Большая Люстра висела в центре не менее большого зала дворца в резиденции царя и включалась только по указанию главного Смотрителя.
Когда распорядитель торжеств, а любые торжества без зависимости от размеров именуются "мероприятиями", подавал команду "включить" - Люстра тут же, не медля, со своей высоты тысячью лампочек Люстра приступала к внимательному разглядыванию приглашённых на торжество... то есть, на "мероприятие".
- "Многовато публики, а почтенной - единицы... Парадокс нынешних торжеств... - Люстра могла позволить иметь собственное мнение: висела-то выше всех в центре зала главного дворца государства! И была Люстра не из "новых", но старого, давнишнего изготовления, а потому с иной моралью... Были времена и о них Люстра вспоминала с иронией, когда гнала память о своём происхождении, но всё как-то враз изменилось, Люстру отремонтировали, добавили к старой позолоте тела новую - и старушка засияла! - свечение длилось недолго и окончилось очередной депрессией:
- "Чему радоваться? Ничего нового вокруг, одно опытное старьё...
Как однажды Смотритель Главного получил строгое предписание "держать круглогодично температуру и влажность в Главном зале в заданных параметрах" - так и не выходил из инструкций круглый год: смотритель дорожил местом и держался за хорошее жалованье.
Невидимые бесшумные кондиционеры круглосуточно гнали в зал очищенный, увлажнённый до установленного процента, воздух. Но этого было мало, Люстра перегревалась от собственного света и такие перегревы сопровождались нехорошими мыслями:
"На кого бы свалиться в удовольствие и с летальным исходом? - что и для неё исход от падения может оказаться летальным - Люстра не задумывалась:
- "Главное - придавить как можно больше публики с последующей группой инвалидности с названием "овощ"... Кому не доведётся испытать тяжесть моего тела - достаточно будет мокрых штанов с инфарктом" - злая, нехорошая Люстра висела в Главном зале дворца.
Раздражали Люстру разговоры зевак внизу:
- "Какая большая и яркая"! - Люстра понимала, что к яркости не имеет отношения, яркость от лампочек, а потому и раздражалась. Перегрев вызывал дикое желание оборвать связь с потолком и свалиться вниз:
- "Внизу, пожалуй, прохладнее будет... - о том, что, свалившись, может кого-то раньше срока лишить жизни - об этом Люстра не думала:
"Кого бы первым придавила, случись оборваться? Того краснобая и хитреца с физиономией удава? Чести много "быть придавленным Большой Люстрой Главного Зала"! И без моего внимания уйдёт с "исторической сцены". Али мужика с физиономией разбойника придавить? Без дубины пришёл, дома оставил... Годилось бы свалиться на бывших "секлетарей" и нынешних губернаторов... Оно бы не мешало на всех враз свалиться, но как в кучу в центре зала хитрецов собрать? В центре зала, где в высоте пребываю, хитрая шелупонь не собирается, они, как и нынешние богатенькие граждане всё больше у стеночек стоят, не выпячиваются? Или что-то не разглядела? Нюх у них идеальный, потому и выжили после Большого Краха:
- "Ты бы, Михалыч, деньжонки взял из банка... Что-то нехорошее надвигается, говном попахивает... Не ровен час - без порток останешься! Подсуетись"! - а ныне слух прошёл, что "верха" выяснять станут: "кто и на какие средства процветает?" - и готовят "пути к отступлению".
"Оно, конечно, надёжно закреплена, цепи прочные, а всё же хочется простого и скромного чуда: "оторваться" и падением с высоты придавить какое-то количество ненужного "трону" народу" - те, кто могли бы оказаться под тысячью её хрустальных висюлек - Люстру особо не волновали:
-"Хватит, будя, посияла-посверкала, пора и честь знать"! - врала себе "сиятельная". Ничего удивительного: и на Люстре сказывалась "общая атмосфера местонахождения".
Но кончалось "мероприятие", лампочки лишали электроэнергии, Люстра остывала и приходила в себя:
- "Чего волновалась? Ну, грохнулась бы на пол, ну придавила бы кого-то... могла и ошибиться, не на того свалить и лишить проживания раньше срока... Ага, "преждевременную кончину" устроить... Если бы и лишила жизни кого следует, то ничего в общем раскладе не изменилось бы: новые не лучше старых появятся...
Поэтому главной заботой пусть будет одна: не тускнеть позолоте на деталях тела моего. Даже и одна потемневшая деталь - "падение престижа всего тела" - твёрдо верила Люстра.
Дано Первой Люстре, единственной и дорогой в стране, думать и рассуждать? Нет, разумеется. Но! - что думают те, кто блюдет чистоту тела Люстры? Или они молчат во время "профилактических работ" над "сиятельной красавицей"? И что хуже: высказывать мысли вслух, или оставлять их невысказанными?