Сокольников Лев Валентинович: другие произведения.

Лотхар Хепп

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
Оценка: 5.00*3  Ваша оценка:


   Сокольников (Lesok)
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Лотхар Хепп.
   (Lothar Hepp)
  
   Руки и вещи.
  
   .
  
   Повесть
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Оглавление.
  
  
   Предисловие........................................................3.
   Глава 1. Он ("сам")...........................................................5.
   Глава 2. Она ("сама").........................................................
   Глава 3. Отступление в любовь............................................9.
   Глава 4. Основа богатства..................................................11
   Глава 5. Генеалогия...........................................................11.
   Глава 6. Пословицы и поговорки.........................................16.
   Глава 7. Дурные сны..........................................................21.
   Глава 8. Городская жизнь...................................................25.
   Глава 9. Разрушение старого гнезда....................................29.
   Мемориал (послесловие).......................................
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Предисловие.
  
  
   Во что, чего нет, веруют нынешние греки автору неведомо, но древние верили в богов, прописанных на горе Эллады (Олимп), и в "мир теней"
   Так и должно быть: "боги" со знаком "положительные" пребывают вверху - владыкам "мира теней и страданий" отпущено подземное царство, а проживавшим между небом и "царством теней" оставалась голая вера.
   Когда-то Чума и Холера убивали жизнь в городах Европы, но страх перед названными особами по силе не превосходил страха оказаться на берегах рек подземного царства (Лета), а равно воспользоваться услугами Харона-перевозчика.
   Описаний рая не делали, считали:
   - Повезло не оказаться в аду - уже рай.
   Инфекционное заболевание грипп по заразности занимает второе место, на первом до сего времени пребывает вера во "владык неба и Земли"
   Произведения о мире "теней" настолько убедительны, что хочется верить, будто кто-то побывал в подземном царстве, и, вернувшись в мир живых без видимых потерь в теле и психике, продолжал тянуть лямку в привычном мире и писать высокохудожественные отчёты о порядках в потустороннем мире.
   Повесть затеяна не о мире теней, хотя герои и участники оной пребывают в нём, повесть о влиянии мёртвых вещей на живых людей.
   Поэт и философ Тит Лукреций Кар, латинянин, написал труд "О природе вещей", и, похоже, тому была причина, но какая мудрец умолчал.
   Не зная, что трактовал философ Тит Лукреций о вещах в сочинении "О природе вещей", имея в зачаточном состоянии собственные соображения, скажу так:
   - Вещизму подвержены люди, никогда и ничего не создававшие своими руками, но потреблявшие. И наоборот.
   Труды древних философов изучают затем, чтобы чужие и старые соображения освежить своими без видимой новизны.
   Излагая собственные понимания природы вещей, рискуешь скатиться в заявление "сам до всего дошёл!" без страха быть уличённым в вульгарной краже.
   Иная картина, когда ничего не знаешь из трудов мыслителей прошлого, выкладываешь собственные заблуждения без риска быть обвинённым в краже интеллектуальной собственности.
   Нет сведений о количестве граждан, спешащих избавиться от вещей родственников ушедших "в мир теней", но автор берёт смелость заявить:
   - Пятьдесят на пятьдесят.
   Сообщение "покойный Иван Захарыч отказал тебе шубный пиджак" ценится "отказал", кое в древности переводилось, как "подарил", а ныне получило противоположный смысл:
   - Вы в завещании не упоминаетесь...
   Упрячу тело своё, этот "сосуд греха", в "новый шубный пиджак" усопшего Ивана Захарыча? - скорее "нет", во мне сидит раздутый телевизионными рассказами страх:
   - Принадлежавшие умершему вещи хранят его энергетику и могут дурно повлиять на живого владельца мехового изделия - в каких единицах измеряется "энергетика", как, чем уловить и сделать видимой ужасную и вредную энергетику три дня назад пребывавшего в здравии Ивана Захарыча пояснений нет.
   Основная масса граждан боится таинственной "энергетики усопших", избегают и малейшего контакта с вещами умерших, но когда житейские условия "берут за горло", или "припирают к стенке" вмиг забываем, что отказанный новый шубный пиджак Иван Захарыч одевал пару раз, и зарядить отрицательной, до убийства, энергетикой не успел.
   С новыми шубными пиджаками иван захарычей понятно, допустимо, что какая-то неизвестная энергетика в овчине романовской овцы и запуталась, но как быть, когда Захаровна оставила шкатулку с изделиями из драгметалла пятьдесят восьмой пробы и выше? Или в кругляшке червонного золота достоинством "десять рублей золотом" до переворотного времени? Сколько нехорошей энергетики в каждом червонце, каким образом Захаровна заряжала дорогие кругляшки, в каких предметах заряд таинственной энергии дольше держится: в шубах-ботинках, червонцах времён "осударя-батюшки", прочих украшений? Как скоро следует избавляться от дорогих наследственных, и каким способом?
   Прогулять с восторгом "Веселись душа и тело - всё наследство пролетело!"?
   Представительницы вольного цыганского племени знают, как заработать на страхе особей женского пола других племён и народов:
   - Дурное, заговоренное золото в доме хранишь, принеси мне, отговорю - и верящие в "дурную энергетику" несут.
   Перечня предметов, максимально полно аккумулирующих "нехорошую энергетику" не существует, но если верить наблюдениям, сделанным за века - первое место уверенно держат старинные замки.
   Автор имел повод убедиться в существовании "энергетики вещей" и об этом рассказал в короткой повести.
  
  
   - И вещи имеют души,
   а будь иначе -
   заявление "сделано
   без души" теряет смысл.
  
   - Через половину века
   с документов, будь трижды
   сверхсекретными,
   снимают покров тайны.
   Через какое время с
   древних противников
   снимают звание "враг"
   нигде не сказано.
  
  
  
  
   Глава 1.
  
   Он ("сам")
  
   Если ограничусь заявлением:
   - "Искусно сделанную из куска обшивки самолёта неизвестной армии, а их было две, коробочку с названием Zigarettenitui нашёл при разборе старого коровника в деревне" вдумчивому человеку с натурой исследователя такое заявление ничего не скажет, потребуются пояснения:
   - Где, когда, в каком населённом пункте, по какой причине и с какой целью разрушал скотоводческое помещение с названием "коровник", кому принадлежало строение, и как вещица, именуемая "Цигареттенитуи" из авиационного дюраля времён войны с надписью на крышке "L.Hepp" оказался в коровнике?
   Приступая к изложению истории полувековой давности испытываю затруднение: как не пройти мимо главного?
   Вторая, менее важная задача: как из Lang Geschichte сделать "kurze гешихте" без ненужных и отвлекающих от сути подробностей, как не удалится от "краткость - сестра таланта"? Кто откажется от звания "талантливый рассказчик" с присвоением медали, покажи пальцем? Если не получится короткий рассказ - не суди строго.
   Тётушка жены и супруг проживали в селе в пятнадцати верстах от города, и подобный промежуток на просторах Среднерусской возвышенности не представляет большого расстояния, если в летнее время перемещаться естественным способом, то есть ногами.
   Если в летнее время прогулочным шагом путь до деревни укладывался в три часа - в зимнее время удлинялся на час, а иногда и больше. Меняющуюся длину дорог аборигены не могли объяснить, и за них это сделали иноземцы в известные времена:
   - Дороги следует чистить от снега - тогда будут короткими и лёгкими в любое время года! - на что не менее мудрые аборигены отвечали:
   - Больно умные! А вы длину дорог наших мерили? В вашей Германии чистить нечего, у вас не дороги, огрызки, разогнаться негде, а у нас картина иная, сами с усами, без учителей обойдёмся! Пусть учат своих баб щи варить! - в этом и кроется слабость зарубежной науки.
   Определение "супругу тётки жены" существует в спецлитературе, всякий раз пускать в оборот помянутую длинноту негоже, вот и буду поминать "дедом"
   Кому "дед", чей "дед" неважно, любой дед принимается нами старым человеком, так поминают старых людей на Руси. .
   Дед рос последышем в крестьянской семье среднего размера с определением "сам семь", то есть, глава "сам семь" шёл позади выводка, а перед главой семьи, замыкающим семейный строй, шёл герой повести.
   На последышах кончаются стройматериалы и жизненные силы производителей, потому-то часто, если не всегда, такие "строения" приходят в мир хилыми телом. О душе речь не идёт.
   В животноводстве существует срок репродуктивности, когда четвероногая особь способна выпускать здоровое, полноценное потомство, а людей закон не касается: в нужный момент о продуктивности люди забывают...или верят в две высшие силы над собой: "бог" и "авось, пронесёт"
   Если мать-Природа обижает последышей крепостью тела - часто даёт нестандартный разум, и примеров тому в истории народов масса. Не видел красивого и умного гиганта, но хилых мудрецов - сколь угодно, но почему в последующей жизни предпочтение "слабого пола" отдаётся красивым гигантам, а не хилым мудрецам - тема для исследований.
   Судьба шутит с нами или непрерывно, полный срок пребывания в видимом мире, или такое делает иногда. Чаще всего наша "судьба" - это наши родители. Они нам дают имена при появлении в мир.
   Когда появилось утверждение, что имя, данное человеку при рождении, определяет всё его последующее бытие - не знаю, но согласен. Дело за малым: провести исследования на тему: "Влияние имени индивида на всё время его жития".
   При крещении деду дали имя "Никифор" без малейшего представления, что оно значит. Раздача имён без понимания - одно из любимейших наших занятий. Знай кто в большой дедовой семье греческое "Нике" и "фор" - "Никифора деду не получить: Никифор должен быть высоким, крепким, сильным и красивым. Пусть и глуповатым, но воинственным. Заметным. Побеждающим всех и вся. Всегда.
   Признаюсь: не соответствую своему имени, и сколько подобных мне бедолаг, кои не соответствуют внешностью имени своему - выяснением вопроса никто не занимался, лишнее:
   - Зачем? - гороскопы составляем, верим в них, но как влияет имя человека на собственное житие - лишние знания, правильные названия кораблям нужны, а кто на кораблях ходит необязательно.
   Дед не оправдывал великого имени: рос хилым, слабым и болезненным, в великом русском языке есть определение таким человеческим недоразумениям: "корявые" и "дробные", то есть, мелкие: по достижении зрелого возраста имел всего сто шестьдесят сантиметров росту "в прыжке с кепкой", как говорят злые языки в народе.
   Кому в селе не доводилось скот пасти? И дед, мальчишкой, как-то пася скотину, поспал на весенней непрогретой земле, и тот сладкий сон парнишке бедой обернулся: мигом нарывы по бедру пошли, да так быстро и ужасающе, что в городскую больницу на лечение положили. Плохо дело повернулось, лечение шло к тому, что светила медицины местного значения склонялись к ампутации конечности. И странное дело: только некий немец-врач, на дедово счастье работавший в той больничке, не согласился с мнением коллег об ампутации и под свою репутацию врача продолжал лечить мальчишку.
   Как в до переворотные времена распределялись голоса на врачебных консилиумах - неизвестно, но природную конечность немецкий доктор деду сохранил. Короче на шесть, или семь сантиметров, но своя ноженька, не деревянная!
   Хромой парень вне деревни вписан в графу "неполноценных", а в деревне хромой получает полное невнимание со стороны прекрасной половины человечества, и ни единая, будь то самая последняя замухрышка, никогда не даст согласия выйти замуж за хромца! Почему? Думаю, по одной причине: хромой не сможет сделать ни одного "па" в танце! А какая деревенская жизнь без танцев?
   Был не из богатых, что немаловажно. Одни минусы достались деду в этой жизни, а другая была где-то...
   Но были и "плюсы" в несчастье: от него раз и навсегда отцепились военные всех стран и континентов, и к механизмам сельскохозяйственного назначения не допускали:
   - "Хромой"! - и оставались бедолаге "общие работы" выполнять. Если бы не терпение и кротость в несении не "победы", а ударов от жизни - впору совать шею в петлю. Каково житие у "затюканных" Судьбою - знают только сами обиженные.
   Дед не имел образования, а то, что приобрёл - пустяки, мелочь. Был обучен счёту, простому письму без тяжёлых речевых оборотов, как у меня, и приобретённых знаний хватало на место кладовщика в родном колхозе.
   Природа компенсировала дедов телесный недостаток редким даром: нигде не учась составлял такие отчёты "о трудовой деятельности колхоза им. "Красного Коминтерна", настолько талантливо, что дедову дару дивились опытные бухгалтера и счетоводы, немалые спецы в подтасовке показателей "в колхозной отчётности".
   Природа полностью не лишает своих даров, часто мы о них просто не знаем. Дед был честным, понимал, что всякие махинации и кражи хороши для здоровых и прочных "идущих по жизни", а не для таких увечных, как он. Например, если я имел универсальную специальность, по которой работа мне была обеспечена на любом предприятии города, то у меня и гордыня соответствующая была, в самый раз по моим способностям:
   - "Да плевать хотел на вашу занюханную контору, работу, как у вас, найду всегда"! - инвалид так сказать не мог. Вот она, моя страсть к прописным истинам!
  
  
   Глава 2.
   Она, или "сама".
  
  
   В селе проживала обойдённая милостью матери-Природы девица: бесплодной уродилась, а выяснение женской беды произошло после замужества, Многими деталями отличается сельская жизнь от городской, но по мнению автора главная выглядит так: в городе никому нет дела, что ты "пустая", а на селе ты клеймёная:
   - На себя живёт, ни о чём не волнуется... - и молчаливое поношение бесчадием. Во все времена отечественная деревня пребывала "библейской", но не в доброй части "святого писания", а в той, где языком "помыть кости ближнему своему" проходило за первейшее удовольствие. Почему "пустота" сестёр волнует женщин - автор, пребывая мужчиной, браться за объяснение не рискует, боится совершить ошибку в письменном виде. На женщину не указывали пальцем, не говорили в глаза "пустая баба...", помнили отеческое:
   - За глаза царя ругают - и поминали в удовольствие.
   Два жизненных несчастья соединились под одной крышей, и соединение отстояло от любви на приличном расстоянии, но не настолько, чтобы разойтись. На месте, где хотя бы малое время, должно пребывать сладкое безумие с названием "любовь", от начала поселились взаимное терпение и вечный труд без вопроса:
   - Для кого стараться, кому собирать? - повода для написания романа о двух обездоленных людях не было.
   Жили и работали для себя, меньше на племяшей, убежавших молодыми в город от прелестей савецкой сельской жизни. Оправдание побегу оставили:
   - Не мы одни, вся деревня сбежала... - отчего "совецкие" крестьяне бежали из родимых мест в города дюралевой коробочке под сигареты не волнует.
   Убежавшие в город от прелестей сельской жизни племянники связь с роднёй не теряли, навещали одинокую пару и обрадованные памятью о себе встречали гостей радушно: доброй выпивкой и нехитрым крестьянским питанием: яйца, сало, картошка, перья молодого лука с грядки. Нет детей - нет и беспокойства:
   - "Что оставим детям? - потому заработанные гроши не рождали расстройств образца "маловато собрали".Дед любил выпить, но меру знал и не переходил границу.
   Так и катилась жизнь. Куда - кому ведомо "место прибытия", кто наверное знает - "куда"? Живём - и ладно. Как можно что-то наперёд загадывать? Вот деды и жили одним днём: нас так приучили издревле.
   Если провести опрос общественного мнения по вопросу: "сколько надеетесь пробыть в видимом мире"? - девяносто процентов опрошенных ответят:
   - Не знаю... - ответят осторожные и самокритичные граждане, а нахалы, вроде меня, примутся рассуждать о "независящих от нас факторах и причинах", кои могут прервать течение жизни в любую минуту.
  
   Глава 3.
   Отступление в любовь.
  
  
   Знал женщину, трудились на одном предприятии.
   Дорогой читатель, термин "знал" в адрес женщин не равен "познал, как женщину", заявление "знал" не входит в физическую близость (интим). Иные названия физической близости с женщинами в данном месте не приводятся. Вечное заблуждении мужчин: побывать с женщиной в интиме и не узнать женщину равно отеческой мудрости:
   - "Был в лесу - не видел деревьев..."
   У женщины, кою "не знал", на месте любви было иное: весной, когда приходила пора сеять основной продукт питания граждан всех сословий (картошку) - наступала сезон любви и ловли очередного мужа. Находила, есть такая везучая на мужиков женская порода. С новым избранником оговаривала и условия "соединения": - "Вскопать огород и ничего иного"! - окончание посевной без лишних слов напоминало новому "мужу":
   - "Благородная миссия твоя окончена и можете, "любимый", удаляться туда, откуда поманила некоторое время назад". Искусно и талантливо выпроваживала "мужей", но бывало, что "изгнание" откладывалось до уборки урожая, и летний период созревания клубней, когда "супруг" предавался безделью - был мучительным. Дивился таланту женщины: "волшебница, колдунья, ведьма"!
   Очередной уловленный знал, чем кончится женитьба после уборки урожая, видел и понимал цели и задачи супруги, понимал, кто ведущий, но не мог остановить процесс развала семьи. Заранее знать условия брачного контракта и продолжать движение на "красный", или как мотылёк на огонь - пожалуй, и через тысячу лет человечество не найдёт объяснения мужской глупости. Опросы общественного мнения (женщины):
   - Вы его любите?
   - Люблю!
   - За что? - бедной не дано осмыслить, что вторая половина "за что" - провокация, и сколько не выпускал глупый вопрос "за что" - девять из десяти без раздумий приступали к перечислению достоинств избранников. Так и есть: женщины выбирают мужчин на вспахивание огородов оставляя сильному полу заблуждение "мы выбираем женщин". И только одна, всего одна единственная ответила:
   - Не знаю! - и под "не знаю" можно подводить что угодно, вплоть до "не люблю". Это ведь женщина всё же!
   На основании опроса сделал заключение:
   - Настоящая любовь рождается, живёт и увядает на огородах Как картофельная ботва...
   - Не мужик, а гладиатор!
   - Могуч?
   - Нет, только гладит...
   Так сколько было несчастий? Что бывает, когда два несчастья объединяются в одно?
   - Ни одного!
   - Ответ неверный, два несчастья, собираясь под одной крышей, не растворяются в "море любви и радости", не уничтожаются взаимно, но остаются в целости в каждой из соединившихся половинок, а итог равен двум несчастьям.
   Всем, любящие не исключение, приходит время подведения итогов, и у стариков они оказались неутешительными:
   подгородный колхоз, поилец и кормилец горожан, как-то тихо и по непонятной причине умер, не мог не умереть: родился с рахитом. В смерти коллективного хозяйства просматривался чисто российский утешительный момент: "не один наш колхоз приказал долго жить"
   Что собираем на старость? Деньги, единственно ответ у девяносто девяти из ста граждан отечества. Соберёшь деньги "на чёрный день", или из затеи по сбору ничего не поучится - другая повесть, но сам процесс собирания денег "на чёрный день" делает жизнь от начала и до конца чёрной. Нет таких чудаков, кои могли бы сказать твёрдо и уверенно:
   - "Ни в малейшей степени не волнует, как меня закопают! Закапывают не меня, я - это когда жив, а мёртвый - это не я, а потому абсолютно без разницы, где буду закопан и будет ли врыт в ногах трёхметровый обелиск чёрного мрамора с портретом "полного профиля", или деревянный крест... или вообще ничего. Кая разница? Чем заняты и до сего времени "поисковые отряды", что ищут останки убиенных воинов в прошлую Большую Драку? Всех ли найдут и помянут поименно? Гарантия имеется? А как быть с костями, кои не найдут? Такое может быть? Сколько ещё по времени будут длиться наши "гробокопания"? Ведь по многим религиям мира такое занятие - дело нечистое.
  
   Глава 4.
   Основа богатства.
  
   Эстонец Антон Тамсааре в "Новый нечистый из самого пекла" вывел формулу богатства:
   - Всё, что можно продавай; что нельзя продать корми свиньям, что не едят свиньи - ешь сам и будешь богат!
   Дед не держал свиней, тяжко и хлопотно, но была корова и куры. Не держать в деревне корову - получить всеобщее осуждение, плевать, что увечный и слабый: или имей скотину, или умри! А что такое корова? Изумительный и прекрасный агрегат непрерывно кушающий растительность и выдающий молоко и остальное, без чего молока не бывает.... Во всяком производстве имеются отходы. Корове нужен корм, и чтобы добыть корм нужны немалые силы, кои держатся в нас до определённого срока. .
   Люблю корову, изумительное по красоте животное, а за её глаза, зеркало коровьей души - можно отдать и жизнь!
  
