсь перед журналистами, зачитывая сводку и давая интервью, а мама, весьма удачливая безнес-вумен, владелица трех мультибрендовых бутиков, гордится тем, что ее дочь не бездельница, как большинство местной "золотой молодежи", а лейтенант, да еще и в должности следователя по особо важным делам, и делает своим магазинам бесќплатную рекламу, в конце каждой передачи появляется сообщение, что одежда ведущей предоставлена сетью магазинов "Шик". Сам же следователь по особо важным делам, то бишь я, ваша покорная слуга Алина Веретенникова, обретшая свою должность с бухты-баќрахты, не получает даже зарплаты, потому как ни одного дела в производстве не имеет, и является " лицом" отдела. Что поделаешь, отголоски основ маркетинга достигли даже наших правоохранительных органов, особенно они слышны с тех пор, как депутаты начали вести споры - нужно ли вновь создавать дружины добровольных помощников, или родная милиция и так справится.
  К моему великому облегчению, посиделки закончились довольно быстро, и уже в восемь часов веселая компания решила перебраться в "Асторию", ресторан не слишком знамениќтый, но отличающийся хорошей классической кавказской кухней и шикарной картой вин. Я, Инга и Светка Воронцова, дама еще одного Лешиного приятеля, мирно охорашивались в холле перед большими зеркалами в хай-тековских рамках с подсветкой, и тут с улицы разќдался отчаянный женский вопль.
  Этот вопль крещендо звучал с минуту, потом резко оборвался на самой высокой ноте, раздался второй, третий, в партию вступил другой крик, принадлежавший уже мужчине, и затем все это перешло в жуткую хоровую какофонию. Потом же случилась совсем уж странная вещь - вместо того, что бы окружить место происшествия, как и полагается это делать нормальным любопытным гражданам, всегда готовым поохать над несчастьем, случившимся не с ними, люди рванули в стеклянные двери ресторана. Первым заскочил швейцар, и захлопнул за собой дверь, подперев ее собственным телом, но немедленно был отброшен напирающей с улицы толпой. В этой толпе были и просто прохожие, случивќшиеся в недобрый час у ресторана, и парковщики, и даже бугаистый охранник... И у всех у них лица были искажены ужасом.
  Секунду мы стояли, удивленно хлопая глазами, а потом, не сговариваясь, рванули на улицу, пробираясь сквозь поток, отбрасывающий нас обратно к залу. Уж не знаю, куда в этот момент делся мой инстинкт самосохранения, но я и представить не могла, что моќжет вызвать такое массовое бегство. Террористы, которыми нас ежедневно пугает телеќвидение? Но в таком случае логично бежать из здания, а не в него, да и в случае пожара жеќлательно находиться на открытом пространстве.
  Первой на мраморную лестницу выскочила Инга, за нею, едва не врезавшись в окамеќневшую мгновенно подругу - я, немедленно за этим Леша, взявший с места хороший разгон, наподдал всем своим весом мне в спину, и мы чуть не покатились по ступенькам...
  В самый последний момент я успела ухватиться за перила и устояла, вглядываясь в странную копошащуюся кучу внизу. При более детальном рассмотрении куча оказалась черќной шелковой тканью, из - под которой торчали четыре ноги - две женские и две мужские, причем эти ноги были расположены именно так, как рисуют на похабных картинках для мобильной камасутры.
  - Совсем народ охренел. - Подал сзади голос Лешка, а я в тон ему завопила:
  - Помогите, насилуют!
  - Кто насилует, кого насилуют? - Высунулась из-за Лешкиной спины беличья мордочка Светы. - Странный, однако, народ пошел. - Продолжила она. - Вместо того, что бы расќтащить придурков, все застеснялись и дружно попрятались. Макс... - Капризно проныла она. - Оттащи ты от нее этого козла, может, на самом деле насилует.
  - Насилует, как же. - Рассудительно заметил Андрей, предназначенный мне в каваќлеры, вышедший самым последним и теперь степенно прикуривающий сигарету. - Девка даже не брыкается. Так что нечего мужику мешать!
  - Ыыыыы...- Донеслось до нас откуда-то снизу и сбоку, обернувшись на звук, я увидела второго охранника, пытавшегося прикинуться ступенькой, трясущегося и бледного, словно он только что узрел саму смерть. Леша задумчиво почесал бритый череп, что у него явля-ется признаком напряженной раќботы мозга.
  - Может, новый закон какой ввели? Типа, тех, кто наблюдает за таким вот непотребќством - к стенке, без суда и следствия? - Выдал он результат размышлений. - Линка, ты ни о чем таком не слыхала?
  Я отрицательно помотала головой, разглядывая охранника, от ужаса ничего не сообќражающего и издающего только какие-то нечленораздельные звуки, и в этот момент жутко завопила Инга. Я аж подскочила на месте от неожиданности, потому как лучшая моя подруга ханжеским понимание морали не страдает и вид предающейся разврату паќрочки вряд ли вызовет у нее такую бурную реакцию. Вот совет она дать не постесняется, но орать, да еще так громко...
  Посмотрев вниз, я и сама завопила не тише - подняв на нас окровавленное лицо, свер-кая красными глазами, на коленях рядом со своей жертвой, из горла которой все еще текла кровь, стоял самый натуральный вампир. Я не шучу, четное слово! Как иначе можно на-звать мужчину, одетого в лучших традициях голливудских ужастиков, в черный шелкоќвый плащ-пелерину с кровавым подбоем и лаковый цилиндр? Особенно если во рту этого мужчи-ны торчат настоящие вампирские клыки? Увидев все это, я потеряла дар членоразќдельной речи, да и сказать что- либо мне в тот момент в голову не пришло. Хотя был один во-прос... Вот в такой вот кошмарный момент мне стало жутко интересно - каким обраќзом этот лаковый цилиндр держится у него на голове? Думаю, жертва его брыкалась и соќпротивлялась, да и наклонялся он над ней, так что шляпчонка по всем прикидкам должна была валяться на земле...
  Громко икнув, Лешин приятель Макс завалился в обморок на мраморные ступени, а изо рта рассудительного Андрея, который только что предлагал не мешать мужику, выпала сигарета и упала прямо на лоб Макса. Яганова, не переставая вопить, как пожарная сирена, попятилась назад, а мое мировоззрение разом перевернулось.
  - Изыди, сатана! - Жалобно, очень тихо запищала я, от всей души жалея, что мое детство пришлось на те времена, когда пионерская организация охватывала все детское наќселение Советского Союза и я, верная идеалам этой организации, не прислушивалась к тем молитвам, которые ежевечернее читала бабушка. Почему я не верила в бога тогда, да и сейќчас моя вера не настолько крепка, что бы сподвигнуть выучить хотя бы "Отче наш"? Поќчему я никогда не верила в демонов, чертей, и другие порождения ада, считая их бредом расќстроенного воображения? Надо было внимательнее смотреть голливудские пособия по борьбе с этими существами, а так информация о защите от таких тварей у меня очень и очень ограниченная. Вроде как вампиры боятся солнечного света, чеснока и серебряќных пуль, а убить их можно, отрубив голову и воткнув в сердце осиновый кол. А еще они сгоќрают от капли святой воды. Но в съеденных суши и ролах не содержалось чеснока, а в моей су-мочке не имелось святой воды и осинового кола, даже если бы удалось разжиться на кухне тесаќком, в сердце вампиру выткать было нечего. Не думаю, что бы кто - то из моих спутќников носил нечто подобное с собой...
  Жуткое существо поднялось с колен и, пошатываясь, направилось к черному "Лотосу", с открытой дверцей поджидавшему своего кошмарного хозяина буквально в полуметре от жертвы. Ноги у меня немедленно стали ватными, доселе я такое испытывала только в страшных снах, когда пыталась убежать от чудища и не могла, потому что воздух станоќвился вязкой тянущейся массой, не пускающей меня с места. А еще мелькнула мысль, что правы те, кто объединяется в секты и дружно ожидает конца света. Сколько помню проќрочества, судный день наступит непосредственно за тем, как ад разверзнется, и его порожќдения начнут спокойно разгуливать по земле.
  Наша компания, еще недавно такая веселая, молча глядела вслед убийце, и тут Леша в который раз подтвердил свою репутацию настоящего мужчины. Кровопийца уже садился в сверкающее лаком произведение английских автомобильных гениев, когда мой сосед схватил тяжелую мусорную урну и, отчаянно ринувшись по стуќпенькам, от всей души приложил вампира по голове, аж звон пошел. После удара новоявленќный Дракула повел себя совершенно не по вурдалачьи - он закачался и рухнул на промерзший асфальт неподалеку от своей жертвы.
  Дрожь от моих ног немедленно перешла в желудок, и я едва успела перегнуться через перила, как съеденные суши рванули вверх.
  - Он умер, да? - Спросил какой-то парень, вылезая из-под бумера седьмой серии. Парень обладал комплекцией внушительной, может быть на размер поменьше Лешиной, а посадка у седьмой серии сами знаете, низкая. Так что вылезал парень с трудом.
  - Черт его знает. - Признал Леша. - Может, его еще раз, для верности?
  - Ему голову отрубить надо, а то ведь оживет, всех загрызет. - Подали голос из рестоќрана, приоткрыв дверь на какой-то миллиметр. - Может, топорик принести?- Непосредќственно после этого дверь закрылась.
  - Тут топорик не поможет. - Сообщила Инга, клацая зубами. Новоявленная ведьма с непроснувшимися способностями испытывала явный ужас при встрече с собратом по цеху, и при этом не проявила и капельки цеховой солидарности. - Нужно по - быстренькому, пока он не улетел, его сжечь.
  - А я в кино видела, - вступила в беседу дама средних лет, с огромными бриллиантоќвыми серьгами, чудом не рвавшими ей уши, до этого момента изображающая кустик, приќчем весьма удачно. - Что и вампир, и его жертва, оживают и в летучих мышей превращаќются. Может, и ее надо сжечь? Если что, у меня в машине есть канистра бензина, я всегда с собой вожу. Обольем, и зажигалочкой!
  Юморной народ у нас, однако! Только что на их глазах непонятное существо, то ли вампир, то ли человек, загрыз молодую девушку, сами они перепугались до потери человечеќского облика, а теперь лезут с советами, вполне попадающими под статью уголовного коќдекса. Ту самую, в которой говорится о вандализме и глумлением над телами. С другой стоќроны, может быть, это они нормальные, а я какой-то психический урод и недопонимаю сиќтуацию?
  Набравшись смелости, я взглянула на распростертую в луже крови девушку. Молодая, очень красивая блондинка, про таких принято говорить "модельной внешности", одетая в куртку от Миуччи Прада, с развороченным горлом... При взгляде на ее горло меня вновь скрутил приступ тошноты, а еще один свидетель произошедшего ужаса выдал, наконец, дельное предложение:
  - Тут милицию вызывать надо. Убойный отдел, как по телику показывают.
  Инга истерически расхохоталась на это предложение. Она прыгала на месте и хлопала себя по полуголым бокам, загибалась от хохота и трясла головой. Если бы я была в состояќнии, то немедленно бы отвесила ей хорошенькую оплеуху. Или облила холодной водой, во всех романах пишут, что это старое, проверенное героинями восемнадцатого века средство от истерики. Хотя и мне бы оно не помешало.
  - А чего она смеется? - Поинтересовался бугай, наконец-то выбравшийся из-под маќшины. Вид у него был несколько грязноватый и потрепанный, но донельзя радостный - еще бы, смертельной опасности избежал, можно сказать, да и протиснулся в такую щель, куда залезть и не помышлял ранее. Будет что рассказывать деткам и внукам, если он, конечно, детками обзаведется и до внуков доживет.
  - А милиция уже здесь. Тошнит ее. - Пояснил Жуков, и, весьма невежливо приподняв мою голову за волосы, заботливо поинтересовался: - Солнышко, ты как?
  Солнышко, то есть я, наградила его таким взглядом, что даже записному своднику типа Леши мгновенно бы стало ясно - с этой подлой, трусливой, ехидной и абсолютно неќчуткой личностью мне лучше больше не встречаться, особенно ночью, без свидетелей и на узкой тропинке. Если новоявленный вампир испытывал к своей жертве хоть малую толику той ненависти, которую я чувствовала сейчас и к Андрею, и к подлецу Лешке, придумавќшему праздновать свой день рождения в таком вот паранормально - активном месте, то я вполне его понимаю.
  
   Глава вторая
  
  На следующее утро, когда я, совершенно не выспавшись, скучала над чашкой холодного бергамотового чая и разќмышляла, к кому бы пойти потрепаться, ко мне в кабинет влетела ярко рыжая, высоченќная девица, и без всяких церемоний плюхнулась на стул, который, по идее, должны занимать фигуранты по моим делам. Но так как дел никаких я не веду, стул этот обычно пустует, если только Гришка Трусов не заглядывает на огонек, перекусить да потрепать мне нервы. Как ни странно, в то утро капитан еще не показал своего носа, дабы стрескать печенье на правах старого знакомого, а заодно пройтись по поводу того, что если в городе у нас и случаќется какая-нибудь жуть, то Алина Веретенникова всегда в центре соќбытий.
  Настроение у меня после Лешиного дня рождения было отвратительное, всю ночь я протряслась под одеялом, в ужасе обнимая крест, привезенный в качестве сувенира из Толгќского монастыря в древние школьные времена, разумом понимая, что вампиров на самом деле не существует, а вчерашний вурдалак был всего - навсего ненормальным, в вампира обќряженным. Разум это понимал и пытался заставить тело спокойно лечь спать, напоминая, что на работу как-никак надо отправляться выспавшись, а вот тело его разумные доводы признавать отказывалось и, при малейшем шорохе, начинало трястись словно заяц, у которого вместо обычной солевой батарейки стоит "Энерджайзер".
  В свете так вот весело проведенной ночки подвиг гостеприимства я совершать была не намерена, и наградила девицу взглядом тяжелым и подозрительным. С первого взгляда я поняла - личќность смутно знакомая, после второго взгляда в душе появилось смутное беспокойство...
  - Линка, помоги! - Громко заявила она, когда я примеривалась, с какой бы стороны бро-сить на нее взгляд номер три, а я едва удержалась от того, что бы замахать на нее руками, приговаривая "Свят, свят!". По моему горькому опыту фраза "Линка, поќмоги!" лично для самой Линки, то есть для меня, является началом крупных неприятноќстей. Сильных ощущений мне вчера хватило на год вперед, так что не позвонить ли на пост и не попро-сить ли дежурного выставить эту чересчур рыжую, чересчур длинную и явно чересчур наглую девицу? Но какой-то черт удержал мою трепетную руку, и на пост я так и не позвонила, а девица пару раз взмахнула длинными, явно не своими ресницами, и улыбнулась, продемонстрировав великолепные зубы:
  - Что, не узнала? Маринка Фрянцева!
  Тут в моей голове что-то щелкнуло, я мгновенно вспомнила Фрянцеву и то, что неприќятности при ее появлении всегда начинают сыпаться как из рога изобилия... Надо было сразу звонить на пост, надо было! Но теперь-то уже поздно, и сия особа прочно утвердила пятую точку на продавленном стуле. А если Маринка это сделала, то ее не сдвинет с места даже отряд омоновцев, вооруженный самоходной ракетной установкой.
  - Сильно изменилась? - Радовалась она. - А ведь всего лишь полгода не виделись!
  Я подавила горестный вздох. Полгода - не слишком большой срок для отдыха от такой деятельной личности. Маринка старше меня года на два или три, вероятнее всего, ее возќраст уже приблизился к тридцатнику, она успела три раза побывать замужем, и все три раза - очень удачно.
  Первым ее мужем стал сын ректора медицинский академии, как раз в тот год, когда Фрянцева, тогда еще Рокотова, поступила в сие учебное заведение. Парень был на четыре года старше, но наивен до невозможности, а у Маринки, впридачу к весьма симпатичной мордашке и обалденной фигурке, имелся некоторый любовный опыт, коий она продемонстќрировала по полной программе. Уж не знаю, какую семейную жизнь она устроила несчастќному умному мальчику, гордости папы и надежде всей науки, но спустя полгода юные супќруги развелись. Несмотря на развод, папа продолжал всеми силами поддерживать бывшую невестку, которая, впрочем, сама с легкостью постигала трудную штуку хирургию, и Маќрина благополучно переходила с курса на курс, а в ее зачетке красиво теснились пятерки.
  Второго супруга господь ей послал в начале четвертого курса, этим супругом стал весьма удачливый бизнесмен лет на двадцать старше ее. Разница в возрасте Фрянцеву не смутила и она с радостью побежала под венец резвым галопом полной сил молодой кобылки. Супруга благополучно пристрелили через три месяца, и четвертый курс Маринка судилась с его первой женой и тремя детками из-за наследства.
  А самая большая удача выпала ей после того, как Марина академию закончила, с красќным дипломом и благословением декана, разумеется. Месяц спустя она выскочила замуж за американца, не помню, как его звали, Билл, Смит или Гарри...
  Получив гражданство, опять таки с легкостью, как и все в своей жизни, Маринка блаќгополучно укатила с мужем за океан, а вот полгода назад вернулась. В качестве компенсаќции за потраченное на Билла, Гарри или Смита время, она притащила энную сумму денег, спортивную машину и мотоцикл от "Orange County Copper"s".
  Когда я ее встретила, Маринка рассекала по проспекту Ленина на этом сверкающем хромом монстре с длинной вилкой, вызывая охи и завистливые вздохи мужиков. На мой вполне резонный вопрос, зачем девушке, даже такой неугомонной, как она, мотоцикл, Маќринка мне гордо ответила:
  - Деревня! Ты хоть знаешь, сколько этот байк стоит? Все мотоциклы этой мастерќской эксклюзив стопроцентный, их собирают только по спецзаказам. Мой козел этот байк черт знает сколько ждал, а потом мне все время с ним на нервы действовал - не ходи ряќдом, не дыши! Тряпочкой его по сто раз на дню полировать начинал, ну я его и забрала при дележе совместно нажитого имущества! Эх, Линка, цивилизованная страна - и законы циќвилизованные! Не то, что у нас, из-за паршивой квартиренки все нервы истреплют!
  Так что ее появление с отчаянным воплем "помоги!" скорее всего - результат очередќного замужества. Наверное, супруг на этот раз оказался не таким покладистым, и вместо того, что бы тихо - мирно поделиться, решил, что пристрелить эту активистку брачного фронта выйдет дешевле.
  - Что случилось? - Спросила я, холодея. Вполне возможно, что если я начну ей помоќгать, несговорчивый супруг решит избавиться и от меня. В нашем городе это несложно, уж поверьте, торчков, готовых за дозу пришить не то, что бабушку топором, но и дедушку лоќпатой, на каждом углу в определенных районах имеется в достаточном количестве, а если учесть, что мужей Маринка всегда выбирает по российским меркам весьма и весьма обеспеќченных... Порадовать в такой ситуации может лишь то, что супруг обратится к професќсионалам, они, говорят, работают качественнее, клиент даже не успевает понять, что происходит, а его уже замочили.
  - Меня могут лишить лицензии! - Выпалила она.
  - Какой лицензии? - Робко поинтересовалась я. - Брачной аферистки? Не знала, что на такое занятие лицензию требуется получать!
  - Дура! - Протянула она, и я попыталась обидеться. Не получилось. Вернее, она просто не дала мне на это времени. - Ты хоть знаешь, чем я сейчас занимаюсь?
  - Понятия не имею. Могу предположить, что разводишься. Это у тебя стабильное соќстояние. А если не разводишься, то выходишь замуж.
  - Не, с этим я завязала. Надоело. Все равно от этих мужиком никакого толку!
  Никакого толку? Ладно бы эту фразочку выдала я, ведь именно мне вечно попадаются алкоголики и жиголо, но заявлять о никчемности мужей женщине, построившей на них свое материальное благополучие все равно, что в колодец плевать.
  - Мне теперь принадлежит косметический салон. Пирсинги, пилинги, татуировки...
  - Не слишком на косметический салон смахивает.
  - Да и плевать. Лицензия нужна была, а теперь из-за этого гада меня ее лишить могут.
  - Из - за какого гада?
  - А слышала, что вчера у "Самолета" случилось?
  Я немедленно начала наливаться злобой. Интересно, кто надоумил ее придти сюда и поиграть мне на нервах? Еще бы не слышать, я же принимала в действе самое живое учаќстие! Как вы думаете, кого заставили вызывать милицию? Разумеется, меня! Именно мне пришлось объяснять сначала диспетчеру, а потом дежурной бригаде, что произошло, приќчем, озвучивая весь этот бред, я чувствовала себя полной идиоткой. Слава богу, что еще в понятые и свидетели не записали, а вот Лешке не так повезло. Его даже камеры родного кабельного канала запечатлели, как героя, скрутившего порождение темных сил. Какова вам подобная слава?
  - Тебе как ответить, по-русски, или совсем понятно? - Зашипела я, подумав, что дружба дружбой, а дежурного я сейчас вызову. Да и о какой дружбе между нами может идти речь, когда она отбила у меня парня? Помнится, тогда я училась в одиннадцатом классе и пребыќвала в полнейшей уверенности, что романтическо - платонические отношеќния вполне досќтаточны для обоюдного счастья. Витька, курсант Ракетного училища, реќшил, что нет, неќдостаточны, и свалил к этой распутной дылде. А когда месяц спустя он постановил одну расќпутную дылду поменять на другую, такую же распутную, но росточ-ком поќменьше, она наќдавала счастливой сопернице по роже, прямо на дискотеке. И всю нашу комќпанию замели в обезьянник, откуда мамы забирали по одиночке, высказывая все, что о нас думают. Причем обезьянник был местный, того самого РОВД, в котором я теперь тружусь на ниве охраны правопорядка. А уж то, что мне тем вечером высказала моя крайне интелќлигентная мама-филолог, большой знаток русского языка, об этом лучше и вовсе не знать! В свете таќких вот воспоминаний о юношеской дружбе, если ее выкинут из моего кабинета, будет весьма и весьма справедливо. Даже, пожалуй, еще и недостаточно жесто-ко. Вот если бы посадить суток этак на пятнадцать...
  - Ладно, ладно, не бесись. - Замахала она руками. - Я, конечно, предполагала, что буќдешь злиться, когда увидела тебя сегодня с утра в криминальной хронике, вид у тебя был не блестящий, в воскресных выпусках лучше смотришься. Суши-то теперь вовек не захочется, а? И правильно, нечего эту гадость трескать, я тебе как врач это говорю, что японцу хоќрошо, то русскому - смерть. Сама подумай - сырая рыба должна быть свежей, только что выловленной, в Токио ее все владельцы ресторанов в четыре утра на рыбном рынке закуќпают, еще живую, а у нас только пишут - султанка свежая, или си-басс свежий. А ловят ее явно не в Волге, вон я позавчера султанку покупала, написано - свежая. Спрашиваю, откуда, мне и отвечают - из Эмиратов. Свежая, как же, по минимуму двенадцать часов, как плавќники отбросила, для ботулизма самое то, скажу я тебе. Без тепловой обработки употребќлять не советую. Вот ты погляди сейчас на мою руку, сколько пальцев видишь? - и Маринка в порыве врачебного вдохновения сунула мне под нос растопыренную пятерню.
  - Пять. - Растерянно пробормотала я, пересчитав ее ярко-красные ноготки.
  - Слава богу. Как только десять увидишь, сразу к врачу беги. Двойное видение - один из признаков, по которым ботулизм диагностируют. А еще во всех этих суши да роллах могут быть личинки и яйца гельминтов, пистархоз, наконец! Лучше всего иди сегодня же к врачу, пусть он тебе направление на анализ выпишет, на яйца глист, если так японскую кухню любишь. А то уже был случай, лечили, лечили одну от всех болезней сразу, а когда померла - вскрыли, так паќтологоанатом чуть в обморок не свалился, у нее одни черви в желудке, в кишечнике... И таќкие живучие ведь попадаются...
  - Кто? - В полном обалдении пролепетала я, чувствуя, что мне не то, что суши в жизни больше съесть не удастся, а и ничего нормального, родного, русского. - Больные?
  - Да какие больные! - Отмахнулась от подобного абсурдного предположения Маринка. - Больные- то как раз нормальные, мрут в положенное при таком раскладе время, я о параќзитах говорю. Наши врачи еще их всех и не знают, с этими прозрачными границами. Некоќторых ветконтроль даже выявить не может, такие они специфические. Травишь их, траќвишь...
  - Кого, червей?
  - Да каких червей? Пациентов! Это я так говорю, травишь, потому что лекарства все эти чистая отрава. Предположительно, что травить этими препаратами надо гельминќтом, но это только в теории, на практике же выходит, что травишь клиента, а гельќминты его так живыми и остаются. - И Маринка, со смаком тряхнув рыжей головой, приќкурила длинную черную сигариллу.
  Я же растеклась по своему допотопному креслицу в полной прострации от вылитого на мою голову потока информации. Кажется, пару недель назад я съела стейк из аллигаќтора, десять дней назад был акулий суп, а уж сколько китайских деликатесов за последнее время перепробовала! Ладно, утка по-пекински вполне могла быть выращена где-нибудь в волжских заводях, ее посчитаем безопасной, а вот змеюку явно привезли из -за этой самой прозрачной границы. И еще большой вопрос, прошла ли эта змейка ветконтроль, потому как законы ввоза продуктов мне не известны. И вообще, может, ее как экспонат для терраќриума привезли, а уже здесь заколбасили...
  Теперь понимаете, почему я всегда недолюбливала эту личность? Пяти минут не проќшло, как она мое просто отвратительное состояние довела до состояния, близкого к суиќциду. Ей богу, после такого детального рассказа, какие страшные муки ждут любителей и невольных потребителей экзотики, проще самой повеситься, не дожидаясь, пока врачи заќлечат до смерти от неизвестной науке заразы.
  - Ну, да ладно, такое не с каждым случается, случай один на сотню в край. Лучше погоќворим о моем деле.
  - Каком? - Застонала я, мысленно прикидывая, смогу ли на выходных смотаться в Моќскву, в институт тропической медицины. Говорят, там таких гадов из людей вытаскиќвают... Пройду обследование, недаром ведь кто - то придумал умную теорию, что лучше пеќребдеть, чем недобдеть... И вообще, что за жизнь пошла? Вчера вампиры, сегодня червяки разные экзотические, вкупе с сальмонеллезом и ботулизмом... Ох, близок конец света, блиќзок...
  - Ты знаешь, кто мой последний муженек был?
  - Вроде как врач из Америки.
  - Ага, из Америки, как же. В Мексике мы жили.
  Тут мир качнулся, который уже раз, а ведь стрелки на часах еще не достигли цифры двенадцать! Наконец-то мне стало плохо конкретно, я даже не думала, что вчерашний кровопийца и червяки, с которых Фрянцева начала беседу, мне покажутся милейшими созќданиями. Потому что для меня Мексика - страна отчаянќных брюнетов с большими пистоќлетами и полным отсутствием каких-либо моральных огќраничений. А заодно и дебри, типа Колумбии, которая, как известно, рай для торчков. Сейќчас Маринка вывалит на меня каќкую-нибудь жуткую историю, о кокаине, который она сперла у супруга при дележе имущеќства, и о мексиканских бандитах, теперь преследующих ее с целью этот кокаин вернуть заќконному владельцу.
  - Он занимался дизайном медицинского оборудования, - продолжила Фрянцева, и у меня на душе немедленно наступил розовый рассвет. - Ну, и трансформациями, заодно. К нему клиенты со всего мира ездили.
  - Какими трансформациями? - Уточнила я, чувствуя, что рассвет в душе понемногу исчезает, уступая место черным тучам, таким, какие появляются только перед глобальќными катаклизмами. После вчерашнего вампирчика у ресторана слово "трансформация" немедленно вызывает у меня в памяти Брема Стокера и десятки голливудских фильмов о всяческой нежити.
  - Разными. - Пожала плечами Маринка, не замечая, или делая вид, что не замечает ужаса в моих глазах. - Делал из людей тигров, леопардов, рептилий, эльфов, волшебников... Кого пожелает клиент, того и делал. А уж восставших из ада, так тех вообще штамповал десятками, самые ходовые трансформации. В Штатах-то его лавочку бы мгновенно комиќтет здравоохранения прикрыл, вот он и обосновался в Мексике.
  - Как делал? Какие восставшие из ада? Какие трансформации? - Завыла я, сильно жаќлея, что табельного оружия, в связи с полнейшим бездействием на рабочем месте, мне не полагается. Так что для самозащиты имеется только макетный нож черт знает какой давности. В деле защиты от порождений этого самого черта сей предмет вряд ли мне поќможет...
  Маринка выпучила глаза, словно только сейчас заметила мое крайне взвинченное соќстояние, и расхохоталась.
  - Деревня! - Вынесла она вердикт, вытерев выступившие от смеха слезы. - Ты что здесь, совсем как в болоте сидишь, совсем закисла. О людях - трансформерах вовсе не слыќшала? Которые чувствуют себя не человеком, а животным, например, или тем же самым вампиром, Дракулой? Ну, и изменяют свою внешность, что бы больше походить на тех, кем себя ощущают?
  - Видела. - Призналась я. - У подруги одной сын мультик про нового Бэтмена смотрел, там вот таких вот мутантов показывали. Но я думала, то фантастика, да еще которая только для таких вот мультиков и годится?
  - Сама ты фантастика. Знаешь, сколько таких вот трансформеров по Земле гуляет? Я, когда Питу помогала, десятка три сварганила. Одних только порождений ада. Их-то проще всего делать, раздваиваешь язык, для начала, парочку тефлоновых шариков под кожу на лбу, что бы, типа, зачатки рогов, ну, или штифты, что бы эти рога поверх кожи навинќчивались, штучек десять шариков под скальп, рельефом пускаешь - вид, скажу я тебе, жутќкий! Видала, хоть раз?
  Я отрицательно помотала головой, тихо радуясь, что не видела подобных Маринкиќных творений.
  - А уж об эльфах, да вампирах, и говорить нечего. Эльфам-то только форму ушного хряща изменить надо, да липосакцию, что бы потощее казались, под Орландо Блума. Вамќпирам- то еще клыки делать надо, да и зверятам тоже...
  И тут до меня начало доходить.
  - Погоди, погоди... - Завопила я. - Хочешь сказать, что вчерашний вурдалак - твоих поќганых ручонок дело?
  - Почему это поганых? - Оскорбилась Фрянцева. - Очень даже не поганых. Между проќчим, когда с Питером развелась, у него половина клиентов ко мне переметнулась. Образоваќние у меня медицинское, как никак хирург - профессионал, я же в Италии стажировалась на пластика. Да и с художественными нюансами у меня получше, чем у него будет. А ты, одќнако, тормоз! Вчера дежурная бригада, и то сразу доперла, кто из Вадика Дракулу делал, мигом ко мне заявились, и давай мурыжить - почто да почто из психа кровопийцу смастряќчила. Один вообще озверел, заявил, что я теперь не имею права проводить какие-либо маниќпуляции, потому как он добьется приостановления действия моей лицензии.
  - Правильно сделает! - С энтузиазмом сообщила я. - Хотя лично я бы еще в психушку тебя заперла. А то настругаешь армию таких вот демонов...
  - Вот так вы все! - Заныла Фрянцева театрально. - Никто не понимает нестандартќных личностей, всех хотите причесать под одну гребенку! Мы, между прочим, общестќвенно-полезное дело делаем!
  - Ага. Очень полезное - помогаем пугать мирное население! Да если хочешь знать, из-за вчерашнего дебюта твоего творения, сегодня пришлось патрулирование усилить, на улицах чуть ли не революция начиналась. Ты хоть сама-то представляешь, что он натворил, сколько народу перепугал? В управлении есть психологи, которые работают с жертвами террористических актов, с заложниками бывшими, и с их родней. Так после вчерашнего эти психологи на год вперед работой загружены, свидетели теперь постоянными их клиенќтами станут. Почему бы тебе, перед тем, как делать из этого твоего Вадика вампира, не отправить его было к психиатру?
  - Ограниченное обывательское мышление! - Выдала Маринка и прикурила очередную сигарету. - Как я его отправлю с такой проблемой к обычному психиатру? У нас транссекќсуалов лишь недавно за людей принимать начали, а раньше все по дуркам распихивали, что же с таким сделают?
  - А что он с девчонкой сделал? До сих пор, как глаза закрою, ее вижу.
  - А ты не закрывай. - Посоветовала мне она. - Нежная ты слишком для мента, Лин-ка, скажу я тебе. - Горестно вздохнула Фрянќцева. - Я ведь и предположить не могла, что такое случиться может. Когда я Вадику ушки делала и протез зубной, он еще нормальќным парнем казался. Ведь полгода назад, второй мой клиент из города. Сама подумай, полќгода назад! Обычно такие, как Вадик, абсолютно безќобидны. В Америке, в институте докќтора Кинси, исследования проводились, там доказали, что трансформация человека в одно из животных или сказочных персонажей всего лишь новая форма транссексуальности. Наќчали обсуждать, стоит ли разрешить проводить таќкие операции в клиниках, ведь меняют же пол. Пока же мы проводим вмешательство, наќзывая все это пирсингом - со всеми вытеќкающими обстоятельствами. Только под местной анестезией, и так далее, и тому подобќное. Но это дело второе. Понимаешь, я ведь этим заќнимаюсь вот уже третий год, научиќлась различать, кому для чего трансформация нужна. Кому-то для выпендрежа, такому лучше только ушки поменять, ну, в крайнем случае, язык раздвоить, хотя и это перебор. А кто-то на самом деле жить по - другому не может, как Тигр, например.
  - Кто?
  - Один индеец. Теперь он называет себя Тигром. Трансформация зашла очень далеко. Ему раздвоили и накачали силиконом губу, увеличили лоб и щеки, чтобы лицо приобрело очертания тигриной морды, потом лицо покрыли татуировками. Вживили штифты для вибрисов, изменили форму ушного хряща. Мы с Питом сколько вместе работали, столько он к нам и ездил. Теперь парень хвостом бионическим обзавелся, их Волк делает, и ждет, когда кто-нибудь придумает, как шерстный покров приживлять. Ему человеком так кисло было, что сейчас счастлив, как ребенок. А Вадик - он обычный банкир русский, хоть и шизанутый немного был, когда ко мне пришел. Но когда я его делала, могла бы на библии присягнуть, что ни на кого кидаться не будет.
  - Так что же ты от меня-то хочешь? - В конец прибалдела я, переставая потихоньку различать грань реальности и фэнтази. Да уж, прогресс движется вперед семимильными шагами, скоро эта грань вконец сотрется, и тогда на улицу можно будет выходить, только вооружившись "Магнумом" сорок пятого калибра, стараниями Мариночки город заселят вурдалаки, оборотни и прочая нечисть. Вполне, заметьте, нормальная на голову, как утќверждает горе - творительница!
  - Понимаешь, через месяц ко мне приедет Тигр. Я шарики сделала тефлоновые, в котоќрые вставлены шелковые нити, имитирующие тигриную шерсть. Сами шарики микроскоќпически малы, на квадратный сантиметр кожи их можно вживить больше десятка. Коќнечно, апробацию я не проводила, но он хочет посмотреть, и, быть может, рискнет сдеќлать, хотя бы на плечах. А тут меня могут лицензии лишить. Я человек законопослушный, без лицензии ничего делать не рискну, а то черт вас, родную милицию, знает. Найдете каќкую-нибудь статью, которую я нарушила. Если же я ничего ему не сделаю, потеряю больќшие деньги и свою репутацию в их мире. Тогда мне клиентов до скончания двадцать второго века не видать.
  - А я-то что могу? Ей богу, даже не представляю, кому здесь можно взятку дать. Да и дело громкое, никто не возьмет. Шутка ли, посреди города вампир загрыз человека. Шуму на всю Россию!
  - А я никому взятку давать не собираюсь, прекрасно знаю наши порядки. Дашь взятку одному, потом надо дать другому, потом третьему, у каждого должность повыше, чем у преведущего, да и запросы побольше. Кто-то жене на норку возьмет, кто-то себе на мерин, а кто-то сынка-оболтуса в Гарвард мечтает отправить, мне наших взяткобрателей не потянуть. И на жалость давить не собираюсь, и в мэрию не пойду, хотя мое существование в этом городе приносит неплохой доход гостиничному бизнесу. Клиенты едут косяками, в день трех иностранцев принимаю, не говоря уже о наших тусовщиках со всех концов необъќятной отчизны.
  Тут в другом дело - мой профессионализм под вопросом, а это, знаешь ли, единственќное, за что могу сама глотку перегрызть. Зуб даю, что когда Вадик обращался ко мне, он не был социально опасен. И не операция его таким сделала.
  - Зуб твой никому и даром не нужен. - Парировала я. - Ты его отдашь, а сама себе клы-ки вставишь и начнешь по темным улицам бродить, за свежей кровушкой православных охотиться.
  - Линка, да не прикидывайся ты дурой! - Завопила Фрянцева, чуть не подпрыгнув на стуле. Я перепугалась, никак и клыки вставлять ей не придется, судя по озверелом виду, сейќчас и набросится, сожрет и косточек не выплюнет. - Еще полтора месяца назад все меќстќные газеты, газетенки и газетеночки вопили о том, какой ты гениальный следователь новой формации. Со своей теорией раскрытий преступлений! Не зря же тебя назначили следаком по особо важным! И даже дел пустяковых не навешали, свободной держат!
  Я аж покраснела. О своей теории раскрытия преступлений и о том, как опозорилась с ней на пресс-конференции, я теперь вспоминаю только в кошмарных снах, и никогда не дуќмала, что мое бездействие кто-то может расценить как ожидание по настоящему важќного и интересного дела.
  Когда на съемках еженедельной сводки журналисты начинают докапываться до меня, расспрашивая, какое расследование я сейчас веду, едва сдерживаю краску и отговариваюсь тайной следствия. Конечно, где-то в глубине души мне жутко хочется всем доказать, что та удача была не просто игрой случая и насмешкой фортуны, мне жутко надоело воплоќщать дуру-блондинку, у которой вместо мозгов в голове космический вакуум.
  Но никакого, даже самого завалященького дела, хотя бы о краже двух помидоров из ближайшего овощного ларька мне не доверят. Это приказ Самого, нашего главного и страш-ного начальника, который тоже только в страшных снах вспоминает мое интервью и мою теорию.
  По его повелению я зачитываю сводки и даю интервью, то есть выполняю обязанноќсти пресс-атташе, а еще, когда приходит очередной циркуляр о том, что надо сотрудниќчать с населением, а приходят такие циркуляры все чаще, потому что Наверху, в страшќных кабинетах министерского здания, упорно решают, стоит ли восстановить институт народных дружин, я должна встречаться с этим самым населением и пропагандировать идею добровольных помощников. Один нюанс - население отказывается встречаться со мной, наотрез.
  На последней моей профилактической беседе в актовом зале школы неподалеку, приќсутствовало ровно тринадцать старшеклассников, все мужеска пола. Закончилась эта лекция тем, что один, видимо, самый продвинутый, поинтересовался - своя у меня грудь, или это все-таки силиконовые протезы. В тот момент я объясняла ребятам, что девяноќсто девять процентов из тех, кто попадает в ОПГ, заканчивают жизнь очень плохо. Шеќстьдесят процентов - на нарах, а тридцать девять - на ближайшем кладбище, причем слуќчается это в первые два года бандитской жизни. Пришлось этому продвинутому пообеќщать, что он попадет в обе категории разом, потому как будет ранен при задержании и скончается в медсанчасти следственного изолятора.
  Завуч, которая курировала эту беседу, нажаловалась начальнику, и, как сами пониќмаете, мои встречи с подрастающим поколением были тут же прекращены. А тут Маќринка, которая искренне считает меня новым Шерлоком Холмсом! Эх, за такое я готова ей простить и отбитого Витьку, все равно он мне не нравился, и встречалась я с ним для того, что бы парень не достался Инге, и мое трехчасовое сидение в обезьяннике после драки на дискотеке, и даже все то, что мне сказала мама по пути домой, после того, как из этого обезьянника она меня забрала!
  - Линка, ведь ты же умная! - Почти взмолилась Маринка, и я едва сдержалась от того, чтобы не напыжиться, как индюк. До чего приятно, когда тебя хвалят, особенно такие вот заклятые подруги! Не даром ведь говорят, что доброе слово и кошке приятно, а уж челоќвеку-то, человеку-то как от этих самых добрых слов хорошо становится! - Помоги, все равно ведь сейчас у тебя ничего стоящего нет! Ведь без дела сидишь, а даже по телику говоќрили, ты - гений! Я ничего, кроме хирургии не знаю, и если мне запретят оперировать, проќсто повешусь! В больницу не пойду, квалификацию для этого потеряла, фиг восстановишь, да и привыкла я уже к своим трансформерам, веришь или нет, они гораздо лучше многих обычных людей. Ты должна докопаться, почему он так поступил! Должна доказать, что моя операция здесь не при чем! Если он рехнулся, то по совершенно другому поводу!
  - Как доказать-то?
  - А я-то откуда знаю? Кто у нас следователь по особо важным, я или ты?
  - Так дел-то таких в практике не было! - Сделала последнюю отчаянную попытку отќбиться от чести такого расследования я. Но где- то в глубине души подлый чертик любоќпытства и упрямства уже проснулся и начал прыгать, топая копытцами, напоминая, что еще полтора месяца назад я мечтала стать новым Мегре, Пуаро и Шерлоком Холмсом одќновременно. И тут такая удача! Правда, в результате может оказаться, что никакого дела тут и нет, рехнулся банкир на почве перипетий русского бизнеса задолго до операции, а Маринка этого и не заметила, сама же сказала, что он был то ли первым, то ли вторым ее клиентом в России. А за годы жизни в благополучной Мексике и общения с разными предќставителями Евросоюза, она вполне могла позабыть, каким бывает нормальный русский банкир...
  - Линка, если ты мне не поможешь, я тебе гоблинский нос сделаю. Стукну по голове и сделаю, причем так, что потом ни один хирург не исправит!
  От такой угрозы я невольно схватилась за свой маленький аккуратненький носик. Чеќстно признаюсь, что мой носик является одним из лучших творений местного гения плаќстической хирургии. Причем на таких гениев мне везет стабильно, что первый оказался не совсем в ладах с законом, впрочем, об этом я уже рассказывала и повторять не буду, что Маринка...
  
  
  
  
   Глава третья
  
  После того, как Маринка благополучно умелась восвояси, оставив в покое мой носик, я побродила немного по кабинету, сделала еще чашечку чая, размышляя, способна ли Фрянќцева выполнить свою угрозу. Угроза эта звучала слишком уж по-детски, но кто знает, моќжет быть, за то время, пока она общалась с трансформерами, которые ей, по ее же собстќвенному признанию, стали милее людей, и она рехнулась? Тогда украшению моего лица, втоќрому по значимости после моих голубых глаз, грозит серьезная опасность.
  С другой стороны, она утверждает, что люди - трансформеры вполне психически норќмальны. Насколько можно понимать под нормальностью ощущения человека, запертого в чуждом ему теле. Наверное, я и в самом деле отстала от прогресса, потому что слышала о таких отклонениях впервые, но что остается современному, цивилизованному человеку? Поступить именно как цивилизованный человек, и если не в силах понять, то принять данќность, не вдаваясь в глубокие размышления. Ведь есть транссексуалы, гетеросексуалы и трансвеститы, сексменьшинства, наконец, к которым лично я отношусь спокойно. Кажќдый волен распоряжаться собой и своим телом так, как ему заблагорассудится. В рамках закона, разумеется. И если трансформация кого-то в порождение ада или мага Нарнии делает его счастливым, то флаг ему в руки и барабан на шею.
  Но если этот человек, этот банкир, фамилию которого я позабыла уточнить, вполне нормален, как тогда можно объяснить его поступок? Психология не мой конек, и я не знаю, что может вызвать у человека приступ немотивированной агрессии. Как в таком случае нападающий выбирает свою жертву, понятно мне еще меньше, ведь вечером у ресторана толпилось довольно много народа, однако новоявленный вампир напал на девушку. И если он нормален, то почему был одет, как Дракула из голливудской пародии?
  Столько вопросов, и получить на них ответы просто не представляется возможным. Девушка мертва, а банкир лежит сейчас в реанимации Соловьевской больницы с переломом основания черепа. То ли Лешка приложил слишком много сил, то ли черепушка упыря-самоќучки оказалась слабоватой, то ли карма моя такая, все, кто попадают в поле моего зрения, то есть в круг подозреваемых или потерпевших, оказываются именно там? Но если моему носу грозит опасность, то опасность эта неумолимо приближается.
  Что ж, будем изобретать новую теорию, подходящую к данной ситуации и надеяться, что теорема рано или поздно станет аксиомой. Принимая во внимания Маринкину угрозу, лучше пусть это случиться раньше, чем позже.
  Как утверждал кто-то из великих сыщиков, между жертвой и преступником всегда есть связь, и главное эту связь найти. Тогда можно определить мотив преступления, а моќтив - это уже полдела. Не знаю, поверите ли, но преступления, связанные с жаждой наќживы и преступления, на которые людей толкает ненависть, заставляют очерчивать соќвершенно разный круг подозреваемых. Второй тип расследовать гораздо труднее, потому что в жизни люди гораздо лучшие актеры, чем на сцене, за каждой улыбкой может скрыќваться воткнутый в спину нож, и подгоняемые местью, завистью или вульгарной злобой, преступники измышляют гораздо более остроумные способы расправится со своей жертќвой, чем придумает банальная племянница, желающая получить наследство после любимой тети как можно быстрее. Но тут я говорю преступлениях изысканных, если можно так их назвать, а не о серийных ограблениях толпой подростков в подворотне проходного двора.
  Что ж, начнем искать связь между банкиром и девушкой. Может быть, они были люќбовниками, а может, партнерами по бизнесу, и она кинула его на конкретную сумму, отчего парень и взбесился?
  В любом случае, у меня нет доступа к материалам дела, об этом начальник позабоќтился, и стопы мои следует направить в комнату номер тридцать шесть, где располагаќются ребята из уголовного розыска, и где Гришка Трусов протирает штаны в свободное от погонь за социально опасными элементами время. Настал страшный для него час отраќботки за все сожранное у меня печенье.
  Час этот бравый капитан наверняка чувствовал шкурой, потому что как только я толкнула дверь, тень промелькнула и спряталась под столом, а его сосед по кабинету, Анаќтолий Юрьевич, тоже капитан, несмотря на то, что скоро ему выходить на пенсию, поќсмотрел на меня с невыносимой укоризной. От такого взгляда я должна была немедленно покраснеть и, извинившись, удалиться восвояси несолоно хлебавши. Однако долгое знакомќство с нашим уголовным розыском научило меня наглости.
  Из-под стола донесся тяжелый сдержанный вздох, а я, громко протопав к нему, наклоќнилась, и узрела капитана в не слишком приличной для мужчины позе.
  - Вылазь. - Предложила я, решив действовать лаской.
  - Ни за что. - Донеслось из-под стола. Обтянутый потертой голубой джинсой зад заќшевелился, и спустя пару секунд капитан повернулся ко мне лицом. Капитан, конечно, слишком респектабельно звучит для этой личности. Трусов - хороший оперативник, но вот все остальное... Ему недавно исполнилось тридцать лет, детей нет, и жена сбежала. В отделе он исполняет роль придворного шута, и на правах скомороха вовсю хамит начальќству. Почему после такого он ходит в любимчиках у Самого, неизвестно. Он хороший приќятель, и неравнодушен к хорошеньким женским мордашкам. К тому же у Трусова цыганиќстая внешность, и на первых порах моей работы в РОВД мы попытались, было, закрутить роман, который плавно завял на стадии начала. Все-таки два мента в одной паре - это слишком, даже если один из них, то есть я, тогда находился в должности инспектора по регистрации оружия, и никакого толку от меня не было. Впрочем, как и теперь, как ни горько это признавать. - Уж поверь, прекрасно знаю, зачем пришла. Достаточно было твою физиономию с утра по телику увидать. Ей богу, не буду больше "Городской" за завтраком включать, аппетит весь пропал. Кстати, у тебя что, с Жуковым - то амуры?
  - Ага. По крайней мере, на Джонни Деппа в "Пиратах Карибского моря" он гораздо больше похож, чем ты. Не вылезешь, выйду за него замуж.
  - Вот так всегда. Тип плохого парня гораздо больше привлекает женщин, чем мы, пар-ни хороши и добрые, но с маленькой зарплатой. Хоть ты то, коррупционерка, могла немного отойти от общепринятых норм, так нет. Всем вам пиратов Карибского моря подавай.- Ответил он, но из-под стола не вылез.
  - Теперь ясно, почему от тебя жена сбежала. - Подал голос его сосед, с хрустом разгрыќзая древнюю сушку. Откуда они берутся в отделе, никто так толком и не понял за долгие годы существования, ведь обычно "кчайные" припасы расходятся в лет, по принципу кто не успел, тот опоздал. - Ты был просто слишком хорошим мальчиком. И Линка бандюгана себе выберет. Во приколы будут!
  - Обсуждение моих любовников и возможных супругов можно на потом отложить? Я здесь уже год законность берегу, моя служба и опасна и трудна, а вы все не угомонитесь. Как будто другой темы для разговоров не найти. - Разозлилась я. - Наслушаюсь вас, точно банќдюгана найду. Нельзя же обманывать ожиданий общественности.
  - А какую ж другую-то? Коррупционерка - то у нас ты одна. - Фыркнул Гришка, чувстќвуя себя под защитой полированной столешницы в полной безопасности.
  - Трусов! Смотри, возьму у Инги на прокат тарантула, поселю в отделе, как на работу ходить будешь?
  Тарантул Джок, впрочем, не только он, но и все остальные шести и восьми лапые созќдания, вызывают у спокойно задерживающего вдробадан обколотого наркошу с ножом каќпитана корчи по типу пляски святого Витта. В психиатрии сие называется мудреным слоќвом арахнофобия.
  - Все равно ничего не скажу.
  Я горестно вздохнула и уселась на стул. Дурацкая игра, потому что мы оба знаем - таќрантула я не принесу, не отдаст Инга своего драгоценного паука, который ей явно дороже любого мужика, а уж дороже меня тем паче; так же Трусову прекрасно известно, что он мне выдаст всю информацию, которую я только попрошу, и опять таки, вовсе не потому, что я угрожаю всяческими пытками и карами, а ... Причина, по которой он мне все скаќжет, неизвестна, смею думать, что от дружеского расположения, а вполне возможно и от своей безалаберности и наплевательского отношения к таким понятиям как тайна следќствия - кому ее выдавать, все ж свои! - и приказы вышестоящего начальника.
  Но, к сожалению, таковы правила игры, я требую, он героически молчит, как партизан на допросе. На такие глупые занятия уходит время, которое, как стало известно с некотоќрых пор, стоит дороже золота...
  - Ну! - Повторила я, вытягивая ноги.
  - На столе бумажка лежит, сама все и читай. - Раздался из пол стола голос, немедќленно после чего захрустела очередная сушка. И как это он умудрился прихватить с собой под допотопное чудо мебельного искусства чай?
  На самом верху Монблана из папок, отдельных листков и прочей макулатуры, которую Гришка на протяжении всей своей службы исправно на столе складирует и, пожалуй, ни разу не разбирал, лежал один разодранный тапок с биркой, свидетельствующей о том, что тапок этот является важной вещественной уликой, а именно, был преподнесен капитану сослуживцами на День милиции, рядом же с тапком красовался розовенький, изрядно помяќтый, выдранный из ежедневника листок.
  Синим маркером было подчеркнуто заглавие - "Рапорт". Пропустив посвящение наќчальнику, я уставилась в текст и едва удержалась от того, что бы поддать ногой под стол - авось попаду по наглой цыганистой физиономии.
  - Это еще что такое? - Грозно спросила я, чувствуя, что если Инга не отдаст паука добровольно, то я его выкраду и тайком запущу Гришке в квартиру.
  - Рапорт. - Как и в чем ни бывало, пояснил капитан, громко отхлебнув чаю и чертыхќнувшись. - Горячий, зараза. Начальник же сказал - что бы Веретенникова и близко к матеќриалам подобраться не могла, даже если это материалы по делу о хищении трех кирпичей.
  - А что, уже и по три кирпича тырят? - Удивился Анатолий Юрьевич. - Во народ! А дело-то тогда зачем заводить, ущерб-то вроде как не нашего размера?
  - А ты потаскай ежедневно со стройки по три кирпича! - Посоветовал ему Гришка. - Да еще не один, а с приятелем, и три раза в день, на протяжении года. Тогда и будешь говоќрить о размерах ущерба. Я тут этого гения задерживал два дня назад, а терпила и заявляет - не буду иметь к нему претензий, если все награбленное вернет. Как, интересно, он все это возвращать будет, если из этих кирпичиков домик уже почти сложился? Что же до раќпорта... Мне приказ начальства нарушать неохота, тем более что дело это не по нашему району идет, вот я и написал бумагу - не при делах, под пытками выдал только общую инќформацию, которую до меня растрезвонило наше телевидение. Я ведь как только эту рыќжую дылду, к которой ребята вчера ездили, внизу увидел, сразу понял, что скоро ты пожаќлуешь. Да что там дылда... Как только твое зеленое личико по телику с утра увидал. Кстати, ты Жукова-то где подцепила?
  - Не цепляла я его, сам прицепился. - Пояснила я, углубляясь в чтение Гришкиного раќпорта. Образец высокого стиля и полета фантазии! " Под невыносимыми, бесчеловечными пытками, сродни тем, которым подвергали несчастных кооператоров в начале девяностых злобные бандиты - вымогатели, в те времена именовавшие себя рэкетирами, я был вынужќден признать - да, сегодня с утра я смотрел криминальную хронику по городскому каналу и видел сюжет о нападении вампира на клиентку ресторана "Самолет". Мне так же приќшлось признать, что я слышал имя вампира - Волков Вадим Олегович, председатель правќления банка "Фьюжн", тысяча девятьсот шестьдесят девятого года рождения, прожиќвающий по адресу: котеджный поселок Парково, улица Цветочная, дом номер семь, и имя его жертвы, Майи Федоровны Колесниченко, тысяча девятьсот восьмидесятого года рожќдения, ныне безработной, проживающей по адресу: котеджный поселок "Яблоневый посад", дом номер тридцать четыре. Имя следователя, ведущего следствие по факту загрызения я не сообщил, ведь сам его не знаю, это по Дзержинскому району, вас спрашивал, вы не скаќзали. Еще раз напоминаю, что все это было сделано мной только под угрозой ужасной и муќчительной смерти от руки вышеозначенной Алины Михайловны Веретенниковой." Стиль и орфография оригинала сохранены мной в точности до запятой.
  Тщательно сложив бумаженцию, я сунула ее в карман и наклонилась, что бы посмотќреть наглецу в глаза. Глаза его были абсолютно чистыми и кристально честными, такими глазами обычно смотрят подследственные в кабинете прокурора.
  - И не лень тебе было все это писать? - Поинтересовалась я. - Свободного времени мно-го, оттого и преступќность на улицах!
  - А что еще мне было делать? Терпила не пришел, у меня опознание было назначено, по разбойному нападению, прикажешь теперь и за потерпевшими мне гоняться? Целый час свободен, думал, дай, напишу. Оправдаюсь, опять же, что бы начальство любило, а не пинало - Трусов шут, Трусов скоморох! А то вон как Толик, на пенсию капитаном выйду.
  - А чем тебя не устраивает на пенсию капитаном? - Тут же поинтересовался Анатоќлий Юрьевич.
  - А у меня, быть может, амбиции! Я, быть может, генералом хочу стать! - Театќрально обиделся капитан и вновь со вкусом прихлебнул чай. Чай издавал сильный запах берќгамота, и не надо было проводить следственный эксперимент, что бы сказать - спер он его во время последнего посещения моего кабинетика.
  Я вздохнула. Гришка считается одним из лучших в розыске, он отлично знает район и может притащить подозреваемого спустя час после объявления того в розыск, быстренько прошустрив все злачные места, но вот обратиться к психотерапевту ума у него пока не хватает. А я где-то читала, или от Инги слышала, что подобное поведение - следствие тщательно скрываемых комплексов родом из детства. Впрочем, в психиатрии все комќплексы родом из детства, спасибо Фрейду, который придумал, кого можно обвинить во всех неудачах.
  - Дурак ты, Гришка! - Сообщила я, направляясь к двери. - И не лечишься.
  