  
   Глава 5.
   Генеалогия.
  
  
   Время шло. Свои пятьдесят лет пролетели, как один день, а у деда с супругой годы прошли быстрее моих, и обвинения в быстром старении граждан "страны советов" ложатся на телевизионную программу "Время, вперёд"!
   И так всегда: не знали, что впереди, но рвались, и в итоге рванья вышли на "белую горячку". Сегодня мало кто может ответить на вопрос:
   - Назовите время кончины вашего главного товарища с двойной фамилией "Давай-давай"?
   С какого боку приклеен к деду автор, какова степень родства с дедом?
   С древнейших времён и до сего дня продолжаем делиться на "свой" ("наш") и "чужой", без уточнений, насколько "свой" бывает своим, и "чужой" - чужим.
   Не стану рассказывать, как миллионы граждан страны были кинуты родимым государством при обмене денег, как проверяли любовь граждан к государству "дефолтами" всех видов и окрасок. Знающие люди говорят, что "дефолт" в переводе с английского - "умолчание". Молчать не было сил, и английское слово в известные времена заменило родное и привычное слово из трёх букв. Но временно!
   И вот она, сучья старость! Слабость, немощь, болячки... и страх. К семидесяти годам у дедовой супруги добавились парочка операций "глубоко не затрагивающих жизненно важных центров", как принято определять в медицинском мире, но основательно испортивших ситуацию, когда "глаза видят - руки не могут..." - как жить в селе с разрушенным здоровьем?
   Остаётся лечь и умереть, но смерть не приходит по вызову... От чего мрут долго работавшие люди? От безделья. Отнимите у меня компьютер - лягу на самодельное лежбище, по обычаю не закрою лик одеялом (мою работу другие сделают), прикажу остановиться сердцу - и всё, отгулял, полетели!
   И дед уже не мог выпивать поллитровку "за один присест" и такая "слабость" убивала сильнее прочих бед и несчастий, что были в подлунном мире И бутылка была невинной нормой, кою с городскими племяшами когда-то свободно, не пьянея, оприходовал. Эх, было, было, приходили племяши из города, садились за сельский стол.
   А тут добавилась волнующая новость: городу воды мало и верха решили:
   - Строить водохранилище! - и в дедовой опустевшей на три четвёртых, или на все пять шестых деревне выпало "щастье":
   будущее водохранилище отрезало остаткам деревни дорогу в город.
   По моим неграмотным соображениям дедова деревня, случись успешное окончание строительства плотины, оказалась на берегу рукотворного водоёма, и живописные места могли превратиться в "курортную зону местного значения".
   Паника началась с того, что предприятия города, на деньги которых затевалось "рукотворное море", принялись переселять жителей в город. Счастливчиков набралось немного.
   Но время шло, водохранилище строили "через пень колоду" и у ожидавших "исхода" колхозников умерла надежда, а вместо неё родилась уверенность:
   - "Исход" наши правнуки увидят! Не раньше!
   Водохранилище начали строить лет двадцать, или более того, назад. В "стройку века" было вложено много денег, но и до сего времени водохранилища нет. "Несбыточная мечта". То, что построили - ныне успешно разваливается.
   В состоянии "созидательной горячки", берега будущего водоёма облицевали бетонными плитами приличного веса и размера, основательными, и укладчики, созидая, подумать не могли, что через малое время после укладки кто-то другой, без техники, в ночном мраке, удалит плиты с места укладки и применит в ином месте:
   - Втроём выкорчевать и погрузить плиту на тележку осилим? - в вопросе присвоения чужой собственности мне нет равного!
   Деревня, как заведено, тянулась вдоль реки, и реки наши о двух берегах не просты: один берег - правый, другой, соответственно - левый, один высокий, другой - низкий.
   За рекой в паре вёрст лес, в лесу "святой" источник, прозванный "святым" не за чудеса, кои не совершает, а за чистоту влаги выходящей из земли. Редкое, фантастическое явление: загаженная земля очищает воду. Признаю ошибку: заявление автор делает без химического анализа воды из "святого" источника.
   Очистившись, вода стала волшебной и в неё верят. На родник приезжают бесплодные женщины и омываются ниже по течению голенькими, как и положено. Никто не дивится, никто не пялит глаза: какое удовольствие видеть несчастье ближнего? И бывает ли несчастье "чужим"?
   Природа тамошних мест - сказка, и эта сказка, медленно, надёжно, была удавлена нашими руками.
   До переворота-революции в дедовой деревне было триста дворов полных народу, а на "финальный выход на сцену" - иначе - "наивысшей точке подъёма советского колхозного хозяйства" - десять и в каждом дворе - двое старых, кои ни за какие городские блага не хотели покидать родимых гнёзд. А меня просят "не ругаться матом"! Хотят лишить последнего удовольствия в жизни! Нехорошо думаю, не патриотично: может, стоило бы у нас, дураков, всё же отнять землю и отдать другому народу? Армянам, например? Или всё же немцам? Знавал по работе одного армянина, живёт в России давно, женат на славянке, любит её, но временами спит с другими:
   - Эх, если бы в Армении было столько земли! Мы бы все в золоте жили!
   Ну, что отдадим землю армянам? Когда прошлые советские козлы и (нынешние) стонут в думе о "матери-земле" - явно нехороший дух подмывает спросить:
   - Суки тупоголовые, ворьё и пьянь обоссаная, что же за семьдесят лет правления не осчастливили землю!? Ума не хватило? - поймут ли, не впустую сказано?
   - Дед, по морде захотел!?
   - Если ума прибавится - бей, но крепко сомневаюсь... - никто не даёт по старой моде моей: желающие "проучить" не верят в собственные умственные способности.
   Как иначе? Популярный сатирик с большой сцены открыто говорит, что мы неизлечимые дураки, а ему в ответ смеются! На всех концертах, что показывает телевиденье, ни разу не видел и единого плачущего зрителя! Напрасно камера оператора шарит глазом-объективом по рядам публики - нет плачущих и скорбящих лиц! Хотя бы одно на весь зал! Одно!
   Плотина деда и доконала. В опустевшей деревне, где от одного жилья до другого появились двести-триста пустующих метров, стали появляться тёмные личности определённого направления. Отсидевшие срок граждане, из "молодого поколения", наша "надёжа и опора в будущем". Но это в будущем, а сегодня они пока что в "отморозках" числятся. Такой "наш" мог ввалиться в любую хату и потребовать:
   - Дед, охмели! - да не раз в неделю и по нужде, а в систему! Здоровая сволочь, и участковый ничего не делает с ним потому, что вымогатель - "сродни ему". Есть такое в "русских селениях". Ныне пьянь убивает стариков за их накопления и такими историями нас, "россиян", не удивишь! А Европа вопит:
   - Смертная казнь - это анти... антигуманно! Бесчеловечно! Жестоко!
   Почему? Повесить пяток таких на главной площади города, как делали когда-то оккупанты - красота! Я - "за" двумя руками! Что ему "пожизненный срок"? Его, клопа, нужно пожизненно кормить, поить, лечить, караулить! В какие суммы обходится ненужность? А тут ещё "гуманисты" песни распевают:
   - "Он остаётся человеком"! - ну, да, в точку, изнасиловавший и убивший десяток детей - "человек"! Единственное, что следует сделать с ним, как с человеком - ввести в вену усыпляющее и отправить в "мир теней".
   И опять эти немцы с берлинской канализацией! "Гуманизм"? - он самый, никто и никого не лишает жизни, а что надо зарабатывать на пропитание - кто возразит? Чем? Чисткой канализации.
   - Мы особенные, гуманные, мы не пойдём по западному пути перевоспитания "оступившегося (восемь раз "оступался"), мы на дедову грошовую пенсию будем содержать дефективную ветку человечества!
  
  
   Глава 6.
   Пословицы и поговорки.
  
  
   С возрастом приходит неизбежная замедленность в мышлении, а некоторые страдают упомянутой замедленностью от "младых ногтей". Кто не страдал? Почему не подумать о старости заранее? Сколько из нас думают о предстоящей старости, если с молодости заражены "день прошёл - и слава богу"? Думай - не думай, а если посажен на минимум - с чего соберёшь на старость?
   Чем сильны? Поговорками, ничего иного ценного нет, нищие мы, а наши поговорки - сокровище, кое признают иноземцы:
   - "Гром не грянет - мужик не перекрестится" - но почему мужик самой "богобоязненной" страны ждёт грома дабы "сотворить крестное знамение" - этого никто не знает.
   Хороша и эта: "ждал, пока жареный петух в жопу не клюнул" - куда там всяким англичанам! Нет у них таких поговорок!
   Как-то приходит тётушка жены и дедова жена одновременно и без задержки, с порога, начинает повесть со слезами:
   - Хлеб в деревню месяц не привозят, никто из вас не приходит, все про нас забыли! А тут ещё шпан появился, сидел, выпустили... Боимся из хаты выходить, к деду пристаёт, "похмелить" требует"! - и выкладывает на стол в застиранном мужнином носовом платке пачку старых, как и сами, банкнот...
   - Все наши сбережения, а вот и мы сами, берите нас к себе, нет у нас жизни в деревне! - глобальные вопросы дедова супруга решала помимо деда. Настоящий матриархат!
   Ни к месту появилась мысль: "шпан... шпанунг... э, постой, так в переводе с немецкого "шпанунг" наше напряжение! Как же, помню, в электрошкафах к станкам из Германии написано: "Ahtung, Spannung", вот откуда отеческая "шпана" пошла! Напрягают нормальных людей"!
   - Погоди, не вой, страдаю идиосинкразией на женские слёзы! Завтра приду на совет, решим, что делать, обещаю. И не ходи с пачкой денег по городу, риск есть, отеческие "шпанунг" не перевелись. Пора бы и соображать! - отчитал старушку, а потом стыдно стало:
   - Кого воспитывал?
   Напоили старушку чаем, успокоили, и понесла известие супругу, что в их судьбе примет участие не родственник, а "муж племянницы", то есть - я.
   Куда дедов принимать? В двухкомнатную конуру общей площадью в тридцать шесть квадратных метров где трое проживают?
   До нас деды обошли племяшей на предмет выяснения "где голову преклонить". Начали со старшего и получили:
   - Без вас надоело гробы таскать! - сам не молод, похоронил тестя, тёщу и похоронные заботы были свежими. Племяш в возрасте, и не хотелось родственнику, чтобы чужая старость рядом ежеминутно напоминала о собственном отбытии в мир иной. Кого-то похоронные "мероприятии" тренируют и делают прочными, деловитыми, а другие скисают и "прячут голову под крыло".
   Супруга первого племяша, к кому сунулись старики - женщина строгая, и ни о каком проживании сельских родичей супруга в её квартире речи быть не могло, о чём прямо, без дипломатии и было сказано старикам.
   Что ответил другой племяш - не знаю, но деды всплакнули от обиды и направились в последнюю "дистанцию": к жене, коя тоже доводилась племянницей с другой ветки генеалогического древа. Откажись племянница - на выходе из двухкомнатной квартиры родственницы перед стариками расстилалась пустыня с названием "дом престарелых", в старину называвшийся "домом призрения". Поменяйте первую гласную "и" на "е" - и никаких пояснений не нужно.
   Страшное, говорят, место! Если верить СМИ - "рай", а реалии лучше уйти в мир иной из своего гнезда, старого и привычного, родного и любимого, нежели из "дома прЕзрения", этого продолжения "савецкого калхоза".
   На другой день, отпросившись на производстве и отмахав ногами вёрсты до дедовой деревни, как и обещал, появился у стариков и после малого возлияния с трапезой, без чего никак нельзя - приступили к делу:
   - Деньги есть? - задал старикам основной "вопрос жизни".
   - Есть - дед назвал сумму. Согласно сведениям о тогдашних ценах на недвижимость в городе - стариковских денег хватало на приобретение половины старого дома в двадцать-тридцать квадратных метров.
   - Сделаем так: купим крышу над головой, и будете доживать век под моим присмотром. Хором на ваши сбережения купить не удастся, но вам и не привыкать к простоте. Чужой вам, не родня, но на что сил хватит - сделаю. И жена не оставит вниманием, поди, всё же родня. Купим холодильник, телевизор, стиральную машину... Необходимое... без холодильника и телевизора город не обходится, не живут. Не грустите! Хватит денег и на обустройство, и на переживания о "достойном погребении". Денег на цветы, что бросают перед гробом во время движения, тратить не буду, предупреждаю сразу. И сейчас ваши деньги не возьму, всё будете делать сами, моё только присутствие, что-то вроде наблюдателя.
   - "Хорошо"! - согласился дед.
   Идея приобретения холодильника расстроила и огорчила деда:
   - "Эх, такой погреб в деревне оставлять..."
   Погреб - чудо русской "подвальной" архитектуры, выложенный кирпичом старинного изготовления, мог дать "фору" сотне городских холодильников.
   - "Действуй! Выпьем за удачу"!
   И началось! Прибегал с работы, наспех "перекусывал" и приступал к поиску сносного жилья для стариков. Условий было много: чтобы старики оказались максимально близко от моего городского жилья,
   чтобы жильё было терпимым для стариков,
   чтобы не нужно было ремонтировать каждые пол года,
   чтобы оно было недалеко от транспорта,
   чтобы... была поставлена трудная задача: получить максимум житейских благ за минимальную сумму!
   Месяц "гонки" по городу не дал результатов. Если жильё дёшево - то окраина, если близко к центру - не по карману.
   Заканчивался июнь, временами наваливалось отчаянье и страх: "если к осени не перетащу дедов под "свой глаз", то как они будут зимовать? Им не выжить!"
   В середине второго месяца "гонок" его величество случай, или дедовы ангелы-хранители и все добрые духи вместе объединившиеся, вывели меня на продавца жилья... Смешно сказать: им оказался товарищ по работе:
   - "Чего такой вид, как у загнанной лошади?
   - Есть забота... - и рассказал - случаем, нет на примете знакомых, кто продал часть дома?
   - "А зачем такие? сам могу продать..."
   - !!! - с трудом дождался конца смены, и мы и поехали смотреть недвижимость. Половина старого дома, возрастом не менее ста лет, от центра города - двадцать минут прогулочной ходьбы ногами, улица - параллельна главной улице города, но не мощёная, и полностью похожа на сельскую местность; от вокзала - семь минут спокойного хода, колонка - в восьмидесяти метрах от дома, печка - с газом!
   - Цена рая!?
   - "Пять".
   - Даю семь, только никому, кроме меня! - смотрите, какие бывают дураки: с него запрашивают "пять", а он предлагает "семь" не принадлежащих ему тысяч! Чужих тысяч с пустяковым условием: "сделка по продаже должна совершиться как можно скорее, и только со мной:
   - Сколько задатка?
   - Две.
   - Хорошо. Завтра получишь - на другой день был у деда и взял нужную сумму. Дед говорит:
   - Возьми больше. Мало ли чего... - и дал понять, что должен быть "прижимистым" с пояснением:
   - Нам-то уже ничего не надо, всё вам останется. Береги копейки - а как беречь, когда они чужие? Чего жалеть чужие деньги? Трачу не на себя, на себя из дедовых и грош стыдно взять! - две не запрошенные тысячи отдал, пребывая в состоянии радости от успешного окончания поисков жилья для стариков. Да простят они меня!
   Об интуиции: никто не тянул за язык при договоре о продаже части дома. Две дополнительные тысячи продавец рано ли, или позже, но всё равно бы от меня потребовал: на "праве владения долями недвижимости" "сидела" куча братьев-совладельцев, каждый требовал "кусок", а иначе подписание бумаг на приобретение жилья могло затянуться на время, куда дороже, чем две тысячи монет сверх запрошенной суммы.
   Когда продавец называл сумму в пять тысяч - сам не знал о трудностях, кои появились потом, но почему предстоящие трудности уловил покупатель ничего не знавший, как приобретать недвижимость - кто знает? Кто руководит нашим чутьём? Мозг? Вряд ли...
   Старикам место понравилось: двор отдельный, ход отдельный, и это при нашей "взаимной любви российской" - основной момент.
   Пришло время оформлять купчую у нотариуса - дед и говорит:
   - Давай, заодно, попутно, и завещание составим. Мы старые, это делать когда-то всё едино придётся, так лучше будет сделать сейчас.
   Так! На кого "отписывать" домовладение? Жена говорит:
   - Нам ваше домовладение не нужно, у нас квартира есть.
   - Тогда на дочь записать...
   - Она в северной столице работает, после института, захочет ли возвращаться сюда?
   - Вот! Сам видишь, иных нет, не на кого отписывать, ты остаёшься... - и записали "восемь долей частного домовладения" принадлежащие деду, и другие "восемь долей" принадлежащие его супруге на..." меня, то есть. Так и стал домовладельцем. Когда свершилось - дед и говорит:
   - Теперь дом твой, распоряжайся им, ремонтируй, следи за ним. А я старый, мне жить-то осталось немного... - нет, вы только посмотрите на то, как беззаботного и весёлого человека ударили по голове! Попался! Так глупо и бездарно попался! Никогда не думал, что стану "домовладельцем"! Мог ли подумать, что можно так просто загнать человека в частную собственность! Если хотите лишить человека покоя - подарите ему часть дома! Если хотите приучить, по терминологии простых людей - "приохотить", мужчину ко всем видам строительных ремёсел - подарите кусок частного домовладения с одновременным разъяснением факта:
   - "Деваться некуда, "домовладелец ты и частный собственник"! - и если пойманный прочувствует - ему конец...
  
  
   Глава 7.
   Дурные сны.
  