   Глава четвертая
  
  Послав сводки куда подальше, все равно зачитывать из мне только завтра, я слиняла с работы и решила съездить для начала по адресу Волкова. Председатель правления "Фьюжн" в нашем городе личность довольно значительная и известная, просто удивиќтельно, что его вчера не узнали ни Лешка, ни Жуков, и тем более удивительно, что эта личность решила перевоплотиться в вампира.
  Я сама с ним никогда не встречалась, и все счета маминой фирмы открыты в другом банке, потому что мама терпеть не может фьюжн, ни в моде, а уж в ней-то мама эксќперт, к ее мнению можно прислушиваться, ни в кулинарии. По этой причине она решила иметь дело с банком, носящим гораздо более прозаическое название " Северный", чему сейчас можно только порадоваться. Неизвестно, как повлияют на финансовые дела банка такие вот события. Никогда не могла понять, почему землетрясение в Никарагуа влияет на рост или падение акций какой-нибудь "Новой яблочной посадки", но влиять-то оно влияет. Дуќмаю, что арест или помещение в психиатрическую клинику председателя правления застаќвит банк сильно сдать позиции, но это, впрочем, лирическое отступление и совершенно не мое дело.
  Однако то, что личность Волков известная, заставляет надеяться - у него имеется не только домишко в котеджном поселке, но и супруга, к которой прилагается прислуга, водиќтель, и прочие атрибуты красивой жизни. Можно поговорить с ними, предварительно для понта сверкнув удостоверением, может быть, мне там сообщат - Волков на голову был давно и прочно болен, и тогда Фрянцевой придется оставить в покое меня и мой нос? Коќнечно, время для визита мной выбрано не слишком подходящее, в доме, пожалуй, сейчас воќцарился траур не столько по хозяину, сколько по материальному благополучию, вместе с сумасшествием хозяина ставшему сильно нестабильным, но я ведь представляю органы охќраны правопорядка, не так ли? А, как известно, эти органы всегда являются не вовремя...
  В своих предположениях ошибалась я сильно. Вернее, в той их части, которая касаќлась траура. Нарядная горничная, долго смотревшая сначала на мое удостоверение, а потом на ботиночки "Маноло Бланикс" и никак не способная соединить это воедино, проводила меня в гостиную, сильно смахивающую на гостиную в доме моей мамы. Те же бежевые стены и белые шторы на хромированных изогнутых палках, долженствующих изображать карнизы. Та же мебель, привидевшаяся алкоголику в кошмаре абстинентного синдрома, те же не-удобные, низкие и жесткие кресла...
  А вот вместо прозрачных шезлонгов сумасшедший дизайнер в мамину гостиную заќтолкнул две козетки времен Марии-Антуанетты, ну, или может быть, очень хорошие подќделки под те времена. На потертом голубом бархате еще виднеются короќлевские француз-ские лилии, что при хай-тековском дизайне комнаты и плазменной панели на стене выгля-дит совсем уж дико. Увидев это творение первый раз, мама, которая в глубине души мечта-ла о гостиной уютной, с весело полыхающим камином и креслом качалкой, покрытым клетчатым пледом, горестно вздохнула, обозвала дизайнера неприличным словом, и гости-ную теперь практически не посещает, зато все гости почему-то в диком восторге. Глядя на их восторг, возникает вполне резонный вопрос - или они идиоты, или мы с мамой не доросли до понимания современного высокого искусќства...
  Правда, этот же вопрос возник у меня в Париже, в Музее Современного искусства, где я почти весь день бродила по залам, вертя головой в полном обалдении. Оттуда я выбралась с жутким комплексом неполноценности, зашла выпить кофе в маленькое бистро, заказала блинчики, а мне принесли самые настоящие русские блины. Такие и на родине редко где удается попробовать, у нас почему-то постоянно путают блины и блинчики, и к семге подают нечто сдобное и сладкое. Впрочем, речь сейчас не о блинчиках и блинах, а о том, что в маленьком бистро на Монмартре, негр-бармен, шустро приплясывающий за стойкой красного дерева, сохранившейся там с незапамятных времен, чуть ли не с того момента, кок Наполеон провозгласил себя императором, так вот, этот негр по-русски и почти без акцента, поинтересовался:
  - Из музея?
  А когда я, обалдев до крайней степени, кивнула, успокоил:
  - Туда все такие выходят, если первый раз. Особенно психиатры. Говорят, многое очень похоже на то, что их пациенты в клиниках рисуют.
  Слова этого уроженца Африки и выпускника университета имени Патриса Лумумбы, трудящегося барменом в Париже, я обдумывала до вечера. После чего решила, что это не у меня не хватает чувства прекрасного, это у творцов нынешних его в переизбытке, а лучшее, как давно известно, враг хорошего. Помните бальзаковского художника, который так долго писал свою "Прекрасную Нуазезу", что испортил полотно полностью, и лишь в самом уголке его первые зрители смогли увидеть кончик женской ноги, написанный с подлинным совершенством?
  Дверь напротив открылась в тот момент, когда я рассматривала фотографии, украќшавшие стены гостиной. Обрамленные в дизайнеровские рамки, яркие, глянцевые фотограќфии, на которых была изображена женщина невероятной толщины. На одних фотограќфиях она была в бикини, на других и вовсе голой, прикрытой то газетой, явно на пятьдесят или шестьдесят размеров меньше, чем необходимо, то куском полиэтиленовой пленки. Вроде как эти снимки еще совсем недавно были представлены в городском выставочном зале, их привезли то ли из США, то ли из Великобритании, и наши ценители ходили вокруг них, причмокивали и притопывали, но цена была обозначена с тремя и четырьмя нолями, причем со знаком евро в конце.
  - Не правда ли, это настоящая роскошь? - Заявила девушка лет двадцати, от силы двадцати двух, зашедшая в гостиную. Даже в паспорт ей смотреть не надо, по одному виду можно было смело сказать - жена банкира. Очень гладкое лицо, кожа ухоженная, таќкую не получишь, если просто мазать лицо кремом, даже если делать это как рекомендуют кос-метологи. Нет, для такой кожи нужны SPA, причем желательно итальянские или фран-цузские. Тоненькие ножки обтягивают кожаные брючки от "Гуччи", той же самой модели, которую обычно ношу я. А надеть их решиться только бывшая модель или девушка, твердо уверенная в красоте собственных ножек.
  В красоте своих я уверена, они всего лишь на два сантиметра короче ног, занесенных в книгу рекордов Гинесса, а вот девушка - бывшая модель, зуб даю, как недавно выразилась Маринка.
  - Вы - жена Волкова? - Вопросом на вопрос ответила я. Уж что- что, а обсуждать фотографии у меня сил не хватит. Совсем недавно, буквально два дня назад, у мамы были гости, представители одной весьма известной итальянской обувной фирмы. Так темой беседы за ужином они почему-то выбрали творчество Энди Уорхола, наверное, гостиная на них такие вот мысли нагнала. Впрочем, если вспомнить, что банку томатного супа этот художник изобразил бессчетное количество раз, то его творчество - вполне подходящая для ужина тема...
  Девушка кивнула, а потом совсем по-детски воскликнула:
  - А я вас знаю! Вы дочка хозяйки "Шика", классные магазины, я только там одеваюсь! И еще я вас каждую неделю в телике смотрю, отпадно выглядите! Правда, у вас шмотки - эксклюзивные, таких больше в магазине нет, а мне так ваш костюмчик понравился, тот, в котором вы на прошлой неделе были! Я звонила в магазин, так мне ответили, что это весенняя коллекция и вывесят ее только в январе.
  После хвалебной оды, спетой мне Фрянцевой всего лишь пару часов назад, немного обидно было вновь шмякнуться лицом о землю. Дочь владелицы "Шика"! Уже который год я ношу этот титул и, будь на моем месте человек с психикой послабее, ему бы туго приќшлось, ей богу. Хорошо, что хотя бы последний месяц окружающие начали подзабывать о том, чем владеет моя мама, и, видя меня, сразу же вспоминают программу "Криминальная хроника", а не мультибрендовый двухэтажный магазин на центральном проспекте.
  - Знаете, я к вам по поводу вашего мужа, вы уже в курсе, что произошло?
  - В курсе, в курсе! Да вы садитесь! Ой, а можно я вас буду просто Алиной называть, и на ты? Девчонки в фитнес-клубе просто обалдеют, когда узнают, что именно вы Вадькино дело ведете, вы же знаменитость, совсем как мисс Марпл!
  Садитесь? Однако, девушка со странностями, у нее муж лежит в реанимации, потому что его стукнули по голове, неизвестно, выживет, или нет, а она жизни радуется и щебеќчет, аки птаха небесная. Впрочем, если припомнить Ингу, она в такой ситуации вела себя не лучше. Взять, хотя бы ее Лешу... Да и неизвестно, как бы вела себя я на ее месте, потому как еще большой вопрос - что же все-таки лучше, скончавшийся супруг, или супруг, осужќденный за то, что вечерком решил прикинуться вампиром и загрыз, походя, некую блондиќночку?
  Очень осторожно я примостилась на шезлонг из прозрачного пластика, выглядевший так же жутко, как и фотографии. Неизвестный гений вделал в шезлонг деревянный круг от унитаза, а вокруг него расположил тропических рыбок, бабочек и рыболовные крючки всех форм и размеров. Некоторые снасти угрожающе сверкали направленными вверх остриями, и, хотя разумом я прекрасно понимала, что острия эти прочно спрятаны в пластике, сиќдеть на них было несколько... некомфортно.
  - Вас уже вызывали к следователю? - Спросила я, поерзывая на шезлонге и в деталях представляя свой визит к хирургу, если мебельный пластик вдруг продавится под моим цыплячьим весом.
  - Ага, сегодня в восемь утра приезжали двое молодых людей, очень невежливых. Разбуќдили меня, не дали ни причесаться, ни накраситься, я выглядела жутким чучелом. Повеќстку какую-то всучили, сказали, что завтра к восьми утра я должна быть в Дзержинском РОВД, давать показания. Только какие я показания могу давать, меня же там и близко не было! Да и восемь утра! Я им говорю, вы имеете хотя бы представление, во сколько мне надо встать, что бы приехать к вам в восемь утра? Час на душ, еще час, что бы волосы уложить, еще час на макияж нужен, ладно, маникюр опустим... А они мне и говорят, что тысячи женщин приходят на работу к восьми утра, и ничего, как-то умудряются при этом не вставать среди ночи. Вот ты, например, как к себе на работу собираешься, во сколько встаешь?
  - Да, в общем-то, как когда, - быстро ответила я, чувствуя, что беседа пошла куда-то не туда. Уж не буду объяснять ей, что о прическе и макияже по утрам мне давным-давно пришлось забыть, потому что сборы на работу напоминают подготовку к экстренной эваќкуации, я ношусь, словно обожженная, наступая на хвосты трем своим кошкам, а однажды чуть не задавила черепаху. Благо, ее панцирь оказался крепким и мои пятьдесят восемь дистрофических килограммов выдержал. После этого я заказала побудку с телефонной станции, надеясь, что если и забуду завести будильник, то уж телефонный звонок услышу обязательно. Но так должно было происходить в теории, на практике же, руки мои, как только телефон начинает отчаянно верещать, автоматически тянутся к трубке и выќключают звук, при этом голова так и продолжает мирно почивать на подушке.
  - Вот, и я им о том же! Мне мама всегда говорила, что уважающая себя женщина не выйдет на улицу с непричесанной головой! Ты у какого мастера причесываешься?
  - Да я вроде как ни прически обсуждать пришла, у меня времени-то особо нет...
  - Понимаю, куча дел! Я по телику видела, что у следователей по сто, а то и больше дел в производстве, одновременно. Это ж совсем с катушек съехать, можно начать на люќдей бросаться. - И, сообразив, что ляпнула нечто, не слишком пристойное в данной ситуаќции, девушка смущенно умолкла. - А вы с протоколом? - Продолжила она, справившись, наќконец, со смущением. - Наверное, мне представиться надо?
  Я кивнула, потихоньку радуясь, что девчонка гораздо лучше меня представляет, как надо вести допрос, и жалея, что не сообразила разжиться на работе хотя бы одним блан-ком. Несолидно как-то выглядит следователь, не имеющий и клочка бумаги для записи показаќний, да и с памятью у меня плохо, обычно такую память именуют "девичьей".
  - Волкова, Анна Валерьевна, тысяча девятьсот восемьдесят первого года рождения, паспорт серия ...
  - Про паспорт не надо, не надо! - Завопила я, чувствуя, что работа следователя все-таки не для меня. - Мы пока без протокола поболтаем, ладно? Я ничего фиксировать не буду, задам пару вопросиков... Скажите...
  - Ну, мы же договорились на ты перейти!
  - Скажи, у твоего мужа раньше наблюдались проблемы с психикой? Может быть, он обращался к психиатрам, или к психотерапевтам?
  Анна Валерьевна наморщила свой лобик восемьдесят первого года рождения, минуту размышляла, а потом торжествующе выдала:
  - Не-а. Вадька был здоров, как черт. На него ничего не действовало - ни дефолты, ни указы разные. У меня папа говорил, что Вадькиной нервной системе любой космонавт позаќвидует, акции падать будут, как индекс Доу-Джонса в связи с крушением мирового капитаќлизма, а у Вадьки даже давление не поднимется.
  - Может быть, это и было признаком его заболевания? - Решила я попытать счастья во второй раз. - Или он каким нибудь образом снимал стресс? Ничего не слышали?
  - Вадик - образцовый муж и идеальный бизнесмен. - Рассмеялась девушка. - Поэтому-то я и вышла за него замуж. Лучше бы все равно никто не подвернулся, я и решила, черт с ним, с этой разницей в возрасте.
  - И давно ты за него замуж вышла?
  - Уже почти три года прошло.
  - И ни разу не пожалели? - Удивилась я, совершено позабыв, что доброжелательное существо предложило перейти на ты. Первый раз встречаю женщину, которая младше своего мужа и при этом не жалуется на семейную жизнь. Все мои знакомые поступают обычно с точностью, да наоборот. Ленка Филимонова, закончившая местное театральное училище, и выступавшая в нашем драматическом театре на вторых ролях, удачно вышла замуж за крупного бизнесмена, явившегося в наши края откуда-то из Дагестана, так она постоянно жалуется на зверский темперамент мужа, ревнующего ее ко всем мужчинам и на его неутомимость в деле выполнения супружеского долга. А Ирка Якушева, уже почти пять лет как носящая титул местной бензиновой королевы, потому что ее муж владеет почти всеми бензозаправками области, воет из-за скупости супруга, дотошно проверяюќщего все ее траты и контролирующего все ее передвижения. Из-за таких проверок она не то, что любовника завести не может, она недавно жаловалась, что вибратор купить не в состоянии, потому что супруг немедленно узнает о покупке и поинтересуется, зачем это ей подобная штука, при живом-то муже. Тут один нюанс - муж - то у нее живой, но в силу возраста, или иных каких причин, в вопросах супружеского секса он не лучше мертвого, поќтому как даже виагра давно не помогает.
  - Не-а.- Последовал короткий ответ и довольная улыбка, этот ответ сопровождаюќщая. - А хотите кофе? Кофе глясе. Я скажу Дарье, что бы она сделала его по моему фирќменному рецепту, никаких калорий, вы же тоже следите за своей фигурой? - Почему - то перешла на вы хозяйка, еще недавно с детской непосредственностью предложившая говоќрить друг другу ты.
  Шерлок Холмс учил обращать внимания на любые мелочи, вроде как все, что угодно может показать, кто же настоящий преступник. Ее переход к более консервативному и уважительному обращению - признак того, что ей некомфортно со мной разговаривать, а, следовательно, она что - то скрывает, или Анне Валерьевне, несмотря на юношеский возќраст, все- таки в детстве долго объясняли, как следует вести себя с малознакомыми людь-ми? Ох, кажется, я становлюсь или параноиком, или старухой, ведь мысли о возрасте и воспитании кого-то другого - первый признак собственной старости.
  Девушка в накрахмаленном передничке молча выслушала указания хозяйки и бесшумно удалилась. Я машинально вспомнила что Ольга, украинка-домработница, которую мне наќняла мама, передвигаясь по квартире, топает как слон, и никогда вот так вот уважительно не кивает. Она упорно считает кухню своим царством и меня туда пускает время от вреќмени, когда несчастная хозяйка начинает почти что выть от голода. При этом кошачья стая в совокупности начала весить, как приличная рысь, жрет только телячий фарш и филе судака.
  - Значит, вы не возражали, когда он сделал эту ... трансформацию?
  - А чего мне было возражать? Вадик уши изменил и поставил съемные клыки. Съемные потому, что ему же не на сцене работать, а в банке, люди разные бывают, приедет какой -нибудь англичанин, а ему председателя правления с зубками наружу предъявят... Уши - то волосами закрыть можно, а зубы не спрячешь. Знаете, даже прикольно было, по крайне мере, на тусовках все балдели. Правда, мы на тусовки редко ходили, Вадик все в делах да в делах...После вадиковской операции клиенты к этой женщине просто валом повалили. Кому, конечно, пирсинг простой надо было сделать, а она хирург дипломированный и делала все операции под общим наркозом. На кое-кого ведь новокаин с лидокаином не действуют, да и жутко смотреть, как в тебя иголки втыкают. Мне одна подружка рассказывала, у нее парень язык себе раздвоил. Ощуќщения - сказка просто.
  - И в его поведении никогда не проскальзывало, что у него есть идея кого-нибудь покуќсать?
   Девушка задумалась, в очередной раз наморщив лобик. Очевидно, грустные размышлеќния о неизбежности появления морщин пока еще особо ее не волновали.
  - Ну, иногда, конечно, кусался, бывало. - Признала она. - Но кто не кусается, сами поќнимаете когда. А так, что бы загрызть кого-нибудь... Вадик жутко безобидный.
  - Безобидный? - Удивилась я. - Председатель правления банка - безобидный? Как-то должность у него с определением безобидный немножко не того, не вяжется?
  - Ну, в бизнесе-то он, может быть, и не безобидный был, а вот в жизни, так вообще караул. Иногда, дурак, на кладбище всем подряд нищим подавал. Я ему много раз говорила, что у этих нищих все не так плохо, просто кто-то банки организовывает, а у них бизнес людей жалобить, так он меня не слушал, черствой назвал даже как-то. А уж что бы убить... Это вообще что-то невероятное, он ведь даже муху с извинениями убивал.
  - Убивал с извинениями муху? Это как?
  - Ну, прилипнет муха на липучку, мучается, лапками дрыгает... Ведь маленькая паќкость, и тоже ведь жить хочет... Так он, прежде чем ее придушить, горько так вздохнет, чуть ли не молитву прочитает...
  Горничная принесла подносик с двумя покрытыми инеем бокалами кофе-гляссе, постаќвила один передо мной. Машинально сделав глоток, я уставилась на Анну жуткими глазами. Большей гадости мне в жизни не доводилось пробовать. Неужели это и есть фирменный кофе по ее эксклюзивному рецепту? Может быть, девушка еще не вышла из ребячьего возраста и так по-глупому решила пошутить над взрослой тетей из ментовки?
  Но хозяйка, как ни в чем ни бывало, прихлебывала напиток, даже по цвету и консиќстенции не напоминающий мое любимейшее в детстве лакомство.
  - Из чего это сделано? - Пролепетала я, когда, наконец, смогла проглотить угощение.
  - Клево, да! - Радовалась Волкова, отставив свой полупустой бокал. - Все продукты выбирала я сама, полгода повариху заставляла готовить, как я требую. Вадик до меня всяќкой гадостью питался, свининой, картошкой фри. А в наше время цивилизованному человеку необходимо следить за своим здоровьем, своей фигурой, а, следовательно, в первую очередь, за тем, что ешь. Пришлось посадить его на диету, ничего вредного, жирного, соленого, холеќстеринового и алкогольного. Слава богу и нашему правительству, теперь это не сложно, производят сотни соевых заменителей, есть даже низкокалорийные соевые сыры и икра. А для кофе теперь используют кофе без кофеина, молоко ноль процентов жирности, замениќтель сахара и соевое мороженое. Вкусно, и никакого вреда ни организму, ни фигуре!
  Я кивнула, соглашаясь. Жуткий дом на поверку оказался этот роскошный особнячок, а уж идеальная жена в свете таких вот взглядов на меню нормального человека выглядит и вовсе ведьмой. А я считала ненормальной Таньку Борисову, которая после развода ударилась в религию, да не в православие, а в буддизм. Теперь Таня не употребляет в пищу ничего, что хоть каким-то боком связано с жизнью или ее зачатками.
  Ортодоксальной вегетарианкой Борисову не назовешь, все- таки она пьет молоко, не чурается сливочного маслица. А вот сыры для нее под запретом, как известно, их делают с использованием сычужного фермента, добываемого из желудка телят, а коровы - священќные животные и любимицы Будды. Под запретом также продукты, содержащие желатин и рафинированный сахар, яйца. Зато она готовит множество блюд из гороха, фасоли, и чеќчевицы, на первый взгляд жутких, а на первый укус - восхитительных. Да и домашний твоќрог повышенной жирности, который она именует паниром, вполне заменит кусок колбасы. Но мужики от такой кормежки сохнут и хиреют, в буддистской диаспоре нашего города их по пальцам пересчитать можно.
  Каково же было несчастному банкиру, у которого день за днем, на протяжении трех долгих лет отбирали его законный кусок мяса? Если мужика лишить всего жирного, солеќного, алкогольного и сладкого... Если в его кофе нет кофе, в молоке - молока, а в морожен-ном - мороженого...
  Вчерашний вампир не выглядел изможденным и исхудавшим, наверное, тайком от жеќнушки все-таки перекусывал в ресторанах любимыми всеми лицами мужского пола свиными котлеќтами на косточке а ля-натурель, однако только при мысли о том, что его дома ждет неизбежная соя... Бр...
  Даже мне его становится жалко. Неудивительно, что бедняга рехнулся и бросился на девушку с мыслью отведать человеческой кровушки. Может быть, у него случилось временќное помутнение рассудка, и он вместо Майи Федоровны Колесниченко видел свою супругу?
  В таком случае странно, что он не сделал этого гораздо раньше. Бедный Вадик!
  
   Глава пятая
  
   Едва я успела плюхнуться на сиденье и включить зажигание, как затрезвонил телеќфон. На экранчике появилась надпись "Частный вызов", а я очень не люблю отвечать на звонки людей, скрывающих свой номер телефона. Звезд знакомых у меня не имеется, так что обычно подобные Штирлицы оказываются или телефонными хулиганами - хулиганќками, кстати, чаще - или доброжелателями, спешащими донести до тебя, что совсем неќдавно, прямо вот- вот, на этой самой минуте, видели твоего супруга у замызганной гостиќнички, в которую он направился с профессионалкой в черных сетчатых чулках. Впрочем, на звонки с неопределенным номером я все же отвечаю, потому что мужа у меня нет, а телеќфонные хулиганы утухают через минуту разговора со мной, и больше никогда нет звонят. Хотя нет, пару раз звонила девчонка лет пятнадцати, просила проконсультировать. А то ведь нынешнее поколение способно придумать только что- то типа "Это квартира Зайцеќвых? А почему тогда уши из трубки торчат?". Вымирает искусство, вымирает, а какие раньше мастера были!
  Вместо ожидаемого монолога с претензией на остроумие, в динамике зазвучал смутно знакомый голос:
  - Привет, солнышко. Как дела?
  На долю секунды я прибалдела. Голос идентифицировать никак не удавалось - старый бой-френд, которого я от великой любви упекла в наркологичку на целую неделю, вряд ли бы стал мне звонить - он теперь меня обходит за километр, а если видит на улице, а видит он меня довольно часто, так как живем все-таки в одном районе, то переходит на другую стоќрону. Вероятность того, что он назовет меня "солнышком" равнялась полному и абсолютќному нулю. Другого же кавалера я не завела, и заводить в ближайшее время не намерена. После всех сумасшедших, тихих и буйных, после алкоголиков, тунеядцев и дебоширов, после перестрелки в ресторане и прочих прелестей прекрасных отношений между мужчиной и женщиной... После всего этого лично мне любви не хочется, и не захочется еще долго.
  А раз так, то нечего ломать голову. Может быть, парень просто ошибся. Звонил себе тихо мирно любимой блондинке, а нарвался на меня.
  - Хреново. Тучки набегают, да и вообще, пошел к черту. - Сообщила я на всякий случай. Если ошибся номером, то впредь будет внимательнее, а если нет...
  Рано или поздно люди расстаются, за знакомством следует стадия охов, вздохов и поќцелуев, потом на первый план выходят раскиданные по квартире носки, а в результате двое влюбленных разбегаются в стороны с громкими воплями, костеря друг друга на чем свет стоит. Зачем тогда вообще нужно знакомиться с мужчинами? Для того, что бы потом рыдать в подушку или в плечико первой попавшейся под мокрое лицо подруги? Нет уж, я второй раз, а тем более третий, или даже пятый, наступать на одни и те же грабли не соќбираюсь!
  Закинув телефон на заднее сидение, я, плюясь и недобрыми словами поминая градоќстроителей, поселок котедждный возведших прямо посреди самой что ни на есть настояќщей деревни, в которой куры гуляют прямо по дороге, начала выруливать на шоссе.
  После разговора с женой банкира, мне начало казаться, что носу грозит опасность все большая и приближающая неминуемо. А если серьезно - похоже, никакого криминала, кроме самого "факта загрызения" в этом деле нет. Обидно конечно, и не слишком удачно для Маќринки, которую разъяренные работники прокуратуры и министерства здравоохранения моќгут лишить лицензии...
  Для успокоения совести остается съездить к безработной Майе Федоровне Колесниќченко. Судя по адресу, девушка жила вовсе не на пособие по безработице, вероятнее всего, жена или дочь удачливого бизнесмена, лучше бы конечно жена, потому что сунуться с расќспросами к родителям у меня наглости не хватит...
  Плохо то, что "Яблоневый посад" на другом конце города, а с тех пор, как городские власти затеяли ремонт моста через Волгу, попасть на другой берег весьма проблематично и занимает порой не один час... С другой стороны, на работу мне не надо, моего там отсутќствия все равно никто не заметит, разве что Трусову приспичит в неурочное время попить кофе или потрепаться о том, что Веретенникова опять сует нос не в свое дело. Тогда, коќнечно, начальник сильно озвереет и немедленно позвонит мне, угрожая всеми карами и выќговорами в приказе с занесением в трудовую книжку...
  На этом пункте моих размышлений вновь затрезвонил мобильник, да при чем так наќстойчиво, что пришлось останавливать машину посреди дороги и лезть на заднее сиденье, отыскивая там крохотный аппаратик. Другие водители отчаянно засигналили, а один, увиќдев в приоткрытое окно мою блондинистую голову и сопоставив ее с размерами "Лэндкруќзера" не долго думая обозвал "бандитской подстилкой", плюнул, попытавшись попасть на хромированный диск, не попал, и так газанул на своей " Мазде", что не дал мне возможноќсти рассмотреть свой номер. Причем лет было парню не так уж и много, обычно ребята его возраста гораздо лояльнее относятся к блондинке за рулем внедорожника, считая, наќверное, что женщине трудно справиться с такой машиной, а блондинке - тем более, и коќгда я их подрезаю, не выскакивают с громкими воплями, потрясая над головой монтировкой либо бейсбольной битой.
  Радостная Инга завопила в трубку:
  - Ты дома?
  Я фыркнула, вновь перебираясь за руль через спинку кресла и включая зажигание. Лучќшая подруга - мастер глупых вопросов. Если она звонит мне домой, то обязательно интереќсуется:
  - Ты где?
  После того, как на ее глупый вопрос я однажды дала не менее глупый ответ, что я в поезде, мирно еду на юга, Яганова долго гадала - как можно с собой взять квартирный телефон. Обидно только то, что "бандитской подстилкой" меня придурок на "Мазде" обозвал из-за нее, я же, размышляя о начальнике и Трусове, почему -то решила, что именно начальник мне и звонит.
  - Да ладно, впрочем неважно, дома ты или нет, я сейчас в "Дивине", прическу делаю.
  - Рада за тебя. - Брякнула я, объезжая парочку поцеловавшихся прямо у въезда на мост легковушек. Одна машина была вполне симпатичненьким желтым "Жуком", его хозяйка, невысокая брюнетка лет двадцати пяти скакала рядом с машиной и, топая ногами, гневно что-то орала в телефон. Вторая же машина оказалось той самой красной "Маздой", ее хоќзяин, являя собой наглядное подтверждение теории о том, что все в этом мире взаимно связано и друг друга уравновешивает, стоял рядом с машиной и чесал затылок. "Мазда" впаялась в зад "Фольцвагену", а у нас давно известно каждому водителю - кто сзади, тот и не прав, дистанцию держать надо, так что парню следующие пару часов вряд ли покаќжутся приятными. Особенно если принять во внимание бурный монолог брюнетки, обраќщенный к некоему Толяну. - И по какому поводу?
  - Забыла? Сегодня открытие " Golden Ring"s Premier Hotel". Приглашения уже черт знает когда пришли, там весь город будет, такая тусовка грандиозная намечается... Твоя мама два раза приезжала, пока я еще дома была. Я в окно видела, только не думай, что подќглядывала... Ну ладно, подглядывала. Просто у меня-то нет неограниченных ресурсов магаќзинов твоей мамы, вот и посматриваю, во что нарядишься. Вдруг то же самое нацеплю! Привезла тебе такой наряд обалденный, только сегодня доставили, говорит, по моему Алишер... Кстати, Жуков звонил, он у Лешки номер твоего мобильника спрашивал. Не, все- таки везет тебе на красавчиков. Я дала номер, ты не возражаешь?
  - Возражаю! - Завопила я в трубку, закладывая одновременно крутой вираж. Теперь понятно, кто назвал меня солнышком. Еще вчера меня успел он выбесить этой своей мане-рой. Потерявќшая всякий страх и совесть маршрутка выскочила из-за поворота, проигнори-ровав все праќвила дорожного движения. Вокруг немедленно запищали тормоза, а за стекла-ми маршрутки виднелось довольно ухмыляющееся лицо водителя и побледневшие пассажи-ры, которые наќверняка вспомнили сейчас первое и единственное правило перевозки пасса-жиров в таких "Газельках", число трупов должно совпадать с числом посадочных мест.
  Но подлая подруга уже к тому времени отключилась, а меня увидал злой дядя гаишник и замахал своим жезлом. После чего минут десять втолковывал несознательной Алине Миќхайловне, что, разговаривая за рулем можно навсегда оказаться вне зоны доступа сети, при этом тыкал жезлом куда-то вверх, где раньше находился плакат социальной рекламы, изоќбражавший кучу покореженного железа рядом с мобильным телефоном. Еще десять минут я клялась и божилась, что больше так никогда делать не буду, демонстративно нацепила на ухо "Bluetuf", и попыталась всучить взятку.
  Дяденька оказался честным, взятку не взял, а выписал мне штраф за отсутствие огќнетушителя и знака, а потом, на прощание, за непристегнутый ремень безопасности...Так что когда я вновь двинулась в путь, то злилась до невозможности. Во первых, на ГАИ, или ГИБДД, или как там теперь эта структура называется, которое отсутствует, когда оно нужно и немедленно, как чертик из коробки, выскакивает, когда ты нарушаешь правила. Во вторых, на Ингу, которая раздает мой телефон каждому встречному и поперечному, и лишь потом спрашивает моего согласия, не подглядывает в окно, а посматривает, и, слуќчайно мою маму увидев, немедленно так же случайно спешит с ней пообщаться. В- треть-их, на этого самовлюбленного идиота, которого я послала к черту и правильно сдеќлала, в четвертых - на маму, уж она-то непременно узнает, что я послала его к черту, не знаю уж, каким образом, но узнает. А так как она жаждет устроить мое семейное счастье гораздо больше, чем этого хочу я, то немедленно прочитает мне пространную лекцию на тему, что кавалерами разбрасываться нельзя, иначе окажешься в должности вдовы гораздо дольше, чем того требуют приличия.
  Так что дом Колесниченко, выдержанный в мрачном готическом стиле соответствоќвал моему настроению как нельзя лучше. Не понравилось только то, что ни в одном из мноќгочисленных окошек - бойниц не виднелось света, как полагалось бы в богатом доме зимой в четыре часа пополудни. Сразу рождались подозрения, что коттедж необитаем, и поговоќрить мне, следовательно, ни с кем не удастся...
  Надеясь на лучшее, я все - таки нажала кнопку домофона, потом еще раз и еще раз... За литой чугунной решеткой не слышалось ни звука. Не лаяли собаки, как в любом уважаюќщем себя доме, не шевелились голые кусты, аккуратно подстриженные и обрамлявшие так же аккуратно вычищенные и посыпанные гравием дорожки.
  Из-за этих аккуратных дорожек мне становилось все хуже и хуже, злость достигла красной отметки. Во дворе маминого дома проложено много аналогичных тропинок, и кусты их обрамляют почти также. Что поделаешь, фирма, занимающаяся ландшафтным дизайном у нас в городе одна, и у дизайнера ее идея фикс - везде присутствуют эти доќрожки, словно вырванные из общего плана английского парка и от того смотрящиеся весьма дико. Но садовник, которого наняло правление "Вишневого Сада", поселка, где находится мамин коттедж, хоть и состоит в этой фирме, никогда так не вычистит и не выровняет гравий. Тут он словно только что вымыт горячей водой с мылом и приглажен граблями, да еще так тщательно, будто работник, это делавший, не имел ног и не оставлял следов.
  И вот, когда я почти потеряв терпение, собиралась разворачиваться, отправляясь воќсвояси несолоно хлебавши, из темноты донесся звук шаркающих по гравию - настоящее коќщунство - шагов, а потом грубоватый женский голос:
  - Кто там?
  Я с облегчением вздохнула. Кажется, сегодня закончу это дело, которое и не дело воќвсе, и смогу послать Маринку куда подальше. Если, конечно, женщина, которая, судя по всему, в таких же ладах с современной техникой как и тетя Дуся, мамина домоправительќница, упорно не признающая домофон и каждый раз отправляющаяся в путешествие к воќротам открывать их по старинке, доберется до решетки раньше, чем наступит завтра.
  Спустя минут пять в свете мощных галогеновых фар появилась дородная фигура дамы, которая коня на скаку остановит, в горящую избу войдет. Дама накинула поверх черного платья с белым передником древний полушубок и выглядела в нем вовсе устрашающе. Шиќрокой ладонью она прикрыла глаза от слепящего света фар и грозно спросила снова:
  - Кто?
  - Откройте, милиция. - Гордо заявила я. Сколько дней, сколько долгих недель я мечќтала сказать, наконец, эту фразу! Как она звучит, словно музыка! - Следователь по особо важным делам, лейтенант Веретенникова.
  - Милиция, говорите... - Протянула женщина, разглядывая джип и мою блондинистую голову в окне джипа. - Милиция, говорите... - Повторила она без должного уважения к зваќнию и должности. - А удостоверение у вас есть, лейтенант Веретенникова?
  Я растерялась.
  - Конечно, есть. А что, вы меня по телевизору не видели?
  - Если есть, то покажите, пока его не увижу, ворота не открою, а телевизор я не смотрю, ну его к бесам, этот ящик. А что, вас по телевизору показывают? И часто?
  - Каждую неделю. - Обиженно протянула я, выбираясь из машины и вытаскивая из суќмочки удостоверение. Так всегда в жизни бывает. Только почувствуешь себя знаменитоќстью, звездой можно сказать, как тебя шмяк - и лицом о землю приложат. Закон мирового равновесия - Маринка на полном серьезе назвала меня гением, а Волкова заявила, что смот-рит каќждую неделю "Криминальную хронику". Но тут появилась эта мадам, и мое само-мнение резко понизилось, в душу немедленно закрался червячок сомнений... А что, если Маринка воќвсе не считает меня гением, а решила польстить самолюбию и таким образом заставить меня делать работу, за которую частный детектив взял бы не одну штуку, да еще и в бакќсах? А банкирша Волкова всего лишь рассматривает мои наряды с мыслью, что бы этакое слямзить и при этом не обращаться к стилисту?
  Пришлось протиснуть книжечку сквозь прутья решетки и сунуть ее чуть ли не под нос недоверчивой и бдительной гражданке. Она цепкой рукой ухватилась за нее, и мы мину-ту тянули удостоверение в разные стороны. Я, памятуя о должностной инструкции, призыќвающей не выпускать из рук драгоценную книжечку, отчаянно не давала выхватить ее, а мадам с таким же упорством тянула на себя. Потом она смирилась с поражением, нацеќпила очки и еще пять минут с видом пограничника изучала фотографию, сравнивая с оригиќналом. Потом еще пять минут тщательно разглядывала печать и подпись... Я, облаченная в тоненькую курточку и кожаные брючки с низкой талией, жутко замерзла на пронизывающем декабрьќском ветру, а мегере по ту сторону решетки казалось, все нипочем.
  Наконец она выпустила удостоверение, мучительно долго снимала очки и укладывала их в футляр, потом прятала футляр в карман передника. И где, интересно, люди нанимают таких вот церберов? Уверена, что она хозяев обзывает контингентом и стережет их как особо опасных преступников, а раньше трудилась в какой-нибудь колонии супер строгого режима, охраняя население от женщин - маньячек, приговоренных к пожизненному заклюќчению. Интересно, в нашей стране есть такие?
  - Проходите. - Кивнула она. - Надо бы, конечно, в ваше отделение позвонить, узнать, на самом деле там такой следователь есть...
  Я готова была завыть - представляю, какими словами ответят ей наши дежурные! Да мне придется удирать отсюда, сверкая пятками, вернее шинами, потому как отсутстќвие громкого лая не говорит об отсутствии собачек. Наверняка они здесь такие же многоќсловные, вернее молчаливые, как и эта женщина, то есть приучены бросаться на нарушиќтелей, пересекших контрольно- следовую полосу, без предупреждения. Но, к моему великому счастью, она потянулась к замку, вскоре ворота медленно поползли в стороны, и я бросилась к машине.
  - Джип здесь оставьте. - Приказала она. - На машине не пущу, нечего дорожки погаќнить. Здесь его никто не угонит. Некому.
  Пришлось тащиться вслед за ней по длинным дорожкам, чувствуя, как острые каќмешки продавливают подошвы ботиночек, не предназначенных для ходьбы по гравию, да и вообще для ходьбы не предназначенных, а пятая точка леденеет на ветру. И даже мысль о том, что по новейшим сведениям от итальянских косметологов, холод препятствует поќявлению и даже лечит целлюлит, не радовала.
  В довершение ко всему, домоправительница проводила меня не к главному входу, а к узќким дверям кухни, что повергло меня просто в шок. Так со мной еще никогда не обращались. С другой стороны - сама виновата. Слышала, конечно, что и у нас в городе появились снобы, отказывающиеся принимать на равных людей не своего круга, каковыми считают почти всех, кроме таких же снобов как и они. Но до сих пор с такими ней встречалась, вот поќэтому и не заказала визитки: "Алина Веретенникова, мент не простой, а дочь владелицы "Шик"". А еще недавно радовалась, что теперь меня узнают не как мамину дочку... Как там сказал какой-то мудрец - у каждой правды две стороны, плохая и очень плохая?
  - Мне бы поговорить с хозяевами. - Строго сказала я, заходя на кухню и не увидев там никого, абсолютно. - У Майи Колесниченко был муж? Или родители?
  Женщина сняла полушубок и повесила его на крючок за дверью, стало понятно, что она несколько старше, чем показалось мне с первого взгляда. Если в темноте она выглядела макќсимум на пятьдесят, при ярком свете галогеновых ламп стало видно - даме за пятьдесят, вернее, даже ближе к шестидесяти пяти.
  - Был. - Повернулась она ко мне. - И муж был, и родители были, как же их не быть, роќдители у каждого человека есть. Только никого не осталось. Майка-то последняя была.
  Я тряхнула головой, переваривая информацию.
  - Как это, последняя?
  - Да вы садитесь, садитесь. - Предложила мне женщина. - Меня Марией Федоровной зовут. Что же вы так отправились, ничего не прочитали? Ваши, точнее, из прокуратуры, с утра уже были, я им все рассказала. Чаю хотите?
  - Прокуратура нам сведения не предоставляет. Они за страничку удавятся. - Проборќмотала я, присаживаясь за стол. Причем сообщила чистую правду. - Кто кроме вас в доме есть?
  - Никого. Но дом на сигнализации, и тревожная кнопка включена.
  - Не собираюсь я вас грабить. Мне с родственниками Колесниченко поговорить надо. Они есть?
  - Так, наверное, есть. Теперь появятся, когда наследство делить будут. А таких, котоќрые поблизости, о которых я знаю, таких нет. Насчет же грабежа - черт вас, ментов, знает. У вас вон какая машина, да и одеты вы не по зарплате, хозяйка тоже такие вот шмотки любила, так что я знаю, сколько они стоят. Или муж богатый?
  - Мама. - Огрызнулась я, растерявшись окончательно. У банкира была хотя бы жена, правда, и она ничего путного или необычного мне не сообщила, а здесь так вообще облом.
  - То-то я и смотрю, при муже- то девицы не спешат работать. - Вздохнула еще раз Мария Федоровна, наливая чай в большую керамическую чашку. Чай был горячим и крепким, правда, сорта непонятного, я люблю только бергамотовый...
  Что ж, по крайней мере, выпью горячего чаю, после того, как эта домоправительница, больше похожая на домомучительницу, вытащила меня из машины, это единственное утешение. А Маринке скажу... Что я скажу Маринке придумать не успела, потому что в наушнике прозвучал грозный мамин голос:
  - И где ты?
  - На работе. - Жалобно пискнула я. Мама серьезно относится к всевозможным преќзентациям и тусовкам, потому как модный бизнес обязывает постоянно быть на виду. А владелица модного магазина и тем более ее молоденькая дочурка - лучшая реклама для этого магазина. Нужно всегда выглядеть сногсшибательно, и появиться на людях в шмотке из поќзапрошлогодней коллекции равняется дефолту и введению коммунизма вместе взятым. Я слышала, что в Нью-Йорке, например, нет ничего зазорного надеть костюм известного моќдельера даже если костюму уже пять лет, а вот у нас... Если вдруг я, или тем более мама, позволим себе такой выкрутас, местные модницы немедленно объявят магазинам бойкот, заявив, что торгуют там залежалым товаром.
  - А туфли, значит, я тебе повезу? Ладно, закину, но ты хоть Светку не упусти, приеќдет она к восьми. Часа хватит тебя накрасить, так что полдесятого встречу. Мы поедем с Ниной Львовной.
  Ну вот, час от часу не легче. Нина Львовна старинная мамина знакомая, бывшая учиќтельница математики, а теперь владелица частного учебного заведения. В этом заведении применяются уникальные преподавательские методики, и любезные улыбчивые педагоги, авторы этих методик, с дипломами, выданными знаменитыми и всевозможными универсиќтетами, и грамотами, врученными на не менее известных и знаменитых конкурсах, утверќждают, что каждое дитя талантливо по-своему, надо только этот талант разглядеть. А уж коли разглядели, то тут рукой подать до его развития и превращения ребенка в гения. Ломоносовых не обещают, а вот нобелевских лауреатов - пожалуйста.
  Методики наверняка действенные, потому что многие детки маминых знакомых шко-лу посещают, причем результаты на лицо. Если в обычной общеобразовательной, или в губернаторской гимназии, чадушко с трудом переползало из класс в класс, а то и вообще по два года сидело в каждом, в школе Нины Львовны оно начинает исправно получать пятерки, и проблем с переходами на следующую ступень - так она именует классы - не испытывает.
  А еще у Нины Львовны есть сын, Петр. Парню лет двадцать пять, может быть боль-ше, и я никогда не слышала, что бы он состоял при каком-нибудь институте. Да и воќобще, лично мне кажется, что все эти уникальные преподавательские методики были разќработаны, с целью обучить Петеньку хотя бы зачаткам грамоты. Читает он по слогам, считает при помощи калькулятора - благо, хоть цифры освоил, а Нина Львовна, закатывая глаза, сообщает, какую жуткую сумму ей пришлось выложить председателю военкоматовќской комиссии, что бы Петеньке поставили диагноз, полностью исключающий выполнение великовозрастным неучем своего гражданского долга. Подозреваю, что этот диагноз был связан с сильным отставанием парня в умственном развитии, и не стоил чадолюбивой маќмочке ни копейки.
  Несмотря на все это, матушки девиц на выданье, в частности моя, считают парня прекрасной кандидатурой в мужья. Он не пьет, не курит, уважительно разговаривает со старшими... А как он управляется за столом с ножом и вилкой! Когда Петенька орудует этими предметами, его мама раздувается от гордости, как воздушный шарик. Главное, что бы нож и вилка у тарелок находились в единичном экземпляре.
  Обладающий всеми этими достоинствами парень еще не женат. Одни невесты не нравятся его маме, другие - ему самому, потому что Петеньке подавай не больше, ни мень-ше, а Клаудию Шиффер, да еще милую, скромную, непритязательную, увлеченную муќжем и боготворящую его, способную зарабатывать и при этом на себя не тратить...
  Короче, подобно переходящему красному знамени, парень побывал в сопровождающих у всех вошедших в свадебный возраст девиц нашего города, чьи родители были более, чем меќнее, заметны на арене провинциального бизнеса, и теперь очередь этого переходящего красќного знамени дошла и до меня.
  Может быть, прямо сейчас рвануть в РОВД, пока начальник еще в своем кабинете, объяснить ему ситуацию, пусть назначит меня дежурной на ближайшие трое суток? А если откажется, пообещать совершить акт самосожжения прямо на ступеньках здания, в котором наш РОВД размещается. Лучше уж неприкаянной душой бродить по свету и пуќгать по ночам прохожих, чем наблюдать рядом с собой Петеньку или, тем паче, Нину Львовну. Совсем уж мама отчаялась выдать меня замуж, раз обратила внимание на вечного жениха.
  - Майя не работала? - Задала я глупый вопрос, когда мама отключилась.
  - Нет. А зачем ей? Вдова, как никак. - Ответила экономка с таким выражением, слов-но статус вдовы автоматически влек за собой понятие "дама неработающая". Причем лично она, Мария Федоровна, такое положение вещей резко осуждает.
  - И давно вдова?
  - Да уж два года как Олег Семенович скончался.
  Я допила чай и уже собралась, было уходить, но для успокоения совести решила задать последний вопрос:
  - Скажите, почему вы такая спокойная? Хозяйку вампир загрыз, смерть дикая, даже если учесть, что вампир - это не вампир, а сумасшедший. На психику-то подобное давит.
  Мария Федоровна пожала плечами и понесла чашки к посудомойке. На полпути оберќнулась и невозмутимо сообщила:
  - Вампир-то может и не настоящий, а смерть самая что ни на есть настоящая. Таќкая, какая и должна быть, коли человек душу дьяволу продает.
  - Вы верующая? - Ляпнула я. Больше ничего просто в голову нет пришло после такого ответа - продажа души дьяволу, заслуженная за это жуткая смерть... И откуда в нашей стране взялись тетеньки, вернее, бабушки, так истово верующие в бога и сатану? Семьдеќсят лет в стране проповедовали атеизм, и знаете, по моим наблюдениям, именно эти истово веќрующие бабушки его и проповедовали.
  В нашей приходской церкви, куда я иногда захожу поставить свечки за упокой душ мо-их дедушки и бабушки, а заодно и супруга, сгоревшего на даче по великой пьянке, самая фанатичная, самая ограниченная и узко понимающая церковные обряды прихожанка -Галина Евдокимовна недавно отпраздновавшая свой сотый день рождения. В начале три-дцатых она была начальником меќстного управления НКВД и ловко расстреливала контру и белогвардейцев, в середине триќдцатых боролась с троцкистами в составе ЧК и чистила верхушку красной армии, а в конце этих же тридцатых загремела в Сибирь как враг народа, втершийся в доверие и пользуюќщийся своим положением, чтобы уничтожить честных борцов за идею господства мироќвой революции. О ее карьере недавно городской телеканал целый фильм снял, поэтому-то бабушка и стала известной.
  Так вот, режиссер где-то отрыл старую ленту, на которой молодая и довольно приќвлекательная Галина Евдокимовна с трибуны призывала без жалости и сантиментов уничтожать классового врага. А на протяжении всего фильма старая и согбенная, она приќзывает всех в массовом порядке идти в церковь и опять таки уничтожать классового врага, каким теперь является каждый неверующий.
  А еще она причащается каждую неделю и соборуется два раза в год, собираясь в рай. Конечно, такая предусмотрительность похвальна, ведь бабуле уже больше ста лет - отќменное долгожительство! Батюшка крестился после того, как встречал ее или беседовал, а потом сам отправлялся на исповедь, потому что впадал в грех, осудив ее в душе. Причем батюшка в нашей церкви - классический русский поп, чистая душа, таких Лесков воспел в своих "Соборянах". Тут надо добавить был, и перекреститься, потому что самого отца Михаила, которого любило все население прихода независимо от того, верующие или невеќрующие, не так давно отпевали в его церкви при самом большом за ее современную истоќрию скоплении народа.
  - При чем тут верующая? - Удивилась женщина. - Майка душу дьяволу продала за смерть Олега Семеновича, и дьявол свою часть сделки выполнил. Пришла, наверное, пора платить по счетам.
  Волосы у меня зашевелились и встали дыбом по всему телу, даже те, которые были безжалостно уничтожены на сеансах фотоэпиляции, а воздух в кухне неожиданно наэлекќтризовался настолько, что если бы на стене неожиданно появились огненные роковые: "Мене, текел, фарес", то и этому бы я не удивилась, ну нисколечки.
  Я не верю в сатану и сделки с ним, я не верю во всевозможную нечисть. Но загрызенная вампиром девушка, которая продала сатане душу... В этом что-то есть, чего я понять не могу. Потому что по моему глубокому убеждению, сатана, даже если он и существует, не будет покупать душу современной супруги удачливого бизнесмена. Знаете, иногда кажется, что по сравнению с такими женщинами повелитель ада - несчастный, белый и пушистый.
  - Можно с этого момента поподробнее? - Попросила я, возвращаясь на стул, толком еще не осознавая, что же я хочу услышать. Но где-то в глубине души уже готовая поверить - в сумасшествии банкира виновата далеко не Маринка Фрянцева.
  