   Домам на улице, где предстояло приобретать недвижимость - за сотню лет, "старики" с названием "халабуды".
   Толкование "халабудам" не знаю, но моё и ошибочное такое: "домостроение, разрушающееся в паре с владельцем домостроения, у коего нет денег, чтобы нанять работников-строителей, и нет сил, чтобы самому отремонтировать берлогу" "Халабуда" не держит тепла зимой и не спасает от жары летом, а в славном бразильском городе Рио - наши халабуды называются по-другому: "фавелы". Между "бидонвилем" Рио и отечественными халабудами "частного жилого сектора" существенная разница: в Рио нет нужды пользоваться печью для согревания тел с октября по май, и только по этой причине обитатели Жанейро - счастливчики. Только одна забота о топливе для жилья чего стоит! Нет тебе забот о печке в доме, нет забот о том, что сжечь в этой печке, нет забот о тёплой обуви и куртке - потому только в Рио и проводятся карнавалы. А здесь... оно, конечно, ничего, когда тебе до сорока, ну а потом эдакий дискомфорт появляется. Не страдаю от заболевания сердца, но что делает с "сердечниками" мороз!? "Перекрывает кислород" и "сердечники" задыхаются. Даже русский мороз, вроде бы "свой", и тот за горло, паскуда, берёт, и кислород перекрывает!
   Поиски дома были первой серией фильма с названием... а как назвать фильм? Да как ни назови - всё будет верным.
   Два месяца мотался по стройкам, покупал у прорабов всё, что могли продать без опасения быть пойманными. Призыв "не укради" из "святого писания" на время ремонта отключил.
   А вы призываете:
   - "Не укради"!
   Ремонт ветхого дома - отдельная повесть. Поэма, роман, ода, гимн, назовите как угодно, но жилище следует привести в "человеческий вид" не имеющий единого стандарта, а потому у всех народов разный.
   Был вором, когда покупал у прорабов "излишки" материалов? Был и оправдывался перед собою:
   - "Все воруют..." - купить материалы законным образом не позволяло наполнение дедова кармана, а потому оставалась единственная и надёжная опора: вечное желание выпить на производстве. Не будь вечного и спасительного желания выпить - бедные жили ещё беднее, а мои стремления привести старое жилище в сносное состояние окончились ничем. И понял и такое: делает человека способным на любую работу. Нагоните страх на строителя "вот-вот вот осенние дожди зарядят, а у тебя крыши нет! - хватит недели, чтобы в одиночку "поставить верх" (установка кровли) и встречать нудные осенние дожди удовлетворённым:
   - Надо ж, успел...
   Работа на производстве, после работы - снова работа в редком сопровождении дедовыми словами:
   - Всё в одни руки... - дедова жалость не пропадала втуне, но "вдохновляла на новые трудовые свершения".
   Старого человека хватало только на сочувствие, но помощи руками никакой: чего ждать от старого инвалида? Дед не хотел оставаться наблюдателем за работой, и как-то набрав старых, гнутых гвоздей занялся правкой:
   - Дмитрич, брось, куда их? Старый гвоздь - он и есть старый, "на леченой кобыле далеко не уедешь". Проще новые купить... - в человеке сидели древние советские призывы и лозунги:
   - "Расточительность - враг производства"! - или что-то другое, не менее фальшивое.
   И совсем не вовремя и подло был нанесён удар по венам на ногах жены... Но ты мужчина, ты должен быть стойким!
   Любил дед смотреть на мои "рабочие упражнения". Работа больше походила на фигурное катание с неменяющейся "произвольной программой": не окончив одно - брался за другое, забывая о "лучший отдых - перемена занятий". Но это культурное заявление, а простое звучит иначе: "и - ртом, и - задом".
   Чего не мог терпеть от деда - внимательного наблюдения за действиями "реставратора". Дедовы наблюдения бесили внутри, без выхода наружу: как проявлять недовольство на мирного, тихого и молчаливого человека, придавленного житейскими неприятностями? Одни в списке "кому есть что сказать - но молчат", другие - "сказать нечего, но открывают рот" - дед был в первом, и только после ухода в мир иной понял его.
   Принято у нас: старые обучают молодых без учёта чем, кто и когда занимался. Если бы дед был электриком, а не колхозным кладовщиком - стал бы учить молодого электрика делать проводку в доме, или воздержался? Ныне обращаюсь к дедовой душе:
   - Прости меня!
   Причина беситься имелась: в одно время в "трудовом коллективе" работал мужик, гнусный тип с повадками провокатора и старше меня. Или по природе был провокатором, или обучился "великому искусству" - выяснять не было нужды, но скоро заметил куда больший талант, чем провокации: если что-то делал и он, хотя бы раз, глянул на мои руки - немедля начинались сбои, а часто и с болезненными последствиями. Дед взглядом абсолютно никакого вреда не причинял рукам, но воспоминания о способностях того провокатора накладывались на невинного человека:
   - "Вчера "Свободу" слушал... - аспид тормозил выступление и ждал реакции первого простака, поймавшего "радиоволну"с немедленным отзывом о "текущей политике партии и правительства". Это были времена, когда мнение радио "Свободы" не совпадало с "линией партии страны советов". Шел последний год правления "дорогого товарища" с широкими и густыми бровями, любившего целоваться взасос с кем угодно, не выбирая пола. Товарищи в штатском продолжали извлекать из общественного транспорта крепко выпивших граждан с длинными языками.
   А "товарищ" по работе, закинув удочку с наживкой от "Свободы" делал внимательные глаза и превращался в слух, и всегда момент перевоплощения нехорошо думал в его адрес:
   - "К бабке не ходи, сука работает на органы"! - в мерзкой игре, предлагаемой "товарищем", находил утешение:
   - Э, дядя, бедняга, считай себя микрофоном, о коем известно объекту внимания и в тебя, как в унитаз, можно гнать любой понос..
   Любимой была тема "помощь сельскому хозяйству":
   - Как сегодня спасти сельское хозяйство кратковременными набегами заводских рабочих, если его успешно разваливали шесть десятков лет!? - знал: те, кому провокатор донесёт мои слова - и без меня знали эту истину.
   Судить, что сказала "Свобода", а о чём промолчала - мелочь, но работа молотком и зубилом при появлении провокатора - стоп процессу: удар молотка обязательно по руке придётся! После первого случая быстро понял: "вурдалак" с проведением "контрольного" опыта: верно, правильно, не ошибся: глаза действуют не только на мои руки.
   С того времени, если подходил ко мне а я делал что-то важное - прекращал работу и терпеливо ждал, когда он уйдёт.
   Не хочу сказать, что и у деда был такой взгляд, нет, но не переносил его "физического" зрения. "Физическим" зрением обладают многие люди, такое каждому дано. Попробуйте разглядывать чьи-то руки, но так, чтобы объект не замечал и через какое-то время нахального занятия разглядываемые руки начинают, "как живые" волноваться, делать лишние, ненужные движения и вести себя так, будто у них нет хозяина и живут отдельно, сами по себе. Не просто так живёт определение взгляду "раздевающий". Почему не быть "ударяющему"?
   Во взгляде старшей сестры нет и капли "колдовства и демонизма", но когда исполняю её "строительную" просьбу - следит за процессом созидания редкими замечаниями:
   - Неправильно делаешь!
   - Согласен. Покажи, как надо?
   - Не умею...
   -Тогда... - что следует далее зависит от характера и воспитания исполнителя строительных работ.
   И вот он, торжественный момент "сдачи жилого объекта в эксплуатацию": октябрьским погожим днём на грузовике с длинным кузовом явился в дедову усадьбу и без задержек принялись грузить скарб. Мало чего было стоящего:
   - Не бери, купим новое, остались деньги о ремонта. И много ли надо? Кровати, стулья, стол обеденный... что еще? Мягкую рухлядь подушки-одеяла и прочее, что понадобится на зиму в городе. Пришлось объяснять, что в старину "рухлядью" называли шубы из сибирских соболей, но как "рухлядь" перешла в определители бросового, ненужного - об этом филологи знают.
   Всплакнули старики над родным гнездом, погрузились в транспорт и тронулись в город.
  
   Глава 8.
   Городская жизнь.
  
  
   Человек, если не эндемик, привыкает к новому месту, и стадия привыкания легко происходит у молодых.
   Автор хочет сказать, что районы города разные, и согласен жить в одном районе из четырёх. Лучшие жилищные условия других районов не осиливаю скромного жилья в любимом месте, если этому жилью исполнилось "сто лет в обед".за сто
   Такую любовь к месту сегодня объясняют "аурой", хотя спириты говорят, что аура может быть только у человека. Ауры нет у животных, а мёртвые предметы тем более иметь её не могут, но наше устройство таково, что если кто внушил сказку о существовании ауры - не имея ни малейшего представления о предмете с величайшей силой убеждения примусь о ней толковать.
   Старики довольно-таки быстро привыкли к новому месту, и мне думается потому, что к хорошему человек привыкает легче и быстрее. Нового я ничего не открываю. Улица без асфальта заросшая "гусиным щавелем". Наши соседи к югу называют её - "спорышом" Если бы не автомобильный шум на соседней, главной, улице то было бы полное ощущение, что деды переселились в другую деревню.
   После косметического ремонта в старом доме всегда находятся дела. Они удваиваются, если иметь такую спутницу жизни, как жена:
   - "Хозяин"! - говорит жена с иронией - а у нас забор вот-вот завалится! Когда ты им займёшься?
   - У нас забор терпимый, а вот вы, дорогая, с какого боку привалились к моему забору? Дом-то мой!
   - "Страх божий", а не забор! От людей не стыдно, "хозяин"? - "гнёт" своё жена и в такие минуты происходит активное разрушение душевного состояния мужчины при условии, если в нём до конца не подавлены остатки достоинства. Говорю о способностях мужчины к строительному ремеслу. Прошу не путать и смешивать!
   - Ну, скажи, из чего сделаю забор!?
   - Из чего-нибудь.
   - Щи "из чего-нибудь" сваришь? Поди, для варева с мужа многое потребуешь! Или из топора сваришь? А забор не щи сварить!
   После забора, без передышки, следуют:
   а) ворота,
   б) - Вы посмотрите: к нему приличные люди в гости приходят, а у него приличного туалета для гостей нет! Нужду справить негде! "Хозяин"!
   - Хорошие гости до дома терпеть должны! - и далее идут:
   в) г) д) и) ёклмн и прочие буквы кириллицы, приспособленные для русского мата. Далее следуют сарай, крыша дома, баня и "горожа" к палисаднику... то сеть лёгкая оградка перед домом. Да, печную трубу нужно подмазать! И всё быстро, в первую очередь!
   В частном домовладении всё делает жена... руками хозяина. Она и генератор идей по части внутреннего устройства дома, а так же и наружного:
   - "Обошьём наш домик дощечкой, как у ивансилантьича? - сходи, посмотри"! - почему должен идти к ивансиланьтьичу и набираться ума по части обшивки своего дома дощечкой? Конечно, сам-то дурак дураком, откуда без иванси.... мать твою... понять технологию обшивки "домика дощечкой"!?
   Настоящая женщина знает и владеет тысячью (и одним) способом как "достать" мужчину!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Глава 9.
   Разрушение старого гнезда.
  
   Жизнь продолжалась с ежедневной порцией удовольствий: "улучшение быта с минимальной затратой средств".
   Дед присутствовал при всех работах, молчал и наблюдал за моей деятельностью. Тётка жены гуляла по городу, и, нагулявшись вволю - отдыхала. Не верилось старушке, что после любой, по длительности, прогулки по городу ей не нужно думать о том, как добираться до забытой Богом и людьми родимой деревни.
   Я появлялся у стариков только по делу, старался не вторгаться в их жизнь, а им такие мои соображения казались иначе:
   - Мало ты у нас бываешь! - после такого заявления я стал бывать чаще. Да и заметил за собой: после напряженной беготни в поисках жилья для них, после всех забот и хлопот по ремонту дома, у меня наступило какое-то расслабление: "чего ещё? Крыша у стариков есть, печка с газом исправна, харчей хватает" Прошла первая зима.
   Я продолжал жить "расслабленным" чего нельзя было сказать про деда:
   - Надо бы дом в деревне разобрать, там добра много осталось... Сюда бы его перевезти, а то соседи растащат на дрова - в нём заговорил дух колхозного кладовщика.
   - Какое там "добро"!? Что там хорошего? Ты когда дом строил?
   - После войны, в войну-то старый дом на том месте сгорел...
   Такой "зуд" дед устраивал регулярно, вежливо и тихим голосом не давал забыться. Ну, что может быть полезного в старом дедовом доме в деревне!? Дрова! Так нет же, эти сельские жители готовы перевезти последнюю щепку! Щепка не нужна, но не дай Бог, если этой щепкой поживится сосед! Как можно спокойно спать, когда в это время кто-то присваивает его собственность!
   И я "пал" Сдался, капитулировал! Взял отпуск, это был май, и отправился в единственном числе рушить "Карфаген" Делать развалины из покинутой "усадьбы" На второй день отпуска я уже сидел на коньке крыши дедова дома, крытого шифером, слушал песни радиостанции "Маяк" и любовался самой красивой природой, которая есть только в средней полосе Руси! Горланил "Маяк" из переносного приёмника:
   "Школьница, мне так тебе в любви признаться хочется,
   школьница, ну, что же под лопаткой так болит"!? -
   под моими лопатками пока ничего не болело, боли к нищим "домовладельцам" приходят позже...
   Кровля - старая, шифер - послевоенный, укрывал дом от дождя и снега пятьдесят лет, а потому ломался от одного взгляда, без воздействия инструментом для демонтажа. Возможности провалиться на чердак соотносились как 1:99, и единица приравнивалась к хождению по минному полю без миноискателя. Можно применить и "тонкий лёд". Если доложить деду:
   - "Шифер ни на что непригоден"! - что дед подумает?
   - "Врёт, не хочет возиться. Лодырь".
   "Верх", как принято называть в домостроении крышу, разобрал за два дня, добрался до "хребтины дома" - матицы, главной балкой потолочного перекрытия и "возрадовался велию радостию":
   - "Мать моя, так это лиственница, царица деревьев, образец прочности и твёрдости, не дерево, но сталь! Прослужила дому пятьдесят лет - послужишь другому дому ещё столько! Царица, здравствуй! - стукнул "царицу" гвоздодёром и матушка отозвалась звуком, какой испускают только ушибленные лиственницы.
   И ты, читатель, если встретишь древо, кое собираешься пусть основным в опоре - стукни по нему чем-нибудь металлическим, и если древо не отзовётся звуком, средним между металлом и деревом - это не лиственница.
   Тяжёлую матицу сгружал на землю с предосторожностью, будто балка не из прочной лиственницы, но из хрусталя:
   - "Тяжеленная, матушка... "матица", опора дома, мать! - сгружал в гордом одиночестве на землю и не мог избавиться от мысли:
   - "Матица - ни блок египетских пирамид, строителям пирамид труднее приходилось: блоки-то вверх поднимали! А у тебя - всего-то сброс, мелочь, повод для гордости отсутствует. Одному такую балку на дом поднять без всяких особых приспособлений - героизм, есть чему удивиться, а сбросить вниз - мелочь... Вот как погрузить такую тяжесть на перевоз в город - не представляю... Буду думать... Обычно шофера помогают, заплачу... Но что в городе делать матице из лиственницы? Для какой нужды везти"?
   Когда на другой день прибыл в усадьбу продолжать "разрушение Карфагена" - матицы не было:
   - "Украли... суки..." - злость была слабой, не на "полную мощность" и без желания выяснять, кто украл: в соседнем доме продолжали жить старики, а в деревни за рекой проживала пара крепких сынов с нахальными рожами. Им поднять и погрузить матицу в колёсную технику - плёвое дело, а потому двум от одного задавать вопрос:
   - "Ворьё сучье, с нищего рубаху сняли"? - не рискнул, но по возвращению с "руин Карфагена" посетовал деду:
   - Единственно ценная вещь твоих "объектов жилого и хозяйственного назначения" - матица из лиственницы, да "уплыла" в неизвестном направлении!
   - "Понятно, сенькины ребята, мордовороты, сработали... Водилось за папашей, любил украсть... И деткам "талант" передал" - "нет худа без добра": после "отплытия" матицы дедовы просьбы "надо бы перевезти добро из деревни" прекратились. Хороша заповедь "не укради", но матица из лиственницы - лучше! - и в мыслях поблагодарил воров:
   - "Зачем, для какой нужды в городе матица из лиственницы? Как везти в город? Не, всё же спасибо сказать надо: избавили от забот по её перевозке! бревно представляло ценность и его спёрли! Есть чему посмеяться в отечестве нашем" - но когда рассказал деду о пропаже - старик ненадолго взгрустнул.
  
  
   Глава 10.
   "L. Hepp".
  
   После пропажи матицы интерес к разрушению дома пропал. Оставался коровник:
   - "Что в нём, какие ценности? Стены - из местного камня, плиточного известняка, из такого многие фундаменты старых городских домов сложены... Ничего ценного, нанять транспорт для перевоза трухи дороже обойдётся... разве для отчёта набрать старых жердей, привезти в город и показать деду:
   - "Смотри, привёз "добро" как просил"? Никаких строительных ценностей в коровнике не имелось, и не менее час думал:
   - "Разбирать строение, или плюнуть? Во втором случае буду привлечён к семейному суду по статье "бесхозяйственность", но возиться с коровником не стану! Разве только поснимать стропила с перекрытия на стойки для будущего забора в личном домовладении"? - и начал сверху от входа.
   Разобрал часть крыши, осветились внутренности коровника - и тут, как-то неожиданно, под бревном перекрытия, на стене у входа - увидел его... Взял в руки и пошли мысли вперемешку с видимым:
   - "Сигаретница из дюраля самолётной обшивки неизвестной армии, тонкий и прочный. На крышке коробочки выгравирован орёл и надпись в центре крышки наискосок, в которую вот-вот вцепится когтями птица: "L. Hepp"
   Самодельный портсигар с надписью на немецком языке! Откуда может быть у деда сигаретница!? Никогда не курил человек... и почему надпись немецкая? И орёл? - есть "повод для проведения следственных мероприятий" - после находки вмиг пропал интерес к работе. Уселся на старой соломе и опять стал разглядывать находку:
   - "Или кто из оккупантов подарил!? Деду? С чего бы кто-то из солдат стал дарить некурящему человеку самоделку под сигареты? И чем дед мог заслужить внимание, какими заслугами!? Что значит "L"? Hepp - понятно, фамилия, а "Л"? "Людвиг", распространённое мужское имя? - будучи технарём средней руки - смотрел на самоделку и думал:
   "В каких условиях человек изготовил вещь, каким инструментом пользовался, чем мерил? Как и на чём загибал с точностью непослушный и жёсткий авиационный дюраль? И сегодня сделать Zigarettenitui с "впритирку" закрывающейся крышкой - задача, а как, находясь в плену, сделал коробочку? Не, в плену такое сделать трудно, для такой работы инструмент нужен... Хотя бы какой-нибудь...Будь ты хоть каким великим мастером, но без инструмента... Нет, не в плену изготовлен портсигар, в плену никто не стал бы снабжать Lothara инструментом...Так подогнать крышку, что самопроизвольно не открывается, но требуется небольшое, с названием "естественное", усилие. Пустяк материал, всего-то авиационный тонкий дюраль - а в итоге - нужная вещь. Кто этот L? Инженер? И какая сволочь кинула человека с золотыми руками на Восточный фронт!? Занесло: разве на фронт следует посылать людей "второго сорта"? - и желание разбирать коровник упало до "нуля":
   - На кой ляд и кому нужен коровник, будь он сложен хоть из родосского мрамора"? - и после недолгого поиска причины прекратить работу - нашёл её:
   - Портсигар руки отбил, его работа, германский технический гений постарался! Коробочка из авиационного дюраля вроде и пустая, а всё же в ней что-то есть... Alles, хватит работать, не идёт работа - и пользуясь шаблоном следовало написать так: "работа была прекращена по причине потери интереса"
   Вдохновение на работу могло "улететь" по другой причине: на западе собиралась гроза. Последняя майская гроза через пару часов обещала накрыть раскопки дедова имения и отполоскать разрушителя дождём. И спрятаться негде: крыши двух строений, в коих мог бы укрыться от дождя разобраны... Оставался подвал, но вспомнилась яма в монастыре, где прятался один раз от налёта Люфтваффе - и улыбнулся:
   - В подвале, равном бомбоубежищу средней категории, прятаться от доброго майского дождя? Ещё чего, совсем того, или чуть-чуть? Не проще отступить и оставить объект? Если сейчас оставлю "Карфаген" через пару часов хорошего хода буду в городе, гроза идёт с запада, дорога в город на востоке... уйду. Гроз не боялся, знал: всего-то проявление статического электричества. Всю жизнь мечтаю увидеть самую длинную, мощную молнию, но полным счастьем будет встреча с шаровой. Готов к тому, что встреча может оказаться единственной и последней. "Вперёд, на грозу!"
   Поднял пруса и двинулся в город. День переместился во вторую половину, и было два желания: не вымокнут до нитки под майским дождём в открытой местности с возможным испытанием коварства атмосферного электричества (молния) и поскорее устроить деду допрос с пристрастием о коробочке под сигареты.
   Расчёт оказался верным: первые капли майского дождя в сопровождении грохота разрядов ударили по крыше дома в момент начала чаепития и начала истории.
   - В сорок третьем освободили... Ничего нового против прежнего не было, старое вернулось, только жестче, одни лозунги чего стоили:
   - Товарищи колхозники, бросим все силы на восстановление
   разрушенного войной сельского хозяйства! - и хотя бы один спросил:
   - Ну, как призывчик? Бодрит?
   Перво-наперво стали колхоз поднимать. Не приведи господь такого "подъёма" ещё кому-то! Освободили-то в конце лета сорок третьего, впереди зима, зима наша не лето, как-то прожить-протянуть надо. Да нам не привыкать было, зиму выжили. Весной отсеялись, картошку посадили и всё другое, что сверху требовали по разнарядке. Ничего тогда не делалось без указаний сверху. Война катилась на запад.
   Кончилось лето, убрали рожь в снопы, снопы на поле стояли и ждали вывоза на обмолот.
   Недалеко от нашей деревни полигон был, он там давно устроен, поди, с самого начала появления советской власти. На полигоне и содержались пленные. Как они там жили - не знаю, не видел. В колхоз их привозили на работу, но от нас держали подальше. А чего держать? Я ни единого немецкого слова не знаю, так о чём мог поговорить с ними? Они и так всё видели... Охраняли пленных солдаты.
   - Боялись побегов?
   - Кто знает, чего боимся? Как пленный сбежит, куда бежать? Домой, на запад? Там война продолжается, как фронт перейти, если доберёшься до фронта?
   Стали возить снопы на обмолот и заметили: кое-где, но не все, какие-то щипаные, но не то, чтобы сильно, а так, местами, маскировка проглядывала. Кто-то шалит, надо немедля выявить вора! - и колхозное руководство отрядило сторожа Митрича, из наших. Дали указание, как действовать, оружие системы "Бердана", время-то военное, и лошадь. Сверх программы вручили моток верёвки, длинной и крепкой, армейской, помнится, вроде трофейную. Верёвка - на случай поимки "расхитителя колхозного добра и его вязания".
   - Почему в такую серьёзную "карательную" операцию послали только одного плохо вооруженного человека?
   - Кто нас знает?
   Скоро один из таких объездов дал положительный результат: ещё издали, на подъезде к полю, Митрич увидел среди снопов спокойно ходящих граждан иностранного происхождения, кои самым бессовестным образом пользовались "плодами трудов советского колхозного крестьянства": собирали колосья!
   Воспылав гневом и возрадовавшись одновременно, что редко бывает, Митрич возгордился мыслей:
   - "Попались, голубчики"! - колхозное руководство не ошиблось в выборе истинного защитника колхозного добра!
   Митрич гикнул, свистнул, "вдарил шпорой под бока" лошадке, но поскольку шпор на сапогах не было - Митрич ограничился кнутом и отлов расхитителей начался!
   Но и "расхитители", в недавнем прошлом военные люди лучшей армии Европы, оказались "не лыком шитые", а потому учить военных людей, что следует делать в таких ситуациях - ненужное, лишнее занятие: те бросились врассыпную! Военный опыт, чего там!
   Митрич оказался не прост и выставил против иностранного военного опыта свой и не худший: не стал гоняться за количеством: из всех расхитителей колхозного имущества выбрал высокого, крупного немца, и пошёл на него конной лавой предварительно пальнув в небо из доверенного колхозным руководством винтовки системы "Бердана".
   Сжигание одного патрона поясняло ситуацию:
   - Не шучу! - следующее действие было таким:
   - На кой ляд мне десять? Хватит и одного! - надо сказать, не умаляя героизма Митрича: высокий немец, настоящий гренадер, не думал убегать от вооруженного колхозника. Успешное задержание произошло и потому, что Митрич не ограничился одним выстрелом, но сверх того применил иное действие, полностью деморализовавшее пленного солдата: метнул в гренадёра моток верёвки, выданный руководством колхоза. Моток, пожалуй, и был основным доводом в борьбе с иностранными расхитителями советского колхозного имущества:
   - Коли в России применяют плохо дело, нужно сдаваться! - гренадер хотя и был военным человеком, но "хенде хох" не сделал:
   - Дважды в один сдаваться абсурд... - и собиратель колосьев позволил себя связать.
   В метании лассо Митричем и ковбоями содержалась разница: при удачном набросе лассо удержать крупную животину руками невозможно, конец лассо закрепляется на седле справа, и усилия пойманного животного передаются коню под седаком.
   Митрич не был "коровьим мальчиком", пас в молодости общественное стадо, не на коне, на "своих двоих", был кнут, лассо не было, потому моток вервия был в руках.
   Ухвати гренадер конец верёвки, да дёрни основательно - Митричу оставалось отпустить колхозное имущество (верёвка) или быть сдёрнутым наземь.
   Гренадер не пошел на "обострение отношений с представителем народа-победителя" и позволил себя связать.
   Как надёжно производилась обвязка пленного установит за давностью описываемых событий невозможно, но, думается, связка была символической, не выше.
   Дойди дело до драки - пленный в первом раунде "сделал" Митрича не взирая на превосходство в живой силе и технике: лошадь плюс старинная винтовка системы "Бердана" В иной обстановке от Митрича мало что осталось, надумай в одиночку брать в полон крупного человека, разные весовые категории, вторичный плен свершился по "собачьему" закону: "маленькая собачка на своей территории лев"! - правило "льва и собаки" касается всего живого, но у людей собачье правило звучит иначе:
   - "В родном доме и стены помогают".
   Митрич не знал о немецкой морали проигравших войну: "проиграл - будь любезен выполнять приказы победителя!", а, знай, правила - вязать немца не было нужды, пленный послушно последовал за конником с винтовкой системы "Бердана"
   У Митрича были причины грустить: отсутствовал факт проявления героизма при защите колхозного имущества, догонялки за пленным не состоялись, лишними были погони и стрельбы в воздух: военному иностранцу хватило подзывающего жеста рукой всадника:
   - Иди сюды! - рднунг мюуст айнс!" - у немца всё на порядке держится, на порядке немец стоит! "Порядок на первом месте", а если не получилось навести свой порядок в чужой стране, когда был оккупантом - теперь выполняй чужой Ordnung! Всё, ales, конец, мы Европа, у нас закон основа порядка, и коли совершил преступление неси наказание! И никаких увёрток! Только так! Законопослушание сплошное! На этом "горели" и ещё долго будут "гореть".
   Что толкнуло пленных на кражу колосьев "в стране пленения"? Голод? Не думаю. Пленные содержались лучше, чем "пленители". А, может, тоска по родине толкала на воровство? Редкий случай в психиатрии. Если я сельский житель, то никакая сила не удержит от желания посмотреть, как наливается колос в стране пленения. И то сказать надо: что можно сделать из пригоршни украденной ржи? Что с неё? Сварить в кашу? Крайне неаппетитное варево, такое можно потреблять только при сильном голоде. Может, сам воздух страны пленения подвигнул иноземцев на кражу колосьев? Иностранцы получили инфекцию "воздушно-капельным" путём: только воздух отечества моего содержит "флюиды воровства". В воздухе любой страны есть свойственные только ей одной "флюиды", но перечислять не стану: не был в различных странах, кроме Польши. Радует одно: от нас не отстают и другие народы, но кто "впереди планеты всей" - выяснят другие. Мучают сомнения: добиваться первого места в кражах, или не стоит? Потяните носом воздух - и хороший нос учует дополнительные примеси в "воздухе отечества". Мы - единственная страна в мире, в которой людям давали страшно большие сроки тюремного заключения за колосья, никто до се не подсчитал:
   - Сколько народу сгинуло за "колоски"?! "Расхитителей" прятали в лагеря на десять лет, как минимум!
  
   11. Обыск.
  
   Дважды пленённый за одну войну гренадер вчерашней вражеской армии был приведён на "общий двор"
   "Общим двором" называлось место сбора колхозников, где "савецкие крестьяне" получали задание на дневную работу. Колхозниками всегда руководили бригадиры. На "общий" Митрич и доставил гренадера.
   Привезли переводчика и приступили, как водится, к обыску пленного.
  
   Что могло быть особенного в карманах задержанного никого не трогало, но обряд обыска требовал исполнения, процедура обыска символ абсолютной власти одного над другим.. Этим занялся Прокоп, из наших, деревенских.
   Спроси Прокопа "чего по чужим карманам шарить, чего забыл?
   Оружие ищешь? Проигравший большую войну немец на мелкий "реванш" не пойдёт, природа немецкая иная..."
   Зол был человек на всех немцев без разбора, тому и причины были: подвергся наглому грабежу оккупантами!
   Как-то сноха говорит:
   - Папаша, ходите кое в чём, носите новый полушубок, что от сына остался. Чего беречь? Вернётся с войны - будем живы-здоровы новый справим.
   Обрядился Прокоп в новый, пару раз надеванный "шубный пиНжак" и вышел на сельский простор проверять стойкость зимней верхней одежды против мороза зимы сорок первого-тире сорок второго годов. Прогуляться, похвалиться.
   Плыл человек, радовался морозцу и солнцу, проплыл эдаким гоголем пяток дворов, до хаты кума оставалось немного - и, нате вам, откуда-то вынесли черти немца!
   Не было команды "хальт", была "Komm!" пальцем подзывает. Подошёл Прокоп, и немец чистейшим "международным" объяснил, что аборигену "новый шубный пиджак" лишний, и что с излишками следует расстаться.
   Грабёж происходил не "при всём честном народе", грабитель а за дом завёл, культурно всё сделал, без лишних глаз. Чего боялся?
   Раздетым Прокопа оккупант не оставил, мороз, всё же, какую-то свою одежонку оставил. В утешение. Кое-что, чем совсем - ничего.
   С того грабежа на Прокопа свалилась лютая ненависть на иноземцев, и воспоминания о снятом "шубном пиНжаке" затмевали многолетние грабежи "своими" Так было, так есть, так останется навсегда: грабит один - ненавидят всех.
   После изгнания оккупантов по сёлам ездили всякие комиссии с расспросами о зверствах захватчиков, сбор информации проводился, и вроде разговоры были о русском переводчике, выдававшем себя за немца... или наоборот было дело? немец, отлично знавший русский занимался грабежами в оккупированных сёлах? Как бы там не было, а новый полушубок, пару раз надёванный, "ушел"!
   Объясни кто-нибудь через пару минут после грабежа "солдат Вермахта не мог сбросить армейскую шинель "на рыбьем меху" и облачиться в "новый шубный пиджак романовской овцы" - ненависть к оккупантам через пяток лет после победы могла угаснуть.
   Потому и был так тщательно, " с пристрастием",обыскан совсем другой немец.
   Когда был изъят портсигар, то немец стал просить о возвращении ему пустяковой вещи - память о друге. Тем более не отдавать! и Прокопий тут же отдал самоделку деду. Не себе взял, не обогащаюсь конфискованными вражескими вещами, не мщу за пиджак - видишь, другому отдал! Дед не мог открыть рот в защиту вчерашнего врага - "свои" могли усмотреть "потворство врагу" в такой его доброте. В тот день дед и засунул коробочку под застреху в коровнике, где она и пролежала пятьдесят лет.
   До истории с портсигаром у деда был "контакт с иностранными гражданами немецкой национальности": у деда на усадьбе был глубокий, холодный летом и с плюсовой температурой зимой, прекрасный подвал. Подвалом пользовался колхоз. Картошку на посев в нём хранили. Дед был честным человеком, ему руководство полностью доверяло. Весной, перед посадкой, как-то приставили пленных помогать в сортировке клубней, и выяснилось, что один из "немцев" хорошо говорит по-русски. Деду интересно стало такое, он и спрашивает пленного:
   - Откуда так хорошо язык-то знаешь?-
   - Да русский я ... - и называет деревню, откуда родом. Деревня недалеко от дедовой, и в той деревне у него сестра замужем. Нашлись и общие знакомые. А попал он к немцам в 14 году, молодой был, женился на немке и остался в Германии. И вот "дома"! Как захватчик, пленный! Пленный, вечно пленный! Спросил его дед:
   - Не думаешь остаться здесь, на родине?
   - Нет, теперь у меня там родина! Дом у меня там, семья, трое детей. Если выживу - только туда, домой!-
  
  
  
   12. Если бы не гуманитарная помощь Запада...
  
  
   Жив ли тот гренадер, что собирал, как апостолы Христа, колосья на советском поле? Кто такой L. Hepp.? Сколько в нынешней Германии Хеппов? Возможно, что кто-то из потомков прошлого Людвига Хеппа и прислал деду две рубашки по "линии гуманитарной помощи"? Забавно!
   И ещё, совсем немного о выгравированном орле на сигаретнице: год прошёл с того дня, когда я нашёл сигаретницу, а может и менее того, но как-то видел в городе громадную машину, что проходила по главной улице. Машина с пятью осями, производства знаменитой фирмы "Мерседес". Кузов - из белой ткани, прочный, и все реквизиты на бортах указаны. Красавица машина! Мечта любого нашего дальнобойщика. В центральной части кузова изображён садящийся орёл, точь-в-точь такой, как на сигаретнице из авиационного алюминия! Когда я его увидел, то вспомнил о сигаретнице и о художнике, написавшего орла на кузове грузовика. Кто этот художник? Сам он придумал так нарисовать орла, или... но тут начинаются мои домыслы: почему такое сильное сходство орла на сигаретнице и на борту Mersedes? Хочется верить, что орёл на сигаретнице и птица на машине имеют связь: они очень похожи. Качество орла на "Мерседесе" выше, чем на старой сигаретнице, но суть остаётся неизменной. Автор орла на борту грузового "Мерседеса" наших дней и автор орла на алюминиевой коробочке - один человек. Фантастика?
   Да, кстати, сколько было орлов в Германии? У орла из третьего Рейха - горизонтально расправленные крылья, у нынешнего немецкого орла крылья опущены, а на древней сигаретнице у птицы они делают взмах. И на "Мерседесе" точно такие!
   Совсем не к месту мысли о художниках, что работают красками, и о "художниках слова": если человека неудержимо тянет красками что-то изображать, а это у него плохо получается, то про него говорят: "он так видит мир". Жалеют его, не бьют в лоб прямым и честным высказыванием:
   - слышь, браток, бросай это занятие, оно не твоё! - и такого художника никто и ни в чём не будет обвинять.
   Гораздо хуже дело обстоит с "художниками слова": если он что-то скажет не совсем приятное, то ему его "примитивизм" может дорого обойтись. И нужно ли продолжать верить в слова "лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать?"
   Вернусь в прошлое: кто из двоих немцев, причастных к портсигару, мог остаться в живых до сего времени? Стоит ли отыскивать хотя бы одного из Hepp по всей Германии? Каким боком я стою к чужой собственности? Портсигар-то был конфискован без постановлений суда, а это настоящий грабёж. Советский колхозник Прошка отнял пустячный портсигар у немецкого пленного и всё, факт изъятия выглядит компенсацией за колосья ржи?
   Жив L.Hepp? Вполне возможно, и если так - дай Бог ему здоровья, если нет - память о нём у родни останется. Хотя бы вот в этом коротком рассказе о портсигаре.
   И главный вопрос: как его переслать?
  
  
  
   Глава
   Не будь гуманитарной помощи Запада...
  
  
   Жив гренадер, что собирал, как апостолы Христа, колосья на советском поле и кто таков "L. Hepp"? сколько в нынешней Германии Хеппов? Возможно, что кто-то из потомков прошлого Людвига Хеппа и прислал деду две рубашки по "линии гуманитарной помощи"? Забавно!
   И немного о выгравированном орле на сигаретнице: год прошёл, как нашёл сигаретницу, а, может и менее того, но как-то видел громадную машину, что проходила по главной улице нашего города. Машина была о пяти осях, немецкого производства знаменитой фирмы "Мерседес". Кузов покрыт белой тканью, прочный и все реквизиты фирмы, перевозящей грузы на таких "мерсах" - указаны на бортах. Красавица машина! Мечта любого нашего "дальнобойщика". В центральной части кузова изображён садящийся орёл, точь-в-точь такой, как на сигаретнице из авиационного алюминия! Когда я такое увидел, то почему-то сразу подумал о художнике, который написал орла по заказу фирмы. Кто этот художник? Сам он "породил" орла, или... но тут начинается "зона домыслов" и входить в неё не рискую... Хотя, почему бы и "нет"? Так хочется верить, что орёл на сигаретнице и птица на большегрузных машинах фирмы "Мерседес" связаны: сходство настолько большое, что появляется вопрос:
   - А вдруг художник, гравировавший орла на крышке сигаретницы-самоделки и автор орла на борту Мерседеса - одно лицо!? Качество орла на "Мерседесе" выше, чем на старой сигаретнице, это понятно, но идея изобразить немецкого орла таким образом - остаётся за Лотаром Хеппом. А так хочется верить, что автор орла на борту нынешнего грузового "Мерседеса" и автор орла на алюминиевой коробочке - один человек!
   Да, кстати, сколько было орлов в Германии? У орла из третьего Рейха - горизонтально расправленные крылья, у нынешнего немецкого орла крылья опущены, а на самоделке- сигаретнице у птицы крылья подняты как у всякой садящейся птицы: "в режиме торможения". И на фургоне "Мерседесе" орёл держит крылья так, как на сигаретнице Лотара.
   Ни к месту мысли о "художниках красками" и о "художниках слова":
   если человека неудержимо тянет что-то изображать красками, но плохо получается - его оправдывают поклонники:
   - Так видит мир! - и никто не бьёт в лоб откровением:
   - Браток, не траться на краски-холсты, не теряй время, не твоё дело - дальше дружеского совета заявители обычно не идут.
   Хуже художникам слова: если напишет нехорошее и неприятное - примитивизм может дорого обойтись, насколько опаснее "лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать" без проверки не узнать.
   Вернусь в прошлое: кто из двоих, причастных к коробочке из авиационного дюраля, мог остаться в живых до сего времени? Лотар Хепп смастерил Zigarettenitui и подарил гренадеру, или гренадер и был Lothar Hepp, а портсигарчик сделал друг, коего Лотар когда-то вытащил раненым с поля? И для чего "совецкий" колхозник Прокоп "реквизировал" пустяковую для себя, но дорогую для пленного сигаретницу - как теперь узнать?
   Стоит отыскивать хотя бы одного из Хеппов по всей Германии, каким боком стою к чужой собственности?
   Без судебных разбирательств, ничего не стоящая самоделка конфискована советским колхозником как мелкая месть за утрату шубного пиджака в недавнее время, но если бы нашёлся смельчак и спросил Прошку:
   - Разве гренадёр снимал с тебя новый шубный пиджак? Нет, так почему ты его ограбил?
   - Потому... все они сволочи! - Проша, дорогой, не надо сердиться: разве не твоя родня спокойно, не волнуясь, утащила мою матицу из лиственницы? Что скажешь? Не слышу ответа, Проша? Если верующий - молись чужому богу, что оккупанты не остались на долгие времена! Тогда бы принёс в полицию заявление о краже, и, будь уверен: матицу нашли с выводами для воров: не любят немцы ворьё и пьян, жестоко расправлялись с любителями чужого. Сколько будем помнить отнятые шубные пиджаки и украденные матицы из лиственницы - никто не знает по причине: стоимость вещей разная. Кому что.
   Дед, рассказывая о деревенской жизни, поминал соседку с "правого фланга", ни с того, где проживала престарелая пара и чьи сыны спёрли матицу из лиственницы от дедова поместья. Прокопий до конца дней помнил новый шубный пиджак, реквизированный грабителем неизвестной национальности, а у меня - обида за матицу из лиственницы и точные знания, кто её оприходовал: "украл" ныне не звучит. Названия меняются - кражи остаются неизменными.
   Соседка с правого фланга от дедовой усадьбы поминалась забавным прозвищем "пистолетка". Удивлялся:
   - Откуда "пистолетка"? По мужу прозвище получила, супруг имел отношение к оружию? муж "пистолет" - жене зваться "пистолеткой" - пытал Егоровну расспросами, откуда прозвище и в каких обстоятельствах получено. Егоровна хитрила, как могла:
   - Не знаю..." - старушка почему-то не хотела выдавать чужую тайну. Вот они, основы партизанской стойкости на допросах!
   Дед отработал за жену, выдав соседкино прозвище врагу, мне, то есть:
   - Было так: явились немцы в деревню и первым делом давай кур ловить! Солдатня молодая, пробежалась, проголодалась, быка выложи - сожрут. Неизвестно, когда кухня придёт, есть хочется, а тут вот она, благодать куриная в навозе копается! Курам война не война без разницы, знай, куриное счастье в навозе ищут. Началась охота на пернатых, и даром что куры, а крик подняли изрядный. На куриный шум соседка выбежала не с пустыми руками, а с ухватом - и на шустрого солдата, ловца пернатой живности в атаку пошла. Тому не до охоты стало, винтовку в руки, на соседку навёл, куда, дескать, мутер, против оружия прёшь!? Женщине "перед превосходящими силами противника" и отступить следовало, да ни на ту напал чужой солдатик, не испугалась соседка, но повернулась задом, задрала юбку и показала обнажённую нижнюю часть женской фигуры...
   - Солдаты?
   - Хохотом жеребцы покатились и пошли со двора, а соседка прозвище "пистолетка" получила.
   - Вроде у солдата винтовка была? Как история о защите кур от истребления врагами односельчанам стала известна, как о "театре" узнали? Защитница куриной собственности сама поведала?
   - Кто знает? Может, кто и видел... - могла Егоровна видеть сцену оголения зада соседки перед солдатнёй дед умолчал.
  