   Глава шестая
  
  Поподробнее в понимании Марии Федоровны оказалось начать повествование аж с пятьдесят восьмого года. Для меня то времена былинные, потому что новую историю я в школе обошла стороной, а уж новейшую - тем более. Смутно вспоминается реформа Хруќщева и смерть Сталина, вроде как его хотели положить в мавзолей, или даже положили, а потом, темной ночью, перезахоронили под кремлевской стеной. Однако для дамы почти семидесяти лет Мария Федоровна обладала отменной памятью, и начала нагружать меня такими сведениями которые мне и нужны-то не были, и не будут никогда нужны.
  Она для начала напомнила мне о какой-то денежной реформе, правда, год этой реќформы не уточнила, а я, слушая ее плавную речь дальше, призадумалась. Очень часто прихоќдилось слышать, что в нашем государстве с падением СССР не стало порядка. Об этом кричат активистки местного отделения Коммунистической партии, с тоской вспоминая о том, что можно было купить на десять рублей. А тут, оказывается, и в блаженные социаќлистические времена деноминации имели место. И обучение было платным, ввели плату прямо перед войной. Заодно с какими - то школами типа "Трудовой резерв". И двенадцати часовой рабочий день имелся.
  Мария Федоровна сообщила мне об этом, словно оправдываясь в том, что стала экоќномкой, вернее, не она, а ее мать...
  - С сорокового года она работать у Семена Валентиновича начала. Большой человек был, в Сибири заводы строил, стахановскими темпами. Его сам Сталин вызывал, заставил расписку написать, что завод за год закончат, он и написал, а там работы лет на пять было. А не закончишь - все, Колыма. К войне закончили. Я-то по рассказам знаю, даже не родилась тогда, а вот Олегу Семеновичу годик был.
  Стрелки на часах медленно, но верно приближались к цифре шесть, и возраст Олега Семеновича Колесниченко на момент начала войны и постройки какого-то завода в далекой Сибири меня мало волновал. Тем более, что к делу он не имел ни малейшего отношения, а привычка пожилых людей впадать в разговорчивость и пересказывать всю свою жизнь, да еще с видом многозначительным и поучительным... Смутно припоминаю, что мой папочка-танкист, еще до перестройки, до того времени, когда он удачно слинял в неизвестном наќправлении, пару-тройку раз в год впадал в такое вот патетическое состояние. Пожилым человеком он не был, он был человеком крепко пожившим, как сам себя называл и в патеќтику пускался обязательно двадцать третьего февраля, в День Советской Армии, потом на День танкиста, как никак являлся кадровым офицером этого рода войск и порой на Седьмое ноября, после парада, когда танки его родной дивизии, а вернее папочкиной первой, образцово - показательной роты, с грохотом катились по Крещатику.
  В такие дни папочка сначала обнимался с бутылкой водки, а потом обращался с плаќменной речью к портрету главнокомандующего, по старому военному обычаю украшавшему одну из стен, потом начинал материть Киевское танкотехническое училище и Харьковќскую Высшую Военную Академию, которые на свою голову окончил. Потом мама сваливала к тете Зине, жене особиста, оставив меня с бабушкой на растерзание папочкиным воспоќминаниям. А когда сам грозный особист, за какой-то год растерявший почти всю свою грозќность, появлялся на пороге нашей квартиры, такой же в дрободан пьяный и такой же патеќтически-изумленный, мы с бабулей удирали в парк, гулять. Я, юный октябренок, разма-хиќвала шариками и красным флажком с гербом великого и могучего Советского Союза, а баќбушка усаживалась на скамейку с такими же бабулями из военного городка, которые так же, как и мы сбеќжали от зятьков.
  Теперь-то я понимаю, что вся эта патетика была ужасом людей, на глазах которых рушился их вроде как устойчивый и привычный мир. Дядю Федора, полкового особиста, ниќкто больше, кроме солдат - срочников не боялся. Папа не получал в свою показательную роту новой техники. Да и запчасти для старой приходилось ждать все дольше и дольше, а будет вам известно, техническое обслуживание танков надо проводить гораздо чаще, чем техосмотр легковушек. У танка как-никак запас хода имеется, кажется, у танков, котоќрыми была укомплектована дивизия, это было шестьсот часов... Или километров, врать не буду, точно не помню. А танк не стоит в гараже, он и в учениях участвует, и в парадах, да и новобранцев - водителей обучают. Так что двигатель, исчерпавший свой технический реќсурс, надо снимать и отправлять на завод, а на машину устанавливать новый. Причем деќмонтаж и установку проводить в кратчайшие сроки, а то некрасиво получиться может - объявят тревогу, фиг же его знает, настоящая это тревога или учебная, а половина парка из ангара выйти не сможет.
  Вот они и тосковали по временам, не давним, но далеким, когда офицеры, еще издали завидев особиста, начинали отдавать ему честь, когда правильного офицера-папочку в поќложенный срок ждало повышение, и когда новобранцы не готовили к концерту самодеяќтельности песни "Аквариума".
  Но конец восьмидесятых, когда все это происходило, уже очень давно закончился, на дворе двадцать первый век и тосковать пора перестать... Тем более, что на восемь у меня назначен визит визажиста. Если я опоздаю, Светка ждать не будет, у нее в дни презентаќций и приемов клиентки расписаны по минутам. Если же я явлюсь ненакрашенной, мама меня придушить- то не придушит, но выскажет все, что думает о двадцатипятилетнем создании, махнувшем на свою внешность рукой. Сама она никогда не позволит себе пропусќтить поход к косметологу или сеанс массажа, несмотря на то, что график у нее гораздо более жесткий, чем у меня. Тут в пору самой заплакать или заныть - ну почему у одних поќлучается все и всегда, а я отношусь к типу людей, которым вечно не хватает пяти минут и которые всегда из-за этого опаздывают?
  Однако перебивать и торопить пожилую женщину я не решилась, черт ее знает, моќжет, она обидчивая очень, и если я откажусь слушать весь этот бред о конце сороковых и о том, как семья Колесниченко приехала в наш доблестный старинный город, она больше звука не проронит? Не хотелось бы этого, ведь я даже не представляю, что хочу услышать.
  Еще через полчаса у меня появились подозрения, что никакому дьяволу Майя душу не продавала. Во первых, потому, что не считаю "Фауста" пособием по общения с потустоќронними силами, а во вторых... Что- то в этом доме, может быть, его готический стиль, вызывал какое-то внутреннее содрогание. Вслед за этим содроганием шла мысль, что, проќжив здесь годик можно рехнуться конкретно, готическая культура как никакая другая располаќгает к мыслям о преждевременной кончине, самоубийствах и загробном существо-вании мяќтежной души, которую не приимут ни ад, разрушенный, как известно, сошестви-ем туда Спасителя, ни рай, рухнувший еще раньше, весте с архангелом Сатаной.
  В этих вопросах меня сильно просветили сами готы, представители субкультуры, выќделившейся из субкультуры панков. Правда, мозги сломать можно? Готов регулярно привоќзят в наше отделение патрульные, потому что по ночам эти личности, одетые во все черќное и намазанные черной краской и белилами, изображая трупы, бродят по местному кладќбищу, пугая честных граждан. Не знаю, правда, откуда честные и бдительные граждане сами берутся по ночам на кладбищах. Лично меня ночью туда никакими коврижками не заманишь, но факт остается фактом, машины "Скорой помощи" регулярно увозят оттуда полночных посетителей с мозговыми ударами, сердечными приступами и сосудистыми криќзами; а в нашем отделении ломают головы, какую статью пришить блаженной личности с затуманенными светом иных миров глазами, которая на вопрос о своем имени, фамилии и отчестве на полном серьезе ответствует - Мертвая принцесса, или Убитый Драконом...
  Это, кстати, самые еще радостные и жизнелюбивые имена, которые я от них слыќшала. Поначалу этим любителям загробной жизни лепили хулиганство, потом, когда один вполне благополучный дяденька скончался от инсульта прямо на кладбище, увидав возлеќжащую на могильной плите, раскинув руки, наподобие распятия, девицу, с бледным лицом и адским черным ртом, открыли дело о неоказании помощи и убийстве по неосторожности, теперь же всем, доставленным к нам с Игнатовского кладбища после полуночи, поголовно грозит статья о вандализме. Стало меньше и готов, и честных граждан, которые посеќщают сие место при свете луны.
  - Чуяло мое сердце недоброе, чуяло... - Неторопливо и размеренно вещала Мария Феќдоровна, меня от монотонного звучания ее голоса начинало потихоньку клонить в сон, а потом, когда до сознания дошел смысл фразы, из этого сна резко выдернуло. - Когда я Майку позвала мне помогать, Лидочка, царствие ей небесное, даже не болела, а как Майка появиќлась - то все.
  - Лидочка? Кто это? - Решила уточнить я, а заодно перебить гипнотическую моноќтонность повествования. В глаза у меня словно песка насыпали, а в висках быстро- быстро стучали молоточки, потом эти молоточки сменялись кувалдочками, стучащими потише, но не так ритмично, потом молоточки и кувалдочки начинали стучать вместе...
  - Лидия Федоровна, супруга Олега Семеновича, первая. Он первый раз женился в дваќдцать лет, в пятьдесят восьмом году. Тогда всем, кто в комитетах работал, да карьеру деќлал, жениться надо было, да так жену выбрать, что бы по всем статьям мужу подходила. Сейчас-то об этом забыли, смотрят только на ноги, а тогда искали, что бы идейная была, из семьи порядочной, никаких там врагов народа и евреев с татарами или немцами... Лиќдочка тогда в медицинском училище училась, ее по линии комсомольских активистов на стройку послать собирались, тогда такие стройки были, комсомольские, ну, а ее Олег Сеќменович увидел. Поженились они, а потом, через месяц, Олег на повышение пошел, ну а Лиќдочка меня наняла.
  - Она умерла?
  - Да. Ровно через год, как я по дурости привела Майю. Ровно год прошел, день в день. - Вздохнула женщина. - Девять лет с тех пор прошло, а я, верите или нет, ночи ни одной спокойно не поспала, каждую ночь мне Лидочка мерещится. Мы же с ней на одном курсе учились, в одной группе. Меня Олега отец в училище пристроил. Только у меня мама раком заболела, а Семен Валентинович помереть успел - прямо на работе его парализовало, на третий день помер, говорить не мог. В те годы рак - приговор страшный, ни лекарств, ниќчего толком не было. Через спекулянтов доставали. Или по распределителю. У спекулянтов покупать - денег никаких не хватит, я и бросила училище, пошла на завод работать. Толь-ко зарплата - восемьдесят рублей, а маме лекарств на двести надо было. Да и когда у спеку-лянтов покупаешь, того и гляди, и их заберут, и тебя, тогда организация такая была - УБХСС. Управление по борьбе с хищениями социалистической собственности. У них дела только расстрельные шли. Вот меня Лидочка и позвала. Сама-то она дальше училась, после училища в институт пошла, на педиатра. А своих детей бог не дал.
  - Выходят, Майю вы знали еще до замужества ее с Колесниченко?
  - Знала. Она дочка еще одной Лидочкиной знакомой была. Вернее, племянница. Мать у нее померла от пьянства, вот тетка змею и пригрела. Майке тогда девятнадцать лет исќполнилось, красотка была, ноги от ушей, талия тонкая, грудь большая, волосы блондиниќстые, как у вас. Такие девки всем мужикам нравятся, только Лидочка, святая простота, об этом- то не думала. Тетка ее к тому времени померла, она старше сестры была, Майкиной матери. А сама Майка в институт поступила, в политехнический. Вот Лида ее и пожалела - девке одной трудно, стипендия в те годы уже никакая, а одеваться надо, мыло куќпить, да продуктов. Лида ей хотела просто денег давать. Олег Семенович не возражал, он уже тогда хорошо зарабатывать начал, в девяносто пятом, дом вот этот строить заќканчивал. Фирму свою открыл, первым в области начал двери бронированные делать и окна. А я Лидочке говорила, нечего девку к дурным деньга приучать, пусть приходит мне по хозяйќству помогать, да ест здесь. И хватит. Лида не послушалась, все равно ей деньги совала, дескать, девке учиться надо а не спину гнуть... А она к тому времени и сама всему научиќлась, шалава.
  - Майя была прислугой? - Уточнила я, удивляясь, как во время разговора меняется тон и поведение невозмутимой по началу Марии Федоровны. Сильно она ненавидела Майю, раз даже после смерти говорит о ней, как о какой-то змее. Покойная Лида, желавшая помочь девушке, наверное, на самом деле относилась к людям с чистой душой, а вот сама домопраќвительница, предложившая девушке работать за еду...
  Неприятная она личность, просто удивительно, почему вторая супруга терпела ее в своем доме. Ладно, пока жив был муж, возможно, он не хотел расставаться с домоправиќтельницей по каким-то своим сентиментальным причинам, хотя я сильно сомневаюсь, что у человека, сына одного из легендарной когорты сталинских директоров, которые за год на болотах возводили индустриальные комплексы, на постройку которых в обычных условиях требовался не один год, а то и не одно десятилетие, человека, который наверняка не счиќтал, сколько на этой постройке погибло людей, все равно эти люди относились к уничтоќжаемому классу врагов народа, всю жизнь проработавшего в партийном аппарате, создавќшего собственное производство на заре эпохи капитализма, называемого теперь "диким" могут быть какие-то сентиментальные воспоминания. Но потом, после его смерти? Что за два года помешало Майе выгнать вон отвратительную старуху? Ох, сдается мне, что Майя была вовсе не такой уж злобной и противной, Мария Федоровна гораздо хуже.
  - Какой прислугой! - Вполне искренне возмутилась женщина. - Один только раз и заќставила ее поработать, на свою-то голову. Дом этот построили, мы переехали, я и смотрю - окна-то все равно еще разок помыть надо. Бригаду вызвала, сама-то уже не могу по карниќзам да подоконникам скакать, да эту прошмандовку заставила. А она еще и согласилась быќстро. Сволочь! Поди сразу же и задумала, гадина! Вырядилась в футболочку, до пупа не доќходит которая, да в шортики, стоит, стекло типа трет, полуголой задницей намахивает, а тут и Олег Семенович случился... Вот она его и приворожила... Ведьма! - С чувством охарактеризовала Мария Федоровна свою бывшую хозяйку и полезла в карман за платком. Процесс извлечения носового платка оказался таким же долгим, как и процесс извлечения очечника у ворот, домоправительница все делала не торопясь, с чувством, с толком, с расќстановкой и основательно.
  Я поерзала на стуле, ожидая продолжения драматического повествования, и оно себя ждать не заставило.
  - В тот же день, в тот же день Лидочка только из дома уехала, она тогда еще в медиќцинской академии преподавала, я начала в комнатах прибирать, захожу в их спальню, а Олег Семенович с этой на кровати кувыркаются. И рожа у мерзавки такая довольная, и стонет-то она, и покрикивает...А Олегу Семеновичу что надо? Он ведь как и все мужики был, конечно, и раньше от жены гулял, тогда ведь много шалав малолетних развелось, но я ни об одной не знала, да и чтобы в собственном доме... Не было до нее такого. Ну, я дождаќлась, пока они там закончили все, за ремнем сходила, Майка выходит, гадина, я ее прямо у двери поймала и по заду то голому и начала хлестать. Думала, в кровь излуплю, она тут поќявляться не станет, пока рубцы не заживут, Олег Семенович и забудет про ведьму. А он следом выскочил, и меня за руку схватил. Тут-то я поняла, что дело плохо. Приворожила она его, гадина, не иначе.
  - И из-за этого вы решили, что она продала душу дьяволу? - Начала потихоньку злить-ся я. Почти час потеряла на бредни старухи, исходящей желчью и злобой. Вообразила себе невесть что!- Из-за того, что хозяин не дал вам избить девушку?
  Мария Федоровна зыркнула на меня глазами из-под широких, не по старчески темных бровей, и на минуту мне стало страшно - неизвестно, что придет такой вот даме в голову, в доме мы одни, придушит сейчас, или зарежет, найдут потом следователи из прокуратуры мое полуразложившееся тело в ближайшем лесочке. А может, и вовсе не найдут. Несмотря на возраст домоправительница дама с виду крепкая, вполне способна расчленить мое хрупќкое тело и растащить части по всей области.
  - Если бы. Он с тех пор каждый божий день начал к ней шляться. В дом больше не приводил, правда. А поистаскался основательно. Виданное ли дело, в его-то возрасте на моќлодое тело потянуло! Я все ждала, ждала, когда же вконец ослабеет, а он все блудил, да блудил. На праздники сучку звать начал! Уж не знаю может, думал за кого из своих замуж выдать, что бы всегда под рукой была? А тут и у Лидочки рак открылся, лечить ее начали, прооперировали и химиотерапию назначили. Я сразу поняла, в чем тут дело - мою ведь маму тоже ведьма извела, отца увести хотела. Я Лидочке и рассказала, говорю ей, надо бабку-веќдунью искать, что бы она порчу сняла и на гадину же ее направила, а Лидочка на меня только посмотрела, и потом уже до самой смерти даже не разговаривала. Святая душа была! Через месяц и преставилась, а ведь время - то порчу снять было! Олег же Семенович на этой женился, спустя год. Он и раньше бы женился, да я не дала, говорю ему, раньше чем через год кого приведете - мышьяку наложу. Думала, за год то он угомонится, а ведьма крепко его к тому времени к рукам прибрала, он и за год не успокоился.
  - Да уж, занимательная история. - Вздохнула я, потихоньку пробираясь к двери. - И о дьяволе, и в ведьмах.
  - Не поверили мне? - Подняла брови домоправительница. - Думаете, сошла с ума стаќрая? Я за полгода до смерти Олега Семеновича разговор Майкин слышала, с ее подругой, Мерзавкиной...
  - С кем, с кем?
  - А в мэрии работает, проститутка. Фамилия у нее подходящая - Мирзоева, так я ее Мерзавкиной звала, Олег Семенович очень веселился, когда это слышал. Тоже ведьма еще та. Пришла как-то раз к Майке, они в ее комнате уселись чай пить. Майка новые порядки ввела, Лидочка-то никогда себе комнату отдельную не заводила, понимала, муж с женой в одной кровати спать должны, а этой своя спальня понадобилась. Муж храпит, видите ли... Я и услышала, как Майка рассказывает - нашла в Интернете какой-то листок, там объявление что дьявол избавит от любого надоевшего родственника в обмен на бессмертную душу. Она и поменялась. Рассказывала, так хохотала!
  - В Интернете? - Не поверила я.
  - Ага. Мне бы, дуре, сразу спохватиться, так не подумала, не приняла в серьез компьюќтеры эти проклятущие. Нужно было сразу Олегу Семеновичу сказать, тогда бы сволочи сразу же не поздоровилось. А я опять время упустила, а потом он с моста и кинулся.
  - Кинулся с моста? - Переспросила я, смутно что-то припоминая. Вроде как года два назад прямо в День Города с моста в Волгу прыгнул преуспевающий бизнесмен. Об убийстве даже не заикались, потому что случилось все это при большом скоплении народа, рядом с тем местом, где парочка предприимчивых ребят установила тарзанку, за триста целковых предлагая всем любителям адреналина испытать судьбу и прочность канатов. Камеры родќного городского телеканала были наготове, дабы зафиксировать для потомков первого смельчака, а вместо этого засняли, как пожилой мужчина выбрался из своего "Гранд Чеќроки", забрался на ограждение и шагнул вперед, причем это произошло очень быстро, наќстолько быстро, что никто и сообразить-то не успел, что происходит. По крайней мере патрульные бросились к месту происшествия только тогда, когда снизу раздался удар о воду и плеск.
  - Да. Много говорили о том, что это самоубийство, но я то - знаю, никакое это не саќмоубийство, дьявол его заставил, сам бы Олег Семенович никогда бы себя жизни не лишил.
  Забираясь в машину, и, следовательно, находясь на безопасном расстоянии от мегеры, я решила кинуть на прощание парфянскую стрелу:
  - Так значит, о наличии любовницы Лидочке сообщили вы?
  - А кто ж еще - то бы ей правду сказал?
  - Больным раком нужны положительные эмоции, иначе лечение не поможет, давно изќвестно. А тут вы с таким сообщением. Не кажется ли вам, что именно вы ее добили, а воќвсе не Майя?
  