   * * *
  
   Жив санитар-ефрейтор Вермахта Лотхар Хепп? возможно, а если так - пусть пребывает в старческом здравии, а если призван Вечностью - память о нём останется в коробке под сигареты авиационного дюраля военных лет.
  
   Дорогие потомки Лотара!
  
   В сорок пятом победном, иного названия тому году в отечестве нет, автору было всего десять лет, и потому никак не мог контактировать с пленным родственником. И "страна советов" крепко журила граждан за контакты с иноземцами, но не настолько люто, чтобы пленные не влюблялись в русских женщин, а те не отвечали взаимностью.
   Если автор заехал не в ту сторону - нынешнюю телепрограмму "Ожидание" следует закрыть из-за отсутствия подлинных историй союза пленным с аборигенками. Ain.
   Zwei: два года оккупации отец проработал на железной дороге и являл пример вражеского прислужника (коллаборациониста).
   За два года служения не встретился ни с единой пулей народных мстителей (партизан) не побывал ни в одной аварии, кои устраивали партизаны на железных дорогах. Отцов напарник из ваших, старший в бригаде "вражеских прислужников" почитал отца, как оберег от напастей, и никак иначе, как только "паном", величал родителя.
   Необъяснимый старой совецкой пропагандой факт: прислугу из аборигенов иноземцы называли "панами" с добавлением имени и фамилии. Чёртова Европа!
   Живу семьдесят третий год, срока достаточно, чтобы спросить себя: что получил от победы над вами? - следом выступает другой вопрос: "Стоило стараться? Цена-то победы высокая, тяжёлая и неподъёмная? Воевали-то двое, а результатом воспользовались третьи, как и во всех прошлых войнах немцев с русскими"
   Что сохранила память о жизни в оккупации оформил знакомыми словами и записал.
   История о портсигаре подлинная, а вымысел малой порцией разыгрался в конце.
   Изначально писал о портсигаре с одной целью: разыскать родственников L. Heppа и отдать коробочку под сигареты, вещь-то чужая, пусть и не картина кисти великого мастера, взятая трофеем...
   Были и сомнения: сигаретница отнята у пленного, проходящего в повести в звании "гренадера" за высокий рост, и бывшего другом Лотхару. Остаётся неясность: или тот крупного размера пленный и был Лотхар, а сигаретницу сделал друг, или Лотхар смастерил коробочку и подарил гренадеру? Тайна осталась.
   Нужно шуметь на всю Германию историей о самоделке под сигареты?
   Было, общался в "паутине" с русской немкой из репатриантов, в Германии зовутся "потерянными душами", но откуда идёт название - пояснений не получил.
   Рассказал историю "цигареттенитуи" с твёрдым немецким ответом:
   - Ненужным, пустым делом занимаешься, сегодня никому нет дела до прошлого, не интересно копаться в старом и ранить души родственников!
   Через какое-то время пришло понимание: "ба, лапочка, как много значит родиться в Азии! И рассуждаешь как русская! Или немецкое перегорело напрочь и на сегодня ты чёрт знает кто!? - а следом пришло раскаяние: "да, верно, Германии может, и потерянная душа, но мне, русскому, она ближе. Может, в самом деле не стоит копаться в событиях давности"?
   На сегодня обстановка такова: знакомая учительница немецкого языка Frau Galina приложила немало усилий в совместных поисках родственников Хеппа, и вот что выяснила:
   по всем землям Германии найдено девять человек с фамилией Hepp, а кого ищете, Lothar, родился в девятьсот тринадцатом, служил санитаром на Восточном фронте в звании ефрейтора. Попал в плен и умер в вашем городе в сорок седьмом году".
   Получив информацию о Лотхаре - подумал:
   "Отчего бы "добрым и гуманным совецким людям" не отпустить санитара Лотхара Хеппа из плена через месяц после окончания войны, какую опасность победителям представлял человек гуманной профессии? Лотар не "герр оберст танковой дивизии Tot Kopf", санитар, так почему не отпустить, дать умереть на чужбине в возрасте тридцать четыре года? Вытаскивать с поля боя раненых, не получить наградой ни единой пули за труд - с военными санитарами такого не случалось. Думаю, что и сам Хепп в теле имел не одну рану, они-то и свели в могилу молодого мужчину. Умереть в тридцать четыре года, но не в восемьдесят четыре - искусство!
   Старший брат Лотхара погиб на восточном фронте, не оставив наследников, а о других родственниках Лотхара сведений нет...
   ...сигаретница хранилась в ожидании выхода в свет, но повода не было, и приходили лёгкие, мелкие страхи:
   "Ну, вот, глядишь, скоро и сам уйду в мир иной, а портсигар останется?
   Возможно, кто-то ещё встретится с сигаретницей авиационного листового дюраля, задумается о мастере, и ничего не выяснив сдаст в музей вещей?"
   Всякое действие не проходит бесследно, а если касается организации Volksbund Deutsghe Kriegsgraberfursorge - тем паче, и как интересующийся судьбой пленных был приглашён на открытие Мемориала под Курском:
   "Вот и представился случай отдать сигаретницу работникам музея, не вернулся владелец портсигара в отчие края - пусть вещь вернётся"
  
  
  
   "Мемориал"
  
  
  
  
   "Arbeit fur den Frieden"
  
  
   Милая Almuth!
  
  
   Лет двадцать, или около того, живёт история о коробочке авиационного тонкого дюраля, сделанная под сигареты пленным Вермахта.
   Сигаретница именная, на крышке гравировка садящегося орла и надпись латиницей: "L. Hepp"
   Лет десять, если не более, делал попытки выяснить, кто носил "L.Hepp", но попытки не увенчались успехом, и раритет оставался в границах тайны...
   ... до поры, пока знакомая учитель немецкого Галина, как всякий учитель, не вдохновила нерадивого ученика:
   - И сколько лет намерен хранить "Цигареттенэтуи"? - из немецкого знаю десяток слов, потому не делал попыток помянуть коробочку латиницей.
   С учительскими призывами "стряхнуть лень" было установлено: сигаретница (портсигар), скорее всего, сделана неизвестным мастером и подарена ефрейтору-санитару Вермахта Лотхару Хеппу во времена пребывания в плену, а до встречи со мной скромная вещь пролежала под застрехой сельского коровника половину века.
   Встреча могла не состояться, нужда свёла с вещицей, а как - смотри начало повести.
   Портсигар, или Zigarettenitui, встретился со мной через половину века после смерти мастера в сорок седьмом в нашем городе, а потом Zigarettenitui ещё пятнадцать лет пробыла в моём "плену", и пятнадцать лет ждал случая передать Zigarettenitui родственникам Лотхара. Искал, как мог, но без знания немецкого языка выполнить задуманное не просто, простым оставалось безделье, но "двигателем" поисков родни Лотхара выступала Frau Galina, школьный преподаватель немецкого языка.
   На запросы найти Хеппов Германия отозвалась девятью фамилиями, где был и Lothar Hepp. Следовали подробности: где родился, когда, и кем служил в Вермахте...
   Было и печальное сообщение: никого из живых Хеппов нет...
   Желание отдать вещь не проходило, но кому отдать, и как выполнить передачу не знал. Почтой?
   Бросил клич в Интере, отозвалась русская работница музея в Карлхорсте:
   - Ни в коем случае не посылайте почтой, могут быть осложнения с таможней: это всё же историческая вещь! Раритет!
   - Извиняюсь, сударыня, какой раритет!? Портсигар моя собственность, могу и не отдавать, что отечественная, что ваша таможня губы не раскатывает, в сторону отойдёт!
   Отечественная таможня особенно, она всего в одном фильме правильная и красивая, а в реальности отеческая таможня живёт "хватай здесь, хватай тут, на том свете не дадут!", коррупция густого замеса.
   Коробок под сигареты сделанный пленным Лотхаром Хеппом трофей, а как стал трофеем таможне знать не обязательно! - предупреждение работницы музея разозлили.
   А тут известие получил: погибшим в боях солдатам Вермахта и умершим в советском плену, в соседней области Мемориал открыть собираются, всего-то в полутора сотнях километров от моего города. Немедля подумал: "на открытие Мемориала кто-то обязательно прибудет из Берлина - вот и передам портсигар в музей Карлхорста мимо таможен" - что музей в Карлхорсте русский вначале не подумал...
   Знаешь, как всё обернулось, оказывается таможню можно обойти... мелочами.
   В Карлхорсте русский музей, портсигар - немецкий, потому и должен находиться в немецком музее.
   В день открытия Мемориала, места печали и памяти, экспедиционный корпус числом в три единицы, среди коих главной фигурой выступала учительница немецкого, второй шла дочь, а я при них, после четырех часов езды, вывалился из утренней электрички на перрон славного города непуганых соловьёв, и продолжил путь в такси к Мемориалу... Добрались без происшествии за умеренную плату.
   Высадились у входа в Мемориал, и, не знаю, как на кого, а на меня навалилась непонятная тяжесть...
   Заявить о себе "чувствительный человек" не могу, все сорта и виды чувствительности, куда входит идиосинкразия, растерял по дороге длиною в шесть десятков лет и богатой многими событиями. Какова причина потери чувств не могут сказать: их много и все разные. Эмоций при воспоминаниях о погибших, как с одной - так и с другой стороны и чьи кости покоятся ныне на Мемориале - не трогали: давняя война, шесть десятков лет прошло, сам краем зацепился о войну, два года оккупации и год с тремя месяцами лагеря в Польше. Казалось, должен, обязан сочувствовать - но пусто, нет печали и тогда, когда вспоминаю умерших родичей. Цинизм? Не знаю, но, пожалуй, работает простая и понятная истина:
   - "И ты умрёшь..." - увидел Мемориал, и мысль о собственной смерти удвоилась. Думаю, места массовых захоронений, эти квинтэссенции печали, оказывают воздействие и на более холодных и рассудочных типов, вроде меня.
   Подумал: "большие мастера соорудили арку на входе, она излучает печаль... Пожалуй, этот "Портал печали" без ошибки можно назвать "Воротами в вечность" (без створок), и "Вход в Валгаллу ариев"
   Вспомнились сравнения: "на поле захоронены кости солдат Вермахта, цивильных нет, только-только цивильный, взявший в руки орудие убийства, цивильные остаются до момента, когда кто-то сверху не выдаст комплект военного обмундирования и не поставит в строй. Всё, alles, цивильность кончилась без уверенности возвращения в неё.
   \ Вот они, громадные, впечатляющие ворота входа туда, но никто и нигде не додумался поставить ворота выходящим оттуда... много сходства с любимой игрой масс футболом, "игра в одни ворота"
   Но и не совсем так: "портал выхода всего живого" у матерей
   Чужая и далёкая христианство убеждает простаков, что был один, кто вышел оттуда, и за такой "подвиг" вышедшего сделали "богом", но почему только один миновал Портал христианское учение не объясняет... В Портал следуйте пачками, будьте любезны, и ныне не откажут проследованию туда без остановок и перерывов, но чтобы оттуда кто-то заявился в мир живых - случаи неизвестны, а кому медицина большими усилиями предложила пребывать в мире живых не в счёт.
   - Задача медиков покойников оживлять...
   Можно верить в "настроение передаётся без слов, а плохое на порядок быстрее", можно и не принимать за истину, но мои мрачные мысли передались спутницам и женщины поникли...
   Хорошо устроен Мемориал, плохо - речи не было, но Frau Galina тихо, будто в чистом поле кто-то мог услышать, проговорила:
   - Кладём цветы и быстро уходим! - выяснять причину, с чего женщинам хотелось увидеть Мемориал, а увидев, быстро покинуть место печали, отложил на "потом"
   К твоей мудрости прибегаю: ныне в отечестве моём дадена воля медиумам всех сортов и расцветок, их почему-то у нас называют "экстрасенсами" В целом мире люди с необыкновенными способностями зовутся "медиумами", то есть, "проводниками", и только в России "экстрасенсы"
   Многие чудеса и способности показывают рядовым гражданам одарённые духами люди, многие чудеса видимого мира объясняют, предупреждают:
   - Места захоронения людей, кладбища, то есть, излучают нехорошую энергетику! - а какими единицами измеряется эта "энергетика" неизвестно и "проводникам"
   Живёт вера: "на местах вечного упокоения ничего строить нельзя, а тем паче аэродромы, и если на обычном, без излучения неведомой энергии, аэропорту в год грохается одна летающая машина - на месте вечного упокоения число катастроф возрастёт выше нормы.
   Хотя, какие могут быть "естественные нормы по катастрофам в авиации"?
   Вопросы по пройденному материалу: если места захоронений человеческих останков отрицательно влияют на живых - зачем их устраивать? Может, правы были твои и мои древние предки, когда умерших родичей сжигали, а прах развеивали?
   Кто и когда втянул ариев в грандиозную афёру с названием "христианство", какая нужда ариям в египетском, а затем и семитском способе захоронения человеческих останков? И почему ныне "места "вечного упокоения" должны тяготить посетителей? И если "да" - насколько глубоко? Какова степень угнетения допустима на местах "вечного упокоения", как отражается на последующем здоровье посетителей, до какого состояния? Или вообще никак? Следует ли посетителям всех Мемориалов оставлять отдушину в чувствах? Какого размера, и в чём? Нужно ли посетителей "брать за горло" трауром, и если "да", то, как крепко и жестоко? И для чего?
   О радости в местах захоронения останков человеческих речь не идёт, единственная музыка, исполняемая над могилами траурная, на воротах кладбищ и прочих мест упокоения усопших предлагаю метровыми кириллическими письменами изобразить текст утешения:
   - "Все там будем"! - почему "нет"? Если на одних воротах когда-то были слова "Arbait mach Free" латиницей - почему не заявить кириллицей, что мимо того места ни один живущий не пройдёт?
   Владею рецептом избавления от тяжести на душе после посещения мрачных мест: выпить стакан вина, и, не нагружая чрево питанием - поделиться мыслями с милой женщиной.
   А тогда, при посещении Мемориала, особо сильно впадать в печаль не позволяла память: "древние арии усопших и погибших сжигали, пожалуй, в таком способе избавления от ненужного видели резон:
   - Зачем живым портить настой мёртвыми костями? - и ничего материального от ушедших туда не оставляли.
   Заработал добрую память среди живых - живи в веках, память живёт дольше костей, кости материальны, а всякой материи свойственно разрушаться, как бы не хотелось обратного.
   Ныне потомки ариев, поддавшись обычаям новой веры, костями предков успешно засоряют землю. Может, отказ от старых устоев и есть причина тому, что ваши кости ныне лежат в худой земле?
   Повторяюсь: место устройства Мемориала нехорошее, такие места знающие люди называют "геопатогенными", а слабо разбирающиеся в науке пользуются определением "дурные" и "недобрые" С худых мест доброго урожая не бывает, как бы сеятели не старались. Слышала о таких? Веришь в них?
   А тогда к геопатогенности Мемориала добавился нудный, мелкий холодный дождь середины октября месяца, такой дождь в летнем июне нами зовётся "огуречником"
   Мелкий, нескончаемый осенний дождь был причиной, по коей спутницы выразили желание поскорее покинуть Мемориал:
   - А траурная церемония, торжественное"мероприятие"?
   - На печаль хватило одной Арки.
   У спутниц не было времени разбираться в чувствах и выяснять, почему живые не любят задерживаться в местах покоя мёртвых, потому и бежали без рассуждений:
   - Ты выясняй! - что взять с женщин?
   Если с другой стороны подойти к Мемориалу - место выбрано правильно: безлюдное и близкое от трассы, и коли появится у проезжающих желание посетить Мемориал погибших солдат Вермахта - свернут с трассы, посетят место печали и увидят, как иностранцы чтут своих погибших соотечественников.
   Глядишь, и задумается: "правильное место выбрано, скромное, без настырных излишеств и показухи на тему "любви усопших" Мы любим излишества, а похоронные особенно, живые досаждают, требуют, не довольствуются имеющимся, чего не сказать о мёртвых. Те не возражают, со всем согласны и не выставляют претензий.
   У бывших врагов мёртвые не отделены, как у нас, оградами, и сей факт становит нас в позу:
   - Да, уж, мы таковские...- и великим прохвостам "из своих" устраиваем красивые "отходы в вечность", ни у кого не жАлаем учиться!
   Одно огорчает: бесполезно меня чему-то научить...
   ... а путешественнику, посетившему Мемориал, всё бы пришло само, и наполненный печалью в задумчивости продолжил путь с соблюдением правил дорожного движения.
  
   * * *
  
   Коли добрались до Мемориала - не пройти под аркой на "поле печали" было неестественным. Но далеко от входа не пошли: что разглядывать в чистом поле?
   Скромные, не выше метра поминальные плиты серого гранита с именами упокоенных солдат стоят близко от входной арки.
   Мыслями назвал плиты "скрижалями", со спутницами мыслями не поделился: женщины возлагали цветы погибшим солдатам Вермахта: не глазеть приехали, но найти точку примирения с прошлым.
   Христианская заповедь гласит: "возлюби врага своего", но где враги? Разве кости, ныне лежащие под серыми плитами враги? Тогда где друзья? Мёртвые достойны цветов, смерть всех уравнивает: друзей - с друзьями, врагов - с врагами, а уровнять друга с врагом пустяковая работа..."
   Редкий и нудный дождь октября месяца не думал прекращать нагон печали, дождь в нашем октябре обычное явление многие тысячи лет. Немедленно представил тех, кто более половины века назад намокал в окопах и проклинал русский холодный дождь, и чьи кости ныне покоились в земле Мемориала.
   Не сидел тогда в окопе русской земли, не ждал команды на подъём в атаку. И следом другая, вопрошающая мысль:
   "Кого, и когда радовал вода небес середины октября месяца, почему мелкая холодная вода небес не примирила враждующих?"
   Не "святой" была вода военного времени, не примиряющей, потому-то и продолжались боевые действия, а будь вода святая - взаимные убийства прекратились немедленно.
   Сверху лилась, могла иметь и малый процент "святости", ан, нет, холодная вода октября месяца "сверху" не радовала ни одну из сторон.
   Осенний дождь приятен из окна тёплого жилья: "пусть льёт, меня не коснётся, под дождь выходить не надо, а если какая нужда и выгонит - радость останется: "ничего, в тепло вернусь, отогреюсь..." - но дождь в чистом, нехорошем поле без укрытия и усыпанном трупами однополчан - что придумать страшнее?
   Далёк от сантиментов, трудно чем-либо разволновать, согласен оказаться в списке "циники неполные", но отравленные сомнениями и вопросами о увиденном.
  
   Как, отчего и почему циниками становятся, в какой европейской стране наибольший процент циников?
   Альми, повторяюсь: Мемориал гнетущий, печальный до предела, похоже, авторы сего места упокоения великие психологи. Может, не прав, но смерть вижу как светлое явление, освобождающее от земных тревог, забот и волнений. Радость бывает одна...
   Как думаешь: душам солдат Вермахта важно знать, где лежат кости тел, в коих когда-то пребывали? Старые собственные кости волнуют души? Хотя бы одна из них явилась и от имени всех покоящихся костей сказала живущим:
   - "Ес ист нихт гут: почему кости, кои когда-то носившие мою плоть, ныне валяются мусором в звании "твёрдые бытовые отходы", где надлежащее внимание и почёт костям? С плохими последствиями ослушникам требую немедля придать красивый вид месту хранения моих костей"! - ни один из ушедших не сказал живым, что его кости нужно хранить длительное время. Нет оговоренных сроков хранения наших костей.
   На сегодня стараниями многих людей установлено, что души, отлетев из тел, не думают о "помещениях", в коих пребывали малое время назад. Почему живые беспокоятся о мёртвых видимыми знаками с названием "могилы" - не могу понять и принять.
   Ныне поисковые отряды находят кости совецких солдат, найденное помещают в ящики (гробы), меняют пентаграммы прежних лет на "символ православной веры" восьмиконечные кресты (католики довольствуются половиной концов), и служитель православного культа, пропев непонятный текст, даёт команду на укладку старых костей в новое место в земле. . Вопросов служителям:
   - Извините, кого, и что соизволите обслуживать? Отпевая кости можно и ошибиться, осенив крестом кости секретаря "партЕйной" организации?
   - "БоХ простит..."
   Ни единого раза, и никто из участников "траурного мероприятия", ни громко, ни тихо, не огласил вопрос:
   - Усопший делал заявку на отпевание своих костей, или до перехода в мир теней был заядлым (верующим) коммунистом-атеистом-комсомольцем-добровольцем, не жалел себя и "товарищей" "во имя построения светлого коммунистического будущего"? И почему ныне, не получив согласия моей бессмертной души, совершаете колдовские манипуляции и вписывает душу в "православные", кто позволил"!? - подобные вопросы тянут на крупномасштабный бунт и недопустимы.
   Молчат мёртвые, а живым, кои милосердие и внимание костям оказывают, долго на Мемориале пребывать не советую, плохое место, вредное психике...
   Страхи достойны звания "пустые", судимы, но хочется знать пустяк: прежде, как начать строительство Мемориала, хотя бы один подумал о специалисте-"рамочнике", коих в старину "лозаходцами" величали, а те под землё воду рогаткой из свежего орешника под землёй находили? Кто прошёл с лозой по отведённой под Мемориал земле? Никто, всякие хождения с индикаторами записаны в "суеверия", кроме пения молитв русским языком иудейскому богу.
   "Нельзя ходить с рамкой, или с маятником, по отведённому участку под Мемориал, служители конфессий хождение с лозой за "грех" считают.
   Место Мемориала могло быть другим, ближе к городу. Или работал только русский принцип "дарёному коню в зубы не смотрят", или при выборе места под Мемориал, в конторе, где "решался вопрос", над креслом главного "чина" висел лозунг:
   - "Не подмажешь - не поедешь"!? - и то сказать: что костям "геопатогенная зона"? Место нынешнего Мемориала было "святой землёй, кою надо было защищать, не оглядываясь на собственную жизнь!" - сведений о числе погибших при освобождении земли под Мемориалом нет. Ни чужих - ни своих.
   На Арке, слева и справа, на уровне лица человека среднего роста, на двух языках, следовало закрепить поминальники на бронзе:
   "Здесь, с (день) августа (год) по (день) того года в жестоких боях погибло..."
   Есть и другая причина, по коей не впечатляют "мероприятия" общения с костями: не признаю христианство. Капли арийской крови, кои до сего времени задержались в кровеносных трубках от предков-ариев, протестуют против креста и учения с названием "христианство" Ничего не могу сделать с душой, бунтует, родная, отказывается признавать "святым" чужое учение:
   - "Душа не принимает..." - уважаю и люблю душу, чту превыше чужого иудейского бога, не могу идти против.
   Нет в мире не уважающих желания душ своих, даденных телу "во временное пользование"
  
   3.
  
   Фантастику любишь? Какого сорта?
   Плохо понимаю фантастику, не дано, не могу фантазировать, лишен дара, всё едино, как не иметь терпимого голоса и пытаться исполнять сложные оперные партии.
   Что в итоге? Немощное подражание великим фантастам, достойное порицания и вопроса:
   - Куда лезешь? - оно и понятно: как фантазировать на тему, кою не понимаю, как любить непонятное? Так мы устроены.
   И мистику не отличаю от фантастики, но люблю: фантастика плод трудов человеческих, в фантастике простора много, есть куда отступать, фантастические завихрения разума управляемы и направляемы, русла фантастикам отрывают люди.
   Изобретаем в мечтах страшное по мощи оружие, звездолёты, устройства "перемещения во времени и пространстве", многое иное и ненужно человечеству, то есть, фантазируем.
   Что знали древние о голографии? Ничего, а выходы умерших в мир живых объясняли "привидением", то есть, мертвые не входят в мир живых, "привиделось", "обман зрения", ничего иного.
   По каким законам и правилам умершие на короткое время приходили в мир живых невыяснено, но единицы трудятся над решением вопроса научными методами.
   Когда-то голография была "фантастикой" - ныне вчерашнее таинственное явление повседневность, не "происки диавола"
   Неподвластной живым остаются мистические явления, кои дозволено наблюдать, но не вмешиваться в происходящее и что-то менять по желанию.
   Заморский фильм "Мумия" технически сложный, сплошняком состоит из спецэффектов с массой новинок, но идея древняя, заимствована у египтян: "воскрешение из мертвых"
   Древние любили и верили в возможность возврата мёртвых в мир живых, жили радостью предстоящего воскрешения, и такая вера, крепко ослабевшая, докатилась и до нас в виде "христианской веры"
   Но никто не задумывался прежде: "а можно манипуляциями-молитвами, "горячими", раскалёнными добела, вернуть в мир живых давно умерших? Кому-нибудь, когда, и кого удавалось вернуть с того света?
   Рассказывают, будто жил музыкант, прогулявшийся на "тот свет" за подругой, но это был единичный случай, поэтому и вошёл в историю народов.
   Старания врачей-реаниматоров, возвращавших в жизнь основательно умерших не в счёт, капитально умерший тот, у кого главный "мотор" отключается и не собирается включаться после пяти минут простоя.
   Все прочие случаи "воскрешения из мёртвых" подлежат сомнению: или воскресший был не совсем мёртв, или... что может быть иное?
   Кинематограф освоил "воскрешение", и на сегодня за хорошие деньги может оживить кого угодно, денежки делают мёртвых живыми... пока что на экране, но, это вопрос времени.
   В настоящие времена в "святом деле воскрешения из мертвых", служителей культа, вчерашних монополистов, обошли на корпус, и ежели так будет впредь - вопрос "кого воскрешать, а кого придержать до иных времён" безвозвратно
   перейдёт кинематографу.
   Оживлённая мумия древнего Египта страшная, глупая, потому и злобная эдакий "ужастик малограмотным"
   После посещения Мемориала, в пику создателям "Мумии", появилось желание написать что-то похожее на сценарий без малейшего представления, с чего и как начинать опору всякого фильма.
   "Мумию" оживили на удивление и страх простакам, могли и не оживлять, мировой кинематограф ничего не потерял, оставайся высохший труп древнего египтянина в безвестности ещё на пару тысяч лет.
   Подражать создателям "мумии" не смогу, уровень низкий, намерения плагиатом попахивают, надо изобретать пусть ниже "Мумии", но своё.
   На идею воскрешения ни у кого нет лицензии, каждый волен воскрешать всякого, кого возжелает видеть живым.
   Никому, и ничему не подчиняющаяся "Свобода выбора", великая и могучая, решает, кого возвращать в жизнь, а кого предать забвению навсегда.
   "Плюрализм желаний" не умирал, и как пояснила учительница немецкого ("немка")
   - "Плюраль" означает множественное число.
   Если в обычной жизни основа граждан одинакова - в кино на поверхности "главный герой", ниже "герой второго плана", затем идут "ни то, ни сё", и на дне" "злодеи"
   Сегодня позволительно воскрешать как героев - так и злодеев, основой действия остаётся прибыль.
   Интерес деяниям злодеев двадцатого века оценивается дороже героических, а почему такое происходит в среде простого народа остаётся необъяснённым.
   Каждый год появляются новые сообщения о "деяниях и речениях великих злодеев прошлого", но, сколько будет написано о них в будущем, сколько пишущие заработают на описании деяний "великих злодеев прошлого" - ни один новый "нострадамус" сказать не может.
   "Эра примирения" пришла на Землю, житие в злобе прошлому рождает новое зло, и с этим надо что-то делать.
   "Эра" выглядела однобокой: на "печальном торжестве открытия Мемориала" присутствовал один победитель в чине полковника в прежней военной форме при регалиях. Чего там было делать полковнику? Навещать тех, кого когда-то уложил "талантливым управлением"?
   Трудно, неуверенно и коротко полковник сказал о примирении, не забыв упомянуть прошлый групповой героизм победителей: "мы" В речи старого вояки чувствовалась прежняя, совецкая правка: уж очень трудно человек выдавливал слова. Ну, это, пожалуй, от возраста, в молодости был речист.
   Полковник окончил речь, но кости вражеских солдат, лежавшие на поле, не ответили полковнику, промолчали.
   Промолчали вражеские солдаты, дожившие до открытия Мемориала, не было солдат и победившей армии: никто из оставшихся не присутствовал на Мемориале, а если кто-то и был - как узнать? Военную форму прошлой германской армии надевать нельзя: "побеждённые" они...
   А в кино? В фильмах "о войне немца с русским", где "герои" с наслаждением и яростью предаются взаимному уничтожению, процесс "взаимного человеколюбия" длится до момента, пока режиссер не рявкнет в мегафон:
   - Снято! - замысел режиссера выполнен, до съёмки следующего эпизода работа актёров остановлена. Перекур. Костюмов "враги" не снимают, мирно сидят рядом, отдыхают от "войны", ни один истинный солдат Вермахта не присутствовал на открытии Мемориала, "эра примирения" происходила без них.
   Старость не решились совершить далёкий путь и посетить места боёв, нет прежнего серо-зелёного сукна на форму солдата Вермахта, а появляться в цивильном одеянии ни то...
   Победитель в чине полковника блистал "золотом" и "купался в лучах победы", а побеждённым и мёртвым Nain!?
   В итоге лёгкий конфуз: не было на открытии тех, кого бывший полковник савецкой армии победил...
  
   * * *
  
   Милая Альмутх, может, и нам фильм сделать? Почему "нет"?
   Пишем сценарий, отдаём на оценку знатокам военной истории, те одобряют (с обязательными правками некоторых событий) - и zeer gut, ищем богатых граждан, кои вложат денежки в нашу затею?
   Кино не жизньЈ в кино можно переснимать эпизоды до бесконечности, или пока деньги не кончатся у хозяина фильма. Ага, у продюсера...
   Если потребуют - готов "отречься от заблуждений любой глубины, "убавить и смягчить звучание некоторых мест сценария", "сделать острые углы круглыми", "направить ход фантазии в указанном направлении...", всяким фантазиям, как необъезженным коням, нужна узда...
   Никогда не писала сценариев? - и я не писал, но когда-то начинать надо. Если неизвестный заслоняет от нас прежних противников - нам, призвав фантазию, следует показать их, объединение двух фантазий достаточно на сценарий короткого фильма.
   Будут поправки свыше - примем замечания, и это будет третья фантазия, но начинать нужно с наших. Gut?
   Фильмы есть вольное и свободное изложение того, чего не было, и быть не может, если верить фильмам - окружающий мир не такой, какой есть на самом деле.
   Начинаю, присоединяйся!
  
   Кадр 1
  
   Фигура женщины среднего роста, в простейшем одеянии, в чёрной "мусульманской" шапочке, стоит внутри Мемориала недалеко от входной арки.
   Чёрная шапочка на голове знак траура, первое условие христианского учения, в местах "вечного покоя голова женщины должна быть покрыта". Мужчина, наоборот, должен обнажить голову.
   - Оператор, поверни камеру, покажи средним планом замёрзшее лицо жительницы центра Европы, центр Европы не охлаждает лица тамошних обитательниц так, как холодит Средняя полоса России.
   Оно, конечно, показывать замёрзшее молодое и красивое женское лицо грех, но киношная "правда превыше всего"!
   Невозможно изменить погоду октября месяца в Средней полосе России, поэтому лицо женщины из далёкой Германии не меняется с синего на "розовый телесный" Если гримёры вздумают отойти от "правды жизни" - не снимать, а все расходы по задержке взыскать с них.
   - "Замёрзла, бедная"! - слова поэта "унылая пора, очей очарованье..." находящейся много часов на открытом пространстве Мемориала в октябре месяце, слова русского поэта равны издевательству.
   Глаза стоящей удивлённые, прекрасные, единственное, что не поддаётся холоду - женские глаза, кои при "любой температуре окружающего воздуха" не меняются.
   Почему удивлённые глаза прекрасны? - ответ прост:
   - В оптических приборах людей с названием "удивлённые глаза" отсутствуют низменные страсти и желания, ложь и обман, удивлённые глаза чище золота "три девятки" и бриллиантов "чистой воды", такие глаза имеют другое название: "чудные"
   О "чудных" глазах знают те, кто имел счастье однажды увидеть, кому повезло увидеть "чудные глаза" становятся поэтами, или, вроде меня, что-то пытаются сказать прозой.
   - Господин оператор, сделайте "крупный план" замёрзшего лица женщины: глядишь, у зрителей появится желание отогреть замёрзшую женщину:
   - Поди, не звери какие-нибудь!
   И поймут зрители: живым глазам следует кланяться, но не костям убитых, мёртвым хватает нашей доброй памяти о них.
   Рассказывать о мёртвых труднее, поклоны костям проще: согнулся - и можешь забыть, чему кланялся, кости есть кости, а если ещё и свечу запалил - почёт и утешение превеликие испытаю! Так просто...
   В основе христианское учение против поклонов "материи", учение первым признаёт Дух, но когда просматривается выгода "к вящей славе божьей" - тогда дозволено кланяться и костям, они единственные противостоят времени.
   Но до поклонов обычные кости следует объявить "мощами" и наделить чудодейственной силой.
   Дух неосязаемое, тонкое и великое, никем, и ничем не управляемая субстанция, а кости - вот они, в избытке, костями проще внести в сознание трепет и почтение, что и делается в настоящее время.
   - Они учились, они знают, на них "благодать божья"... - бытует мнение о "служителях культа", а тебе не позволено решать, чему следует поклоняться, а чему - нет! Ересью и адским пламенем несёт от твоих сомнений, бесы смущают тебя! Страшный грех сокрыт в заявлении:
   - Кости не более отформованного определённым образом элемента кальция! - грех усугубляется отказом признавать отформовавшего кости.
   Сыплет мелкий, холодный дождь. Куда деваться иностранке в чистом поле от дождя октября месяца Средней полосы России? Греться способом, коим греются аборигены многие тысячи лет нельзя, слаба, "внутренний двигатель" не сможет работать на русском "топливе", не выдержит иностранка, не выстоит...
   Мемориал построен, но почему авторы проекта не поместили маленькую избёнку русского покроя на укрытие от непогоды - ни одна из европейских голов не задумалась. И печурку "буржуйку" поместить в избушке... "повторение пройденного", вот оно: поминаем мёртвых - забываем о живых...
   От снежных заносов дорогу защищают лесопосадки, топлива в них не меряно, бери, топи печь "спасибо" скажут за очистку полосы от хвороста! - вместо избушки и печки сквозная входная арка. Красивая. Высокая. Впечатляющая. Холодная и мёртвая... Арка, объясняющая разницу между "живыми" и "мёртвыми"
   Женщина неподвижно стоит у внутреннего входа арки и смотрит в пространство Мемориала. Чего ждёт, что высматривает на громадном поле, что хочет увидеть? Сотни раз окидывала взглядом мемориальное поле, помнит до последней скрижали с именами соотечественников, но смотрит...
  
  
  
  
   Кадр 2.
  
   Первый кадр не озвучен, а начало второго слух зрителя давит фонограмма низким, негромким гулом...
   Пребывай Среднерусская платформа в списке "сейсмически неустойчивых районов" - у женщины могли появиться страхи:
   - Землетрясение! - походил на далёкую работу тяжёлой артиллерии, но откуда знать женщине на русском геопатогенном поле о работе дальнобойной артиллерии военных лет? Никогда не слышала такой "музыки", и с чем-то сравнить исходящий от земли гул не могла, потому стоит неподвижно и смотрит на поле...
   ... и видит, как неплодная, бросовая земля Мемориала в пятидесяти метрах справа от входной арки, зашевелилась!
   - Halt камера, останов!
   - В чём дело!?
   - Никогда, нигде земля не шевелилась над убитыми, и впредь не зашевелится, земля первая тяжесть из всех земных тяжестей, на шевеление земли нужна немалая сила, а откуда в костях сила?
   Живёт сказка, как над массой одновременно убитых "земля шевелилась", а чего шевелиться получившим пулю в тело -авторы "ужасов" не поясняют. Причина? Одна и вечная: всякая Правда имеет границу-черту, после перехода коей превращается в Ложь без возвращения в правду.
   "Что делать", как продолжить "воскрешение из мертвых"?
   Коли реальность никого, и никогда не воскресала - отдадим повторение "чуда" компьютерной графике, воспользуемся опытом оживления мумий, упредим сказку "воскрешения из мертвых"
   Большие глаза женщины стали ещё больше, но заявлять "вылезли из орбит" не могу: глаза женщин, способных чему-либо удивляться в любом возрасте, никогда, и ни при каких условиях из орбит не выходят...
   Было от чего увеличиться оптическим устройствам: из земли встал человек в форме полковника Вермахта, отряхнул парадный мундир с наградами, а витые погоны мундира были белы так, будто и не пролежали в земле шестьдесят пять лет...
   Земля продолжает шевелиться, выпуская людей в военной форме Вермахта, а офицер стоял и смотрел. И когда последний солдат восстал и "отряхнул прах с ног своих" - , офицер повернулся лицом к выходной арке, и поднял правую руку вверх. Левая рука лежала на поясе, где в кобуре покоился "Парабеллум", а, может и Walter.
   Вышедшие из земли люди в форме распрямлялись, привели в порядок форму и замерли, как прежде, в ожидании команды.
   Убитые когда-то в бою держали в руках оружие, сдавшиеся в плен без оружия, пленных солдат с исправным оружием в руках не бывает.
   Древний закон ариев оставался в силе и сейчас: "павший с оружием в руках воин попадал в рай героев: Валгаллу" - будь то древний меч, или современный автомат MP43. Но почему на пряжках новых солдатских ремней не было прежней надписи:
   - "Gott mit uns" - фантазия молчит...
  
   Перерыв.
  