   Глава седьмая
  
  Домой я неслась, из всех сил давя на педаль газа, проклиная и свое любопытство, и злоб-ную словоохотливую старуху. Наверное, именно про таких говорят : господи, избавь нас от друзей, а от врагов мы и сами как нибудь... Или у женщины, всю жизнь тесно общавќшейся с отцом - его я не видела, но почему-то была уверена, мерзкий и жестокий он тип, прям как командир дивизии, в которой служил отец - и с сыном, который наверняка пошел в папочку, мягкость и добросердечие атрофировались? Она сообщает умирающей от рака женщине о наличии у ее мужа любовницы и считает, что совершила благое дело, прикрыќваясь бредо-вым утверждением - любовница эта ведьма, сделавшая порчу на смерть. Интеќресно, она говорила это серьезно?
  Во всех газетах, ну, если и не во всех, то в подавляющем большинстве печатных издаќний можно найти объявления магов и колдунов, белых ведьм и черных колдуний, всевозќможных магистров, бабушек, тетенек, сестер и братьев, которые обещают безгрешный приворот, снятие порчи, сглаза и избавление от всех недугов. Другие предлагают отворот и снятие венца безбрачия, а заодно и всевозможные виды порчи для счастливой соперницы. Рынок магических услуг настолько велик, что поневоле возникает вопрос - неужели люди в двадцать первом веке до сих пор верят в силу бабушки из глухой деревни, способной за дваќдцать минут заговорить рак, перешедший в стадию метастаз? Или в то, что кривая, косоќглазая, и ущербная умом девица, может за определенное количество гринов получить обоќжающего ее мужа, да еще красавца и умника с многонулевым счетом в банке, и что бы счет, опять же, в американской валюте был?
  Если это массовое сумасшествие, то приходится признать, что оно весьма заразно, ведь даже вполне здравомыслящая еще пару месяцев назад Яганова возомнила себя ведьмой. Правда, с непроснувшимися способностями...
  Да еще и дьявол, вывешивающий на форуме объявление о скупке душ! Век кибернетики и вычислительной техники! Раньше вроде как дьяволу полагалось появляться в личине черќного пуделя, за которым змеится огненный след. Или в клубах серного дыма. Сейчас же пуќделя бедного отловят и немедленно придушат, если он будет в ошейнике, который, как опиќсал кто-то из средневековых оккультистов, а за ним и Гете, сверкал драгоценными камень-ями, или стериќлизуют, согласно постановлению мэра о контроле численности бродячих животных. А уж клубы серного дыма... ОМОН, пожарные и спасатели, а также граждане, споро бегущие на место происшествия в надежде хоть одним глазком увидеть террористов, о которых так много говорят - обеспечены. Так что классическим образом не воспользуешь-ся, надо привноќсить нечто новое и современное, иначе творить дела в темноте и по тихо-му, как и полагаќется приличному законопослушному чертику, не получится. Авангард, блин, как говорит иногда Гришка Трусов в порыве вдохновения.
  А дома меня ждал сюрприз в духе Альфреда Хичкока. Из гостиной, которая в этот час должна была быть нема и пуста, как и вся квартира, в которой хозяйка отсутствует, доќносились веселые голоса. Один удалось идентифицировать как мамин, второй, низкий и баќсовитый, разумеется, принадлежал соседу, ему подпискивала Инга, а мимо меня на крейсерќской скорости пронеслась Ольга с чайным подносом, раскрасневшаяся и немного запыхавќшаяся.
  Я попыталась пересчитать обувь, делала так в детстве, когда приходила из школы и обнаруживала в доме толпу родительских приятелей. Пересчитав женские туфли, можно было сразу определить, сколько подарков мне принесли. Теперь же век всеобщей автомобиќлизации, люди по грязи не ходят и в гостях не разуваются, предложить заглянувшему на огонек тапки считается моветоном. Правда Ольга, которой мытье полов уже опостылело до чертиков, постукивая копытцем в пол, расстилает при виде гостя на пороге мокрую тряпку, и хочет гость или не хочет, а санобработку ему проходить приходится. Мне же количество, а главное - личности гостей, установить, находясь в коридоре, не удастся.
  Лучшим бы выходом было свалить под шумок, ведь впридачу к Инге и Леше, так мило беседующим с моей мамой, там может оказаться и Нина Львовна со своим Петенькой. Если принять во внимание то, что вместо восьми я явилась домой в полдевятого, а Светик наверняка позвонил маме сообщить все, что думает о клиентках, которые отсутствуют к назначенному часу... Что ж, явление мамы понятно, а вот остальные-то что забыли?
  Навесив на лицо самую гостеприимную из имеющихся у меня в запасе улыбок, я сунула голову в дверной проем, и остолбенела. За крохотным чайным столиком, на котором красоќвались тарелки с пирожными и плюшками, произведениями кулинарки Ольги, у которой тесто всегда удается, в отличии от меня, сидела мама и со светской любезной улыбкой разливала чай гостям. Гости же весьма вольготно расположились кто где.
  На диване восседала Инга, готовая к парадному выходу, одетая в нечто столь воздушќное и маленькое, что об одежде и речи быть не могло. Впрочем, Инга относится к эфемерќности одеяний, с простотой, достойной наших далеких предков. Прикрыт срам, и ладно. Хотя с другой стороны... Далекие предки наверняка в первую очередь задавались вопросом как сохранить тепло, а не прикрыть половые признаки. По крайней мере, зимой в меховые шкуры они кутались от макушки до самых пяток, а летом и голяком ходить не гнушались, если верить антропологам.
  Мрачный Леша, время от времени задумчиво посматривающий на жалкие тряпочки, изображающие стильное вечернее платье, сидел, прижавшись к диванному подлокотнику с другой стороны, а на пуфике рядом с его подлокотником приземлилась визажист Светочка, или Светик, или Святослав, по фамилии Барышев, если верить ее паспорту.
  Светочка от рождения мужчина, но мужчина не слишком удавшийся. Она низкого роста, блондинка с очень женственными чертами лица и голубыми глазами, а благодаря приему гормонов и прочим ухищрениям современной косметологии, растительность на ее лице полностью отсутствует. Вместе с фотографом Лешенькой, с прозаической фамилией Иванов, исполняющим роль второй супруги, они создали ячейку общества на шведский лад с дальнобойщиком Димой Запрудновым. Дима личность совершенно не гламурная и на приемы не ходит, зато предоставляет своим любимым женушкам право веселиться, как они толь-ко захотят, без него. С единственным условием - СПИД, сифилис, гепатит и прочие пре-лести случайных связей должны остаться за бортом их семейной лодки.
  Светочка носит женскую одежду, красится, и упорно зарабатывает себе на операцию по изменению пола, заодно делая операции, что бы походить на женщину еще больше, а Леша - обычный пассив; так что человеку, не посвященному в перипетии их семейной жизни, увидевшему выход этих двух супруг в свет, они могут показаться самой обычной парой.
  Но клиенток у Светика много, женщины справедливо полагают, что ни одна визажиќстка не сделает их привлекательнее, чем Светик, по одной простой причине - все женщи-ны охотятся на одну и ту же дичь, следовательно, ни одна не пожелает, что бы другая выгляќдела для этой дичи более заманчиво, чем она сама. А Светику на натуралов пока плевать, поэтому работает она на совесть и честно делает из рта-ниточки прекрасные пухлые губки.
  Как я уже говорила, в дни, когда намечается грандиозная тусовка или хотя-бы мало-мальски знаменательная вечеринка, график Светочки забит под завязку, на одну клиентку она отводит ровно час и никогда не будет ждать припозднившуюся. А тут поджидает себе преќспокойненько, не возмущается, картинно заламывая руки и бегая по комнате, как это приќсуще творческим личностям. Или причина такому спокойствию - Леша Синицын?
  За ту минуту, пока я разглядывала общество, собравшееся без меня в моей собственной гостиной, Света два раза поправила волосы, один - потрясла силиконовой грудью третьего размера, выглядевшей вполне привлекательно и почему-то гораздо натуральнее груди Инги, хоть и делали они их у одного хирурга, и три раза вытянула шейку, а заодно и причмокнула губками, глядя на мощные плечи будущего медиа-магната, обтянутые стильным свитерком от Тома Форда.
  Леша эти движения заметил и в отчаянии поглядел на Ингу, которая нравом отличаќется на редкость поганым и являет собой женское воплощение мавра Отелло. Обычно, если на Лешу бросает призывный взор какая-нибудь ярко окрашенная самочка, возраст ее при этом значения никакого не играет, Яганова немедленно закатывает грандиозный скандал с рефреном: " Ты только попробуй, гад этакий, кот мартовский ободранный, сходить налево, мигом все причиндалы отрежу!". Если же вдруг Лешин заинтересованный взгляд останавќливается на девушке, девице или даме... В таком случае иракская война, вкупе с ураганами и торнадо, обрушившимися на Соединенные Штаты за всю историю их существования, и куќбинским кризисом времен правлении президента Кеннеди, все это покажется и Леше, и окќружающим, щебетанием райских пташек. Потому как Инга устроит нечто вроде размин-ки к межгалактической войне с применением нового звукового оружия массового поражения.
  Так что сами понимаете Лешино волнение при виде знаков внимания со стороны Свеќтика... Бедняга начал краснеть, бледнеть и ерзать, а Инга и бровью не повела, несмотря на то, что Светик придвинулся, или придвинулась, к Синицыну еще ближе. Мне немедленно вспомнилась история, которую Лешка рассказал нам чуть ли не в первый день знакомства - о приятеле, который в Бразилии, не разобрав что к чему, начал приставать к танцующим на яркой платформе трансвеститам. Потом его женушка растрезвонила об этом на весь город, а, учитывая менталитет братков, к которым раньше принадлежали теперь уже чеќстные бизнесмены... Короче, Леша попал в аналогичную ситуацию и Инга сейчас жутко веќселилась, наверняка парень и близко не мог себе представить, кем на самом деле является блондинистая визажистка с андрогинной фигурой, спрятанной в просторный свитер и модно потертые джинсы с дизайнерскими дырками.
  Рядом же с моей мамой красовался завидный жених тридцати трех лет, которого я не далее, как три часа назад послала ко всем чертям по телефону, не зная, что это он. Правда, если принять во внимание все мои неудавшиеся романы и решение больше никогда этих роќманов не заводить, раз они кончаются все одинаково, то я послала бы его к черту даже если бы знала, что это он. Возможно, несколько иными словами, более вежливыми...
  Мама поила его чаем и потчевала плюшками, а Ольга суетилась вокруг, поправляя поќдушки в кресле, которое завидный жених оккупировал, в моем любимом кресле, которое я притащила в квартиру назло дизайнеру и под его отчаянные вопли, что сие кресло своим кошмарным мещанским видом портит весь стиль, в моем кресле, огромном, набитом мягќкими подушечками, собственноручно приобретенными мной в темной лавчонке, располоќженной в самом дальнем уголке огромного рынка в Дели, обтянутыми настоящим индийќским шелком и набитым мягким пухом трудолюбивыми индийскими женщинами...
  В этом кресле так уютно было сидеть с книжкой, закутавшись в тепленький вулворќтовский плед! И вот теперь оно занято, самым бессовестным образом, а мама улыбается оккупанту, и домработница ему улыбается, и поет сладеньким голосочком:
  - Да вы кушайте, Андрей Павлович, кушайте! Их Алина Михайловна сегодня с утра собственноручно пекла, я их только в микроволновке разогрела!
  - Алинка плюшки пекла?! - Пискнула Инга, немедленно закашлявшись. Очевидно, кусоќчек сдобной плюшки встал ей поперек горла, как только она услыхала такую сногсшибаќтельную новость, и теперь подруга с величайшим изумлением разглядывала выпечку.
  Лично я бы на ее месте точно подавилась, потому что Инга прекрасно знает - если я возьмусь что-нибудь печь, то результатом моих трудов можно будет гвозди в бетонную стену заколачивать. Простейший бисквит, который многие почему-то именуют шарлотќкой, и тот я умудряюсь изуродовать до неузнаваемости, хотя что там уродовать, каќжется? Три яйца, стакан сахара и стакан муки! У меня же они превращаются в монолит, вполне годящийся для фундамента многоэтажки, настолько он прочен и неподатлив внешќним воздействиям.
  - Конечно, пекла! - Не моргнув глазом ответила домработница, беря со столика блюдо с пирожными и засовывая их завидному жениху чуть ли не под нос. На лице у бедняги отраќзился плохо скрытый ужас, наверное, чаепитие продолжается давненько и Ольга от души напичкала парня "моими" творениями. - Она ведь у нас такая рукодельница! Она и пирожќные сегодня сутра испекла, медовички эти. Вы только попробуйте, Андрей Павлович! Во рту тают! Да вы попробуйте, попробуйте!
  Потрясая блюдом, Ольга наступала на Жукова, а я едва сдерживала смех. Моя домраќботница приехала на заработки из Украины, на родине она имеет большую семью, маму, папу, двух братьев и трех сестер. Причем она единственная из женщин в своей семье, котоќрая развелась с алкоголиком мужем и осталась бездетной. При этом она пребывает в свяќтой уверенности, что для женщины замужество является единственно приемлемой форќмой существования, и теперь делает мне рекламу всеми силами и от всей своей широкой хохлятской души.
  - А как она у нас кулебяку печет! - Неистовствовала Ольга, придвигая блюдо с медовиќками еще ближе к носу Жукова. Глаза у несчастного мгновенно сбежались в кучку и сфокусиќровались на ближайшем к носу кондитерском шедевре, истекающем кремом. Наверное, уже представил себе, как обладающая гораздо более внушительными габаритами, чем он, женќщина, недрогнувшей рукой запихивает в него это пирожное. Выглядел, по крайней мере, паќрень именно так. Как детсадовец, в ужасе глядящий на нянечку, решившую во что бы то не стало накормить вверенное ее попечению чадушко ненавистной этому чадушку манной каќшей. - По всем правилам, в двенадцать слоев!
  - Прям таки и в двенадцать!? - Усомнилась моя мама, которая, хоть и мечтает выќдать меня замуж во второй раз и удачно, но настолько грешить против истины посчитала опасным. Оно и понято - клюнет какой-нибудь новоявленный Лукулл на подобную рекламу, а потом и потребует сою кулебяку в двенадцать слоев. И где ее тогда взять? Печь? Но как? Лично я до сего момента не представляла, что такие кулебяки существуют.
  - В двенадцать, именно в двенадцать, сама считала. Каждый слой от другого блинчики отделяют, и с белым соусом! - Ничтоже сумнящеся отрезала Ольга, и торжествующе тряханула блюдом с медовиками. Пирожные подпрыгнули, вслед за ними подпрыгнули и опустились зрачки Жукова.
  На его лице отразились мучительные размышления - стоит ли мой четвертый размер и голубые глазки всех этих мучений. Я готова была расцеловать домработницу за такое старание, особенно если парень решит, что нет, не стоят, и отправится восвояси. Только завтра, иначе сегодня меня ждет Петенька и его мама, а они гораздо хуже...
  - Вы к нам в воскресенье приезжайте, Андрей Павлович! Алина Михайловна всегда по выходным кулебяку печет, вот и попробуете. А то поди все по ресторанам, да по рестораќнам питаетесь, как и все холостяки, домашнего - то не отведаете...
  - У меня повар есть... - Слабо попытался отбиться завидный жених. Интересно, от кулебяки в двенадцать слоев, или от визита в целом?
  - Тю, повар! - Протянула Ольга, и даже рукой махнула, что бы показать, как она отноќсится к поварам. - Разве ж он что дельное приготовит? Готовить женщина должна. Лучше жены никто мужа не накормит! Вот Алина Михайловна, хоть академий никаких поварских и не кончала, а так солянку варит! Ложка стоит! С маслинами, с каперсами! Она б вас откормила, а то тощенький весь какой-то... Сразу видно что повар есть! - И она еще раз взмахнула дланью. На сей раз той, которая держала блюдо с медовиками. Пирожќные подскочили еще раз, еще раз подскочили глаза Жукова, устремленные с тихим ужасом на эти пирожные. В этих глазах немедленно появился панический страх перед кулебякой в двенадцать слоев, поданной на десерт после солянки с маслинами и каперсами, в которой ложка стоит...
  Мама поставила свою чашку, наверное, ожидала, что бедолага сейчас вскочит и задаст деру, и его придется ловить всем скопом, а я хотела хоть как-нибудь прекратить восхва-ление моих кулинарных талантов и поќпыталась поздороваться со всей компанией, но из горла вырвалось лишь нечто, сильно смаќхивающее на предсмертный хрип человека, только что съевшего и солянку, и кулебяку...
  На мои хрипы присутствующие обернулись, а мама вообще обрадовалась безмерно, взя-ла сумочку и поскорее направилась к двери. Наверное, побоялась, что если милое чаепиќтие продолжится еще пять минут, жениха мне не видать как своих ушей. Причем не только этого.
  - Я поеду, а то собраться сама не успею. - Сообщила она, накидывая шубку. Потом поќцеловала и добавила: - Завтра тогда увидимся, или позвоню после съемки.
  - Так мы же собирались с Ниной Львовной поехать? - Решила съехидничать я.
  Мама тайком показала мне кулак и сделала страшные глаза.
  - Нина Львовна вполне способна и сама доехать. Если боится садиться за руль, пусть вызовет такси. - Ответила она, прощаясь с развеселой компанией.
  Я горестно вздохнула. Обычно мама гораздо более многословна, просто сейчас поскорее решила оставить меня с возможным кандидатом в мужья. Интересно, если я когда-нибудь обзаведусь ребенком, и этот ребенок будет дочерью, у меня тоже появится такая вот идея фикс, поскорее найти ей мужа? Или это идея фикс любой женщины, искать спутников жизни, независимо от того, кому они этих спутников ищут - себе, дочерям, сестрам, подќругам или дальним родственницам? И лишь одна я - мутант и моральный инвалид, не споќсобный испытывать типично женских чувств? Но ведь замужем- то я была!
  Светик встал, грациозно вильнув силиконовой покой перед носом Лешки, погруженного в сладкие мечтания. Вид у парня был как у голодного кота, перед которым неожиданно окаќзался целый таз сметаны. И мечтал он, наверное, как раз о кулебяке, потому что кулинария не только не мой конек, но и еще и ночной кошмар Инги. Жареную картошку она не умеет готовить до сих пор, хотя тщательно читает инструкцию на пакетах. Всегда. Только вот результат каждый следующий раз у нее получается отличный от преведущего. Причем не в лучшую сторону.
  - Ну что, краситься пойдем, кулинарка ты наша! - Дернула меня за рукав визажист, и хмыкнула. - В двенадцать слоев, значится?
  - В двенадцать, в двенадцать! - Немедленно откликнулась домработница.
  - Обалдеть! - Вздохнула Инга, поглядывая на меня с превеликим изумлением.
  - Да уж. - Протянул Синицын. - Вкусно, наверное. Можно, Лин, я тоже в воскресенье на кулебяку загляну?
  Один лишь завидный жених молчал. Вовсе не потому, что ему было нечего сказать. Сказать, наверное, он хотел много чего, только заботливая Ольга всучила ему, наконец, пиќрожное, и с видом Цербера следила, что бы несчастный тощенький гость, которого домашќний повар заморил на всяческих французских деликатесах, которые по твердому убеждеќнию Ольги есть яд для русского человека, тем более мужика, его съел.
  
   Глава восьмая
  
  "Golden Ring"s Premier Hotel" построили немцы в рекордно короткие для нашего города сроки - всего лишь за тринадцать месяцев. О его постройке очень много писали газеты и гоќворили по местному телеканалу, владельцы утверждали, что этот отель класса пять звезд поднимет гостиничный бизнес на новую высоту и привлечет иностранных туристов, коќторые и рады бы проявить интерес к красотам Золотого Кольца, да только боятся известќного на весь мир российского сервиса.
  Что бы они бояться перестали и любовались красотами от души и на все содержимое кошелька, построили это помпезное здание, облицованное черным мрамором и украшенное хромированной арматурой. В нем есть все - ресторан с русским названием "Собинов", каќзино и два бара, ирландский паб... Черная сверкающая свечка взмыла вверх на двадцать с лишним этажей в историческом центре города, напротив казарм восемнадцатого века, во дворе коќторых давным давно выстроен салон "Мицубиси-моторз" и городской торгово-выставочный комплекс. Одним слово, если кто из бывших капиталистических врагов и решит вдруг ненароком, что попал в дремучий край, где медведи с секирами бродят по улицам, мешая движению, то тут же разочаруется. Достижения цивилизации налицо.
  Так что наше появление на лимузине завидного жениха, да еще и с личными его тело-хранителями, бугаями Сашей и Пашей, похожими друг на друга как однояйцовые близнецы, фурора особого нет произвело. Всего лишь соответствие событию...
  Журналисты из "Сплетницы", местной газеты светской хроники вяло пощелкали ка-мерами, немного оживились при появлении полуголой Инги и при виде моего красного паль-то от Алишера, которое Инга назвала отпадным, и которое даже на меня произвело мощ-ное впечатление. Настолько мощное, что я надевать это творение не хотела, опасаясь, что могу повредить благородному меху совсем не благородного козла и сделать его и себя похожими на жертвы моды и "Гринписа".
  Лично мне было на внимание прессы совершенно наплевать, потому как волновало другое. В машине было скучно. Инга охорашивалась и то и дело красила губы, Леша мечтал о кулебяке в двенадцать слоев, Андрей, слава богу, молчал и пытался прийти в себя после ударной дозы сдобных плюшек и медовых пирожных... Я попыталась докопаться до тело-хранителей, так как рожи у них были страшно знакомые и я подозревала, что именно один из них извалял меня в луже полтора месяца назад.
  Но бодигарды молчали с каменными лицами, шофер невозмутимо вел машину, так что оставалось только одно - задуматься над загадкой продажи души и появления вампира.
  Экономка Колесниченко сказала, что у него не было никакого повода покончить с со-бой, и я ей верю. Не припомню никаких дефолтов и значимых экономических кризисов, пришедшихся на тот период. Следовательно, никаких проблем с бизнесом у покойного Олега Семеновича быть не могло. Наоборот, бизнес его был налажен превосходно и процветал до сих пор, это сразу видно, достаточно взглянуть на дом, на мебель в этом доме, хоть я и видела только кухню, на одежду самой убитой вдовы... Даже если она после смерти супруга попала в тяжелое финансовое положение, то вряд ли бы могла найти любовника, согласно-го содержать и ее, и ее готический особняк.
  Что еще толкает людей на самоубийство? Я плохо знаю психологию, но слышала, что часто одной из причин является кризис личной жизни. Согласитесь, это совершенно не подходит человеку, который, потеряв жену, вскоре привел в дом молоденькую красавицу. Возможно, она начала ему изменять? Учитывая менталитет бывшего партийного работ-ника, в таком случае он скорее убил жену, если не сам, то нанял убийцу, теперь с этим проблем особых не существует, но никак не стал кидаться с моста.
  Следовательно, остается только одна версия - Майя Колесниченко продала душу дья-волу, а тот, убив ее мужа, вскоре захотел прибрать к рукам собственность и послал за ней сошедшего с ума банкира, который вообразил себя вампиром.
  Бред чистой воды! Ни один суд в мире, да что там суд, ни один следователь в мире не поверит во всю эту чертовщину. Охота на ведьм и инквизиция осталась в прошлом, а если заявление о продаже души и Сатане, сидящем в Интернете принять на веру, то именно инквизицию звать и надо. Интересно, эта организация еще существует?
  Впрочем, экономка упомянула подругу Майи, некую Татьяну Мирзоеву, которую Мария Федоровна называла Мерзавкиной. Кажется, Мирзоева - Мерзавкина подвизается на почве служения народу, то бишь трудится в мэрии. К сожалению, я не догадалась спросить, кем.
  - Кем может работать в мэрии женщина? - Задала я риторический вопрос.
  - Да кем угодно. - Ответил Жуков, извлекая из маленького бара бутылочку минеральной воды. - А что?
  - А в мэрии есть отдел кадров? - Продолжала допытываться я.
  Тут уж даже Инга оторвалась от помады и зеркала и посмотрела на меня с подозрени-ем.
  - А зачем тебе отдел кадров нашей мэрии? - Удивилась она. - Собираешься бросить ментовку ко всем чертям и перейти на работу в более уважаемое заведение? Конечно, ты у нас теперь личность, всенародно известная, тебе можно, хотя бы перед выборами, напри-мер, за нового кандидата в губернаторы агитировать...
  - Губернаторов теперь президент вроде как назначает. - Сообщил радостный Сини-цын. - Укрепление вертикали власти!
  - Да и черт с ними, с губернаторами. Я это к тому, что не фиг менять шило на мыло и чесать на работу в нашу мэрию. Рейтинг у нее пониже, чем у ментовки будет. Да и нервот-репка каждый день - то коммунисты митингуют, то радикалы, то либеральные демокра-ты, то пенсионеры всех входящих тухлыми яйцами закидывают...
  - А где они их берут? - Поинтересовалась я.
  - Что, пенсионеров?
  - Нет, тухлые яйца.
  - Как где? Устроители выдают. Неужто думаешь, что они их сами покупать будут? - Инга распахнула свои умело подмазанные глазки и посмотрела на меня с таким видом, будто я только что вылезла из пещеры, проспав там эдак пару миллионов лет. Правда, в своем пальто с мехом, торчащим в разные стороны, я себя именно пещерным человеком и чувствовала. Если бы я сказала об этом маме, она немедленно бы прошлась по поводу старе-ния души с гораздо большей скоростью, чем старение физическое и напомнила, что девушка в двадцать пять лет любить тусовки обязана по определению, а, следовательно, она обяза-на любить и одежду, для этих тусовок предназначенную.
  - Какие устроители? - Задала я еще один идиотский вопрос, наконец-то развеселив всю компанию. - У них что, еще и промоутеры есть? Вот уж никогда бы не подумала!
  - Слушай, чем ты в своей ментовке занимаешься? - Поинтересовалась Инга, отсмеяв-шись свои законные пять минут, а затем вспомнив, что смех, слезы, да и вообще все бурно выражаемые эмоции оставляют на лице морщины.
  - На стуле сижу. Старом. Колготки рву регулярно. - Честно призналась я, подумывая, прилично ли будет обнаглеть и залезть во встроенный мини-бар. Хотелось пить, а Жуков совсем недавно извлек оттуда бутылочку "Перье". К тому же, несмотря на то, что семья моя довольно обеспечена, в лимузине я еду первый раз. Очень хочется воспользоваться всеми благами цивилизации для неприлично богатых людей. Минуту я колебалась, потом недрог-нувшей рукой полезла за минералкой. Как никак директор регионального отделения вроде мне в кавалеры предназначен? Следовательно, я могу пользоваться всем, что находится в машине, которая к этому директору прилагается. Или она ему полагается? Впрочем не-важно, в софистику пока впадать не стоит...
  - Во-во! - Встрял в разговор Леша, оставивший на несколько коротких мгновений страну грез, в которой огромные кастрюли с солянкой, в которой ложка стоит, соседство-вали с кулебяками в двенадцать слоев. Эти его мечтания так ясно отражались на широком бесхитростном лице парня, что я понемногу начала опасаться - явится в воскресенье на самом деле и потребует кулебяку. Что я тогда буду делать? Печь пироги? На такое герой-ство я не способна даже под страхом смертной казни, и соседи, которым в случае возмож-ного кулинарного эксперимента грозит пожар, должны мне быть благодарны. А у Ольги в субботу и воскресенье - выходные. - Оно и видно, что сидишь. Если бы хоть раз ты из своего кабинета выбралась, то давно бы знала - нормальные пенсионеры по домам сидят, а ненор-мальные - шастают по митингам. Каждый раз, когда ребята для новостей митинги у мэрии снимают, у них на пленке одни и те же лица мелькают. Что у коммунистов, что у ЛДПР. У ЛДПРовцев, правда, народу побольше, у них партия побогаче и недовольному элек-торату платят там получше. Сам узнавал - триста рублей за то, что бы выступил погромче, двести - за таскание лозунга и пятьсот, если кого из мэрии яйцами или помидо-рами обкидают.
  - А узнавал-то зачем? - Вступил в беседу завидный жених, которому после минералки вроде как полегче стало. - Подработать решил? Говорил я тебе, не связывайся ты с Мак-сом. Не хрен лезть в дело, которое совершенно не знаешь. Торговал себе тихонечко угнанны-ми машинами, вот и торговал бы. А то мультисервисная сеть, кабельное телевидение... Кому оно на фиг нужно, ваше кабельное телевидение? Теперь в наши банки за кредитами на развитие не обращайся.
  - Угнанными машинами? - Подняла брови я, а Синицын вроде как даже засмущался:
  - Ну, по молодости, по глупости дело было. - Покраснел он. Вот уж не думала, что че-ловек, избравший себе торговлю краденным как способ заработать на икру насущную, может так легко покраснеть. - Но ни одного возврата не было! - Тут же добавил он с гордостью. - Мы ж не нашими тачками занимались, у нас только заграничные были. Ин-терполовские. А те придурки разве что у нас в России найдут? Кредиты! Сам ты, акула капитализма, с чего начинал?
  Акула капитализма проигнорировала этот вопрос и в очередной раз приложилась к минеральной водичке, а Инга, посчитав беседу о политике завершенной, вновь открыла пудреницу.
  - Так есть там отдел кадров? - Вновь, уже погромче, задала я свой вопрос. Если отдел кадров в мэрии имеется, то я наведаюсь туда и узнаю, все ли еще служит своему городу некая Татьяна Мирзоева. И если служит, то в каком кабинете.
  - А надо-то тебе его зачем?
  - Найти одного человека. Вернее, женщину. Она подруга той девушки, которую вчера загрызли у "Самолета".
  - А зачем? Вампира кормить некем стало? - Блеснул тонким чувством юмора Леша.
  - Ага, нечем. Он в реанимации лежит, ты бедолагу так по черепушке долбанул, что тот чуть не окочурился. - Отреагировала на подколку я.- Между прочим, теперь, если у тебя есть адвокат, мечтающий сменить машину на новенькую иномарочку, он это сдела-ет. Потому что превышение допустимых пределов обороны еще никто не отменял.
  - Во, доброе дело в нашей стране всегда наказуемо. - Хохотнул Жуков. - Суши сухари, за машины не посадили, теперь-то точно закроют.
  - А кого надо-то? - Поинтересовалась Яганова, выглядывая из-за пудреницы одним гла-зом.
  - Некую Татьяну Мирзоеву. В мэрии она работала пару лет назад, так что представле-ния не имею, работает ли она там до сих пор... Но найти мне ее надо!
  - А что ее искать? - Пожала плечами Инга, скорчив брезгливую физиономию. Я насто-рожилась. Брезгливую физиономию Инга корчит редко, но уж если корчит... - Эта мымра на каждой тусовке объявляется, с новым мужиком. Скоро совсем истаскается, курица недощипаная.
  - Ты что, ее знаешь? - Удивилась я.
  - Ха! - Передернулась моя лучшая подруга с видом крайне презрительным.- Конечно, знаю. Но тут вопрос поставлен неверно, тебе бы лучше спрашивать, кто ее не знает. Вот ты, - наманикюренный ноготок Инги, покрытый красным лаком, ткнулся в сторону Андрея - ты ее знаешь?
  - Ну...- Протянул он, почему-то засмущался, а затем покраснел. - А почему только я? Другие что, не при деле?
  Вслед за ним незамедлительно покраснел Лешик, оба бодигарда и даже водитель. На Лешу Инга посмотрела так зловеще, что он немедленно втянул голову в плечи и стал меньше размера эдак на два. Брови будущей ведьмы между тем сошлись на переносице под прямом углом, и она, закипев за мгновение, как хороший электрический чайник, вернее, как очень хороший электрический чайник фирмы "Siemens" из той самой серии, дизайном которой занимался Porsche, с негодованием вопросила:
  - Вы что, с ней групповуху устроили?
  - Солнышко, да как ты только такое подумать могла? - Пискнул Леша, уменьшаясь еще на пару размеров.
  - По очереди, значитца?! - Резюмировала подруга. - Ну, вы даете, блин, Казановы недо-деланные!
  - Так это еще до тебя было!
  - А нас в это время вообще здесь не было. - Поспешил добавить Паша. А может быть Саша. Синицын сдавленно хмыкнул, да и я чуть не расхохоталась. Семьей парню обзаво-диться явно не стоит, потому что первый же его поход налево станет известен супруге буквально по возвращении гуляки. Отмазки лепить он явно не умеет.
  - А я вообще групповуху не люблю. - Открестился Жуков от грязных подозрений. - Я - скромный!
  Я поцокала языком, удивляясь, насколько совестливыми стали мужчины последнее время и как легко они краснеют, оба телохранителя под недоумевающим взглядом босса разом горько вздохнули и повесили в раскаянии бритые головы, а затем все дружно поверну-лись к водителю.
  Парень еще минуту крепился, пытался изобразить полнейшую невозмутимость и не-понимание, да и окошечко прикрыть, которое отделяет от него салон. А когда это окошеч-ко закрыть не дала мощная рука то ли Саши, то ли Паши, оказавшаяся гораздо сильнее сервопривода стеклоподъемника, босс поинтересовался:
  - Ты- то хоть когда успел?
  - А помните, Андрей Павлович, вы в лицензионную палату на прошлой неделе ездили? - Осторожно начал водила. - Больно уж долго вы там сидели, четыре часа...
  - А... - Протянул то ли Саша, то ли Паша, отпуская стекло, и оно немедленно за этим взмыло к потолку.
  - Офигеть. - Пробормотала я. Теперь, по крайней мере, ясно, почему старая дева и мо-ралистка Мария Федоровна называла Мирзоеву Мерзавкиной. Судя по молчанию, устано-вившемуся сейчас в машине, девица просто современная Мессалина. Нужно будет это учесть, и не наводить о ней справки у женщин, а то рискую нарваться на сильные непри-ятности...Вдруг сия гетера совратила у опрашиваемой друга, мужа или любовника? От таких воспоминаний в женщине просыпается тигр - людоед, и она готова сожрать первого, кто подвернется ей под руку, вернее, под зубы.
  Так что сами понимаете, улыбаясь представителю компании-владельца отеля, немцу лет сорока, который по-русски не понимал ни слова и на всех гостей смотрел с немым отчаянием, словно фельдмаршал Паулюс на Сталинград, я думала лишь о том, что сказала Инга. А именно - что Мирзоева не пропускает ни одной тусовки.
  Любопытство сгубило кошку, гласит поговорка, и мне бы очень не хотелось повторить судьбу несчастного животного, а именно от любопытства умереть. Завтра пятница, у меня съемка для очередного воскресного выпуска "Криминальных новостей", а это мутное занятие может длиться почти весь день. Журналисты и съемочная бригада сначала по-пьют кофе в моем кабинетике, потом часа полтора будут ставить свою аппаратуру, затем снова выпьют кофе... Короче, закончим мы только к вечеру, а в пятницу сами знаете, народ старается работать по укороченному графику. Логично предположить, что и Мирзоева унесется пораньше, так что визит в мэрию придется отложить на понедельник, который, согласно народной мудрости, день тяжелый...
  А за три дня я попросту скончаюсь! Потому что уже сейчас меня грызет подленький чертик, зовущийся любопытством, и этот чертик не дает ни минуты покоя. Хоть я и не верю в потусторонние силы, но их проявления весьма интересны.
  Оставив Ингу выяснять грозным шепотом, когда это Синицын умудрился познакомит-ся с Мирзоевой, и свалив от кавалера с его телохранителями, я пробралась к администра-тору. Всего лишь за двадцать баксов парень нарушил все должностные инструкции и открыл файл с фамилиями приглашенных. Мирзоева Татьяна Филипповна, возглавляющая отдел градостроительства, значилась под номером сто сорок три. Оставалось только придумать, как найти эту сто сорок третью гостью среди пятисот шестидесяти человек, если я представления не имею, как она выглядит.
  
   Глава девятая
  
  Поразмышляв пять минут, над тем, как же мне найти эту Мирзоеву - Мерзавкину, я решила сделать каменное лицо и поспрашивать присутствующих мужчин, не видели ли они милую Танечку. Судя по реакции лиц мужского пола в машине, Танечку знают многие. Вернее, среди пятисот человек найдется десяточек ее любовников, бывших или настоящих? А проявив достаточно терпения этих любовников можно найти...
  Первой своей жертвой я выбрала толстоватого дяденьку лет пятидесяти, с веселыми черными глазами. Он не слишком тянул на героя - любовника, но кто знает, может быть, у современной куртизанки вкусы разносторонни? Достаточно припомнить смуглого черново-лосого Жукова, на самом деле, сильно смахивающего на Джонни Деппа в фильме "Пираты Карибского моря", его рыжего шофера и лысых телохранителей. А еще там был блондин Леша... Так почему бы и дядечке с черными глазами не затесаться в эту компанию каким-нибудь боком? А еще этого дядечку я как-то видела по телевизору, он с умным видом что-то вещал целой толпе корреспондентом и вроде как представлял мэрию...
  - Простите...Э...
  - Валерий Аркадьич! - Отрекомендовался дяденька и заулыбался.
  - Валерий Аркадьич, а вы Танечку не видели? Никак ее найти не могу!
  - Танечку?...
  - Мирзоеву. - Пояснила я.
  Ожидала я чего угодно. Того, что дядечка скажет, что ни о какой Мирзоевой он слы-хом не слыхивал. Того, что он жутко оскорбится, что я его о ней спрашиваю. Или начнет вопить, что видеть не хочет эту изменницу, и слышать тоже о ней не желает. А вместо этого стоящая рядом блондинка ростом с пожарную каланчу, и одетая соответственно, в ярко-алое с золотом платье, резко повернулась и смерила меня негодующим взглядом.
  - Пусик! - Возгласила блондинка, глядя на меня так, словно я была мусором, прицепив-шимся на пятнадцатисантиметровый каблук ее туфелек. Учитывая рост блондинки, именно жалким мусором я себя и почувствовала в этот момент. Она могла запросто на-ступить на меня, лишь немного подняв ножку. Эти ножки были длиннее моих сантимет-ров так на двадцать, а уж если принять во внимание высоту ее каблуков... Мне почему-то сразу стало жалко несчастных мошек, всяческих таракашечек - букашечек, которых мы давим, даже не замечая. Бедные они бедные, если в последние секунды своей и без того жуткой, полной трудностей коротенькой жизни видят такое! - Кто при мне посмел упомянуть фамилию этой шлюхи?!
  Пусик немедленно отступил от меня, и посмотрел на блондинку снизу вверх с заиски-вающей улыбочкой. Глаза его из веселых немедленно стали очень жалобными.
  - Люсик! - Заявил он. - Не надо устраивать сцен, девушка просто ищет подругу!
  - Ах, она ищет подругу!.. - Меццо-форте выдохнула Люсик, совершенно не слушая сво-его Пусика. - Подругу! - Повторила она, закипая и наливаясь краской злости, очень соот-ветствующей ее красному наряду.
  Чувствуя, что дело может дойти до рукопашной, в которой победить у меня нет ни малейшего шанса, я ввинтилась спиной в толпу, и начала отступать. Мое тактическое отступление, с виду наверняка напоминающее паническое бегство длилось до тех пор, пока вопли разгневанной Люсика, мечущей громы и молнии на голову Пусика, перестали дости-гать моих несчастных ушек. Случилось это у барной стойки, где я немедленно разжилась бокалом шампанского. Сделав глоток, я поняла, что щепетильные в мелочах немцы разори-лись на брют, который лично я терпеть не могу. Однако нервы требовалось успокоить, да и кислое шампанское как нельзя соответствовало моему кислому настроению.
  Что такое не везет и как с этим бороться, размышляла я, прихлебывая шампанское. Только в машине решила, что от женщин во время подобных расспросов надо держаться подальше, и при первой же попытке нарвалась! Уф! Как вопила эта дама, которой совер-шенно не идет ласковое прозвище Люсик! Люсик - это нечто маленькое, тонконогое, с носом в конопушках и писклявое, еще к нему может прилагаться Барби наперевес. Но никак ни эта вот мадам, которую можно выпускать впереди ОМОНа, усмиряющего народные волнения.
   А я-то, дура, думала, что никто не может сравниться с Ингой в искусстве закаты-вать своему благоверному скандалы! Если Лешка начнет возникать, то его надо будет познакомить Люсиком, после нее Инга будет казаться парню ангелом кротости и добро-ты.
  Однако вопрос о поиске Татьяны Мирзоевой так и стоит у меня на повестке вечера. И что делать? Держаться подальше от женщин у меня никак не получится. Почти все представители сильного пола явились сюда со своими вторыми половинами. Причем не-важно - жена ли, любовница ли, если я в их присутствии упомяну Мирзоеву, и если эта фамилия будет им знакома, меня ведь и линчевать могут.
  Можно попытаться вылавливать возможных знакомых Мирзоевой в тот момент, ко-гда они отобьются от своих дам и будут без присмотра. Но в таком случае я сама буду представлять в глазах их спутниц опасность, и тогда меня побьют даже без упоминания о Танечке-гетере.
  Одним словом, ситуация как в русских сказках - налево пойдешь, капут, направо так вообще секир-башка будет. Прямой же дорожки я пока не вижу. Разве что пойти попро-сить у Жукова одного из его амбалов? Думаю, одного бодигарда хватит для того, что бы охранять драгоценное тело завидного жениха? А вот хватит ли мне одного Саши или Паши - вопрос гораздо более серьезный, любая разъяренная дама откинет бедолагу на раз, а потом уж быстренько доберется и до моей персоны.
  После второго бокала мне наконец-то в голову пришла гениальная в своей простоте мысль, что если Андрей эту Танечку знает, то почему бы его не заставить мне ее найти? Конечно, он начнет отказываться и отнекиваться, особенно после того, как узнал, что шофер на пару с парочкой охранников успели с ней познакомиться... Уязвленное самолюбие, но мне - то на его уязвленное самолюбие наплевать, не так ли?
  - Простите, а вы Танечку так и не нашли? - Раздался позади меня вежливый голос, в тот момент, когда я набиралась смелости и приканчивала третий бокал ненавистного брюта, подумывая, не перейти ли на что-нибудь более родное русской душе. Останавливало только воспоминание о замечательном коктейле "Северное сияние", каковым мы однажды насиялись по малолетству. В его состав входили два простеньких ингредиента, самая обычная водка и самое прозаическое "Советское шампанское". После употребления этих напитков вместе я не помнила, как добралась домой. А утром мне мама прочитала лекцию, с пафосным названием "Женский алкоголизм неизлечим, или пьяный подросток - позор семьи". Насчет лекции конечно, да и черт бы с ней, а вот как голова у меня наутро болела! И синяк под глазом саднил, а вот с кем я тогда подралась, и главное, зачем, до сих пор неиз-вестно.
  Обернувшись, я увидела Валерия Аркадьича, икнула, подавилась шампанским и в панике начала разыскивать поблизости Люсика, ожидая самого страшного.
  - Да один я, один. - Успокоил он меня, усаживаясь на высокий барный стул. - Едва от Люсеньки избавился. Она теперь весь вечер шипеть будет.
  - А вы ей шипеть не давайте. - Посоветовала я, разживаясь четвертым бокалом и зна-чительно осмелев.
  -Это как? - Заинтересовался дядечка.
  - Ну, вы же на ней женились?
  - А вы откуда знаете?
  - Ха! - Заявила я, одним глотком приканчивая бокал номер четыре и заметив, что брют начал идти совсем хорошо. - Не женились бы, не привели на эту тусовку. Немцы люди респектабельные, только с супругами приглашают.
  - Да уж. - Согласился Валерий Аркадьич, а я поняла - сухое шампанское лучший допинг для усталого мозга. Еще никогда мир не казался мне таким простым, ясным и понятным.
  - Вот вы с ней и разведитесь. - Предложила я простое решение. А толстячок задумал-ся, словно оно раньше не приходило ему в голову.
  - Не могу. - Наконец вздохнул он.
  Я пригляделась к пятому бокалу и решила, что где четыре, там недалеко и пять, лиш-ним он все равно не будет и делу не помешает.
  - Любите? - Посочувствовала я бедолаге.
  - Да не так что бы очень. - Признался Пусик. - Люсенька - чудесная жена. Именно та-кая мне и нужна, что бы представительная, а то, что она дура, так кого ее мозги волнуют?
  - Да уж. - Согласилась я, прикуривая сигарету. - Какие мозги, когда ноги!
  Мы помолчали минутку, прекрасно понимая друг друга и без слов, а потом Пусик сооб-щил:
  - Я видел Танечку, она в туалет пошла. Который на первом этаже, за ресепшн. Вы, ко-гда ее найдете, передайте мои извинения. Так жаль, что Люсенька тогда устроила скандал! Кстати, может, визитку мою возьмете, поужинаем где-нибудь, а? - Предложил он, но я уже толстенького Пусика не слышала, а неслась в холл гостиницы.
  Туалет сверкал итальянским кафелем и современными бескрановыми смесителями, а в придачу был совершенно безлюден. Сначала эта его безлюдность меня несколько смутила, как никак гостей собралось множество, и дамам всегда нужно носик припудрить или про-сто поболтать в тишине... Но потом я услышала из одной кабинки странные звуки, кото-рые в туалете раздаваться совершенно не должны, и отсутствие посетительниц сразу стало понятным.
  Я притормозила, на минутку призадумалась... Подглядыванием, или, тем более под-слушиванием заниматься вовсе не в моем характере, но после пяти бокалов шампанского мне стало казаться, что найти Мирзоеву - вопрос жизни и смерти, так что я, усевшись на мраморный столик рядом умывальником, деликатно покашляла.
  Парочка в кабинке не обратила на мое покашливание никакого внимания. Я покашляла громче, потом еще и еще...
  - Свободных кабинок полно, а туберкулез сейчас лечат на раз антибиотиками. - Раз-дался, наконец, недовольный женский голос.
  - А мне не кабинку, мне Татьяну Мирзоеву. - Вконец обнаглев, сообщила я.
  Дверка приоткрылась, и оттуда вылетел запыхавшийся парень, на ходу поправляя одежду. За ним, не торопясь, продефилировала жгучая брюнетка лет двадцати восьми, одетая в вечерний наряд от "D&G", с потрясающей фигурой и огромными глазами. Брю-нетка вытащила из сумочки длинную черную сигарету и уставилась своими огромными глазами на меня.
  -Ну? - Протянула она. - Татьяна Мирзоева - это я. И зачем я вам понадобилась?
  - Пусик просил передать, что очень извиняется за тот скандал, который устроила Люсик.
  - Аркадьич? - Рассмеялась Мирзоева. - Так это он вас прислал?
  - Никто меня не присылал. - Обиделась я.- Я просто спросила у него, не знает ли он, где вас найти. А его Люсик меня чуть не убила. Надо закон ввести, ограничивающий допуск таких Люсиков в общество. Они опасны.
  - Да уж. - Согласилась Татьяна.- Мне она полголовы волос выдрала. Сволочная баба. Так зачем искали?
  - Я расследую дело об убийстве Майи Колесниченко. Могу даже удостоверение пока-зать. - Предупредила я возможные вопросы.
  Женщина прикурила сигарету, самым внимательнейшим образом оглядела меня с ног до головы.
  - Видать, в ментовке начали хорошие бабки платить. Может мне тоже туда переба-зироваться, а то мэрия опостылела хуже горькой редьки?
  - Ха! - Сообщило вместо меня выпитое шампанское. - Мне зарплату вообще не пла-тят. Держат для красоты и потому, что мама хочет видеть меня работающей, а не вечной тунеядкой. Мне и дел-то никаких не дают.
  - Что же тогда расследуем?
  - Подруга попросила. Ее из - за этого банкира лицензии лишить могут, она же из него вампира делала.
  - До чего мир докатился! - Вздохнула Мирзоева, не уточняя дальнейшего. - Для того, что бы вампиров делать, надо лицензию получить. А там не оговаривают, каких вампиров можно делать - кусачих, или вегетарианцев? Ну, а я-то тут при чем?
  - Я была в доме Колесниченко и разговаривала с их экономкой, Марией Федоровной.
  - Старая грымза еще жива?
  - Живее всех живых. Правда, насчет того, осталась ли она в здравом уме и твердой па-мяти я сильно сомневаюсь. Эта старуха отправила меня к вам, сказав, что Майя продала душу дьяволу и вы знаете все подробности.
  Женщина вздохнула и уселась на столик рядом со мной, задрала ногу, поправила широ-кую резинку чулок...
  - А в обмен на что она душу продала, старая ведьма вам не сказала?
  - Сказала. Майя хотела стать вдовой.
  - Ну что ж, если без протокола... Все, что карга вам рассказала - чистая правда.
  Я чуть со столика не упала. Пожалуй, в нашем городе бродит новый неизвестный ви-рус, вызывающий у людей галлюцинации и бред, основанный на страшилках и ужасных историях. А может быть, наш химический завод, который вроде как разные порошки да гели производит, на самом деле производит вовсе не их, а является секретным военным объектом? Может, там выброс нового газа, который относится к боевым отравляющим веществам, произошел? Или военные сами решили его на нас испытать? Какое-нибудь "гуманное оружие", о котором последнее время так много говорят? От которого не умира-ют, а всего лишь конкретно съезжают с катушек?
  - То есть Майя на самом деле нашла в Интернете сайт дьявола, который скупал души и выполнял желания? - Уточнила я. - Послушайте, может, вам-то все понятно, но я разговаривала с повернутой на ведьмах и демонах злобной старушенцией!
  Мирзоева смилостивилась надо мной и усмехнулась.
  - Конечно, на самом-то деле никакого дьявола в Интернете не существует. - Фыркнула она, и у меня отлегло от сердца. - Но этот сайт так и назывался - исполнитель желаний. С первого взгляда - полнейший бред. Некий дьявол обещает, что избавит вас от надоевших вам людей в обмен на вашу бессмертную душу. Как вы отреагируете, увидев такое?
  - Посмеюсь.
  - Вот именно. Мы так и сделали. А потом Майя решила прикольнуться, заключила сделку. Она - душу, он ей - мертвого супруга. Необыкновенно выгодное предложение, если учесть, что Майкина душа ни одному черту даром не нужна.
  Сделав еще одну затяжку, Татьяна спрыгнула со столика и начала прихорашиваться. Она извлекла из сумочки флакончик духов, от их аромата воздух немедленного стал тяже-лым и удушливым.
  - Майя была такой стервой? - Спросила я, едва удерживая кашель.
  - С какой стороны на это посмотреть. Любая бы девка сказала - да, стера, а если срав-нить Майю с Марией Федоровной, то Майка ангел кроткий, совсем белая и вовсе пушистая. Ведь не она первую жену в могилу загнала!
  - Странно. А по версии экономки именно она.
  - Ну, еще бы. Слышала я это много раз ведьмы, порча на смерть и прочая нечисть! Как говориться, старо предание, а вериться с трудом. Кто первой жене о похождениях му-женька сообщил? Майя? Вовсе нет, карга! Майка вообще не хотела, что бы кто-нибудь знал о том, что она с Олегом Семеновичем связалась. И замуж за него не хотела. Она тогда еще девочкой наивной была. В идеалы семьи и брака верила, не хотела разбивать пару, которая скоро серебряную свадьбу может отпраздновать. Как вспомню, так до сих пор во рту приторно становится, и уши слипаются от всей белиберды, которую тогда эта дуроч-ка несла. А то, что в постель с ним легла, так то деньги сильно нужны стали, там уж не до принципов, когда кушать хочется. И выбор не велик, или уборщицей, на хлеб и воду зарабатывать, либо на панель. Семеныч-то вроде как получше панели был, да и не совсем противный, мужик за собой следил . А потом, когда Семеныч на молодом теле вовсе рехнул-ся, он хотел ее за своего помощника выдать. А что - дешево и сердито. И волки сыты, и овцы целы, и жена ничего не знает, и любовница всегда под рукой на законных основаниях, помощник тогда у него в доме жил.
  - Так почему Майя за помощника замуж не пошла? Не захотела? Опять моральные принципы? - Ухмыльнулась я.
  - Нет, к тому времени она уже о моральных принципах особо не заикалась. А почему не пошла? Так почти пошла, но там опять старая карга поработала. Притащилась к Санечке, так парня - референта звали, и давай ему рассказывать, что да как Майка с Семенычем вытворяет. И как ведь правильно рассчитала! Санька не от мира сего был, ботаник сто-процентный, Тургеневым зачитывался да Лермонтовым. О великой любви мечтал, чистой и светлой, - тут губы Мирзоевой скривились, и она презрительно фыркнула. - У него до Майки вообще баб-то наверное не было. А тут ведьма со своими разоблачениями. Он на следующий день и уволился, а Майя без жениха осталась. А потом Лидии все разболтала. Да не просто так, а с фотографиями. У той рак был, последняя стадия, открытые мета-стазы. Она и умерла через месяц. Только зря эта простая Мария старалась - Семеныч как не признавал доченьку, так и не признал.
  - Дочь? - Крайне удивилась я. Никогда бы не подумала, что у цербера в юбке может быть ребенок. А уж тем более от хозяина, у которого она проработала столько лет. Но может, именно последнее и не удивительно? Сейчас вся страна с замиранием сердца следит за приключениями няни Вики и делает ставки на то, выйдет ли она замуж за продюсера. Зато сразу становится понятным, почему она так невзлюбила Майю и делала той всяче-ские гадости.
  - Ага. Бабе то ли сорок лет, то ли больше. Здоровая такая, вся в маменьку пошла. Се-менычевского ни капли в ней не было, он и говорил, что не его она. Да и если послушать... Майка рассказывала, что нашла у муженька целую коробку пленок и фильмопроектор, посмотреть решила. Тогда же видеокамер не было, на кинокамеры все снимали. Так там гулянки комсомольские да обкомовские сняты, Марья-краса там первая гетера, со всеми поди успела. А дочку на хозяина повесить решила. То ли сама идиотка, то ли он на самом деле ей что обещал... После смерти первой жены она целый год ему скандалы закатывала, требовала, что бы он дочь признал и завещание на нее составил. Надоела мужику - жуть. Вот он и решил на Майке жениться.
   - Зачем жениться для того, что бы домработница отстала? - Не поверила я. - Не проще ли эту домработницу выгнать?
  - Наверное, не проще. Может, он не мог ее выгнать? Мало ли какие скелеты прячутся по шкафам, у кого - то этот скелет тараканий, а у кого-то на тираннозавра тянет. Олег Семенович, хоть и не признал ее дочь своей, тем не менее оставил ей часть имущества. Квартирку, хорошую, трехкомнатную, и торговые площади. Немного, правда, метров двести в каком-то бизнес-центре, но доход неплохой.
  - А почему Майя старуху не выгнала?
  - А черт его знает. Вроде как тоже по завещанию. Майка пофигистка была, ей на Ма-рию Федоровну наплевать было. А та только больше злилась, когда видела, что Майке по фигу.
  - Майя составила завещание?
  - А черт его знает. Может, составила, может, нет. Но мне кажется, там и завещать последнее время нечего было, Майка со мной перестала общаться потому, что я ей компа-нией не совсем подходящей стала, нового мужа искала. А если она нового мужа искала, значит, семенычевское наследство профукала.
  Затушив сигарету в никелированной пепельнице на высокой ножке, она повернулась пе-ред зеркалом, проверяя одежду, и собралась к выходу.
  - Подождите. - Окликнула я ее. - А история с продажей души, она имела продолже-ние?
  - А как же, имела. Сначала мы решили, что это киллер так свои услуги предлагает. А что - не подкопаешься ведь, у нас за такие сделки закон не карает. Только не могли понять, зачем ему душа? По нашим временам такое сокровище особой ценности не представляет. А потом Майке анкета по имэйлу пришла. Фигню разную спрашивали. Пользуется ли муж компьютером, если пользуется, то один или кто-то еще к нему доступ имеет, по сколько часов в день проводит за компьютером. Майка ответила и ждать стала, что с Олегом случится. Мы с нею уже во все на первых порах поверить могли. Что из монитора высунет-ся волосатая лапа и задушит мужика, что его в ад сволокут...
  - Ада нет. - Машинально поправила я Мирзоеву, переваривая информацию. Если она права и под видом дьявола в Интернете сидит киллер, принимающий таким образом заказы, то как тогда он зарабатывает себе на жизнь? Что-то я еще не слышала о способе, превра-щающем эфемерную субстанцию в хлеб насущный.
  - Нет? Это еще почему? - Опешила женщина. - Новая религия какая появилась?
  - Ад был разрушен сошествием туда спасителя. Библию знать надо. Так что дальше?
  - Дальше? А ничего дальше! Майка ждала, ждала, ничего не случалось, потом мы, на-конец, сообразили, что кто-то круто прикольнулся, а там Олег и сам с моста сиганул. А через месяц Майке еще один имэйл пришел - предлагали душу выкупить. За сорок тысяч американских рубликов. Клеевое мошенничество. И почему не я это придумала? - Горестно вздохнула Мирзоева.
  - Она заплатила?
  - Нет, конечно. Майка и правда идиоткой была, но не такой же полной! Платить за то, что человек не сделал. Так и разориться можно!
  