   Если не знать, что древняя, жестокая и ненужная война окончилась - можно думать, что люди в памятной военной форме поднимаются из окопов и готовятся к последней атаке... или кто-то снимает фильм на "тему о прошлом"
  
   Кадр 3
  
   Поднявшиеся - не мертвецы в полуистлевшей одежде, коих ныне в изобилии показывают в фильмах-"ужастиках", у наших восставших не "голые черепа с пустыми глазницами и в касках", нет, это нормальные люди с малым дополнением: глаза у восставших отсутствующие.
   Каюсь: во время разгула фантазии хотелось изобразить восставших привычными, стандартными, неприятными и пугающими киношными зомби, или приевшимися вампирами. Подумал:
   - Киношный шаблон на "зомби" существует? Существует, есть такой, вот и пусти в дело смесь живых с мёртвыми... Чего "велосипед изобретать? - но что схожее с совестью возразило: - Стыдно пользоваться чужим, за такое и по шапке получить можно. Нужно изобрести своё, лучшее. Да и погибшие стоят большего - и убитых шестьдесят пять лет назад солдат твоего отечества увидел живыми.
   Что далее, какие соображения, что говорит твоя фантазия?
   Должны быть отличия между зомби из старых заграничных фильмов и солдатами Вермахта, коих подняла моя фантазия.
   Прелесть всякой фантазии в том, что она, как верная жена, принадлежит только своему создателю и никому иному, только о своей фантазии могу сказать моя, и ни чья боле... если, разумеется, не поделюсь с кем-то ещё...
   О женских фантазиях в адрес мужчин пусть расскажут другие.
   Почему восставших из мертвых одел не в истлевшую одежду, а в новую, с иголочки? Если живые в порванной одежде стараются закрыть причинные места руками - у скелетов забота закрыть отсутствующее отпадает, воскрешенные во плоти, и посему и форма на них исправная. Ain.
   Zwei: поднял убитых не потому, что "так захотелось", но в подражание учению, кое две тысячи лет обещает легковерам и простакам "воскресение из мертвых и жизни будущего века".
   До сего времени обещанное воскресение задерживается, но по какой причине происходит задержка "тайна сия велика бысть". В переводе на понятный язык: "не всем знать дано"!
   Когда придёт воскресение никто не знает, и если так - сроки "воскресения" каждый волен определять в меру собственных представлений, или без фантазий, напрямую.
   - На какую нужду нажитое добро, если завтра "конец света и воскрешение из мертвых... "Страшный суд" ожидает богатых, а чтобы не пугаться будущего - живи голым сейчас. Нищету не запугать, нищета при жизни страхов натерпелась...
   После суда новое житие начнётся, но не жадюгам. Жадюги не воскреснут, так и останутся навеки в земле... Подумай о грядущем до понедельника, но в воскресение на моление не забудь явиться!
   Шесть с половиной десятков лет кости солдат Вермахта пролежали в земле, хватит! Сколько ещё ждать "трубного гласа" и команду "подъём" от чужого бога? почему павших без команды сверху нельзя поднять всякому, кто захочет будь желающий злодеем или человеколюбцем, героем или трусом
   Отклонений и нарушений в процессе воскрешения нет, всё происходит согласно христианскому учению: "... и мёртвые
   восстанут из земли (праха)".
   В отечестве нашем началось тихое, скромное "воскрешение из мертвых" старым испытанным способом: возврат речений и монументов "великих". "Нужное Истории действо" свершилось в людном месте: на станции столичной подземки:
   - Станция должна иметь первозданный вид! - что первозданный вид будет пугать часть пассажиров скульптурой "вождя всего советского народа" в полный рост, или более - факт в рассмотрение верха не принимали.
   Странное дело: сегодня желающих воскресить злодеев прошлого больше тех, кто хотел бы воскресить героев. Оно и понятно: что делать обычным людям в этом мире, что могут? Живут не думая, как поднять на недоступную высоту "величие нации" без лишних потерь.
   Поднять кости Мемориала и нарастить плоть? Или "не лезть не в своё дело"? Оно, конечно, можно и не заниматься не своим делом, но страх берёт:
   - Что если на самом верху, выше не бывает, забыли о нас и обещанное воскресение из мертвых не состоится!? Или хуже того: меня забудут внести в списки на получение новой жизни и обойдут "восстанием из мертвых"!? Не хочу ждать команды на "воскресение" от чужого, не арийского бога, начну поднимать убитых и умерших в плену немецких солдат на Мемориале! Пусть заслужу от компетентных товарищей обвинение в плагиате и дешёвом подражании, пусть! Мемориал посетил не затем, чтобы поглазеть, как иностранные граждане почитают кости павших соотечественников, меня кости не трогают, хочу видеть убитых живыми! Всех убитых!
   Сжигай убитых как когда-то древние арии сжигали окончивших земное существование - тогда и мемориалы не нужны, памяти достаточно, а поднять кости невозможно, остаётся поднять тени павших и двинуть с поля Мемориала на выход...
  
   Кадр 4.
  
   ...оберст опустил руку, чётко, по-военному повернулся "кругом" и медленно двинулся к арке на выходе из Мемориала. Поднявшиеся военные выходили на дорожки, выложенные серой гранитной брусчаткой, и на малом отдалении следовали за командиром...
   И тишина... хотя тишину можно заполнить шумом дождя... Трудность вижу: дождь - октябрьский, мелкий, громкого шума не делающий.. Это не летний бурный ливень крупными каплями, нет, это мелкий осенний дождь, его и русские не любят...
   Звукооператор, введи фонограмму звука кованых солдатских сапог по гранитной брусчатке... В архивах фонограмм есть настоящий звук от встречи немецкого сапога с булыжной мостовой? Пусти его, но не что-то другое: иные звуки повредят фильму.
   Написать: "женщина у входа под арку замерла от ужаса" не могу, женщина не замерла, не "обуял ужас", женщина стояла вытянувшись по-военному с высоко поднятой головой! и высоко подняв голову!
   "...проходящий офицер, не поворачивая головы, отдал женщине честь: много лет разыскивала кости убитых на полях сражений и умерших в плену соотечественников, заслужила и большего! ила!
   И каждый из проходящих солдат приветствовал женщину у выхода с мемориального поля. И пока последний военный не миновал арку - женщина стояла прямо, не шелохнувшись от падавших на лицо холодных капель дождя середины октября месяца...
   ...и случилось ещё одно чудо: как только последний военный миновал арку, а это был Lothar Hepp, ефрейтор-санитар, родившийся в 1913 году в селении Happertschausen, человек гуманного занятия в негуманном военном деле - растаяли и очистились поминальные плиты серого гранита от имён и фамилий павших в боях и умерших в плену солдат, будто мастера, много дней трудившиеся с надгробиями к ним не прикасались.
   Первые восставшие из мёртвых, как и в прошлой жизни, быстро, чётко, без единого лишнего движения, без команд, строились в походную колонну на пространстве между Мемориалом и дорогой, пролегавшей в паре сотен метров от арки. Дорога вела на Запад...
  
   Кадр 5.
  
   Не унимается фантазия и продолжает рисовать картины... Как унять? И нужно ли? Или напрасно поднял убитых и умерших в плену немецких солдат? Как далее поступить с колонной восставших, куда направить? Заявить шаблоном "обстановка выходит из-под контроля"? Прошу помощи, мёртвые подняты, а как уложить на прежнее место не представляю... и нужно укладывать? Чего тогда поднимал? Вопросы, сомнения...
   Вариант нумеро айнс: растворяем восставших в пелене осеннего дождя до времени, когда к Мемориалу подъедут шикарные автобусы из Германии с родственниками покоящихся солдат и повторить подъём?...
   Что потом? Укладывать где были? Тогда зачем поднимать? Чтобы показать детям и внукам?
   И если воскресил - в какой реестр вписывать воскресших? Кто они? Враги, как прежде? А не христиане ли договорились "о мёртвых - ничего, или хорошо"? Разве восставшие не прошли очищение смертью, разве не списаны с них прошлые грехи? Разве не у нас принято: "дважды за один грех не наказывать"?
   Пусть пока движутся на Запад. До первого селения на дороге. Пять, или шесть километров, всего-то час ходу, а пока они идут - времени хватит на то, чтобы придумать продолжение... Фантазии повторяют наши характеры, авось и моя пощадит и подарит продолжение. пощадит и что-то выдаст... Или не следует ждать тех шестьдесят минут, кои потратит колонна на путь до первого селения, а прямо сейчас колонну восставших из мёртвых солдат Вермахта растворить в воздухе осеннего серого, дождливого дня? Рассеять, как туман? Или мираж? Хотя, откуда взяться "миражу" в октябре месяце в средней полосе России? "Мираж" в наших краях - куда большая фантастика, чем всё остальное.
   Ах, кино! Твоими возможностями показать растворение в воздухе многих тысяч восставших солдат и офицеров немецкой армии - простое дело, кинематограф способно на большее! Сравнивать мои фантазии с возможностями нынешнего кино - это больше, чем простое "нахальство", такому и названия нет! Но фантазия - моя, и могу распоряжаться ею, как вздумается! Как захочу! Или как она позволит...
   Какой была бы жизнь, если жёны позволяли обращаться с ними так, как мы обращаемся со своими фантазиями!
   Могу в уста воскресшего герра оберста вложить слова, коих при жизни господин офицер Вермахта никогда не говорил? Дозволить господину полковнику во имя примирения и силой измышления моего обратиться к солдатам с пятиминутной речью? И без бумажки?
   Вижу резолюцию: "Разрешить"! - дана потому, что запретить нельзя. Запретить длинные речи может только дождь: вымокнут солдаты выслушивая мой бред! Пусть они и видимые, но как бы и бесплотные. Что им дождь! - испытали на себе русские осенние дожди прежде, ничего нового, так чего прятаться от дождя сейчас? - военная форма оставалась сухой, но держать людей под дождём ради пустых речей - не в привычке офицера... Растворить их осенним дождём?
   - Nain! На восток продвигались с боями, и с этого поля на запад уйдём мирно. Своими ногами уйдём! Всякая дорога имеет два направления: "туда" и "обратно". Не выпало уйти в древности - уйдём сейчас!
   - Achtung, comrade! Слушать команду: марширен только на Запад! Домой!
  
   Кадр 6.
  
  
   Остановиться? Продолжать? Моё несчастье: если какая-то ненужная и шальная мыслишка появится - тут же, без задержек, превращается в картинку кою ничем не прогнать, вижу придуманное. Вижу лицо герра оберста, и владей хотя бы слабым талантом художника портретиста - написал портрет полковника. Маслом. Размер холста: метр на шестьдесят пять сантиметров. Портреты рядовых вполовину меньше. Вижу не напрягая воображение: память об оккупации умрёт вместе с телом.
   Как думаешь, какая нужда поднимать убитых?
   Вот для чего: Германия заботится о местах захоронениях своих солдат на русской земле, но не меньше заботится и об останках советских солдат на своей. Не "велик каравай на один рот"? Не слишком много забот маленькой Германии? Не проще поднять убитых, и они, как шестьдесят пять лет назад, ведомые командирами, походным маршем двинутся in Deutschland из мест, где ныне покоятся их кости? Стоит придумывать "анабазис", и что творилось с живыми людьми в местах, где пройдут поднявшиеся? Даже мне интересно:
  
   Кадр 7.
  
   В шести километрах от опустевшего Мемориала большое село. Асфальтированная молодая дорога в звании "федеральная",
   шириною в четыре машины делит село на две части.
   Все наши сёла разделены дорогами. Если дорога соединяет две губернии - она определяется, как "трасса федерального значения". Жители сёл, через которые проходят такие трассы, считают себя "родившимися в рубашке": через село обязательно проходит автобус. Как часто и сколько "единиц транспорта" проходит - дело десятое, но "связь с внешним миром" есть. Колонна вступает в село...
   День осенний, субботний, на половину свободный от повседневной работы, а посему жители в домах...
   ... и когда голова колонны миновала первые дома - обитатели от мала до велика высыпали на улицу, смотрели на проход солдат древней германской армии и рассуждали:
   - Гляди-ко, немцы! Откуда!? Ай, опять война!?
   - Какая "война"!? По телевизору ничего о войне не сказали! Идут с востока, те, в старину, пришли с запада! Ловишь разницу? Да много-то как! Откуда столько набралось?
   - Кино снимают - говорили зрители из молодых, их приято "продвинутыми" называть. Куда "продвинутыми" и как глубоко - никто не знает, но "звание" носят с гордостью.
   Старые люди с остатками памяти о событиях военного времени - молчали: "какое, к дьяволу, "кино"!? что-то не так..." - а как - не могли сказать, и пока последний иноземный солдат из прошлого не прошёл мимо жилища - не уходили с места...
   Идущие не смотрели по сторонам, и можно было думать, что ничего не видят, или всё вокруг их не касается. В этом месте можно нагнать страху "могильным холодом, исходившим от иноземных солдат", заявить, что "запах смерти, исходивший от проходящих, отравлял дыхание живых", но как заявлять такое, если ничего подобного не было?
   Что думали живые, когда смотрели на движение громадной колонны частично вооруженных солдат прошлой немецкой армии!? Солдат вражеской когда-то армии, ныне идущих по обочине дороги из центра России на Запад!? Главный вопрос:
   - Почему на Запад? Иди на восток - понятно, опять война началась, а мы, как прежде, проспали, а, то ведь идут на Запад! Что-то не так, вроде и настоящие немецкие солдаты идут, у многих оружие, живые, но почему нет стрельбы, почему тихо? И молчат! Где работники дорожной службы!? Милиция!? Они-то знают, что за люди в форме движутся с нарушением правил поведения на дорогах! - работники ГИБДД ничего не знали...
   ...через два часа, или менее, полицейская машина, следившая за порядком на губернском куске дороги, по рации доложила руководству:
   - По дороге в сторону города движется большая колонна вооружённых немецких солдат! - в ответ телефонная трубка рации молчала пять секунд, но всё же взорвалась грозным рыком начальника:
   - Какие немецкие солдаты, мать вашу!? Откуда взялись!? - громыхал старший командир эфиром на милицейской волне - Знаете, когда война была!?
   - Откуда мы знаем, откуда они взялись! - взволнованный патрульный два раза употребил "откуда" ничуть не заботясь, что повторы старший командир может принять за насмешку:
   - Дразнится, сучонок! Выгоню, на хер, из отдела! - но рявкнул другое:
   - Перебрали и грибочками закусили!? Совсем ёбнулись!? - что эфирную ненормативку кто-то из посторонних мог уловить - руководящего работника безопасности движения на дорогах не волновало, знал: влезать на милицейскую волну охотников не было.
   Патрульный в чине "сержант", докладывавший о чрезвычайном происшествии, хотел, было в рифму к "грибочкам" ответить "херочками", но во время вспомнил о мстительной натуре командира и воздержался в речах, но не в мыслях:
   - Выживет, сука! - и продолжал донесение:
   - Не могу знать, но автоматы у них, вроде как бы и настоящие, не деревянные! И пяток MG-34 видел! Чёрт их знает, что у них на уме! Какого хрена автоматом без патронов делать!? - наседали патрульные - и молчат, тишина полная, идут без единого звука!
   - Пробовали вступать в контакт?
   - А мы знаем немецкий? Высылайте переводчика на двадцать пятый километр, пусть и поговорит! - какое-то десятое чувство сказало начальнику, что идущие иностранные граждане на вопросы, заданные и на хорошем немецком языке, отвечать не будут...
   Препятствий движению транспорта колонна не создаёт, Ordnung соблюдает, встречные и обгоняющие транспортные средства разъезжаются без помех и аварий, и причин как-то вмешиваться в шествие не наблюдается. Поступит команда сверху:
   - Немедля остановить движение иностранного воинского соединения! - как выполнить приказ, какими средствами - с древних времён отеческие командиры пояснений подчинённым не делали. Команда есть - подробности изобретайте на месте
   - Умник, ядрёный корень! Как, чем остановить!? Оружием, или молитвами, "крестом, или пестом"?
   Молитвами не годится, идущие исповедовали католицизм, свои служители православные, расхождение вер... Оружием? А как стрелять в людей ничего противоправного не совершающих? Патронами военных не напугаешь, знакомы с ними... Да и как потом за истраченные патроны наверху отчитываться?
   Не-е-е, всё же кто-то кино снимает, а, ежели так - статистами кто-то командует, в съёмках дисциплина строже армейской, в колонне дивизия будет, если не больше...
   Не медля найти "командира", и выяснить, почему не предупредил руководство губернии и города о съёмках!? Не получил разрешение!? - о полном "списке волнений и переживаний губернского руководства всех уровней" расскажу в другой раз...
   О волнениях глав и руководителей посёлков речь пока не идёт...
  
   Кадр 8.
  
  
   Милая Frau Almuth! Поскольку прекрасно изъясняешься на русском - позволь называть тебя "Альми"?
   Колонна восставших могла двигаться на Запад полями-лесами, но подчиняясь законам своей страны - шла по дорогам.
   Многие годы назад, молодым, боясь опоздать на какой-то ныне забытый фильмец, в спешке прошёл по газону перед кинотеатром, время сокращал. Сокращение по времени равнялось пустяку, но если жить с моралью "хоть щетинка - да моя" - секунды как раз то, за что боремся во все исторические времена. Это потом появилась поэзия "не думай о секундах свысока", она родилась на почве нашей экономии времени.
   Путь пролегал в поле зрения женщины средних лет, сидевшей на единственной скамейке, и в мою торопящуюся спину был послан вопрос:
   - Молодой человек, хотите знать, почему немцы войну проиграли? - всем и давно известно, почему немцы войну проиграли, а тут видом простая женщина обещает ответить на неподъёмный и большим историкам вопрос:
   - Конечно! Расскажите! - интерес на просмотр фильма упал до нуля.
   - Немцы отступали по дорогам, а наши пёрли напрямую, вот первыми в Берлине и оказались...
   Как думаешь, кто-нибудь из соотечественников фантазировал на тему "исход убитых воинов советской армии с немецкой земли"?
   Не будем немцев делать другими. Оно, конечно, за шестьдесят лет пребывания в чужой стране и они могли испортиться, но ни до такой степени!
  
   ...колонна без остановок движется до времени, когда последний луч светила скрывается за горизонтом, и колонна исчезает, а живые, видевшие исчезновение, получали порции страха:
   - Во, што это!?.
   Не меньший страх получали видевшие, как с первыми утренними лучами светила колонна материализовалась и продолжала движение на запад. Ночью колонну никто не видел, и как по древней привычке не воевали ночами - ночами не шли в свои края:
   - Ночь создана богом, чтобы люди спали! - верность древним принципам осталась незыблемой и после шестидесяти пяти лет пребывания в чужой земле...
   Пасмурные дни не останавливали колонну, исполнение "форверст" исполнялось без замедлений.
   Фантазировать о движении колонны по России дозволено тем, кто помнит оккупацию, но когда колонна вступит на землю Белоруссии, а затем и Польши - отдадим продолжение тамошним фантазёрам, и какие грехи навалят на идущих -им знать, ныне живём по разным углам, прежнее "братство республик" похоронено, и фантазировать за бывших друзей не станем. Говоришь "бывших друзей не бывает"? Ещё как бывают!
   За Польшу фантазировать не рискну, белорусские и польские фантазии могут оказаться богаче и обширнее наших.
   Мемориал покинули солдаты и офицеры Вермахта, чьи имена были выбиты на поминальных плитах, безвестные остаются в земле до поры, пока разыскивающие не найдут их кости.
   Металлоискатель слышит мины, бомбы и снаряды, но кости погибших молчат, не подают сигнал живым, нет на сегодня прибора, способного высветить на экране простые слова из прошлого: "здесь закопаны кости врагов", а "здесь покоятся кости победителей".
   Они поднялись нашей фантазией, и ты принимала участие в подъёме: не посети Мемориал и, не увидев тебя ничего из вышесказанного не появилось.
  
  
   Zu Ende:
  
   Финал таков: как-то сторож кладбища Happertschausen, что в славной Баварии, обратил внимание на новый надгробный камень серого гранита с надписью золотом:
   Lothar Hepp.
   и ниже готикой, как положено - даты рождения и смерти. Плита обычная, ощутимая, не призрачная, аккуратно, без замечаний, надёжно и правильно установленная надгробная плита. Сказать, что служитель удивился новому надгробию - ничего не сказать:
   - Когда!? Как!? Откуда! Main Gott, не перевелись чудеса на белом свете! - уж он-то хорошо знал, кто и где покоится в месте вечного покоя.
   На слабых ногах престарелый хранитель покоя мёртвых вышел за кладбищенскую ограду и в полном смятении отправился к пастору: тому ведомо, что следует делать в таких случаях...
   После доклада сторожа и пастор ничего не сказал: за многие годы службы в приходе не было ни разу, чтобы без трудов и затрат на кладбище необъяснимым образом появлялись свежие надгробные плиты погибших в далёкой России односельчан...
   И не только в Хаппертхаузене произошло чудо с памятной могильной плитой ефрейтора-санитара Лотхара Хеппа: сотни тысяч плит одинакового серого камня мистическим образом появились на кладбищах по всей Германии, и ни один служитель культа не брался объяснить:
   - Божье деяние, или происки диавола!? - что диаволу нет дела до людских разборок, и к увековечиванию памяти погибших не прикасался - об этом никто не задумывался...
   Что, милая Альми, есть схожая фантазия? Кто поднимет советских солдат из земли Германии и отправит на отеческие кладбища?
   Может, не следует возвращать твоих соотечественников на родные земли? Какая разница костям, где покоиться?
   Иной вариант выглядит так: ежегодно, в октябре месяце, в дату открытия Мемориала, в первой половине дня повторять сцену восстания солдат Вермахта с точность до кадра, с обязательной паникой жителей селения, видевших первый исход колонны. Второй разволнует меньше, а на исследование третьего набежит масса народу с приборами и гипотезами. И то: почему бы арке у входа в Мемориал не оказаться порталом перехода из мира мёртвых в мир живых? Не кажется, что авторы Мемориала, того не подозревая, поставили арку в нужном месте? Или и в Германии живут медиумы не слабее российских?
   А прочее оставить без изменений: колонна движется к городу на западе от Мемориала, и в закат растворяется, даже если и пасмурный день.
   Восставшим ведомо, когда Светило закатывается за линию горизонта.
   Очевидцы рассказывали: колонна проходила по придорожному селу, смеркалось, жители, по обычаю и стандартно дивились непонятному явлению, и вдруг колонна растворилась, будто и не было! Кто-то из молодых, знакомый с оптическим явлением, заявил:
   - Мираж - на что другой, немного мистик по натуре, возразил:
   - Мираж из прошлого? Что-то новое...
  