  
   Глава десятая
  
  Выйдя из туалета, я поплелась разыскивать своих, но только ноги завели в тихий уго-лок, который дизайнеры задумали превратить в оазис среди джунглей в стиле хай-тек. Штук пять или шесть деревцев непонятного вида окружали два небольших диванчика рядом с переносным фонтаном - шик конца девяностых. Было странно увидеть этот шик сейчас, тем более в отеле, выстроенном немцами и отделанным немецкими же дизайнера-ми.
  Но я обрадовалась и этому уголочку, потому как гости успели собраться почти все и теперь отчаянно шумели. А еще прибыла группа, призванная этих гостей развлекать. Называлась она жутко - "Пластилиновое небо", но самым страшным был их шедевр, который ребята зачем-то решили исполнить на бис. Припев состоял из спертого из "Буме-ра" проигрыша и чьего-то номера телефона, повторяемого пару десятков раз. Когда этот припев зазвучал в третий раз, я поймала себя на том, что силюсь определить, какая теле-фонная компания раздает в нашем городе такие номера, дабы никогда к этой компании не обращаться. После чего заткнула обеими руками уши и попыталась сосредоточиться.
  Итак, Майя Колесниченко продала душу дьяволу. Пункт первый. Никакого дьявола не существует. Пункт второй. За личиной дьявола на этом сайте прячется мошенник, при-нимающий заказы на убийства и преспокойно ожидающий, когда с его предполагаемыми жертвами что нибудь случится абсолютно естественным путем. А потом этот мошен-ник предлагает довольному заказчику выкупить душу. Интересно, ему хоть раз заплатили? Если нет, что вероятнее, потому что никто расставаться с деньгами не любит, то зачем тогда этим мошенничеством заниматься? Ради цыганского бизнеса?
  Теперь подходим к пункту третьему. Майю Колесниченко, которая продала душу дья-волу, загрыз вампир. Вернее, человек, который себя вампиром вообразил. Этого вампира полгода назад сделала Маринка, причем Маринка утверждает, что тогда парень был вполне вменяемым и на людей бросаться не собирался.
  Вампир и дьявол птенчики одного гнезда, оба принадлежат к фольклору и нечисти. А благодаря этой самой нечисти у меня выходит полнейший бред, достойный Брема Стокера.
  Можно, конечно, попытаться размышлять логически, как учил Шерлок Холмс, не упуская ни одной детали, и учитывая, что любому экстраординарному и паранормальному явлению можно найти вполне прозаическое объяснение. Но тогда бред превращается в фантастику, причем ненаучную.
  Итак, отбросив предположение о существовании нечисти, имеем: сайт принадлежит вовсе не мошеннику, а киллеру, который каким-то образом научился манипулировать чело-веческим сознанием. Майя, которая эту вероятность не приняла во внимание и посчитала смерть супруга естественной, отказалась ему платить, за что и была наказана. Наказание последовало спустя два года после смерти мужа.
  Но тогда... Тогда выходит, что неизвестному умельцу пришлось свести с ума банкира, заставить бедолагу вообразить себя Дракулой и загрызть девицу. Возникает вполне логич-ный вопрос - почему именно банкира, фигуру заметную? Почему не Васю Пупкина из бли-жайшей подворотни, запойно употребляющего антисептическое средство, продающееся за десятку в ближайшем ларьке?
  Может быть, у этого неизвестного просто не было возможности свести с ума Васю? Значит, этот неизвестный принадлежит к ближайшему окружению и Волкова, и Колесни-ченко! А если нет? Если Майю заказала домоправительница, мечтающая получить со-стояние, или ее дочь, которая вроде как еще и дочь Колесниченко? Эх, и почему я стороной обошла закон о наследовании? И вообще...
  Тут мои размышления были прерваны самым зверским образом, к диванчику подлетела запыхавшаяся Инга и, подняв меня за шкварник, сообщила:
  - Сволочь, мы ж тебя по всей гостиницы ищем.
  - А что меня искать, сижу здесь себе потихоньку, думу думаю. - Попыталась отбиться я и вновь плюхнуться на свое место.
  - Ага. Думу горькую, думу тяжкую. А заодно и шампанским наливаешься! - Заключила подруга, с недавних пор записавшаяся в трезвенницы, втянув носом воздух. - Тут у человека вся семейная жизнь рушится, а она шампанское пьет! Полная безответственность!
  - Какая безответственность! Какая семейная жизнь! - Возмутилась я. - Если ты о себе и Лешке, он же сказал, Мирзоева до тебя была, да и вообще, что из-за нее такой хай поднимать? Сама сказала - кто ее не знает? Ее вон и Жуков знает, и Паша знает, и Саша знает, и водила знает... Кстати, как водилу-то зовут?
  - А я откуда знаю, как зовут водилу? Жуков-то вроде как к тебе клеится, а не ко мне, вроде как твоя экономка его пирожными закормила чуть ли не до полусмерти. - Растеря-лась Инга. - Кстати, хочешь совет? Если Ольга так будет кормить каждого мужика, появляющегося на горизонте, то век тебе старой девой куковать!
  - Ээээ! Я замужем была! Или совсем забыла?
  Инга минуту смотрела на меня, как на умалишенную, потом плюнула под ноги самым натуральным образом, и поволокла меня к лифтам. Немцы сделали их суперсовременными, скоростными и катающимися в прозрачных шахтах. Лично я терпеть подобные подъемни-ки не могу, а уж после шампанского они мне вообще противопоказаны. Это я и попыталась объяснить, но злобная потомственная ведьма затолкнула меня в кабину, и лишь тогда пояснила:
  - Тут Макс Толстой номер снял, хотел со Светкой оттянуться...
  - Флаг ему в руки и мое благословение! Я - то тут при чем? Нужно юридически зафик-сировать факт ее добровольного согласия?
  - Если бы! Только что звонил его приятель. Об этом как-то пронюхала его жена и на всех парах мчится убивать супруга.
  Я закрыла глаза и прислонилась к прозрачной стенке. Бунтующий желудок вроде как успокоился, потом лифт понесся вверх. Подчиняясь законам гравитации желудок сначала сбежал куда-то к пяткам, а потом подскочил непосредственно к горлу.
  - И что? - Простонала я. - Когда убьет, тогда милицию и вызывать надо! Районную. Из Ленинского РОВД.
  Двери прошелестели, открываясь, я приоткрыла один глаз и отметила, что прибыли мы на последний этаж. На плане гостиницы здесь значились три номера - люкс, по - про-стому - пентхауса. Недурственно Макс собрался оттянуться, погибнет теперь в ком-фортных условиях, хоть я и не представляла, что у журналюги, а по совместительству совладельца мультисервисной сети и Лешиного приятеля Макса имеется вторая половина.
  - И ты спокойно будешь спать, если на твоей совести будет смерть человека? - Сдела-ла большие глаза подруга, вытаскивая меня из лифта и почти волоком продвигая к дверям, отделанным шпоном красного дерева. А может, они были полностью из красного дерева сделаны, врать не буду и судить не берусь, черт их, этих немцев знает... У дверей скучали Саша и Паша наверное, решили понаблюдать за убийством с целью повышения профессио-нальных навыков.
  - Абсолютно! То есть абсолютно спокойно! - Подтвердила я и добавила - Упс!
  Последнее восклицание у меня вырвалось, когда Саша, а может быть Паша, распахнул дверь, а Инга втащила меня в номер, и я узрела стоящего посреди гостиной Макса. На нем была белая рубашка от вечернего костюма, а к рубашке - семейные трусы. Довершали картину носки на подтяжках.
  - Упс! - Повторила я, приглядевшись к трусам повнимательнее. Сшиты они были из черного шелка, по которому художник щедрой рукой пустил ярких веселых чертиков с хитрыми рожицами. Чертики недавно посетили секс-шоп и теперь скакали с покупками. Причем покупки были представлены, что называется, в ассортименте, и с полными под-робностями.
  Увидев мою восторженную физиономию, Макс почему-то застеснялся и решил натя-нуть рубашку пониже, из-за чего стал похож купальщицу девятнадцатого века, потеряв-шую в воде нижнюю часть своего купального костюма.
  - Я же говорил, такие трусы только извращенец наденет! Чтобы жертв своих пугать! - Сообщил Жуков, который, очевидно, решил увидеть смерть приятеля во всех подробно-стях и устроился ради этого со всеми удобствами, в кресле.
  - А Светке нравятся! - Огрызнулся Макс, бочком пробираясь к портьере. Портьеру он решил использовать на манер римской тоги и завернулся в нее со всем возможным провор-ством, став похожим на развратного патриция. Тут добавлю, что комплекция у журнали-ста чисто патрицианская, сразу видно, что пищу он принимает, возлежа на мягких подуш-ках, а передвигается ножками только в крайних случаях. Безобразно растолстеть благода-ря преисполненной излишествами жизни он не успел, а вот брюшком и пухленькими щечка-ми обзавелся.
  - Ты лучше думай о том, как они сейчас Аньке понравятся! - Посоветовал ему Леша. Синицын занял второе кресло в первом ряду, и заодно поглощал клубнику, предназначенную для оттяга Макса и Светки. Той, кстати, на горизонте видно не было, очевидно девочка поступила умно и свалила, как только над любовным гнездышком начали сгущаться черные тучки.
  - Она тебя точно убьет! - Обнадежил приятеля Андрей.
  - Так сваливай отсюда поскорее, а не трусами сверкай! - Посоветовала я.
  - Я ж говорила, Линка умная, обязательно что-то придумает! - Обрадовала парня Ин-га. - Она мне столько раз для Олега отмазки готовила, ни разу он не просек, что вру!
  - Да номер, номер на меня зарегистрирован! - Взвыл Макс, попытавшись руки к небу воздеть. Попытка не удалась, штора сильно мешала, зато карниз подозрительно начал скрежетать. - И кто только эту стерву предупредил!
  - Ну... - Протянула я, припомнив, что за двадцать баксов служащий преспокойно по-зволил мне пошарить в компьютере.
  - Придумала! - Завопила Инга, и ту же скомандовала мне: - Раздевайся!
  У меня брови немедленно поползли вверх.
  - Ни за что! - Сообщила я, придерживая руками на груди куцый топик, словно меня уже начали разоблачать насильно. - Думаешь, если вместо Светки его жена увидит меня, то ситуация в лучшую сторону изменится? Я, конечно, его жену ни разу в жизни не видела, но что-то мне подсказывает - по фиг ей, кого убивать!
  - Да уж. - Встал на мою сторону скромник Жуков. - Она просто ее вместо Светки убь-ет, да и все!
  - Мне- то какая разница, кого Анька убьет вместе со мной - Линку или Светку! - Сооб-щила портьера жалобным голосом.
  - Ну, лично для меня разница есть, причем очень большая! - Возмутилась я. - Не хочу погибнуть во цвете лет из-за мужика, на которого ни капельки не претендую. И вообще, я высоты боюсь, а здесь двадцать три этажа лететь. Я же от разрыва сердца умру!
  - Какая разница - умрешь ты от разрыва сердца или разобьешься? - Флегматично спросил Леша, приканчивая очередную ягоду.
  Я меня пропал дар речи, отнялись руки и ноги, и вообще, подобная наглость повергла состояние шока.
  - Идиоты! - Возгласила Инга, протягивая к моему топику ручонки. Я отступила, при-мериваясь, с которой стороны лучше съездить по физиономии этой активистке, которая, судя по всему, рехнулась на почве любви к ближним и помощи в беде. Настолько рехнулась, что готова пожертвовать жизнью, причем не своей, а моей! Нет, конечно, если бы она вдруг решила принести свою жизнь на алтарь дружбы, я бы, пожалуй, не возражала... - Ты, кстати, тоже раздевайся! - Скомандовала она Андрею. - Скажем, что Макс для вас снял номер, и делов. Я же говорю, для каждой нестандартной ситуации найдется вполне стан-дартный выход. Ну, живее, живее!
  - Мне что-то такая идея не слишком нравится. - Холодно сообщила я, отступая, а за-одно придерживая на груди творение Алишера. Пальто мне неожиданно стало очень нра-вится, за благородный козлиный мех было очень удобно держаться.
  - А чего? - Удивился Леша. - Скажете, что у Андрюхи документов не было. Прока-тит!
  При этом гад Жуков согласно закивал.
  - А у тебя что, дома тоже злая супруга сидит, а? - Огорошила я его вопросом.
  - Неа. Зуб даю, не сидит. - Мгновенно отреагировал он. - Могу паспорт показать! За меня точно никто не убьет. Я бесхозный! Но хороший!
  - Тогда его Аня поинтересуется, почему мы в гостинице.
  - Хочешь, можем и ко мне поехать. - Сообщил парень, и мне немедленно захотелось съездить ему по физиономии, сразу вслед за тем, как я поставлю фингал Инге. Или пару фингалов, что еще лучше. Эх, жалко, что Ольга накормила его пирогами не до смерти, а только до полукоматозного состояния, из которого он слишком быстро вышел. И вообще, была бы на свете справедливость, наглец бы сейчас глотал "Мезим" и маялся расстрой-ством желудка.
  - Ага, можете. - Поддакнула говорящая портьера. - Только Анька-то не к тебе явится! А так скажете, что невтерпеж было, а? Лиин, - заныл бабник. - Ну, чего тебе стоит пять минут полежать в постельке с Андрюхой? А? Ты погляди только, какой красавчик! Да не был бы я натуралом...
  - Убью! - Сообщил рекламируемый красавчик. - Еще до Аньки.
  - Черт с вами. - Смилостивилась я, вернее, выпитое мною шампанское, снимая пальто и начав стягивать брюки. - Но услышу хоть одну шуточку...
  -А спальня - там! - Проинформировал меня предполагаемый любовник, и уже собрался, было рвануть по направлению "там", как из-за двери донесся подозрительный шум. Верее, визгливый женский голос.
  - Нельзя туда! - Взвыл басом то ли Саша, то ли Паша. - Анна Федоровна!
  - А не пошел бы ты! - Сообщила ему женщина.
  Если учесть, что звукоизоляция в гостинице хорошая, то беседа эта проходила на то-нах сильно повышенных. Мы в панике переглянулись. Макс немедленно размотался из пор-тьеры и вылетел на середину комнаты, мне стало понятно, что облачиться в штаны, которые в поле зрения отсутствуют, он не успеет, равно как и я вряд ли успею натянуть обратно свои брючки...
  Мозг лихорадочно заработал. Мало того, что я никогда не предполагала оказать в ти-пично мужской ситуации, то есть быть застигнутой в спущенных штанах, так еще и друзья-приятели проявили тараканью смелость. Набравший разгон в сторону спальни Жуков скрылся за дверями и поспешил их захлопнуть, причем, судя по доносившемуся из-за дверей шуму он их не только захлопнул, но на данный момент баррикадирует; Инга с первой же попытки нырнула под кушетку; Леша, не долго думая, рванул к встроенному шкафу, а Макс, сделав пару кругов на месте, выскочил на балкон.
  Я осталась стоять посреди гостиной, одна, вполне ясно представляя, как буду падать с двадцать третьего этажа. За дверью слышались звуки борьбы и вопли, если учесть, что никто не подумал запереть ее на замок, понадеявшись на Сашу с Пашей, а славные бодигар-ды, судя по звукам, сейчас терпят позорное поражение...
  Оставалось на самом деле изображать любовницу Жукова, благо, он удалился в спаль-ню. Надеюсь, у парня хватит ума раздеться и нырнуть под одеяльце? Я же со сверхсветовой скоростью выпрыгнула из туфель и, путаясь в брюках, снимая на ходу топик, понеслась в ванную.
  Там меня ждал сюрприз, а именно, голова Светки, торчащая из полного пены джакузи. Голова растерянно моргнула пару раз и возмущенно поинтересовалась:
  - А ты что здесь делаешь? Где Максим?
  - Будет тебе сейчас Максим! - Взвыла я, кружа на месте, как минуту назад кружил неудачливый Казанова. - И не только Максим, а все его семейство! Ты что здесь делаешь?
  - В ванной сижу. Макса жду.
  Я готова была утопиться в джакузи, услышав этот ответ. Большего идиотизма в жизни не встречала - узнав, что к нему на всех парах несется разъяренная супруга, Макс собрал военный совет, но совершенно позабыл о сидящей в ванной голенькой любовнице! А еще журналист! О политиках разных рассказывает, статейки кропает. Вроде как умным должен быть, университет закончил, вернее, литературный институт. Не многие из мужчин сейчас его оканчивают. Точнее, не много мужчин сейчас вообще оканчивают какое-либо высшее учебное заведение, это ясно видно по составу оперативно - следственного отдела нашего РОВД. Если в уголовный розыск с горем пополам наскребли выпускников школы милиции мужеска пола, то на ролях следователей у нас поголовно дамы.
  А может, он такой шизанутый именно из- за того, что рассказывает о политиках и кропает статейки?
  В этот момент со стороны коридора раздался жуткий грохот. Последний заслон пал, и мне ничего не оставалось, как прямо в полуснятых брючках прыгнуть в ванную. Челюсть у Светки отвисла немедленно, а из коридора донесся жуткий вопль:
  - Выходи, козел!
  Зацокали по плитке женские каблучки, потом протопали мужские ноги, и бодигарды в два голоса заорали:
  - Босс!
  - С каких это пор этот козел вашим боссом стал, а? - Завизжала женщина. - Козлы! Вылазь немедленно, огрызок!
  - Это что там такое? - Шепотом спросила меня Светка.
  - Явление жены народу. - Таким же трагическим шепотом ответила я, в глубине души надеясь, что телохранители все-таки угомонят взбесившуюся даму. Ведь у них такие увесистые кулаки! Можно в целях выполнения долга слегка стукнуть ее по макушке. А можно даже и не слегка...
  - Чьи это шмотки!? Выходи, гадина, я уже нашла барахло твоей шалавы. Чьи туфли, спрашиваю, а! Чей это козел?
  - Козел? - Одними губами повторила Светка, и ее недоумевающее лицо немедленно стало жалобным. - Я думала, там только Макс...
  - Там вавилонское столпотворение. - Пояснила я. - Но в данном случае речь наверняка идет о моем пальто.
  - Не надо в окно! - Заорал то ли Саша, то ли Паша. - Меня босс убьет. Это Алины Михайловны!
  Немедленно за этим раздался звон стекла, и я представила, как пальто от Алишера сейчас летит с двадцать третьего этажа. Хорошо хоть пальто, а не его хозяйка, но если так пойдет и дальше, то хозяйка не замедлит за ним отправиться.
  - Ах, Алины Михайловны! Значит, ее Алиной Михайловной зовут! Так пусть выходит! И этот козел путь выходит, я его все равно найду... Аааа...
  К этому ее "аааа" присоединилось не менее громкое "аааа", на которое способна толь-ко Инга. Я зажмурилась и втянула голову в плечи, тихо радуясь, что нашли пока что не меня, Инга же продолжала вопить не своим голосом.
  - Отпусти волосы, дура, я и сама вылезу! - Разобрала я связную фразу среди визга и ма-та.
  - Босс! - Продолжал вопить кто-то из сладкой парочки бодигардов. - Ты где? Ты жи-вой?
  - Где Максим?!
  - Нет тут твоего Максима! - Решил вылезти из укрытия Леша и заступиться за не-счастную потомственную ведьму. Уж не знаю, что подвигло его на подвиг, любовь, или ясное понимание того, что ждет его дома в случае политики невмешательства. - Только мы здесь!
  - Ах, нет, значит! А номер на кого зарегистрирован! На него! Хватит делать из меня дуру! Выходи!
  Вновь топот каблучков, звук распахиваемой двери.
  - Так и ты здесь? - Новый виток воплей.- Всей компанией? Груповушку устроить ре-шили? Трое мужиков и одна девушка, порнуха в стиле хард! Охренели! Дебилы! Козлы!
  - Вот козлами только кидаться не надо! - В два голоса объявили приятели.
  Молчание. Я уж обрадовалась, решила, что фурия, не найдя супруга, решила уместись восвояси, да не тут то было. Она заметила несоответствие:
  - Так она одетая! И где этот козел со своей бл...ю? - Крещендо взвыла мадам.
  Снова топот каблуков, на этот раз шаги неумолимо приближаются к ванной. Перед моими глазами пронеслась вся жизнь в самых ярких красках. Такого страха я не испытыва-ла даже под дулом пистолета, когда Беловский собирался меня убить! Тогда он только собирался, было неизвестно, убьет на самом деле или нет, в конце концов, меня даже Жуков спасать ринулся, вернее, не меня, а двадцать миллионов...
  А сейчас меня спасти не успеют. На мраморной столешнице мойдодыра гордо красу-ется фен, и фен этот включен в розетку. Если прибывшая ведьма решит покончить с нами, а покончить она решит, потому как Светка в компании явно лишняя, если поверить в отсутствие Толстого, и никакие уверения в том, что Инга с Лешкой попросту заглянули на огонек в номер, где предавалась разврату я с Жуковым не пройдут, ей достаточно бро-сить в джакузи фен. Тем более, что обманутой супруге наверняка сообщили, с кем ее обма-нывают...
  Ручка начала поворачиваться, я, как акула бросилась на ни черта не соображающую подружку Макса и притопила ее. Светка и пискнуть не успела. Дверь в то же мгновение распахнулась, на пороге появилась маленькая блондиночка. Блондинка была настолько мала, что трудно было поверить в то, что весь этот шум и разрушения производила она. За ее спиной виднелись бодигарды, а уж за ними прятались остальные участники. Жена Макса посмотрела на меня, потом грозно спросила:
  - Это еще кто?
  Светка начала дергаться и попыталась вынырнуть, я посильнее нажала ей на голову руками и попыталась на нее сесть. Благо, толстое одеяло пены скрывало все эти манипуля-ции.
  - Так Алина Михайловна. - Пояснил Саша. Или Паша.
  - Вы ее шмотки в окно выкинули. - Добавил Паша. Или Саша.
  - Сама видишь, нет здесь никакого Макса. - Добавил из-за спин бодигардов Андрей. Па-рень оказался находчивым, и смокинг с рубашкой снять успел. Равно как и носки с ботинка-ми, потому как сейчас красовался только в брюках. Причем из кармана брюк торчал гал-стук. - И зачем так вопить - груповуха, извращенцы! Сама знаешь, я же скромный!
  - Ага. - Неожиданно мирно согласилась она, словно силы скандалить закончились. И в этот момент Светка каким-то образом умудрилась выбраться из моих цепких лапок и вынырнуть. Она с шумом появилась на поверхности и начала хватать ртом воздух.
  Телохранители выпучили глаза, а Инга чуть от смеха не загнулась.
  - Чего это она там делала? - Жалобно спросила жена Макса.
  Я посмотрела на Светкину голову, всю в пене, торчащую из воды между моими колен-ками и решила: все, топлюсь сама. Для меня это лучше, чем лететь с двадцать третьего этажа, потому что такой высоты я боюсь отчаянно.
  Бодигарды отчаянно переглянулись и уставились на Лешку, Лешка, в свою очередь, на Андрея, а тот, поступив как все мужчины, а именно, предоставив в минуту опасности женщине самой из этой опасности выпутываться, на меня, и тут Инга, протиснувшись между мужиками, что-то зашептала на ухо обманутой супруге. Та покраснела, а Инга энергично закивала.
  - Гетеросексуалка! - Громко сообщила она, подняв вверх палец.
  - Чего? - Обалдел Леша.
  - И лесбиянка, и мужчин любит. - Пояснила ему гражданская супруга, наградив звер-ским взглядом.
  Супруга обманутая испуганно поглядела на Андрея.
  - А еще говорил, что скромный! - Обвинила она его.
  Жуков наградил Ингу таким же зверским взглядом, каким она смотрела на Синицына.
  - Но на девушек-то со стороны посмотреть можно! - Ляпнул он, а я поняла - если вы-берусь из ванной живой, то устрою в номере римейк "Техасской резни бензопилой". Причем кто станет жертвой номер один - неизвестно.
  
   Глава десятая
  
  Когда маленькая и хрупкая Анна Федоровна умелась, наконец, восвояси, я решила - из ванной пора вылезать. Меня убивать никто больше не собирается, так что пора заняться совершением противоправных действий мне. Первым, кого я сброшу с балкона, будет винов-ник торжества, так удачно на этом балконе спрятавшийся. Или оставить его Светке? Судя по ее глазам, девушке не нужен никакой озверин, она и без него озверела до предела.
  На ее месте бы и я, наверное, начала злиться. Вместо приятного времяпрепровожде-ния напугали до полусмерти, да еще и утопить попытались. К ее чести, последнее она мне в вину ставить не стала, наверное, приписала в конец невероятно разбухшего за короткое время списка максовских прегрешений.
  Натянув гостиничный халат, я двинулась в сторону гостиной, а за мной шлепала по плитке мокрыми ногами Светка, остальные участники фарса отодвинулись в сторону. Причем отодвинулись они быстро и очень осторожно, к себе внимания стараясь не привле-кать.
  - Ухуху. - Вздохнул Лешка, и почесал затылок. - Из огня да в полымя, так это называ-ется?
  - Ага. - Согласился с ним Жуков, наблюдая за нашим молчаливым продвижением к бал-конным дверям. Наблюдал он очень внимательно, наклоняя голову то в одну сторону, то в другую. Потом почесал татуировку на плече. Наверное, этот жест у него означал то же самое, что и Лешино почесывание затылка, а именно напряженную умственную деятель-ность.- Прут, как советская армия на Берлин.
  На полу валялась разбитая ваза, звон которой я приняла за звон разбитого окна, а вот моей одежды не наблюдалось. Лишь одна туфелька сиротливо лежала посреди комнаты, скучая по своей паре. Наверное, бодигардам так и не удалось спасти остальные вещи...
  - И где одежда? - Поинтересовалась я, чувствуя, что все мое добродушие, которое про-снулось от выпитого шампанского, и легкое отношение к жизни, испаряются бесследно.
  - Так это... - Начал Саша, а может быть и Паша. - Того! - И красноречиво взмахнул руками.
  - В окно улетела. - Услужливо пояснил его коллега, и при этом горестно вздохнул.
  - В окно, улетела, значитца?! А на какой хрен вы тогда нужны, амбалы фиговы, от-прыски метанрастинолона? - Вконец рассвирепела я. Черт с ним, я еще согласна была вынести вынужденное купание в ванной, намокшие и испорченные брюки и даже то, что большего унижения в жизни не испытывала. Черт с ним, что меня назвали гетеросексуал-кой и лесбиянкой, у нас демократическое государство и секс меньшинства имеют право на легальное существование. Но выброшенная в окно одежда... О, эта была последняя капля! Если учесть, что у меня в наличии остались трусики и брюки, как мне добираться теперь домой? Ключи и мобильник лежали в сумочке, а сумочка тоже тю-тю! В окно улетела! Ах да, я совсем забыла, что уцелела туфля. Возможно, мне удастся допрыгать на одной ножке да машины... - А еще телохранители называются!
  - Так мы телохранители. - Обиделся обвиненный в непрофессионализме Паша. А мо-жет быть, это был Саша, лично мне на их имена стало решительно наплевать. Его собрат согласно закивал головой. - Мы босса охраняем! Андрея Павловича! Ну, и вас заодно!
  - Вашего Андрея Павловича никто убивать и в окно вышвыривать не собирался! - За-визжала и затопала ногами я, как совсем недавно это делала обманутая супруга.
  - А если бы собрались? - В два голоса завопили бодигарды.
  Я, как юла завертелась на месте, прикидывая, что бы еще расколошматить, но ничего бьющегося, как назло, на глаза не попадалось. Дизайнер, поработавший над номером, был умным человеком и предвидел такие события, потому как единственную вазочку до меня раскокала супруга, а все остальные были выполнены или из металла, или из пластика. Так и не найдя, на чем выпустить злобу, я рванула к балконным дверям, за мной кинулась Светка, и мы одновременно вылетели на промозглый декабрьский ветер, на двадцать третьем этаже ощущавшийся особенно сильно.
  Макса на балконе не было. Вернее, его не было в пределах нашей видимости, потому что балкон был вовсе не балконом, а своеобразной террасой. В теплое время года на такой террасе наверняка приятно пить чай, или завтракать, любуясь красотами природы и плавным изгибом Волги, но в декабре ротанговый столик и стулья казались на такой тер-расе насмешкой. О тепле напоминали лишь небольшие зеленые деревца, то ли туи, то ли кипарисы, стоящие в кадках вдоль балюстрады.
  Я бросилась к перилам и заглянула вниз, совершенно позабыв, что боюсь высоты, в ту же минуту к перилам подлетел Синицын.
  - Думаешь, с балкона спрыгнул?
  - Ничего я не думаю. - Завопила я. - Мне на вашего Макса наплевать. Шмотки, шмот-ки смотрю!
  - Нельзя быть такой меркантильной! - Обвинила меня Инга, заглядывая вниз в свою очередь. - А и вправду, куда Макс-то делся?
  - Может, он решил на соседний балкон перелезть? - Предположил Жуков.
  - Тогда разве что перелететь. - Ответила я. Расстояние до соседнего балкона было не меньше, чем три метра.
  Оба приятеля подошли к краю и с умным видом покачали головами.
  - Помнишь Жанну? - Спросил Жуков и почесал затылок. Леша немедленно почесал пле-чо. Я потрясла головой, стряхивая наваждение. Вроде как еще пару минут назад они выпол-няли эти действия с точностью наоборот. Или меняются, по очереди чешутся?
  - У нее еще муж-мент был? - Уточнил Леша.
  - Ага. Он однажды так не вовремя вернулся!
  - И чего? - Проявили в два голоса интерес бодигарды.
  - Чего-чего! Через окно пришлось удирать! - Пояснил Андрей для особо непонятливых. - Может, Макс тоже через окно решил?
  Леша с сомнением посмотрел вниз.
  - Сравнил! - Возмутился он. - Жанка на первом этаже жила, а здесь мы на двадцать третьем. Чувствуешь разницу? А если он свалился?
  Вся компания дружно начала всматриваться вниз. На ярко освещенном пятачке во-круг гостиницы не наблюдалось никакого оживления. Не было видно ни моей одежды, кото-рую видно, Бог послал кому-то в подарок, ни тела неудачливого любовника.
  - Может, он домой поехал? - Высказала предположение Инга.
  - В рубашке и трусах? - Усомнился Андрей.
  Я поняла, что нахожусь в компании психов, и еще немного, сама с ума сойду. Они счи-тают, что человек, свалившийся с двадцать третьего этажа, не может уйти домой потому, что из одежды на нем лишь трусы и рубашка. Им стоит напомнить, что на Максе оставались носки, причем на замечательных подтяжках, или то, что от падения с такой высоты он попросту кони должен двинуть?
  - Да здесь, я здесь! - Проблеял жалобный голосок из-за кадок с деревцами. Потом раз-далось кряхтение, и на свет божий, вернее, во тьме ночной, появился сам виновник торже-ства. Вид у него был далеко не блестящий. Я бы даже сказала, что Казанова выглядел гораздо хуже, чем тогда, когда с достоинством поверженного Цезаря кутался в портьеру.
  Очевидно, эта мысль посетила не меня одну, потому как Андрей, проявив некоторую начитанность, громко возвестил:
  - Державный Цезарь, обращенный в тлен...
  - Хорош прикалываться. - Отстукивая зубами дробь, ответил обращенный в тлен Це-зарь. - Эта ведьма ушла?
  - На реактивной метле домой улетела. - Успокоил его Леша.
  - Уф. - Вздохнул журналист и вытер лоб рукой. Никогда не думала, что человек си-ненького цвета и отстукивающий зубами "Марсельезу" способен потеть. - Я замерз, как цуцик. - Добавил он, противореча собственным действиям. Только что испарину вытирал, а теперь вдруг замерз. - Думал, все себе отморожу. Ребят, может водочки хряпнем? - И с быстротой этого самого цуцика парень рванул в тепло номера.
  - Водочка - это хорошо. - Сообщил Паша, потирая руки. - Водочкой папанинцы на льдине согревались. И не один не умер! Всех Чкалов спас!
  - Разве Чкалов спас папанинцев? - Усомнилась Инга. - Я слышала только о его беспо-садочном полете в Америку. Через северный полюс.
  - Значит, водочкой согревался в полете Чкалов. И не умер. - Согласился с ней Паша. И ручонки снова потер.
  Второй бодигард горестно вздохнул - профессиональное у них, что ли, вздыхать горе-стно? - и с видом умного человека охладил пыл собрата:
  - Ты, Сашка, зря радуешься. Водочка, оно, конечно, хорошо, тут и спорить нечего. Только нам-то все равно не нальют!
  Подрыгивая заледеневшими ногами и подозревая, что водочка на самом деле очень хо-рошо, особенно не водочка, и тем более не всякие буржуйские примочки типа джина или виски, а украинская горилка с медом и перцем, иначе простуда или воспаление легких мне завтра обеспечены, я влетела в номер вслед за Максом, и горестно вздохнула в свою очередь.
  Наверное, выпитое шампанское все же не полностью выветрилось после ванной и ле-дяного ветерка на терраске, потому как в голову пришла совершенно дикая мысль - жалко, что Жуков мне абсолютно противопоказан. Жалко потому, что без рубашки, и даже с торчащим из кармана костюмных брюк галстуком в интиллигентнейшую полосочку, парень выглядит очень даже ничего. В моем вкусе. А противопоказан потому, что его телохранителей я все равно буду путать. И какой ученый гений сказал, что жутко похо-жими могут быть только однояйцевые близнецы? Ведь не может быть эта парочка близнецами, не могут же родители несчастных мальчиков быть настолько глупы и жест-ки, что бы назвать их Сашей и Пашей? Или могут?
  Размышляя над этим, я несколько задержалась в дверях, и слава богу. Потому что мечты Макса о водочке были немедленно разбиты. Разбиты жестоко. Светка издала утробное шипение, так шипит моя кошка Маринка, когда решает, что кто-нибудь пыта-ется покуситься на ее драгоценных отпрысков. Так как отпрысков она рожает регулярно, раз в четыре месяца, притом делает это прямо в ванной, в шкафчике с полотенцами, то и шипит она регулярно, каждый раз, как только я пытаюсь переселить ее и потомство в корзинку. Я делаю это каждое утро и каждый вечер, потому что Маринка с маниакальным упорством перетаскивает котят обратно в шкафчик и укладывает их на стопку чистых полотенец. Использованные кошку не привлекают!
  Немедленно за этим шипением Маринка обычно выпускает когти, а потом в ход идут клыки. Светка решила не отступать от кошачьего сценария, и прыгнула на любовника, выпустив ярко накрашенные, украшенные стразами ноготки. При этом она издала боевой клич ниндзя. Ноготками она целилась Максу прямо в глаза, опять таки, как кошка, а я вспомнила, что Трусов недавно предлагал отнести женские ногти к холодному оружию. Если ему хоть раз доставалось такими ногтями, то понятно, отчего он решил так их классифицировать.
  Макс завопил и любовники, скорее всего, теперь уже бывшие, покатились по ковру. Причем Максу приходилось худо. Он вопил и вертелся, а Светка царапалась, щипалась, и, по-моему, даже кусалась. В принципе, я бы тоже кусалась, окажись на ее месте.
  - Надо бы их растащить, убьет мужика! - Покачал головой Паша. Теперь я была уве-рена, что это именно Паша, назвал же он второго бодигарда всего минуту назад Сашей. Остальные молча взирали на происходящее, посчитав, наверное, Светкино нападение карой небесной нечестивому прелюбодею.
  - Попробуй только. - Пригрозила я. - Как мою одежду спасать, так вы Андрей Павло-вича охраняете, значит, а как этого гада - так растащить надо?
  - Так убьет ведь! - Подал голос жалостливый бодигард.
  - Ну и пусть. Путь кожу с него живого снимет. И вообще, я сейчас его одежду с бал-кона выкину.
  - А не получится! - Радостно возвестил Саша.
  - Значит, как мою одежду в окно, так вы телохранители, а как его, так не получится? - Возмутилась я, решив, что сейчас начну шипеть, так же как и Светка, и когти выпущу.
  - Не. Просто Анна Федоровна ее уже выкинула. Не пойму только - почему она ушла? Наверное, не сообразила, чьи шмотки выкидывала. Может, решила что босса? Так он вроде как штаны снять не успел... Алина Михайловна, а вы что, на самом дела лесбиянка?
  Леша на всякий случай решил отойти от незадачливого охранника подальше, Жуков прикусил язык и застонал, маскируя смех, а Яганова, войдя в роль спасительницы человече-ства похлопала парня по плечу, как это делают родители, успокаивая не в меру любопыт-ное чадо и пояснила, спасая Сашу от моего праведного гнева:
  - Нет. Это только Анне Федоровне сказали. Что бы домой ушла!
  - А! - Обрадовался бодигард. - А я то думаю, с чего это босс раздеваться начал, раз она в ванной с девкой сидит, а вы говорите, что она лесбиянка.
  Босс, услышав это, по стеночке пополз вниз, а в глазах у него почему-то появилось от-чаяние. Я проигнорировала замечание телохранителя, вспомнив о том, что народная муд-рость гласит - сила есть, ума не надо, и шагнула в комнату. Оставшись без ключей, можно надеяться только на то, что Ольга, обещавшая на выходных кулебяку в двенадцать слоев моего приготовления, до сих пор не ушла, а скачет по кухне, делая тесто. Так как процесс приготовления теста тянется бесконечно лишь у меня, нужно было срочно звонить домой, и просить экономку дождаться голую хозяйку, которая в противном случае и в квартиру-то не попадет. Правда, ключи есть у мамы, но лично я не представляю, как я попрошу связку у нее. Вернее, я не представляю, что я ей скажу, когда эту связку буду просить.
  - Слушай, ты где таких нашел? - Шепотом спросил Лешка у приятеля за моей спиной. Я в этот момент гордо перешагивала кучу-малу, устроенную Светкой. Она сидела на лю-бовничке верхом и с упоением лупила того по физиономии. - Специально выбирал?
  Разумеется, дома у меня не было никого. Пропала слабая надежда на то, что Ольга привезет мне тепленькую курточку и брюки с сапожками. Черт с ними, с сапожками, хотя бы курточку и брюки, я согласна добежать до такси босиком, лишь бы только уехать поскорее из этого сумасшедшего дома. Не ровен час, здесь все закончится смертоубийством, и явится милиция, как я тогда буду выглядеть! Лейтенант, следователь по особо важным делам, застукана в голом виде рядом с еще теплым трупом! Бр... Да мне потом на работе нос нельзя показать будет, сожрут. Да что там на работе - начальник меня из под земли достанет. И сожрет не сразу, сначала долго и с упоением будет резать на кусочки. Причем заживо.
  - Куда звонишь? - Поинтересовался Андрей, усаживаясь в кресло рядышком. Кажется, в роли любовника этот товарищ чувствовал себя превосходно. Наверное, они все в такой роли чувствуют себя превосходно, до тех пор, пока на горизонте не появляется муж, или жена... И хорошо, если дело происходит на первом этаже.
  Я в сердцах брякнула трубку и прищурилась. Вроде как на нем было длинное кашемиро-вое пальто, как раз такое, в какое я могу завернуться... И на этот чертов прием он меня привез. И в неприятности он меня втравил... Ну ладно, справедливости ради надо при-знать, что в неприятности меня втравил не он, а Инга, и даже не Инга, а подлец Макс, не умеющий даже изменить по тихому жене... И вообще, кто меня притащил в этот номер уже не важно, а важно то, что мое пальто улетело с двадцать третьего этажа, а потом ему кто-то резво приделал ноги. И то, что кулебяку в двенадцать слоев обещали не кому-нибудь, а именно этому гаду, завидному жениху тридцати трех лет!
  И вообще, если так рассуждать, то во всем мама виновата. Если бы она так не хоте-ла выдать меня замуж, она бы не пугала меня Петенькой и Ниной Леонидовной, если бы она меня не пугала, то я бы так не обрадовалась появлению Жукова, решив, что он лучше Пе-теньки с какой стороны на него не посмотри, но теперь то я понимаю, что Петенька еще цветочки по сравнению с Жуковым, и если бы он не появился в нашем городе, то я бы сейчас не сидела в гостиничном номере, в банном халате, названная лесбиянкой и гетеросексуал-кой, и не думала бы, как мне добраться домой, потому что сумасшедшая жена его приятеля выбросила в окно мою одежду... Одним словом, изучение причинно-следственных связей великое дело, всегда можно быстро обнаружить виноватого и заставить этого виноватого отдуваться...
  В данном конкретном случае виноват завидный жених, следовательно, если я позаим-ствую у него пальто и заставлю отвезти меня домой - будет только справедливо. Так что о результатах изучения причинно-следственных связей я немедленно сообщила.
  Сообщение его заинтересовало, парень наморщил лоб, а потом выдал гениальную фра-зу:
  - А может, мы их - тут он кивнул на Лешку с Ингой, самозабвенно целующихся у окна и не замечающих ничего вокруг, - тебе за одеждой отправим, солнышко? Ну, как ты в одном пальто дойдешь до машины? Я, конечно, могу и на руках отнести...
  - Отправить их за одеждой и потом ждать черт знает сколько? В обществе этих вот? - Я указала на Светку и Макса, драку прекративших, но продолжавших выяснять отношения, на повышенных тонах, но шепотом. Точнее, отношения выясняла Света, характеризуя любовника терминами, взятыми из зоологического словаря. Так показалось мне, до сих никогда не слышавшей выражения "Козел полорогий". - Да я тут рехнусь, а мне завтра на работу!
  - Всем завтра на работу. - Философски вздохнул Андрей. - Но их-то мы можем выста-вить?
  - Мы? - Удивилась я.
  - Выставить? - Возмутился Макс. - Куда выставить? У меня, между прочим, тоже штанов нет. А мне домой ехать надо.
  - Вот и езжай! - Прошипела Светка, ткнув его кулаком под ребра.
  - Да нет, я это к тому, что если Линка собирается снять с него пальто, то я вполне могу снять с него штаны!
  - Ээээ! - Возмутился Андрей. - Это мародерство называется. К тому же лично мне нравится другой вариант.
  - Мародерство - это когда с трупа снимают. - Заметила я. - А ты еще пока не труп.
  - Этот вариант мне тоже не нравится.
  - А какой нравится? - Поинтересовался Толстой, зачем - то застегивая рубашку и пытаясь повязать галстук.
  - Ну... В моем варианте пальто забираешь ты!
  - Сумасшедший дом! - Завопила я, чувствуя, что еще немного, и факт мародерства станет вполне возможным. - Меня кто-нибудь домой отвезет?
  На мой вопль среагировал Синицын.
  - Так я, это... Без машины! - Сообщил он. - Могу куртку свою дать. Или надень зайки-ну шубку, а я ей куртку дам.
  - Зачем? - Медовым голосом спросил Жуков. - Сейчас съездите, привезете одежду, пра-вильно, солнышко?
  Я заулыбалась в тон его голосу такой - же медово-приторной улыбкой. Вот гадина! На языке уголовного кодекса, это, по - моему, называется попыткой воспользоваться беспо-мощным состоянием потерпевшей? Ну, я ему еще покажу, каким беспомощным бывает состояние... Увидев мою сахарную улыбку, Инга подняла брови, показывая, что совершенно ничего не понимает. А Леша уставился на приятеля. На его простодушной физиономии было написано: ну, ладно, она не понимает, но я-то тоже не врубаюсь.
  - Мы здесь подождем! - Еще раз повторил Жуков.
  - А! - Наконец-то догадался Леша и сильно обрадовался своей догадливости. - Конечно, привезем. Часика за два обернемся. Ну, может и подольше, вдруг на мосту пробки, его же ремонтируют! Поехали, Зай!
  - Пробки? В час ночи? - Удивилась Зая, то есть Яганова, подняв брови еще выше, не понимая, почему я так сладенько улыбаюсь, а Лешка потащил ее за руку к выходу. У двери он обернулся и попросил:
  -Лин, ключи-то дай!
  Я ухмыльнулась. В каждом гениальном плане есть изъян.
  - Обязательно. Вот только сумочку найду, они в ней лежали, а сумочка ненароком в окно вылетела. Такая вот она у меня шустрая. Так что знаешь ка что, дорогой, давай пальто и вези меня домой. Еще спасателей вызывать придется, что бы дверь вскрыли! Всю ночь в коридоре куковать, на радость соседям!
  Инга согнулась от хохота пополам, а Лешка за ее спиной развел руками.
  - Кто б говорил, что только мне не везет! - Бормотнул Макс.
  Думаете, Андрей растерялся? Изобразив на смуглом бесстыжем лице самую невинную улыбочку, он предложил:
  - Так можешь у меня переночевать, солнышко!
  - А в ухо? - Спросило солнышко, то есть я, которой надоело играть полную дурочку, совращаемую маньяком.
  - Во, как всегда. - Обиделся на меня кавалер и горестно вздохнул.
  Так же горестно вздохнул и Паша, зачем- то наклоняясь и подставляя свою физионо-мию.
  - Это еще что? - Отодвинулась я подальше от ненормального.
  - Нас когда большой босс к Андрею Павловичу прислал, сказал, что бы его никто и пальцем тронуть не мог. - Пояснил второй бодигард. - Сказал, что даже если какая баба ему по физиономии решит съездить, пусть лучше по нашим бьет. А то вдруг у него сотря-сение мозга будет!
  - Видно, ваш большой босс сильно мозги Андрея Павловича ценит. - Развеселилась я. Вот уж никогда и подумать не могла, что в обязанности телохранителей входит полу-чать затрещины вместо охраняемых. Точнее, именно это в их обязанности и входит, но не в таких же ситуациях!
  - А то! - Согласился бодигард, поняв, что его бить не будут, и с облегчением отодвига-ясь. - У Андрея Павловича мозги - во! Он же управляющей компанией руководит, предпри-ятия из кризиса выводит!
  - Ну и как, удачно выводит? - Решила поинтересоваться Инга.
  - Не знаю. - Пожал плечами парень. - Я не видел. Зато какие кризисы он этим пред-приятиям устраивает!
  
   Глава одиннадцатая
  
  Сами понимаете, на работу я явилась невыспавшаяся, злая, и обиженная на весь мир. Безжалостные зеркала отражали всклоченное существо с темными подглазинами и поло-павшимися от недосыпа сосудами глаз. Одним словом, вид еще тот! Встретившийся на входе Трусов, прячущий, несмотря на грустное сумеречное утро, полное отсутствие солнца и лед, глаза за солнечными очками, увидев мою физиономию, которую тело на дрожащих ногах вынесло из машины, весело присвистнул:
  - Бурная ночка? Ты чем занималась-то?
  - Расследованиями! - Буркнула я, поднимая воротник и пытаясь таким вот прозаиче-ским образом спрятаться от глаз местных сплетниц. По заведенной в незапамятные времена традиции, сплетницы нашего РОВД каждое утро собирались на первом этаже у дежурки, дабы перемыть всем косточки. Зачем они это делают, мне непонятно, потому что косточки моют всегда одним и тем же, то бишь своим коллегам, которых видят каждый день. По моему скромному разумению, у дам должны были давным давно все сплет-ни кончиться, но, судя по тому, что обряд выполняется каждое утро с точностью и тща-тельностью религиозного ритуала, они каждое утро находят новую тему. Мне бы такое воображение!
  - Да? - Удивился Трусов. - И, разумеется, главным фигурантом был местный граф Дракула. Кстати, он, наверное, в себя пришел...
  - А ты откуда знаешь? - В свою очередь удивилась я.
  - Как откуда? Упыри чем лечатся? Кровушкой! Кровушкой православной! А, судя по твоему виду, он твою кровь точно всю ночь пил, и теперь очень даже неплохо себя должен чувствовать! А заодно и в упырином полку прибыло - глаза красные, кожа бледная... Да, ты, Алинка, превращаться в дракулицу начинаешь. Хорошо, что я крест ношу, а то не ровен час, накинешься, покусаешь, придется потом всю жизнь по ночам летать и летучей мы-шью прикидываться.
  Я представила себе толстенькую летучую мышку, висящую вниз головой, с невинно сложенными плащиком потрепанными крылышками. У мышки была физиономия бравого капитана и мультяшные клычки. Мышка ехидно улыбнулась, а в голове моей из-за ее улыбки произошел небольшой атомный взрыв.
  Во всем был виноват коньяк. Точнее, шампанское, которое я выпила на открытие. Вроде как коньяк я принимала в качестве профилактического средства от простуды, пото-му что, поджидая на площадке спасателей, совершенно окоченела. А перед этим, в машине по пути домой, вдрызг разругалась с Ингой, обвинив ее в том, что именно благодаря ее мании помогать людям осталась без ключей. Разумеется, после того, как я обозвала ее великовозрастной нимфеткой, а она назвала мою задницу тазом для варенья, пересидеть в Лешиной квартире тихо и мирно то время, пока подъедут спасатели, я, к величайшей радости соседей и охранников, отказалась.
  Инга гордо хмыкнула и скрылась за дверями, а Леша повез оставшемуся без штанов приятелю одежду. Мне же потомственная ведьма что-либо предложить не удосужилась. Так что на площадке я осталась босиком, в пальто на голом теле и в обществе Жукова с его бодигардами.
  Благодаря моему присутствию на площадке подъезд наш остался без охраны. Жутко ажиотированные моим видом бравые секьюрити решили поджидать спасателей вместе с нами, и несчастные Саша с Пашей совсем извелись, то и дело рыкая на своих собратьев по профессии, совсем позабыв о цеховой солидарности. Через полчаса ожидания у меня зверски замерзли ноги, несмотря на то, что сердобольная соседка принесла розовые тапочки с жуткими помпонами. В виду того, что простуда - вещь серьезная, и заболевание легче предотвратить, чем лечить, водитель был немедленно командирован в ближайший ночной магазин, и вернулся оттуда с бутылкой коньяка, лимоном и двумя пластиковыми стакан-чиками.
  Пять фужеров шампанского, выпитые мной на открытии, подсказали, что коньяк лучше всего употреблять стограммовыми дозами, сидя на лестнице. В свое оправдание могу сказать только то, что бокалы с шампанским были большими. Когда спасатели, наконец, прибыли, мы с Жуковым пытались разгрызть лимон. Саша с Пашей, глядя на такое без-образное отношение к дару тропиков, перестали горестно вздыхать, и вместе с охраной впали в состояние прострации.
  Приняв от телохранителей эстафету горестных вздохов, спасатели достали жутко-го вида резак и собрались уродовать дверь, как вдруг секьюрити предложил:
  - А может, мастера вызвать?
  - Какого? - Спросил один из ребят в синей форме МЧС, обиженно оттопырив губу и всем своим видом показывая - не надо никакого мастера, с автогеном мы и сами справимся.
  - Ну, из той фирмы, которая двери здесь устанавливала! Они же двери всему дому ста-вили, и замки, вот на такой случай и оставили телефончик. Замки-то можно перекодиро-вать, если ключ потеряешь! У них для этого даже мастер специальный есть, круглосуточ-ный!
  - И где телефончик? - Зловеще поинтересовался парень лет тридцати, судя по виду - старший в спасательном отряде. Парень был похож на Антонио Бандераса, и синяя форма ему жутко шла, красиво обрисовывая мощные руки и широкие плечи, а Жуков был похож на Джонни Деппа, и ему жутко шел его костюм. Я долго думала, кто же мне больше нравит-ся, Бандерас или Депп, потом поняла - если лишить их отличительных признаков, то есть снять с одного форму, а с другого - костюм, то оба будут очень даже ничего.
  - В дежурке, на стене. - Ответил секьюрити, становясь меньше в размере, а Бандерас грозно сдвинул брови.
  Мастера доставили спустя час. На ногах он не держался, и открыть был не в силах даже свой чемоданчик, не то, что итальянский замок, зато бутылку коньяка увидел сразу и пожелал присоединиться к банкету. Саша с Пашей спустили его с лестницы, а охранники помогли вылететь из подъезда, я же начала искать мобильник, собираясь звонить маме и жаловаться на паскудную судьбу несчастной вдовы, которой мужики попадаются сплошь-Бандерасы и Деппы, и сплошь с приветом. К счастью, мобильник я не нашла, вспомнила, что несчастный аппаратик геройски завершил свою жизнь, упав с двадцать третьего этажа, и по этому поводу всплакнула.
  Всплакнула я сильно и громко, потому что на мой плач прибежал Василий Павлович, полковник госбезопасности в отставке, и по совместительству президент охранного хол-динга, проживающий тремя этажами выше. Прибежал он, держа наперевес суперсовремен-ное охотничье ружье. Так как у ружья наличествовал лазерный прицел, Саша с Пашей немедленно решили, что это злодей, явившийся покуситься на драгоценные мозги Андрея Павловича, и дружно вытащили из-под пиджаков пистолеты. У Саши пистолет был один, а у Паши сразу два, местные секьюрити несколько растерялись, увидев такой вот арсенал в непосредственной близости, и для верности залегли на пол, профессионально положив руки на головы. Увидев на ступеньке пустую бутылку коньяка, а потом оценив изящество, с которым я прилегла на плечико к Андрею, полковник в отставке успокоился и отправился восвояси, предложив на последок съездить за домработницей, у которой своя связка ключей наверняка имеется.
  Адрес домработницы был в записной книжке, а записная книжка лежала на телефон-ном столике в квартире. Дверь же была закрыта. Покряхтев, Паша снял пиджак, позвонил соседям, перепугав пожилую чету архитекторов до полусмерти своим озверевшим видом, и полез в квартиру через окно. Благо, под ними у нас на каждом этаже идет нечто вроде узкого карниза. Пять минут спустя он вынес книжку, бережно прикрыл дверь, и водила немедленно был отправлен за Ольгой.
  Заспанная домоправительница была доставлена через сорок минут. Увидев приот-крытую дверь в квартиру, в которую, по словам водителя, несчастная хозяйка не могла попасть, потому как ключики потеряла, Ольга для начала потеряла дар речи, а потом приступила к решительным действиям, то есть вытащила меня из объятий Деппа, которого я выбрала по причине того, что Бандерас отбыл в неизвестном направлении, и с которым самозабвенно целовалась на ступеньках, и затолкнула в квартиру, напоследок привоскупив парочку крепких выражений в адрес остававшихся трезвыми телохранителей и водителя.
  Помнится, Депп, то есть Андрей, пытался отправить домработницу домой, досмат-ривать сны, и обещал при этом сам обо мне позаботиться. Ольга же, уперев в широкие бока свои натруженные кулаки, объявила, что на работу она встает в семь, и отправляться домой, что бы немедленно потом поехать сюда, смысла не видит, и вообще она была об Андрее Павловиче гораздо лучшего мнения, на что бодигарды сильно обиделись и угрюмо засопели. После чего захлопнула перед его носом дверь, и, не слишком обращая внимание на мои робкие попытки отбиться, поволокла меня под душ.
  Душ был холодным, а кофе после душа - крепким, так что недолговечный хмель из го-ловы выветрился, оставив только головную боль и тяжелые воспоминания. Кажется, я называла Жукова "Джонни", призналась, что с детства любила пиратов и мечтаю ока-заться в заложницах у Джека Воробья. Мама! После такого летучая мышка с физиономией Трусова - невинный детский лепет!
  - Что пила-то вчера? - Продолжал мучить меня капитан, превратившийся в средне-векового инквизитора. - Неужели тебе папа не говорил, что мешать водку с пивом - вредно? А коктейли - так вообще, яд для русского организма. Думаешь, почему на Кубе революция случилась? Потому что капиталистические интервенты в лице американских подданных заставляли несчастных кубинцев мешать ром с колой!
  Я не стала уточнять, каким боком несчастные кубинцы, почему-то невзлюбившие ко-лу, относятся к русским, подняла повыше воротник и скользнула в здание. Могучая кучка местных сплетниц разом примолкла, увидев мою согбенную фигурку и по-штирлицовски запрятанное лицо, потом сблизила в едином порыве головы и зашушукалась с утроенной энергией, со стороны сильно смахивая на плюшевых зайчиков, в которых обычные солевые батарейки заменили на "Энерджайзеры". Тут же вспомнился слоган - "Работают до дести раз дольше". Волосы от такой перспективы на голове встали дыбом, креативщика, кото-рый проснулся во мне благодаря алкогольно-абстинентному синдрому, следовало давить на корню, потому что после своих трудочасов я собиралась еще раз навестить жену банкира Волкова, вспомнить бы еще ее имя...
  Стоя с утра под холодным душем, я сообразила, что срок, понадобившийся благодуш-ному, но немного помешанному на вампирах банкиру, для того, что бы стать настоящим кровопийцей, равнялся времени, прошедшему с момента заключения Майей Колесниченко сделки, до того, как ее муж ни с того, ни с сего прыгнул с моста на глазах у половины города. Вернее, у всего города, потому что те, кто не успел посмотреть прыжок вживую, несо-мненно, полюбовались им на экранах телевизоров. Новость была новостью дня в течении недели.
  Шесть месяцев! Наверное, именно такой срок нужен был загадочному доктору Фран-кенштейну для того, что бы свести жертву с ума. Следовательно, банкир и бизнесмен - одного поля ягоды. Вернее, одного киллера жертвы...
  В мою стройную версию об алчной супруге немного не вписывалось то, что банкир до сих пор жив. Но Ольга по утрам смотрела сериала с непонятным названием. Сериал этот был вроде как о любви, в нем пухленький герой-любовник во всю сражался с алчной сводной сестрой своей любимой, обе сестры были крупнозубыми и бровастыми, покрытыми вес-нушками, поэтому я так и не разобралась, кто злодейка, а кто жертва, но главное не это. Главное то, что на протяжении последних двадцати серий герой пытался вызволить любимую из психушки, в которую ее упекла сестра. А сестра вот уже тридцать серий подряд рассказывала подруге, такой же алчной, крупнозубой, веснушчатой и злодеистой, как получит в свои руки всю компанию, принадлежавшую сестрам в равных долях, потому что жертву - ее почему-то так ни разу и не показали в смирительной рубашке - признают недееспособной.
  Сериал этот Ольга включала каждый раз, когда я дрожа от недосыпа и проклиная злую судьбу, выползала на кухню пить свой законный тройной черный кофе без сахара, и каждый раз она начинала мне пересказывать все преведущие серии, требуя от меня ком-ментария юриста. Благо, сегодня она молчала, то ли понимая, что голова у несчастной хозяйки взорвется и без ее помощи, то ли полностью захваченная событиями. А события разворачивались напряженные - врачи созвали консилиум и решали, стоит ли вводить несчастной витамины, или можно пока ограничиться физраствором. Адвокат, представ-лявший на этом консилиуме интересы бедной ненормальной и ее возлюбленного, гордо молчал и то и дело тянулся к портфелю в котором вот уже вторую неделю лежали важ-ные и компрометирующие злодейку-сестру фотографии. Словом, полный улет.
  Глядя на многозначительную физиономию адвоката, я предположила - почему, если в Бразилии можно получить состояние, сделав человека недееспособным, это нельзя провер-нуть у нас? В нашей-то стране накоплен богатый опыт использования аминазина! Двою-родная бабушка одной моей подруги поддалась порыву продвинутой молодежи шестидеся-тых годов и в недобрый час заделалась поэтессой-диссиденткой. Так она до сих пор откры-вает на кухне и в ванной краны, если кто-то начинает при ней разговор о политике, и каждое утро с удивлением заново узнает, что черт знает сколько раз Герой советского союза, генеральный секретарь Леонид Ильич Брежнев скончался. После этого она выходит на балкон и читает оттуда свои стихи с гордостью человека, жизнь и разум отдавшего на борьбу с тоталитаризмом. Стишки у нее, кстати, очень даже ничего, напоминают "Аква-риум" и "Крематорий".
  Если Волкова оказалась умнее Майи и решила не убивать мужа, а всего лишь навечно отправить его в психушку? В таком случае она, наверняка, получает по закону управление всем имуществом. Думаю, личное состояние банкира не такое уж и маленькое, вероятно, он владеет определенной долей уставного капитала банка...
  Эх, мне бы еще каким- нибудь образом добраться до ее компьютера! Как проследить интернетовские контакты со стороны я не имею никакого представления, наверное, нужно обращаться к провайдеру, а провайдер, разумеется, потребует ордер. Ордера у меня нет и получить его никакой возможности по двум причинам.
  Во первых, полномочий на ведение расследования мне никто не давал и дать не подума-ет, начальник, которому мое выступление с новой теорией до сих пор в кошмарных снах снится, если узнает, что я сунула нос не в свое дело впадет в состояние аффекта и попро-сту придушит на глазах у всего отдела и под ликующий шепоток сплетниц, у которых потом материала будет на годы вперед.
   А во вторых, если меня не придушит начальник, то отправит в психушку прокурор, да еще и расследование начнет, по факту халатности. Обвинит несчастных врачей, допус-тивших к работе буйно помешанную в манкировании служебными обязанностями. Тогда меня придушит кто-нибудь из врачей. Или полечат от души, что, впрочем, одно и тоже. И прокурор будет считать себя правым. Потому что именно так поступит каждый нор-мальный человек, если к нему явится девица - тут примем еще раз во внимание мое знаме-нитое выступление - и начнет рассказывать о киллере, спрятавшемся в Интернете под видом сатаны и каким-то образом заставляющем несчастных сойти с ума.
  Следовательно, остается одни выход - пошарить в компьютере. Не думаю, что в журнале контактов Волкова сохранила адрес этого самого дьявола, с другой стороны - чем черт не шутит. Сколько помню, люди и поумнее прокалывались, всех мелочей не учтешь, если только специально на секретного агента не учился. А еще предложение с выкупом души - Майя получила его через месяц после смерти супруга. Если женщины имели дело с одним и тем же человеком, то подобное предложение поступит Волковой.
  - Ты чего это? - Потряс меня за плечо Трусов.
  Я вздрогнула, посмотрела на дверь и поняла - уже минут пять, как я стою перед сво-им кабинетом с ключами на изготовку и глупо пялюсь на ободранную филенку двери. Дверью этот предмет и назвать-то сложно, а уж зачем я ее закрываю, понять еще сложнее, по-тому что фанерное сооружение давным-давно держится на честном слове и может защи-тить только от честного человека... Или вводит в искушение этих честных людей, пред-лагая вышибить ее с полпинка и поглядеть, чем же занимается на рабочем месте лейте-нант Алина Веретенникова.
  - Думаю! Гриш, а можно как нибудь в компьютер жучок поставить, что бы слышать, о чем по Интернету говорят? - Призналась я.
  Трусов покрутил шеей и поправил воротник свитера, словно тот ему начал неожидан-но жать.
  - Ты рассольчиком лечиться не пыталась, драгоценная ты моя? - Спросил он. - Пиво тебе в таком состоянии противопоказано, не ровен час, начнешь чертей и зеленых человеч-ков ловить, предпосылки -то к этому уже имеются, за вампирами вон гоняешься... По компьютеру говорят! Ну, ты, блин, даешь!
  И капитан рванул от меня по коридору, даже не попытавшись напроситься на кофе. А ведь кофе он у меня регулярно пьет по утрам, уничтожая при этом весь запас печенья! И длится это не первый месяц!
  Открыв дверь, я почесала макушку, заразилась, наверное, этим от Леши, и посмотрела вслед исчезнувшего приятеля. Вот теперь и пришло время признать правильность посту-лата - не делай добро людям. Если бы я из самых благих побуждений не засунула Алика в наркологичку, заплатив при этом весьма нехилую сумму, он теперь не перебегал дорогу, едва завидя меня издалека. Уж в чем-чем, а в компьютерах парень разбирался, и не впадал в панику, если слышал слово "интернет". Да уж, в каждой бочке дегтя имеется небольшая капелька меда.
  А за отсутствием поддержки компьютерного гения мне остается только одно - пы-таться напугать красавицу - банкиршу страшной участью Майи Колесниченко. Тут уж не только макушку почешешь, но и лоб, причем обеими руками.
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"