   Легенда номер шесть.
  
   Вроде бы всё сказано, но не отпускает Lothar Hepp, входит в сознание и говорит правильным русским языком:
   - Не всё сказал, кое-что хочу добавить...
   - Лотхар, может, хватит? Ну, было, дрались страшно, так тому сколько времени? У нас и оправдание прошлому есть: "было и быльём поросло". Ведь в плену был, знаком с нашим "быльё"?
   - Слышал, понял и принял. Помнишь недавние беспорядки в Париже, когда афро-арабская юная поросль заявила коренным парижанам:
   - Париж наш город, мы в нём хозяева! - и сделали уточнение:
   - Ваша обязанность аккуратно и без задержек выдавать пособие, а как жить будем в Париже вам дела нет! Не нравится - катитесь из города со своими законами на все четыре стороны! - французы проглотили обиду и приготовились встретить очередную волну недовольств АА "без нарушения законов прав человека и гражданина".
   Но бурного проявления не было, протесты иноземной шпаны и грабителей неожиданно затихли, а полицейский департамент Парижа наступившую тишину вписал себе в актив.
   Было следующее: в последнюю ночь разгула "детей пустыни" на одной из улиц, где резвились "копчёные" и куда парижская полиция не рисковала заходить - появились люди в количестве не более взвода и в неизвестной нынешнему Парижу военной форме.
   Непонятно откуда появившиеся солдаты неспешно выстроились в два ряда и перекрыли улицу. Построение солдат неизвестной армии представляло интерес военного человека, но и сугубо цивильный подивился не менее: два ряда солдат не стояли в затылок, но шахматным порядком.
   Средства разгона демонстрантов, коими снабжены цивильные стражи порядка как то: щиты, шлемы и дубинки, у военных неизвестной армии не было, на уровне животов солдаты, держали автоматы старинного образца, какие в "кино про войну" выпускал кинематограф. Солдатами командовал
   Тут же, без задержки, со стороны разгулявшихся детей пустыни в солдат полетели бутылки с горючей смесью, но солдаты не сторонились, как сторонятся живые, когда жидкий огонь грозит ожогам, чужие солдаты не реагировали на угрозы огнём.
   Бросавшая зажигалки шпана не обратила внимания на огневую устойчивость солдат, за что вскорости и поплатилась.
   В людских сворах есть храбрые и сверх храбрые грабители.
   Те и другие выступают в атакующих рядах, но ближе доступности дубины полицейского не лезут, соблюдают дистанцию "достанет - не достанет"
   После третьего "коктейля" жидкий огонь, растекаясь, осветил улицу, командир махнул рукой - и древнее огнестрельное оружие заработало в руках солдат неизвестной армии.
   Всякое автоматическое огнестрельное оружие при стрельбе обычными патронами даёт отдачу, без отдачи стрельбы не бывает - автоматы в руках солдат не дёргались, чему конный полицейский патруль удивился.
   Был и другой повод удивляться: звуков выстрелов не было, малые огоньки, сопровождающие пули были, а звуков никаких...
   Передовые из грабителей падали, увидевшие падения храбрых резво отступили. За пяток секунд улица опустела.
   "Была ночь, было утро - день первый..." начался слезами и криками о "превышении полицейскими мер при соблюдении мер по охране общественного порядка", демократия - прежде всего.
   Трупы убрали до рассвета, а на рассвете в отделение полиции на приём комиссару Анри Бопертюи рвалась свора журналюг с требованием рассказать в деталях о ночном побоище на улице (название)
   Комиссар не возражал, представители прессы собрались в зале, куда был вызван и наряд полиции, наблюдавший ночное избиение "детей пустыни" и "джунглей Африки"
   Присутствовали старшины общин, были уцелевши свидетели побоища: восемнадцать трупов впечатляли.
   Первым выступил старший полицейского наряда:
   - Как, откуда появились вооруженные люди загадка, наряду угрожала толпа грабителей, появление людей с оружием в форме солдат неизвестной армии объяснить не могу! - что солдаты появились вовремя - старший наряда не сказал.
   Комиссар Анри продолжил:
   - Дамы и господа, скажу одно: ни один сотрудник полиции в смерти ваших соотечественников не повинен, и желающие в этом убедиться могут пройти в морг.
   Из всей "возмущённой общественности" нашлось "семеро смелых", и в сопровождении Анри направились в анатомичку.
   Пришли, работники морга, числом двое, выкатили из холодильника пару трупов:
   - Смотрите, покойнички, свежие, целые, ни единой лишней дырочки в теле... и мёртвые. Загадка.
   Первые два трупа вернули на место, откуда и выкатили:
   - Подавайте следующих...
   - Не надо, достаточно, обвинения в гибели соплеменников с полиции снимается...
   Чего испугались "возмущённые произволом полиции" старшины и родня? Открытых глаз мёртвых, страшнее открытых глаз иного нет, восемнадцать трупов смотрели в потолок морга не мигая.
   - Полиция выясняет, кто умертвил ваших родственников и друзей, наряд поодиночке опрошен о событиях той ночи, будьте уверены, мы выясним, осудим, и накажем преступников по законам (назвал страну)
  
  
   .
   нам но что нам угрожала толпа грабителей Момент появления вооруженных военных назвать не могу, откуда и как появились ьны ным оружиемсНам не замечен момент
  
  
  
  
   Оставшиеся в живых с вытаращенными глазами наперебой объясняли полиции:
   - Выстрелов не слышали, но видели, как падают наши друзья! И раненых не было, никто не кричал от боли, замертво падали!
   Стрельбу услышал житель улицы, старый француз, трое суток не выходивший из квартиры на втором этаже по пустяку: боялся погромщиков:
   - Боши стреляют из автоматов! - откуда взялись боши в столице Франции через шесть десятков послевоенных лет - старый француз не подумал и с опаской выглянул в окно:
   - Они, боши, ни с кем не спутаю! Форма прежняя, и манеру стрелять не поменяли, стреляют, как и прежде, с живота! Но, объясните ради всех святых, откуда взялись!? Разве с того света? Хотя, какая разница? Пусть из преисподней явились, лишь бы эту сволочь успокоить! - сволочь убежала, наступила тишина, а трупы погромщиков числом восемнадцать, остались лежать в позах, в коих застала необъяснимая смерть...
   - ...и?
   - Старый француз, наблюдавший работу солдат древней вражеской армии, сам участник войны, позвонил в полицию и, страшно волнуясь, сбивчиво рассказал, как немецкие солдаты, числом не более взвода, разогнали шпану с последствиями:
   - Есть убитые...много! - в полиции засомневались:
   - Свихнулся старик, ничего удивительного, пора, но по какой причине? Хотя тронуться умом в неспокойное время стычек на расовой почве можно и без особых причин - но патрульную машину по указанному адресу выслали. И совсем скоро патруль доложил:
   - Живых не видим, но трупы есть...
   Что началось утром - ночные погромы в сравнении показались мелочью: главы арабской и африканской диаспор потребовали немедленного и тщательного рсследования гибели молодых людей!
   А что расследовать, за что ухватиться, где ниточки-зацепки? Тщательно и не единожды, старый солдат, свидетель побоища повторял, что в погромщиков стреляли солдаты Вермахта, следователи не верили, но ничего не могли возразить старому человеку:
   - Месьё, какие солдаты Вермахта, откуда взяться солдатам Вермахта!? Знаете, какой год на дворе!? - и полиция оставила очевидца расправы над молодыми "французами" в покое.
   Немедленно была созвана пресс-конференция, и главный комиссар полицейского департамента рассказал о ночном побоище на улице "Сен-Клер Дюбуа" (уточнение, где именно происходили беспорядки с участием "гостей", сделаем позже) ничего не скрыв из известного на тот момент. На конференции лучшие патологоанатомы Парижа совместно с врачами полиции предлагали родственникам убитых пройти в анатомичку и убедиться в правдивости заявления верховного комиссара:
   - Насилий со стороны органов охраны правопорядка к погибшим не применялось, о чём группой работников медицины полиции, а так же и независимых медиков составлены документы. Не верящие медицине могут убедиться в непричастности полиции к смерти грабителей: на телах погибших отсутствуют пулевые ранения, а так же иные следы насилия. Внутренние органы не повреждены, химические вещества, кои могли остановить жизнь, отсутствуют - и повторно пригласили глав диаспор убедиться в правдивости заявления. Те видели, что убитые не имеют следов насильственной смерти, следовало признать объяснения высших полицейских чинов, но так не хотелось!
   - Гяуры, кяфиры, мы пока не знаем, как вы убили наших детей, но выясним, да будет на то воля всевышнего!
   Что у всех мертвецов неестественно расширены зрачки, будто перед смертью закапали атропин - об этом медработники не сказали представителям прессы и телевиденья.
   Журналисты не были журналистами, если бы не родили своё мнение о случившемся:
   - Мистику излагает полиция, а этой даме в наше просвещённое время мало кто поверит. Верить в бога - одно, но что военные неизвестной армии не реагируют на "коктейли Молотова", и что так легко перебили столько народу - извините, совсем другое! Остаётся думать, что у полиции появилось новое оружие, на порядок эффективнее прежнего, вот оно и было проверено в деле.
   Состоялся разговор комиссара и с родственниками погибших, в коем говорил комиссар, а остальные слушали:
   - До выяснения всех причин гибели ваших соплеменников настоятельно рекомендуем не устраивать похорон с истериками религиозного толка и новыми погромами. Предайте погибших земле тихо, спокойно, без истерик и воплей в манере ближнего Востока. И тому есть причины: не можем заверить, что на похоронах не повторятся события прошлой ночью на "рю им. Восьмого мая сорок пятого года", и что не будут новые порции погибших - улица, названная в честь победы над проклятым фашизмом - и такие события!
   На пару-пяток секунд у комиссара появилась далёкая от французского патриотизма мысль: "может, напрасно жестоко обошлись в сорок пятом? Что не думай, а очистка улицы "им. Восьмого мая" одним взводом прежних вражеских солдат ныне выглядит как жестокая оплеуха всей полиции Франции"!
   Убедить араба вести прилично в стране пребывания пустое занятие: шествие с нагревом чувств состоялось на другой день, но далее ста метров не ушло: как и в прошлую ночь, неожиданно, из воздуха, поперёк улицы прежним строем, появилась половина взвода ночных солдат неизвестной армии, немало озадачив многих:
   - Кто такие!? - печальное шествие прекратило движение, а у малой части скорбящих началась тихая паника. Юная шпана, наполнявшая толпу, и видевшая результат работы непонятных военных прошлой ночью на улице "им. Восьмого мая", не оглядываясь, в страшной панике, забыв о скорби по убитым братьям по вере и грабежам, резво дала задний ход, немало удивив остальных.
   Заволновались кони под полицейскими, и тем стоило большого труда удерживать животных на нужном месте. Немедленно было доложено главному комиссару полиции:
   - Кони не слушаются, волнуются и рвутся прочь от процессии! Непонятное происходит, похоже, старый макИ не сумасшедший! - конные полицейские ничего из недавней истории Франции не знали, оттого неизвестно откуда явившиеся древние боши не принимались стражами порядка за реальность. И напрасно: половину века назад враждебные Парижу люди в военной форме, как и прошлой ночью в пригороде Вильде-бель, подняли стволы автоматов и открыли огонь...
   Полицейские пришли в смятение, напрочь забыв инструкции и правила, кои следует выполнять конной полиции в подобных ситуациях. Сказать, что на "полицейских навалился ступор" ничего не сказать.
   Стражи порядка обратили внимание: пока первая шеренга поливала огнём толпу страдающих - солдаты второй шеренги шли с опущенными стволами автоматов, и как только первые идущие прекратили огонь - полиция ещё раз удивилась - становились и в промежутки между солдатами первого ряда вышли солдаты второго, подняли оружие и одновременно открыли огонь.
   Старший офицер в группе конной полиции подумал:
   "оригинальная тактика, возьм меня черти! ! Не забыть доложить начальству..."
   В толпе провожающих в последний путь падали свежие покойники, половина взвода солдат забытой армии не прекращала безостановочную стрельбу, будто в прямых магазинах автоматов содержалось бесконечное количество патронов.
   - Кто работал ночью и днём на "траурном мероприятии"?
   - Взвод дивизии "Tot Kopf".
   - Одним взводом столько уложили?
   - Почему "нет"? Полный пехотный взвод военного времени состоит из четырёх отделений по десять человек, немного. Если когда-то реальный взвод Вермахта лишал жизни большее число тел - что говорить о мистическом взводе? Там не взвод был, работали два отделения, мистическому взводу успокоить восемнадцать молодцов раз плюнуть, могли и больше перебить, весь Париж очистить, им что? Кто и что ныне знает о способностях вояк "Мёртвой головы"? Тогда хватило половины взвода, а сколько появится автоматчиков при нужде в будущем трудно сказать.
   - Шаблон "глаза, полные ужаса" касается живых, ужас в глазах мёртвых литературный перебор, глаза коварный орган.
   Лучшие медики Парижа, обследовавшие трупы, не смогли и приблизительно определить причину расширенных зрачков убитых, было, склонились списать на наркотики, но наркоты в крови погибших не нашли. Впечатление, будто ужас лишил жизни, но что за ужас, как выглядит мёртвые не скажут. Разве существует что-то новое в коллекции ужасов?
   - В столице Британии взвод может появиться?
   - Может, но не появится.
   - Почему?
   - Призраки появляются там, где бывали живыми, во плоти, Лондон солдаты Вермахта не оккупировали. Первое. Второе: нынешний разгон бесчинствующей эмигрантской шпаны часть долга французам за прошлое колониальное поведение.
   - Так они мёртвые!
   - Как видишь не совсем мёртвые, и у французов повод сравнить "кто хуже" появился.
   Последний кадр: лицо состарившегося участника "макИ", не забывшего треск автоматов немецких автоматов МР модели тридцать восьмого года тире сорок третьего.
   У старика растерянное лицо, и, знай что-нибудь из науки определяющей характер по чертам лица - сказал:
   - Лицо старого солдата выражало удивление, напряжение и страх.
   Не представляю кадры финала, надеюсь, появятся неожиданно и ярко, не пройдут мимо...
   Будем снимать, что имеем, подождём других случаев работы двух отделений из дивизии Tot Kopf?
   Где брать денег? Одна форма солдат Вермахта в большую деньгу обойдётся, не говоря о технических средствах как автоматы модели MP модели сорок третьего года и патроны к ним (старинное название "огневой бой").
   В нынешних фильмецах на военную тему в боевых сценах оружейные стволы правых и виноватых выпускают чёрный дым, а в реальности взаимные убийства совершали бездымные сорта порохов, и совершив зло бездымный порох (нитрогруппа) не коптит небо. Выяснить, какая фирма изготовляет патроны без сажи и чему равна стоимость одного заряда.
   Декорации, костюмы, плата статистам...Фильм ценится не траченными миллионами, но долгим прокатом.
   Изложенный путь создания фильма дорогой, можно пойти и бедным путём: посадим чтеца с хорошей дикцией, пусть читает
   голый сценарий.
   Редакция сценария не окончательная, в процессе съёмок (если найдём денег), возможны изменения.
  
   * * *
  
   "Первый опус" появился лет десять назад, может и более, но это к делу не относится.
   В момент выброса на СИ сочинение называлось "Портсигар" (Zigarettenitui, сигаретница), а по прошествии малого времени произошла "переоценка ценностей":
   "Сигаретница не сама появилась, но была сделана мастером "золотые руки" Неправильное название, "золотые руки", руки могут быть необычные, а металлические руки, пусть и золотые, ничего не создадут, рукам нужна душа и голова" - и поменял название на "Lothar Hepp"
   "Опус два, или Ordnung" рассказ о преподавателе немецкого языка с громадным стажем работы в одной из школ города. Немецким управляет так, как у меня не получается управлять родным.
   Как у всякого пишущего последняя точка в повествовании подводит к мысли: "ради чего утолщал кожу на указательном пальце правой руки (мозоль), зачем? Пребывала история о портисигаре-самоделке в неизвестности дольше половины века - пусть ещё столько же пылился, какая сила усадила перед монитором размером пятнадцать дюймов по диагонали и старенькой клавой фирмы IBM, как узнать"?
   Женщины гордятся детьми, а мужчины вещами, сработанными руками, и когда создают - вкладывают душу.
   Долго не представлял, на чью голову обрушить рассказ о коробочке под сигареты, с кем поделиться радостью о некачественном даре писательства, кое неожиданно, как свиной грипп, свалился на лысую голову. Жертвой выбрал Галину Борисовну, других на тот момент рядом не было,
   Жена принципиально не хотела знакомиться с литературным продуктом мужа:
   - Язык тяжёлый... - женина критика не остановила ушибленного сочинительством супруга, а чтобы выяснить, насколько тяжёл язык повествования обратился к "немке":
   - Ваше мнение о моих способностях в Литературе? - учитель немецкого языка тот же дипломат, обязан быть вежливым, оттого и ответ был таким:
   - Литература не мой профиль, и критик из меня никакой, а ежели прорвало на писательство - возводить "плотины" пустое занятие, писателей ничто не удержит. Написанное отправим в Германию, пусть посмотрят, может, и найдут кого из Хеппов, имя подлинное, заодно оценят твои литературные таланты.
   Будем надеяться, кто-то из родни Хеппа жив, "цигареттенитуи" будет памятью.
   - Действуйте, милостивая сударыня! - и отдал рассказ "немке" Отдал - и забыл. Зачем помнить, когда на дискете записано... а место нахождения диска забыто.
   Рассказ по неизвестному каналу отбыл в столицу, забылся... до момента знакомства с милой "русской немкой" родом из Казахии, как зовут репатрианты Казахстан.
   Прошло какое-то "переписное" время, и милая женщина сообщает:
   - Рассказ о Хеппе напечатан в журнале фронтовиков Восточного фронта! - волнительна весть сочинителю, даже мысль о скромном гонораре появилась: "недаром трудился на разрушении фамильного гнезда стариков, вот и награда..."
   "... и возгордившись не мало" навестил преподавателя немецкого:
   - Сударыня, ваши старания в деле моего рождения писателем неоценимы, низкий поклон вам! - и получил просьбу:
   - Попроси знакомую прислать перевод, профессиональное любопытство, хочу посмотреть, как твой русский перевели немцы.
   Изложил просьбу, "казахская немка" обиделась, прекратила переписку, "Lothar Hepp" продолжил сон в ящике стола, не выпала дорога музейной единице на родину мастера. .
   , знать не судьба коробочке под сигареты покинуть Россию, а "против судьбы не попрёшь"
   Поисковики захоронений солдат Вермахта в России не забыли меня и пригласили на открытие Мемориала под Курском.
   Приглашение на открытие Мемориала за рассказ о Лотхаре Хеппе выглядело большой честью, поделился с учительницей немецкого и дочерью:
   - Открытие Мемориала не рядовое событие, подобное происходит раз в сто лет, а после того, что происходило шесть десятков лет назад - пожалуй, и на тысячу потянет.
   - Думаешь?
   - Думаю.
   - Тогда едем...- и группа в составе дочь, "немка" и я, погрузившись в утреннюю электричку, покатили на открытие кладбища.
   Появится новое в истории сигаретницы авиационного дюраля времён войны - вставлю дискету в устройство, увижу на экране повествование, произведу операцию с текстом - и к старой истории добавятся новые факты... то есть, старые факты, не упомянутые в прежней редакции.
   Время пошло, и за время хода многое изменилось в жизни не в лучшую сторону: окончил трудовую деятельность, освободился и вышел на заключительный отрезок жизни с названием
   "пенсия"
   Да здравствует свобода (избавление) от утренних подъемов и хождений на добычу пропитания, то есть, на производство! - клич не содержит и капли торжества, пенсионная свобода ограничена размерами государственной "доброты"
  
  
  
  
  
  
  
  
  

59

  
  
  
  

Оценка: 5.00*3  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"